– Слухи пошли с начала года… да, где-то неделю назад…

Произнеся эти слова, Лизбет кивнула Асуне, словно соглашалась с чем-то.

– Ну да, понятно, почему Асуна не в курсе. Ты же с конца прошлого года была в Киото.

– Слушай, не напоминай мне здесь о том, что я терпеть не могу, – и Асуна нахмурилась. Лизбет расхохоталась.

– Да, нелегко расти в знаменитой семье.

– На самом деле нелегко. Приходится целый день сидеть в кимоно, со всеми здороваться, и даже если хочешь ночью нырнуть сюда, не получится, потому что тот дом до сих пор не подключен к беспроводной сети. Я взяла с собой свою Амусферу, но совершенно без толку.

Асуна глубоко вздохнула и допила свой чай.

В конце прошлого года Асуну наполовину заставили отправиться вместе с семьей в главный дом клана Юки, иными словами, в старый дом ее отца. Заодно ей нужно было поблагодарить всех родственников, которые беспокоились о ней те два года, что она «лежала в больнице», так что она даже не могла вслух сказать, что ненавидит эту поездку.

Когда Асуна была маленькой, она считала, что встреча нового года со всем кланом – нечто совершенно естественное; и она была рада, что может встречаться с родственниками ее возраста.

Но через какое-то время – возможно, это было, когда она начала ходить в среднюю школу, – этот обычай начал ее тяготить.

Клан Юки, без преувеличения, управлял киотскими банками уже 200 лет, это был семейный бизнес. Он перенес все реформы, все войны, а нынешнее поколение расширило бизнес на весь Кансай[2]. Отец Асуны Сёдзо Юки смог создать крупную компанию по производству электроники «РЕКТО» всего за одно поколение именно благодаря финансовой помощи клана. Вообще, если взглянуть на генеалогическое древо клана, – там сплошь президенты и крупные чиновники.

И, вполне естественно, кузены и кузины Асуны все были «первыми учениками» в «хороших школах». Когда во время банкета все дети сидели рядышком, их родители беседовали на темы вроде «как их детей хвалили на таком-то состязании» или «какие хорошие оценки они получили на национальных экзаменах». Внешне все было чинно-мирно, на самом же деле там были сплошные ссоры. Асуна постепенно стала замечать атмосферу злобы, окружающую семейные сборища; ей казалось, что весь смысл этих мероприятий заключался в том, чтобы расставить по ранжиру детей.

В ноябре 2022 года, во время зимнего семестра последнего года в средней школе, Асуна угодила в плен SAO и пробыла там до января 2025, когда ее освободил Кирито. Так что сейчас была ее первая встреча Нового года с семьей за 4 года. В старом особняке, построенном в киотском стиле, Асуне пришлось надеть кимоно с длинными рукавами и без конца здороваться с многочисленной родней, начиная с бабушек и дедушек. В конце концов она начала чувствовать себя портье-NPC.

Все же встреча с кузенами, которых она так давно не видела, должна была, по идее, стать приятным событием; однако, хоть они и радовались возвращению Асуны так, как будто это затрагивало их лично, Асуна заметила в их глазах кое-что, что она ненавидела.

Они все жалели Асуну. Они сочувствовали ей, им было жалко, что она раньше срока выбыла из состязания, в котором они все участвовали с самого рождения. И это не было лишь ее воображение; Асуна с детства хорошо умела читать по лицам людей, и сейчас она была абсолютно уверена.

Конечно, нынешняя Асуна была совершенно другим человеком, не таким, как та прежняя. В том мире нашелся парень, который необъяснимым образом изменил ее. Так что вся жалость кузенов, тетушек и дядюшек Асуны проходила мимо ее сердца. В первую очередь она была «мечницей», человеком, который сражается, полагаясь на собственные силы. Эта вера всегда поддерживала Асуну, и она не исчезла, даже когда исчез тот мир.

Но ее кузены, считавшие VRMMO ядом, не могли понять ее ценностей. То же относилось и к ее матери, которая, встречаясь с кланом, всегда была чуть недовольна.

Одержимость идеей непременно поступить в хороший университет и найти потом хорошую работу исчезла. Асуне очень нравилась ее нынешняя школа; в будущем году она сможет постепенно разобраться, чего же она на самом деле хочет. Главной ее целью, конечно, было образовать семью с неким юношей чуть моложе нее – в реальном мире.

…Обо всем этом Асуна думала, успевая одновременно отвечать на разнообразные вопросы родственников с улыбкой на лице. Самым невыносимым оказался последний вечер в Киото, когда ей пришлось быть наедине с кузеном на два годе старше нее.

Будучи человеком, единственной обязанностью которого была помощь в главном семейном банке, он возбужденно тараторил, какой он уже профессионал, как он уже решил, какое место займет в бизнесе, и каким выдающимся человеком он станет в будущем. Сначала Асуна просто приклеила на лицо восхищенную улыбку, но потом все как-то подозрительно исчезли, оставив их наедине и заставив Асуну заподозрить взрослых в сомнительных намерениях…

– Эй, Асуна, ты слушаешь?

Когда Лизбет пнула ее ногой под столом, Асуна пришла в себя.

– Ой, прости. Вспомнила кое-что плохое.

– Что вспомнила? Твои смотрины в Киото?

– …

– …Чего это ты так замерла… неужели…

– Нет, нет, ничего!

Асуна лихорадочно замотала головой, потом тюкнула пальцем по своей пустой кружке и отпила какого-то странного фиолетового чая. Потом подняла голову и с усилием переменила тему.

– Очень сильный, говоришь… он что, плееркиллер?

– Ага, Абсолютный Меч – ПвПшник. Немного к северу от главной улицы двадцать четвертого уровня – знаешь, там есть такой островок с большим деревом, туда еще все время туристы ходят? Вот под этим деревом в три часа дня каждый день Абсолютный Меч дерется со всяким, кто захочет его вызвать.

– Оо… значит, этот Абсолютный Меч из тех, кто участвует в турнирах?

– Не, похоже, это совершенно новое лицо. Но характеристики этого игрока, похоже, очень приличные, так что, вполне возможно, он сконвертировался сюда из какой-нибудь другой игры. Сначала было объявление в «ММО Завтра», там приглашались все желающие подраться. Человек тридцать сразу откликнулись, они решили, что это просто самоуверенный новичок, который быстро им сольет, но…

– Вместо этого слили они сами?

– Все до единого, шикарнейшим образом. Похоже, этот игрок очень крут; говорят, ни одному не удалось снять у Абсолютного Меча даже треть хит-пойнтов.

– Это выглядит малость нереальным.

Силика, до сих пор молча поглощавшая фруктовый пирог, вдруг вмешалась:

– У меня полгода ушло, прежде чем я научилась нормально драться в воздухе. А этот совсем недавно сконвертировался, а так здорово уже летает!

Так называемая «конвертация» – система, позволяющая переносить персонажей между разными VRMMO на платформе «Семя», к числу которых относится и ALO. При этом переносе общая «сила» персонажа сохраняется, но все деньги и предметы теряются, и меняются некоторые навыки.

– Силика, ты тоже уже дралась с этим Абсолютным Мечом?

На вопрос Асуны Силика распахнула глаза и замотала головой.

– Нет, ну что ты! Я поняла, что мне не светит, когда просто посмотрела одну дуэль. А, зато Лиз-сан и Лифа-сан с Абсолютным Мечом дрались. Они такие смелые, раз решились на дуэль.

– Заткнись.

– Знаешь, все может дать хороший опыт.

Слушая недовольные реплики Лизбет и Лифы, Асуна улыбнулась, но в то же время она была слегка потрясена.

Лизбет-то ладно, ее раса тяготела не столько к боям, сколько к кузнечному делу, – но игроков, способных одолеть Лифу, было не так уж много: Лифа в воздушном бою считалась сильнейшим игроком среди сильфов. Более того, победил ее Абсолютный Меч, который сам совсем недавно сюда сконвертировался, – нет, это что-то неслыханное.

– Похоже, он действительно крут. Хмм, это даже немного интересно.

– Ха-ха, я знала, что ты так скажешь. Конечно, есть всякие владыки и генералы, которые занимают высокие места в ежемесячных турнирах, вроде Сакуи и Юджина, но в их должностях трудновато участвовать в дуэлях.

– Но если все видят, какой сильный этот Абсолютный Меч, то желающих подраться с ним должно уже не остаться, верно? Это же не то, что большие турниры, здесь за поражение в уличной дуэли идет приличный штраф к опыту.

– Не угадала. Куча народу до сих пор активно участвует, – вновь вмешалась Силика.

– Э? Там что, на кону какое-то суперредкое снаряжение?

– Не снаряжение. Абсолютный Меч ставит на кон «оригинальный навык мечника». Суперкрутой навык.

Невольно Асуне захотелось скопировать привычку Кирито пожимать плечами и присвистывать, но она сдержалась.

– Значит, ОНМ. Какого типа? И на сколько ударов?

– Дай вспомню… кажется, он годится для всех одноручных мечей. Офигенное одиннадцатиударное комбо.

– Ничего себе!..

На этот раз Асуна не сдержала возгласа.

Ключевой системой в не существующем ныне SAO являлась система «навыков мечника».

Там были наборы навыков для огромного множества видов оружия; уймища навыков от одноударных атак до комбо, состоящих из большого числа последовательных ударов. Отличие от обычных атак заключалось в том, что, как только игрок принимает начальную позу, его тело начинает автоматически двигаться, управляемое системой, пока атака не будет полностью завершена. Все удары сопровождаются шикарными световыми и звуковыми эффектами, давая игроку в полной мере ощутить себя супервоином и насладиться этим ощущением.

Когда компания, управляющая ALO, ввела в Альвхейм гигантское новшество в виде Айнкрада, она приняла смелое решение возродить навыки мечника в том виде, в котором они существовали раньше.

В боевой системе нового ALO произошла настоящая революция. Разумеется, это вызвало бурю негодования со стороны ряда игроков, но недовольные, опробовав новую систему, очень быстро сами стали рабами этого восторга.

Прежде в ALO роскошные визуальные эффекты были монополизированы магией. Вдобавок магия имела высокую точность и дальность действия; так что немногие выбирали специализацию на ближнем бою. Так что, можно сказать, появление навыков мечника сбалансировало положение дел. Хотя с того обновления прошло уже полгода, новая система боя – сочетание воздушной мобильности и навыков мечника – по-прежнему оставалась темой множества споров.

Однако навыков мечника, позаимствованных у игры-предка, смелым организаторам показалось мало.

Поэтому они придумали и реализовали новый элемент – «оригинальные навыки мечника».

Как и предполагает название, это «персональные» навыки. В отличие от заранее разработанных навыков, последовательность действий в которых прописана изначально, их игроки создают сами.

Когда это было реализовано, целая толпа игроков, желающих заполучить свои собственные роскошные комбинации, отправились на улицы и в охотничьи угодья и принялись махать самыми разнообразными железяками… и всех их ждало глубокое разочарование.

Зарегистрировать ОНМ (оригинальный навык мечника) проще простого.

Открываешь меню, переходишь на панель «ОНМ», входишь в режим записи навыка мечника и нажимаешь «Старт». Потом машешь мечом, как и сколько хочешь, и нажимаешь «Стоп». Все.

Однако было одно очень жесткое требование, которое следовало выполнить, чтобы система приняла «свою собственную роскошную комбинацию».

Практически все одиночные рубящие и колющие удары уже зарегистрированы как «навыки мечника». Так что, если игрок желает создать ОНМ, это должно быть комбо. Однако во время исполнения серии ударов недопустимы дефекты ни в чем, будь то положение центра тяжести игрока или траектория оружия. Плюс к этому – скорость должна быть почти на уровне существующих навыков мечника.

Короче говоря, «исполни комбо, которое невозможно исполнить без поддержки системы, без поддержки системы». Жестокое требование, выглядящее внутренне противоречивым.

Существовал лишь один способ преодолеть эту преграду – упражняться и упражняться. Пока в нервной системе не запечатлится вся последовательность действий.

Практически все игроки не могли справиться со столь скучной задачей и быстро отказались от мечты заполучить «свою собственную роскошную комбинацию». Однако часть наиболее старательных игроков смогла все же создать и зарегистрировать свои собственные ОНМ; их слава была подобна славе основателей стилей боя в средние века. По правде сказать, некоторые игроки даже основывали гильдии с названиями типа «такой-то стиль», а некоторые даже открывали в городах додзё.

Это стало возможно благодаря так называемому «наследованию навыков мечника», введенному в систему ОНМ. Создатель ОНМ может передать «инструкцию по освоению навыка» другим игрокам.

Помимо боев с другими игроками, ОНМ имеет большое значение и в ПвЕ. Потому-то все так и хотят ими обзавестись. За наследование ОНМ платятся огромные деньги. Инструкции по освоению комбо из более чем пяти ударов сейчас – самые дорогие предметы во всем ALO. Все знают, что самым мощным ОНМ до сих пор был восьмиударный «Вулканический всполох», созданный Генералом Юджином; и Юджин не передавал его никому, поскольку не нуждался в деньгах. Самой Асуне удалось после нескольких месяцев упорного труда создать пятиударный ОНМ, и это вымотало ее настолько, что затеять новый она и не помышляла.

И вот появился этот Абсолютный Меч – таинственный мечник с немыслимым одиннадцатиударным комбо.

– …Я хорошо учусь. Результаты второго семестра ведь уже распечатаны и у тебя на столе?

– Я с ними ознакомилась, но оценки подобного рода школ даже рассматривать не стоит.

– Подобного рода… школ?

– Асуна, слушай внимательно. В третьем семестре ты будешь дополнительно заниматься вне школы. Не это новомодное интернет-обучение – репетиторы будут приходить домой.

– Погоди… погоди минуту, почему так вдруг –

– Посмотри сюда.

Кёко оборвала протест Асуны, не оставив ей возможности объясниться, и подобрала со стола планшетный компьютер. Асуна, нахмурив брови, глянула на экран планшетника, который мать протянула ей.

– …Что это… форма… экзамена для переводящихся учеников?

