© Поповец М. А., перевод на русский язык, 2018

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019

Подруги уже были недалеко от дома, они шли мимо пшеничного поля, стараясь держаться поближе к ограде, которая хоть как-то защищала их от моросящего дождика. Лето ещё не закончилось, но день стоял сырой, и уже веяло прохладой и осенью.

– Это что, птичка? – спросила Эди, внезапно остановившись.

– Где? – Лейла тоже остановилась, вглядываясь в траву у дорожки. Они довольно часто встречали по пути фазанов или кроликов. Но сейчас она никого не видела.

– Я точно слышала какой-то звук. – Эди медленно повернулась, стараясь понять, откуда он доносился. Может, птенчик выпал из гнезда. В это время года птицы уже не высиживают яйца, но некоторые вновь откладывают их после того, как птенцы научатся летать. Так что на земле вполне можно обнаружить неоперившегося беднягу.

– Какой-то писк. Ты не слышишь? – Она присела на корточки. Звуки доносились чуть поодаль от дорожки.

– Oй… да, кажется… – Лейла нахмурилась и тоже присела.

– Вроде бы здесь, около ограды. Но теперь затих… – Эди почувствовала, как у неё заколотилось сердце. Когда она только услышала писк, ей было просто любопытно, кто же там плачет в кустах, но теперь она всерьёз забеспокоилась. Если сначала он издавал тихие и слабые звуки, то сейчас, когда всё прекратилось, казалось, будто тот, кто пищал, сдался – или у него не осталось сил, чтобы продолжать звать на помощь.

– Точно, это отсюда доносилось, – пробормотала Эди, наклоняясь и раздвигая руками длинные мокрые стебли. За стеной травы и диких цветов во все стороны тянулись ветви куста боярышника.

– Осторожно, тут проволока, – сказала Лейла, заглядывая Эди через плечо. – Под кустами я вижу колючую проволоку. Не поцарапайся.

Эди кивнула:

– Ага, я осторожно. Oй! Слышала?

Раздался ещё один тихий писк. Определённо, в зарослях был кто-то маленький и несчастный.

– Кто это? – теперь Лейла тоже забеспокоилась. Эди аккуратно раздвинула ветки с шипами, и девочки заглянули в образовавшийся проход.

– Oй нет… – прошептала Лейла. В зарослях ограды, зацепившись за колючую проволоку, висел маленький рыжий комочек.

Котёнок – крошечная девочка – услышала, как к ней кто-то приближается. Она не понимала, что слышит детские голоса, ведь до этого ей никогда не приходилось встречать людей. Она знала только свою маму, братишку и сестрёнок, которые почему-то оставили её здесь. Она не понимала, что случилось… Может, это мама за ней пришла? Совсем не похоже. Она ходит быстро и тихо, не так – с шумом и громко топая. Кошечка заворочалась, не зная, попытаться ли освободиться снова, пока эта странная штука не подобралась ближе. Но двигаться не получалось. Она попала в западню, и каждый раз, пытаясь выбраться, она чувствовала, что её что-то держит и забирает все силы.

Ей нужна помощь.

Но если это не мама, то кто? Котята слышали, как лисы и другие звери ходят вокруг дупла, в котором их мама устроила нору, но самих зверей никогда не видели. Котята были такими маленькими, что пока знали только свою маму – тепло, которым она их окружала, её молоко и ласку, когда она их вылизывала.

Должно быть, это мама вернулась за ней, решила малышка. Мама её не бросит. Она снова попыталась вывернуться и мяукнула так громко, как только могла. «Найди меня, помоги, забери домой, мне страшно!» И даже теперь всё, что можно было услышать, – лишь слабый писк. Она опять стала извиваться изо всех сил, пытаясь освободиться из проволоки. Проволока качнулась, и котёнок запищал – теперь от боли, что-то дёрнуло её за длинную шёрстку и впилось в шею.

Шум приближался, малышка пыталась вывернуться и посмотреть, кто же это, и продолжала звать маму. Но вместо мамы, торопившейся на помощь, она увидела два испуганных лица с широко открытыми глазами. Кошечка подёргалась ещё, и проволока глубже вонзилась ей в шейку. Было больно, малышка обессиленно повисла. Она так устала и так боялась всего.

Совсем ничего не понимая, она закрыла глаза и надеялась, что это большое и страшное уйдёт, а за ней скоро вернётся мама.

Котёнок выглядел таким крошечным и беспомощным, а порез на шее казался ужасным. Родители Эди оба работали ветеринарами, и она, конечно, уже видела больных животных. Довольно часто случалось, что за «пациентами» некому было присмотреть, и тогда папа с мамой приносили их домой. Эди нравилось заботиться о заболевшей кошке или собаке и воображать, что это её собственный питомец. Но она ещё никогда не сталкивалась с тем, чтобы такая маленькая крошка совершенно выбилась из сил. Под взглядом Эди кошечка открыла круглые зелёные глазки и мяукнула – или попыталась, звука не было слышно. У неё не осталось сил даже пищать, поняла Эди.

– Нет, нам надо вытаскивать её отсюда прямо сейчас, – проговорила девочка. – Она слишком ослабела. Надо отнести её домой, чтобы мама осмотрела. – Эди осторожно протянула руку к кошечке – она могла укусить или поцарапать, не от злости, а потому что была сильно напугана. Но когда девочка прикоснулась к шерстяному комочку, который запутался в колючей проволоке, кошечка не стала сопротивляться. Она только слегка вздрогнула и беззвучно позвала на помощь.

Эди попыталась распутать шёрстку, но она намоталась так туго, что не поддавалась, и девочка чувствовала, как котёнок задёргался.

– Бесполезно, я только делаю ей больно, – прошептала она, нервно оглядываясь на подружку. – Что же нам делать?

– Ножницы! У меня же есть ножницы в пенале! – Лейла стряхнула рюкзак и принялась рыться внутри. – Вот, смотри, они хорошие, острые. Можно просто срезать шёрстку.

Она отдала ножницы Эди, и та подлезла поближе к котёнку.

Малышка снова открыла глаза и, увидев лицо Эди над собой и сверкающие лезвия ножниц, начала извиваться.

– Всё в порядке, – успокаивала её девочка. – Мы хотим вызволить тебя.

– Ну как, получается? – волновалась Лейла, заглядывая подружке через плечо.

– Да… почти всё. – Эди отстригала рыжую шёрстку. Она подставила левую руку, и, отрезав последний клочок, поймала котёнка. На её ладони лежало вялое, обмякшее тельце, похожее на поломанную игрушку. Эди передала ножницы Лейле и, пятясь, выползла из зарослей. Пушистый комочек у неё в руках слегка шевельнулся, когда его вынесли из тени на свет. Девочки разглядывали кошечку.

– Такая маленькая, – проговорила Лейла. – Как она тут оказалась одна?

– Не знаю. – Эди на минуту прижала котёнка к школьному платью, пытаясь открыть рюкзак. – Уф, не могу одной рукой – не достанешь мою кофту? Мы попробуем её завернуть – сейчас, конечно, не холодно, но таких маленьких котят надо держать в тепле, а там, под кустами, прохладно.

Лейла нашла кофту, и Эди завернула в неё котёнка так, что выглядывала только крошечная рыжая мордочка. Её глазки снова были закрыты, и девочка подумала, что это плохой признак.

