Многие поколения советских детей и подростков радовал всесоюзный журнал «Костёр», издававшийся в Ленинграде. В числе прочих интересных рубрик журнала, был и «Уголок весёлого архивариуса» — раздел забавных и поучительных историй из жизни людей великих или просто известных в прошлом, а также интересные факты, афоризмы, анекдоты и всяческие казусы из прошлого.
Вниманию читателей предлагается сводная подборка материалов познавательной рубрики.
v 1.0: создание fb2 — Corvus
Рисунки Л. Курушина
Французский писатель Анатоль Франс принимал на работу машинистку, рекомендованную ему кем-то из друзей.
Писатель спросил девушку:
— Я слышал, вы неплохо стенографируете.
— Да. Сто тридцать слов в минуту…
— Сто тридцать слов в минуту?! Но, дорогая, где я их вам возьму?
Вождь латинян Маний Курий ел репу, когда послы соседнего племени сабинян принесли ему в дар золото.
— До тех пор, пока я буду питаться репой, — сказал Курий, — я не буду нуждаться в золоте.
Один чужестранец во время пира наговорил немало дерзостей спартанскому царю Ли-сандру.
— Извергни еще парочку проклятий, — сказал Лисандр, — и, может быть, в конце концов ты избавишься от язвительных слов, которыми переполнен.
Писатель Гончаров отправился в долгое морское путешествие на военном корабле-фрегате „Паллада". В первый же день раздалась команда: „Свистать всех наверх!" Писателю показалось, что случилась какая-то беда. Он тревожно спросил пробегающего мимо него мичмана: „Зачем это зовут всех наверх?"
„Свистят всех наверх, когда есть авральная работа!" — второпях бросил мичман. Гонча-ров по трапу выбрался на палубу. Все суетились. „Что такое авральная работа?" — спросил писатель другого офицера. „Это когда свистят всех наверх", — поспешно ответил тот и куда-то исчез.
Не зная, как принимает публика его новый роман, Отверженные", Виктор Гюго послал своему издателю телеграмму следующего содержания:,?“
Издатель ответил:,!“
Греческий философ Диоген, путешествуя, набрел на совсем маленький городок с большими воротами.
— Заприте ваши ворота, — посоветовал Диоген, — а то как бы ваш город не убежал.
Немецкий физик Конрад Рентген получил письмо. Некий господин просил прислать ему немного икс-лучей и инструкцию по их применению, так как лично явиться к ученому у него нет времени.
Рентген ответил:
„В настоящий момент у меня, к сожалению, нет лучей. Замечу при этом, что пересылка их является необычайно сложным делом. Единственный выход — переслать мне вашу грудную клетку".
Французский математик Ампер шел как-то по улице, производя в уме сложные вычисления, и вдруг наткнулся на черную доску, такую же, как в аудитории. Обрадовавшись, он подбежал к доске, вынул кусочек мела, который всегда носил с собой, и начал быстро испещрять черную поверхность формулами. Доска, однако, тронулась с места. Увлеченный расчетами ученый машинально двинулся за ней. Доска набирала скорость. Ампер побежал. И только смех прохожих привел его в себя. Доска, исписанная формулами, оказалась задней стенкой черной кареты.
В доме, где жила датская семья по фамилии Бор, висела фарфоровая тарелка с изображением двух братьев, сыновей хозяйки. Как-то в отсутствие матери один из друзей дома сказал, разглядывая тарелку:
— Да, вид у этих детей простоватый, пороху они не выдумают. Что ж, были бы славными, добрыми людьми.
Прошло время, и один из братьев, Нильс, стал великим физиком, национальной гордостью Дании. Заслуги другого брата, Харальда, оказались скромнее: он сделался самым крупным датским математиком.
Македонский царь Филипп, завоевав уже немало греческих государств, отправил послание в Спарту: „Выбирайте, приду ли я к вам другом или врагом".
„Ни тем, ни другим", — последовал ответ.
Один докучливый проситель с притворной озабоченностью спросил римского консула Красса, не обеспокоит ли он его, когда придет рано утром.
— Нет, — сказал Красс.
— Так прикажи разбудить себя при моем прибытии.
— Зачем? Ведь ты не хотел меня беспокоить!
Рисунки Е. Вознесенской
Будучи человеком рассеянным, немецкий ученый Пауль Эрлих ежедневно писал на карточках распоряжения сотрудникам. Завел он такие же карточки и для самого себя. А чтобы не забыть о них, Эрлих для верности посылал их себе по почте.
Известный американский химик Уиллард Гиббс в юности был очень застенчив. Однажды в беседе с профессором, которому он вскоре должен был сдавать экзамен, Гиббс признался, что не надеется на успех именно из-за своей застенчивости.
— Каких вопросов вы боитесь больше всего? — спросил профессор.
Гиббс назвал несколько самых трудных вопросов.
— Ну, а что бы вы на них ответили? — продолжал любопытствовать профессор.
Гиббс начал свободно излагать материал, но затем спохватился, стушевался и упавшим голосом спросил, когда ему нужно прийти на экзамен.
— Экзамен? — весело переспросил профессор. — Да вы его уже сдали!
Экс-чемпион мира по боксу Джо Луис вел машину. Рядом с ним сидел приятель. Вдруг какой-то автомобиль прижал машину Луиса к обочине, так что пришлось остановиться. Мало того, незнакомый водитель грубо обругал Луиса.
— Почему ты не послал его в нокдаун? — удивился приятель.
— А если бы на моем месте сидел Карузо? — ответил Луис вопросом на вопрос. — По-твоему, он должен был пропеть этому наглецу свою коронную арию?
Рисунки М. Беломлинского
За время своего царствования Павел I отдал немало нелепых приказаний. Вот два из них, отданные в 1800 году:
„Полковник Тинков выключается из службы вследствие рапорта его о неотыскании им гарнизонного батальона, коего он был назначен командиром".
„Умершему генералу Врангелю, в пример другим, объявить строжайший выговор".
Михаил Лунин, впоследствии известный декабрист, был гвардейским офицером и стоял со своим полком возле Петергофа. Лето было жаркое, солдаты и офицеры в свободное время купались в заливе. Однако гвардейский генерал-немец запретил эти купания, так как они происходили вблизи проезжей дороги и „оскорбляли приличие".
