Иоганн Шпис, якобы в 1587 году, сообщает следующее: «Доктор Фауст был сыном крестьянина, родился в Роде, близ Веймара. В Виттенберге имел он немалую родню, и родители его также были добрые христиане и богобоязненные люди. А дядя его, что находился в Виттенберге, был горожанин и с достатком. ОН ВОСПИТАЛ ФАУСТА И ОБХОДИЛСЯ С НИМ КАК С СОБСТВЕННЫМ СЫНОМ, ПОТОМУ ЧТО НЕ ИМЕЛ НАСЛЕДНИКОВ, и принял к себе этого Фауста КАК СВОЕ ДИТЯ И НАСЛЕДНИКА и послал его в университет изучать богословие. Он, однако же, оставил это благочестивое занятие и употребил во зло Божье слово…

Его родители не дожили до того времени и не увидели мерзости своего безбожного дитяти. Ибо известно, что родители доктора Фауста… сердечно радовались, что их родственник УСЫНОВИЛ ЕГО, и так как заметили в нем отличные способности и память…», с. 37–38.

Здесь усматривается частичное отражение евангельской истории рождения Христа. Судите сами.

• Христос был рожден Девой Марией от Духа Святого, а потом «был усыновлен» Иосифом. Иосиф не был отцом Иисуса, но хорошо относился к нему и воспитывал его как сына. Практически то же самое мы узнаём и о Фаусте. Его родители были богобоязненные христиане, однако Фауст был усыновлен его дядей. Дядя воспитывал его как своего сына.

• Собственных детей у евангельского Иосифа не было. Аналогично, у дяди Фауста тоже не было своих детей, наследников.

• Обе версии отзываются о родителях Фауста-Христа доброжелательно.

В издании [469] в историческом комментарии, с. 271 и далее, собрано множество версий о том, кто такой «исторический Фауст», где и когда он родился. «Наименее определенны и достоверны, как это и понятно для такого лица, как Фауст (пытается успокоить читателя современный комментатор — Авт.), те сведения, которые сохранились о месте его рождения и о годах его молодости, предшествующих его широкой славе», с. 272.

Мы не будем приводить все эти разноречивые данные. Скажем только, что разброс мнений весьма велик. Что указывает на чрезвычайную туманность разных версий о месте и дате рождения Фауста якобы в XV–XVI веке. Как мы понимаем, ничего удивительного тут нет. Поздние историки, запутавшись в хронологии, ошибочно решили, будто Фауст-Христос родился и жил в XV–XVI веке. На самом же деле, согласно нашим исследованиям, он родился в Крыму, на мысе Фиолент, примерно в 1152 году. Предав забвению подлинные даты и место рождения Иисуса, скалигеровские хронисты стали блуждать в потемках XVI века, пытаясь именно здесь «обнаружить Фауста», и в общем-то наугад объявляя «Фаустом» то одного, то другого чудотворца. Каковых всегда было предостаточно. При этом современные историки сами признаю́т, что «фамилия Фауст часто встречается в университетских книгах того времени», с. 273. То есть фамилия Фауст была распространена в ту эпоху, было «много Фаустов». Далее сообщается следующее: «В юридических документах того времени немецкая фамилия Faust (в более древней форме Fust), первоначально представлявшая ПРОЗВИЩЕ (нем. „кулак“), встречается часто… Возможно, однако… что латинизированная форма этого имени Faustus произведена от лат. faustus — „счастливый“, „удачливый“ и представляла ученый псевдоним странствующего мага, астролога и прорицателя, указывающий на успешный характер его профессиональной деятельности», с. 274.

Более того: «Был ли Фауст профессором в Эрфурте, Виттенберге, Ингольштадте, Гейдельберге, то есть получил ли он право читать лекции в тех университетах, с которыми его связывает история и легенда, РЕШИТЬ НЕВОЗМОЖНО: во всяком случае в официальных документах этих университетов такой факт не зарегистрирован», с. 281.

Некоторые вдумчивые исследователи вплотную подошли к мысли о том, что в XV–XVI веках никакого «исторического Фауста» не было. Но поскольку они не понимали, что подлинный оригинал на самом деле есть, но расположен в XII веке, то комментаторы пошли по ошибочному пути, заявив, будто легенда о Фаусте возникла «просто так», в общем, на пустом месте. А потом сама собой «приклеилась» к какому-то ничем не выдающемуся человеку, выбранному как бы наугад, случайным образом. Дескать, народная фантазия «от нечего делать» придумала весь этот сюжет, который потом, как ни странно, так глубоко проник в жизнь западноевропейского общества. Очень, мол, все это удивительно.

В связи с этим укажем для примера на ставшую достаточно известной критическую диссертацию Неймана 1693 года, рис. 1.1. Пытаясь как-то объяснить себе и современникам выдающуюся популярность легенды о Фаусте, Нейман «приходит к выводу, что Фауст действительно существовал, как о том рассказывают многие современники, но был он не „историческим лицом“, а частным человеком, причем человеком малоизвестным… вокруг имени которого в те отдаленные времена сложилось много вымышленных рассказов (просто так? — Авт.). Эти „правдоподобные вымыслы“… превратили историю его жизни в „магический роман“ (без всяких на то оснований? — Авт.)… „Сведений о нем сохранилось бы меньше, если бы комедианты столь часто не ставили его на театре“», с. 312.

Рис. 1.1. Титульный лист диссертации Неймана, 1693 год. Взято из [469], с. 311.

Ясно, что такое «объяснение» ничего не объясняет. Дескать, о каком-то неизвестном человеке кто-то (тоже неизвестный) ни с того ни с сего придумал пустые мифы. И они, мол, бурно расцвели «сами по себе». В общем, ничего надежного и определенного у историков так и не получилось. Отсюда хаос и разнобой мнений, споры и обвинения друг друга в некомпетентности.

Начнем с того, что приведем полностью большой и очень интересный фрагмент из известной немецкой «Народной Книги» Шписа. Рассказывая о путешествиях доктора Фауста по миру, хроника сообщает о ярком событии, произошедшем при посещении Фаустом Царь-Града.

«Здесь расположился двор турецкого царя, и здесь-то доктор Фауст совершил много проделок с турецким царем Солиманом, как будет ниже о некоторых из них рассказано.

Константинополь получил свое имя от великого императора Константина. Город этот украшен обширными стенами, башнями и постройками, так что можно было бы его назвать новым Римом. И с обеих сторон омывается он морем. В городе 11 ворот, три царских дворца или резиденции. Доктор Фауст несколько дней наблюдал мощь, силу, великолепие турецкого императора и его двор. И однажды вечером, когда турецкий император сидел за столом и ел, учинил доктор Фауст над ним такую проказу и обезьянство, ЧТО ЧЕРЕЗ ИМПЕРАТОРСКИЙ ЗАЛ ХЛЫНУЛИ ПОТОКИ ПЛАМЕНИ, так что все бросились их тушить, А ПОТОМ ЗАГРЕМЕЛ ГРОМ И ЗАСВЕРКАЛИ МОЛНИИ. И так он околдовал турецкого императора, что тот и сам встать не мог, и другие не могли его поднять и унести прочь.

МЕЖДУ ТЕМ В ЗАЛЕ СТАЛО ТАК СВЕТЛО, БУДТО ПОСРЕДИ НЕГО СОЛНЦЕ СТОЯЛО, И ДУХ, СОПРОВОЖДАВШИЙ ФАУСТА, СТАЛ ПЕРЕД ИМПЕРАТОРОМ в обличье, убранстве и облачении папы и сказал ему: „Привет тебе, император, ты удостоился, что я, твой Магомет, явлюсь перед тобой“. С этими краткими словами он исчез. ПОРАЖЕННЫЙ ЭТИМ ЧУДОМ, император пал на колени, призывая своего Магомета и восхваляя его за то, что он его столь почтил И ЯВИЛСЯ ЕМУ.

На другой день утром явился доктор Фауст в императорский замок, где император держал своих жен и распутных девок, и никто не смел там ходить, кроме оскопленных мальчиков, которые этим женщинам прислуживали. ЭТОТ ЗАМОК ОКРУЖИЛ ОН ГУСТЫМ ВОЛШЕБНЫМ ТУМАНОМ, ЧТО НИЧЕГО НЕЛЬЗЯ БЫЛО ВИДЕТЬ. Доктор Фауст принял такой же образ, как перед тем ЕГО ДУХ, и выдал себя за Магомета. И таким образом прожил он шесть дней в этом замке, И СТОЯЛ ТУМАН СТОЛЬКО ВРЕМЕНИ, СКОЛЬКО ОН ЗДЕСЬ ПРОБЫЛ. Турок же увещевал свой народ эти дни совершением различных церемоний. Доктор Фауст ел, пил, веселился, УТОЛЯЛ СВОЮ ПОХОТЬ, И, КОГДА СОВЕРШИЛ ВСЁ ЭТО, ПОДНЯЛСЯ ОН ВВЫСЬ во всем своем папском убранстве и облачении, так что многие его видели.

Как только Фауст исчез, А ТУМАН РАССЕЯЛСЯ, отправился турок в свой замок, СТАЛ У СВОИХ ЖЕН ВЫСПРАШИВАТЬ И ВЫПЫТЫВАТЬ, КТО ЗДЕСЬ БЫЛ, ОТЧЕГО ЗАМОК ВСЕ ВРЕМЯ БЫЛ ТУМАНОМ ПОКРЫТ. Они отвечали ему, что ЭТО БЫЛ БОГ МАГОМЕТ и что требовал он то одну, то другую, делил с ними ложе и сказал им: ОТ ЕГО СЕМЕНИ ПОЙДЕТ ВЕЛИКИЙ НАРОД и родятся храбрые богатыри. ТУРОК ПОСЧИТАЛ ЭТО ЗА ВЕЛИКИЙ ДАР И БЛАГО, ЧТО ТОТ СПАЛ С ЕГО ЖЕНАМИ, и спросил у жен, тороват ли Магомет в этом деле и людскому ли обычаю следовал. Да, отвечали жены, он их ласкал, обнимал и в этих трудах искусник; они желали бы всю жизнь это повторять. Притом возлежал он с ними нагой, ПРИНЯВ ОБЛИЧЬЕ МУЖЧИНЫ, только его речь была им непонятна. Жрецы стали внушать турку: пусть не верит он, что это был Магомет, ЭТО БЫЛ ПРИЗРАК. Но жены сказали: призрак это или не призрак, однако же к ним он был благосклонен и по разу, и по шести раз за ночь и чем больше, тем лучше свою способность выказывал и в итоге потрудился на славу и т. д. Подобные разговоры ВВЕРГЛИ ТУРЕЦКОГО ИМПЕРАТОРА В СИЛЬНОЕ РАЗДУМЬЕ И СОМНЕНИЕ», с. 69–70.

Скорее всего, перед нами реформаторская версия христианского догмата о Непорочном Зачатии, окрашенная в издевательские тона. В самом деле.

• Согласно Евангелиям, события, связанные с Рождением Христа и Непорочным Зачатьем, развернулись в Иудее, столицей которой был ИЕРУСАЛИМ (при этом Иосиф и его жена Дева Мария проживали в Назарете). А согласно германской версии жизнеописания Фауста, он явился в ЦАРЬ-ГРАД, где развернулись события, связанные с «женами императора». Отождествление евангельского Иерусалима с Царь-Градом нам уже хорошо известно, поскольку это — один из главных результатов Новой Хронологии.

• По-видимому, евангельский Иосиф, муж Марии Богородицы, описан здесь германскими хронистами как «турецкий император».

• У евангельского Иосифа есть жена Мария. А у «турецкого императора» есть несколько жен, живущих в его гареме. Их имена летописец Шпис не называет.

• Согласно Евангелиям, Дева Мария была выдана замуж за Иосифа. Однако, «прежде нежели сочетались они, оказалось, что Она имеет во чреве от Духа Святого» (Матфей 1:18). Явление к Деве Марии Духа Святого и Непорочное Зачатье отразились во множестве картин и икон. Кроме того, как мы показали, например, в книге «Потерянные Евангелия», этот сюжет присутствует во многих фантомных отражениях истории Иисуса в «античных» источниках и старинных изображениях. В частности, некоторые из авторов (в том числе и старинные художники) описывали Явление Святого Духа как появление «тумана», скрывающего истинный облик Божества. Вероятно, само слово «дух» трактовали иногда как «дыхание», туман, пар, испарения, поднимающиеся изо рта, и т. п.

В германской версии мы видим в общем тот же сюжет. На императорский замок опускается волшебный туман, окутывающий всё и вся, так что «ничего нельзя было видеть». И далее продолжается: «Замок на все время туманом заволокло». Причем «стоял туман столько времени, сколько он здесь пробыл». Фауст при этом принимает тот же образ, ЧТО И ЕГО ДУХ, ВЫДАВАЯ СЕБЯ ЗА БОГА. Народная Книга, правда, считает, что речь тут идет о Боге Магомете, однако, скорее всего, эта подстановка возникла из-за того, что описанные события происходят в Царь-Граде — Стамбуле. Дескать, раз тут живут турки, значит, нужно рассуждать о Магомете. Так и вышло, что немец Шпис заменил Святого Духа на Бога Магомета. Но поскольку такой образ принял, мол, сам доктор Фауст, то выходит, будто Фауст (то есть Христос, как мы уже начинаем понимать) отождествляется тут с Богом (Магометом) и с Духом Святым. Но такая путаница нам уже знакома. Мы уже обнаруживали ранее, что старинные авторы иногда путали Христа (то есть Бога Сына) с Богом Отцом и Духом Святым. Иными словами, хронисты путались «внутри Святой Троицы».

• Согласно христианской традиции, во время появления Духа Святого в доме Девы Марии произошло Непорочное Зачатье. Немецкая же версия издевательски вульгаризирует это событие. Насмешливо заявляет, что Фауст «утолял свою похоть» с женами императора. Причем развязно подчеркивает, что «был благосклонен и по разу, и по шести раз за ночь и чем больше, тем лучше свою способность выказывал и в итоге потрудился на славу». При этом «возлежал он с ними нагой, приняв обличье мужчины». Наконец, авторитетно сообщается, что жены, дескать, остались весьма и весьма довольны искусными способностями Фауста. Вот так, путем насмешек, западноевропейские реформаторы старались разрушить основы христианского вероучения.

• Германская версия сообщает О НЕСКОЛЬКИХ ЖЕНАХ турецкого императора, бывших в его гареме и удостоившихся внимания и ласк Фауста. Их имен Народная Книга не приводит. Каноническая евангельская версия говорит только об одной Марии в доме Иосифа, не упоминая каких-либо других женщин. А вот апокрифические Евангелия доносят до нас более подробный рассказ об этих событиях, который оказывается еще ближе к германской версии. Мы цитируем так называемое «Евангелие Псевдо-Матфея». Сказано: «Тогда ИОСИФ ВЗЯЛ МАРИЮ С ПЯТЬЮ ДРУГИМИ ДЕВИЦАМИ, ЧТОБЫ ОНИ БЫЛИ С МАРИЕЙ В ЕГО ДОМЕ. Этих девиц звали Ревекка, Сепора, Сусанна, Авигея и Захель… И бросили они жребий о том, какая работа достанется каждой из них. И вышло, что жребий указал Марии прясть пурпур, дабы сделать завесу для храма Господня, и сказали Ей другие девицы: как Ты, младшая из всех, Ты удостоилась получить пурпур? И говоря это, они принялись, как бы в насмешку, называть Ее царицей дев. И когда они говорили так между собою, АНГЕЛ ГОСПОДЕНЬ ЯВИЛСЯ ПОСРЕДИ НИХ и сказал: то, что вы говорите, не будет насмешкой, но осуществится вполне точно» [307], с. 239.

И СРАЗУ ПОСЛЕ ЭТОЙ СЦЕНЫ происходит Непорочное Зачатье [307], с. 239.

Итак, в обеих сравниваемых версиях — при Непорочном Зачатьи и при посещении Фаустом гарема турецкого императора — говорится О НЕСКОЛЬКИХ ЖЕНЩИНАХ.

• Теперь задержимся на термине «турецкий» император, упомянутом Народной Книгой Шписа (применительно к Иосифу, как мы теперь начинаем понимать). Почему турецкий? Ведь Евангелия здесь ничего не говорят о Турции или Османии. Ответ дает наша реконструкция. Согласно ей, Дева Мария была родом из Руси-Орды, то есть из Тартарии, см. нашу книгу «Христос родился в Крыму…». А потому родственники Марии были, скорее всего, в основном ордынцами, жителями Тартарии. Далее, Турция-Османия была основана выходцами из Руси-Орды. Поэтому термины ТУРКИ, ТОРКИ, ТАТАРЫ, ТАРТАРЫ стали путаться на страницах хроник, переходить друг в друга. Так и вышло, что германская версия стала рассуждать о «турецком императоре» применительно к евангельскому Иосифу. Бывшему, вероятно, родом из Тартарии=Руси-Орды XII века.

• Согласно Евангелиям, Иосиф, узнав о беременности Марии, «будучи праведен и не желая огласить Ее, хотел тайно отпустить Ее» (Матфей 1:19). Апокрифические Евангелия останавливаются на этом сюжете подробнее. Сказано: «Возвратившись в дом свой, он нашел Марию беременной, и он задрожал всеми членами своими, и, полный тревоги, он воскликнул и сказал: Господи, Господи, прими дух мой, ибо лучше для меня умереть, чем жить! И ДЕВИЦЫ, КОТОРЫЕ БЫЛИ С МАРИЕЙ, сказали ему: мы знаем, что никакой человек не прикасался к Ней… Ангел Господень каждый день беседовал с Ней…

Иосиф сказал: зачем хотите меня обмануть и заставить поверить, что Ангел Господень сделал Ее беременной?.. И он задумал скрыться и отпустить Марию» [307], с. 240.

Немецкая версия тоже отмечает аналогичное смятение чувств турецкого императора, когда ему рассказали о пребывании Фауста с его женами: «Подобные разговоры ВВЕРГЛИ ТУРЕЦКОГО ИМПЕРАТОРА В СИЛЬНОЕ РАЗДУМЬЕ И СОМНЕНИЕ», с. 70.

• По Евангелиям, как только Иосиф решил тайно отпустить Марию, к нему явился Ангел Господень: «Но когда он помыслил это, — се, Ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в Ней есть от Духа Святого; родит же Сына, и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их… Встав ото сна, Иосиф поступил, как повелел ему Ангел Господень, и принял жену свою» (Матфей 1:20–21, 24).

Вполне аналогично, немецкая Народная Книга сообщает о явлении божества турецкому императору. Отличие лишь в том, что это явление происходит ДО рассказа о посещении Фаустом женщин императора, а не ПОСЛЕ него (как нужно было бы). То есть хронист Шпис поменял местами эти два события. Но суть дела он сохранил. Напомним: «Между тем в зале стало так светло, будто посреди него солнце стояло, и дух, сопровождавший Фауста, стал перед императором в обличье, убранстве и облачении папы и сказал ему: „Привет тебе, император, ты удостоился, что я, твой Магомет, явлюсь перед тобой“. С этими краткими словами он исчез. ПОРАЖЕННЫЙ ЭТИМ ЧУДОМ, император пал на колени, призывая своего Магомета и восхваляя его за то, что он его столь почтил и явился ему», с. 70.

• Более того, «турок посчитал это за великий дар и благо, что тот (Фауст — Авт.) спал с его женами», с. 70. Это есть отражение евангельского утверждения, что после явления ему Ангела, Иосиф отнесся к беременности Марии как к чуду, принял свою жену и стал заботиться о ее Сыне.

Итак, мы видим хорошее соответствие между христианской концепцией Непорочного Зачатья и ее германским отражением, искаженным, впрочем, западноевропейскими реформаторскими насмешками.

Оказывается, в истории Фауста мы также сталкиваемся с воспоминанием о кесаревом сечении, при помощи которого на свет появился Андроник-Христос, см. нашу книгу «Царь Славян». Рождение Христа кесаревым сечением оставило свой след не только в богослужебных текстах Православной церкви. Как мы показали, об этом событии много говорили в средние века и из таких обсуждений вырос целый куст различных мнений, предположений, мифов. Многочисленные отражения этого сюжета сохранились на страницах «античной истории». В частности, известный миф о рождении «древнейшей» богини Афины «через разрез из головы Зевса». Здесь разрез, сделанный при кесаревом сечении, сохранился в «греческом» мифе полностью, но «переместился» на голову бога, см. «Царь Славян», гл. 2.

Мы уже рассказывали, что, согласно, например, раввино-иудейским источникам, сам Христос вспорол себе БЕДРО ножом и вложил в рану, а потом извлек из нее, некие чудесные письмена, или «Слово». Напомним, что Словом иногда именовали самого Христа. У «античных классиков» — Ямвлиха, Диогена и Порфирия — эта история про Христа преломилась в виде рассказа о ЗОЛОТОМ БЕДРЕ ПИФАГОРА, см. нашу книгу «Потерянные Евангелия», гл. 2. Вот как история с кесаревым сечением отразилась в иудейской версии евангельских событий, в так называемом «Тольдот Иешу».

«Он (Иисус — Авт.) проник в святилище, где находился камень основания… И мамзер (Иисус — Авт.) захотел овладеть тайной… Два медных льва сидели у двух колонн перед входом в святилище, и каждый, кто входил туда и изучал буквы или записывал их на пергаменте, только он выходил назад, как львы рычали на него, и он забывал написанное. Что же тот мамзер? Он произнес буквы НАД СВОИМ БЕДРОМ, РАЗРЕЗАЛ ЕГО, НЕ ИСПЫТЫВАЯ БОЛИ, И ПОЛОЖИЛ В БЕДРО ПЕРГАМЕНТ, на котором написал тайные буквы, и, прежде чем выйти, заговорил это место. Когда он выходил, львы зарычали на него, и он тут же забыл написанное, но пергамент остался на месте, и, когда он удалился, РАЗРЕЗАЛ СЕБЕ БЕДРО, ВЫНУЛ ПЕРГАМЕНТ И ВНОВЬ ВЫУЧИЛ БУКВЫ в спокойной обстановке. ОН БЫЛ ЕДИНСТВЕННЫМ, КТО ТАК ПОСТУПИЛ, И ПОСЛЕ ЭТОГО ОН МОГ ТВОРИТЬ ВСЕ, ЧТО ПОЖЕЛАЕТ» [307], с. 360–361. Разрез на бедре, «сделанный Христом», настолько впечатлил иудейских писателей, что они снова и снова возвращались к нему. В раввинской литературе возник даже специальный термин «Вырезающий на собственном теле» [307], с. 315–316.

В этом варианте христианского мифа из разреза на бедре Бога рождается «пергамент с тайными буквами». В других иудейских текстах говорится даже более откровенно: «Иуша разрезал себе бедро, не испытывая при этом боли, и положил туда тайное Имя, записанное на коже, потом удалился, вынул кожу с письменами и стал творить знамения и чудеса» [307], с. 379. Здесь «тайное Имя», рожденное из бедра, откровенно напоминает распространенное христианское наименование Христа СЛОВОМ: Христос — Бог Слово. См., например, начало Евангелия от Иоанна.

Вернемся еще раз к Зевсу. Оказывается, он родил не только Афину из головы, но и Диониса=Бахуса ИЗ БЕДРА. Таким образом, иудейский вариант кесарева сечения присутствует и в древнегреческих мифах о Зевсе явно и откровенно. Мы цитируем: «Однако основной миф звучит следующим образом. Зевс, приняв вид смертного, имел тайную любовную связь с Семелой („Земля“), дочерью фиванского царя Кадма… Гера… посоветовала Семеле, которая уже была на шестом месяце беременности, поставить своему таинственному возлюбленному условие: пусть он… предстанет в своем истинном обличии… Он предстал перед ней в грохоте грома и сверкании молний и испепелил ее. Гермесу, однако, удалось спасти ее шестимесячного недоношенного сына. Гермес ЗАШИЛ РЕБЕНКА В БЕДРО ЗЕВСА, И ТОТ, ПО ИСТЕЧЕНИИ ТРЕХ МЕСЯЦЕВ, В ПОЛОЖЕННЫЙ СРОК ПРОИЗВЕЛ ЕГО НА СВЕТ. Вот почему Диониса называют „дважды рожденный“ или „дитя двойных дверей“» [196:1], с. 69.

В этом мифе, как и в иудейских текстах, Христос как бы рождает сам себя из бедра. Здесь Зевс=Зеус — это Иисус, а Дионис = Бог Никейский (Деос + Ника) — тоже Иисус. Отождествление Диониса=Бахуса (Адониса?), умирающего и воскресающего бога «древних» греков, с Иисусом предложено не нами. О нем говорили многие исследователи, например Артур Древс [259], ввиду давно отмеченного яркого соответствия между дионисийским культом и христианством.

Обратимся теперь к истории Фауста. В Народной Книге есть отдельная глава под примечательным названием: «Как доктор Фауст занял у одного еврея деньги и дал ему в залог СВОЮ НОГУ, КОТОРУЮ САМ ОТПИЛИЛ СЕБЕ на глазах у еврея», с. 78.

Мы цитируем: «Так как он (Фауст — Авт.) был не при деньгах, то пришлось ему искать денег у евреев, что он и сделал: взял у одного еврея на месяц 60 талеров. Когда же время прошло, еврей захотел получить свои деньги обратно вместе с процентами… Доктор Фауст говорит ему: „Слушай, еврей, нет у меня денег… однако чтобы был ты уверен, что я тебе верну долг, ОТРЕЖУ Я СЕБЕ КАКУЮ-НИБУДЬ ЧАСТЬ ТЕЛА, ПУСТЬ ЭТО БУДЕТ РУКА ИЛИ НОГА, и дам тебе в залог, однако же с непременным условием: как только найдутся у меня деньги и я сумею с тобой расплатиться, должен ты возвратить мне то, что я тебе оставляю“. Еврей, как и был всегда врагом христиан… согласился принять заклад. Тут доктор Фауст БЕРЕТ ПИЛУ, ОТРЕЗАЕТ СЕБЕ НОГУ И ДАЕТ ЕЕ ЕВРЕЮ (на самом деле это было только наваждение), с условием, как только он будет при деньгах и выплатит долг, ДОЛЖЕН ОН ВЕРНУТЬ ЕМУ НОГУ, А ОН ЕЕ ОБРАТНО ПРИСТАВИТ. Еврей остался этим контрактом очень доволен и ушел вместе с ногой. По дороге, устав ее нести, стал он думать: „На что мне ляжка этого мерзавца? Снесу я ее домой, так она только завоняет и трудно будет прилепить ее обратно. Конечно, это дорогой залог, и не мог он связать себя крепче, чем куском собственного тела, но мне какой прок от того?“ С такими и еще другими мыслями… идет он через канаву и бросает туда ногу.

Все это было хорошо известно доктору Фаусту, и тогда послал он через три дня за евреем, будто собирается выплатить ему долг. Приходит еврей, доктор Фауст спрашивает, куда он девал заклад, ПУСТЬ ВЕРНЕТ ЕМУ НОГУ, он хочет уплатить ему. Еврей ответил, что он выбросил ее за ненадобностью. Однако доктор Фауст пожелал немедленно получить обратно оставленную в залог ляжку, а не то пускай еврей удовлетворит его требование. Чтобы отделаться от него, пришлось еврею заплатить ему еще 60 талеров в придачу, А ДОКТОР ФАУСТ ОСТАЛСЯ, КАК И БЫЛ, С НОГОЙ», с. 79.

Перед нами явно иудейский рассказ о кесаревом сечении, правда, искаженный и насмешливый. Судите сами.

• История о кесаревом сечении, при помощи которого родился Андроник-Христос, ярко отразилась в раввинско-иудейской версии. В легендах о Фаусте этот же сюжет связан именно с евреем.

• Согласно версии «Тольдот Иешу», Христос сам разрезает себе бедро. Аналогично, в германском варианте, Фауст сам отпиливает себе ногу.

• Обе версии подчеркивают, что разрез на собственном бедре или собственноручное отпиливание ноги пилой было сделано безболезненно.

• В иудейской версии Иуша-Христос заложил в разрез на своем бедре некий текст на пергаменте, «Слово», тайное Имя. Согласно немецкому рассказу, Фауст отдал отпиленную ногу В ЗАЛОГ, то есть ЗАЛОЖИЛ свою ногу в обмен на долг. Вероятно, здесь мы сталкиваемся с путаницей, порожденной двусмысленностью слова «заложить». С одной стороны, можно что-то заложить внутрь, вложить, засунуть в разрез на теле. С другой стороны, можно заложить какую-то вещь в счет денежного долга. Между прочим, такое двоякое толкование слов ЗАЛОГ, ЗАЛОЖИТЬ присутствует в славянском языке. Так что, возможно, первоначально вся эта история была записана по-славянски, а потом, при ее переводах и пересказах на другие языки, возникла указанная нами путаница смыслов одного и того же слова. Напомним, что, согласно нашей реконструкции, в эпоху XIII–XVI веков на всей территории Великой Империи государственным языком был славянский в сочетании с тюркским.

• Обе версии утверждают, что в итоге Фауст-Христос остался с собственной ногой, она оказалась «на прежнем месте» и в прежнем состоянии, как бы приросла обратно. Германский хронист объяснит это наваждением: дескать, еврею все это только показалось, привиделось. Иудейский вариант «Тольдот Иешу» описывает происшедшее как некое чудо. Напомним, что удачная медицинская операция кесарева сечения, при помощи которого на свет появился Андроник-Христос, в те далекие времена, конечно, была расценена как чудо.

Итак, в немецкой истории Фауста всплыл яркий сюжет — кесарево сечение, при помощи которого явился на свет Андроник-Христос.

Стоит отметить, что этот искаженный сюжет с разрезом на бедре или якобы отпиленной ногой произвел сильное впечатление на германских хронистов, и те упоминали его в разных вариантах. Вот краткий фрагмент из «Застольных бесед» Мартина Лютера: «Было еще, что должник дал еврею вырвать себе ногу. Еврей от страха убежал, и долг остался неуплаченным», с. 17.

А вот, например, что писал Бенедикт Аретиус про Фауста якобы в 1575 году: «Затем последовало еще более необычное происшествие. Человек этот отправился на постоялый двор, чтобы разыскать мошенника (то есть Фауста — Авт.), продавшего ему свиней. Тот, сговорившись с хозяином, храпел за печкой, притворившись спящим. Когда разъяренный покупатель вошел в комнату и со словами „Ах ты, негодяй!“ ПОТЯНУЛ ЕГО ЗА НОГУ, НОГА ОТДЕЛИЛАСЬ ОТ ТЕЛА и осталась в руках остолбеневшего от ужаса покупателя, а одноногий стал вопить, что его изувечили. В конце концов удалось закончить дело миром, ГОЛЕНЬ СНОВА ПРИРОСЛА К СВОЕМУ МЕСТУ и т. д.», с. 20.

Или вот еще одна явно издевательская версия рассказа о кесаревом сечении. Фауст, дескать, продал барышнику волшебную лошадь, которая вскоре исчезла. «Покупатель знал трактир, где его продавец остановился, разгневанный побежал туда, нашел доктора Фауста в постели, а тот спит и похрапывает. Барышник схватил его за ногу, хотел с кровати стянуть, ДА КАК ВЫРВАЛ ВСЮ НОГУ ИЗ ЗАДА и упал вместе с ней на пол. Тут доктор Фауст стал кричать караул. Барышник испугался, пустился наутек. Он взаправду думал, что вырвал у него ногу из зада, а доктор Фауст опять остался с деньгами», с. 80.

Видно, что суть дела — та же, однако исходный рассказ о кесаревом сечении еще больше искажен. Если бы мы не сравнили несколько немецких вариантов этой истории с иудейской версией про Иешу-Христа, было бы трудно разобраться в этих многочисленных насмешливых пересказах реальных событий примерно 1152 года, связанных с рождением Андроника-Христа. Теперь хорошо видно, как далеко могли уходить от оригинала разные повествования, основанные на слухах, искаженных пересказах и т. п. Это обстоятельство следует постоянно иметь в виду при анализе старинных источников.

Обычно считают, что Фауста звали Иоганн. Однако старинные источники сообщают более подробные и важные сведения на сей счет. Например, аббат Тримерий говорит:

«Человек, о котором ты мне пишешь, этот Георгий Сабелликус (Sabellicus, см. с. 364 — Авт.), имеющий дерзость называть себя главой некромантов, — бродяга, пустослов и мошенник. Его следовало бы высечь розгами, дабы впредь он не осмеливался публично учить нечестивым и враждебным святой церкви делам… Так, он придумал себе подходящее на его взгляд звание: „магистр Георгий Сабелликус, Фауст-младший, кладезь некромантии, астролог, преуспевающий маг, хиромант, аэромант, пиромант и преуспевающий гидромант“. Посуди сам, сколь глуп и дерзок этот человек… Он глупец, а не философ», с. 9.

ГЕОРГИЕМ именует Фауста и Муциан Руф, с. 10, а также Килиан Лейб, с. 11. Фауста именовали также ГЕОРГОМ, с. 11. Причем, как пишут сами историки, «любопытно, что имя Фауста у Россхирта не Иоганн (как в Народной Книге и В БОЛЬШИНСТВЕ ПОЗДНЕЙШИХ ИСТОЧНИКОВ), а Георгий, КАК В ПЕРВЫХ ДОКУМЕНТАЛЬНЫХ СВИДЕТЕЛЬСТВАХ», с. 291. Выходит, что самые старые свидетельства именуют Фауста именно ГЕОРГИЕМ, а второе имя — Иоганн — ему приписали ПОЗДНЕЕ.

Итак, собирая вместе известные нам имена доктора Фауста, получаем следующее.

1. Имя Johan, см. рис. 0.3 и 1.2. Это имя произносили также следующим образом: Johannes Faust ex Simern, с. 10. В других версиях — Iohan, Iohann Fausten, см. Введение. Это имя могло означать также ХАН, то есть указывать на титул человека. ХАН — это правитель, царь.

Рис. 1.2. Титульный лист первого издания Народной Книги Шписа о Фаусте. Якобы 1587 год. Этот лист немного отличается от листа, приведенного на рис. 1.1. Взято из [469], с. 37.

2. Имя Георгий, или Георг, является одной из форм старинного имени ГОР, или ХОР, которым в древности, например в Египте, именовали Христа. Здесь уместно напомнить, что Христос под именем Георгий выступает в истории святых мест на мысе Фиолент в Крыму. Это место рождения Иисуса, см. нашу книгу «Христос родился в Крыму…». Именно здесь находится священная скала Святого Георгия и расположен известный Свято-Георгиевский монастырь.

3. Имя Сабелликус некоторые считают происходящим от «сабинский», с. 364. Однако, возможно, Сабелликус получилось легким искажением первоначального латинского слова Сивилла (или Сибилла, так как Б и В могли переходить друг в друга). А в книге «Начало Ордынской Руси», гл. 1, мы показали, что Сивиллой называли Иоанна Крестителя, которого хронисты иногда путали с Христом. Поэтому не исключено, что и в случае с Фаустом имя Сабелликус тоже указывает на Христа. Сивиллами именовали также древних прорицательниц. Либо же имя САБЕЛЛ является искажением славянского слова СПАСАЛ при переходе П — Б. В таком случае Сабелликус могло произойти от имени Спаситель, как именовали Христа.

4. Имя Faust или Fausten. Обычно производится от немецкого слова «кулак», см. выше. В то же время известно, что звук Ф передавался иногда сочетанием латинских букв PH, так что «фауст» могло первоначально записываться как PHAUST или, без огласовок, как PHST. Но латинское Р пишется точно так же, как славянское Р (и греческое «ро»), поэтому не исключено, что когда-то латинское PHST получилось из славянского РХСТ, что могло быть легким искажением имени ХРИСТ, Христос: ХРСТ → РХСТ. Кстати, Самуил Мейгериус говорил, что Фауста «следовало бы скорее называть Infaustus (несчастный — лат.)», с. 26.

Подводя итог, получаем, что «Фауста» могли первоначально звать так: Хан Христос Гор (опять-таки Христос) Сивилла (то есть пророк) или Спаситель.

Как мы уже говорили, в этом вопросе среди немецких хронистов царит полный хаос и разнобой. Бытовало много самых разных мнений. Вот одно из них. Августин Лерхеймер писал якобы в 1597 году: «Здесь я должен рассказать обстоятельно об этом чародее, который, не будучи знатен, был все же весьма знаменит, а именно о Иоганне Фаусте. К этому меня побуждает книга, которую недавно сочинил о нем какой-то негодяй… он изрыгает хулу и клевету на виттенбергскую школу и церковь. В его книге говорится, будто Фауст родился неподалеку от Веймара и Иены, воспитывался в Виттенберге и стал там магистром искусств и доктором богословия, что он имел там в пригороде дом и сад на Шергассе у внешних ворот», с. 27.

А вот другая версия: «В действительности Фауст родился в местечке Книтлинг, что лежит в Вюртембергской земле на границе Пфальца. Одно время, при Франце фон Зиккенгене, он был школьным учителем под Крейценахом. Оттуда ему пришлось бежать из-за того, что он предавался содомии. После этого он разъезжал с дьяволом по разным странам», с. 27.

Все подобные разноречивые гипотезы возникли поздно, в XVI–XVII веках, когда немецкие хронисты-реформаторы, создавая «правильную историю древности», начали искусственно «пересаживать» ордынско-царьградскую историю Фауста-Христа исключительно на германскую землю. Путались, спорили, яростно обвиняли друг друга в незнании истины.

Одна из наиболее известных евангельских историй — это поклонение Волхвов Младенцу Иисусу. Услышав о рождении Христа, три царя явились с Востока, принесли Младенцу дары и поклонились Ему. Как мы показали в книге «Библейская Русь», гл. 3, речь тут идет о принятии христианства Русью-Ордой в середине XII века. В библейский Вифлеем, то есть на мыс Фиолент в Крыму (где и родился Христос) явились на поклонение юному Андронику-Христу=Андрею Боголюбскому ордынские правители — князь Владимир, его мать княгиня Малка и казацкий воевода Каспар, см. также нашу книгу «Христос родился в Крыму…».

Этот знаменитый евангельский сюжет нашел свое отражение во множестве старинных картин и икон. Так что следует ожидать, что он в каком-то виде появится и в «биографии» Фауста. И это действительно так. История Волхвов всплывает на страницах Народной Книги, однако, как и многие другие евангельские истории, в негативно-насмешливой окраске, приданной реформаторами XVI–XVII веков.

Сказано так: «Из Лиона отправился он (Фауст — Авт.) в Кельн на Рейне. Там есть обитель, зовется священной обителью, так как в ней погребены три царя, что шли за Христовой звездою. Когда Фауст это увидел, он воскликнул: „О, добрые вы люди, как же пришлось вам плутать, ведь вы должны были в Палестине идти к Вифлеему в Иудее, а пришли сюда, или, может быть, вы после смерти своей были брошены в море, плыли по Рейну и здесь, в Кельне, вас выловили и похоронили“. Здесь дьявол побывал у св. Урсулы и ее 11 000 дев. Особенно ему понравилась красота тамошних женщин», с. 66–67.

Современный комментатор В.М. Жирмунский верно указывает на негативный оттенок данного фрагмента. «Согласно христианской легенде, три царя-волхва пришли с Востока поклониться в Вифлееме младенцу Христу; путь им указывала звезда. „Мощи“ этих „святых царей“, хранящиеся в Кельнском соборе, считаются величайшей святыней католической церкви и привлекают многочисленных паломников. Автор народной книги, как лютеранин, скептически относится к этим „святым мощам“ и добавляет… ироническое замечание по поводу „далекого пути“, который эти цари после своей смерти проделали от Вифлеема в Иудее до Кельна», с. 383.

Мы видим, что авторы реформаторской Народной Книги не удержались от насмешки над историей Волхвов. Наверное еще помнили, что Волхвы были ордынскими царями из Руси, а потому в эпоху расшатывания основ Великой Империи европейские мятежники считали абсолютно необходимым, раздраженно взирая из Западной Европы на Восточную метрополию Империи, поухмыляться над ее символами, книгами и устоями. Кое-кому это нравилось. Вот, мол, как смело и демократично наши реформаторы обличают ветхие и загнившие основы Империи. Надо сломать ее и перестроить. Что в итоге и было сделано.

Евангелие сообщает: «И когда Он (Иисус — Авт.) был двенадцати лет, пришли они также по обычаю в Иерусалим на праздник. Когда же, по окончании дней праздника, возвращались, остался Отрок Иисус в Иерусалиме; и не заметили того Иосиф и Матерь Его, но думали, что Он идет с другими. Пройдя же дневной путь, стали искать Его между родственниками и знакомыми и, не найдя его, возвратились в Иерусалим, ища Его. Через три дня нашли Его в храме, сидящего посреди учителей, слушающего их и спрашивающего их; все, слушавшие Его, дивились разуму и ответам Его… Иисус же преуспевал в премудрости и возрасте и в любви у Бога и человеков» (Лука 2:42–47, 52).

Этот сюжет неоднократно изображался на христианских картинах и иконах. Оказывается, аналогичную историю рассказывают и о молодом Фаусте. Народная Книга якобы 1587 года сообщает: «Так как у Фауста был быстрый ум, склонный и приверженный к науке, то вскоре достиг он того, что РЕКТОРЫ СТАЛИ ЕГО ИСПЫТЫВАТЬ и экзаменовать на степень магистра и вместе с ним еще 16 магистров, КОТОРЫХ ВСЕХ ОН ПРЕВЗОШЕЛ И ПОБЕДИЛ В ПОНЯТЛИВОСТИ, РАССУЖДЕНИЯХ И СМЕТЛИВОСТИ. Таким образом, изучив достаточно свой предмет, стал он доктором богословия. При этом была у него дурная, вздорная и высокомерная голова, за что прозвали его всегда „мудрствующим“», с. 38.

Мы видим, что про молодого Фауста говорили то же, что и о юном Христе. Однако авторы Народной Книги, признавая необычайный ум молодого Фауста-Христа, выражаются о нем скептически и раздраженно: у него, мол, была дурная и вздорная голова.

В книгах «Христос и Россия глазами „древних“ греков» и «Потерянные Евангелия» мы подробно обсудили следующий сюжет. История, о которой пойдет речь, в четырех канонических Евангелиях не отразилась. Однако, обращаясь к так называемым апокрифическим Евангелиям, мы обнаруживаем интересный рассказ о юном Христе. В известном Евангелии от Фомы, именуемом также Евангелием Детства, сказано следующее: «Когда Ребенку Иисусу было пять лет, Он играл у брода через ручей и собрал в лужицы протекавшую воду…

Но сын Анны книжника стоял там рядом с Иосифом, и он взял лозу и разбрызгал ею воду, которую Иисус собрал. Когда увидел Иисус, что тот сделал, Он разгневался и сказал ему: ТЫ, НЕГОДНЫЙ, БЕЗБОЖНЫЙ ГЛУПЕЦ, КАКОЙ ВРЕД ПРИЧИНИЛИ ТЕБЕ ЛУЖИЦЫ И ВОДА? Смотри, теперь ты высохнешь, как дерево… И ТОТЧАС МАЛЬЧИК ТОТ ВЫСОХ ВЕСЬ, а Иисус ушел… Но родители того мальчика взяли его, ОПЛАКИВАЯ ЕГО ЮНОСТЬ, и принесли к Иосифу и стали упрекать того, что Сын его совершает такое!» [307], с. 222.

И далее в Евангелии от Фомы излагается еще один вариант этого же рассказа: «Мальчик подбежал и толкнул Его в плечо. Иисус рассердился и сказал ему: ты никуда не пойдешь дальше; И РЕБЕНОК ТОТЧАС УПАЛ И УМЕР… И родители умершего ребенка пришли к Иосифу и корили его, говоря: раз у тебя такой Сын, ты не можешь жить с нами, или научи Его благословлять, а не проклинать» [307], с. 222–223.

Далее, в том же Евангелии от Фомы приводится еще одна версия того же рассказа о наказании мальчика. «Через несколько дней Иисус играл на крыше дома, и один из детей, игравших с Ним, упал сверху и умер. И когда другие дети увидели это, они убежали, и Иисус остался один. А родители того, кто умер, пришли и стали обвинять Его (Иисуса), что Он сбросил мальчика вниз. И Иисус ответил: „Я не сбрасывал его“. Но они продолжали поносить Его. Тогда Иисус спустился с крыши, встал рядом с телом мальчика и крикнул громким голосом: Зенон (ибо таково было его имя), восстань и скажи, сбрасывал ли Я тебя? И тотчас он встал и сказал: Нет, Господи, Ты не сбрасывал меня, но поднял. А когда они увидели, они были потрясены. И родители ребенка прославили случившееся чудо и поклонились Иисусу» [307], с. 224–225.

Отражения этой истории мы указали ранее в «биографиях» знаменитого персидского Кира и в жизнеописании известного чудотворца Аполлония Тианского.

Итак, некий мальчик оскорбляет, обижает Иисуса, после чего Иисус карает его, наказывает смертью. Однако потом сжалился и воскресил несчастного мальчика. Окружающие поражены чудом.

Как мы уже понимаем, отражение этого сюжета может обнаружиться и в жизнеописании Фауста. Наш логический вывод подтверждается. Судите сами. Мы цитируем.

Августин Лерхеймер сообщает о Фаусте: «Однажды он пил там со своими собутыльниками… И случилось так, что прислуживавший мальчишка налил то ли в кружку, то ли в кубок Фауста так много вина, что оно перелилось через край. Фауст выбранил его и посулил сожрать, повторись это еще хоть раз. Мальчишка посмеялся: „Так уж вам и сожрать меня!“, — и еще раз налил ему через край. Тогда Фауст широко открыл пасть и проглотил его; затем схватил кадку с водой и со словами: „Хорошую еду надо хорошо запить“ — опрокинул ее в глотку. Хозяин стал его уговаривать вернуть ему мальчика, угрожая в противном случае разделаться с гостем. Фауст велел ему не тревожиться и поглядеть за печкой. Мальчишка там и оказался, на нем не было сухой нитки, и весь он трясся от страха. Этот же черт так отвел глаза всем, кто был в харчевне, что им померещилось, будто доктор Фауст сожрал парня и проглотил кадку воды», с. 22.

Перед нами, скорее всего, слегка искаженный рассказ про Иисуса и неосторожного или заносчивого мальчика из Евангелия Детства. Суть рассказа такова.

• Некий мальчик обидел или оскорбил Иисуса-Фауста.

• Обида как-то связана с водой или с вином. В Евангелии от Фомы сказано, что мальчик намеренно разбрызгал «воду Иисуса». А в немецкой версии мальчик намеренно разбрызгал вино, перелив его через край кубка Фауста.

• Обиженный Иисус-Фауст наказывает мальчика. В обеих версиях наказание смертельно опасно. Мальчик либо умирает, либо его «проглатывает Фауст».

• Родители или хозяин мальчишки-слуги просят Иисуса-Фауста вернуть им мальчика.

• Иисус-Фауст воскрешает наказанного мальчика. Кстати, германская версия рационалистична и объясняет происшедшее тем, что Фауст на самом деле мальчика вовсе не глотал, а всего лишь внушил окружающим то, что хотел. Им, дескать, померещилось.

Аббат Тритемий сообщал следующее: «Рассказывали мне еще священники этого города, что в присутствии многих он (Фауст — Авт.) хвастался таким знанием всех наук и такой памятью, что если бы все труды Платона и Аристотеля и вся их философия были начисто забыты, то он, как новый Ездра Иудейский, по памяти полностью восстановил бы их… Не менее самонадеянно говорил в большом собрании, что ничего достойного удивления в чудесах Христовых нет и что он сам берется в любое время и сколько угодно совершить все то, что совершал Спаситель», с. 10, 275.

Надо понимать, что Аббат Тритемий относится к Фаусту отрицательно, а потому считает, будто Фауст никаких чудес совершать на самом деле не мог. Мы не обсуждаем здесь вопрос — были чудеса или нет. Дело в другом. Скорее всего, здесь перед нами, попросту, отрицательно направленная редакция старинных документов, положительно говоривших о Христе Спасителе под именем «Фауст» и о том, что он совершал чудеса.

Филипп Камерариус говорит якобы в 1602 году: «Среди шарлатанов и магов, запечатлевшихся в памяти наших отцов, большую славу стяжал своими необычайными проделками и бесовскими чарами Иоганн Фауст из Кундлингена… В народе нет почти человека, который не мог бы привести какого-либо примера, свидетельствующего о его искусстве. Ему приписывали все, что я говорил выше о проделках богемского мага… Он был великим мастером магического искусства», с. 29.

Фактически тут говорится (в насмешливом ключе) о широком распространении христианства и рассказов о Христе. Становится понятно, почему история Фауста стала столь популярной и актуальной.

И далее: «Нет ни одного немца, даже самого невежественного, который хоть на волос усомнился бы в правдивости нижеследующего», с. 33. Далее рассказывается о Фаусте.