– У неё и передняя лапка тоже поранена, ты заметила? Наверное, пыталась царапать колючую проволоку. Пошли, бежать не будем, чтобы не трясти её, но пойдём побыстрее.

Лейла кивнула, и они поспешили по дорожке с котёнком на руках.

– Мама! Мама! – Эди и звонила в дверь, и звала маму в открытое окно.

– Я была на кухне… – мама открыла дверь, с удивлением глядя на девочек. – Что, я так долго шла?

– Нет, мам, извини – вот, смотри! – Эди протянула ей свёрточек.

– Боже мой. Где вы её нашли? – женщина взяла его и стала озабоченно рассматривать. – Она что, под машину попала? – мама перевела взгляд на девочек. – Хотя нет, вы бы тогда пошли к папе в лечебницу, если бы возвращались по дороге. Так что же случилось?

– Мы нашли её у ограды. Она застряла в колючей проволоке. Мне пришлось отрезать ей шёрстку ножницами Лейлы, чтобы она смогла выбраться. Как думаешь, с ней всё будет в порядке?

Мама Эди осторожно положила котёнка на стол. Малышка лежала, свернувшись на кофточке, и не шевелилась. Эди видела, что она дышит.

– Не знаю, – медленно проговорила мама. – Она, возможно, много времени там провела, и она ещё совсем крошка. Не больше пяти недель от роду. В таком возрасте котят ещё нельзя разлучать с матерью. Эди, можешь принести картонную коробку из гаража? Небольшую, так, чтобы мы могли устроить ей уютное гнёздышко.

Когда Эди пришла с коробкой, она увидела, что мама уже нашла грелку и заполняет её горячей водой.

– Надо, чтобы она согрелась, – объяснила мама. – Но не обожглась, поэтому мы завернём грелку в полотенце. Эди, ты можешь…

Но Эди уже бежала вверх по лестнице, чтобы принести полотенце из шкафа. Мама положила полотенце на дно коробки, затем поместила под него грелку и осторожно опустила котёнка внутрь.

– Я помню, у нас ещё оставалась молочная смесь для котят с того последнего раза, когда мы выхаживали малышей, – пробормотала мама. Потом взглянула на девочек и продолжила громче: – Слушайте, мы сделаем всё, что возможно, конечно, но вы должны понимать, что она слишком мала, к тому же серьёзно ранена и напугана. Котёнок может не выжить.

Эди проглотила комок в горле и кивнула, и почувствовала, как Лейла взяла её за руку.

– Но мы же попытаемся, правда? – спросила она.

– Конечно, – ответила её мама. – Просто… не слишком надейтесь.

Кошечка устало моргала. Ей было тепло, и её больше не трясли. Проволока исчезла, и вокруг было мягко и уютно. Это хорошо. Она вытянула крошечные лапки и встряхнулась. Но мама так и не пришла за ней, а ей так хочется кушать. И шея болит, и лапка. Ходить тоже не получится, даже если бы хватило сил. Что же происходит? Где мама и почему она не вернулась?

Крошка всё ещё лежала на полотенце, но уже подняла голову и повернула её на звук человеческих голосов. Она явно очнулась. И теперь, когда малышка попыталась мяукнуть, её уже было слышно. Определённо это было похоже на писк голодного котёнка.

– Ладно! – рассмеялась мама Эди. – Давай попробуем её покормить. – Она взяла сухую молочную смесь и маленькую бутылочку, которую нашла в шкафу. – Это специальное молоко для котят – состав такой же, как у мамы-кошки, все те же питательные вещества. Если малышке пять недель, она ещё пьёт молочко. Скоро начнёт переходить на твёрдую пищу, но мы пока ограничимся этой смесью.

Она положила в бутылочку ложку смеси, добавила тёплой воды и встряхнула.

– Так мало, – заметила Эди.

– Знаю, но она может отказаться и от этого. А больше мы всегда успеем сделать. Потом мы её взвесим, чтобы понять, сколько молока ей нужно, но для начала давай опробуем бутылочку. Некоторые котята отказываются от соски, наверное, им не нравятся запах и вкус.

Эди с беспокойством наблюдала, как мама достаёт котёнка из коробки.

– Ты садись, – предложила мама. – Мы положим её к тебе на колени, а я придержу бутылочку.

Она положила котёнка на колени Эди, и малышка, вытянувшая лапки, теперь была похожа на мохнатого рыжего лягушонка. Потом мама пощекотала кошечку под подбородком, и та сразу подняла голову.

– Вот так, моя славная. Ну-ка, что тут у нас? – Рассмеявшись, мама очень осторожно выдавила из бутылочки капельку молока, которая, скатившись по ярко-розовому носику, попала котёнку в рот.

Малышка удивлённо заморгала, а потом облизнулась крошечным язычком. Кошечка подняла лапку, как будто хотела схватить бутылочку, и Эди с облегчением засмеялась. Ей наверняка понравилось молоко! Это же хороший знак, понадеялась девочка.

– Вот, держи, – мама Эди аккуратно просунула соску в кошачий ротик. – Попробуй так.

У малышки не очень получалось. Она цеплялась за бутылочку, и соска всё время выскальзывала изо рта, поэтому она казалась очень недовольной во время всего процесса, как будто молоко поступало недостаточно быстро.

– Она что, пытается держаться за бутылочку? – удивилась Эди. Она всё ещё посмеивалась. Не могла удержаться, хотя знала, что порезы на шейке и лапке котёнка могут быть опасны и сама крошка ещё слишком мала, чтобы оставаться без мамы. Но малышка была такой забавной!

– Нет, я думаю, котята всегда ведут себя так, когда их кормит мама-кошка. Они её мнут лапками, чтобы молоко поступало быстрее, – объяснила мама.

– Так она хочет, чтобы из бутылочки тоже быстрее выливалось! Вот жадина, – ласково проговорила Эди, одним пальцем погладив котёнка по спине. Она подумала, что впервые гладит малышку. Девочка любит гладить кошек, но в этот раз она слишком была занята спасением пострадавшей.

– Когда мы её покормим, надо будет обработать ранки, – сказала мама Эди, аккуратно раздвигая шёрстку вокруг пореза на шее котёнка. – А вообще-то, знаешь, Эди, держи бутылочку. Я займусь порезами, пока она ест, и, надеюсь, ей некогда будет возражать против того, что я делаю.

Эди с волнением наблюдала, как мама, достав вату и тёплую воду, принялась обмывать ранку. Малышке, наверное, больно? Но котёнок только слегка дёрнулся и продолжил борьбу с соской.

– Надо будет накладывать швы? – спросила Эди.

– Нет, хватит и специального клея… Кажется, он стоит где-то в посудном шкафу… – мама улыбнулась Эди. – Ну да, ну да. У нас в шкафу для посуды скрывается целая операционная. Но там хранится всё нужное, и всегда под рукой. Приподними её на минутку, я хочу залить ранку антисептиком. Смотри, чтобы и на тебя не попало. – Она подложила под котёнка другое полотенце и налила антисептик ему на шейку.

– У-у, вся шёрстка склеилась!

– Да, и теперь видно, какая она худышка на самом деле, – невесело проговорила мама. – Без всего этого пушистого меха.

– Но она же пьёт молоко, мам. Это ведь хороший признак?

– М-м-м.