Выбрав момент, когда генерал проезжал по той самой дороге, Лунин вошел в воду в полной форме — в кивере, мундире, рейтузах и ботфортах. Поравнявшись со странным купальщиком, генерал увидел, что тот, по горло в воде, отдает ему честь.
— Что вы тут делаете? — спросил изумленный генерал.
— Купаюсь в приличной форме, — ответил Лунин.
Рисунки Е. Вознесенской
Однажды во время прогулки Эйнштейн встретил знакомого профессора.
— Дорогой коллега, сегодня вечером непременно приходите в гости. У меня будет профессор Дэвис, а он очень интересный человек.
— Но я и есть профессор Дэвис, — ответил удивленный собеседник.
— Это не имеет никакого значения, — сказал Эйнштейн. — Все равно приходите.
Эйнштейн и композитор Эйслер встретились как-то у общих знакомых. Хозяйка дома, зная, что Эйнштейн играет на скрипке, попросила его сыграть вместе с Эйслером. Но как на грех Эйнштейн не мог попасть в такт. Все попытки ни к чему не привели.
Закрывая крышку рояля, Эйслер заметил: „Не понимаю, почему весь мир называет великим человека, который не умеет считать до трех!"
Великий химик Бородин был очень рассеян. Однажды Бородину пришлось уйти из дому по спешному делу. На двери он оставил записку: „Буду через час". Вернувшись домой и прочитав записку, Бородин искренно огорчился: „Какая досада! Ну, нечего делать, придется подождать".
— А есть в этой коллекции пианино? — поинтересовался Россини.
— Нет, — удивился приятель. — Конечно, нет.
— Значит, в детстве этот коллекционер не учился музыке, — сказал Россини.
— Как прекрасно ты играешь! Мне никогда так не научиться.
— Отчего же? Ты ведь совсем большой. Попробуй, а если не получится, то сначала запиши ноты.
— Да я пишу… Правда, стихи.
— Это ведь тоже очень интересно. И наверно, труднее, чем сочинять музыку.
— Отчего же? Совсем легко. Ты попробуй…
Собеседником Моцарта был юный Гёте.
Рамо вслушался, с усилием повернул голову и прошептал: — Что вы там поете? У вас же слуха нет!
Наконец внук Франклина, хорошо знавший французский язык, спросил его тихо:
— Дедушка, ты всегда больше всех хлопаешь, когда тебя хвалят?
— Как, господин президент, вы чистите себе ботинки?
— Да, — ответил Линкольн. — А вы кому их чистите?
Вскоре они снова говорили по телефону.
— Ну как, удалось вам найти средства? — спросил Ллойд Джордж.
— Да, — ответил Роберт Скотт. — Мне дают, правда, всего тысячу фунтов. Но готовы дать пятьдесят тысяч, если я возьму вас с собой на Северный полюс, и согласны заплатить миллион, чтобы я вас там оставил.
— Этого не может быть, — нисколько не смутившись, ответил режиссер, когда ему сообщили об отзыве Хемингуэя, — Мой фильм сделан прекрасно и в точности соответствует роману. Следовательно, Хемингуэй либо не видел фильма, либо не читал романа.
— Каков же ваш годовой доход? — поинтересовался Стравинский.
— Сто пятьдесят тысяч долларов, — ответил Гершвин.
— Сто пятьдесят тысяч! — воскликнул Стравинский. — И вы еще хотите, чтобы я вас чему-то учил? Нет, это вы должны дать мне урок-другой!
— Не беспокойтесь, — сказал контролер, — я верю, что билет у вас есть.
— Но я все равно должен его найти, и как можно скорее, — отозвался Брет Гарт. — Нужно же мне знать, до какой станции я еду.
Рисунки Ф. Васильевой
Людовик XIV, отправляясь осаждать крепость Монея, приказал драматургу Расину присоединиться к королевской свите. Ехать Расину не хотелось, и, чтобы обмануть короля, он ответил так: «По столь важному случаю я непременно должен заказать себе новое платье. Но никакой портной не сможет сшить его с такой быстротой, с какой ваше величество берет крепости».
Великому французскому философу Вольтеру объявили, что его книги будут сожжены по требованию церкви.
— Тем лучше для моих книг, — сказал Вольтер. — Книги подобны каштанам: чем усерднее их поджаривают, тем лучше они раскупаются.
♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦♦
Рисунки Ф. Васильевой
В 1772 году Англия начала строить новые пороховые склады. Их нужно было защитить от грозы. Возник спор, какой громоотвод лучше: с тупым или заостренным стержнем. Англичане стояли за тупой, великий американский ученый Франклин — за острый. Но Северо-Американские Соединенные Штаты, в то время колония Англии, начали с ней войну за независимость, и английскому королю Георгу III очень не хотелось, чтобы победил проект американца.
Король призвал к себе президента Королевского общества Джона Прингла и предложил ему поддержать сторонников тупого громоотвода.
— Ваше величество, — ответил ученый, — я всей душой желал бы вам угодить, но я не в силах изменить законы природы.
Летом 1735 года над Парижем разразилась сильная гроза. Молния угодила в колокольню одного из монастырей.
Парижский епископ по этому поводу сказал:
— Господь почтил монастырь великой милостью, поразив только колокольню. Если бы молния ударила в трапезную, никого не осталось бы в живых.
Из этих слов парижанам и стало известно, что во время грозы монахи вовсе не молятся о спасении города от господнего гнева, а коротают время в трапезной — благо монастырская кухня славилась своими яствами.
Рисунки Ю. Бочкарева
— За что, как не за твои знания, ты получаешь жалованье?
— В том-то и дело, что я получаю жалованье за мои знания, — ответил мудрец. — Если бы халиф платил мне за то, чего я не знаю, не хватило бы даже его несметных богатств.
— Июнь, июль и Карфаген, — ответил адмирал.
Может показаться, что этот ответ — бессмыслица. А между тем адмирал выразился кратко, образно и совершенно точно. Он дал понять, что в июне и в июле хороши все порты, а порт Карфаген хорош в любое время года.
Рисунки М. Беломлинского
— Мне девяносто четыре года, и у меня нет ни одного врага.
Фонтенеля уже начали было хвалить за миролюбивый нрав, но он добавил:
— Да, ни одного. Я пережил их всех.