В самом начале Народной Книги о Фаусте, якобы 1587 года, сказано: «С тех пор как много лет существует в Германии ВСЕМ ИЗВЕСТНОЕ ПРОСТРАННОЕ ПРЕДАНИЕ о разных похождениях доктора Фауста, знаменитого чародея и чернокнижника, ПОВСЮДУ НА СБОРИЩАХ И ПИРУШКАХ ЛЮДИ ЛЮБОПЫТСТВУЮТ И ТОЛКУЮТ О СУДЬБЕ УПОМЯНУТОГО ФАУСТА… Некоторые новейшие историки там и сям упоминают о колдуне и его дьявольском искусстве», с. 35.

Муциан Руф, якобы в 1513 году, сообщает: «В Эрфурт прибыл некий хиромант по имени Георгий Фауст, гейдельбергский ПОЛУБОГ, истинный хвастун и глупец. Искусство его, как и прочих прорицателей, дело пустое», с. 10.

Этот фрагмент вызывает напряжение у современных комментаторов. Им не нравится здесь слово «полубог». И они тут же пускаются в разъяснения: «В оригинале ошибочно Helmitheus Hedebergenis; обычно исправляется: Hemitheus Heidelbergensis. Однако открытие записи в дневнике Килиана Лейба, приора монастыря Ребдорф: Georgius Faustus helmstetensis (то есть Фауст из Гельмштедта) — сделало возможным другое толкование: helmstetensis вместо Helmitheus», с. 365.

Однако, скорее всего, принятое ранее обычное написание (дескать, исправление) как Hemitheus, то есть полубог (Hemi — Halb, то есть половина, см. словарь, а theus — Бог), было правильным. По-видимому, некоторые хронисты именовали Фауста Полубогом, поскольку помнили, что «Фауст» — это отражение Христа. Но поскольку в данной хронике отношение к Христу явно отрицательное (хвастун, глупец…), то понятно, что летописец вместо первоначального Бог Христос написал Полубог Фауст, чтобы понизить статус Иисуса.

Согласно мнению некоторых авторитетных церковных писателей, таких как Иоанн Дамаскин и блаженный Августин, Христос был девственником и никогда не был женат (хотя Евангелия обходят молчанием данный вопрос). Что касается апостолов Христа, то многие из них были женаты. Тем не менее, апостол Андрей Первозванный женат не был: «Св. Андрей не восхотел жениться и оставался до самой смерти девственником» [279:1]. В то же время, согласно русским летописям, князь Андрей Боголюбский был женат.

Немецкие реформаторы всячески насмехались над девственностью Андрея-Христа, назвав его Фаустом. Например, в Народной Книге Шписа есть отдельная глава, называемая «О блудодействе доктора Фауста на девятнадцатом и двадцатом году» (договора с дьяволом). Упражнялись в остроумии так: «Начал он вести свинскую и эпикурейскую жизнь и призвал к себе семь дьявольских суккубов, с которыми со всеми совокуплялся… После этого ездил он во многие государства вместе со своим духом, желая видеть всех что ни на есть женщин. Семерых из них он совратил: двух нидерландок, одну венгерку, одну англичанку, двух швабок и одну француженку, которые были украшением своих стран. С этими дьявольскими женами предавался он непотребству до самой своей кончины», с. 93.

Эта эротическая тема не давала покоя реформаторам. Они неоднократно и с удовольствием возвращаются к волновавшим их подробностям (скорее всего, выдуманным). Мы не будем приводить эти многочисленные восклицания.

Согласно Евангелиям, Иисус обладал даром предсказания, он предвидел будущее. Так, например, он знает заранее об обстоятельствах своей смерти, наперед знает о предательстве Иуды, об отречении апостола Петра и т. д. Искаженные отражения этого мы видим в истории Фауста.

Про Фауста также сообщается, что он обладал могучим даром предвидения, был прорицателем, предсказывал будущее. Например, в тексте якобы 1528 года сурово говорится: «Предписать ПРОРИЦАТЕЛЮ, чтобы он покинул город и искал себе пропитание в другом месте», с. 11.

Агриппа Неттесгеймский добавляет: «Отец лжи внушил этим людям веру в то, что этот ЧАРОДЕЙ (Фауст — Авт.) может предвидеть будущее, что от него не могут быть скрыты никакие тайные намерения, никакие помыслы», с. 11.

Филипп фон Гуттен сообщал якобы в 1540 году: «За три месяца погибли все флотилии… Приходится мне признать, что предсказания философа Фауста сбылись почти полностью, ибо немало мы натерпелись за это время», с. 12–13.

И далее, в Вальдекской хронике якобы 1648 года говорится: «Известный чернокнижник д-р Фауст, который как раз в этот день проезжал через Корбах, ПРЕДСКАЗАЛ, что город Мюнстер в ту самую ночь будет захвачен войсками епископа», с. 30.

Христос совершил много чудес, исцелял людей, изгонял бесов, воскрешал мертвых. Его вполне могли именовать великим врачом. Об императоре Андронике-Христе сообщалось также, что он был выдающимся врачом, ученым, математиком, астрономом, см. нашу книгу «Царь Славян». Аналогичные сведения сообщают и немецкие тексты о Фаусте, хотя при этом постоянно приговаривают, что все эти выдающиеся качества и таланты он поставил на службу дьяволу. А потому, дескать, был великим, но «очень испорченным» ученым и врачом.

Агриппа Неттесгеймский говорит о Фаусте, что он мог «наколдовать неисчислимые количества войск, повозок и коней, что ему открываются клады, что он может скреплять и разрушать узы брака и любви и даже излечивать стигийскими снадобьями ВСЕ НЕИЗЛЕЧИМЫЕ НЕДУГИ, далеко зашедшую чахотку, сильную водянку и застарелую дурную болезнь», с. 11.

Иоганн Шпис, якобы в 1587 году, говорит: «Нашел доктор Фауст себе подобных, тех, кто пользовался халдейскими, персидскими, арабскими и греческими словами, фигурами, письменами, заклинаниями, волшебством и прочим… Это полюбилось Фаусту, он стал изучать и исследовать их день и ночь. Не захотел он более называться теологом, стал мирским человеком, именовал себя ДОКТОРОМ МЕДИЦИНЫ, стал астрологом, математиком, а чтобы соблюсти пристойность, СДЕЛАЛСЯ ВРАЧОМ. Поначалу многим людям он помог своим врачеванием, травами, кореньями, водами, напитками, рецептами и клистирами…

Все это он развеял по ветру, выгнал душу свою из дома за дверь, поэтому не должно быть ему прощения», с. 38–39.

Напомним известную сцену искушения Христа диаволом. Как мы сейчас увидим, именно она была положена в основу истории Фауста, и поэтому германские хронисты уделили ей особое внимание. Например, в Народной Книге этот сюжет излагается на семи страницах, в современном издании [469] большого формата, причем мелким шрифтом.

Искушение Иисуса описано у Матфея и Луки. Ввиду важности сюжета приведем обе эти версии.

«Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола, и, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал. И приступил к Нему искуситель и сказал: если Ты Сын Божий, скажи, чтобы камни сии сделались хлебами. Он же сказал ему в ответ: написано: не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих. Потом берет Его диавол в святой город, и поставляет Его на крыле храма, и говорит Ему: если Ты Сын Божий, бросься вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе, и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею. Иисус сказал ему: написано также: не искушай Господа Бога твоего. Опять берет Его диавол на весьма высокую гору и показывает Ему все царства мира и славу их, и говорит Ему: все это дам Тебе, если, пав, поклонишься мне. Тогда Иисус говорит ему: отойди от Меня, Сатана, ибо написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Матфей 4:1–10).

Рассказ Луки чуть подробнее.

«Иисус, исполненный Духа Святаго, возвратился от Иордана и поведен был Духом в пустыню. Там сорок дней Он был искушаем от диавола и ничего не ел в эти дни, а по прошествии их напоследок взалкал. И сказал Ему диавол: если Ты Сын Божий, то вели этому камню сделаться хлебом. Иисус сказал ему в ответ: написано, что не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом Божиим. И, возведя Его на высокую гору, диавол показал Ему все царства вселенной во мгновение времени, и сказал Ему диавол: Тебе дам власть над всеми сими царствами и славу их, ибо она предана мне, и я, кому хочу, даю ее; итак, если Ты поклонишься мне, то все будет Твое. Иисус сказал ему в ответ: отойди от Меня, Сатана; написано: Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи. И повел Его в Иерусалим, и поставил Его на крыле храма, и сказал Ему: если Ты Сын Божий, бросься отсюда вниз, ибо написано: Ангелам Своим заповедает о Тебе сохранить Тебя; и на руках понесут Тебя, да не преткнешься о камень ногою Твоею. Иисус сказал ему в ответ: сказано: не искушай Господа Бога твоего. И, окончив все искушение, диавол отошел от Него до времени. И возвратился Иисус в силе духа в Галилею; и разнеслась молва о Нем по всей окрестной стране. Он учил в синагогах их, и от всех был прославляем. Тогда оставляет Его диавол, и се, Ангелы приступили и служили Ему» (Лука 4:1–15).

А теперь сравним евангельский рассказ с описанием искушения Фауста дьяволом.

• Иисус встретился с диаволом НАЕДИНЕ, «в пустыне», когда никого вокруг не было. Аналогично, Фауст впервые встречается с Мефистофелем НАЕДИНЕ, без свидетелей, с. 39–43.

• По Евангелиям, диавол искушал Иисуса ТРИ РАЗА: 1. Вели камню сделаться хлебом. 2. Дам тебе власть над всеми царствами, если поклонишься мне. 3. Бросься вниз с крыши храма, дабы Ангелы вознесли Тебя.

Аналогично, германские тексты тоже утверждают, что Мефистофель ТРИ РАЗА искушал Фауста. Более того, в Народной Книге Шписа даже выделены три главы, посвященные этим трем искушениям, названным «прениями» или «собеседованиями». Вот эти названия: 1. Следует прение доктора Фауста с духом. 2. Второе прение Фауста с духом, называемым Мефистофелем. 3. Третье собеседование доктора Фауста с духом, с. 39–42.

• Согласно Евангелиям, Иисус УСТОЯЛ перед искушениями дьявола и тот «отошел от Него». Напротив, ироническая немецкая версия гласит, что Фауст ПОДДАЛСЯ на предложения дьявола. Тем самым, реформаторы издевательски перевернули с ног на голову одно из важных положений христианского учения.

• Как говорит евангелист Лука, диавол, искушая Иисуса, вознес его на великую гору: «И, возведя Его на высокую гору, диавол показал Ему все царства вселенной во мгновение времени». Аналогично, Мефистофель возносит Фауста на великую гору (правда, не во время искушения, а уже после него): «В этой местности огромные высокие скалы и горы, где и спустился Фауст. Среди них есть одна столь высокая, что кажется, будто она поддерживает небо, и отсюда доктор Фауст мог увидеть город (якобы Краков — Авт.). Он не остановился в этом городе, но облетел вокруг него, оставаясь невидимым. На этой вершине доктор Фауст отдыхал несколько дней», с. 69.

И в другом месте Народная Книга Шписа цитирует текст, якобы написанный самим Фаустом: «Мефистофель ответствовал: „Поверь мне, мой Фауст, что ты за это время поднялся на 47 миль в вышину“. После этого взглянул я на землю. Я видел здесь много королевств, княжеств и водных пространств, так что Я МОГ ХОРОШО ОБОЗРЕТЬ ВЕСЬ МИР — Азию, Африку и Европу. И находясь на такой высоте, я сказал моему слуге: „Теперь покажи и укажи мне, как называются те и эти страны и государства“. Он это сделал и сказал: „Взгляни, вот по левую руку лежит Венгрия, далее здесь Пруссия, там наискось Сицилия, Польша, Дания, Италия, Германия. Завтра же ты увидишь Азию, Африку, также Персию, Татарию, Индию и Аравию. И так как ветер теперь дует сзади, то видим мы Померанию, Россию и Пруссию, а также Польшу, Германию, Венгрию и Австрию“. На третий день я смотрел на большую и малую Турцию, Персию, Индию и Африку. Я видел перед собой Константинополь, а в Персидском и Константинопольском морях увидел множество кораблей и войска, двигавшиеся взад и вперед…

Смотрел я туда и сюда, на восход и на полдень, к закату и полночи, и если в одном месте шел дождь, то в другом гремела гроза, здесь падал град, в другом месте была хорошая погода, И МОГ Я НАБЛЮДАТЬ ВСЁ, ЧТО В ЭТО ВРЕМЯ ПРОИСХОДИЛО НА СВЕТЕ», с. 63.

Тема вознесения Фауста дьяволом на высочайшую гору (или горы) всплывает еще в одном месте Народной Книги: «Он был убежден, что некоторые высокие острова с их вершинами настолько высоки, что он оттуда сумеет, наконец, УВИДЕТЬ РАЙ, ибо об этом он не спрашивал своего духа и не должен был спрашивать. Особенно же на острове Кавказе, который превосходит своими вершинами и высотой своей все прочие острова, надеялся он непременно увидеть рай. Находясь на той вершине острова Кавказ, увидел он землю Индии и Скифию, а с восточной стороны до полуночи издалека в вышине далекий свет…», с. 71.

А вот еще один вариант. Фауст говорит Мефистофелю: «Мы осмотрели небо, ад и землю, но в вышине неслись драконы наши: при взгляде вниз казалась мне земля не больше как с ладонь мою размером. Мы видели все государства мира», с. 413.

Итак, в обеих версиях — германской и евангельской — упоминается подъем Фауста-Христа на необычайно высокую гору, или просто далеко ввысь, в воздух, в космос, откуда виден вообще весь мир «величиной с ладонь».

Народная Книга Шписа следующими словами подводит итог искушения Фауста: «Так продолжалось целый час, и Фауст так закоснел в грехе, что ему казалось, будто он и не помышлял о раскаянии. И здесь можно видеть, какие прельстительные зрелища дьявол представляет, чтобы Фауст в своем отступничестве не мог воротиться назад, более того, чтобы он еще веселее мог предаваться своему делу и думал: вот, я ничего еще злого и мерзкого не видел, но много радости и веселья», с. 44.

Мы видим хорошее соответствие обеих версий — германской и евангельской.

Многие авторы писали о Фаусте. Среди этого множества текстов были, оказывается, и такие, которые утверждали, что Фауст на самом деле был идеальным человеком, без духовных изъянов, и именно поэтому дьявол захотел его совратить. Но ведь это в точности совпадает с евангельской точкой зрения на Иисуса при его встрече с дьяволом. Приведем, например, версию Лессинга о Фаусте (в пересказе фон Бланкенбурга): «Действие открывается собранием адских духов, и подчиненные отдают отчет своему главе о предпринятых ими или выполненных деяниях… Последний выступающий из подчиненных адских духов докладывает, что он нашел на земле одного человека, к которому во всяком случае никак не подступиться. У НЕГО НЕТ НИ ЕДИНОЙ СТРАСТИ, НИ ЕДИНОЙ СЛАБОСТИ… У НЕГО ТОЛЬКО ОДНО СТРЕМЛЕНИЕ, ОДНА СКЛОННОСТЬ — НЕУТОЛИМАЯ ЖАЖДА НАУКИ И ПОЗНАНИЙ. „Ха, ха! — восклицает Сатана. — Тогда он будет моим, моим навсегда“», с. 251.

По Евангелиям, Фауст-Христос устоял перед искушениями Сатаны. А по негативной германской версии, поддался и продал свою душу.

Очень интересно, что и далее версия Лессинга о Фаусте отходит от реформаторской и оказывается близкой к евангельскому повествованию о Христе. По Лессингу, Мефистофель, получив задание от своего начальника поймать в свои сети Фауста, активно принимается за дело. И вроде бы все удается, однако совершенно неожиданно в финале выясняется, что силы ада потерпели поражение, что они посрамлены! Фауст устоял, а дьявол совратил вовсе не его, а всего лишь «призрак Фауста». Мы цитируем.

«Адские силы считают, что они выполнили свое дело; в пятом акте они поют ликующие песни, как вдруг появляется посланец небесного мира и самым неожиданным и все же естественным, для всех успокоительным образом прерывает эти песни. „Не торжествуйте, — говорит ангел, — вы не одержали победы над человечеством и наукой; божество не для того дало человеку благороднейшее из стремлений, чтобы сделать его навеки несчастным; тот, кого вы видели и кем ныне льстите себе надеждой обладать, был только призраком“», с. 252.

Выходит, что некоторые авторы, например Лессинг, несмотря на давление реформаторов, в общем сохранили исходную евангельскую доброжелательную точку зрения на Фауста-Христа.

Более того, в Народной Книге Шписа сохранился яркий след того, что беседа Фауста с дьяволом является переработкой фрагментов Евангелий. На вопрос Фауста о природе и возможностях духов, Мефистофель, в частности, произносит примечательную фразу: «И зовется наше царство Легион», с. 40. Как справедливо отмечают современные комментаторы, эта фраза вовсе не случайна: «Основано на искажении смысла евангельского текста (Лука 8,30). Когда Христос изгоняет демона из бесноватого, он заставляет его назвать свое имя (согласно старинному магическому представлению назвать демона — значит обезвредить его). Демон отвечает устами бесноватого: имя мое — Легион (то есть я не один, нас великое множество)», с. 380–381.

Таким образом, в центральной сцене совращения Фауста дьяволом четко звучат евангельские мотивы о столкновении Христа с бесами.

Напомним важный факт, обнаруженный нами при анализе жизнеописания Андроника-Христа и описанный в нашей книге «Царь Славян», гл. 2:6. Никита Хониат возмущенно и многословно описывает некий указ Андроника, составленный от имени самого Бога. Этот факт не дает покоя Хониату. Он долго и раздраженно рассуждает на данную тему.

Мы цитируем: «Начинался же этот приговор таким образом: „ПО ВНУШЕНИЮ БОЖИЮ, а не по повелению державного и святого государя и императора нашего определяем и объявляем, что для пользы государства и, в частности, для блага Андроника, СПАСИТЕЛЯ РИМЛЯН, необходимо…“» [933:1], с. 344; [934], с. 423. Приговор якобы был направлен против «дерзких крамольников» и требовал их смерти. К сожалению, Никита Хониат приводит лишь фрагменты этого приговора. Перечисляются угрозы в адрес злоумышленников, которые, дескать, «„в своем безумии не понимают, что ИЗОЩРЯЮТ МЕЧ ПРОТИВ САМИХ СЕБЯ“. Так и подобным образом — из многого я привожу только немногое — говорилось В ЭТОМ БЕЗЗАКОННОМ ПРИГОВОРЕ» [934], с. 424.

Скорее всего, Никита Хониат донес до нас искаженный вид этого важного документа, причем далеко не полностью, только фрагментами. Но здесь нас привлекает то, что царский приговор Андроника был написан, оказывается, ОТ ИМЕНИ САМОГО БОГА. А во-вторых, Андроник назван здесь СПАСИТЕЛЕМ римлян. Напомним, что Спасителем именовали Христа. Никита Хониат возмущается по поводу отождествления Андроника с Богом, звучащего в данном приговоре. Недовольство Хониата вполне понятно. Он уже не понимает, что в редактируемом им старом тексте речь идет о Христе, который назван Богом.

Император Андроник почему-то прячет этот приговор во дворце. Никита Хониат сообщает: «Андроник взял к себе их гнусный приговор, тщательно хранил его в своем сундуке, с какой целью — не знаю, но думаю потому, что ПРЕДВИДЕЛ БУДУЩЕЕ И БОЯЛСЯ ТОЙ БЕДЫ, КОТОРОЙ ВПОСЛЕДСТВИИ ПОДВЕРГСЯ… ВСЛЕД ЗА ТЕМ ОН ПРИСТУПИЛ К ИСПОЛНЕНИЮ ПРОИЗНЕСЕННОГО ПРИГОВОРА» [934], с. 425.

Вскоре происходит мятеж в Царь-Граде, как-то связанный с данным приговором. При этом из дворца пропадает «письмо Господа». Именно это письмо, а не какую-либо другую святыню, упоминает Хониат, рассказывая о разграблении дворца Андроника.

После свержения Андроника его дворец был разграблен. Никита Хониат пишет: «Грабеж простерся даже и на храмы, находившиеся в царском дворце, и здесь сорваны были украшения со святых икон и даже украден тот священнейший сосуд, в котором, как говорит давнишняя молва, дошедшая и до нас, хранилось ПИСЬМО ГОСПОДА, собственноручно написанное им к Авгарю» [933:1], с. 355.

Ясно, что приговор, в котором, вероятно, осуждались лица, организовавшие мятеж, заговорщики должны были украсть и уничтожить. А украли, как нам сообщают, письмо Господа. Возникает впечатление, что приговор, написанный Андроником, и письмо Господа — это, попросту, одно и то же. Напомним, что приговор был написан «от имени Бога», по словам Хониата.

Вероятно, именно этот знаменитый приговор-указ и отразился в германской «биографии» Фауста-Христа как его договор с дьяволом. Этому документу придавали большое значение. Вот что сообщает Народная Книга Шписа: «Составляет доктор Фауст в своей наглости и дерзости договор, письменное обязательство и соглашение. СТРАШНОЕ И ОМЕРЗИТЕЛЬНОЕ ЭТО БЫЛО ДЕЛО! И БУМАГА ЭТА ПОСЛЕ ЕГО ЗЛОПОЛУЧНОЙ КОНЧИНЫ БЫЛА НАЙДЕНА В ЕГО ДОМЕ», с. 42.

Шпис далее приводит и текст этого дьявольского договора (на полстраницы), с. 43. Но текст явно нацелен на очернение Фауста и носит нравоучительный характер. Он фактически предостерегает читателей от каких-либо договоренностей с дьяволом. В Фаустовом договоре якобы было сказано, что Фауст сознательно предается слуге адского князя, который обязывается слушаться Фауста и исполнять его приказания на срок действия договора в течение 24 лет. И что Фауст, в обмен на это, отрекается от всех живущих и от всего небесного воинства. В чем и подписывается собственноручно, с. 43.

• Стоит отметить, что как приговор-указ Андроника-Христа хранился у него во дворце и был обнаружен во время мятежа, так и договор Фауста-Христа хранится у него в доме и был найден там после гибели Фауста.

• Причем и тот и другой документы оцениваются соответствующими хронистами — германскими и византийскими — как омерзительные.

• Обратите также внимание, что в обеих версиях — германской и византийской — сказано, что Андроник-Фауст не только подписал документ, но и сразу же приступил к его исполнению, претворению в жизнь. Все верно — речь идет об одном и том же тексте — указе императора Андроника. Он сыграл большую роль в то время.

Вопрос — в каком возрасте Фауст продал душу дьяволу, интересен для оценки возраста Фауста-Христа, согласно германской версии. Как мы уже отмечали, срок его договора с Мефистофелем был равен 24 годам, с. 43. Согласно Юсту Кристофу Мотчману, Фауста «видимо, дьявол прельстил В МОЛОДЫЕ ГОДЫ», с. 32. Однако более точная цифра тут не названа.

Согласно Евангелиям, Христу в момент распятия было от 30 до 50 лет, см. подробности в книге «Царь Славян». Возраст от 40 до 50 лет, по-видимому, подразумевается в Евангелии от Иоанна и упоминается некоторыми старыми церковными писателями. Сегодня общепринято, что возраст Христа был 30–33 года. Что говорит Никита Хониат о возрасте Андроника? С одной стороны, Хониат много раз называет его «стариком», а в то же время утверждает, что Андроник выглядел достаточно молодо [933:1], с. 358–359.

Очевидно, в христианской традиции существовали разногласия о возрасте Христа перед распятием. Такая же неуверенность сквозит и у Никиты Хониата, см. выше. Хониат утверждает, что Андроник был уже седым. Например, Андроник назван «седовласым» [933:1], с. 353. Но седые волосы могут появиться и в тридцатилетнем возрасте. Особенно если у человека была сложная жизнь и он испытывал гонения.

Аналогичная неуверенность звучит и со страниц германских источников о возрасте Фауста. С одной стороны, Фауст продал душу дьяволу уже в сознательном возрасте, может быть, что-то около 20–25 лет, после чего сотрудничал с Мефистофелем 24 года. Получается, что в момент гибели Фаусту могло быть примерно 45–50 лет. Более того, в старинной кукольной комедии Гейсельбрехта (представлялась, например, в Берлине) Фауст, обсуждая свой договор на 24 года с Мефистофелем, говорит ему: «Старость человека начинается в 50 лет, А МНЕ ТОЛЬКО 40, я хочу пока еще насладиться жизнью и не уступлю ни одной минуты из 24 лет», с. 171. Выходит, что, согласно этой версии, Фаусту в момент гибели было 64 года, так как 40 + 24 = 64.

С другой стороны, обратим также внимание на название одной из глав немецкой Народной Книги Шписа: «Жалоба доктора Фауста на то, что ОН ДОЛЖЕН УМЕРЕТЬ В СВОИ ЦВЕТУЩИЕ ДНИ И МОЛОДЫЕ ГОДЫ», с. 96. Точный возраст в годах здесь опять не указан. Однако четко сказано про цветущие дни и молодые годы. Поэтому возникает мысль, что в таком виде здесь преломилась основная евангельская версия, согласно которой Иисус был распят в возрасте 30–33 лет.

В общем, данные о возрасте Андроника-Христа и доктора Фауста не противоречат друг другу. В обеих версиях наблюдается неуверенность в этом вопросе. Одно мнение указывает на возраст около 30–33 лет, а другое — на возраст около 60–65 лет.

Как мы подробно обсуждали в книге «Царь Славян», гл. 2, в Евангелиях Христос назван НАЗОРЕЕМ, см., например, Матфей 2:21. Даже на табличке, прибитой к кресту Христа, было написано: «Иисус НАЗОРЕЙ, Царь Иудейский» (Иоанн 19:19). В других местах Библии говорится, что НАЗОРЕИ не стригли волосы. Длинные волосы считались признаком назорейства. «И сказал Господь Моисею, говоря: объяви сынам Израилевым и скажи им: если мужчина или женщина решится дать обет НАЗОРЕЙСТВА, чтобы посвятить себя в НАЗОРЕИ Господу, то… во все дни обета назорейства его БРИТВА НЕ ДОЛЖНА КАСАТЬСЯ ГОЛОВЫ ЕГО; до исполнения дней, на которые он посвятил себя в назореи Господу, свят он: ДОЛЖЕН РАСТИТЬ ВОЛОСЫ НА ГОЛОВЕ СВОЕЙ» (Числа 6:1–6).

И действительно, на Туринской Плащанице мы видим человека с длинными волосами, частично заплетенными в косу. «На Плащанице изображен мужчина с бородой. ВОЛОСЫ ДЛИННЫЕ, СЗАДИ ОБРАЗУЮТ ПУЧОК КАК БЫ ОТ РАСТРЕПАННОЙ КОСИЦЫ» [244], с. 13. Недаром Христа часто изображали с длинными волосами, см. многочисленные иллюстрации в книге «Царь Славян».

Следовательно, есть все основания полагать, что германские хронисты сообщат нам о длинных волосах Фауста. Это заключение полностью оправдывается. Например, в старинной пьесе «Иоганнес Фауст», в записи Ф.-Г. фон дер Хагена, сообщается, что Мефистофель «является в человеческом облике, и Фауст обещает ему свою душу за 24-летнюю службу, в течение которой Фауст не должен мыться, причесываться, СТРИЧЬ ВОЛОСЫ и ногти и посещать церковь», с. 186. Выходит, что за 24 года волосы у Фауста отросли и стали очень длинными. Все сходится.

В большинстве старинных текстов, говорящих о Фаусте, подчеркивается, что его сопровождали ученики-студенты. Народная Книга сообщает: «Много студентов не выходят из дома Фауста и постоянно обретаются там», с. 88. Есть даже фрески, изображающие Фауста со своими студентами, рис. 1.3. Кстати, данная картина напоминает многочисленные изображения Тайной Вечери Христа с апостолами. Причем интересно, что в связи с Фаустом упоминаются ДВЕНАДЦАТЬ студентов. А ведь апостолов Христа действительно было двенадцать. Приведем немецкий текст под названием «О ссоре между двенадцатью студентами». Сказано: «В Виттенберге перед его домом поссорилось СЕМЬ студентов с ПЯТЬЮ другими. Это, подумал Фауст, неравный спор, вот он и ослепил их всех, так что ни один другого больше не видит. Так и колотили они в гневе куда ни попало, а стоявшие кругом смеялись, глядя на эту диковинную стычку. Пришлось их по домам развести, а как только каждый оказался в своем доме, вернулось к нему зрение», с. 80.

Рис. 1.3. «Фауст пирует со студентами». Стенная живопись в Ауэрбаховском погребке. Якобы 1525 год. Похоже на весьма распространенные изображения Тайной Вечери Христа со своими апостолами. Взято из [469], с. 13.

Возможно, это насмешка реформаторов над двенадцатью апостолами Иисуса. Тот факт, что в их среде действительно произошел раскол, нам известен. Ведь Иуда Искариот предал Христа, а апостол Петр трижды отрекся от Иисуса в момент опасности, после Его ареста. Кроме того, апостол Фома, хотя и оставался верен Христу, но все-таки усомнился в Его Воскресении и поверил только после того, как вложил персты в Его рану. Остальные апостолы были и остались верны Иисусу. В итоге двенадцать учеников Иисуса как бы разделились на две группы — девять верных и трое как бы сомневающихся или даже враждебных. Поэтому некоторые хронисты вполне могли написать, что несколько апостолов-учеников поссорились (враждовали) с другими апостолами-учениками. При этом вместо чисел девять и три назвали семь и пять.

Кстати, апостол Павел (первоначально Савл), призванный уже после смерти Христа, сначала вообще был врагом христианства и лишь впоследствии присоединился к ученикам Христа, уверовав в Него.

Интересно, что число ДЕВЯТЬ — как количество верных студентов Фауста — появляется на некоторых старинных изображениях. Одно из них показано на рис. 1.4. Здесь представлена легенда под названием «Доктор Фауст дарит студентам в Лейпциге бочку вина». Фауст со своими студентами проходил мимо винного погреба, из которого хозяин никак не мог выкатить большую бочку вина. Фауст сел на бочку верхом, она «ожила» и сама поскакала из подвала наверх, всем на удивление, с. 102–103. На стенной картине мы видим именно ДЕВЯТЬ студентов. Фауст изображен на бочке справа.

Рис. 1.4. Старинное изображение с девятью верными студентами (апостолами) Фауста. Сам Фауст показан справа верхом на бочке вина, которая по его велению сама скачет из подвала наверх. Стенная живопись в Ауэрбаховском погребке. Якобы 1525 год. Взято из [469], с. 102.

На протяжении всей Народной Книги то и дело говорится, что Фауст встречается или пирует, беседует со студентами. Вот лишь несколько примеров.

«Доктор Фауст, бывший Бахусом (кстати, напомним, что, согласно нашим результатам, античный бог Бахус — это тоже одно из отражений Андроника-Христа — Авт.), пригласил к себе НЕСКОЛЬКО СТУДЕНТОВ, и, после того как они плотно закусили и изрядно почествовали Бахуса, убедил их доктор Фауст, что они должны вместе с ним отправиться в один погреб и отведать там великолепные вина, которые он им поднесет», с. 83.

И далее: «Эти семеро студентов (здесь опять семь — Авт.) — из них четверо магистров… после того как отпраздновали в доме Фауста Масленицу в воскресенье, снова были приглашены к нему на Масленицу во вторник (ТАК КАК БЫЛИ ОНИ СТАРИННЫЕ ПРИЯТЕЛИ ФАУСТА И ЛЮБЕЗНЫЕ ЕМУ ГОСТИ)…

В великопостную среду явились студенты как званые гости в дом к доктору Фаусту провожать Масленицу, и он задал им пир, а они славно пели, плясали и на все лады потешались…

Тогда как раз выпал большой снег. Доктор Фауст был зван к студентам, и они устроили ему добрую пирушку. Он стал показывать свое искусство», с. 84–85.

Скорее всего, в таком виде немецкие хронисты описывали тесные узы, связывавшие Христа с его наиболее преданными апостолами. Каковых, по мнению германских авторов, из двенадцати было девять или семеро. Остальные были менее близки, и среди них был даже предатель Иуда.

Одним из главных мотивов рассказов о Фаусте является обвинение его в грехах: мошенничество, распутство, обман, дьявольское чудесничество, плохая магия и прочее и прочее.

Вполне аналогичную картину мы наблюдаем в некоторых старинных рассказах об императоре Андронике-Христе. Например, византийский летописец Никита Хониат не устает обвинять Андроника Комнина в самых черных делах. Как мы показали в книге «Царь Славян», ничего удивительного в этом нет. Замечательная личность Андроника-Христа = князя Андрея Боголюбского, проведшего в жизнь многочисленные и важные государственные и церковные реформы, вызывала у разных людей различные эмоции. Одни восхищались и преклонялись, другие обливали грязью. Конкретные причины всего этого см. подробнее в нашей цитированной книге. А теперь обратимся к аналогичным обвинениям в адрес Фауста.

Филипп Бегарди писал якобы в 1539 году: «Однако нередко мне жаловались на его (Фауста — Авт.) мошенничества, и таких людей было множество. Ведь на обещания был он щедр, как Фессал, СЛАВА ЕГО была не меньше, чем Теофраста; а вот дела его, как я слышал, были весьма ничтожны и бесславны. Зато он хорошо умел получать или, точнее, выманивать деньги, а затем удирать», с. 12.

Иоганн Манлиус рассуждает так: «Нужно сказать, что Фауст этот был, помимо всего прочего, негоднейшим вертопрахом и вел столь непристойный образ жизни, что не раз его пытались убить за распутство…

Маг этот Фауст, гнусное чудовище и зловонное вместилище многих бесов, в хвастовстве своем дошел до такой нелепости, будто только ему и его чарам императорские войска обязаны всеми своими победами в Италии. Это нелепейшая ложь», с. 15.

Иоганн Вирус писал: «Иоганнес Фауст, родом из городка Кундлинг, научился магии… лживым и обманным образом практиковал ее в разных местностях Германии, вызывая восхищение многих, хотя на самом деле его искусство представляло собой только пустую похвальбу и вздорные посулы», с. 18.

Фауста-Христа громко обвиняли в элементарном воровстве и проказничестве. «Доктор Фауст… вскоре отправился дальше и недолго здесь промешкал, ТОЛЬКО СОВЕРШИЛ КРАЖУ — наведался в погреб к хозяину „Высокого куста“», с. 68.

И далее: «Доктор Фауст несколько дней наблюдал мощь, силу, великолепие турецкого императора и его двор. И однажды вечером, когда турецкий император сидел за столом и ел, учинил доктор Фауст над ним такую ПРОКАЗУ И ОБЕЗЬЯНСТВО, что через императорский зал хлынули потоки пламени…», с. 69.

Другие хронисты, напротив, подчеркивали положительные свойства Фауста, что он — замечательный врач, спасший много людей, что он был выдающимся ученым, астрономом, астрологом, предсказателем, создателем календаря и т. п.

В хронике якобы около 1565 года написано: «Этот Фауст за свою жизнь совершил ТАК МНОГО ЧУДЕСНЫХ ДЕЛ, ЧТО ИХ ХВАТИЛО БЫ НА СОЧИНЕНИЕ ЦЕЛОГО ТРАКТАТА, но в конце концов нечистый все же удушил его во владении Штауфенов, в Брейсгау», с. 15.

Циммерская хроника гласит: «Так много диковинного он совершил, что о нем не так скоро позабудут. Он дожил до старости и, говорят, погиб ужасной смертью… Книги, оставшиеся после него, перешли в руки рыцарей фон Штауфен, во владениях которых он умер», с. 16.

В Народной Книге Шписа приведен большой перечень чудес, совершенных Фаустом. Он занимает около двадцати страниц! См. с. 74–94. Надо сказать, что среди них встречаются аналоги чудес, совершенных Христом. Однако в целом германское описание чудес Фауста скептическое и явно насмешливое. Все понятно. Составители Народной Книги в такой форме иронизировали над евангельскими чудесами Христа.

Как известно, Христос спас двух человек от бесов, вселив бесов в свиней, после чего они бросились в море и утонули.

В Евангелии от Матфея сказано: «И когда Он прибыл на другой берег в страну Гергесинскую, Его встретили два бесноватых, вышедшие из гробов, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем. И вот они закричали: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас. Вдали же от них паслось большое стадо свиней. И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней. И Он сказал им: идите. И они, выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде. Пастухи же побежали и, придя в город, рассказали обо всем, и о том, что было с бесноватыми. И вот весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их» (Матфей 8:28–34).

Аналогичный сюжет есть и в жизнеописании Фауста. «Подобными чудесами был весьма знаменит Фауст, живший в недавнее время… Один человек купил стадо откормленных жирных свиней, и, когда он по пути домой погнал их через реку, он увидел, что свиньи исчезли, а в воде поплыли пучки соломы… Человек этот отправился на постоялый двор, чтобы разыскать мошенника, продавшего ему свиней», с. 20. Как выяснилось, этим мошенником был Фауст. В слегка ином виде этот же эпизод изложен и в Народной Книге Шписа, с. 81.

Здесь ничего напрямую не говорится о бесах, да и весь немецкий рассказ о проделке Фауста выглядит более прозаическим. Ведь Христос вселил бесов в свиней и утопил их, дабы избавить людей от напасти, а Фауст превратил свиней в пучки соломы (вероятно, вскоре тоже утонувшие в воде) якобы лишь для насмешки и в целях наживы. Между прочим, след евангельских бесов в германской версии все же есть и вполне отчетлив. Ведь хронисты настаивают, что сам Фауст был «одержим бесом», сотрудничал с Мефистофелем. Так что вся эта история с утонувшими свиньями явно расценивалась как «бесовская».

Одно из самых известных деяний Иисуса — воскрешение Лазаря. Этот сюжет изображался на множестве икон и картин. Евангелие от Иоанна сообщает: «Был болен некто Лазарь из Вифании, из селения, где жили МАРИЯ и Марфа, сестра ее. Мария же, которой брат Лазарь был болен, была та, которая помазала Господа миром и отерла ноги Его волосами своими» (Иоанн 11:1–2). На рис. 1.5 показано старинное изображение Лазаря с сестрами Марией и Марфой.

Рис. 1.5. «Лазарь между Марфой и Марией». Якобы вторая половина XV века. Неизвестный испанский мастер. Museum of La'zaro Galdiano. Взято из Интернета.

Вскоре Лазарь умер. Когда Иисус появился в городе, Мария обратилась к нему с мольбой. «Мария же, придя туда, где был Иисус, и увидев Его, пала к ногам Его и сказала Ему: Господи! если бы Ты был здесь, не умер бы брат мой» (Иоанн 11:32). Иисус проникся скорбью и воскресил Лазаря, рис. 1.6. «Он воззвал громким голосом: Лазарь! иди вон. И вышел умерший, обвитый по рукам и ногам погребальными пеленами, и лицо его обвязано было платком» (Иоанн 11:43–44).

Рис. 1.6. Икона «Воскрешение Лазаря», якобы XII век. Монастырь Святой Екатерины. Синай, Египет. Взято из Интернета.

Это событие вызвало гнев и испуг первосвященников и фарисеев. «Что нам делать? Этот человек много чудес творит… С сего дня положили убить Его» (Иоанн 11:47, 53).

Если Фауст — это отражение Христа, то энаменитый евангельский сюжет воскрешения Лазаря мог отразиться в жизнеописании Фауста. И это действительно так. В самом деле.

Августин Лерхеймер сообщает: «Этот аббат (Фауст — Авт.) сотворил много чудесного, особенно же в отношении призраков, и тем стал известен многим знатным господам и пользовался их приязнью и доверием.

То, что я расскажу о нем, я слышал не однажды от людей почтенных и достойных доверья. Достохвальный император Максимилиан I имел супругой МАРИЮ, дочь Карла Бургундского, и любил он ее от всего сердца, так что очень опечалился, когда она скончалась. Было это хорошо известно аббату (Фаусту — Авт.), и обещал он императору, что супруга его предстанет перед очами его так, что он может наслаждаться видом ее сколько захочет. Император дал себя уговорить и согласился на это опасное и безумное дело. Пошли они в тайные покои, взяли с собой еще одного человека, так что их было трое, и велел им чародей под знаком смерти молчать и не произносить ни слова, пока призрак будет находиться между ними. Мария же вошла… прошлась тихонько между ними, и была она так похожа на умершую Марию, что не было между ними никакого различия и не было бы ничего, чего бы в ней не хватало. И как признак этого удивительного сходства вспомнил император, что было у нее черное родимое пятнышко на шее позади, посмотрел внимательно, и там оно и оказалось…

Тогда страх напал на императора, и подал он знак аббату, чтобы тот приказал призраку исчезнуть, и затем сказал, дрожа от гнева: „Монах, никогда больше не повторяй этих штук!“ — и он признался, что едва мог удержаться от того, чтобы не заговорить с ней. А случись это, злой дух его бы умертвил», с. 24–25.

О чем нам тут рассказали?

• По Евангелиям, умер Лазарь, брат Марии. А по немецким легендам, умерла Мария, жена царя-императора Максимилиана и дочь царя-короля Карла Бургундского. Мы видим путаницу между Марией и Лазарем. По Евангелиям, Лазарь умер, а Мария жива. Вероятно, имя Лазарь — это искажение слова Царь. По немецким легендам, умерла Мария, а царь (то есть Лазарь?) жив.

• По Евангелиям, Лазарь и Мария — родственники: брат и сестра. В немецкой версии Мария и Царь (Лазарь?) — тоже родственники: муж и жена.

• Лазаря воскрешает Христос, а Марию воскрешает Фауст. Хотя германская версия говорит о «призраке», однако подчеркивает, что он был неотличим от Марии, которая вошла в помещение и предстала перед пораженными зрителями. Немецкий хронист хотя и говорит о чуде, но более рационалистичен.

• Деяние Иисуса вызвало испуг и гнев иудейских фарисеев и первосвященников. Аналогично, деяние Фауста вызвало испуг и гнев у императора Максимилиана.

• В этой сцене присутствует угроза смерти. По Евангелиям, враги Христа именно в этот момент решили убить его и начали приготовления. А в немецком варианте угроза смерти витала над императором Максимилианом: если бы он заговорил с «воскрешенной Марией», то тут же погиб бы.

Мы видим неплохое соответствие между евангельской и немецкой версиями.

Сюжет о воскрешении Фаустом умерших встречается еще раз. В Народной Книге рассказывается похожая история, приключившаяся на сей раз с императором Карлом V. Он попросил Фауста показать ему умершего Александра Великого и его жену. Фауст исполнил пожелание императора и воскресил их. И опять Фауст запретил Карлу V заговаривать с воскрешенными, с. 75.

Филипп Бегарди сообщал якобы в 1539 году: «Был еще один знаменитый и отчаянный человек… Несколько лет тому назад он странствовал по всем землям, княжествам и королевствам, похваляясь своим великим искусством не только во врачевании, но и в хиромантии, нигромантии, физиогномике, в гадании на кристалле и прочих таких вещах. И не только похвалялся он всем этим, но именовал себя устно и письменно знаменитым и искусным мастером. Он не отрицал, а открыто заявлял, что имя его Фауст, и, расписываясь, прибавлял — „философ философов“», с. 12.

Как мы показали в книге «Христос и Россия глазами „древних“ греков», гл. 1, знаменитый «античный» философ Сократ является одним из фантомных отражений императора Андроника-Христа. См. также рис. 0.9. Поэтому сведения о том, что Фауст считал себя «философом философов» хорошо согласуется с этим нашим результатом.

В одной из старинных кукольных комедий (представлялась в Ульме) Мефистофель говорит: «Продолжай занятия нигромантией, Фауст, и ты станешь ученейшим доктором, который когда-либо жил в Азии, Африке, Америке и всей Европе», с. 151.

И далее Фауст говорит: «Мне ничего не нужно, кроме единственного наслаждения — читать книги и видеть, в состоянии ли человек изменить воздух, повелевать ветром, покорять волны, сотрясать землю и совершать прочие невероятные дела», с. 154.

Далее сообщается, будто Фауст хвастал «таким знанием всех наук и такой памятью, что если бы все труды Платона и Аристотеля и вся их философия были начисто забыты, то он, как новый Ездра Иудейский, по памяти восстановил бы их, и даже в более изящном виде», с. 275.

На рис. 1.7 и 1.8 показаны поздние и весьма условные, то есть чисто умозрительные, изображения Фауста.

Рис. 1.7. Гравюра «Фауст» Рембрандта (1606–1669). Около 1650–1652 годов. Взято из Интернета.

Рис. 1.8. «Фауст». Картина Georg Friedrich Kerstling (1785–1847). Взято из Интернета.

В легендах о Фаусте постоянно говорится, что его практически все время сопровождали особый пес и особый конь. Комментаторы внушали читателям, что в образе пса выступал сам дьявол, Мефистофель, а конь был бесом. Например, хронист Иоганн Гаст писал: «Были у него собака и конь, которые, полагаю, были бесами, ибо они могли выполнять все, что угодно… Собака иной раз оборачивалась слугой и доставляла хозяину еду», с. 14.

Иоганн Манлиус подтверждает: «При жизни его сопровождал пес, под личиной которого скрывался дьявол», с. 15. Андреас Хондорф про Фауста: «Он всегда держал при себе собаку. Это был дьявол», с. 19.

О чем тут речь? Вроде бы в канонических Евангелиях о псе рядом с Христом ничего не говорится.

Однако в книге «Казаки-арии: из Руси в Индию» мы обнаружили яркий факт «о псе», сопровождавшем знаменитого «древне»-индийского героя Юдхиштхиру. Как мы показали, Юдхиштхира — это одно из фантомных отражений Андроника-Христа на страницах известного «древне»-индийского эпоса Махабхарата, созданного на самом деле не ранее XVI века. Напомним вкратце суть дела, см. Часть 1 в книге «Казаки-арии…».

Вот, например, сцена из Махабхараты, отсутствующая в канонических Евангелиях. Ее можно условно назвать «моление о псе». Как мы сказали, рядом с Юдхиштхирой, идущим на смерть, остается лишь его верный, испуганный и дрожащий пес. Юдхиштхира (Христос) убедительно просит Бога Шакру взять на небо также и его, неотлучно и повсюду сопровождавшего хозяина: «Вот пес; он был мне верно предан; ПУСТЬ ЖЕ СО МНОЙ ВМЕСТЕ ВСХОДИТ (на небо — Авт.)» [519], т. 4, с. 525.

Тем самым, идея спасения всего живого через страдания и смерть Христа распространяется здесь не только на людей, но и на животных. Здесь звучит отголосок старых христианских споров о переселении душ и о существовании у (некоторых) животных бессмертной души. В Европе подобные идеи были отвергнуты и включены в число еретических.

Например, по мнению Епифания Кипрского, основы «древне»-индийских учений о перевоплощении душ (и об одушевленности животных) принадлежали, оказывается, «античному» Пифагору! То есть — ЕВРОПЕЙСКОМУ МЫСЛИТЕЛЮ. Это прекрасно соответствует нашей реконструкции, согласно которой Пифагор — это еще одно фантомное отражение Андроника-Христа, см. рис. 0.9. Кроме того, мы обнаружили, что пришедшие в Индию арии=юрии были представителями одного из старых христианских толков, впоследствии объявленного в Европе ересью, но в их время, вероятно, вполне канонического и официально признанного. Оказавшись географически оторванными от метрополии Империи, они уже не могли больше «идти в ногу» с официально признанным вероучением. По понятным причинам их вера со временем сильно разошлась с привычным нам европейским христианством. В частности, они сохранили некоторые старые христианские учения, которые в Европе прочно забыты — настолько прочно, что ныне мы воспринимаем их уже как некую «таинственную восточную мудрость», якобы целиком уходящую корнями в культуру полуострова Индостан. Такой взгляд распространен, но неверен.

Таким образом, не исключено, что в Махабхарате отражен один из старых, отвергнутых в Европе, вариантов Священного Писания, сохраненный и развитый ариями=юриями на далеком полуострове Индостан. Идея бессмертия души звучит здесь во всеобщей форме — не только для людей, но также для животных. Однако горячий спор вокруг этого вопроса разворачивается и на страницах самой Махабхараты. Вернемся к ее тексту.

Бог Шакра отказывается, объясняя, что рай — не для пса. «Шакра сказал: подобно мне, ТЫ БЕССМЕРТЕН, раджа… ныне ты райского достиг блаженства; ОСТАВЬ ПСА; нет несправедливости в этом… Небесный мир для собак не указан» [519], т. 4, с. 525.

Тем не менее Юдхиштхира категорически настаивает, отказываясь в противном случае восходить на небо: «Оставление преданного называют величайшим в мире грехом, равносильным убийству брамина (! — Авт.). Поэтому ради райского мира ПСА НИКАК НЕ ПОКИНУ… Он испуган и предан… принял страданья, жить хочет; ДО РАЗЛУКИ С ЖИЗНЬЮ МНЕ ПОКИДАТЬ ЕГО НЕ ДОЛЖНО — таков мой обет навеки!» [519], т. 4, с. 525.