– Чем это вы тут заняты? – Эди подпрыгнула от неожиданности, когда её папа появился в дверях кухни. – Наверняка чем-то интересным, раз вы даже не услышали, как я пришёл! – Он наклонился, вглядываясь. – Ой, откуда это чудо? – Папа осмотрелся, как будто ожидая обнаружить ещё котят, ползающих по полу.

– Это я её нашла, пап! Мы с Лейлой её спасли! Она застряла в колючей проволоке. Совсем ещё крошка. Мама говорит, ей всего пять недель. – Эди возбуждённо смотрела на отца, а потом вдруг нахмурилась. Папа с мамой обменялись взглядами. Это не предвещало ничего хорошего.

– Что? – озабоченно спросила она.

– Она слишком мала, детка.

– Я знаю, мама сказала. Но она, по крайней мере, кушает.

– Да… – вздохнул папа. – Ладно. Да, это хорошо. Но… котята действительно иногда не выживают, если получают такие травмы в маленьком возрасте. Не смотри на меня так, Эди, я не злобствую. Я просто не хочу, чтобы ты полюбила эту крошку, а потом страдала.

– Ну а что же мне остаётся делать? – сердито спросила Эди. Что это мама с папой всё повторяют и повторяют, какой котёнок маленький и слабый. Можно подумать, они считают, что ей надо было оставить его там, висеть на проволоке? – Я должна была принести её домой! Разве у нас здесь не самое лучшее место для несчастного больного котёнка? Целых два ветеринара, чтобы помочь ей! – воскликнула она.

– Хорошо, хорошо. – Мама осторожно обняла Эди, чтобы не потревожить котёнка. – Мы вовсе не хотим сказать, что её не надо было спасать. А только хотим, чтобы ты не расстраивалась…

– Если с ней что-то случится… – Голос Эди дрогнул. – Если что-то случится… конечно, я расстроюсь. Но я хотя бы буду знать, что сделала всё, что могла!

– Ну ладно. Можешь помочь, но только сейчас ложись спать, – вздохнула мама.

– Спасибо! – обняла её Эди.

Папа рассмеялся:

– Бьюсь об заклад, что ты не будешь такая радостная в два часа ночи.

На самом деле удивительно, но Эди совсем не хотелось спать. Звонок будильника прервал сон, в котором котёнок всё мяукал и мяукал, и девочка поняла, что пора вставать. Потому что малышка голодна. Может, это вовсе был не сон?

Эди натянула джемпер поверх пижамы и поспешила вниз по лестнице. На кухне горел свет – должно быть, мама или папа уже там.

Папа повернулся к ней, улыбаясь:

– Ух ты, а я и не думал, что ты сможешь подняться в такую рань.

Эди скорчила ему рожицу. Папа вечно дразнит её за то, что она долго встаёт по утрам.

– Ну как она? Ей не плохо здесь одной? – Эди заглянула в коробку и увидела, что малышка испуганно смотрит на неё круглыми зелёными глазками. Она выглядела уже не такой измученной и несчастной, как вечером, но повязка на крохотной лапке заставила сердце Эди сжаться. Это было очень печальное зрелище – такой маленький, больной котёнок, который всё ещё боится людей.

Папа дал Эди бутылочку.

– С ней всё в порядке, она крепко спала, когда я пришёл. Хочешь покормить её? Как думаешь, у тебя получится держать её на коленях и одновременно поить из бутылочки? – спросил отец.

– Конечно! – Эди села, и папа достал котёнка из коробки. Малышка лежала у девочки на коленях, но её тельце было напряжено, как будто она собиралась подпрыгнуть и убежать прочь, – Эди чувствовала это. Она бы никуда не смогла скрыться, но всё равно была готова так поступить. Как грустно.

– Не бойся, – прошептала ей Эди. – Мы просто хотим позаботиться о тебе.

Очень осторожно Эди поднесла бутылочку к мордочке котёнка, и тот потянулся к соске. Малышка была такой лёгкой, казалось, почти ничего не весила. Но когда она начала кушать, то решительно схватила соску, хоть и упускала её время от времени, и мяла лапками ногу Эди. Она выглядела очень сосредоточенной, когда жевала соску, – это её молоко, и никто его не отберёт. Эди наблюдала и чувствовала ритм, в котором котёнок тянул жидкость. Это так успокаивало, и девочку клонило в сон. Она подавила зевок и тут поняла, что папа поддерживает бутылочку вместо неё.

– Всё в порядке, – пробормотала она, выпрямляясь.

– Конечно. Но сейчас всё-таки ночь, ничего удивительного, если тебе хочется спать.

– Я не пойду в кровать! – громко объявила Эди, но, когда котёнок перестал сосать и застыл, виновато добавила: – Прости, детка. Ш-ш.

– Пойдём сядем на диване, – предложил папа. – Давай. – Он аккуратно подхватил котёнка, и Эди прошла за ним в комнату. Котёнок с готовностью потянулся к бутылочке, как только Эди поднесла её, и девочка прислонилась к папиному плечу, рассматривая малюсенький розовый носик и безмятежные полузакрытые глазки. Эди провела пальцем по голове малышки и вокруг её ушек, по шелковистой рыжей шёрстке.

– Папа, слушай… – Эди взяла папу за руку. – Слышишь, она мурлычет.

Кошечка уже почти перестала сосать. Её клонило в сон, и она просто облизывала соску, как будто не желая напрягаться на сытый желудок. И она определённо тихо-тихо мурлыкала.

Малышка почувствовала, как забирают бутылочку, и зашевелилась, потянувшись за ней, но потом снова обмякла и расслабилась, лежа на мягком. Она больше не хотела молока. Ей было тепло и уютно на коленях у девочки, и в животике ощущалась приятная тяжесть. Засыпая, она отстранённо подумала, куда же делась мама и почему она не вернулась за ней. Но её покормили так, как это делала мама, ей было тепло, и она была в чистоте и безопасности. Девочка нежно погладила её ушки, и котёнок замурлыкал.

– Она так изменилась. – Лейла наклонилась над коробкой и засмеялась, когда котёнок посмотрел на неё. – Выглядит очень бодрой. И порез на шее заживает. – Лейла наблюдала за тем, как малышка широко зевнула, показав крошечные белые зубки. – Может такое быть, что она уже потолстела? Очень похоже, хотя мы нашли её всего пару дней назад. Но она кажется даже упитаннее, чем была вчера, когда я приходила…

– Мама считает, что раньше наша киска недоедала. Скорее всего, её мама – одичавшая кошка, и у неё много котят, поэтому ей стало трудно кормить своих детей. Но сейчас наша малышка получает специальное молоко, в котором есть все необходимые витамины. Выходит идеальное питание для котёнка. – Эди с гордостью оглядела подопечную. – Она на самом деле поправилась.

– А твоя мама… – Лейла наморщила нос, не зная, как выразить свою мысль. – Она…

– Всё ещё говорит, что котёнок может не выжить? – Эди вздохнула. – Да. Но не так часто, как вначале. И даже мама удивляется тому, сколько ест эта обжора.

Эди задумалась и выпалила:

– Мы должны дать ей имя! Нельзя же продолжать называть её просто «она». Я раньше не хотела – из-за того, что говорили мама с папой. Но теперь… посмотри, как она окрепла. Такая красавица, и без имени.

