© Кулакова Н. И., 2012

© КАРО, 2012

Дорогие родители!

А также бабушки, дедушки, тети, дяди и все заинтересованные в гармоничном и счастливом развитии семьи!

Что может быть естественнее ситуации, когда детишек в семье несколько? Почему же возникают сложности?

Ребенок, родившийся в семье первым, уже имеет определенные предпосылки для своих отношений с окружающими его людьми, он занимает свое место Первого. Например, установлено, что старший ребенок успешнее в учебе, значительно дольше продолжает свое образование, чем его братья и сестры. Дети, рожденные в семье первыми, целеустремленнее – они идут к успеху и не боятся испытаний. Младшие же меньше уверены в себе, проявляют меньше инициативы, меньше умеют извлекать пользу из своих способностей. Они принимают жизнь легче, склонны к состраданию, терпеливы, но не такие целеустремленные, а все потому, что они по-другому относятся к миру.

Когда появляется второй ребенок, первый вынужден защищать свое место, а второй должен себе такое место завоевать, так как первенцу не очень-то хочется делиться любовью родителей и своими игрушками. Эта изначальная ситуация для обоих братьев или сестер полностью различна и оказывает на них огромное влияние. Третьему ребенку еще труднее завоевать свое место. В то время как старшие уже наладили контакт, он тоже должен найти себя, научиться общаться. (Вспомните сказки о третьем сыне, Иванушке-дурачке, это не что иное, как подтвержденная народной мудростью и наблюдательностью современная статистика.)

Не торопитесь возмутиться: «О каких завоеваниях идет речь? Это что, война?» Хотелось бы, чтобы все было спокойно, мягко и гармонично. И, наверное, не только мне, но и вам, раз вы держите в руках эту книгу. На практике же, особенно при неправильном поведении родителей, бабушек и дедушек, братско-сестринское соперничество длится порой всю жизнь, то затухая, то вспыхивая с новой силой.

Давайте попробуем разобраться, что подогревает эту войну, с чего она начинается. И откажемся от этого еще в начале пути.

Начинается она с наших, родительских ожиданий. Ведь, как это ни странно, мы ожидаем вполне конкретных детей. Мы знаем (даже если не отдаем себе в этом отчета), какими они должны быть. Вплоть до мелочей – как они должны себя вести, какими должны быть, где учиться, на ком жениться и т. д.

И особенно это верно по отношению ко вторым детям. Теперь наши ожидания становятся настолько отчетливыми! Мы можем сравнивать, мы прочувствовали, что это за неведомое существо, ребенок, и каково это, когда он такой медлительный (непоседливый, капризный, тихоня и т. д.). Мы либо ожидаем второго точно такого же, как первый, либо мечтаем о полной противоположности («первый – мальчик, пусть теперь родится девочка, первый мямля, может, второй наконец оправдает мои ожидания»).

В мечтах нет ничего плохого, лишь бы мы не были разочарованы и не сравнивали детей. Сравнивая своих детей, постоянно подчеркивая недостатки или достоинства одного или другого (даже мысленно!), мы допускаем первую грубейшую ошибку – мы засеваем семена вражды и соперничества между нашими детьми.

Правило первое: Никогда не сравнивайте своих детей. Не ждите, что один будет похож на другого, примите как аксиому, что они очень разные. Не позволяйте это делать и окружающим (бабушкам, дедушкам, соседям). Очень трудно удержаться от сравнивания: «А старший все время просыпался по ночам, а зубы раньше пошли…» Бывает, детей сравнивают, подчеркивая недостатки одного и достоинства другого: «Бери пример с брата!», «Посмотри, какая сестренка послушная!» Это, конечно, усугубляет чувство ревности и враждебности между детьми. Даже близнецы не бывают одинаковыми, а тем более обычные брат и сестра – разные по внешности, темпераменту, реакции, интересам. То, что не составляет труда для одного, может быть проблемой для другого. Нет смысла сравнивать двух совершенно разных людей.

Конечно, все начинается с подготовки. Не все готовы уделять этому время, спохватываются, когда уже… Наш русский характер весь в пословице «Пока гром не грянет, мужик не перекрестится». Однако если мы начнем все-таки с подготовки, очень многие острые углы удастся сгладить. Готовимся же мы к родам, готовим приданое для малыша. Немного внимания и такта – и результаты не заставят себя ждать.

Главное, не переусердствовать. Ино гда эффект бывает прямо противоположным. Ревность появляется еще при «подготовке»: ребенок начинает демонстрировать гиперпривязанность к родителям, не сходит с маминых рук, постоянно пытаясь привлечь к себе внимание, заявляет, что «лялю не надо». Притормозите, вы что-то делаете не так. Подходить к этому вопросу нужно очень осторожно, учитывая, каков именно ваш ребенок. Будьте деликатны и наблюдайте. Не стоит начинать рассказы слишком рано, дети не умеют долго ждать, девять месяцев – слишком долгий срок для них, лучше сказать, когда уже начнет расти животик. Может быть, ребенок сам заметит и спросит, почему мама так поправилась. До этого же момента можно проводить совсем другую подготовку. О ней речь пойдет чуть ниже.

Основная ошибка, которую совершают родители: говорят, что скоро появится братик или сестренка, с которым ребенок сможет играть. Не говорите старшему, что у него появится товарищ по играм. Он очень удивится, увидев маленький пищащий комочек вместо такого же, как он, человека. И будет весьма разочарован. Один мой старый друг лет в шесть просил маму родить ему двенадцать братьев. На вопрос матери: «Зачем так много?» – он сказал, что это будет его отряд, он будет их строить и командовать ими. Так вот, главное, чтобы у ребенка не было иллюзий. Очень хорошо, если у кого-то из ваших знакомых есть новорожденный ребенок. Напроситесь к ним в гости или пригласите к себе. Если же нет, есть немало мест, где можно увидеть и поговорить с ребенком о том, какие же новорожденные дети: в бассейне, поликлинике и т. д.

Правило второе: Не обманывайте ожидания ребенка, будьте честны с ним, как бы вам ни хотелось приукрасить действительность, в крайнем случае скажите, что все вместе вы справитесь.

Ожидание еще одного ребенка – отличный повод для того, чтобы рассказать старшему о том, как дети появляются на свет, как развиваются в животике у мамы. Конечно, все зависит от возраста ребенка и тех вопросов, которые у него возникнут (а они почти наверняка возникнут). Даже если ребенок молчит, будьте уверены: они у него есть. Помню, мне было почти одиннадцать, когда мама была беременна сестрой и мы обсуждали с подружкой, все-таки от чего? От объятий и поцелуев или чего-то еще…

Как говорить с детьми на такую деликатную тему? Моя мама на вопросы о том, откуда я взялась, долгое время со смехом отвечала, что она нашла меня в смородине, поэтому у меня глазки как две смородинки.

Романтично только с виду, а вообще-то идея так себе, словно тебя подкинули и ты не родной (то же и с капустой или аистом), а уж версии «купили в магазине», «взяли в больнице», как выражаются подростки, – «просто жесть».

У большинства моих знакомых родители не могли спокойно говорить обо всем, что касается вопросов пола, отношений между мужчиной и женщиной. Практически каждый чувствовал, что родители «смущены, сконфужены, боятся или шутят, порой не по-доброму». Большинство родителей предпочитали уклоняться от прямых ответов, в лучшем случае подсовывали книги. Некоторые вынуждены были говорить о каких-то вещах уже после того, как ребенок узнал что-то от более просвещенных сверстников (как правило, не в самых лучших выражениях) или же испытал стресс физиологических изменений в своем теле (помните, как героиня романа «Поющие в терновнике» думала, что она скоро умрет, потому что у нее текла кровь?)… Немало случаев в моей практике, когда дети, чувствуя смущение родителей, предпочитали узнать обо всем у кого-нибудь другого и на всю жизнь сохранили ощущение, что это и все, что с этим связано, «что-то нехорошее, грязное». А людей, у кого не было бы комплексов по поводу своего тела, своей мужественности или женственности, вообще очень мало. Именно от воспитания в семье зависит, вырастет ли человек с представлениями о чистой и восторженной любви и сексуальности или со множеством комплексов и табу.

Большинство сегодняшних родителей хотели бы создать в своем доме открытую атмосферу, где дети могли бы свободно обо всем говорить. Как правильно просветить ребенка и когда это сделать?

Будьте морально готовы к тому, что дети зададут свои вопросы. Сохраняйте спокойствие независимо от того, о чем они будут спрашивать. Как правило, первые «половые» вопросы значат для детей не больше, чем все остальные их «почему?», «зачем?», «откуда?», «как?». Заметив неуместное смущение, растерянность или страх родителей, ребенок как раз может заинтересоваться вопросом «поподробнее». Никогда не обманывайте ребенка и не говорите: «Пусть тебе про это расскажет…», «Вырастешь – узнаешь» и т. п. Будет лучше, если половым воспитанием своего ребенка займетесь вы сами, а не кто-то чужой.

Отвечайте только на поставленный вопрос. Ребенок, который спрашивает: «А откуда я взялся?» – не готов и не хочет выслушать развернутую лекцию на тему. Его интересует этот конкретный вопрос. Скажите спокойно, в двух словах, например: «Из маминого животика» Можно добавить, что вы с папой (мамой) мечтали о таком сыночке (или дочке), что он рос в мамином животике, а потом родился. Скажите, что мама вынашивает малыша, пока он растет, а когда он появится, заботится о нем: носит на ручках, кормит и пр. Сделайте акцент на любви, ведь это естественно, что люди любят друг друга, хотят иметь ребенка и передавать ему свою любовь.

Правило четвертое: Почаще говорите не о ребенке, которого вы носите сейчас, а о том, которому вы рассказываете: «Мы тебя ждали, ты был такой маленький, рос в животе и становился больше… А когда ты родился (пусть это слово войдет в обиход), как мы обрадовались! Папа даже крикнул “ура!”, потом мы позвонили бабушке…» Некоторые дети спрашивают: «А где я был до этого?» Ответ на этот вопрос зависит от вашей веры и жизненной философии.

Если ребенок задаст еще какой-то вопрос, ответьте и на него так же коротко и с акцентом на эмоции, на языке, доступном ребенку. Углубляйте знания постепенно, удовлетворяя интерес ребенка. Может случиться так, что ребенок спросит обо всем сразу. Это, скорее всего, значит, что где-то вне дома (например, в детском саду) поднималась эта тема. Расспросите поподробнее, кто и что рассказывал на эту тему. Опровергните мифы и дайте оценку неприличным выражениям (если они были), скажите, что так говорят только те, кто ничего не знает об этом, а вы знаете: ваш ребенок родился из-за любви.

Второй очень важный вопрос, который задают дети, – это «как?»: «Как я выбрался из живота?» Обычно это волнует их после 4–5 лет. Смело отвечайте: «Ты родился». За этим вопросом может последовать следующий: «Через пупок?» Отвечайте честно: «Нет, через специальную дырочку (многие дети в ужасе размышляют и даже обсуждают вопрос: из писи или из попы?)».

И наконец, третий вопрос: «Как я туда попал?» До школы можно обойтись без лишних подробностей: «Потому что мама и папа очень любили друг друга и хотели этого, папа дал маме свою клеточку, чтобы начал развиваться ребенок». Если ребенок не удовлетворен, объясните: чтобы кто-то появился, всегда соединяются две клеточки – мамина и папина, а у женщин внутри есть специальный мешок, в котором ребенок может расти в безопасности. Можно рассказать о растениях и животных, ведь весь мир так устроен, почитать вместе книгу «Откуда я взялся?».

Обязательно расскажите, что мальчики и девочки устроены по-разному (чтобы кое-кто не подумал, как один знакомый мне мальчик, что у девочек все отвалилось, наверное потому, что они плохо себя вели). Ребенку 6–8 лет (можно и раньше, зависит от готовности к восприятию вашего ребенка) можно рассказать также, что как называется (матка, влагалище, яйцеклетка, сперматозоид, яичники и т. п.).

Младшеклассник должен получить от своих родителей информацию о менструации и ночных поллюциях. Девочка не должна испугаться своих первых месячных, разумеется, она должна получить полную информацию и о гигиене. Кроме того, вы должны объяснить ребенку очень подробно, что о любых просьбах посторонних людей «посмотреть», «потрогать» и т. п. он должен немедленно рассказать родителям. Такие «безобидные» вещи квалифицируются как сексуальное насилие и могут нанести огромный вред психике ребенка.

Девочке лет 10–12, которая вступает в новый этап, нужно рассказать, что месячные означают ее способность зачать ребенка, но сделайте акцент на том, что пока она еще слишком мала, для того чтобы выносить его, родить и тем более воспитывать. Для этого нужно самой стать взрослой, встретить и полюбить мужчину (как мама и папа). В это же время можете рассказать о том, что существуют болезни, передающиеся половым путем, и т. д.

Воспитывайте в ребенке гордость за то, что он сможет в будущем стать папой или мамой.

