В русской истории граница между XVII и XVIII вв. разделила Московское государство с его древними традициями, обычаями и обрядами и новую Россию, ставшую могучей Российской империей, которая, благодаря реформам Петра I и в связи с исторически сложившейся необходимостью, всего за несколько лет вошла в число великих европейских держав. Ломка старых устоев и реформы практически во всех областях жизни в первую очередь коснулись армии, значение которой для государства трудно переоценить: ведь вся история России — это, по сути, история непрерывных войн, походов, боев и сражений. У народа сложилось уважительно-почтительное отношение к людям, защищающим Отечество с оружием в руках, а имена прославленных полководцев, одержавших знаменательные победы над врагами, становились известны на самых дальних окраинах страны.

К концу XVII в. русская военная мысль сильно отставала от западноевропейской. Петр I, решивший в короткие сроки ликвидировать это отставание, вынужден был прибегнуть к помощи иностранных специалистов, использовать европейские воинские уставы и артикулы, посылать молодых дворян учиться военному делу за границу. Вводились и новые отношения между старшими и младшими начальниками и командирами, рядовым составом. Если рапсе высшие военно-командные должности занимали лишь представители старых аристократических фамилий, то начиная с Петра лишь чин и личные заслуги ставили дворянина на заслуженное им по праву место.

О созданием регулярной русской армии вводятся новые воинские звания, заменившие старомосковские чины, хотя первые офицерские и генеральские звания появились в полках «нового строя» еще при царе Алексее Михайловиче. Одним из новых чинов и званий был чин генерал-фельдмаршала, введенный Петром I в 1699 г., — первый после генералиссимуса воинский чин в русской армии. Это воинское звание, известное в Европе еще в XVI в., существовало в Пруссии, Австрии, Англии и других государствах. Во Франции и еще некоторых странах ему соответствовало звание маршала.

По воинскому уставу 1716 г. «генерал-фельдмаршал, или аншеф, есть командующий главный генерал в войске… Вся армия и настоящее намерение от государя ему поручены». Если сопоставить звание генерал-фельдмаршала со старыми чинами Московского государства, то с ним можно сравнить главного воеводу Большого полка, как тогда называлась армия. С введением Табели о рангах чин генерал-фельдмаршала среди 14 классов стал на первое место: чин генералиссимуса, считавшийся исключительной наградой, в Табель не входил. В чиновной иерархии фельдмаршальский чин соответствовал чину генерал-адмирала во флоте, чинам канцлера и действительного тайного советника I класса на гражданской службе. Однако он давался не только главнокомандующим и не всегда за военные заслуги; его имели некоторые крупные гражданские сановники, родственники и фавориты царей и цариц, а также иностранные принцы, герцоги и известные военачальники.

Первым российским генерал-фельдмаршалом стал Федор Алексеевич Головин, получивший этот чин в 1700 г., но никогда, ни до, ни после этого, не командовавший армией на театрах военных действий и не принимавший участия ни в одном сражении. Имевший также чины канцлера и генерал-адмирала, он был крупнейшим государственным деятелем раннего этапа петровских преобразований и действовал больше на дипломатической службе. В один год с Головиным в генерал-фельдмаршалы был пожалован и иностранный наемник — герцог Кроа-де-Круи, но, пробыв на русской службе всего несколько месяцев, он потерпел поражение под Нарвой и умер в плену.

Рядом с полководческим талантом Петра Великого стоят лишь две выдающиеся фигуры русских полководцев — фельдмаршалов Б. П. Шереметева и А. Д. Меншикова. Шереметев происходил из старинного боярского рода, родственного царствующей династии Романовых, и сам носил боярский чин. Он принадлежал к старшему поколению петровских сподвижников и отличился в войнах против турок и татар еще в XVII в. Меншиков же, выходец из низшего сословия, но человек богато одаренный, проявил себя в ходе Северной войны. Как бы во второй шеренге петровских военачальников можно выделить фельдмаршалов Аникиту Репнина, Михаила Голицына и Якова Брюса, не раз сражавшихся под знаменами Шереметева и Меншикова и самостоятельно одержавших немало достойных побед.

В царствование Анны Иоанновны, когда засилье иностранцев при дворе стало подавляющим, в войнах с Турцией и Швецией выдвинулись два полководца, начавшие службу еще при Петре, — фельдмаршалы русской армии немец Б. X. Миних и ирландец П. П. Ласси. Занявшая русский престол Елизавета Петровна старалась назначать на высокие государственные посты лишь русских дворян. Среди генерал-фельдмаршалов и командующих армией времен Семилетней войны мы видим фамилии С. Ф. Апраксина, А. Б. Бутурлина, П. С. Салтыкова, обессмертившего свое имя выдающейся победой над прусской армией Фридриха II при Кунерсдорфе. В короткое царствование Петра III русскими фельдмаршалами стали ближайшие родственники императора — принцы и герцоги Голштинские.

Екатерининская эпоха с блестящими победами на всех театрах военных действий дала целый ряд талантливых полководцев. В числе самых знаменитых — одаренный А. П. Румянцев, усилиям которого русская армия обязана своим возрождением; недооцененный впоследствии как государственный деятель Г. А. Потемкин; несомненно гениальный А. В. Суворов, признанный еще современниками и в России, и за границей. Екатерина II была скупа на пожалования фельдмаршальского чина, особенно во второй половине своего царствования. Достаточно сказать, что от награждения этим чином Г. А. Потемкина в 1784 г. до производства в генерал фельдмаршалы А. В. Суворова прошло десять лет. Зато Павел I был необычайно щедр в этом отношении: за недолгий срок его царствования чин фельдмаршала был дан восьмерым. Семеро из них — заслуженные генералы екатерининского века: Н. И. Салтыков, Н. В. Репнин, И. Г. Чернышев, Н. П. Салтыков, М. Ф. Каменский, В. П. Мусин-Пушкин и И. К. Эльмпт. Восьмым стал французский эмигрант, переименованный из маршалов Франции, — герцог де Брольи.

В царствование Александра I, ознаменованное непрерывными войнами в период с 1805 по 1815 гг. (зачастую две и три войны велись одновременно в разных уголках огромной империи), для русской армии требовалось большое количество командных кадров, в том числе и высшего генеральского состава. Тем не менее чин генерал-фельдмаршала получали лишь единицы самых достойных, среди которых первые два места занимают М. И. Голенищев-Кутузов и М. Б. Барклай-де-Толли.

В тридцатилетнее правление императора Николая I военные действия против Турции, Персии, подавление Польского восстания, Кавказская война выдвинули в ряды полководцев новых людей, начавших свою военную карьеру еще в войнах с Наполеоном. Первыми среди них были генерал-фельдмаршалы И. И. Дибич и И. Ф. Паскевич, так же как Кутузов и Барклай-де-Толли, полные кавалеры ордена св. Георгия Победоносца.

В последующие годы фельдмаршальское звание давалось все реже и реже, и в основном иностранным военачальникам. При Николае I, например, его получил в 1847 г. австрийский эрцгерцог Иоанн, а при Александре II в 1872 I. — прусский фельдмаршал Х.-К.-Б. Мольтке и кронпринц Фридрих-Вильгельм. Александр II в 1878 г. впервые пожаловал чин генерал-фельдмаршала представителям династии Романовых, своим младшим братьям — великим князьям Николаю и Михаилу Николаевичам, командовавшими фронтами в русско-турецкой войне 1877–1878 гг.

В годы правления Александра III фельдмаршальское звание не было дано ни разу, да и Николай II не был щедр на раздачу этого высокого чина. Последним из русских военачальников в 1898 г. его получил Д. А. Милютин, много лет отдавший служению русской армии на посту военного министра и проведший важные военные реформы. Последними же российскими генерал-фельдмаршалами, не являвшимися подданными России, стали король Черногории Николай I Негош и король Румынии Кароль I.

Практически все русские генерал-фельдмаршалы были титулованными особами, имевшими графский или княжеский титул по рождению либо получившими его за свои военные или государственные заслуги. Иностранные же обладатели фельдмаршальского чина в большинстве случаев носили титулы графов, герцогов и принцев.

Интересны и родственные отношения в семьях, представители которых обладали этим высоким военным чином. Чаще всего его удостаивались братья: Алексей и Кирилл Григорьевичи Разумовские; Александр и Петр Ивановичи Шуваловы; Захар и Иван Григорьевичи Чернышевы; братья Александра II великие князья Николай Николаевич и Михаил Николаевич. Стал генерал-фельдмаршалом внук фельдмаршала петровских времен Аникиты Ивановича Репнина, Николай Васильевич Репнин. Имели это звание дядя и племянник Иван Юрьевич и Никита Юрьевич Трубецкие. Род Салтыковых дал России сразу троих генерал-фельдмаршалов: этот чин носили Петр Семенович Салтыков и его сын Иван Петрович, а также их родственник Николай Иванович Салтыков.

Русскими генерал-фельдмаршалами становились не только выдающиеся и известные полководцы, но и люди, очень мало или совершенно не имевшие отношения к армии и военной службе. Ярким примером может служить карьера А. П. Бестужева-Рюмина, который был переименован из канцлеров в генерал-фельдмаршалы в начале царствования Екатерины II, хотя всю свою жизнь посвятил политике и дипломатической службе.

С другой стороны, многие выдающиеся военачальники так и не были удостоены этого высокого чина. В царствование Екатерины II им был обойден князь В. М. Долгоруков-Крымский, получивший за свои заслуги все высшие награды Российской империи, кроме фельдмаршальского звания. Этот чин должны были бы иметь и герои Отечественной войны 1812 г. — генералы Н. Н. Раевский и А. П. Ермолов. Был достоин его и II. II. Муравьев-Карский, не пользовавшийся расположением вышестоящего начальства и императорской семьи. Вполне могли заслужить чин генерал-фельдмаршала рано умершие II. М. Каменский и М. Д. Скобелев, имена которых уже в молодые годы гремели но всей армии.

Во многих случаях получение фельдмаршальского чина зависело от воли монарха, который давал его по своему усмотрению: Петр III был щедр к своим голштинским родственникам, Александр II — к младшим братьям.

В целом же довольно редким чином генерал-фельдмаршала обладали люди, принесшие славу России и оставившие свои имена навечно в ее истории. Биографии этих людей неотделимы от истории нашего государства, а их жизненный путь во многом может быть примером служения Родине для потомков.

Фамилия Головиных известна в России более пятисот лет и, по преданию, имеет греческое происхождение. Род этот ведет свое начало от знатного рода Комнинов, старшая ветвь которых занимала престол Византии, а младшая владела Судаком в Крыму. Их потомки еще с конца XIV в. верой и правдой служили великим князьям московским, а затем царям всея Руси.

Будущий фельдмаршал был внуком окольничего и сыном боярина, служившего одно время воеводой в Тобольске. Федор Головин обучался дома, по получил хорошее по тому времени образование. Службу начал еще в царствование Алексея Михайловича стольником, а в 1682 г. стал окольничим. В 1689 г. Головин был направлен в Китай полномочным послом для заключения мирного договора и решения вопроса о границах. Преодолев долгий путь, в августе он прибыл в Нерчинск, куда приехало и китайское посольство. 29 августа, после трудных переговоров, с Китаем был заключен договор, вошедший в историю под названием Нерчинского. По нему граница между Россией и Китаем пролегла по реке Аргунь, впадающей в Амур, были упорядочены торговые отношения. Возвратившись в Москву 2 февраля 1691 г., Головин был представлен царям Иоанну и Петру и за службу возведен в чин боярина и назначен сибирским наместником.

Головин был участником Азовских походов 1695–1696 гг. Командуя русской эскадрой, он не пропускал турецкие суда к осажденной крепости, чем содействовал ее сдаче. Награжден золотой медалью и земельными пожалованиями. В 1697 г. возглавил Оружейную, Золотую и Серебряную палаты. В том же году в составе Великого посольства был назначен после генерал-адмирала Франца Лефорта вторым послом. Проехав Прибалтику и побывав в Берлине, посольство прибыло в Амстердам, где находилось почти год. Головин же вместе с царем посетил в это время еще и Лондон, войдя в ближайшее окружение Петра. За границей вел переговоры о присылке иностранных специалистов в Россию, об обучении русских за рубежом, а также занимался заготовкой необходимых припасов для строительства флота. По возвращении в Россию возглавил вновь образованный Военно-морской приказ, руководя одновременно Монетным двором.

В 1699 г., после смерти Лефорта, Головин получил чин генерал-адмирала, а 8 марта стал первым кавалером учрежденного в этот день ордена св. Андрея Первозванного. Секретарь австрийского посланника писал, что «его царское величество учредил орден св. Апостола Андрея и пожаловал первым кавалером онаго боярина Головина, который в тот день вечером показывал орденские знаки посланнику и объяснил ему содержание статута».

Получив под свой контроль заведование иностранными делами, Головин подготовил вместе с Прокопием Возницыным посольство в Константинополь посла Емельяна Украинцева. Возглавив Посольский приказ, создал систему постоянных российских представителей за границей. Руководил действиями русских послов: Долгорукого в Польше, Толстого в Турции, Голицына в Вене, Матвеева в Гааге. По отзывам иностранцев, стал «первым министром». Федор Алексеевич Головин управлял внешней политикой, флотом, Сибирью, внутренними сообщениями в стране, и ко всему, получив 19 августа 1700 г. первым в России чин генерал-фельдмаршала, возглавил 45-тысячную армию, выступившую к Нарве в начавшейся войне со Швецией. Впрочем, Головин главнокомандующим назначен не был, хотя этим назначением формально достигалось единство командования и в то же время открывалась широкая возможность для самого Петра влиять на ход военных действий. Головин вовсе не имел военного опыта, зато олицетворял собой другое важное удобство: при его исключительной преданности царю Петр мог быть уверен, что всякая его мысль будет исполнена со всей точностью. Когда русские войска подошли к Нарве, шведский комендант Горн от предложения о сдаче отказался, а слухи о подходе армии Карла XII вынудили Петра I уехать в Новгород для решения неотложных военных и экономических задач. Занимаясь там формированием резервов, царь забрал с собой и Головина, который был необходим ему для переговоров в Москве с турецким послом.

В 1701 г. Головин подписал в Москве с датским посланником Гейнсом дружественный договор, по которому король Дании Фредерик IV обязался быть союзником России в войне против Швеции. В феврале этого же года в местечке Биржи в Курляндии участвовал в заключении договора о военном и политическом союзе между Петром I и курфюрстом Саксонии, королем Польши Августом II.

16 ноября 1701 г. Головин был возведен императором Священной Римской империи Леопольдом I в графское достоинство, став тем самым первым российским подданным, имеющим этот титул.

В 1702 г. Головин сопровождал царя в Архангельск и Соловецкий монастырь, участвовал в осаде Шлиссельбурга. 10 мая 1703 г., как первый андреевский кавалер, возложил на царя знаки этого ордена. 19 августа 1704 г. подписал с польским послом новый союзнический договор, по которому Россия обязалась оказать Августу II военную и финансовую помощь.

Деятельность Головина была настолько разносторонней, что затрагивала практически все стороны жизни России тех времен. Несмотря на огромную загруженность, он руководил Навигацкой школой, участвовал в редактировании газеты «Ведомости», сам занимался сочинительством. Его сочинения были изданы в Амстердаме в 1715 г. под названием «Глобус небесный». Имея чины генерал фельдмаршала и генерал-адмирала, основные свои усилия сосредоточил на дипломатической службе, став первым в повой волне представителей русской дипломатии.

В июне 1706 г. царь, уехав в Киев, призывал Головина последовать за собой, по Федор Алексеевич не доехал, скончавшись по дороге в Глухове. Государь очень ценил Головина, называл своим другом и, сообщая в письме к Ф. М. Апраксину о его смерти, подписался: «Печали исполненный Петр».

Герцог де Круи принадлежал к старинному дворянскому роду, ведущему свое происхождение от венгерских королей. Один из его предков переселился во Францию в XII в. Император Священной Римской империи Максимилиан I возвел эту фамилию в княжеское достоинство, а король Франции Генрих IV пожаловал ей герцогский титул.

В 1676 г. Карл-Евгений принял участие в войне Дании против Швеции и за военные отличия уже в следующем году получил от датского короля Христиана V чин генерал-лейтенанта. Через несколько лет перешел на службу в императорские войска с чином генерал-фельдмаршал-лейтенанта и отличился в бою при Гране в 1685 г., а в следующем году — при взятии австрийскими войсками Офена и в победоносном сражении с турками при Ниссе. В 1690 г. герцог взял крепость Эссек, а 19 августа 1691 г. содействовал 45-тысячной австрийской армии принца Людвига Баденского в победе над 80-тысячным турецким войском великого визиря Мустафы Кепрюлю-паши при Саланкемене.

В 1693 г., уже в качестве главнокомандующего, де Круи приступил к осаде Белграда, но вынужден был отступать со значительным уроном. Назначение нового главнокомандующего заставило его уйти в отставку, а затем перейти на службу к польскому королю Августу II, хотя ранее им уже было дано обещание Петру I, с которым герцог встретился в Амстердаме, о вступлении на русскую службу. От Августа II, являвшегося еще и курфюрстом саксонским, Карл-Евгений получил чин генерал-фельдмаршала саксонских войск.

В 1700 г. герцог приехал в Новгород с просьбой к царю оказать содействие Августу 20-тысячным вспомогательным корпусом, но сам остался при Петре I и с августа считался уже на русской службе. 30 августа царь, сопровождаемый Круи, отправился к армии, начавшей сосредоточиваться у Нарвы. Русские войска осаждали Нарву с сентября, но не имели успеха из-за недостатка боеприпасов. 18 ноября Петр I вместе с Ф. А. Головиным покинул армию, передав главное начальство над ней де Круи. В этот же день шведский король Карл XII подошел к Нарве. Воспользовавшись плохой погодой, Карл скрытно приблизил свою армию к русским позициям и неожиданно атаковал их. После короткого артобстрела шведы штурмовали окопы и, несмотря на прицельный огонь русских пушек, после трехчасового сражения обратили русские войска в бегство. Во время боя герцог старался остановить дрогнувшие войска центра, но всеобщее бегство привело к тому, что русские войска потеряли убитыми около 8 тысяч солдат и 145 орудий. Сам де Круи вместе с некоторыми другими военачальниками и большим количеством офицеров, среди которых преобладали иностранцы, вынужден был сдаться шведам, после чего был отправлен в Ревель, где содержался под строгим надзором. Бутурлин, оценивая сам факт передачи царем командования армией иностранцу, писал, что «русские генералы, еще не привыкшие к строгой дисциплине, завидовали доверенности Государя к иностранцу и не были расположены ему повиноваться».

Единственное сражение, данное герцогом на русской службе, окончилось неудачей, а сам он так и умер в плену 20 января 1702 г. в крайней бедности, и тело его до 1858 г. оставалось непогребенным. Оно лежало в капелле мертвых кирхи св. Николая в Ревеле и было предметом любопытства путешественников.

Герцог Кроа-де-Круи был женат на графине Юлиане Витгенштейн, урожденной графине Берг, но детей не имел.

Древний боярский род Шереметевых, ведущий свое начало с XIV в. от Андрея Кобылы, являющегося также родоначальником царской династии Романовых, до начала XVIII в. не дал России выдающихся государственных деятелей, хотя представители этого рода по своему знатному происхождению всегда занимали государственные посты, заседая в Боярской думе и командуя войсками.

Б. П. Шереметев родился в семье боярина и киевского воеводы Петра Васильевича Шереметева. Как представитель знатного рода, Борис Шереметев в 1669 г. начал свою службу при дворе. В чине стольника он сопровождал царя Алексея Михайловича в поездках по монастырям и подмосковным селам, стоял рындой у трона на торжественных приемах.

В 1679 г. для Шереметева началась военная служба. Он был назначен товарищем воеводы в Большой полк, а через два года — воеводой одного из разрядов. С восшествием на престол в 1682 г. царей Иоанна и Петра Алексеевичей был пожалован в бояре. Боярский чин открыл перед ним возможность широкого участия в высшем государственном управлении, главным образом в качестве члена Боярской думы. В марте 1686 г. в Москве начались переговоры с польским посольством о заключении военного союза против турок, и Шереметев был одним из тех, кто их вел. В результате переговоров за Россией был окончательно закреплен Киев, и эта большая победа русской дипломатии принесла Борису Петровичу чин ближнего боярина и вятского наместника. Позднее он был отправлен с русским посольством в Польшу для ратификации договора, а затем в Вену к императору Леопольду I с сообщением об этом союзе.

Дипломатические поручения были, однако, только эпизодами в жизни Шереметева. Настоящим поприщем, на котором он приобрел известность, стало военное дело. По возвращении из посольства он получил должность воеводы в Белгороде, в обязанности которого входила защита южных рубежей от татарских набегов, а в следующем, 1688 г. принял участие в Крымском походе князя В. В. Голицына. Первый боевой опыт будущего фельдмаршала оказался неудачным. В сражениях в Черной и Зеленой долинах отряд под его командованием был смят татарами, хотя сам он проявил личную храбрость.

В борьбе придворных группировок за власть Шереметев без колебаний стал на сторону Петра в его борьбе с сестрой Софьей, но еще в течение почти восьми лет, до 1695 г., он так и оставался белгородским воеводой.

Петр I, отправляясь в Азовский поход, поручил Шереметеву сформировать 120-тысячную армию, которая должна была отправиться к низовьям Днепра и сковать действия крымских татар. В первый год войны, после четырехдневной осады, ему сдался укрепленный турецкий городок Кизы-Кермень на Днепре, после чего турки оставили еще три таких городка. Но до Крыма Шереметев не дошел и вернулся с войсками на Украину, хотя почти все татарское войско в это время находилось под Азовом. С окончанием Азовских походов Борис Петрович по указу Петра вновь вернулся в Белгород.

В 1697 г. Шереметев отправился за границу, получил от Петра послания к императору Леопольду I, папе римскому Иннокентию XII, дожу Венеции и великому магистру Мальтийского ордена. В ноябре он встретился в Кракове с польским королем Августом II, а в декабре был уже в Вене и на приеме у императора Священной Римской империи вручил грамоты от русского царя. В начале следующего года Борис Петрович посетил Венецию, а в марте прибыл в Рим, где 30 числа получил аудиенцию у Иннокентия XII, принявшего его с высшими почестями. Отправляясь на Мальту, по дороге он посетил Неаполь, а 4 мая его принял великий магистр Мальтийского ордена. Остров Мальта в программе путешествия стоял с самого начала. Шереметев ехал туда, чтобы склонить мальтийских рыцарей, как и австрийского императора, к совместным действиям против турок. 9 мая магистр ордена возложил на Шереметева Мальтийской командорский крест, приняв его тем самым в число рыцарей, что необычайно льстило московскому боярину, поскольку вводило его в ряды западной феодальной аристократии. В истории России это первый известный случай пожалования ее подданному иностранного ордена. Петр I, довольный этим обстоятельством, утвердил Шереметева в звании кавалера ордена, считая это первым шагом приобщения русского дворянства к традициям западной рыцарской культуры. Впоследствии по указу Петра I в официальный титул Шереметева было внесено ни у кого не встречающееся звание «свидетельствованного мальтийского кавалера».

С началом войны со Швецией главным местом военных действий должна была стать Ингрия — побережье Финского залива. Чтобы уберечь армию от вражеского удара с фланга, решено было овладеть ключевой крепостью Нарвой и всем течением реки Наровы. Шереметеву же в это время было поручено формирование полков дворянского ополчения. Петр спешил с открытием военных действий: «Полно отговариваться, пора делать, — пишет он, — воистину мы не под лапу, но в самый рот неприятеля идем, однакож за помощию Божиею не боимся». В конце сентября Шереметев с 6-тысячным отрядом дошел до Везенберга, но, не вступая в сражение, отступил к главным русским силам под Нарву. Во время Нарвского сражения дворянская конница первой бежала с поля боя. Борис Петрович оправдывался перед царем: «Бог видит мое намерение сердечное, сколько есть во мне ума и силы, с великою охотою хочу служить, а себя я не жалел и не жалею».

Оставшись за главного начальника в руководстве военными действиями в Лифляндии, Шереметев с июня 1701 г. начал именоваться в официальных документах генерал-фельдмаршалом. В декабре русские войска одержали первую победу над шведами при Эрестфере. Против 7-тысячного отряда генерала Шлиппенбаха действовало 10 тысяч конницы и 8 тысяч пехоты при 16 орудиях. Был момент, когда исход сражения казался сомнительным; неприятель опрокинул русскую кавалерию, но вовремя подошедший генерал Чамберс ударил шведам в тыл, и фельдмаршал получил возможность перейти всеми силами в наступление и разбить врага. Оценивая значение этой победы, Петр писал: «Мы дошли до того, что шведов побеждать можем; пока сражались двое против одного, но скоро начнем побеждать их и равным числом». За эту победу царь наградил Шереметева орденом св. Андрея Первозванного.

В начале 1702 г. новая стычка со Шлиппенбахом опять принесла успех русским, у которых было около 30 тысяч войска, шведов же насчитывалось всего около 13 тысяч. Шведский корпус неожиданно настигла легкая русская конница, а подошедшая позднее пехота довершила разгром. В том же году были взяты крепости Мариснбург и Нотебург, а в следующем — Ниеншанц, Ямбург и др. Лифляндия и Ингрия полностью оказались в руках русских. В Эстляндии был взят штурмом Везенберг.

По военное счастье фельдмаршала не было постоянным. При осаде Дернта царь вынужден был отменить некоторые его распоряжения, касающиеся осады, и город удержать не удалось. В июле 1705 г. из-за несогласованности действий русские потерпели поражение в Курляндии у деревни Мур-Мыза от генерала Левенгаупта.

Летом 1705 г. вспыхнуло восстание на юге России, в Астрахани, во главе которого стали стрельцы, высланные в большинстве сюда после стрелецких бунтов в Москве и других городах. Для подавления бунта царем был выбран Шереметев. С одной стороны, популярность фельдмаршала, с другой — его осторожность и рассудительность делали его наиболее подходящим человеком для выполнения такой задачи. В марте 1706 г. царские войска подошли к городу. После бомбардировок Кремля мятежники не выдержали и быстро сдались. Уже к июлю последствия бунта были окончательно ликвидированы. «За который ваш труд, — писал царь, — Господь Бог вам заплатит и мы не оставим». Шереметев первым в России был пожалован графским российским титулом, получив еще и 2400 дворов, а его сын Михаил был из стольников произведен в полковники.

В 1707–1708 гг. фельдмаршал провел большую работу по укреплению армии, особенно на западном театре военных действий, в Польше и Литве, о чем свидетельствует его обширная деловая переписка с царем, вельможами и высшим генералитетом. Весь 1708-й и весна 1709 г. прошли в подготовке русских и шведов к генеральному сражению, но шведские войска, оторванные от баз снабжения и растрачивавшие свои силы на второстепенных участках военных действий и при штурмах небольших крепостей, постепенно теряли солдат, артиллерию и запасы. Русская же армия, день ото дня пополнявшаяся резервами, получавшая опыт в боях и стычках с противником, крепла и повышала боевое мастерство.

В конце мая 1709 г. Шереметев прибыл под Полтаву и здесь сразу же вступил в обязанности главнокомандующего. Между ним и шведским фельдмаршалом Ренншильдом было заключено соглашение о начале генеральной баталии 29 июня, по слух о подходе к русской армии подкреплений заставил Карла XII нарушить договор и перенести начало сражения на утро 27 июня. Во время Полтавского сражения Шереметев считался главнокомандующим лишь формально, руководил же всеми действиями сам Петр. Объезжая перед боем войска, царь обратился к Шереметеву: «Господин фельдмаршал! Поручаю вам мою армию и надеюсь, что в начальствовании оною вы поступите согласно предписанию, вам данному, а в случае непредвиденном, как искусный полководец. Моя же должность — надзирать за всем вашим начальствованием и быть готовым на сикурс во всех местах, где требовать будет опасность и нужда».

В восемь утра шведы пошли в атаку. Русские войска двинулись навстречу с артиллерийским и ружейным огнем. Враги сошлись в рукопашной схватке, но русская кавалерия стала охватывать шведов с флангов, и они, смятые и разбитые, вынуждены были спасаться бегством. Через несколько дней от армии Карла XII ничего не осталось. После победы в наградном списке имя фельдмаршала стояло первым. Он получил в награду село Черная Грязь, но остался недоволен, считая себя обойденным.

Спустя всего несколько дней после Полтавской победы царь отправил Шереметева с частью войск под Ригу. Когда началась осада, Петр запретил штурмовать крепость, стараясь сохранить солдат, но эпидемия чумы и голод одинаково действовали и на осаждавших, и на осажденных. 4 июля 1710 г. капитуляция Риги была подписана и русские войска вступили в город. Петр I писал фельдмаршалу: «Письмо ваше о сдаче Риги я с великою радостию получил».

В конце осени Турция объявила войну России, и Петр распорядился отослать на юг войска из Прибалтики. С весны начался неудачный для России Прутский поход. Слабая подготовленность к этой войне сказалась, когда армия в начале июля была окружена у реки Прут турецко-татарскими войсками. Противник безуспешно штурмовал укрепленный лагерь, но петровская армия ружейным и пушечным огнем всякий раз отбрасывала атакующих. На военном совете решено было отказаться от капитуляции и прорываться с боем, однако 10 июля начались переговоры, завершившиеся подписанием мира, достаточно тяжелого для России, но необходимого в этих условиях. 12 июля русские полки двинулись из Прутского лагеря в обратный путь.

По возвращении Шереметев командовал войсками на Украине и в Польше, но активных военных действий не вел. С 1714 г. Петр I послал фельдмаршала в Померанию, но постепенно стал терять к нему доверие. Царь подозревал Шереметева в сочувствии к царевичу Алексею, поскольку его имя служило в некоторой степени знаменем в руках противников нового порядка. К тому же фельдмаршал чувствовал себя физически все хуже. Еще в декабре 1716 г. он был освобожден от командования армией и получил возможность уехать в Москву. Он просил Петра дать ему другую должность, более подходящую к его летам и силам, и царь думал назначить его генерал-губернатором им же завоеванных земель в Эстляндни, Лифляндии и Ингрии. Но назначение не состоялось: 17 февраля 1719 г. Борис Петрович умер. Вопреки завещанию похоронить его в Киево-Печорской лавре, останки его были преданы земле в Александро-Невской лавре Санкт-Петербурга.

В 1669 г. Шереметев совсем молодым человеком вступил в брак с Евдокией Алексеевной Чириковой, а спустя много лег, в 1712 г., после 15 лет вдовства, женился на Анне Петровне Нарышкиной (урожденной Салтыковой). От двух браков имел троих сыновей и пять дочерей.

Стратегические способности и военное искусство фельдмаршала вызывают разногласия, по его военно-административный и организаторский талант находит у всех полное признание. Под его предводительством русские войска не раз одерживали победы и над татарами, и над шведами. Но можно назвать не один случай, когда фельдмаршал терпел неудачи. Успешные сражения часто происходили при перевесе русских сил над неприятельскими и, следовательно, не могут быть надежным показателем степени военного искусства или таланта Шереметева. Он стал генерал-фельдмаршалом, оставаясь старомосковским воеводой, с тем опытом, который могла ему дать война с татарами, и должен был, уже заняв высший пост в армии, знакомиться со строем и тактикой регулярной армии.

Рубеж XVII–XVIII вв. ознаменовался в России началом реформ и преобразований, предпринятых Петром I. Благодаря этому к вершинам власти стали подниматься новые люди, которые, часто не имея ни титула, ни богатства, ни связей, лишь своими способностями и талантами пробивали себе дорогу наверх. Первым по праву можно назвать Александра Даниловича Меншикова, ставшего главным помощником царя в военных, административных и хозяйственных делах.

Самое раннее упоминание о Меншикове относится к 29 августа 1694 г., когда Петр в письме к Ф. М. Апраксину называет его имя. Знакомство царя с Меншиковым состоялось через Франца Лефорта, взявшего смышленого подростка к себе в услужение. С самого учреждения «потешных» войск он служил в Преображенском полку, исполняя также обязанности царского денщика и приобретя его расположение, перешедшее затем в тесную дружбу. С 1695 г. «Алексашка» неразлучен с Петром: сопровождает его в поездках по России и за границей, в Азовских походах 1695–1696 гг., в Великом посольстве 1697–1698 гг., везде выполняя важные поручения. После смерти Лефорта в 1699 г. Меншиков становится самым приближенным и доверенным у царя человеком.