– Правда красавица, – согласилась Лейла. – А ты уверена, что это девочка? Я думала, рыженькие бывают только мальчики.

– Ну да, – ответила Эди. – Мне просто почему-то всегда казалось, что она именно девочка. Может, из-за длинной шёрстки? Я спросила у мамы, и оказалась права – точно девочка!

Подружки восхищённо разглядывали котёнка. Малышка действительно была красавицей. Когда девочки только нашли её, она выглядела такой измождённой и несчастной, что им и в голову не пришло рассматривать её окрас. А её длинная шёрстка только мешала, запутавшись в колючей проволоке. Но сейчас малышка была чистенькая и накормленная, и сразу становилось заметно, какая у неё пушистая густая шубка, какой яркий розовый носик – такого же цвета, что и подушечки на лапках. У неё были длинные белые усики и беленький подбородок – единственные белые пятна на тельце. Вся остальная шёрстка была кремово-пшеничной с яркими рыжими полосками.

– Можно назвать её Пушинкой. Она самое пушистое создание, какое я только видела! – сказала Лейла, протянув руку и постукивая пальцами по полотенцу, чтобы привлечь внимание котёнка. Их подопечная, хоть и не умела ещё нападать, не отрываясь, следила за пальцами.

– M-м-м. Можно. – Эди задумалась. – Я бы хотела какое-нибудь особенное имя, чтобы не такое, как у всех. Мы же нашли её, как сокровище или клад… может, Золотко? Или Злата?

Лейла закивала.

– Понятно. А! Я знаю, – она рассмеялась. – Ты можешь назвать её Веснушка. Потому что у неё такие полоски – как веснушки. А ещё она такая красавица и худышка… была!

Эди снова посмотрела на котёнка.

– Да! Точно! Она и правда похожа на Веснушку, такая рыженькая. Ну, теперь ты – Веснушка, – ласково проговорила девочка и вздохнула. – Вот если бы узнать, откуда она появилась.

Лейла взглянула на дверь – было слышно, как родители Эди о чём-то говорят на кухне.

– A ты оставишь её себе? – прошептала она. – Ведь мы только что дали ей имя. А что, если ей придётся отправиться к другим хозяевам?

– Думаю, всё будет хорошо, – улыбнулась Эди. – Сегодня утром мама зашла в комнату – а там мы – папа, я и котёнок, то есть Веснушка, спим на диване. Мы заснули, пока кормили её! А она лежала и на мне, и на папе – пополам. Мама засмеялась, а потом сказала, что она явно не собирается нас покидать. И я решила, что она останется у нас.

Эди приобняла подружку:

– Но ты можешь приходить и навещать её, когда захочешь. Ведь ты тоже спасала её.

– Спасибо, – Лейла шмыгнула носом. – Эй, нам уже пора в школу. – Она наклонилась и почесала Веснушке шейку. – Пока, лапочка.

Она распечатала фото, которое мама сделала, когда Эди кормила Веснушку, и на переменах показывала его всем в классе. Было, конечно, приятно, когда все ахали и охали и говорили, какая малышка славная и пушистая, но Эди весь день ощущала смутное беспокойство. Ей не хотелось разлучаться с котёнком – хотя она понимала, что папа-ветеринар позаботится о Веснушке гораздо лучше, чем она. Он даже собирался взять малышку с собой на работу, чтобы не оставлять её дома одну. И всё же девочка не могла избавиться от ощущения, что бросила своего котёнка. После школы она всё торопила Лейлу и чуть не за руку тащила её из раздевалки.

– Да подожди ты! – пыхтела Лейла, пытаясь догнать Эди на знакомой тропинке.

– Не могу! Я просто должна побыстрее добраться домой и убедиться, что с Веснушкой всё в порядке, и ещё нам надо как следует осмотреть то место, где мы её нашли, и разобраться, что же всё-таки произошло, – объясняла Эди.

– Ну ладно, ладно, – рассмеялась Лейла. Она поспешила за подружкой, и вскоре они оказались у тех самых колючих кустов. – Понятия не имею, что надо искать.

– Я тоже, – выдохнула Эди. – Но давай попробуем. А вдруг мы увидим хозяина кошки, который решил вот так избавиться от котят?

– Ужас какой! – испугалась Лейла.

– Некоторые люди так поступают. Им плевать на животных. – Эди скорчила страшную рожицу, и Лейла испуганно уставилась на неё:

– Ты меня напугала.

– Вот и хорошо! – воскликнула Эди и поникла. – Что-то никаких следов не видно. Непонятно, где искать.

– А что там за забором? – Лейла поднялась на цыпочки, пытаясь сквозь верхушки кустов заглянуть за ограду.

– Там дорога, которая ведёт в деревню. – Эди подошла поближе. – Если на самом деле, как говорила мама, это была одичавшая кошка, то, видимо, ей пришлось переносить котят через эту дорогу.

– А вдруг машина… – Лейла не договорила, и девочки потрясённо посмотрели друг на друга. – Но твои мама или папа узнали бы об этом, верно? Кто-нибудь принёс бы к ним кошку, если бы её сбили?

– Наверное… – Эди шмыгнула носом. – Ты больше ничего не видишь? С другой стороны просто поле…

– Вон там какие-то сараи или что-то в этом роде, возле той рощицы. – Лейла указывала на другой конец поля. – Но отсюда довольно далеко. – Она взглянула на небо. – Эди, смотри! Сейчас как польёт! Пошли. Бегом домой.

Эди посмотрела на чёрную тучу, которая надвигалась с противоположной стороны, и кивнула. Похоже, скоро начнётся гроза, а Лейла терпеть не может, когда грохочет гром. Кроме того, надо как можно скорее добраться до дома и посмотреть, как там Веснушка. Эди схватила подружку за руку, и они побежали вдоль поля, а потом через двор.

Папа стоял в дверях и махал им рукой.

– Хорошо, что вы вернулись! Похоже, сейчас начнётся ливень – на кухне вдруг так потемнело!

– Как там Веснушка? – отдуваясь, спросила Эди. – Здравствуй, папочка, как прошёл твой день?.. – папа покачал головой. – Веснушка – прекрасно. Она попробовала кошачий корм. А уж как Сэмми и Джо суетились вокруг неё в приёмной!

Эди улыбнулась. Оба администратора были кошатниками, неудивительно, что им так полюбилась Веснушка. Малышка сидела в коробке на кухонном столе – папа как раз начал готовить обед. Она проснулась, и хоть неуверенно и покачиваясь, но поднялась на лапки.

– Привет, красавица, – прошептала Эди, просовывая руку в коробку. Она не хотела пугать малышку, поэтому не стала сразу гладить её.

Веснушка посмотрела на появившуюся руку и пошла вперёд по свёрнутому полотенцу, цепляясь коготками за ткань. Добравшись до руки Эди, она боднула её головой и мяукнула. Лейла расхохоталась и полезла в свой рюкзачок за телефоном.

– Я пообещала, что сниму видео с ней, – объяснила она. – Моя младшая сестрёнка обожает кошек. И мама сказала, что Веснушка – прикольное имя. – Она закатила глаза. – А папу я ещё пока «обрабатываю». Но думаю, даже он не устоит перед тобой, – обратилась она к Веснушке.