Описанный спор занимает заметное место в конце книги «Великий Исход». Из контекста становится ясно, что Бог Отец в конце концов соглашается с Юдхиштхирой распространить спасение и на пса. В дальнейшем выясняется, что в образе пса явился сам Бог Отец!

Канонические Евангелия (в известном нам сегодня их виде) ничего не говорят о верном псе, повсюду сопровождавшем Христа. Однако сохранились некоторые старинные изображения, где рядом с распятием Христа находится собака, рис. 1.9–1.11. Вероятно, в средневековой Европе бытовали и другие версии евангельского повествования, близкие к той, которая была известна казакам-ариям в Индии. Отметим, что в византийской версии евангельских событий — в «Истории» Никиты Хониата — все же говорится о верной собаке, охранявшей покой Андроника-Христа, см. нашу книгу «Царь Славян».

Рис. 1.9. «Голгофа». Лукас Кранах Старший. Якобы до 1502 года. У подножия креста, на котором распят Христос, изображен пес. Взято из [927:1], илл. 121.

Рис. 1.10. Фрагмент картины «Голгофа» Лукаса Кранаха Старшего. Собака у подножия креста, на котором распят Христос. Взято из [927:1], илл. 121.

Рис. 1.11. Фрагмент картины «Распятие». Мастер Аахенского алтаря. Якобы около 1495 года. Собака у подножия креста, на котором распят Христос. Взято из [40:1], с. 141, илл. 140.

А теперь обратимся к коню, который якобы постоянно сопровождал Фауста и был бесом. Скорее всего, слово КОНЬ в евангельской истории Христа и ее многочисленных отражениях, в том числе и в истории Фауста, означало КОМНИН, то есть родовое имя царской династии, правившей в Царь-Граде в XII веке. Ведь императора Андроника звали Андроник КОМНИН. А слово КОМНИН — это всего лишь легкое искажение известного славянского слова КОМОНЬ, что означало раньше КОНЬ, см., например, «Слово о полку Игореве».

В книге «Царь Славян», гл. 2:60, мы показали, что знаменитое чудо в Кане Галилейской — это изобретение русской водки Андроником-Христом. Этот факт отразился и в жизнеописании Фауста.

Напомним евангельское чудо в Кане Галилейской, описанное у Иоанна. «Был брак в Кане Галилейской, и Матерь Иисуса была там. Был также зван Иисус и ученики его на брак. И КАК НЕДОСТАВАЛО ВИНА, то Матерь Иисуса говорит Ему: вина нет у них. Иисус говорит Ей: что Мне и Тебе, Жено? еще не пришел час Мой. Матерь Его сказала служителям: что скажет Он вам, то сделайте. Было же тут шесть каменных водоносов, стоявших [по обычаю] очищения Иудейского, вмещавших по две или по три меры. Иисус говорит им: наполните сосуды водою. И НАПОЛНИЛИ ИХ ДО ВЕРХА. И говорит им: теперь почерпните и несите к распорядителю пира. И понесли. Когда же распорядитель ОТВЕДАЛ ВОДЫ, СДЕЛАВШЕЙСЯ ВИНОМ, — а он не знал, откуда это вино, знали только служители, почерпнувшие воду, — тогда распорядитель зовет жениха и говорит ему: всякий человек подает сперва хорошее вино, а когда напьются, тогда худшее; А ТЫ ХОРОШЕЕ ВИНО СБЕРЕГ ДОСЕЛЕ» (Иоанн 2:1–10), см. рис. 1.12.

Как мы уже говорили, евангельская жизнь Христа в ГАЛИЛЕЕ — это пребывание Андроника во Владимиро-Суздальской Руси, в окрестностях города Галича, то есть в ГАЛИЦИИ. Город КАНА в Галиции, следовательно, был Канским, или ХАНСКИМ, городом или селением во Владимиро-Суздальской Руси. Кстати, такое селение ХАНЕВО действительно существует под Волоколамском [159:1], карта 32, Б1. Напомним, что город Волоколамск (Волок на Ламе) находился на пересечении старинных водных путей, идущих по Владимиро-Суздальской Руси. Так же, впрочем, как и Диево Городище. Селение ХАНЕВО находится к северо-востоку от Волоколамска, примерно в 10 километрах от него и примерно в 5 километрах от селения Ярополец. Есть еще одно село с похожим названием ХАНИНО к югу от Москвы, примерно в 30–40 километрах юго-западнее Калуги [159:1], карта 30, В5. Все это исторические земли Владимиро-Суздальской Руси. Отметим также город КАНАШ в Среднем Поволжье недалеко от Казани, примерно в 50 километрах от Волги, на западном берегу, по дороге во Владимиро-Суздальскую Русь из Царь-Града, если плыть вверх по Волге.

Рис. 1.12. «Брак в Кане». Джотто. Якобы XIV век. Справа изображены сосуды с «лучшим вином», созданным Христом. Как мы теперь понимаем, речь шла об изобретении Христом русской водки во время его пребывания в Галицкой Руси. Взято из [58], с. 44, илл. 79.

Наша мысль такова. Вероятно, Андроник-Христос, он же апостол Андрей, во время своего пребывания на Руси изобрел водку. Другими словами, он научился очищать, выделять спирт из вина. То есть как бы очищать алкоголь. Недаром в Евангелии говорится о сосудах, стоящих «ПО ОЧИЩЕНИИ». Синодальные переводчики, не поняв данного места, добавили сюда слово «по обычаю», и получилось, будто сосуды стояли по обычаю иудейского очищения. Но в церковно-славянском тексте Евангелия слова «обычаю» нет, а в синодальном переводе оно выделено курсивом, как добавленное позднее. В церковно-славянском тексте сказано так: «беху же ту водоносы каменни шесть, лежаще по очищению иудейску» [957:1], лист 155.

До сих пор великолепные качества русской водки, для изготовления которой на Руси используется много секретов, широко известны во всем мире. Конечно, мы отнюдь не настаиваем на таком объяснении «чуда в Кане», но оно многое ставит на свои места. Кстати, становится понятным, почему всюду считается, что водка — именно русский напиток. Потому что был изобретен на Руси, причем самим Христом. Но вернемся к истории Фауста.

Разные хронисты неоднократно подчеркивали некую сильную связь Фауста с вином. В простейшей форме его, попросту, обвиняли в пристрастии к вину. Писали, например, так: «Вино, на которое Фауст был весьма падок», с. 18. Однако в более подробной немецкой версии достаточно ярко проступает евангельская история о пире в Кане Галилейской.

Юст Кристоф Мотчман пишет: «Однажды, когда Фауст находился в Праге, куда он уехал на время, СОБРАЛАСЬ У ТОГО ДВОРЯНИНА ВЕСЕЛАЯ КОМПАНИЯ; заговорили о Фаусте и о том, как хорошо было бы, если бы он оказался сейчас здесь. Тотчас к дому подскакал Фауст. Коня его отвели на конюшню и задали корму, но насытить его никак не удавалось. ФАУСТ ВСЮ НОЧЬ УГОЩАЛ ПИРУЮЩИХ ЛЮБЫМИ ВИНАМИ, каких бы они только ни пожелали, А ЧЕРПАЛ ИХ ПРЯМО ИЗ СТОЛА. Под утро конь пронзительным ржанием призвал хозяина. Фауст вскочил на него, взвился в воздух и снова улетел в Прагу», с. 33.

Итак, в Евангелиях говорится, будто Христос создал хорошее вино «из воды», а в истории Фауста — вообще «из ничего», то есть, попросту, черпал из стола. Причем это новое «вино» приятно поразило пирующих.

Сохранились и другие немецкие описания этого чуда, в которых, вероятно, искаженным образом описан процесс изготовления водки. Фауст спрашивает гостей на пиру: «не хотят ли они отведать ЗАМОРСКОГО ВИНА. Они отвечают: „Да“… Тогда Фауст велит принести бурав, сверлит по краям доски стола одну за другой четыре дыры, затыкает их колышками, как обыкновенно втыкают в бочку втулку или кран, велит принести ему несколько чистых стаканов, потом вытаскивает по очереди колышки, и из сухой доски, словно из четырех бочек, льет каждому вино, какое из вышеназванных он потребует. Гостей это очень позабавило, и были они весьма довольны», с. 106.

Известен также следующий преломленный вариант этой же истории. Видно, что поздние германские хронисты уже путались в описании евангельского «чуда в Кане». Либо же намеренно иронизировали на эту тему, снижая пафос исходного сюжета и превращая его в нелепое шутовство.

Августин Лерхеймер сообщает: «Вспоминаю я еще об одном таком человеке, жившем при дворе в Х., который однажды предложил гостям своим… весьма постыдный обман, наглядно показывающий силу дьявольского наваждения. Когда они поели, стали они просить его, чтобы показал он им для забавы свое искусство: для этого они собственно и пришли к нему. Он же сделал так, чтобы ПЕРЕД КАЖДЫМ ИЗ СТОЛА ВЫРОСЛА ВИНОГРАДНАЯ ЛОЗА СО СПЕЛОЙ КИСТЬЮ ВИНОГРАДА. И приказал он каждому взяться за свою рукой, а другой рукой держать нож, приставив его к черенку, как если бы он хотел отрезать эту кисть, но не делать этого под страхом смерти. После чего он вышел из комнаты, потом вернулся, а они держат друг друга за нос, и нож к носу приставили. Если бы стали они резать, то порезали бы друг друга», с. 25.

А вот еще одна насмешливая вариация на тему чуда во время пира в Кане, описанного в Евангелиях. Филипп Камерариус рассуждает: «Долго Фауст отнекивался, но в конце концов, утомленный назойливостью ВЕСЬМА НЕТРЕЗВОЙ КОМПАНИИ, обещал выполнить все, чего они только ни пожелают. Все в один голос потребовали, чтобы он явил перед ними ВИНОГРАДНУЮ ЛОЗУ, УСЫПАННУЮ ГРОЗДЬЯМИ СПЕЛОГО ВИНОГРАДА, полагая, что, поскольку теперь неподходящее время года (а на дворе стояла зима), ему этого никакими силами не сделать…

Он с помощью своих чар так затуманил взоры и чувства ПЬЯНОЙ КОМПАНИИ, что им привиделся роскошный виноградный куст, на котором висели гроздья сочного винограда необыкновенных размеров, и гроздьев этих было столько же, сколько было собравшихся. Подстрекаемые любопытством и томимые жаждой, пьяницы взялись за ножи, с нетерпением ожидая приказа срезать виноград… Фауст снял, наконец, чары, куст с виноградом растворился в дыму, и легковерные приятели увидели, что, потянувшись за гроздью, каждый из них ухватился за собственный нос и уже замахнулся ножом, так что если бы только кто-нибудь вопреки уговору начал самовольно резать виноград, то обкорнал бы свой собственный нос», с. 29–30.

• Обе версии — немецкая и евангельская — говорят о пире. В обоих случаях подчеркивается, что Фауст-Христос БЫЛ ПРИЗВАН НА ПИР, приглашен.

• Присутствующие на пиру знают о Фаусте-Христе, наслышаны о его чудесных способностях и хотят чуда. И чудо действительно было явлено.

• Обе версии говорят в общем об одном и том же — на пиру было чудесным образом создано хорошее вино. Согласно Евангелиям — «из воды», а по немецким источникам — «из стола». То есть в обеих версиях — как бы «из ничего». Отмечается, что пирующие были поражены этим.

Итак, мы видим, что германская версия хотя и слегка туманно, но все же донесла до нас евангельскую историю пира в Кане Галилейской. Теперь становится понятно, почему Народная Книга сообщает о посещении Фаустом города Магдебурга именно в связи с евангельским чудом в Кане Галилейской. Сказано: «В этом городе находится один из шести кувшинов из Каны Галилейской — в нем Христос превратил воду в вино», с. 71.

Апостол Иоанн — один из ближайших учеников Иисуса. На изображениях Тайной Вечери его часто представляют возлежащим на груди Христа, рис. 1.13. Иоанн присутствует при казни Христа, и именно ему Иисус поручает заботу о своей матери Марии Богородице.

Рис. 1.13. «Тайная вечеря». Гауденцио Феррари. Якобы 1541–1542 годы. Церковь Санта-Мария делла Пассьоне. Милан. Взято из [143:0], с. 358.

Ясно, что авторы германской версии не могли пройти мимо личности апостола Иоанна. Они и описали его как ближайшего ученика Фауста — Иоганна Кристофа (Христофора) Вагнера. Но при этом, ясное дело, представили его в отрицательном свете, как и самого Фауста-Христа. Очень постарались запачкать грязью.

«Доктор Фауст занимал дом своего благочестивого дяди… При нем же изо дня в день состоял МОЛОДОЙ УЧЕНИК, его фамулус, отчаянный негодник, по имени Кристоф Вагнер, КОТОРОМУ ЭТА ЗАТЕЯ ТОЖЕ НРАВИЛАСЬ, потому что господин тешил его надеждой, что сделает из него многоопытного и ученого мужа; да и без того МОЛОДОСТЬ всегда более склонна к злому, чем к доброму, от этого и он был таков», с. 45.

• В обеих версиях — германской и евангельской — ученика зовут ИОАНН. Между прочим, второе его имя — КРИСТОФ, с. 47, — могло произойти от слова «Христов», то есть ученик Христа. В других версиях имя ученика Фауста звучит как ХРИСТОФОР, с. 304. К этому его имени мы еще вернемся ниже. Между прочим, известно еще одно его имя, а именно: Иоган Вайгер (Wayger), с. 387. Так он упомянут в книге Видмана. Сегодня имя Wagner производят от немецкого слова «каретник», с. 405.

• Обе версии подчеркивают МОЛОДОСТЬ ученика и его преданность учителю.

• Христианские изображения часто представляют апостола Иоанна не просто молодым, а даже женственным юношей, рис. 1.13. Интересно, что в средневековом немецком театре роль Иоанна Вагнера иногда исполняли женщины. Вот, например, в 1742 году во Франкфурте-на-Майне в афише спектакля было специально подчеркнуто: «Вагнера играть будет особа женского пола», с. 130.

Император Андроник-Христос (он же великий ордынский князь Андрей Боголюбский), как и его ученик Иоанн, были, ясное дело, богатыми людьми. Согласно византийским источникам, например по Никите Хониату, Андроник был окружен многочисленными царедворцами и слугами. Следовательно, то же самое должны говорить немецкие тексты про Фауста и его ученика Иоанна Вагнера. И они действительно это говорят. Мы цитируем.

«Пропитания и провизии было у Фауста с избытком. Когда хотелось ему доброго вина, приносил ему дух из подвалов вина, откуда бы ни вздумалось. Как он сам однажды признался, немало ущерба нанес он своему курфюрсту, и герцогу Баварскому, и епископу Зальцбургскому в их погребах. И имел он также ежедневно горячую пищу, ибо владел волшебным искусством: стоило ему только открыть окно и назвать птицу, какую ни пожелает, как она тотчас влетала к нему в окно. Равным образом приносил ему дух лучшие готовые кушания из всех близлежащих владений — от княжеских и графских дворов. Он и его слуга были знатно одеты, в платья, которые дух покупал или крал для них ночью в Нюрнберге, Аугсбурге или Франкфурте… И еще обещал ему дьявол, что будет ежедневно выдавать ему 25 крон, что составляет 1300 крон в год. Это и было его годичное содержание», с. 45.

Шпис, автор Народной Книги, считает, что Фауст обязан своей богатой жизнью Мефистофелю. В трагедии Кристофера Марло (Christopher Marlowe) Мефистофель говорит Фаусту: «Золота получишь сколько хочешь», с. 211. Однако мы теперь понимаем, что здесь нам, попросту, рассказали о жизни императора и его придворных. Они действительно ни в чем не нуждались — еда, одежда и прочее было самого лучшего качества. Золота тоже было много. Дьявол тут совершенно ни при чем.

Приведем более подробный немецкий насмешливый рассказ о Иоганне Вагнере, то есть, как мы начинаем понимать, об апостоле Иоанне. «С первых дней и до последнего двадцать четвертого года своего договора воспитывал доктор Фауст одного ЮНОШУ, который обучался в Виттенберге. Юноша этот видел все проделки господина своего, доктора Фауста, его волшебство и дьявольское искусство, да и помимо того был ДУРНЫМ, ОТПЕТЫМ МАЛЬЧИШКОЙ. Поначалу он отправился в Виттенберг ПОБИРАТЬСЯ, и из-за его дурных повадок никто его брать не хотел. Этот Вагнер и стал фамулусом доктора Фауста, прилепился к нему, и так, что впоследствии доктор Фауст стал звать его своим сыном. Куда бы он ни ходил, Вагнер предавался разгулу вместе с ним», с. 94.

Это начало главы под названием «О завещании доктора Фауста, в котором он назначил своего слугу Вагнера своим наследником».

Мнение, что Вагнер был назначен наследником Фауста, вероятно, является отражением нескольких известных фактов из жизнеописаний Христа.

Во-первых, уже находясь на кресте, Иисус поручил апостолу Иоанну заботиться о Марии Богородице. Сказано: «Иисус, увидев Матерь и ученика, тут стоящего, которого любил, говорит Матери Своей: Жéно! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя! И с этого времени ученик сей взял Ее к себе» (Иоанн 19:26–27).

Во-вторых, апостол Иоанн считается автором одного из четырех канонических Евангелий. Таким образом, он стал биографом Иисуса, описал его жизнь. Евангелия «увидели свет» уже после смерти Христа. В точном соответствии с этим обстоятельством Фауст поручает Иоанну Вагнеру описать его жизнь и обнародовать после смерти Фауста. Вот что сказал Фауст: «Сверх того я прошу тебя, чтобы ты мое искусство, деяния и все, что я делал, НЕ ОБНАРОДОВАЛ ДО МОЕЙ СМЕРТИ, если же после того захочешь ТЫ ЗАПИСАТЬ И ИЗЛОЖИТЬ ВСЕ ЭТО В ВИДЕ ИСТОРИИ, то твой дух Ауэрхан в этом тебе поможет. То, что ты забудешь, он тебе напомнит, ИБО ЛЮДИ ПОЖЕЛАЮТ УЗНАТЬ ОТ ТЕБЯ МОЮ ИСТОРИЮ», с. 95.

В-третьих, согласно нашим результатам, см. книгу «Царь Славян», до нашего времени дошло несколько текстов, написанных самим Андроником-Христом, в частности, известная Псалтирь. По-видимому, именно об этих текстах Христа и говорит германская версия. А именно, Фауст обращается к своему ученику Иоанну Вагнеру со словами: «Что касается МОИХ КНИГ, то они были и раньше в твоем распоряжении, только ты не должен их обнародовать, но для своей пользы занимайся ими и изучай их прилежно. Во-вторых, ты желаешь получить мое умение, которое ты, разумеется, получишь, если будешь любить мои книги», с. 95.

Сошествие Христа во ад и разнообразные фантомные отражения этого сюжета в произведениях «глубокой античности» (якобы задолго до Христа) мы предъявили и подробно обсуждали в наших книгах «Казаки-арии: из Руси в Индию» и «Потерянные Евангелия». Напомним вкратце суть этой известной христианской истории.

В канонических Евангелиях о сошествии Иисуса во ад ничего не говорится, зато эта тема детально обсуждается в других христианских произведениях и молитвах, представлена на многочисленных иконах и картинах. Например, в старой «молитве Кресту», которая раньше была настолько известна, что изображалась даже на нательных крестах, произносятся следующие слова: «…силою Господа нашего Иисуса Христа, во ад сшедшаго и поправшаго силу диаволю…». См. также [537:2], с. 11.

Далее, берем, например, известное Евангелие от Никодима, относимое сегодня к апокрифам [29]. В нем есть следующее место: «И когда радовались все святые, пришел главный царь смерти, диавол, и сказал Аду: „ПРИГОТОВЬСЯ ПРИНЯТЬ ИИСУСА, который славится (как) Сын Божий…“ Услыша это, Ад сказал ему: „Заклинаю тебя силами твоими и моими — не приводи Его ко мне…“

Когда же говорили между собою Сатана и главный мучитель, раздался голос, грому подобный, и множества духов клич: „УБЕРИТЕ ВРАТА ЦАРЕЙ ВАШИХ и воздвигните врата вечные, и войдет Царь славы!..“ Увидев это, Ад и служители его бесчестные задрожали… Когда же увидели Господа сидящим на престоле, то возопили: „Отныне мы побеждены Тобой!.. Всех у нас хочешь отнять… Все человечество Ты властию (Своею) выведешь от нас?“ И тотчас Царь славы, крепкий Господь силою Своей попрал смерть и, схватив диавола, связал (его), предал его муке вечной и увлек земного нашего отца Адама, и пророков, и всех святых, сущих (в аду), в Свое пресветлое сияние» [29], с. 93–97.

Основной упор в Евангелии от Никодима сделан на панику, охватившую адские силы при появлении Христа, и на его победу над силами зла. Христос сломал врата ада и вывел его пленников на свет.

Кстати, как мы показали в книге «Казаки-арии: из Руси в Индию», описанное выше сошествие Христа во ад почти с буквальной точностью отражено в знаменитом «древне»-индийском эпосе «Махабхарата», описывающем якобы совсем другие события и иных людей. Причем этот эпос был создан якобы за много-много веков до Рождества Христова. Как мы теперь понимаем, это неверно.

Не прошли мимо сошествия Иисуса во ад и германские летописцы, описывая Христа под именем Фауста. Например, Шпис, автор Народной Книги, посвятил этому важному событию в жизнеописании Фауста отдельный рассказ, занимающий восемь страниц убористым шрифтом, с. 47–55.

Фаусту очень хотелось узнать об аде, и он приступает к расспросам дьявола. Польщенный Мефистофель подробнейшим образом рассказывает о преисподней. Причем все это весьма похоже на повествование, известное нам из «Божественной Комедии» Данте. Например, дьявол перечисляет десять «адских княжеств и их правителей», как бы десять кругов ада, по Данте. Есть и отдельная глава под названием «Прение о преисподней, называемой геенной, как она была сотворена и образована, а также о муках адских», с. 50. Детально описываются страдания и муки грешников. Мы не будем пересказывать здесь эти детали, поскольку картина уже становится ясной. Эти восемь страниц в Народной Книге являются как бы введением к известной христианской легенде о нисхождении Христа во ад.

А через несколько страниц в Народной Книге следует уже полное, подробное описание, так сказать, «настоящего» НИСХОЖДЕНИЯ ФАУСТА ВО АД, с. 60–62. Более того, эта глава так и называется — «Как доктор Фауст совершил путешествие в ад», с. 60.

Сказано: «Пошел восьмой год положенного доктору Фаусту срока… Большую часть своего времени занимался он исследованиями, учением, расспросами и диспутами. Между тем стала ему мерещиться или страшить его преисподняя… Фауст сказал: не может ли он (адский бес Вельзевул — Авт.) сделать так, чтобы дух ВВЕЛ ЕГО В ПРЕИСПОДНЮЮ И СНОВА ВЫВЕЛ, чтобы он мог увидеть и постигнуть свойства, основания и качества преисподней, а также ее сущность?

„Хорошо, — отвечал ему Вельзевул, — в полночь я приду и возьму тебя“. Когда настала ночь… явился ему Вельзевул, на спине у него было сиденье, сделанное из костей и со всех сторон закрытое. В него сел доктор Фауст и отправился в путь… Вскоре после этого поднялся на высокую гору, подобную большому острову, откуда вырывались сера, смола и огненные языки… а дьявольский змей ринулся в эту пропасть вместе с доктором Фаустом», с. 60.

Далее следуют живописные подробности — что́ именно Фауст увидел в аду. Слышны звуки музыкальных инструментов, вокруг Вельзевула и Фауста летают другие дьяволы. По мере погружения в недра ада появляются крылатые змеи, разнообразные насекомые, крылатые медведи, сражающиеся со змеями, старая морщинистая обезьяна и прочая нечисть. Возникают зловонный плотный и мрачный туман, молнии и лучи, широкие и бурные потоки, грохочущие в расщелинах с острыми скалами… Описано все это талантливо и наглядно. Средневековые читатели Народной Книги, надо полагать, искренне содрогались и ужасались.

«Когда же он (Фауст — Авт.), наконец, попал на дно, увидел он в огне множество знатных мужей, императоров, королей, князей и дворян, а также много тысяч вооруженных воинов. Возле этого огня протекал прохладный ручей, иные из него пили, купались и услаждались, другие от холода бежали в пламя, чтобы согреться. Доктор Фауст ступил в огонь И ХОТЕЛ СХВАТИТЬ ДУШУ ОДНОГО ИЗ ГРЕШНИКОВ, НО, КОГДА ЕМУ ПОКАЗАЛОСЬ, ЧТО ОН УЖЕ ДЕРЖИТ ЕЕ, ОНА ИСЧЕЗЛА У НЕГО ИЗ РУК. Однако из-за жары он не мог здесь оставаться долее, и когда он оглянулся, глядь — снова идет к нему его дракон и Вельзевул с креслом, он уселся и полетел обратно ввысь. Ибо доктор Фауст не мог более переносить гром, бурю, туман, серу, дым, пламя, мороз и зной, особенно после того, как он нагляделся на страдания и муки, вопли и стоны и прочее. Вернулся доктор Фауст к себе домой», с. 61.

Народная Книга преподносит весь этот сюжет в скептическом, рационалистическом духе. Дескать, Фаусту все это лишь привиделось. Никуда он на самом деле не летал, в раскаленном аду не был, а просто уснул на своем стуле у себя дома. Где вскоре и проснулся, с. 61.

«Эту историю и рассказ о том, что он в своем ослеплении видел в преисподней, доктор Фауст САМ ЗАПИСАЛ, И ЭТО ПИСАНИЕ БЫЛО НАЙДЕНО ПОСЛЕ ЕГО СМЕРТИ НА ЛИСТКЕ, НАПИСАННОМ ИМ СОБСТВЕННОРУЧНО И ВЛОЖЕННОМ В КНИГУ, где он и оставался», с. 62.

Сравним с христианской версией посещения ада Иисусом Христом.

• Христос по своей воле нисходит во ад. Аналогично — Фауст сам захотел спуститься в ад.

• В обеих версиях — германской и христианской — далее следует подробное описание ада, его обитателей и т. п. Светский вариант этого сюжета — известное повествование Данте об аде в «Божественной Комедии».

• Христос обнаруживает в аду души людей, попавших туда незаслуженно, неправильно. Например, видит Адама, пророков, святых. Христос выводит за собой эти души из ада на свет, в Свое Царство.

Аналогично — Фауст обнаруживает в аду душу грешника, которую, по его мнению, следует вызволить оттуда. Фауст хватает грешника, но — в отличие от традиционной христианской версии, — несчастный ускользает из его рук. Спасти эту душу не удается. Хотя здесь мы должны отметить отличие от христианского варианта (спас — не спас), тем не менее, в обеих версиях основная суть одна и та же: Христос-Фауст стремится вызволить некоторые души из страшного ада, спасти их.

По-видимому, здесь мы вновь наталкиваемся на негативную реформаторскую окраску данного сюжета. Авторы Народной Книги насмешливо заявляют: видите, Христу не удалось вывести души грешников из ада. А потому рассказы христиан об этом событии, мол, пустые фантазии, верить которым не стоит. Иисус хотел спасти людей, «но не вышло». Мы видим, что различные религиозные течения боролись друг с другом в том числе и на страницах литературных и публицистических произведений. И борьба была нешуточной. Удары наносили по важным элементам конкурирующих учений.

• Отметим, что аналогия с «Божественной Комедией» Данте продолжается в Народной Книге и далее. Напомним, что поэт Данте, сопровождаемый «античным» поэтом Вергилием, после ада посещает чистилище, а потом рай. Аналогично — германский летописец Шпис заставляет своего героя — Фауста — подняться после ада к звездам и совершить там путешествие, после чего Фауст оказывается в раю.

• Как мы уже отмечали, до нашего времени дошло несколько текстов, созданных самим Андроником-Христом, в частности Псалтирь. Оказывается, некоторые ее важные фрагменты носят автобиографический характер. Как мы теперь видим, Фаусту также приписываются автобиографические тексты, написанные им собственноручно. Они были найдены после его смерти.

В Евангелиях говорится, что Иисус много путешествовал. Аналогично, в книге «Царь Славян» мы показали, что император Андроник (князь Андрей Боголюбский, он же апостол Андрей Первозванный) посетил много городов и стран. Следовательно, можно ожидать, что нечто аналогичное мы услышим и о докторе Фаусте. Действительно, наш прогноз полностью подтверждается. Судите сами.

Вот, например, одна из глав Народной Книги, именуемая: «Третье путешествие Фауста в некоторые государства и княжества, а также в знаменитые города и земли». Сообщается следующее.

«На шестнадцатом году доктор Фауст задумал пуститься в путешествие или паломничество и приказал своему духу Мефистофелю, чтобы он привел его и доставил, куда он пожелает… Фауст объехал и объездил многие княжества, как-то: Панонию, Австрию, Германию, Богемию, Силезию, Саксонию, Мейсен, Тюрингию, Франконию, Швабию, Баварию, Литву, Лифляндию, Пруссию, Московские земли, Фрисландию, Голландию, Вестфалию, Зеландию, Брабант, Фландрию, Францию, Испанию, Португалию, Италию, Польшу, Венгрию и затем снова Тюрингию… Явился в Трир… После этого он повернул во Францию — в Париж… Поехал в Кампанию, в город Неаполь… Вскоре он увидел Венецию… Дальше в Италии он направился в Падую осмотреть университет… Далее пришел он в Рим, который лежит на реке, называемой Тибром», с. 64–65.

Список продолжается. Фауст посетил, например, еще Милан и Флоренцию, Лион во Франции. Подробно сообщается о появлении Фауста в Кельне на Рейне, затем в городах и областях: Аахен в Германии, Женева в Савойе, Страсбург и Базель в Швейцарии, Констанц, Ульм и Вюрцбург во Франконии, затем Нюрнберг, Аугсбург и Регенсбург в Германии, снова Мюнхен, Зальцбург, потом Вена в Австрии, Прага в Богемии, Краков в Польше, Константинополь в Османии, Каир, или Мемфис (Алькаир), в африканском Египте, Офен и Забац в Венгрии, Магдебург и Любек в Саксонии, Эрфурт в Тюрингии, Виттенберг, затем Фракия, Греция, Турция…

И так далее и тому подобное. Иными словами, Народная Книга сообщает о чрезвычайно обширных путешествиях Фауста. Это — Западная и Южная Европа, Московия на востоке, Османия = Атамания, Африка на юге и т. д., с. 64–71.

Как мы уже объясняли ранее, такая широкая география «путешествий» Фауста-Андроника-Христа, излагаемая на многих страницах Народной Книги Шписа, указывала, скорее всего, на последовательное и неудержимое распространение христианства по многим странам Евразии. А немецкие хронисты стали потом рассуждать «просто о путешествиях» Фауста-Христа.

Раньше (да и сейчас в Православной церкви) «календарем» называлась не только календарная система, но и книжка-ежегодник, расписывающая различные события (обычно — святцы) по числам календаря. Формально в рассказах о Фаусте речь вроде бы идет о календарях-ежегодниках, а не о календарной системе. Однако не исключено, что здесь мы сталкиваемся с отголоском изобретения Юлием Цезарем — отражением Христа — юлианского календаря.

Вот что сообщается о Фаусте. «ПРИНЯЛСЯ ОН ДЕЛАТЬ КАЛЕНДАРЬ. К этому времени стал он хорошим астрономом или астрологом, ЧЕЛОВЕКОМ УЧЕНЫМ И ИСКУСНЫМ, наученным своим духом читать по звездам и составлять предсказания погоды, и, как известно многим, все, что он написал, СНИСКАЛО ЕМУ ПОХВАЛЫ СРЕДИ МАТЕМАТИКОВ. Также были правильны все его предсказания, которые он посвящал знатным господам и князьям, ибо он следовал словам и откровениям своего духа относительно будущих вещей и событий, которые всегда оправдывались. Его календари и альманахи ЗАСЛУЖИЛИ ПОХВАЛЫ ПЕРЕД ДРУГИМИ, потому что, если он вносил что-нибудь в календарь, так и случалось… С его календарями никогда не бывало, как у некоторых неопытных астрологов…

В своих предсказаниях он точно отмечал часы и время, когда что-либо должно было случиться. И особо предупреждал каждого правителя о грядущих бедах: одного — если грозит недород, другого — если готовилась война, третьего — если приходил мор.

После того, как Фауст два года составлял свои календари и предсказания, спросил он своего духа, как обстоит дело с астрономией, или астрологией, которой обычно занимаются математики.

Дух отвечал ему и сказал: „Мы — старые духи, искушенные в движении небесных светил. Я мог бы тебе, господин мой Фауст, составить календарь и предсказания, или гороскоп, год за годом НА ВЕЧНЫЕ ВРЕМЕНА… Правда, древние… научились искусству этому и овладели им в совершенстве, ибо за столько лет заканчивается великий год; поэтому они могут изъяснять знамения и кометы“», с. 55–56.

Здесь ясно сказано, что Фауст составил некий замечательный календарь, снискавший ему похвалу среди математиков. Календарем восхищались также правители и князья. Он оказался очень полезным. Хотя конкретное описание календаря на страницах книги Шписа — достаточно туманное, но, скорее всего, речь идет о юлианском календаре. Он был действительно открытием, полезным для четкой организации жизни общества. Как мы уже подробно говорили, см., например, книгу «Царь Славян», этот календарь недаром устойчиво связывают с именем Юлия Цезаря. А ведь рассказы о Цезаре — это частичное отражение жизнеописания Андроника-Христа. Именно в XII веке, по инициативе Андроника Комнина, и был создан календарь, именуемый сегодня юлианским.

Напомним также, что среди многочисленных фантомных дубликатов Андроника-Христа есть также знаменитые «античные» математики Евклид и Пифагор, см. «Начало Ордынской Руси», гл. 6:1, и «Потерянные Евангелия», гл. 2. Так что недаром математики хвалили Фауста-Христа.

Кроме того, Народная Книга именует Фауста ученым, физиком, интересующимся устройством Солнечной системы. Якобы Мефистофель, в ответ на расспросы Фауста о природе зимы и лета на Земле, объясняет ему: «Разве ты сам, КАК ФИЗИК, по солнцу понять этого не можешь? Знай же, что на небе, от Луны до звезд, все пылает огнем, Земля же, напротив, холодная и остывшая. И вот, чем ближе к Земле светит Солнце, тем становится жарче. В этом причина лета. А когда Солнце стоит далеко, становится холодно и наступает зима», с. 56.

Хотя объяснение это ошибочно, однако оно указывает на первые попытки ученых разобраться в сути природных явлений. Вряд ли хронист Шпис понимал слабо выраженную эллиптичность орбит планет. Кроме того, он явно еще не осознает, что смена времен года объясняется наклоном земной оси к плоскости эклиптики, а не слабым изменением расстояния от Земли до Солнца.

Со страниц старинных текстов Фауст, как и Андроник-Христос, предстает активным ученым. Он пишет (якобы собственноручно): «Однажды я не мог заснуть и думал при этом о моих календарях и предсказаниях, о том, как устроена и какие свойства имеет небесная твердь и не мог бы человек или ученые-физики узнать об этом здесь, на Земле, так чтобы исследовать и изучить ее устройство если не по прямому наблюдению, то по размышлению, предположениям и книгам», с. 62.

В книгах «Звезды» и «Царь Славян» мы показали, что знаменитый звездный каталог в «Альмагесте» Клавдия Птолемея был создан в эпоху X–XII веков и считался Царским каталогом. Скорее всего, его связывали с императором Андроником-Христом, по инициативе которого начались обширные астрономические наблюдения и каталогизирование звезд. Именно этим, в частности, объясняется высокий авторитет «Альмагеста» и системы Птолемея в целом на протяжении XII–XVII веков. Свой окончательный вид Альмагест приобрел в эпоху XV–XVI веков. И лишь Тихо Браге (он же античный Гиппарх) и его последователь Иоганн Кеплер создали новую астрономическую концепцию, отменив птолемеевскую геоцентрическую систему. При этом более поздние комментаторы лукаво объявили гелиоцентрическую систему, открытую Тихо Браге, «половинчатой» (дескать, не совсем окончательной) и слегка удревнили ее, приписав «Копернику», см. подробнее в нашей книге «Звезды», гл. 11.

Следовательно, мы можем ожидать, что и в жизнеописании Фауста появится какой-то след системы Птолемея. Это логическое «вычисление» оправдывается. Мы вкратце цитируем очень интересный раздел книги Шписа под названием «О движении неба, его красе и происхождении».

«Господин мой Фауст, — отвечал дух, — Бог, который создал тебя, создал также и мир, и все стихии под небесами, ибо сперва Бог сотворил небо из лона вод и, отделив воды от вод, назвал небо твердью небесной. Таким образом, небо кругло, выпукло, подвижно, создано и образовано из воды, так же крепко крепостью, как хрусталь, и имеет сверху такой же вид, как хрусталь, на нем укреплены звезды, и, благодаря этой округлости неба, поделен свет на четыре части… Внутри небесной тверди, там, где помещаются небесные созвездия, находятся семь планет, каковые суть: Сатурн, Юпитер, Марс, Солнце, Венера, Меркурий и Луна. И все небеса движутся, только огненное небо остается неподвижным… Каждое из небес заимствует свою материю и свойства. А именно: верхнее небо — огненное, среднее и нижнее — светлы, как воздух. Одно небо светится, а среднее и нижнее прозрачны, как воздух… Итак, небо состоит из двенадцати сфер, которые окружают землю и воду, и все они могут быть названы небесами.

И дух также рассказал о том, как одна планета вслед за другою правит и на сколько градусов каждая планета подымается над другими», с. 57.

Здесь в слегка запутанном виде излагается система мира Птолемея: в центре — Земля, вокруг нее по своим сферам вращаются семь планет, затем — сфера звезд, обсуждается система эпициклов и т. д. Таким образом, автор или авторы Народной Книги в очередной раз сближают жизнеописания Фауста и Андроника-Христа.

В другой главе Народной Книги Фауст говорит: «Таким образом, я увидел более, чем желал. Некоторые из звезд были больше, чем полземли, планеты — величиной с Землю, а там, где был воздух, обретались духи. Спускаясь вниз, я увидел Землю. Она была подобна яичному желтку, и мне показалось, что суша занимает не более вершка, а вода превосходит ее в два раза», с. 64.

Одним из основных разделов Альмагеста Птолемея является каталог звезд, в котором перечислены координаты около тысячи звезд. Поэтому неудивительно, что Фауст рассуждает о числе звезд и почему иногда они срываются с неба и падают на землю. Затем Фауст говорит о размерах небесных тел: «Небо в ширину и длину больше, чем двенадцать наших земель, и хотя земли на небе не видать, однако многие звезды поболее, чем эта страна. Одна величиною с этот город, а там другая окружностью с Римскую империю; эта протяжением с Турцию, а планеты — каждая из них такой величины, как вся Земля», с. 73.

По поводу падающих звезд Фауст колеблется — действительно ли это срываются с неба настоящие звезды, либо же это что-то другое, например, некие «капли». Видно, что мысль о падающих метеоритах еще не оформилась, однако авторы Народной Книги уже на подходе к ней.

В старинной трагедии Кристофера Марло Фауст разъясняет: «И все ль тела небесные в той сфере, что и земля, ЦЕНТРАЛЬНАЯ ПЛАНЕТА.

Мефистофель: Светила все, как элементы мира, входящие орбитами друг в друга, вращаются вокруг одной оси, концы ее мы полюсами мира привыкли звать… Все вместе передвигаются с востока на запад за 24 часа относительно полюсов мира, но имеют различное движение относительно полюсов зодиака.

Фауст: …Кто о двойном не ведает движенье небесных тел? Одно лишь сутки длится. Другое — так: у Сатурна 30 лет, у Юпитера — 12, у Марса — 4 года, а у Солнца, Венеры и Меркурия — год; у Луны — 28 дней… А сколько есть небес или сфер?

Мефистофель: Девять — семь планет, небосвод и высшее небо.

Фауст: Ну, ответь мне на такой вопрос: почему не бывают все соединения, противостояния, фазы, затмения сразу в одно время, а так — в некоторые годы их больше, в другие — меньше?», с. 214.

Так что современные комментаторы справедливо отмечают, что «в своей беседе о мироздании Фауст и Мефистофель излагают геоцентрическую систему древнегреческого математика и астронома Птолемея», с. 411.

Между прочим, на страницах Народной Книги Шписа мы наталкиваемся на отголоски серьезных споров того времени о сотворении и конце мира. С одной стороны, библейская книга Бытие утверждает, что мир был сотворен Богом в семидневный срок. Другие же ученые заявляли, что Вселенная всегда была и останется вечной. Между прочим, подобные научные споры ведутся и по сей день. Вопрос непростой. А вот что сообщает Шпис: «Попросил доктор Фауст: пусть дух ему расскажет, как Бог сотворил мир и как был сотворен человек. На это дух дал Фаусту безбожный и лживый ответ и сказал так: „Мир, мой Фауст, никогда не рождался и никогда не умрет. И род человеческий был здесь от века, так что не было у него начала…“

Доктор Фауст задумался над этим и никак не мог взять в толк. Когда он читал первую главу Бытия, Моисей об этом иначе говорил, но Фауст не стал много возражать», с. 58.

Средневековый комментарий к этому разделу звучит так: «Дьявол, ты лжешь, Божье слово иначе учит», с. 58. Таким образом, все эти споры разворачивались в эпоху XIV–XVII веков, когда, согласно нашим результатам, и писались библейские ветхозаветные книги, в том числе Бытие.

Трагедия Гёте, являясь, конечно, упрощенной поэтической обработкой старинных текстов, сохранила тем не менее важные для нас свидетельства. Оказывается, падение Фауста, а именно его заклинания с целью вызвать дьявола, появление Мефистофеля и подписание договора о продаже души, произошло во время праздника Пасхи.

Фауст открывает магическую книгу, находит соответствующее заклинание и произносит его. Вспыхивает красноватое пламя, и появляется Мефистофель [166:0], с. 49–50. После их беседы в комнату входит Вагнер, ученик Фауста, и говорит: «Я, кажется, не спал бы до утра и все бы с вами толковал серьезно. НО ЗАВТРА ПАСХА, и в свободный час расспросами обеспокою вас…

Фауст: Река гудящих звуков отвела от губ моих бокал с отравой этой. Наверное, уже колокола ХРИСТОВУ ПАСХУ ВОЗВЕСТИЛИ СВЕТУ, и в небе ангелы поют хорал…

Хор ангелов: ХРИСТОС ВОСКРЕС! Грехопаденья, смерти и тления след с поколения смыт и исчез» [166:0], с. 54, 58–59.

Вслед за этим вновь появляется Мефистофель, долго беседует с Фаустом, и в результате доктор подписывает договор с дьяволом.

Мы недаром обратили ваше внимание на то обстоятельство, что гибель души Фауста, то есть подписание им договора с дьяволом, произошла на праздник Пасхи. Дело в том, что смерть Фауста, как и смерть Христа, тоже произошла во время празднования Пасхи, см. ниже. И это не случайное указание летописцев. Скорее всего, они совмещали и путали два важных события: ГИБЕЛЬ ДУШИ доктора Фауста при подписании дьявольского контракта и ЕГО СМЕРТЬ по истечении договора. То есть через 24 года, когда духи забирают душу Фауста в ад (а по некоторым другим версиям — в рай). Получается, что летописцы совмещали духовную гибель персонажа с его физической гибелью. Первая произошла при вступлении дьявольского договора в силу, а вторая — по его истечении. Ясно, что здесь было достаточно поводов для путаницы. Эта наша мысль прекрасно подтверждается тем, что, как мы сейчас увидим, не только в повествование о смерти Фауста, но и в рассказ о его духовной гибели германские хронисты вставили некоторые события, происшедшие непосредственно перед смертью Иисуса.

Незадолго до своего ареста Христос и его двенадцать апостолов ужинают вместе в уединенном трактире или таверне. Это — знаменитая Тайная Вечеря. Представлена на множестве икон, старинных картин и фресок, рис. 1.13. Мы уже понимаем, что Тайная Вечеря должна быть описана в «биографии» Фауста. И это действительно так. Мы цитируем.

«Истекли 24 года, отпущенные доктору Фаусту, и на той же неделе явился ему дух, передал ему долговое письмо, или обязательство, и сообщил ему вместе с тем, что В СЛЕДУЮЩУЮ НОЧЬ ВОЗЬМЕТ ДЬЯВОЛ ЕГО ТЕЛО; пусть он имеет это в виду. ВСЮ НОЧЬ ДОКТОР ФАУСТ ПЛАКАЛ И СОКРУШАЛСЯ…

Доктор Фауст, который знал только, что договор и соглашение он должен оплатить собственной кожей… ОТПРАВИЛСЯ К СВОИМ ЗАДУШЕВНЫМ ДРУЗЬЯМ, МАГИСТРАМ, БАКАЛАВРАМ И ДРУГИМ СТУДЕНТАМ, прежде часто его посещавшим, просить их, чтобы они отправились С НИМ НА ПРОГУЛКУ в село Римлих, в полуверсте от Виттенберга, и поели они вместе с ним, что они ему и обещали. И отправились они все туда и закусили там поутру, насладившись множеством превосходных яств и вин, которые хозяин им подносил. Доктор Фауст был с ними приветлив, но нелегко было у него на сердце. Снова просит он всех их быть к нему благосклонными И ОТУЖИНАТЬ ВМЕСТЕ И ПРОВЕСТИ С НИМ ЭТУ НОЧЬ: ОН ДОЛЖЕН СООБЩИТЬ ИМ НЕЧТО ВАЖНОЕ. Они и на это согласились И СЕЛИ ЗА УЖИН ВМЕСТЕ. Когда была выпита последняя чара на сон грядущий, заплатил Фауст хозяину и попросил студентов, чтобы они перешли с ним в другую комнату, он хочет им нечто сказать. Так они и сделали. А доктор Фауст сказал им следующее», с. 98–99.

Далее начинается глава под названием «Oratio Fausti ad Studiosis», то есть «Речь Фауста к студентам». Она велика и занимает целую страницу, с. 99–100. Напомним, что обращение Иисуса к апостолам во время Тайной Вечери описано в Евангелиях куда более кратко. Например, у Матфея оно занимает всего девять стихов (Матфей 26:20–29). Большой объем речи Фауста объясняется тем, что германские хронисты решили придать ей насмешливый характер, дабы лишний раз поиздеваться над Иисусом в критический момент его жизни. Мы не будем цитировать полностью, а приведем лишь фрагменты.

«Пригласил я вас затем, что вот уже много лет знаете вы, что я человек, во многих искусствах и волшебствах искушенный, а произошли они ни от кого иного, КАК ОТ ДЬЯВОЛА… Ну вот, СРОК ЭТОТ ПРИХОДИТ К КОНЦУ В ЭТУ НОЧЬ, и часы, стоящие перед моими глазами, указывают, что скоро наступит мгновение, КОГДА ОН ЗАБЕРЕТ МЕНЯ В ЭТУ НОЧЬ… Поэтому-то я и созвал вас, любезные мои друзья и милостивые господа, К СЕБЕ ПЕРЕД КОНЧИНОЙ, ЧТОБЫ ОСУШИТЬ ВМЕСТЕ ПОМИНАЛЬНУЮ ЧАШУ и чтобы погибель моя не осталась от вас утаенной…

Что же касается ТЕХ УДИВИТЕЛЬНЫХ ДЕЛ, которые я совершал в течение этих двадцати четырех лет, то после ВЫ ВСЁ ЭТО НАЙДЕТЕ ЗАПИСАННЫМ, И ПУСТЬ МОЙ УЖАСНЫЙ КОНЕЦ послужит вам напоминанием и предостережением в вашей жизни: имейте же всегда перед очами Господа и молитесь Ему… чтобы были вы привержены к Нему, не отступались бы от Него, КАК Я, БЕЗБОЖНЫЙ И ОКАЯННЫЙ ЧЕЛОВЕК, ибо я презрел Его и отрекся от таинства святого крещения, от самого Бога, от всего небесного воинства и от людей, отрекся от Господа…

Напоследок и в заключение моя к вам дружеская просьба: отправляйтесь вы в постель, спите с миром и не тревожьтесь даже в том случае, если УСЛЫШИТЕ В ДОМЕ ГРОХОТ И ШУМ… Когда найдете мое бездыханное тело, предайте его земле. Ибо я умираю как дурной и как добрый христианин: как добрый христианин ибо я покаялся… как дурной христианин ибо я знаю, что дьявол хочет взять мое тело… Желаю вам доброй ночи, МНЕ ЖЕ ПРЕДСТОИТ НЕДОБРАЯ, ТЯЖЕЛАЯ И УЖАСНАЯ», с. 99–100.

Слушавшие его студенты (апостолы) «душевно огорчились, ибо любили его… Они ему сказали: …пусть призовет он Господа, пусть именем Его любимого Сына Иисуса Христа просит о прощении… Он же отвечал им, что он уже пытался молиться, но молитва нейдет у него с языка… грехи его превышают меру того, что может ему проститься… Они, плача, обняли друг друга. Доктор Фауст остался в комнате, а они отправились в постель, но никто из них не мог уснуть», с. 100. Итак, о чем рассказала нам здесь Народная Книга.