– Экзамен для перевода в третий класс старшей школы, которой руководит моя подруга. Я уговаривала ее как только могла, и она наконец согласилась. Это совсем не то, что твоя нынешняя школа, в которую набрали непонятно кого, – это настоящая школа. Там кредитная система[4], так что тебе всего полгода придется ходить, чтобы выполнить обязательные требования и закончить школу. В таком случае ты сможешь поступить в университет в сентябре.

Асуна с оторопелым видом смотрела на Кёко, потом, положив планшетник на стол, подняла левую руку, чтобы прервать мать – та говорила все более эмоционально.

– Погоди, постой. Меня очень беспокоит, что ты это все решила сама. Мне очень нравится моя школа. Там много хороших учителей, я могу нормально учиться, даже если там останусь. Вовсе не нужно никуда переводиться.

При этих словах Кёко демонстративно вздохнула, прикрыла глаза, поправила очки в золотой оправе и села прямо. Такое движение делала только Кёко – этот прием она применяла при разговоре, чтобы показать оппоненту свое превосходство. Даже мужчины съеживались, когда она это проделывала, сидя на диване в учительской. Ее муж Сёдзо – и тот старался не спорить с ней дома.

– …Твоя мать все разузнала, – размеренным тоном начала говорить Кёко. – Это заведение, куда ты ходишь, даже школой нельзя назвать. Программа там слабая, стандарты преподавания тоже никуда не годятся. Учителей понабрали отовсюду, мало у кого из них была нормальная карьера. Это не учебное заведение, это скорее психбольница.

– Что… что ты говоришь…

– Они для благозвучности назвали это «учебным заведением для детей, задержавшихся в образовании вследствие инцидента», но на самом деле эта школа – просто место, где они могут следить за всеми детьми, от которых могут возникнуть проблемы в будущем. Оно действительно необходимо для тех, кто убивал друг друга в том нелепом мире, но тебе туда ходить необязательно.

– …

На столь предвзятую речь Асуна просто не нашлась что ответить.

Школа, в которую она ходила с начала прошлой весны, располагалась в Ниситокё[5], и ее действительно построили и открыли очень быстро, всего за два месяца. Предназначена она была для помощи ученикам, образование которых задержалось на два года из-за смертельной игры «Sword Art Online». Все игроки до 18 лет были приняты сюда без экзаменов, а окончание этой школы давало возможность сдавать вступительные экзамены в университеты. Какое-то время столь щадящие условия вызывали серьезную критику.

Однако сама Асуна, ходя в школу, понимала, что это отнюдь не только превентивное средство. Все ученики обязаны были раз в неделю проходить консультации, включающие в себя откровенные тесты на асоциальное поведение. По результатам этих тестов ученика могли отправить в больницу для диагностики или даже выписать лекарства. Так что слова Кёко про «психбольницу» были не совсем лишены оснований.

И все же Асуна любила эту школу. Что бы там ни думали в правительстве и в Министерстве образования, но все учителя здесь были добровольцами и подходили к ученикам искренне и непредвзято. Ученикам не было нужды скрывать свое прошлое, и, что еще важнее, она могла быть с друзьями. С Лизбет, Силикой, некоторыми прежними партнерами по переднему краю и – с Кирито.

Асуна сжала в руке вилку, борясь с нарастающим позывом выложить матери все с начала и до конца.

Она боролась с желанием заявить: «Я сама – одна из тех, кто "убивал друг друга". Я жила там, каждый день убивая моим собственным мечом, и я ни капли не жалею о тех днях».

Кёко тем временем продолжала говорить, не подозревая о борьбе в сердце Асуны.

– Даже если ты будешь продолжать ходить в то заведение, ты не сможешь попасть в хороший университет. Задумайся, тебе уже восемнадцать лет. Однако ты сейчас в таком положении, что даже не знаешь, когда ты сможешь поступить в университет. На следующей неделе тебе предстоит экзамен. Неужели ты совсем не беспокоишься?

– Такие вещи, как университет… Ничего особенного не случится, даже если я туда поступлю через несколько лет. И вообще, университет – не единственный путь в жизни –

– Нет, – холодно перебила Кёко. – У тебя есть способности. Ты знаешь, через что пришлось пройти твоей матери, чтобы их раскрыть. И все же ты потратила два года на ту странную игру… я не стала бы говорить тебе все это, если бы ты была обычным ребенком. Но ты не обычный ребенок. Не использовать свой талант в полной мере, зарыть его в землю – большой грех. У тебя есть все способности, чтобы поступить в лучший университет и получить лучшее образование. И ты обязана это сделать. Потом ты можешь или остаться в университете и продолжить учебу, или применить свои способности в правительстве или в бизнесе – в это я не буду вмешиваться. Однако я не позволю тебе отбросить свой шанс получить качественное образование.

– Нет у меня никакого таланта, – Асуне удалось наконец вклиниться в непрекращающийся монолог Кёко. – Человек сам определяет, как ему жить, не так ли? Раньше я тоже думала, что хороший университет, хорошая работа – все, что надо в жизни. Но я изменилась. Хотя прямо сейчас я не могу сказать точно, но я уверена, я найду, чем хочу в жизни заниматься. Я хочу проучиться еще год в моей нынешней школе, и тогда я точно найду.

– Ты всего лишь ограничиваешь свой выбор. Неважно, сколько лет ты еще проведешь в том заведении, – никакие дороги оттуда не ведут. Но если ты пойдешь в эту школу, все будет по-другому. Университет над ней очень хороший и знаменитый, так что, если ты покажешь там хорошие результаты, то сможешь перевестись в мой университет. Хорошенько слушай, Асуна. Мама не желает тебе плохой судьбы. Я всего лишь хочу, чтобы у тебя была карьера, которой ты могла бы гордиться.

– Карьера… а что тогда с этим типом, с которым меня познакомили на Новый год?.. Не знаю, чего наговорили ему, но он распинался с таким видом, будто он уже мой жених. Уж не ты ли ограничиваешь мою жизнь?

Асуна не смогла сдержать дрожи в голосе. Во взгляд она вложила всю силу, какую только могла собрать, но Кёко лишь невозмутимо отпила из бокала.

– Замужество – тоже часть карьеры. Если ты выйдешь замуж не за материально обеспеченного человека, через несколько лет ты пожалеешь об этом. И то, о чем ты говорила, что ты «этим хочешь заниматься», тоже окажется невозможным. В этом отношении Юя идеальный кандидат. В наше время местный банк, которым владеет наша семья, куда надежнее, чем крупные банки, совладельцы которых постоянно делят власть. Кроме того, мне Юя нравится. Довольно искренний мальчик, ты не находишь?

– …Похоже, ты ничему не научилась. Нобуюки Суго, из-за которого мне и еще многим людям пришлось страдать и из-за которого «РЕКТО» оказалась в кризисе, тоже выбрала ты.

– Замолчи.

Кёко изменилась в лице и махнула левой рукой, точно отгоняя назойливое насекомое.

– Не хочу больше слышать об этом человеке… С самого начала это твой отец был от него в восторге и хотел усыновить. Он всегда плохо разбирался в людях. Это не имеет значения; Юя не очень импозантно выглядит, но так даже и к лучшему.

Да, отец Асуны Сёдзо действительно не очень обращал внимание на тех, кто его окружал. Всю свою энергию он направлял на развитие компании; даже сейчас, уйдя с поста генерального директора, он пренебрегал общением с семьей ради налаживания связей фирмы с иностранными инвесторами. Сам Сёдзо сказал лишь, что он высоко ценил целеустремленность Суго, его креативность и способность управлять, но из-за собственной слепоты не заметил его скрытой натуры.

Асуна, однако, понимала, что одна из причин, почему Нобуюки Суго еще со средней школы становился все более и более агрессивным, – жестокое давление со стороны окружающих. И слова Кёко явно сыграли тут не последнюю роль.

Асуна проглотила свои жалобы и упрямо заявила:

– Короче, я категорически отказываюсь встречаться с этим человеком. Я сама выберу себе партнера.

– Хорошо. Если только он будет тебе подходить – любой способный юноша меня устроит. Однако должна предупредить заранее: те дети – ученики того заведения – не рассматриваются.

– …

По этой фразе Асуна почувствовала, что Кёко намекает на конкретного человека. Вновь она была потрясена.

– …Не может быть… ты узнавала? Про него… – дрожащим голосом пробормотала она. Кёко не стала ни отрицать, ни признавать – просто сменила тему.

– Ты должна понимать: мама и папа желают, чтобы ты была счастлива. Мы делали для этого все еще с тех пор, как ты была в детском садике. Ты, конечно, немного отстала, но ты непременно нагонишь. Если только ты будешь по-настоящему стараться. Тебя ждет блестящая карьера.

Это будет не моя, а твоя карьера, мысленно проворчала Асуна.

И Асуну, и ее брата Коитиро, по мысли Кёко, ждала «блестящая карьера». Коитиро поступил в первоклассный университет и уже добился определенного успеха в «РЕКТО», что вполне удовлетворяло Кёко. Асуна должна была пойти тем же путем – но сперва она угодила в эту необъяснимую историю с SAO, потом из-за Суго пострадал имидж «РЕКТО»; все это заставляло Кёко считать, что на жизни Асуны поставлено какое-то пятно.

У Асуны не осталось сил спорить. Она положила приборы на тарелку с недоеденным ужином и встала.

– …Насчет перехода – я подумаю.

Пока что она сказала лишь это, однако Кёко ответила совершенно безразличным голосом:

– Крайний срок – следующая неделя. Заполни все формы и положи три распечатанных экземпляра на стол в кабинете.

Асуна опустила голову, развернулась и пошла к двери. Вообще-то она хотела просто уйти к себе в комнату, но что-то дернулось в ее сердце, заставив повернуться снова к Кёко и произнести:

– Мама.

– …Что?

– Ты по-прежнему стыдишься своих покойных родителей, обижаешься на них, что ты родилась в семье фермера, а не в какой-нибудь знаменитой семье?

На мгновение глаза Кёко распахнулись от потрясения; и сразу же вокруг глаз и рта пролегли морщинки.

– …Асуна! А ну подойди!

Асуна, хоть и услышала ее резкий голос, все же закрыла дверь, отрубив слова матери. Быстро, словно желая убежать, поднялась по лестнице и открыла дверь в свою комнату.

Сенсоры мгновенно почувствовали ее присутствие и включили свет и кондиционер.

Асуну жгло какое-то нестерпимое беспокойство; она подошла к панели управления комнатой и отключила встроенный ИИ. Потом бухнулась на кровать и зарылась лицом в большой матрас, не обращая внимания на то, что ее дорогая блузка мнется.

Плакать не хотелось. Будучи мечницей, она давно уже решила не плакать от горя и печали. Однако эта решимость не могла противостоять разрастающемуся в груди чувству безнадежности.

Какая же ты мечница, насмехалась часть ее сердца. Ты просто немножко умеешь махать мечом в игре, какая у тебя сила в реальном мире? Так спрашивала себя Асуна, закусив губу.

Встретив в том мире некоего юношу, она должна была измениться. Она должна была перестать слепо принимать ценности, навязываемые окружающими, должна была научиться бороться за то, что ей действительно нужно.

Однако если посмотреть со стороны – чем она нынешняя отличалась от нее прежней, существовавшей до того мира? Она все так же изображала куклу и с пустой улыбкой на лице здоровалась с родственниками; она не могла просто взять и отвергнуть тот путь, к которому ее принуждали родители. Если она лишь в виртуальном мире могла верить в себя, зачем вообще она вернулась к реальности?

– Кирито-кун… Кирито-кун.

Сама того не сознавая, она раз за разом повторяла это имя.

Кирито, Кадзуто Киригая – он сумел сохранить сильную волю, обретенную им в SAO, даже после возвращения в реальный мир, даже через год. Он тоже должен был ощущать колоссальное давление, но ни разу не позволил себе показать, что ему трудно.

Недавно, когда Асуна спросила у Кирито, чем он хочет заниматься в будущем, он смущенно улыбнулся и ответил, что хочет не играть, а создавать новое. Более того, он хотел делать не просто игры – он хотел заменить нынешнюю набитую ограничениями технологию Полного погружения и создать более эффективный интерфейс человек – машина. Для достижения этой цели он, судя по всему, активно посещал зарубежные технологические форумы, где активно впитывал знания и обменивался мнениями с другими.

Асуна чувствовала, что навстречу этой цели он будет мчаться без колебаний. Если только это возможно, она хотела бы быть рядом с ним и вместе преследовать ту же мечту. Она тщательно выбирала предметы, которыми будет заниматься, и надеялась, что будет ходить в ту же школу, что и он, весь следующий год.

Но, похоже, этот путь ей уже отрезали. В итоге она все-таки не смогла воспротивиться. Асуну переполнило ощущение беспомощности.

– Кирито-кун…

Она так хотела увидеть его прямо сейчас. Пусть даже не в реальном мире – она хотела оказаться с ним наедине в их домике, выплакаться как следует у него на груди, рассказать ему все.

Но она не могла. Мысль, что Кирито любит не слабую Асуну Юки, а Асуну «Молнию», одну из сильнейших воительниц, сковывала ее, как кандалы.

«Асуна… ты правда сильная. Ты намного сильнее, чем я…»

Она вспомнила, как Кирито прошептал ей эти слова там. Если она выкажет слабость, она отдалится от его сердца.

Это было слишком страшно. Лежа на кровати, Асуна, сама того не сознавая, задремала.

Она увидела себя. С пояса ее свисали украшенные серебром ножны, и она шла рука об руку с Кирито – шла куда-то под солнечным светом, заглядывающим сквозь листву деревьев. И в то же время другая она была заперта во тьме и могла лишь молча смотреть на смеющуюся пару.

В этом горько-сладком сне Асуна отчаянно желала вернуться в тот мир.

Они летели низко, цепочкой, к центру безымянного островка. Пробираясь сквозь деревья, которыми порос весь остров, они увидели наконец большой холм. Наверху холма стояло высоченное дерево, ветви которого тянулись во все стороны; близ его основания уже собралось в круг приличное количество игроков. Радостные крики накатывали, как цунами.

Когда компания, найдя свободное местечко среди зрителей, пошла на посадку, с неба с воплем рухнул игрок. Он смачно шлепнулся к подножию дерева головой вниз, подняв огромную тучу пыли.