Вот это письмо: „Ростовы. Л. Т.“
— Мой муж археолог и любит иметь дело с древностями.
Рисунки О. Зуева
Однажды Людовик, вернувшись с удачной охоты и находясь в отличном расположении духа, спросил министра:
— Послушайте, Калонн, ходят слухи, что ваши личные денежные дела совершенно расстроены… Но тогда как же вы управляетесь с моими, с королевскими финансами?
Калонн тотчас ответил:
— Потому-то я и взялся заведовать королевскими финансами, Ваше величество, что личные мои финансы уж очень расстроены…
Один купец, уговаривая его принять подряд на заведомо ненужные работы, предложил:
— Ваше превосходительство, давайте поладим так: я вам дам три тысячи рублей, — и никто об этом знать не будет…
На это директор департамента только усмехнулся:
— Давайте пять тысяч, — сказал он, — и потом рассказывайте об этом кому хотите…
Рисунок А. Орлова
Известный музыкант нашего времени, американский трубач Луи Армстронг рассказывал:
— В молодости, когда я только начинал выступать, у меня не было часов. Часто по ночам, чтобы узнать, который час, я начинал громко играть на своей трубе. Вскоре в какую-нибудь из стен начинали стучать кулаком и громко ругаться: „Что за безобразие! Ночью, в три часа, играть на трубе!“ Так я всегда мог знать точное время.
Однажды выдающегося физика Роберта Вуда пригласили прочитать лекцию в Филадельфийском форуме. Тему лекции ученый определил одним словом: „Пламя“.
Для подтверждения своих мыслей Вуд демонстрировал ацетиленовые горелки в действии, дождь расплавленной стали, огромные трубы с голубым огнем, которые свистели и выли, а потом взрывались.
Когда лекция окончилась, Вуд вытер пот со лба, вытащил свою трубку и, собираясь закурить, зажег спичку. Тут же от стены отделился пожарный, громко закричав:
— Эй, нельзя этого делать!
Русского писателя А. И. Куприна осаждал одесский репортер:
— Где и как можно проинтервьюировать вас?
Куприн посмотрел на него и ответил:
— Приходите сегодня в центральные бани…
И в тот же вечер репортер и писатель лихо отхлестали друг друга вениками.
— Как тебе пришла в голову эта дикая мысль? — спросили потом Александра Ивановича приятели.
— Почему же дикая? — засмеялся Куприн. — У репортера были такие грязные ногти и уши…
Рисунки М. Беломлинского
В годы президентства Франклина Делано Рузвельта американские военные решили в одном из южных штатов устроить полигон. И именно там, где водился редчайший вид лебедя…
Военных это мало обеспокоило, но запротестовали ученые. Дело дошло до президента. Рузвельт ознакомился с мнениями обеих сторон. Телеграмма, которую вскоре получили военные, гласила: „Вердикт вынесен в пользу лебедей и против армии. Армия должна поискать себе другое место для гнездования".
Джек Лондон был очень обязательным человеком и рукописи своих романов и рассказов всегда сдавал издателям в срок. Но однажды он не смог этого сделать. Издатель написал ему: „Дорогой сэр! Если через два дня я не получу-таки Ваш рассказ, то собственными руками порву договор. В отличие от Вас я всегда держу свои обещания…"
Джек Лондон ответил: „Дорогой сэр! Если бы и я делал все только руками… Но в отличие от Вас мне приходится работать еще и головой…"
Елизавета Мейтнер была первой в Германии женщиной-физиком, которая в начале 20-х годов нашего века получила ученую степень. Для того времени многим это казалось просто невероятным. Название ученой работы Мейтнер „Проблемы космической физики" редакторы одной из газет посчитали явно ошибочной и напечатали „Проблемы косметической физики".
В сборнике сказок, собранных братьями Гримм, есть, как вы знаете, сказка о пройдохе-портном. Оканчивается она так: „Кто этой сказке не поверит, должен заплатить талер".
И вот однажды к старшему из братьев Гримм пришла девочка лет восьми.
— Это вы Гримм? — спросила девочка, когда ее ввели в кабинет к писателю.
— Я, дитя мое.
— Сказке о портном я не поверила и, значит, должна заплатить вам талер. Но талера пока у меня нет. Есть только пять зильбергрошей. Остальное я отдам потом, вы не беспокойтесь.
Когда царь Николай I узнал, что известный русский академик Иосиф Христианович Гамель, сделавший много открытий в медицине, электротехнике и механике, хочет поехать в научную командировку в Северную Америку, он приказал обязать Гамеля „секретным предписанием отнюдь не сметь в Америке употреблять человеческое мясо, в чем взять с него расписку и мне представить".
Пришлось ученому писать для царя расписку: „…во время предстоящего путешествия моего в Америку я никогда не посмею употреблять в пищу человеческое мясо. Академик, действительный статский советник Иосиф Гамель. Санкт-Петербург, 24 апреля 1853 года".
Одна знакомая попросила Эйнштейна позвонить ей по телефону, но предупредила, что номер у нее очень громоздок: 24631.
— Чего же тут сложного? — удивился Эйнштейн. — Две дюжины и 19 в квадрате!
Выдающийся русский шахматист впервые принял участие в заочном шахматном турнире в 1902 году. Один из участников турнира в своем письме обращался к нему так: „Уважаемому господину Алехину".
Противник будущего гроссмейстера не знал, что уважаемому господину едва минуло… десять лет.
Александр Сергеевич Пушкин не раз читал знакомым свои вольнолюбивые стихи. За них-то он и был сослан. Проезжая через Киев, поэт встретил приятеля. Тот был удивлен этой встрече и спросил: как это Пушкин очутился тут.
— Язык до Киева доведет, — ответил поэт, улыбнувшись.
Известный физик Генрих Герц в молодости любил токарную работу. Когда мастер, обучавший его токарному делу, спустя много десятилетий узнал, что Герц стал профессором, он недовольно покачал головой:
— Жаль, из него вышел бы первоклассный токарь.
В 1954 году экс-чемпион мира по шахматам Макс Эйве посетил Австралию. В одном из городов после выступления в местном клубе у гроссмейстера пропала шляпа, и ему вручили новую.
— Если найдется моя старая шляпа, — сказал шутя Эйве, — используйте ее в качестве переходящего приза.