• Фауст собирает своих студентов в уединенной таверне или трактире для последней беседы и ужина. Это — отражение Тайной Вечери, последнего ужина Иисуса с апостолами. В обеих версиях дело происходит вечером и ночью, в отдельном помещении. В обеих версиях центральным событием встречи Учителя со своими учениками является Его речь — краткая, по Евангелиям, и подробная, по германским хроникам.

• Во время Тайной Вечери Иисус, «ВЗЯВ ЧАШУ и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя» (Матфей 26:27–28). Во время же последнего ужина с друзьями Фауст тоже говорит о ПОМИНАЛЬНОЙ ЧАШЕ, которую следует осушить.

• События, происшедшие с Андроником-Христом, будут описаны в Евангелиях, а также в многочисленных других текстах, которые мы обнаружили как говорящие на самом деле о Христе, но под другими «именами». Например, Иисус описан в «Истории» Никиты Хониата как император Андроник Комнин. Аналогично, Фауст сообщает, что все его дела и все, происходящее с ним, люди найдут записанным. Напомним, что Евангелия дошли до нас в поздней редакции XIV–XV веков.

• Во время Тайной Вечери Иисус предсказывает свою скорую смерть. Аналогично, Фауст сообщает собравшимся, что этой ночью он погибнет.

• Согласно Евангелиям и Никите Хониату, смерть Андроника-Христа была ужасной. Он был зверски замучен. Аналогично, Фауст предсказывает свою страшную и мученическую кончину этой ночью.

• Евангелия говорят об Иисусе с уважением. Напротив, немецкие источники относятся к Фаусту скептически, насмешливо, а местами даже издевательски. Никита Хониат тоже в целом негативно оценивает императора Андроника Комнина. Все понятно. Личность реформатора Андроника-Христа вызывала у одних любовь, у других — ненависть.

Народная Книга Шписа гласит о Фаусте: «Окрылился он как орел, захотел постигнуть все глубины неба и земли… стал он однажды испытывать некоторые волшебные слова, фигуры, письмена и заклятия, чтобы вызвать тем самым черта. Таким образом, ПРИШЕЛ ОН В ГУСТОЙ ЛЕС, который, как некоторые говорят, расположен близ Виттенберга и зовется Шпессерским лесом… В этом лесу, ПОД ВЕЧЕР, на перекрестке четырех дорог начертил он палкой несколько кругов в два ряда… И ВЫЗВАЛ ОН ЗАКЛИНАНИЯМИ ЧЕРТА, ночью между девятью и десятью часами. Тогда, наверное, посмеялся дьявол в кулак и показал Фаусту зад, ДУМАЯ ПРО СЕБЯ: „Добро, я остужу твое сердце и твой дух, одурачу тебя так, чтобы не только твое тело, но и душу добыть…“ Дьявол совсем одурачил Фауста… Ибо, когда доктор Фауст произнес свое заклинание, притворился черт, что неохотно идет он к желаемой цели», с. 39.

О чем идет речь? Фрагмент туманный, но в свете того, что все это происходит перед Пасхой, см. выше, и перед духовной гибелью Фауста, то возникает мысль, что тут в искаженном и насмешливом виде представлен известный евангельский сюжет: Моление Иисуса о Чаше в Гефсиманском саду. Напомним.

• Вечером, после Тайной Вечери со своими апостолами, Иисус отправляется в Гефсиманский сад (Марк 14:32–33). Фауст — тоже вечером — приходит в Шпессерский лес.

• В саду, уже ночью, Иисус обращается к Богу Отцу: «Пал на землю и молился, чтобы, если возможно, миновал Его час сей; и говорил: Авва Отче! все возможно Тебе; пронеси чашу сию мимо Меня; но не чего Я хочу, а чего Ты» (Марк 14:35–36).

А согласно германской версии, Фауст, оказавшись в лесу, уже ночью, обращается к дьяволу, вызывая его своими заклинаниями. Реформаторы издевательски исказили евангельский сюжет, заменив Бога Отца на черта.

• Евангелия ничего не сообщают об ответе Бога-Отца. То есть, мольба Иисуса в этот момент не вызвала никакого ответа от Бога. Народная Книга Шписа тоже говорит, что дьявол промолчал в ответ и «про себя подумал» о том, как добыть душу и тело Фауста.

Христово Моление о Чаше незадолго перед Его арестом в Гефсиманском саду явно привлекало к себе внимание немецких биографов Фауста-Христа. Рассказ о нем появляется в нескольких местах Народной Книги Шписа. Например, глава 62 насмешливо называется так: «Как доктор Фауст в то время, когда оставался у него всего один месяц срока, почувствовал себя плохо, так что сокрушался и вздыхал о своем дьявольском житье», с. 95.

Далее сказано: «Срок для Фауста приближался быстро, как на песочных часах… Приходили к концу те 24 года, за которые он душою и телом предался черту… Тут впервые почувствовал Фауст робость, и было ему как пойманному убийце или разбойнику, который, сидя в тюрьме, услышал свой приговор, И ЖДЕТ ЕГО ТЕПЕРЬ СМЕРТНАЯ КАЗНЬ. Он был в страхе, рыдал и разговаривал сам с собой, размахивал руками, охал и вздыхал, худел», с. 95.

Далее идет уже знакомая нам глава «Жалоба доктора Фауста на то, что он должен умереть в свои цветущие дни и молодые годы», с. 96. Приведем этот раздел полностью.

«Эта печаль побудила доктора Фауста ЗАПИСАТЬ СВОИ СЕТОВАНИЯ для того, чтобы не позабыть их. Вот одна из записанных им жалоб:

„Ах, Фауст, отчаянная ты и недостойная душа! Ибо ты соблазнился обществом тех, кто осужден на адское пламя, когда ты прекрасно мог снискать блаженство, которое ты теперь утратил. Ах, рассудок мой и свободная воля, зачем упрекаете вы мое тело, которому уготовано похищение жизни! Ах вы, мои руки, ноги и ты, еще здоровое тело, рассудок и душа, плачьте обо мне, ибо, обладая вами, я мог вами пренебречь или о вас позаботиться, а совершенствуясь, я радовал бы вас! Ах, любовь и ненависть, почему вы одновременно в меня вселились, раз я должен из-за вас терпеть теперь такую муку? Ах, милосердие и отмщение, по какой причине уготовили вы мне такое возмездие и срам? О жестокость и сострадание, на то ли создан я человеком, ЧТОБЫ ТЕРПЕТЬ НАКАЗАНИЕ, которое я сам себе уготовил? Ах, ах, несчастный, есть ли еще что-нибудь на свете, что не поднялось бы на меня! АХ, МОИ ЖАЛОБЫ НИЧЕМУ НЕ ПОМОГУТ“», с. 96.

Следующая глава называется так: «Еще одна жалоба доктора Фауста», с. 96. По своему размеру и духу она аналогична первой жалобе-мольбе. Мы не будем ее цитировать. Таким образом, перед нами — два варианта Моления о Чаше. В этом месте само слово «чаша» не упоминается. Однако слово ЧАРА, то есть ЧАША, прямым текстом звучит в са́мом последнем обращении Фауста к его студентам-апостолам уже непосредственно перед гибелью. Фауст говорит: «Поэтому-то я и созвал вас, любезные мои друзья и милостивые господа, к себе перед кончиной, чтобы осушить вместе ПОМИНАЛЬНУЮ ЧАРУ и чтобы погибель моя не осталась от вас утаенной», с. 99.

В Евангелиях собственно Моление о Чаше изложено весьма кратко. По-видимому, несколько его вариантов, помещенных в германскую хронику как «Моления Фауста», в том числе и с прямым упоминанием поминальной чаши, это более подробные (хотя и искаженные) версии мольбы Христа. Опять-таки обработанные поздними редакторами в насмешливом ключе.

Не исключено также, что эти «Моления Фауста» тесно переплетаются с Псалмами из ветхозаветной Псалтири. Напомним, что, согласно нашим результатам, некоторые разделы Псалтири написаны самим Андроником-Давидом-Христом и являются автобиографичными. Хотя мы и не искали сейчас в Псалтири конкретного Псалма, наиболее хорошо соответствующего мольбам Фауста, но нельзя не видеть, что «Моление Фауста» (во всех его германских вариантах) по своему духу, объему и стилю действительно близко к Псалмам. Полистайте Псалтирь! Может быть, немецкие хронисты еще помнили, что Псалтирь — это в значительной степени автобиографическое произведение Андроника-Христа-Давида. И потому включили несколько искаженных вариантов Давидовых Псалмов в «биографию» Фауста.

В Народной Книге есть еще один вариант жалобы Фауста, звучащей непосредственно перед его гибелью, а именно глава 66, называемая так: «Жалоба доктора Фауста на преисподнюю и ее несказанные муки и терзания», с. 98. Эта жалоба больше по объему, чем предыдущие. Мы тоже не будем цитировать полностью, поскольку ее стиль и дух близки к уже указанным.

Интересно, что в старинной трагедии Кристофера Марло, посвященной Фаусту, тоже есть большой фрагмент, который с полным правом можно назвать «Мольбой Фауста перед смертью». И вот в ней Фауст прямым текстом проводит параллель между своими муками и страданиями Христа. Он говорит: «И дьяволы придут, и сгинет Фауст! Я дотянусь до Бога! Кто-то тянет, неведомый, меня упорно вниз… ВОН КРОВЬ ХРИСТА, смотри, струится в небе! Лишь капля, нет, хотя б всего полкапли мне душу бы спасли, о мой Христос!.. Коль надо мной не смилуешься Ты, хоть ради всех СВЯТЫХ СТРАСТЕЙ ХРИСТА, чья кровь мой грех когда-то искупила», с. 242–243.

Наверное, Кристофер Марло уже не понимает, что он литературно обрабатывает старинные сведения о страданиях Христа-Фауста, а потому ошибочно считает, будто Фауст и Христос — разные персонажи древности. Более того, «о Марло также широко распространено опасное для него мнение, что он „атеист“… Марло приписываются утверждения… что Христос был незаконнорожденным и заслуживал казни больше, чем разбойник Варрава, как это хорошо знали иудеи, что религия была создана для того, чтобы держать людей в страхе… Незадолго до гибели Марло против него в Тайном совете возбуждено было дело по обвинению в атеизме», с. 314. Кстати, Марло считается сегодня «самым ярким и талантливым из предшественников Шекспира», с. 312, который, как мы показали в книге о Шекспире, тоже написал свой вариант «скептического евангелия», под названием «Гамлет». В этом смысле поведение Марло и Шекспира оказывается схожим.

Выходит, что Марло и Шекспир фактически подняли на щит и расцветили своим литературным талантом скептическую раввинскую версию о «мамзере (то есть незаконнорожденном) Иисусе», противопоставляя ее светлому евангельскому жизнеописанию Христа. Чем, ясное дело, вызвали восторг реформаторов. Недаром сообщается об успехе, «которым пользовался „Фауст“ Марло как в самой Англии, так и позднее на народной сцене в Германии», с. 317.

Теперь становятся понятыми следующие сведения о Марло и его окружении. Современные комментаторы сообщают: «В настоящее время установлено, что Марло принадлежал в Лондоне к кружку выдающихся ученых… собиравшихся вокруг фаворита королевы Елизаветы Уолтера Ралея… Люди, окружавшие Ралея, составляли его „маленькую Академию“ (little Academe), прозванную недоброжелателями „школой атеизма“ (Sir Walter Raleigh’s School of Atheism). Доносчики сообщали Тайному совету (1592), что Ралей и его друзья „одинаково издеваются над Моисеем и над нашим Спасителем, над Старым и Новым Заветом и, помимо всего прочего, обучают писать имя Господа наоборот“ (то есть dog — „собака“ вместо God — „бог“, кощунство, о котором упоминается и в „Фаусте“ Марло)», с. 313.

Марло был убит в одной из таверн в окрестностях Лондона в 1593 году. Произошло это при невыясненных обстоятельствах, с. 314. Убийц не нашли. Не исключено, что ему отомстили за богохульство.

Между прочим, «авторская рукопись „Фауста“, как и прочих произведений Марло, ДО НАС НЕ ДОШЛА. Не известно также ни одно прижизненное его издание. По-видимому, такого и не было», c. 407. Историки уверенно заявляют, что «обе редакции трагедии — А и В (дошедшие до нас — Авт.) — оказываются искаженными отражениями подлинного творения Марло», с. 408. Таким образом, под именем Марло сегодня нам предъявляют, скорее всего, нечто иное, подвергнутое поздней тенденциозной обработке. Например, редакторы могли смягчать антихристианскую направленность первоначального текста Марло. Эта мысль высказывается современными комментаторами: «Не менее важной целью этих изменений (редактирования авторского текста трагедии Марло — Авт.) было смягчение резкости некоторых мест, звучавших слишком вызывающе с точки зрения господствовавшей церковной идеологии», с. 407.

Все ясно. После того, как волна Реформации в Европе спала, редакторы начали затушевывать излишне резкие выпады пропагандистских текстов (уничтожая оригиналы), дабы скрыть их первоначальную, совсем уж откровенную антиимперскую сущность. И стали объявлять все эти реформаторские произведения «всего лишь» литературными фантазиями. Мол, мы «просто так» беззаботно баловались и весело шутили. А потому, дескать, вовсе не виноваты в подстрекательстве к расколу Великой Империи.

Как мы знаем, вслед за Молением о Чаше в Гефсиманском саду следует арест Иисуса. «Кончено, пришел час: вот, предается Сын Человеческий в руки грешников… И тотчас, как Он еще говорил, приходит Иуда, один из двенадцати, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и книжников и старейшин… Они возложили на Него руки и взяли Его… Тогда Иисус сказал им: как будто на разбойника вышли вы с мечами и кольями, чтобы взять Меня» (Матфей 14:41, 43, 46, 48). Таким образом, вокруг Христа в Гефсиманском саду оказывается много народа, происходит большой шум, столкновение, звенят мечи, апостол Петр отрубает ухо одному из нападающих, и т. п.

Вот как преломилась эта сцена под лукавым пером немецких реформаторов. Перед духовной гибелью Фауста «поднял он (черт — Авт.) в лесу такой грохот, казалось — все прахом идет, деревья до земли гнулись. После этого представил дьявол, БУДТО ЛЕС ВЕСЬ ПОЛОН ЧЕРТЕЙ, которые появлялись около кругов, начертанных Фаустом, и между ними, так, будто везде для них была свободная дорога. После этого точно лучи и стрелы посыпались с четырех сторон леса на магический круг, потом раздалась громкая стрельба из пищалей, и вспыхнул свет, и послышались в лесу звуки множества приятных инструментов, музыка и пение, а потом были танцы и после еще турниры на мечах и копьях», с. 39.

Итак, в обеих версиях звучит одна и та же тема, но германские хронисты придали ей сказочный и насмешливый оттенок.

А вот дополнительные подробности ареста Фауста-Христа, преподнесенные немецкими летописцами как якобы видения Фауста при его духовной гибели, то есть при подписании договора с дьяволом.

«Вскоре после этого послышался ЗВОН КОПИЙ, МЕЧЕЙ И ДРУГОГО ОРУЖИЯ, так что ему казалось, БУДТО ДОМ ХОТЯТ ВЗЯТЬ ПРИСТУПОМ. Потом послышались ГОЛОСА СОБАК И ОХОТНИКОВ, ПСЫ ТРАВИЛИ И ГНАЛИ ОЛЕНЯ до комнаты Фауста, здесь они его уложили.

После этого появились у Фауста в комнате лев и дракон, и стали они биться друг с другом. Хотя лев отважно защищался, все же он был побежден и проглочен драконом…

Потом видно было, как вошел красивый павлин с павою. Они стали ссориться, а потом помирились. Еще видели — вбежал разъяренный бык доктору Фаусту навстречу. Тот немало испугался, но бык, подбежав к Фаусту, пал перед ним ниц и провалился», с. 44.

В этом искаженном преломлении угадываются известные евангельские события: Христа окружают солдаты, звенят мечи и копья, апостол Петр наносит удар мечом одному из нападавших, вокруг Иисуса собирается много враждебных людей.

Иоганн Манлиус, рассказывая о последних днях жизни Фауста, сообщает, что за ним охотились власти, отдав приказ схватить Фауста. Сказано: «Фауст этот сумел бежать из нашего Виттенберга после того, как достославный герцог Иоганн ПРИКАЗАЛ СХВАТИТЬ ЕГО. Удалось ему также скрыться из Нюрнберга: он собрался было пообедать, как вдруг его прошиб пот; тотчас вскочил он из-за стола, расплатился с хозяином и вышел из харчевни. Едва за ним закрылась дверь, как вошли ИСКАВШИЕ ЕГО СТРАЖНИКИ», с. 15.

Здесь у Манлиуса в слегка преломленном виде рассказано о преследовании Андроника-Христа, о его попытках спастись, о Тайной Вечере, когда он ужинал в харчевне (таверне) с учениками. Наконец появляются стражники, стремящиеся арестовать Фауста-Христа. Мы видим хорошее соответствие.

Напомним, что, согласно Евангелиям, именно в момент ареста Иисуса Иуда Искариот, предавший Христа иудейским первосвященникам за тридцать сребренников, обнимает и целует Христа, указывая тем самым солдатам, кого именно нужно схватить. Это — знаменитый «поцелуй Иуды». Можно ожидать, что в каком-то преломленном виде он появится и в описании духовной гибели Фауста. Прогноз оправдывается. Перед нами — следующий яркий эпизод. «Затем увидели большую старую обезьяну, ОНА ПОДАЛА ДОКТОРУ ФАУСТУ РУКУ, ПРЫГНУЛА НА НЕГО, СТАЛА ЛАСКАТЬСЯ и снова выбежала из дома. Потом сделался в доме густой туман, так что Фауст из-за тумана не мог ничего разглядеть. Когда же туман рассеялся, перед ним оказалось ДВА МЕШКА, ОДИН С СЕРЕБРОМ, ДРУГОЙ С ЗОЛОТОМ», с. 44.

Итак, немецкие хронисты назвали Иуду Искариота «обезьяной», которая прыгнула на Фауста и стала ласкать его (целовать?). И тут же «из тумана» всплыли два мешка — с серебром и золотом. Это и есть всем известные тридцать сребренников Иуды. Все сходится.

Как мы увидим в следующем параграфе, Иуда Искариот отразился в истории Фауста также, как Елена Греческая, она же Елена Прекрасная, она же Елена Троянская. Поцелуй Иуды звучит и в этой версии. Когда Елена входит и приближается к Фаусту, он восклицает: «Прекрасная Елена, дай изведать бессмертие в одном твоем лобзанье! (Целует ее.)», с. 239. Надо полагать, и Елена целует Фауста.

Согласно нашим результатам, в евангельском рассказе о предателе Иуде Искариоте переплелось сразу несколько реальных сюжетов из конца XII века. Они породили большой куст фантомных отражений на страницах в том числе и «античных» источников. У князя Андрея Боголюбского, то есть у императора Андроника-Христа, была жена, о которой говорится, например, в «Повести Временных Лет». Княгиня оказалась предательницей, пошла против собственного мужа, вступила в заговор с его врагами. Более того, присутствовала при убийстве Андрея Боголюбского и даже держала в руках его отрубленную руку, см. нашу книгу «Царь Славян», гл. 3. Из руки князя текла кровь.

Таким образом, князь Андрей как бы «пригрел на груди змею», предательницу, «Иуду». Эта история преломилась потом в Евангелиях как рассказ о коварном поцелуе Иуды Искариота. Иуда (как «жена-предательница») целует Иисуса и тем самым предает его на смерть. Другое известное отражение этого сюжета описано в апокрифических Евангелиях. Иуда пытается укусить, как змея, Иисуса [307], с. 278–279. То есть различные хронисты путались здесь и смешивали поцелуй предателя или злодейки жены с укусом змеи. Процитируем так называемое Евангелие Детства. «Иуда приблизился и сел справа от Иисуса. И когда Сатана начал мучить его, по обыкновению, он старался укусить Иисуса, и как не смог Его достать, он стал наносить Ему удары в правый бок, так что Иисус заплакал… Это был Иуда Искариот, который предал Иисуса; и бок, который он бил, был тот, который иудеи пронзили ударом копья» [307], с. 279.

Далее — мятеж и казнь Андроника-Христа произошли в Царь-Граде в 1185 году, а вскоре после этого разгорелась Троянская война. Она была местью Руси-Орды и ее союзников за казнь в Иерусалиме = Трое императора Андроника = Андрея Боголюбского. Все это было в конце XII — начале XIII века. А первопричиной Троянской войны поздние летописцы объявили гречанку Елену Прекрасную, которую «похитили» троянцы и за которую мстили греки, захватившие в конце концов Трою. То есть Царь-Град на Босфоре, см. подробнее в книге А.Т. Фоменко «Античность — это Средневековье», гл. 5, и книгу Г.В. Носовского, А.Т. Фоменко «Начало Ордынской Руси».

Таким образом, если доктор Фауст является отражением Андроника-Христа, то следует ожидать, что в его позднем германском жизнеописании в какой-то форме всплывет Троянская война, а также Елена Прекрасная. В частности, «гречанку Елену» могли считать коварной женой, злобной змеей-Иудой, которая старалась погубить Фауста. Наш прогноз оправдывается.

Народная Книга Шписа сообщает: «В Фомино воскресенье явились опять упомянутые студенты (то есть апостолы — Авт.) неожиданно к Фаусту на ужин… И тут один из них сказал, что ни одну женщину не желал бы так увидеть, как прекрасную Елену из Греции, из-за которой погиб славный город Троя. Хороша, должно быть, она была, раз ее похитили у мужа и из-за этого поднялась такая перепалка. На это доктор Фауст ответил: „Раз уж вы так жаждете увидеть прекрасный образ царицы Елены… то я ее вам представлю“», с. 86.

Затем Фауст выходит из комнаты и вскоре возвращается вместе с Еленой Прекрасной (как станет ясно из дальнейшего, это был дьявол в женском облике). Следует подробнейшее описание ее красоты. Елена кокетничает со студентами. Те — в восхищении, распаляются к ней любовью. Потом Фауст выводит Елену из помещения. Хотя хронист считает Елену Прекрасную «духом», то есть как бы привидением, однако вся сцена описана как реальная встреча реальной Елены с апостолами-учениками и Фаустом-Христом. На рис. 1.14 показана старинная гравюра, изображающая Фауста рядом с Еленой Прекрасной. При этом подчеркивается, что Фауст сожительствовал «с греческой Еленой (ИЛИ, ВЕРНЕЕ, С ДЬЯВОЛОМ, ПРИНЯВШИМ ЕЕ ОБЛИК)», с. 293. Такое замечание прекрасно согласуется с тем, что Фаустова Елена-дьявол — это отражение «дьявольского» Иуды Искариота.

Рис. 1.14. «Фауст с Еленой и Мефистофелем». Рисунок пером Адриана Матама, середина XVII века. Взято из [469], вклейка между с. 224–225.

Более того, далее в той же Народной Книге есть глава под названием «О Елене Греческой, которая поселилась у Фауста в последний год его жизни», с. 93. Здесь уже прямым текстом говорится, что Елена присутствовала в жизни Фауста не как призрак или видение, а как реальная женщина. Она была якобы его наложницей и в последний год жизни Фауста (на двадцать четвертом году договора с дьяволом) даже родила ему сына, которого Фауст прозвал Justus Faustus. «Дитя это сообщало Фаусту о многом таком, что в будущем должно было случиться в различных странах. Когда же он затем лишился жизни, исчезли и мать и ребенок», с. 94. Здесь стоит отметить, что и некоторые другие старинные источники, рассказывая о различных отражениях Андроника-Христа, сообщали, что у него были жена и дети, см. нашу книгу «Христос родился в Крыму…».

А вот старинная пьеса под названием «Иоганнес Фауст», записанная Ф.-Г. фон дер Хагеном и потом поставленная в театре в 1807–1808 годах режиссерами Шютцем и Дрэером, добавляет яркие и важные подробности о роли Елены в «биографии» Фауста.

«В городе в ночную пору Мефистофель объявляет Фаусту, что с наступлением полуночи ИСТЕКАЕТ СРОК ИХ ДОГОВОРА. Фауст, пораженный и испуганный, ТЩЕТНО МОЛИТ ОБ ОТСРОЧКЕ; ТУТ ОН ПРОСИТ ОТВЕТА НА СВОИ ВОПРОСЫ, и Мефистофель говорит ему, что адские муки так ужасны… На вопрос Фауста, может ли он еще достигнуть вечного блаженства, черт не хочет и не может ответить, и Фауст полагает себя спасенным. Между тем Мефистофель возвращается и возвещает ему приход Елены Прекрасной. Фауст вновь дает себя обольстить, обнимает Елену Прекрасную и уходит с ней как ее „Парис“, и теперь он окончательно принадлежит преисподней. Вскоре он возвращается в отчаянии, ИБО ПРЕКРАСНАЯ ЕЛЕНА ПРЕВРАТИЛАСЬ В ЕГО ОБЪЯТИЯХ В АДСКУЮ ЗМЕЮ. Он делает последнюю попытку молиться и падает на колени», с. 187.

Далее описываются удары ночных часов, звуки рога, крики женщин и младенцев, с неба доносится грозный голос, возвещающий три раза: «Фауст, Фауст! Приготовься к смерти! — …Ты осужден! — …Ты проклят навеки». Под выкрики ночного сторожа появляются черти, гремит гром, сверкают молнии, дьяволы душат Фауста в воздухе и с хохотом уносят его в ад, с. 187–188. Что же мы здесь видим?

• События разворачиваются в момент истечения договора Фауста с дьяволом. Как мы уже понимаем, это — отражение евангельской истории о скором аресте Христа и его казни.

• Следует тщетное моление Фауста к Небесам с просьбой об отсрочке. Скорее всего, это еще одно искаженное отражение известного евангельского Моления о Чаше. Христос молит Бога-Отца, чтобы чаша страданий миновала его.

• Появляется Елена Прекрасная (на самом деле дьявол в женском облике), приближается к Фаусту, и тот обнимает ее. Однако Елена превращается в адскую змею и, возможно, кусает Фауста. Как мы теперь понимаем, это довольно точное отражение евангельского коварного поцелуя Иуды Искариота. Змея-предатель целует-кусает Иисуса. Злобная жена Андрея Боголюбского предает его на смерть.

• В германской версии далее гремит гром, ударяют молнии, звучит грозный голос с неба, и Фауста возносят на воздух, он исчезает. Перед нами — преломленный рассказ о смерти Христа, распятого на кресте, о землетрясении, сопровождавшем смерть Иисуса (см. Евангелия), после чего последовало вознесение Христа на небо.

Мы вновь видим хорошее согласование немецкой и евангельской версий.

После смерти Фауста, «в тот же день заколдованная Елена вместе со своим сыном не оказалась на месте, но исчезла», с. 101. Стоит также отметить, что в пьесе о Фаусте, поставленной в Гамбурге в 1738 году, «Елена Прекрасная поет под приятную музыку арию, весьма неприятную для доктора Фауста, ибо она возвещает о его близкой гибели», с. 127. Это совершенно естественно, поскольку, как мы теперь понимаем, «Фаустова Елена» является отражением коварной жены Андрея Боголюбского, то есть Иуды Искариота. А «исчезновение Елены» — это, вероятно, смерть Иуды, который, согласно Евангелиям, раскаялся и повесился.

Ранее в наших исследованиях мы уже неоднократно сталкивались с тем, что некоторые летописцы смешивали и путали события при рождении Иисуса с событиями при Его распятии. Например, это относится к теме кесарева сечения. Аналогичная путаница есть и в германской версии Фауста-Христа. Оказывается, реформаторы поместили сюжет о Вифлеемской звезде, вспышка которой знаменовала рождение Иисуса, в рассказ о духовной гибели Фауста-Христа. То есть фактически включили Вифлеемскую звезду в события, сопровождавшие смерть Иисуса. Это была ошибка, но объяснимая и не один раз встречавшаяся в старых хрониках.

Итак, Народная Книга Шписа говорит, что непосредственно перед подписанием договора между Фаустом и дьяволом (то есть в момент духовной гибели Фауста) произошло следующее.

«Тут дьявол явил его глазам такое зрелище… Сначала показалось, будто над кру́гом парит и порхает гриф или дракон, и, когда Фауст сотворил свое заклинание, ЗВЕРЬ ЭТОТ заворчал жалобно. Вскоре с высоты трех или четырех саженей от земли УПАЛА ОГНЕННАЯ ЗВЕЗДА И ОБРАТИЛАСЬ В ОГНЕННЫЙ ШАР, что очень испугало Фауста… Итак, он ЗАКЛЯЛ ЭТУ ЗВЕЗДУ один, другой и третий раз. Из нее исторгся огненный столб в человеческий рост и снова упал», с. 39–40.

Согласно нашим результатам, Рождество Христово знаменовалось вспышкой сверхновой звезды в созвездии Тельца около 1152 года. Остатками этой вспышки является знаменитая современная Крабовидная туманность в созвездии Тельца [978], с. 63–67; рис. 1.15, 1.16. Появление этой звезды описано на страницах Евангелий и многократно отразилось на иконах и живописных произведениях.

Созвездие Тельца, вероятно, и было описано немецкими летописцами как некий ВОРЧАЩИЙ ЗВЕРЬ, рядом с которым и вспыхнула «звезда Фауста».

Рис. 1.15. Вспышка Вифлеемской звезды примерно в 1150 году и полное солнечное затмение 1185 года произошли в одном и том же созвездии Тельца. Рядом расположено созвездие Овна, связываемое с Христом.

Рис. 1.16. Вифлеемская звезда примерно в 1150 году и происшедшее через тридцать лет солнечное затмение в созвездии Тельца. Вспышка сверхновой звезды возвестила рождение Христа, а затмение — его распятие. Мы отметили место вспышки звезды (звездочка) и место солнечного затмения 1185 года (черный кружок) на старинной звездной карте Гринбергера (Grienberger), взятой из [542], илл. 19.

По-видимому, о Вифлеемской звезде говорится и в другом месте Народной Книги. Причем этот фрагмент опять-таки носит насмешливый характер. Сказано так: «В Эйслебене показалась комета, удивительно большая. Тогда доктора Фауста спросили некоторые его добрые друзья, отчего это происходит. Он же отвечал им: „…Через это совокупление и превращение Солнца и Луны и является такое чудовище, как комета, и тогда злые духи, вооружась своими инструментами, узнают предначертания Божьи. ЭТА ЗВЕЗДА ТОЧНО ВЫБЛЯДОК МЕЖДУ ДРУГИМИ, а родители ее, как сказано выше, — Солнце да Луна“», с. 72.

В этом месте немецкие хронисты-реформаторы назвали Вифлеемскую звезду «выблядком между другими» (звездами). Тем самым, в очередной раз поиздевались над одним из важнейших христианских евангелических символов. Дали волю своему раздражению. Кстати, напомним, что Солнце и Луна, насмешливо упомянутые здесь германской Народной Книгой, иногда изображались по обеим сторонам распятия Христа, см. нашу книгу «Царь Славян».

Согласно нашим результатам, император Андроник-Христос был казнен в результате мятежа, вспыхнувшего против него в Царь-Граде. Оказывается, след этих событий сохранился и в жизнеописании Фауста. На великий праздник, на Страстную Пятницу, Фауст прибыл в вюртембергскую деревню. Далее мы цитируем.

«Был он удручен и совсем болен, ибо пришел уже час, назначенный ему дьяволом в договоре. Видит он, что на постоялом дворе ШУМЯТ ПИРУЮЩИЕ КРЕСТЬЯНЕ, ПРОСИТ ПОЭТОМУ ХОЗЯИНА ОТВЕСТИ ЕМУ ОТДЕЛЬНУЮ КАМОРКУ. КРЕСТЬЯНЕ ЖЕ КРИЧАТ ВСЁ СИЛЬНЕЕ, и просит тогда Фауст, чтобы они уважили его, как больного, и были потише. А ОНИ ДАВАЙ ШУМЕТЬ ЕЩЕ ПУЩЕ, как это всегда бывает, если мужика о чем попросишь», с. 28.

Вероятно, эти «крики крестьян», ставшие еще более громкими после просьбы Фауста, и есть преломленное отражение мятежа в Царь-Граде, охватившего столицу в конце XII века (1185 год).

Сразу же после описания «мятежных криков» немецкие хронисты сообщают интересный сюжет. Видя, что его просьбы не могут успокоить разбушевавшихся жителей, «Фауст в последний раз применил свои чары и всем им так раздвинул челюсти, что они сидят и пялят глаза друг на друга, а слова вымолвить никто не может. Знаками указывают на комнату постояльца, чтобы хозяин попросил его снова закрыть им рты. Фауст соглашается при условии, что они впредь шуметь не будут», с. 28. А вот еще одна версия: «Фауст… сковал раскрытые рты пьяных и НЕИСТОВО ОРУЩИХ крестьян так, что они застыли в молчании», с. 21.

О чем тут речь? Такой сцены МОЛЧАНИЯ мятежников нет в Евангелиях. Однако там есть известная сцена МОЛЧАНИЯ Христа после того, как он был схвачен и приведен на суд к Пилату, римскому прокуратору. Сказано так: «И когда обвиняли Его первосвященники и старейшины, Он ничего не отвечал. Тогда говорит Ему Пилат: не слышишь, сколько свидетельствуют против Тебя? И НЕ ОТВЕЧАЛ ЕМУ НИ НА ОДНО СЛОВО, так что правитель ВЕСЬМА ДИВИЛСЯ» (Матфей 27:12–14).

Чуть ранее этого в Евангелиях сказано, что лжесвидетели обвинили Иисуса. «И встав, первосвященник сказал Ему: что же ничего не отвечаешь? что́ они против Тебя свидетельствуют? ИИСУС МОЛЧАЛ» (Матфей 26:62–63).

По-видимому, этот сюжет с молчанием арестованного Христа, УДИВИВШИМ первосвященника и Пилата, и был лукаво переделан германскими хронистами в УДИВИТЕЛЬНОЕ молчание «мятежников» по воле Фауста, когда слабый и больной Фауст прибег к своим чарам. Здесь мы снова наталкиваемся на преднамеренный насмешливый (и даже издевательский) пересказ увертливыми реформаторами некоторых известных сюжетов из Евангелий. Кстати, становится понятно, почему про Фауста сказано, что в этот момент он был больным и слабым. Дело в том, что Христос уже был арестован и подвергся избиениям (Матфей 26:67).

Между прочим, слова немецкого хрониста, что Фауст «попросил» хозяина «отвести ему отдельную каморку», как раз и указывают на то, что на самом деле речь шла об аресте Христа, когда его хотели отвести в темницу, камеру.

Это — известная сцена, описанная в Евангелиях после ареста Христа. Сказано: «Но наконец пришли два лжесвидетеля и сказали: Он говорил: могу разрушить храм Божий и в три дня создать его. И встав, первосвященник сказал Ему: что же ничего не отвечаешь?» (Матфей 26:60–62).

Евангелист Марк чуть более подробен: «И некоторые, встав, лжесвидетельствовали против Него и говорили: мы слышали, как Он говорил: Я разрушу храм сей рукотворенный и через три дня воздвигну другой, нерукотворенный. Тогда первосвященник стал посреди и спросил Иисуса: что́ Ты ничего не отвечаешь?» (Марк 14:57–58, 60).

По-видимому, именно этот сюжет преломился под пером германских хронистов следующим причудливым образом. В Народной Книге есть глава под названием «О другой проделке, которую Фауст учинил также в угоду этому графу, когда ОН ВОЛШЕБСТВОМ ВОЗДВИГ БОЛЬШОЙ ЗАМОК на одной вершине», с. 82. А потом РАЗРУШИЛ ЗАМОК. Хотя здесь последовательность событий переставлена, однако суть дела полностью сохранена. Сначала Фауст волшебством воздвигает замок за одну ночь, а потом волшебством разрушает его на следующий день.

Мы цитируем. «Попросил он (Фауст — Авт.) графа, чтобы тот вместе с ним вышел за ворота, ТАМ ОН ПОКАЖЕТ ЕМУ ЗАМОК ИЛИ КРЕПОСТЬ, КОТОРУЮ ЗА ЭТУ НОЧЬ ОН ПОСТРОИЛ в его владениях и графстве. Граф этому весьма дивился. И вот вышел он со своей супругой и фрейлинами вместе с Фаустом за ворота и увидел на одной горе, расположенной недалеко от города и прозывавшейся Сливочным холмом, прекрасно построенный дом и замок, КОТОРЫЙ ДОКТОР ФАУСТ СОЗДАЛ СВОИМ КОЛДОВСТВОМ, и по этому случаю пригласил он графа и его супругу, чтобы они туда последовали и позавтракали у него… ЭТОТ ЗАМОК БЫЛ ТАК ПОСТРОЕН СИЛОЮ ВОЛШЕБСТВА, что вокруг него шел глубокий, наполненный водою ров…», с. 82.

Далее следует подробное описание роскошного замка и завтрака в нем, занимающее половину листа мелким шрифтом. После обильного угощения гости покинули волшебный замок, воздвигнутый Фаустом.

«Когда они вернулись во дворец (графа — Авт.), из описанного выше замка Фауста послышались СТРАШНЫЕ ВЫСТРЕЛЫ, И ПОДНЯЛСЯ ОГОНЬ В ЗАМКЕ ДО САМОГО ВЕРХА, И ГОРЕЛ ОН ДО ТЕХ ПОР, ПОКА СОВСЕМ НЕ ИСЧЕЗ, так что они все это хорошо могли видеть», с. 83.

Мы видим, что философский возвышенный смысл евангельского сюжета и слов Иисуса здесь приземлен и превращен в детскую сказку. Хотя суть дела в общем-то сохранена. В самом деле.

• Лжесвидетели уверяли, что Христос хотел разрушить храм Божий. Фауст же разрушил волшебный замок.

• Евангелия говорят, что храм, который создаст Христос, — нерукотворный, то есть создается не руками человека, а чудом. Аналогично, дворец Фауста сотворен не человеческими руками, а волшебством.

• Далее, якобы Христос уверял, по словам лжесвидетелей, что может В ТРИ ДНЯ создать храм Божий. Фауст же создал волшебный замок ЗА ОДНУ НОЧЬ.

• Евангельская сцена с Христом описана в присутствии высокого чина — первосвященника и многочисленных свидетелей. Германская сцена с Фаустом происходит в присутствии графа, то есть высокопоставленного человека, а также в присутствии многочисленных свидетелей — супруги графа, фрейлин, гостей и т. д.

Мы видим хорошее соответствие евангельской и германской версий.

Согласно Евангелиям, казнь Христа состоялась на иудейскую Пасху, в пятницу. Отсюда и название — Страстная Пятница. Оказывается, в точности такие же сведения сообщаются и о смерти Фауста. В момент истечения 24-летнего договора с дьяволом, взволнованный Фауст пытается обратиться к Богу, моля о пощаде. Однако Мефистофель издевательски заявляет ему, что срок истек и мольбы не помогут. Затем в его словах звучит угроза: «ДОЖДИСЬ ТОЛЬКО СТРАСТНОЙ ПЯТНИЦЫ, ТАМ И ПАСХА САМА ПРИДЕТ», с. 97.

И действительно, все совершилось по слову Мефистофеля. Как сказано в Народной Книге: «Его удушил дьявол, и произошло это В СТРАСТНУЮ ПЯТНИЦУ», с. 27. И далее: «В вышеупомянутую деревню он приехал под вечер В КАКОЙ-ТО ПРАЗДНИК. Был он удручен и совсем болен, ибо пришел уже час, назначенный ему дьяволом в договоре», с. 28. Как мы теперь понимаем, великим праздником здесь названа Пасха. Все сходится.

Таким образом, Фауст, как и Христос, был казнен именно в Страстную Пятницу, во время великого праздника, скорее всего иудейской Пасхи.

Вот еще один аналогичный фрагмент из рукописи Августина Лерхеймера, когда он рассказывает об обстоятельствах смерти Фауста и спорит с другими летописцами: «Во всем, что этот негодяй говорит о Страстной Пятнице, он клонит к тому, будто юноши получают в университете воспитание столь безбожное и порочное, что ДАЖЕ В ТАКОЙ СВЯТОЙ ДЕНЬ, КОГДА СЛЕДУЕТ БЛАГОГОВЕЙНО РАЗМЫШЛЯТЬ О СТРАСТЯХ ХРИСТОВЫХ, занимаются бесовскими делами», с. 28.

Таким образом, говоря о гибели Фауста, Августин Лерхеймер не только упоминает святой день — Страстную Пятницу, но и напрямую связывает все происходящее со Страстями Христа.

Как мы уже поняли, немецкие летописцы путали духовную гибель Фауста, происшедшую во время празднования иудейской Пасхи, со смертью Христа, совпавшей с Пасхой. А духовная смерть Фауста — это подписание им договора с дьяволом. Следовательно, в описании этого события могли попасть обстоятельства казни Андроника-Христа. Этот логический вывод оправдывается. В самом деле. Мы цитируем.

«Когда обе стороны так друг с другом договорились, взял Фауст острый нож, отворил себе жилу на левой руке, и поистине говорят, что на этой руке появились запечатленные, окровавленные письмена: O Homo fuge, то есть беги от него, человек, и будь праведным, и т. п.

Доктор Фауст выпускает кровь в тигель, ставит тигель на горячие уголья и пишет, как ниже следует… (далее следует текст договора Фауста с Мефистофелем — Авт.)», с. 43.

И далее, в другом тексте: «Мефистофель: ТАК УКОЛИ ТЫ СМЕЛО РУКУ, ФАУСТ, и подпишись…

Фауст (ПРОНЗАЯ СЕБЕ РУКУ). Вот, Мефистофель! Я из любви к тебе своею кровью скрепляю свой обет пред Люцифером… СТРУИТСЯ КРОВЬ ИЗ РАНЕНОЙ РУКИ, да освятит она мои желания!», с. 207.

Здесь явно звучат мотивы, известные нам из описаний распятия Христа.

• Острым ножом на левой руке была вскрыта вена и потекла кровь Фауста. А при распятии Андроника-Христа ему были вбиты гвозди в руки и отрублена правая рука, см. «Царь Славян». По Его телу и кресту текла кровь.

• Германская версия считает, что «на руке Фауста появились кровавые письмена». Может быть, в таком виде отразился тот факт, что на кресте Христа, между его поднятыми руками, поместили табличку с надписью INRI или ИНЦИ — Иисус Назорей, Царь Иудейский. Ее часто изображали на иконах и старинных картинах.

• Кровь Фауста была собрана в некий «тигель», то есть в сосуд. Но хорошо известно, что кровь Христа была собрана в чашу, которую потом некоторые авторы стали отождествлять с Чашей Грааля. Эта сцена у креста многократно изображалась на иконах и картинах, см. подробнее в нашей книге «Христос родился в Крыму…», гл. 5.

• Тигель с кровью Фауста был поставлен на горячие уголья, то есть упоминается о каком-то костре. В частности, Мефистофель говорит: «Я ПРИНЕСУ ОГОНЬ расплавить сгусток», с. 207. Тут речь идет о сгустке крови Фауста. Дело в том, что его кровь сгустилась, и он не мог дальше подписывать свой договор с дьяволом. Мефистофель снова сделал его кровь жидкой, разогрев на огне. Мы цитируем: «(Входит Мефистофель с жаровней и углями). Мефистофель: Вот и огонь, прижги же рану, Фауст. Фауст: Вот кровь опять светлеет и бежит!», с. 208.

Но, как мы уже неоднократно отмечали, распятие Христа могли путать с сожжением на костре-кресте (кстати, слова КОСТЕР и КРЕСТ тоже могли путаться). И действительно, такая путаница произошла, например, при описании казни царя Креза (на самом деле Христа) в некоторых «античных» источниках, см. подробнее в нашей книге «Христос и Россия глазами „древних“ греков», гл. 3:3.

• Договор Фауста с дьяволом был подписан кровью Фауста: «Доктор Фауст поручился злому духу своей собственной кровью и подписью в таком мерзком деле», с. 45. По-видимому, в таком виде еще раз здесь звучит тема распятия Христа, во время которого пролилась его кровь.

Народная Книга Шписа сообщает о смерти Фауста следующее. «И случилось это между двенадцатью и часом ночи, ПОДНЯЛСЯ ВОКРУГ ДОМА НЕИСТОВЫЙ ВЕТЕР, охватил его со всех сторон, так что казалось, что РУШИТСЯ ВСЁ И САМЫЙ ДОМ БУДЕТ ВЫРВАН ИЗ ЗЕМЛИ. Тут студенты оробели, повскакали с постелей, стали друг друга утешать, не смеют выйти из комнаты, а хозяин сбежал из своего дома в другой. Студенты лежали поблизости от той каморки, где находился доктор Фауст. Они услышали страшное шипение и свист, как будто ДОМ БЫЛ ПОЛОН ЗМЕЙ, ГАДЮК И ДРУГИХ ВРЕДОНОСНЫХ ГАДОВ. Тут дверь в комнату доктора Фауста распахнулась, и СТАЛ ОН КРИЧАТЬ О ПОМОЩИ, НО ТОЛЬКО ВПОЛГОЛОСА, и вскоре уж больше не стало его слышно. Когда же настал день и студенты, которые всю ночь не могли заснуть, вошли в комнату, где находился Фауст, они не увидели его больше. ВСЯ КОМНАТА БЫЛА ЗАБРЫЗГАНА КРОВЬЮ, И МОЗГ ПРИЛИП К СТЕНЕ, будто черти бросали его от одной стены к другой. ДА ЕЩЕ ЛЕЖАЛИ ГЛАЗА и несколько зубов: ЖУТКОЕ И УЖАСАЮЩЕЕ ЗРЕЛИЩЕ! Тут начали студенты плакать и причитать над ним, искали его повсюду И НАКОНЕЦ НАШЛИ ЕГО ТЕЛО ЗА ДОМОМ НА НАВОЗНОЙ КУЧЕ. СТРАШНО БЫЛО НА НЕГО ВЗГЛЯНУТЬ, ТАК ИЗУРОДОВАНЫ БЫЛИ ЕГО ЛИЦО И ВСЕ ЧАСТИ ТЕЛА.

Упомянутые магистры и студенты, ПРИСУТСТВОВАВШИЕ ПРИ СМЕРТИ ФАУСТА, добились того, чтобы его похоронили в той же деревне, после чего они вернулись в Виттенберг… С той поры в его доме было так жутко, что никто не мог там жить», с. 101. Мы сталкиваемся с яркой параллелью со сведениями о казни Андроника-Христа.

• Никита Хониат говорит о страшных истязаниях, которым подвергся император Андроник. Практически то же самое сообщают о казни Христа и Евангелия. Так что повествование германских хронистов о гибели Фауста точно соответствует всем этим сведениям.

• Андронику-Христу повредили или выбили глаз, см. подробнее в книге «Царь Славян». Аналогично, о Фаусте сообщается, что ему вырвали глаза, см. выше.

• Евангелия говорят, что перед смертью «возопил Иисус громким голосом: Или, Или! лама савахфани? то есть: Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Матфей 27:46). Аналогично, немецкая хроника сообщает, что перед смертью Фауст кричал о помощи, правда, вполголоса.

• Смерть Иисуса на кресте сопровождали грозные явления: завеса в храме разодралась надвое, земля потряслась, камни расселись, гробы отверзлись и многие усопшие восстали и явились многим (Матфей 27:51–53). Аналогично, в момент гибели Фауста поднялся неистовый ветер, казалось, что дом будет вырван из земли и что все вокруг рушится.

• Приверженцы Христа взяли потом его тело и похоронили недалеко от Голгофы. Аналогично, студенты и магистры, присутствовавшие при гибели Фауста, добились, чтобы его похоронили в той же деревне.

Перед нами — хорошее соответствие обеих версий.

Зверская казнь императора Андроника-Христа оставила глубокий след в обществе. Недаром даже в XVIII веке на театральных подмостках в Западной Европе, например, в 1742 году во Франкфурте-на-Майне, с удовольствием показывали «балет духов, во время которого фурии разрывают Фауста на куски», с. 129. Многим нравилось. Гремели бурные аплодисменты.

А вот как изображали смерть Фауста-Христа в венском театре в 1779 году. Зигмунд фон Бибра свидетельствует: «Театр превращается в ад. Фурия бросает щит и направляется в глубину театра, где в ожидании Фауста собрались духи ада. Тут появляются из земли еще четыре фурии. Все пять окружают еще живого Фауста, ТЕРЗАЮТ, РВУТ, ШВЫРЯЮТ И ТАСКАЮТ ЕГО ПО ПОЛУ и, наконец, достаточно долго промучив, сбрасывают в отверстую пропасть. Вспыхивает яркое пламя, которое скрывает несчастного», с. 137.

Потом Байрон восхвалял дьяволицу богиню Астарту. Пишут так: «Байрон прославил ее в своем „Фаусте“, которого он называл „Манфредом“», с. 141.