Котёнок потёрся мордочкой о руки Эди и замурлыкал. Для такого крохотного существа она мурлыкала очень громко.

– Как это типично, – печально вздохнул папа. – Я весь день о ней забочусь, а мне она не мурлычет! Явно решила, что её хозяйкой будешь ты.

Эди искоса посмотрела на него:

– Папа… ей теперь лучше, можно мы её оставим? Вы с мамой так и не сказали, что она будет нашей кошкой…

– Скорее мы будем её людьми. Ты только посмотри на неё. Да, Эди, не волнуйся, она остаётся.

Веснушка ласково тыкалась в руку девочки, тёрлась о неё, помечая своим запахом как следует. Теперь все будут знать, что Эди принадлежит ей. Малышка удивлённо пискнула, когда Эди осторожно вынула её из коробки и прижала к груди. Кошечка с любопытством обнюхала кофту и вонзила коготки в ткань, подтягиваясь, как альпинист. Это была трудная задача, но ей удалось взобраться на плечо девочки и потрогать лапкой косичку, которая так игриво качалась туда-сюда. Она совсем близко – можно достать, если потянуться ещё немного. Веснушка подалась вперёд, ещё дальше, но вдруг её коготки соскользнули с кофты Эди. Ещё мгновение, и она почувствовала, что падает: малышка стала отчаянно цепляться за что-нибудь, потом мяукнула и… Эди подхватила её под животик, подняла и аккуратно посадила назад, в уютную коробку. Кошечка устало зевнула и растянулась на мягком полотенце. Немного поворочавшись, она засопела.

– Ты думаешь, их можно проверить? – с сомнением проговорила Лейла. – Мне мама не разрешает заходить в такие развалюхи, потому что это опасно.

– Знаю, мои мама с папой тоже так говорят. А мы и не будем заходить, просто осмотрим всё вокруг.

– Ладно, – согласилась Лейла.

Они обошли большое поле, пробрались сквозь дыру в ограде, а затем обошли и второе поле, ведущее к полуразрушенным строениям. Девочки попали во двор, окружённый сараями с трёх сторон.

– Думаю, здесь раньше была ферма, такую же перестроили и под наши дома, – сказала Эди. – Мама рассказывала, тут было помещение для сельхозтехники или что-то вроде этого. Но теперь остались одни развалины.

Лейла внимательно оглядывала стены и распахнутые двери.

– Мы можем просто заглянуть внутрь, – предложила она. – Это ничего.

Сараи, казалось, были заброшены давным-давно. Они пустовали, только кое-где валялись покрытые пылью части двигателей и деталей. Но в самом маленьком и меньше всего пострадавшем сарае в углу, на куче старых мешков копошились несколько котят. Эди и Лейла тотчас забыли о безопасности и о своём намерении не заходить в разрушенные сараи. Они осторожно и так тихо, как только могли, пробрались внутрь и присели рядом с пушистым семейством.

– Сколько их здесь? – прошептала Эди. – Э-э, кажется, три? Нет… четыре? Трудно сосчитать, когда они вот так сбились в кучку. Нет, всё-таки три, видишь, это лапка вот этого котёнка.

Лейла зажала рот ладонью, стараясь не расхохотаться и не напугать котят.

– Такие милашки – ой, они просыпаются! Простите, котятки…

Теперь малыши ворочались ещё активнее, стараясь залезть один на другого, так что было ещё труднее понять, кому принадлежит лапка или хвостик. Один из них был рыжим, как Веснушка, но с более короткой шёрсткой, а два других чёрными, с рыжими и белыми пятнышками.

– Это, должно быть, братишки или сестрёнки Веснушки, – решила Эди. – Вообще-то, я думаю, две сестрички и один братик.

– Ты это всё придумала! – Лейла насупилась.

– Вовсе нет! Ты же знаешь – все говорят, что рыжики – всегда мальчики? На самом деле бывают и девочки, как Веснушка, только редко. Я спрашивала маму, и она объяснила, что вот такие рябые – она их назвала черепаховыми[1], почти никогда не бывают мальчиками. Здесь таких двое. – Она указала на малышек, которые как раз ползали по рыжему котёнку. – А вот этот апельсинчик, скорее всего, мальчик.

– А… Ну ладно. Ну, кто бы они ни были, они все красавцы. И черепаховые такие хорошенькие. Смотри! У этой рыжая полоска на носике!

– Непохоже, что их бросили, правда? – Эди оглядела сарай. – Это мама-кошка положила котят сюда, и они довольно пухленькие и подвижные. Она, должно быть, сейчас охотится где-то.

Девочка выглянула из двери.

– Думаю, моя мама правильно угадала, что случилось. Веснушка не могла сама уйти отсюда, добраться до ограды и застрять в ней. Маме-кошке пришлось переносить котят. А Веснушка зацепилась. – Голос девочки дрогнул. – Кошке пришлось выбирать между ней и остальными котятами. Она должна была найти для них безопасное место.

– Она бы всё равно не смогла освободить Веснушку от колючей проволоки, – проговорила Лейла. – Надо же. Интересно, откуда ей пришлось их тащить? Да ещё и проделать это путешествие четыре раза с четырьмя котятами!

– Каждый раз, когда она оставляла одного, чтобы пойти за следующим, они наверняка расползались кто куда. Как же она переживала, бедная киска, как боялась за них. Только представь, что приходится оставлять своего малыша неизвестно где…

Медленно, очень осторожно девочки отступили к боковой стороне сарая, так далеко от котят и кошки, как только у них получилось. Эди подумала, что лучше всего было бы совсем уйти, но кошка стояла в дверях. Она прижала уши и сама прижалась к дверному косяку, как будто была в ужасе – но не убегала. Она явно отчаянно хотела подойти к своим детям.

– Она вся дрожит, – пробормотала Лейла.

– Вижу… Может, если мы не будем шевелиться, она войдёт, а мы тем временем выйдем, чтобы больше её не пугать.

Кошка с недоверием наблюдала за ними, переводя взгляд с девочек на своих котят, как будто сомневаясь, можно ли ей сдвинуться с места. Потом наконец опрометью кинулась к старым мешкам. Она улеглась, накрыв котят собой, как будто защищая их от девочек. Потом зубами за шкирку вытащила с лежанки рыжего котёнка.

– Ему же больно! – ахнула Лейла.

– Нет, – прошипела Эди. – Они так переносят котят. Видишь, он повис и совсем не сопротивляется. Ему не больно. Но куда она его собралась тащить? – она обеспокоенно посмотрела на Лейлу. – Думаю, это она из-за нас! Мы напугали её, и она решила, что это место небезопасно, и теперь переносит их куда-то ещё.

Кошка, казалось, не знала, что делать. Она запрыгнула на старый деревянный ящик, который стоял за горой мешков. Котёнок по-прежнему висел у неё в зубах, но внезапно, словно сомневаясь, кошка прыгнула назад и положила рыжика назад к его сестричкам. Она металась вокруг лежанки, всё время поглядывая на девочек и нервно тыкая котят носом.

– Давай выбираться отсюда, – прошептала Эди на ухо подружке. – Будем идти по стеночке и побыстрее. Хорошо?

Лейла кивнула, и девочки бочком-бочком вышли из сарая. Эди оглянулась в дверях и заметила, что мама-кошка всё ещё с тревогой наблюдает за ними.