Игрок – это оказался мечник-саламандр – довольно приличное время лежал на земле неподвижно, потом наконец потряс головой и встал. Судя по его лицу, от удара он еще не оправился; он поднял руки и выкрикнул:

– Я проиграл! Сдаюсь! Все!

Тут же раздался звук, сигнализирующий о завершении дуэли, и аплодисменты и радостные крики стали громче.

«Офигеть!», «Уже шестьдесят седьмая победа подряд!», «Хоть кто-нибудь этого типа остановит?» – множество возгласов такого рода переплетались с криками восторга и досады. Асуна прищурила глаза и подняла голову, словно пытаясь найти победителя.

В солнечном свете, льющемся между ветвями дерева, по спирали опускался силуэт игрока.

Абсолютный Меч был меньше, чем Асуна себе представляла. Услышав его прозвище, Асуна решила, что это здоровяк с горой мышц, но Абсолютный Меч оказался довольно худощавого телосложения. По мере того, как Абсолютный Меч приближался на фоне омывающего его света, можно было различить все больше деталей.

Молочно-белая с едва заметным сиреневым оттенком кожа, характерная для импов. Длинные, блестящие, роскошные сиренево-черные волосы. Обсидиановый нагрудник с двумя небольшими выпуклостями, под ним васильково-синяя блузка и развевающееся на ветру платье. Тонкие черные ножны на поясе.

На глазах у обалдевшей Асуны непобедимая мечница по прозвищу «Абсолютный Меч» крутанулась вокруг оси и элегантно приземлилась. Затем, приподняв край юбки и приложив правую руку к груди, она сделала книксен, точно актриса. Мужчины вокруг снова принялись свистеть и кричать.

Слегка кивнув, Абсолютный Меч выпрямилась и, сияя невинной улыбкой, изобразила пальцами знак «V». Она была несколько ниже Асуны ростом. Маленькое личико, щеки с ямочками, чуть курносый нос и большие глаза, от которых исходило аметистовое сияние.

Асуна, все еще не оправившаяся от шока, пихнула Лизбет локтем в живот.

– …Эй, Лиз.

– Чего?

– Абсолютный Меч – это девушка?!

– А, ээ, а я разве не говорила?

– Нет, ты не говорила! …Ой, неужели…

На этот раз она покосилась на лицо стоящего по другую сторону Кирито.

– Неужели Кирито-кун проиграл…

– Нет.

Кирито с серьезным видом покачал головой и добавил:

– Я не дрался вполсилы из-за того, что она девушка. Я сражался на полном серьезе. Правда. …Ну, по крайней мере до середины.

– Кто знает, кто знает…

Асуна надменно отвернулась.

Пока суд да дело, саламандр, улыбаясь, несмотря на поражение, пожал Абсолютному Мечу руку, после чего развернулся и ушел в сторону, к зрителям. Девушка с красной налобной повязкой поверх темных волос наложила на себя заклинание лечения низшего уровня и огляделась.

– Ну что, еще желающие есть?

И голос у нее тоже был – высокий, очаровательный девичий голосок. Речь звучала весело и невинно, совершенно не ассоциируясь с воительницей-ветераном.

В ALO не допускается смена пола персонажа, так что игрок, несомненно, был женщиной, однако случайным образом генерирующееся тело аватара не обязательно соответствует телосложению и возрасту игрока. Однако то, как естественно держалась Абсолютный Меч, заставляло верить, что это и есть ее настоящий возраст и внешность.

«Ну чё, может, тебе пойти», «Да ладно, она меня в пять секунд покромсает» – такие разговоры слышались отовсюду, а выходить никто не торопился. Пришел черед Лизбет ткнуть Асуну локтем в живот.

– Давай, иди.

– Нет… постой, дай сперва соберусь…

– Соберешься сразу, как окажешься против этого ребенка. Давай, быстрее!

– Уаа.

Асуна ощутила толчок в спину и опрокинулась вперед. Она сделала несколько шагов и помогла себе крыльями, чтобы не упасть, потом выпрямилась – и обнаружила, что стоит перед девушкой по прозвищу «Абсолютный Меч».

– Хочешь попробовать, подруга?

Натянуто улыбнувшись, Асуна не смогла ответить ничего, кроме:

– Э, это… ну да…

Лишь такой тихий ответ. Она-то воображала, что перед ее боем с Абсолютным Мечом, которого она представляла себе здоровенным и зловещим парнем, будет еще жестокое сражение на словах; но слишком многое сейчас сбивало ее с толку.

Однако вокруг по-прежнему раздавались возгласы. Асуна частенько занимала высокие места в ежемесячных турнирах, и ее хорошо знали; отовсюду доносилось ее имя.

– Ладно!

Девушка щелкнула пальцами и поманила Асуну к себе.

Сделав глубокий вдох, Асуна собралась с духом и направилась в середину кольца игроков. Крики постепенно стихли, и тогда она уточнила у противницы условия поединка:

– Можешь рассказать, какие правила?

– Конечно. Ты можешь пользоваться магией и любыми предметами, какими захочешь. Но я буду пользоваться только этим.

Девушка, которой очень шло ее «боку»[6], левой рукой прикоснулась к рукояти меча. Ее уверенность, граничащая с наивностью, подогрела желание Асуны сражаться.

«….Если так, я тоже не буду пользоваться дальнодействующей магией. Поединок на мечах лицом к лицу – этого я и хотела», – мысленно прошептала Асуна и взялась за рукоять рапиры. И тут –

Абсолютный Меч еще более ленивым тоном громко произнесла:

– А, да. Подруга, ты предпочитаешь драться на земле или в воздухе?

Асуна, изначально уверенная, что, конечно, дуэль будет в воздухе, была настолько поражена, что даже ее рука, извлекающая рапиру из ножен, остановилась.

– …Тебя и то, и другое устраивает?

Абсолютный Меч улыбнулась и кивнула. Невольно Асуна подумала, уж не хитрость ли это какая-то. Однако в улыбке девушки-импа не было ни намека на коварство. Похоже, она просто верила, что сможет выиграть, где бы ни проходил бой.

Ну, если так, я сдерживаться не буду, подумала Асуна и ответила:

– Тогда на земле.

– Хорошо. Прыгать можно, крыльями пользоваться нельзя! – тут же согласилась Абсолютный Меч и свернула характерные полупрозрачные крылья за спиной. Крылья эти, напоминающие по форме крылья летучей мыши, тотчас потускнели и стали почти незаметными. Асуна тоже отдала приказ убрать крылья: свела лопатки и две секунды удерживала в таком состоянии. За спиной раздалось легкое позвякивание, и Асуна почувствовала, что крылья убрались.

«Свободный полет», то есть умение летать без джойстика, Асуна неплохо освоила в первый же день, когда вошла в ALO как нормальный игрок, и сейчас ее техника полета была не хуже, чем у ветеранов, игравших еще до обновления с Айнкрадом.

И все же, как и ожидалось, привычные движения, выработанные за два года сражений в SAO, никуда не делись. По правде говоря, драться на земле было трудно. Подвигав ступнями, Асуна сквозь подошву сапога ощутила твердость земли.

Затем Асуна проверила «разноцветный курсор» девушки, известной как Абсолютный Меч.

Это маленькое окошко автоматически появлялось рядом с людьми, на которых было сосредоточено внимание игрока. Там значились имя, количество хит-пойнтов и маны, различные иконки, изображающие положительные и отрицательные эффекты; кроме того, цвет окошка соответствовал отношениям игрока и его объекта внимания. Цвет менялся в зависимости от того, принадлежал ли объект к той же расе, нейтральной расе, враждебной расе, был ли он другом, сопартийцем, согильдийцем и так далее; потому это окошко и называли «разноцветным курсором».

Однако, поскольку Асуна и эта девушка встретились впервые, имени девушки там не было – над полоской хит-пойнтов было пусто. Зато слева от полоски приютилась иконка – эмблема гильдии. Как намекает название, обозначает она принадлежность игрока к той или иной гильдии. Редактировать ее можно свободно; у девушки была довольно симпатичная эмблема в виде розового сердца и двух белых крыльев по бокам. Асуна к какой-либо гильдии не принадлежала, так что в ее указателе никакой эмблемы не было. Несколько раз она и ее друзья заговаривали о том, чтобы объединиться в гильдию, но как-то все до дела не доходило.

Девушка, видимо, тоже рассматривала курсор Асуны; потом кинула взгляд чуть в сторону – и вновь посмотрела прямо на нее своими красивыми фиолетовыми глазами. Улыбнувшись, она взмахнула правой рукой и ловко поманипулировала с появившимся меню. Сразу же перед Асуной возникло окно вызова на дуэль, и раздался звуковой эффект, будоражащий сердце. В верхней части окна значилось:

«Юки вызывает вас».

Слово «Юки», записанное катаканой, было, видимо, именем персонажа. Милое и в то же время внушительное – такое имя вполне шло этой девушке.

Внизу окна был выбор режима дуэли. Как и в SAO, режимов было три. Сверху вниз: «До первого удара», «До половины хит-пойнтов», «До полного поражения». В старом Айнкраде практически все дуэли длились до первого удара. Режим с потерей всех хит-пойнтов, естественно, абсолютно исключался, и даже в режиме половины, если последний удар оказывался критическим, хит-пойнты соперника могли упасть в красную зону.

Но сейчас выбор был очевиден – режим «До полного поражения».

Чувствуя краешком сознания, как меняется ток времени, Асуна нажала «ОК». Над разноцветным курсором девушки появилось имя «Юки». И над тем курсором, на который, должно быть, сейчас смотрела она, появилось имя «Асуна».

Окно вызова на дуэль автоматически исчезло, сменившись десятисекундным таймером. Асуна и эта девушка – «Абсолютный Меч» Юки – одновременно обнажили клинки. Два чистых металлических звука наложились друг на друга.

Абсолютный Меч была вооружена тонким, прямым, обоюдоострым одноручным мечом. Он был полупрозрачным и обсидианово-черным, как ее доспех. Судя по его блеску и другим деталям, этот меч был примерно того же уровня, что рапира Асуны. То есть какими-то уникальными свойствами, характерными для редких, легендарных клинков он вряд ли обладал.

Юки расположила меч перед собой на уровне пояса и естественным движением чуть подсела. Асуна, напротив, расположила правую руку сбоку от туловища, держа рапиру почти горизонтально. Окружающие крики начали отступать подобно волне прибоя.

Глубокий вдох, затем выдох – и обратный отсчет как раз дошел до нуля.

Едва перед Асуной вспыхнуло слово «Дуэль», она изо всех сил оттолкнулась ногой от земли. Преодолев семиметровое расстояние за долю секунды, она изогнулась всем телом вправо.

Вместе они покинули гостиницу Ломбара и взлетели в вечную ночь.

Как и следовало ожидать, все «Спящие рыцари» владели техникой свободного полета, и Асуна в который раз восхитилась плавностью их движений. Они совершенно не походили на людей, только что пришедших в ALO. Они не просто привыкли к VRMMO – правильнее было бы сказать, что они в высшей степени приспособились к технологии Полного погружения, лежащей в основе всего. Конечно, небольшое количество таких игроков существовало, но Асуна, несмотря на свой громадный игровой опыт, лично практически никого из них не знала.

Что могло привести к образованию этой гильдии, что свело вместе этих шестерых? Если подумать: сегодня 8 января, и большинство людей уже ходят в школу или на работу. В школе Асуны довольно свободное расписание занятий, и третий семестр начинается лишь завтра, но в норме в такой день собрать вместе шестерых согильдийцев должно быть непросто.

Учитывая их невероятную силу, вполне разумно было бы прийти к выводу, что они группа игроманов, которые тратят на игру все, что у них есть. Однако Асуна чувствовала, что это не так. В лицах «Спящих рыцарей» Асуна не видела презрения к самим себе, от которого не могли избавиться гильдии настоящих игроманов. Все они наслаждались игрой абсолютно естественно.

Асуна задумалась, какие же эти люди в реальной жизни, – никогда раньше ее такие вещи не заботили. Пока Асуна размышляла, летящая впереди Юки воскликнула своим обычным энергичным голосом:

– Вот он, донжон, я его вижу!

Если присмотреться, на фоне сплошной горной гряды можно было разглядеть громадную цилиндрическую башню, возвышающуюся до дна следующего уровня. Из основания башни торчало множество кристаллов в виде шестиугольных призм размером с небольшой домик; кристаллы эти испускали синюю фосфоресценцию, тускло подсвечивая башню. Внезапно у самого подножия донжона открылся вход, ведущий во тьму.

Семеро игроков остановились и какое-то время висели в воздухе, проверяя, нет ли рядом с входом монстров или других игроков.

Разумеется, Асуна уже рассказала Лизбет и остальным о сегодняшнем «внезапном рейде на босса». Все были в шоке, когда узнали о неожиданной просьбе Абсолютного Меча, но тут же вызвались помочь. Асуна была очень рада, но ведь главной целью «Спящих рыцарей» было совместно создать свое последнее воспоминание. А раз так, лучше особо не вмешиваться. Друзья, конечно же, поняли это объяснение и, прежде чем проводить Асуну, под завязку набили ей рюкзак своими зельями.

Кирито, у которого с самого начала этой истории был очень глубокомысленный вид, на какую-то секунду, казалось, задумался, но все же подбодрил Асуну улыбкой и помог ей убедить Юи не лететь за ней. В каком-то смысле то, что Асуна взялась помогать другой гильдии, было предательством, но друзья все равно ее всячески поддерживали. Снова мысленно поблагодарив их, Асуна медленно спланировала к входу в башню.

Следом за Асуной и остальные шестеро опустились на синевато-серую землю и подняли глаза на гигантскую башню. Десятки раз – нет, даже больше, если считать вместе с тем SAO – Асуна видела такие башни, тянущиеся к верхним уровням; однако эта величественная конструкция по-прежнему ошеломляла – снизу она выглядела совершенно не так, как сверху.

– …Ладно, действуем по плану; стараемся избегать боев с обычными монстрами и идем вперед.

После этих слов Асуны по лицам Юки и остальных прошло напряжение, и они молча кивнули. Потом все разом потянулись к поясам или за спину и с лязгом обнажили оружие.