Казнь Андроника-Христа, согласно византийским источникам, произошла в окружении мятежников и на глазах большой толпы. Об этом же говорят и Евангелия. Крест на Голгофе окружала толпа зрителей, римские солдаты, палачи. Рядом с крестом стояли женщины и апостол Иоанн. О том, что смерть Андроника-Христа происходила «на людях», хором говорят и все те многочисленные религиозные и светские источники (всего их оказалось около сотни!), в которых мы обнаружили фантомные отражения этого события, ставшего широко известным.

То же самое говорят и немецкие хронисты об обстоятельствах гибели Фауста. Августин Лерхеймер сообщает: «В деревне Кимлих, находящейся в полумиле от Виттенберга, его удушил дьявол, и произошло это в Страстную пятницу НА ГЛАЗАХ У МНОГИХ МАГИСТРОВ, БАКАЛАВРОВ И СТУДЕНТОВ», с. 27.

Кроме того, в цитированном выше описании в Народной Книге Шписа тоже совершенно ясно сказано, что в момент смерти Фауста его окружали многочисленные враги, названные «чертями». Они зверски расправились с Фаустом. Более того, специально подчеркнуто, что «дом был полон змей, гадюк и других вредоносных гадов». Скорее всего, так образно хроника назвала мучителей Фауста-Христа. Недаром средневековые иконописцы и художники обычно изображали страдающего Христа в окружении множества злобных, уродливых врагов и истязателей, см., например, известные картины Иеронима Босха.

Смерть Христа сопровождалась землетрясением. В Евангелии от Матфея сказано: «Иисус же, опять возопив громким голосом, испустил дух. И вот завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу; и земля потряслась; и камни расселись; и гробы отверзлись; и многие тела усопших святых воскресли и, выйдя из гробов по воскресении Его, вошли во святый град и явились многим. Сотник же и те, которые с ним стерегли Иисуса, видя землетрясение и все бывшее, устрашились весьма и говорили: воистину Он был Сын Божий» (Матфей 27:50–54).

Землетрясение знаменует и смерть Фауста. Предчувствуя свою скорую смерть, Фауст беседует с хозяином постоялого двора. Андреас Хондорф сообщает: «Когда хозяин спросил его, отчего он такой печальный, он ответил: „Этой ночью ты услышишь страшный грохот, И ДОМ ТВОЙ ЗАХОДИТ ХОДУНОМ, но ты ничего не бойся“», с. 19. Народная Книга Шписа подтверждает, что в момент смерти Фауста людям казалось, что рушится все и что дом будет вырван из земли, с. 101.

На некоторых иконах и картинах, изображающих распятие Христа, его голова сильно склонена к плечу, повернута набок, свисает, см., например, рис. 1.17, 1.18. Некоторые скептически настроенные зрители могли решить, будто шея была свернута. Именно это и пишут германские хронисты про смерть Фауста: «Шея его была свернута», с. 19. Самуил Мейгериус уточняет, что Фауст «с позором бежал и в конце концов умер ночью на постоялом дворе в Вюрцбургской земле оттого, что дьявол свернул ему шею», с. 26.

Рис. 1.17. Фрагмент старинного русского церковного оклада середины XIV века. Рядом с распятием написано: «Иисус Христос Царь Славы». Взято из [129:3], раздел 30.

Рис. 1.18. «Христос в терновом венце». Мастер Франке. Якобы начало XV века. Лейпциг, Музей изобразительных искусств. Обратите внимание, что орудия казни и пыток держат ангелы, а не римские солдаты. Как мы показали в книге «Царь Славян», подобные изображения доносят до нас воспоминания о том, что на самом деле император Андроник-Христос был свергнут с престола и казнен представителями царь-градского семейства Ангелов. Взято из [991:0], разворот 34.

Здесь, вероятно, проглядывает скептическое отношение германских летописцев (протестантов?) к распятию Христа. Дескать, «ему свернули шею». Это вполне в духе насмешливого отношения к Христу-Фаусту в среде западных реформаторов.

Вот еще один фрагмент на эту тему из Августина Лерхеймера: «В полночь хозяин УСЛЫХАЛ ГРОХОТ в комнате постояльца, а наутро он увидел, что у Фауста ШЕЯ СВЕРНУТА, А ГОЛОВА СВИСАЕТ с кровати. Именно в этой деревне и в точности так погиб Фауст, а вовсе не под Виттенбергом», с. 28.

Андроник-Христос был распят на горе Голгофе. Согласно нашим исследованиям, это — известная гора Бейкос в окрестностях Стамбула, рядом со старинным городом Йорос (евангельский Иерусалим), на азиатском берегу Босфора.

В немецкой «биографии» Фауста гору Голгофу «перенесли» в Германию и описали следующим искаженным образом. Шотт, в описании монастыря Маульбронна, сообщает: «Еще несколько лет тому назад между Ребенталем и зданием нынешнего областного суда существовала замурованная лаборатория, прозванная „кухней Фауста“. Предание говорит, что в восточной крепостной башне монастыря, называемой то БАШНЕЙ ФАУСТА, то, из-за находящейся на ней беседки, Башней отдыха, Фауст ПРОВЕЛ ПОСЛЕДНИЕ МИНУТЫ СВОЙ ЖИЗНИ, ОБОРВАВШЕЙСЯ СТОЛЬ УЖАСНЫМ ОБРАЗОМ», с. 31.

Таким образом, была некая Башня Фауста, на которой он провел свои последние минуты, причем смерть была ужасной. Скорее всего, тут на самом деле речь идет о горе Голгофе. Реформаторы же XVI–XVII веков назвали ее Башней, потом лукаво заявили, будто была она в Германии (а не на Босфоре), и что именно на ней погиб страшной смертью чародей Фауст. Подумав некоторое время и оглядевшись по сторонам, уверенно объявили «Башней Фауста» одну из башен в Маульброннском монастыре, рис. 1.19, 1.20. Сразу же стали водить сюда туристов и собирать деньги за показ. Сурово и назидательно рассказывали о невероятных чудесах доктора Фауста и его ужасающей гибели именно здесь. Со страхом и уважением взирали посетители на мрачную башню. Дети испуганно жались к родителям. Так напористо создавали скалигеровскую историю.

Христос был распят на деревянном кресте. Как мы уже неоднократно отмечали, в христианских текстах бытовало также выражение: «вознесен на древо». Согласно другим версиям истории Иисуса, которых мы обнаружили уже несколько десятков, см. рис. 0.9, иногда считалось, что Христос был привязан к столбу или казнен на высоком дереве. Аналогичное мнение мы обнаруживаем и в истории Фауста.

«Там еще показывают ЕГО ДЕРЕВО, БОЛЬШОЙ ДУПЛИСТЫЙ СТВОЛ, В КОТОРОМ он обычно читал своим ученикам нигромантию, неподалеку от города, в уединенном месте», с. 34.

Таким образом, в этой немецкой версии Фауст-Христос находился (сидел) на большом дуплистом стволе дерева, откуда он что-то говорил своим ученикам-апостолам. Скорее всего, речь здесь идет о распятии на Голгофе. В самом деле, гора Бейкос находится неподалеку от города Йорос, «в уединенном месте».

Рис. 1.19. Маульброннский монастырь. Германия. Взято из Интернета.

Рис. 1.20. Одна из башен Маульброннского монастыря, ошибочно названная «Башней Фауста», где якобы он провел свои последние минуты. Взято из [469], вклейка между с. 96–97.

Кроме того, находясь уже на кресте-древе и будучи распят, Иисус действительно обратился к стоящей у креста Марии Богородице (рядом были еще Мария Клеопова, Мария Магдалина и Его ученик — апостол Иоанн) со словами: «Жено! се, сын Твой. Потом говорит ученику: се, Матерь твоя!» (Иоанн 19:26–27). Затем Иисус сказал: жажду, и наконец: совершилось (Иоанн 19:28–30).

В истории Фауста упоминается также известное копье Лонгина, которым римский солдат нанес удар Христу в бок в тот момент, когда Христос был на кресте. Более подробно об этом копье, ставшем знаменитым, мы рассказываем в книге «Геракл», гл. 1. Германская Народная Книга сообщает, что Фауст вместе с дьяволом посетили город Нюрнберг. «Есть в нем, или говорят, будто есть, копье, которым Лонгин нанес Христу рану в бок, и часть святого креста», с. 68. Более хронист ничего здесь не сообщает. По его мнению, Фауст как бы случайно во время своего путешествия побывал именно там, где «хранится» знаменитое копье Лонгина. Но после всего того, что стало нам известно об истории Фауста, не исключено, что такое упоминание вовсе не случайно. На самом деле Фауста-Христа во время распятия ударили копьем в бок, однако немецкие авторы либо уже плохо помнили суть дела, либо специально затуманивали излишне яркие параллели с историей Христа. Поэтому о копье Лонгина упомянули, но глухо, как бы вскользь. Мол, Фауст всего лишь оказался где-то рядом с копьем и святым крестом.

Напомним одно наше исследование из книги «Царь Славян», гл. 1. Давно замечено, что Плащаница Христа, хранящаяся сейчас в Турине, хорошо прослеживается в западноевропейской истории, но не в истории восточно-европейских стран. Хотя, как считается, она была вывезена из Константинополя, то есть с Востока. Странно, что в истории восточной церкви сведения о Плащанице Христа почти отсутствуют. Могут возразить, что в каждом русском православном храме имеется своя плащаница и с ней связаны определенные обряды. Которые, кстати, существуют только в Русской православной церкви — на Западе их нет. Это правда. Но преданий о самой Плащанице Христа — где она хранилась, кому и когда ее показывали и т. д., — таких преданий на Руси сегодня нет. С другой стороны, в Византии и на Руси «хорошо известна и очень почитаема другая святыня — Нерукотворный Спас или, по-гречески, Mandylion (от арабского „плат“) из Едессы. В русском языке за ней закрепилось название Убрус» [63:1]. Некоторые исследователи уже давно пришли к мысли, что ПЛАЩАНИЦА И УБРУС — ОДИН И ТОТ ЖЕ ПРЕДМЕТ. Отметим, что слово Убрус в старорусском языке означало, кстати, то же самое, что и Плащаница, — а именно платок, полотенце и т. п. То есть широкий длинный кусок ткани [223] — [225].

Может возникнуть вопрос — почему на Плащанице изображено тело Христа во весь рост, а на Нерукотворном Образе — только лик? Ответ, по-видимому, следующий. Плащаница хранилась так, чтобы был виден только лик Христа на ней. То есть — Нерукотворный Образ, который ПРЕКРАСНО ИЗВЕСТЕН НА РУСИ. Он изображен в каждом русском храме, ему посвящен особый праздник в Русской православной церкви. Нерукотворный Спас — одна из самых известных на Руси икон, см., например, рис. 1.21.

Рис. 1.21. Фрагмент русской иконы «Спас на убрусе. Не Рыдай Мене, Мати». 1570-е годы. Музей «Коломенское». Фотография сделана А.Т. Фоменко в 2013 году.

Есть все основания полагать, что Плащаница Христа отразится и в истории Фауста-Христа. И это действительно так. В одной из германских версий, Фауст «требует от своих волшебных слуг, чтобы они доставили его по воздуху в Иерусалим, хочет поклониться там кресту Христову, и, когда Мефистофель угрожает разорвать его на части и сбросить в море, он в отместку приказывает черту НАПИСАТЬ ЕМУ НА ПОЛОТНЕ ОБРАЗ РАСПЯТОГО ХРИСТА. Последнюю задачу черт не может выполнить до конца, так как не в силах воспроизвести буквы святого имени, начертанные на кресте…

В католических землях Австрии легенда о черте и распятии, связанная с именем Фауста, была известна уже в середине XVIII века… Ее отражения мы находим также в австрийских и чешских кукольных комедиях», с. 308.

Мы видим, что здесь историю Плащаницы тоже насмешливо извратили. Дескать, создать знаменитый Нерукотворный Образ Христа сам Фауст-Христос поручил черту, и у того ничего не вышло. Дьявол, мол, почти все нарисовал на полотне, но вот надпись на кресте Христа так и не смог воспроизвести. Между прочим, на реальной Туринской Плащанице никаких надписей действительно не обнаружено — только отпечаток тела. Вероятно, этот факт и обыграли реформаторы, ухмыляясь над христианской святыней. Надо полагать, в свое время такие издевательства вызывали бурное возмущение верующих. Мятежники-провокаторы именно этого и добивались.

Как говорят Евангелия, Иисус после Своего Воскресения явился к своим апостолам и даже беседовал с ними (Матфей 28:9–20). Следовательно, похожий рассказ должен быть и в германском жизнеописании Фауста. Наш прогноз блестяще сбывается.

Народная Книга Шписа сообщает, что после гибели «Доктор Фауст ЯВИЛСЯ также своему фамулусу ночью, КАК ПРИ ЖИЗНИ, и открыл ему много тайностей. И ТЕ, КТО ШЛИ НОЧЬЮ МИМО, ВИДЕЛИ, КАК ОН ВЫГЛЯДЫВАЕТ ИЗ ОКНА», с. 101.

Таким образом, все сходится.

По другой версии, явление Иисуса ученикам после смерти преподносят так. «После смерти Фауста Вагнер с помощью колдовских книг вызывает из ада дух своего учителя, КОТОРЫЙ ЯВЛЯЕТСЯ ЕМУ в обществе адских демонов. В дальнейшем ФАУСТ ЯВЛЯЕТСЯ ВАГНЕРУ ЕЩЕ НЕСКОЛЬКО РАЗ; он принимает также участие в попойке голландских студентов», с. 322. Мы видим, что тут реформаторы тоже не удержались и издевательски объяснили явление Фауста-Христа после смерти людям его желанием напиться допьяна.

Мы подошли к концу Народной Книги Шписа. Она завершается уклончивой моралью, фактически направленной против Фауста-Христа, но в то же время уважительно упоминающей Христа как «оппонента» Фауста. Мы цитируем.

«Так кончается вся эта правдивая история и волшебство доктора Фауста, из чего следует поучение каждому христианину, особливо же тем, у кого спесивые, гордые, высокомерные и упрямые мысли и голова, чтобы они боялись Господа, избегали колдовства, заклинаний и других бесовских дел, которые Господь нам строго запретил, не зазывали бы черта к себе в гости, не давали бы ему воли, как это сделал Фауст. Ибо здесь нам представлен страшный пример его договора и гибели, чтобы уберечь нас в любви к одному только Богу, чтобы мы на Него взирали, Ему одному служили и молились от всей души и всего сердца всеми своими силами, а от дьявола и всех иже с ним отреклись и вместе с Христом получили вечное блаженство. Аминь, аминь! Этого я желаю каждому из вас от всего сердца. Аминь!», с. 101–102.

Мы видим, что авторы хроники, загораживаясь от возможных обвинений в насмешках над Христом, описанным ими под именем Фауста, в заключение все-таки упомянули Христа в положительном свете, как бы отделив его от главного персонажа Народной Книги. Мол, у нас и в мыслях не было глумиться над Христом. Напротив, мы Его уважаем, а осуждаем лишь «плохого Фауста». Картина понятная. Дело в том, что в XVI веке ордынская имперская администрация в Западной Европе была еще достаточно сильна и старалась наказывать мятежников и их увертливых литературных пособников и подстрекателей. Поэтому «прогрессивные мыслители» пока что боялись выступать открыто и предусмотрительно прятались в щелях.

Рассказывая о жизни и смерти Фауста, Августин Лерхеймер гневно обрушивается на другого хрониста со словами: «Все это низкая и злостная клевета и ложь (о Фаусте — Авт.). О лживости и невежестве этого негодяя свидетельствует и то, что он рассказывает, будто Фауст бывал у графов Ангальтских и там показывал свои штуки, а между тем высокородные господа эти уже свыше 500 лет вовсе не графы, а князья, Фауста же дьявол утащил только 60 лет тому назад. Никак уж это не вяжется!», с. 27.

Выходит, что в датировке жизни Фауста всплывает сдвиг примерно на 500 лет, или на 440 лет, поскольку 500 — 60 = 440. Хронист Лерхеймер писал якобы в самом конце XVI века (1597 год). Вычитая примерно 440 лет, мы попадаем примерно в середину XII века: 1597 — 440 = 1157. Но ведь это как раз время жизни Андроника-Христа! Ясное дело, Августин Лерхеймер гневно спорит с этой датировкой, забыв суть дела и восклицая: «Никак уж это не вяжется!» Однако мы видим, что тот, кого он обвиняет в невежестве, в общем-то был прав — Фауст-Христос действительно жил во второй половине XII века и родился примерно в 1152 году, согласно нашим исследованиям. Все сходится.

Кстати, тогда обращает на себя внимание и то обстоятельство, что Фауст бывал у «графов АНГАЛЬТСКИХ», см. выше. Вероятно, в оригинале речь шла о «правителях АНГЕЛЬСКИХ», то есть о царской династии Ангелов, правившей в Царь-Граде как раз в XII веке. Мы снова видим, что летописец, которого Лерхеймер ругает, и здесь был прав.

Между прочим, по поводу места гибели Фауста у германских хронистов ясности нет. Они путаются. И это понятно — ведь они, забыв уже суть дела, старательно пытались пересадить на немецкую почву события, происшедшие в действительности в Царь-Граде — Йоросе на Босфоре. Получалось плохо. В результате летописцы спорили друг с другом, обвиняя коллег в невежестве. Вот, например, Августин Лерхеймер негодует: «Удушил его дьявол в Вюртембергской земле, а вовсе не в виттенбергской деревне Кимлих, ибо деревни под этим названием НИГДЕ НЕТ», с. 28.

Разные старинные тексты сообщали, что после своей смерти Фауст ожил. Как мы теперь понимаем, это — отражение христианского догмата о Воскресении Христа. Вот, например, одно из таких преломлений-отражений в истории Фауста.

Иоганн Гаст сообщает: «Злосчастный погиб ужасной смертью, ибо дьявол удушил его. Тело его все время лежало в гробу ничком, хотя его пять раз поворачивали на спину», с. 14. Иными словами, люди несколько раз клали Фауста на спину, однако потом он все-таки сам переворачивался на живот, лицом вниз. То есть был жив после смерти!

Причем, как сообщают современные комментаторы, история о том, что Фауст ворочался после смерти, это — «прочная черта легенды», с. 284. Иными словами, этот сюжет неоднократно упоминался самыми разными авторами. Как мы теперь понимаем, это неудивительно. На самом деле хронисты в таком искаженном виде сообщали читателям, что Фауст-Христос ожил после смерти, воскрес.

Далее. Филипп Меланхтон, якобы в 1549 году, сообщает новые интересные подробности о Фаусте. «Там [в присутствии Нерона] Симон-маг вознамерился взлететь на небо, но Петр вознес моления, чтобы он низвергся на землю… Фауст также пытался в Венеции взлететь на небо, но жестоко расшибся, упав на землю», с. 14.

Иоганн Манлиус, якобы со слов Меланхтона, тоже сообщает, что «приехав в Венецию и желая поразить людей невиданным зрелищем, он (Фауст — Авт.) объявил, что ВЗЛЕТИТ НА НЕБО. Стараниями дьявола ОН ПОДНЯЛСЯ В ВОЗДУХ, НО СТОЛЬ СТРЕМИТЕЛЬНО НИЗВЕРГСЯ НА ЗЕМЛЮ, что едва не испустил дух, однако остался жив», с. 15.

Самуил Мейгериус добавляет: «Почти то же самое [что с Симоном-магом] случилось и с Иоганном Фаустом, когда он, находясь в Венеции, СОБРАЛСЯ ЛЕТЕТЬ БЕЗ КРЫЛЬЕВ. Его хозяин поднял его в воздух и сбросил вниз так, что он сломал себе ногу», с. 26.

Здесь явно проступает евангельский мотив о вознесении Фауста-Христа на небо после смерти. Правда, у Меланхтона сказано, что попытка вознесения была неудачной — Фауст, дескать, разбился (или сломал ногу). Хронист, по-видимому, пытался объяснить себе и читателям, что человек не мог воскреснуть после смерти, подняться на небо. Поэтому поменял последовательность евангельских событий: мол, сначала взлетел в небо, а потом не удержался там, упал вниз, разбился и погиб.

Сюжет о вознесении Фауста на небо и его падении на землю привлекал к себе пристальное внимание многих летописцев. В связи с этим добавим еще одно соображение.

Как мы показали, например, в книге «Христос и Россия глазами „древних“ греков», гл. 5:17, некоторые античные авторы и хронисты путали Христа с Иудой. При пристальном взгляде на раввинскую историю Иуды, представленную в сборнике старых иудейских документов [307], в глаза сразу бросается следующий яркий сюжет, отразившийся в нескольких старинных иудейских текстах. В Евангелиях ему, вероятно, частично соответствует известная сцена Преображения Христа, рис. 1.22.

Венская рукопись «Тольдот Иешу» гласит: «Когда старейшины Израилевы подошли к царице, и Иуда Искариот с ними, встал Иешу напротив них и они напротив его. И после многих речей и препирательств Иешу воскликнул: „Он (Господь) пошлет с небес и спасет меня!“ Ныне Он воззвал ко мне, и я взойду к Нему на небо. Сказав эти слова, Иешу взмахнул руками, как орел крыльями, и ВОСПАРИЛ НАД ЗЕМЛЕЙ. Все люди, видевшие это, пришли в изумление. И весь Израиль поразился этому.

Тогда мудрецы сказали Иуде Искариоту: да поддержит тебя Господь, повергни его и оскверни его своим семенем, чтобы иссякла сила его. Повинуясь их приказу, Иуда ТОТЧАС ЖЕ [ПОДНЯЛСЯ В ВОЗДУХ], ЗАПАЧКАЛ И ЗАБРЫЗГАЛ ЗЛОДЕЯ СВОИМ СЕМЯИЗВЕРЖЕНИЕМ, отчего тот осквернился и упал на землю. Но вместе с этим он сделал также и другое дело: ибо забрызганный семенем злодей забыл тайное Имя. И когда он осквернил Иешу, то осквернился семенем и сам и следом за них РУХНУЛ НА ЗЕМЛЮ. Но народные мудрецы, знавшие тайну [произошедшего], никак не выдали себя, но ПОНОСИЛИ И РУГАЛИ ИУДУ ИСКАРИОТА, И КОГДА ВСКИПЕЛИ РАСПРЯ И ССОРА, то говорили другим, что Иуда дурно поступил с Иешу» [307], с. 366–367.

Страсбургская рукопись «Тольдот Иешу» тоже рассказывает об этом, хотя слегка по-иному. «Как только Иешу со своими приближенными прибыл к царице, она послала за мудрецами… Как только мудрецы вошли, и Иуда Искариот с ними, он (Иешу) снова поднялся… Он поднял руки, как орел крылья, и взлетел, и народ удивленно воскликнул: как он может летать между небом и землей?!

Мудрецы Израилевы сказали об Иуде Искариоте: также и этот овладел буквами и взлетит [с их помощью]! Тотчас тот таким же образом ВЗЛЕТЕЛ В ВОЗДУХ, и люди пришли в изумление: он летает подобно орлу! Но вся сила Искариота, чтобы ЛЕТАТЬ В ВОЗДУХЕ, чего никто не мог сделать, заключалась в непроизносимом Имени, которое ДЕРЖАЛО НА ВЕСУ И НЕ ДАВАЛО УПАСТЬ. Как только Иуда увидел, что он оказался над Иешу, он помочился на него, отчего тот был осквернен и УПАЛ НА ЗЕМЛЮ, а за ним и Иуда» [307], с. 346.

Рис. 1.22. «Преображение Христа». Русская икона якобы около 1403 года. Государственная Третьяковская галерея. Взято из [745:1], икона 419.

Итак, эта иудейская версия считает, что Христос (Иисус-Иешуа) поднялся в небо, а потом упал на землю. То же самое случилось и с Иудой — взлетел вверх, а затем упал обратно.

Кроме того, цитированный выше рассказ Меланхтона о падении Фауста с неба при римском императоре Нероне впитал в себя также следующий факт, обнаруженный нами в книге «Раскол Империи», гл. 2:21. Напомним, что, согласно «античным» классикам (например, так говорит Светоний), при императоре Нероне было устроено большое цирковое представление. И вот «ИКАР ПРИ ПЕРВОМ ЖЕ ПОЛЕТЕ УПАЛ БЛИЗ ИМПЕРАТОРА И СВОЕЮ КРОВЬЮ ЗАБРЫЗГАЛ И ЕГО ЛОЖЕ, И ЕГО САМОГО: дело в том, что Нерон очень редко выступал распорядителем, а обычно смотрел на игры с ложа, сперва через небольшие окошки, потом — с открытого балкона» [760], с. 152.

Как мы показали в нашей книге, это событие произошло в XVI веке при хане-императоре Иване III=IV «Грозном», упомянутом на страницах «античных» хроник как жестокий римский император Нерон. При Грозном в Москве устраивались представления, посвященные евангельским сюжетам. Кульминацией спектакля была имитация Вознесения Иисуса на небо после смерти. Актер-планерист взмывал в воздух с высокой колокольни на искусственных крыльях, или на прообразе современного планера. По разным источникам, местом действия было либо подмосковное Коломенское, где есть высокая церковь Вознесения и царский дворец, либо Александрова Слобода, где есть высокая Распятская колокольня и царский дворец. Один из таких полетов закончился трагически — отважный планерист упал и разбился. Вероятно, это громкое событие, произошедшее при дворе хана-императора, властителя Ордынской Империи в XVI веке, и отразилось в тексте Меланхтона как вознесение в небо и падение мага Фауста на землю.

Тема Вознесения и Воскресения Фауста-Христа явно волновала хронистов, и они неоднократно возвращались к ней. Например, она преломлялась под их пером в идею о мгновенном переносе Фауста на огромные расстояния. Говоря о Фаусте и подобных ему колдунах (вероятно, учениках-апостолах?), Леонгарт Турнейсен якобы в 1583 году писал: «Могут (по их словам) силой своего колдовского искусства превратить все, что человек держит в руках, в нечто иное, а также доставить в назначенный час и в условленное место любое известное лицо, как бы далеко оно ни находилось, да и САМИ ОНИ МОГУТ МГНОВЕННО ПЕРЕНОСИТЬСЯ, КУДА ИМ ТОЛЬКО ЗАБЛАГОРАССУДИТСЯ», с. 21.

Как мы уже видели, германские хронисты путали духовную гибель Фауста (при подписании им договора с дьяволом) со смертью Христа. Поэтому совершенно естественно, что при «падении Фауста» громко звучит тема его Вознесения на небо. Народная Книга Шписа говорит: «Так что доктору Фаусту возомнилось, что ОН НЕ ИНАЧЕ КАК ПОПАЛ НА НЕБО, а он был с чертом», с. 44.

Тема стремительного вознесения Фауста-Христа на небо и вообще его способность быстро перемещаться в пространстве звучит во многих старинных текстах. Например, в пьесе «Доктор Фауст, или Великий негромант» (кукольная комедия Гейсельбрехта, Берлин) Фауст, обращаясь к Мефистофелю, требует: «Ты должен ПЕРЕНОСИТЬ МЕНЯ ПО ВОЗДУХУ, по воде, под землей — всюду, куда я ни пожелаю, и притом С БЫСТРОТОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ МЫСЛИ», с. 174.

Все это — преломление евангельских мотивов о Вознесении и Воскресении Христа.

Согласно нашим результатам, Андроник-Христос был распят в 1185 году, а вскоре, в конце XII — начале XIII века, вспыхнула кровавая Троянская война, бывшая местью Орды и ее союзников за казнь императора Андроника Комнина в Царь-Граде, то есть в Трое = евангельском Иерусалиме. Таким образом, эпоха Христа переплетена с эпохой Троянской войны. Если Андроник-Христос отразился также в виде доктора Фауста, то следует ожидать, что в его «биографии» появятся герои Троянской войны. Наш прогноз полностью оправдывается.

Вот что сообщает, например, Вольфганг Бютнер, якобы в 1576 году: «Слыхал я также, что Фауст показывал в Виттенберге студентам и одному знатному лицу N. Гектора, Улисса, Геркулеса, Энея, Самсона, Давида и других, каковые появлялись с недовольным видом, всех устрашив своей грозной осанкой, и снова исчезли», с. 20–21. Другие хронисты добавляют, что греческая Елена Прекрасная даже родила от Фауста ребенка.

Станислав Сарнициус добавляет: «Однажды, по просьбе нюрнбержцев, он (Фауст — Авт.) выставил за воротами крепостного вала на лицезрение всем восседавших на конях Энея, Ахилла, Гектора, Геркулеса и других героев, точно таких же по облику, какими они были при жизни, и в той одежде, какую они тогда носили», с. 26.

Юст Кристоф Мотчман сообщает: «Фауст своим хвастовством добился позволения читать публичные лекции в университете. ОБЪЯСНЯЯ ГОМЕРА, он так подробно описывал, как выглядели его герои, что студенты возымели желание увидеть их воочию… В аудиторию один за другим стали входить герои, упомянутые в лекции, и под конец явился одноглазый великан Полифем с длинной огненно-рыжей бородой», с. 32. Еще подробнее об этом повествует дополнение к Народной Книге под названием «Как доктор Фауст читал в Эрфурте Гомера и показал и представил слушателям греческих геров», с. 103–104. Сообщается, что на сей раз Фауст показал студентам следующих античных героев: Елену, Менелая, Ахилла, Гектора, Приама, Александра, Улисса, Аякса, Агамемнона.

Итак, здесь Ахилл (Ахиллес), Гектор, Уллис или Улисс (Одиссей), Эней, Елена Прекрасная, Менелай, Аякс, Приам, Агамемнон и Полифем — это непосредственные участники Троянской войны XIII века или персонажи последовавших за ней странствий аргонавтов, см. нашу книгу «Начало Ордынской Руси». Далее, Геркулес и Давид являются частичными отражениями самого Андроника-Христа из XII века, а также императора Константина Великого, то есть князя-хана Дмитрия Донского из XIV века, см. наши книги «Геракл» и «Крещение Руси» соответственно. Библейский Самсон — это отражение персонажей и событий из XVI века, см. нашу книгу «Западный миф», гл. 10, 12.

Поздние летописцы уже забыли, что Фауст-Христос и знаменитые герои Троянской войны на самом деле — персонажи одной эпохи. Будучи сбиты с толку неверной, сильно растянутой скалигеровской хронологией, хронисты ошибочно решили, что Троянская война — событие глубочайшей древности, якобы XII–XIII веков до н. э., а Фауст — чародей из XVI века. Поэтому и написали, будто Фауст «чудесным образом оживил» персонажей давно минувших дней и показывает их своим ученикам-студентам, то есть евангельским апостолам.

В книге «Начало Ордынской Руси» мы показали, что известный германо-скандинавский эпос о герое Зигфриде и валькирии (амазонке) Брунгильде является отражением событий конца XII — начала XIII века, а именно: Троянской войны и взятия ордынцами Царь-Града.

Одним из главных подвигов Зигфрида-Сигурда является поражение им могучего Фафнира, принявшего облик огромного змея-дракона и охранявшего несметный клад [652:1], с. 315. Сокровища хранятся в логове дракона, расположенном у горы Хиндарфьялль. Зигфрид прибывает к пещере чудовища и убивает его своим мечом. Это может быть частичным отражением взятия Царь-Града = Трои в 1204 году войсками крестоносцев из Руси-Орды. Кстати, поскольку в «античной» гомеровской версии Троя взята в основном благодаря усилиям Ахиллеса (он же князь Святослав и крестоносец Балдуин), то нам удалось обнаружить совмещение-наложение образов Ахиллеса и Зигфрида.

Итак, убийство Зигфридом дракона Фафнира и завладение гигантским кладом сокровищ из его «логова» может быть отражением захвата Царь-Града и разграбления города. Как мы показали в книге «Начало Ордынской Руси», одним из самых ярких событий взятия Царь-Града = Трои был грабеж сокровищ. Византийская столица была средоточием больших богатств. Так что германо-скандинавский эпос с полным правом мог сообщать о несметном кладе, который охранял «дракон» Фафнир и который, наконец, взят победоносным Зигфридом.

Если Фауст — это отражение Андроника-Христа, то последовавшие за его смертью Троянская война, захват Царь-Града и грабеж сокровищ должны отразиться в истории Фауста. Поскольку крестоносцы шли на Царь-Град под знаменем Христа, то их победа вполне могла расцениваться как победа Христа над врагами. Наше логическое «вычисление» подтверждается. В Народную Книгу, оказывается, включена отдельная глава под названием «О кладе, который доктор Фауст нашел на двадцать втором году».

Вот полностью эта глава. «Для того, чтобы не заставлять Фауста, своего наследника, ни в чем терпеть нужду, указал дух Мефистофель Фаусту одну заброшенную старую часовню, которая находилась в полумиле от Виттенберга. В ней находился засыпанный погреб, там должен был Фауст копать и найти большой клад. Доктор Фауст послушно отправился туда. Когда же он пришел на место, увидел он ужасного дракона огромной величины, лежащего на кладе, а клад сиял, как зажженный огонек. Доктор Фауст произнес заклинание, и дракон уполз в расщелину. Но когда он выкопал клад, то не нашел там ничего, кроме углей, и при этом видел и слышал много привидений. Принес доктор Фауст домой эти угли, и они тотчас же превратились в золото и серебро, которое, как сказывал его фамулус, было оценено в несколько тысяч гульденов», с. 93.

Мы вновь видим, что история Фауста теснейшим образом связана с евангельскими и пост-евангельскими событиями XII–XIII веков.

Согласно Евангелиям, Иуда Искариот, бывший ученик Христа, предал его за тридцать сребренников, а потом раскаялся и повесился на дереве. Мы уже неоднократно сталкивались с тем, что старинные хронисты могли путать Христа с Иудой. Согласно нашим исследованиям, см., например, нашу книгу «О чем на самом деле писал Шекспир», гл. 4, Иуда отразился во многих текстах античности, в частности, как известный Тимон. Имя Тимон, вероятно, произошло от слова ТЕМНЫЙ, то есть нехороший человек. Мы показали, что, например, «античный» Плутарх излагает евангельскую историю хотя и путано, но сохраняя ее яркие штрихи. Обратимся теперь к надгробной надписи Тимона-Иуды, о которой сообщает Плутарх.

«На памятнике было начертано: „Здесь я лежу, разлучась со своею злосчастною душою. Имени вам не узнать. Скорей подыхайте, мерзавцы!“

Говорят, что эту надгробную надпись Тимон сочинил себе сам. Другая, ИЗВЕСТНАЯ КАЖДОМУ, принадлежит Каллимаху: „Здесь я, Тимон Мизантроп, обитаю. Уйди же скорее! Можешь меня обругать — только скорей уходи!“» [660], т. 3, с. 268.

Надпись вполне соответствует евангельскому образу Иуды Искариота. Таким образом, из «Жизнеописаний» Плутарха мы узнаём, что на надгробном памятнике Иуды была некая осуждающая надпись.

В частности, Шекспир описал в своей драме «Тимон Афинский» евангельского Иуду Искариота. Следовательно, это произведение Шекспира, наряду с его «Гамлетом» и «Макбетом», говорит о событиях второй половины далекого XII века.

Поэтому можно ожидать, что и в немецкой версии истории Фауста-Христа появится эта «надгробная надпись» на могиле Иуды-Тимона. Наше «логическое вычисление» подтверждается. Судите сами. Английский джентльмен, студент в Виттенберге, немецком университете в Саксонии, якобы в 1594 году, сообщает следующее.

«Могила его (Фауста — Авт.) находится поблизости от храма Марса, в трех милях от города, и на ней мраморный камень, на котором начертана его собственной рукой следующая эпитафия, сейчас уже порядком стершаяся, так как он был не слишком умелым гравером:

„Здесь лежит Иоганн Фауст, доктор церковного права, НЕДОСТОЙНЕЙШИЙ ЧЕЛОВЕК, который из тщеславной любви к дьявольской науке магии ОТСТУПИЛСЯ ОТ ЛЮБВИ К БОГУ: О ЧИТАТЕЛЬ, НЕ МОЛИСЬ ЗА МЕНЯ, несчастнейшего осужденного человека, ибо молитвы не помогут тому, кого Бог осудил. О благочестивый христианин, вспомни обо мне и пролей одну маленькую соленую слезу обо мне, неверном, сострадай тому, кому не можешь помочь, и остерегайся сам!“

Камень этот был найден в его кабинете, и воля его исполнена — он лежит посреди рощи ИЗ ТРИДЦАТИ ТРЕХ ЕЛЕЙ НА ВЕРХУШКЕ ХОЛМА, в глубокой яме, где эта плита воздвигнута», с. 34.

Видно, что хотя надгробные надписи на могиле Фауста и могиле Тимона (Иуды) различны, но их суть одна и та же. Обращает также на себя внимание добавление, что могила Фауста (Христа) находится на вершине холма посреди тридцати трех деревьев (елей). Теперь мы понимаем, что здесь, вероятно, сказано о горе Голгофе, на которой распяли Христа. На вершине горы Бейкос около Йороса действительно имеется символическая огромная «могила» Юши-Иисуса, являющаяся, впрочем, не настоящей могилой, а памятником, отмечающим место распятия Иисуса на Голгофе = Бейкосе.

Далее, указание на тридцать три ели на вершине холма Фауста может быть символическим отражением того факта, что, согласно основной традиционной версии, Иисусу было именно 33 года в момент распятия.

Как мы показали в книге «Царь Славян», сам Андроник-Христос (он же частично царь Давид) был автором библейской книги Псалтирь. См. нашу главу под названием «Царь Давыд-Христос — автор Псалтыри». Оказывается, Псалтирь в значительной мере автобиографична.

Следовательно, можно ожидать, что в жизнеописании Фауста-Христа будет в той или иной форме сказано, что он написал «автобиографию». Это предположение оправдывается. Действительно, например, в названии известной Народной Книги о Фаусте прямо сказано: «Большей частью извлечено ИЗ ЕГО СОБСТВЕННЫХ ПОСМЕРТНЫХ СОЧИНЕНИЙ», с. 35.

После смерти Фауста его студенты и магистры «разыскали его фамулуса Вагнера, который захворал из-за своего господина. ОНИ НАШЛИ ТАКЖЕ НАПИСАННУЮ ЭТУ ИСТОРИЮ О ДОКТОРЕ ФАУСТЕ, СОСТАВЛЕННУЮ ИМ САМИМ… целиком, кроме его кончины, которая была добавлена указанными студентами и магистрами. И ИЗ ТОГО, ЧТО НАПИСАЛ ЕГО ФАМУЛУС, ТОЖЕ ПОЛУЧИЛАСЬ НОВАЯ КНИГА», с. 101.

Как мы теперь понимаем, книга о Фаусте, написанная его учеником Иоанном Вагнером, это не что иное, как Евангелие от Иоанна, написанное апостолом Иисуса.

Христианские источники сообщают о судьбе апостола Иоанна следующее. После смерти Христа, когда начались гонения на христиан, Иоанн был схвачен и отведен в узах на суд в Рим, где был приговорен к смерти. Однако, выпив предложенную ему чашу с ядом, он остался живым. Затем его бросили в котел с кипящим маслом, рис. 1.23. Но и отсюда он вышел невредимым. Тогда его сослали в заточение на остров Патмос якобы в Средиземном море, рис. 1.24. После длительной ссылки он вернулся в Эфес. Считается, что Иоанн умер последним из учеников Христа, причем в весьма преклонном возрасте.

Рис. 1.23. «Иоанн Богослов в кипящем масле». Ханс Фрис (Hans Fries, якобы 1460–1520), якобы 1514 год. Взято из Интернета.

Рис. 1.24. «Святой Иоанн Евангелист на острове Патмос». Иероним Босх. Якобы 1504–1505 годы. Берлинская картинная галерея. Взято из Интернета.

Немецкие источники много говорят об Иоанне Кристофе (Христофоре) Вагнере, ученике Фауста. Считали, что он погиб ужасной смертью — был растерзан духами. Вот, например, название одной из германских пьес, поставленной во Франкфурте-на-Майне в 1742 году:

«Преступная жизнь и злополучная, весьма устрашающая кончина Иоганна Кристофа Вагнера, некогда фамулуса Фауста и его преемника в магии», с. 129.

Скорее всего, это — отражение судьбы апостола Иоанна, который прошел через многие мучения: выпил чашу с ядом, был брошен в котел с кипящим маслом…

Затем, как мы отметили, апостол Иоанн, претерпев многие мучения, был сослан на остров Патмос, якобы в Средиземном море, где провел много времени. Считается, что именно на Патмосе Иоанн написал знаменитый Апокалипсис. Этот сюжет уникален, и в жизнеописаниях других апостолов Иисуса ничего подобного нет.

Здесь уместно напомнить, что, согласно нашим исследованиям, Апокалипсис (Откровение Иоанна Богослова) был написан в 1486 году, то есть в конце XV века, за несколько лет до ожидаемого всем христианским миром конца света в 7000 году от Адама, то есть в 1492 году. Глубокий страх перед этим событием ярко отразился в Апокалипсисе.

Грядущий конец света описан в Апокалипсисе с использованием завуалированной астрономической символики. Впрочем, не исключено, что эту символику затушевали лишь в позднейших редакциях XVI–XVII веков. В Апокалипсисе зашифрован астрономический гороскоп, позволяющий датировать время написания этого произведения. Дата гороскопа: 1486 год, 1 октября. Идеально соответствует дате ожидавшегося конца света в 1492 году, см. книгу А.Т. Фоменко «Числа против лжи», и книгу Г.В. Носовского, А.Т. Фоменко «Освоение Америки Русью-Ордой».

При этом, оказывается, ожидание конца света в 1492 году совпало с выходом флота Ноя-Колумба в океан и с эпохой библейского Апокалипсиса. Напомним, что флот Колумба направился на завоевание Америки в 1492 году, то есть в точности в год ожидавшегося в ту эпоху «конца света», см. «Освоение Америки Русью-Ордой», гл. 6. А поскольку Апокалипсис посвящен описанию Страшного Суда, катастрофы, конца Старого Света и начала Нового Света (Нового Иерусалима), то мы обнаруживаем замечательную близость во времени трех крупных событий:

1) начало путешествия Христофора Колумба = Ноя в 1492 году;

2) «конец света» в 1492 году;

3) эпоха библейского Апокалипсиса, не ранее 1486 года. Вероятно, плавание апостола Иоанна (Ноя?) на остров Патмос (и длительное пребывание там) — это и есть отражение плавания Колумба-Ноя через Атлантику в Новый Свет = Америку.

Обращаясь теперь к немецкой истории Фауста и его ученика Вагнера, следует ожидать, что и здесь мы увидим путешествие в Новый Свет, то есть в Америку. Наше предсказание блестяще оправдывается. Судите сами.

Оказывается, существует даже большая «Народная Книга о Вагнере», в которой подробнейшим образом рассказывается о путешествии Иоанна Вагнера в Новый Свет, рис. 1.25. Тогда становится еще более понятным его имя КРИСТОФ = ХРИСТОФОР, что, попросту, совпадает с именем ХРИСТОФОРА Колумба. В то же время, слово Христо-Фор, как мы уже неоднократно отмечали, могло произойти от сочетания Христа Торю (ввиду двоякого прочтения Фиты — как Ф и как Т), то есть «Христа Несу», Крестоносец, распространяющий идеи Христа. Выходит, что в жизнеописание Иоганна Христофора Вагнера = апостола Иоанна германские хронисты действительно вплели историю Христофора Колумба = библейского Ноя.

В издании [469] приведены только две главы из книги о Вагнере, с. 111–119. Они очень интересны. Сообщается, как Иоанн Христофор (Кристоф) отправился в Новый Свет, дабы лучше узнать жизнь далеких народов. Христофор Вагнер пересек океан «на петухе» (?), которого ему дал дух Ауэрхан. Причем «летел» низко над водой, мог рассмотреть летающих рыб и прочее. Прибыл на остров Кумана, затем отправился в Западную Индию, где свирепствовали кровожадные испанцы. Описываются обычаи и облик индейцев, их быт и войны, сражения с испанцами. В Новом Свете много золота, жемчуга и драгоценных камней. Испанцы запугали индейцев своими пушками и ружьями. Рассказывается о религии американских индейцев. Описывается природа Америки. Что и как едят здесь люди, как лечатся от болезней, как веселятся и танцуют. Затем Христофор Вагнер побывал в Никарагуа и Перу. Нанес визит местному королю. И тому подобное.

Рис. 1.25. Вагнер в Новом Свете, в Вест-Индии. Иллюстрации из Народной Книги о Христофоре Вагнере. Взято из [469], вклейка между с. 96–97.

Перед нами — подробный рассказ о Новом Свете, вызывавшем в то время жгучий интерес европейцев.

Итак, мы опять наталкиваемся на полное согласование германских рассказов о Фаусте и его ученике Иоанне Христофоре Вагнере — с христианскими повествованиями о Христе, его ученике апостоле Иоанне и о плавании Христофора Колумба = Ноя в Америку как раз в эпоху создания Откровения Иоанна Богослова.

Здесь надо сказать, что историки не могут указать в XVI веке никакого конкретного прообраза-оригинала фамулуса Вагнера. Хотя много раз пытались обнаружить. Пишут так: «Нет никаких данных о существовании такого лица в традиции народного сказания, фольклорной или письменной. Но в народный роман он был введен вместе с другими реалистическими реквизитами бытового окружения средневекового ученого… В конце книги Фауст завещает ему свое имущество и свои волшебные книги и разрешает после смерти учителя описать его жизнь и трагическую гибель», с. 304.

Картина вполне ясна. Историки не нашли Вагнера в XVI веке по той простой причине, что были сбиты с толку неправильной скалигеровской хронологией. Искали не там, где следовало. Как мы теперь понимаем, Иоганн Христофор Вагнер жил в XII — начале XIII века. Это апостол Иоанн, молодой ученик Христа. Но потом в литературный образ Вагнера хронисты XVI–XVII веков включили фрагменты истории открытия Америки = Нового Света библейским патриархом Ноем, то есть Христофором Колумбом в самом конце XV века.

Как показано в книге А.Т. Фоменко «Античность — это Средневековье», гл. 4, знаменитый папа Григорий VII Гильдебранд якобы из XI века является фантомным отражением императора Андроника-Христа из XII века. Сдвиг на сто лет. Поэтому можно ожидать, что среди поздних реформаторских рассказов о Фаусте появится также легенда, что папа Григорий VII «и был Фаустом». Наш прогноз блестяще подтверждается. Оказывается, действительно одним из важных источников повествований о Фаусте историки считают жизнеописание папы Григория VII Гильдебранда. Цитируем современного комментатора В.М. Жирмунского, написавшего подробный обзор старинных легенд о Фаусте.

«Григорий VII, прославившийся в истории своей борьбой с императором Генрихом IV, был, согласно антипапской легенде, астрологом и имел магическое зеркало, помогавшее ему распознать, что затевают его враги. Он получил папский престол с помощью дьявола, уничтожив шестерых своих соперников. По наущению дьявола он ввел безбрачие духовенства, чтобы умножить разврат (мысль, получившая развитие в особенности у Лютера…). По истечении срока договора дьявол явился за ним в образе огромного черного мавра и унес его душу в адское пламя», с. 266.

Таким образом, фантомное отражение Андроника-Христа под именем «Григория Гильдебранда» тоже было переработано потом хронистами и превратилось в один из вариантов рассказа о Фаусте.

В книге «Потерянные Евангелия», гл. 3:9, мы показали, что известная ветхозаветная книга Иова является еще одним отражением Страстей Андроника-Христа. Иисус описан в этой книге под именем «Иов». В частности, Книга Иова говорит, что Сатана позавидовал счастью Иова и решил низвергнуть его в пучину страданий. Сатана договорился с Богом Отцом об испытании Иова, заключил пари. Однако Иов перенес все выпавшие на его долю мучения, и его вера не поколебалась. Он победил Сатану. Так что недаром современные комментаторы называют ветхозаветную историю Иова в качестве одного из первоисточников истории Фауста, см. Введение к нашей книге.

Сохранились свидетельства, что, в частности, германская администрация и, более широко, западноевропейские приверженцы Ордынской Империи старались пресечь распространение «прогрессивных» реформаторских насмешек над христианством и церковью. Однако неудачно. Вот, например, интересный документ, датируемый 1703 годом, г. Берлин. «В том же месяце ди Скио было вновь разрешено давать свои представления в Берлинской ратуше, причем ЕМУ БЫЛО СДЕЛАНО ВТОРИЧНОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ о недопустимости чего бы то ни было непристойного или предосудительного.

Однако, несмотря на это, духовное управление здешними церквами… сочло своим долгом подать в высокие инстанции жалобу на то, что, „когда в прошлые годы в резиденции приезжали различные общества комедиантов и представляли свои пьесы в Берлинской ратуше, дозволенные к представлению комедии никогда не проходили без оскорбления нравственности. Поскольку в них показывали шутовские выходки… а главное, поскольку в не раз исполнявшейся трагедии о докторе Фаусте показано было настоящее заклинание бесов, коих выпускали на сцену, и кощунственное отречение от Бога во имя нечистого, то многие в нашем городе либо открыто негодовали, либо вместе с подателями жалобы глубоко скорбели и тяжко вздыхали“.