– А что, если она их куда-то потащит и они поранятся, как Веснушка? – сказала Эди, когда они уже стояли в высокой траве рядом с сараем. – И куда она может их унести? Ей пришлось так далеко забраться в прошлый раз, через два поля и дорогу. Это опасно!

– Мы же хотели помочь… – дрожащим голосом проговорила Лейла.

– А сделали только хуже. – Эди покачала головой. – Нам не следовало оставаться и осматривать котят. Но они такие славные, я даже не подумала, что мама-кошка может вернуться и испугаться. Нужно было уйти, принести ей какой-нибудь еды и оставить их в покое. – Она прикусила губу. – Мы всё испортили. Ты не одолжишь свой телефон, я позвоню папе? Может, он подскажет, что делать.

Лейла, кивнув, вытащила из кармана мобильный и передала Эди. Ей подарили телефон на день рождения, и Эди собиралась на свой день рождения тоже попросить такой же.

– Пап? – выдохнула она, как только он взял трубку. – Мы нашли маму Веснушки и других котят. Они в старом сарае, через поле от того места, где мы спасли малышку. Но, кажется, мы напугали кошку, и она хочет перенести котят. Мы не знаем, что нам делать…

– Надо же! – пробормотал папа. – Ладно. – Он замолчал и задумался. – Значит, так. Я полагаю, нам надо их всех доставить в приют. Мамашу они навряд ли пристроят, раз она дикая, а вот для котят можно найти хозяев, как только они перестанут сосать молоко. Они ещё маленькие и привыкнут к людям. Так… надо поймать маму и котят до того, как у неё возникнет желание их куда-нибудь перенести.

– Она очень нервничает, пап. Думаю, её будет трудно поймать.

– Знаю, но мы её приманим. Я принесу клетку и каких-нибудь лакомств. Пусть наша мама гадает, отчего это опустел холодильник! Надо только выяснить, что любит эта кошка. Я бы поставил на сыр. Большинство котов не могут устоять перед сыром. Но вообще-то никогда не угадаешь, ведь лакомством могут оказаться печеные бобы! Захвачу-ка и этих баночку, на всякий случай.

Эди нервно рассмеялась. Она понимала, что папа шутит специально, чтобы успокоить её.

– Не переживай, Эди. Мы справимся. Удивительно, что вы с Лейлой их нашли. Я, честно, думал, что у вас не получится. Буду через десять минут.

– Да, спасибо, пап. – Эди облегчённо вздохнула и вернула телефон подружке. – Он собирается поймать их и отвезти в приют. – Она огляделась и скорчила рожицу. – И, конечно, он поймёт, что мы заходили в полуразрушенный старый сарай. Может, он не будет ругаться – мы же такие молодцы, нашли котят.

Лейла сделала большие глаза.

– Ну да… – скептически произнесла она. – Я, небось, останусь на месяц без карманных денег. Но оно того стоило.

Веснушка стояла на задних лапках, положив передние на стенку коробки, и мяукала, подзывая папу Эди. Её недавно покормили, но сна не было ни в одном глазу и хотелось выбраться из коробки. Она слышала, как мужчина ходил по дому, хлопнул дверью гаража, а потом скрипнула дверца холодильника.

Она снова мяукнула, громко и требовательно. Если бы Эди была дома, она бы уже прибежала, чтобы разобраться, что происходит. Девочка бы вытащила её из коробки и приласкала. Потом отпустила поиграть на полу кухни, разрешила бы погонять бутылочные пробки и забираться к ней на колени. А папа Эди совсем не обращал на неё внимания. Веснушка поскребла стенку коробки и вонзила коготки в толстый картон. Это была новая коробка, больше предыдущей, и стенки у неё были выше. Но если как следует постараться… Малышка настойчиво подпрыгивала и цеплялась за край, продолжая мяукать, и, одновременно испуганная и гордая своей победой, взобралась на бортик коробки. Папа оглянулся и увидел её как раз в тот момент, когда она спрыгнула на пол.

– Превосходно, – пробормотал он, подхватив котёнка и усаживая обратно. – Как раз, когда мне надо бежать спасать твою семью, ты решила поучиться выбираться из своей коробки. Самое время, киса. Извини, но с собой я тебя не возьму. Нет, не вылезай опять!

Но Веснушка снова карабкалась по стенке коробки, и папа стал оглядывать кухню, проверяя, не поранится ли она обо что-нибудь, если оставить её на полу. Вроде бы застрять ей было негде, и на улицу она никак не выйдет. Вздохнув, он взял листок бумаги, скотч и быстро написал предупреждение: Котёнок на вольном выпасе!

Затем закрыл двери кухни и приклеил записку так, чтобы жена увидела её сразу при входе.

– Папа! – Эди замахала руками, увидев, как их машина скачет по кочкам на узкой дороге, ведущей мимо её дома. Девочка указывала на заросший двор перед сараями, но папа остановил машину прямо на дороге.

– Оставлю машину здесь, тут никто не ездит, да и не хотелось бы ещё больше пугать кошку. Где она? – спросил папа, доставая из багажника проволочную клетку и пакет с едой.

– Они все в этом сарае. – Эди за руку тянула его через площадку к дверям.

– Вот сюда вы двое вообще не должны были заходить, – отметил папа, оглядывая сарай и многозначительно посмотрев на девочек.

– Знаю, знаю – и мы бы ни за что не зашли… – извиняющимся тоном проговорила Эди, и Лейла согласно закивала.

– Мы вначале только заглянули внутрь… – добавила она.

– A потом мы увидели котят, – продолжала Эди. – Они такие красивые, пап, смотри.

Её папа вгляделся в полумрак сарая и улыбнулся.

– Трое, правильно? Они все ползают туда-сюда. Но мамы не видно.

– Ну да, после того как мы тебе позвонили, мы продолжали наблюдать за ними из дверей – мама-кошка брала котят в зубы, а потом снова их отпускала и в конце концов скрылась вон в той куче старых ящиков в дальнем углу сарая. Это было несколько минут назад. Теперь котята проснулись и мяукают, а один из них бродит кругами и зовет её, но она не приходит.

– Здесь стены все в дырах, – сказала Лейла. – Она могла уйти, а мы и не заметили. Может, мы её спугнули и она вообще сбежала?

– А вдруг мы заставили её бросить своих котят? – у Эди пересохло в горле.

– Думаю, мама-кошка не бросит своих деток, – мягко проговорил папа Эди и приобнял дочку. – Просто она испугалась, обнаружив вас двоих. Не паникуйте.

– Может, нам посадить котят в клетку? – спросила Эди. – Вдруг это заставит её подойти и заглянуть туда… Или, наоборот, окончательно спугнёт её, – девочка вздохнула.

– Трудно сказать, – согласился папа. – Покажите мне, где она спряталась.

Эди и Лейла пробрались в сарай, а папа улыбнулся, посмотрев на котят. Рыжий малыш сидел на мешках и громко пискляво мяукал. Он явно подзывал свою маму, чтобы она пришла и покормила его. А обе девочки черепахового окраса бродили по сараю и играли с клочками соломы. Внезапно они пустились наперегонки к палочке, лежавшей неподалёку от них. Одна малышка подцепила палочку лапкой, но другая сестричка вдруг прыгнула на неё и изо всех сил старалась отнять у неё трофей.