Старайтесь создать доверительные отношения, чтобы ребенок обо всем мог спросить у вас, поделиться своими страхами или непониманием, не боясь осуждения.

Обычно в период с 3 до 5 начинается половая идентификация ребенка. Мальчик начинает понимать, что он мальчик, мужчина, а девочка – что она девочка, женщина. Дети вдруг хорошо «видят», что все люди разные, но главное, что они делятся на мужчин и женщин. Важность взаимоотношений с родителем противоположного пола в этот период трудно переоценить. Мальчику, как никогда, необходимо внимание мамы, а девочке – внимание отца. Забавно слышать: «Давай я буду с мамой спать, а ты в моей кровати!», «Папа, ты на мне женишься?» и пр. Но это закономерный этап развития, отнеситесь к нему с пониманием, в этот период закладывается тип отношений с партнером противоположного пола. Если, например, папа бьет свою дочь, впоследствии такая женщина подсознательно ищет отношений, которые будут причинять ей боль. Малыш изучает себя, учится понимать мир. Многие взрослые, не зная особенностей полового развития, ошибочно приписывают малышу не свойственные его возрасту «сексуальные» интересы и даже наказывают за естественное исследование своего тела или разглядывание «противоположного пола» на пляже. У ребенка еще не сложилось сексуальное восприятие своих или чужих желаний и поступков, его половое влечение начнет формироваться лишь в подростковом возрасте, все его вопросы и действия имеют только познавательный характер. Удовольствие ребенка – это удовлетворение собственного любопытства.

Начиная с пяти лет ребенок старается стать таким же хорошим, умным, добрым и т. д., как родитель того же пола, что и он. Это очень благодатное время, чтобы научить чему-то малыша: у девочек просыпается материнский инстинкт, они с удовольствием играют в «маму», а мальчики могут быть втянуты в игру «папой», «мужем» и пр.

Дети продолжают активно интересоваться своим телом, задавать вопросы, познавать. Очень хорошо, если вы вместе с малышом посмотрите мультфильм «Крот и роды».

С возрастом интересы детей разного пола все более дифференцируются, мальчики дружат с мальчиками, девочки – с девочками, у каждой группы свои секреты.

Лучше всего, если полную информацию об изменениях, происходящих в организме при половом созревании, подрастающий ребенок получит именно от родителей, а не от сверстников. От своих сверстников он получает часто неправильные, искаженные представления о сексуальных проявлениях. Все это может нарушать половое развитие ребенка, а со временем приводить и к сексуальным расстройствам у молодого человека.

Моя дочка впервые «заметила» голого мальчика только после трех лет. До этого дети на пляже не вызывали никаких вопросов. «А что это у него?» – был ее вопрос. Спокойно выслушав мое объяснение о том, что у всех мальчиков так, она занялась своими делами. Лишь потом она спросила у папы, так ли и у него. Утвердительный ответ ее вполне удовлетворил.

Лучше, чтобы девочки увидели обнаженного отца в раннем возрасте, тогда они воспринимают мужское тело просто и естественно и в дальнейшем его вид не вызывает нездорового интереса, шока или удивления. С мальчиками все обстоит проще, так как они видят своих мам, которые переодеваются, моются. Чем раньше это произойдет, тем меньший интерес это вызывает и кажется естественным. Столь же естественная стыдливость и стеснительность придет своим чередом вместе с взрослением. Мальчику же, которому бабушка прикрывает глаза, чтобы он не рассмотрел на морском берегу голенькую девчушку лет трех, можно только посочувствовать. Таким поведением мы говорим ребенку: «Это запретно, интересно, страшно, нечисто и т. д.».

С детства прививайте ребенку представление о человеческом теле, как о чем-то прекрасном, чистом, не стыдном. Этим вы сослужите ему отличную службу.

Родители – первые люди, которые открывают ребенку физическую сторону любви, когда поглаживают новорожденного, забавляются с двухлетним малышом или обнимают шестилетнего ребенка. Каждое ваше прикосновение говорит о привязанности и глубокой любви. Когда дети подрастают, физический контакт означает для них чувство безопасности, которое, в свою очередь, говорит им, что их любят.

Помните, что ребенку не хватает грамотной помощи родителей, понимания его проблем. Пусть ребенок узнает обо всем от своих родителей. И пусть кто-то смеется, а я радуюсь, услышав гордое заявление мальчугана лет трех (в метро): «У меня есть яички, когда я вырасту, я буду отцом!» Его половым воспитанием и просвещением явно кто-то занимается.

О внешнем аспекте любви дети узнают, наблюдая за своими родителями. Когда дети видят, как мама и папа обнимаются, целуются и прижимаются друг к другу, они знают, что это – способы выражения любви. Когда они подрастут, они будут понимать, что физические знаки внимания являются для женатых людей естественным путем выражения любви. И к тому моменту, когда они будут делать собственный выбор спутника жизни, у них будет внутреннее чувство радости по поводу физической близости в браке…

Отдельно нужно сказать о ситуации, когда вы готовите ребенка присутствовать при родах (так делают семьи, которые выбрали роды дома). По этому вопросу можно долго спорить. Здесь для этого не место. Я знаю многие семьи, где дети присутствовали при родах, что в дальнейшем очень позитивно сказалось на установлении контакта с новорожденным братишкой или сестренкой. Но каждый раз это были спокойные, домашние, праздничные роды. В любом случае, если семья принимает такое решение, настройте ребенка на Чудо, но в то же время расскажите ему немного о родах, о том, как родился он сам. Как правило, если его собственные роды были благополучными, ребенок не боится, он спокоен и позитивно настроен. Что обязательно нужно рассказать? Что мама будет тужиться, кряхтеть, дышать и может даже кричать, ей нужно прилагать усилия, чтобы вытолкнуть малыша. Расскажите, чем ей можно помогать, подготовьте вместе с ребенком подарки для новорожденного, например открытку, договоритесь, что он будет делать, когда малыш появится, например наденет ему носочки. И обязательно позаботьтесь о том, чтобы у старшего был персональный взрослый, который будет им заниматься во время родов – объяснять, что происходит, сопровождать его, если он захочет выйти, или напоит водичкой и т. д. Хотя есть удивительно терпеливые дети, которые помогают во время родов, смачивают маме лобик холодной водичкой и пр., большинству детей будет полезно и интересно присутствовать уже в самом конце процесса, поэтому продумайте, кто приведет его уже на потужной период, а если роды происходят ночью, разбудит ребенка перед самым рождением.

Готовясь к родам, многие родители хотят все сделать заранее: организовать местечко для малыша, собрать приданое, купить коляску, сделать ремонт в детской, переставить мебель и т. д. При этом не забывайте о чувствах старшего! Наберитесь терпения и не нарушайте его личного пространства. Два самых главных вопроса, которые будет задавать (возможно, своим поведением) ваш старший ребенок: «А вы меня все так же любите?» и «Изменится ли моя жизнь с появлением еще одного ребенка?». Задача родителей ответить положительно на первый вопрос и отрицательно на второй: «Да, мы тебя, как и раньше, очень любим!», «Ничего кардинально не поменяется в твоей жизни!». Ответить, разумеется, нужно не только и не столько словами, сколько своими поступками.

Если вы рассмотрите большинство возникающих вопросов через призму двух этих главных, то ответы будут приходить легко. Можно ли отселять старшего в другую комнату? Стоит ли отбирать у него кроватку, ведь ему купили новую? Забирать ли коляску, которой он не хочет делиться?

Возможно, он не готов к таким изменениям, не спешите. Чем мягче вы будете в самом начале, чем терпеливее, тем легче пойдет весь процесс. Может быть, не стоит говорить старшему, уже школьнику, что скоро ему придется делить детскую с новорожденным. Такое кто угодно воспримет как покушение на собственность! Подождите, возможно, через пару лет он сам вам это предложит. Засевайте семена дружбы. Ничего не забирайте у старшего насильно. Если он маленький, иногда не грех кроватку и перекрасить, чтобы он не думал, что это его бывшая собственность. Период «собственничества» и порядка нужно уважать. Наблюдайте за своим ребенком, не форсируйте и тем более не угрожайте: «Если не отдашь, не согласишься и пр., не получишь…»

Первые дни, скорее всего, будут самыми острыми и в плане ревности, и в плане привыкания всех к новым ролям, поэтому постарайтесь обзавестись на первое время деликатными помощниками.

Не забрасывайте старшего, особенно в первое время: лучше забросьте домашние дела, а освободившееся время отдайте старшему. Потом все уравновесится, когда он привыкнет немного к новому положению, но только не в первые, самые острые дни.

Преодолейте искушение поручить старшего заботам других: если есть возможность нанять няню, пусть посидит с младшим, пока вы прогуляетесь со старшим. Бабушки и дедушки иногда даже забирают «пожить к себе старшего, пока маленький подрастет». Старший ребенок при этом «купается во внимании», но, с другой стороны, чувствует оторванность от семьи, свою ненужность. Не позволяйте старшему чувствовать себя заброшенным и покинутым, тогда он неизбежно будет воспринимать младшего как счастливого соперника.

Одна моя знакомая, когда родился второй, уехала с детьми к родителям. Казалось бы, более мягкий вариант. Оба ребенка с ней, все помогают. Стоит старшей закапризничать, заревновать, тут же на помощь спешат дедушка и бабушка, отвлекают, развлекают… Постепенно все привыкли и адаптировались именно к такой ситуации. Каким же жестким было возвращение домой через полгода! Старший ребенок привык, что его развлекают, пока мама возится с сестренкой. А вот младшенькая подросла и тоже требовала маминого внимания, но уже совсем иначе, чем новорожденный малыш. В природе все мудро устроено. Сначала ребенку очень нужен тактильный контакт с мамой, что решается легко, например слингом, в котором он мирно посапывает в то время, когда мама может заниматься старшим ребенком или другими делами, да и вообще новорожденный много спит, а не ползет и не хватает игрушки старшего. Совсем другое дело – шестимесячный карапуз, у него потребности другие. Пройдите острый период лучше на стадии, когда младший еще не столь требователен и не занимает столько пространства. Потому что «проходить» все равно придется, но в других условиях. Моя знакомая рыдала в отчаянии: полгода относительного покоя, а потом полная беспомощность! Преодолейте искушение, никуда не уезжайте и не раздавайте своих детей помощникам.

Отведите старшему «свой уголок», куда нельзя младшему (без разрешения хозяина), не стоит настаивать, чтобы он отдал маленькому свои игрушки и кроватку: «Ты ведь уже не играешь этими игрушками!» Представьте, если бы кто-нибудь сказал вам: «Ты ведь уже не читаешь эти книги, да и за компьютером сейчас не работаешь… Давай отдадим». Наверное, было бы не очень приятно.

Уважайте собственность и интересы каждого из детей (в первое время это особенно важно для старшего). Иногда лучше купить (поменяться, попросить у знакомых) какие-то вещи для маленького, чем отбирать у старшего «его» коляску или стульчик. Постоянно подчеркивайте, что маленькому для старшего ничего не жалко, потому что он его очень любит (дайте примерить чепчик, поиграть погремушками, которые новорожденному подарили родственники), возможно, старший тоже согласится что-то отдать, поменяться и т. д., ведь он тоже «очень добрый». Может, не сразу, будьте терпеливы.

Не спешите передать младшему «ласковые слова», которые раньше принадлежали старшему: «малыш», «солнышко мое», «котеныш» и прочие. Лучше придумайте новые для нового человека.

Предупредите своих гостей, которые будут одаривать маленького подарками и восторгом, что у вас есть еще старший ребенок. Лучше пусть принесут подарки для него в этот непростой период, не забудут уделить ему внимание, расспросить, как дела, как он поживает. Свой восторг пусть выражают так: «Ого, какой у тебя брат!»

Если покупаете новую одежду и игрушки для новорожденного, купите какую-нибудь мелочь и для старшего – он будет счастлив. Ребенок должен знать, что он по-прежнему любим, о нем не забывают.

Посмотрите вместе со старшим его фотографии, когда он был крошечным. Про альбом стоит сказать отдельно. Подготовьте его еще до рождения младшего. Пусть в этом альбоме будет как можно больше фотографий на бытовые темы, эпизодов, которые вам пригодятся. Например, как вы кормите его грудью, укачиваете его на руках, купаете и т. д. Не забуду лицо своей старшей дочери, когда на маленькую надели крестильное платье.

Пришлось срочно достать фотографии с ее собственных крестин, показать, какое у нее было платье, какой у нее тоже был праздник, да еще, к счастью, ей платье сшила сама мама.

Поддерживайте внимание старшего к младшему: не запрещайте ему потрогать, погладить (сделать массаж), дать игрушку (мы очень радовались, если старшенькая делилась с младшей, правда, мяч она могла положить ей прямо на лицо – приходилось преувеличенно хвалить и объяснять, что на лицо не нужно). Учите детей любить и общаться.

