Ночная дорога прекрасна.

Почему некоторые люди считают так? Старый асфальт, что шуршит под колёсами, тот же, что и днём; та же и глушь Среднего Запада, по которой они едут, но мили проносятся совершенно незаметно, а за окном гнетущая чернота, взгляду не за что зацепиться. Вместо пейзажа лишь только порой попадающиеся на обочинах знаки, а в глаза то и дело раздражающе бьёт свет фар спешащих навстречу машин, на миг ослепляя, но быстро исчезая, удаляясь в противоположную сторону.

Кастиэль часто ловил себя на мысли о том, что никогда, наверное, не поймёт, почему Дин так любит ездить на машине. Почему раз за разом отказывается от простого и быстрого перемещения, которое может предоставить ему Кас, почему предпочитает тянуться по несколько дней туда, куда крылья ангела перенесли бы их обоих за миг. Но если поначалу Кастиэль и пытался объяснить товарищу, что его способ путешествий лучше, то теперь лишь устало вздыхал, когда Винчестер хватал со стола ключи от своей Детки с бодрым: «Шевелись, Кас, нам дня два до места пилить». Дин ужасно упрям в своей иррациональности, даже ангелу его не переспорить.

В Импале тепло, даже душно немного, а в воздухе висит впитавшийся в обивку за долгие годы службы машины семье Винчестеров запах пороха, с которым переплетались ароматы разогретого тако и дешёвого кофе, привнесённые в салон после остановки на заправке полчаса назад. На той же заправке охотник переоделся, но от его старых вещей, небрежно засунутых в сумку, валявшуюся теперь на заднем сидении, едва уловимо тянуло кровью. Впрочем, конкретно этой машине именно эти запахи до невозможного подходили, как и песни, которые неизменно, год за годом, звучали из динамиков. Часть из них Кастиэль не понимал совершенно, многие тексты считал достойными осуждения — но не говорил ничего: музыку выбирает водитель. Ещё одно правило, которое ангелу пришлось выучить.

Этой ночью в Импале звучали песни «Металлики», одной из любимых групп Дина. Винчестер говорил, что «Металлика» его успокаивает. Кастиэль имел несколько другое мнение о творчестве данной группы, но благоразумно помалкивал, вовсе не желая спорить на сей счёт с охотником. Тем более что тому и в самом деле стоило бы хоть немного расслабиться, не быть таким напряжённым, каким он постоянно являлся в последние дни — точно сжатая пружина или натянутая тетива. Но сейчас Дин вроде как и в самом деле немного смягчился. Он выбивал пальцами ритм на руле в такт музыке, и что-то подсказывало Кастиэлю, что лишь его присутствие мешает охотнику начать подпевать.

Однако они в пути уже сутки, а несколько часов назад разобрались со случайно подвернувшимся в городке, через который они проезжали, делом — парой средней силы демонов. В ходе стычки Дин был ранен, хотя и несерьёзно, но всё же достаточно, чтобы до сих пор при неловких движениях шипеть сквозь зубы и тихо ругать врага такими словами, которые ангелу вовсе не положено было слышать. Лечить же себя охотник категорически запретил. Кроме того, он наверняка хочет спать; это Кастиэль обходится вовсе без сна, а человеку нужен отдых.

С надеждой взглянув на стремительно приближающийся билборд, но так и не найдя в рекламе сети быстрого питания никакой подсказки, как поступить будет правильней, Кас решился.

— Дин?

— Чего? — Винчестер убавил громкость, продолжая следить за дорогой. — Только не смей ныть, что тебе песни не нравятся!

— Они мне… — начал было Кастиэль, однако осознал, что не сумеет убедительно соврать, и проговорил: — они не вызывают у меня нестерпимого отторжения.

— Класс, — хмыкнул Дин. — Тогда всё пучком, — он потянулся было к регулятору громкости, но спохватился. — А хотел ты чего?

— Ты ранен и устал, Дин, — осторожно произнёс ангел, прекрасно зная, как охотник не любит обсуждение подобных тем. — И ты не спал уже давно.

— Ничего, — резковато ответил Винчестер.

— Водить в таком состоянии опасно.

— Вот только не надо мне втирать эту хрень!

— Если тебе всё равно, что будет с тобой, то подумай хотя бы о своём пассажире, — Кастиэлю вспомнилось, что примерно такими словами уговаривал нарушителя офицер из сериала про дорожную полицию, который пришлось смотреть за неимением лучшего в один из вечеров в техасском мотеле на прошлой неделе.