Пропажа нашлась. А в 1955 году в этом городе действительно состоялся турнир, где в качестве переходящего приза вручалась шляпа экс-чемпиона мира.
Известный артист Давриент играл в Берлинском театре заглавную роль в пьесе Шекспира „Ричард III". Едва он произнес слова: „Коня! Коня!" — как с последнего яруса раздался крик:
— А осел подойдет?
— Подойдет, спускайтесь сюда! — с готовностью отозвался артист.
Один болгарский журналист, попросил бывшего чемпиона мира по шахматам Роберта Фишера дать ему интервью. Воспитанный в американском духе стяжательства знаменитый гроссмейстер сказал:
— Дайте мне 50 левов вперед, а после этого начнем разговор.
— Спасибо, — ответил журналист. — Интервью от вас я уже получил.
Толстенький фабрикант спросил известного врача С. П. Боткина, не знает ли он верного средства от полноты.
— Знаю, — ответил Боткин, — нужно жить ежедневно на один рубль и при этом самому его зарабатывать.
Артур Конан-Дойль, автор рассказов о Шерлоке Холмсе, выбрал однажды десяток своих знакомых, принадлежащих к так называемому „высшему свету" и всем послал телеграммы одинакового содержания: „Все раскрыто, немедленно бегите".
В течение 24 часов они все удрали за границу.
Выдающегося пианиста Артура Рубинштейна спросили: что было для него самым трудным, когда он учился играть на рояле?
— Оплата уроков, — ответил тот.
Композитору Римскому-Корсакову сказали, что музыка одного из его учеников весьма похожа на его собственную музыку. Композитор ответил:
— Если про музыку говорят, что она на что-то похожа, — это еще не беда! Вот если музыка ни на что не похожа — тогда дело плохо.
Молодой голландский физик Гендрик Казимир поехал к Нильсу Бору „на выучку". Отец Казимира, далекий от мира науки, решил проверить, так ли уж этот Бор знаменит, и отправил сыну письмо по адресу: „Нильсу Бору для Казимира, Дания". Письмо дошло без задержки.
Рисунки Т. Капустиной
Ньютон не любил длинных красивых речей. За два года заседаний в парламенте единственные слова, которые он произнес, были адресованы служителю: „Пожалуйста, закройте окно — дует".
Однажды знаменитый французский физик Ампер прогуливался с приятелем по берегу Сены. Приятель шутя водрузил ему на нос свои очки. Внезапно мир вокруг Ампера ожил, обрел новые, четкие формы. Оказывается, до того момента Ампер даже и не подозревал, что плохо видит.
Друзья называли этот случай первым большим открытием Ампера.
Композитору Брамсу довелось однажды аккомпанировать весьма слабому виолончелисту. Композитор играл хорошо, виолончелист — плохо. Тогда композитор стал играть как можно громче, пытаясь скрыть от публики недостатки в игре партнера. Но тут не выдержал виолончелист:
— Прошу вас, немного потише, я совсем не слышу себя.
— Счастливец! — процедил сквозь зубы Брамс.
Дмитрий Иванович Менделеев не любил, когда к людям относились в зависимости от их титулов и рангов.
В то время студенты экзаменовались по алфавиту.
Однажды во время экзамена к нему подошел студент и представился:
— Князь Васильчиков.
— Студентов на букву «к» я экзаменую завтра, — сердито ответил Менделеев.
Знаменитый американский физик Майкельсон, измеривший скорость света, в молодости был чемпионом по боксу среди курсантов-легковесов Морской академии.
Другой курсант, некий Фиске, отличавшийся большим весом и непомерной гордостью, невзлюбил Майкельсона и вызвал его на поединок.
Посмотреть их бой пришло много зрителей.
В первом же раунде маленький Майкельсон так отделал Фиске, что тот восемь дней пролежал в лазарете.
Впоследствии Фиске стал знаменитым адмиралом и любил похвастать своими победами, но больше всего он гордился проигранным боем — сражением с самим великим Майкельсоном.
Крупнейший советский физик академик Лев Ландау был известен еще и тем, что даже в самые тяжелые минуты жизни не терял чувства юмора.
Однажды, когда он выздоравливал после автомобильной катастрофы, к нему в больницу пришли врачи и принесли таблицы с крестиками и кружочками.
— Что это? — спросили врачи и показали на крестик.
— Кружочек, — серьезно ответил Ландау.
— А это? — врачи показали на кружочек.
— Крестик, — также серьезно сказал больной.
Врачи ушли в большой растерянности.
— Не будут приставать с разными глупостями, — сказал Ландау, подмигнув испуганной медсестре.
Инженеру и ученому, открывшему способ вулканизации резины, Гудийру однажды почтальон принес письмо. Ученого не было дома. На вопрос, как отыскать его, соседи посоветовали:
— Если вы увидите человека в резиновом пальто, резиновых ботинках, резиновом цилиндре и с резиновым кошельком в кармане, а в резиновом кошельке — ни одного цента, то можете не сомневаться — это Гудийр.
Друзья великого химика Бутлерова постоянно удивлялись, с какой поразительной ловкостью и изяществом его руки обращаются с хрупкими колбами, ретортами и пробирками. Те же руки легко могли согнуть кочергу буквой, Б“. Этот шутливый автограф порой оставлял Бутлеров, если, зайдя к друзьям в гости, не заставал их дома.
Композитор Бородин, отличавшийся большой рассеянностью, ехал вместе с женою за границу. Во время проверки паспортов на пограничном пункте чиновник спросил, как зовут его супругу. Бородин растерянно оглянулся. Чиновник смотрел на него все более подозрительно.
Наконец, подошла Екатерина Сергеевна, жена композитора.
Бородин кинулся к ней:
— Катя! Ради бога, скажи, как тебя зовут?
Рисунки Т. Капустиной
Знаменитый физик Нильс Бор уже с детства отличался любовью к точности. В пятом классе ему задали нарисовать свой дом. Рисуя ограду, юный Нильс несколько раз выбегал на улицу, чтобы пересчитать столбики. Он не мог допустить, чтобы на рисунке их было больше или меньше, чем в действительности.
Однажды ночью в дом Бальзака забрался вор. Убедившись, что хозяин спит, вор подошел к столу и начал открывать ящики, искать деньги. Внезапно он услышал громкий смех хозяина. Несмотря на испуг, вор спросил:
— Что вы смеетесь?