Дети подражают нам: так приятно почувствовать себя «умницей, помощником» – принести пеленку, погреметь погремушкой! Вот что умеет мамин помощник! Наша старшая дочь вся надувалась от гордости, заботливости и, наверное, ответственности, когда ее просили «постоять вот здесь, поохранять» сестренку, пока мама потрет яблоко (нальет воды, помешает картошку).

Но это нужно делать, когда оба ребенка в хорошем расположении, а старший настроен быть старшим: «Смотри, он на тебя смотрит, тебе улыбается, за пальчик схватил, хочет познакомиться, так тебя любит, кажется, скучает…» Иногда полезно говорить о маленьком в такой модальности, как про, например, игрушку или личное достижение старшего, подчеркивая, что сестренка «у него» («Какая хорошая у Ксюши сестренка!»). Рано или поздно должно взыграть чувство законной гордости и ребенок почувствует, что это не столько мамина дочка, сколько его сестра.

Правило шестое: Не пренебрегайте одним ребенком ради другого. Отправить старшего к бабушке, когда родится малыш, поручить его няне, отправиться в отпуск с одним из детей – это и есть пренебрежение, на котором прорастают боль, зависть и соперничество детей («Я думал, что больше не нужен маме, потому что у нее есть другой, лучше»). Преодолевайте трудности вместе, учите детей ладить в любых ситуациях. Разлучая их, вы лишаете их этих ситуаций, ситуаций для внутреннего роста, развития любви и дружбы. И себя, кстати, тоже. Учитесь справляться все вместе.

Почему эта глава самая важная? Да просто потому, что она о безопасности детей, любой психологический аспект меркнет рядом со здоровьем и жизнью ребенка. Поэтому приготовьтесь внимательно запомнить, записать, зазубрить, выделить красным цветом то, что последует ниже.

В первое время не оставляйте детей наедине дольше, чем на минуту, да и позднее будьте начеку, пока младший не научится защищать себя. Как это делать? Очень просто – либо маленького в переноске берите с собой, либо старшего на помощь (надо суп варить, а без него никак). Никаких оправданий, типа «я только в туалет», «быстренько душ принять, ведь старший мультик смотрит, а младший спит». Заприте младшего в соседней комнате, а потом идите. Береженого Бог бережет.

Я очень хорошо усвоила этот урок, всех остальных родителей уговариваю учиться на чужих ошибках. Я отлучилась только на пару минут, а старшая прибежала с криком: «Она плачет!» Я успела подумать: «Почему плачет? Ведь я только что уложила ее спать…» Картинка была так себе. Раскрытая и развернутая, малышка практически висела на краю кровати. Как выяснилось, старшая пыталась ее стащить, чтобы «побаюкать». Бросила на полпути, потому что та начала хныкать.

Я всегда задаю родителям один и тот же вопрос, он очень важный, принципиальный: «Как я должна была реагировать? Какие слова сказать старшему ребенку с учетом того, что мне необходимо сеять семена дружбы и взаимного внимания детей друг к другу?» Отругать, сорваться, накричать, предупредить, чтобы больше никогда ни в коем случае? Не подходит. Как бы мы ни испугались, как бы мы ни рассердились, мы должны постараться взять себя в руки, чтобы сеять то, что хотим. Разобравшись в том, что ребенок хотел проявить внимание, позаботиться, мы, как ни странно, должны похвалить. Ну и, конечно, избежать такой ситуации в будущем. Чтобы ее предупредить по-настоящему, нужно вернуться к началу главы и еще раз внимательно его прочитать. не оставлять…

Но все-таки скажите старшему так, чтобы не занижать его самооценку, не подрывать ее: «Я так горжусь тобой, мне так нравится, что тебе хотелось побаюкать сестренку… Если снова захочешь, позови сначала меня, ведь я хочу это увидеть своими глазами». В этой фразе нет и намека на то, что старший не справится, уронит, не удержит, не должен трогать, вы боитесь за маленького…

Помните, что желания и намерения старшенького, если он еще мал и плохо понимает, «что такое хорошо, а что такое плохо», а дух исследователя в нем развит не меньше, чем в ученом-естест воиспытателе, весьма разнообразны – от «просто покачать и покормить грецкими орешками» до «выбросить в форточку, чтобы мама была снова только моя».

Свои чувства дети порой выражают очень непосредственно. При этом старший улавливает, что вы опасаетесь за младшего и оберегаете его, когда вы невольно одергиваете: «Не стучи, не шуми, не прыгай здесь, отойди от коляски, осторожней, он же маленький». Старший ребенок прочитывает: «Я уже не маленький, я уже не так любим, оберегают не меня и т. д.». Предугадывайте ситуации, чтобы уберечь маленького, но воздерживайтесь от упреков.

Я знаю множество историй, которые, к счастью, хорошо заканчивались. Как ни странно, даже предложенный старшей сестренкой апельсин, дольку которого трехмесячный малыш с упоением сосал, не вызвал аллергии. Удивительный первый прикорм, не правда ли? Зато от всей души, поэтому ругать ни в коем случае нельзя, ведь поделилась любимым апельсином… Только хвалить, и зорко наблюдать. Лишь бы все так же хорошо заканчивалось.

Защищать нужно обоих, а не «самого слабого», «самого маленького». «Как же защищать старшего от младшего?» – спросите вы. Придется пойти на хитрость и преувеличенно, слегка притворно ругать малыша, когда он машет ручками, хватает старшего за лицо: «Ай-яй, я не разрешаю старшего обижать, он тоже мой родной сыночек, нельзя его бить. Я старшему не разрешу тебя обижать, но и тебе не разрешу…», «Не обижай братика (сестричку), он тоже еще маленький, осторожно, не дерись, теперь нужно его пожалеть».

И еще о детях относительно взрослых, которым уже семь, десять, двенадцать. Они едва ли станут выковыривать глазки, исследовать родничок, укачивать без надобности и переворачивать коляску. Это более сложно организованные личности, разумеется, они уже многое понимают. И велико искушение привлечь их в няньки, оставить младшего, пока вы сходите в магазин, и т. д. В этом нет ничего страшного, но вы должны понимать две простые вещи про этих «взрослых» детей. Во-первых, они не будут знать, как вести себя в какой-то неожиданной, возможно, критической ситуации (ребенок ударился, поперхнулся и пр.), а во-вторых, они еще не умеют предугадывать следующий шаг, не выстраиваются логические цепочки в их головках, как у взрослых. Если малыш подполз к плите, на которой кипит кастрюля, каждый взрослый понимает, что следующим шагом может стать то, что ребенок подтянется и перевернет ее на себя. Но только не подросток – ему такое не придет в голову, пока это не случится. Поэтому все кастрюли должны быть убраны, все окна закрыты и т. д. Старшие дети – всего лишь дети, до няни им далеко.

Мы, безусловно, очень любим своих детей, а вот выражать свою любовь не всегда умеем. Поэтому и кричат порой дети: «Ты меня не любишь!» Одним из способов выражения любви маленьким детям является тактильный контакт с ними, совместный сон, поглаживания, объятия, дружеские похлопывания по плечу.

Чем грозит старшему появление младшего в семье? В первую очередь снижением уровня тактильного контакта. Так или иначе, редко осознавая это, мы меньше начинаем гладить, держать на руках, вместе «валяться» со старшим. Отчасти это объясняется физическими причинами – мамины руки зачастую элементарно заняты младшим, отчасти – психологическими, ведь мы считаем, что старший резко повзрослел. Вопрос тактильного контакта вообще один из самых острых.

Большинство родителей прикасаются к своим детям только по необходимости, например помогая им одеться, сесть в машину и т. д. Особенно плохо обстоит дело с мальчиками: уже до года они получают в пять раз меньше физической ласки, чем девочки. Сокращение физических контактов между взрослыми и детьми также происходит, когда дети начинают ходить в дошкольные учреждения. В лучшем случае воспитатель держит ребенка за руку, но никто не станет поднимать его на руки или обнимать, многие стараются даже не сажать детей на горшок, боясь интимного физического контакта, сопряженного с этим процессом. Не бойтесь «избаловать» или «приучить к рукам» своих малышей: носите на руках, прижимайте к себе, согревайте своим теплом, делайте массаж. Недостаток контакта в младенчестве аукается в последующей жизни.

Современные психологи успешно пользуются тактильной терапией (прикосновениями, массажем и т. п.), потому что это помогает при коликах, расстройствах сна и повышенной возбудимости малышей, снимает стрессовые состояния: в моче новорожденных, получавших сеансы массажа, ниже содержание кортизола – гормона стресса, который в определенной концентрации способен уничтожать клетки, крайне важные для иммунной защиты. Исследователи даже говорят, что 15 минут массажа в день могут помочь детям, страдающим диабетом, сохранять уровень глюкозы на нормальном уровне, а детям, страдающим астмой, улучшать работу легких. Назначение кожи – способствовать человеческой близости и теплу, восприятию, содействовать контакту, проводить ласку. Дети вообще не могут жить и нормально развиваться без прикосновений.

Когда в семье появляется еще один ребенок, старший находится в не простой для него ситуации. Он переживает стресс, а родители, которые обычно в трудной для ребенка ситуации увеличивали тактильные контакты, старались его приласкать (например, если он заболел), по необъяснимым для ребенка причинам действуют теперь иначе. Это, конечно, усугубляет страдания старшего. Вместо поддержки он получает отвержение. Особенно остро это переживают маленькие дети (многих из них мамы отказываются брать на руки уже во время беременности) и дети-кинестетики, для которых тактильный контакт – основной при взаимодействии с миром. Что же делать? Стараться если не увеличить, то хотя бы поддержать тактильный контакт с ребенком на прежнем уровне.

Придумайте некие ритуалы, это поможет вам не забывать об этом. Например, обняв ребенка, ежедневно читать ему книжку или играть в «щекоталки», делать легкий массажик перед сном, обниматься после обеда, завтрака и ужина.

Придумайте специальные тактильные знаки, например два быстрых пожатия руки могут означать: «Я люблю тебя», а четыре пожатия: «Ты самый лучший». Будьте изобретательны, разработайте свой собственный «язык любви», лучше, конечно, заранее, пока вы не погрузились в заботы о младшем.

Запомните, что мальчики и повзрослевшие дети нуждаются в нашей ласке не меньше. Для них, возможно, подойдут другие способы выражения нашей любви и нежности. С парнишкой-подростком, к примеру, отец может заниматься «борьбой», а мама – по-дружески приобнимет или похлопает по плечу. Хорошо, если тактильный контакт поддерживается с раннего возраста, тогда даже мамин поцелуй вполне приемлем.

Когда разница между детьми маленькая, старшему может категорически не нравиться ситуация, что вы много держите младшего на руках. Не вините его за это, не ругайте. Если младшего некому передать на ручки или по каким-то причинам невозможно, постарайтесь разрядить ситуацию. Можно взять старшего на другое колено, руку (хоть ненадолго) или посадить его к себе на колени, а младшего сверху (старший при этом «держит» маленького). Можно затеять игры: «Я заворачиваю маленького, даю сосочку, а ты заворачивай свою “лялю” – куколку, дай ей соску, давай их покачаем, покатаем в колясочках, поносим на руках». Это особенно хорошо, если старшая – девочка: «Мы две мамы!», но полезно и для мальчика, не бойтесь, что это не мальчишеская игра, ведь когда-нибудь он станет папой.

Держите маленького на руках и бегайте за старшим. Делайте это под музыку, получатся своеобразные догонялки, старший не чувствует себя обделенным. Вы играете все вместе!

Когда кормите младшего грудью, приобнимите старшего, почитайте ему книжку, расскажите сказку. Изо всех сил старайтесь передавать ему свою любовь через тактильный контакт.

Очень помогает слинг – руки остаются свободными, можно гладить старшего, делать ему массаж, тогда он не будет настолько остро соперничать с младшим за ваше «тело».

Если вы берете младшего к себе в постель или спите с ним вместе, не прогоняйте старшего, позвольте ему тоже прибегать к вам «греться» или спать вместе с вами. У меня сохранились забавные фотографии, где дети спят вместе, причем старшая положила ноги на младшую, которой в это время было месяцев пять, и им определенно хорошо. Это тоже развивает и укрепляет контакт между детьми, сглаживает их соперничество.

Правило седьмое: Сохраняйте со старшим ребенком тактильный контакт, найдите время, чтобы потискать его, не проходите мимо, даже если он занят чем-то в данный момент; обнимите покрепче…

Помимо снижения уровня тактильного контакта со старшим ребенком, происходит еще один, практически неуправляемый, неосознаваемый большинством родителей процесс, который я назвала бы «повышение планки» по отношению к старшему ребенку.

Если сравнить двух матерей, у одной из которых единственный трехлетний ребенок, а у другой – трехлетний старший и недавно родился малыш, их поведение будет кардинально отличаться.