Ундина Сиуне, весьма искусная в магии, подняла свой серебряный жезл и наложила несколько усиливающих заклинаний. Тела всех семерых окутались сиянием, и под полосками хит-пойнтов загорелось несколько маленьких иконок. Следом спригган Нори наложила заклинание, обеспечивающее всех ночным зрением. Асуна тоже знала пару заклинаний, но Сиуне как маг была сильнее, так что Асуна предоставила все ей.

Когда приготовления были завершены, сопартийцы снова переглянулись и кивнули. Юки вошла в донжон первой, остальные за ней.

У самого входа донжон выглядел как естественная пещера, но совсем скоро она перешла в рукотворный тоннель, выложенный сизой плиткой. Температура тоже заметно упала; холодный, влажный воздух лип к коже Асуны. В SAO здесь тоже было трудно продвигаться – помещения внутри донжонов были чересчур большими, а монстры по уровню не шли ни в какое сравнение с теми, что в поле. Кроме того, здесь, как и в донжонах Альвхейма, нельзя было летать. Несмотря на то, что они заранее приобрели карту в информационном центре, у них должно было уйти часа три, чтобы добраться до комнаты босса.

…Так Асуна предполагала – но.

Когда всего лишь через час с небольшим в конце коридора перед глазами Асуны появилась громадная дверь, у девушки просто не было слов – настолько сильны были ее спутники. Каждый из них был отличным бойцом, но еще более потрясающим оказался уровень их взаимодействия. Без единого слова, по одному лишь жесту руки или движению маленького тела Юки остальные останавливались, когда нужно было останавливаться, и атаковали, когда нужно было атаковать. Асуне оставалось лишь идти за ними в арьергарде. Всего трижды на их пути попадались монстры, и всякий раз под руководством Асуны партия с легкостью избавлялась от них, мгновенно убивая вожака и тем самым приводя в замешательство остальных.

Пока партия шла по коридору к комнате босса, пораженная Асуна прошептала Сиуне:

– Я вам… правда нужна? У меня такое чувство, что мне просто нечем вам помочь.

Глаза Сиуне распахнулись, и она энергично помотала головой.

– Ну что ты. Благодаря указаниям Асуны-сан мы ни разу не угодили в ловушку и очень мало дрались. Прошлые два раза мы убивали всех монстров, которые нам попадались, и успевали прилично устать к тому времени, когда добирались до комнаты босса.

– …Приятно слышать… Эй, Юки, подожди.

Услышав чуть более громкий, чем обычно, голос Асуны, трое, идущие в авангарде, тут же остановились.

Они прошли уже половину коридора, ведущего к комнате босса, и уже можно было различить детали устрашающей росписи на каменной двери. По бокам коридора через равные интервалы стояли колонны, но монстров в их тени видно не было.

Юки и Дзюн развернулись с удивленным видом; Асуна приложила палец к губам, неотрывно глядя на участок коридора напротив последней колонны слева.

Единственным источником света в коридоре был синий огонь факелов на вершинах колонн. Даже с магией ночного зрения Нори замечать какие-либо движения в колышущихся тенях на каменных стенах было трудно. Однако Асуна чувствовала, что в ее поле зрения есть что-то неправильное.

Жестом показав остальным, чтобы они отошли назад, она подняла свой посох в правой руке. Левую руку подняла на уровень груди ладонью вверх и быстро пропела довольно длинное заклинание.

Как только она закончила заклинание, в ее ладони появились пять прозрачно-синих рыбок с крылоподобными плавниками. Асуна поднесла их к лицу, а потом мягким движением кинула в нужном направлении.

Рыбки одна за другой бросились вперед и поплыли в воздухе по прямой. Заклинание призыва «Ищейка», предназначенное для борьбы с заклинаниями сокрытия. Пять рыбок стремительно расходились веером; две из них вошли в область дрожащего воздуха, куда продолжала смотреть Асуна.

Синие огоньки с хлопком рассыпались. Ищейки пропали, а в воздухе появилась зеленая мембрана, которая тут же и растаяла.

– Ах! – потрясенно выкрикнула Юки. Напротив колонны, там, где только что совсем ничего не было, появились три игрока.

Асуна быстро оглядела их. Два импа и один сильф; все в легких доспехах и с кинжалами. Впрочем, оружие весьма высокого уровня. С этими игроками Асуна не была знакома, но узнала эмблему гильдии рядом с их указателями. Конь рядом со щитом. Эта эмблема принадлежала известной крупной гильдии, специализирующейся на зачистке донжонов с 23 уровня.

В донжонах не имеет никакого смысла прятаться, если поблизости явно нет монстров. Здравый смысл подсказывает, что это может быть предназначено только для охоты на игроков. Асуна вновь подняла посох, готовая защищаться от дистанционных атак; рядом с ней Юки и остальные сопартийцы тоже приготовили оружие.

Однако, вопреки ожиданиям, один из троих поспешно вскинул руки и крикнул:

– Стойте, стойте! Мы не собираемся драться!

Асуна, почувствовав, что его тревога не притворна, чуть расслабилась и прокричала в ответ:

– Тогда, пожалуйста, уберите ваше оружие!

Трое переглянулись и немедленно убрали свои кинжалы по ножнам. Асуна чуть повернула голову в сторону Сиуне и прошептала:

– Если они попытаются снова вытащить оружие, сразу делай «Водяные путы».

– Есть. Уааа, это мое первое PvP в ALO. Я нервничаю.

Впрочем, блеск в глазах Сиуне и остальных выдавал не волнение, а скорее возбуждение. С легкой горько-сладкой улыбкой Асуна развернулась к троице, медленно подошла на несколько шагов и произнесла:

– Если вы не плееркиллерством тут занимаетесь… то зачем вы спрятались?

Трое вновь переглянулись, после чего имп, который, похоже, был у них главным, ответил:

– Мы ждем встречи с товарищами. Не хотелось бы, чтобы на нас напали монстры до того, как они придут, поэтому мы спрятались.

– …

Звучало вполне разумно, но Асуна не могла избавиться от ощущения, что что-то здесь не так. Укрывающие заклинания, будучи в действии, расходуют ману с большой скоростью, так что приходится каждые несколько секунд пить дорогие зелья. Кроме того, если эти трое сумели добраться до самой глубокой части донжона, им совершенно незачем опасаться встреч с монстрами.

Однако сколь-нибудь заметной дыры в их словах Асуна не находила. Конечно, можно этих троих убить и снять все потенциальные проблемы, но ссора с крупной гильдией может привести к самым разнообразным неприятностям в будущем.

Проглотив сомнения, Асуна слегка кивнула.

– Понятно. …Мы собираемся атаковать босса. Если ваши еще не готовы, не возражаете, если мы пойдем первыми?

– А, ну конечно.

Асуна думала, что они будут отговаривать их нападать на босса, но, к ее удивлению, худой имп ответил не задумываясь. Затем он махнул рукой своим спутникам, и все трое отошли обратно в тень возле двери.

– Мы останемся здесь и будем ждать наших. Удачи вам, и до свидания.

Имп улыбнулся и подал знак сильфу. Тот кивнул, поднял руки и принялся выпевать явно хорошо заученное заклинание.

У его ног появился зеленый вихрь и быстро окутал всех троих. Вскоре он потускнел, потом исчез – и в этом месте не осталось никого.

– …

Асуна снова посмотрела в сторону исчезнувших игроков, но тут же пожала плечами и развернулась к Юки. Несмотря на весьма напряженный диалог только что, девушка по прозвищу «Абсолютный Меч» вовсе не казалась напуганной; склонив голову чуть вбок, она смотрела на Асуну своими большими, сияющими сиреневыми глазами.

– …В общем, как запланировали, давайте туда заглянем…

В ответ Юки радостно улыбнулась и кивнула.

– Да, идем! Поработаем как следует, Асуна!

– Только не говори «давайте туда заглянем». Давайте туда вломимся и разнесем его в клочья!

Эти слова весьма внушительным тоном произнес Дзюн. Асуна могла лишь улыбнуться и ответить:

– Да, конечно, такой результат был бы идеальным, но сейчас не нужно использовать для лечения дорогие вещи. Достаточно как следует сражаться и при этом не выходить за пределы радиуса действия моих и Сиуне заклинаний лечений, понятно?

– Да, учитель! – шутливым тоном ответил Дзюн. Асуна ткнула его в лоб и, повернувшись по очереди к каждому из остальной пятерки, сказала:

– Даже если погибнете, не воскрешайтесь в городе немедленно. Оставайтесь и присматривайтесь к стилю атак босса. Если нас перебьют всех, мы вернемся к точке воскрешения Ломбара все вместе. Построение будет такое: Дзюн и Тэтч танкуют впереди, время от времени провоцируют босса, привлекая к себе его внимание. Тарукен и Нори атакуют с флангов. Юки атакует как сочтет нужным, по возможности старается его обойти. Наконец, мы с Сиуне поддерживаем сзади.

– Есть.

Тэтч ответил за всех своим низким голосом.

После того как Сиуне проворно обновила все заклинания поддержки, двое игроков авангарда двинулись вперед. Тэтч, подняв ростовой щит в левой руке и положив молот на плечо встал рядом с Дзюном перед гигантской дверью и повернулся к Асуне.

Асуна молча кивнула; Дзюн, точно так же положивший свой двуручник на плечо, прижал пустую левую руку к двери и, чуть сгорбившись, толкнул.

Двустворчатая дверь из черного полированного камня скрипнула, сопротивляясь, а потом с грохотом, разнесшимся на весь коридор, створки медленно разошлись в стороны. Как темно внутри…

Не успела Асуна так подумать, как два факела возле самой двери вспыхнули белым огнем; следом еще два слева и справа от них с небольшими паузами один за другим множество факелов загорелись, образовав кольцо света. Такое световое шоу одинаково для всех уровней; оно начинается с первых факелов и кончается появлением босса. Можно считать, что время, в течение которого все это происходит, отведено участникам рейда на окончательную подготовку.

Комната босса была идеально круглой формы. Пол, вымощенный полированными черными камнями, был пуст. На противоположной стене виднелась дверь на следующий уровень.

– …Поехали!

Как только Асуна издала этот возглас, Дзюн и Тэтч ворвались в комнату. Остальные пятеро последовали за ними и сразу же начали действовать.

Как раз когда все заняли свои позиции и изготовили оружие – громадные, грубые кубические полигоны вырвались из пола посреди комнаты. Черные полигоны, сталкиваясь друг с другом, образовали туловище гигантского гуманоида; по мере увеличения количества данных по краям туловища начали формироваться некие неровные объекты.

Наконец множество мелких фрагментов рассыпалось в воздухе, и босс материализовался во всей красе.

Снова взмыв в воздух с улиц Ломбара, семеро[8] на неописуемой скорости помчались к башне. Они летели по прямой, и несколько раз их замечали полевые монстры. Однако благодаря постоянно применявшей магию иллюзий Нори им всякий раз удавалось просто пролетать мимо них.

Всего через пять минут они были уже у башни и без колебаний влетели внутрь. К верхнему этажу они неслись кратчайшим возможным путем. Прорываться мимо толп монстров в узких коридорах было нельзя, но «Абсолютный Меч» Юки своевременно включала свои навыки и мгновенно убивала вожаков.

Когда на таймере значилось 28 минут, перед их глазами наконец появился коридор, ведущий к комнате босса. Длинный и узкий проход загибался влево, спиралью, уходя в сторону середины башни.

– Слава богу. Даже на две минуты быстрее!!! – восторженно прокричал Дзюн и обогнал Юки.

– Эй, стой!

Юки вскинула правую руку и погналась за ним.

Если так и пойдет, мы оставим альянс гильдий с носом… С этой мыслью Асуна тоже побежала изо всех сил. Они мчались кругами, поднимаясь все выше, приближаясь к комнате босса –

– !!!

Однако при виде того, что творилось у большой двери, Асуна невольно сглотнула. Бежавшие впереди Дзюн и Юки, скребя сапогами по полу, резко остановились.

– Чт… что здесь… происходит?!. – непонимающе прошептала Нори рядом с Асуной.

На последних 30 метрах до комнаты босса стояло десятка два игроков, перегораживая проход.

Все они принадлежали к разным расам, но имели кое-что общее: у каждого рядом с курсором была эмблема гильдии – такая же, как у троицы, прятавшейся возле двери.

…Неужели мы опоздали? Как им удалось собрать так быстро столько людей… Так Асуна простонала про себя, однако тут же сообразила, что что-то тут не так: людей было слишком мало, чтобы бросить вызов боссу. 20 человек – это три партии. Очень далеко до 7 партий и 49 игроков.

Похоже, собрались еще не все игроки, которые должны участвовать в сражении с боссом. Выбор в качестве места сбора самой глубины донжона был, вообще говоря, нахальством; по-видимому, эти люди довольно нетерпеливы.

Асуна подошла к Юки, которая нервным голосом бормотала что-то себе под нос, и прошептала в прикрытое черно-фиолетовыми волосами ухо:

– Не волнуйся. Похоже, у нас еще есть шанс атаковать босса.

– …Правда?

Юки наконец облегченно вздохнула. Асуна похлопала ее по плечу и быстро зашагала к собравшимся. Взгляды тех были обращены на Асуну и ее спутников, но ни удивления, ни напряжения в них не было. Пожалуй, можно даже сказать, что они предвкушали шоу.

Не обращая внимания на выражение их лиц, Асуна встала прямо перед толпой и обратилась к мужчине-гному, облаченному в самые дорогие на вид доспехи.

– Прошу прощения, мы собираемся атаковать босса. Можно вас попросить отойти в сторонку?

Однако гном сложил на груди свои толстые руки, будто нарочно демонстрируя их, и произнес нечто, чего Асуна не ожидала.

– Извини, но проход закрыт.

– Закрыт… в каком смысле?

Асуна на какое-то время лишилась дара речи, но в итоге сумела-таки выдавить этот вопрос. Гном нарочито дернул бровью и произнес бесстрастным голосом:

– Сейчас его собирается атаковать наша гильдия. Мы пока что готовимся. Пожалуйста, подождите немного.

– Немного… это сколько?

– Думаю, около часа.

Лишь теперь Асуна поняла их намерения. Те, кто здесь собрались, – просто скауты, их задача – сбор информации. Когда подойдут другие группы, способные сражаться с боссом, они пойдут драться, а пока они просто физически перегораживают коридор.