— Ты ангел, что тебе станется, даже если и слетим в кювет?

— Но если представить, что я человек…

— Кончай нудить, Кас! — всё же не выдержав, прикрикнул охотник. — В порядке всё со мной, понял?! А не нравится что-то, расправляй свои крылышки и вали! Встретимся на месте.

Но Кастиэль продолжал сидеть, с отсутствующим выражением лица глядя в лобовое стекло.

— Ты всё ещё здесь? — проворчал Дин.

— Я не брошу тебя в таком состоянии одного, — упрямо ответил Кас. — Я должен тебя оберегать.

— Очешуеть, у меня собственный ангел-хранитель, — буркнул Дин, но уже беззлобно.

Повернувшись к человеку, ангел склонил голову к плечу.

— Скажи, Дин, почему тебе так не нравится путешествовать моим способом?

— Спрашиваешь ещё! — возмутился Винчестер, эмоционально махнув рукой. — Да я после твоих выкрутасов в туалет сходить нормально не могу!

Кас чуть сдвинул брови, восприняв заявление совершенно серьёзно.

— Полагаю, если у тебя проблемы с опорожнением…

— Да нет у меня никаких проблем! — быстро огрызнулся Дин. — По крайней мере, пока тебе покатать меня не приспичит. И вообще, закрыли тему.

— Ты смущён, — констатировал Кастиэль. — Это одна из тем, которые люди не обсуждают? — проявил он чудеса догадливости.

— Ты смотри, всё ж зелёный человечек учится чему-то, — усмехнулся Дин, моментально растеряв всё раздражение. — Так, глядишь, и нормальным однажды станешь.

На это Кас ничего говорить не стал, хотя и чуть больше насупился. В понятиях нормальности они с Дином Винчестером расходились, да и для ангелов и людей применяются разные критерии оценивания.

Сочтя разговор законченным, Дин потянулся было вновь к колёсику магнитолы, но тут Кастиэль негромко произнёс:

— Я не понимаю, почему тебе не нравятся мои крылья.

— Эм, — протянул Дин, впав, похоже, в определённый ступор от такой постановки вопроса. — Ну, начнём с того, что я их даже ни разу не видел. То есть, видел, конечно, но только тень, а настоящий их вид, как ты говоришь, выжжет мне глаза.

— Мой истинный облик не вынести глазу смертного, — подтвердил Кас.

— Ну вот, — пожал плечами Винчестер, словно нашёл безоговорочное подтверждение своим словам. — Я их никогда не видел, значит, не могу сказать, нравятся они мне или не нравятся… — охотник вдруг словно спохватился и подозрительно покосился на верного товарища. — Эй, пернатый, а как у тебя вообще вопрос такой возник? Что, мыльных опер пересмотрел?

— По правде сказать, я и в самом деле замечаю, что подобные сериалы неблагоприятно сказываются на моём сознании.

— Не уходи от темы, — перебил его Дин, теперь прямо взглянув на друга. В его зелёных глазах сверкал огонёк решимости и упрямства, означавший, что, вцепившись в жертву, Винчестер не отпустит, пока не узнает, что хочет. В такие моменты врать ему становится очень сложно, а Кас ведь и без того далеко не выдающийся лжец.

— Видишь ли, — заговорил после непродолжительной паузы он, старательно подбирая слова, — для ангела крылья значат очень много. Они — предмет гордости, нечто такое, что… — Кастиэль запнулся, не зная, как описать свои чувства, и совершенно человеческим жестом принялся водить рукой по воздуху, словно старался придать форму своим описаниям. — Просто дыхание захватывает, — так и не найдя подходящих слов, ангел закончил общей фразой, тоже услышанной им по телевизору.

— И ты бесишься, что я не врубаюсь в их крутотень и не хочу с тобой летать, — проницательно изрёк Дин.

Кас посмотрел на него тем самым своим проникновенным и печальным взглядом.

— Человеку не понять, — устало произнёс он.

— Вот-вот, именно что не понять, — кивнул Дин. — Это одна из тех непостижимых штуковин, в которые мне не вникнуть. Уж прости, такой вот я. Человек.

— Тебе не за что извиняться, — покачал головой Кастиэль. — Ты вовсе не повинен в том, что рождён был человеком.