В начавшейся в 1700 г. Северной войне практически ни одно событие не обходится без царского фаворита. После Нарвского поражения он вместе с царем участвует в действиях русской армии в Ингрии. В начале 1702 г. Петр, узнав о первой победе русских войск под командованием Б. П. Шереметева в сражении при Эрестфере, посылает к нему Меншикова для вручения фельдмаршалу знаков ордена св. Андрея Первозванного. После взятия осенью Нотебурга Меншиков назначается комендантом этой крепости, а затем губернатором вновь завоеванных областей Ингерманландии, ставших позднее Санкт-Петербургской губернией. Талантливый и энергичный Меншиков не останавливался ни перед чем ради удовлетворения возникавших вследствие войны нужд. Его быстрые решительные действия вполне соответствовали кипучей энергии царя, который еще и чисто по-человечески любил своего близкого друга: «Все добро, только дай, дай Боже видеть вас в радости». К этому же году относится и возведение Меншикова в графское достоинство Священной Римской империи.

В военной кампании 1703–1704 гг., когда русские войска овладели всем течением Невы и принудили к сдаче гарнизон Нарвы, Меншиков дважды отличился в стычках со шведами. Одна из них произошла в устье Невы, вскоре после овладения Ниеншанцем. Шведский адмирал Нумере, не зная о том, что крепость пала и находится в руках русских, вошел с отрядом кораблей в устье реки, где ранним утром 7 мая был атакован русским десантом и взят на абордаж. Половиной войск командовал сам Петр, другой — Меншиков. За эту первую морскую победу царь вместе с фаворитом в одни день стали кавалерами ордена св. Андрея Первозванного. В эти же годы Меншиков руководил строительством Санкт-Петербурга, Кронштадта, корабельных верфей на Неве и Свири. Посылая письмо царю из Санкт-Петербурга, он докладывал: «Городовое дело управляется как надлежит. Работные люди из городов уже многие пришли и непрестанно прибавляются… предреченное дело и впредь будет поспешествовать».

В 1704 г. Меншиков, участвуя в осаде Нарвы, предложил царю инсценировать сражение между шведами и русскими под стенами крепости. Шведский комендант Горн, поверив этой уловке, открыл ворота, чтобы ударить русским в тыл, но вынужден был с большими потерями отступить. «Губернатор и кавалер» получил не только чины и должности, но и царские пожалования вотчинами. В июле этого же года Меншиков организовал отпор нападению шведов на Петербург. Неприятеля, подошедшего к крепости, встретили таким плотным огнем артиллерии, что он поспешно отступил, понеся большие потери. Успех содействовал русским войскам и при обороне Кронштадта. Высадившийся гам десант вынужден был вернуться на свои корабли. Умелые действия губернатора Петр I вознаградил чином генерал-поручика.

В 1705 г. Меншиков был вызван в Литву, где в это время сосредоточивались военные силы, и здесь действовал сперва в качестве помощника главнокомандующего Огильви, начальствуя над кавалерией, а затем, с 1706 г., стал главнокомандующим. Этот год ознаменовался для него и получением от австрийского императора Иосифа диплома на княжеское достоинство Священной Римской империи.

К лету Карл XII с основными силами двинулся на Саксонию, оставив только 8-тысячный корпус генерала Мардефельда. Все это время Меншиков занимался комплектованием и подготовкой войск, уделяя особое внимание кавалерии: «Вся наша кавалерия ныне рекрутирована, мундирована и добрыми лошадьми дополнена». И октября он принял решение атаковать шведов при Калише. У Мардефельда было 4 тысячи кавалерии, более 3 тысяч пехоты и 20 тысяч поляков, сторонников Станислава Лещинского. Меншиков располагал 17 тысячами драгун, около 15 тысяч кавалерии находилось в распоряжении польского короля Августа II. Подписав незадолго до этого тайный мирный договор с Карлом XII, Август пытался уклониться от сражения, но оно все же началось в два часа дня 18 октября 1706 г. Шведы отчаянно сопротивлялись, сумев отбить первый натиск, но увлеченная преследованием шведская кавалерия оставила без прикрытия свою пехоту, чем воспользовался Меншиков, спешив часть своих драгун и ударив ими с флангов. Больше половины неприятельской армии погибло, а остальные сдались в плен. Фаворит писал царю об успехе: «Не в похвальбу вашей милости доношу: такая сия прежде небываемая баталия была, что радошно было смотреть, как с обеих сторон регулярно бились». Петр I наградил своего любимца алмазной тростью, а 30 мая 1707 г. возвел его в звание светлейшего князя Ижорского.

В начале 1708 г. шведская армия двинулась в поход на Россию. Обстановка требовала от Меншикова полного напряжения сил. Под прикрытием его кавалерии русская армия отступала. Во второй половине года светлейший князь участвовал в сражениях у села Доброго 30 августа, при Лесной 28 сентября и в разгроме Батурина 2 ноября.

У Доброго он возглавил атаку кавалерии в тот момент, когда исход боя не внушал полной уверенности в победе. Удар по неприятельскому флангу решил исход двухчасового сражения. Шведы потеряли около 3 тысяч человек.

В сражении у деревни Лесной войсками командовал сам Петр, но Меншиков находился рядом с ним. Битва продолжалась с утра и до наступления темноты. Шведский генерал Левенгаупт, имевший в своем корпусе 16 тысяч солдат, привел к королю менее половины, потеряв при этом весь обоз, что сказалось на боеспособности шведской армии. Петр назвал битву при Лесной «матерью Полтавской баталии».

Узнав об измене гетмана Мазепы, царь приказал Меншикову овладеть резиденцией гетмана — городом Батуриной, в котором хранились запасы для шведской армии. Утром 2 ноября русские войска штурмом овладели городом и разорили его.

В Полтавском сражении 27 июня 1709 г. светлейший князь командовал кавалерией, вынудив к сдаче несколько отступавших шведских батальонов, затем атаковал резервный корпус противника и почти полностью уничтожил его. Во время сражения под Меншиковым было убито три коня Судьба генерального сражения была решена за два с половиной часа. Шведы потеряли свыше 8 тысяч человек убитыми.

30 июня отступавшие шведские войска достигли Днепра у Переволочны, но были настигнуты кавалерией Меншикова. В его распоряжении находилось 9 тысяч человек, которым противостоял Левенгаупт с 16 тысячами. Превосходство противника в численности не смутило князя. Шведы, не располагавшие ни артиллерией, ни порохом, ни запасами продовольствия и фуража, после предъявленного им ультиматума сдались. За Полтавское сражение Петр возвел Меншикова в чин генерал-фельдмаршала. В день торжественного въезда в Москву светлейший князь находился по правую руку царя, чем как бы особенно подчеркивалась исключительность его заслуг.

В начале апреля Меншиков, произведенный незадолго до этого еще и в контр-адмиралы, вновь на театре военных действий в Прибалтике, при осаде и сдаче Риги. До 1713 г. он командовал русскими войсками в Польше, Курляндии, Померании и Голштейне. Россия не претендовала на территориальные приобретения в Померании и если двинула туда свои войска, то для Ю1о, чтобы изгнать шведов из континентальной Евро пы и тем самым заставить Карла XII заключить мир. Кроме того, Россия, участвуя в этой кампании, выполняла союзнические обязательства перед Саксонией и Данией.

В феврале 1712 г. Петр I писал датскому королю Фредерику IV: «Я намерен своего генерала фельдмаршала князя Меншикова для луччего управления в Померанию послать и оному команду над моими гам уже стоящими и еще туда определенными войски вручить». Русские войска вместе с датскими и саксонскими обложили Штеттин и Штральзунд, но из-за отсутствия осадной артиллерии успеха не имели.

В январе 1713 г. шведы сосредоточились в крепости Фридрихштадт, разрушив перед этим шлюзы и затопив окружающую местность. 31 января русские двинулись на крепость по дамбам двумя колоннами: пехотой командовал Петр, кавалерией — Меншиков. Шведы, не ожидавшие атаки русских войск, бежали, бросив всю артиллерию. Оставив Фридрихштадт, неприятель укрылся в Тонингене, по Меншиков, плотно блокировав крепость, вынудил шведского генерала Стенбока сложить оружие. В плен сдалось более 11 тысяч солдат и офицеров. За эту победу генерал-фельдмаршал от датского короля получил его портрет, осыпанный бриллиантами.

Последней военной кампанией Меншикова можно считать взятие Штеттина в Померании. Когда к 24-тысячной русской армии подошла саксонская артиллерия, началась бомбардировка города, в котором возникли многочисленные пожары. 18 сентября гарнизон крепости капитулировал. Штеттин, на который претендовала Дания, был передан Пруссии, а часть других отвоеванных земель — Голштинии.

В дальнейшем князь непосредственно не участвовал ни в сражениях Северной войны, ни в Каспийском походе. Это обстоятельство было связано с состоянием его здоровья. После возвращения в Россию у Меншикова начался такой жестокий приступ болезни легких, что врачи предрекали ему неминуемую смерть и он уже приготовил завещание, но крепкий организм пересилил болезнь. В последующие годы болезнь регулярно приковывала фельдмаршала к постели.

Благодаря близости к царю Александр Данилович ведал едва ли не всеми важными государственными делами, включая сбор государственных доходов. Однако, будучи одним из наиболее усердных исполнителей воли Петра I, осознавая принципы, которыми направлялась деятельность царя, он не был чужд своекорыстных мотивов. Еще в 1711 г. Петр впервые узнал о злоупотреблениях Меншикова, а спустя три года была назначена особая следственная комиссия. С этого момента и до конца царствования Петра I Меншиков постоянно находился под судом. Многочисленные комиссии раскрывали грандиозные злоупотребления, но их разоблачения только поколебали доверие царя к светлейшему князю, не лишив последнего влияния и власти.

В лице Меншикова Петр дорожил одним из наиболее даровитых и преданных ему сподвижников. Как преданность царю, так и личные интересы князя, тесно связанные с реформами, делали его врагом партии приверженцев старины. Лишенный даже элементарного образования, он восполнял этот пробел природной сообразительностью, еще более развившейся в том ответственном положении, которое ему пришлось занимать.

В 1716 г., едва оправившись от болезни, Меншиков, как санкт-петербургский губернатор, занимался благоустройством столицы, руководил чисткой каналов вокруг Адмиралтейства, строительством дорог к Петербургу и Волхову, укреплением и выравниванием берегов Невы, сооружением жилья для мастеровых, устройством фонтанов в Летнем саду и многим другим.

Царь назначил Меншикова и руководителем одного из важнейших учреждений обновленного государственного механизма — президентом Военной коллегии. Это назначение состоялось в 1718 г., т. е. в то время, когда расследование его хищений подходило к концу и их масштабы уже были выяснены. Светлейший князь на любом поприще, куда бы ни бросал его Петр, проявлял незаурядные способности организатора и безупречного исполнителя царских повелений. Такая распорядительность давала Петру основание выделять Меншикова среди своих сподвижников, даже в те времена, когда отношения между ними стали иными, чем в первые годы их дружбы.

После заключения в 1721 г. Ништадтского мира со Швецией Меншиков был пожалован чином вице-адмирала, но эта награда не идет ни в какое сравнение с щедрыми пожалованиями других вельмож и военачальников, тем более что светлейший князь сыграл одну из ведущих ролей во всей Северной войне.

В 1724 г. Меншиков лишился должности президента Военной коллегии, которая была передана князю А. И. Репнину. Власть уходила из рук, и даже обращения к Петру он вынужден был передавать через царских секретарей, чего ранее никогда не было. К концу царствования Петра I Меншиков, вновь уличенный в злоупотреблениях, подвергся серьезной опасности, но вскоре затем последовавшая смерть преобразователя России открыла ему дорогу к еще большей власти. 28 января 1725 г. фельдмаршал, опираясь на гвардию, возвел на престол супругу Петра Екатерину и при этой слабой и неспособной императрице стал фактическим правителем Российской империи. В 1726 г. Екатерина I учредила Верховный тайный совет, первым членом которого стал Александр Данилович. Чтобы упрочить свое положение, он попытался добиться для себя избрания на престол Курляндского герцогства, а когда эта попытка не увенчалась успехом, принял другие меры для обеспечения своего будущего на случай смерти императрицы. Не рассчитывая на возможность устранить от престола сына царевича Алексея в пользу дочерей Петра I от Екатерины, он заблаговременно перешел на сторону этого кандидата, несмотря на то что в 1718 г. был одним из организаторов суда над его отцом. По просьбе светлейшего князя Екатерина I дала свое согласие на брак малолетнего великого князя Петра Алексеевича с дочерью Меншикова Марией.

После кончины Екатерины было оглашено завещание, объявлявшее наследником престола Петра II, и в этот же день Меншиков был произведен в адмиралы, став через пять дней, 12 мая 1727 г., российским генералиссимусом, а 25 мая молодой император обручился с дочерью всесильного вельможи. Власть Меншикова возросла до того, что даже император Священной Римской империи Карл VI пожаловал ему герцогство Козель в Саксонии и в своем письме именовал «высокорожденным, любезным дядей».

Самовластие Меншикова не имело пределов, но неожиданная болезнь на несколько дней вырвала власть из его рук, и этого оказалось достаточно. Враждебные генералиссимусу представители старой аристократии князья Голицыны и Долгоруковы сумели повлиять на Петра II, который и сам тяготился опекой Меншикова. 8 сентября светлейший князь был обвинен в государственной измене и хищении казны, и уже на другой день последовал указ о ссылке его в Ранненбург близ Воронежа. Было конфисковано все имущество Меншикова: 90 тысяч крепостных, 6 городов, имения в России, Польше, Пруссии и Австрии, 5 миллионов рублей золотом, драгоценности, меха, дорогая мебель и многое другое. После того как в Москве нашли подметное письмо в пользу Меншикова, он с женой, сыном и обеими дочерьми, лишенный чинов, орденов и княжеского достоинства, был сослан в Березов. Его супруга Дарья Михайловна Арсеньева, с которой Меншиков обвенчался еще в 1706 г., скончалась в ссылке. Бывшая невеста императора умерла от оспы уже в самом Березове. Не пережил тяжести ссылки и опальный вельможа; он скончался 12 ноября 1729 г. и был похоронен без торжественных церемоний у церкви, которую сам срубил. Сын светлейшего князя и вторая дочь были возвращены из ссылки в 1731 г., уже в царствование Анны Иоанновны.

Потомок легендарного варяга Рюрика, Аникита Иванович родился в семье боярина и воеводы Ивана Борисовича Реппипа, бывшего судьей приказа Казанского дворца и начальником Сибирского приказа. С юношеских лет он стал одним из ближайших сподвижников Петра I, когда в чине стольника вошел в его окружение. При учреждении «потешной роты» в 1685 г. был назначен ее поручиком, став уже через два года полуполковником. Во время первого Азовского похода, находясь генерал-адъютантом при Ф. А. Головине, отличился, захватив у турок две береговые башни. Во втором походе командовал фрегатом в отряде Франца Лефорта.

В момент восстания московских стрельцов в 1698 г. Репнин с вверенным ему отрядом участвовал в обороне Кремля и в том же году был пожалован генеральским чином. Формируя для Петра I новые полки, необходимые для войны со Швецией, на первом этапе в военных действиях участия не принимал. Во главе 12 тысяч человек в ноябре 1700 г. был направлен к Нарве, в помощь войскам, находившимся у ее стен, но еще в пути узнал о поражении. Репнин собрал остатки армии в Новгороде, заново комплектуя русские полки и выполняя одновременно обязанности новгородского воеводы. В его обязанности входило укрепление городов, которые могли оказаться на пути движения армии Карла XII: Новгорода, Пскова, Печоры, Гдова. 2 декабря царь составил Репнину инструкции, в которых, в частности, говорилось: «Естли где уведомится о неприятельском приходе, посылать проведывать немедленно, кого пристойно, и смотря по вестям, посылать во оборону служилых, конных и пеших людей, чтоб оборонить». К весне 1701 г. русская армия выросла до 65 тысяч человек, а князя Петр направил в Прибалтику во главе 18-тысячного корпуса на помощь польскому королю Августу II, по после его поражения от шведов Реппин вынужден был вернуться с войсками в Псков.

Аникита Иванович был активным участником штурмов Шлиссельбурга и Ниеншанца и битвы под Нарвой в 1704 г. В октябре 1705 г. со своей дивизией он прибыл в Гродно и поступил под начало А. Д. Меншикова, а когда тот уехал, получил его полномочия. В 1706 г. при непосредственном участии войск Репнина происходил целый ряд небольших стычек и боев, но князь генерального сражения не давал, выполняя приказ царя, который писал ему: «…надобно поступать осторожно. На счастие отнюдь надеяться не надлежит, ибо оно всегда непостоянно».

Слова государя оказались пророческими. В июне 1707 г., имея восемь полков общей численностью 7,5 тысячи человек, Репнин потерпел поражение при Головнине. 23 июня на общем военном совете было решено удерживать эту позицию, о чем было доложено фельдмаршалу Шереметеву. Позиция, выбранная Репниным, оказалась неудачной, так как находилась среди болотистой местности, полевые укрепления возвели неверно, работы велись медленно; кроме всего прочего, русские проявили полную беспечность, даже не выставив ночного охранения. Шведы, начав атаку рано утром, превзошли своих противников и в артиллерийской дуэли. Войска Карла XII начали обходить русские позиции с фланга, и Репнин дал приказ к отступлению. В своей реляции к царю он пытался оправдать ошибки и нераспорядительность во время сражения, по Петр, недовольный ходом событий при Головчине, отдал генерала под суд, который приговорил его к смертной казни, замененной монархом разжалованием в солдаты.

В следующем году Репнин стал участником битвы при Лесной, герой которой князь М. М. Голицын заступился за него перед царем. В октябре 1708 г. Репнину вернули дивизию, но уже с другими полками. Всю зиму вверенные ему войска готовились к новым боевым действиям и в июне приняли активное участие в Полтавском сражении. Под командованием князя находился весь центр русской армии, состоявший из двадцати пехотных полков. В начале сражения шведы прорвались между редутами, по затем, благодаря значительному превосходству русских в артиллерии, были смяты и потерпели поражение, потеряв до 10 тысяч человек. Вторая линия русской пехоты даже не успела вступить в бой. За Полтавскую победу князь Репнин в числе немногих избранных награжден орденом св. Андрея Первозванного.

Уже 15 июля армия фельдмаршала Шереметева, в которую входила дивизия Репнина, была отправлена царем с Украины под Ригу. В ноябре начались бомбардировки, но наличие в городе сильного гарнизона, большого числа орудий и припасов заставило перейти к длительной осаде. Когда Шереметев с основными силами ушел в Курляндию, он оставил под Ригой 7-тысячный отряд Репнина, но сил для взятия города было явно недостаточно и военные действия возобновились лишь в марте 1710 г., когда вновь к городу подошел Шереметев. В течение десяти дней русские усиленно обстреливали город, и он капитулировал. При взятии Риги войска Репнина первыми вошли в город, и за это князь был назначен рижским генерал-губернатором.

В 1711 г. Аникита Иванович принял участие в Прутском походе, в котором командовал авангардом. Когда русская армия была окружена превосходящими турецкими силами, на военном совете он одним из первых подал голос: «Умереть, но не сдаваться».

Возвратившись на европейский театр военных действий, Репнин участвовал в осаде Штеттина и взятии Фридрихштадтских укреплений. В 1715 г. на него была возложена защита берегов Курляндии. Зимой 1716 г. находился с войсками в Мекленбурге и в том же году снаряжал суда в Ростоке, на Балтийском побережье. В октябре привел транспорт с пехотой и кавалерией в Варнемюнде. Находясь в 1717 г. в Польше, занял Хельминское, Полоцкое, Мазовецкое и Люблинское воеводства, взимая одновременно контрибуцию с города Данцига. В марте 1719 г. Репнин возвратился в Ригу и в течение последующих пяти лет вновь исполнял обязанности генерал-губернатора.

20 января 1724 г. Петр I назначил Аникиту Ивановича президентом Военной коллегии: он сменил на этом посту А. Д. Меншикова, который в последние годы правления Петра стал терять свое влияние. В этом же году Репнин был возведен в чин генерал-фельдмаршала. Во время болезни императора, сопровождавшейся борьбой придворных группировок, Репнин вместе с князьями Голицыным, Волконским и одним из Апраксиных, представлявших партию аристократов, выступил в вопросе о престолонаследии сторонником великого князя Петра Алексеевича, сына опального царевича Алексея.

После кончины Петра Великого князь перешел на сторону партии Меншикова, который, опираясь на гвардейские полки, провозгласил императрицей супругу Петра под именем Екатерины I. Значение поступка Аникиты Ивановича было по достоинству оценено новой самодержицей: он получил богатые подарки, а в день коронации Екатерины она подтвердила сохранение за ним должностей президента Военной коллегии и генерал-губернатора Лифляндии. Через две недели Репнин в числе других андреевских кавалеров был награжден только что учрежденным орденом св. Александра Невского. Спустя короткий срок Меншиков, опасаясь усиления нового фельдмаршала, добился возвращения себе должности президента Военной коллегии, а Репнина отправил в Ригу под предлогом осмотра там крепостных сооружений. Из этой командировки Аникита Иванович уже не вернулся. Он скончался в Риге 3 июля 1726 г. и там же похоронен в русской православной церкви. Незадолго перед этим в своем завещании он писал: «Когда по воли всевышняго творца нашего придет кончина моего живота, то надлежит учинить погребение христианское и погребать русским обычаем, а не по-иноземчески».

Князь был женат трижды, но потомство имел только от третьей жены, родившей ему троих сыновей. В кругу ближайших сподвижников Петра I Аникита Иванович оставался всю жизнь на вторых ролях. Смелый в бою при исполнении данных ему приказании, он не обладал ни выдающимися военными способностями, ни широтой кругозора, хотя проявил себя как способный администратор. В первые годы Север ной войны, когда большинство русских военачальников не имели боевого опыта и военных знаний, князь Репнин в этом кругу ничем не выделялся. В одной из своих резолюций Петр отмечал: «… князь Никита такой же, как и другие: ничего не знают». Тем не менее благодаря многолетнему участию в военных действиях Реннин стал крупной военной величиной.

Михаил Голицын, потомок великого князя литовского Гедимипа, родился в самом конце царствования Алексея Михайловича в семье боярина и курского воеводы Михаила Андреевича Голицына. Имея придворный чин стольника, начал службу с двенадцати лег в «потешных» войсках подрастающего царя Петра барабанщиком Семеновского полка. В 1694 г. был произведен в первый свой офицерский чин прапорщика. В Азовских походах за боевые отличия получил чин поручика. В 1698 г. под командой Гордона и Шеина под стенами Воскресенского монастыря участвовал в подавлении выступления стрелецких полков. В следующем году в чине капитана сопровождал Петра в морском походе русской эскадры по Азовскому морю.

С началом Северной войны Голицын находился в армии и сражался под Нарвой в составе гвардии, отражавшей атаки войск Карла ХП на правом фланге; был ранен. В чине подполковника 12 октября 1702 г. командовал отрядом Семеновского полка при штурме крепости Нотебург. Шведы отчаянно сопротивлялись и отбили штурмующие колонны русских. Петр, сомневаясь в возможности взятия крепости, уже послал приказ отступить, но Голицын, оттолкнув от берега Невы лодки, чтобы солдаты не думали о бегстве, повел их еще на один приступ, Нотебург был взят после тринадцати часов кровопролитного боя. За этот подвиг князь был награжден поместьями, золотой медалью и чином полковника лейб-гвардии Семеновского полка, даваемым обычно только членам царствующего дома. Отличился Голицын и при осаде Ниеншанца в 1703 г., в штурмах Нарвы и Митавы в 1704 и 1705 гг. В следующем году стал командиром дивизии и получил чин генерал-майора.

30 августа 1708 г. Голицын одержал блестящую победу при селе Добром над отрядом шведского генерала Росса. Со своими гренадерами под прикрытием тумана он подошел вплотную к шведам и неожиданно напал на них, хотя и не имел численного превосходства. Сражение продолжалось два часа и окончилось полным разгромом шведов, потерявших до 3 тысяч человек. Карл XII с главными силами не успел вступить в бой, и Голицын организованно отошел со своим отрядом к основным силам русской армии. Прямо на поле сражения царь наградил Михаила Михайловича орденом св. Андрея Первозванного. 28 сентября в сражении при Лесной он своими действиями способствовал победе русского оружия, после чего государь, видевший Голицына на поле боя, произвел его в генерал-поручики и наградил своим портретом с бриллиантами.

В Полтавском сражении князь командовал гвардией, а затем вместе с А. Д. Меншиковым и кавалерийскими полками Боура и Волконского преследовал отступавшие шведские войска и принудил их 30 июня 1709 г. к сдаче у Переволочим. Несмотря на нехватку сил, он потребовал от фельдмаршала Левенгаупта капитулировать. К этому времени подошли войска Меншикова, и 16 тысяч шведов сложили оружие. На следующий год Голицын был среди осаждавших и взявших крепость Выборг войск, а еще через год участвовал в Прутском походе, чуть не окончившемся трагедией для русской армии, и один из первых высказался на военном совете против капитуляции перед турками, осадившими русский лагерь.

По проекту Петра I в 1712 г. Голицыну предстояло принять участие в операциях Ингерманландского корпуса против шведов в Финляндии. Он стал ближайшим помощником генерал-адмирала Ф. М. Апраксина. В мае он прибыл в Санкт-Петербург и принял на себя командование над полевыми войсками. Вместе с Апраксиным и другими военачальниками разработал и внедрил правила походной службы, устройства лагерей, караульной службы, диверсий, действий галерного флота.

С 1714 г. Голицын принял командование войсками в Южной Финляндии. 12 февраля его войска сошлись с 8-тысячным отрядом шведского генерала Армфельда у деревни Лаппола (Наппо). Шведы выбрали удобную позицию и, когда князь повел войска в атаку, первыми дали залп по русским и устремились в штыки. Русские открыли губительный огонь и перешли в контратаку. Дважды Армфельд отбрасывал русскую пехоту, но когда четыре спешенных драгунских полка ударили с тыла по центру позиции шведов, они побежали. Шведы потеряли только убитыми 5 тысяч человек. «Такого скорого и тяжелого огня на мою особу никогда не бывало. Но милостию Божиею и Его Царского Величества счастием над неприятелем учинена виктория…» — писал Голицын Апраксину. За это сражение Петр I наградил Михаила Михайловича чином генерал-аншефа.

27 июля Голицын участвовал в морском сражении при Гангуте, в котором русские под началом генерал-адмирала Апраксина и самого царя Петра разбили эскадру адмирала Ватранга. В результате побед на суше и на море в 1714 г. Финляндия оказалась под контролем России.

Ровно через шесть лет, в годовщину Гангутского сражения, произошла морская битва у острова Гренгам. Шведская эскадра (один линейный корабль, четыре фрегата) вице-адмирала Шеблата встретилась с русским галерным флотом (61 галера) Голицына. Увлекшись преследованием, шведы попали на мелководье, где фрегаты были взяты на абордаж. За эту блестящую победу Петр I пожаловал победителю пшату и трость, украшенные бриллиантами, «за его воинский труд и добрую команду». Когда после окончания Северной войны император предпринял поход в Персию, то князь Голицын остался командовать войсками в Петербурге, а с 1723 г. под его командой находились войска в Малороссии.

После кончины Петра Великого императрица Екатерина I пожаловала М. М. Голицына 21 мая 1725 г. чином генерал-фельдмаршала. Уже в царствование императора Петра II он стал сенатором, членом Верховного тайного совета и президентом Военной коллегии.

При вступлении на престол Анны Иоанновны Михаил Михайлович участвовал в делах «верховников», одним из активных представителей которых был его родной брат Дмитрий. Кондиции», составленные ими, ограничивали самодержавную власть, передавая ее узкому кругу лиц, что шло вразрез с интересами основной массы дворянства. С прибытием в Москву Анна Иоанновна уничтожила честолюбивые замыслы вельмож, однако Михаил Михайлович был ею обласкан и пожалован землями в Можайском уезде. Постепенно он потерял свое влияние при дворе, был удален от дел и вскоре умер. Похоронен в Богоявленском монастыре.

М. М. Голицын был женат на Евдокии Ивановне Бутурлиной, а вторым браком — на княжне Татьяне Борисовне Куракиной. Оставил от двух браков одиннадцать дочерей и семерых сыновей, один из которых, Александр, как и отец, стал генерал-фельдмаршалом России.

Ян Сапега по своему происхождению принадлежал к одной из знатнейших польско-литовских фамилий. К концу XVII в. эта семья стала самой влиятельной в Великом княжестве Литовском. Сапегп самовластно хозяйничали в Литве, распоряжаясь по своему усмотрению на сеймиках и трибуналах, преследуя и устраняя неугодных им лиц. Ян-Казимеж, имея должность бобруйского старосты, изменил польскому королю Августу II и перешел на сторону его соперника Станислава Лещинского, который возвел Сапегу в литовские гетманы. В Северной войне принимал участие на стороне шведского короля Карла XII.

13 мая 1709 г. Сапега потерпел поражение при Ледухове от русских войск под командованием фельдмаршал-лейтенанта Гольца, потеряв более 2 тысяч человек. После Полтавской битвы перешел на сторону Петра I и получил амнистию от Августа II. Узнав о намерении Карла XII с помощью турок продолжить войну с Россией, снова пытался поднять восстание против польского короля, окончившееся неудачей.

В 1720 г. Ян Сапега начал переговоры со светлейшим князем Меншиковым с предложением о женитьбе своего сына Петра на дочери всесильного русского вельможи, обещая взамен поддержать его кандидатуру в Курляндские герцоги. Отправив сына в Санкт-Петербург еще в 1721 г., он сам приехал в Россию уже после смерти Петра I. Прибыв в российскую столицу, Ян Сапега 10 марта 1726 г. получил из рук императрицы Екатерины I фельдмаршальский жезл, а его сын был пожалован в действительные камергеры. 12 марта состоялось обручение Петра Сапеги с Марией Меншиковой, а 22 марта отец жениха был награжден орденом св. Андрея Первозванного и получил в подарок богатые поместья. Некоторые исследователи объясняют благосклонное отношение императрицы к Сапеге тем, что он помог найти родственников Екатерины Скавронских, якобы живших в одном из его поместий.

После падения Меншикова Сапега примкнул к партии его врагов князей Долгоруковых и в ноябре 1727 г. благодаря их протекции стал генерал-губернатором Санкт-Петербурга, но вскоре возвратился в свои польские владения, где скончался в феврале 1730 г.

Имея чин русского генерал-фельдмаршал а, Ян-Казимеж Сапега ничем себя на военном поприще не про явил и удостоился этого звания лишь благодаря своим придворным связям и покровительству Меншикова.

Представители древнего шотландского рода, к которому принадлежал Брюс, еще в начале XIV в. были королями Шотландии. Яков Брюс родился в Москве, поскольку его отец покинул родину во времена Кромвеля и перешел на русскую службу. Яков по лучил по тому времени хорошее образование, особенно по математике и естественным наукам. Военную службу начал тринадцати лет, вступив в ряды царских «потешных» войск. В 1687 и 1689 гг. уже в чине прапорщика участвовал в двух неудачных походах князя В. В. Голицына на Крым.

В 1695–1696 гг. в чине капитана вел инженерные работы в Азовских походах. За храбрость при взятии Азова был произведен 19 июля 1696 г. в полковники. В том же году составил карту земель от Москвы до Малой Азии.

В 1697 г., вслед за Великим посольством, Брюс прибыл в Амстердам и, благодаря общему с царем интересу к наукам и своим обширным знаниям, стал постоянным спутником Петра I, с которым посетил Лондон, войдя тем самым в ближайшее окружение государя.