В последнее время Асуне доводилось слышать о высокоуровневых гильдиях, которые занимают охотничьи места и тем самым доставляют проблемы другим; но столь бесстыдного блокирования она не ожидала. Уж не стиль ли это «Армии», которая весьма бесцеремонно правила в старом Айнкраде?

Не без труда подавив в себе гнев, Асуна произнесла спокойным тоном:

– Так долго ждать мы не можем. Если вы собираетесь атаковать прямо сейчас, другое дело; но если нет – прошу нас пропустить.

– В чем-то ты права, – ответил гном, однако тут же бессовестно добавил: – Но мы пришли первыми. Становитесь в очередь.

– Тогда вам следовало подготовиться до того, как вы пришли сюда. А мы должны ждать час, хотя готовы атаковать в любой момент. Это несправедливо.

– Можешь ворчать сколько хочешь – ничем не могу помочь. У меня приказ командования. Если у вас есть возражения, отправляйтесь в штаб-квартиру гильдии и говорите с ними. Наша штаб-квартира в Иггдрасиль-сити.

– ТУДА ЧАС ДОБИРАТЬСЯ!!! – выкрикнула наконец Асуна, не в силах больше сдерживаться. Потом закусила губу и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Сколько с ними ни говори, похоже, уходить с дороги они явно не собираются. Что же делать?

Вряд ли с ними удастся договориться насчет трофеев и юрудо, выпавших из босса. И ведь притягательность победы над боссом заключалась не только в трофеях, но и в громадном количестве очков навыков, а главное – в именах на Монументе мечников. Вряд ли эти парни согласятся всем этим поступиться.

Будь они в какой-нибудь другой VRMMO, можно было бы пожаловаться ГМам на столь явное нарушение игрового этикета. Однако в ALO лучшее разрешение спора игроков – когда они сами разбираются между собой. ГМы в основном имеют дело с системными ошибками.

Гном кинул взгляд на Асуну, чья растерянность была видна невооруженным глазом, и, решив, что переговоры завершены, развернулся и направился к своим.

Тогда стоящая позади Асуны Юки громко произнесла:

– Эй, ты!

Гном остановился и развернулся обратно; Абсолютный Меч своим обычным энергичным голосом уточнила:

– Ты хочешь сказать, что не собираешься нас пропустить, как бы мы ни просили, я права?

– …Честно говоря, так и есть.

Услышав прямой вопрос Юки, гном машинально моргнул, однако тут же вернул свое надменное выражение лица и кивнул. Юки лишь улыбнулась и произнесла:

– Вот как? Что ж, ничего не поделаешь. Придется применить силу.

– Чт… что?!

– Эээ?!

Гном и Асуна испустили потрясенные возгласы одновременно.

Да, ALO рекламируется как игра, в которой «можно в любой момент атаковать других игроков в нейтральной зоне». Все игроки имеют полное право применить оружие, чтобы выплеснуть свое недовольство; в инструкции к игре так и написано.

Однако в дополнение к официальным правилам в игре существует негласное табу на нападения на других игроков. Если игроки нападают на крупную гильдию, они должны сознавать последствия. Потому что, даже если они победят, гильдия-противник может устроить крупномасштабную атаку во имя мести или даже выплеснуть свое негодование в онлайн-сообщество за пределами игры. Сейчас немногие игроки осмеливаются атаковать крупные гильдии – разве что те, кто изначально пришел в ALO ради плееркиллинга.

– Ю… Юки, это…

Рот Асуны открылся, но голос не выходил, потому что она просто не знала, как это все ей объяснить. Однако Юки лишь улыбнулась и, похлопав Асуну по плечу, сказала:

– Асуна, есть вопросы, которые приходится решать силой, иначе противник просто не поймет. К примеру, сейчас мы должны показать им, что мы настроены серьезно.

– Точно, ты права, – кивнул Дзюн у них за спиной. Обернувшись, Асуна обнаружила, что все пятеро обнажили оружие, словно это было нечто само собой разумеющееся.

– Ребята…

– Эти люди, которые перекрыли проход, должны быть готовы защищать его до последнего человека, – с этими словами Юки вновь повернулась к гному и склонила голову набок. – Я права?

– А… ээ, мы…

Маленькая девушка-имп мгновенно извлекла меч и, держа рукоять на уровне пояса, подняла клинок вверх; ее противник до сих пор не пришел в себя от шока. Улыбка пропала с ее губ, в глазах появился стальной блеск…

– Доставай свое оружие.

Гном, полностью подавленный исходящей от Юки аурой, взял с пояса большую секиру и принял атакующую позу.

В следующую мгновение девушка-имп пронеслась по коридору подобно урагану.

– НУАА!..

Поняв наконец, что происходит, гном наморщил нос и взревел, махнув секирой. Однако двигался он слишком медленно. Обсидиановый меч Юки, оставляя черное послесвечение, махнул снизу вверх и вонзился парню точно в грудь.

– Гу!..

Юки воспользовалась этим ударом, чтобы вывести гораздо более накачанного, чем она, гнома из равновесия, затем добавила удар сверху. Меч, издав тяжелый звук, вонзился гному в плечо, и хит-пойнты противника резко понизились.

– НУОООООО!!!

Наконец-то гном яростно зарычал и замахнулся на Юки секирой. Этот игрок командовал отрядом в весьма известной гильдии, так что его атака действительно была быстра. Однако Юки, «Абсолютный Меч», продолжала без особой спешки работать своим клинком.

Раздалось металлическое «ДЗИННЬ!», и траектория секиры чуть изменилась, пройдя на несколько сантиметров выше головы Юки и колыхнув ее черно-фиолетовые волосы. Как правило, навык «Парирование» можно применять, только если у тебя и у противника близкое по весу оружие. Однако тонкий меч Юки, похожий больше на шпагу, отклонил здоровенную секиру. Секрет был в стремительности удара Юки. Такой скорости просто невозможно достичь, если аватар игрока, его нервы и связывающая их Амусфера не слились в единое целое.

Сколько же опыта ей пришлось набрать, чтобы достичь такого уровня? Асуна наблюдала, как прямо перед ней сражается Юки, в полном изумлении. В это самое мгновение меч Юки засиял синим светом. Она подключила навык мечника.

Гном, чья мощнейшая атака только что была парирована, не очень твердо держался на ногах. И ему навстречу взорвались четыре атаки: колющий удар, горизонтальный рубящий, потом вниз и вверх. Кончик меча прочертил вокруг тела гнома яркие светло-синие линии. Четырехударный навык мечника «Вертикальный квадрат».

– ГУАА!!.

Издав вопль, гном отлетел на несколько метров и грохнулся на землю. Его хит-пойнты были уже в красной зоне. Должно быть, он это осознал: его глаза, скошенные вправо-вверх, едва не вылезли из орбит.

Когда он перевел взгляд обратно на Юки, его выражение лица сменилось с шокированного на разозленное.

– Это… это чего за дела, так ни с того ни с сего атаковать!..

Услышав хаотичные выкрики своего командира, два десятка его союзников наконец пришли в себя и тоже приготовились драться. Воины передней линии рассыпались и извлекли оружие.

Асуна машинально достала свой посох из ветви Древа Мира и мысленно повторила слова Юки.

Асуна, есть вопросы, которые приходится решать силой, иначе противник просто не поймет.

Эта фраза явно не родилась на ходу – это было твердое убеждение загадочной девушки по имени Юки. И она всегда следовала этому убеждению. Она вызывала на дуэль множество соперников – это был ее способ общения.

…Понятно… в этом смысле ты, пожалуй, права…

Когда Асуна мысленно произнесла эти слова, на ее лице вдруг появилась улыбка. Если она и дальше будет пятиться, потому что боится драки с другими игроками или их мести, весь смысл игры в VRMMO пропадет. Оружие у нее на поясе – не простое украшение и, уж во всяком случае, не тяжелое бремя.

Асуна решительно шагнула вперед и встала возле Юки. Тут же Дзюн и Сиуне встали рядом с Асуной, Тэтч, Нори и Тарукен – рядом с Юки.

Возможно, противник, численно превосходящий эту семерку игроков втрое, осознал что-то – они невольно начали пятиться.

Однако напряженную атмосферу разрядили…

…вовсе не игроки, стоящие впереди, а звук множества шагов, донесшийся сзади. Гном глянул за спину Асуне и ее сопартийцам и победно ухмыльнулся.

– !..

Асуна ахнула – ну почему в такой неподходящий момент? – и повернула голову. Она увидела множество разноцветных курсоров. Большинство эмблем гильдий рядом с курсорами было с изображением стрельца, но попадались и «щит и лошадь». Иными словами, подошла вторая половина альянса, которую поджидал гном, и было их около 30.

Как бы ни была сильна Юки, чертовски трудно победить, когда противники превосходят численностью семикратно и окружают с двух сторон. Заклинаний и стрел, выпущенных сзади, будет вполне достаточно, чтобы срубить все их хит-пойнты.

….И все из-за моей нерешительности…

Ругая себя, Асуна закусила губу. Если бы она поддержала Юки сразу же, они бы успели прорваться сквозь эту двадцатку и войти в комнату босса.

Но как раз в то мгновение, когда Асуна уже собралась раскрыть рот и извиниться, стоящая слева от нее Юки прикоснулась к ее руке. И чувства девушки-импа прошли прямо через соприкасающуюся виртуальную кожу.

Прости, Асуна. Мое нетерпение помешало тебе. Но я не жалею, что все так получилось. С самой первой нашей встречи я никогда не видела у тебя такой красивой улыбки.

Асуна взяла Юки за руку и ответила этому шепоту, как будто раздавшемуся у нее в голове:

Это я должна извиниться за то, что не смогла помочь. Мы не сумеем справиться на этом уровне, но обязательно победим босса на следующем.

Сиуне и остальные, словно почувствовав безмолвный разговор Асуны и Юки, встали в круг, лицом к противникам с обеих сторон. Тридцать человек, подбежавшие сзади, похоже, поняли ситуацию – они тоже обнажили оружие.

Теперь оставалось только драться – до конца. Приняв решение, Асуна подняла свой короткий посох и приготовилась пропеть атакующее заклинание. Увидев это, один из противников – кайт ши, вооруженный когтями, – проворчал, показывая свою хищную натуру:

– До конца дергаетесь, значит…

…Однако, когда он уже собирался торжествовать победу…

…случилось нечто далеко за пределами ожиданий как Асуны, так и всех остальных игроков.

– Э… это?..

Первой нечто ненормальное заметила Нори со своим ночным зрением. Секундой позже это явление увидела и Асуна.

Вражеский отряд к тому моменту был всего в 20 метрах от них, а за их спинами по слегка искривленной стене коридора бежало нечто… нет, скорее «некто». Оно мчалось настолько быстро, что видна была лишь черная тень.

«Бег по стене» могут применять все легкие феи, то есть – сильфы, ундины, кайт ши, импы и спригганы. Как правило, предельной дистанцией является метров десять, но эта тень пронеслась не меньше 30. Столь трудное действие можно осуществить, лишь обладая невероятной скоростью бега.

Едва Асуна это осознала – да нет, едва она увидела эту расплывчатую тень, – как тут же поняла, кто это.

Силуэт мчался по стене стремительно; обогнув подкрепление противника, он наконец опустился на землю. От торможения подошвами сапог о пол коридора во все стороны полетели искры. Остановился он спиной к партии Асуны точно посередине между ними и новоприбывшей группой игроков.

Этот человек был облачен в обтягивающие кожаные штаны и черное длиннополое пальто; кроме того, он щеголял взъерошенными черными волосами и крупным одноручным мечом за спиной.

На черных кожаных ножнах виднелась эмблема – снежно-белая виверна. Эмблема эта принадлежала «Оружейному магазину Лизбет», открытому в Иггдрасиль-сити. Меч был из редкого металла, добытого в Ётунхейме, – шедевр, выкованный близкой подругой Асуны.

Правая рука черного мечника проворно вытянула из-за спины бледно-голубой меч, и клинок с лязгом воткнулся острием в пол. Три десятка игроков-ветеранов застыли, обалдев от такого эффектного появления.

Потом незваный гость произнес слова, эхом повторившие то, что гном сказал Асуне раньше.

– Извините, но проход закрыт.

Голос прозвучал чисто, в нем не было ни намека на вызов; но, однако, и 30 только что появившихся игроков, и 20 позади Асуны, и «Спящие рыцари» – все лишились дара речи.

Первым на это нахальное заявление отозвался тощий саламандр, стоящий впереди новоприбывшего отряда. Покачав темно-рыжими волосами, он скептически взглянул на сприггана и произнес:

– Э, э, Черныш. Даже ты не сможешь нас всех тут остановить, тебе не кажется?

Мечник, получивший уйму кличек из-за своего пристрастия к черным одеяниям, пожал плечами и ответил:

– Правда? А может, все-таки попробуем?

Альянс гильдий ушел, оставив напоследок стандартный набор оскорблений и угроз, и Асуна со «Спящими рыцарями» открыли дверь в глубине комнаты. Взобрались по длинной спиральной лестнице и вышли из шатроподобного здания. Игроки оказались на 28 уровне, куда до них не заходил еще никто. Сразу же они бросились к ближайшей улице, и, как только Юки активировала портал, антибоссовский квест был закрыт.

Семерка тут же воспользовалась сияющими синим светом вратами, чтобы вернуться в Ломбар; там они встали в круг на главной площади и «дали пять» друг другу.

– Всем спасибо за работу! Наконец все закончилось!

Асуна улыбнулась, произнеся эти слова, но в сердце у нее поселилась капелька грусти. В конце концов, она была лишь наемником, и завершение контракта означало, что она и «Спящие рыцари» разойдутся и пойдут своими путями.

Нет. Есть еще много времени, чтобы подружиться с ними. Не успела Асуна так подумать, как Сиуне неожиданно похлопала ее по плечу. На ее красивом лице было серьезное выражение, совсем не такое, как обычно.

– Нет, Асуна-сан. Не все еще закончилось.

– …Э?

– Осталось сделать еще кое-что.

Глядя на это выражение лица, Асуна тут же вспомнила про Монумент мечников в Железном дворце. Кстати говоря: ведь целью «Спящих рыцарей» была не победа над боссом сама по себе – они хотели оставить все свои имена на монументе как свидетельство того, что их гильдия существовала на самом деле. Да, пока что радоваться было еще рановато…

Однако следующие слова Сиуне стали для Асуны полной неожиданностью.

