MinxДо рассвета II

До рассвета II.

Северуса Снейпа впихнули в какую-то комнату, он споткнулся и упал на пол, вовремя вспомнив, что ему нельзя вытягивать правую руку, чтобы смягчить падение. Пол был каменным, и он поцарапал об него левую ладонь. Дверь за ним с шумом захлопнулась, и чей-то голос хрипло произнес:

— Сев! О, нет…

Так его называл только один человек. Он попытался заставить себя открыть глаза. Похоже, правый глаз у него еще долго не будет открываться. После тускло освещенного коридора яркий свет резал глаза, и он снова закрыл их.

— Нет, Сев. Не делай этого. Не отключайся, — настойчиво звал голос.

— Гарри, — сказал он и сел. — Моя голова… — Перед глазами у него все плыло, мысли путались.

— Вот и хорошо. Не смей отключаться. — К его лбу прикоснулась рука. — Боже, что они с тобой сделали? Подожди-ка. — Через секунду Снейп почувствовал, как его лицо аккуратно обтирают влажной тканью. Он непроизвольно поморщился, когда задели глаз. — Черт, — пробормотал Гарри тем же хриплым голосом. — Ладно, в основном здесь просто запекшаяся кровь. Хотя, думаю, у тебя сотрясение.

— Голова… Не могу…

— Ох, — сказал Гарри. — Здесь наложены какие-то чары, блокирующие магию.

Этим и объяснялось его состояние, он больше не чувствовал свой магический дар. Снейп снова попытался открыть глаза. Правый по-прежнему не открывался. Но, по крайней мере, к свету Снейп привык. Он поднял голову и увидел, что Гарри очень напряжен. Синяки на шее объясняли хриплый голос. И лицо Снейпу Гарри вытирал левой рукой. Снейп оглядел комнату внимательнее — они были в тюремной камере. Каменные стены и пол, яркий свет, никакой мебели, ведро в углу.

— Поттер, эта фантазия слишком уж реалистична.

Гарри издал сдавленный смешок и тут же охнул:

— Не… смеши меня. — Он сильно побледнел. — Кажется, у меня сломана пара ребер. — Он присел на пятки.

— Что произошло? — Снейп положил свою пульсирующую от боли руку на колено. — Давно ты здесь?

Сначала Гарри ответил на последний вопрос.

— Не знаю. Кажется, я был… слегка не в себе, когда они меня сюда бросили. — Пауза. — Никогда больше не поведу студентов на экскурсию. — Гарри и Снейп сопровождали семикурсников Слизерина и Гриффиндора на экскурсии в Косой переулок.

Двойной смысл этого замечания как обухом ударил Снейпа по голове. Он попытался ничем не выдать свою реакцию.

— Я тоже. Даже с тобой.

Гарри выдавил улыбку.

— Что случилось… ну, после того, как ты исчез и оставил студентов на меня?

— Ничего я не исчезал, — поправил его Снейп. — Мы же договорились, что у них будет три часа свободного времени в Косом переулке. А это значит, что у меня тоже было свободное время. — И он не хотел все время околачиваться рядом с Гарри, точно влюбленный идиот.

— Так или иначе, — сказал Гарри, — я пошел во «Все для квиддича». У них там появилась новая модель «Нимбуса», которую я хотел посмотреть. Роланда подумывает обновить школьные метлы. — Пауза. — Боже, какой же я идиот!

Снейп не понял, где тут связь.

— Ээ…

— Они схватили меня! А я… — Гарри замолчал. — Ладно. Я был в магазине, и один из продавцов сказал мне, что у них в кладовке есть опытный образец последней модели «Всполоха». И только потому, что я — идиот, я и пошел за ним туда.

— Ты его знал? — осторожно спросил Снейп.

— Да, видел его там до этого несколько раз. Он всегда казался мне безобидным малым, — Гарри вздохнул и поморщился.

— Оборотное зелье, — предположил Снейп. — Или Империус.

Гарри задумался.

— Да, возможно. Ну, мы и пошли в кладовку. Я вошел внутрь, и эти типы просто… набросились на меня. Они натянули мешок мне на голову и схватили за руки прежде, чем я успел достать палочку. Мою правую руку прижали к стене и чем-то здорово по ней ударили. Кажется, кирпичом. — Он показал руку Снейпу. Пальцы на ней сильно распухли и посинели. — А потом они что-то сделали, и я потерял сознание.

Снейп нахмурился:

— Что сделали? Влили в тебя зелье?

— Не знаю, — сказал Гарри. — Они что-то прижали к моему лицу через мешок. Запах был сладким, а затем все померкло. Когда я очнулся, то был уже здесь. — Он замолчал.