Для первой мамы ее трехлетка все еще малыш, он, конечно, постепенно взрослеет в ее глазах и глазах окружающих, но совсем не так, как трехлетка у другой мамы. Для нее, да и для всей семьи старший ребенок в одночасье повзрослел, стал «уже большим», «старшим братом», и он как будто «должен помогать», «все понимать» и т. д. А он к этому совершенно не готов и, более того, не понимает, почему, если у него «ножки устали», на ручках его уже никто не понесет, он ведь уже «большой». Его капризы, слабости воспринимаются совершенно иначе, без снисхождения, без ощущения, что он «еще маленький». А ведь он ничем не заслужил такого резкого скачка в требованиях к нему, это мама снова стала мамой, вынашивала малыша, родила его, и теперь у нее есть кто-то младше него.

Все люди делятся на три типа: те, кто лучше всего воспринимает информацию с помощью зрения (их называют визуалами), те, кто лучше всего воспринимает информацию с помощью слуха (аудиалы), и, наконец, те, кому легче усвоить что бы то ни было, потрогав, понюхав, прочувствовав, соприкоснувшись (кинестетики). Оказывается, ведущий канал проявляет себя очень рано. И уже двух-трехмесячный малыш имеет четкие предпочтения. Если внимательно понаблюдать за своим ребенком, можно понять, к какому же типу он принадлежит. Правда, следует иметь в виду, что иногда способ познания встречается в комбинированном виде (человек предпочитает, например, два канала восприятия).

Младенец-визуал при восприятии информации больше всего полагается на зрительные ощущения, познает окружающий мир визуально. Такой новорожденный очень любит все рассматривать, когда он устает, то просто закрывает глаза, все остальное время жадно старается все охватить взглядом. Его легко отвлечь сменой обстановки, а во время кормления он не закрывает глаза, а рассматривает мамино лицо. Очень любит, когда ему строят рожицы, что-нибудь показывают. Он быстро схватывает и запоминает визуальные характеристики предметов: цвет, форму, размеры, радуется при виде знакомых людей и предметов. Любит подвешенные игрушки, цвет, движения.

Слушает же он не так охотно, с трудом концентрируется на звуках, двигается тоже мало, он не будет в числе передовиков, если сравнивать по двигательной активности, «рано перевернулся, рано пошел и пр.» – не про него.

Ему очень нравится наблюдать за своими руками. Он с огромным удовольствием рассматривает новые игрушки, особенно если там есть кнопочки и другие мелкие детали, позже ему интереснее будет рассматривать иллюстрацию к сказке, чем слушать ее. Став постарше, он с удовольствием будет рисовать, складывать кубики, вырезать, нанизывать мелкие предметы, играть в видеоигры и т. п.

С таким ребенком постоянно поддерживайте контакт «глаза в глаза». Играйте с ребенком перед зеркалом, стройте смешные гримасы, показывайте разные движения.

Крошка-аудиал предпочитает слуховые ощущения, познает окружающий мир, воспринимая голоса и звуки, рано начинает лепетать, больше пытается «разговаривать», реагирует на музыку, незнакомые звуки и голоса. Такой новорожденный рано начинает поворачивать голову к источнику звука и успокаивается, услышав голос мамы. Он самый «перспективный» в плане развития речи. Он готов слушать и слушать, а со временем будет быстро запоминать и начнет повторять раньше других. Не ленитесь, начните рассказывать сказки и читать ему книги с первых же дней. Его легко успокаивает музыка, знакомые голоса, музыкальные игрушки, он любит, когда ему читают и рассказывают вслух. Он всегда прислушивается к разговорам, ему нравятся колыбельные.

Он постоянно издает какие-то звуки (болтает), играя со своими игрушками, старается извлечь из игрушки какие-нибудь звуки, выбрасывает ее из кроватки, стучит и т. д. Рано начинает щелкать языком, чмокать губами, пытается привлечь к себе внимание с помощью звуков уже с трех месяцев.

Он просыпается от шума. Координация у него развита намного хуже.

Впоследствии аудиал предпочитает игры, связанные с отгадыванием слов, любит слушать музыку, чтение вслух. С таким ребенком обязательно надо много разговаривать, хвалить его, говорить, что вы его любите, как можно чаще.

Ребенок-кинестетик много двигается, он познает окружающий мир через движения или с помощью прикосновений, как правило, опережает своих сверстников в физическом развитии, любит, когда к нему прикасаются, тискают, кружат, переворачивают и т. д. Такой новорожденный легко выворачивается из пеленок. Он очень любит, когда его укачивают, делают массаж и гимнастику, учат плавать (вы можете начать это делать уже на второй-третий день после его рождения). Ему нравится, когда его подбрасывают и щекочут, укачивают и держат на руках, когда его возят в коляске или в машине. Такого малыша можно успокоить массажем, прикосновениями, прыжками на коленях. Он раньше других начинает переворачиваться, вставать, ползти и т. д. Остановить его невозможно, легче придумать активные подвижные игры.

Много значат для него запахи (обоняние тоже используется для познания окружающей действительности). Он любит движущиеся игрушки и подвижные игры. Став старше, он предпочитает бегать, прыгать, лазать, плавать, заниматься спортом. Ему трудно длительное время оставаться в покое, а значит, быть сосредоточенным на каком-то предмете или занятии. В плане развития речи ему нужно уделить повышенное внимание, так как «деятель» больше полагается на неречевые способы общения, говорит мало, часто непонятно, лепечет также мало, у него больше жестов, чем речевых слов, часто вспыльчив, злится, когда его не понимают. Для такого ребенка абсолютно необходим тактильный контакт, для него этот способ выражения любви станет решающим.

Важно для всех родителей! Чем лучше мы знаем своего ребенка, тем легче нам с ним общаться и проще учить чему-то. Зная «любимый» способ познания ребенка, мы должны этот способ развивать, это весьма перспективно, обучая чему-то, учтем, как ему легче всего усваивать информацию. Например, рассказывать и читать ребенку-кинестетику нужно по-особому – с прикосновениями и действиями. «Посадил дед репку, выросла репка большая-пребольшая (показываем руками ребенка, какая она большая, тянемся вверх). Стал дед репку тянуть. Тянет-потянет, вытянуть не может» (обнимаем ребенка и тянем его, словно репку) и т. д.

Читая эту же сказку ребенку-визуалу, мы должны обязательно показывать ему картинки или разыгрывать сказку с помощью игрушек.

Очень важно, развивая у ребенка его «любимый» способ познания действительности, развивать и другие способы восприятия, чтобы достичь определенного равновесия, сбалансированного развития. Не отказывайтесь от развития других способностей, тогда вашему малышу в будущем будут доступны «все краски и звуки» мира, он вырастет всесторонне развитой, гармоничной личностью. Старайтесь использовать его врожденные способности при развитии других.

Например, ребенок-слушатель с большим вниманием отнесется к визуальному материалу или физическим упражнениям (гимнастике, массажу), если вы будете сопровождать их разговорами, стихами и песенками. Чтобы ребенок развивался гармонично, используйте разные каналы восприятия. Читая ту же сказку про репку, вы можете тянуть и обнимать ребенка, показывать картинку, а еще и настоящую репку, которую можно пощупать и понюхать. Проявите фантазию, это окупится невероятными успехами малыша. Даже при выражении своей любви словами или когда объясняете что-то ребенку, выбирайте для этого слова, которые облегчат его восприятие.

При общении с ребенком-визуалом используйте «визуальные» слова (когда он подрастет, конечно, тоже): видеть, наблюдать, сосредоточиться на…, ясный, сверкать, сиять, блестеть, мерцать, светиться, цвета (цветной), яркий (темный), представить картину, оттенки, видеть проблему, вспыхнуть, следить, выглядеть, мысленно видеть, отражать, тусклый, затуманить, туманный, освещать, калейдоскоп цветов, походить на…, казаться, нарисовать картину, фотографический, подернутый дымкой.

С ребенком-аудиалом используйте при общении следующие слова: хихикать, высказать мнение, выговориться, слышать, слушать, звучать, щелкать, настраиваться, отключаться, рычать, грохотать, свистеть, треск, хруст, ломать, шуршать, хлопать, сила звука, громко, тихо, чириканье, лай, прихлебывать, вопить, орать, монотонный, многословный, визжать, диалог, интонация.

С ребенком-кинестетиком говорите на «его» языке, используя «кинестетические» слова: хватать, держать, ласкать, трогать, чувствовать себя удобно (неудобно), больно, болезненно, тяжелый (легкий), гладкий (шершавый), холодный (теплый), фактура (бархатистый, грубый), чувствительный, закупоренный, застрять, приблизиться, обернуться, идти (бежать, ползти), выпустить (держаться), расслабиться, возбужденный, наэлектризованный, сердиться, беситься, падать, тесный (напряженный), поддерживать контакт, потерять связь, устойчивый.

Помните, что ваш ведущий способ познания может отличаться от способа познания вашего ребенка, а значит, ваша забота о нем и игры бессознательно будут ориентированы именно на ваш способ познания, например: если вы слушатель, то вам захочется покупать для него музыкальные игрушки, ставить аудиокассеты, дарить музыкальные игры и говорить словами, понятными вам. Постарайтесь присмотреться к своему ребенку.

Если мы будем выражать свою любовь разными способами, они определенно перекроют разные каналы восприятия детей, это не так сложно, ведь каналов всего три – визуальный, аудиальный и кинестетический. Думаю, для ребенка-визуала решающим при пополнении «резервуара любви» будет контакт «глаза в глаза», для ребенка-аудиала (на слух) – разговоры, комплименты, похвала, а для ребенка-кинестетика – тактильный контакт. А если учесть, что «чистых» типов очень мало, стоит использовать все способы и наблюдать за ребенком: что же поддерживает именно его лучше всего?

Эту тему нужно вынести в отдельную главу, ведь если старший ребенок подавляет свои эмоции, не может их выразить и разобраться, они могут ударить по здоровью, успеваемости в школе и пр.

Зачастую взрослые сами подавляют свои эмоции. Дети, живущие рядом со взрослыми, привыкают к тому, что это правильно. Кроме того, нередко кажется, что никаких особых переживаний и проблем у детей не должно быть, а значит, и подавлять им нечего. Но ребенок не реже взрослого попадает в трудные ситуации. Например: когда появляется братик или сестра, старший испытывает целый спектр чувств, которые он зачастую сам не может понять, ведь этот опыт для него совершенно новый. Ребенок имеет право на чувства (конечно, имеются в виду в первую очередь негативные: гнев, обида, ревность).

Принимать и проявлять свои чувства – это то, чему родители должны научить своего ребенка. Ведь спрятанные эмоции всегда найдут выход. Намного хуже, когда они выходят в виде соматических заболеваний, речевых нарушений и т. п.

Мы зачастую сами подталкиваем ребенка к подавлению своих чувств, а иногда даже не даем их как следует почувствовать. Мы злоупотребляем переключением внимания. Например, ребенок больно ударился, а добрая бабушка говорит: «Ой, смотри, вон птичка полетела!» Мы не разрешаем ребенку почувствовать боль, прислушаться к своим чувствам, пережить. Мы как будто говорим, что что-то вовне гораздо важнее, чем его боль. Потом такие дети, превращаясь во взрослых, не чувствуют дискомфорта, не понимают, что живут с нелюбимыми людьми, которые их обижают, ходят на неприятную работу, не чувствуют боли в груди, пока не умирают от инфаркта.

Детям постарше мы говорим: «Разве можно так ненавидеть свою родную сестру?!», «Как можно быть голодным, ты ведь только поел!», «Твоя мама уехала всего лишь на несколько дней, поэтому не надо печалиться», «Мальчики не плачут», «Это же не больно!», «Ведь ты же не хочешь этого делать!».

Суждения подобного рода лишают ребенка права чувствовать то, что он действительно чувствует. Они учат его не доверять своему собственному мнению.

Чрезвычайно важно говорить детям о том, что происходит в нашей жизни. Они невероятно чувствительны и проницательны. Порой мы не говорим им всей правды, чтобы оградить их от неприятностей. Но в том-то и состоит проблема, что им так или иначе все бывает известно, а их живое воображение часто усугубляет ситуацию. Кэтрин Кволс в упомянутой выше книге приводит следующий пример: «У маленькой девочки умер дедушка. Мама, пытаясь уберечь дочь от переживаний, сказала ей, что дедушка просто надолго уснул. Вскоре после этого у дочки возникли проблемы со сном, потому что она не хотела бесконечно спать, как ее дедушка. Важно, чтобы мы говорили правду нашим детям о смерти и других болезненно воспринимаемых нами событиях. Рассказывая им о своих чувствах и взаимоотношениях с людьми, мы увеличиваем их „запас“ доверия к нам. Дети знают намного больше, чем мы думаем, а мы иногда сбиваем их с толку, рассказывая всякие небылицы».

Учите ребенка рассказывать о своих переживаниях. Если вы видите, что ребенок чем-то расстроен, подавлен, поговорите с ним. Только не на ходу, а в спокойной обстановке, когда вам никто не мешает. Спросите: «Что-то случилось?», «Ты чем-то расстроен?», «У тебя грустное лицо!», «Тебя кто-то обидел?». Возможно, ребенок не сразу вам ответит, будьте терпеливы, потихоньку расспрашивайте и пытайтесь вместе разобраться.