– …Давайте как следует отметим это дело.

У Асуны подкосились ноги, она едва не упала. Взмахнула руками, потом уперла их в бедра и ответила:

– Мм, точно! Как следует повеселимся!

Лицо Дзюна расплылось в улыбке.

– У нас еще куча денег осталась! Куда пойдем? Закатимся в какой-нибудь мегаресторан в каком-нибудь городе?

– Ахх…

У Асуны неожиданно возникла идея. Сплетя пальцы, она огляделась. Хотя она была знакома с этими людьми всего два дня, она была уверена, что сможет с ними всеми подружиться. Она действительно была уверена в этом.

– Ну… это… а не хотите заглянуть ко мне домой? Он, правда, маленький.

Услышав приглашение Асуны, Юки сразу просияла.

Однако – почему-то ее улыбка тотчас пропала, как растаявший снег. Юки закусила губу и опустила глаза.

– Ю… Юки, что такое? – спросила всегда такую энергичную девушку озадаченная Асуна, однако та не подняла головы. Но тут Сиуне, словно пытаясь закончить то, что не договорила Юки, произнесла:

– …Это… мне правда очень жаль, Асуна-сан. Пожалуйста, не обижайся на нас… просто мы…

Однако, прежде чем Сиуне договорила, по-прежнему глядящая в пол Юки шумно вдохнула и схватила Сиуне за правую руку.

Она крепко закусила губу и молча подняла взгляд на Сиуне; ее большие глаза смотрели серьезно. Юки словно бы пыталась что-то сказать, ее губы двинулись раз, потом другой, однако слова так и не вырвались.

Но Сиуне, похоже, поняла, что Юки хотела сказать. Ее губы изогнулись в какой-то странной, непонятной улыбке. Положив руку на голову Юки, она вновь повернулась к Асуне.

– Благодарю, Асуна-сан. Мы с радостью придем к тебе в гости.

Асуна была в замешательстве, она совершено не понимала, что только что произошло. Но тут Нори, явно желая разрядить унылую атмосферу, заявила своим обычным веселым голосом:

– Если так, надо подготовить вино! Давайте купим целую бочку!

– Здесь твое любимое картофельное саке не продают, Нори, – строгим тоном перебил ее Тарукен.

– Кончай нести чушь. С каких это пор я люблю картофельное саке? Я больше всего люблю авамори[10]!

– Ну прям как дедушка, – язвительно добавил Дзюн, и все расхохотались. Асуна тоже присоединилась, потом взглянула на Юки. Лицо Юки улыбалось, но какая-то печалинка в ней, похоже, так и не исчезла.

Вся компания отправилась на главный рынок Ломбара и, накупив там огромное количество еды и спиртного, перенеслась затем на 22 уровень.

Взлетев с главной площади жилой зоны, большинство из них принялись оглядывать сверху заснеженный лес. Пролетев над замерзшим озером, они наконец увидели перед собой пятачок не поросшей деревьями земли и круглый домик посередине.

– О, вот сюда?

Услышав восторженный голос Юки, Асуна кивнула.

– Да… ай!

Не успела Асуна закончить фразу, как Юки спикировала вниз, к дворику перед домом, раскинув руки. С громким «пухх!» она шлепнулась в снег, подняв огромное облако. Сидящие на соседних деревьях птицы были в шоке.

– …Ох уж…

Асуна и Сиуне, переглянувшись, улыбнулись и расправили крылья, чтобы идти на посадку. Асуна, проскользив немного над двором, наконец приземлилась, и Юки тут же схватила ее за руку и потащила к дверям – ей не терпелось войти в дом.

Асуна хотела познакомить их всех со своими друзьями, кто был сейчас на месте, однако дом был пуст. Кирито с Кляйном, которые помогли остановить альянс гильдий, еще не вернулись из точки возрождения, тут ничего не попишешь. Однако Лизбет и Силики тоже не было. Может, все ожидали, что так будет, и специально ушли, чтобы дать Асуне и «Спящим рыцарям» отметить победу всемером?

– Хех. Значит, это и есть дом Асуны?

Юки со счастливым лицом оглядывала столы, растущие из пола, дышащий красным жаром очаг, мечи и другие вещи, развешанные по стенам. Остальные шестеро сразу сгрудились вокруг стола и принялись доставать из рюкзаков и выкладывать купленные припасы. Вскоре на столе образовалась гора странного вида блюд, напитков и закусок.

По желанию Нори они купили вина. Откупорив бутылки, они разлили золотистый напиток в бокалы и выставили на стол в ряд. На этом приготовления к вечеринке были завершены. Асуна показывала Юки свою коллекцию приправ; Дзюн оттащил их обеих обратно в гостиную, и все семеро расселись за столом.

Юки, которой доверили произнести первый тост, радостно улыбнулась и сказала:

– Нашей победе над боссом уровня – ура!

– Урааа! – откликнулись остальные. Раздался звон бокалов, после чего все выпили, и безудержная вечеринка началась.

Дзюн и Тэтч обменивались впечатлениями, как они победили босса. Нори и Тарукен весело трещали о винах, которые встречаются в ALO, а сидящая рядом с ними Асуна слушала разговор Юки и Сиуне, которые вспоминали о своих предыдущих VRMMO.

– А ужаснее всего была та американская игра «Мир насекомых»!

Юки обвила себя руками и напряглась.

– А… это.

Сиуне беспомощно кивнула.

– Хех… а что это за игра? – поинтересовалась Асуна

– Насекомые! Представляешь, там все насекомые! Ладно, если все монстры – насекомые, но и все игроки тоже… Я была муравьем, который мог ходить на двух ногах, это еще ничего, но вот Сиуне…

– Нет, не смей рассказывать!

– Она была громадной такой гусеницей. И умела паутину плести…

На этом месте Юки наконец не выдержала и расхохоталась. Увидев, как Сиуне ухмыльнулась, Асуна тоже начала смеяться.

– Так здорово… мы все вместе ходили по стольким мирам.

– Асуна, а ты? Похоже, ты тоже много играла в VRMMO.

– Я? Ээ, только не говори никому. Вообще-то я провела здесь достаточно много времени, чтобы скопить денег на этот домик…

– Поняаатно…

Юки подняла голову и, прищурившись, вновь обвела взглядом гостиную.

– Но здесь правда очень уютно. Наверняка здесь у тебя особые чувства.

– Да. Когда я здесь, у меня спокойно на душе.

Сиуне тоже кивнула; однако ее маленький рот тут же распахнулся.

– Что, что такое, Сиуне?

– Черт, совсем забыла! Насчет денег… мы же пообещали Асуне-сан, что отдадим ей все трофеи босса, когда попросили ее пойти с нами. Что же делать? Мы столько всего накупили…

– Уаа, я тоже начисто забыла!

Обе девушки виновато сникли. Глядя на них, Асуна улыбнулась и замахала руками.

– Да все в порядке. Я немножко возьму, и хватит. А, или, я думаю…

Она закрыла рот, потом тяжело вздохнула и продолжила:

– …Лучше я вообще ничего не возьму. Но я хочу у вас, ребята, попросить кое-что.

– Э?..

– В общем… хотя наш уговор выполнен… но я хочу еще общаться с Юки. Я хочу много о чем тебя поспрашивать.

Юки, я хочу, чтобы ты научила меня – как стать такой же сильной, как ты.

С этой мыслью Асуна произнесла:

– Можно мне присоединиться к «Спящим рыцарям»?

С тех пор, как Асуна стала феей в ALO, ни разу она не вступала в гильдии. Крупные гильдии несколько раз ее приглашали, а Кирито с Лизбет предлагали создать свою, маленькую, но ничего из всего этого не вышло.

Причиной был, скорее всего, некий страх перед гильдиями, оставшийся у Асуны. В прошлом она больше года была сублидером сильнейшей, пожалуй, гильдии. Тогда она требовала от подчиненных железной дисциплины и стальной воли; сама она при этом показывала всем пример и никогда не улыбалась перед согильдийцами. Подчиненные тогда лишь боялись ее, но не очень-то любили. Асуна опасалась, что, если она присоединится к какой-нибудь гильдии здесь, в ALO, ее прежние замашки к ней вернутся.

Однако со «Спящими рыцарями» она сжилась очень легко и раздавала указания не колеблясь. Этим она, скорее всего, была обязана искренности Юки и остальных, которая помогла ей с легкостью избавиться от сомнений. Если она будет с ними, та стенка в ее сердце непременно расшатается, и тогда Асуна станет по-настоящему сильной. Сама Асуна этого не замечала, а вот Кирито, Лизбет, Кляйн и остальные, должно быть, заметили, поэтому они и помогали ей; поэтому, когда Асуна сказала, что хочет принять участие в атаке на босса, осуществляемой другой гильдией, они не огорчились, но, наоборот, всячески ее поддержали.

На просьбу Асуны Юки не дала ответа сразу, лишь крепко закусила губу. В ее глазах вновь разлилась тревога.

Сиуне и остальные четверо тоже разом притихли и уставились на Асуну и Юки. Посреди повисшего молчания Юки молча смотрела на Асуну. В конце концов она исторгла из себя голос – дрожащий, совсем не такой, как обычно.

– Ну… Асуна. Мы… «Спящие рыцари», скорее всего… мы распадемся весной. И после этого вряд ли мы сюда еще вернемся.

– Мм, я знаю. Пусть до весны, неважно. Я хочу подружиться с тобой, Юки… и со всеми. Можно ведь, если до весны, а?..

Асуна подалась навстречу фиолетовым глазам Юки. Однако та впервые за все время отвела глаза, чтобы не встречаться с Асуной взглядом. Потом тихонько покачала головой и произнесла:

– Прости… мне правда очень жаль, Асуна. Мне правда очень жаль… очень…

Юки продолжала бормотать, и слушать это было больно. Асуне недостало духа позволить ей продолжать.

– Понятно… ну, ничего, нормально. Это я должна извиняться, что поставила тебя в затруднительное положение, Юки.

– В общем… Асуна-сан, мы… мы…

Сидящая рядом Сиуне, похоже, хотела помочь Юки, но – редкость для нее – даже она не могла подобрать нужных слов.

Асуна оглядела лица «Спящих рыцарей» – на всех их была написана боль. Пытаясь как-то разрядить обстановку, она хлопнула в ладоши и бодрым голосом произнесла:

– Простите, что наговорила глупостей и расстроила вас. Давайте, чтобы вернуть настроение, пойдем посмотрим это!

– «Это»?..

После слов Асуны Сиуне взглянула озадаченно, а Юки лишь уныло опустила голову. Асуна похлопала обеих девушек по плечу.

– Вы же забыли про самое важное! Монумент мечников в Железном дворце должен уже обновиться!

– О, точно! – Дзюн вскочил на ноги. – Пошли, пошли! Пойдем сфоткаемся там!

– Ну что, идем? – обратилась Асуна к Юки, и девушка-имп наконец-то улыбнулась.

Прошло три дня с тех пор, как Юки по прозвищу «Абсолютный Меч» перестала появляться в Айнкраде.

В те последние секунды она плакала, стоя перед Монументом мечников, и эта картина до сих пор стояла у Асуны перед глазами. Она просто не могла так вот взять и забыть ее. Асуна хотела во что бы то ни стало еще видеться с Юки, еще говорить с ней. Однако на все сообщения, что она отправляла, приходил ответ «Адресат не в игре», и не было никаких признаков, что их кто-либо читал.

Возможно, другие «Спящие рыцари» знают, где Юки, – так Асуна подумала. Однако два дня назад, когда она пришла в гостиницу Ломбара – место сбора гильдии, – там была лишь Сиуне. Она опустила ресницы и покачала головой.

– Мы тоже не можем связаться с Юки. И не только в ALO. Похоже, она вообще сейчас не ныряет. И мы ничего не знаем про нее в реальном мире. И…

Здесь Сиуне запнулась и посмотрела на Асуну озабоченно.

– Асуна-сан. Я думаю, что Юки не хочет больше с тобой видеться. И дело не в других – это ради тебя самой.

Асуна была настолько потрясена, что у нее отнялся язык. Лишь через несколько секунд ей наконец удалось выдавить:

– П… почему? Нет… мне кажется, Юки, Сиуне, вы все, вам незачем рвать со мной отношения. Если я вас как-то стесняю, я не буду больше настаивать. Но… не могу поверить, что это все из-за меня.

– Какое там стесняешь…

На лице Сиуне, всегда таком спокойном и собранном, появилось редкое для нее выражение боли; она замотала головой и продолжила:

– Мы все счастливы, что познакомились с тобой, правда. В этом мире мы смогли пережить столь прекрасные, запоминающиеся моменты – благодаря тебе, Асуна-сан. Ты помогла нам одолеть босса и даже сказала, что хочешь присоединиться к нашей гильдии. Нашу благодарность просто невозможно выразить. Но… пожалуйста, пожалуйста, просто забудь про нас.

Сиуне сделала паузу, потом движением левой руки открыла меню. Перед Асуной возникло окошко торговли.

– Это раньше, чем мы все ожидали, но я хочу распустить «Спящих рыцарей» прямо сейчас. Все это остается тебе, Асуна-сан – трофеи от босса и наше снаряжение…

– Нет… не надо. Я не могу это принять.

Асуна закрыла окошко, словно прогоняя его, и подошла к Сиуне вплотную.

– Неужели мы правда здесь расстанемся навсегда? Я… мне нравится быть с Юки, с тобой, с остальными. Я думала, что мы сможем остаться друзьями даже после того, как распадется гильдия. Но… неужели я одна так думаю?..

Прежде Асуна ни за что не смогла бы произнести таких слов. Однако, проведя несколько дней с Юки и остальными, Асуна чувствовала, что что-то в ней изменилось. И именно из-за этого она не желала прощаться навсегда.

Однако Сиуне лишь опустила глаза и покачала головой.

– Прости… прости, но так к лучшему. Лучше, если мы расстанемся здесь и сейчас… прости, Асуна-сан.

Затем, точно пытаясь сбежать, она нажала на кнопку в своем меню и разлогинилась.

