Хемуль торчал на крыше и сбрасывал снег. Его желтые шерстяные рукавицы давно стали мокрыми. Он положил их на край печной трубы и продолжал счищать снег. И тут-то он и обнаружил люк в крыше.

«Что это?»— спросил хемуль сам у себя. Внизу в доме все спали. Спали, спали и спали. «Пусть другие глупцы работают, ведь скоро рождество!»

Хемуль постоял у люка, вспоминая, куда люк открывается — внутрь или наружу. Потом потоптался на нем. Люк открывался вовнутрь, и хемуль кувырнулся в темноту, сметая все на своем пути. Он очень расстроился, потому что никак не мог вспомнить, где оставил свои желтые рукавицы. Он их очень любил.

Спустившись вниз по ступеням, он со скрежетом распахнул двери спальни и громко крикнул:

— Скоро Рождество! Я устал, а вы все спите! Рождество же приходит не каждый день!

Семья Муми-троллей (они всегда зимой спали) и, естественно, не могла ему помочь.

Муми-тролль уже спал несколько месяцев и хотел бы проспать до весны. Сладкий сон долгого летнего полдня окутал его. А теперь сквозняк развеял сладкие грезы. Кто-то дергал его одеяло и еще кричал о приходе какого-то Рождества.

— Уже весна? — пробормотал Муми-тролль.

— Весна? — нервно взвился хемуль. — Я говорю про Рождество. Ты разве не знаешь, что такое Рождество? Меня это совершенно не устраивает. Меня послали тебя отыскать. К тому же, я потерял рукавицы. Все бегают, как безумные, никто не готов…

Хемуль полез назад на крышу.

— Мама, вставай, — озабоченно позвал Муми-тролль. — Что-то надвигается. Они называют это Рождеством.

— Что ты придумываешь? — спросила Муми-мама, чуть высунувшись из-под одеяла.

— Я точно не уверен, — ответил Муми-тролль. — Но кажется, что-то надвигается. Все бегают, как безумные. Может, опять наводнение?

Муми-тролль осторожно толкнул фрекен Снорк в плечо и прошептал:

— Не бойся. Происходит что-то ужасное.

— Ах, — пробормотал Муми-папа. — Ведь еще рано.

Он встал и завел часы, которые остановились еще в октябре.

Потом Муми-тролли обнаружили мокрые следы хемуля, ведущие на крышу.

Небо было синим, как обычно. Ничуть не похоже на вулкан. Но влажная вата засыпала всю долину: горы, деревья, реку и крышу.

На улице оказалось холодно. Намного холоднее, чем в апреле.

— Что за белая вата? — удивленно спросил Муми-папа. Он поднял горсть ваты и сжал. — Я удивляюсь, как она так быстро выросла, — сказал он. — Или с неба упала? Если она тут останется на долгое время, жизнь станет достаточно неприятной.

— Но, папа, это — снег, — объяснил Муми-тролль. — Я знаю, он недолго останется в долине.

— Недолго? — улыбнулся Муми-папа. — Сплошные неприятности.

К дому подошла тетушка хемуля. Она тащила огромную елку на санках.

— Вы проснулись последними, — объявила она. — Пора выбирать елку.

— Зачем? — начал Муми-папа.

— Нет времени объяснять, — бросила тетушка хемуля через плечо и быстро исчезла.

— Она сказала «последними».

Перед чем? — прошептала фрекен Снорк. — Такие события всегда опасны.

— А для защиты, видимо, нужна елка, — подытожил Муми-папа. — Я этого не понимаю.

— И я, — смиренно вторила ему Муми-мама. — Когда пойдете за елкой, не забудьте одеть шерстяные перчатки и шарфики.

«Раз приближается стихийное бедствие, — решил Муми-папа — надо найти себе елку. Я должен, заботиться о семье». И, правда, он и Муми-тролль перелезли через изгородь и в лесу выбрали себе елку.

— А она не чересчур большая? — удивился Муми-тролль.

— Не знаю, — ответил Муми-папа, доставая топор. — Я этого не понимаю.

Они уже возвращались, когда мимо них пробежала Гаффси со множеством пакетов и бумажных кульков.

Она раскраснелась и очень спешила, так что даже не узнала елки, которая раньше росла у нее под окном.