В 1699 г. по поручению царя Яков Брюс приступил к составлению воинских уставов, но вскоре, получив чин генерал-майора, был отозван к армии в связи с начавшейся войной со Швецией. После поражения русских войск под Нарвой 19 ноября 1700 г. и пленения большей части высшего военного командования принял на себя должность начальника артиллерии действующей армии, исполняя одновременно обязанности новгородского губернатора. В 1702 г. поддержал артиллерией войска фельдмаршала Б. П. Шереметева, взявшие штурмом крепость Нотебург, в мае 1703 г. командовал артиллерией при взятии Ниеншапца, а в следующем году принял непосредственное участие в осаде и штурме Нарвы и Иван-города. В 1705 г. был с русскими войсками в Польше, а 8 июля 1706 г. награжден чином генерал-поручика. За совместные действия с А. Д. Меншиковым в сражении у Калиша получил золотую с бриллиантами медаль с портретом царя, что являлось символом личного расположения монарха.

28 сентября 1708 г. Брюс командовал левым крылом русской армии, разбившей 15-тысячный шведский корпус фельдмаршала Левенгаупта при Лесной. Бой длился более десяти часов, и в нем шведы потеряли 8 тысяч человек убитыми и ранеными и весь обоз с припасами для армии Карла XII.

27 июня 1709 г. произошло сражение шведской армии Карла XII с войсками Петра I под Полтавой. В начале сражения шведы прорвались между редутами, но затем, из-за значительного превосходства русских в артиллерии, были смяты и потерпели полное поражение. Полтавская битва — классический пример активной обороны, излюбленного способа действий Петра. Половина шведской армии была перебита либо взята в плен. Другая половина, настигнутая драгунами Меншикова, сложила оружие на следующий день у Переволочны. Яков Брюс по окончании Полтавского сражения из рук самого Петра получил орден св. Андрея Первозванного.

В мае 1710 г. Брюс командовал артиллерией в армии фельдмаршала Шереметева и участвовал в осаде и штурме Риги, а затем Динамюнде, Пернова, Ревеля, Кегсгольма. В следующем году он стал участником Прутского похода, в котором русская армия оказалась на краю гибели. Армия Петра была окружена у реки Прут в несколько раз превосходящими силами турок. Все их атаки были отбиты, но положение оторванной от баз и окруженной армии было исключительно тяжелым. 12 июля 1711 г. Петром I был подписан невыгодный для России Прутский мирный договор, согласно которому Россия обязывалась уничтожить ряд крепостей на юге и возвращала Турции Азов. Яков Брюс, непосредственно участвовавший в отражении многократно превосходящих сил противника в качестве начальника артиллерии, на обратном пути из Прутского похода 3 августа 1711 г. царским указом был утвержден в звании генерал-фельдцейхмейстера (командующего артиллерией) русской армии. В Померанском походе 1712 г. командовал соединенной русской, датской и саксонской артиллерией.

Спустя пять лет, 15 декабря 1717 г., будучи уже в звании сенатора, Брюс был назначен президентом Берги Мануфактур-коллегий, а в марте 1718 г. выезжал вместе с А. И. Остерманом на мирные переговоры со Швецией, проходившие на Аландских островах. На Аландском, а позднее Ништадтском мирных конгрессах Брюс проявил настойчивость и дипломатические способности, которые и привели к заключению 30 августа 1721 г. Ништадтского мира, завершившего многолетнюю Северную войну. За Россией осталась Лифляндия, Эстляндия, Ингерманландия, часть Карелии с Выборгом, Рига, Ревель, Дерпт, Нарва и еще несколько городов. Петр I писал своим министрам: «Трактат, вами заключенный, столь искусно составлен, что и Мне самому не можно бы лучше оного написать… Славное сие в свете дело ваше останется навсегда незабвенным; никогда паша Россия такого полезного мира не получала!» За подписание Ништадтского мира Яков Вилимович Брюс возведен Петром I в графское достоинство Российского государства.

В последние годы царствования Петра I, сложив с себя звание президента Мануфактур-коллегии, Брюс стал все свое время уделять делам Берг-коллегии и артиллерии. Одно время занимался Монетным и Денежным дворами, приняв также по велению Петра под свое руководство «все крепости и обретающихся в них служителей и имущества».

С восшествием на императорский престол Екатерины I в 1725 г. в числе высших сановников государства Брюс был награжден орденом св. Александра Невского, но уже в следующем году не был включен в число членов образованного Верховного тайного совета. В поданной императрице «Записке о состоянии России» генерал-прокурор П. И. Ягужинский указал в статье о генерал-фельдцейхмейстере, что «немалый апартамент в государстве артиллерия, и генерал-фельдцейхмейстер уже весьма ослабел». Самолюбивый Брюс немедленно подал в отставку и 4 июня 1726 г. был уволен со службы с производством при отставке в чин генерал-фельдмаршала. Через несколько дней уехал из Санкт-Петербурга и поселился в одном из своих поместий — деревне Глинки Богородского уезда, в 42 верстах от Москвы, где и был впоследствии похоронен.

Граф Брюс был одним из самых образованных людей своего времени не только в России, но и в Европе. Астроном и математик, ботаник и инженер, он занимался также редактированием географических карт и глобусов, переводил на русский язык иностранные научные труды, внес большой вклад в развитие отечественной артиллерии и артиллерийской науки. Яков Брюс заслуженно считается одним из самых талантливых сподвижников Петра I.

Василий Долгоруков, сын боярина Владимира Дмитриевича Долгорукова, начал свою службу стольником в 1685 г. при царях Иоанне и Петре Алексеевичах. В 1700 г. вступил в Преображенский полк. Участвовал в Северной войне, был ранен во время штурма Митавского замка. В 1706 г. находился при украинском гетмане Мазепе. На следующий год командовал войсками в дивизии князя Репнина. В чине майора гвардии был послан царем на Дон для подавления восстания казаков под предводительством атамана Булавина. За успешное выполнение этого поручения произведен в подполковники лейб-гвардии Семеновского полка. В день сражения под Полтавой командовал резервной кавалерией и за отличие был награжден чином генерал-поручика.

Во время Прутского похода в 1711 г. Долгоруков находился при Петре I и вместе с фельдмаршалом Шереметевым решительно высказался против предложения о капитуляции, настаивая на «смертном, но честном бое». По возвращении из похода получил орден св. Андрея Первозванного. По собственному желанию был послан в армию князя Меншикова, действовавшую против шведов в Германии, и в 1713 г. отличился при штурме Штеттина.

В 1715 г. Петр I назначил его председателем комиссии по расследованию злоупотреблений, хищений и подлогов в провиантском ведомстве. Замешанный в махинациях А. Д. Меншиков пытался помешать работе комиссии, но Долгоруков лично докладывал царю ход дел. Лишь заступничество Петра спасло светлейшего князя от наказания. На исходе того же года Долгоруков был послан наместником в Польшу «для лучшего управления дел». В 1716–1717 гг. сопровождал царя в его заграничных путешествиях, побывав с ним в Голландии и Франции.

Несмотря на расположение Петра I, Василий Владимирович отрицательно относился ко многим его реформам и примкнул к сторонникам и советникам царевича Алексея. Когда в 1718 г. началось следствие по делу царевича, Долгоруков также был арестован, а затем лишен чинов, орденов и имущества и сослан в Соликамск. Не помогло ему и заступничество родственника — сенатора Якова Федоровича Долгорукова и самой царицы Екатерины Алексеевны. Ссылка продолжалась около семи лет, и только незадолго до своей смерти Петр возвратил князю свободу и разрешил вернуться на службу с чином бригадира. Это была та же ссылка, но уже более почетная, поскольку его отправили в Персию под начальство генерала Матюшкина.

Взойдя на престол, императрица Екатерина I вспомнила о Василии Владимировиче и вернула ему генеральский чин и ордена. В 1726 г. Меншиков, желая удалить князя от двора, добился назначения его главнокомандующим русской армией на границе с Персией. Под его командой русская армия заняла ряд территорий по берегу Каспийского моря, которые были присоединены к России: три провинции с городами Баку, Дербент, Астрабад и Решт. Оккупационные войска составили Низовой корпус.

При императоре Петре II усилилась борьба придворных группировок за власть. Светлейший князь Меншиков эту борьбу проиграл и был сослан с семьей в Березов, а его место заняли Долгоруковы, ставшие первыми вельможами в государстве. Незадолго до этих событий Василий Владимирович был вызван в Москву родственниками, желавшими иметь на своей стороне влиятельного и авторитетного в армии человека. 25 февраля 1728 г., в день коронации императора Петра II, князь был пожалован в генерал-фельдмаршалы, подполковники лейб-гвардии Преображенского полка и назначен членом Верховного тайного совета. 30 ноября следующего года находился в Москве и присутствовал при обручении своей племянницы княжны Екатерины Алексеевны Долгоруковой с императором. Неожиданная смерть Петра II прервала дальнейшее возвышение этого рода, и хотя Долгоруковы предприняли попытку возвести на престол царскую невесту, намерение это не было осуществлено, тем более что и сам фельдмаршал и некоторые другие родственники воспротивились этому предприятию. Так же решительно Василий Владимирович выступил на заседании Верховного тайного совета против ограничения самодержавной власти. Предложенные князем Д. М. Голицыным и другими «верховниками», среди которых были и родственники фельдмаршала, «кондиции» были им отвергнуты, благодаря чему он, единственный из фамилии Долгоруковых, с воцарением Анны Иоанновны сохранил свое положение.

В декабре 1731 г. по доносу принца Гессен-Гомбургского Долгоруков был лишен чинов, титула, орде нов и сослан в Иван-город, где прожил восемь лет. Когда в 1739 г. возникло дело о подложном завещании Петра II, которое составили Долгоруковы, многие из них были казнены и сосланы. Не избежал этой участи и престарелый фельдмаршал, заключенный в Соловецкий монастырь, хотя вся его вина состояла в том, что, зная о замыслах своих родственников, он не донес на них. В 1741 г. Елизавета Петровна, вступившая на престол, вернула Долгорукову княжеский титул, чины и знаки отличия и назначила президентом Военной коллегии.

Князь скончался 11 февраля 1746 г., на 79-м году жизни. Вряд ли Долгорукова можно назвать полководцем и военачальником, скорее он был только исполнителем воли Петра I и приказов высших начальников, хотя пользовался в армии заслуженным авторитетом.

Князья Трубецкие относятся к династии Гедиминовичей, потомкам великих князей литовских. Представители этого рода перешли на службу к московским великим князьям в начале XV в. К концу XVII в. России служило уже девятое поколение этого рода, представители которого занимали высшие посты и государстве: назначались воеводами, начальниками приказов, в посольства к иностранным государям.

Иван Трубецкой родился в семье боярина Юрия Петровича Трубецкого и княжны Ирины Васильевны Голицыной, сестры фаворита царевны Софьи. Благодаря высокому положению родни Иван уже в семнадцать лет стал стольником, одним из первых вступил в Преображенский полк и к 1693 г. был уже капитаном, а через год — подполковником. Кроме того, еще со всем молодым человеком Трубецкой стал боярином, соединив старые чины Московского государства и новые чины и звания петровского времени. Именно Ивану Юрьевичу была поручена охрана заточенной в Новодевичьем монастыре царевны Софьи, охраняя которую князь чудом пережил нападение стрельцов на монастырь. Дав Трубецкому чин генерал-майора, царь назначил его в 1698 г. новгородским наместником.

В Северной войне, начавшейся неудачным для русской армии сражением под Нарвой, князь командовал дивизией и попал в плен, в котором пробыл восемнадцать лет. Карл XII разрешил жене Трубецкого Ирине Григорьевне Нарышкиной приехать к супругу и жить вместе с ним в Швеции. Позднее Иван Юрьевич даже был принят при шведском дворе. В 1718 г. его и генерала Артамона Головина царь обменял на пленного шведского фельдмаршала Карла-Густава Реншильда.

Возвратившись в Россию, князь удостоился звания генерал-лейтенанта в первый день 1719 г., а спустя три месяца был назначен командующим всеми кавалерийскими полками на Украине. 28 января 1722 г., когда праздновалось заключение Ништадтского мира со Швецией, князь получил чин генерал-аншефа и стал членом Военной коллегии. В феврале он был назначен киевским генерал-губернатором и в этой должности находился до декабря следующего года. С восшествием на престол Петра II Трубецкой вернулся на службу и 25 февраля 1728 г. удостоился чина генерал-фельдмаршала, не имея особых военных заслуг.

При вступлении на престол Анны Иоанновны Трубецкой выступил как ярый противник «верховников», пытавшихся ограничить самодержавную власть. Здесь немалую роль сыграли родственные связи. Племянница Ивана Юрьевича, Прасковья Юрьевна, вышедшая замуж за графа Салтыкова, состоявшего в близком родстве с Анной Иоанновной, мать которой происходила из этой семьи, была сторонницей императрицы и сумела убедить выступить против «верховников» и своего дядю. За эти заслуги князь был пожалован в сенаторы и награжден 26 апреля 1730 г. орденами св. Андрея Первозванного и св. Александра Невского. Будучи уже в преклонном возрасте, Трубецкой лишь изредка появлялся на заседаниях Военной коллегии, членом которой он состоял. Однако 23 мая 1739 г. именным указом Анны Иоанновны в Москве вновь утверждалась должность генерал-губернатора, на которую был назначен Иван Юрьевич. На этой должности он находился всего семь месяцев и по собственному прошению 23 декабря этого же года был уволен от военной и гражданской службы.

С восшествием на престол Елизаветы Петровны князь Трубецкой одним из первых принес ей присягу и поддержал новую императрицу. Возвратившись в Санкт-Петербург, указом императрицы он вновь был назначен сенатором, но в заседаниях Сената почти не участвовал. Скончался И. Ю. Трубецкой 16 января 1750 г. и похоронен в Александро-Невском монастыре, в церкви св. Лазаря. Он был последним боярином, пережившим почти на полвека замену Боярской думы Сенатом.

Будущий русский генерал-фельдмаршал и государственный деятель родился в графстве Ольденбург. Предки его происходили из простых крестьян, а отец Антон-Гюнтер, дослужившись до чина полковника, получил в 1658 г. дворянство от короля Дании. Воспитанием сына отец занимался лично: он обучал его математике, фортификации и иностранным языкам, готовя Бурхарду-Христофору карьеру инженера. Когда ему исполнилось шестнадцать лет, он вступил в инженерную службу во Франции, но ввиду готовившейся войны между Францией и Германией перешел в Гессен-Дармштадтский корпус, в котором на восемнадцатом году жизни получил чин капитана. Во время войны за «испанское наследство» между Францией и Испанией служил в чине майора Гессен-Кассельского корпуса. Сражался под начальством принца Евгения Савойского и герцога Мальборо в Италии и Нидерландах, где за проявленную храбрость в 1709 г. был произведен в подполковники. Сражаясь во Фландрии, был серьезно ранен при Денене в 1712 г. и попал в плен к французам, где находился до конца войны.

В 1716 г. Миних перешел на службу к польскому королю Августу II, который произвел его в генерал-майоры и назначил инспектором польских войск. Через русского посланника в Польше, князя Долгорукова, послал Петру I свои сочинения по фортификации, и царь пригласил его в Россию. Прибыв в феврале 1721 г. на русскую службу, обещанного чина генерал-поручи-ка Миних добился только спустя год. Петр I поручил ему строительство Ладожского канала, за которое он взялся с энтузиазмом и усердием. «Я надеюсь некогда ехать вместе с ним водою из Петербурга в Москву и выйти на берег в Головинском саду», — говорил Петр. В конце жизни императора и после его кончины Миних возглавлял строительство шлюзов на реке Тоене, Обводном и Ладожском каналах.

По договору Миних обязывался служить в России 5–6 лет, но при Екатерине I продлил контракт еще на 10 лет. Императрица пожаловала ему чин генерал-аншефа и наградила орденом св. Александра Невского. Петр II, возведя Миниха в графское достоинство Российской империи и пожаловав ему имения в Лифляндии, назначил генерал-губернатором Санкт-Петербурга, Ингерманландии, Карелии и Финляндии, поручив ему одновременно надзор за всеми фортификационными работами в России.

С восшествием на престол Анны Иоанновны в 1730 г. Миниха ждала головокружительная карьера. Он был назначен генерал-фельдцейхмейстером и президентом Военной коллегии, а в следующем году был награжден орденом св. Андрея Первозванного и стал членом Кабинета, заменившего Верховный тайный совет, в котором возглавил особую комиссию по упорядочению состояния войск. Па этом посту принял меры к перевооружению и обмундированию армии, сформировал два новых гвардейских полка — Измайловский и Конной гвардии, три кирасирских полка тяжелой кавалерии, отделил инженерную часть от артиллерии. В 1731 г. учредил Сухопутный шляхетский кадетский корпус для подготовки детей дворян к военной службе. При Минихе всеобщая и пожизненная служба дворян была ограничена 25 годами, одному из представителей рода разрешено было вовсе отказаться от службы и заниматься своими имениями. Им был утвержден новый устав для гвардии, полевых, гарнизонных полков, полков украинской ландмилиции. Миних впервые уравнял жалованье русских офицеров с иностранными наемниками, находившимися на службе России и имевшими до этого значительные преимущества.

Однако военные реформы Миниха имели и свои отрицательные стороны. Был пересмотрен штат полевой действующей армии, что отрицательно сказалось на боеспособности войск; ликвидировано четыре армейских полка, все гренадерские полки и роты. Увеличение вдвое полевой и полковой артиллерии привело к снижению подвижности и маневренности армии. Большие средства выделялись на строительство крепостей и укрепленных линий; это увеличивало военные расходы, но было малоэффективно.

25 февраля 1732 г. Бурхард-Христофор Миних был удостоен чина генерал-фельдмаршала, никогда до этого не командуя армией на полях сражений.

В 1733 г. началась война за «польское наследство» между Августом III, сыном скончавшегося польского короля Августа II, и Станиславом Лещинским, которого поддерживала Франция. На стороне Августа III выступали Россия и Австрия. Военными операциями у Варшавы и Кракова руководил генерал Ласси, который добился изгнания Станислава Лещинского и избрания королем Августа III. Действия Ласси, осаждавшего Данциг, казались в Петербурге слишком медлительными, и на его место был назначен Миних, который прибыл к армии 5 марта 1734 г. Первый штурм предместий Данцига, предпринятый после доставки из Риги осадных орудий в ночь с 24 на 25 апреля, завершился взятием Зоммершанца. Проведенный же через пять дней штурм укреплений Гагельсберга закончился неудачей и потерей почти четверти русского корпуса. В середине мая в устье Вислы у Вейхсельмюнде высадился французский десант, но артиллерия прибывшего русского флота начала обстрел французов, которые 11 июня капитулировали. Через три дня сдался и форт Вейхсельмюнде. 26 июня магистрат Данцига объявил о капитуляции. Польша признала королем Августа III, но русские войска еще год вынуждены были оставаться на ее территории, подавляя враждебные власти выступления. Из рук короля фельдмаршал получил шпагу и драгоценную трость.

В следующем году началась русско-турецкая война, причиной которой стало желание России отменить пункты унизительного Прутского договора и обуздать действия крымских татар, опустошавших южные рубежи страны. На первом этапе Россия фактически воевала лишь с Крымским ханством. Осенью 1735 г. туда двинулся 40-тысячный корпус генерала Леонтьева, но из-за тяжелых погодных условий вынужден был вернуться.

План российского командования на 1736 г. предусматривал одновременное проведение двух крупных самостоятельных операций против Азова и Крыма. Миних до прибытия к Азову корпуса Ласси находился там, руководя осадой крепости, а в начале мая с 60-тысячной армией двинулся вниз по Днепру к Перекопу, к которому подошел 17-го числа. Несмотря на то что армию сопровождал огромный обоз, состоявший из 40 тысяч телег, что делало русскую армию малоподвижной, ей удалось взять штурмом крепость Ор-Капу, охранявшую дорогу в Крым, и 19 мая начать штурм Перекопа. Русские войска, преодолев ров и поднявшись на вал, сумели поднять туда и пушки, что решило исход сражения. Крепость перешла в руки атакующих. Основная армия Миниха, продолжая наступление, 5 июня заняла Евпаторию, где захватила большие запасы, что позволило ей продвинуться в глубь страны и 16 июня овладеть столицей ханства — Бахчисараем. Однако потеря почти половины армии, в основном из-за болезней и тяжелых условий, вынудила фельдмаршала оставить Крым.

В следующем году Миних планировал нанести главный удар на Очаков. Для этого была сформирована 70-тысячная армия при 62 орудиях. В Крыму же должна была действовать 40-тысячная армия фельдмаршала Ласси. 18 июня армия Миниха переправилась через Южный Буг и двинулась к Очакову. Осадные орудия и инженерные средства плыли на судах по Днепру. К 30 июня армия подошла к Очакову. 2 июля фельдмаршал отдал приказ о штурме крепости, но из-за отсутствия подручных штурмовых средств он захлебнулся. Турки сделали вылазку, что едва не закончилось полным разгромом всей русской армии. Только благодаря точному и интенсивному огню артиллерии удалось спасти положение. В крепости вспыхнули пожары и начали рваться пороховые склады; турки стали покидать город. Увидев, что южные ворота открыты и плохо защищены, гусары и казаки через них ворвались в город. Очаковский сераскир вынужден был капитулировать. Турецкий гарнизон потерял около 16 тысяч человек убитыми, 4 тысячи сдалось в плен. Русские захватили 93 орудия, большое количество провианта и 18 галер. В октябре оставленный в крепости гарнизон сумел отразить штурм 50-тысячного турецкого войска, прибывшего из Бендер. Одновременно с действиями Миниха под Очаковом Ласси со своей армией совершил поход в Крым. Но из-за трудностей со снабжением и недостатка сил Миниху и Ласси пришлось вернуть войска на Украину.

В кампании 1738 г. главной целью стала турецкая крепость Бендеры, овладев которой русские войска могли полностью вытеснить турок за Днестр. Преодолев 300 километров сплошных степей, 26 июля русская армия вышла к Днестру, севернее Бендер, но не смогла переправиться, отражаемая турецко-татарскими отрядами бендерского сераскира Вели-паши. Из-за эпидемии, начавшейся в Бессарабии, нехватки продовольствия, жары и болезней Миних вынужден был отвести войска к русской границе. Фельдмаршал писал: «Здешние места для воинской операции такой большой армии очень трудны… воды не довольно… нет ни кормов в достаточном количестве, ни удобных дорог, но везде пустые глухие горы и буераки…» Ласси же, удачно действовавший в Крыму, также из-за жары и бескормицы для кавалерии вернулся на Украину. Русские гарнизоны были убраны из Очакова и Кинбурна, а сами крепости взорваны. Кампания 1738 г. завершилась с отрицательным для России результатом. Ее войска не только не выполнили поставленных задач, но и покинули Очаков и Кинбурн, перечеркнув тем самым свои наиболее крупные успехи. После четырех лет войны у России оставался лишь Азов.

Основной задачей русской армии в военных действиях 1739 г. было взятие турецкой крепости Хотин в верхнем течении Днестра. 28 мая пополненная резервами 70-тысячная армия Миниха пересекла польскую границу, двинулась к Днестру и форсировала его 19 июля. Турки сосредоточились у села Ставучаны в двух километрах южнее Хотина. 17 августа русской армии пришлось, впервые за всю войну, начать полевое генеральное сражение. Русские сумели отразить первый натиск турецкой кавалерии и сами перешли в наступление. Армия Миниха заняла лагерь Вели-паши, захватив артиллерию и обоз. Через два дня капитулировал и Хотин. Русской армии досталось большое количество артиллерии и других трофеев. Турки отступили за Дунай. В сентябре был подписан Белградский мир, по которому Россия получала только Азов, возможность строительства крепостей на Дону и Кубани и признание независимости Кабарды.

Русско-турецкая война завершилась для России тяжелыми потерями и скромными результатами, временно обеспечив мир на южных рубежах страны. Фельдмаршал Миних в день мирных торжеств был награжден чином подполковника лейб-гвардии Преображенского полка, шпагой, бриллиантовыми знаками ордена св. Андрея Первозванного и 5 тысячами рублей.

5 октября 1740 г. скончалась императрица Анна Иоанновна, завещав престол своему внуку, малолетнему Иоанну Антоновичу. Регентом был назначен герцог Бирон, однако большинство высших сановников государства, включая и родителей императора, были против регентства Бирона. Возглавил переворот фельдмаршал Миних, в ночь с 8 на 9 ноября арестовавший регента, его ближайших родственников и приверженцев, которые впоследствии были сосланы. Миних, надеявшийся получить первую роль в государстве и чин генералиссимуса, ошибся в своих расчетах. Генералиссимусом стал отец императора, принц Антон-Ульрих, а графу Мипиху «всемилостивейше пожаловали чин первого министра в наших консилиях», как гласил указ императора. Миних не мог провозгласить себя регентом и вынужден был согласиться на регентство матери императора Анны Леопольдовны, с тем чтобы в ранге первого министра управлять страной. Несмотря на второе место в управлении государством, Миних благодаря своей энергии фактически обладал большой властью. Это, естественно, не могло не вызвать зависти у остальных сановников. В январе 1741 г., воспользовавшись его болезнью, они склонили правительницу к ограничению власти фельдмаршала. Управление внешней политикой было передано Остерману, внутренними делами — князю Черкасскому и графу Головкину. 3 марта Миних подал в отставку.

В ночь с 24 на 25 ноября 1741 г. дочь Петра I цесаревна Елизавета Петровна с частью преданных ей офицеров и солдат Преображенского полка арестовала во дворце правительницу с мужем и детьми, в том числе и императора Иоанна VI. Арестованы были и сановники прежнего правления, одним из которых был Миних. Смертная казнь была заменена ему ссылкой. Лишенный чинов, орденов и имений, бывший первый министр был сослан в Пелым, где провел двадцать лет. Находясь в Сибири, деятельный вельможа прошлых царствований продолжал заниматься различными проектами относительно военного дела и обустройства государства: чертил военные планы, рисовал фортификационные сооружения, составлял трактаты. С воцарением Петра III в 1762 г. специальный сенатский курьер привез ссыльному вельможе указ императора с приглашением вернуться в Санкт-Петербург. Миних был восстановлен во всех своих правах: вновь получил графский титул, чин фельдмаршала, ордена и другие награды. 6 мая специальным указом «вместо взятого у генерал-фельдмаршала графа Миниха на Васильевском острову каменного двора, в котором теперь Морской корпус, купя из казны за 25 000 рублей у шталмейстера Нарышкина состоящий на Адмиралтейской стороне, близ Семеновского моста, Каменный двор, отдать графу Мнниху в вечное и потомственное владение».

Во время переворота 28 июня 1762 г. Миних находился при Петре III, но потом присягнул Екатерине II. Императрица была великодушна к престарелому фельдмаршалу, помня его европейскую известность и труды на благо России. Еще при Петре III Миних просил сделать его сибирским губернатором или поручить ему дирекцию над Ладожским каналом, по только Екатерина назначила его генерал-директором над Балтийским и Нарвским портами, Кронштадтским и Ладожским каналами и Волховскими порогами, поручив ему также закончить строительство гавани в Рогервикс. В последние годы жизни Миних продолжал заниматься делами: ездил в Нарву, Ревель, заложил шлюз на Ладожском канале.

Бурхард-Христофор Миних умер 16 октября 1767 г. и похоронен возле Дерита, в принадлежавшем ему имении Лунин. Он был женат дважды. Первой его женой была Христина-Лукреция Вицлебен, скончавшаяся в феврале 1727 г. и родившая тринадцать детей, из которых выросли три дочери и сын. 18 сентября 1728 г. граф Миних женился на гофмейстерине двора цесаревны Елизаветы Петровны Барбаре-Элеоноре Мальцан, в первом браке Салтыковой, разделившей потом с супругом долгие годы ссылки.

Родившийся в Ирландии Петр Ласси принадлежал к старинному дворянскому роду, представители которого переселились в Англию в XI в. вместе с Вильгельмом Завоевателем. Служил сначала на родине, затем во французской армии. В 1697 г. за участие в Савойской войне был пожалован первым офицерским чином. В следующем году перешел в австрийскую армию и принял участие в войне с Турцией.

С началом Северной войны в числе других иностранных офицеров поступил на русскую службу, участвовал в сражении под Нарвой. В следующем году в составе армии Шереметева отличился в походах на Кокенгаузен и Ригу. Фельдмаршал произвел Ласси в капитаны и назначил командиром гренадерской роты, с которой он в 1702 г. участвовал в сражении под Гуммельсгофом. В 1704 г. находился при осаде и штурме Дерпта, заслужив в следующем году чин майора. В 1706 г. именным указом Петра I Ласси был произведен в подполковники, а за участие во взятии Быхова — в полковники. Как командир Гренадерского полка участвовал в Полтавской битве, во время которой был тяжело ранен. В 1710 г. одним из первых вступил в Ригу, после чего был назначен ее комендантом.

После Прусского похода Ласси был возведен в бригадирский ранг, а в следующем году в генерал-майорском чине участвовал в составе войск князя Меншикова в походах в Померанию и Голштинию, в сражении под Фридрихштадтом, разгроме шведского генерала Штейнбока и захвате Штеттина. Вместе с армией Шереметева воевал в Польше, Померании и Мекленбурге.

На военном совете, обсуждавшем кампанию 1719 г., Ласси высказался за десант к шведским берегам, который и был ему поручен. Летом отряд Ласси высадился с галер на шведском побережье неподалеку от Стокгольма и опустошил его окрестности. Действия русских десантов у шведских берегов способствовали переговорам со шведами и скорейшему заключению мира, который вошел в историю под названием Ништадтского. В 1720 г. Петр наградил Ласси чином генерал-лейтенанта за отличие в десантных операциях у вражеских берегов.

В последние годы царствования Петра I Ласси состоял членом Военной коллегии, а при вступлении на престол Екатерины I был пожалован орденом св. Александра Невского и чином генерал-аншефа. Вскоре последовало его назначение главнокомандующим армией в Санкт-Петербурге, Ингрии, Эстляпдии, Карелии и Новгородской губернии, а также рижским генерал-губернатором. В 1727 г. Меншиков поручил Ласси вступить с войсками в Курляндию для противодействия притязаниям на герцогский престол Морица Саксонского.

С 1733 г., уже в правление Анны Иоанновны, Петр Петрович получил в самостоятельное командование крупные войсковые соединения. Этому способствовала начавшаяся война за «польское наследство» между сыном скончавшегося польского короля Августа II Августом III и Станиславом Лещинским, которого поддерживала Франция. 31 июля командующий с 20-тысячным корпусом перешел границу, овладел Литвой и Курляндией и в середине сентября подошел к Висле. Лещинский отправился в Данциг, ожидая помощи от своего зятя Людовика XV. Ласси же, переправившись через Вислу, вошел в Варшаву, а 5 октября занял Краков. В дальнейшем военные действия почти исключительно сосредоточились вокруг Данцига, где кроме поляков обороняли крепость французские и шведские наемники. В декабре русские войска в количестве 12 тысяч выступили к Данцигу и осадили его. Сил для штурма было явно недостаточно: ведь в городе находился 30-тысячный гарнизон и гораздо большее число орудий. Длительная осада была с недовольством воспринята в Петербурге, и Ласси заменили Минихом, который начал плохо подготовленные военные действия. В начале апреля Миних послал Ласси с тремя тысячами драгун против 8-тысячного польского конного отряда Тарло. Русская кавалерия выбила неприятеля из деревни Смазина и, перейдя два оврага, атаковала его основные силы. Сражение продолжалось больше часа, поляки обратились в бегство. Эта победа привлекла внимание императрицы, которая прислала Ласси благодарственный рескрипт «за показанную верность и знатную службу». Тем временем Миних, благодаря дополнительным осадным мерам и прибытию Балтийского флота, заставил Данциг капитулировать. Вся Польша признала власть Августа III.