– Как предсказуемо. – Папа покачал головой. – Маленькие вредины.

– Почему? – Эди удивлённо взглянула на отца.

Папа рассмеялся:

– Не знаю, правда это или нет, но говорят, что кошки с черепаховым окрасом – самые… э-э… неуступчивые? Упёртые? Твоя бабушка называла это «быть с характером». Оттого они и маленькие вредины.

– А я считаю, что они великолепные, – заступилась за котят Лейла. – И они ещё совсем крошки.

– Ш-ш, смотри! – Эди схватила папу за руку. – Я только что видела её, маму-кошку! Она вон за теми ящиками.

– Так. Давай попробуем поставить там клетку и положим еду, чтобы подманить её… – предложил папа. Он открыл пакет с едой и вытащил маленькие колбаски, которые были припасены на случай, если Эди захочет перекусить в школе. – Я знаю, ты не будешь возражать, – он подмигнул дочке, показывая пакет. – Если она не поведётся на это, тогда попробуем приманить с помощью сыра.

– Она выглядит такой голодной, что съест что угодно, – прошептала Эди. – Ох, надеюсь, сработает. – Она с интересом наблюдала, как папа положил пару колбасок поближе к ящикам и ещё несколько в клетку.

– Мне нужно держаться очень близко к клетке, чтобы захлопнуть дверцу, как только она зайдёт, – пояснил папа. – Если ничего не выйдет, я буду вызывать работников приюта для животных, у них есть специальная клетка-ловушка. Но сегодня они вряд ли смогут подъехать.

– Пока они сюда доберутся, кошка уже перепрячет котят, – уверенно сказала Эди, и папа кивнул.

– Да, так что попытаемся приманить её сейчас.

Но чёрная кошка упорно не желала подходить к колбаскам. Эди наблюдала за тем, как она мечется туда-сюда в темноте за грудой мусора, но боится подойти к людям. Она не вышла даже после того, как папа добавил к приманке кусочек сыра.

– Что-то мне это совсем не нравится, – сказал он после получаса ожидания. Котята горестно мяукали, они ужасно проголодались. Папа огляделся, нахмурившись. – Интересно, получится ли, если мы вместо этого приставим клетку к задней стене сарая? В ней большая дыра. Мы придвинем туда клетку. Может, она пойдет за едой, если нас не будет видно?

Он поднял клетку, и девочки вышли следом за ним. Деревянная стена сарая местами прогнила, и одна дыра была как раз подходящего размера для того, чтобы туда пролезла кошка. Папа придвинул клетку вплотную, а сам прижался к стене, готовясь захлопнуть дверцу.

– Пап, я только что придумала! – торопливо прошептала Эди. – У Лейлы на телефоне есть видео с Веснушкой, и она там громко мяукает. Если мы его проиграем, как ты думаешь, её мама придёт? Она узнает голос своей дочки? Может, она захочет проверить?

– Может быть… – медленно проговорил папа. – В любом случае стоит попробовать.

Лейла достала телефон и притаилась у стены с другой стороны клетки. Она включила видео, отрегулировала звук и держала телефон рядом с дырой в стене. Писклявое мяуканье Веснушки доносилось достаточно громко, и Эди с надеждой посмотрела на трухлявую стену. Разве сможет мама-кошка никак не отреагировать?

Через секунду с другой стороны послышался шорох. Эди делала знаки отцу, указывая на дыру, и он кивнул в ответ. Лейла повторно включила видео, и в проходе показались сначала чёрные усы, потом чёрный нос, а затем и вся кошка, нервно дергающая ушами. Она осмотрелась в поисках котёнка, а потом учуяла колбаски и сыр. Первые кусочки лежали как раз при входе в клетку. Эди и Лейла застыли, прижавшись к стене сарая, и кошка шагнула вперёд. Она явно не могла удержаться, видя еду перед самым носом, и в ту же секунду проглотила первую колбаску. Потом зашла в клетку за остальными – и папа захлопнул за ней дверцу.

– Посмотрите на неё, какая умница, – приговаривала Эди, в то время как Веснушка сидела на задних лапках и передними пыталась схватить метёлку из перьев. Эди обнаружила эту игрушку в супермаркете, куда они с мамой ходили за покупками, и теперь метёлка стала любимым развлечением Веснушки. Она была похожа на приспособление для смахивания пыли – мягкая гибкая палочка, на конце которой были прикреплены ярко-зелёные перышки и кусочки мишуры. Больше всего малышке нравилось, как они подпрыгивают. Она скакала по всей кухне в погоне за игрушкой.

– И ты так выросла… Даже непонятно, как ты смогла так измениться всего за неделю. Интересно, как там твои братик и сестрички? – размышляла вслух Эди, размахивая метёлкой и посмеиваясь над тем, как высоко подпрыгивает Веснушка. Она училась прямо-таки взмывать в воздух – постаравшись, могла подпрыгнуть в два раза выше собственного роста. – Как ты думаешь, твои сестрички и правда маленькие вредины, как назвал их папа? Лейла считает, что они красавицы, но им, конечно, далеко до тебя. Папа сказал, что в приюте абсолютно уверены, что их быстро заберут. С ними хорошо поработали, научили их вести себя, и они теперь станут настоящими любимчиками новых хозяев.

Правда, мама-кошка никогда не станет ласковой и домашней, с грустью подумала Эди. В приюте сказали, что они дождутся, когда котята перестанут пить молоко матери, и тогда им найдут хозяев. Это случится через пару недель, им тогда исполнится примерно два месяца от роду. Тогда маме-кошке сделают операцию, чтобы она больше не смогла приносить потомство, и выпустят на том самом месте, где подружки обнаружили котёнка. Эди совсем не нравилось, что чёрной кошке снова придётся жить в холоде и под дождём, но мама с папой уверили её, что на свободе кошке будет лучше.

– Ты по ним скучаешь? – прошептала Эди, в то время как Веснушка широко зевнула, показав ярко-розовый язычок. – Ты вообще вспоминаешь о них?

Веснушка обнюхала зелёные перышки, которыми Эди трясла у неё перед носом, и ударила по ним лапкой. Она больше не старалась их поймать. Малышка уже напрыгалась и устала. Она ещё раз зевнула и направилась к Эди, а затем ловко взобралась по джинсам к ней на колени. Улеглась, потом снова встала, покрутилась на коленях девочки, устраиваясь поудобнее. Потом свернулась в пушистый рыжий комок, закрыла глаза лапкой и уснула.

– Угадай, что! Угадай, угадай! – Лейла прыгала на крыльце в таком возбуждении, что едва могла говорить.

– Что? Ой, лови её! Ах ты, хитрюга! – девочки кинулись за Веснушкой, которая прошмыгнула за спиной у Эди, и теперь неслась к входной двери. Лейла поймала кошечку и прижала к своей куртке.

– Ты молодец, – похвалила подругу Эди. – Веснушке просто не терпится выбежать на улицу. Мама с папой говорят, что её нельзя выпускать до тех пор, пока ей не исполнится хотя бы четыре месяца и не сделают все прививки. Уже недолго осталось ждать.

Лейла сияла улыбкой:

– Без проблем. Мне надо попрактиковаться, – со счастливым видом заявила она и многозначительно перевела взгляд с Эди на Веснушку, которая пыталась взобраться по её куртке.