— Очень смешно!.. Вы среди ночи ищете то, что я и днем найти не могу.
Чемпион мира по шахматам Алехин проводил в Аргентине сеанс одновременной игры. Вдруг один из его противников вскочил с места и закричал:
— Маэстро! Через три хода вы получаете мат!
— Не надо торопиться, — ответил Алехин, — вы зря волнуетесь, сэр. Пока я объявляю вам мат через два хода.
Один молодой, но весьма уверенный в себе тенор сказал как-то выдающемуся певцу Энрико Карузо:
— Вчера мой голос звучал на всех ярусах театра!
— Да, — ответил Карузо, — я видел, как публика освобождала для него места.
Знаменитый английский физик Кавендиш устроил у себя дома библиотеку, которой пользовались желающие. При этом посетитель оставлял хозяину расписку. Кавендиш так строго соблюдал установленные им в библиотеке порядки, что каждый раз, когда книгу брал он сам из собственного же шкафа, выдавал себе расписку: такого-то числа такую-то книгу взял у Генри Кавендиша Генри Кавендиш.
Рисунки М. Беломлинского
Недалеко от дома, где жил Эдисон, строили новую церковь.
Когда церковь была готова, строители обратились к Эдисону за советом: ставить ли громоотвод на куполе?
— Обязательно, — ответил великий изобретатель, — ведь бог так часто бывает рассеянным.
Нильс Бор с детства не терпел многословия. Однажды ему задали сочинение под названием „Прогулка в порт". Сочинение Бора состояло всего из двух фраз: „Мой брат и я пошли прогуляться в порт. Там мы смотрели, как разгружают суда".
Живший в прошлом веке Жан Батист Гаспар Дебюро прославился как мастер пантомимы, то есть актер, который объясняется со зрителями только языком жестов. На случай своей смерти он сочинил такую надгробную надпись: „Здесь лежит тот, кто сказал все, не вымолвив ни слова".
Рисунки О. Филипенко
Астронома Тихо Браге спросили однажды, трудно ли открыть новую неизвестную науке звезду.
— Трудно, — ответил ученый и пошутил: — Но еще труднее узнать, как она называется!
Итальянский физик Ферми любил записывать в блокнот остроумные объявления. В одной из гостиниц он прочитал такую запись:
„Не курите в кровати! Пепел, который будет выметен отсюда, может оказаться вашим пеплом".
Американский астроном Лоувелл в конце прошлого века заявил, что он видит в свой телескоп каналы на Марсе.
Все ученые с нетерпением ждали постройки самого большого по тем временам телескопа Йоркской обсерватории.
Когда могучий телескоп был готов, его навели на Марс и… каналов не обнаружили. Лоу-веллу послали телеграмму: „К сожалению, для того чтобы разглядеть каналы на Марсе, наш телескоп слишком силен".
Рисунки О. Зуева
В порт, где готовился к плаванью корабль „Бигль", пришел скромно одетый человек и сказал, что он ученый и тоже собирается в плаванье.
— Поселите его в темную каюту, не книги же ему там писать, — сказал офицер боцману.
Открытия, сделанные человеком во время плаванья, и написанные книги принесли ему мировую славу…
Это был Чарльз Дарвин.
Однажды видный английский политический деятель Уинстон Черчилль пришел на митинг, чтобы произнести речь. Он оглядел слушателей и сказал стоящему рядом организатору:
— Если бы меня приговорили к повешению, толпа была бы гораздо больше.
Известный немецкий биолог Эрнст Геккель, один из творцов эволюционной теории, как-то сидел в гостях поблизости от священника. Священник решил закурить, и ученый предложил ему зажженную спичку. Спичка, едва только очутилась в руках священника, потухла.
— Свет науки погас! — объявил священник.
— В руках церкви это происходит не впервые! — ответил Геккель.
Рисунки М. Беломлинского
В юности Нильс Бор видел свои портреты в газетах гораздо чаще, чем в то время, когда он стал знаменитым физиком. В юные годы Нильс Бор считался футбольной знаменитостью.
— Очень неудачно сложилась у него жизнь! — жалели позднее его друзья по футбольной команде, когда Бор стал физиком.
Английский органист-виртуоз В. Паррат был одновременно и известным шахматистом. В 1862 году он поразил и любителей музыки и любителей шахмат, совместив в одном выступлении исполнение концертной музыки и одновременную игру вслепую на нескольких досках. Сначала он успешно справился с Бахом и Моцартом, а затем один за другим сдались и шахматные противники.
Джек Лондон собрался в кругосветное плаванье. Но на его яхту судьи наложили арест. „У вас долги!" — заявили они писателю.
Лондон расплатился с кредиторами. Но судьи не снимали ареста.
„Возможно, у вас еще есть долги, о которых мы не знаем…" — сказал один судья. „Или долги, о которых вы сами не знаете…" — сказал другой. Только через несколько недель яхта ушла в море.
Когда Лондона спросили, каких опасностей следует бояться морскому путешественнику больше всего, он ответил: „Наших судей. Они страшнее акул!"
Соседи, жившие со знаменитым американским изобретателем Эдисоном в его юные годы на одной улице, удивлялись религиозности юноши: выходя из дома, Эдисон обязательно заворачивал к церкви.
— Дело в том, — признался Эдисон в старости, — что у меня не было теплого пальто, и я заходил туда погреться.
Рисунки А. Орлова
Знаменитый французский химик Вертело был очень честолюбив и всю жизнь добивался новых и новых должностей, которые ничего общего с химией не имели. Наконец он стал министром! И тогда один литератор написал в газете: „Предлагаем на суд публики эпитафию, которую следует высечь на камне будущего надгробия месье Вертело:
„ЗДЕСЬ ПОКОИТСЯ ВЕРТЕЛО. И ЭТО ЕДИНСТВЕННОЕ МЕСТО, КОТОРОГО ОН НЕ ДОБИВАЛСЯ".