По каковым причинам они и ходатайствовали о полном запрещении подобного бесчинства.

По высочайшему повелению немедленно было произведено расследование этого дела, после чего управлению было сообщено, что „на те пьесы, о предосудительности коих писалось, уже наложен запрет. Что касается остальных, то в столь большом столичном городе, как Берлин, начисто запретить всякие театральные постановки не представляется возможным“», с. 123–124.

А вот еще. Гамбург, 1739 год. «Экенберг показывал в Гамбурге теневые картины, пантомимы с живыми исполнителями и комедии, среди которых был и „Доктор Фауст“ — образец бессмыслицы и нелепой фантастики. В ней можно было увидеть, как духи тьмы мучают доктора Фауста в аду, терзают и жгут его раскаленными щипцами, а „подземные духи поднимают его слугу Гансвурста в воздух и за чрезмерную дерзость разрывают живьем в клочья“. Жуткое, надо думать, было зрелище!», с. 128.

А вот Кенигсберг, 1740 год. «Верующие подали жалобу на то, что Гильфердинг представлял истории из Библии на мирской лад, поминая всуе имя Божие, дозволял читать на театре настоящие молитвы и вывел на сцене человека, который заключает союз с дьяволом и при этом по всей форме отрекается от родителей, крещения, религии и Господа Бога», с. 128.

А вот Франкфурт-на-Майне, 1767 год. «Жалоба в магистрат Франкфурта… Так как театральный антрепренер фон Курц на прошлой неделе играл комедию „Распутная жизнь и ужасающая смерть всемирно прославленного и всякому хорошо известного архиколдуна доктора Фауста, профессора теологии в Виттенберге“, название же сие содержит грубую ложь и бессовестную клевету на один из лучших и старейших университетов нашей евангелической церкви, то настоящим мы обращаемся к Вашим высокородным с нижайшей просьбой потребовать от вышеуказанного Курца публичного опровержения и сделать ему суровейшее представление и внушение за проявленную им дерзость. Мы не сомневаемся в том, что Ваши высокородия, являясь христианской властью и евангелическим имперским чином, благосклонно отнесутся к нашему ходатайству…

Франкфуртское евангелическое духовенство В ПОЛНОМ СОСТАВЕ… (Принято на собрании)», с. 134–135.

Курц испугался, и тут же опубликовал увертливое извинение, сославшись на то, что он, дескать, всего лишь обработал «старинное театральное сочинение», ничего плохого не имел в виду и т. п., с. 135.

Мы видим, что имперские власти и многие западные европейцы пытались сопротивляться распространению мятежных лозунгов Реформации, однако в XVIII веке все-таки проиграли.

Борьба реформаторов с имперской администрацией перекинулась и в университеты. В конфликт втянули неопытную молодежь. Например, в 1588 году «сенат Тюбингенского университета оштрафовал и посадил в карцер двух студентов как авторов „истории Фауста“ и издателя Hockius’а за напечатание этой книги. Речь идет о стихотворном переложении книги Шписа… Книга сохранилась лишь в одном экземпляре в Копенгагенской библиотеке. Вероятно, издание было конфисковано: первый, симптоматический для дальнейшего случай прямого вмешательства духовной цензуры (какой и была в XVI веке цензура университетская) в распространение „богохульного“ сказания о продаже души дьволу», с. 306–307.

Опасаясь ответа по суду, некоторые реформаторы-мятежники и издатели истории Фауста маскировались, скрываясь за псевдонимами и т. п. Известна, например, обработка Народной Книги, «автор которой СКРЫЛСЯ под псевдонимом „Верующий Христианин“ (Christlich Meynender)… Эта последняя редакция народной книги о Фаусте выдержала около 10 переизданий», с. 303.

Так же увертливо поступали и некоторые издатели истории Христофора Вагнера, ученика Фауста. Как отмечают комментаторы, например, в 1593 году появилась «„Вторая часть истории доктора Иоганна Фауста, в которой описан: Христофора Вагнера, бывшего ученика Фауста, договор с чертом… и его страшная кончина. С добавлением интересного описания Новых островов, какие там люди живут, какие плоды произрастают, какая у жителей религия и как они служат своим идолам, а также о том, как угнетают их испанцы. Все это заимствовано из оставленных им сочинений и напечатано так, как занимательно для читателя, Фридериком Скотом Толет, ныне проживающим в П. 1593“.

Как и книга о Фаусте, история Вагнера, по заявлению автора, составлена „по его посмертным бумагам“. АВТОР ЭТОТ СКРЫЛСЯ ПОД ПСЕВДОНИМОМ Fridericus Scotus Tolet; псевдоним должен направить мысль в сторону Испании, с которой связан большой раздел книги; Толедский университет… имел славу центра обучения магии. Место издания обозначено только инициалом „Р“ (Прага? Париж?). ЦЕЛЬ ЭТОЙ МАСКИРОВКИ — возбудить интерес читателя и ЗАЩИТИТЬ АВТОРА ОТ ВОЗМОЖНЫХ НАРЕКАНИЙ СО СТОРОНЫ ДУХОВНОЙ ЦЕНЗУРЫ», с. 304.

Так что, с одной стороны, «прогрессивные мыслители» богохульствовали и демократически насмехались над Евангелиями и вообще над историей Великой Империи, а с другой — старались делать все это исподтишка, не открывая лиц.

Народная Книга о Вагнере, ученике Фауста, издавалась в XVI веке четыре раза. Были и поздние переиздания, вплоть до 1814 года. Существуют два нидерландских перевода начала XVII века. Есть драматическая обработка этой книги в форме народной драмы, а также кукольная комедия.

Имперская администрация Ордынской Империи боролась и с «Фаустом» Марло. Известно, что «в 1589 году труппе Лорд-адмирала, для которой работал Марло, запрещены были театральные представления, „поскольку актеры позволяют себе касаться в своих пьесах некоторых вопросов религии и государства, что не может быть терпимо“. Запрещение публичных представлений труппы было снято только в марте 1590 года… Лишь после смерти Марло, в 1594 году, антрепренер решился использовать ОПАСНУЮ РУКОПИСЬ, находившуюся в его распоряжении, поскольку теперь он мог переделывать ее по своему усмотрению. Еще позднее трагедия Марло появилась в печати», с. 320.

В ответ на эти санкции, реформаторы разжигали интерес к «запретным пьесам», внедряя мысль, что запретный плод сладок, и распространяя, например, следующие слухи и привлекательные страшилки. «В 1663 году Вильям Принн в своем известном памфлете против актеров, ссылаясь на „очевидцев“, также рассказывает о том, как „дьявол на глазах у всех появлялся на сцене театра Belsavage во времена королевы Елизаветы (к величайшему удивлению и ужасу как актеров, так и зрителей), когда исполнялась кощунственная „История Фауста“… и некоторые тогда потеряли рассудок от этого страшного зрелища“. Сходные рассказы распространялись позднее и в Германии по поводу народной драмы о Фаусте», с. 321.

Надо ли говорить, что толпы возбужденных зрителей ломились в театр, дабы своими глазами взглянуть на жуткую историю Фауста-Христа и лично увидеть живого, настоящего дьявола с рогами, хвостом и копытами на сцене. Совсем рядом, буквально в двух шагах от зрителей… Запах серы, блеск пламени, восклицания падающих в обморок женщин… испуганные вскрики детей. В общем, людей напористо приобщали к свободному, дескать, от имперских шор, чистому реформаторскому искусству, которое напрасно стараются запретить злобные ордынцы и их приспешники, в том числе цензоры.

«Большой успех примерно в то же время имел некий Рудольф Ланг, дрессировщик собак, выступавший в Аугсбурге, Франкфурте, Иене и других городах Германии… ЕГО СОБАКИ Моше и Гансвурст изображали Мефистофеля и Фауста; при словах дрессировщика: „Черт идет!“, — Гансвурст, ИЗОБРАЖАВШИЙ ФАУСТА, испуганно прятался. Сохранилась гравюра, изображающая хозяина вместе с обеими собачками. Гансвурст — Фауст — в черной мантии и брыжах…», с. 332–333.

Итак, изображение Андроника-Христа-Фауста в виде собаки имело громкий успех в среде реформаторов. Было очень весело.

Всю эту вакханалию раскручивали и в XVIII веке. Вот, например, яркое свидетельство. «Об успехе пантомимы о Фаусте у лондонской публики с возмущением говорит Поп, поэт-просветитель и классицист, в своей стихотворной сатире „Дунсиада“ („Книга глупцов“, 1727). Он перечисляет сценические эффекты постановки: одетый в черное колдун, крылатая книга, летящая ему прямо в руки, огненные драконы, рогатые демоны и великаны, небо, нисходящее на землю, и зияющая преисподняя, музыка и пляски, битвы, „ярость и веселье“ и в заключение — всепожирающее пламя пожара. В примечаниях к этим стихам в позднейших изданиях (1729 и сл.) Поп отмечает НЕОБЫКНОВЕННЫЙ УСПЕХ ПЬЕСЫ в течение нескольких театральных сезонов на подмостках двух крупнейших лондонских театров, стремившихся превзойти друг друга: люди самого высокого звания, по его словам, ХОДИЛИ НА ДВАДЦАТОЕ И ТРИДЦАТОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ», с. 324.

Как мы видим, даже высокопоставленные люди поддались «новым веяниям» и фактически открыто участвовали в ломке идеологии Великой Империи, многократно посещая спектакли и, тем самым, поддерживая эти разрушительные идеи.

Современные историки пишут так: «Широкая популярность „Доктора Фауста“ в исполнении странствующих немецких трупп на протяжении всего XVII и большей части XVIII века (в особенности в народной аудитории) единодушно засвидетельствована многими сочувственными и враждебными отзывами современников…

С другой стороны, и в Германии, как в свое время в Англии, не умолкают осуждающие голоса многочисленных „веруюших“, в особенности официальных представителей лютеранской церкви, выступающих против пьесы, в которой на потеху публике на подмостках театра показывали „настоящее заклинание бесов, коих выпускали на сцену, и кощунственное отречение от Бога во имя нечистого…“ Рассказывали о Божьей каре, которая постигала актеров, занятых в этой пьесе…

Ревнители веры во главе с церковниками неоднократно обращались к властям с просьбами о полном запрещении этой богопротивной пьесы. Такое „высочайшее“ запрещение выхлопотал в Берлине в 1703 году глава лютеранского духовного управления… Подобный инцидент повторился в 1740 году в Кенигсберге, где верующие подали жалобу на антрепренера Гильфердинга…

Существенную роль сыграли в этом процессе и повторные запрещения духовной цензуры, в результате которых народная драма, вытесненная понемногу из театрального обихода образованного общества, была вынуждены „уйти в подполье“», с. 334–335.

Упорная борьба длилась долго, и в конце концов, реформаторы XVII–XVIII веков победили в Западной Европе. А их ставленники Романовы одержали верх на Руси, в бывшей метрополии Империи. Начиная с XIX века, актуальность скептической истории Фауста-Христа стала, наконец, падать, пока этот сюжет не превратился в «историческое воспоминание» и стал забываться. Его роль в качестве «революционного оружия» ушла в прошлое. Государственный переворот XVII века удался, а потому его неприглядные подробности и средства теперь следовало затушевать. Что и сделали: насмешливую историю Фауста объявили безобидной сказкой. Гёте начал рассказывать о любви Фауста и Маргариты-Гретхен.

В этой главе мы приведем дополнительные факты, показывающие, как реформаторы Западной Европы с той или иной степенью откровенности насмехались над Христом. По ходу дела, читатель узнает много нового об известном шведском корабле «Ваза», выставленном сегодня в музее Стокгольма.

В 2013 году Т.Н. Фоменко и А.Т. Фоменко посетили известный музей «Ваза» в Стокгольме, где выставлен огромный военный корабль «Ваза» (или «Васа») начала XVII века. Он затонул в 1628 году в бухте Стокгольма, пролежал на дне 333 года и был поднят на поверхность в 1961 году. Корабль хорошо сохранился. Пишут так: «После 333 лет на дне „Васа“ поднялся на поверхность, и показался кусок нетронутого XVII века» [1466:4], с. 18. Неожиданно оказалось, что этот корабль — счастливо уцелевший подлинник эпохи Великой Смуты — чрезвычайно интересен с точки зрения Новой Хронологии. Он ее хорошо подтверждает. Мы провели в музее два полных дня и постарались собрать как можно больше сведений. В результате были обнаружены яркие факты. Этому и посвящено данное исследование. Оно вновь показывает, как важны «законсервированные» подлинные предметы и сооружения, дошедшие до нашего времени из прошлого и счастливо избежавшие тенденциозного «улучшения истории», которое систематически велось историками на протяжении XVII–XX веков. Некоторые сведения мы будем брать из книг [1466:2], [1466:3], [1466:4].

Начнем с краткой истории короля Густава II Адольфа из династии Ваза, при котором был построен, спущен на воду и практически сразу затонул корабль, названный «Ваза». Здесь нужно напомнить, что шведская династия Ваза начинается с короля Густава I (1523–1560), который взошел на престол в 1523 году, рис. 2.1, 2.2. В современной Швеции он более известен как Густав Ваза (Gustav Vasa).

Рис. 2.1. Король Густав I Ваза. Взято из Интернета.

Рис. 2.2. Король Густав I Ваза. Взято из Интернета.

Шведский король Густав II Адольф (Gustav II Adolf) правил в 1594–1632 годах, рис. 2.3–2.5. Ему пришлось воевать с Россией, Данией и Польшей. Сегодня его считают благочестивым христианином, непреклонным лютеранином, настроенным против попыток католической церкви XVII века распространить свое влияние в Швеции. В 1620-х годах Густав Адольф воевал со своим кузеном — польским королем Сигизмундом III (Zygmunt). Дело в том, что Сигизмунд формально наследовал шведский трон в 1592 году, однако в 1587 году он уже был избран королем Польши. Такое «двойное распределение обязанностей» многих не устраивало в Швеции, а кроме того, Сигизмунд был католиком, и шведы-протестанты опасались, что он принесет в Скандинавию Контр-реформацию. Сигизмунд был свергнут со шведского престола в 1599 году, но не отказался от притязаний на шведскую корону. Впрочем, Сигизмунд никогда активно не стремился силой захватить шведский трон и сместить Густава Адольфа. Тем не менее, династическая угроза со стороны Польши существовала, и Густав Адольф реагировал на это [1466:3], с. 24–26.

Рис. 2.3. Король Густав II Адольф. Музей Королевского Оружия. Стокгольм. Фотография сделана А.Т. Фоменко в 2013 году.

Рис. 2.4. Густав II Адольф. Гравюра из музея «Ваза». Фото, 2013 год.

Рис. 2.5. Вооружение короля Густава II Адольфа 1620 года. Музей Королевского Оружия. Стокгольм. Фотография сделана Т.Н. Фоменко, 2013 год.

На рис. 2.6 показана гравюра XVII века, показывающая, как шведский король (считается здесь, согласно комментарию историков, символическим образом протестанта Густава II Адольфа) громит католическую церковь и орден иезуитов, представленных образами Гидры и Овна. При этом Овен уже разрублен практически пополам! Как отмечает музейная табличка, мотив борьбы с Гидрой восходит к истории Геркулеса, успешно победившего многоголовое чудовище. Это один из его известных 12 подвигов.

Рис. 2.6. Шведская гравюра начала XVII века (копия памфлета 1630 года), представляющая, по мнению современных комментаторов, протестантского короля Густава Адольфа как победителя католической церкви — в образе Гидры и ордена иезуитов — в образе Овна. Музей «Ваза», Стокгольм. Фотография сделана А.Т. Фоменко, 2013 год.

Обратите внимание на достаточно яркий факт. Сегодня считается и считалось ранее (и в общем историки согласны с этим), что обычно Овен=Агнец символизировал Христа. Поэтому протестантский меч шведского короля, сокрушающий Христа-Овна (наряду с ужасной Гидрой), выглядит абсолютно еретически с точки зрения христианских канонов. Даже протестантских. Чувствуя здесь проблему, современные комментаторы лукаво объясняют нам, будто поражаемый здесь Овен-Агнец — это вовсе не Христос, а всего лишь образ ордена иезуитов. См. подпись на рис. 2.6. Однако суть дела от этого не меняется. Ведь «античный» Геракл Овна не разрубал. Антихристианский сюжет добавили сюда уже художники XVII века, изготовившие данную гравюру. Напомним, что, согласно нашим исследованиям, под «католической церковью» первоначально, в XIV–XVI веках, понималась кафолическая церковь Великой = «Монгольской» Империи. И лишь позднее, в эпоху Реформации, термин «кафолический» с заменой Ф на Т (воспользовавшись тем, что буква Фита читалась двояко) стали прикладывать исключительно к новой католической западноевропейской церкви XVII–XVIII веков. Подменили термин. Так что на самом деле в то время в Западной и Северной Европе начали бороться с православной кафолической церковью Ордынской Империи. Призывая разрубать мечом пополам.

Все это указывает на остроту борьбы, кипевшей в XVII веке на обломках Империи. Напомним, что в это время на континенте идет Тридцатилетняя война. На одной стороне выступают, в частности, немецкие католики, на другой — протестантские государства, только что возникшие в эпоху Великой Смуты. В 1630 году Густав Адольф окончательно выступил на стороне протестантов в большой европейской войне [1466:4], с. 10.

Справедливости ради надо сказать, что не все шведские протестантские листовки и памфлеты XVII века так откровенно призывали наносить удар по Агнцу-Христу. Вот, например, другая листовка-гравюра того же времени, рис. 2.7, на которой, как отмечают комментаторы, Густав Адольф ассоциируется с пророчеством, согласно которому протестанты Европы придут со Львом с севера [1466:2], с. 21. Здесь авторы памфлета на всякий случай воздержались от изображения плохого Овна-Агнца, то есть Христа, смело поражаемого мечом хорошего протестанта-короля. Между прочим, последняя гравюра свободно публикуется сегодня в альбомах и книгах, рассказывающих о Вазе, а вот предыдущую гравюру, см. рис. 2.6, на которой реформаторы откровенно убивают Овна-Агнца, мы видели только в музее «Ваза». Таким образом, она широко не рекламируется. С ней сегодня поступают куда осторожнее. Чтобы зрители неудобные вопросы не задавали.

Рис. 2.7. Старинная шведская гравюра XVII века, показывающая, как Густав Адольф уверенно побеждает плохую Гидру — символ католической церкви. Напомним, что раньше так именовали кафолическую, православную, церковь. Здесь, однако, авторы памфлета воздержались от изображения Овна-Агнца, то есть Христа, поражаемого справедливым мечом хорошего протестанта-короля. Взято из [1466:2], с. 21.

Но вернемся в 1620-е годы, в Швецию. Густав Адольф стремится к контролю над Балтикой. Мы цитируем: «В течение 1620-х годов он разворачивает большую программу завоевания. Он требует увеличить количество кораблей уже имеющихся типов и требует больше бронзовых пушек. Однако простого увеличения числа кораблей недостаточно, и он начинает создавать корабли нового типа, с двумя большими пушечными палубами, вооруженные более тяжелыми орудиями. Эти корабли должны были превзойти любой другой корабль на Балтике и планировались как флагманские корабли больших эскадр» [1466:3], с. 31.

Густав Адольф предпринял попытку создать такие корабли еще в 1619 году, однако это кончилось неудачей. Через некоторое время, в 1624 году, король приступает к осуществлению своей новой программы очень серьезно. «Он приказывает построить два корабля нового класса, вооруженных новым типом артиллерии. Для строительства была выбрана Стокгольмская военно-морская верфь. Осенью 1624 года король и Адмиралтейство начали переговоры о новом контракте для поддержания флота и создания новых кораблей…

Король и братья Гибертсон (Hybertsson) (датские корабелы — Авт.) вели переговоры о контракте в течение осени (1624 года — Авт.), они старались определить стоимость программы по развитию флота и созданию новых конструкций. В конце концов были подписаны две слегка отличающиеся версии окончательного контракта: один подписан Адмиралтейством в декабре 1624 года, а другой — королем в январе 1625 года» [1466:3], с. 31, 36–37. Таким образом, осень и конец 1624 года оказались главной отправной точкой в создании принципиально нового флота Густава Адольфа. На рис. 2.8 представлены эти важные документы.

Результатом этого проекта был военный флагманский корабль, названный «Ваза». Он был спущен на воду в 1628 году. Корабль был для того времени огромным, рис. 2.9. «„Ваза“ должен был стать главным королевским кораблем: корпус, построенный из 1000 дубов, 64 крупнокалиберные пушки, мачты высотой свыше 50 метров и несколько сотен позолоченных и разукрашенных скульптур. Верфь, где строился корабль „Ваза“, находилась на Блазиехольмен в центре Стокгольма. Летом 1628 года „Ваза“ стоял на швартовах напротив королевского дворца. Там был принят на борт балласт, а также пушки и ядра для первого плавания. Новый корабль вызывал восхищение и гордость жителей Стокгольма…» [1466:4], с. 3.

Кратко скажем о Вазе в цифрах. Полная длина Вазы, включая бушприт, — 69 метров. Длина корпуса, включая бикхед, — 61 метр. Наибольшая ширина — 11,7 метра. Высота Вазы (от киля до верха грот-мачты) — 52,5 метра, высота кормы — 19,3 метра. Водоизмещение — 1210 тонн. Экипаж — 145 матросов и 300 солдат (кстати, для простых служилых людей никаких коек на корабле не было — все матросы и солдаты спали на палубе; у офицеров же были каюты). На корабле обнаружено около 500 деревянных скульптур и свыше 200 резных фрагментов, барельефов. Итого — более семисот (!) изображений, тщательно выточенных из дерева [1466:4], с. 25, 29.

Тысяча дубов пошла на строительство Вазы. При этом, чтобы получить правильные размеры деталей и конструкций, дубы в лесах специально подбирались по форме стволов и ветвей. Для удовлетворения большой потребности военного флота дубы защищались законом: «Кто повалит дуб, тот будет присужден в первый раз к штрафу в 40 марок, во второй раз — в 80 марок, а в третий раз — к смертной казни» [1466:4], c. 6–7.

Рис. 2.8. Контракты 1624–1625 годов, согласно которым началось создание новых кораблей для флота Густава Адольфа. Взято из [1466:3], с. 38.

Рис. 2.9. Корабль Ваза в музее. Фото 2013 года.

На рис. 2.10 и 2.11 показана небольшая модель Вазы, выставленная сегодня в музее «Ваза», рядом с самим кораблем, поднятым со дна и законсервированным. На рис. 2.12 мы видим корабль в разрезе (реконструкция), а на рис. 2.13 изображена его корма. Краски были восстановлены реставраторами в результате исследований поднятого корабля. На рис. 2.14 мы видим нос корабля. Краски здесь тоже восстановлены. Яркое, разноцветное и даже пестрое оформление Вазы поразительно контрастирует с привитой нам точкой зрения о якобы сдержанном стиле скандинавской культуры. Корабль был расцвечен скорее в восточном, арабском, стиле, как его понимают сегодня, или славянском — с яркими чистыми красками. В связи с этим обращает на себя внимание одна из больших скульптур на корме корабля, рис. 2.15. Перед нами — солдат в чалме! Но нас сегодня уверяют, что шведы не носили чалму. А ведь эта статуя украшает королевский флагманский корабль. Причем поставлена совсем рядом с королевским гербом на корме. Следовательно, казацко-османская чалма отражает некоторые обычаи Швеции начала XVII века.

Рис. 2.10. Модель корабля Ваза в музее «Ваза». Стокгольм. Краски восстановлены в результате исследований. Фото 2013 года. См. также [1466:3], с. 86–87.

Рис. 2.11. Модель корабля Ваза, выставленная в музее, рядом с самим кораблем. Фото 2013 года.

Рис. 2.12. Корабль Ваза в разрезе (реконструкция). Взято из [1466:3], с. 106–107.

Рис. 2.13. Реконструкция кормы корабля Ваза. Взято из [1466:3], с. 76.

Рис. 2.14. Реконструкция носа корабля Ваза. Взято из [1466:3], с. 78.

Рис. 2.15. Большая скульптура с кормы Вазы. На голове воина — чалма! Причем эта статуя солдата казацкого или османско-атаманского вида стоит не на простом судне, а на королевском шведском флагмане.

По поводу красок, использованных на Вазе, сообщается, что, например, яркая голубая краска изготовлялась на основе ляпис-лазури, редкого минерала, добывавшегося только в России и Афганистане. Эти и другие аналогичные краски были до́роги, и на них ушло много денег из шведской казны при украшении Вазы [1466:3], с. 79.

Конечно, флагман Ваза был задуман и создан в первую очередь как выдающаяся «машина войны». Именно так именуют его сегодня многие комментаторы [1466:3], с. 49. Вполне справедливо. В то же время он явно был символом шведской идеи господства на Балтике. Комментаторы правильно отмечают: «Корабль был задуман не только для установления новых стандартов огневой мощи и не только как корабль, который был бы в состоянии победить любой другой корабль на Балтике, но и как не имеющий себе равных метафизический военный корабль, плывущий символ Густафа Адольфа, его личных амбиций и амбиций Швеции» [1466:3], с. 81.

Именно поэтому в постройку корабля был вложен гигантский труд. Это видно также из того, что, наряду с выдающимися военными характеристиками, Ваза был ярко расцвечен множеством красок, а также украшен несколькими сотнями (более семисот) замечательных скульптур и барельефов, аккуратно вырезанных из липы, дуба и ели. При этом большинство скульптур выточено из твердого дуба, а потому они неплохо сохранились [1466:2], с. 23. Наиболее известным из резчиков по дереву на Вазе был немец Мортен Редтмер. Он создал большинство больших выразительных скульптур, например Геркулеса [1466:4], с. 29. О них мы подробно поговорим ниже.

Однако этому роскошному, красивому кораблю не было суждено воплотить в жизнь далеко идущие амбициозные планы короля Густава II Адольфа. Случилась катастрофа. Произошло это 10 августа 1628 года, в воскресенье, в пять часов пополудни.

«В воскресенье, 10 августа, все было готово к плаванию. Погода была хорошая, ветер слабый, но порывистый. На борту находилось около ста человек экипажа, а также женщины и дети. Предполагалось торжество со всем великолепием, а потому экипажу было разрешено взять с собой семьи и родственников в первое плавание через шхеры.

В гавани собралось множество любопытных… Ветер дул с юго-запада, и первые сотни метров было необходимо вытянуть „Васу“ с помощью якорей… Матросы взобрались по снастям и поставили четыре из десяти парусов „Васы“. Пушки отсалютовали, и медленно и плавно „Васа“ отправилась в первое плавание.

В письме к королю Государственный совет (правительство) описывает то, что затем произошло: „Когда корабль вышел в открытую бухту Тегельвикена, паруса наполнились более сильным ветром, и вскоре корабль начал крениться на подветренную сторону, но выпрямился немного и дошел до Бекхольмена, где повалился на борт, вода хлынула через пушечные порты, и он медленно пошел на дно с поднятыми парусами, флагами и всем прочим“.

Порыв ветра накренил и потопил корабль всего после 1300 метров плавания. Адмирал Эрик Йенсон был свидетелем ужасных секунд на борту, когда вода хлынула через пушечные порты и корабль начал тонуть. Он был в то время внутри, проверяя пушки:

„Пока я поднимался с нижней палубы, вода поднялась настолько высоко, что трап оторвался, и только с большими трудностями я выбрался оттуда“. Адмирал „настолько нахлебался воды и был настолько избит люками“, что несколько дней лежал при смерти. Другие рассказывают, что помощь быстро пришла на место катастрофы, „но помочь ничем было нельзя“. Говорят, что около 50 человек пошли на дно вместе с „Васой“. Новость о катастрофе достигла шведского короля, который находился в Пруссии, только через две недели» [1466:4], с. 3–4.

На рис. 2.16 и 2.17 показаны современные реконструкции момента катастрофы, представленные в музее «Ваза».

Рис. 2.16. Современное изображение тонущего Вазы. Взято из [1466:2], с. 37.

Рис. 2.17. Современная реконструкция гибели Вазы, выставленная в музее. Фото 2013 года.

Было много дискуссий, почему так быстро затонул Ваза, причем в хорошую погоду, когда не было и намека на какой-либо шторм. Мы не будем останавливаться на этом обсуждении. После поднятия корабля в 1961 году выяснилось, что весь необходимый балласт был на борту, причем уложен правильно и надежно. Все пушки тоже были хорошо и грамотно закреплены, рис. 2.18. Паруса были поставлены вполне профессионально. Наиболее вероятная версия гласит, что были допущены ошибки в самом конструировании корабля, слишком высоко подняли центр тяжести. Это, конечно, странно, поскольку кораблю-флагману было уделено огромное внимание, затрачены гигантские средства, и корабелы должны были заранее рассчитать все элементы конструкции. Впрочем, не исключено, что в эпоху распада Великой Империи прежнее искусство и мастерство кораблестроения уже было утрачено. Многое забыли и растеряли. Европа утонула в кровавом хаосе Реформации. Люто дрались за наследство Империи. Недаром именно в эту эпоху было утрачено искусство изготовления зерни, был утерян рецепт изготовления геополимерного бетона (потом снова стали искать его как алхимический «философский камень») и т. д. См. нашу книгу «Империя». Недаром трагический случай с Вазой был, оказывается, далеко не единичным в XVII веке. Нам сообщают, что «Швеция потеряла 15 боевых кораблей (причем из числа самых крупных военных кораблей, как отмечено на стр. 9 — Авт.) в конце 1620-х годов. И ТОЛЬКО ДВА ИЗ НИХ — В БОЮ. Тринадцать кораблей погибли из-за ограниченных парусных характеристик кораблей. Внезапное изменение направления ветра могло означать, что корабль начинал дрейфовать к берегу и затем выбрасывался на сушу. Очень редко (авторитетно рассуждает комментатор — Авт.) можно было плыть против ветра от земли на больших кораблях» [1466:4], с. 43.

Рис. 2.18. Модель Вазы в разрезе, выставленная в музее «Ваза». Фото 2013 года.

Это выглядит совсем уж странно. Выходит, что в XVII веке шведы разучились плавать на парусных кораблях против ветра. Причем раньше — хорошо умели. Например, знаменитые средневековые викинги уходили в далекие морские походы. А вот в XVII веке неожиданно разучились. Да и вообще, мол, изменение ветра очень-очень опасно для шведских кораблей. На берег выбрасывает…

Но ведь раньше, в XV–XVI веках, большие флоты Османии=Атамании и Руси-Орды успешно бороздили моря и океаны и, в частности, достигали Америки, неоднократно пересекая туда и обратно бурную Атлантику. В том числе и против ветра. См. нашу книгу «Освоение Америки Русью-Ордой». И большие ордынские флагманские корабли той эпохи не переворачивались в бухте при легком бризе, отойдя на тринадцать сотен метров от пристани. Во всяком случае, сведений о таких нелепых случаях не сохранилось.

Как уже говорилось, Ваза пролежал на дне 333 года. Его подняли в 1961 году. Корабль хорошо сохранился, так как в Балтийском море нет червя-точильщика — небольшой ракушки, которая в более соленых морях съедает все дерево. Поэтому деревянные корабли, затонувшие на Балтике, сохраняются в течение сотен лет [1466:4], с. 15. Корабль уцелел настолько хорошо, что после подъема мог держаться на воде самостоятельно, рис. 2.19. Несколько больших бронзовых пушек Вазы выставлены сегодня в музее, рис. 2.20, 2.21.

Рис. 2.19. Поднятый со дна Ваза мог держаться на воде сам. 1961 год. Взято из [1466:4], с. 18.

Рис. 2.20. Одна из пушек Вазы, выставленная в музее. Фото 2013 года.

Рис. 2.21. Ствол пушки.

Начались кропотливые и непростые работы по реставрации. «Пропитанное водой дерево начинает растрескиваться и усыхать уже через несколько дней в теплом сухом воздухе. „Васа“ рассыпался бы полностью, если бы дерево не было законсервировано. Но каким образом сохранить свыше 1000 тонн пропитанного водой дуба с объемом 900 кубических метров? Кроме того, 13 500 больших и малых деревянных деталей, 500 скульптур и 200 орнаментов, 12 000 мелких предметов из дерева, ткани, кожи и металла…

Когда „Васа“ был поднят на поверхность, то каждый килограмм сухой древесины содержал 1,5 кг воды. 1,35 кг нужно было испарить, то есть 580 тонн из всего корпуса.

Скульптуры и небольшие деревянные куски обрабатывались в ванне, наполненной раствором полиэтиленгликоля. Этот метод по естественным причинам не мог использоваться для целого корпуса. Вместо этого корпус „Васы“ орошался смесью полиэтиленгликоля и воды. В 1962 году началось орошение, и после этого плотный туман лежал во временном музее» [1466:4], с. 23.

Затем корабль был отбуксирован в тот музей «Ваза», который вы можете видеть сегодня, рис. 2.22–2.26. После началась «историческая реставрация». Будем надеяться, что она не была особо тенденциозной и сохранила основные черты и стиль древнего судна, ставшего для нас «машиной времени» вместо «машины войны». Сообщается следующее: «Собрать все развалившиеся детали — свыше 13 500 штук — стало задачей научных сотрудников музея и артели плотников… С 1961 года „Васа“ медленно рос, получив сегодня вид полностью собранного корабля. „Васа“ состоит из подлинных частей на 95 %. Кроме того, не приходится сомневаться в том, что подлинное, а что новое. Новые детали сохранили свою гладкость и отличаются от темного черного неровного дуба „Васы“» [1466:4], с. 21.

Рис. 2.22. Современный музей «Ваза». Фото 2013 года. Стокгольм.

Рис. 2.23. Внутренний вид музея «Ваза». Взято из [1466:4], с. 46–47.

Рис. 2.24. Современный вид корабля Ваза в музее. Изображение осветленное. Взято с открытки, изданной Vasa Museet.

Рис. 2.25. Современное состояние кормы Вазы. Изображение осветленное. Взято с открытки, изданной Vasa Museet.

Рис. 2.26. Вид носа Вазы сверху. Взято из [1466:3], с. 6.

Отметим, что на официальных фотографиях музея, приведенных выше, корабль Ваза выглядит куда более светлым, чем он есть на самом деле. Его специально подсвечивают желтым. В действительности он местами темно-коричневый, а в основном практически черный — таким стал цвет старого дуба, рис. 2.27–2.35. Некоторые, более светлые фрагменты, как сообщают комментаторы (см. выше), были изготовлены реставраторами взамен утраченных или совсем испорченных. За период с 1961 по 2001 год музей «Ваза» посетило двадцать миллионов человек [1466:4], оборот обложки. И поток посетителей все увеличивается.

Рис. 2.27. Пушечные порты Вазы. Фотография сделана А.Т. Фоменко, 2013 год.

Рис. 2.28. Пушечные порты Вазы. Фото 2013 года.

Рис. 2.29. Скульптуры на корме.

Рис. 2.30. Скульптуры на корме.

Рис. 2.31. Фрагмент кормы на правом борту.

Рис. 2.32. Фрагмент кормы на правом борту.

Рис. 2.33. Скульптуры правого борта, стоящие на корме.

Рис. 2.34. Корма Вазы на самом деле практически черная. Сравните с приведенными выше фотографиями кормы, издающимися музеем. На них корабль подсвечен желтым светом. Фотография 2013 года.

Рис. 2.35. Так корма Вазы выглядит сегодня.

Познакомимся поближе со счастливо сохранившимся замечательным памятником XVII века. Сами историки и археологи сразу отметили поразительную особенность оформления и украшения Вазы. Эта особенность настолько удивила их, что они до сих пор ищут ей объяснение. Дело в том, что хотя корабль построен в христианской стране, христианским (протестантским) королем, однако на нем нет абсолютно никаких заметных христианских символов или образов. Нет изображений Христа или распятия, нет Девы Марии и Иосифа, нет Богоматери с Младенцем, нет евангельских апостолов или святых, нет символов Бога Отца и Духа Святого. Ничего похожего на иконы или христианские скульптуры, каковые можно видеть сегодня в европейских храмах. Даже христианский крест на Вазе встречается лишь дважды (насколько мы смогли обнаружить за два дня изучения корабля), причем он очень маленького размера и помещен только на королевской короне в гербе, рис. 2.36–2.37. Эти крестики малозаметны и буквально тонут в море «античных», «языческих» изображений, целиком покрывающих корабль, рис. 2.38.

Рис. 2.36. Раскрашенные копии скульптур с Вазы. Выставлены в музее рядом с кораблем. На короне — небольшой христианский крест. Фотография сделана Т.Н. Фоменко в 2013 году.

Рис. 2.37. Маленький христианский крест на короне в гербе. Кроме двух указанных случаев, больше нам не удалось обнаружить изображений христианских крестов на Вазе.

Рис. 2.38. Языческие (точнее, объявленные потом языческими) античные изображения тритонов и нереид на корме Вазы. Левый борт. Фотография 2013 года.

Кстати, на короне Густава II Адольфа, изображенной на его портрете на рис. 2.2, мы видим вовсе не крест, а другой символ — вероятно, символ Бога, окруженный сиянием, и с иудейской надписью (иногда внутри сияния изображали глаз Бога в треугольнике). Интересно, что на заднем плане показаны два солдата: один римский, а второй — XVII века, как сообщает музейная табличка, рис. 2.39. По-видимому, по мнению авторов таблички, здесь «глубокая античность» как бы перекликается с XVII веком. На самом же деле, скорее всего, оба солдата — это персонажи из XVII века. При этом римлянин — это воин Великой Империи (она же — «античная» Римская, согласно нашим исследованиям), начинающей распадаться как раз в XVII веке.

Рис. 2.39. Подпись под портретом Густафа Адольфа и музейная табличка, обращающая внимание на «античного» римлянина и воина XVII века. Скорее всего, это люди одной и той же эпохи. Музей «Ваза». Фотография 2013 года.

Но вернемся к художественному оформлению Вазы. Сразу бросается в глаза, что многочисленные скульптуры и барельефы Вазы практически целиком посвящены «античным» и ветхозаветным сюжетам. Историки недоумевают по поводу отсутствия христианских и новозаветных мотивов. Пишут так: «Учитывая то обстоятельство, что одним из официальных мотивов Густава Адольфа вступить в войну с Польшей было сохранение религиозной свободы в Швеции, приходится удивляться — как мало есть упоминаний религиозного характера (на корабле — Авт.). Ветхозаветные фигуры на корме являются единственными библейскими сюжетами (то есть из Нового Завета ничего нет — Авт.), а также нет никаких ясных скульптурных изображений ключевых доктрин Лютеранского Протестантизма, Спасения милостью Божией (salvation by grace) (то есть нет упоминаний о Спасителе Христе — Авт.). Имеются скульптуры, которые можно приписать христианской победе над смертью и в моралистической интерпретации — христианской царской силе, однако классические образы (то есть античные изображения — Авт.) являются наиболее типичными, и основная масса скульптур носит скорее гуманистический характер, чем духовно-церковный» [1466:3], с. 72.

Очень интересен заключительный пассаж этого растерянного комментария. Чтобы хоть как-то объяснить поразительное отсутствие христианских сюжетов (в их современном понимании), комментатор заявляет: «Христианский характер короля и его войны, возможно, должен был подразумеваться и потому не нуждался в объяснениях» [1466:3], с. 72. То есть, нас убеждают: среди изображений на корабле мы ничего христианского не видим, но это лишь потому, что «христианство, несомненно, подразумевалось». Так сказать, негласно, молча, скрытно. Чтобы зрители втихомолку догадывались.

Пора все объяснить. Наши исследования дают ответ сразу, причем ясный и простой. На самом деле христианские мотивы на Вазе, конечно, есть, и звучат они очень громко. Но только в форме, уже непонятной современным историкам. Дело в том, что «античные» боги и герои — это и есть царское христианство, возникшее в XII веке и бывшее государственной религией до конца XIV века, пока не было побеждено апостольским христианством в Куликовской битве 1380 года во главе с Дмитрием Донским = Константином Великим. В некоторых провинциях Великой Империи, например, на территории будущей Швеции, остатки царского христианства сохранялись, как мы сейчас увидим, вплоть до начала XVII века. В частности, «античные» Зевс и Геркулес — это отражения императора Андроника-Христа. Так вот, Геркулес не только присутствует среди скульптур Вазы, но представлен здесь несколько раз! То есть, на Вазе есть изображения Христа, но только в виде «античного» Геракла. Есть и изображения Зевса-Юпитера, то есть опять-таки Христа. Мы подробнее расскажем о них ниже.

Таким образом, Новая Хронология помогает решить одну из проблем современной истории.

Посмотрим же теперь более пристально на «античное» оформление Вазы. Оно очень интересно. Комментаторы сообщают: «Мотив Геркулеса взят из греческой мифологии. Другие мотивы взяты из Библии, римской истории и легендарных родословных шведских королей.

Например, из „Книги Судей“ в Ветхом Завете взята армия над верхней галереей „Васы“ в корме. Это 23 воина Гедеона. С факелами и масляными лампами в руках, дующие в рога и горны, они идут в бой за своего Бога.

На бикхеде „Васы“ стоят 20 римских императоров на параде. В глазах людей XVII века они были гордыми предшественниками шведского короля. Густав II Адольф считал себя равным им.

Но художники того времени любили также грубое, полнотелое, эротическое и комическое. Поэтому на „Васе“ так много пышных русалок, бородатых тритонов и смеющихся чертей. Вульгарная женщина с большой грудью высунула язык и облизывает нос, полнотелая дочь морского бога Нептуна вытянулась лениво, а римский воин задумчиво крутит бороду.

Свежепостроенный корабль просто пламенел цветом. Скульптуры и украшения были окрашены красным, зеленым, синим, фиолетовым (см. рис. 2.40–2.44 — Авт.)… Корабль, чье строительство было закончено летом 1628 года, выглядел совсем не так, как сегодня. Тот, кто смотрел на него, приходил в трепет не только от мощи его орудий, но и от сотен скульптурных фигур… Пухленькие ангелочки с красными щечками, золотыми волосами и розовыми круглыми животиками теснили русалок с розовыми грудями и длинными розовыми волосами. Римский воин в пламенеющем красно-желтом плаще нес свою стражу, а королевский герб был увешан синими виноградными гроздьями, апельсинами и лимонами.

Рис. 2.40. Копия в натуральную величину скульптуры с Вазы, раскрашенная в соответствии с обнаруженными остатками краски на оригинале. Фотография 2013 года.

Рис. 2.41. Раскрашенная копия скульптуры с Вазы.

Рис. 2.42. Раскрашенная копия скульптуры с Вазы.

Рис. 2.43. Раскрашенная копия скульптуры с Вазы.

Рис. 2.44. Нереида. Раскрашенная копия. Фотография 2013 года.

Сотни скульптур, льнущих и карабкающихся по всему судну, — это был настоящий разгул обнаженной плоти, кроваво-красных, ядовито-зеленых и иссиня-морских тонов. В наше время легко отмахнуться от всего этого как от простого безвкусия. В XVII веке это именовалось бесподобным, этому охотно поражались.

Откуда нам известно, как „Васа“ выглядел, когда он был новым? Откуда у нас уверенность, что темный строгий корабль, который мы видим сегодня, не похож на тот, который был в XVII веке?

Поиск цвета возглавили ученые, под микроскопом обследовавшие скульптуры на „Васе“, чтобы найти остатки краски. Подвергнув анализу сотни проб, они обнаружили пигменты, среди которых синий, медный, красный, железистый и белый свинцовый. Мы знаем также, что судоверфь „Шеппсгорден“, где строился „Васа“, закупила около двадцати красителей разных видов. Ценные параллели дают расцвеченные деревянные скульптуры в церквах и во дворцах. Мы и там находим розовощеких ангелов и другие ярко раскрашенные мифологические фигуры» [1466:4], с. 29–31.

Все эти яркие вакхические сюжеты нам прекрасно известны из искусства «античности». Мы видим, что на Вазе был воплощен культ Вакха, столь популярный, как мы показали ранее, в эпоху XIII–XVI веков в Западной и Южной Европе. И с которым апостольское христианство начало бескомпромиссную борьбу, объявив царское христианство — «плохим язычеством». Как мы видим, в Швеции символика «античного» вакхического культа частично продержалась вплоть до начала XVII века. Пройдемся теперь вдоль бортов Вазы и посмотрим, как именно представлены здесь «античные» и ветхозаветные сюжеты.

На рис. 2.45 показана рычащая и оскаленная голова огромного трехметрового льва на носу Вазы. «Она была черной после столетий на дне моря, но еще оставались следы желто-коричневой краски на гриве и красной краски в пасти» [1466:4], с. 29. На рис. 2.36 представлены деревянные копии некоторых скульптур в натуральную величину, раскрашенные в соответствии с обнаруженными остатками краски на оригиналах. Среди них, например, античный римский солдат с собакой у его ног, рис. 2.46. Так называет данную статую музейная табличка, помещенная рядом с кормой Вазы, где и выставлены эти копии скульптур. Впрочем, другая музейная табличка, помещенная у носа корабля по правому борту, утверждает, что так «необычно», в виде античного воина, был изображен сам король Густав II Адольф. Об этом мы подробнее поговорим ниже.

Рис. 2.45. Голова льва с носа Вазы. Видны остатки желтой и красной краски. Взято из [1466:4], с. 28.

Рис. 2.46. «Античный» римский воин. Фотография 2013 года.

На рис. 2.47 — «древне»-римский император Тит, как сообщает музейная табличка. Здесь уместно отметить, что, согласно нашим исследованиям, император Тит является фантомным отражением русско-ордынского князя Скопина-Шуйского, одного из главных героев освобождения Москвы, то есть ветхозаветного Иерусалима, в 1610 году, в эпоху Великой Смуты. Окончательно Москва-Иерусалим была взята Мининым и Пожарским в 1612 году, см. «Раскол Империи», гл. 11. Как мы показали, на страницах «античных» хроник XVII века это событие отразилось как знаменитый захват римским императором Титом города Иерусалима. Скопин-Шуйский погиб в 1610 году, а корабль Ваза был спущен на воду в 1628 году. Выходит, что в Швеции весьма уважительно относились к событиям, развернувшимся в метрополии Руси-Орды начала XVII века, и даже поместили скульптуру Скопина-Шуйского, то есть императора Тита, на королевский флагман Ваза. Причем реагировали шведы довольно быстро — после смерти князя Скопина-Шуйского прошло немногим более десяти лет, когда королевский корабль начали строить.

Рис. 2.47. «Древне»-римский император Тит. Копия скульптуры с носа корабля.

Не нужно думать, что подбор скульптур и изображений был оставлен на усмотрение резчиков и плотников. Поскольку украшался королевский флагман, то дело было государственным, а потому разработкой художественного оформления Вазы занимался не кто иной, как канцлер (советник) короля Johan Skytte [1466:2], с. 23. Надо полагать, что в итоге проект был утвержден самим Густавом II Адольфом. Другие исследователи также отмечают, что шведские «большие военные корабли украшались по художественным программам, разрабатывавшимся по поручению самого короля и его советников» [1466:2], с. 20.

Поэтому размещение на корабле скульптур «древних» римских императоров было заранее тщательно продумано и являлось актом государственной политики.

Император Тит (то есть князь Скопин-Шуйский) — отнюдь не единственный римский царь, изображенный на Вазе. Оказывается, весь нос корабля украшен 20 статуями римских императоров. Их перечень представлен в музее «Ваза», рис. 2.48. Статуи размещены по десять с каждой стороны, рис. 2.49–2.53. Комментаторы сообщают, что на носу корабля установлены статуи размером примерно в половину человеческого роста. Их ряд начинается с «античного» императора Тиберия. Напомним, что, согласно нашим исследованиям, императоры Второй Римской Империи, статуи которых и представлены на Вазе, являются фантомными отражениями русско-ордынских царей-ханов эпохи XIV–XVII веков, см. книги «Раскол Империи» и «Царский Рим в Междуречье Оки и Волги». В частности, император Тиберий является частичным отражением Ивана IV Грозного. На рис. 2.54–2.57 показано несколько оригинальных статуй императоров, стоящих на носу Вазы. Статуи практически черные. В музее они подсвечены желтоватым светом, чтобы выглядели светлее. Вспышка фотоаппарата с близкого расстояния убирает это внешнее освещение, и становится виден подлинный темный цвет предметов.

Рис. 2.48. Список «древне»-римских императоров, статуи которых установлены на носу Вазы. Фотография 2013 года.

Рис. 2.49. Нос Вазы, украшенный статуями римских царей. Правый борт.

Рис. 2.50. Вид носа Вазы с левого борта.

Рис. 2.51. На носу Вазы — огромный лев, а за ним размещены деревянные скульптуры 20 римских императоров. По десять с каждой стороны.

Рис. 2.52. Середина носа Вазы со статуями римских императоров.

Рис. 2.53. Основание носа Вазы со статуями римских императоров. Правый борт.

Рис. 2.54. Римский император. Нос корабля, правый борт. Статуя сильно почернела, как и статуи остальных императоров.