В 1735 г. из числа русских войск в Польше был выделен особый отряд в 13,5 тысячи человек в помощь австрийскому императору Карлу VI и начальство над ним вверено Ласси, который в середине августа соединился с австрийской армией принца Евгения Савойского, а по заключении мира возвратился на зимние квартиры в Моравию, не успев принять участие в военных действиях. По свидетельству очевидцев, движение русских войск через германские земли было совершено «в примерном порядке и с соблюдением строжайшей дисциплины». Карл VI пожаловал Ласси свой портрет, осыпанный бриллиантами, а императрица Анна Иоанновна произвела его в феврале 1736 г. в генерал-фельдмаршалы, разрешив ему производить достойных людей в офицерские чины вплоть до полковника.

В 1735 г. началась русско-турецкая война. Вернувшись в Россию, фельдмаршал направился на театр военных действий под Азов. 25-тысячная русская армия в марте 1736 г. осадила крепость. Осада затянулась, и штурм начался лишь 17 июня. Русские преодолели ров и закрепились в палисадах у самых крепостных стен. До генерального штурма дело не дошло, поскольку турки на следующий день капитулировали. В плен сдалось 4 тысячи человек. 5 марта 1737 г. императрица наградила Ласси за «верныя и радетельный службы» орденом св. Андрея Первозванного. В это же время армия Миниха взяла Перекоп и овладела столицей Крымского ханства Бахчисараем.

В кампании 1737 г., пока фельдмаршал Миних штурмовал Очаков, армия Ласси выступила из Азова на Крым. Хан с 45-тысячным войском поджидал ее у Перекопа. Русская армия обошла перекопские укрепления, форсировала Сиваш и двинулась на Крым по Арабатской стрелке. Выйдя в тыл ханских войск, Ласси атаковал их у реки Салгир и нанес им полное поражение. Через два дня крымцы были разбиты под городом Карасу-Базар. Опасаясь удара в тыл, хан Фетхи-Гирей покинул перекопские укрепления и отступил в горы. Ласси овладел всем полуостровом, тем не менее из-за недостатка продовольствия вынужден был отвести войска в Северную Таврию.

Кампания следующего года началась для России неудачно: Миниху не удалось овладеть Бендерами; более того, русские гарнизоны были выведены из Очакова и Кинбурна, а сами крепости взорваны. Ласси же опять овладел Крымом, но удержать завоеванную страну не смог и осенью отступил на зимние квартиры, получив разрешение больше таких утомительных походов не производить, а ограничиться охраной южных границ от татар. К лету 1739 г. Ласси снова возглавил регулярную армию, усиленную казаками и калмыками. Но новый поход на Крым не состоялся. Воюющие стороны заключили Белградский мир. В феврале 1740 г. Ласси назначили лифляндским и рижским генерал-губернатором, а в ноябре за ним был утвержден титул графа Священной Римской империи, пожалованный ему императором Карлом VI.

После заключения мира между Россией и Турцией армия фельдмаршала Ласси была направлена на север, ближе к Санкт-Петербургу, поскольку Швеция, надеясь вернуть земли, утерянные еще по Ништадтскому миру, готовилась к войне. В июле 1741 г. Швеция объявила России войну, но сама явно не была к ней готова, поскольку ее армия на этом направлении насчитывала всего 15 тысяч человек, а план военных действий так и не был разработан. У России же обученная и закаленная в незадолго до этого завершившейся русско-турецкой войне армия была готова отразить нападение. Петр Ласси стал главнокомандующим русской армией в войне против Швеции, а с августа — членом Военной коллегии. Ласси прибыл к армии 20 августа, а спустя месяц после начала войны произошло первое крупное сражение между 10-тысячным корпусом русских и 6-тысячным корпусом генерала Врангеля возле крепости Вильманстранд. Шведы занимали позицию под прикрытием крепостных пушек и отбили первую атаку русской пехоты, но кавалерия, обойдя шведов с фланга, заставила их отступить в крепость. Штурм ее завершился полным разгромом шведского гарнизона, потерявшего до 4 тысяч солдат убитыми и ранеными, 1,5 тысячи было взято в плен.

Из-за недостатка в продовольствии, фураже и тяжелой артиллерии военные действия были перенесены на следующий год. В этот период императрицей стала дочь Петра I Елизавета, которой фельдмаршал принес присягу. На совете при новой императрице им был предложен план военной кампании 1742 г. Летом русские войска перешли в наступление на юге Финляндии и без особых потерь овладели Нейшлотом, Борго, Фридрихсгамом, где захватили 130 орудий, и Тавастгузом.

В августе русская армия отрезала пути к отступлению шведскому корпусу генерала Бус кета. Окружив его в Гельсингфорсе и блокировав город с моря Балтийским флотом, Ласси вынудил 17 тысяч шведов капитулировать. Главнокомандующий докладывал императрице: «И тако… сие Великое княжество в Высочайшее Вашего Величества подданство с великим мироломному неприятелю перед всем умным светом вечным стыдом и зело чувствительным убытком, напротиву же того, — с нашей стороны без всякого в людях урону и кровопролития, покорно и овладено». Полное поражение шведской армии привело к началу мирных переговоров в Або. Пока они шли, военные действия продолжались на море. В июне 1743 г. из Кронштадта на галерах вышел отряд Ласси для высадки на шведском берегу десанта, которым фельдмаршал собирался повторить операцию Северной войны, но известие о заключении мира оставило операцию незавершенной.

После окончания войны Петр Петрович Ласси вернулся к исполнению обязанностей лифляндского генерал-губернатора. Скончался в Риге 19 апреля 1751 г. По собственным его словам, он «находился везде на воинских потребах, именно: в 31 кампании, на генеральных 3 баталиях, в 15 акциях и 18 осадах и при взятии крепостей, где не мало и ранен». Настоящий послужной список истинного профессионального военного. Отдаляясь от борьбы политических партий, Ласси сосредоточивал все свое внимание на хорошей организации вверенных ему войск и, как член Военной коллегии, провел много полезных преобразований в устройстве и обучении русской армии.

Гессен-Гомбургская линия владетельного немецкого дома принадлежит к древнему брабантскому роду, известному с XI в. Основателем ее стал сын герцога Гессен-Дармштадтского Георга I принц Фридрих. Его потомок, принц Людвиг-Вильгельм, получив у себя на родине самое поверхностное воспитание и образование, приехал в 1723 г. в Россию, и Петр I пожаловал его чином полковника армии. Русский император предполагал выдать замуж за принца свою дочь Елизавету, но этот брак из-за смерти Петра расстроился. Выставление принцем своей кандидатуры на престол герцогства Курляндского встретило сначала противодействие Меншикова, а впоследствии Бирона и не имело успеха. Однако, оставаясь в России, он сохранил свое высокое положение при дворе. Произведенный в 1728 г. в генерал-майоры, а в 1730 г. — в гене-рал-поручики с назначением членом Военной коллегии, принц благодаря Бирону и собственным интригам спустя два года получил должность главнокомандующего русскими войсками в Персии. Проявив на этом посту явную неспособность к руководству войсками, был отозван в Петербург, получив тем не менее чин майора гвардии и ордена св. Александра Невского и св. Андрея Первозванного.

28 марта 1735 г. Людвиг-Вильгельм был назначен генерал-фельдцейхмейстером, но до февраля 1738 г. находился в действующей армии фельдмаршала Миниха, который вел войну с Турцией, поэтому влиять на управление делами артиллерии непосредственно не мог. Участвовал в штурме Перекопа и занятии Бахчисарая, хотя высказывался против вступления русских войск на территорию Крымского ханства и предлагал действовать отдельными отрядами, держа главные силы у Перекопа. Постоянно посылал в Петербург доносы на главнокомандующего Миниха, которые, впрочем, остались без внимания. В следующем году присутствовал при взятии крепости Очаков, но лично в сражении не участвовал. По возвращении с театра военных действий принц, лишенный административных способностей, не мог содействовать развитию и улучшению артиллерийского дела в России. В 1738 г. он занял должность директора Военной коллегии, но всю свою энергию и изобретательность тратил на новые интриги против фельдмаршала Миниха, место которого надеялся занять.

В шведской войне 1711 1713 гг., начавшейся в царствование Иоанна VI и закончившейся уже при Елизавете, Людвиг Вильгельм командовал корпусом, расположенным у Красной Горки, с целью прикрытия Санкт-Петербурга, но активного участия в военных действиях не принял. Во время переворота выступил на стороне Елизаветы, держа под своим контролем военные силы в столице. Как активный участник событий, был награжден чином капитан-поручика гренадерской роты Преображенского полка, переименованного в лейб-кампанию, капитаном которой была сама императрица, а в день коронации Елизаветы Петровны, 25 апреля 1742 г., пожалован чином генерал-фельдмаршала, подполковника лейб-гвардии Измайловского полка и назначен директором Сухопутного шляхетского кадетского корпуса.

После того как был сослан герцог Бирон, снова встал вопрос о занятии курляндского престола, и если еще за год до воцарения Елизаветы кандидатом на него был принц Брауншвейгский, то теперь императрица поручила послу Кейзерлингу выдвинуть перед польско-саксонским двором кандидатуру принца Гессен-Гомбургского, которая королем Августом III была отвергнута. Постепенно принц терял свое значение при дворе и, хотя по окончании войны со Швецией получил деревни в Лифляпдии, уже не пользовался благосклонностью императрицы. Он решил покинуть Россию и вернуться на родину, в Гамбург, но по дороге скончался в Берлине.

С 3 февраля 1738 г. Людвиг-Вильгельм был женат на дочери фельдмаршала Трубецкого княжне Анастасии Ивановне, пользовавшейся расположением Елизаветы, которая пожаловала ее в статс-дамы и наградила орденом св. Екатерины.

Род Апраксиных, известный в России с XIV в., происходит от татарского мурзы Солохомира, выехавшего из Орды в Рязань в 1371 г. и принявшего христианство. Степан Федорович, сын стольника царя Алексея Михайловича, Федора Карповича Апраксина, потеряв в раннем детстве отца, воспитывался в доме своего родственника графа Петра Матвеевича Апраксина, которому приходился правнучатым племянником. Его мать, Елена Леонтьевна (урожденная Кокошкина), вторым браком вышла замуж за графа Андрея Ивановича Ушакова — начальника Тайной канцелярии, имевшего большое влияние при дворе в период царствования императрицы Анны Иоанновны. Еще в раннем детстве Степан был записан рядовым в лейб-гвардии Преображенский полк, в 1727 г. был уже капитаном лейб-гвардии Семеновского полка. В дальнейшем легко и быстро сделать карьеру ему помогло покровительство отчима. В 32 года он имел чин секунд-майора гвардии, очень высокий в то время.

Во время русско-турецкой войны 1735 1739 гг. фельдмаршал Миних, чтобы угодить всесильному начальнику Тайной канцелярии, назначил его пасынка дежурным генералом своей армии и в течение четырех лет держал при себе, аттестуя его в письмах к императрице всегда только с положительной стороны. За отличие при штурме Очакова в июле 1737 г. Апраксин был произведен в премьер-майоры, а к концу войны достиг генерал-майорского чина. Участвовал во взятии Хотина и с известием об этом был послан в Санкт-Петербург курьером. По итогам войны награжден орденом св. Александра Невского. С окончанием турецкой войны получил под свое начало войска, расположенные у персидской границы и по побережью Каспийского моря, затем был направлен чрезвычайным послом в Персию.

После падения Бирона правительница Анна Леопольдовна, желавшая оказать милость Ушакову, подарила Степану Федоровичу великолепные поместья. В начале царствования Елизаветы Петровны Апраксии уже генерал-поручик и подполковник лейб-гвардии Семеновского полка, вице-президент Военной коллегии; в 1746 г. произведен в генерал-аншефы, в 1751 г. награжден орденом св. Андрея Первозванного.

5 сентября 1756 г., перед самым началом Семилетней войны 1756–1763 гг., императрица Елизавета произвела Апраксина в генерал-фельдмаршалы, а 26 октября назначила главнокомандующим русской армией, предназначенной для действий против Пруссии. Интересы России не требовали участия в войне с Пруссией; это решение было вызвано политическим перевесом при дворе австро-французской партии. Выбор Апраксина в командующие армией с военной точки зрения нельзя назвать удачным. Участвуя ранее в военных действиях на малоответственных должностях, не имея военно-административного опыта и способностей, сделав карьеру главным образом благодаря дружеским связям с канцлером графом Бестужевым, фаворитами императрицы Алексеем Разумовским и братьями Шуваловыми, без привычки к трудностям походной жизни, он не был подходящим лицом для трудной борьбы с Фридрихом II. Перед Апраксиным, не отличавшимся решительностью и независимостью действий, стояла трудная задача сосредоточения и организации действующей армии. Кроме того, все решения главнокомандующего требовали одобрения заседавшей в Санкт-Петербурге Военной конференции при высочайшем дворе, куда входили лица, мало что понимавшие в военном деле.

Сбор русских полков в Литве занял всю зиму и весну. В войсках был большой некомплект. Только в Бутырском полку не хватало трех штаб-офицеров, 38 обер-офицеров и 557 нижних чинов. Административная и хозяйственная часть не были устроены. Только к июню 1757 г. армия сосредоточилась на Немане. Столь продолжительные сборы кроме причин военно-административных были вызваны и соображениями политическими. Тяжелая болезнь императрицы Елизаветы и всем известные симпатии наследника престола, великого князя Петра Федоровича, к Пруссии вынуждали партию канцлера Бестужева медлить с началом военных действий. Однако настойчивые требования парижского и венского кабинетов заставили перейти к более решительным действиям.

Прусские границы обороняла 30-тысячная армия фельдмаршала Ганса фон Левальда. Конференция предписала Апраксину маневрировать так, чтобы «все равно было прямо на Пруссию или влево через всю Польшу в Силезию маршировать». Целью похода становилось овладение Восточной Пруссией, но Апраксин до июня не был уверен, что часть его армии не будет послана в Силезию для усиления австрийцев. 10 июня на военном совете в Ковно решено было начать движение главными силами к Вержболово, а корпусу генерала Фермора, находившемуся в Курляндии, вести военные действия против Тильзита и Мемеля. 25 июня авангард Фермора овладел Мемелем, что послужило сигналом к открытию кампании. Движение русской армии отличалось медлительностью; это объяснялось обилием артиллерии и опасением прусских войск, которые считались в то время лучшими в Европе.

10 июля главные силы перешли границу, 18 июля заняли Инстербург, а в начале августа Апраксин, соединившись с корпусом Фермора и конницей Сибильского, двинулся на Алленбург, в глубокий обход позиций пруссаков. Узнав об этом, фельдмаршал Левальд поспешил навстречу русским. Постепенно сближаясь, обе армии подошли 17 августа к окрестностям деревин Гросс-Егерсдорф. Русская армия укрепилась на своих позициях, и, не имея подробных сведений о противнике, главнокомандующий решил выжидать. Однако в ночь на 19 августа был отдан приказ сняться с позиций и начать с утра походное движение. Рано утром, во время перестроения, русская армия была атакована прусскими войсками, но, несмотря на все выгоды своего положения, последние благодаря мужеству русских полков были отбиты, а ввод в бой бригады Румянцева решил исход сражения в пользу русских. У Левальда в этом сражении было до 22 тысяч человек, Апраксин имел до 57 тысяч, половина из которых не приняла участия в деле. Апраксин не воспользовался плодами этой победы и не преследовал разбитого противника. Успехи русской армии в кампании 1757 г. на этом и закончились.

На военном совете 27 августа было решено, по причине полного отсутствия продовольствия и сильной заболеваемости в полках, наступление не продолжать, а отступить за Неман. Это движение русской армии носило характер поспешного бегства, во время которого была брошена часть обоза и уничтожены запасы вооружения. Популярность фельдмаршала среди войск стала падать, а с началом беспорядочного отступления была потеряна окончательно. Кампания 1757 г. завершилась безрезультатно. Посылая в Петербург журнал военного совета, Апраксин писал 30 сентября: «Суровость времени и недостаток в здешней земле провианта и фуража, равно как изнуренная совсем кавалерия и изнемогшая пехота, суть важнейшими причинами, кои меня побудили, для соблюдения вверенной мне армии, принять резолюцию чрез реку Неман перебраться и к своим границам приближиться…»

Французское и австрийское правительства высказывали по поводу отступления Апраксина свое недовольство, и 16 октября Иностранной коллегии дан был указ для сообщения министрам союзных дворов: «Предпринятая единожды без указу нашим генералом-фельдмаршалом Апраксиным ретирада тем больше неприятные произвела по себе следствия, что мы оной предвидеть и потому и предупредить не могли…» Фельдмаршал, прибыв в Нарву, был арестован как обвиняемый в государственной измене. Во время следствия по его делу был заключен в небольшом дворце под Петербургом, где провел несколько месяцев, но своей вины так и не признал. Степан Федорович был близко связан с канцлером Бестужевым, и после его падения в 1758 г. все ошибки и просчеты кампании 1757 г. были поставлены ему в вину.

С. Ф. Апраксии скоропостижно скончался 6 августа 1758 г. и был похоронен в Санкт-Петербурге на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. Он был женат на Аграфене Леонтьевне Соймоновой, от которой имел сына и двух дочерей. В царствование Екатерины II супруга покойного фельдмаршала была пожалована в статс-дамы.

Князь И. И. Щербатов так отзывался об Апраксине: «Человек благодетельный и доброго расположения сердца, по мало знающ в вещах, пронырлив, роскошен, честолюбив…»

Древний знатный род Бутурлиных известен еще с конца XIII в. Внук боярина и сын капитана гвардии, смертельно раненного в сражении при Лесной, Александр Бутурлин в 1714 г. поступил солдатом в гвардию. Через два года начал обучение в Морской академии Санкт-Петербурга, которую окончил в 1720 г., и был взят Петром I в денщики, но исполнял скорее функции офицера для особых поручений. Участвовал во всех сухопутных и морских предприятиях царя.

Екатерина I пожаловала Бутурлина в гоф-юнкеры, а затем в камер-юнкеры. Цесаревна Елизавета, камергером которой он был, познакомила Александра с Петром II. 1 января 1728 г. Бутурлин стал действительным камергером и кавалером ордена св. Александра Невского, а 10 февраля — генерал-майором и унтер-лейтенантом кавалергардов. Князья Долгоруковы, видя в Бутурлине соперника и опасаясь его возвышения, постарались удалить царского фаворита от двора. Александр Борисович был отправлен в Украинскую армию, действовавшую против крымских татар, а с воцарением Анны Иоанновны, как зять одного из князей Голицыных, находившихся в оппозиции к императрице, занимал второстепенные должности. В 1731–1733 гг. он находился в войсках на персидской границе, в 1735–1740 гг. был смоленским губернатором. В этой должности принимал меры к удержанию русских крестьян пограничных областей от переселения в Польшу и Литву и возвращению беглых. В 1738 г. был послан в армию фельдмаршала Миниха, участвовавшую в русско-турецкой войне. В короткое правление малолетнего Иоанна VI занимал должность генерал-кригс-комиссара — главного интенданта армии.

При восшествии на престол Елизаветы Петровны Бутурлин приводил к присяге украинское чиновничество, военных, казацкую старшину и духовенство. Елизавета, помня своего камергера и фаворита, назначила его главнокомандующим в Малороссии, а в день своей коронации произвела в генерал-аншефы. С этого времени Бутурлин вновь стал делать быструю карьеру. В ходе русско-шведской войны он командовал войсками в Лифляндии, Эстляндии и Великих Луках. С марта 1742 г. — сенатор и московский губернатор, хотя большую часть времени проживал в Санкт-Петербурге. В последующие годы императрица по-прежнему осыпала Бутурлина своими милостями: в 1747 г. он стал генерал-адъютантом; в 1749-м— подполковником лейб-гвардии Преображенского полка; в 1751-м — кавалером ордена св. Андрея Первозванного, в 1756-м членом Конференции при высочайшем дворе. 5 сентября 1756 г. Бутурлин получил чин генерал-фсльдмаршала, никогда до этого не командуя крупными воинскими соединениями на театрах военных действий, будучи более придворным, чем полководцем.

17 февраля 1760 г. императрица возвела Александра Борисовича в графское достоинство Российской империи, а в сентябре назначила главнокомандующим русской армией, действовавшей против Пруссии. Главнокомандующий снял осаду Кольберга в Померании и отвел армию от Одера к Висле на зимние квартиры, готовя ее к предстоящей кампании, которая, по мнению Конференции при высочайшем дворе, должна была стать решающей. Бутурлин укрепил расшатанную дисциплину, запретил постоянные отпуска генералов и офицеров, создал запасы, обновил конный состав кавалерии, артиллерии и обоза, принимал меры по охране здоровья солдат.

В кампанию 1761 г., по примеру прошлых лет, русская армия двинулась в Силезию на соединение с австрийцами, а затем от Торна — на Познань и Бреслау, куда уже направлялся Фридрих II. Пройдя мимо Бреслау, Бутурлин связался с австрийскими войсками генерала Лаудона. Вся кампания прошла в маршах и маневрах. В ночь на 29 августа Бутурлин решил атаковать Фридриха под Гохкирхеном, но прусский король уклонился от боя. В сентябре Фридрих II попытался атаковать австрийцев, но русские, быстро соединившись с ними, заставили короля отступить в укрепленный лагерь при Бунцельвице. Затем Бутурлин, усилив Лаудона 20-тысячным корпусом Чернышева, отошел в Померанию. 21 сентября Лаудон штурмом взял Швейдниц, причем особо отличился в сражении Бутырский полк из русского вспомогательного корпуса.

Действовавший отдельно от главной армии корпус Румянцева после четырех месячной осады 5 декабря овладел крепостью Кольберг, захватив 5 тысяч пленных, 20 знамен и 173 орудия. Это было последним подвигом русской армии в Семилетшою войну. Бутурлин же как главнокомандующий не проявил особых полководческих талантов, уступая в этом молодым генералам Румянцеву и Чернышеву. Свое отступление, вызвавшее недовольство в Санкт-Петербурге, он объяснял желанием спасти армию, страдавшую от недостатка провианта и фуража. В декабре Бутурлин был отозван в столицу и сдал командование генералу Фермеру. По дороге он узнал о кончине императрицы Елизаветы и получил от нового императора Петра III рескрипт, оправдывающий его действия в ходе последней кампании.

Через семнадцать лет после первого губернаторства Александр Борисович вновь был назначен генерал-губернатором в Москву. Не прошло и месяца, как в Петербурге совершился государственный переворот; на престол взошла Екатерина II. Бутурлин привел к присяге жителей Москвы, решительно заявив себя сторонником новой императрицы. Ему же была поручена подготовка к коронации. 13 сентября 1762 г. под грохот пушек и звон колоколов совершился торжественный въезд в Москву Екатерины II, а 22 сентября началась церемония коронации, продолжавшаяся до конца месяца, в ходе которой Бутурлин был пожалован шпагой с бриллиантами.

15 мая 1763 г. Бутурлин подал в отставку, оставшись, однако, жить в Москве; пост московского генерал-губернатора он занимал менее года. Александр Борисович был женат дважды: на княжне Анне Михайловне Голицыной, дочери фельдмаршала Михаила Михайловича Голицына, скончавшейся в 1727 г., ас 1730 г. — на княжне Екатерине Борисовне Куракиной, от которой имел сына и двух дочерей. Умер в Москве и похоронен в Георгиевском монастыре.

Сын простого «реестрового» малороссийского казака Григория Яковлевича Розума родился в селе Лемеши недалеко от Козельска Черниговской губернии. В юности Алексей отличался хорошим голосом и пел в церкви. В 1731 г. проезжавший через село полковник Вишневский обратил на него внимание и взял с собой в Санкт-Петербург. Обер-гофмейстер двора императрицы Анны Иоанновны граф Левенвольд принял Алексея Розума певчим в придворный хор, где он впервые встретил цесаревну Елизавету Петровну и стал ее фаворитом. Когда же он потерял голос, цесаревна поручила ему надзор за одним из своих поместий.

В правление Анны Леопольдовны Алексей Григорьевич был назначен камер-юнкером, а после дворцового переворота 25 ноября 1741 г., вознесшего на престол Елизавету Петровну, началось быстрое возвышение Алексея Розума, носившего теперь фамилию Разумовский. В день своего восшествия на престол императрица сделала Разумовского действительным камергером, а затем — поручиком лейб-кампанской роты, что соответствовало званию генерал-поручика. Прибывший вскоре в Россию племянник императрицы, объявленный ее наследником, великий князь Петр, наградил Алексея Григорьевича в числе особо приближенных к Елизавете лиц фамильным голштинским орденом св. Анны. Во время коронации Елизаветы 25 апреля 1742 г. Разумовский нес шлейф императорской мантии и исполнял должность обер-шенка. В этот же день он был пожалован придворным чином обер-егермейстера и получил ордена св. Андрея Первозванного и св. Александра Невского.

По преданию, 24 ноября 1742 г. Елизавета Петровна в подмосковном селе Перове вступила в тайный брак с Алексеем Григорьевичем. Известно, что с этого времени императрица делала скромной церкви в Перове богатые подарки, в том числе вышитые ею самой жемчугом и драгоценными камнями ризы. С этого момента Разумовский поселился в апартаментах, смежных с покоями царицы, и стал участником всех придворных церемоний и поездок Елизаветы.

Карьера Разумовского становилась все более головокружительной. 16 мая 1744 г. он был возведен в графское достоинство Священной Римской империи патентом императора Карла VII, а 15 июля стал графом Российской империи. В 1746 г. он был произведен в капитан-поручики лейб-кампанской роты, а через два года — в подполковники лейб-гвардии Конного полка. 5 сентября 1756 г. вместе с Трубецким, Бутурлиным и Апраксиным был пожалован чином генерал-фельдмаршала, не будучи военным и никогда не командуя войсками. Высказав свою благодарность императрице, Алексей Григорьевич тем не менее заметил: «Лиза, ты можешь сделать из меня что хочешь, но ты никогда не заставишь других считаться со мной серьезно, хотя бы как с простым поручиком». Однако в период с 1742 по 1757 г. пребывание его рядом с Елизаветой имело большое значение. Невольно, в силу своего положения, он был замешан в борьбу политических партий. С ним вынужден был считаться даже наследник престола — великий князь Петр Федорович. В царствование Елизаветы Разумовскому было пожаловано несколько имений, в том числе знаменитое Рождествено-Поречье, несколько домов в Санкт-Петербурге и Москве, включая известный Аничков дворец.

После воцарения на российском престоле Екатерины II от Разумовского потребовали документы, подтверждающие его брак со скончавшейся императрицей, но он в присутствии свидетелей уничтожил требуемые от него бумаги.

Скончался А. Г. Разумовский в Санкт-Петербурге и погребен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры.

Свое происхождение род Трубецких ведет от великого князя литовского Гедимина; перейдя на русскую службу, его представители всегда принадлежали к высшей аристократии. Отец Никиты Трубецкого имел чин боярина, а в царствование Петра I стал сенатором и действительным тайным советником. Мать будущего фельдмаршала княгиня Елена Григорьевна происходила из знатной семьи князей Черкасских.

Знание иностранных языков и европейская образованность способствовали тому, что молодой Никита Трубецкой был определен для выполнения дипломатических поручений в некоторых немецких государствах, а вернувшись в Россию в 1719 г., стал сержантом лейб-гвардии Преображенского полка. В 1724 г. он получил свой первый офицерский чин, а спустя два года был пожалован в камер-юнкеры. Взлет карьеры молодого князя начался в 1730 г., когда он, вместе со своими родственниками, решительно поддержал императрицу Анну Иоанновну в ее борьбе с «верховниками», пытавшимися ограничить самодержавную власть. В 30 лет он получил чин генерал-майора и занял должность генерал-кригс-комиссара (главного интенданта армии). В этой должности участвовал в войне за «польское наследство», а затем в русско-турецкой войне 1736–1739 гг. В 1737 г. императрица произвела князя Трубецкого в генерал-лейтенанты, а спустя три года, во время празднования мира с Турцией, наградила его орденом св. Александра Невского. В конце царствования Анны Иоанновны Трубецкой был назначен губернатором в Сибирь, но сумел уклониться от этой должности. Вместо этого стал генерал-прокурором и председателем Правительствующего Сената в чине действительного тайного советника.

12 декабря 1741 г. при активнейшей роли князя новая императрица Елизавета Петровна восстановила Сенат, оставив во главе его Никиту Юрьевича. Императрица распорядилась, чтобы «все указы и регламенты Петра Великого наикрепчайше содержать и по них неотменно поступать, не отрешая и последующих указов, кроме тех, которые с состоянием настоящего времени несходны и пользе государственной противны». В день своей коронации Елизавета в числе других сановников наградила Трубецкого орденом св. Андрея Первозванного, а через два года пожаловала ему деревни в Лифляндии.

Будучи на протяжении двадцати лет генерал-прокурором, князь Трубецкой был причастен к рассмотрению множества различных дел. Самыми известными из них были дела и суды над графом А. И. Остерманом и графом Б. X. Минихом в 1741 г. и дело А. П. Бестужева-Рюмина в 1758 г.

С 7 апреля 1751 г. Никита Юрьевич занимал пост генерал-губернатора Москвы, но уже в марте 1753 г. его оставил. 5 сентября 1756 г. Трубецкой был награжден чином генерал-фельдмаршала, а с 1760 г. получил почетное звание президента Военной коллегии.

При обряде похорон императрицы Елизаветы Петровны князь был главным распорядителем погребальной церемонии. В царствование Петра III он был полковником лейб-гвардии Преображенского полка, однако Екатерина II лишила его этого звания, поскольку сама являлась полковником гвардейских полков. Трубецкой остался в чине подполковника гвардии, тем не менее при коронации императрицы был верховным маршалом этой церемонии. Через полгода после коронации князь подал прошение об отставке, и 9 июня 1763 г. она была принята. В записной книжке Н. Ю. Трубецкого под этой датой значится: «1763 год. Июнь 9. Высочайшею ее императорского величества по всеподданнейшему моему прошению милостью уволен я как от воинской, так и от гражданской службы вечно, с произвождением по смерть мою полного, по чину моему, жалованья и, сверх того, пожаловано мне денег пятьдесят тысяч рублев и поведено, когда я буду в резиденциях, давать мне пристойной караул другим на образец».

Князь Трубецкой был свидетелем восьми царствований и скончался 16 октября 1767 г., на шестьдесят девятом году жизни. Никита Юрьевич был женат дважды. Первой его женой была Анастасия Гавриловна Головкина, а спустя семь месяцев после ее кончины он женился на вдове Анне Даниловне Херасковой, урожденной княжне Друцкой-Соколипской. От двух браков имел восемнадцать детей: тринадцать сыновей и пять дочерей, восемь из которых умерли в малолетнем возрасте.

Представитель старинного боярского рода Петр Салтыков родился в семье, родственной царствующей династии Романовых. Одна из Салтыковых была супругой царя Иоанна V, сводного брата Петра I. В 1714 г. юный Салтыков был зачислен на службу солдатом гвардии и отправлен во Францию для обучения морским наукам. Возвратился в Россию только через двадцать лет, уже в царствование Анны Иоанновны, которой он приходился двоюродным племянником. Отец его к тому времени был генерал-адъютантом, подполковником лейб-гвардии Преображенского полка, генерал-аншефом, обер-гофмейстером и главнокомандующим в Москве и имел орден св. Андрея Первозванного.

28 января 1733 г. именным высочайшим указом отец и сын Салтыковы получили графский титул Российской империи; молодой Салтыков стал капитаном гвардии, действительным камергером, а с 1734 г. — генерал-майором и кавалером ордена св. Александра Невского.

В царствование Иоанна Антоновича Салтыков получил чин генерал-поручика, стал сенатором и генерал-адъютантом. Переворот, давший власть Елизавете Петровне, лишил Салтыкова всех этих званий, но вскоре он был возвращен на службу и принял участие в заключительном этапе русско-шведской войны под командой генерала Кейта и фельдмаршала Ласси. После войны ему было поручено командование Псковской дивизией, а в 1754 г. Петр Семенович был произведен в генерал-аншефы и через два года назначен командиром украинской ландмилиции.