Но было ясно, что на этом дело не закончилось.

— А твоя шея? И ребра? — Он окинул его взглядом.

— Здесь они тоже были. На голове у меня все еще был мешок. Они… один из них схватил меня за горло. И когда я уже практически потерял сознание, он отпустил меня, и они стали бить меня ногами. Потом снова стали душить. Потом ушли. — Рассказ был сухим — просто изложением фактов.

— Как странно.

— Странно — это еще мягко сказано, Сев.

— Нет, я имею в виду, почему они не воспользовались магией? — Он осторожно прикоснулся к своему лицу. Правая сторона опухла и болела.

— А что произошло с тобой?

Снейп вздохнул.

— Боюсь, почти то же самое. Я пошел в Лютный переулок…

— Сев!

— Мне были нужны кое-какие ингредиенты из лавки Горбина и Бэркеса. Горбин, — сказал он с горечью, — хитрая, злобная, мерзкая жаба.

— Дай-ка догадаюсь, — перебил Гарри. — Кладовка? Какие-то новые ингредиенты?

Снейп кивнул, и от этого голова у него разболелась еще сильнее.

— Точно так же, мешок. Но со мной поступили не совсем так, как с тобой. В отличие от тебя, меня просто оглушили ударом по голове. После того, как я стал не способен сопротивляться, они раздробили мне запястье двумя кирпичами. А потом, полагаю, нас портключом доставили сюда. Некоторое время меня держали где-то еще.

— И? — подозрительно сказал Гарри. — Это все?

Снейп неохотно ответил:

— Они швырнули меня о стену. Этим и объясняется столь серьезная травма головы. И они пинали меня в спину. А потом притащили сюда. — Кое-что его тревожило. Одежда на Гарри была разорвана, рубашка лохмотьями висела на теле. — А больше… они ничего с тобой не сделали?

— А разве этого недостаточно? — Гарри посмотрел на него. — А… Нет, меня они не изнасиловали. Вообще-то, — он с горечью скривил губы, — один из них сказал: «Не делайте ничего такого, что может понравиться этому извращенцу». Хм… а тебя?

— Нет, — сказал Снейп. Он снова вернулся к своему вопросу. — Почему они не воспользовались магией?

Гарри задумался:

— Наверное, не могли. На волшебников они не были похожи.

— Да уж. Может, сквибы?

— Думаю, магглы. Поэтому-то они сразу же сломали нам те руки, в которых мы держим палочки. Я почти чувствовал, что они боятся меня, — снова скривился Гарри. — А еще я слышал, как они сломали мою палочку.

— Да. Мою сломали тоже. — Это была уже вторая палочка, которой он лишился подобным образом. Крауч переломил его первую палочку, когда Снейп сдался. — Хм… Интересно. Думаю, мы бы почувствовали магическую угрозу. Но открытое физическое нападение магглов — это хитро придумано. Однако им был бы нужен волшебник, чтобы попасть в Косой переулок.

— Но зачем? Почему они сделали это с нами? — Бесстрастным голосом спросил Гарри. Таким бесстрастным, каким, наверное, хотелось быть самому Снейпу. — Потому что их целью были мы оба. Неужели они схватили и студентов?

— Мерлин, надеюсь, что нет. — Как Снейп ни старался, его голос прозвучал взволнованно. — Не то чтобы мне было дело до этих маленьких мерзавцев, — торопливо добавил он.

— Нет, конечно, нет. — Гарри бросил на него изумленный взгляд. — А почему они держат нас вместе? Если ты был в каком-то другом месте, не похоже, что они испытывают недостаток в камерах.

У Снейпа раскалывалась голова. И ему было так тяжело смотреть на Гарри и видеть это ужасное кольцо синяков вокруг его шеи. Он почти что мог разглядеть каждый отпечаток пальца по отдельности. Догадка вдруг озарила его.

— Они знают про нас.

Гарри не понимал.

— Что знают?

— Они знают, что мы… — Он заколебался. Прежде они никогда так не называли свои отношения. — Любовники. — Он продолжил, прежде чем Гарри смог возразить против такого определения: — Должно быть, они предположили, что нам будет еще… тяжелее, если мы оба будем знать, что другого тоже схватили.

— И избили. Ох, Сев… — Гарри прикоснулся к здоровой стороне его лица. — Как же они узнали? По-моему, мы были очень осторожны.

— Ты кому-нибудь говорил?

— Нет, — решительно сказал Гарри. — Но с тех пор, как Минерва наткнулась на нас, другие учителя тоже в курсе.

— Если только Трелони не впала в ярость от ревности, я думаю, мы можем исключить наших коллег, — сказал Снейп. — Я никому не говорил.