— Какие события! Поторопитесь! — закричала Гаффси. — Плохо использовать ежей, как украшения. Я так искала Мисабеле…

— Елка… — произнес Муми-папа, рассматривая меховой воротник Гаффси.

— Что делать с елкой?

— Елкой… — сконфуженно повторила Гаффси. — Елка? Ах, какие хлопоты! Ох, как ужасно… Я, конечно, не успею нарядить свою… когда я могла найти время…

Она уронила несколько пакетов в снег. У нее соскользнула на бок шляпка, и она даже прослезилась, так разнервничалась.

Муми-папа кивнул и покрепче сжал елку.

Муми-мама тем временем раскопала вход на веранду, вытащила и разложила спасательные пояса, приготовила аспирин, старое ружье Муми-папы и теплые компрессы. Кто-то мог пострадать.

Маленький лесовичок сидел на краю софы, прихлебывая чай из чашечки.

Сперва он сидел в снегу у веранды и выглядел так жалко, что Муми-мама впустила его.

— Хорошо, вот елка, — сказал Муми-папа. — Если бы мы только знали, как ее использовать. Гаффси сказала, что ее надо одеть.

— У нас нет ничего такого большого, — забеспокоилась Муми-мама. — Что она имела в виду?

— Какая прекрасная елка! — воскликнул лесовичок и подавился чаем, так что не смог говорить дальше.

— Ты знаешь как одеть дерево? — спросила у него фрекен Снорк.

Лесовичок покраснел и прошептал:

— Ее нужно нарядить. Повесить на нее все красивые вещи. Так я понимаю, — потом от застенчивости он весь зарделся и, прикрывая лицо руками, поставил чашку и исчез, проскользнув через дверь с веранды.

— Сохраняйте спокойствие и дайте подумать, — объявил Муми-папа. — Если ель красиво нарядить, то нельзя будет за нею спрятаться. Может, нужно умиротворить Рождество. Я начинаю понимать.

Они воткнули ель перед верандой в снег и стали развешивать на ней украшения.

Муми-тролли украсили ель большими раковинами. Фрекен Снорк даже отдала раковину, которую носила на цепочке на шее. Муми-тролли сняли стеклянные призмы с канделябра в гостиной и развесили их по веткам. А на верхушку елки они прикрепили красную шелковую розу, которую Муми-папа однажды подарил Муми-маме.

Каждый принес свои самые красивые вещи, которыми хотел умиротворить непостижимые силы зимы.

Когда ель была разукрашена, снова появилась тетушка хемуля с санями. Она направлялась теперь в другую сторону и тоже очень спешила.

— Взгляните на нашу елку, — позвал ее Муми-тролль.

— Дорогой мой, — ответила тетушка хемуля. — Когда вы станете похожи на других? Сейчас я должна… Я должна приготовить угощение к Рождеству.

— Угощение Рождеству? — повторил Муми-тролль. — Значит, его надо кормить.

Тетушке некогда было отвечать.

— По крайней мере, надо приготовить обед, — нервно заявила она и помчалась дальше.

Муми-мама работала весь день. До темноты она приготовила угощение Рождеству и потом расставила его в небольших блюдах вокруг елки. Сок, пирог с черникой и другие кушанья, которые любили в семье Муми-троллей.

— Вы думаете, Рождество придет очень голодным? — спросила Муми-мама озабоченно.

— Не меньше меня, — протяжно объявил Муми-папа. Он был в снегу по самые уши и уже начал замерзать. Но ведь Муми-тролли не могут так прямо об этом объявить, они очень вежливы по натуре.

Внизу в долине во всех домах светились окна. На елках стали зажигать свечи, и мерцающие огоньки заиграли над снежной равниной. Муми-тролль вопросительно посмотрел на Муми-папу.

— Да, — ответил Муми-папа на его безмолвный вопрос и кивнул.

— Приготовимся на всякий случай. Муми-тролль собрал все свечи в доме.

Он расставил свечи в снегу ели и зажег их одну за другой. Получился маленький круг, защищающий от темноты и Рождества. Потом в долине внизу все успокоилось. Скорее всего, все разбрелись по домам ожидать появление Рождества. Только одинокая тень промелькнула среди деревьев. Это был хемуль.

— Привет, — вежливо позвал его Муми-тролль. — Оно идет?

— Не беспокойте меня, — печально отозвался хемуль, глядя куда-то вдаль.