– Практиковаться? Давай заходи, пока она не перелезла к тебе на спину и не сделала ещё одну попытку сбежать. – Эди пропустила подружку в дом и закрыла дверь, а Веснушка спрыгнула у Лейлы с рук и пошла прочь, обиженно дёргая хвостом. Эди хихикнула. – Думаю, она сейчас с нами не разговаривает. Ну, рассказывай, почему ты прямо светишься от счастья?

– Я их уговорила! На самом деле, думаю, всё благодаря Веснушке. Помнишь, когда мои родители приходили к твоим на чашечку кофе и она после игры взобралась к моему папе на колени и просидела там весь вечер?

– Было видно, что ему это очень нравится, – заметила Эди.

– У него никогда не было кошки, и он всегда говорил, что недолюбливает их. Но теперь они познакомились с сестрёнками Веснушки – я им показывала фото, которые сделала на телефон, когда мы их нашли, и вот…

– Вы собираетесь взять одну из маленьких вредин? – Эди обняла подружку. – Как здорово! По соседству с Веснушкой будет жить её сестричка!

– Вчера вечером мы ходили в приют посмотреть на них, и вот уже на следующих выходных готовы взять одного котёнка! Но сперва работники приюта должны прийти и посмотреть наш дом, а когда котятам исполнится два месяца, их можно забрать от мамы.

– А какую возьмёте? Ту, что рыженькая, или ту, что потемнее?

– Вот эту. – Лейла показала Эди фото на экране своего мобильного – там она держала на плече красавицу черепахового окраса. Они почти касались носами, и Эди подумала, что ещё никогда не видела свою подружку такой счастливой. – Она потемнее, но у неё на носу большая рыжая полоска. И усики у неё с одной стороны белые, а с другой чёрные! – Девочка сияла. – Прости, Эди, но я считаю, что она даже красивее Веснушки!

Эди улыбнулась.

– Ладно-ладно. Но ты её не слушай, Веснушка! Она считает, что твоя сестрёнка красивее тебя! – обратилась она к кошечке, которая давно позабыла, что сердита на девочек. Она шла к ним по коридору, волоча за собой огромную игрушечную рыбину, набитую кошачьей мятой. Рыбина была такого же размера, что и Веснушка, и малышка то и дело спотыкалась о неё, но не выпускала из зубов. Потом сдалась и упала на бок, обхватив игрушку передними лапами и лягая её задними.

Эди укоризненно покачала головой и присела рядом на корточки. Она пощекотала животик Веснушки, и та наконец выпустила рыбину и принялась тереться головой о рукав хозяйки, мурлыча всё громче и громче.

– Она так тебя любит, – сказала Лейла, и Эди улыбнулась ей.

– Папа говорит, только потому что я кормлю её, но это он так поддразнивает.

– Нет, конечно, дело не только в этом. Как ты думаешь, а черепаховая кошечка тоже будет меня любить? – смущённо спросила Лейла. – Я буду о ней хорошо заботиться.

Она провела рукой по ушкам Веснушки, и та помурлыкала ей в ответ.

– Конечно, будет. Это видно по фотографии, на которой вы вместе. – Эди взяла Веснушку на руки и принялась гладить, ласково пропуская сквозь пальцы длинную рыжую шёрстку. – Представляешь, если бы мы тогда не остановились, чтобы выяснить, откуда этот писк доносился, – проговорила она, сделав страшные глаза. – Мы бы их вообще никогда не нашли.

– Это моё самое лучшее воспоминание, – серьёзно ответила Лейла, а потом рассмеялась, наблюдая, как Веснушка, поворочавшись на руках у Эди, легла на спинку, словно младенец. Передние лапки она сложила на груди и зевнула, показав острые, как иголочки, зубы. Потом медленно закрыла свои зелёные глаза и тихо-тихо мурлыкнула напоследок.

Веснушка осторожно толкнула лапкой кошачью дверцу. Прошло всего несколько дней, как малышке разрешили выходить на прогулку, и эта створка, специально сделанная для неё, продолжала её смущать. Иногда дверца спокойно открывалась, а иногда вовсе не хотела выпускать кошечку на улицу. Веснушке не нравилось, как створка хлопает, закрываясь за ней, и она обычно старалась как можно быстрее прошмыгнуть сквозь дверцу.

Малышка вновь толкнула створку, а потом выпрыгнула наружу, в садик. Как здесь было тепло и солнечно, и повсюду летали бабочки! Веснушка любила за ними бегать. Бабочки казались похожими на метёлку, которой Эди махала перед ней, – штучки на метёлке тоже подпрыгивают и трепещут, и никогда не знаешь, куда полетят в следующую секунду. Кошечка принялась охотиться на бабочек, но это оказалось трудным делом… Веснушка оглянулась, услышав, как позади отворилась дверь и вышла Эди с бутербродом на тарелочке. Кошечка с надеждой посмотрела на бутерброд. Хозяйка всегда делилась с ней, если у неё на тарелке лежали ветчина или сыр. Сыр лучше всего. Веснушка подбежала к хозяйке и принялась виться у её ног.

– Лейла! – позвала Эди через ограду. – Ты здесь? А Бусинка уже гуляет?

Девочка встала на садовую скамью и заглянула в соседний сад.

– Да! Она гоняется за бабочками, хоть бы не поймала ни одну, – откликнулась Лейла.

– Веснушка тоже любит их ловить… O! Привет, Веснушка!

Кошечка цеплялась за ограду, и Эди с удивлением наблюдала, как та взобралась на самый верх, до бортика, на который облокотилась девочка. Малышка уселась с гордым видом, и Эди почесала ей за ушком.

– Умница ты моя, посмотри, кто там? – прошептала ей девочка, указывая на соседский садик. – Видишь?

Веснушка распушила шёрстку, и Эди с некоторым беспокойством смотрела на неё. Неизвестно, как малышка будет реагировать на другую кошку на своей территории. Бусинка прибежала из садика к ограде. С её стороны не было скамейки, на которую можно было бы запрыгнуть, поэтому она снизу уставилась на Веснушку круглыми от любопытства золотистыми глазами. Котята изучали друг друга, а подружки наблюдали за ними. Никто не знал, как сестрички поведут себя при встрече. Вспомнят ли они друг друга? Бусинка вдруг поднялась на задние лапки, передними трогая Лейлу за ногу, прося поднять её. Девочка подхватила кошечку, и та потянулась к ограде. Веснушка подошла к ней, и котята принялись обнюхивать друг друга. Бусинка извернулась так, что Лейле пришлось поставить её на бортик рядом с Веснушкой.

– Как думаешь, они вспомнят? – проговорила Эди, пока малышки внимательно изучали друг друга, обнюхивая и подталкивая носами. Девочка заулыбалась, когда Веснушка подошла поближе к Бусинке и принялась тереться об неё и ласково тыкаться мордочкой. – Смотри, они вспомнили! Они знают, что сестрёнки! – Эди положила голову на руки, наблюдая, как Бусинка вьётся вокруг Веснушки, и улыбнулась подружке с той стороны ограды.

– Мы с тобой спасли их, – тихо сказала Лейла.

– И мы никогда не допустим, чтобы с вами что-нибудь случилось, – объявила Эди котятам. Она засмеялась, когда Веснушка прошла по бортику и ласково ткнулась ей в щёку холодным носиком.