— Да нет, конечно, нет. Так же, как и я. — С минуту Гарри смотрел в никуда. — Полагаю, нас мог видеть кто-нибудь из студентов… Вот черт!

— Что?

— Тот противный мальчишка, Лестранж. Он видел, как однажды после обеда я зашел вместе с тобой в твои комнаты. Если он там ждал, то видел, что я так и не вышел. К тому же в тот вечер мы не пошли на ужин в Большой зал.

— Лестранж. — Снейп задумался. Норман Лестранж был шестикурсником Слизерина. — Он мог рассказать кому-нибудь. Его родители не были посвящены в Упивающиеся, как тетка и дядя, но разделяли их взгляды. Это могла быть месть.

— Да.

С минуту оба молчали. Через некоторое время Снейп зашевелился.

— Ээ… тут есть горшок?

— В углу, — сказал Гарри. — Ведро.

Снейп поднялся на ноги и подошел к ведру. Одной рукой он сумел расстегнуть брюки и облегчился. В моче была кровь. Несколько ударов, как он и опасался, все же пришлись по почкам. Он попытался снова надеть брюки.

— Ээ…

— Нужна помощь? — Гарри подошел к нему.

Снейп отошел от ведра на несколько шагов, чтобы Гарри не увидел его содержимого. Он не хотел лишний раз волновать его.

— Если тебе нетрудно.

Вместе, только левыми руками, они снова застегнули брюки Снейпа. Это было так удивительно интимно.

— Здесь чертовски холодно, — пожаловался Гарри. — Зачем они сняли с нас мантии?

— Может, если мы сядем поближе… — предложил Снейп.

— Да, отличная мысль.

Они опустились на пол. Гарри лег на спину.

— Иди сюда, — сказал он, протягивая к нему руки.

— А как же твои ребра?

— С правой стороны все нормально. Клади сюда голову.

Снейп нерешительно опустил голову на грудь Гарри и осторожно обвил рукой его талию, стараясь не задеть сломанные ребра. Гарри тоже слегка обнял его.

— Вот так гораздо лучше.

— Да, — согласился Снейп.

— Как ты думаешь, что будет дальше? Думаешь, они просто оставят нас здесь?

— Не знаю. Сомневаюсь. Думаю, в конце концов, они придут за нами. — Грудь Гарри была теплой под его щекой.

— Да. Мы должны быть готовы.

— Без палочек? При блокировке магии?

— Ну, — сказал Гарри, — думаю, когда-нибудь они все же выведут нас отсюда. Все здание целиком вряд ли защищено, на это потребовалось бы огромное количество энергии.

По всей видимости, Гарри уже думал об этом. Снейп заставил себя сосредоточиться.

— Ты имеешь в виду беспалочковую магию?

Он почувствовал, что Гарри под ним слегка расслабился.

— Ну… да. Я знаю, что это запрещено, но…

— Гарри, — строго сказал Снейп, ну, или так строго, как только мог при подобных обстоятельствах. — Откуда ты знаешь про беспалочковую магию?

Грудь под его щекой со вздохом поднялась и опустилась.

— Ну, подумай сам, Сев. Как бы я мог быть экспертом в области защиты от темных искусств, если бы не имел обширного опыта в этих самых темных искусствах?

Снейп вскинул голову, и его череп пронзил новый приступ боли.

— Ты что, пользовался черной магией? — Он подумал, что почувствовал бы это, однако Гарри был очень могущественным волшебником.

— Нет! Я просто… хм… изучал ее. Кроме того, я думал, что беспалочковая магия может однажды пригодиться. И, кажется, оказался прав. — Гарри легко прикоснулся к волосам Снейпа, укладывая его голову обратно себе на грудь. — У нас ведь нет другого выхода.

— Ты отдаешь себе отчет, как это рискованно? — Волшебная палочка для волшебника была инструментом фокусировки его магических способностей. Без нее магия вырывалась хаотично, и последствия могли быть непредсказуемыми.

— Да, — резко сказал Гарри. — Я могу лишиться кисти. Или руки. Но это все же лучше, чем лишиться жизни.

— Понятно, — сказал Снейп. — Тогда мы так и сделаем. — Гарри тактично не упомянул, что Снейпа самого легко можно было назвать Темным магом после всех тех лет, что он провел с Вольдемортом. Снейп пользовался беспалочковой магией с шестнадцати лет.

— Ладно. Хорошо. — Гарри нежно погладил его по голове. Несколько минут они молчали. — Сев?

— Да, Поттер, я все еще здесь. — Поясницу адски ломило.

— Я хочу кое-то сказать тебе. — Только теперь Гарри, казалось, начал нервничать.

— Хорошо. — Непонятно почему, но Снейп почувствовал безотчетный страх.