Не только Юки. Сиуне, Дзюн, Нори – все «Спящие рыцари» перестали появляться в ALO.

Возможно, Асуна сама ошиблась, убедив себя, что каких-то нескольких дней общения достаточно, чтобы подружиться. Однако «Спящие рыцари» оставили в ее душе глубокий, нестираемый отпечаток. Она даже помыслить не могла, чтобы о них забыть.

Третий семестр уже начался, но, хотя Асуна в реальном мире виделась с Кадзуто, Рикой и Кейко, на сердце у нее было тяжело. Улыбающееся лицо Юки постоянно висело у нее перед глазами, ее голос заползал в уши. «Сестричка» – так Юки назвала Асуну. Когда она это поняла, то заплакала. И Асуна хотела во что бы то ни стало узнать, почему.

Вчера во время обеденного перерыва Асуна получила сообщение от Кадзуто: «Жду тебя на крыше».

Почему прошедшее время? Так прошептал голос внутри Асуны, и она взглянула на доктора. И доктор, словно услышав этот голос, добавил:

– Родители Юки-кун… скончались два года назад, а ее сестра – год назад.

– Прошу прощения!

«Ээ, прошу прощения!»

Два голоса – один звонкий, другой мягкий – прозвучали одновременно. Потом Асуна быстрым шагом прошла вдоль ряда письменных столов.

Пятым уроком был Родной язык; преподавал его человек, бывший когда-то директором частной школы. Он ушел на пенсию, но добровольно вернулся сюда, в это неожиданно возникшее образовательное учреждение. Ему было уже под семьдесят, но с онлайновыми устройствами здесь, в школе, он управлялся успешно; и Асуна любила его манеры, за которыми чувствовалась мудрость.

Зная характер учителя, Асуна считала, что он не будет возражать против того, чтобы Юки присутствовала на уроке; но все равно, объясняя ситуацию, она нервничала. Учитель с густыми седыми волосами и бородой внимательно слушал объяснение Асуны, держа в руках большую чашку. Когда девушка закончила, он кивнул и сказал:

– Мм, хорошо. Да, кстати, как вас зовут?

«Аа, я, меня зовут… Юки, Юки Конно».

Услышав из зонда мгновенный ответ, учитель был слегка удивлен, но тут же улыбнулся и произнес:

– Конно-сан, если хотите, пожалуйста, посещайте наши уроки. Мы как раз начнем проходить «Вагонетку» Акутагавы[13]. Это будет интересно, только если вы будете с нами до конца.

«Да… да, огромное вам спасибо!»

Когда Асуна и Юки закончили благодарить учителя, как раз прозвенел предварительный звонок. Асуна поспешно поклонилась и вышла из учительской. Оказавшись снаружи, обе девушки одновременно вздохнули.

Переглянувшись с Юки, Асуна улыбнулась и быстро направилась в класс.

Едва она села на свое место, ее тут же окружили одноклассники и принялись расспрашивать, что это за устройство у нее на плече. Асуна объяснила, что Юки лежит в больнице, и, как только Юки заговорила, вопросы сразу отпали. Одноклассники принялись представляться Юки. Как раз когда церемония представления завершилась, раздался звонок, и в дверях появился учитель.

После того как дежурный призвал класс встать и поприветствовать учителя – объективы на зонде тоже поднялись и опустились, – учитель прошел на кафедру, погладил бороду и, как обычно, начал урок.

– Ээ… а сейчас откройте, пожалуйста, девяносто восьмую страницу учебника, рассказ Рюноскэ Акутагавы «Вагонетка». Акутагава написал это произведение в возрасте тридцати лет…

Пока учитель рассказывал, Асуна достала свой тонкий планшетник и поместила его перед Юки, чтобы та тоже могла видеть. Однако, услышав следующую фразу учителя, она едва не выронила компьютер.

– …Теперь пусть кто-нибудь из учеников начнет читать с первого абзаца. Юки Конно-сан, будьте так любезны, первый абзац.

– Хааа?

«Чт, что?»

Асуна и Юки воскликнули одновременно, и класс немедленно зашумел.

– Что-то не так?

Прежде чем Асуна ответила учителю, Юки громко произнесла:

«Ладно, понятно!»

Похоже, громкость динамика внутри зонда регулировалась – голос Юки достиг самого дальнего уголка класса. Асуна поспешно встала, поднесла планшетник к объективам и, склонив голову вправо, прошептала:

– Юки… ты, ты можешь это прочесть?

«Конечно. Обожаю читать книжки!»

Ответив Асуне, Юки сделала короткую паузу, а потом начала читать своим энергичным голосом.

«Работы по проведению узкоколейки Одавара – Атами начались, когда…»

Асуна, держа компьютер, закрыла глаза, словно сосредоточиваясь на ритмичном чтении Юки.

На экране в своем сердце она ясно видела, как Юки в такой же форме, что и сама Асуна, стоит рядом с ней. Асуна была убеждена, что обязательно настанет день, когда эта мечта станет явью. Медицина прогрессирует с каждым годом. В самом ближайшем будущем ученые непременно создадут лекарство, которое сможет прогнать ВИЧ полностью, и Юки вернется в реальный мир. И вот тогда Асуна обязательно возьмет ее за руку и познакомит со школой и с соседними улицами. А после школы они отправятся в ресторан фаст-фуда, будут там есть гамбургеры и болтать о том о сем.

Асуна тайком, чтобы Юки не заметила, утерла слезы. Юки продолжала читать классический текст прошлого века, и учитель ее не останавливал. В послеполуденной школе установилась какая-то аномальная тишина, точно все здесь слушали, как Юки читает.

Следом за пятым уроком Юки посетила и шестой, и Асуна, как обещала, провела ее по школе. Как ни странно, с ней пошли и несколько одноклассников; все они хотели поговорить с Юки.

Наконец девушки остались одни; когда Асуна села на скамейку в школьном дворе, небо уже стало оранжевым.

«Асуна… огромное тебе спасибо за сегодня. Я так счастлива… я ни за что не забуду этот день», – неожиданно серьезным тоном произнесла Юки, и Асуна инстинктивно ответила бодро:

– О чем ты говоришь? Разве учителя не сказали, что ты можешь приходить каждый день? Завтра у нас японский третьим уроком. Не вздумай опоздать! Да, и кстати… это… может, ты еще где-нибудь хочешь побывать? Можем зайти куда угодно, кроме кабинета директора.

Юки хихикнула и замолчала. Помолчав немного, она робким голосом произнесла:

«Вообще-то… есть место, куда я хотела бы сходить…»

– Куда?

«А за пределами школы можно?»

– Ээ…

Асуна невольно замолчала. Немного поразмыслив, она решила наконец, что аккумулятор зонда выдержит, и Юки увидит все, что захочет, пока мобильник останется подключен к Интернету.

– Мм, вполне. Везде можно, если только антенна моего мобильника достанет сеть.

«Правда? Только это… немножко далековато… Отвези меня в Ходогая-ку, это в Иокогаме… в квартал Цукимидаи».

Похоже, в регистратуре уже были предупреждены. Не успела Асуна раскрыть рот, чтобы объяснить свои намерения, как медсестра протянула ей пропуск и сказала поспешить на верхний этаж центрального блока.

Асуна нетерпеливо ждала, глядя на сменяющиеся номера этажей, и выскочила из лифта, едва его дверь открылась. Неуклюже приложив пропуск к сканеру следующей двери, она бросилась бегом, хоть и знала, что нарушает правила. Она мчалась по монотонно-белому коридору. Наконец последний поворот – и вот уже дверь в стерильную комнату, где спала Юки.

…Асуна могла лишь смотреть, распахнув глаза, на открывшуюся перед ней картину.

Две двери одна напротив другой – вход в комнату наблюдения. Дальше в глубине – стерильная комната. Асуна уже проходила через эти толстые двери; а сейчас они были распахнуты настежь. Пока она смотрела, кто-то из персонала в хирургическом халате подошел к ней.

Врач кивнул и прошептал: «Пожалуйста, поспеши». Этот голос будто подтолкнул Асуну; она на трясущихся ногах сделала несколько шагов вперед – и снова остановилась у внутренней двери.

Ее глазам открылась белая комната.

Машины, установленные здесь в большом количестве, были все отодвинуты к левой стене. Две медсестры и врач стояли вокруг гелевой кровати в середине комнаты и наблюдали за лежащим там хрупким тельцем. Все трое были в обычной белой одежде.

Увидев это, Асуна поняла – сделать уже ничего нельзя. Оставалось лишь стоять возле кровати и ждать наступления «этого момента». Все предрешено.

Доктор Курахаси поднял голову, увидел Асуну и жестом левой руки пригласил ее подойти ближе. Асуна, волоча непослушные ноги, вошла в комнату.

До гелевой кровати было всего несколько метров, но это расстояние казалось ей гигантским. Приближаясь шаг за шагом к жестокой реальности, Асуна добралась наконец до кровати.

Тощая девушка лежала на матрасе, укрытая до шеи белым одеялом. Маленькая грудь слегка приподнималась. Рядом стоял монитор ЭКГ, в его правом верхнем углу пульсировала зеленая кривая.

Медикубоид по-прежнему покрывал голову девушки, однако сейчас его квадратная туша была разделена надвое. Та часть, что располагалась от ушей и выше, была откинута на 90 градусов назад и уже не покрывала лица спящей девушки.

Впервые Асуна видела тело Юки в реальном мире. Девушка была такая хилая, такая худая, с такой бледной кожей, что сердце разрывалось. Лицо ее таило в себе какую-то таинственную красоту; Асуне даже показалось, что так бы выглядела пикси, если бы они существовали.

Какое-то время она молча смотрела на Юки. Потом доктор Курахаси прошептал:

– Слава богу… вы успели вовремя.

Не в силах осознать эти слова, что «она успела вовремя», Асуна подняла глаза на доктора, но его умные глаза смотрели из-за линз очков совершенно серьезно. Потом доктор продолжил:

– Сорок минут назад ее сердце остановилось. С помощью лекарств и дефибриллятора мы его снова запустили, но в следующий раз…

Асуна, едва дыша, попыталась продавить голос сквозь сжатые зубы. Однако осмысленной фразы произнести никак не удавалось.

– Почему… почему же… Юки, она еще…

Доктор кивнул, потом покачал головой.

– …По правде говоря, в январе, когда вы сюда пришли, она уже была в таком состоянии, что это могло случиться в любой момент. ВИЧ пожирает все; у нее был жар, и лимфома дала метастазы в центральную нервную систему; Юки-кун действительно была на грани смерти. Однако она сражалась еще целых три месяца – мы все поражены. Даже в безнадежной битве она продолжала держаться. Она действительно сделала все, что могла… нет – если мне будет позволено сказать…

Голос доктора задрожал.

– Для Юки-кун все эти пятнадцать лет были одной долгой битвой. И не только с ВИЧ… она еще боролась с холодной и жестокой действительностью. Тестирование Медикубоида, должно быть, принесло ей немало страданий. Но… Юки-кун ни разу не отступила. Без ее помощи, думаю, мы смогли бы нормально пользоваться Медикубоидом на год позже. Так что сейчас – лучше всего дать ей отдых…

Услышав слова доктора, Асуна молча обратилась к той Юки, что была в ее сердце.

Юки – как ты могла проиграть? Ты же «Абсолютный Меч»… ты непобедимая мечница, способная одолеть любого. Ты должна была победить свою болезнь и судьбу…

И вдруг.

Голова Юки слегка шевельнулась. Тонкие веки задрожали и приподнялись. Глаза, которые, казалось, должны были потускнеть, сияли, глядя на Асуну.

Губы того же цвета, что и кожа, чуть дернулись; тонкая правая рука под одеялом задрожала и медленно-медленно потянулась к Асуне.

Доктор произнес:

– Асуна-сан… пожалуйста, возьмите ее за руку.

Он даже договорить не успел, а Асуна уже потянулась к Юки и обхватила ладонями ее руку, тонкую, как карандашный грифель. Ледяная ладонь вцепилась в пальцы Асуны, словно моля о чем-то.

На Асуну то ли озарение снизошло, то ли еще что – она поняла, что хотела сказать Юки.

Крепко сжав руку Юки, она подняла голову и спросила:

– Доктор… можно мы сейчас воспользуемся Медикубоидом?

– Ээ… это возможно, надо только включить питание… но… Юки-кун, наверное, хочет побыть вне машины…

– Нет, Юки хочет еще раз вернуться в тот мир. Я понимаю, что она сейчас чувствует. Пожалуйста… позвольте ей снова воспользоваться Медикубоидом!

Несколько секунд доктор смотрел Асуне в лицо и наконец согласился. Он отдал несколько распоряжений медсестрам и, взявшись за ручку на боку Медикубоида, накрыл им голову Юки.

– На его включение уйдет примерно минута… что вы будете делать?

– Я возьму Амусферу в соседней комнате!

С этими словами Асуна еще крепче сжала руку Юки и опустила рядом с хрупким телом. «Дождись меня, я скоро», – прошептав эти слова, она встала и отошла от кровати.

Буквально вылетев из стерильной комнаты, она очутилась в комнате наблюдения. Открыла соседнюю дверь, запрыгнула в одно из двух кресел и надела висевшую на подлокотнике Амусферу. Включив питание, она стала ждать, пока пройдет загрузка, но сердце ее было уже на той стороне.

Последние слова Юки по-прежнему звучали у Асуны в ушах. Она сказала, что не могла ничего создать в этом мире, не могла никому помочь, – и сама она не оставила своих генов, уйдя из жизни.

Асуна дотронулась до банта на своей форме; мысли продолжали течь в голове. Краткое прикосновение Юки оставило в сердце Асуны глубокую, нестираемую отметину. Душа Абсолютного Меча и доблесть, с которой Юки противостояла невзгодам, продолжали жить в Асуне. Сотня молодых людей, пришедших сюда, – должно быть, все они думали точно так же. Даже несмотря на то, что воспоминания с годами тускнеют, кристаллизуются, что-то в их сердцах обязательно останется.