Французский писатель Флобер был большим ценителем книг. По соседству с его домом жил буржуа, обладавший библиотекой, книги которой, сказать по правде, он не читал. Однажды Флобер послал к нему слугу с просьбой дать на время нужную Флоберу книгу. Буржуа ответил запиской: „Сударь! При всем моем уважении к вам ни одна книга не может быть вынесена из моего дома. Приходите и читайте книги у меня…"
Дня через два к Флоберу постучал слуга этого самого буржуа и попросил лейку для поливки цветов. Флобер послал записку: „Сударь! При всем моем уважении к вам ни одна лейка не может быть вынесена из моего дома. Приходите и поливайте цветы у меня…"
Один царский генерал очень любил подражать Суворову и испытывать неожиданными вопросами своих подчиненных. Инспектируя летний лагерь, он вдруг спросил дежурного офицера:
— Скажи-ка, голубчик, когда Великая Армада проследовала мимо Англии?
— Думаю, что в полдень, ваше превосходительство, — отвечал офицер, — как раз тогда, когда я проверял в палатках солдат амуницию!
Рисунки А. Орлова
Однажды к Фемистоклу, древнегреческому общественному деятелю, обратилась за советом его собственная дочь. Она сказала: „Отец! Двое юношей добиваются моей руки и хотят вступить со мною в брак. Один юноша глуп, но богат. Другой — беден, но человек ученый… Кого мне предпочесть?"
Фемистокл ответил: „Человек без денег много лучше, чем деньги без человека…"
Однажды знаменитого средневекового врача Абу Али Ибн Сину, или, как его называли в Европе, — Авиценну, спросили, каким образом он сумел накопить столько полезных знаний? Он ответил: „Очень просто! Я никогда не стыдился спрашивать, когда чего-нибудь не знал…"
Однажды к английскому писателю Бернарду Шоу в квартиру забрались воры. Самым ценным у Шоу были книги, и воры удалились восвояси, прихватив все-таки галоши писателя.
На другой день Шоу повесил у входа записку:
„К сведению воров!
В этом доме почти не осталось ценных вещей. Новые галоши уже украдены. Если вы все-таки решите прихватить вместо шарфа шерстяной коврик, на котором спит кошка, то кошку тихо переложите в кресло в прихожей. Если вам понравится кресло, кошку пристройте на подзеркальник. Подзеркальник с зеркалом брать не советую: зеркало с трещиной… И очень прошу вас не хлопать дверью, шум мешает мне работать…
Писатель Шоу“
Однажды известный вам по „Острову сокровищ" Стивенсона доктор Лайвеси едва не сделался академиком!
Дело в том, что он послал в Лондонскую Академию наук письмо:
„Спешу сообщить о необыкновенном медицинском случае. Матрос корабля, на котором я возвращался из Кале в Лондон, упал с мачты и сломал ногу. Я быстро соединил части ноги, связал их корабельным канатом и полил морской водой. И матрос пошел как ни в чем не бывало".
В академии уже все проголосовали за принятие Лайвеси в академики. Но тут принесли еще одно письмо. Доктор писал: „В спешке я забыл сообщить, что сломанная нога матроса была деревянной".
Однажды всеми нами любимый Санчо Пансо, будучи губернатором острова, услышал игру одного волынщика. Тот играл очень плохо, хуже некуда, и все его поносили. Один Санчо слушал, хвалил и даже наградил волынщика деньгами. Когда у Санчо спросили, зачем он хвалит плохую музыку, он ответил: „Если бы и я, губернатор, ругал его, он мог бы совсем бросить играть. От нечего делать сделался бы вором. А там и убил бы кого-нибудь… Так что уж пускай его лучше плохо играет на волынке…"
Однажды всем известный Тартарен из Тараскона попал под дождь и вымок до нитки.
Придя домой, он попросил слугу просушить его платье.
Дождь кончился, и слуга повесил платье Тартарена сушиться в саду.
Ночью Тартарен встал напиться воды. Увидев между деревьями тень, он решил, что это воры, схватил ружье и выпалил в сад. Утром он решил посмотреть все-таки, куда это он стрелял? Ощупав свое простреленное платье, Тартарен в ужасе воскликнул: „Подумать только! В этом платье мог бы быть и я сам!“.
Когда книга И. М. Сеченова „Рефлексы головного мозга" была издана, царская цензура наложила на нее запрет. Поговаривали даже о суде над известным физиологом, советовали ему нанять хороших адвокатов.
— Моим адвокатом будет лягушка, — отвечал Сеченов. — Я возьму ее с собой в суд и проделаю перед судьями все свои опыты.
По дороге в Милан знаменитый итальянский певец Энрико Карузо остановился в трактире.
— Почему вы с таким любопытством глядите на этого человека? — спросил трактирщик одного из посетителей.
— Потому что это сам Карузо.
— Жена, дети! — закричал счастливый трактирщик. — Спускайтесь скорей вниз — наше заведение посетил великий путешественник Робинзон Крузо!
Группа знаменитого океанолога Жак-Ива Кусто снимала фильм на озере Танганьика о жизни бегемотов. Чтобы не привлекать внимания животных, кинооператоры спрятались в резиновом искусственном гиппопотаме.
Неожиданно на берегу появилась группа браконьеров.
Каков же был их ужас, когда прямо на них двинулся огромный бегемот и грозно спросил:
— А у вас есть государственная лицензия?
Знаменитый норвежский скрипач Арве Телефсен, на концерты которого жители выстаивали большие очереди, решил пошутить над прохожими. Надев потрепанную одежду, он вышел на центральную улицу Осло и заиграл на скрипке.
Всего несколько людей остановилось, чтобы послушать игру уличного маэстро. Лишь один прохожий — сторож музыкальной школы — слушал его около часа, а потом вздохнул с сожалением:
— Парень ты способный, только техники тебе не хватает.
В романе Франсуа Рабле „Гаргантюа и Пантагрюэль" писатель посмеялся над монахами. Те возненавидели Рабле и пакостили ему, как могли. Однако последнее слово осталось все-таки за Рабле. В его завещании жадные монахи прочитали: „Денег у меня нет. Долги у меня большие. Все остальное я решил завещать монастырям…"
Комический актер Бурвиль был призван в армию. Служил он хуже, чем играл. И вдобавок однажды потерял ружье. Командир отругал его и велел вычесть из жалованья за ружье…
— Не расстраивайся… — жалели Бурвиля приятели, — бывает и хуже.
— Конечно, — отвечал Бурвиль. — Если бы я служил в артиллерии, мог бы потерять и пушку…
К писателю Анатолю Франсу пришла наниматься на работу стенографистка.