Старшему еще трудно выразить то, что он чувствует, скорее всего, он вообще не может разобраться в своих чувствах и понять, что же происходит. Если, проанализировав ситуацию, вы поняли, что его «капризы» или «агрессия» связаны с ревностью, не ругайте его и не делайте вид, что ничего не замечаете, лучше говорить об этом и объяснять, что он ревнует, но вы понимаете его чувства и не станете ругать за ревность, потому что знаете, что она скоро пройдет, что вы бы тоже ревновали на его месте. Можно поговорить с ним на эту тему в духе активного слушания – с паузами, давая ребенку если не высказаться, то хотя бы осознать свои чувства. А «выслушав», повернуть эмоции в позитивное русло и в процессе разговора вывести его на то, как мама его любит.

Попробуйте помочь ребенку следующими способами:

• Пусть ребенок нарисует на листке бумаги свою ревность (или злость, ненависть, обиду, страх). После этого попросите ребенка с силой скомкать листок, обратите его внимание, какой маленький комочек бумаги получился, пусть сжимает как можно сильнее, а потом выбросит его, растопчет или закопает.

• Обязательно нужно играть в «грязные игры» (это полезно не только малышам): мните глину или пластилин, играйте с мокрым песком, рисуйте пальчико выми красками, месите тесто (его можно и пошлепать).

• Очень хорошо снимает напряжение вода, ее можно переливать, наливать, брызгаться.

• Пусть ребенок нарисует что-нибудь под приятную гармонизирующую музыку. Можно рисовать и без музыки, например свое настроение, очень хорошо это делать пальчиками.

• Попросите ребенка разрисовать себя или раскрасить лица родителей (специальными красками), сделать вам прическу. Этот удивительный тактильный контакт и возможность распоряжаться родителями дает максимальный эффект.

• Играйте в «подражалки» и «изображалки». Попросите ребенка изображать разных людей: как они ходят, какое у них выражение лица. Учите наблюдательности: «Как папа приходит с работы?», «Как бабушка печет пироги?» и т. д. Это помогает ребенку «примерить» на себя и понять состояния других людей.

• Поиграйте с ребенком в «зеркало»: сядьте напротив друг друга, повторяйте гримасы друг друга. Ребенок учится наблюдать и видит себя «со стороны».

• Побеситесь, подеритесь подушками, не подавляйте двигательную активность ребенка. Такие игры можно регламентировать (когда это никому не помешает), или ходите вместе в спортзал.

• Предложите ребенку несколько портретов, пусть попробует отгадать, какие это люди, что чувствуют, что любят.

Сказки или истории, придуманные нами специально для ребенка, могут стать настоящими палочками-выручалочками. Сказка лечит душу, помогает разобраться в проблеме, заставляет поверить в себя. В Индии, например, где существует древняя традиция внимания к внутренней, духовной жизни человека, сказку может «назначить» врач. Приходит больной к врачу, врач выслушивает его жалобы и прописывает ему… сказку: «Сиди и медитируй три месяца над индийской “Царевной-лягушкой”, а потом тебе закроют больничный». Такое влияние оказывает сказка на душу человека.

Бруно Беттельгейм, всемирно известный психоаналитик, лечивший детей с нервными расстройствами, заметил, что отношение ребенка к той или иной сказке помогает распознать природу психической травмы, которая была ему нанесена, и, что самое главное, ребенок, работая над сказкой, залечивает свои душевные раны.

Всякому ясно, что гораздо интереснее выслушать увлекательную историю, чем скучные наставления взрослого, тем более когда история как раз о том, что волнует, тревожит, задевает… И кому же, как не родителям, которые читают и рассказывают своим детям сказки, знать о конфликтах и переживаниях своих детей? Значит, подбирать и сочинять нужные сказки должны уметь все папы и мамы. Тем более в такой сложный период, когда появляется еще один член семьи, когда ребенку трудно разобраться в своих чувствах.

Как сделать так, чтобы сказка принесла пользу? Что должны знать родители, приступая к сочинению собственных историй? Попробуем разобраться и дать несколько советов.

Существует два типа сказок, которые могут помочь вашему ребенку в личностном росте и решении каких-то проблем.

1. Народные сказки (только обязательно народные, старые сказки, волшебные). Их можно читать в неограниченном количестве. По реакции ребенка вы поймете, попадает ли сказка в цель.

Например, «Красная Шапочка» (не Шарля Перро, а народная), в которой девочку съедает волк за то, что она не послушала маму и заговорила с незнакомцем. В народном варианте, побывав в брюхе у волка, Красная Шапочка преображается, как бы рождается заново – становится умнее. И когда она снова идет к больной бабушке, они с бабушкой устраивают на волка засаду, он попадает в бочку с водой и находит там смерть. Причем в первый раз волк умирает не при выходе из его брюха Красной Шапочки (аналогия с родами, они не должны быть связаны со смертью), а когда ему набивают брюхо камнями и отпускают.

Почему народные сказки так изощренно жестоки? Не ломайте над этим голову, ребенок воспринимает все иначе. Зло обязательно должно быть наказано – сожжено, утоплено, разорвано на кусочки, развеяно по ветру. Помните: персонажи сказки живут в воображаемом мире, нельзя подходить к ним с реалистичной меркой. Нельзя смешивать сказку и реальность, для этого завязка и концовка сказки: «В некотором царстве…», «Я там был…». Никогда нельзя пугать ребенка персонажами из сказок: «Вот сейчас придет Баба-Яга и…», иначе границы между сказкой и реальностью становятся достаточно зыбкими и непрочными.

2. Авторские сказки (в том числе сочиненные специально для ребенка в какой-то проблемной, конфликтной ситуации родителями или терапевтом; нас интересуют как раз такие сказки, они могут стать экстренной помощью при ревности, а также профилактическими мерами). Эти сказки тоже могут быть разными.

Во-первых, они могут иметь отношение к конкретной ситуации – переживаниям ребенка при рождении младшего брата. Вы можете рассказать, например, о семье бельчат, где у главного героя бельчонка рождается младшая сестренка или братик. О том, как он думает, что его больше не любят, как ему не разрешают шуметь, когда она спит, он не идет с мамой на каток, потому что она заболела, и т. п. Как в конце он начинает любить младшего и чувствует, что он родной. Все завидуют, какая него (у нее) сестра (брат).

Во-вторых, сочиненные вами сказки могут иметь отношение к ситуации лишь в метафорической форме (иносказательно, символически; при этом необходимо, чтобы ребенок отождествлял себя с персонажем, главным героем и т. д.). Классический пример – «Гадкий утенок». Метафора должна обладать художественной образностью и быть ситуационно близкой личному опыту ребенка. Придумать метафорическую сказку, чтобы она помогла, «дошла» до ребенка, сложнее всего. Конктретные советы помогут правильно это сделать.

• Обдумайте проблему ребенка, настройтесь на его волну. Постарайтесь взглянуть на ситуацию с детской точки зрения, а не так, как воспринимаете ее вы. Например, если ребенок боится темноты, вы не должны говорить: «Так не бывает», «Мальчик всегда спокойно засыпал и ничего не боялся, ведь чудовищ в комнате не было, потому что они никогда не живут в домах у людей, а прячутся далеко-далеко в лесу…». В этом случае лучше начать с того, что он очень боялся зайти в комнату: «Он знал, что там полно чудовищ и они могут…», т. е. описать максимально близко к переживаниям ребенка, чтобы он почувствовал: «О! Как у меня, он тоже так чувствует…»

• Сформулируйте основную идею рассказа. Какие мысли вы хотите донести до сознания вашего ребенка? Какие решения вы собираетесь предложить посредством рассказа? Эти решения не должны быть слишком сложными. Иногда по ходу рассказа и по отклику ребенка они могут измениться: ребенок может выразить свое горе, говоря от лица другого. Так снимаются защиты. Например, рассказывая, можно спрашивать: «Как ты думаешь, а что чувствовала Луша? А почему она боялась признаться в… А что она на самом деле хотела?» Или когда что-то случается, можно спрашивать: «А что бы в этом случае сказала (сделала) девочка?» и т. п. Комментарии и вопросы ребенка часто помогают заглянуть в его мысли, внутренний мир. Даже если вас просто что-то смущает, можно спросить ребенка: «А ты что думаешь на этот счет?» Если он говорит: «Не знаю», попробуйте поиграть с ним в игру типа «Угадай-ка». В таких ситуациях догадки детей помогут вам понять, о чем они думают. Если вы не знаете проблему ребенка, помогут все те же вопросы, сказка поможет эту проблему диагностировать.

• В истории с самого начала рекомендуется описывать ситуацию, похожую на то, что происходит с ребенком, имя главного героя должно быть близко по звучанию к имени ребенка, но не такое же. Для Ксении, например, подойдет Принцесса Есения или девочка Луша (близкое к варианту Ксюша) в зависимости от того, какую задачу хотите решить.

• Начните рассказ с представления героя или героини, у которых схожие страхи, тревоги, ревность или обиды. Пусть ребенок отождествит себя с ним.

• Упомяните о сильных сторонах и положительных чертах, которыми герой рассказа похож на вашего ребенка. Зачастую, когда мы слишком встревожены и выбиты из колеи какой-то проблемой, мы забываем о своих сильных сторонах, хороших качествах и талантах. О них нелишне напомнить.

• Опишите в начале рассказа конфликт, затем переходите к его положительному разрешению.

• Создавайте по ходу повествования разные обучающие ситуации, где герой побеждает благодаря тем или иным своим качествам.

• В конце герой обязательно должен преодолеть все препятствия и победить. В результате своих побед герой осознает себя в новом качестве, смотрит на себя по-другому. Завершается все торжеством, где все воздают должное заслугам героя.

• Рассказывая какую-либо историю, будьте открытыми для вашего ребенка. Обратите внимание на то, когда ребенок увлечен рассказом, а когда ему скучно. По выражению его лица вы определите его реакцию на услышанное.

• Если после рассказа ребенку не удается добиться положительного результата, действуя, как было рассказано, то поддержите его. Расскажите историю про девочку (мальчика), у которой сначала не получалось, но она была терпелива и упорна и в конце концов смогла найти выход из своего затруднительного положения. Все получилось. И если сразу не получается – ничего страшного, все хорошо.

• Хорошо использовать юмор, придумывать каких-нибудь смешных персонажей, одно воспоминание о которых в дальнейшем сможет повышать настроение ребенку (собака-вертолет и т. п.).

Для детей, между которыми разгорается ревность, используйте метафоры, выражающие идею сплочения, например про руки – левую и правую. Ни одна не лучше, каждая – молодец, но обе нужны, и только вместе они сила, все могут преодолеть.

Например, я рассказывала историю про сестренок – большую и маленькую, которым надо было достать волшебный ключ, чтобы спасти кого-то (маму, например), вызволить из подземелья. Путь был долог и непрост, много всего надо было преодолеть, в итоге добрались они до ключа, но он лежал высоко-высоко. Сначала старшая пробовала дотянуться с помощью палки, бросала камни, но ничего не выходило, и лишь младшая смогла дотянуться и достать ключ, встав к ней на плечи. Только вместе у них все получилось. Девочки были очень разные – одна быстрая, другая зоркая…

Непременно нужно обыграть «никчемность» младшего, который всем мешает и пока еще ничего не может, превратить его слабости в сильные стороны, дать понять старшим детям, что и он может пригодиться. Про это можно рассказывать такую сказку: «Жили-были в одной семье семь братьев. Шестеро были красавцы и удальцы, молодцы просто загляденье, сильные и здоровые. А седьмой, младший, совсем никудышний – ни ростом, ни здоровьем, ни красотой не вышел, маленький был и хилый. Братья над ним посмеивались и дразнили. В один прекрасный день решили братья отправиться в путешествие, мир посмотреть. И как младший с ними ни просился, они его с собой не взяли. Вот идут они по горам, тяжело подниматься, и один из них говорит: “Хорошо, что мы младшего не взяли, пришлось бы сейчас тащить его на себе…” Идут они по лесам, тяжело идти, один из них говорит: “Хорошо, что мы младшего не взяли, пришлось бы сейчас тащить его на себе…” Идут они по болотам, тяжело идти, один из них говорит: “Хорошо, что мы младшего не взяли, пришлось бы сейчас тащить его на себе…” Но вдруг они сбились с пути, заблудились, не знают, куда дальше. А вокруг никакой возвышенности, только одно тонкое дерево растет. Попробовали на него взобраться, а оно настолько тонкое, что сгибается под каждым из братьев. Вот тут-то они и поняли, что напрасно младшего с собой не взяли, он бы сейчас очень пригодился, такой легкий и маленький, влез бы на дерево и посмотрел, куда идти дальше».