Рис. 2.55. Римский император. Нос корабля, правый борт.

Рис. 2.56. Римский император. Нос корабля, правый борт.

Рис. 2.57. Римский император. Нос корабля, правый борт.

Как сообщает одна из музейных табличек, имена императоров вырезаны на основаниях, пьедесталах, их статуй. Нам, однако, не удалось рассмотреть эти имена на почерневших оригиналах, стоящих на корабле. Попытки сделать увеличенные фотографии оказались неудачными — практически невозможно было разобрать мелкие детали на черном фоне даже при помощи хорошей оптики, которая у нас была с собой. А подойти ближе было невозможно из-за ограждений, установленных вокруг корабля. Впрочем, судя опять же по музейным табличкам, не все имена императоров сохранились. Например, рядом с копией статуи императора Тита, рис. 2.58, на табличке написано, что «его имя вырезано на барельефе основания (статуи)», рис. 2.59. Следовательно, это имя удалось прочесть. А вот с другой статуей ситуация явно хуже. На рис. 2.58 (справа) и рис. 2.60 приведена копия еще одной императорской статуи, про которую в музейной подписи сказано, что это «римский император, ВОЗМОЖНО, Пертинакс», см. рис. 2.59. Следовательно, на пьедестале этой сохранившейся статуи разобрать имя полностью реставраторам не удалось. Наверное, сильно повреждено. Было бы чрезвычайно интересно все-таки ознакомиться с тем — КАК ИМЕННО написаны имена императоров на статуях Вазы. Совпадают ли эти начертания с тем, что нам предлагают в современных учебниках. Наш опыт показывает, что на старинных подлинниках, не подвергшихся редактированию историков, часто встречаются такие написания имен и названий, которые никак не вписываются в современную, скалигеровскую, версию истории. Поэтому историки начинают их скрывать. Во всяком случае странно, почему в нескольких роскошных альбомах, книгах и путеводителях, посвященных Вазе, которые мы приобрели в музее, ни слова не сказано про подписи, выгравированные под статуями императоров. Ведь любые уцелевшие старинные тексты чрезвычайно интересны. Почему не опубликовали? Ведь имя Тита разобрали. А что написано рядом с другими?

Рис. 2.58. Раскрашенные копии статуй императоров Тита (слева) и, вероятно, Пертинакса (справа). Поставлены рядом с кораблем, у его носа, по правому борту.

Рис. 2.59. Музейная табличка, сообщающая об именах императоров, начертанных на пьедесталах их статуй на Вазе. Имя Тита археологи прочитали, а вот имя Пертинакса, по-видимому, читается плохо и неуверенно.

Рис. 2.60. Копия статуи римского императора, вероятно, Пертинакса, как сказано в музейной табличке. Следовательно, на почерневшем и поврежденном оригинале статуи имя этого царя читается плохо. Фотография 2013 года.

Обращаемся к читателям с просьбой — попытайтесь при посещении музея «Ваза» в Стокгольме все-таки разобрать и сфотографировать надписи под статуями императоров с помощью современной качественной оптики. Это может оказаться ценным для уточнения исторических фактов.

Историки считают, что из ряда двадцати римских царей на Вазе выпал самый великий и самый первый император Август — его изображения здесь нет [1466:3], с. 69. Но при этом считается, что символом Августа является большой лев, венчающий нос корабля. Думают, что Густав II Адольф считал себя «новым Августом» и лев на носу должен был символизировать как «древнего» Августа, так и самого Густава II Адольфа. Комментаторы считают, что лев был царским символом и специфической эмблемой королей Швеции на протяжении Средневековья. По их мнению, символика корабля была такой: Густав II Адольф — это новый Август, наследник античной славы и основатель новой империи. И далее: «Римские образы наполняют весь корабль, и воины в римском вооружении появляются в нескольких местах» [1466:3], с. 69. На рис. 2.61 показана еще одна статуя римского солдата с Вазы.

Рис. 2.61. Копия скульптуры римского солдата с восстановленным цветом. Выставлена рядом с кораблем.

Задержимся на этом месте. Историки предполагают, что огромный лев на носу изображает как Августа, так и короля Густава II Адольфа. В то же время на носу имеется отдельная большая статуя, именуемая сегодня изображением Густава II Адольфа, рис. 2.62–2.63. При этом шведский король изображен в виде «античного» римского солдата. Нам скажут — это большая условность. Дескать, скульпторы так изобразили короля, чтобы на него пал отблеск прежней славы «древнейшей» Римской Империи, сгинувшей много столетий тому назад. На это мы скажем следующее. Скорее всего, скульпторы изобразили действительность начала XVII века. Иными словами, люди той эпохи жили еще в «античности», в ее заключительную стадию распада. Поэтому то, что сегодня нам объявляют условностью и символизмом, было подлинной реальностью XVII века. Король Густав II считал себя римским солдатом современной ему Великой Римской Империи XIII–XVII веков. Может быть, примерно так и одевался в походах и на парадах. Это лишь потом его (и других его современников) стали всегда изображать в стиле, привычном нам сегодня, — изящные одежды с кружевами и т. п. Но одни одеяния носили во дворцах, другие — в военных походах и на военных парадах. По-видимому, скульптуры Вазы доносят до нас парадный облик солдат и их предводителей начала XVII века, ошибочно считаемый сегодня «ужасно древним». Обнаруженные на корабле одежды были, так сказать, простыми, рабочими, без украшений. А вот во время торжеств военные люди, по-видимому, выглядели как «древние римляне». Вспоминали своих славных предков из предыдущего поколения XVI века, когда Империя еще была прочной. Между прочим, несколько музейных табличек подчеркивают, что одеяния и вооружение «античных» солдат и императоров (изображенных на корабле) являют собой странную смесь «античности» и традиций XVII века. Историки не понимают, что эпоха XIV — начала XVII века — это и есть «античность». Так что ничего странного здесь нет. И еще один факт. Историки удивляются тому, что, оказывается в ту эпоху «интерес к античности» был распространен в Швеции. Например, в «античном» стиле оформлялись победные колонны и триумфальные арки, некоторые административные здания и сооружения. Так говорит одна из музейных табличек.

Рис. 2.62. Раскрашенная копия статуи римского солдата, которую считают изображением самого короля Густава II. Стоит у носа корабля по правому борту.

Рис. 2.63. Музейная табличка сообщает, что это — изображение Густава Адольфа.

Современные историки пытаются объяснить себе и нам такую яркую «антично»-римскую шведскую символику корабля начала XVII века и начинают задумчиво рассуждать о «загадочном возрождении» интереса к величию античного Рима, что было, дескать, ключевой особенностью итальянского Ренессанса XIV–XV веков. В результате, мол, эти «возрожденческие идеи» широко распространились и достигли, наконец, севера Европы, то есть вышли далеко за пределы границ прежней «античной» Римской империи [1466:3], с. 69.

На самом деле картина, повторим, была иной. Согласно результатам наших исследований, «античная» Римская империя является одним из фантомных отражений Великой Ордынской Империи XIV–XVI веков. Эта Империя охватывала всю Евразию, Африку и значительную часть Америки. Территория будущей Швеции тоже входила в состав Империи как одна из ее провинций. И лишь в начале XVII века, когда Империю раскололи во время Великой Смуты, Швеция постепенно стала приобретать независимость, а ее короли, бывшие ранее наместниками ордынского императора-хана, приобрели самостоятельный статус. Тем не менее, некоторое время они хранили верность традициям Великой Империи, чтили ее царей-ханов, уважительно именуя их «римскими императорами». И почтительно помещали их изображения на свои флагманские корабли, как, например, на Вазу. И считали себя их наследниками. Впрочем, так поначалу считали и другие наместники Империи в других ее провинциях — Италии, Франции, Германии, Испании, Англии и т. д. Поэтому и корабль Ваза был сделан целиком в современном ему духе античной Ордынской = Римской Империи. Правда, уже раскалывающейся и уходящей в прошлое. Но инерция была еще сильна.

Между прочим, как сообщают археологи и историки, само слово «Ваза» нигде не появляется на корабле или на каком-либо из десятков тысяч предметов, найденных на нем [1466:3], с. 70. Спрашивается, откуда же тогда известно, что этот корабль назывался «Ваза»? Предлагается такой ответ. Корабль получил такое имя в 1626 году. В списке военных кораблей он был поставлен на первое место и назван Nya Wassan, то есть «Новый Ваза». Корабль был третьим по счету, носившим такое имя, «которое является шведским словом, происходящим от латинского fasces, то есть пучок палочек, связанных вместе. В античном Риме это был символ правосудия. Это был геральдический символ рода Густава II Адольфа, хотя к тому времени, когда „Ваза“ был построен, этот символ обычно рассматривался уже как вязанка, сноп колосьев» [1466:3], с. 46. Именно в таком виде символ Fasces, или Vasa, или Wassan, изображен на одном из гербов династии, рис. 2.64. Кроме того, огромный лев на носу Вазы тоже держит в лапах такой же символ — вязанку колосьев, сноп, рис. 2.65–2.66. Так что действительно нет оснований сомневаться, что поднятый со дня моря корабль назывался именно Ваза.

Рис. 2.64. Один из гербов Густава II Адольфа, на котором ангелы держат вязанку, сноп колосьев. Копия раскрашена в соответствии с обнаруженными остатками краски на оригинале.

Рис. 2.65. Вязанка колосьев в лапах льва на носу Вазы. Точная деревянная копия скульптуры, установленная рядом с кораблем. Фотография 2013 года.

Рис. 2.66. Сноп в лапах льва на носу Вазы.

По ходу дела отметим, что латинское слово FASCES и шведское WASSAN, VASA произошли, скорее всего, от славянского ВЯЖУ, ВЯЗАНЫЙ, ВЯЗАНКА. Ясное дело, что именно так и следовало называть связанный пучок палочек или сноп колосьев, см. подробности в нашей книге «Русские корни „древней латыни“».

На рис. 2.67–2.70 показаны две статуи Геркулеса с Вазы. В руках у него палица, на тело накинута шкура немейского льва. Как мы уже отмечали, «античный» Геракл — это частичное отражение императора Андроника-Христа, см. нашу книгу «Геракл». Кстати, статуи Геркулеса, установленные на корабле Ваза XVII века, практически ничем не отличаются по стилю от других многочисленных изображений Геракла, относимых сегодня в «глубочайшую древность».

Рис. 2.67. Статуя Геркулеса с Вазы.

Рис. 2.68. Копия статуи Геркулеса на модели Вазы, раскрашенной в соответствии с обнаруженными остатками краски.

Рис. 2.69. Другая статуя Геркулеса с Вазы.

Рис. 2.70. Эта же статуя Геракла, сфотографированная с другой точки.

Как уже говорилось, на корме Вазы размещено 23 статуи воинов библейского полководца Гедеона, идущих в бой. Они держат факелы или масляные лампы в руках, дуют в рога и горны. Несколько таких скульптур показаны на рис. 2.71–2.74. История Гедеона описана в Ветхом Завете, в Книге Судей. Этот сюжет неоднократно изображался различными живописцами, рис. 2.75. Библейский рассказ о Гедеоне исключительно интересен. Дело в том, что, согласно нашими исследованиям, это — отражение знаменитой Куликовской битвы 1380 года в Руси-Орде, в которой сошлись войска Дмитрия Донского и хана Мамая. Дмитрий Донской отразился на страницах Библии как полководец Гедеон, а в светской «античной» истории — как римский император Константин I Великий, см. подробности в книгах «Крещение Руси» и «Царский Рим в Междуречье Оки и Волги», гл. 7. Таким образом, в изображениях на корабле Ваза нашла свое отражение грандиозная Куликовская битва, в которой апостольское христианство победило царское и стало государственной религией всей Империи.

Рис. 2.71. Солдат ветхозаветного полководца Гедеона, дующий в рог. Корма Вазы.

Рис. 2.72. Воин Гедеона с рогом (горном) и горящей масляной лампой в руках. Статуя помещена рядом с кораблем.

Рис. 2.73. Два солдата Гедеона. Воин в центре держит в руках горн (рог) и пылающий факел.

Рис. 2.74. Солдаты Гедеона опираются на «античных» тритонов. Правый борт кормы. Фотографии 2013 года.

Рис. 2.75. «Битва Гедеона с мадианитянами». Никола Пуссен. 1625–1626 годы. Ватикан, Vatican Museum Pinacoteca. Взято из Интернета.

Далее, на корме Вазы находится статуя знаменитого библейского царя Давида, рис. 2.76. Как мы показали в книгах «Царь Славян» и «Крещение Руси», гл. 4, ветхозаветный образ царя Давида состоит из двух слоев. Первый — это отражение жизнеописания императора Андроника-Христа из XII века, а второй — это рассказ о Дмитрии Донском (он же Константин Великий) из XIV века. Таким образом, среди скульптур Вазы мы вновь видим отражение истории Христа и Куликовской битвы 1380 года.

Рис. 2.76. Копия статуи царя Давида в натуральную величину, с восстановленной раскраской. Помещена рядом с кораблем.

Получается, что изображения, которыми покрыт корабль, относятся к событиям из эпохи XII–XVII веков, то есть рассказывают не о каком-то чудовищно далеком прошлом (как сегодня считается), а о сравнительно недавних важных событиях, развернувшихся в Великой Ордынской Империи и все еще волновавших людей начала XVII века.

Пройдемся теперь по внутренним помещениям Вазы и посмотрим, как они были оформлены. Может быть, тут мы увидим иконы, образа́ или какие-либо другие христианские мотивы, которые были дороги шведским морякам и солдатам, идущим в бой. Но нет. Ничего подобного нет и в помине. По-прежнему все вокруг — «античное», «античное» и снова «античное». Вы только посмотрите на адмиральскую и офицерские каюты. Надо сказать, что на сам корабль нам проникнуть не удалось. Нас туда не пустили, сославшись на то, что для простых посетителей внутренние помещения Вазы закрыты. Поэтому мы ограничились изучением точных копий некоторых кают корабля, предметов, а также некоторых оригиналов, выставленных в музее на нескольких этажах вокруг корабля.

На рис. 2.77 показана деревянная маска (оригинал) с широко открытым ртом, найденная на корабле. Она охватывала вал рулевого управления судна. Как справедливо пишут комментаторы, эта маска практически тождественна известной «античной» маске в итальянском Риме, именуемой сегодня «Устами Истины» (Boca della verita) [1466:3], с. 70. Мы приводим эту «древнейшую» римскую маску, хранящуюся в Италии, на рис. 2.78. По ее поводу сообщают следующее: «Под портиком находятся известные „Уста Истины“. Речь идет о большом каменном круге, вероятно, оставшейся с древних времен крышке, с вырезанной на ней маской, которой вековое народное поверье приписывает способность хватать за руку (разоблачая) тех, которые, сказав неправду, по неосторожности вкладывали ее в рот маске» [138], с. 62.

Рис. 2.77. Деревянная маска, изображающая огромное лицо с широко раскрытым ртом. Обнаружена на Вазе. Оригинал выставлен рядом с кораблем, под стеклом.

Рис. 2.78. «Уста Истины» — «античная» римская маска. Хранится в Риме. Взято из [958], с. 50.

Может быть, маска с Вазы в некотором смысле аналогична «Устам Истины» из «Древнего» Рима. Поэтому она и похожа на «античную» маску. Причем в эту маску на Вазе мог вкладываться вполне понятный смысл. Ведь через ее рот проходил вал, связанный с рулем корабля. То есть в рот вставлена как бы «рука корабля». На рис. 2.79 показано, как это выглядело. Это — точная копия части оборудования Вазы, изготовленная для музея и выставленная рядом с кораблем. Ясно, что управление «рукой корабля» — ответственная операция, поэтому нужно было рулить «истинно», правильно. Маска как бы напоминала рулевому об этом. И опять-таки мы видим, что на Вазе звучат яркие античные мотивы.

Рис. 2.79. Точная копия деревянной маски типа «Уста Истины» со вставленным в ее рот валом управления рулем корабля. Выставлено в музее рядом с Вазой.

На рис. 2.80 показана точная копия каюты адмирала, помещенная рядом кораблем. Она целиком оформлена в «античном» стиле. Никаких христианских икон или изображений (в их современном понимании). Зато вдоль стен — сплошь барельефы тритонов, нереид, нимф, сатиров, амуров и т. п., рис. 2.81–2.83. На рис. 2.83 показано еще одно внутреннее помещение корабля с лестницей и валом управления рулем. На рис. 2.84 — скульптуры под потолком этого помещения. На рис. 2.85 — дверь в соседнее помещение, косяк которой богато оформлен резными украшениями, рис. 2.86. Все это — типичная «античность», как ее сегодня представляют. Следовательно, она и происходила еще в начале XVII века, правда, уже на излете.

Рис. 2.80. Копия каюты адмирала, помещенная рядом кораблем. Целиком оформлена в «античном» духе.

Рис. 2.81. «Античные» образы на стенах адмиральской каюты.

Рис. 2.82. «Античные» изображения в каюте адмирала.

Рис. 2.83. Другое помещение корабля с лестницей и валом управления рулем.

Рис. 2.84. Скульптуры в этом помещении.

Рис. 2.85. Дверь, косяк которой богато оформлен резными украшениями.

Рис. 2.86. Одна из скульптур рядом с внутренней дверью корабля.

Мы видим, что адмирал и офицеры Вазы жили в атмосфере античности. Как мы понимаем, все правильно. Они и были людьми античности, правда, уже в эпоху Великой Смуты и распада Империи. Тем не менее, по инерции ее дух еще жил в быту, в воинском и корабельном искусстве и вообще в жизни народов Европы.

Мы не будем далее подробно обсуждать изображения остальных «античных» сюжетов, которыми корабль буквально покрыт сверху донизу. Их слишком много. Их сотни. Отметим, например, скульптуру «античного» морского бога Протея, рис. 2.87. Далее, на носу Вазы, оказывается, представлено несколько сюжетов из известной античной поэмы «Метаморфозы» поэта Овидия, рис. 2.88. А вот одна из статуй козлоногих «античных» сатиров, рис. 2.89. И так далее.

Рис. 2.87. Копия скульптуры «античного» морского бога Протея. Выставлена рядом с кораблем, у правого борта.

Рис. 2.88. Длинный ряд «античных» скульптур на носу Вазы рассказывает о событиях, описанных в знаменитых «Метаморфозах» Овидия. Здесь показан лишь один из этих фрагментов.

Рис. 2.89. Скульптура «античного» козлоногого сатира с рогами.

Историки, характеризуя художественное оформление Вазы в целом, отмечают, что король и его советники четко придерживались «нескольких тематических тенденций, бывших популярными и при создании других недавних кораблей, в частности, обязательно должны были быть ссылки на Римскую империю и на Готов, из которых король выводил свою славу. Король (начинают свою интерпретацию историки — Авт.) отождествлял свои поступки с историей ветхозаветного Гедеона и с его триумфом, когда тот с малыми силами победил бесчисленных врагов; так что этот элемент тоже обязательно следовало включить» [1466:3], с. 68. Видно, что современные комментаторы стараются всеми силами объяснить себе и нам «античный» дух той эпохи.

А теперь зададим интересный вопрос: откуда появился известный символ Швеции — Три Короны (Tre Kronor)? Он, конечно, присутствует на корабле Ваза в виде большого деревянного резного барельефа, рис. 2.90–2.91. Сегодня герб почернел, но реставраторам удалось восстановить его цвета и изготовить раскрашенную копию.

Рис. 2.90. Королевский шведский герб — Три Короны на голубом поле. Копия герба, раскрашенная в соответствии с обнаруженными следами краски.

Рис. 2.91. Оригинал герба «Три Короны», выставленный рядом с кораблем. Барельеф весь почернел.

Сегодня Три Короны считаются чисто шведским старинным символом, происхождение которого, однако, неизвестно. Недаром шведские авторы книги [1466:3] сообщают: «Королевским гербом Швеции был щит с тремя золотыми коронами на голубом поле… ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ ТРЕХ КОРОН БЫЛО УТЕРЯНО» [1466:3], с. 71.

Считается, что Тре-Крунур — это старинный замок шведских королей, на месте которого ныне стоит Стокгольм. Возведение крепости приписывается Ярлу Биргеру. Замок сгорел дотла в 1697 году. Сохранилось изображение «трехкоронного» замка на картине якобы 1661 года, рис. 2.92.

Рис. 2.92. Замок Тре-Крунур, на месте которого сейчас стоит Стокгольм. Сгорел в XVII веке. Старинная картина якобы 1661 года. Взято из Википедии.

Как мы показали в книге «Библейская Русь» гл. 3, символика трех золотых корон восходит к знаменитой евангельской истории о трех царях-Волхвах, явившихся примерно в 1152 году на поклонение Младенцу Иисусу. Более того, как мы выяснили, три царя представляли высшую власть Руси-Орды того времени. А именно: Волхв Валтасар — это князь Владимир, Волхв Мельхиор — это его мать Малка, а Волхв Каспар был казачьим главой военной администрации Орды. Это событие произвело большое впечатление на многих и отразилось во множестве хроник. До сих пор считается, что мощи трех царей-Волхвов сохраняются в Кёльнском соборе, в Германии. Таким образом, Три Короны были, скорее всего, одним из государственных символов всей Руси-Орды XIII–XVII веков, а следовательно, являлись таковым и для всех провинций Империи. В том числе и для территории будущей Швеции. Потом, после раскола Ордынской Империи в XVII веке, первоначальный смысл Трех Корон забылся (или заставили забыть), и стали говорить, что «происхождение неизвестно». Хотя, между прочим, когда Т.Н. Фоменко и А.Т. Фоменко во время посещения музея «Ваза» 25 февраля 2013 года обратились к официальному экскурсоводу музея с вопросом — что означают Три Короны на шведском гербе, тот неожиданно ответил, что ему известна версия о происхождении этого символа от Трех Корон трех царей-Волхвов, описанных в Евангелиях. При этом, конечно, экскурсовод ничего не подозревал об ордынском происхождении этой символики из XII века. Мы не стали ему этого объяснять.

Здесь уместно напомнить, что символ Трех Корон в метрополии Великой Империи, то есть в Руси-Орде, а потом и в романовской России, не только хорошо известен, но и включен в русский государственный герб. Причем в очень яркой форме. Две короны красуются на головах двуглавого орла, а третья парит над ними. В разных версиях старинного ордынского, а потом романовского государственного герба расположение и размер трех корон иногда менялись, но суть всегда оставалась прежней — три золотые короны на вершине имперского символа. Приведем здесь лишь несколько из многочисленных примеров. На рис. 2.93 мы видим государственный герб Ордынской Империи XVI века на спинке трона Ивана IV Грозного. Две короны меньшего размера расположены по бокам от большой имперской короны, рис. 2.94. Причем на троне Грозного помещены два слегка различных герба такого вида.

Рис. 2.93. Государственный герб Руси-Орды на троне Ивана IV Грозного. Фотография сделана А.Т. Фоменко в 2006 году в музее Александровской Слободы. Точная копия трона из Оружейной Палаты Кремля.

Рис. 2.94. Два фрагмента трона Ивана Грозного. Взято из [257:3], с. 276. Два герба в виде двуглавого орла с Тремя Коронами над его головами.

Такой же герб мы видим и на спинке трона первого Романова — царя Михаила Федоровича, рис. 2.95–2.96. Это первая половина XVII века. Здесь три золотые короны примерно одинакового размера и размещенные на одном уровне. Аналогичный герб красуется и на троне царя Алексея Михайловича, рис. 2.97–2.98. Это тоже XVII век. На рис. 2.99 показана государственная печать Российской Империи конца XVII века. И здесь мы снова видим ордынские Три Короны. Далее, Три Короны над двуглавым орлом украшают и двойной трон Петра I и его брата Иоанна, рис. 2.100.

Рис. 2.95. Трон царя Михаила Федоровича. Устанавливался в Успенском Соборе и Грановитой Палате при высочайших коронациях. Взято из [257:3], с. 255.

Рис. 2.96. Фрагмент трона Михаила Федоровича. Три золотые Короны на имперском гербе первого Романова. Начало XVII века. Взято из [257:3], с. 255.

Рис. 2.97. Трон царя Алексея Михайловича. XVII век. На его спинке — имперский герб. Двуглавый орел с тремя золотыми коронами. Взято из [257:3], с. 257.

Рис. 2.98. Фрагмент трона Алексея Михайловича. Три Короны на гербе Российской империи XVII века. Взято из [257:3], с. 260.

Отметим, что по высоте Три Короны располагались в ордынском гербе по-разному. В поздних версиях чаще всего средняя корона помещалась выше двух других. Иногда все три короны были на одном уровне. А вот в некоторых старых вариантах основание средней короны помещалось ниже двух соседних. Таков, например, один из гербов на троне Ивана Грозного, рис. 2.94. То же самое мы видим и на гербе трона Алексея Михайловича, рис. 2.98. Здесь основание средней короны расположено заметно ниже двух соседних корон. Выходит, что шведский герб, где средняя корона изображается ниже двух соседних, сохранил одну из старинных форм ордынского имперского символа. В метрополиях Империи бытовали различные варианты, а в шведской провинции устоялся лишь один из них.

Вероятно, наиболее старинным действительно является расположение на гербе двух корон вверху, рядом, на одном уровне, а третьей — под ними. Это следует из наших результатов о трех царях-Волхвах. Дело в том, что на многих средневековых изображениях два Волхва явно выделены и стоят в полный рост рядом. Это Валтасар и Мельхиор, то есть сын и мать (или муж и жена). А третий Волхв, Каспар, был как бы ниже рангом, и его часто изображают уже преклонившим колена перед Марией с Иисусом, рис. 2.98a. Поэтому на гербе — Три Короны: две из них расположены рядом вверху (Валтасар и Мельхиор), а третья корона (Каспар) как бы под ними. Потом об этом забыли и короны стали иногда располагать по-другому.

Рис. 2.98a. «Поклонение Волхвов». Фра Анджелико. Якобы 1424 год. Один Волхв — Каспар с короной — преклонил колена перед Младенцем Иисусом, а два других — Мельхиор (женщина слева с короной) и Валтасар (мужчина справа с короной) стоят. Так и нарисовано — две короны Волхвов расположены вверху, а третья корона находится под ними.

Как мы уже отмечали в книге «Библейская Русь», гл. 3, с этой точки зрения интересно посмотреть на шпили Кёльнского собора, рис. 2.98b. Как и следовало ожидать, их три, что соответствует числу захороненных здесь Волхвов-Царей. При этом размер шпилей существенно разный. Впереди «шествуют» бок о бок два огромных одинаковых шпиля, а за ними на некотором отдалении следует в два раза более низкий. Это как бы Волхвы, идущие на поклонение к Христу. Что в точности соответствует картине, восстановленной нами, — среди трех Волхвов нет равенства. Пара из них — это родственники: мать-царица и сын-царь (всегда изображаемые рядом), а третий отделен от них. Возможно, он занимал подчиненное положение. Мы уже говорили, что, вероятно, это полководец, глава ордынской военной администрации. Эта картина идеально сохранена в размерах и расположении шпилей Кёльнского собора.

Рис. 2.98b. Вид сбоку на Кельнский собор. Два больших шпиля как бы шествуют впереди, и третий, меньший, — сзади. Взято из Интернета.

Образ Трех Корон на протяжении нескольких сотен лет пронизывал всю официальную символику Ордынской Империи, а затем и романовской России. Три Короны помещались на воинских знаменах, стягах, штандартах, на воинском снаряжении и вооружении, на гербах провинций и городов, на государственных бумагах, печатях, наградах и т. п. Любой желающий может убедиться в этом, взяв, например, книги «Государственный герб России» [134] и «Гербы городов, губерний, областей и посадов Российской империи, внесенные в полное собрание законов с 1649 по 1900 год» [162]. Поэтому мы ограничимся только приведенными примерами, чтобы не загромождать наше исследование.

Подведем итог. Мы видим, что Три золотые Короны — это важная часть государственного герба всей Великой Ордынской Империи. Он почитался, ясное дело, и во всех ее провинциях. Затем, после раскола Империи в начале XVII века, знаменитый символ Трех Корон сохранился в государственной символике романовской России, а также в некоторых прежних провинциях Руси-Орды. Например, в Германии, в некоторых гербах города Кёльна, где хранятся мощи (скорее всего символические) трех Царей-Волхвов, см. книгу «Библейская Русь». Также сохранился в Швеции, где Тре Крунур до сих пор считается государственным символом. Но при этом происхождение Трех Корон от истории поклонения Трех Волхвов Младенцу Христу было забыто (приказали забыть). И в каждом случае смысл Трех Корон стали объяснять по-разному, придумывая те или иные «аргументы». Когда более, а когда менее остроумные. Например, пытаясь понять происхождение этого символа, Г.В. Вилинбахов, автор книги «Государственный герб России», рассуждает так: «Три короны символизировали Святую Троицу или три царства (Казанское, Астраханское и Сибирское)» [134], с. 35.

Мысль о символике Святой Троицы, по-видимому, допустима, наряду с уже упомянутым нами символом Трех Волхвов. А вот по поводу трех названных царств мы усомнимся. Ведь в старинном гербе Российской Империи было куда больше царств! А именно — двенадцать. Все они обозначены, например, на большой русской государственной печати XVI века (она считается печатью Ивана Грозного), рис. 2.101, а также на русском гербе XVII века из дневника Корба, рис. 2.99. Так что три царства, указанные Вилинбаховым, отнюдь не составляли ядра Империи того времени. Поэтому такое объяснение вряд ли правильно. А по поводу того, какие именно царства входили ранее в состав Руси-Орды и потому изображались на государственном гербе, мы подробно рассказываем в книге «Тайна русской истории», гл. 2.

Рис. 2.99. Государственная печать Российской Империи конца XVII века. Печать изображена в дневнике Корба, сопровождавшего в 1698–1699 годах посла Габсбургов в Москву. Взято из [162], с. XI (рисунок), VI–VII (перевод надписей).

Рис. 2.100. Середина серебряного двойного трона Ивана и Петра Алексеевичей. В центре — имперский орел с тремя золотыми коронами. Взято из [257:3], с. 269.

Рис. 2.101. Большая русская царская печать XVI века. Считается печатью Иоанна Грозного. Взято из [568], с. 160. См. также [162], с. VIII, илл. 23.

По поводу мощей Трех Волхвов-Царей в городе Кёльне напомним, что, согласно нашим исследованиям, скорее всего, они — символические. Подлинные захоронения царей, правителей и высокопоставленных лиц Великой Ордынской Империи находятся в африканском Египте, в Гизе или Луксоре. В частности, сегодня известны как мумии «древних» фараонов, см. наши книги «Империя» и «Расцвет Царства».

Вернемся в стокгольмский музей «Ваза». Оказывается, здесь выставлен еще один очень интересный предмет. Он не связан напрямую с кораблем, зато связан с происхождением всей династии шведских королей, к которой принадлежал и Густав II Адольф. Мы имеем в виду большую копию шведского гобелена, приписываемого эпохе короля Эрика XIV, около 1560 года, рис. 2.102–2.103. Музейная табличка поясняет, что гобелен посвящен важному «античному» событию. Сказано так: «Хроника Иоганна Магнуса (Johannes Magnus) от 1554 года, называемая „История Готских и Свейских (Svea, то есть шведских — Авт.) королей“, содержит перечень Шведских королей, восходящий к Магогу, внуку Ноя». Оказывается, на гобелене есть латинская надпись, рис. 2.104, перевод которой звучит так: «Я, король Швеции (Svear), Свен (Sven), после смерти МОЕГО ОТЦА МАГОГА, и с помощью Бога, стал удачливым основателем этого Царства, которое должно по справедливости принадлежать Готам (Götar). Люди также получили свое имя от меня».

Рис. 2.102. Копия гобелена эпохи Эрика XIV, якобы 1560. Оригинал находится в Королевской Коллекции Стокгольма. Музей «Ваза», копия помещена недалеко от кормы корабля. Фотография 2013 года.

Рис. 2.103. Фрагмент гобелена эпохи Эрика XIV с латинской надписью.

Рис. 2.104. Надпись на гобелене Эрика, где сказано, что первый шведский король Свен был сыном Магога и что его царство принадлежит Готам. Напомним, что Магог — знаменитый библейский патриарх. Гогом и Магогом называли Готов (казаков) и Монголов (то есть «великих», в переводе).

Этот гобелен и надпись на нем весьма любопытны. Сказано, что первый шведский король и все последующие короли Швеции напрямую происходят от библейского Магога, причем шведское царство принадлежит (или должно принадлежать) Готам. Но ведь мы уже хорошо знаем — кто такие библейские Гог и Магог, два знаменитых народа, о которых неоднократно и с уважением говорят не только Ветхий Завет и Апокалипсис, но и многочисленные старинные летописи. Мы подробно обсуждаем эту тему в книгах «Империя» и «Расцвет Царства». Гог и Магог — это отражения на страницах старинных хроник Готов и Монголов, то есть народов Великой = «Монгольской» Ордынской Империи XIV–XVI веков. Готы — это казаки, а имя Монголы означало тогда «великие». Во время первого великого = «монгольского» завоевания XIV века Ордынская Империя распространилась на всю Евразию и создала ордынскую цивилизацию. Поэтому многие местные народы стали потом считать их своими предками, праотцами, основателями их царств. Так считали, как мы видим, и средневековые шведы. Они с гордостью говорили, что их первый царь был даже прямым сыном Магога и предоставил основанное им королевство Готам, то есть, как мы теперь понимаем, Казакам. Дело в том, что казаки = ордынцы были главной военной силой Орды, и именно они, приходя на земли Европы, в основном пока еще мало населенные, создавали там поселения, города, закладывали основы цивилизации.

Тема происхождения шведских королей от Магога весьма уважалась в Швеции XVI века. Библейский праотец Магог почитался. Об этом говорит хотя бы тот факт, что при Эрике XIV был изготовлен еще один роскошный гобелен, именуемый сегодня Magogtapeten. Он тоже рассказывает о Магоге и Иафете и несет на себе соответствующую латинскую надпись, рис. 2.105–2.106.

Рис. 2.105. Еще один гобелен, изготовленный при Эрике XIV и тоже посвященный библейскому Магогу (а также Иафету). Как видно, тема Магога была популярна в Швеции XVI века. Взято из [1231:1], с. 51.

Рис. 2.106. Фрагмент второго гобелена Эрика XIV с латинской надписью, рассказывающей о библейском Магоге. Взято из [1231:1], с. 51.

Поскольку мы заговорили о короле Эрике XIV, жившем в XVI веке, то уместно отметить, что до нашего времени уцелели его роскошные доспехи — латы, щит. Они богато украшены позолоченными изображениями. Так вот, все изображения опять-таки «античные» — Медуза-Горгона, амуры-ангелы, Геркулес с палицей, сгорающий на костре, рис. 2.107, Геркулес, совершающий свои подвиги, двуликий Янус-Меркурий, сражающиеся римские солдаты, рис. 2.108, амазонки, рис. 2.109, и т. д. Все это прекрасно вписывается в «античную» атмосферу шведской жизни и культуры XVI — начала XVII века, которую донес до нас также корабль Ваза. И лишь потом историки голословно заявили, будто вся эта атмосфера была лишь «поздним возрождением» в Швеции давным-давно забытых образов и идей якобы полуторатысячелетней давности.

Рис. 2.107. «Античные» сюжеты на вооружении шведского короля Эрика XIV из XVI века. В центре — страдающий Геракл с палицей, взошедший на костер, чтобы закончить свои мучения от яда кентавра Несса. Справа и слева — два изображения Медузы-Горгоны. Взято из [1231:1], с. 35.

Рис. 2.108. «Античные» римские солдаты в бою. Фрагмент щита короля Эрика XIV. Взято из [1231:1], с. 42–43.

Рис. 2.109. Изображения вооруженных амазонок и другие «античные» мотивы на латах короля Эрика XIV. Взято из [1231:1], с. 41.

А теперь — самое интересное. Во время тщательного двухдневного осмотра корабля мы неожиданно обнаружили на корабле Ваза гороскоп. То есть расположение планет по созвездиям зодиака. Выполненная нами датировка гороскопа показала, что он вовсе не фантастический, а реальный, и у него есть ровно одно точное астрономическое средневековое решение. Причем — в точности попадающее в эпоху строительства Вазы. Оказывается, на нем изображена дата XVII века, августа 1624 года. Наилучшее совпадение с гороскопом достигалось 21 августа старого стиля = 31 августа нового стиля 1624 года, то есть как раз в то время, когда король Густав II Адольф принимал решение создать новый флагманский корабль и вообще флот нового типа. Вероятно, дата этого важного события и была зафиксирована «на небесных часах» (гороскопе), изображенных на корабле Ваза.

Таким образом, в 2013 году нами был вскрыт яркий и неожиданный исторический факт, ранее неизвестный исследователям. Ни в каких доступных нам источниках он не отмечен.

Расскажем подробнее. Возможное присутствие гороскопа на Вазе историки, по-видимому, заметили, но, как мы сейчас покажем, не поняли его сути. Вот музейная табличка, сообщающая, что на корабле установлены скульптуры планет, рис. 2.110. Правильно сказано, что на корабле есть астрономическая символика. Верно отмечено, что она размещена на четырех башнях двух нижних галерей кормы. На каждой нижней галерее есть по две башни. Две башни по левому борту и две — по правому. Кроме того, на корме есть еще две башни верхней галереи (справа и слева), но на них астрономической символики мы не обнаружили. На рисунке отмечены места астрономических фигур на двух нижних башнях правого борта. Комментаторы сообщают, что на каждой из четырех нижних башен установлено по четыре астрономических символа. Итого получается 16 астрономических скульптур — восемь справа и восемь слева.

Рис. 2.110. Табличка в музее «Вазы», показывающая расположение восьми астрономических фигур на двух башнях нижней кормовой галереи. Однако не все планеты правильно отождествлены комментаторами.

Но далее комментаторы начинают невероятно путаться. Они почему-то решили, что астрономические фигуры на Вазе означают четыре «человеческих темперамента», или четыре времени года, или четыре стихии — воздух, огонь, вода и земля, рис. 2.110. В соответствии с таким своим философским пониманием они поместили в музее, рядом с первой табличкой, еще одну картинку, устанавливающую соответствие между четырьмя временами года и четырьмя планетами — Сатурном, Марсом, Юпитером и Венерой, рис. 2.111. То, что такая гипотеза в случае с Вазой ошибочна, сразу вытекает из того, что все четыре скульптуры планет, выставленные рядом с кораблем, МУЖСКИЕ. Но, согласно схеме, приведенной на рис. 2.110, среди них должна была бы быть Венера, то есть женщина. А поскольку все четыре статуи — явно мужские, то историки предпочли вообще не уточнять — кто из них кто, за одним очевидным исключением. Они правильно указали опасную и злобную планету Сатурн, см. ниже. А про остальные предусмотрительно умолчали, ограничившись общим указанием, что это, дескать, планеты-темпераменты, а вот какие именно, мы не знаем, или же это, мол, неинтересно. Но мы все-таки попробуем разобраться. Тем более, что, как окажется, никаких проблем тут не возникнет. Отождествление четырех статуй с планетами совершенно очевидно, и мы его сейчас предъявим.

Рис. 2.111. Комментаторы почему-то решили, что астрономическая символика Вазы указывает не на гороскоп, а на четыре стихии, или четыре времени года. Для иллюстрации рядом с первой табличкой поместили условную картинку-схему. Фотография 2013 года.

Итак, посмотрим, как выглядят скульптуры на Вазе, изображающие планеты. Рядом с указанными табличками в музее выставлены четыре точные деревянные копии статуй.

На рис. 2.112–2.114 показана скульптура планеты Сатурн. Именно так эта статуя названа в музейной табличке, и действительно, сомнений в том, что это — Сатурн, нет. Перед нами мужчина с усами и бородой; вокруг его шеи обвивается змея, то есть опасное ядовитое животное, рис. 2.113. Это обстоятельство верно отмечает и музейная табличка. Далее, мужчина опирается ногами на голову какого-то чудовища, рис. 2.114. Его оскаленная пасть разинута, из-за зубов наружу высунут огромный язык. Видно, что резчики специально подчеркивали злобный, агрессивный характер этой планеты. Так обычно характеризовали Сатурн — опасную планету.

Рис. 2.112. Скульптура, изображающая планету Сатурн. Точная копия оригинала, стоит у правого борта Вазы. Не раскрашена.

Рис. 2.113. Верх статуи Сатурна. Точная копия.

Рис. 2.114. Низ статуи Сатурна. Точная копия.

На рис. 2.115–2.117 показана скульптура мужчины с усами и бородой, в руках у него рог изобилия, в котором находятся какие-то плоды или спелые колосья. Образ спокойный, никаких следов агрессии тут нет. Историки предлагают нам считать, будто бы это — символ осени, то есть, согласно приведенной ими выше таблице, это снова должен быть Сатурн! Но это явная ошибка. Ничего опасного или злобного в этой скульптуре нет и в помине. Более того, планета с характеристиками, подобными изображенным, прекрасно известна в астрономии и астрологии. Перед нами, очевидно, Меркурий, бог торговли. Недаром он держит в руках рог изобилия с плодами. Более того, этот рог и плоды вырезаны таким образом, что весьма напоминают известный жезл Меркурия, часто изображаемый в его руках, рис. 2.118.

Рис. 2.115. Меркурий — бог торговли, с рогом изобилия и плодами в руках. Рог похож на известный жезл Меркурия. Точная копия оригинала. Статуя не раскрашена.

Рис. 2.116. Верх статуи Меркурия.

Рис. 2.117. Низ статуи Меркурия.

Рис. 2.118. Планета Меркурий с жезлом. Из астрономической книги Тесниерио 1562 года [1440]. Взято из [543], с. 71, илл. 33.

На рис. 2.119–2.122 мы видим скульптуру мужчины с усами (без бороды) и разинутым ртом, из которого высовывается язык. В его руках горящий факел, пламя которого вырывается прямо вверх. Комментаторы правильно присвоили этой астрономической статуе название «Огонь», рис. 2.121. Однако, согласно схеме, рис. 2.110, комментаторы думают, что «огонь» — это обязательно Марс. Но это неверно. Бог, в руках которого пылает огненный перун, поражающий врагов, прекрасно известен. Это — Юпитер-Зевс. Его знаменитый огненный перун-молнию часто изображали в виде пылающего факела, направленного на противника. Как мы показали ранее, этот образ возник как символ огнестрельных орудий, появившихся на поле боя в XIV веке. Могучий перун-орудие устрашал всех. На рис. 2.123 мы приводим одно из старинных изображений Зевса со своим перуном-«факелом»-молниями в руках. Наконец, разинутый рот корабельной статуи с высунутым языком мог указывать на еще один «античный» образ пушек — на знаменитую Медузу-Горгону, которую обычно изображали с волосами-змеями, разинутым ртом и высунутым языком, рис. 2.124. Это был символ страшного жерла орудия, из которого в пламени вылетали смертельная картечь или ядра. Таким образом, все признаки четко указывают, что данная скульптура изображает планету Юпитер.

Рис. 2.119. Планета Юпитер — бог с огненным перуном-факелом в руках и разинутым ртом, из которого высунут язык. Точная копия оригинала (не раскрашена).

Рис. 2.120. Верх статуи Юпитера. Рот разинут, язык высунут. Вероятно, это образ Медузы-Горгоны, то есть опять-таки огненного перуна-пушки.

Рис. 2.121. Верх статуи Юпитера. В руке — факел.

Рис. 2.122. Низ статуи Юпитера.

Рис. 2.123. Юпитер с перуном-молниями в руке. «Античная» камея. Флоренция. Взято из [524:1], с. 43, илл. 31.

Рис. 2.124. «Античное» изображение Медузы-Горгоны. Вокруг головы вьются волосы-змеи, рот разинут, язык высунут. Якобы VI–V века до н. э. Музей Изящных Искусств. Будапешт. Фотография сделана А.Т. Фоменко в 2005 году.

Осталась последняя статуя из четырех астрономических, выставленных рядом с Вазой у правого борта. Она показана на рис. 2.125–2.127. Изображен мужчина с усами и бородой, в военном шлеме. Правой рукой он схватился за меч, висящий на левом боку, и готов выхватить его. На воине — латный доспех. Совершенно ясно, что это Марс, бог войны. Комментаторы справедливо отмечают в табличке, что мужчина в гневе схватился за меч, рис. 2.125. Причем добавляют, что это — «холерический темперамент». Согласно схеме на рис. 2.110, это должен быть Марс. Здесь все правильно, комментаторы не ошиблись.

Рис. 2.125. Верх скульптуры Марса. Мужчина в шлеме, с бородой и усами, схватился за меч и готовится выхватить его. Точная копия оригинала. Не раскрашена.

Рис. 2.126. Верх скульптуры Марса. Бог войны одет в латный доспех.

Рис. 2.127. Низ статуи Марса.

Итак, все четыре астрономические статуи, выставленные около Вазы, совершенно однозначно отождествляются с планетами — Юпитером, Сатурном, Марсом и Меркурием. Это все мужские планеты среди семи планет древности. Остальные три планеты — Солнце (которое раньше причислялось к планетам), Венера и Луна — считались женскими планетами.

Посмотрим теперь, как выглядят оригиналы этих статуй на Вазе и как они расположены на корабле. Начнем с модели Вазы и посмотрим на нижнюю кормовую галерею левого борта. На ней две «астрономические» башни, рис. 2.128. Ту из них, которая ближе к носу, будем условно называть первой левой (то есть на левом борту корабля), рис. 2.129, а ту, которая расположена прямо на корме — назовем второй левой. Посмотрим внимательно на первую левую башню, рис. 2.130, и сразу же обнаруживаем тут планету Марс, рис. 2.131. Сравните с точной копией статуи Марса на рис. 2.125. Обратите также внимание, что на модели корабля Марс изображен в ярко-красном одеянии-доспехе. Все верно. Планету Марс обычно считали красной, огненной, планетой. Таким образом, планета Марс находится на первой башне нижней кормовой галереи с левого борта Вазы. Никаких сомнений нет.

Рис. 2.128. Левая нижняя кормовая галерея Вазы с двумя башнями. Раскрашенная модель корабля.

Рис. 2.129. Первая левая башня и часть нижней галереи на корме. В красном одеянии — планета Марс.

Рис. 2.130. Первая левая башня нижней кормовой галереи. Здесь стоит Марс.

Рис. 2.131. Скульптура Марса в красном доспехе-одеянии. Шлем изображен серым, поскольку был железным или стальным. Раскрашенная модель.

Перейдем теперь ко второй левой башне на нижней кормовой галерее, рис. 2.132. Крупным планом она показана на рис. 2.133. На ней мы обнаруживаем сразу две планеты, стоящие рядом. Это Меркурий и Юпитер. На рис. 2.134 показан Меркурий с красным рогом изобилия = жезлом Меркурия, а на рис. 2.135 справа от него стоит Юпитер с огненно-красным перуном-пушкой, из которой вверх вырывается желтое пламя. Сравните с точными копиями статуй Меркурия и Юпитера, которые мы обсудили выше. Итак, две планеты — Меркурий и Юпитер — показаны стоящими рядом на второй левой башне нижней галереи кормы корабля.

Рис. 2.132. Часть нижней левой кормовой галереи и вторая ее башня, расположенная прямо на корме Вазы.

Рис. 2.133. Вторая левая башня крупным планом. На ней рядом стоят две планеты — Меркурий (слева) и Юпитер (справа).

Рис. 2.134. Планета Меркурий с рогом изобилия или со своим известным жезлом в руках.

Рис. 2.135. Планета Юпитер с красным перуном-факелом, из которого вверх вырывается желтое пламя.

Осталось найти Сатурн. Он сразу обнаруживается на второй правой башне нижней кормовой галереи, рис. 2.136. Сатурн держит в руках желтую змею, обвивающуюся вокруг его шеи, рис. 2.137. Под ногами — голова какого-то монстра с разинутой и оскаленной пастью.

Рис. 2.136. Сатурн. Вторая левая нижняя башня на модели.

Рис. 2.137. Планета Сатурн на второй левой башне нижней галереи кормы корабля. Желтая змея обвивает его шею. Модель корабля.

Покажем, как выглядит оригинал статуи Сатурна. На рис. 2.138, 2.139 приведены фотографии второй правой башни нижней галереи, выполненные со вспышкой и без. Скульптура Сатурна сразу распознается, рис. 2.140. На рис. 2.138 и 2.139 Сатурн виден слева, как статуя среднего размера. Стоит обратить внимание на статую справа от него. Похоже, что это еще одна скульптура Меркурия, поскольку показан мужчина с большим рогом изобилия, рис. 2.141. Но, в отличие от статуи Меркурия, описанной ранее, здесь рог изобилия опущен вниз. Интересна также следующая за ней статуя мужчины справа. Это явно воин Гедеона, трубящий в рог или горн. Но в таком случае эта статуя не имеет астрономического значения. Следовательно, гипотеза комментаторов, что все 16 статуй на четырех башнях нижних кормовых галерей являются «астрономическими», неверна.