Во время Семилетней войны, в кампании 1758 г., Салтыков содействовал генералу Фермеру в овладении Восточной Пруссией. Небольшие гарнизоны противника не могли оказать русским войскам значительного сопротивления, а 11 января сдался Кенигсберг. Летом того же года Салтыков сражался в армии Фермора при Цорндорфе. 14 августа в девять часов утра пруссаки атаковали правое крыло русской армии. Кавалерия отбросила противника, но сама была смята конными полками генерала Зейдлица. Русская же пехота, расстреляв патроны, отбивалась штыками и тесаками. Тем временем пруссаки атаковали левое крыло русских, по были отбиты и обращены в бегство. Сражение продолжалось до позднего вечера. Пруссаки потеряли в Цорндорфском сражении 11 тысяч человек. Урон русских войск превысил 16 тысяч человек. В битве при Цорндорфе процент убитых и раненых был выше, чем почти во всех крупных битвах XVIII–XIX вв.

В этом же году императрица наградила Салтыкова орденом св. Андрея Первозванного и назначила его главнокомандующим русской армией в кампании следующего, 1759 г., что стало неожиданностью для многих генералов, претендовавших на это место. Сам по происхождению человек знатный, Петр Семенович был чужд вельможных привычек, не терпел роскоши и пышности, большой свиты и приемов. Его энергия и здравый смысл, осторожность и ненависть к рутине, быстрая сообразительность и замечательное хладнокровие пришлись очень кстати. С другой стороны, ему, как и его предшественникам, мешала Конференция при высочайшем дворе, пытавшаяся руководить действиями русской армии из Санкт-Петербурга.

3 мая 1759 г. войска выступили на запад, к рекам Нетце и Варте. К концу месяца армия заняла Познань, Усцы, Накель, полностью соединившись к 18 мая в Познани. Армии Салтыкова, насчитывавшей 40 тысяч человек и шедшей к Одеру на соединение с австрийским корпусом генерала Лаудона, преградил путь 28-тысячный прусский корпус генерала Веделя, который 12 июля атаковал русские позиции у Пальцига. Прусской линейной тактике Салтыков противопоставил глубокоэшелонированную оборону. Пехота неприятеля четырежды атаковала русские позиции, потеряв в этих атаках свыше 4 тысяч человек. Урон русских составил около тысячи убитых. «Таким образом, — писал в отчете Салтыков, — гордый неприятель по пятичасовой наижесточайшей баталии совершенно разбит, прогнан и побежден. Ревность, храбрость и мужество всего генералитета и неустрашимость воинства, особливо послушание оного, довольно описать не могу, одним словом, похвальный и беспримерный поступок солдатства всех иностранных волонтеров в изумление привел».

После сражения под Пальцигом русская армия заняла Франкфурт-на-Одере и соединилась с 18-тысячным корпусом австрийцев генерала Лаудона. Фридрих II опасался движения русских войск к Берлину. В конце июля его войска переправились на правый берег Одера и зашли в тыл русско-австрийской армии. Русскому командующему пришлось, как и при Цорндорфе, разворачивать фронт армии. 1 августа в одиннадцать часов утра прусская армия атаковала заранее укрепленную позицию русско-австрийских войск. Фридрих II сбил первые две линии обороняющихся, захватив около 70 орудий, но атака его захлебнулась, причем погибла практически вся кавалерия Зейдлица. Войска Панина, Румянцева и Лаудона ударили во фронт и фланг неприятеля и опрокинули его, а кавалерия Румянцева полностью завершила разгром бегущего противника. Фридрих II писал на следующий день после сражения: «От армии в 48 тысяч человек у меня в эту минуту не остается и трех. Все бежит, и у меня нет больше власти над войском…» Король потерял в Кунерсдорфском сражении почти две трети своей армии. Победителям досталось 28 знамен и штандартов, 172 орудия, более 10 тысяч ружей, много снаряжения и припасов. В этой битве Салтыков проявил себя самым блестящим образом, показав твердость, решительность и военный талант, а сражение вошло в историю русского оружия как одна из самых ярких побед. 18 августа императрица наградила главнокомандующего чином генерал-фельдмаршала.

При обсуждении плана военной кампании на 1760 г. Салтыков предлагал овладеть Данцигом и Кельбергом в Померании, но Конференция решила послать войска в Силезию, в помощь австрийцам. Положение Салтыкова осложнялось еще тем, что союзники не уведомляли его ни о передвижениях армии Фридриха II, ни о своих собственных. В конце июня фельдмаршал с 60-тысячным войском и провиантом на два месяца выступил из Познани к Бреславлю, куда направились и австрийцы Лаудона. Однако Фридрих II разбил Лаудона при Лигнице. Хотя австрийцы и имели трехкратное превосходство над противником, они опрометчиво зашли в самую середину прусских войск и были наголову разбиты, потеряв 4 тысячи ранеными и убитыми и 82 орудия. Салтыков вынужден был отвести армию к Бернштадту, где она простояла до 2 сентября. В августе главнокомандующий заболел и 1 сентября сдал командование Фермору. Сам же некоторое время оставался при армии, но ни во что уже не вмешивался, а 19 октября уехал в Познань и затем в Санкт-Петербург, где принял участие в составлении плана военной кампании, которая впоследствии завершилась взятием Берлина, хотя это имело скорее политическое, чем военно-стратегическое значение.

В январе 1762 г. император Петр III вновь назначил Салтыкова главнокомандующим, но военные действия против Пруссии закончились, и в августе фельдмаршал вернулся из армии в столицу.

Екатерина II в день своей коронации наградила Петра Семеновича шпагой с бриллиантами и удостоила звания генерал-адъютанта и сенатора, а 15 мая 1763 г. назначила главнокомандующим в Москву. Приступив к исполнению своих новых обязанностей, Салтыков вскоре убедился, что в Москве на первое место выдвинулась борьба с преступностью. В его распоряжении были все войска, расквартированные в Москве и губернии, ему же подчинялась полиция, в то время, впрочем, довольно малочисленная. В начале екатерининского царствования должность генерал-губернатора, гам, где опа сохранилась, например в Москве, стала приобретать черты должности царского наместника.

В 1771 г., когда в Москве начала свирепствовать чума, Салтыков принял самые экстренные меры по борьбе с эпидемией и поддержанию порядка, но затем обратился к императрице с просьбой разрешить ему уехать в свое подмосковное имение и, не дождавшись ответа, самовольно оставил город, чем навлек на себя гнев Екатерины II. Во время его отсутствия, 15 сентября, в Москве произошел бунт и был убит в Донском монастыре архиепископ Московский и Калужский Амвросий, запретивший доступ к чудотворной иконе Божьей Матери во избежание распространения эпидемии. Несмотря на немедленное возвращение фельдмаршала в город и восстановленный им порядок, он был обвинен в возникших стихийных волнениях и Екатерина II уволила его в отставку, правда, с похвалой «знатной его службы предкам Ее Величества».

Петр Семенович скончался в декабре 1772 г. в своем подмосковном имении Марфине, доставшемся ему от князей Голицыных. Только благодаря вмешательству генерал-аншефа Панина, служившего под началом Салтыкова, опальному фельдмаршалу были оказаны подобающие его званию воинские почести. Был женат на княжне Прасковье Юрьевне Трубецкой и имел сына Ивана, ставшего впоследствии генерал-фельдмаршалом, и трех дочерей.

Александр Шувалов — старший брат знаменитого фаворита Елизаветы Петровны и преобразователя русской армии Петра Шувалова. Отец их сумел устроить сыновей в пажи ко двору. Впоследствии Александр Шувалов, так же как и брат, служил камер-юнкером при цесаревне Елизавете. Был в числе молодых дворян, принявших сторону цесаревны в решительную для нее ночь на 25 ноября 1741 г., одним из усерднейших и преданнейших ее сторонников. После переворота императрица наградила его званием действительного камергера и чином подпоручика лейб-кам-папской роты Преображенского полка, соответствующим чину генерал-майора, а в следующем году пожаловала ему орден св. Александра Невского. Эту награду Шувалов получил в день коронации императрицы, ровно через год после совершенного переворота, в котором принял такое деятельное участие.

Все время царствования Елизаветы Петровны Шувалов находился среди самых приближенных к ней лиц и первых сановников государства. Карьера его быстро развивалась. В 1744 г. Александр Иванович стал поручиком лейб-кампании и генерал-лейтенантом. 5 сентября 1746 г. он вместе с братом Петром был возведен в графское достоинство Российской империи. Затем Шувалов получил звание генерал-адъютанта, чин генерал-аншефа, а 18 декабря 1753 г. — орден св. Анд рея Первозванного.

В царствование Елизаветы Шувалов руководил Тайной канцелярией, продолжая кровавые традиции князя Ромодановского и Ушакова. При нем велись жестокие гонения на раскольников, поощряемые императрицей. Среди его громких дел — суд над канцлером Бестужевым-Рюминым и следствие по делу фельдмаршала Апраксина, допрашивать которого Шувалов лично выезжал в Нарву. Ему же был поручен надзор за ссыльными представителями Брауншвейгской династии и за самим свергнутым императором Иоанном Антоновичем. В его инструкции о надзоре за заключенным царем говорилось: «Если арестант станет чинить какие непорядки или вам противности или же что станет говорить непристойное, то сажать тогда на цепь, доколе он усмирится, а буде и тогож не послушает, то бить по вашему рассмотрению палкою или плетью».

Занявший престол император Петр III произвел Александра Ивановича Шувалова 28 декабря 1761 г. в генерал-фельдмаршалы и пожаловал ему 2 тысячи крепостных, но одновременно упразднил Тайную канцелярию, которой тот руководил многие годы.

Военным талантом Шувалов не обладал; впрочем, никогда не командовал войсками и не участвовал ни в одной из войн. После воцарения Екатерины II он остался нейтрален к новой власти, однако присутствовал при коронации императрицы в Москве. В 1763 г. граф Шувалов вышел в отставку, после которой ему было пожаловано еще 2 тысячи крестьянских душ, и последние годы жизни провел как частное лицо.

Сын генерал-майора Ивана Максимовича Шувалова Петр в двенадцать лет был определен пажом к императрице Екатерине I, а в 1731 г. назначен камер-юнкером цесаревны Елизаветы Петровны. Благодаря женитьбе на любимице цесаревны Мавре Егоровне Шепелевой он стал одним из самых близких и доверенных к ней лиц. Принимал активное участие в дворцовом перевороте 25 ноября 1741 г., результатом которого стало восшествие на престол Елизаветы. После смены правления Петр Шувалов получил звание действительного камергера, чин подпоручика лейб-кампании и генерал-майора и был награжден орденом св. Александра Невского. Спустя два года стал поручиком лейб-кампании и генерал-лейтенантом, а в 1746 г. получил графский титул Российской империи и сенаторское звание. В последующие несколько лет граф Шувалов удостоился практически всех званий и отличий, существовавших в Российской империи: с 1748 г. — генерал-адъютант, с 1751-го — генерал-аншеф, с 1753-го — кавалер ордена св. Андрея Первозванного.

П. И. Шувалов занимался реорганизацией русской армии и системой ее управления накануне Семилетней войны, осуществляя подготовку резервов. Он упорядочил систему рекрутских наборов, разделив страну на пять полос, так что набор в армию в каждой из них производился только один раз в пятилетие. Считая главным родом оружия артиллерию, основное внимание уделял именно ей. Он стал начальником особого Обсервационного корпуса, который сам и сформировал, состоящего из пяти полков и насчитывавшего до 30 тысяч человек. На его вооружении состояло 36 единорогов прототипов современных гаубиц; даже свое название эти орудия получили от легендарного животного, изображенного на гербе Шуваловых. За орудиями такого типа название «единорог» сохранялось в течение почти ста лет. Однако, по отзыву современников, орудия «шуваловской» конструкции стреляли одинаково плохо как ядрами, так и картечью и довольно быстро были сняты с вооружения. В целом артиллерия была значительно усилена. Число орудий действующей армии в период Семилетней войны было доведено до 800.

Под руководством Шувалова было построено несколько оружейных заводов, в 1758 г. для подготовки офицеров основан артиллерийский кадетский корпус. Шувалов выдвинул проект создания первой военной академии в России и представил докладную записку «О военной науке», в которой обобщил передовые для своего времени принципы военной теории. Идеи Петра Ивановича отразились и на составлении военного устава 1755 г., заменившего петровский устав 1716 г. Новый устав придерживался оборонительных начал и огневой тактики; особое значение в нем отводилось артиллерии, а от пехоты требовалась главным образом огневая поддержка.

С 1758 по 1760 г. Шувалов занимал пост вице-президента Военной коллегии и благодаря этому мог воздействовать на состояние русской армии, зачастую даже злоупотребляя своим положением. В Семилетней войне, как член Конференции при высочайшем дворе, активно влиял на ход военных действий, вмешиваясь в распоряжения главнокомандующих и давая указания о передвижении войск.

По своему значению и деятельности Петр Шува лов занимал одно из первых мест среди деятелей елизаветинской эпохи. Почти все, что обсуждалось в Сенате с 1745 по 1761 г., было предложено нм. Он не мог существовать без проектов, касавшихся самых разнообразных государственных нужд, прежде всего армии и финансов. Любимым его детищем была артиллерия, в усовершенствовании которой он принимал личное участие. К концу царствования Елизаветы Петровны русская артиллерия была одной из лучших в Европе.

В последние годы правления Елизаветы Шувалов тяжело заболел «от беспредельной ревности своей к пользам империи и трудов, истощивших здоровье», но, несмотря на свою болезнь, оставался в силе и в первые дни царствования Петра III, пожаловавшего его 28 декабря 1761 г. в генерал-фельдмаршалы. Спустя всего несколько дней, 4 января 1762 г., Петр Иванович скончался и был погребен в Александро-Невской лавре, на Лазаревском кладбище.

Ольденбургская династия, потомком которой является герцог Карл-Людвиг, известна с XI в. Первый упоминаемый в 1091 г. ее представитель — Эгильмар, граф Леригау, его сын стал и графом соседнего Ольденбурга. Старшая линия этого дома владела короной Дании и Норвегии, а младшая, Голштейн-Готторпская, правила в Швеции и России. Средняя, Ольденбургская линия, которая с XVI в. стала называться Голштейн-Зондербургской, по имени резиденции Сепнерборг на датском острове Альс у берегов Южной Ютландии, в XVIII в. была представлена двумя ветвями: Голштейн-Августенбургской и Голштейн-Бекской, представителем которой и был герцог Карл-Людвиг.

Занявший русский престол император Петр III происходил из младшей линии Голштинскго дома — герцогов Голштейн-Готторпских. Он больше ощущал себя немецким герцогом, чем русским императором, и поэтому с первых дней правления старался возвысить своих голштинских родственников. Герцог Карл-Людвиг Голштейн-Бекский, удостоенный чина русского генерал-фельдмаршала, никогда не состоял на русской службе и не был в России, а фельдмаршальский чин принял лишь как почетную награду, которую носил до самой своей смерти в 1774 г. Потомки герцогов Голштейн-Бекских с 1825 г. стали именоваться герцогами Глюксбургскими.

Принц Голштейн-Бекский, крестным отцом которого был сам Петр I, являлся сыном Фридриха-Людвига герцога Шлезвиг-Голштейн-Зондербургского. В начале своей карьеры служил в гессен-кассельсжих войсках, в которых дослужился до чина полковника. В 1734 г. по просьбе матери, герцогини Луизы-Шарлотты, императрица Анна Иоанновна приняла принца на русскую службу с тем же чином. Уже на службе России он участвовал в турецкой войне, находясь в армии фельдмаршала Миниха. Произведенный в 1738 г. в генерал-майоры, сражался у села Ставучаны, где русской армии противостояли турецкие войска под командованием Вели-паши, подкрепленные татарской конницей. 17 августа 1739 г. 48-тысячная русская армия, отбив под Ставучанами многократные атаки татарско-турецкой конницы, ударила по основным силам врага и, поддержанная сильным огнем артиллерии, заняла господствующие высоты. Ставучанское сражение, несмотря на кратковременность, носило упорный характер. Оно типично для оборонительно-наступательной тактики тех времен: сначала отбить натиск врага, затем перейти в наступление. Это единственное генеральное сражение за три года войны с турками, в котором они потеряли более тысячи человек убитыми, 50 орудий, весь лагерь и обозы. Турки бежали к Хотину и при подходе русской армии сложили оружие. В этот период главнокомандующий Миних характеризовал принца Голштейн-Бекского так: «Он служит охотно и добрый воин, по не имеет больших дарований». Достаточно сказать, что он не знал ни одного слова по-русски.

В 1742 г. принц Петр принял участие в русско-шведской войне, сражаясь в Финляндии под командованием фельдмаршала Ласси в чине генерал-поручи-ка. В июле русская армия перешла в решительное наступление по всему фронту. Были взяты Тавастгуз и Борго, а 26 августа под Гельсингфорсом Ласси отрезал отступление 17-тысячной шведской армии, которая вынуждена была сдаться. В целом война велась вяло, несмотря на бесспорное превосходство сил со стороны России.

В царствование Елизаветы Петровны принц не был обойден ни в чинах, ни в наградах. В 1755 г. он получил чин генерал-аншефа, а в 1760 г. императрица наградила его, уже кавалера орденов св. Александра Невского и св. Анны, орденом св. Андрея Первозванного. В эти же годы Петр-Август исполнял обязанности директора Военной коллегии.

С восшествием на престол императора Петра III принц, как его близкий родственник, был назначен членом Совета при высочайшем дворе, а 9 января 1762 г. возведен в чин генерал-фельдмаршала. Под его командованием были все полевые и гарнизонные полки, находившиеся в Санкт-Петербурге, Финляндии, Ревеле, Нарве и Эстляндии. Одновременно Петр-Август исполнял обязанности санкт-петербургского и ревельского генерал-губернатора. В это время к нему был назначен адъютантом М. И. Голенищев-Кутузов.

С началом царствования Екатерины II Петр-Август остался на службе, сохранив свои посты и должности. Состоял в браке с дочерью адмирала графа Н. Ф. Головина. Скончался в марте 1775 г.

Принц Георг, принадлежавший к древнему владетельному роду, ведущему свое начало от датских королей, службу свою начал в войсках Пруссии, дослужившись до чина генерал-майора. Он приходился двоюродным дядей наследнику русского престола великому князю Петру Федоровичу и благодаря его протекции получил от императрицы Елизаветы Петровны 15 июля 1744 г. ордена св. Александра Невского и св. Андрея Первозванного.

По приглашению Петра III в марте 1762 г. принц прибыл в Санкт-Петербург. Еще до своего приезда в столицу Российской империи он был пожалован чинами генерал-фельдмаршала и полковника лейб-гвардии Конного полка с годовым жалованьем в 48 тысяч рублей. Петр III предполагал сделать его герцогом Курляндским и требовал от иностранных послов, чтобы они сначала представлялись принцу и только затем — ему. Одновременно император передал Георгу под командование все голштинские войска, находившиеся в России.

Во время переворота в пользу Екатерины принц остался верен Петру III и даже пытался действовать в защиту своего свергнутого племянника, но едва не был зарублен конногвардейцами. Дом принца был разграблен, а ему с семьей пришлось некоторое время про быть под домашним арестом.

После смерти Петра III принц вернулся в Голштинию, где умер 7 сентября 1763 г. Был женат на принцессе Софье-Шарлотте Голштейи-Бекской и стал родоначальником династии герцогов Ольденбургских, на протяжении полутора столетий тесно связавших свои судьбы с Россией.

Сын тайного советника, гофмейстера и фаворита Анны Иоанновны Петра Михайловича Бестужева-Рюмина и Евдокии Ивановны Талызиной Алексей родился в Москве. Получил хорошее образование в академии Копенгагена, а затем в Берлине, проявив большие способности к языкам. В 19 лет был определен дворянином при посольстве князя Б. И. Куракина на конгрессе в Утрехте; затем, находясь в Ганновере, сумел получить чин камер-юнкера при ганноверском дворе. С разрешения Петра I с 1713 по 1717 г. состоял на службе в Ганновере, а затем в Великобритании и приезжал в Санкт-Петербург с известием о восшествии на английский престол Георга I.

В 1717 г. Бестужев-Рюмин возвратился на русскую службу и был назначен обер-камер-юнкером при вдовствующей герцогине Курляндской, а затем занимал пост резидента в Копенгагене с 1721 но 1730 г.; в Гамбурге с 1731 по 1734 г. и вновь в Копенгагене до 1740 г.

Находясь все эти годы на дипломатической службе, Алексей Петрович получил орден св. Александра Невского и чин тайного советника. В 1740 г. по протекции герцога Бирона ему был дан чин действительного тайного советника, а затем он был назначен кабинет-министром в противовес графу Остерману. Бестужев-Рюмин содействовал Бирону в назначении его регентом при малолетнем императоре Иоанне Антоновиче, но с падением герцога и сам лишился своего высокого положения. Был заключен в Шлиссельбургскую крепость, а затем приговорен судом к четвертованию, замененному, из-за недоказанности обвинения и сильных покровителей, ссылкой в деревню. В конце того же года был вызван графом Головкиным и князем Трубецким в Санкт-Петербург, успев принять участие в перевороте 25 ноября 1741 г. в пользу Елизаветы Петровны. Через пять дней после своего воцарения императрица пожаловала Алексею Петровичу орден св. Андрея Первозванного, а затем — звание сенатора, должность директора почтового ведомства и вице-канцлера.

25 апреля 1742 г. отец Алексея Петровича был возведен в графское достоинство Российской империи; таким образом и он стал графом. В 1744 г. императрица назначила его государственным канцлером, а 2 июля 1745 г. император Священной Римской империи Франц I удостоил Бестужева графского титула. Канцлер стал графом двух империй.

С 1756 г. Бестужев-Рюмин состоял членом созданной по его инициативе Конференции при высочайшем дворе и имел возможность влиять на действия русской армии, участвовавшей в этот период в Семилетией войне. Руководя внешней политикой Российской империи, он ориентировался на союз с Великобританией, Голландией, Австрией и Саксонией против Пруссии, Франции и Турции. Разъясняя императрице свой политический курс, неизменно ставил в пример Петра I и говорил: «Это не моя политика, а политика вашего великого отца». Изменение внешнеполитической ситуации, приведшей к союзу Великобритании с Пруссией и сближению России с Францией в ходе Семилетней войны, а также участие Бестужева-Рюмина в дворцовых интригах, в которых были замешаны великая княгиня Екатерина и фельдмаршал Апраксин, привели к отставке канцлера. 27 февраля 1758 г. он был лишен чинов и знаков отличий и отдай под суд; после длительного следствия Алексея Петровича приговорили к смертной казни, которую императрица заменила ссылкой в деревню. В манифесте о преступлениях бывшего канцлера говорилось, что «велено ему жить в деревне под караулом, дабы другие были охранены от уловления мерзкими ухищрениями состарившегося в них злодея». Бестужев был сослан в свою можайскую деревню Горетово.

Петр III отрицательно относился к опальному вельможе и, вернув других сосланных сановников прежнего царствования, его оставил в ссылке. Свергнувшая супруга и занявшая престол Екатерина II возвратила Бестужева из ссылки и особым манифестом восстановила его честь и достоинство. В нем говорилось: «Граф Бестужев-Рюмин ясно нам открыл, каким коварством и подлогом недоброжелательных доведен он был до сего злополучия… <…>…За долг христианский и монарший мы приняли: его, графа Бестужева-Рюмина, всенародно показать паче прежнего достойным покойной тетки нашей, бывшей его государыни, доверенности и пашей особливой к нему милости, яко сим нашим манифестом исполняем, возвратя ему с прежним старшинством чины генерал-фельдмаршала, действительного тайного советника, сенатора и обоих российских орденов кавалера с пенсионом по 20 000 рублей в год».

Получив чин генерал-фельдмаршала, Бестужев тем не менее пе вернул себе звания канцлера, на которое рассчитывал. В начале нового царствования он входил в число ближних советников Екатерины II, по активной роли в политике уже не играл. Екатерина изредка обращалась к Бестужеву за советом: «Батюшка Алексей Петрович, прошу вас приложенные бумаги рассмотреть и мнение ваше написать».

Алексей Петрович Бестужев-Рюмин был женат на Анне Ивановне Бегтихер и имел сына и дочь.

Кирилл Разумовский младший брат фаворита императрицы Елизаветы Петровны, Алексея Разумовского. Стремительная карьера брата, ставшего из простого малороссийского казака тайным супругом императрицы, повлекла за собой возвышение всего рода. В 1742 г. Кирилл вместе с матерью и сестрами был вызван в Санкт-Петербург, а в следующем году отправлен учиться за границу, имея уже звание камер-юнкера. Учился в Геттингенском и Берлинском университетах, в Кенигсберге и Страсбурге, успел посетить в это время Италию и Францию. Еще будучи за границей, получил в 1744 г., вместе с братом Алексеем, титул графа Российской империи, а в следующем году стал камергером. Проучившись за границей два года, возвратился в Россию европейски образованным человеком.

21 мая 1746 г., на девятнадцатом году жизни, Разумовский был назначен президентом Академии наук и награжден орденом св. Александра Невского. Женившись на родственнице императрицы, Екатерине Ивановне Нарышкиной, получил в приданое 44 тысячи крестьян. К 1748 г. он обладал уже чином подполковника лейб-гвардии Измайловского полка, был сенатором и генерал-адъютантом.

24 апреля 1750 г. Кирилл Разумовский был единогласно избран в Глухове в гетманы Украины. До этого, после смерти гетмана Апостола в 1734 г., Малороссия управлялась временной коллегией из 12 человек. Кроме гетманского звания, приравнивавшегося в торжественных случаях к фельдмаршальскому, он получил и все гетманские доходы, собранные со дня смерти предыдущего гетмана, увеличив тем самым и без того огромное состояние. Разумовский провел на Украине ряд экономических и административных мероприятий в интересах укрепления шляхетства и купечества, заботился о развитии украинской культуры. При нем был запрещен свободный переход крестьян от одного помещика к другому, проведена всеобщая перепись населения.

Разумовский был крупнейшим феодалом-землевладельцем. В 1754 г. он получил в собственность огромный дом в Киеве, перенесенный затем в одно из его имений. В 1759 г. императрица подарила гетману город Батурин вместе с Почепом, Шептановской и Баклапской волостями, а в 1764 г. уже Екатерина II пожаловала ему город Гадяч с прилегающими селами и деревнями и Быковскую волость. Заново отстроив Батурин, который стал его резиденцией, гетман завел там итальянскую оперу и французский театр, основал университет. Живя на Украине почти как владетельный правитель, Кирилл Григорьевич продолжал пользоваться милостями Елизаветы, которая наградила его практически всеми высшими титулами и орденами Российской империи, вплоть до ордена св. Андрея Первозванного, полученного им в начале 1752 г.

Однако и сам гетман, и его жена скучали в Малороссии и рвались в Петербург, ко двору. В одном из писем к императрице Разумовский просит ее разрешить ему приехать в Петербург, мотивируя это тем, что сырой климат Глухова ему вреден и он может «получить облегчение в своей болезни только в благословенном климате петербургском».

Разумовский оставался на посту президента Петербургской академии наук с 1746 по 1765 г., но активного участия в ее делах не принимал, хотя изредка присутствовал на заседаниях и поддерживал научную деятельность М. В. Ломоносова.

Подолгу живя в Петербурге, Разумовский стал свидетелем кончины Елизаветы Петровны. Петр III назначил его главнокомандующим армией, которая должна была действовать против Дании в интересах родовых голштинских земель императора. Разумовский стал сторонником Екатерины и активно участвовал в подготовке дворцового переворота в 1762 г., хотя в момент решительных действий оставался в стороне, дав только распоряжение типографии Академии паук напечатать манифест о восшествии на престол новой императрицы.

Поддержав Екатерину II, Кирилл Григорьевич сохранил все свои посты и должности. Временное охлаждение к нему императрицы вызвала неосторожная просьба Разумовского о наследовании гетманского достоинства членами его семьи. 10 ноября 1764 г. гетманство на Украине было ликвидировано, а он сам смещен со своего поста, получив в этот день взамен утраченного гетманства чин генерал-фельдмаршала. После этого императрица вернула ему свое расположение. Оставив должность президента Академии наук в 1765 г., следующие два года Разумовский провел за границей, после чего вернулся в Санкт-Петербург. В 1771 г. он овдовел. После смерти жены, родившей ему 11 детей, переехал в Батурин, где провел последние годы жизни.

15 мая 1801 г. Разумовский получил рескрипт вступившего на престол императора Александра I, в котором говорилось: «Граф Кирилл Григорьевич! Послужив верно и ревностно толиким монархам, нося и оправдывая на себе их милости, вы имеете все право наслаждаться в недре покоя вашего всеобщим уважением и отличным моим благоволением…»

Кирилл Григорьевич Разумовский скончался в Батурине 9 января 1803 г., оставив своим детям огромные имения и более 100 тысяч крепостных крестьян.

Как сын фельдмаршала М. М. Голицына, Александр был еще при рождении записан солдатом в гвардию и, достигнув совершеннолетия, стал капитаном лейб-гвардии Преображенского полка. В 17 лет был отправлен за границу, в армию принца Евгения Савойского, чтобы более глубоко изучить военное дело. В рядах австрийской армии молодой князь получил и свое боевое крещение.

Вернувшись в Россию, Голицын был определен в дипломатическую службу и в 1740 г. отправлен в свите посла А. И. Румянцева в Константинополь, а затем пожалован в камергеры и назначен полномочным министром (послом) в Саксонию. В 1744 г. произведен в генерал-поручики.

В знаменитом сражении Семилетней войны при Кунерсдорфе Голицын командовал левым крылом русской армии. 1 августа 1759 г. прусский король Фридрих II начал сражение, открыв сильный перекрестный огонь из своих батарей по русским позициям, особенно по левому флангу, предводимому князем Голицыным. Прусские войска пошли в атаку и вытеснили русских из окопов; не выдержав такого сильного натиска, они отступили. Голицын был ранен и вынужден сдать командование. Несмотря на первую неудачу, сильно эшелонированная русская армия перешла в контрнаступление во фронт и фланг и опрокинула армию Фридриха, а кавалерия Румянцева довершила разгром. Из 48 тысяч солдат прусскому королю не удалось собрать после сражения и десятой части. Императрица Елизавета Петровна в числе других отличившихся наградила Голицына орденом св. Александра Невского и произвела его в чин генерал-аншефа.

Вернувшись в 1761 г. с войны, Александр Михайлович получил в командование войска, расположенные в Ливонии. В день коронации Екатерины II он был награжден орденом св. Андрея Первозванного, произведен в генерал-адъютанты и назначен членом Совета при высочайшем дворе. С началом русско-турецкой войны 1768–1774 гг. был назначен главнокомандующим 1-й армией, с которой в апреле 1769 г. перешел Днестр и двинулся к Хотину, разбив 19 апреля под крепостью 40-тысячный турецкий корпус Караман-паши. Потеряв под Хотином даром время и не будучи в состоянии взять крепость, армия Голицына отступила за Днестр из-за недостатка продовольствия и целый месяц простояла без действия в Подолии; исключительно благоприятный момент для наступления был упущен. Тем временем великий визирь с 200 тысячами турок и татар переправился через Дунай у Исакчи и двинулся в Бессарабию. Он действовал так же вяло, как и его противник Голицын, и целый месяц, до середины июня, простоял на Пруте. Узнав об усилении турок в Хотине, командующий снова подошел к крепости. 24 июня он переправился через Днестр, отбил у села Пашкивцы атаку 80-тысячного турецко-татарского войска и полностью блокировал Хотин. Получив известие о прибытии войск сераскира Молдаванчи-паши и крымского хана Девлет-Гирея, Голицын снова снял осаду и отступил. Командующий 1-й армией счел цель похода — отвлечение турецких сил от Новороссии — достигнутой. Нерешительность князя побудила императрицу отозвать его из армии, которая была поручена Румянцеву. В рескрипте Екатерины II от 13 августа говорилось: «Князь Александр Михайлович! Отзывая вас от армии, хочу Я с вами объясниться, дабы вы отнюдь пе приняли с Моей стороны за гнев, но единственно, как оно и в самом деле есть, за обстоятельства, выходящие из положения дел Моих, кои требуют вашего присутствия здесь…»

Еще до сдачи командования Румянцеву князь Голицын нанес поражение Молдаванчи-паше, назначенному великим визирем. 29 августа великий визирь переправился через Днестр с 80-тысячным войском, но был сброшен Голицыным в реку, а отправленный 5 сентября за Днестр для фуражирования 12-тысячный турецкий отряд был полностью уничтожен. Через несколько дней от деморализованной турецкой армии осталось всего 5 тысяч человек. Но Голицын снова не воспользовался столь благоприятной обстановкой. Он без боя занял Хотин, брошенный турками, где захватил 163 пушки, а затем вступил в Яссы, по снова, третий раз за кампанию, отступил за Днестр.