Главное, не забывайте, какой тонкий в ваших руках инструмент и какое воздействие вы можете оказать на душу ребенка, когда сочиняете и рассказываете (или просто читаете) сказку, не останавливайтесь на середине сказки, особенно если герою грозит опасность или он попал в беду, доведите все до победы.

В этом случае необходимо, во-первых, отслеживать, чтобы «резервуар любви» ваших детей был всегда наполнен, во-вторых, беречь их личное пространство и собственность, и, наконец, останавливая и пресекая их ссоры и драки, никогда не искать виноватых, не выносить приговор в спорах. Не вставая ни на чью сторону, вы как бы уравниваете детей и подчеркиваете их одинаковую значимость для вас.

Позиция «если что-то происходит, виноваты и наказаны будут оба» очень хороша тем, что лишает детей возможности манипулировать вами и провоцировать друг друга на те действия, за которые непременно накажут. Кэтрин Кволс описывает ситуацию из своего собственного детства: «Однажды мы пришли со старшим братом в гараж, где лежала большая кувалда. Я посмотрела на него и сказала: „Ну что, братец, она, похоже, очень тяжелая?“ Он сказал: „Да, наверняка“. Заигрывая с ним, я сказала: „Спорим, что будет очень больно, если ты кого-нибудь ударишь ею?“ Он только ухмыльнулся и стал поднимать кувалду. Я сказала: „Если ты ударишь меня, я все расскажу!“ Он поднял ее и слегка задел ею меня по плечу. Я громко заревела и побежала в дом: „Мама, он ударил меня кувалдой!“ Мама взяла меня на руки и укачивала до тех пор, пока я не успокоилась, а затем отчитала и отшлепала моего брата, а я с удовольствием наблюдала за происходящим». Дети провоцируют друг друга легко и непринужденно, не поддавайтесь, к одному из детей очень легко может прилипнуть клеймо «плохого» в семье, и другие дети этим пользуются. «А кто разбил стекло? Опять Васечкин? Его и накажем», а истинный виновник в это время только посмеивается. Если родители берут на себя роль судей, дети враждуют еще сильнее. Не вставайте ни на чью сторону, не защищайте одного из детей, не обвиняйте другого, лучше заставьте их разделить ответственность, давая понять, что они одна команда. Вместо «Кто это сделал?» скажите «Не важно, кто это сделал, но убирать (ремонтировать, склеивать и пр.) вы будете вместе». Зачастую в такой ситуации и нарушитель начинает лучше себя вести, ведь не только его наказывают, но и всю «команду».

Итак, совет второй: Не ищите виноватых, на казы вайте или прощайте сразу всю команду.

Следовать советам, изложенным в этой книге, ВСЕГДА будет сложно. Пока для вас это чьи-то чужие советы и правила, кто-то их выстрадал, вывел. Возможно, ваш второй ребенок еще пока и не родился. И трудно осмыслить все сразу, принять. Но призадумайтесь, вспомните свое детство. Соблюдали ли элементарные правила ваши родители, учили ли вас налаживать отношения с братьями и сестрами? Как ранила вас «неравная любовь» родителей? Как вы дрались с братом или сестрой за место в детской? Вы ведь хотите для своих детей чего-то другого? Тогда вперед. Удачи вам!

Задача 1

Вы собираетесь на прогулку. Старший ребенок (2 года) все хочет делать сам, чтобы мама ему не помогала. Кричит, если она просто до него дотрагивается: «Я сам!» Но с молнией, завязочками на шапке, ботинками он еще не может справиться. Плачет, расстраивается, но не дает себя одеть. Младший ребенок уже одет – парится. Вы тоже накаляетесь. Как тут поступить?

Решение: Можно попробовать воспользоваться куклой-перчаткой. Оживший в руках медвежонок, котенок или мышонок поможет справиться с завязками и ботинками. С одной стороны, самолюбие ребенка не задето, ведь ему помогла не мама, а нейтральный персонаж, с другой стороны, цель достигнута. С двухлетками этот способ здорово работает.

Типпи и его друг Монти играли в саду, когда мама Типпи появилась на пороге дома с детской коляской. В коляске спала маленькая сестренка Типпи.

– Какой шум! – воскликнула мама. – Если так будет продолжаться и дальше, то, я уверена, вы разбудите Малышку.

Типпи нахмурился.

– Эта Малышка все нам испортила, – пробормотал он.

Но мама сделала вид, что ничего не слышала.

– Сегодня прекрасный день, и я оставлю Малышку в саду, а мне нужно вернуться на кухню. Только играйте, пожалуйста, потише, – сказала она.

– Да, теперь громко не повеселишься! – проворчал Типпи, когда мама скрылась за дверью.

Вечером мама гладила белье.

– Сегодня я впервые пошел в школу. Мама, мне так много надо тебе рассказать!

Из соседней комнаты донесся плач Малышки.

– Не сейчас, – ответила мама. – Ты же понимаешь, что нельзя Малышку оставлять надолго одну. Наверное, ей надо поменять пеленки. Будь хорошим мальчиком, возьми и погладь белье, пока я займусь сестренкой.

В субботу Типпи пошел на детскую площадку поиграть с Монти. И очень удивился, когда увидел, что Монти играет со своей младшей сестренкой.

– Вот это да! – воскликнул Типпи. – Ты не хочешь отвести ее домой? Тогда мы могли бы повеселиться по-настоящему.

– Нет, не хочу, – ответил Монти. – Мне нравится играть с ней.

– Ну как хочешь, – бросил Типпи. – А вот от моей младшей сестры одни только неприятности. Я никогда не полюблю ее.

– Нет, ты не прав, – сказал Монти. – Вот увидишь!

Типпи стало неловко. Ему расхотелось играть с Монти и его сестрой и даже кататься с горки.

Обычно по субботам после обеда Типпи вместе с папой ходил кататься на роликовых коньках.

«Малышка не сможет помешать моему катанию», – думал Типпи, когда входил в комнату папы.

– Извини, Типпи, но сегодня мы не пойдем кататься на коньках, – сказал папа. – К нам приезжает тетя Люси из восточных лесов. Она приготовила подарок твоей сестренке и очень хотела бы видеть тебя.

Но Типпи не было дома, когда приехала тетя Люси. Она вышла из машины с подарками. Мама и папа встречали ее во дворе.

– Я так хочу быстрее увидеть Малышку! – радостно воскликнула она. – Думаю, что она очень красива!

– Копия своей мамы! – ответил, улыбаясь, папа.

– А где же мой Типпи? – спросила тетя Люси, когда они вошли в дом. – Я приготовила подарок и ему. Думаю, что он рад моему приезду. Хочу видеть его первым.

Но Типпи не появлялся.

– Надо его поискать, – сказала тетя Люси. – Может быть, он играет в прятки.

Папа посмотрел на кухне, в игровой комнате, затем вышел из дома и поискал его в саду. Но Типпи нигде не было.

– Я нигде не могу его найти, – сказал папа.

Мама уже начала беспокоиться.

– Где он может быть? – волнуясь, спросила она. – Почему он скрывается от нас?

– Может быть, вы не стали его замечать, когда в семье появилась Малышка? – предположила тетя Люси.

У мамы на глазах появились слезы.

Вскоре взрослые услышали плач Малышки.

– Она осталась одна в комнате, – сказал папа. – Я поднимусь к ней, а вы пока поищите Типпи.

Он не поверил своим глазам, когда открыл дверь и увидел Типпи.

– Не плачь, – говорил Типпи. – Я позабочусь о тебе.

Малышка перестала плакать. Типпи счастливо улыбался.

– Монти был прав, – услышал папа, – мне кажется, что я буду любить тебя больше всех на свете!

Папа спустился вниз. Он увидел тетю Люси, которая искала Типпи в кладовке.

– Он наверху – нянчится с Малышкой, – сказал папа. – Он, наверное, все время был там, пока мы его искали.

– Я пойду к нему! – воскликнула радостно мама. – Мне кажется, Типпи никогда больше не будет ворчать!

Когда мама вошла в комнату, то увидела Типпи радостным и счастливым.

– Я сказал ей, чтобы она заснула, и она послушалась меня.

Мама обняла и поцеловала сына.

– Никогда не думала, что у тебя это так хорошо получится, – прошептала она. – Мой маленький мальчик, ты повзрослел.

– Я думал, что ты любишь Малышку больше, чем меня, – тихо сказал Типпи.

– Как ты мог такое подумать? – ласково спросила мама. – Мы любим тебя больше, чем кого-либо… Просто Малышка еще такая беспомощная.

После того как тетя Люси выпила чаю, Типпи помог ей открыть коробки с подарками. Там лежали новая игрушечная машинка для него и очень симпатичная шляпка для Малышки.

– Дайте я надену шляпку на нее! – воскликнул Типпи.

Тетя Люси кивнула головой и сказала:

– Что за счастливый ребенок! У нее есть брат, который всегда позаботится о ней.

– Я тоже так думаю, – улыбаясь, согласился Типпи.

Деревья разговаривать не умеют и стоят на месте как вкопанные, но все-таки они живые. Они дышат. Они растут всю жизнь. Даже огромные старики-деревья и те каждый год подрастают, как маленькие дети.

Стада пасут пастухи, а о лесах заботятся лесничие. И вот в одном огромном лесу жил-был лесничий, по имени Чернобородый. Он целый день бродил взад и вперед по лесу, и каждое дерево на своем участке знал он по имени.

В лесу лесничий всегда был весел, но зато дома он часто вздыхал и хмурился. В лесу у него все шло хорошо, а дома бедного лесничего очень огорчали его сыновья. Звали их Старший и Младший. Старшему было двенадцать лет, а Младшему – семь. Как лесничий ни уговаривал своих детей, сколько ни просил – братья ссорились каждый день, как чужие.

И вот однажды – было это двадцать восьмого декабря утром – позвал лесничий сыновей и сказал, что елки к Новому году он им не устроит. За елочными украшениями надо ехать в город. Маму послать – ее по дороге волки съедят. Самому ехать – он не умеет по магазинам ходить. А вдвоем ехать тоже нельзя. Без родителей старший брат младшего совсем погубит.

Старший был мальчик умный. Он хорошо учился, много читал и умел убедительно говорить. И вот он стал убеждать отца, что он не обидит Младшего и что дома все будет в полном порядке, пока родители не вернутся из города.

– Ты даешь мне слово? – спросил отец.

– Даю честное слово, – ответил Старший.

– Хорошо, – сказал отец. – Три дня нас не будет дома. Мы вернемся тридцать первого вечером, часов в восемь. До этого времени ты здесь будешь хозяином. Ты отвечаешь за дом, а главное – за брата. Ты ему будешь вместо отца. Смотри же!

И вот мама приготовила на три дня три обеда, три завтрака и три ужина и показала мальчикам, как их нужно разогревать. А отец принес дров на три дня и дал Старшему коробку спичек. После этого запрягли лошадь в сани, бубенчики зазвенели, полозья заскрипели, и родители уехали.

Первый день прошел хорошо. Второй – еще лучше.

И вот наступило тридцать первое декабря. В шесть часов накормил Старший Младшего ужином и сел читать книжку «Приключения Синдбада-морехода». И дошел он до самого интересного места, когда появляется над кораблем птица Рок, огромная, как туча, и несет она в когтях камень величиною с дом.

Старшему хочется узнать, что будет дальше, а Младший слоняется вокруг, скучает, томится. И стал Младший просить брата:

– Поиграй со мной, пожалуйста.

Их ссоры всегда так и начинались. Младший скучал без Старшего, а тот гнал брата безо всякой жалости и кричал: «Оставь меня в покое!»

И на этот раз кончилось дело худо. Старший терпел-терпел, потом схватил Младшего за шиворот, крикнул: «Оставь меня в покое!» – вытолкал его во двор и запер дверь.

А ведь зимой темнеет рано, и во дворе стояла уже темная ночь. Младший забарабанил в дверь кулаками и закричал:

– Что ты делаешь! Ведь ты мне вместо отца!

У Старшего сжалось на миг сердце, он сделал шаг к двери, но потом подумал: «Ладно, ладно.

Я только прочту пять строчек и пущу его обратно. За это время ничего с ним не случится».

И он сел в кресло, стал читать и зачитался, а когда опомнился, то часы показывали уже без четверти восемь.

Старший вскочил и закричал:

– Что же это! Что я наделал! Младший там на морозе, один, неодетый!

И он бросился во двор.

Стояла темная-темная ночь, и тихо-тихо было вокруг.

Старший во весь голос позвал Младшего, но никто ему не ответил.

Тогда Старший зажег фонарь и с фонарем обыскал все закоулки во дворе.

Брат пропал бесследно.

Свежий снег запорошил землю, и на снегу не было следов Младшего. Он исчез неведомо куда, как будто его унесла птица Рок.

Старший горько заплакал и громко попросил у Младшего прощенья.

Но и это не помогло. Младший брат не отзывался.

Часы в доме пробили восемь раз, и в ту же минуту далеко-далеко в лесу зазвенели бубенчики.