Рис. 2.138. Вторая правая башня нижней галереи кормы. Фотография сделана со вспышкой. Сатурн стоит слева в виде статуи среднего размера.

Рис. 2.139. Фотография второй правой башни нижней галереи, сделанная без вспышки и с другой точки. Сатурн расположен слева (статуя среднего размера).

Рис. 2.140. Оригинал статуи Сатурна на второй правой башне.

Рис. 2.141. Мужчина с большим рогом изобилия, опущенным вниз. Может быть, это еще одно изображение Меркурия. Вторая правая нижняя астрономическая кормовая башня Вазы.

Тот факт, что Меркурий присутствует на башнях корабля, вероятно, два раза, хорошо соответствует древней астрономической символике Меркурия как «двойной», утренне-вечерней, планеты, см. подробности в нашей книге «Новая хронология Египта».

Отметим следующее обстоятельство. Нам удалось хорошо сфотографировать обе левые башни на модели Вазы, а также обе правые башни на самом корабле. Не удалось получить качественные фотографии правых башен на модели и левых башен на корабле. Дело в том, что тут условия съемки были неудобны — близко к объектам подойти нельзя из-за устройства смотровых площадок в музее и тусклого освещения. Тем не менее, сделанных нами фотографий оказалось вполне достаточно, чтобы четко указать расположение всех четырех мужских планет на корабле, что мы и проделали выше.

Сделаем теперь замечание по поводу Солнца. Может быть, Солнце представлено на четырех «астрономических» башнях обеих нижних кормовых галерей в виде золотого шара, рис. 2.142, или шишки, рис. 2.143, венчающих эти башни. Вообще, каждая из башен изображала, вероятно, небесную полусферу, по экватору которой, то есть по зодиаку, движутся планеты. Поэтому статуи всех четырех мужских планет и стоят на этом экваторе-зодиаке. Тогда становится понятно, почему каждая полусфера как бы увенчана символом Солнца в виде сверкающего золотого шара или шишки. Ведь Солнце — главная «планета», а поскольку корабль Ваза строили в XVII веке, то астрономы уже прекрасно понимали, что в центре мира, в «его вершине», находится именно Солнце, вокруг которого и вращаются остальные планеты.

Рис. 2.142. Золотой шар-Солнце на вершине второй правой астрономической башни нижней кормовой галереи.

Рис. 2.143. Оригинал шара-шишки на вершине первой правой астрономической кормовой башни Вазы.

Обратите внимание, что каждая башня-полусфера на Вазе разделена на секторы меридианами, сходящимися в вершине полусферы, где расположен шар-шишка, то есть Солнце. По-видимому, это условное изображение обычного меридионального деления небесной полусферы через равное количество градусов. Такова удобная система координат на сфере.

Отметим также важный факт — на всех четырех нижних башнях кормы нет никаких обозначений зодиакальных созвездий. Тем самым создатели корабля ясно подчеркнули, что хотя башни явно имеют астрономический смысл и именно здесь расположены все четыре мужские планеты, однако на башнях не указано созвездий. Следовательно, рисунок созвездия (или созвездий) должен быть где-то в другом месте. В каком именно, мы объясним ниже.

И еще одно замечание. На четырех башнях есть и другие фигуры (всего скульптур шестнадцать), которые, по мнению комментаторов, также имеют астрономический смысл. Но мы не стали подробно анализировать остальные скульптуры на башнях в силу следующих соображений. Может быть, среди них есть еще и изображения Венеры и Луны. О Солнце мы уже высказались. Но, как оказывается, конкретное отождествление Венеры и Луны с теми или иными скульптурами уже не нужно. Для датировки достаточно самого факта, что на корабле очевидно изображены планеты (либо четыре-пять, либо все семь). Как только мы обнаружим созвездие, выяснится, что этого будет достаточно для датировки. Кроме того, среди фигур на башнях мы обнаружили, например, воинов Гедеона с трубами или горнами. Но это уже не астрономия. Это, как мы уже говорили, ссылка на Ветхий Завет. Поэтому, скорее всего, не все фигуры на башнях нижних галерей имеют астрономическое содержание.

Итак, нам осталось выяснить — есть ли на «Вазе» изображение созвездия, в котором оказались четыре мужские планеты и, скорее всего, Солнце? Иными словами, есть ли тут гороскоп? Надо сказать, что хотя историки заявили, что обнаруженные на корабле статуи планет означают всего лишь различные человеческие темпераменты, однако ощущение того, что на корабле гороскоп все-таки есть, вероятно, их не покидало. Иначе трудно объяснить, почему во время нашего посещения музея в феврале 2013 года на куполе музея было видно спроецированное при помощи компьютера изображение созвездия Стрельца, рис. 2.144, 2.145, а в музейной табличке рядом с четырьмя статуями планет было написано следующее: «Считалось, что расположение небесных тел в момент рождения человека определяет его характер и судьбу. Недаром новорожденным детям царских семей гороскопы часто составляли ведущие ученые. Густав II Адольф родился под знаком Стрельца 9 декабря 1594 года».

Рис. 2.144. Изображение созвездия Стрельца, спроектированное на купол музея.

Рис. 2.144. Изображение созвездия Стрельца, спроектированное на купол музея.

Больше никаких комментариев на эту тему в музее и в книгах о Вазе мы не нашли, но и без того ясно, что историки явно намекают на то, что обнаруженные на Вазе статуи планет могут быть как-то связаны с гороскопом Густава II Адольфа, в котором участвует созвездие Стрельца (стреляющий из лука Кентавр). Однако в чем заключается эта связь и есть ли она вообще, историки почему-то умалчивают. И не случайно. Дело в том, что, увидев на куполе-стене музея изображение созвездия Стрельца, мы сначала подумали, что оно где-то имеется на корабле в виде скульптуры или еще как-то. Однако, начав поиски и потратив немало времени, мы убедились, что никакого Стрельца на Вазе нет. Конечно, мы были не в состоянии изучить все семьсот рельефов и статуй корабля (да такой возможности у посетителей попросту нет, поскольку не все рельефы выставлены для обозрения), однако мы утверждаем, что среди тех МНОГОЧИСЛЕННЫХ ОСНОВНЫХ изображений, которые видны при обходе корабля со всех сторон, символа созвездия Стрельца нет. А ведь такой символ должен быть заметным, сразу бросаться в глаза, если создатели Вазы, изготовив статуи планет, действительно хотели указать расположение планет именно в созвездии Стрельца на день рождения короля. Странно было бы спрятать важное изображение стреляющего кентавра куда-нибудь в закрытую каюту. Или еще куда-либо, подальше от любопытных глаз.

После всего этого нам стало совершенно ясно, что гороскоп на Вазе действительно должен быть. Осталось понять — какой он. В конце концов, недаром же резчики изваяли четыре статуи мужских планет, поместив их на весьма видном месте — на «астрономических» башнях роскошной кормы. И буквально через несколько минут мы осознали ситуацию. Есть созвездие! Причем оно изображено не каким-то небольшим барельефом или скульптурой. Оно огромное, занимает главное место на корабле, бросается в глаза сразу и поражает размерами. Это не что иное, как гигантский Лев на носу судна. Огромная — более чем трехметровая — статуя Льва в броске. На рис. 2.146, 2.147 мы видим нос корабля, увенчанный рвущимся вперед Львом. На рис. 2.148, 2.149 показана его точная копия, установленная рядом с кораблем, по правому борту.

Рис. 2.146. Самая большая из всех скульптур на Вазе — это более чем трехметровый Лев на носу судна. Вид с правого борта.

Рис. 2.147. Вид Льва на носу корабля с левого борта.

Рис. 2.148. Копия Льва с носа Вазы, установленная рядом с кораблем.

Рис. 2.149. Размер скульптуры Льва на носу судна впечатляет.

При этом Лев считается символом королевской династии, изображения Льва встречаются на Вазе во многих местах — на гербах, на крышках, закрывающих пушечные порты, рис. 2.150, и т. д. Но главным Львом, очевидно, является скульптура на носу судна. Этот Лев как бы увлекает за собой весь корабль, а заодно и все, что на нем находится. В частности, и статуи планет. Получается, что все планеты «находятся на Льве», Лев их везет. Но ведь это именно то, что означает гороскоп, — указано расположение всех планет в созвездии Льва. Если бы символов планет на корабле не было, тогда, конечно, не было бы причин считать главного Льва судна обозначением зодиакального созвездия. Но поскольку планеты изображены на корабле и сделано это явно не случайно, то мысль о том, что Лев на носу означает не только символ династии, но и созвездие, вполне оправданна. Тем более, что, повторим, никаких других изображений зодиакальных созвездий на Вазе нет. А вот Лев есть.

Рис. 2.150. Львы на крышках пушечных портов. Макет части батарейной палубы, поставленный рядом с кораблем. Орудие — настоящее, с Вазы.

Вывод таков. На корабле Ваза присутствует гороскоп: все мужские планеты и, вероятно, Солнце указаны в созвездии Льва. Если на судне есть еще обозначения Венеры и Луны, то они тоже указаны в этом же созвездии.

Датировка этого гороскопа дает однозначное решение — август 1624 года. Перейдем к этой датировке.

Приступим к датировке этого гороскопа. Замечательно, что он имеет единственное астрономическое решение на периоде XIII–XVIII веков, причем это решение в точности попадает в эпоху создания корабля Ваза.

Приведем данные для программы ГОРОС, соответствующие зодиаку корабля Ваза.

ВХОДНЫЕ ДАННЫЕ ДЛЯ ПРОГРАММЫ HOROS

Зодиак корабля Ваза (зодиак VZ)

Код данных VZ0

СОЛНЦЕ — свободно

МАРС — во Льве

ЮПИТЕР — во Льве

САТУРН — во Льве

МЕРКУРИЙ — во Льве

ВЕНЕРА — свободна

ЛУНА — свободна

ШКАЛА СОЗВЕЗДИЙ

<0> ОВЕН <1> ТЕЛЕЦ <2> БЛИЗНЕЦЫ <3> РАК <4> ЛЕВ <5> ДЕВА <6> ВЕСЫ <7> СКОРПИОН <8> СТРЕЛЕЦ <9> КОЗЕРОГ <10> ВОДОЛЕЙ <11> РЫБЫ <12=0>

ГРАНИЦЫ ЗОДИАКАЛЬНЫХ СОЗВЕЗДИЙ НА ЭКЛИПТИКЕ J2000

(в градусах долготы, с уточнениями от 17.11.2007)

НЕЧЕТКОСТЬ ГРАНИЦ 5 ГРАДУСОВ ДУГИ В ОБЕ СТОРОНЫ

<31> ОВЕН <56> ТЕЛЕЦ <92> БЛИЗНЕЦЫ <118> РАК <137> ЛЕВ <172> ДЕВА <215> ВЕСЫ <239> СКОРПИОН <266> СТРЕЛЕЦ <296> КОЗЕРОГ <326> ВОДОЛЕЙ <349> РЫБЫ <31>

Астрономические расчеты с помощью программы ГОРОС показали, что от начала новой эры до 1800 года н. э. — то есть на интервале, взятом с достаточным запасом в обе стороны от эпохи строительства корабля Ваза — гороскоп корабля Ваза имеет ЕДИНСТВЕННОЕ АСТРОНОМИЧЕСКОЕ РЕШЕНИЕ: АВГУСТ-СЕНТЯБРЬ 1624 года. При этом наилучшее совпадение астрономической обстановки на реальном (расчетном) небе с гороскопом достигается 21 августа ст. ст. (31 августа н. ст.) 1624 года.

Приведем для полноты полный список астрономических решений зодиака Вазы на полном расчетном интервале от 500 года до н. э. до 1900 года н. э. Все даты в таблице даны по старому стилю.

Из приведенного списка видно, что среди астрономических решений зодиака Вазы наиболее точными являются решения 1624 и 1861 годов н. э. Но поскольку корабль Ваза, как известно, был построен в XVII веке — и у нас нет повода в этом сомневаться, — то естественно предположить, что на нем изображена дата именно 1624 года. Как видно из приведенной таблицы, других возможностей, по сути, нет. При этом решение 1624 года идеально со всех точек зрения: и с астрономической, и благодаря тому, что оно в точности попадает в эпоху короля Густава II Адольфа Вазы, при котором был построен корабль.

Приведем теперь расчетные положения планет на 21 августа по ст. ст. (31 августа по н. ст.) 1624 года. В первой строке под названием планеты дается ее положение на эклиптике J2000 (в градусах), во второй — ее отклонение от Солнца по долготе (тоже в градусах), в третьей — положение планеты по шкале созвездий [НХЕ], в четвертой — название созвездия, где находилась планета. В последней строке приводится среднее отклонение расчетных положений планет от их «лучших точек»[НХЕ].

Юлианский день (JD) — 2314457,00

Год/месяц/число — 1624/8/21 (21 августа по ст. ст. 1624 года)

СРЕДНЕЕ ОТКЛОНЕНИЕ ОТ «ЛУЧШИХ ТОЧЕК»: 4,3 градуса дуги

Картина звездного неба на 21 августа ст. ст. (31 августа нового стиля) 1624 года представлена на рис. 2.151. Как видно из этого рисунка, в тот день во Льве наблюдались шесть планет древности из семи — все, кроме Луны. Впрочем, через 10 дней к ним присоединилась и Луна, см. рис. 2.152. Это идеально соотвествует гороскопу, изображенному на корабле Ваза.

Рис. 2.151. Картина звездного неба в области созвездия Льва 21 августа ст. ст. (31 августа н. ст.) 1624 года н. э. В середине созвездия Льва в тот день собрались все планеты древности, кроме Луны. Получено с помощью астрономической программы StarCalc.

Рис. 2.152. Картина звездного неба в области созвездия Льва 1 сентября ст. ст. (11 сентября н. ст.) 1624 года н. э. Во Льве в тот день находились все семь планет древности. Получено с помощью астрономической программы StarCalc.

Замечание. Здесь мы не получили новой датировки. Астрономическая датировка корабля Ваза полностью соответствует датам хорошо известных в истории Швеции событий, связанных с этим кораблем. Однако полученный нами результат очень важен для хронологии. Из него следует, что вплоть до эпохи XVII века — а вероятно, и позже — в Западной Европе даты важных событий было принято увековечивать с помощью зодиаков. Причем — с помощью именно СОЗВЕЗДНЫХ зодиаков — то есть таких, в которых положения планет указываются в СОЗВЕЗДИЯХ, а не в астрологических ЗНАКАХ, имеющих те же самые названия (Лев, Овен и т. д.), НО СОВСЕМ ДРУГОЙ АСТРОНОМИЧЕСКИЙ СМЫСЛ.

Таким образом, мы еще раз убеждаемся, что астрологические «знаковые» зодиаки были придуманы и внедрены реформаторами лишь для отвода глаз, с целью помешать правильной расшифровке старых зодиакальных дат, а также зодиакальных дат «для посвященных», в большом количестве создаваемых победившими мятежниками-реформаторами в XVII–XVIII веках. К числу таких зодиаков «для посвященных», вероятно, относился и зодиак на корабле Ваза. Недаром историки ничего не знают о нем. Отметим, что ряд важных реформаторских зодиаков «для посвященных» были расшифрованы и датированы нами в книгах «Египетские, русские и итальянские зодиаки» и «Ватикан».

Итак, все становится предельно понятно и естественно. Как мы уже говорили, именно осенью 1624 года Густав II Адольф принял решение о создании принципиально нового типа флагманских кораблей и вообще нового флота Швеции. Решение было важным. В конце этого же года был подписан первый контракт, а в самом начале следующего года его уточнили, подписав вторую версию контракта. Кроме того, оказывается, в августе 1624 года состоялся парад планет во Льве. Такое яркое астрономическое событие, конечно, не могло пройти незамеченным для астрономов. Не исключено, что король, принимая важное государственное решение, предварительно посоветовался с астрологами — когда лучше всего было бы объявить о создании нового флота и подписать соответствующий указ. Астрономы могли ему ответить: в августе будет замечательное событие — парад планет, а потому для успеха всего проекта необходимо начать его именно в августе 1624 года. Что и было сделано. А саму знаменательную дату записали потом при помощи «астрономических часов» (так сказать, небесного календаря) на флагманском корабле Ваза.

Здесь мы вкратце напомним яркий сюжет, впервые опубликованный нами в книге «Царский Рим в Междуречье Оки и Волги». Он напрямую связан с темой «античности» в Швеции начала XVII века, о чем мы говорили выше.

В конце XVII века, в 1697 году, умирает шведский король Карл XI. Его торжественно отпевают и хоронят в Стокгольме 24 ноября 1697 года. Для погребальной церемонии была написана специальная речь. Она была зачитана при стечении всего шведского двора. Причем зачитана официальным придворным церемониймейстером. «Автором (речи — Авт.) был шведский языковед и собиратель книг Юхан Габриэль Спарвенфельд (1655–1727), три года проживший в Москве. Спарвенфельд держал свою „Placzewnuju recz“ в связи с похоронами Карла XI в Стокгольме 24 ноября 1697 г. В то время Спарвенфельд был ПРИДВОРНЫМ ЦЕРЕМОНИЙМЕЙСТЕРОМ» [618:0], с. 68.

ПОРАЗИТЕЛЬНО, НО НАДГРОБНАЯ РЕЧЬ БЫЛА НАПИСАНА И ПРОЧИТАНА ПО-РУССКИ. Сегодня этот факт в рамках скалигеровской версии истории выглядит абсолютно дико. Ведь нас уверяют, будто «ничего русского» в заметных масштабах за пределами романовской России в XVII веке не было. А уж тем более в Швеции, с которой Россия часто воевала. Отношения со Швецией были в ту эпоху сложными, иногда враждебными. Дескать, Швеция — чуждое государство, далекая от нас древняя культура, совсем иной «древний» язык и т. п. «Ничего русского», а тем более НА ВЫСШЕМ ОФИЦИАЛЬНОМ УРОВНЕ. Однако, как неожиданно выясняется, подлинная картина XVII века была существенно другой.

Шокирующий — но лишь с современной точки зрения — факт произнесения ПО-РУССКИ надгробной речи на официальной торжественной церемонии похорон ШВЕДСКОГО короля в ШВЕДСКОЙ столице, в присутствии ШВЕДСКОГО двора сегодня нуждается в объяснении. Историки это прекрасно понимают. Именно поэтому они стараются не привлекать внимания к этому удивительному обстоятельству. Оно приоткрылось случайно, во время выставки «Орел и Лев. Россия и Швеция в XVII веке», прошедшей в Москве в 2001 году. Материалы выставки были опубликованы в редком каталоге [618:0]. Ясное дело, что в комментариях к этой шведской надгробной речи, написанной по-русски, но латинскими буквами, историки тут же предлагают свое объяснение: «Причина, по которой речь была написана по-русски, вероятно, заключается в желании СДЕЛАТЬ ЕЕ ПОНЯТНОЙ ДЛЯ РУССКИХ ПОДДАННЫХ ШВЕДСКОГО КОРОЛЯ» [618:0], с. 68.

Но такое толкование поднимает массу новых вопросов. Еще более интересных. Выходит, что в XVII веке русских подданных в Швеции было настолько много, что ради них правящая верхушка вынуждена произносить надгробную речь в память короля по-русски! Так, может быть, и сама эта верхушка — знать, королевский двор — состояла в то время еще в значительной мере из потомков славян, живших и правивших не так давно на территории всей Великой = «Монгольской» Империи XIV–XVI веков? В том числе и на территории Швеции.

В рамках нашей реконструкции картина становится простой и понятной. Вплоть до конца XVII века на территории Швеции еще сохранялись многие традиции Ордынской Империи. Оставалось еще очень много людей, говоривших по-русски. В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ СРЕДИ ПРАВЯЩЕЙ В ШВЕЦИИ РУССКО-ОРДЫНСКОЙ ЗНАТИ. Скорее всего, таких людей было много и в самом шведском дворе, в ближайшем окружении шведских королей XVII века. Может быть, некоторые из шведских правителей той эпохи сами еще продолжали говорить по-русски. Но в XVII веке по странам отделившейся Западной Европы прокатился мятеж Реформации. Новые правители-реформаторы стали переучивать население отколовшихся земель со славянского языка на новые языки, только что изобретенные реформаторами. В том числе быстро придумали и шведский язык. Ясное дело, демагогически объявив его «очень-очень древним», чтобы было авторитетнее. Языки придумали и для других подданных Ордынской Империи, проживавших в то время на территории Скандинавии. Изобрели на основе местных диалектов и прежнего славянского языка Империи XIV–XVI веков. Ввели новый язык в школы и начали учить молодое поколение. В частности, вместо прежней кириллицы стали внедрять недавно изобретенную латиницу. Поэтому официальную шведскую надгробную речь памяти шведского короля написали ВСЕ ЕЩЕ ПО-РУССКИ, НО УЖЕ ЛАТИНСКИМИ БУКВАМИ. Здесь мы сталкиваемся с активным вытеснением славянского языка, в том числе и с территории Скандинавии, новопридуманными языками эпохи Реформации. Славянский язык объявили в Западной и Северной Европе XVII–XVIII веков «языком оккупантов».

Напомним, что в книге «Реконструкция», гл. 18:15, мы привели данные о том, что в XVII веке русский язык был также все еще широко распространен в Карелии и Финляндии. В частности, «русский язык был довольно распространен во время шведского владычества: КОРОЛЬ ДАЖЕ УЧРЕДИЛ В СТОКГОЛЬМЕ РУССКУЮ ТИПОГРАФИЮ… Позднее шведское правительство приняло НАСИЛЬСТВЕННЫЕ МЕРЫ ПРОТИВ ПРАВОСЛАВИЯ, и эти насильственные меры произвели между православным народонаселением Ингерманландии сильное неудовольствие» [711:1], с. 8.

Здесь до нас дошли отголоски борьбы и вынужденных компромиссов новых властей с русским населением на территории Скандинавии в XVII веке.

Настоящая глава будет короткой. Мы не будем тратить много времени на анализ разрекламированного в свое время толстого «романа» Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль», рис. 3.1. Дело в том, что Новая Хронология быстро проясняет его роль в истории XVI–XVII веков. Теперь свежий, непредвзятый взгляд на это творение позволяет раскрыть суть дела. И эта суть оказывается дурно пахнущей. Иначе не скажешь. Роль ее тоже понятна. А потому не заслуживает долгого разговора.

Рис. 3.1. Титул издания второй книги «Гаргантюа и Пантагрюэль» в Лионе, 1571 год. Взято из Интернета, Википедия.

Вкратце расскажем о Рабле, рис. 3.2. Мы будем пользоваться фундаментальным изданием «романа» [714:1], о котором в комментариях сказано так: «В настоящем томе „Библиотеки всемирной литературы“ текст романа Франсуа Рабле на русском языке ВПЕРВЫЕ ПЕЧАТАЕТСЯ ПОЛНОСТЬЮ» [714:1], с. 715. В данной главе при ссылках на текст Рабле мы будем указывать только страницы в цитированном издании, дабы не загромождать изложение.

Рис. 3.2. Рабле (Francois Rabelais). Якобы 1483–1559. Поздний портрет XVII века. Версаль, Франция.

«Роман» Рабле очень велик — в нем около семисот страниц в современном издании. Многие историки и литераторы хором, не смолкая, поют дифирамбы Рабле. Вот какими восторженными словами открывается, например, вводный комментарий, написанный А. Дживелеговым.

«Рабле был величайшим художником французского Ренессанса, быть может, величайшим французским писателем ВСЕХ ВРЕМЕН и одним из величайших гуманистов Европы. Его деятельность — большой культурный рубеж. Роман его стоит у высокого подъема ренессансной волны, как „Божественная комедия“ Данте стоит у истоков Ренессанса. Обе книги по своему охвату — энциклопедии: поэма Данте — патетическая, роман Рабле — ироническая, та и другая — боевые, НАПРАВЛЕННЫЕ ПРОТИВ СТАРИНЫ, отживающей на разных этапах, в разной мере. Рабле наносил этой старине богатырские удары, от которых ее твердыни рушились так же неудержимо, как башни и стены Ведского замка под ударами дубины Гаргантюа. Рабле кляли со всех сторон. Он оборонялся, МАСКИРОВАЛСЯ и, несмотря на жесточайший натиск реакции, сумел — это было нелегко — не попасть на костер. Он спас, таким образом, свою книгу и завещал ее родине и человечеству как арсенал смертоносного оружия против противников идейного прогресса и врагов человеческой свободы… Роман Рабле — крупнейший памятник французского Ренессанса», с. 5, 25.

По ходу дела отметим, что истинная суть упомянутой здесь поэмы Данте вскрыта нами в книге «Божественная комедия накануне конца света». Вкратце напомним. Полученная нами астрономическая датировка «Божественной комедии» показывает, что она была впервые задумана Данте отнюдь не в XIII веке, как думают историки, а в 1477 году. То есть за 15 лет до 1492 года, который был 7000-м годом от сотворения мира по церковному летоисчислению. Поверив средневековым богословам, в этот год человечество с ужасом ожидало наступления конца света и Страшного суда (который, как мы знаем, так и не наступил). Чем ближе придвигался смертельный срок, тем сильнее увеличивался страх. Через несколько лет после написания «Божественной комедии», в 1486 году, будет написан грозный Апокалипсис — произведение, в котором страх перед концом света достигает уже гораздо большего накала, чем в «Божественной комедии». См. нашу книгу «Число зверя. Когда был написан Апокалипсис».

Поэтому «Божественную комедию» с полным правом можно назвать непосредственной предшественницей Апокалипсиса. Оба произведения были написаны почти что подряд, с промежутком всего в 9 лет. И лишь потом историки, вконец запутавшись в дебрях ошибочной скалигеровской хронологии, отнесли «Божественную комедию» Данте — вместе с ним самим — в XIII век, откинув ее, по крайней мере, на 150 лет назад. А более поздний Апокалипсис они отодвинули еще дальше в прошлое, в I век. И приписали его апостолу Иоанну.

Но вернемся к Рабле. Франсуа Рабле (Francois Rabelais) жил якобы в 1494–1553 годах. Поступил во францисканский монастырь и якобы до 1524 года был монахом в Фонтене-Леконт, где получил сан священника. Увлекался латынью и «античными» авторами, естествознанием и медициной. Зарабатывал на пропитание то как врач, то как священник. Якобы в 1533 году издал под псевдонимом Alcofribas Nasier первую часть «Пантагрюэля» — книгу о великане Гаргантюа.

Считается, что толчком, побудившим Рабле взяться за эту тему, было появление незадолго до этого «народной книги» под названием «Великие и неоценимые хроники о великом и огромном великане Гаргантюа», которой, как сообщает Рабле, «в два месяца было продано столько, сколько не купят Библий за девять лет», с. 6. Было бы интересно изучить эти «Великие и неоценимые хроники…». У нас пока не было такой возможности. Но нельзя не отметить, что этой якобы предшествующей «народной книги» могло и не быть. Не исключено, что ею могли объявить один из вариантов книги Рабле. Выдали его за «старый народный текст». Зачем? Ответ ясен: хотели снять с себя ответственность за создание вульгарной пропагандистской книги. Дескать, это вовсе не мы придумали, а «народ так говорит». А мы просто слегка обработали этот «глас народа». А с народа — какой спрос!

Итак, нас уверяют, будто Рабле решил переработать «народную книгу», в общем сохранив сюжет и рассказав о тех же ВЕЛИКАНАХ, но придав иной смысл и настроение. Так, мол, возникла версия Рабле с новым идейным содержанием. Как пишет Дживелегов, «ОНО БЫЛО НЕ ВПОЛНЕ ЛЕГАЛЬНЫМ И ПОТОМУ БЫЛО ЗАМАСКИРОВАНО, хотя и не настолько, чтобы внимательный читатель… не разглядел его. Это прежде всего целый ряд СМЕЛЫХ ПАРОДИЙ НА БИБЛИЮ… например, воскресения Эпистемона, или роли одного из выдуманных для смеха предков Пантагрюэля, гиганта Хуртали, в потопе: он спасся, оседлав Ноев ковчег, внутри которого по своим размерам не мог поместиться. Это насмешки по адресу пап… Это постоянные нападки на католицизм, на католическую церковь, на культ, на проповедников, на процессии… Когда Кальвин создаст свою общину в Женеве и начнет угнетать свободную веру не хуже римского папы, Рабле и его поднимет насмех, и этого палач Сервета не простит ему никогда.

Все эти вещи встречаются в „Пантагрюэле“ на каждом шагу и сливаются в определенную декларацию свободной веры… едва скрывающей свои атеистические тенденции», с. 7.

В целом А. Дживелегов описал суть «романа» Рабле правильно. Это действительно агрессивная сатира на кафоличество (католичество), на папство, на государственные имперские установления. В то же время А. Дживелегов лукавит. Либо намеренно, либо — что вероятнее — бессознательно, поскольку уже далеко не полностью понимает суть дела и не замечает куда более ярких сюжетов и намерений, заложенных в книге Рабле. Нам говорят, что критика Рабле носила верный, но, в основном, как бы абстрактный характер. Дескать, он обличал кафоличество вообще, папство вообще, королей вообще, коррупцию вообще. То есть не называя вслух конкретных имен или персоналий и не формулируя целей. Мол, его современники «все понимали и так». Повторяется история с «Кораблем Дураков» Себастьяна Бранта, см. анализ в нашей книге «Казаки-арии: из Руси в Индию». У Бранта критика тоже носила вроде бы (как нас уверяют сегодня) абстрактный, философский характер, не затрагивала конкретных основ Великой Ордынской Империи и сводилась, дескать, лишь к простоватому юмору. К обличению «дураков вообще», каковых, конечно, всегда было достаточно в любом обществе. Однако, в случае с Кораблем Дураков такое узкое понимание весьма далеко от истины. В действительности, это был грамотно организованный подстрекательский проект XVI–XVII веков, призывавший народы Европы к активному разрушению Империи, ее идеологии, обычаев, веры, к насильственному захвату и сожжению Корабля Дураков, то сеть Империи, см. подробнее в нашей книге «Казаки-арии».

То же самое, оказывается, было задумано и происходило с «романом» Рабле. Давайте пройдемся по его страницам и всмотримся внимательнее — о чем и как здесь говорится.

«Роман» Рабле состоит из пяти больших книг. Первая целиком посвящена Гаргантюа и носит следующее вычурное название: «Повесть о преужасной жизни великого Гаргантюа, отца Пантагрюэля, некогда сочиненная магистром Алькофрибасом Назье, извлекателем квинтэссенции. Книга, полная пантагрюэлизма».

Первая глава именуется так: «О генеалогии и древности рода Гаргантюа», с. 32. Вот ее начало.

«Желающих установить генеалогию Гаргантюа и древность его рода я отсылаю к великой Пантагрюэльской хронике. Она более обстоятельно расскажет вам о том, как появились на свете первые великаны и как по прямой линии произошел от них Гаргантюа, отец Пантагрюэля…

Возвращаясь к нашим баранам, я должен сказать, что по великой милости божьей родословная Гаргантюа с древнейших времен дошла до нас в более полном виде, чем какая-либо еще, НЕ СЧИТАЯ РОДОСЛОВНОЙ МЕССИИ», с. 33.

То есть здесь упоминается родословная Христа = Мессии. Эта фраза Рабле не случайна. Как мы сейчас увидим, рождение Гаргантюа — это искаженное и издевательское отражение рождения императора Андроника-Христа. Хотя Рабле — из осторожности — напрямую имя Христа тут не упоминает, однако его текст на самом деле абсолютно откровенен, циничен и становится особенно прозрачным в свете Новой Хронологии. Мы цитируем. Сразу предупреждаем — текст грязноватый.

Глава 3 называется: «О том, как Гаргантюа одиннадцать месяцев пребывал во чреве матери», а глава 4 — «О том, как Гаргамелла, носившая в своем чреве Гаргантюа, объелась требухой», с. 37–39. Отцом Гаргантюа Рабле объявляет некоего Грангузье, а матерью — некую Гаргамеллу. Вот как они насмешливо описаны.

«Грангузье был в свое время большой шутник, по тогдашнему обычаю пил непременно до дна и любил закусить солененьким… Уже в зрелом возрасте он женился на Гаргамелле, дочери короля мотылькотов, девице из себя видной и пригожей, и частенько составляли они вместе животное о двух спинах и весело терлись друг о друга своими телесами, вследствие чего Гаргамелла зачала хорошего сына и проносила его одиннадцать месяцев», с. 37–38.

Далее Рабле пускается в многословные рассуждения о том, что такой необычно длинный срок вынашивания младенца иногда встречался «в древности». Дескать, например, Нептунов младенец родился через 12 месяцев. И далее: «По той же причине Юпитер продлил ночь, проведенную им с Алкменой, до сорока восьми часов, а ведь в меньший срок ему бы не удалось выковать Геркулеса, избавившего мир от чудищ и тиранов.

Господа древние пантагрюэлисты подтверждают сказанное мною и объявляют, что ребенок вполне может родиться от женщины спустя одиннадцать месяцев после смерти своего отца и что его, разумеется, ДОЛЖНО ПРИЗНАТЬ ЗАКОННОРОЖДЕННЫМ… Благодаря таким законам ВДОВЫ СМЕЛО МОГУТ ПУСКАТЬСЯ ВО ВСЕ ТЯЖКИЕ ЦЕЛЫХ ДВА МЕСЯЦА ПОСЛЕ КОНЧИНЫ СУПРУГА.

Милые вы мои сукины дети… ежели попадутся вам такие вдовушки, с которыми приятно было бы иметь дело, то валяйте-ка сами, а потом приводите их ко мне. Ведь если они забеременеют на третий месяц, то ребенок все равно будет признан наследником покойного, а как скоро они забеременеют, то уж потом действуют без всякой опаски: пузо нагуляла — поехали дальше!..

Вот при каких обстоятельствах и каким образом родила Гаргамелла; если же вы этому не поверите, то пусть у вас выпадет кишка! А у Гаргамеллы кишка выпала третьего февраля, после обеда, оттого что она съела слишком много годбийо. Годбийо — это внутренности жирных куаро. Куаро — это волы, которых откармливают в хлеву и на гимо…

Добряк Грангузье взыграл духом и распорядился, чтобы угощение было на славу. Жене он все-таки сказал, чтобы она не очень налегала, потому что она уже на сносях, а потроха — пища тяжелая. „Кишок без дерьма не бывает“, — промолвил он. Однако ж, невзирая на предостережения, Гаргамелла съела этих самых кишок шестнадцать бочек, два бочонка и шесть горшков. Ну и раздуло же ее от аппетитного содержимого этих кишок!», с. 39–40.

Далее Рабле увлеченно описывает грандиозную попойку и обжорство, в которых участвуют Грангузье и Гаргамелла (то есть, как мы сейчас увидим, Иосиф и Мария Богородица). Отводит подробностям четыре страницы. Рассказывает со смаком и живописно. Сейчас убедитесь сами. Глава эта называется «Беседа во хмелю». Наконец повествование подходит к шестой главе под названием «О том, каким весьма странным образом появился на свет Гаргантюа», с. 44.

«Пьяная болтовня все еще продолжалась, как вдруг Гаргамелла почувствовала резь в животе. Тогда Грангузье поднялся и, полагая, что это предродовые схватки, в самых учтивых выражениях начал ее успокаивать… В Евангелии от Иоанна, глава шестнадцатая, наш Спаситель говорит: „Женщина, когда рожает, терпит скорбь, но когда родит младенца, уже не помнит скорби…“

— Ну, ну! Вам, мужчинам, легко говорить! — сказала она. — Уж я с Божьей помощью для тебя постараюсь. А все-таки лучше, если б тебе его отрезали!

— Что отрезали? — спросил Грангузье.

— Ну, ну, полно дурака валять! — сказала она. — Сам знаешь что.

— Ах, это! — сказал он. — Да пес с ним совсем! Коли уж он так тебе досадил, вели хоть сейчас принести нож.

— Э нет, избави бог! — сказала она…

Малое время спустя она начала вздыхать, стонать и кричать. Тотчас отовсюду набежали повитухи, стали ее щупать внизу и наткнулись на КАКИЕ-ТО ОБРЫВКИ КОЖИ, ВЕСЬМА ДУРНО ПАХНУЩИЕ; ОНИ БЫЛО ПОДУМАЛИ, ЧТО ЭТО И ЕСТЬ МЛАДЕНЕЦ, но это оказалась прямая кишка: она выпала у роженицы вследствие ослабления сфинктера, или, по-вашему, заднего прохода, оттого что роженица, как было сказано выше, объелась требухой…

Из-за этого несчастного случая вены устья маточных артерий у роженицы расширились, и ребенок проскочил прямо в полую вену, а затем, взобравшись по диафрагме на высоту плеч, где вышеуказанная вена раздваивается, повернул налево И ВЫЛЕЗ В ЛЕВОЕ УХО. Едва появившись на свет, он не закричал, как другие младенцы „И-и-и! И-и-и!“, — нет, он зычным голосом заорал: „Лакать! Лакать! Лакать!“ — словно всем предлагал лакать, и крик этот был слышен от Бюссы до Виваре.

Я подозреваю, что ТАКИЕ НЕОБЫЧНЫЕ РОДЫ представляются вам не вполне вероятными… Я, по крайней мере, держусь того мнения, что это ни в чем не противоречит Библии… Ведь для Бога нет ничего невозможного, и если бы Он только захотел, то все женщины производили бы на свет детей через уши.

РАЗВЕ ВАКХ НЕ ВЫШЕЛ ИЗ БЕДРА ЮПИТЕРА?.. РАЗВЕ МИНЕРВА НЕ РОДИЛАСЬ В МОЗГУ У ЮПИТЕРА И НЕ ВЫШЛА ЧЕРЕЗ ЕГО УХО?..

А чтобы унять младенца, ему дали тяпнуть винца… Иные ученые скоттисты утверждали, что его выкормила мать и что она могла нацедить из своих сосцов тысячу четыреста две бочки и девять горшков молока зараз, однако это неправдоподобно. Сорбонна сочла такое мнение предосудительным, благочестивый слух оскорбляющим и припахивающим ересью», с. 44–47.

А теперь давайте разберемся — о чем нам столь грязновато рассказал Рабле. И с какой целью.

• Поставив в самое начало книги упоминание о родословной Христа-Мессии в связи с родословной великана Гаргантюа, Рабле фактически связывает нитями сходства Гаргантюа и Христа. Недаром Рабле говорит, что эти две родословные особо выделяются на фоне остальных родословных своей подробностью.

• Рабле подчеркивает, что не только роды были необычными, но и сам срок вынашивания был дольше обычного. Вместо девяти месяцев — одиннадцать. И тут же Рабле вспоминает, что нечто похожее произошло при зачатии и рождении Геркулеса-Геракла, отцом которого был сам бог Юпитер. Но мы уже хорошо знаем, что Геракл — это одно из фантомных отражений императора Андроника-Христа, см. нашу книгу «Геракл», гл. 1. Таким образом, Рабле вновь откровенно намекает на то, что Гаргантюа — это Христос.

• Обращает на себя внимание не очень понятное на первый взгляд рассуждение Рабле по поводу того, что при длительном сроке вынашивания женщина может родить уже после смерти отца младенца. То есть ребенок появится на свет в отсутствие отца. И что тогда «вдовы», дескать, могут пускаться во все тяжкие. Не исключено, что здесь мы наталкиваемся на слегка замаскированное искажение христианского догмата о Непорочном Зачатии, то есть что Иисус был зачат от Духа Святого, в отсутствие отца-мужчины. Как бы «без отца». Ведь евангельский Иосиф не был отцом Иисуса.

• Предыдущая мысль подтверждается тем, что тут же Рабле начинает зачем-то рассуждать, причем путано, о ЗАКОННОСТИ ИЛИ НЕЗАКОННОСТИ РОЖДЕНИЯ младенца после излишне длительного срока вынашивания и при условии смерти мужа. Скорее всего, перед нами — искаженная дискуссия, уже хорошо знакомая нам по раввино-иудейской версии истории Христа. Она настаивала на НЕЗАКОННОРОЖДЕННОСТИ Иисуса. Его объявляли мамзером, то есть рожденным вне официального брака, а Марию Богородицу обвиняли в блудодействе с неким римским солдатом [307]. Мы очень подробно изучили эти материалы в книгах «Царь Славян» и «Царский Рим в Междуречье Оки и Волги». Рабле намекает здесь именно на эти бурные средневековые споры вокруг догмата о Непорочном Зачатии.

• Сами роды младенца описаны у Рабле так: Гаргантюа появился на свет из уха матери, то есть из ее головы. И здесь же сам указал на параллель с рождением Вакха из бедра Юпитера и богини Минервы-Афины из головы того же Юпитера. Но мы ранее уже показали, что оба этих «античных» мифа говорят на самом деле об одном и том же, а именно — о рождении Андроника-Христа при помощи кесарева сечения. Мы подробно объяснили также, почему в одном случае кесарево сечение объявили разрезом на бедре бога Юпитера, а в другом — перенесли разрез на голову Юпитера. Такая версия рождения Иисуса бытовала в царском христианстве, объявленном потом «языческими мифами». Не будем здесь повторять эти подробности, отсылая читателя к нашим книгам. Таким образом, Рабле фактически прямым текстом сообщил нам о том, что Гаргантюа-Христос явился на свет посредством кесарева сечения, сделанного Деве Марии.

• И наконец, отметим еще раз, что текст Рабле-реформатора выполнен в развязном, издевательском виде, нацеленном на то, чтобы оскорбить верующих и расшатать религиозные и идеологические устои Великой Ордынской Империи.

• Ясное дело, царей Великой Ордынской Империи иногда могли уважительно именовать гигантами, подчеркивая их роль в тогдашнем мире. Рабле же назвал своих основных героев гигантами именно потому, что хотел показать — над кем конкретно он издевается.

Вывод. В начале своего «романа» под именем гиганта Гаргантюа Рабле вывел Андроника-Христа, погрузив его историю в мутный поток критики, намеков, аллегорий и юмора «ниже пояса». А под именем Гаргамеллы описал Деву Марию.

Родословная Гаргантюа и его «сына» Пантагрюэля представлена в самом начале второй книги Рабле. Родословие совершенно откровенно написано как пародия на известную родословную Христа. В качестве иллюстрации приведем лишь несколько примеров. Рабле ухмыляется: «Полифем родил Кака, Как родил Этиона, первого подхватившего дурную болезнь, оттого что не пил летом холодного вина, о чем у нас есть свидетельство Бертакино… Копун родил Гайоффа, у которого яички были сделаны из тополя, а детородный член из рябины…», с. 166–167.

И так далее, в том же издевательском духе. Некоторым современникам Рабле, а также современным комментаторам и историкам все это нравилось и нравится. В восторге они и от местами непристойного литературного стиля Рабле, наглядно видного, например, из цитированных нами выше фрагментов о рождении Гаргантюа-Христа. Дескать, смело, образно, прогрессивно. Достойно подражания.

Зададимся вопросом — на кого был рассчитан «роман» Рабле? Наша мысль такова: скорее всего, на широкие народные массы. Ведь для интеллигенции того времени отдельно писали интеллигентные реформаторские трагедии Шекспир (например, про Гамлета-Христа) и Марло (про Фауста-Христа). Для среднего класса и простолюдинов создавали более развязные тексты, вроде германской Народной Книги про Фауста, шутовских театральных и кукольных комедий. Но желали охватить как можно более широкие круги населения. Для этого написали пять низкопробных книг Рабле, нацеленных, в основном, на плебейские слои, на не очень просвещенный народ, далекий от изысканных душевных метаний Гамлета вроде «быть или не быть». Взяли за основу, в частности, несколько сюжетов из жизнеописания Андроника-Христа и подали их под соусом грубых насмешек и непристойностей. Добавили рассуждения про венерические заболевания. Например, пролог первой книги начинается словами: «Достославные пьяницы и вы, досточтимые венерики (ибо вам, а не кому другому, посвящены мои писания)», с. 29.

Впрочем, комментаторы вроде А. Дживелегова восхищаются и настаивают на оправдательной интерпретации «смеха Рабле». Пишут так: «Это оглушительный, раскатистый смех во все горло, который понятен каждому и потому обладает огромной заразительностью, от которого рушится все, над чем он разражается, смех здоровый, освежающий и очищающий атмосферу… Так смеются люди из народа», с. 22. Итак, для борьбы с Империей призвали также и насмешку.

А вот еще один любопытный вопрос: почему «роман Рабле» изготовили такого большого объема? Ведь написать семьсот страниц, целых пять книг, — не шутка. Это большой труд. Зачем? Ведь его простоватую, разрушительную и вульгарную суть можно было бы сформулировать куда короче. Ответ, по-видимому, таков. Огромный объем мутного и запутанного текста потребовался, чтобы частично замаскировать его откровенно анти-имперскую и анти-кафолическую направленность. Ведь прочесть этот толстый «роман» целиком, страницу за страницей, средневековому читателю было весьма непросто. Попробуйте сами! Скорее всего, надоест через несколько глав. Поэтому, вероятно, пропагандисты «романа» выхватывали для рекламы и призывов лишь отдельные, нужные им куски. А когда их вызывали в имперский суд по обвинению в разрушении основ, реформаторы обиженно восклицали: «Да ничего подобного! Смотрите — практически на любой странице у нас лишь юмор и безобидная фантастика. И таких страниц — несколько сотен. Так что мы вполне добропорядочные граждане».

На этом стоит остановиться. Мы сами потратили немало времени и последовательно, не спеша, прочитали все семьсот страниц романа Рабле и все комментарии к ним. Оказалось, что они полностью подтверждают наши выводы. Любой желающий может повторить наше исследование.

Надо сказать, что «роман» Рабле успешно выполнил свою роль. Его использовали для «раскрутки» идей Реформации в Западной Европе. При этом самого Рабле поддерживали на высоком административном уровне. Несмотря на проклятия многих людей в его адрес, «Рабле ОХРАНЯЛО ПОКРОВИТЕЛЬСТВО КОРОЛЯ И ТРЕХ МОГУЩЕСТВЕННЫХ ЕПИСКОПОВ. Все же он порою вынужден был идти на компромиссы», с. 19.

В результате раблезианская литературная пропаганда и лозунги вскоре влились в разгоревшиеся войны Реформации против Империи. Сегодня нам внушают следующее: «Задача, которую Рабле поставил себе, была выполнена блестяще. Но и труд и талант великого писателя не пошли ему на пользу. „Четвертая книга“ вышла в феврале 1552 года, а в апреле король заключил мир с папою… Недаром в конце 1552 года в Лионе ходили слухи, что он (Рабле — Авт.) арестован и посажен в тюрьму. Попытки добиться верных сведений о нем в Париже не привели ни к чему. Рабле исчез. Книга была, как и три ее старшие сестры, осуждена. Но едва ли сам Рабле подвергся репрессиям. Он умер в Париже и там же похоронен во второй половине 1553 года…

В 1562 году появилась в печати частично… а в 1564 году целиком — „Пятая книга“. В ней самому Рабле принадлежат, по-видимому, лишь наброски и отдельные главы, а не весь текст, местами более вялый, более тяжелый, более перегруженный аллегориями и более яростно нападающий на церковь, чем даже в „Четвертой книге“.

Теперь это уже было не опасно. Политическая борьба под религиозными лозунгами выходила из области идеологии. Уже звенели мечи и лилась кровь. 1 марта 1562 года произошло избиение гугенотов людьми герцога Гиза в Васси, заставившее кальвинистов взяться за оружие и подняться против короля. Противокатолические и противопапские памфлеты гугенотов по своей резкости и прямолинейности оставили далеко за собой и издевательскую апологию Декреталий „Четвертой книги“ и картину „Острова звонкого“ „Пятой книги“ со всеми ее насмешками над папой. Теперь пропаганда гугенотских идей совершалась в открытых боях, а Рабле со своей позицией, одинаково поднимавшей на смех „неуемных кальвинистов“ и „Папего“ (Попугай, иначе — папа), оказался беззащитным между двумя вооруженными до зубов отрядами, готовыми броситься один на другой», с. 18.

Согласно нашим результатам, борьба гугенотов-протестантов и кафоликов-католиков во второй половине XVI века описана на страницах Ветхого Завета, в Книгах Есфирь и Иудифь, как борьба персов с иудеями и как борьба иудеев с Олоферном. Это была борьба Руси-Орды (ее полководцем и был Олоферн), то есть метрополии Великой Империи с мятежниками в провинциях империи, в первую очередь в Западной Европе, а также — с их ставленниками в сердце Империи, организовавшими в конце концов государственный переворот в Орде. Именно в честь этой победы и был потом учрежден известный иудейский праздник Пурим. На страницах русских летописей эта борьба при ханском-имперском дворе описана как история Елены Волошанки. Она же — библейская Есфирь, см. нашу книгу «Библейская Русь».

Так что «роман» Рабле успешно подготовил почву для «звона мечей и пролития крови». Именно в этом и была его истинная роль. Вскоре Великую Империю раскололи. Впрочем, через некоторое время маятник пошел обратно. Романовы, будучи первоначально послушными западными ставленниками, через некоторое время переродились на ордынской почве и в значительной мере восстановили широкое влияние метрополии Империи.