— Кое-что личное.

— Хорошо, — повторил он. Единственное, что он видел здоровым глазом, это кусочек бледной кожи на груди Гарри, покрытой редкими темными волосами. Кожи, к которой он прикасался, целовал, облизывал, ласкал, хотел…

— Я… люблю тебя. — Надтреснуто прозвучал хриплый голос.

— Прекрати! Мы пока что не собираемся умирать, — резко сказал Снейп. — И не нужно хоронить меня раньше времени и по этому поводу составлять мне некролог. — Однако он не мог заставить себя отстраниться. — Так что будь так добр, давай обойдемся без фальшивых признаний в любви до гроба.

— Я не поэтому! Боже, даже избитый до полусмерти ты умудряешься чертовски раздражать меня. Ты не можешь просто заткнуться и дать мне сказать? — Ответа Гарри ждать не стал. — Я говорю тебе это не потому, что думаю, что мы умрем. А потому, что я ни за что на свете не позволю тебе умереть.

— Гарри…

— Заткнись, я сказал. Знаешь, мы уже какое-то время… играем друг с другом. Уже почти семь месяцев, с тех пор как Добби запер нас в чулане. И я думаю, что ты… хм… тоже чувствуешь что-то ко мне.

Снейп замер.

— Потому что, — решительно продолжал Гарри, — если бы дело было только в сексе, все закончилось бы через шесть недель. Именно столько требуется, чтобы перегореть, когда тебе не особенно нравится твой партнер. — Легкая нотка грусти прозвучала в голосе, и Снейп задумался: неужели Гарри было настолько больно, пока он не усвоил этот урок? — И… я и правда думал, что через полтора месяца все закончится. Но ничего не закончилось, и я понял, что ты… что ты видишь во мне нечто большее, чем просто… игрушку. Прежде всего, ты соглашался на все мои фантазии. И поведал мне о своих. И… ээ… я заметил, что ты стал чаще мыть голову. В любом случае, я не был влюблен в тебя, когда все началось. Но ты нравился мне… ну, и я вроде как… уважал тебя, и, черт, ты привлекал меня.

Снейп фыркнул. Доказательством последнего утверждения служило то, что они и правда встречались с Гарри уже семь месяцев, но все равно он был удивлен.

— Да, знаю. «Ведьмополитен» вряд ли включил бы тебя в список десяти самых красивых волшебников всех времен и народов. Но в тебе что-то есть. То, как ты смотришь на меня. Как проходишь по коридору. Твои руки… Вот. — Гарри прочистил горло. — Ну, и еще кое-что… Мне с тобой весело. И ты хорошо ко мне относишься, учитывая все обстоятельства. И я просто… мне никогда не скучно рядом с тобой, даже когда мы просто сидим у камина и проверяем домашние задания. Поэтому однажды я повернулся в постели, посмотрел на тебя и подумал: «Я люблю его». — Гарри судорожно вздохнул. — И до дрожи в коленках боялся тебе это сказать.

При этих словах Снейп неожиданно хмыкнул.

— Тебе не нужно ничего говорить. — Гарри пальцами перебирал его волосы. — Знаешь, однажды мне приснилось, что я сказал тебе.

У Снейпа пересохло в горле, но он признался:

— Ты и в самом деле однажды сказал нечто подобное.

Гарри напрягся.

— Правда?

— Да. Я только… ээ… не был уверен, осознаешь ли ты, что говоришь. Или кому.

— Я осознавал, — прошептал Гарри, — сознавал.

— Гарри…

— Тебе ничего не нужно говорить, — повторил Гарри. — Я знаю, ты неловко чувствуешь себя из-за всего этого, и не хочешь об этом говорить, и вообще вся эта ситуация крайне нелепая, и…

— Гарри, — твердо сказал он. Он поднял голову и заглянул в эти зеленые глаза, омраченные болью и усталостью. Он помнил их такими во время долгой войны с Вольдемортом, но вот уже несколько месяцев Снейп не видел, чтобы Гарри выглядел таким измученным… — Я… твои чувства взаимны. — Он подавил стон, казня себя за неспособность произнести нужные слова.

Но Гарри, казалось, это не волновало. Он широко улыбнулся.

— Хорошо.

Снейп снова устроился головой на груди Гарри и начал разглядывать кусочек его бледной кожи. Закрыв глаза, он очень тихо произнес:

— Я люблю тебя. — Если подумать, это было не так уж и трудно.

Гарри все так же медленно гладил его по голове.

— Хорошо, — снова сказал он. Небольшая пауза. — Нам нельзя спать. Мы должны быть готовы.

— Да, — сказал он.

Они лежали в объятьях друг друга и ждали…