«Наши возвращаются, – подумал с тоскою Старший. – Ах, если бы все передвинулось на два часа назад! Я не выгнал бы Младшего брата во двор. И теперь мы стояли бы рядом и радовались».

А бубенчики звенели все ближе и ближе; вот стало слышно, как фыркает лошадь, вот заскрипели полозья, и сани въехали во двор. И отец выскочил из саней. Его черная борода на морозе покрылась инеем и теперь была совсем белая.

Вслед за отцом из саней вышла мать с большой корзинкой в руке. И отец и мать были веселы, – они не знали, что дома случилось такое несчастье.

– Зачем ты выбежал во двор без пальто? – спросила мать.

– А где Младший? – спросил отец.

Старший не ответил ни слова.

– Где твой младший брат? – спросил отец еще раз.

И Старший заплакал. И отец взял его за руку и повел в дом. И мать молча пошла за ними. И Старший все рассказал родителям.

Кончив рассказ, мальчик взглянул на отца. В комнате было тепло, а иней на бороде отца не растаял. И Старший вскрикнул. Он вдруг понял, что теперь борода отца бела не от инея. Отец так огорчился, что даже поседел.

– Одевайся, – сказал отец тихо. – Одевайся и уходи. И не смей возвращаться, пока не разыщешь своего младшего брата.

– Что же, мы теперь совсем без детей останемся? – спросила мать плача, но отец ей ничего не ответил.

И Старший оделся, взял фонарь и вышел из дому.

Он шел и звал брата, шел и звал, но никто ему не отвечал. Знакомый лес стеной стоял вокруг, но Старшему казалось, что он теперь один на свете. Деревья, конечно, живые существа, но разговаривать они не умеют и стоят на месте как вкопанные. А кроме того, зимою они спят крепким сном. И мальчику не с кем было поговорить. Он шел по тем местам, где часто бегал с младшим братом. И трудно было ему теперь понять, почему это они всю жизнь ссорились, как чужие. Он вспомнил, какой Младший был худенький, и как на затылке у него прядь волос всегда стояла дыбом, и как он смеялся, когда Старший изредка шутил с ним, и как радовался и старался, когда Старший принимал его в свою игру. И Старший так жалел брата, что не замечал ни холода, ни темноты, ни тишины. Только изредка ему становилось очень жутко, и он оглядывался по сторонам, как заяц. Старший, правда, был уже большой мальчик, двенадцати лет, но рядом с огромными деревьями в лесу он казался совсем маленьким.

Вот кончился участок отца и начался участок соседнего лесничего, который приезжал в гости каждое воскресенье играть с отцом в шахматы. Кончился и его участок, и мальчик зашагал по участку лесничего, который бывал у них в гостях только раз в месяц. А потом пошли участки лесничих, которых мальчик видел только раз в три месяца, раз в полгода, раз в год. Свеча в фонаре давно погасла, а Старший шагал, шагал, шагал все быстрее и быстрее.

Вот уже кончились участки таких лесничих, о которых Старший только слышал, но не встречал ни разу в жизни. А потом дорожка пошла все вверх и вверх, и, когда рассвело, мальчик увидел: кругом, куда ни глянешь, все горы и горы, покрытые густыми лесами.

Старший остановился.

Он знал, что от их дома до гор семь недель езды. Как же он добрался сюда за одну только ночь?

И вдруг мальчик услышал где-то далеко-далеко легкий звон. Сначала ему показалось, что это звенит у него в ушах. Потом он задрожал от радости, – не бубенчики ли это? Может быть, младший брат нашелся и отец гонится за Старшим в санях, чтобы отвезти его домой?

Но звон не приближался, и никогда бубенчики не звенели так тоненько и так ровно.

– Пойду и узнаю, что там за звон, – сказал Старший.

Он шел час, и два, и три. Звон становился все громче и громче. И вот мальчик очутился среди удивительных деревьев, – высокие сосны росли вокруг, но они были прозрачные, как стекла. Верхушки сосен сверкали на солнце так, что больно было смотреть. Сосны раскачивались на ветру, ветки били о ветки и звенели, звенели, звенели.

Мальчик пошел дальше и увидел прозрачные елки, прозрачные березы, прозрачные клены. Огромный прозрачный дуб стоял среди поляны и звенел басом, как шмель. Мальчик поскользнулся и посмотрел под ноги. Что это? И земля в этом лесу прозрачна! А в земле темнеют и переплетаются, как змеи, и уходят в глубину прозрачные корни деревьев.

Мальчик подошел к березе и отломил веточку. И, пока он ее разглядывал, веточка растаяла, как ледяная сосулька.

И Старший понял: лес, промерзший насквозь, превратившийся в лед, стоит вокруг. И растет этот лес на ледяной земле, и корни деревьев тоже ледяные.

– Здесь такой страшный мороз, почему же мне не холодно? – спросил Старший.

– Я распорядился, чтобы холод не причинил тебе до поры до времени никакого вреда, – ответил кто-то тоненьким звонким голосом.

Мальчик оглянулся.

Позади стоял высокий старик в шубе, шапке и валенках из чистого снега. Борода и усы старика были ледяные и позванивали тихонько, когда он говорил. Старик смотрел на мальчика не мигая. Не доброе и не злое лицо его было до того спокойно, что у мальчика сжалось сердце.

А старик, помолчав, повторил отчетливо, гладко, как будто он читал по книжке или диктовал:

– Я. Распорядился. Чтобы холод. Не причинил. Тебе. До поры до времени. Ни малейшего вреда. Ты знаешь, кто я?

– Вы как будто Дедушка Мороз? – спросил мальчик.

– Отнюдь нет! – ответил старик холодно. – Дедушка Мороз – мой сын. Я проклял его, – этот здоровяк слишком добродушен. Я – Прадедушка Мороз, а это совсем другое дело, мой юный друг. Следуй за мной.

И старик пошел вперед, неслышно ступая по льду своими мягкими белоснежными валенками.

Вскоре они остановились у высокого крутого холма. Прадедушка Мороз порылся в снегу, из которого была сделана его шуба, и вытащил огромный ледяной ключ. Щелкнул замок, и тяжелые ледяные ворота открылись в холме.

– Следуй за мной, – повторил старик.

– Но ведь мне нужно искать брата! – воскликнул мальчик.

– Твой брат здесь, – сказал Прадедушка Мороз спокойно. – Следуй за мной.

И они вошли в холм, и ворота со звоном захлопнулись, и Старший оказался в огромном, пустом, ледяном зале. Сквозь открытые настежь высокие двери виден был следующий зал, а за ним еще и еще. Казалось, что нет конца этим просторным, пустынным комнатам. На стенах светились круглые ледяные фонари. Над дверью в соседний зал, на ледяной табличке, была вырезана цифра «2».

– В моем дворце сорок девять таких зал. Следуй за мной, – приказал Прадедушка Мороз.

Ледяной пол был такой скользкий, что мальчик упал два раза, но старик даже не обернулся. Он мерно шагал вперед и остановился только в двадцать пятом зале ледяного дворца.

Посреди этого зала стояла высокая белая печь. Мальчик обрадовался. Ему так хотелось погреться.

Но в печке этой ледяные поленья горели черным пламенем. Черные отблески прыгали по полу. Из печной дверцы тянуло леденящим холодом.

И Прадедушка Мороз опустился на ледяную скамейку у ледяной печки и протянул свои ледяные пальцы к ледяному пламени.

– Садись рядом, померзнем, – предложил он мальчику.

Мальчик ничего не ответил.

А старик уселся поудобнее и мерз, мерз, мерз, пока ледяные поленья не превратились в ледяные угольки.

Тогда Прадедушка Мороз заново набил печь ледяными дровами и разжег их ледяными спичками.

– Ну, а теперь я некоторое время посвящу беседе с тобою, – сказал он мальчику. – Ты. Должен. Слушать. Меня. Внимательно. Понял?

Мальчик кивнул головой.

И Прадедушка Мороз продолжал отчетливо и гладко:

– Ты. Выгнал. Младшего брата. На мороз. Сказав. Чтобы он. Оставил. Тебя. В покое. Мне нравится этот поступок. Ты любишь покой так же, как я. Ты останешься здесь навеки. Понял?

– Но ведь нас дома ждут! – воскликнул Старший жалобно.

– Ты. Останешься. Здесь. Навеки, – повторил Прадедушка Мороз.

Он подошел к печке, потряс полами своей снежной шубы, и мальчик вскрикнул горестно. Из снега на ледяной пол посыпались птицы. Синицы, поползни, дятлы, маленькие лесные зверюшки, взъерошенные и окоченевшие, горкой легли на полу.

– Эти суетливые существа даже зимой не оставляют лес в покое, – сказал старик.

– Они мертвые? – спросил мальчик.

– Я успокоил их, но не совсем, – ответил Прадедушка Мороз. – Их следует вертеть перед печкой, пока они не станут совсем прозрачными и ледяными. Займись. Немедленно. Этим. Полезным. Делом.

– Я убегу! – крикнул мальчик.

– Ты никуда не убежишь! – ответил Прадедушка Мороз твердо. – Брат твой заперт в сорок девятом зале. Пока что он удержит тебя здесь, а впоследствии ты привыкнешь ко мне. Принимайся за работу.

И мальчик уселся перед открытой дверцей печки. Он поднял с полу дятла, и руки у него задрожали. Ему казалось, что птица еще дышит. Но старик не мигая смотрел на мальчика, и мальчик угрюмо протянул дятла к ледяному пламени.

И перья несчастной птицы сначала побелели, как снег. Потом вся она сделалась прозрачной, как стекло, старик сказал:

– Готово! Принимайся за следующую.

До поздней ночи работал мальчик, а Прадедушка Мороз неподвижно стоял возле. Потом он осторожно уложил ледяных птиц в мешок и спросил мальчика:

– Руки у тебя не замерзли?

– Нет, – ответил он.

– Это я распорядился, чтобы холод не причинил тебе до поры до времени никакого вреда, – сказал старик. – Но помни! Если. Ты. Ослушаешься. Меня. То я. Тебя. Заморожу. Сиди здесь и жди. Я скоро вернусь.

И Прадедушка Мороз, взяв мешок, ушел в глубину дворца, и мальчик остался один.

Где-то далеко-далеко захлопнулась со звоном дверь, и эхо перекатилось по всем залам.

И Прадедушка Мороз вернулся с пустым мешком.

– Пришло время удалиться ко сну, – сказал Прадедушка Мороз. И он указал мальчику на ледяную кровать, которая стояла в углу. Сам он занял такую же кровать в противоположном конце зала.

Прошло две-три минуты, и мальчику показалось, что кто-то заводит карманные часы. Но он понял вскоре, что это тихонько храпит во сне Прадедушка Мороз.

Утром старик разбудил его.

– Отправляйся в кладовую, – сказал он. – Двери в нее находятся в левом углу зала. Принеси завтрак номер один. Он стоит на полке номер девять.

И мальчик пошел в кладовую. Она была большая, как зал. Замороженная еда стояла на полках. И Старший принес на ледяном блюде завтрак номер один.

И котлеты, и чай, и хлеб – все было ледяное, и все это надо было грызть или сосать, как леденцы.

– Я удалюсь на промысел, – сказал Прадедушка Мороз, окончив завтрак. – Можешь бродить по всем комнатам и даже выходить из дворца. До свиданья, мой юный ученик.

И Прадедушка Мороз удалился, неслышно ступая своими белоснежными валенками, а мальчик бросился в сорок девятый зал. Он бежал, и падал, и звал брата во весь голос, но только эхо отвечало ему. И вот он добрался наконец до сорок девятого зала и остановился как вкопанный. Все двери были открыты настежь, кроме одной, последней, над которой стояла цифра «49». Последний зал был заперт наглухо.

– Младший! – крикнул старший брат. – Я пришел за тобой. Ты здесь?

– Ты здесь? – повторило эхо.

Дверь была вырезана из цельного промерзшего ледяного дуба. Мальчик уцепился ногтями за ледяную дубовую кору, но пальцы его скользили и срывались. Тогда он стал колотить в дверь кулаками, плечом, ногами, пока совсем не выбился из сил. И хоть бы ледяная щепочка откололась от ледяного дуба.

И мальчик тихо вернулся обратно, и почти тотчас же в зал вошел Прадедушка Мороз. И после ледяного обеда до поздней ночи мальчик вертел перед ледяным огнем несчастных замерзших птиц, белок и зайцев.

Так и пошли дни за днями.

И все эти дни Старший думал, и думал, и думал только об одном: чем бы разбить ему ледяную дубовую дверь. Он обыскал всю кладовую. Он ворочал мешки с замороженной капустой, с замороженным зерном, с замороженными орехами, надеясь найти топор. И он нашел его наконец, но и топор отскакивал от ледяного дуба, как от камня.

И Старший думал, думал и наяву и во сне все об одном, все об одном.