— Правда? Просто камень с души, спасибо, Кас.

— Пожалуйста, — хотя и заметив неискренность облегчения в голосе друга и старательно подавляемую им улыбку, Кас всё же счёл за лучшее вежливо ответить, не молчать.

Скосив на него глаза, Дин поёрзал на сидении, словно устраиваясь поудобнее, и со странным удовольствием провёл ладонями по рулю.

— А вот мои крылья чёрные и металлические.

Кастиэль озадаченно вскинул брови.

— Боюсь, я не совсем тебя…

— Проехали, — мгновенно потухнув, отмахнулся Винчестер весьма раздосадовано. — Забыл, что ты метафор не понимаешь.

— Дин…

— Забей, Кас.

Ангел молча отвернулся к окну. Просто «забить» не давало любопытство, и Кастиэль задумался, призвав на помощь в решении загадки весь опыт прожитых столетий.

— Ты говорил о машине? — наконец, после нескольких минут размышлений, предположил он.

— Не, ты реально жжёшь сегодня! — засмеялся Дин. — Кас, откуда такое глубокое и, главное, резкое понимание человеческой души?

— Я заметил уже давно, что ты очень дорожишь машиной, — ответил Кастиэль, не уверенный до конца, стоит расценивать замечание друга как комплимент или подколку. — Исправно её чинишь, моешь и полируешь, переживаешь из-за каждой царапины, а когда отдаёшь ключи Сэму, всегда грозишься, что убьёшь его, если что-то случится с машиной… Нет, конечно, я сомневаюсь, что ты бы в самом деле убил из-за неё Сэма, — прервал сам себя ангел, серьёзно глядя на охотника, — но всё же чувствуется, что она тебе дорога.

— Как тебе твои крылья, — совершенно без шутки вставил Дин.

— Это другое, — возразил Кас.

— Да то же самое, — передёрнул плечами Винчестер. — Только что моя Детка без всяких там божественных примочек, — ангел всё ещё выглядел не убеждённым, и Дин, выставив в его сторону руку, почти касаясь плеча Каса, сказал: — Вот за что ты так любишь свои крылья? Помимо того, что они большие и белые, само собой.

— За чувство полёта, — чуть подумав, ответил Кастиэль. — За возможность переноситься туда, где хочешь быть, где бы это место ни находилось. За… ощущение свободы, — произнёс он совсем тихо, ведь ангелу не пристало даже допускать подобную мысль. Но Дину сказать можно: Кас знал, что друг его поймёт.

И он в самом деле понял. По крайней мере, закивал очень энергично.

— Ну вот и я о том же! — довольно проговорил он, хлопнув Каса по плечу. — Для меня Импала — это свобода ехать, куда приспичит, делать дело, мочить всяких тварей, но и отрываться тоже, — Дин многозначительно подвигал бровями и улыбнулся. — Ты и не представляешь, как я тут пару раз оттягивался.

Кас немного наклонился к нему и чуть-чуть прищурился, изучая взглядом собеседника.

— Речь опять-таки об одной из вещей, которые вслух не обсуждаются, — вдумчиво заметил он.

— Ага, — улыбка охотника стала ещё шире и сделалась даже какой-то мечтательной.

— Дин, а почему люди постоянно в своих разговорах упоминают вещи, о которых всё равно не могут говорить в обществе других людей?

— Не знаю, малыш, — Дин решил всё перевести в шутку и легко потрепал ангела по и без того находящимся в беспорядке чёрным волосам. — Вот вернётся твоя мама из загула, обязательно спросим.

Имел ли он под «мамой» Сэма, Кас не стал уточнять, на сей раз сочтя аллегорию достаточно очевидной.

В салоне Импалы повисло молчание, но прибавлять громкость песням «Металлики» Дин отчего-то не спешил. Возможно, он ждёт продолжения диалога? Чувствуя себя обязанным предложить новую тему и оттого неуютно, Кастиэль сказал первое, что пришло на ум:

— Дин, и всё-таки я считаю, что тебе стоит…

— Господи, Кас, ну и зануда же ты! — возвёл глаза к потолку Винчестер. — Всё, заворачиваем в первый же мотель, который встретим. Доволен?

— Тогда я найду его и к твоему приезду сниму номер, — сказал Кас и, не дожидаясь ответа, упорхнул.

Всё же у каждого свои крылья. Своя свобода.