Джессами пошла в оружейный зал за Галеном, после того, как он отпустил Елену на весь день.

Охотница ушла с тренировки с парой синяков и волоча по земле крылья, как любой из младших учеников Джессами... но сначала пустила кровь Галену.

- Дай, посмотрю рану, - произнесла Джессами, закрывая за собой дверь. Её простое платье шелестело от каждого шага.

Обернувшись к огромному тренировочному пространству, она увидела, что Гален сложил тренировочные мечи на деревянный стол, а в руках уже сжимал суконную тряпку, хотя лицо его было хмурым.

- Ничего страшного, просто царапина.

- Это мне судить.

Её огромный, мускулистый возлюбленный не перестал хмуриться, но спокойно сложив крылья, стоял, пока она вытирала кровь. Он оказался прав, всего лишь царапина.

Которая, к тому же, была близка к заживлению, безмолвный символ силы Галена.

- Ты был очень жесток с Еленой. - Как Новообращённый ангел, у супруги Рафаэля долго будут сходить синяки.

Гален вернулся к мечам и к их чистке, что делал всегда, несмотря на усталость после тренировок. Она знала, что сегодня он не сильно напрягался, Елена новичок с длинными мечами... не говоря уже о том, что не имеет опыта сражения с крылатым телом, которым теперь обладала.

- Она может погубить Рафаэля, - произнёс Гален, чистя первый клинок.

Неопровержимая правда. Теперь Елена - сильнейшая слабость Рафаэля, живое, дышащее его сердце, но без жестокости, присущей членам команды архангела.

Тем не менее, это истина.

- Она ему подходит, - Джессами нравились изменения в Рафаэле. До Елены она век за веком наблюдала, как он становился жёстче, холоднее и всё более отстранённым... пока в нём едва ли что-то осталось от того юного архангела, который сказал, что в его башне всегда будет ей место. - Она делает его счастливым.

Гален, ничего не говоря, фыркнул, но Джессами уже четыре сотни лет была со своим могучим возлюбленным, чтобы повестись на такую отговорку.

Нырнув ему под руку и заставляя прекратить чистить лезвие, она проговорила:

- Как и я делаю счастливым тебя. - Его обнажённый торс был таким тёплым, - а я не самая сильная в Убежище.

- Это не одно и то же, - рыкнул Гален в ответ, светя брови вместе над глазами бледно-зелёного цвета, которые с каждым днём Джессами всё сильнее любила.

- Ты - учитель и историк, неотъемлемая и незаменимая часть нашего народа. Она смертная с крыльями... что она может нам дать?

Джессами сильно ударила его кулаком в упругий пресс. За такие слова можно посчитать, что у Галена нет сердца, но она точно знала, что оно у него самое большое в мире... и самое преданное.

- Ты, - проговорила она, когда Гален поморщился, - когда-то был ребёнком, который вихлял во время полёта...

- Нет, - перебил он её, - я так не думаю. По словам моего наставника, я вышел из утробы в кинжалом в одной руке и арбалетом в другой.

Улыбнувшись, Джессами провела пальцами по внутренней стороне шелковистого крыла, она знала, что только ей Гален позволял такую ласку.

- Ты должен дать ей шанс научиться и стать тем, кем предначертано. Ты же знаешь, что Рафаэль не взял бы в супруги слабую женщину.

- Лишь потому, что она опытная охотница, не значит, что она готова к жизни рядом с архангелом.

Гален не использовал слово "опытная" вскользь. Джессами поняла и прикоснулась к его руке, чтобы он посмотрел ей в глаза.

- Ты считаешь, что у неё есть потенциал. Вот почему ты так суров с ней, - когда он не ответил, она продолжила. - На самом деле, мне кажется, что она тебе немного нравится.

Он вновь нахмурился, обхватил сильными руками её талию и сдвинул с пути, чтобы вновь приступить к чистке клинков.

- Она стреляла в Рафаэля.

- Я тебе в голову чернильницу запускала.

Гален закончил чистить один меч и убрал его в ножны на стене, затем принялся за второй.

- И промахнулась.

- Ты бы меньше злился, если бы попала? - спросила она, наблюдая за тем, как сокращаются под кожей его мышцы, когда он убрал меч в стойку.

- Поверишь, что нет?

Смеясь, она обхватила его лицо ладонями и притянула к себе для лёгкого поцелуя, который очень скоро стал диким. Теперь им правил Гален, прижимаясь крепче к Джессами и языком раскрывая рот

- Если это так, - проговорила она, тяжело дыша, когда он позволил ей отстраниться, - ты должен злиться на меня. Надо почаще напоминать тебе об инциденте с чернильницей.

Он тихо улыбнулся, отчего его глаза заблестели.

- Давай потанцуем.

Она точно знала, что это значило, но общего с обычными танцами на земле ничего не имело.

- У меня меньше часа, - проворковала она, вставая на носочки, чтобы процеловать линию его подбородка.