Сдав армию Румянцеву, Голицын возвратился в Санкт-Петербург, где 20 октября 1769 г. был произведен в генерал-фельдмаршалы, а по заключении Кючук-Кайнарджийского мира ему была пожалована украшенная алмазами шпага с надписью: «За очищение Молдавии до самых Ясс». В октябре этого же года князь был назначен губернатором Санкт-Петербурга, а с 1775 г. стал сенатором. С учреждением в 1782 г. ордена св. Владимира в числе десяти заслуженных вельмож Голицын был удостоен его 1-й степени.

11 октября следующего года он скончался в Санкт-Петербурге. Состоял в браке с княжной Дарьей Алексеевной Гагариной, но детей не имел.

Потомок старинного дворянского рода Петр Румянцев родился от брака денщика императора Петра I Александра Ивановича Румянцева и графини Марии Андреевны Матвеевой. Ко времени рождения будущего генерал-фельдмаршала его отец носил уже чин подполковника гвардии и генерал-адъютанта. Петр Румянцев появился на свет в молдавском селе Строении и, по преданию, был сыном Петра Великого. Его крестной матерью стала императрица Екатерина I.

В шестилетием возрасте Петр был записан рядовым в лейб-гвардии Преображенский полк. В 1739 г. назначен в русское посольство в Берлине, но в том же году определен в Сухопутный шляхетский кадетский корпус, а затем переведен поручиком в полк, находившийся в Финляндии. В 17–43 г. отец Румянцева, как активный участник заключения мирного договора со Швецией в Або, был возведен императрицей Елизаветой Петровной вместе с потомством в графское достоинство, стал сенатором и кавалером ордена св. Андрея Первозванного, а сын, посланный с известием о мире в Санкт-Петербург, был произведен в полковники и назначен командиром Воронежского пехотного полка. В декабре 1755 г. стал генерал-майором, а известность начал приобретать во время Семи летней войны.

В битве при Гросс-Егерсдорфе бригада Румянцева ударила во фланг неприятельской армии, что и решило исход сражения. Он принимал участие в кампании 1758 г. и в том же году был произведен в генерал-поручики. Следующий год ознаменовался Кунерсдорфской победой, в которой войска Румянцева находились в центре русских позиций и отбили все атаки прусской кавалерии со стороны Одера. Основные силы русских, отразив наступление противника, перешли в контрнаступление и полностью разгромили прусские войска. За эту победу Румянцев был удостоен ордена св. Александра Невского.

Весной 1761 г. главнокомандующий А. Б. Бутурлин направил корпус Румянцева к Кольбергу, который имел ключевое стратегическое значение для действий русской армии. Король Пруссии Фридрих II писал: «Я не могу потерять этот город, который мне слишком важен; если бы он попал в руки врагов, это было бы для меня величайшим несчастьем». Русские войска разбили все отряды пруссаков, посланные на помощь осажденному городу. В Кольберге кончались продовольствие и боеприпасы, и 5 декабря комендант крепости Гейден объявил о капитуляции. Взятие Кольберга означало овладение всей прусской Померанией, открывало путь к Штеттину, во внутренние владения прусского короля. Положение Фридриха II казалось безвыходным, но кончина Елизаветы и вступление на престол Петра III спасли Пруссию от поражения. Новый император, хоть и был страстным поклонником Фридриха II, в январе 1762 г. вызвал Румянцева в Петербург и, наградив его орденами св. Анны и св. Андрея Первозванного, произвел в чин генерал-аншефа.

С началом правления Екатерины II Румянцев подал прошение об отставке, по императрица удержала его на службе и в 1764 г., после отмены гетманства на Украине, назначила генерал-губернатором Малороссии.

1768 г. стал годом начала русско-турецкой войны, и Румянцев был назначен командующим 2-й армией, которой поручалась охрана русских границ от набегов крымских татар. Генерал-аншеф расположил свои войска тремя крупными отрядами недалеко друг от друга, чтобы быстро соединить их в случае вражеского нападения. Им были созданы базы снабжения в Киеве, Бердичеве и других местах. Осенью Румянцев разбил отряды крымцев у Бахмута и Елизаветграда. Вскоре Екатерина II, недовольная действиями армии под командованием князя А. М. Голицына и не знавшая, что ему удалось разбить турок и овладеть Хотином и Яссами, назначила на его место Румянцева. Несмотря на нехватку продовольствия и недостаточные силы, Румянцев решил действовать наступательно. 17 июня 1770 г. его войска вместе с частями князя Репнина атаковали 70-тысячное войско крымского хана Каплан-Гирея и обходным маневром создали угрозу полного окружения вражеского лагеря. Это вынудило хана оставить свои позиции и отвести армию на новый рубеж, к реке Ларге, где 7 июля она вновь была атакована русскими войсками. Против 38 тысяч русских стояла 80-тысячная татарско-турецкая армия. В этом сражении Румянцев применил новое боевое построение войск дивизионное каре. Благодаря этому боевой порядок армии стал более маневренным, что дало пехоте возможность вести активные наступательные действия. Отразив натиск конницы, русская пехота перешла в наступление и нанесла врагу полное поражение. После сражения при Ларге крымский хан фактически прекратил активные военные действия до конца кампании.

Еще более прославила имя Румянцева победа, одержанная им 21 июля над вдесятеро сильнейшим неприятелем при Кагуле. Кроме огромной численности войск, турецкое командование не могло ничего противопоставить маневренной, атакующей тактике Румянцева. После отражения русскими войсками нескольких атак янычар турецкое войско было выбито со своих позиций. Противник поддался массовой панике и побежал. К полудню огромный Катульский лагерь великого визиря перестал существовать. Было захвачено 140 орудий и весь обоз. Турки потеряли около 20 тысяч человек. «…Не ушла ни одна нога, — написано о результатах сражения в журнале военных действий, — …великая часть их [турок], избегнув наших рук, потопилась в Дунае, когда визирь прибежал в торопливости и страхе. Бегущие воины, угнетая и рубя друг дружку, одни садились на суда, другие хватались за канаты и доски, погружая самые судна неумеренною тягостью ко дну вместе с собой. Словом, гибель тут была туркам наивеличайшая…»

В Кагульском сражении Румянцев впервые в России применил против превосходящих сил противника исключительно наступательную тактику, которая позволила ему сразу овладеть инициативой. 27 июля первым из русских военачальников он был удостоен ордена св. Георгия 1-й степени «в турецкую войну, предводительствуя первой армией, за одержанную победу над неприятелем 21 июля 1770 года под Кагулом знаменательную победу». 2 августа императрица присвоила Румянцеву чин генерал-фельдмаршала. После этой победы российские войска последовательно заняли Измаил, Килйю, Аккерман, Браилов, Исакчу, Бендеры. В 1771 г. Румянцев перенес военные действия на Дунай, а в 1773 г. приказал графу Салтыкову осадить Рущук и, послав к Шумле генералов Каменского и Суворова, сам осадил Силистрию, но, несмотря на неоднократные частные победы, пе смог овладеть этой крепостью, так же как и Варной, после чего отвел свою армию на левый берег Дуная.

В 1774 г. фельдмаршал с 50-тысячным войском выступил против 150-тысячной турецкой армии, которая, избегая генерального сражения, сосредоточилась на высотах у Шумлы. Главнокомандующий с частью своих сил обошел турецкий стан и отрезал визирю сообщение с Адрианополем, что вызвало в турецкой армии такую панику, которая вынудила визиря просить о перемирии. Однако Румянцев отказал ему, заявив, что разговор может идти только о мире. Мирный договор был подписан 10 июля в деревне Кючук-Кайнарджи. Турция уступала России Кабарду, Кинбурн, крымские крепости, признавала независимость Крымского ханства и русский протекторат над турецкими славянами. Турция возмещала все расходы, понесенные Российской империей в этой войне, и предоставляла русским судам право беспрепятственного плавания по Черному и Мраморному морям. В своем рескрипте Екатерина II писала Румянцеву: «…вам одолжена Россия за мир славный и выгодный, какового по известному упорству Порты Оттоманской, конечно, никто не ожидал, да и ожидать не мог с разсудительною вероятностию. Самая зависть не может оспаривать сей истины». В годовщину подписания мира 10 июля 1775 г. в Москве состоялись торжества, на которых Петр Александрович Румянцев был удостоен почетного наименования Задунайский и награжден алмазными знаками ордена св. Андрея Первозванного, золотой шпагой с алмазами, фельдмаршальским жезлом, украшенным бриллиантами, лавровым венком и получил множество других наград.

В следующем году генерал-фельдмаршал сопровождал наследника престола великого князя Павла Петровича в Берлин, где встретился со своим давним противником времен Семилетней войны — королем Фридрихом II. В честь Румянцева король силами Потсдамского гарнизона разыграл примерное сражение при Кагуле и наградил полководца орденом Черного Орла. По возвращении в Россию Румянцев был избран почетным членом императорской Академии наук, после этого вернулся на Украину и вновь принял на себя обязанности генерал-губернатора, отвечая одновременно за дела в Крыму; способствовал избранию Шагин-Гирея ханом ногайских орд. Посланный Румянцевым к Перекопу отряд князя Прозоровского занял Крымское ханство, и Шагин-Гирей был признан ханом в Крыму.

В последующие годы Петр Александрович продолжал пользоваться благосклонностью императрицы, которая в 1782 г. наградила его орденом св. Владимира 1-й степени в день его учреждения, а в 1784 г. Румянцев был пожалован чином подполковника Конной гвардии.

Летом 1787 г. Турция потребовала от России отказа от протектората над Грузией, возврата Крыма и аннулирования условий Кючук-Кайпарджийского мирного договора, а вслед за этими требованиями 13 августа объявила России войну. Было сформировано две армии: Екатеринославская во главе с Потемкиным для действий на Балканах и Украинская, которую возглавил Румянцев, для охраны западных границ и связи с союзной австрийской армией.

В июне 1788 г. Румянцев перешел с войсками через Днестр и послал в помощь принцу Кобургскому корпус генерала Салтыкова. К 4 сентября капитулировал Хотин, а Румянцев занял северную часть Молдавии и расположил свою армию в районе Яссы Кишинев. В кампании следующего года 35-тысячной армии Румянцева ставилась задача совместно с корпусом принца Кобургского наступать к Дунаю, где находились основные силы турок. В апреле турецкие войска двинулись на Молдавию, вынудив австрийскую армию отступить. Русский командующий направил на помощь австрийцам дивизию генерала Дерфельдена, который разбил турок у Бырлада и Максимен и дошел до Галаца. Это был последний успех войск под командованием Румянцева. Обе армии были подчинены Потемкину, которому Екатерина II писала: «Мое мнение есть: фельдмаршала Румянцева отозвать от армии и поручить тебе обе армии, дабы согласнее дело шло». Потемкин не возражал, тем более что сам Румянцев ссылался на болезнь.

В 1794 г. престарелый фельдмаршал еще раз получил под свое командование войска, которые должны были действовать против польских повстанцев, однако из-за тяжелой болезни не смог даже выехать к армии, которую возглавил Суворов.

Петр Александрович Румянцев-Задунайский был женат на княжне Екатерине Михайловне Голицыной и имел троих сыновей. Скончался 8 декабря 1796 г. в своем малороссийском имении. В связи с этим А. В. Суворов писал князю Прозоровскому: «С великим сожалением приемля почтеннейшее уведомление Вашего сиятельства от 11 сего месяца о кончине графа Петра Александровича, оплакиваю сего почтеннейшего мужа, которого память останется в сердцах к нему истинно приверженных вечно…»

Румянцев был первым военным деятелем после Петра I, посмотревшим на военное дело с государственной точки зрения, без одностороннего увлечения специалиста. Он указывал на необходимость соблюдать соразмерность военных расходов с другими потребностями государства. В 1770 г. свои наставления Румянцев собрал в «Обряд служб», ставший с тех пор боевым и строевым уставом екатерининской армии: «В армии полки хороши будут от полковников, а не от уставов, как бы быть им должно». В этом отношении особенно примечательны его «Инструкция полковничья полку пехотному» 1764 г. и такая же — полку конному 1766 г. Из румянцевской школы вышли такие выдающиеся полководцы и военачальники, как Потемкин, Панин, Репнин, великий Суворов.

Захар Чернышев родился в семье графа Григория Петровича Чернышева и Евдокии Ивановны Ржевской, которая, являясь одной из фавориток Петра I, входила в узкий круг самых приближенных к царю людей. После свадьбы царь подарил Ржевской 4 тысячи душ крестьян и в дальнейшем продолжал делать богатые подарки, так что к концу царствования Петра I Чернышевы стали одними из самых крупных помещиков в России.

В 1735 г. Захар Чернышев начал службу в гвардии и к 1741 г. уже имел чин капитана. В следующем году стал чиновником русского посольства в Вене, но пробыл там недолго и спустя два года был назначен камер-юнкером ко двору наследника престола великого князя Петра Федоровича. Здесь он обратил на себя внимание великой княгини Екатерины Алексеевны, ставшей впоследствии императрицей Екатериной II. В 1748 г. Чернышев возвратился на военную службу и через два года получил чин генерал-майора за участие в походе русских войск на Рейн.

На начальном этапе Семилетней войны Чернышев находился при австрийской армии, а в 1758 г. был произведен в генерал-поручики и награжден орденом св. Александра Невского, получив в командование гренадерскую дивизию, с которой участвовал в Цорндорфском сражении. В бою он проявил мужество и отвагу; под ним было ранено две лошади, рядом с ним убило грех адъютантов, а в конце сражения он был окружен и попал в плен. Прусский король приказал заключить Чернышева в каземат крепости Кюстрин, но вскоре его обменяли на пленного прусского генерала.

Получив под свое командование отдельный корпус, Чернышев успешно действовал в Померании, Западной Пруссии и Бранденбурге, а 28 сентября 1760 г. захватил Берлин и наложил на него контрибуцию. В налете на Берлин кроме 23 тысяч русских войск участвовало и 14 тысяч австрийцев; правда, во вражеской столице союзники пробыли всего несколько дней, поскольку Фридрих II уже вел к Берлину 70-тысячную армию.

Вступивший на престол император Петр III, будучи поклонником Фридриха II, немедленно прекратил военные действия против Пруссии и приказал корпусу Чернышева находиться при прусской армии. В кампанию 1762 г. его корпус, состоявший преимущественно из кавалерии, совершал набеги на Богемию, воюя против недавних союзников. В начале июля Чернышев получил повеление вернуться в Россию.

Сменившая на русском престоле Петра III его супруга Екатерина II пожаловала Захару Григорьевичу чин генерал-аншефа, в день коронации наградила его орденом св. Андрея Первозванного, а в 1763 г. назначила вице-президентом Военной коллегии. На этой должности Чернышев приложил много сил, поскольку в период его управления военным ведомством Россия вела беспрерывные войны с Полыней и Турцией. 22 сентября 1773 г. Захар Григорьевич был произведен в генерал-фельдмаршалы и стал президентом Военной коллегии, но вскоре оставил эту должность, которую занял Г. А. Потемкин. Императрица послала Чернышева в Белоруссию, где на посту наместника Полоцкой и Могилевской губерний он проявил качества энергичного администратора. Екатерина II, проезжая через Белоруссию в 1780 г. для встречи с австрийским императором Иосифом II, сказала Захару Григорьевичу: «Если бы я сама не видела такого устройства, то никому бы не поверила; а дороги ваши как сады».

4 февраля 1782 г. фельдмаршал был назначен генерал-губернатором в Москву. Рескрипт Екатерины гласил: «По случаю смерти нашего генерала, князя Долгорукова-Крымского, Мы Всемилостивейше препоручаем вам главную команду и попечение о сохранении доброго порядка во время отсутствия Нашего в столичном Нашем городе Москве и во всей Московской губернии, повелевая вам присутствовать Сената Нашего в пятом департаменте, принять в команду вашу Московскую дивизию и все войска, кои под ведением покойного князя Долгорукова-Крымского по сему месту находились, и управляя на основании постановлений и указов предместником вашим данных, ежечасно доносить Нам о состоянии города и губернии…» С учреждением в 1782 г. ордена св. Владимира Чернышев был награжден его 1-й степенью. По отзыву князя Н. В. Репнина, он «пользовался отличным уважением и был разумным администратором по военной и гражданской части».

З. Г. Чернышев был женат на Анне Родионовне Вейдель, бывшей моложе супруга на 22 года, но детей не имел и все свое состояние завещал брату Ивану. Скончался 29 августа 1784 г.

Гессенский ландграфский род, известный с середины XIII в., приобрел большой авторитет среди протестантских династий Европы благодаря ландграфу Филиппу Гессенскому, организатору антигабсбургской протестантской коалиции. Позднее этот род разделился на Гессен-Дармштадтскую и Гессен-Кассельскую ветви.

Ландграф Людвиг IX получил чин русского генерал-фельдмаршала в 1774 г. как почетную награду, поскольку породнился с династией Романовых, выдав свою младшую дочь за наследника русского престола. В сентябре 1773 г. состоялась свадьба великого князя Павла Петровича с принцессой Гессен-Дармштадтской Вильгельминой-Луизой, принявшей в православии имя Наталья Алексеевна. Отец невесты был награжден орденом св. Андрея Первозванного. Старшая же дочь ландграфа принцесса Фредерика-Луиза стала второй супругой короля Пруссии Фридриха-Вильгельма II.

Наталья Алексеевна сумела окончательно испортить отношения Павла с матерью. В первый же год после свадьбы был раскрыт заговор с целью возвести на престол великого князя, свергнув Екатерину II. По некоторым сведениям, его вдохновительницей была именно великая княгиня. Императрица узнала о заговоре от секретаря графа Панина, но оставила все без последствий. Брак Павла Петровича продолжался недолго: его супруга скончалась при родах в 1776 г. Отец великой княгини ин во время замужества дочери, ни после ее смерти никакого влияния на русскую политику не оказывал и к российской армии не имел никакого отношения, кроме высшего военного чина Российской империи.

Выдающийся русский государственный деятель Григорий Александрович Потемкин родился в селе Чижове, недалеко от Смоленска, в семье мелкопоместного дворянина. После смерти отца переехал с матерью и сестрами в Москву, где стал посещать учебное заведение Литкеля в Немецкой слободе, проявив любознательность, честолюбие и тягу к знаниям. Поступив затем в Московский университет, он в июле 1757 г. в числе двенадцати лучших студентов был представлен императрице Елизавете Петровне, но затем неожиданно забросил занятия и за неуспеваемость был отчислен из университета.

Еще в мае 1755 г. Григорий Потемкин был записан в рейтары копной гвардии, через два года произведен в капралы, а затем в гефрейт-капралы. В июне 1759 г. стал каптенармусом, хотя на действительную военную службу, но традиции того времени, не являлся до окончания своего обучения.

Царствование императора Петра III Григорий Потемкин встретил в чине вице-вахмистра и в должности ординарца двоюродного дяди царя, генерал-фельдмаршала русской службы принца Георга Голштинского. В дворцовом перевороте, совершенном 28 июня 1762 г., Потемкин, бывший в чине вахмистра, принял непосредственное участие, хотя какое именно, так и осталось неизвестным. До нас дошли только сведения, что он сопровождал свергнутого императора в Ропшу. Тем не менее новая императрица, в числе других отличившихся, наградила молодого вахмистра чином камер-юнкера, серебряным сервизом и дала ему четыреста душ крестьян. В одном из своих писем Екатерина II пишет: «В конной гвардии двадцатидвухлетний офицер Хитрово и семнадцатилетний унтер-офицер Потемкин направляли все благоразумно, смело и деятельно». Потемкин был, правда, старше указанного в письме возраста. В составленном же списке награжденных появилась запись: «В конной гвардии вахмистр Григорий Потиомкин: два чина по полку да 10 000 рублей». Уже в чине подпоручика он был послан в Стокгольм к шведскому двору с известием о восшествии на престол Екатерины II.

В 1763 г. Потемкин был прикомандирован к обер-прокурору Святейшего Синода И. И. Мелиссино, по числился по-прежнему в военном ведомстве. В 1765 г. он был произведен в поручики, а в 1767 г. принял участие в работе екатерининской комиссии по составлению Уложения, став опекуном делегатов от иноверческих пародов. В сентябре 1768 г. получил чин действительного камергера и секунд-ротмистра, но в ноябре из конной гвардии был отчислен «как состоящий при дворе».

С началом русско-турецкой войны 1768–1774 гг. Потемкин отправился в действующую армию волонтером и был прикомандирован к армии генерал-аншефа князя А. М. Голицына. Находясь в удалении от двора, он, однако, постоянно напоминал о себе императрице, состоя с ней в переписке, уверяя Екатерину в своем «отменном к персоне Вашего Величества усердии». Потемкин стремился не только к придворной карьере, но и к военной славе: «Что касается до военного искусства; больше всего затвердил сие правило, что ревностная служба к своему государю и пренебрежение к жизни бывают лучшими способами к получению успехов».

19 июня 1769 г. в отряде генерал-майора князя А. А. Прозоровского Потемкин участвовал в сражении у Хотина против 20 тысяч турок, в котором противник был разбит. 2 июля под стенами Хотина отличился при взятии некоторых крепостных укреплений и «за оказанную храбрость и опытность в военных делах» был произведен в генерал-майоры. 29 августа, командуя конным отрядом, снова показал себя с лучшей стороны в сражении против войск великого визиря Молдаванчи-паши и крымского хана Девлет-Гирея, которое закончилось полным поражением неприятеля. 80-тысячная турецко-татарская армия была сброшена в Днестр, понеся большие потери.

В январе 1770 г. Потемкин, уже под общим командованием П. А. Румянцева, разгромил вместе с генерал-майором Подгорчиани 10-тысячный турецкий отряд Сулеймана-паши и сераскира Румели-Валаси. В феврале содействовал генерал-поручику Штофельну в овладении крепостью Журжей. С армией Румянцева в течение июня — июля отличился при Рябой Могиле, где укрепленный татарский лагерь был взят широким обходным маневром; при Ларге, где русская армия атаковала и обратила в бегство 55 тысяч турок и татар; при реке Кагул, где против 17 тысяч русских солдат выступила 80-тысячная армия противника. Во время этого сражения Потемкин прикрывал обозы и тыл армии от нападения татарской конницы. 27 июля 1770 г. он был награжден орденом св. Георгия 3-й степени за сражения при Ларге и Кагуле. Позднее участвовал во взятии Измаила войсками генерал поручика Репнина, первым вступил в горящее предместье Килии. Конечно, Потемкин значительной роли в выдающихся победах Румянцева и других военачальников не сыграл, тем не менее главнокомандующий доносил о нем Екатерине II: «В описаниях прошедшим действиям Ваше императорское величество видеть соизволили, сколько участвовал в оных своими ревностными подвигами генерал-майор Потемкин. Не зная, что есть быть побуждаемому на дело, он сам искал от доброй своей воли везде употребиться…» Фельдмаршал Голицын подтверждал лестные отзывы: «Русская конница до сего времени еще не действовала с такой стройностью и мужеством, как под командою генерал-майора Потемкина».

В 1771 г. Потемкин отразил нападение турок на Крайову, вытеснил их из Цимбры, сжег несколько вражеских судов на Дунае. 17 мая разбил 4-тысячный турецкий отряд на реке Олте. Вместе с генерал-майором Гудовичем осаждал крепость Турну. Командуя несколькими судами, действовал на Дунае, доходя до самой Силистрии. За все свои отличия награжден чином генерал-поручика и золотой шпагой.

Весь 1772 г. прошел в мирных переговорах, которые велись при посредничестве Австрии. Но они не дали никаких результатов. С возобновлением военных действий Потемкин вернулся в армию; командовал отдельным корпусом на Дунае. В июне, перейдя с Румянцевым Дунай, участвовал в битве с войсками Осман-паши у Силистрии, разбив турецкую кавалерию. В этом же году Потемкин познакомился с А. В. Суворовым. Послав императрице письмо, он получил ответное послание, в котором говорилось: «… в разсуждении заслуг ваших, Мне и Отечеству учиненных, что Я приказала изготовить указ о пожаловании вас генерал-адъютантом».

В январе царица вызвала Потемкина в Санкт-Петербург, и с этого момента начинается его быстрое возвышение при дворе. Прибыв в столицу, он стал кавалером ордена св. Александра Невского, затем — генерал-аншефом и подполковником лейб-гвардии Преображенского полка, членом Совета при высочайшем дворе и вице-президентом Военной коллегии, а в конце года был награжден орденом св. Андрея Первозванного. Пожалованный Екатериной II в графы Российской империи, он был назначен шефом иррегулярных войск и принял участие в организации карательных мероприятий против повстанческой армии Емельяна Пугачева. Личное расположение императрицы, высокие должности при дворе и в государственном аппарате быстро сделали Потемкина самым могущественным человеком в империи. Проявив себя талантливым администратором, он стал ближайшим помощником Екатерины II в проведении политики укрепления абсолютистского государства.

26 ноября 1775 г. Григорий Александрович получил орден св. Георгия 2-й степени «…за оказанный им в турецкую войну по всем артикулам статута о военном ордене мужественный над неприятелем подвиги». В том же году по его инициативе была ликвидирована Запорожская Сечь как возможный очаг нового массового антиправительственного выступления.

В 1776 г. Потемкин назначается новороссийским, азовским и астраханским генерал-губернатором. 16 (27) февраля по просьбе русской царицы император Иосиф II возвел Потемкина в княжеское достоинство Священной Римской империи с титулом светлости, которым ему было разрешено пользоваться в России.

Все последующие годы светлейший князь полностью посвятил себя государственным делам. Без его ведома в свет не выходил ни один важный документ, тем более что Потемкин имел право распоряжаться делами от имени самой императрицы. Особое внимание оп уделял развитию Северного Причерноморья. По его распоряжениям заселялись пустующие земли, строились новые города — Херсон, Николаев, Екатеринослав, в которых возводились административные и общественные здания, пристани, верфи, крепостные сооружения. Большой его заслугой было создание Черноморского флота, который в последующие годы прекрасно показал себя в войне с Турцией. Ему же принадлежит и план включения Крыма в состав Российской империи. «Крым положением своим разрывает наши границы, — писал Потемкин Екатерине II.

Положите же теперь, что Крым Ваш и что нет уже сей бородавки на носу, — вот вдруг положение границ прекрасное…» 14 декабря 1782 г. императрица подписала рескрипт о необходимости при первом же поводе присоединить Крым к России. Осуществление этого плана завершилось ликвидацией Крымского ханства. Одновременно манифест от 8 апреля 1783 г. извещал о включении в число владений Российской империи Тамани и Кубани.

Несмотря на появление у Екатерины II новых фаворитов, положение Потемкина все более укреплялось. В феврале 1784 г. он стал президентом Военной коллегии, получил чин генерал-фельдмаршала и был назначен шефом Кавалергардского полка. В следующем году ему подчинили Черноморское адмиралтейство и флот, а еще через год он организовывал Кавказское и Сибирское войска.

В 1787 г. Екатерина II предприняла путешествие на юг, организованное Потемкиным, который сумел показать все успехи в деле освоения новых земель. «Путешествие императрицы, — писал участник ее поездки, — можно назвать волшебством. На каждом почти шагу встречали мы нечаянное, неожиданное. Там видели эскадры, там конные отряды, там освещение, на несколько верст простиравшееся; здесь сады в одну ночь сотворенные». Царица велела Сенату подготовить похвальную грамоту с перечислением подвигов генерал-фельдмаршала князя Потемкина: в присоединении Тавриды к Российской империи, в успешном заведении хозяйствования Екатеринославской губернии, в построении городов и Черноморского флота, с прибавлением ему почетной приставки Таврический.

Огромны заслуги светлейшего князя и в реорганизации русской армии: в 1786 г. им был издан новый устав, полностью заменена была военная форма. Фельдмаршал писал: «Я употребил всю свою возможность к избежанию излишеств и, облегча человека, дал однако же все, что может служить к сохранению здоровья и к защите от непогоды…»

Влияние Потемкина на армию поистине было благотворным. Все его мероприятия направлены прежде всего на облегчение условий службы солдат. Вместо неопределенного пожизненного срока службы — «доколе силы и здоровье позволят» — был введен 25-летний срок; в кавалерии полагалось служить 15 лет, после чего переводиться в пехоту либо в гарнизоны. Солдат стали в первую очередь обучать тому, что могло пригодиться в бою или походе. Телесные наказания, и гак редко применявшиеся Румянцевым, были при Потемкине совершенно выведены из обихода армии. С другой стороны, фельдмаршал был сторонником строгой дисциплины: «Я предписал, чтобы наказания были легкие, но если бы кто дерзнул перед командиром быть ослушным, того я накажу равным смертным наказанием».

При светлейшем князе вновь были сформированы отдельные егерские батальоны, создан новый тип регулярной конной кавалерии — легкоконные полки, образовано четыре конно-егерских полка, в два раза увеличено число драгунских полков; полностью переформирована артиллерия, в рядах которой была образована конная артиллерия. Деятельность Потемкина особенно сказалась в устройстве казачьих войск. Формировались Терское, Моздокское и Кубанское казачьи войска на Кавказе, а в верховьях Дона — Хоперское казачье войско. На случай военных действий казачьи войска могли выставить до 50 полков. Всего же к концу царствования Екатерины II общая численность всех действующих войск увеличилась до 287 тысяч человек. В 1788 г. при участии Потемкина были составлены «Примечания о причинах болезней» с требованиями заботиться о санитарном состоянии войск. При нем всегда высокая смертность в армии начала снижаться, хотя и оставалась достаточно большой. Внес он свой вклад, наряду с Румянцевым и Суворовым, и в развитие служебных уставов — строевых, полевых и гарнизонных, развитие способов ведения боя. По предпринятым Потемкиным военным реформам его можно поставить в один ряд с такими великим военными реформаторами, как Петр I и Румянцев, а позднее Суворов, хотя он и уступал им в полководческих дарованиях.

13 августа 1787 г., всего через несколько дней после возвращения Екатерины II из Крыма, Турция объявила войну России. Турецкий султан Селим III, опираясь на поддержку Пруссии, Швеции, Англии и Франции, требовал возвращения Крыма и признания Грузии своим вассалом. Стремясь использовать выгоду положения нападающей стороны, турки сразу же проявили большую активность на море и 1 октября высадили десант на Киибурнской косе, который был уничтожен войсками А. В. Суворова. Турки потеряли до 5 тысяч человек, а турецкий флот вынужден был уйти в море.

В зиму 1787/88 г. были образованы две русские армии: главная — Екатеринославская под командованием Потемкина, насчитывавшая 82 тысячи человек при 180 орудиях, и вспомогательная — Украинская армия фельдмаршала Румянцева, составлявшая 37 тысяч человек при 50 орудиях. Главные события этой кампании развернулись вокруг крепости Очаков, которую в июле осадила 80-тысячная армия Потемкина. Крепость защищал 15-тысячный турецкий гарнизон под командованием Хуссейн-паши. Очаков был обложен с суши армией, а со стороны Днепровского лимана — флотилией галер, дважды разбившей незадолго до этого турецкий флот.

27 июля гарнизон произвел вылазку, отбитую Суворовым. Затем осада затянулась на пять месяцев, и лишь наступление зимних холодов подтолкнуло главнокомандующего к активным действиям. 6 декабря в 23-градусный мороз 15-тысячный ударный отряд пошел на приступ очаковских укреплений. Преодолев ров и вал, русские войска ворвались в город, где продолжались упорные бои. В сражении погибло до двух третей турецкого гарнизона, было взято 4,5 тысячи пленных, 180 знамен и 310 орудий. «Неустрашимость начальников, — писал в донесении фельдмаршал, — мужество воинов, согласное всех частей наступление и точность в достижении предстоящих каждой колонне предложений увенчались скорой и полной победой». 16 декабря 1788 г. светлейший князь был награжден орденом св. Георгия 1-й степени «в воздаяние усердия к отечеству, искусства и отличного мужества, с которым, предводительствуя армиею Екатеринославскою и флотом на Черном море и одержав важные над неприятелем России и всего христианства поверхности, предуспел покорить оружию город и крепость Очаков». Кроме других наград Потемкин получил шпагу «за храбрость» с бриллиантами и 100 тысяч рублей.