— Месье, — сказала молодая девушка, — я могу стенографировать со скоростью 150 слов в минуту.
— Но где я возьму для вас столько слов? — ответил испуганно писатель.
Иностранный дипломат вошел к американскому президенту Линкольну, известному своими демократическими взглядами, в момент, когда тот чистил обувь.
— Господин президент! — ужаснулся дипломат. — Неужели вы сами чистите себе ботинки?
— Да, — ответил президент, — могу почистить и ваши.
Малоталантливый, но богатый господин пожаловался известному английскому писателю Оскару Уайльду на пренебрежение прессы к его стихам.
— Я потратил столько денег на издание своей книги, а на нее никто не обращает внимания. Это настоящий заговор против меня! Посоветуйте, что мне делать?
— Присоединяйтесь к заговорщикам, — ответил Оскар Уайльд.
Известный немецкий ученый Вильгельм Конрад Рентген получил письмо, отправитель которого просил прислать несколько рентгеновских лучей, для того чтобы просветить свою грудную клетку.
„К сожалению, в настоящее время у меня нет икс-лучей, — ответил Рентген. — К тому же, пересылка их — дело сложное. Поступим проще: пришлите мне вашу грудную клетку!"
После прочтения „Алисы в стране чудес" королева Англии пришла в восторг и потребовала немедленно доставить ей остальные сочинения Кэролла. Каково же было ее удивление, когда оказалось, что остальные книги Кэролла посвящены высшей математике. Ведь он был профессором математики Оксфордского университета.
Однажды Эйнштейн встретил в Нью-Йорке знакомого.
— Господин Эйнштейн, — проговорил тот после приветствия, — вы непременно должны купить себе новое пальто. Это уже износилось.
— Зачем же? В Нью-Йорке меня никто не знает, — ответил Эйнштейн.
Несколько лет спустя они снова встретились. Великий физик был все в том же пальто.
Знакомый опять посоветовал ему купить новое.
— Зачем же? — ответил ученый. — Здесь меня знает каждый.
Однажды академик Гудзий экзаменовал очень ленивого студента.
Наконец, отчаявшись, он спросил: „Ну, а чьи лекции вы хотя бы слушали?"
— Академика Гудзия, — несколько подумав, отвечал студент.
— Это уже прогресс! — сказал академик. — В прошлый раз вы не смогли сказать даже этого…
ОДНАЖДЫ к знаменитому американскому писателю Марку Твену пришел репортер. Они поговорили о том, о сем, и, наконец, репортер, заметивший, что страницы записной книжки Твена совершенно чисты, сказал: „А ведь я слышал, что вы сюда постоянно заносите все свои умные мысли!"
— Ах, мой друг, — отвечал Твен, — умные мысли приходят так редко, что их можно запомнить и без записной книжки…
ОДНАЖДЫ чрезвычайно тщеславный итальянский скульптор Бандинелли, сделав копию античной статуи, хвастался, что превзошел подлинник.
Микеланджело, великий скульптор, на это заметил: „Человек, идущий вслед за другими, первым прийти не может…"
ОДНАЖДЫ довольно глупый царский генерал на поле боя подозвал адъютанта и, недовольно морщась, сказал ему:
— Голубчик! Скачи к войскам и передай мой приказ: „Артиллерии стрелять чаще и громче!"
ОДНАЖДЫ известный певец Энрико Карузо отправился на большом корабле на гастроли в Америку. Плавать Карузо не умел и потому осторожно осведомился у капитана:
— Часто ли тонут подобные корабли?
— О, не беспокойтесь! — сказал капитан. — Не более одного раза каждый.
ОДНАЖДЫ у великого американского писателя Марка Твена потерялась любимая собака. Он дал объявление в газету и назначил тому, кто найдет, премию — двадцать долларов. Зайдя в редакцию газеты справиться, не было ли сообщений о собаке, Твен не нашел там никого, кроме старика-швейцара.
— Где все сотрудники? — спросил Твен.
— Какого-то Твена угораздило потерять собаку. Он назначил премию. Вот все и побежали искать!..
ОДНАЖДЫ Маяковский выступал с чтением своих стихов, и ему прислали записку: „Мы с приятелем читали ваши стихи и ничего не поняли".
— Надо выбирать умных приятелей, — ответил поэт.
ОДНАЖДЫ к французскому писателю Александру Дюма (отцу), любившему и умевшему хорошо готовить, зашел в гости директор парижского театра.
Дюма как раз трудился на кухне, Гость принялся расхваливать только что вышедший роман Дюма „Граф Монте-Кристо".
— Ах, мой друг, — прервал его Дюма. — „Монте-Кристо", конечно, хорош, но сейчас ты попробуешь мою тушеную говядину и поймешь, в чем именно я по-настоящему талантлив!
Один студент трижды не мог сдать экзамен по анатомии знаменитому русскому врачу Боткину.
Когда товарищи неудачника сказали экзаменатору, что студент грозит покончить с собой, вонзив нож в сердце", Боткин успокоил их:
— Ваш друг не знает строения человеческого тела. Он не найдет сердца.
Гости Эдисона с трудом открывали его садовую калитку. Наконец один из них заметил:
— Удивляюсь, как такой гений, как вы, не может сделать более совершенной калитки.
— Калитка сконструирована как нужно, — ответил Эдисон. — Она соединена с насосом домашнего водопровода. Каждый, кто открывает ее, накачивает в цистерну десять литров воды.
Д. И. Менделеев любил сам переплетать книги и даже делать чемоданы. Однажды, когда он покупал необходимые для работы материалы, продавца спросили:
— Что это за человек?
— Неужто не знаете? — удивился продавец. — Его все знают. Это Менделеев, известный чемоданных дел мастер.
Рисунки Ю. Беломлинской
СЫН рыбака, знаменитый полярный исследователь Георгий Седов сидел в компании морских офицеров, где каждый кичился своим происхождением. Наконец, очередь рассказать о своих предках дошла и до Седова.
— Я не знаю имени своей прабабушки, господа, — сказал Седов, — но я надеюсь, что имя ее правнука российскому народу станет известно.