Он сел прямо на одну из свечек и принялся считать на пальцах.

— Мама, папа, Гаффси, — бормотал он. — Двоюродные братья. А Снифф в том году ничего мне не подарил. Потом Мисабел и хумпер, тетушка, конечно… Я сойду с ума.

— Что ты делаешь? — встревожено спросила фрекен Снорк. — С ними что-нибудь случилось?

— Подарки! — воскликнул хемуль. — Множество подарков, когда приходит Рождество.

Он что-то второпях приписал в свой список и собрался уходить.

— Подожди — воскликнул Муми-тролль. Пожалуйста, объясни… Твои рукавицы…

Но хемуль исчез в темноте, похожий на всех остальных, которые тоже торопились что-то сделать до прихода Рождества.

Семья Муми-троллей сразу же приготовила несколько подарков. Муми-папа принес свою лучшую рыболовную блесну в очень красивой коробке. Он написал на коробке «Рождеству» и поставил ее прямо в снег. Фрекен Снорк сняла браслетку, легонько вздохнула и завернула ее в шелковистую бумажку.

Муми-мама открыла свой потайной выдвижной ящик и вытащила альбом с картинками — единственную цветную книгу во всей долине.

Подарок Муми-тролля был таким щедрым и расточительным, что он его никому не показывал. Даже после, весной, он никому не рассказывал, что это было.

Потом все Муми-тролли расселись на снегу и стали ждать ужасного гостя.

Время шло, но ничего страшного не происходило.

Только маленький лесовичок, который оставил чашку чая, появился из леса. Он привел своих друзей и друзей родственников. Все они оказались маленькими, серыми, несчастными и замерзшими.

— С наступающим Рождеством, — тихонько прошептал лесовичок.

— Ты первый, от кого я такое слышу, — объявил Муми-папа. — Разве вы не боитесь его прихода?

— Да, нет, — пробормотал лесовичок и присел в снег со всеми своими родственниками. — Можно мы посмотрим? У вас такая красивая елка.

— И так много угощения, — мечтательно добавил один из родственников.

— И хорошие подарки, — прибавил другой.

— Я всю жизнь мечтал посмотреть вблизи на такую замечательную елку, — закончил лесовичок со вздохом.

Наступила пауза. В темноте горели свечи. Лесовичок и его родня сидели очень тихо. Они все больше и больше восхищались Муми-троллями.

Наконец, Муми-мама пододвинулась к Муми-папе и прошептала ему на ухо:

— Ну, и что теперь?

— Почему… да… но, если… — неопределенно ответил Муми-папа.

— Давайте сядем поближе к двери, — предложил Муми-тролль. — Когда явится Рождество, мы спасемся, спрятавшись в доме, — Потом, повернувшись к лесовичкам, он добавил: — Все это ваше!

Лесовичок не поверил своим ушам. Он шагнул к елке, и все его родственники и друзья родственников шагнули вслед за ним.

Они никогда раньше не справляли Рождество.

— Я думаю, так будет лучше, — уверенно объявил Муми-папа.

Муми-тролли поднялись на веранду, заперли дверь и спрятались под стол.

Ничего не случилось.

Тогда Муми-тролли осторожно выглянули в окно.

Все маленькие лесовички собрались вокруг елки, ели, пили, распаковывали подарки, а потом стали зажигать огни на елке.

— Только бы дотянуться до вершины, — бормотал дядя лесовичка.

— Ты так думаешь? — задумчиво спросил наш лесовичок, разглядывая красную шелковую розу Муми-мамы. — Ты действительно думаешь, что так и надо?

— Если бы эту розу снять с елки и кинуть в небо, она наверняка тут же стала бы маленькой звездочкой.

Муми-тролли посмотрели на небо, черное, усыпанное звездами, которых было в тысячи раз больше, чем летом, и высокое — даже выше их елки!

— Я засыпаю, — сказала Муми-мама. — Хотя все происходящее очень удивительно. Но ведь, кажется, теперь все в порядке?

— А я больше не боюсь Рождества, — заявил Муми-тролль. — Я думаю, хемуль, его тетушка и Гаффси многие вещи понимают совершенно неправильно.

Потом Муми-тролли положили желтые перчатки хемуля на перила веранды, так чтобы он их сразу увидел, и вернулись в спальню, спать до весны.