Кампания 1789 г. ознаменовалась победами Суворова при Фокшанах и Рымнике. Осенью войска Потемкина взяли Аккерман и Бендеры, гарнизон которых капитулировал 3 ноября. В Бейдерах взято 325 орудий, множество боеприпасов и провианта. В следующем году Суворов одержал выдающуюся победу при взятии турецкой крепости Измаил. В 1791 г. корпус князя Репнина разгромил армию Юсуф-паши у Мачииа. Кроме того, замечательные морские победы Ф. Ф. Ушакова, одержанные в эти годы в Керченском сражении, у Тендры и Калиакрии, вынудили турецкое правительство начать мирные переговоры.

Штаб квартира фельдмаршала находилась в Яссах, где светлейший князь жил, окруженный целым придворным штатом. Ко всем своим титулам он присоединил в 1790 г. и звание гетмана Екатеринославского и Черноморского казачьих войск. В январе 1791 г. он приехал в Санкт-Петербург, считая там свое присутствие необходимым ввиду быстрого возвышения нового фаворита Пдатона Зубова. Вернувшись в Яссы, деятельно вел мирные переговоры с Турцией, но болезнь помешала их завершить. 5 октября 1791 г. по дороге в Николаев, в 40 километрах от Ясс, в степи светлейший князь Потемкин скончался. Получив это печальное известие, императрица сказала: «Теперь вся тяжесть правления лежит на мне одной». Похоронен в Соборной церкви Херсона.

Григорий Александрович Потемкин — натура богато одаренная, но неуравновешенная, возвышенная и мелочная, могучий ум и неровный характер, в котором творческое вдохновение чередовалось с периодами полной прострации. Достоинства Потемкина были достоинствами государственного человека, его недостатки недостатками временщика. Отзывы о нем после смерти, как и при жизни, были весьма различны. Екатерина II называла его великим и гениальным человеком. Суворов относился к нему с почтением и открыто признавал таланты светлейшего князя. Без сомнения, он был самым способным из фаворитов Екатерины II. Талантливый администратор, деятельный и энергичный человек, однако избалованный своим высоким положением, Потемкин был лишен равновесия и способности соразмерять свои желания с действительностью. Но, делая быструю и блистательную карьеру, он стремился не только к удовлетворению своего тщеславия и личному обогащению, но и к укреплению международных позиций государства, к развитию его экономики, армии и флота. Поэтому Потемкин стоит в первом ряду выдающихся деятелей России екатерининской эпохи.

Великий русский полководец Александр Васильевич Суворов родился в старинной дворянской семье среднего достатка. Его дед Иван Григорьевич служил при Петр I генеральным писарем Преображенского полка, а отец начал службу денщиком и переводчиком императора, который к тому же приходился ему крестным отцом. Сам Василий Иванович, человек просвещенный и образованный, готовил сына к гражданской службе, однако тот с самого детства мечтал только о военной карьере. Под руководством отца он изучал артиллерию, фортификацию, военную историю; овладел французским, немецким и итальянским языками. Одновременно, будучи от рождения болезненным, закалял свой организм физическими упражнениями и верховой ездой.

По совету и протекции знаменитого Ганнибала Александр Суворов 22 октября 1742 г. был «записан в лейб-гвардии Семеновский полк в солдаты сверх комплекта без жалования». Несколько лет прошло в занятиях дома и в классах Кадетского корпуса. 25 апреля 1747 г. Суворова произвели в капралы, а 1 января следующего года он начал действительную службу и был прикомандирован к третьей роте полка. В эти годы он выполнял множество унтер-офицерских обязанностей: был ординарцем у премьер-майора Н. Ф. Соковнина, ездил с депешами в Дрезден и Вену и т. д. В 1754 г. Суворов был произведен в офицеры и направлен поручиком в Ингерманландский пехотный полк. В 1756 г. назначен в Новгород обер-провиантмейстером, а затем генерал-аудитор-лейтенантом при Военной коллегии.

С началом Семилетней войны Суворов продолжал служить в провиантском ведомстве в чине премьер-майора. В мае 1756 г. он был произведен в подполковники и переведен в Казанский пехотный полк, а в следующем году благодаря протекции отца — в корпус князя М. II. Волконского в Силезию, с которым участвовал во взятии Кроссена. Вскоре он стал дежурным офицером при генерал-аншефе Фермере, а в августе 1759 г. в рядах армии Салтыкова участвовал в Кунерсдорфском сражении. В сентябре 1760 г. Суворов в составе корпуса Чернышева вступил в Берлин. Перейдя в корпус генерал-майора Берга, он в короткое время стал известен в армии как лихой кавалерист. С небольшим отрядом он совершил множество смелых набегов, не раз подвергаясь смертельной опасности; трижды был ранен. В представлении императрице Елизавете Петровне фельдмаршал Бутурлин писал: «Суворов себя перед прочими гораздо отличил».

Екатерина II собственноручным указом от 26 августа 1762 г. произвела Суворова в полковники и назначила командиром Астраханского пехотного полка, а весной следующего года он получил в командование Суздальский пехотный полк, стоявший в Новой Ладоге. В последующие два года Суворов разработал «Полковое учреждение» — инструкцию но организации службы и воинского обучения в Суздальском полку. Участвовал со своим полком в маневрах под Красным Селом, где полк показал себя с самой лучшей стороны, а его командир, единственный из всех штаб-офицеров, был с похвалой упомянут в реляциях.

В ноябре 1768 г. в чине бригадира Суворов вступил с полком в Смоленск, откуда был направлен в Польшу во главе бригады из трех пехотных полков для участия в военных действиях против отрядов Барской конфедерации. Одержал победу над 2-тысячным польским отрядом братьев Пулавских у деревни Орехово, в 70 верстах от Бреста, за что 1 января 1770 г. произведен в генерал-майоры. Под общей командой генерала И. И. Веймарна руководил русскими войсками в Люблинском районе и одержал победы над отрядами конфедератов в сражениях при Тынце, Ландскроне, Замостье и Столовичах. За победу при Ландскроне награжден орденом св. Георгия 3-й степени, а за успешные действия при Столовичах стал кавалером ордена св. Александра Невского. В апреле 1772 г. взял штурмом предместья Кракова и склонил к капитуляции защитников Краковского замка. В целом в войне с конфедератами действия Суворова сыграли решающую роль. Именно он разгромил под Ландскроной и Столовичами подвижные резервы — главные силы, на которые опирались партизанские отряды, рассеянные по стране. Организация обороны от подвижных отрядов конфедератов по праву считается классической в военном искусстве.

В сентябре 1772 г. Суворов был переведен в обсервационный корпус генерал-поручика И. К. Эльмпта, выдвигавшийся к шведской границе. Побывав проездом в столице, он отправился в пограничные со Швецией районы, где произвел рекогносцировку и составил смету на строительство оборонительных сооружений. В апреле 1773 г., после многочисленных ходатайств, был переведен на Дунай, в армию генерал-фельдмаршала П. А. Румянцева. Командование поставило перед ним задачу ударить на Туртукай, чтобы отвлечь внимание турок от других мест. Сил для такой операции было явно недостаточно, и особенно сказывалась нехватка в пехоте. Тем не менее в ночь на 10 мая началась переправа на правый берег Дуная и штурм. Пехота выбила турок из батарей и двух лагерей; к утру они бежали, потеряв до полутора тысяч убитыми, всю флотилию, 16 пушек и 6 знамен. Спустя месяц, в отсутствие больного Суворова, второй поиск на Туртукай закончился неудачей. Вновь возглавив войска, Суворов повторил рейд на Туртукай в ночь с 16 на 17 июня, имея под своей командой немногим более 3 тысяч человек. Русские вновь разгромили турок, захватив богатые трофеи, в том числе 35 судов и 14 орудий. 30 июля 1772 г. Суворов был награжден за победу при Тургукае орденом св. Георгия 2-й степени.

После туртукайской победы Румянцев поручил Суворову охранять район Гирсова за Дунаем. Гирсово оставалось единственным пунктом, занятым русскими войсками на правом берегу реки. Главные силы русской армии расположились поблизости, на левом берегу. Турки опасались перехода русских через Дунай именно в этом районе. 3 сентября 10-тысячный турецкий отряд подошел на пушечный выстрел к передовому русскому редуту. Артиллерия ударила по противнику картечью, а затем пехота и кавалерия довершили разгром неприятеля. Казаки и гусары преследовали турок 30 верст. Обоз и все пушки достались победителям. Турецкие потери только убитыми составили более тысячи человек. Румянцев написал победителю: «За победу, в которой признаю искусство и храбрость предводителя и мужественный подвиг вверенных Вам полков, воздайте похвалу и благодарение именем моим всем чинам, трудившимся в сем деле».

Глубокой осенью Румянцев пытался предпринять дальний рейд за Дунай: Потемкин начал осаду Силистрии, Салтыков подошел к Рущуку, Уигерн направился к Варне, однако несогласованность действий вынудила главнокомандующего отвести войска на зимние квартиры в Валахию, Молдавию и Бессарабию. К этому времени Суворова уже не было в армии. Он отпросился в кратковременный отпуск в Москву, где по настоянию отца женился на княжне Варваре Ивановне Прозоровской.

В начале 1774 г. Суворов был назначен командиром резервного корпуса и получил 17 марта чин генерал-поручика. Рядом располагался корпус генерал-поручика М. Ф. Каменского, которому формально был подчинен Суворов. 9 июня близ села Козлуджа корпуса Суворова и Каменского вступили в бой с войском турецкого командующего Абдул-Резака. В начале сражения основная тяжесть турецкого натиска выпала на долю Каменского. Туркам удалось потеснить его авангард и создать угрозу окружения пехоты на левом фланге. Турецкий корпус насчитывал 40 тысяч солдат, но после упорного боя противник был отражен. 8-тысячный авангард Суворова атаковал основные силы турок и отбросил их передовой отряд. Возглавив атаку кавалерии, он захватил высоту в тылу турецкого лагеря, а затем при поддержке пехоты Каменского разбил все турецкое войско. Победа при Козлудже решила исход кампании и всей войны. 10 июля в Кючук-Кайпарджи турки подписали мир, признав независимость Крыма и уступив России Кинбурн, Азов, Керчь и признав за русскими судами право свободного плавания по Черному морю. После заключения мира Суворов был награжден золотой шпагой с алмазами и отозван в Москву, где вступил в командование Московской дивизией.

В августе 1774 г. по приказу Екатерины II Суворов был направлен для подавления крестьянской войны под предводительством Емельяна Пугачева, но восставшие были разбиты еще до его прибытия и он лишь преследовал остатки войск Пугачева до рек Большой и Малый Узень, а затем конвоировал Пугачева от Яицкого городка до Симбирска.

В последующие годы Суворов командовал Санкт-Петербургской и Московской дивизиями, Крымским и Кубанским корпусами, руководил оборонными мероприятиями в Крыму и сооружением Кубанской укрепленной линии. В мае 1778 г. Суворов объявил по Крымскому и Кубанскому корпусам «Наставление о порядке службы пехоты, кавалерии и казаков в лагере, на походе и в бою». Руководил подготовкой и проведением присяги кочующих ногайцев на верность России. Нанес поражение восставшим ногайцам в урочище Кременчик на реке Лабе. Последние годы перед началом новой русско-турецкой войны жил в своих имениях под Владимиром и Суздалем. 22 сентября 1786 г. произведен в генерал-аншефы.

В начале войны Суворов командовал 30-тысячным корпусом, оборонявшим побережье в районе Херсон Кинбурн. 1 октября 1787 г. турки высадили на Кинбуриской косе десант, который был отражен небольшими силами. Артиллерийский огонь заставил отступить турецкий флот, а затем стремительная атака развернутым строем увенчалась полным разгромом десанта. В этом году турки больше активных военных действий не предпринимали. Командующий Потемкин писал Суворову: «Ты подтвердил справедливость тех заключений, которые Россия всегда имела о твоих военных достоинствах». Императрица прислала полководцу ленту ордена св. Андрея Первозванного.

27 июля 1788 г. под Очаковом Суворов отбил вылазку из крепости турецкой пехоты и небольшого конного авангарда. Ожесточенная схватка завершилась отступлением турок. Солдаты Фанагорийского полка ворвались в крепостные предместья, но, не получив поддержки, вынуждены были отступить. Сам Суворов был ранен пулей в шею и в дальнейшей осаде Очакова участия не принимал. Крепость взяли штурмом войска фельдмаршала Потемкина лишь 6 декабря.

1789 г. ознаменовался двумя выдающимися победами Суворова при Фокшанах и Рымнике. В это время он командовал дивизией в Молдавии и руководил военными действиями как русских, так и союзных австрийских войск. 21 июня 1789 г. 5 тысяч солдат Суворова и 12 тысяч австрийцев принца Кобургского соединились и перешли в наступление у селения Фокшаны, где находился лагерь турецкого командующего Османа-паши. Отразив атаки вражеской кавалерии, русско-австрийские войска после короткой подготовки ворвались в турецкий лагерь. Русская артиллерия подавила огонь турецких орудий, и пехотинцы «пошли скорым шагом на атаку их окопов без стрельбы, и в самой близости учиня залпы, одержали оные великою храбростию». Турки бежали в Фокшанский замок, который был взят штурмом. Армия Османа-паши потеряла убитыми до полутора тысяч человек и 12 ору дий.

В сентябре Потемкин стянул к осажденным Бендерам почти все русские силы, оставив в Молдавии лишь войска Суворова. Великий визирь Юсуф-паша решил воспользоваться удалением друг от друга русских и австрийских войск, собираясь разбить их порознь. Собрав 100-тысячное войско, он двинулся к реке Рым-ник. Пройдя ускоренным маршем более 100 километров, войска Суворова соединились с австрийцами. Армия союзников насчитывала 25 тысяч человек. В ночь на 11 сентября Суворов приказал армии немедленно выступить и подвел ее к самому турецкому лагерю. Турки были застигнуты врасплох. Русские войска захватили авангардный турецкий лагерь, но великий визирь бросил на них свою кавалерию, которая была отбита огнем батальонных каре. Повторная атака 25 тысяч всадников также не имела успеха. Вся турецкая кавалерия была рассеяна. В три часа дня союзная армия подошла к главному укрепленному лагерю турок, занятому 15-тысячным отрядом свежих войск противника. Суворов бросил в атаку 6 тысяч кавалеристов. Подоспевшая пехота к четырем часам завершила разгром. Турки потеряли до 15 тысяч убитыми, четыре укрепленных лагеря, 85 орудий и 100 знамен.

За эту победу Суворов получил титул графа Священной Римской империи. Императрица также осыпала полководца наградами. Он получил графский титул Российской империи с почетной приставкой Рымникский, алмазные знаки ордена св. Андрея Первозванного, золотую с бриллиантами шпагу с надписью «Победителю визиря», бриллиантовый эполет, драгоценный перстень и как венец признания полководческого таланта — орден св. Георгия 1-й степени. В рескрипте Екатерины II говорилось: «Во всемилостевейшем уважении на особливое усердно, которым долгое время его служба была сопровождаема, радение и точность в исполнении предположений главного начальства, неутомимость в трудах, предприимчивость, превосходное искусство и отличное мужество во всяком случае, наипаче же при атаке многочисленных турецких сил, верховным визирем предводительствуемых, в 11 день сентября на реке Рымнике оказанное, где он с войсками Российскими и с корпусом союзника России, Его Величества императора Римского под командою принца Саксен-Кобургского находящимися, совершенную над неприятелем одержал победу». Победа при Рымнике была настолько решительной, что ничто больше не препятствовало союзникам перейти Дунай и двинуться на Балканы. Однако Потемкин ограничился занятием Хаджибея, Аккермана и Бендер. Союзные войска заняли Белград.

Весной 1790 г. австрийская армия потерпела от турок поражение под Журжей и правительство Австрии заключило сепаратный мир. Вся тяжесть войны легла на Россию. Ввиду этого действия на Дунае, по плану Потемкина, должны были носить преимущественно оборонительный характер, но на левом берегу Дуная находилась мощная турецкая крепость Измаил с 40-тысячным гарнизоном при 265 орудиях. Вначале из-за разобщенного командования осада крепости велась вяло, а к зиме было принято решение осаду снять. Тогда Потемкин, придававший взятию Измаила особенное значение, дабы склонить этим Турцию к миру, поручил Суворову принять начальство под Измаилом и самому на месте решить, снять ли осаду или продолжать ее. «Турецкая флотилия под Измаилом почти истреблена, — писал Потемкин. — Остается предпринять действия на овладение городом, для чего, ваше сиятельство, извольте поспешить туда для принятия всех частей в вашу команду…»

Суворов прибыл к крепости 2 декабря, и тут же началась энергичная подготовка к штурму. Русский осадный корпус насчитывал 30 тысяч человек при 490 орудиях. И декабря, после того как турки отклонили предложение о сдаче, штурм начался. Атакующие колонны пошли на приступ одновременно на разных участках, и к шести утра егеря уже находились на крепостном валу. Солдаты Кутузова овладели Килийскими воротами. К одиннадцати утра были взяты Бросские, Хотинские и Бендерские ворота, через которые Суворов ввел внутрь крепости резервы. Бой продолжался и на улицах города. Для поддержки атакующих командующий бросил в бой за город все свои резервы, а также 20 легких орудий, чтобы выбить обороняющихся турок с улиц города. К двум часам русские войска, отбив несколько вражеских контратак, пробились к центру города. В четыре часа Измаил пал. Турки потеряли 26 тысяч убитыми, 9 тысяч пленными, 265 пушек и 345 знамен. «Крепость Измаильская, столь укрепленная, сколь обширная, и которая казалась неприятелю непобедимою, взята страшным для него оружием российских штыков».

Взятие Измаила произвело огромное впечатление на всю Европу. Екатерина II в письме к Потемкину, рискуя задеть его самолюбие, писала, что «почитает измаильскую эскаладу города и крепости за дело, едва ли где в истории находящееся…». Однако ожидаемого чина генерал-фельдмаршала Суворов не получил и был лишь удостоен «похвальной грамоты с означением его подвигов» и чина подполковника лейб-гвардии Преображенского полка.

В это время новые победы русского оружия на суше и в морских сражениях вынудили Турцию пойти на мирные переговоры и 29 декабря 1791 г. подписать в Яссах мир, по которому Турция признавала присоединение Крыма к России. За Россией оставались также земли по Днестру и Кубани. Султан отказывался от притязаний на Грузию.

В октябре 1793 г. императрица прислала Суворову рескрипт, в котором говорилось: «Граф Александр Васильевич! День празднования мира напоминает Нам знаменитый заслуги и дела, коими вы отличились. Всемилостивейше жалуем вам похвальную грамоту, за собственноручным Нашим подписанием, с означением всех ревностных и мужественных подвигов, произведенных вами в продолжение славного и долговременного вашего служения».

Еще 11 марта 1793 г. генерал Кречетников объявил в Полонием манифест «О присоединении польских областей к России». В Польше вспыхнуло восстание во главе с Костюшко. В 1794 г. русские войска начали военные действия, но перелом наступил только после прибытия к армии Суворова, которому было поручено занятие Бреста и обеспечение безопасности линии по реке Буг. Действуя как всегда быстро, Суворов 4 сентября с боем взял Кобрин, 5-го — разбил поляков под Крупчицами и отбросил их к Бресту, 7-го — форсировал Буг, а 8 сентября атаковал под Брестом корпус Сераковского и полностью его разбил. 28 сентября у Мацейовиц Суворов уничтожил 10-тысячный корпус Костюшко при 36 орудиях. Поляки потеряли убитыми и ранеными около 6 тысяч человек.

Венцом польской кампании стал штурм Праги укрепленного предместья Варшавы. Штурм начался в пять часов утра 24 октября. Атака для осажденных оказалась неожиданной, и их оборона носила беспорядочный характер. Русским войскам удалось захватить мосты через Вислу. Из 20 тысяч защитников Праги было убито и ранено 8 тысяч, утонуло в Висле 2 тысячи, взято в плен 9 тысяч человек. После штурма Праги капитулировала и Варшава. 19 ноября 1794 г. Суворов был произведен в генерал-фельдмаршалы. Отмечая его успех, Екатерина II писала: «Вы сами произвели себя в фельдмаршалы». В октябре 1795 г. Суворова отозвали в Санкт-Петербург, а в январе следующего года он был назначен главнокомандующим в Новороссию. Штаб-квартирой армии стал город Тульчин.

В это время фельдмаршал завершил окончательную редакцию знаменитой «Науки побеждать», в которой обобщил опыт своих походов и сражений. Гениальная суворовская «Наука побеждать» создавалась полководцем всю его жизнь. Начала его видны уже в «Суздальском учреждении», где подчеркивается важность воспитания в характере солдат упорства, настойчивости, инициативы, взаимовыручки. В «Науке побеждать» привлекает ее патриотическая направленность, вера в морально-боевые качества русского солдата и офицера. Именно в верности национальным традициям лежат основы суворовской «Науки побеждать», на которую обрушился главный удар реакционной реформы русской армии, осуществленной пришедшим на смену скончавшейся Екатерине II императором Павлом I и его окружением. Отказ фельдмаршала выполнить приказ Павла I и привести подчиненные ему войска в установленный императором порядок повлек за собой увольнение Суворова из армии и ссылку в село Кончапское Новгородской губернии.

Однако в связи с образованием второй антифранцузской коалиции с участием России Павел I, уступая настоятельным просьбам союзников, назначил Суворова в феврале 1799 г. главнокомандующим русскими войсками, направленными в Италию. Ему же были подчинены и войска Австрии. Приняв в начале апреля командование союзными войсками, насчитывавшими около 50 тысяч солдат, Суворов сразу же предпринял наступление на запад, вынудив французов оставить крепость Брешиа и город Бергамо, и вышел к реке Адде. В сражении при Адде русские войска и их союзники действовали на широком фронте и нанесли сильный удар на главном направлении при помощи фланговых ударов. Французы потеряли более 2 тысяч убитыми и ранеными, 5 тысяч пленными и 27 орудий. Суворов повел свои войска на Милан, который капитулировал. Затем сдались Тортона и Маренго, а к 15 мая русские войска вступили в Турин и Алессандрию. Вся Северная Италия в течение одного месяца была очищена от французов, сохранивших за собой лишь Геную и Ривьеру.

В начале июня генерал Макдональд атаковал австрийский отряд генерала Отта. Суворов немедленно выступил на помощь австрийцам. Русские войска, пройдя в короткий срок 60 верст, с ходу вступили в бой. Сражение приняло характер встречного боя, но к концу дня французы были оттеснены к Треббин, где схватка продолжалась до ночи. С утра Макдональд снова перешел в наступление, но с большим напряжением сил был отброшен по всей линии. К утру 9 июня французы отступили. Их потери составили 8 тысяч убитыми и ранеными и 12 тысяч пленными, было захвачено 60 орудий и 7 знамен. Генерал Моро, узнав о поражении Макдональда, отступил в горы Ривьеры, где соединился с остатками его армии.

Французскому командованию удалось заново сформировать армию, которую возглавил генерал Жубер. Во главе 38-тысячного войска он двинулся на Алессандрию, где стоял Суворов. Армии встретились на равнине у города Нови. В самом начале сражения Жубер погиб, и командование принял Моро. Из-за отсутствия резервов французы после 15-часового боя вынуждены были отступить, потеряв 7 тысяч убитыми и ранеными, 3 тысячи пленными и 37 пушек. Потери союзников составили около 7 тысяч человек. 31 августа войска Суворова завершили свои действия в Италии взятием крепости Тортона и выступили в Швейцарию.

Начался беспримерный Швейцарский поход. Французы, разгромив у Цюриха корпус Корсакова, поставили армию Суворова в крайне тяжелое положение. Предстоял труднейший горный переход, который части Суворова начали 10 сентября 1799 г. 13 сентября русская армия подошла к Сент-Готардскому перевалу и атаковала с фронта и с фланга одновременно. В этой ситуации генерал Лекурб отвел свои войска к Чертову Мосту. Па следующий день русские войска выбили противника и с этих позиций, а к 15 числу вышли к Люцерискому озеру. За три дня армия Суворова, преодолев сопротивление французов, продвинулась на 60 верст. Достигнув Муттенской долины, русская армия оказалась в окружении. В сложившейся ситуации русский полководец вынужден был изменить свой маршрут. Было принято решение пробиваться на восток. 19 сентября авангард Багратиона отбросил французскую бригаду генерала Молитора у Глариса и открыл путь всей армии. В тот же день русский арьергард, прикрывавший отход основных частей, не только отбил все атаки французов, но и разгромил их. В этих боях противник потерял около 5 тысяч человек. Русская армия преодолела перевал Гларис, затем Эльм и Панике и вышла к Илапцу. Переход через Альпы с непрерывными боями и стычками продолжался 17 дней. Преодолев в короткий срок с тяжелыми боями большое расстояние по горной местности, русская армия проявила все свои выдающиеся качества и жизнестойкость, а русский фельдмаршал подтвердил имя гениального полководца.

«Суворов есть один из величайших генералов. Никто лучше его не умел воодушевлять войска, никто не соединял в себе в высшей степени качеств военачальника», — говорил генерал Моро, называя суворовский марш на Треббию «совершенством военного искусства». За свои подвиги 8 августа 1799 г. Суворов был удостоен императором Павлом I титула князя с почетной приставкой Италийский, а 28 октября получил звание генералиссимуса всех российских войск. По словам императора, это есть «высшая степень почестей». По возвращении из похода уже больной Суворов вновь подвергся опале за нарушение «высочайшего устава». 23 апреля 1800 г. он прибыл в столицу и остановился в доме Хвостов;! на Крюковом канале, где 6 мая скончался.

Военно-теоретическая и практическая деятельность Суворова отражена в его огромном литературном и документальном наследии, включающем «Полковое учреждение», «Науку побеждать», наставления, инструкции, приказы, диспозиции, памятные записки, переписку с военными и государственными деятелями. Оно характеризует Суворова как выдающегося военного теоретика, стратега и практика, глубоко понимавшего проблемы военного дела, создавшего оригинальную систему взглядов на способы ведения войны, основавшего свою прогрессивную школу военного искусства.

Александр Васильевич состоял в браке с княжной Варварой Ивановной Прозоровской, от которой имел сына и дочь. Похоронен в Нижней Благовещенской церкви Александро-Невской лавры. На его могиле короткая надпись: «Здесь лежит Суворов».

Сын генерал-аншефа Ивана Алексеевича Салтыкова от брака с графиней Анастасией Петровной Толстой начал службу рядовым лейб-гвардии Семеновского полка. В 1747 г. вместе с отцом он участвовал в походе русского корпуса на Рейн. Во время Семилетней войны воевал во многих сражениях с прусскими войсками. После победы при Кунерсдорфе, одержанной 1 августа 1759 г. над Фридрихом II, был послан в Санкт-Петербург с донесением главнокомандующего о победе и произведен в полковники. В 1761 г. под командованием Румянцева сражался при взятии Кольберга.

Император Петр III произвел Салтыкова в генерал-майоры. В 1763 г. он командовал войсками, расположенными в Польше, а затем принял участие в русско-турецкой войне. В 1769 г. содействовал князю Голицыну в осаде и занятии Хотина, в который русские войска вступили 10 сентября. За отличие в войне получил чин генерал-поручика и орден св. Александра Невского, но вскоре из-за болезни вынужден был оставить армию и уехать на лечение за границу; провел там три года, посетив Берлин и Париж. Возвратившись в Россию, получил от Екатерины II чин генерал-аншефа и пост вице-президента Военной коллегии. Одновременно с этим императрица назначила Салтыкова гофмейстером при дворе наследника престола. Вместе с великим князем Павлом Петровичем Салтыков посетил в 1776 г. Берлин, где состоялось обручение великого князя с племянницей прусского короля принцессой Вюртембергской, а в 1781 и 1782 гг. сопровождал великокняжескую семью в ее путешествии по Европе. В следующем году императрица поручила Николаю Ивановичу воспитание своих внуков Александра и Константина. Еще 24 ноября 1782 г. Екатерина II наградила Салтыкова орденом св. Андрея Первозванного и произвела затем в генерал-адъютанты и подполковники лейб-гвардии Семеновского полка, назначив сенатором и членом Совета при высочайшем дворе.

В 1790 г., в дни празднования мира со Швецией, Николай Иванович получил титул графа Российской империи, а затем — 5 тысяч крестьянских душ на присоединенных к России польских территориях. За воспитание великих князей ему был подарен дом в Санкт-Петербурге, 100 тысяч рублей и 25 тысяч рублей годового пенсиона. Вступив на престол, император Павел I произвел графа Салтыкова 8 ноября 1796 г. в чин генерал-фельдмаршала с назначением президентом Военной коллегии.

Александр I в день своей коронации удостоил графа своим портретом, украшенным алмазами. С началом наполеоновских войн Салтыкову было поручено управление комитетом учрежденного земского войска. В год Отечественной войны он был назначен председателем Государственного совета и Комитета министров; эти должности сохранялись за ним до конца жизни. Во время заграничных походов русской армии в 1813–1814 гг., когда Александр I находился при армии, Салтыков практически занимал пост регента Российского государства. После возвращения царя в Санкт-Петербург он был возведен 30 августа 1814 г. в княжеское достоинство Российской империи с титулом светлости.

По словам князя И. М. Долгорукова, Салтыков «внутренне любил только себя и не способен был благодетельствовать, когда требовалась на то некоторая упругость в характере, настойчивость в поступках и твердость в правилах».

И. И. Салтыков был женат на княжне Наталье Владимировне Долгоруковой, с которой прожил более полувека. Умер 16 мая 1816 г.

Николай Васильевич Репиии происходит из древней княжеской семьи, ведущей свое начало от легендарного Рюрика. Его отец Василий Аникитич Репнин был генерал-фельдцейхмейстером, а дед — генерал-фельдмаршалом и одним из лучших полководцев Ветра Великого. Николай получил хорошее домашнее образование под присмотром матери. В 1745 г. он был записан солдатом в лейб-гвардии Преображенский полк, а уже в 14 лет сержантом принял участие в походе русских войск на Рейн, состоя под началом своего отца. Затем несколько лет жил за границей. В июле 1749 г. был произведен в первый офицерский чин, а через два года — в подпоручики. С началом Семилетней войны молодой князь получил разрешение от императрицы Елизаветы Петровны отправиться волонтером в действующую армию. Сражался при Гросс-Егерсдорфе, участвовал в занятии Кенигсберга и Мариенвердера, в осаде Кюстрина. В 1759 г. был отправлен в союзную французскую армию для приобретения военного опыта, где также участвовал в военных действиях на полях Северной войны. Возвратившись в следующем году в Санкт-Петербург, перешел из гвардии, капитаном которой был, в армию с чином полковника и вновь вернулся на театр военных действий. Участвовал в занятии Берлина корпусом графа Чернышева, а затем со своим полком в этом же корпусе состоял при австрийской армии. 2 апреля 1762 г. произведен в генерал-майоры.