- Я могу быть шустрым. - Он взял её за руку и вывел из оружейной. - А вечером, я очень-очень медленно о тебе позабочусь.

Джессами обняла Галена за шею, а он её за талию и взмыл в воздух одним сильным движением крыльев.

- Ты ужасный мужчина, - сказала она, целуя его в шею, когда они оказались на высоте, где их никто бы не потревожил. - Ты знаешь, что со мной делают такие слова?

Грубый и дикий, но рядом с ним она поджимала пальчики ног и ощущала себя чувственной обольстительницей

Гален в ответ порочно рассмеялся, а затем нырнул вниз, лишая их обоих дыхания. Крича от удовольствия, Джессами падала с ним в ущелье, окружавшее Убежище, и поднималась вновь в небеса.

Они увидели вспышку характерного синего цвета... Иллиум, а затем вновь начали падать вниз. Гален направил их через небольшой разлом, ответвляющийся от главного ущелья, а потом опять в небо, и Убежище оказалось далеко позади.

Волосы били Джессами по лицу, юбки запутались в ногах, а Гален летел быстро и уверенно. Поддавшись его уверенности, Джессами опустила одну руку вниз и провела костяшками по животу Галена.

- Где будем танцевать? - В этих горах не сложно найти уединение, эти исполины, окружающие Убежище, часто окутаны занавесами густого тумана.

А под ними ничего не было, ни признаков цивилизации, ни деревень. Горная цепь, которая вечность принадлежала ангелам

- Прямо здесь, - сказал Гален, и без предупреждения направил их вниз в огромное ущелье настолько тёмное и глубокое, что ни единый лучик света не проникал туда, где они танцевали.

В темноте каждое прикосновение ощущалось острее, каждый шёпот - грубой лаской. Гален, как и обещал, был быстр... но отлично о ней позаботился. Как и всегда, её любимый, который знал её тело так же хорошо, как любой клинок в своём арсенале. И она знала его настолько же прекрасно.

- Признайся, - сказала она, когда они лежали в темноте на самом дне ущелья, под ними находился самый мягкий песок, а плеск воды о камни был тихим напевом.

Гален обнимал её, а она полулежала на нём, лаская левым крылом его грудь.

- В чём? - спросил он.

Когда он начал ласкать её крыло, она теснее прижалась к нему.

Когда-то, когда их ухаживания только начинались, она стеснялась ласки изгиба крыла, но невозможно чего-то стесняться с Галеном. Он открыто выражал свою любовь к ней настоящей.

Спустя четыреста лет, которые одним мгновением пронеслись мимо, она знала, что могла прийти к нему сломленной в любом смысле, а он покажет ей истинную любовь. Хотя, без сомнений, он накричит

за то, что она пострадала.

- Что видишь потенциал в Елене, - с улыбкой произнесла она. Из-за его гипер опеки Джессами кинула в его голову чернильницу. Хотя урок не возымел нужного эффекта.

- Сегодня она не сломалась. Она не жалкая. - Последовал резкий ответ. - Может мне удастся сделать из неё сносного бойца.

Это была, действительно высокая похвала от Галена.

- Думаю, нужно тебя предупредить. Кажется, мы с Еленой сдружимся.

- Не проси меня о снисходительности к ней.

- Не стану. - В отличие от многих - включая и Елену - она понимала, что супруге Рафаэля нужно быстро реализовать потенциал, только так она сможет выжить в мире бессмертных, в который её втянули. - Я знаю, что ты можешь дать ей средства, чтобы она прожила достаточно долго и успела показать на что способна.

После очередной ласки, Гален сел и утянул Джессеми за собой.

- Позволь вернуть тебя домой, чтобы ты успела переодеться перед занятиями.

Когда они приземлились на каменную тропу у дома, окружённого цветами, так густо наводняющими воздух ароматом, он проговорил:

- Я помню, что вчера ты пропустила урок по самообороне. Займёмся этим сегодня.

Она прижалась к его губам, заставляя сильнее сжать бёдра, а затем пробормотала:

- Давай пропустим занятие. - Её Гален обучал так же жёстко, как и других учеников, только их занятия всегда проходили наедине... и она может отвлечь его так, как никто другой.

- Джесс, - проговорил он с блеском в глазах, - мы много лет тренируемся вместе. Когда последний раз ты отговаривала меня от урока?

- Десять лет назад, - сразу же сказала она, - когда

встретила тебя у двери, а на мне было лишь твоё перо на цепочке на шее.

Его тело тут же откликнулось от воспоминания, но Гален прищурился.

- Даже не думай. Мне нужно, чтобы ты могла себя защитить... мир всегда был опасен, а сейчас становится только хуже.

Джессами тоже чувствовала, что грядут перемены, которые несёт за собой ангел с сердцем смертного.

Она была уверена в одном, неважно что их ждёт в будущем, но она встретит его со своим возлюбленным рука об руку и - так как Гален удостовериться в том, что она станет экспертом в стрельбе - с взведённым арбалетом.