А раз так – жизнь не есть всего лишь передача информации, записанной четырьмя нуклеотидами. Жизнь – инструмент, позволяющий хранить воспоминания и души, не имеющие физической основы. Если когда-нибудь в далеком будущем человеку удастся создать среду, где может обитать душа и память, то человечество сможет воспользоваться этим, чтобы спасти себя от вымирания…

А пока этот день не настал, я должна делать все, что смогу, чтобы сохранить и передать другим душу Юки. Когда у меня будут дети, я расскажу им всю эту историю, и они узнают, что когда-то в пространстве между реальным и виртуальным мирами ярко сияла замечательная хрупкая девушка.

Эти слова Асуна прошептала, обращаясь к собственному сердцу, а потом открыла глаза, которые сама не заметила, как закрыла.

Она увидела, как от угла церкви со стороны крыльца к ней приближается человеческая фигура, и поспешно утерла пальцами выступившие на глазах слезы.

Это была женщина. Асуне казалось, что уже встречалась с ней, но лица она не помнила совершенно. Довольно высокий рост, простое черное платье, накинутая шаль, черные волосы до плеч. Единственным украшением было серебряное ожерелье. Выглядела она лет на двадцать с небольшим.

Женщина подошла к Асуне и, остановившись перед ней, поклонилась. Асуна поспешно встала; как только она подняла голову, в глаза ей бросилась белая до прозрачности кожа этой женщины. Эта бледность напомнила Асуне ее саму, когда она только очнулась от своего долгого сна. Если присмотреться, видно было, что шея женщины, которую не прикрывала шаль, тонка, как запястье, – того гляди переломится.

Какое-то время женщина молча смотрела Асуне в лицо; потом красивые глаза, напоминающие по форме финики, блеснули ласково, и на губах появилась легкая улыбка.

– Вы Асуна-сан? Вы выглядите совсем как в виртуальном мире. Я узнала вас с первого взгляда.

Услышав этот спокойный, мудрый голос, Асуна сразу догадалась, кто эта женщина перед ней.

– Ах… вы… Сиуне-сан?..

– Ээ, да. Мое настоящее имя Ан Си Ун. Рада познакомиться… и давно не виделись.

– Это, рада с вами познакомиться! Я Асуна Юки. Да, давно не виделись… уже неделю.

После этого несколько неуклюжего приветствия обе женщины улыбнулись. Асуна жестом левой руки пригласила Си Ун сесть на скамейку и сама уселась рядом.

Вдруг до Асуны дошло. Все «Спящие рыцари», по-видимому, неизлечимо больны и находятся в терминальном состоянии в хосписах. Этой женщине вообще можно так вот выходить одной?..

Си Ун, похоже, заметила обеспокоенность Асуны; слегка кивнув, она сказала:

– Не волнуйся. В апреле мне наконец разрешили выходить из больницы. Сейчас со мной мой брат, но я попросила его подождать снаружи.

– …Значит… ты уже…

– Да… у меня был острый лимфобластный лейкоз… в общем, этот лейкоз сейчас исчез… я заболела три года назад, прошла химиотерапию, и после этого у меня была ремиссия. Но в прошлом году я опять заболела… и после этого врач сказал, что единственное эффективное средство – трансплантация костного мозга. Но набор белых кровяных телец у моей семьи не такой, как у меня… и в банке костного мозга тоже не нашлось подходящего донора. Я уже мысленно приготовилась и хотела лишь с пользой провести оставшееся время…

Си Ун замолчала и подняла глаза на порхающие лепестки сакуры. Вихорек взметнул несколько лепестков, и они затанцевали, точно снежинки.

– …Когда болезнь усилилась, пересаживать костный мозг было уже бесполезно, и меня накачивали разными лекарствами – резервная химиотерапия[16] – только чтобы уменьшить боль. Новых и неапробированных препаратов было слишком много, из-за этого возникли серьезные побочные эффекты… было так тяжело, что несколько раз я хотела сдаться. Я много раз говорила врачу: если надежды нет, избавьте меня от химиотерапии и дайте спокойно прожить последние дни…

Асуна вдруг заметила, что волосы Си Ун, колышущиеся под лепестками сакуры, – на самом деле парик.

– Но… всякий раз, когда я видела Юки, у меня появлялась мысль, что нельзя сдаваться так просто. Юки боролась с такой же болью пятнадцать лет, и как же я, старшая, могу позволить себе сдаться через каких-то три года? Я повторяла себе это – а с февраля мне постепенно стали давать меньше лекарств… и врач сказал, что мое состояние улучшается. Но я все равно чувствовала, что момент вот-вот настанет. Резервную химиотерапию мне сменили на обычную. Мне стало страшно… и одновременно полегчало на душе. Я знала про состояние Юки, и я чувствовала… если Юки рядом со мной, то не имеет значения, даже если я отправлюсь в иной мир. Неважно, куда я пойду, – она все равно будет оберегать меня… смешно, правда? Юки младше меня, а я так на нее опираюсь…

– Нет… я отлично понимаю, – просто ответила Асуна и кивнула. Си Ун улыбнулась и, кивнув тоже, продолжила.

– …А потом… неделю назад, на следующий день после того, как я попрощалась с Юки, врач пришел ко мне в палату… и сказал, что я выздоровела… мой лейкоз прошел, и меня можно выписывать. Я удивилась, что за ерунду он говорит; может, он просто хочет, чтобы я встретилась с семьей и попрощалась? Я так думала, я ничего не понимала… а два дня спустя меня на самом деле выписали. Вчера я даже сама почувствовала, что могу выздороветь полностью. Я слышала, сейчас испытывают одно очень эффективное лекарство…

Вновь Си Ун замолчала, и ее улыбающиеся губы исказились, как при плаче.

– Но я чувствовала, что что-то не так. Мне дали это время, когда я уже решила, что времени у меня уже нет, и меня это грызет. И… и для Юки это…

Голос Си Ун чуть задрожал. Асуна заметила слезинки, выступившие в уголках глаз, и ее тоже охватила печаль.

– Юки ждала меня, а в итоге это я буду ждать… Я уже обещала Юки, Ран-сан, Кловису и Меринде, что… мы всегда будем вместе… а я… а я…

Дальше Си Ун говорить не могла; она опустила голову, и ее плечи задрожали.

Ран-сан – это, должно быть, первый лидер гильдии, то есть старшая сестра Юки. Другие двое – похоже, тоже умершие уже члены «Спящих рыцарей». На долю этих людей выпала, быть может, самая тяжелая, самая беспощадная жизнь, какая только могла, и невзгоды сплотили их, в определенном смысле, сильнее, чем членов семьи или влюбленных. Асуна чувствовала, что у нее сейчас просто нет права говорить что-либо, но удержаться она не смогла.

Протянув левую руку, она молча накрыла правую ладонь Си Ун, лежащую на скамье. Пальцы Си Ун были очень тонкие, но от них исходило тепло.

– Си Ун-сан. Я… много думала в последнее время… жить – это значит сохранять и передавать мысли. Я долго боялась показывать другим, что думаю и чувствую, и я не смела заглядывать в их мысли. Но Юки показала мне, что здесь нечего бояться. Эту силу, которую мне дала Юки, я хочу передать другим людям. Я надеюсь, что, пока я жива, я могу передать мысли Юки дальше, а потом… когда я снова встречусь с Юки, надеюсь, я ей смогу еще больше рассказать.

Асуна говорила немного сбивчиво, но старалась изо всех сил. Она чувствовала, что больше половины своих эмоций выразить так и не смогла, однако Си Ун медленно кивнула и накрыла левую руку Асуны своей левой.

Потом она подняла голову. Несмотря на то, что в ее красивых черных глазах стояли слезы, она улыбалась.

– Спасибо… Асуна-сан.

Прошептав эти слова, Си Ун потянулась к Асуне и обняла ее, и Асуна тоже крепко прижала к себе ее худое тело. Си Ун прошептала Асуне почти в самое ухо:

– Мы все очень благодарны тебе, Асуна-сан. С того самого дня, как умерла сестра Юки Ран-сан, Юки изо всех сил старалась подбадривать и поддерживать нас, как это делала ее сестра, и в итоге мы все стали чересчур на нее полагаться… когда нам было больно или тяжело, Юки всегда дарила нам свою силу. Возможно, тебе покажется, что сейчас об этом бессмысленно уже говорить, но… я очень переживала за Юки. Я не могла понять, на кого опирается она сама. Она всегда улыбалась, никогда не сердилась… но она такая маленькая и хрупкая, и я тревожилась, что когда-нибудь она не выдержит всего этого и сломается… и тут – появилась ты. Юки была так счастлива рядом с тобой, Асуна-сан. Она стала самой собой – как птица, которая наконец научилась летать. И она как будто взлетела в небо… так высоко, что нам было не достать… и покинула нас…

После этих слов Си Ун сделала короткую паузу, а на экранчике в сердце Асуны мелькнула картина: Юки превращается в птицу и улетает ввысь, в другой мир.

Си Ун отодвинулась и улыбнулась как-то робко. Стерла пальцами слезы и, сделав глубокий вдох, ясным голосом произнесла:

– …На самом деле не только я. Дзюн… у него тоже был рак, который не поддавался лечению, но в последнее время лекарство, которое ему дают, вдруг начало работать, и я слышала, что его опухоль уменьшилась. Это как будто Юки говорит нам с ним, что наше время еще не подошло. Похоже, «Спящие рыцари» не скоро еще вновь соберутся вместе.

– …Да. Так что в следующий раз прими меня в гильдию официально.

Асуна и Си Ун переглянулись, разом захихикали – и рассмеялись. Потом подняли головы и посмотрели на расцвеченное сакурой небо. Дующий сзади ветер трепал им волосы. Асуна вообразила, что Юки обнимает их обеих за плечи, а потом отлетает, хлопая крыльями; девушка вновь закрыла глаза.

Прошло несколько минут. Потом молчание разбил звук шагов. Приближались двое. Асуна и Си Ун обернулись и увидели идущего к ним парня в той же форме, что у Асуны, – Кадзуто Киригаю. Вместе с ним шел доктор Курахаси в черном халате.

Асуна и Си Ун встали и поздоровались с пришедшими. Те, в свою очередь, кивнули. Потом Кадзуто сказал Асуне:

– Значит, ты здесь. Я не помешал?

– Не, все нормально. Но… э? Кирито-кун, ты знаком с доктором Курахаси?

– Мм… мы недавно познакомились. Мы насчет зонда общались по е-мэйлу.

Доктор Курахаси вмешался в разговор:

– Да. Эта камера – очень интересная вещь, и мы с ним обсуждали, можно ли ее применять с Полным погружением.

– Понятно. Но тогда… значит…

Внезапно Асуне пришла в голову мысль, и она спросила доктора:

– Как дела с испытанием Медикубоида? Кому-то еще тот аппарат достался?..

Услышав это, доктор улыбнулся и закивал.

– Ничего, все нормально. Мы собрали достаточно данных. Сейчас мы ведем переговоры с производителями, чтобы выпускать уже серийную модель. Возможно, Ан-сан и остальные совсем скоро тоже смогут пользоваться Медикубоидом…

Последние слова доктор адресовал Си Ун, но на этом месте он распахнул глаза и поспешно добавил:

– Охх, прошу прощения. Я должен был с самого начала сказать: поздравляю с выпиской, Ан-сан. Думаю, Юки-кун… сейчас рада…

Си Ун пожала протянутую доктором руку и энергично кивнула. Потом обменялась рукопожатием с Кирито, с которым успела подружиться в игре.

– Спасибо. Возможно, мне сейчас уже не понадобится Медикубоид… но я рада… думать, что полученные с моей помощью данные помогут другим бороться с болезнями.

Пока Си Ун говорила, доктор продолжал кивать.

– Да. Имя Юки-кун, первого испытателя Медикубоида, сохранится навсегда – я действительно собираюсь удостоить этой награды и ее, и стороннее лицо, предоставившее изначальный дизайн…

– Подозреваю, Юки такой награды бы не захотела. Думаю, она сказала бы, что ее не съешь.

После этих слов Си Ун все негромко рассмеялись. Когда смех утих, Асуна заметила кое-что интересное в том, что сказал доктор Курахаси, и спросила:

– Но… доктор, вы сказали, что изначальный дизайн был предоставлен каким-то сторонним лицом?.. Разве Медикубоид был разработан не фирмой, которая производит медицинское оборудование?

– Аа… кхм, насчет этого…

Доктор прищурил глаза; похоже, он копался в памяти.

– Разумеется, он был разработан фирмой-производителем, но так называемое ядро, основной дизайн сверхплотного расположения датчиков и излучателей – это нам бесплатно предоставило некое лицо со стороны. Насколько я помню, это была женщина… кажется, исследователь в каком-то иностранном университете. Но она японка… эээ, ее имя…

Доктор Курахаси назвал имя. Асуна его никогда раньше не слышала, Си Ун, судя по всему, тоже; но вот при виде выражения лица Кадзуто Асуна ахнула.

Его лицо застыло, словно только что он услышал нечто совершенно невероятное. Бледные губы задрожали.

– Что… что с тобой, Кирито-кун? – со страхом в голосе спросила Асуна; однако Кадзуто продолжал молчать. Лишь через несколько секунд его губы исторгли хриплый голос.

– Я… знаю эту женщину.

– Э?..

– И я с ней когда-то встречался…

Кадзуто посмотрел Асуне в глаза. Однако его черные глаза словно заглянули куда-то сквозь пространство и время – куда-то в иной мир.

– Когда нырял Хитклифф… она за ним присматривала. Они разрабатывали технологию Полного погружения вместе, в одной лаборатории в университете… значит, настоящий создатель базового дизайна Медикубоида – это…

– …

У Асуны отнялся язык.

Значит – и Медикубоид, и Семя были ростками, посеянными тем человеком?

Си Ун и доктор Курахаси озадаченно склонили головы, но Кадзуто не мог ответить на их безмолвный вопрос. Все, что он мог, – ошеломленно смотреть на лепестки сакуры, пролетающие у него перед глазами.

Внезапно Асуна ощутила струящийся сквозь нее поток времени.

Мир, называемый «реальностью», – на самом деле лишь одна из многих истин.

Те, другие миры подобно бессчетным лепесткам слетаются вместе и громоздятся один над другим.

И прямо сейчас все эти миры под нажимом каких-то мощных сил растут, текут, обретают форму…

Асуна крепко обхватила себя руками. Налетел сильный порыв ветра, и лепестки, кружившиеся возле лица, упорхнули в небесную высь.