НАЧИНАЮЩИЙ актер, известный своей назойливостью, долго уговаривал Бернарда Шоу дать ему рекомендацию в театр. Наконец Бернард Шоу сдался и написал письмо: „Искренне рекомендую вам молодого актера. Он играет Гамлета, Цезаря, на флейте и в карты. Лучше всего он играет в карты".
ИЗВЕСТНЫЙ польский пианист Падеревский получил однажды такое приглашение:
„… Моя жена исполнит для вас собственные сочинения, дочь споет романсы, а сын сыграет на скрипке. После выступлений в десять часов вечера начнется банкет."
„Большое спасибо! Приглашение принимаю. Буду ровно в десять", — написал в ответ пианист.
Рисунки Л. Каминского
Посредственный стихотворец поинтересовался у знаменитого немецкого поэта Гейне, сколько стихов тот пишет за день.
— Одно стихотворение, а иногда я трачу на него месяц.
— Я же за день могу написать десяток стихов, — похвастался стихотворец.
— Зато они и живут не больше дня, — ответил Гейне.
Итальянский певец Марио Ланца выступал в провинциальном городке. На афише, среди других произведений значилось: „Брамс, „Кузнец".
Перед самым концертом к прославленному певцу подошел детина богатырского вида и поднес огромный каравай хлеба.
— Я здешний кузнец и могу сделать более ценный подарок, — пробасил детина, — а вы за это вставьте в свою песенку пару слов о том, что я также чиню радиоприемники и мотоциклы.
Нильс Бор в детстве увлекался футболом. Однажды, когда учитель предложил ему и его одноклассникам написать 11 самых знаменитых людей, Нильс немедленно принялся за работу.
Учитель остановился у его парты в тот момент, когда будущий физик написал уже десять человек из футбольной сборной и дописывал одиннадцатого — вратаря.
Рисунки Ю. Беломлинской
ВЕЛИКИЙ русский певец Шаляпин приехал в США.
— Это знаменитый Шаляпин, — сказали люди около чиновника, производившего досмотр, — у него золото в горле.
Таможенный чиновник тут же отправил певца сделать рентген „золотого горла".
ЗНАМЕНИТЫЙ химик Бутлеров в студенческие годы зашел как-то к богатому дальнему родственнику, имевшему врачебную практику, чтобы занять у него немного денег.
Родственник был свободен и принялся осматривать Бутлерова. Он обнаружил у Бутлерова несколько начинающихся болезней и радостно сообщил:
— Я уверен, что вы обогатите медицинскую науку!
— В таком случае не могла бы наука дать мне десяток рублей заранее? — ответил Бутлеров.
ЭДИСОНА, с детства отличавшегося любовью к точности, школьный учитель однажды спросил:
— Где была подписана Декларация независимости?
— Я думаю, в самом низу, сэр, — ответил Эдисон, — подписи всегда ставятся внизу.
Рисунки Ю. Беломлинской
Во время исполнения оперы „Евгений Онегин" в сцене дуэли однажды не выстрелил пистолет. Известный певец Воложанинов, исполнявший партию Ленского, решил все же упасть. Увидев растерянность Онегина, он приподнял голову и пропел речитативом: „Все кончено. Я умер от разрыва сердца".
Один из студентов великого физика Эйнштейна однажды увидел, что его учитель поспешно вынул носовой платок и, завязав узелок, убрал снова в карман.
— Попросите меня, профессор, и я напомню вам все, что следует, — предложил студент.
— Вы не запомните, это слишком сложная формула, — ответил Эйнштейн.
Известный английский писатель Бернард Шоу сидел с другом в ресторане, где чересчур громко играл оркестр.
Наконец, Бернард Шоу не выдержал и подозвал дирижера.
— Играет ли оркестр по заявкам публики? — спросил он.
— С удовольствием, сэр.
— Отлично. В таком случае, пусть он сыграет в домино.
ИЗВЕСТНЫЙ русский математик Лобачевский в молодые годы однажды был приглашен к помещице отобедать. Хозяйка отличалась непомерной скупостью, и Лобачевский встал из-за стола голодным.
— Буду рада, если вы еще зайдете к нам как-нибудь отобедать, — сказала помещица, прощаясь.
— Я готов хоть сейчас, — ответил Лобачевский.
ВО ВРЕМЯ заграничных гастролей знаменитому русскому пианисту Антону Рубинштейну пришлось иметь дело с антрепренером, который хотел присвоить половину суммы, причитающейся за концерт.
— Я согласен взять вдвое меньше суммы, которую получаю обычно, — сказал Рубинштейн, — но играть буду вдвое тише.
У ЗНАМЕНИТОГО петербургского адвоката Плевако спросили, какая разница между хорошим адвокатом и плохим.
— Хороший адвокат держит бумаги в голове, — ответил Плевако, — а плохой — держит голову в бумагах.
Однажды в присутствии изобретателя парохода Фултона зашел спор о том, что безопаснее — путешествие по железной дороге или по реке.
— Вот вы, Фултон, — обратился к изобретателю один из спорщиков, — вы почему всегда предпочитаете ездить в дилижансе?
— Видите ли, — смущенно ответил Фултон, — я совсем не умею плавать…
Однажды знаменитому адмиралу Лазареву представили к повышению в чине некоего офицера, руководствуясь лишь тем, что он состоит на флоте уже двадцать лет и все плавает на кораблях. Качества сего офицера были невысоки и известны Лазареву. Потому он и написал на представлении: „Не резон! Мой сундук тоже двадцать лет со мной плавает, а что толку?"
ЗНАМЕНИТЫЙ советский кинорежиссер Эйзенштейн ехал в поезде. Сосед по купе, узнав его фамилию, стал обрадованно повторять:
— Горжусь честью с вами познакомиться!
Они разговорились. Сосед рассказывал о своей работе, Эйзенштейн — о сйоей. На прощание сосед сказал:
— Никак не думал, что такой великий физик в свободное время еще и снимает кино.
ОДИН придворный, желая представить своему знакомому Ломоносова, сказал:
— Этот Ломоносов гораздо ученее, чем может показаться с виду.
— И в том наше главное отличие, — добавил Ломоносов.
ВЕЛИКОГО американского изобретателя Эдисона интервьюировал не в меру назойливый корреспондент.
— Скажите, а верно ли, что гениальность — это болезнь?
— Пусть это вас не волнует, — ответил Эдисон, — у вас прекрасный, здоровый вид!