А старик хвалил мальчика за спокойствие. Стоя у печки неподвижно, как столб, глядя, как превращаются в лед птицы, зайцы, белки, Прадедушка Мороз говорил:

– Нет, я не ошибся в тебе, мой юный друг. «Оставь меня в покое!» – какие великие слова. С помощью этих слов люди постоянно губят своих братьев. «Оставь меня в покое!» Эти. Великие. Слова. Установят. Когда-нибудь. Вечный. Покой. На земле.

И отец, и мать, и бедный младший брат, и все знакомые лесничие говорили просто, а Прадедушка Мороз как будто читал по книжке, и разговор его наводил такую же тоску, как огромные пронумерованные залы.

Старик любил вспоминать о древних-древних временах, когда ледники покрывали почти всю землю.

– Ах, как тихо, как прекрасно было тогда жить на белом, холодном свете! – рассказывал он, и его ледяные усы и борода звенели тихонько. Я был тогда молод и полон сил. Куда исчезли мои дорогие друзья – спокойные, солидные, гигантские мамонты! Как я любил беседовать с ними! Правда, язык мамонтов труден. У этих огромных животных и слова были огромные, необычайно длинные. Чтобы произнести одно только слово на языке мамонтов, нужно было потратить двое, а иногда и трое суток. Но. Нам. Некуда. Было. Спешить.

И вот однажды, слушая рассказы Прадедушки Мороза, мальчик вскочил и запрыгал на месте, как бешеный.

– Что значит твое нелепое поведение? – спросил старик сухо.

Мальчик не ответил ни слова, но сердце его так и стучало от радости.

Когда думаешь все об одном и об одном, то непременно в конце концов придумаешь, что делать.

Спички!

Мальчик вспомнил, что у него в кармане лежат те самые спички, которые ему дал отец, уезжая в город.

И на другое же утро, едва Прадедушка Мороз отправился на промысел, мальчик взял из кладовой топор и веревку и выбежал из дворца.

Старик пошел налево, а мальчик побежал направо, к живому лесу, который темнел за прозрачными стволами ледяных деревьев. На самой опушке живого леса лежала в снегу огромная сосна. И топор застучал, и мальчик вернулся во дворец с большой вязанкой дров.

У ледяной дубовой двери в сорок девятый зал мальчик разложил высокий костер. Вспыхнула спичка, затрещали щепки, загорелись дрова, запрыгало настоящее пламя, и мальчик засмеялся от радости. Он уселся у огня и грелся, грелся, грелся.

Дубовая дверь сначала только блестела и сверкала так, что больно было смотреть, но вот наконец вся она покрылась мелкими водяными капельками. И когда костер погас, мальчик увидел: дверь чуть-чуть подтаяла.

– Ага! – сказал он и ударил по двери топором. Но ледяной дуб по-прежнему был тверд, как камень.

– Ладно! – сказал мальчик. – Завтра начнем сначала.

Вечером, сидя у ледяной печки, мальчик взял и осторожно припрятал в рукав маленькую синичку. Прадедушка Мороз ничего не заметил. И на другой день, когда костер разгорелся, мальчик протянул птицу к огню.

Он ждал, ждал, и вдруг клюв у птицы дрогнул, и глаза открылись, и она посмотрела на мальчика.

– Здравствуй! – сказал ей мальчик, чуть не плача от радости. – Погоди, Прадедушка Мороз! Мы еще поживем!

И каждый день теперь отогревал мальчик птиц, белок и зайцев. Он устроил своим новым друзьям снеговые домики в уголках зала, где было потемнее. Домики эти он устлал мхом, который набрал в живом лесу. Конечно, по ночам было холодно, но зато потом, у костра, и птицы, и белки, и зайцы запасались теплом до завтрашнего утра.

Мешки с капустой, зерном и орехами теперь пошли в дело. Мальчик кормил своих друзей до отвала. А потом он играл с ними у огня или рассказывал о своем брате, который спрятан там, за дверью. И ему казалось, что и птицы, и белки, и зайцы понимают его.

И вот однажды мальчик, как всегда, принес вязанку дров, развел костер и уселся у огня. Но никто из его друзей не вышел из своих снеговых домиков.

Мальчик хотел спросить: «Где же вы?» – но тяжелая ледяная рука с силой оттолкнула его от огня.

Это Прадедушка Мороз подкрался к нему, неслышно ступая своими белоснежными валенками.

Он дунул на костер, и поленья стали прозрачными, а пламя черным. И когда ледяные дрова догорели, дубовая дверь стала такою, как много дней назад.

– Еще. Раз. Попадешься. Заморожу! – сказал Прадедушка Мороз холодно. И он поднял с пола топор и запрятал его глубоко в снегу своей шубы.

Целый день плакал мальчик. И ночью с горя заснул как убитый. И вдруг он услышал сквозь сон: кто-то осторожно мягкими лапками барабанит по его щеке.

Мальчик открыл глаза.

Заяц стоял возле.

И все его друзья собрались вокруг ледяной постели. Утром они не вышли из своих домиков, потому что почуяли опасность. Но теперь, когда Прадедушка Мороз уснул, они пришли на выручку к своему другу.

Когда мальчик проснулся, семь белок бросились к ледяной постели старика. Они нырнули в снег шубы Прадедушки Мороза и долго рылись там. И вдруг что-то зазвенело тихонечко.

– Оставьте меня в покое, – пробормотал во сне старик.

И белки спрыгнули на пол и подбежали к мальчику.

И он увидел: они принесли в зубах большую связку ледяных ключей.

И мальчик все понял.

С ключами в руках бросился он к сорок девятому залу. Друзья его летели, прыгали, бежали следом.

Вот и дубовая дверь.

Мальчик нашел ключ с цифрой «49». Но где замочная скважина? Он искал, искал, искал, но напрасно.

Тогда поползень подлетел к двери. Цепляясь лапками за дубовую кору, поползень принялся ползать по двери вниз головою. И вот он нашел что-то. И чирикнул негромко. И семь дятлов слетелись к тому месту двери, на которое указал поползень.

И дятлы терпеливо застучали своими твердыми клювами по льду. Они стучали, стучали, стучали, и вдруг четырехугольная ледяная дощечка сорвалась с двери, упала на пол и разбилась.

А за дощечкой мальчик увидел большую замочную скважину.

И он вставил ключ и повернул его, и замок щелкнул, и упрямая дверь открылась наконец со звоном.

И мальчик, дрожа, вошел в последний зал ледяного дворца. На полу грудами лежали прозрачные ледяные птицы и ледяные звери.

А на ледяном столе посреди комнаты стоял бедный младший брат. Он был очень грустный и глядел прямо перед собой, и слезы блестели у него на щеках, и прядь волос на затылке, как всегда, стояла дыбом. Но он был весь прозрачный, как стеклянный, и лицо его, и руки, и курточка, и прядь волос на затылке, и слезы на щеках, – все было ледяное. И он не дышал и молчал, ни слова не отвечая брату. А Старший шептал:

– Бежим, прошу тебя, бежим! Мама ждет! Скорее бежим домой!

Не дождавшись ответа, Старший схватил своего ледяного брата на руки и побежал осторожно по ледяным залам к выходу из дворца, а друзья его летели, прыгали, мчались следом.

Прадедушка Мороз по-прежнему крепко спал. И они благополучно выбрались из дворца.

Солнце только что встало. Ледяные деревья сверкали так, что больно было смотреть. Старший побежал к живому лесу осторожно, боясь споткнуться и уронить Младшего. И вдруг громкий крик раздался позади.

Прадедушка Мороз кричал тонким голосом так громко, что дрожали ледяные деревья:

– Мальчик! Мальчик! Мальчик!

Сразу стало страшно холодно. Старший почувствовал, что у него холодеют ноги, леденеют и отнимаются руки. А Младший печально глядел прямо перед собой, и застывшие слезы его блестели на солнце.

– Остановись! – приказал старик.

Старший остановился.

И вдруг все птицы прижались к мальчику близко-близко, как будто покрыли его живой теплой шубой. И Старший ожил и побежал вперед, осторожно глядя под ноги, изо всех сил оберегая младшего брата.

Старик приближался, а мальчик не смел бежать быстрее, – ледяная земля была такая скользкая. И вот, когда он уже думал, что погиб, – зайцы вдруг бросились кубарем под ноги злому старику. И Прадедушка Мороз упал, а когда поднялся, то зайцы еще раз свалили его на землю. Они делали это дрожа от страха, но надо же было спасти лучшего своего друга. И когда Прадедушка Мороз поднялся в последний раз, то мальчик, крепко держа в руках своего брата, уже был далеко внизу, в живом лесу. И Прадедушка Мороз заплакал от злости.

И когда он заплакал, сразу стало теплее.

И Старший увидел, что снег быстро тает вокруг, и ручьи бегут по оврагам. А внизу, у подножия гор, почки набухли на деревьях.

– Смотри – подснежник! – крикнул Старший радостно.

Но Младший не ответил ни слова. Он по-прежнему был неподвижен, как кукла, и печально глядел прямо перед собой.

– Ничего. Отец все умеет делать! – сказал Старший Младшему. – Он оживит тебя. Наверняка оживит!

И мальчик побежал со всех ног, крепко держа в руках брата. До гор Старший добрался так быстро с горя, а теперь он мчался, как вихрь, от радости. Ведь все-таки брата он нашел.

Вот кончились участки лесничих, о которых мальчик только слышал, и замелькали участки знакомых, которых мальчик видел раз в год, раз в полгода, раз в три месяца. И чем ближе было к дому, тем теплее становилось вокруг. Друзья-зайцы кувыркались от радости, друзья-белки прыгали с ветки на ветку, друзья-птицы свистели и пели. Деревья разговаривать не умеют, но и они шумели радостно, – ведь листья распустились, весна пришла.

И вдруг старший брат поскользнулся.

На дне ямки, под старым кленом, куда не заглядывало солнце, лежал подтаявший темный снег.

И Старший упал.

И бедный Младший ударился о корень дерева.

И с жалобным звоном он разбился на мелкие кусочки. Сразу тихо-тихо стало в лесу.

И из снега вдруг негромко раздался знакомый тоненький голос:

– Конечно! От меня. Так. Легко. Не уйдешь!

И Старший упал на землю и заплакал так горько, как не плакал еще ни разу в жизни. Нет, ему нечем было утешиться, не на чем было успокоиться.

Он плакал и плакал, пока не уснул с горя как убитый.

А птицы собрали Младшего по кусочкам, и белки сложили кусочек с кусочком своими цепкими лапками и склеили березовым клеем. И потом все они тесно окружили Младшего как бы живой теплой шубкой. А когда взошло солнце, то все они отлетели прочь. Младший лежал на весеннем солнышке, и оно осторожно, тихонечко согревало его. И вот слезы на лице у Младшего высохли. И глаза спокойно закрылись. И руки стали теплыми. И курточка стала полосатой. И башмаки стали черными. И прядь волос на затылке стала мягкой. И мальчик вздохнул раз, и другой, и стал дышать ровно и спокойно, как всегда дышал во сне.

И когда Старший проснулся, брат его, целый и невредимый, спал на холмике. Старший стоял и хлопал глазами, ничего не понимая, а птицы свистели, лес шумел, и громко журчали ручьи в канавах.

Но вот Старший опомнился, бросился к Младшему и схватил его за руку.

А тот открыл глаза и спросил как ни в чем не бывало:

– А, это ты? Который час?

И Старший обнял его и помог ему встать, и оба брата помчались домой.

Мать и отец сидели рядом у открытого окна и молчали. И лицо у отца было такое же строгое и суровое, как в тот вечер, когда он приказал Старшему идти на поиски брата.

– Как птицы громко кричат сегодня, – сказала мать.

– Обрадовались теплу, – ответил отец.

– Белки прыгают с ветки на ветку, – сказала мать.

– И они тоже рады весне, – ответил отец.

– Слышишь?! – вдруг крикнула мать.

– Нет, – ответил отец. – А что случилось?

– Кто-то бежит сюда!

– Нет! – повторил отец печально. – Мне тоже всю зиму чудилось, что снег скрипит под окнами. Никто к нам не прибежит.

Но мать была уже во дворе и звала:

– Дети, дети!

И отец вышел за нею. И оба они увидели: по лесу бегут Старший и Младший, взявшись за руки.

Родители бросились к ним навстречу.

И когда все успокоились немного и вошли в дом, Старший взглянул на отца и ахнул от удивления.

Седая борода отца темнела на глазах, и вот она стала совсем черной, как прежде. И отец помолодел от этого лет на десять.

С горя люди седеют, а от радости седина исчезает, тает, как иней на солнце. Это, правда, бывает очень-очень редко, но все-таки бывает.

И с тех пор они жили счастливо.

Правда, Старший говорил изредка брату:

– Оставь меня в покое.

Но сейчас же добавлял:

– Ненадолго оставь, минут на десять, пожалуйста. Очень прошу тебя.

И Младший всегда слушался, потому что братья жили теперь дружно.