Вступившая на престол Екатерина II отправила Репнина полномочным послом в Пруссию к королю Фридриху II. Находясь там, он имел возможность оценить военный потенциал Прусского королевства и полководческий талант короля, поклонником которого оставался всю жизнь. В короткий срок находясь в русской, французской и прусской армиях, Репнин имел возможность сравнить их достоинства и недостатки, степень боевой готовности. В 1763 г. князь был назначен на должность директора Сухопутного шляхетского кадетского корпуса, но уже 11 ноября отправлен полномочным послом в Польшу. В это время русская императрица потребовала восстановления в правах православных меньшинств, проживающих на польской территории, но польский сейм ответил отказом. Тогда Репнин арестовал руководителей оппозиции и выслал их в Калугу. В феврале недовольные магнаты собрались в Баре и образовали антиправительственную конфедерацию. Король Полыни Станислав Понятовский обратился за помощью к России. Руководить действиями против конфедератов было поручено русскому послу. По его приказу генерал Вейсман начал военные действия. Были взяты Бар и Бердичев, а затем Вейсман разбил отряд Потоцкого у Подгайцев. Конфедераты вели боевые действия одновременно с Россией и Пруссией, но явный недостаток сил и отсутствие военной подготовки сказывались все более отрицательно, что позднее завершилось разделом польских территорий между Россией, Пруссией и Австрией.

В этот период Турция объявила России войну, и Репнина, награжденного к этому времени орденом св. Александра Невского и чином генерал-поручика, императрица направила на юг, в армию князя Голицына. В русско-турецкой войне Репнин командовал отдельным корпусом, приняв команду после умершего от чумы генерала Штофельна. Собрав поредевший после эпидемии корпус на Пруте у Рябой Могилы, он с 20 мая отбивал атаки татарской орды Каплан-Гирея, насчитывавшей более 70 тысяч всадников. 10 июня на помощь к Репнину подошел конный авангард Баура, а к 16 июня и основные силы, которые на следующий день атаковали татар. Противник отступил к Ларге. В сражении у Ларги против 38 тысяч русских войск находилось 65 тысяч татарской конницы и 15 тысяч турецкой пехоты. Здесь главнокомандующий Румянцев применил дивизионное каре, что дало возможность пехоте вести более активные наступательные действия. Одним из каре командовал Репнин. Отразив натиск вражеской конницы, русские войска перешли в наступление и разгромили противника. Тем временем 150-тысячная турецкая армия под командованием великого визиря переправилась через Дунай и выступила навстречу русской армии, в рядах которой насчитывалось всего 17 тысяч человек. Румянцев вновь использовал свой метод, и снова одним из каре командовал Репнин. Дивизии генералов Олица, Племянникова, Брюса, Баура и Репнина полукругом охватили турецкий лагерь и, отбив атаку янычар, перешли в контрнаступление, полностью разгромив противника, который потерял более 20 тысяч человек, 300 знамен и 203 орудия.

27 июня 1770 г. князь Репнин в звании генерал-поручика был награжден орденом св. Георгия 2-й степени «…за оказанный пример мужества, служивший подчиненным его к преодолению трудов неустрашимости и к одержанию над неприятелем победы 21 июня 1770 года под Кагулом». После этих побед войска Репнина овладели Измаилом и, оставив там сильный гарнизон, 9 августа подошли к крепости Килия. Турки подожгли предместья, но русским артиллеристам все же удалось установить свои батареи и начать обстрел города. Дважды князь обращался к командующему крепостью Осману-паше с предложением о сдаче, но крепость капитулировала только к 18 августа. В Килии было захвачено 68 орудий и большое количество боеприпасов.

В кампании следующего года Репнину было поручено командование всеми войсками в Валахии. Князь прибыл в Бухарест, а оттуда выехал осматривать укрепления, занятые русскими гарнизонами. Весной и летом инициатива была предоставлена туркам, которые вновь довели свою армию до 160 тысяч человек. Им удалось занять Западную Валахию и овладеть на время Журжей, но при движении на Бухарест они были разбиты корпусом генерала Эссена. Оставленный в феврале в Журже русский гарнизон во главе с майором Гензелем в мае отразил штурм 14-тыс. ячного турецкого корпуса, но затем сдал крепость противнику. Дивизия Репнина, шедшая на выручку осажденного гарнизона, не успела подойти к крепости. В этой неудаче главнокомандующий Румянцев обвинил Репнина, который подал рапорт об отставке и уехал за границу. Вернулся к армии он только в 1774 г. и принял участие в выработке условий Кючук-Кайнарджийского мирного договора, заменив заболевшего Румянцева. Мир бы подписан 10 июля. По нему Турция вынуждена была пойти на значительные уступки и ограничить свои притязания на некоторые приграничные территории. Румянцев в своем донесении императрице писал, что князь Репнин «имел полное участие в заключении мира». Екатерина II произвела Николая Васильевича в генерал-аншефы и подполковники лейб-гвардии Измайловского полка, а в следующем году назначила его чрезвычайным и полномочным послом в Турцию, где он провел около двух лет и добился ратификации мирного договора.

В 1777–1778 гг. Репнин занимал пост Смоленского генерал-губернатора. В 1778 г. между Австрией и Пруссией началась война за «баварское наследство». Петербургский кабинет двинул в Силезию под Тишен 30-тысячный корпус Репнина. Австрия не рискнула развязать большую войну и пошла на компромисс. Князь сыграл важную роль в подписании 2 мая 1779 г. Тишенского мирного договора, который поднял и укрепил авторитет русской дипломатии и престиж России на международной арене. Репнин был осыпан наградами венского и берлинского дворов, а Екатерина II пожаловала ему орден св. Андрея Первозванного и 3 тысячи крестьян в Белоруссии.

Возвратившись на свою прежнюю должность смоленского генерал-губернатора, Николай Васильевич принимал там бывшую проездом императрицу, которая в своем рескрипте выразила князю благоволение «за виденное Ею повсюду благое устройство и следы точного исполнения Ея установлений». В 1781 г. Репнин был пожалован в генерал-адъютанты и назначен псковским генерал-губернатором, сохраняя при этом должность губернатора смоленского. Последующие два года командовал в Польше резервным корпусом и получил за свою административную деятельность и военные отличия орден св. Владимира 1-й степени в день его учреждения и бриллиантовые знаки к ордену св. Андрея Первозванного. В 1784 г. Репнин получил отпуск по болезни и уехал в Италию, оставив пост командующего Смоленской дивизией.

С началом повой русско-турецкой войны Николай Васильевич вновь в рядах действующей армии. В 1788 г. он участвовал в осаде и штурме крепости Очаков, а в следующем году, до прибытия главнокомандующего Потемкина, командовал Украинской армией в Молдавии. 7 сентября со своей дивизией, выдвинувшейся в Южную Бессарабию, разбил на реке Салче турецкий отряд сераскира Гассан-паши, который был вынужден отступить к Измаилу.

В 1791 г. Репнин снова заменил на посту главнокомандующего уехавшего в Санкт-Петербург Потемкина. Вопреки инструкциям он решил действовать наступательно и уже в апреле выслал отряды Голицына и Кутузова к Добрудже, где они произвели удачный поиск. План русского главнокомандующего заключался в переправе главных сил под Галацем и в демонстрационных, отвлекающих действиях под Измаилом. Демонстрация была поручена Кутузову, который действовал искусно и разбил у Бабадага 20-тысячный турецкий корпус. Сам Репнин, имея до 60 тысяч солдат, двинулся к Галацу и на марше узнал, что у Мачина, напротив Галаца, стоит 30-тысячный турецкий отряд, а еще 80 тысяч турок во главе с великим визирем Юсуф-пашой находятся на марше от Гирсова к Мачину. Русская ария переправилась через Дунай и 28 июня на рассвете атаковала турок, усилившихся до 80 тысяч.

Репнин действовал активно и наступательно, сразу атаковав турок. Левое крыло и центр турецкой армии сражались мужественно на своих позициях, и долгое время было неясно, кто одержит победу. Успех боя решила смелая атака на левом фланге отряда под командованием Кутузова. Турецкая армия была разгромлена и бежала к Гирсово. У Репнина в сражении при Мачине участвовало 30 тысяч солдат при 78 орудиях в составе трех корпусов под командованием Голицына, Кутузова и Волконского. Неприятель потерял до 4 тысяч убитыми, 35 орудий, два лагеря и весь обоз. Поражение под Мачином вынудило Турцию вступить в мирные переговоры. Князь Репнин подписал с турками в Галаце предварительные условия мира, ставшие основой Ясского мирного договора, однако уступчивость и торопливость Репнина при ведении переговоров осложнили их дальнейшее ведение, что вызвало упреки Екатерины II. Несмотря на это, прибывший на юг Потемкин поблагодарил Репнина от имени императрицы за службу, взяв переговоры с Турцией в свои руки.

15 июля 1791 г. генерал-аншеф Репнин был удостоен ордена св. Георгия 1-й степени «во уважении особливаго усердия, которым долговременная его служба была сопровождаема, радения и точности в исполнении предположений главного начальства, искусства и отличного мужества в разных случаях оказанного и особливо в атаке с войсками под его командою находящимися армии турецкой под предводительством верховного визиря Юсуф-паши за Дунаем при Мачине в 28-й день июня, одержав над ними совершенную победу». В дни празднования мира с Турцией Репнин ожидал получения чина генерал-фельдмаршала, но фельдмаршальского жезла не получил. Императрица лишь пожаловала ему похвальную грамоту и во второй раз наградила алмазными знаками ордена св. Андрея Первозванного, назначив князя на второстепенную должность рижского и ревельского генерал-губернатора.

В 1794 1796 гг. Репнин — губернатор в Литве. Когда в Польше и Литве вспыхнуло восстание, ему были подчинены войска в Лифляндии и Минской губернии, с которыми он первым выступил на подавление волнений. Операциями руководил из Петербурга II. И. Салтыков. Боевые действия до приезда в Пользу Суворова велись медленно и нерешительно. Тем не менее 1 января 1795 г. Екатерина II пожаловала Николая Васильевича деревнями, домом в столице и похвальной грамотой.

Занявший российский престол император Павел I произвел 8 ноября 1796 г. Репнина в генерал-фельдмаршалы и назначил командиром Литовской дивизии, военным губернатором в Ригу, а в день коронации он получил 6 тысяч душ крестьян, должность орденского канцлера и инспектора инфантерии в Литве и Лифляндии.

В 1798 г. император отправил Репнина в Берлин и Вену, но его дипломатическая миссия в Пруссии и Австрии с целью создания антифранцузской коалиции окончилась безрезультатно. Вступивший в 1797 г. на прусский престол Фридрих Вильгельм III обещал Павлу I свою поддержку, но так и не решился вступить в антифранцузскую коалицию. После этой неудачи Репнин был уволен в отставку и поселился в Москве. Павел I усмотрел причину провала миссии фельдмаршала в «ненавистном пристрастии Репнина к немцам», причем ему был запрещен приезд в Санкт-Петербург. В Москве он прожил около трех лет и умер от удара в начале царствования Александра I.

II. В. Репнин был женат на княжне Наталье Александровне Куракиной и имел только трех дочерей; рано умерший сын не оставил потомства. Поэтому Александр I указом от 12 июля 1801 г. предписал: «В ознаменование отличнаго нашего уважения к воинским и гражданским подвигам покойного генерал-фельдмаршала князя Репнина, в память добродетели его и любви к отечеству, коими в мире и на войне, и на службе; и в уединении, до самого конца жизни своей, был он преисполнен, и в свидетельство, что истинныя заслуги никогда не умирают, но, живя в признательности всеобщей, переходят из рода в род, согласно желанию его, ближним его родственникам и нам самим известному, соизволяем, чтобы родной его внук, от дочери его рожденный, полковник князь Николай Волконский принял фамилию его и отныне потомственно именовался князем Репниным. Да род Репниных, столь славно отечеству послуживших, с кончиною последняго в оном не угаснет, но, обновись, пребудет с именем и примером его в незабвенной памяти российского дворянства».

Иван Григорьевич Чернышев — младший брат генерал-фельдмаршала и президента Военной коллегии Захара Григорьевича Чернышева. Начальное образование он получил в доме родителей. В 1741 г. был отправлен с посольством в Данию, куда другой его брат, действительный камергер Петр Чернышев, был назначен чрезвычайным посланником. Продолжая дипломатическую службу, младший Чернышев под. присмотром брата Петра закончил свое образование и вместе с ним участвовал в дипломатических миссиях в Пруссии и Англии, получив звание камер-юнкера.

После четырнадцатилетнего отсутствия Чернышев вернулся в Россию, где в 1755 г. получил звание камергера. В 1761 г. находился в Аугсбурге при чрезвычайном после графе Кейзерлинге, но переговоры с Пруссией не состоялись и Чернышев был отозван в Санкт-Петербург.

С восшествием на престол Екатерины II, которая покровительствовала его брату Захару, Иван Чернышев получил чин генерал-поручика и перешел с дипломатической службы на военно-морскую. В 1763 г. он был назначен членом Адмиралтейств-коллегии и присутствующим в учрежденной Морской комиссии российских флотов, а через два года стал главным командиром галерного порта.

В начале 1767 г. Иван Григорьевич вновь на дипломатическом поприще. Императрица направила его чрезвычайным и полномочным послом в Англию, куда он выехал только в следующем году. В инструкции новому послу говорилось: «Принятые нами правила по содержанию собственных наших интересов в независимости приводят нас в такое положение, что те дворы, которые привыкли господствовать над интересами других областей, наполняются против нас завистью, другие же по натуральному из того резону могут тверже полагаться на дружбу нашу и союз, тем более что империя наша таких раздробленных и разнообразных интересов как в самой Германии, так и во всей христианской Европе не имеет, каковы интересы других главных держав».

В 1769 г. Екатерина II назначила Чернышева вице-президентом Адмиралтейств-коллегии. На этой должности он занимался перевооружением, а фактически восстановлением российского военного флота, пришедшего в запущенное состояние в предыдущие царствования. К началу русско-турецкой войны императрица не без гордости писала Ивану Григорьевичу: «У меня в отменном попечении ныне флот, и я истинно его так употреблю, если Бог велит, как он еще не был». Находясь затем несколько лет в отпуске на лечении, Чернышев был вызван в Москву в дни празднования мира с Турцией и 10 июля 1776 г. удостоен орденов св. Александра Невского и св. Андрея Первозванного «за многие труды его в приведении флота в доброе состояние». Входя в узкий круг особо приближенных к императрице лиц, Чернышев пользовался ее особым расположением, что не мешало Екатерине II делать ему частые выговоры и дать прозвище «барин». В день учреждения ордена св. Владимира он был награжден его 1-й степенью. В 1783 г. сопровождал Екатерину II во Фридрихсгам на встречу с королем Швеции, а через четыре года — в ее путешествии по южным провинциям России и в Крым. 8 сентября 1790 г., в день празднования мира со Швецией в войне, в которой флот сыграл решающую роль, Чернышев был награжден алмазными знаками ордена св. Андрея Первозванного «за груды в вооружении флотов при управлении Морским департаментом».

Император Павел I, который, будучи еще наследником престола, часто встречался с Иваном Григорьевичем, произвел его 12 ноября 1796 г. в чин генерал-фельдмаршала но флоту «с тем, однакож, чтобы он не был генерал-адмиралом», назначил его президентом Адмиралтейств-коллегии и сенатором. Отправившись на лечение за границу, Чернышев скончался 26 февраля 1797 г. Его останки были перевезены в Санкт-Петербург и похоронены в церкви Благовещения Александро-Невской лавры. Первый брак И. Г. Чернышева с Елизаветой Осиповной Ефимовской был бездетным. От второго брака с Анной Александровной Истленьевой имел сына и дочь.

Обладая практически всеми высшими наградами и отличиями Российской империи, в том числе званием действительного члена Академии наук, Чернышев ничем себя на государственной службе не проявил, являясь скорее царедворцем, чем военным.

Представители этой старинной русской аристократической семьи всегда занимали высокие места при дворе. В роду Салтыковых были и русская царица, и бояре, и фельдмаршалы, и генерал-губернаторы. Дед И. П. Салтыкова, Семен Андреевич, был двоюродным братом императрицы Анны Иоанновны, а отец носил чин генерал-фельдмаршала.

Иван Салтыков родился в Москве и с пятнадцати лет начал службу в гвардии, но, получив чин камер-юнкера, перешел на придворную службу. С началом Семи летней войны он отпросился в действующую армию и показал себя храбрым и способным офицером, отличившись при взятии Кенигсберга и Эльбинга, в сражении при Цорндорфе. Салтыков быстро рос в чинах и к концу войны был уже генерал-майором. Этому способствовал и пост главнокомандующего русской армией, который занимал его отец, одержавший победу над Фридрихом II в Кунерсдорфском сражении. В день коронации Екатерины II Иван Петрович был награжден орденом св. Александра Невского.

В чине генерал-поручика Салтыков принял участие в русско-турецкой войне 1768 1774 гг. Содействовал князю А. М. Голицыну в овладении Хотином, а затем под командованием П. А. Румянцева участвовал в сражении при Ларге, где командовал частью кавалерии, но упустил время, не получив вовремя приказа о преследовании неприятеля. В битве при Кагуле командовал тяжелой кавалерией и способствовал полному разгрому турецкой армии. Румянцев писал отцу Ивана Петровича о его «отличном мужестве». В 1772 г., имея под своим началом более двадцати пехотных и кавалерийских полков, Салтыков первым переправился через Дунай. Выделив часть сил А. В. Суворову, который штурмом взял Туртукай, сам осадил Рущук, но известие о заключении мира остановило военные действия. В 1773 г. Салтыков был произведен в генерал-аншефы, а 10 июля 1775 г. удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за оказанное им неоднократное превозможение неприятеля в турецкую войну и переход за Дунай». Одновременно императрица наградила его золотой шпагой с алмазами.

После окончания войны Иван Петрович командовал корпусом в приграничных с Польшей областях. В 1782 г. получил орден св. Андрея Первозванного, а через два года был пожалован в генерал-адъютанты и назначен владимирским и костромским генерал-губернатором.

Новая война с Турцией заставила Салтыкова вернуться в армию и принять под свое командование корпус. В кампанию 1788 г. он был послан Румянцевым под Хотин, который уже осаждала союзная австрийская армия принца Саксен-Кобургского. 4 сентября Хотин капитулировал; в крепости было захвачено более 150 орудий и множество военных припасов. Гарнизон и мирные жители получили право покинуть город. За эту победу Екатерина II наградила Салтыкова орденом св. Владимира 1-й степени.

В 1790 г. Салтыков был назначен главнокомандующим русской армией в войне против Швеции. Эта война потребовала от него много сил, поскольку армия была немногочисленна, плохо укомплектована, состояла в большинстве из гарнизонных малообученных войск. Салтыкову удалось наладить положение с доставкой продовольствия, организовать медицинское обеспечение войск. В эту войну на суше крупных сражений не было. Основные события развернулись на море, где Балтийский флот под командой адмирала Чичагова разгромил шведов у острова Эланд, при Роченсальме и у Ревеля, а эскадра адмирала Круза одержала победу над шведским флотом у Красной Горки. Швеция вынуждена была пойти на переговоры, и 3 августа 1790 г. в Ревеле был подписан мирный договор. Война со Швецией ясно показала возросшую мощь Российской империи. Небольшая русская армия, в два с лишним раза уступавшая шведам по численности, с честью выдержала всю тяжесть войны. Действия ее носили характер активной обороны и являлись ярким примером этого образа действий. После заключения мира главнокомандующий был пожалован в подполковники лейб-гвардии Конного полка и награжден украшенной алмазами шпагой и алмазными знаками ордена св. Андрея Первозванного.

С 1790 по 1795 г. Иван Петрович занимал должность командира корпуса, но в военных действиях участия не принимал, а затем вышел в отставку. С восшествием на престол Павла I Салтыков рескриптом императора был возвращен на военную службу и переименован в генералы от кавалерии, что соответствовало его прежнему званию. Император назначил его шефом кирасирского полка, инспектором кавалерии и киевским генерал-губернатором. 15 декабря 1796 г. Салтыков был произведен в чин генерал-фельдмаршала с назначением генерал-инспектором всей кавалерии и командующим Украинской армией. 2 ноября 1797 г. Павел I назначил его военным губернатором и главноначальствующим гражданской частью в Москве и Московской губернии. На этой должности Салтыков проявил себя с самой лучшей стороны. И сентября 1798 г., во время эпидемии холеры, император велел губернатору поставить на дорогах, ведущих в Москву из Полыни, Белоруссии, Малороссии, Крыма и Астрахани, карантины, «к которым определить известных в усердии и способностях чиновников, приказать им с проезжающими от тамошнего края разного звания людьми поступать по изданным на таковые случаи предписаниям».

11 марта 1801 г., после неожиданной смерти Павла I в результате дворцового заговора, на престол взошел его сын Александр I. Манифест о смерти императора пришел в Москву 14 марта. Салтыков приказал огласить его в церквах, на площадях и улицах города, а также во всех присутственных местах и привести жителей первопрестольной к присяге новому императору. 25 марта Александр I поблагодарил Салтыкова за знаки привязанности жителей Москвы, продемонстрированные во время принесения присяги.

В начале осени 1801 г. Александр I прибыл в Москву, а 15 сентября, в воскресенье, в Успенском соборе митрополит Платон надел корону на голову императора. После коронации Салтыков оставался в своей должности еще два с половиной года и вышел в отставку 2 ноября 1804 г., в связи с преклонным возрастом. Скончался 14 ноября следующего года и похоронен в своем ярославском поместье. Был женат на графине Дарье Петровне Чернышевой и имел сына и двух дочерей.

Основателем рода Каменских считается легендарный Ратша, являющийся также предком Бутурлиных и Пушкиных. Михаил Каменский был сыном гоф-юнкера, служившего мунд-шенком при Петре I. Он обучался в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе, откуда в 1756 г. был выпущен поручиком в «ведомство канцелярии строений», а затем переведен унтер-цалмейстером в артиллерию. С 1757 по 1759 г. находился волонтером во французской армии, действовавшей против Пруссии, а затем участвовал в Семилетней войне уже в рядах русской армии. В 1762 г. по личной просьбе Каменский был переведен премьер-майором в пехоту и в том же году произведен в полковники с назначением генерал-квартирмейстер-лейтенантом в корпусе П. А. Румянцева. После окончания войны командовал 1-м Московским пехотным полком, а в 1765 г. был послан в Пруссию для ознакомления с системой обучения прусских войск короля Фридриха II. По возвращении в Санкт-Петербург представил великому князю Павлу Петровичу «Описание прусского лагеря», где высказал восторженное преклонение перед прусскими военными порядками.

С началом русско-турецкой войны Каменский в чине генерал-майора командовал бригадой в армии князя Голицына и участвовал в апреле 1769 г. в деле под Хотином, в бою под Яичницами и снова в занятии Хотина в сентябре. В 1770 г. состоял в армии Панина и отличился при штурме Бендер. Армия Панина, насчитывавшая 33 тысячи человек, 15 июля осадила крепость, которую защищал 18-тысячный турецкий гарнизон. Осада продолжалась два месяца. В ночь с 15 на 16 сентября Панин решился на генеральный приступ. После сильного артиллерийского обстрела полки пошли на штурм. Ожесточенный бой продолжался всю ночь. К утру турки сложили оружие. Они потеряли 5 тысяч убитыми и ранеными, и еще 11 тысяч было взято в плен. Потери русской армии составили свыше 6 тысяч человек. Штурм Бендер стал самым кровопролитным сражением за всю войну. 1 ноября 1770 г. генерал-майор Каменский был награжден за штурм Бендер орденом св. Георгия 3-й степени.

В 1772 г. Каменский командовал отдельными отрядами в Польше, а затем вернулся на театр военных действий против Турции; отличился в боях под Журжей и Базарджиком. В 1773 г. он был произведен в генерал-поручики, а в следующем году вместе с Суворовым разгромил турецкую армию при Козлудже. 9 июня около болгарского села Козлуджа корпуса Суворова и Каменского выступили против 40-тысячной турецкой армии под командованием Абдул-Резака. В начале сражения основная тяжесть турецкого натиска пришлась на долю корпуса Каменского. Противнику удалось потеснить русский авангард и создать угрозу окружения пехоты на левом фланге, но попытки турок окружить русский корпус с флангов были отбиты. В этот момент Суворов атаковал главные силы турецкой армии и отбросил их, а затем кавалерия при поддержке пехоты Каменского окончательно разгромила противника. После победы при Козлудже войска Суворова и Каменского блокировали крепость Шумлу, где находилась ставка великого визиря. Высланный Каменским конный отряд двинулся за Балканы. Турки вынуждены были пойти на переговоры и 10 июля 1774 г. в деревне Кючук-Кайнарджи подписали мирный договор. 10 июля следующего года генерал-поручик Каменский был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за храброе сражение с вверенным ему корпусом против неприятеля при местечке Козлуджи и разбитие онаго», а за всю русско-турецкую войну награжден орденом св. Александра Невского.

В 1779 г. Каменский состоял в качестве русского военного представителя при прусской армии во время войны за «баварское наследство». С 1783 по 1785 г. занимал должность рязанского и тамбовского генерал-губернатора, получив в конце этого срока чин генерал-аншефа.

С началом новой русско-турецкой войны Михаил Федотович вновь возвратился в армию и 19 декабря 1788 г. разбил турок у деревни Гангур. Татарская конница атаковала передовую колонну русских войск, но подошедшие главные силы ударили с левого фланга и в тыл противника и опрокинули его. В том же году Каменский участвовал в осаде Бейдер и был награжден орденом св. Владимира 1-й степени. После смерти главнокомандующего князя Потемкина он принял на себя командование, но из-за разногласий с назначенным на место Потемкина генералом Каховским вынужден был подать в отставку и покинуть армию.

С вступлением на престол в 1796 г. Павла I Каменский вернулся на службу и был назначен командиром Финляндской дивизии и шефом Рязанского мушкетерского полка, а в следующем году награжден орденом св. Андрея Первозванного и чином генерал-фельдмаршала. В том же году император Павел I возвел Михаила Федотовича в графское достоинство Российской империи, но уже в конце года уволил со службы.

В 1802 г. Александр I назначил Каменского санкт-петербургским генерал-губернатором, а в 1806 г. поручил ему главное командование русской армией в войне с Францией. 10 ноября 1806 г. император в своем манифесте объявил: «Вверяю вам славу российского оружия, безопасность империи и спокойствие моих подданных. Доверенность моя неограниченная». 7 декабря Каменский прибыл в армию, но уже 14-го числа сложил с себя звание главнокомандующего и передал командование генералу Буксгевдену. За этот короткий период он успел дезорганизовать все управление армией. Совершенно не считаясь со своими корпусными командирами, он распоряжался дивизиями помимо них, а некоторыми бригадами — помимо командиров дивизий. Своими действиями Каменский вызвал недовольство Александра I, но благодаря преклонному возрасту был прощен.

Покинув армию, Каменский уехал в свое орловское поместье, где провел последние годы жизни. Был убит 12 августа 1809 г. одним из своих дворовых людей. Похоронен в церкви села Сабурово Орловской губернии. Был отцом Сергея и Николая Каменских, талантливых генералов, так же как и отец, заслуживших редкую полководческую награду орден св. Георгия 2-й степени.

Валентин Платонович Мусин-Пушкин — сын сенатора и президента Коммерц-коллегии графа Платона Ивановича Мусина-Пушкина, пострадавшего вместе с кабинет-министром Артемием Волынским в царствование императрицы Анны Иоанновны. После жестокой пытки ему отрезали язык и сослали в Соловецкий монастырь; он был освобожден только в царствование Елизаветы Петровны. Валентин Мусин-Пушкин поступил на военную службу в двенадцать лет: в 1747 I. он был записан в гвардию; участвовал в Семилетней войне.

В 1762 г. за участие в перевороте, приведшем к власти Екатерину II, из поручиков копной гвардии Мусин-Пушкин был произведен в секунд-ротмистры, а в день коронации императрицы награжден званием камер-юнкера. В 1765 г. стал полковником, а спустя четыре года — действительным камергером. С началом русско-турецкой войны состоял при 2 и армии под начальством своего тестя князя В. М. Долгорукова и участвовал с русскими войсками в завоевании Крымского ханства. Поход 70-тысячной русской армии в Крым увенчался полным успехом, и полуостров покорился без особого труда. За отличия и храбрость в сражениях этой войны Валентин Мусин-Пушкин был награжден орденом св. Георгия 3-й степени, а в день торжеств по случаю заключения мирного договора с Турцией — орденом св. Александра Невского и чином генерал-поручика.

Хотя Мусин-Пушкин ничем не выделялся из общей массы генералитета, он не был обойден ни в чинах, ни в наградах, находясь постоянно на виду при дворе. 28 июня 1782 г., по случаю двадцатилетия восшествия на престол Екатерины II, он стал генерал-аншефом, а в следующем году — генерал-адъютантом и был назначен состоять при великом князе Павле Петровиче. Он сумел заслужить его расположение, несмотря на то что пользовался благосклонностью и Екатерины II, говорившей, что она ему «персонально обязана». В 1786 г. получил орден св. Андрея Первозванного и должность вице-президента Военной коллегии.

В 1788 г. Мусин-Пушкин был назначен главнокомандующим в войне со Швецией. Шведский король Густав III решил воспользоваться русско-турецкой войной и отправкой на юг основных русских войсковых частей, чтобы попытаться вернуть земли, утраченные Швецией по Ништадтскому и Абоскому договорам. 36-тысячная шведская армия под начальством самого короля вторглась в русскую часть Финляндии и осадила Нейшлот. Русская армия под командованием Мусина-Пушкина имела всего 14 тысяч солдат и представляла собой скорее ополчение, чем регулярную армию. Достаточно сказать, ч то два батальона состояли из причетников и их детей, казачий полк — из ямщиков; было еще несколько подобных формирований. Однако шведы не сумели воспользоваться своим превосходством в силе и даже вынуждены были снять осаду Нейшлота. В августе шведская армия отступила за границу, и этим кампания 1788 г. закончилась. На морс 6 июня адмирал Грейг разбил шведский флот у острова Гоглаид.

В 1789 г. русская армия в Финляндии была доведена до 20 тысяч, и граф Мусин-Пушкин решил перейти в наступление, несмотря на численное превосходство противника. Война была перенесена на шведскую территорию, и в течение лета русская армия завоевала значительную часть Финляндии с Сант-Михелем и Фридрихсгамом. Крупных сражений, как и в прошлую кампанию, не было. Па море адмирал Чичагов, замеливший умершего Грейга, одержал над шведами победу у острова Эланд, а гребная флотилия — при Роченсальме.

Императрица, имея невысокое мнение о способностях Мусина-Пушкина и не одобряя его действия, писала Потемкину: «Я весьма недовольна по случаю нерешительности его и слабости, он никаким авантажем не умел воспользоваться, между генералами его завелись такие кабалы, по слабости его, кои общему делу вредны; одним словом ему и всему его генералитету смена неминуема предлежит». В кампании 1790 г. Мусин-Пушкин был заменен И. П. Салтыковым, но тем не менее за шведскую кампанию получил золотую шпагу, орден св. Владимира 1-й степени и алмазные знаки ордена св. Андрея Первозванного. Занявший императорский престол Павел I назначил графа шефом кавалергардов, а 5 апреля 1797 г. произвел его в генерал-фельдмаршалы в связи с коронацией и пожаловал 4 тысячи душ крестьян.

В. П. Мусин-Пушкин скончался в Москве 8 июля 1804 г.; похоронен в Симоновом монастыре. Был женат на княжне Прасковье Васильевне Долгоруковой и имел от нее сына и дочь.

Своей блестящей карьере он был обязан таланту царедворца, умению уживаться со всеми влиятельными людьми при дворе и искусно улавливать господствующее здесь мнение.

Свое происхождение род фон Эльмптов ведет от баронов, имеющих немецкое происхождение. Иван Эльмпт родился в городе Клеве и по окончании обучения вступил на военную службу во Франции, где к 24 годам дослужился до чина майора. В 1749 г. перешел на службу России с понижением в один чин, но благодаря настойчивости и усердию к службе уже в 1755 г. был полковником. Проявил храбрость в сражениях Семилетней войны, за что был награжден чинами бригадира и генерал-майора и назначен генерал-квартирмейстером.

С началом русско-турецкой войны в чине генерал-поручика Эльмпт командовал 10-тысячным корпусом в армии генерал-аншефа князя Голицына. В конце лета назначенный великим визирем Молдаванчи-паша получил повеление овладеть Подолией. С 80 тысячным авангардом он переправился через Днестр и двинулся к Каменцу, но 29 августа его войско было разгромлено Голицыным и отброшено обратно за Днестр. Действия Эльмпта в атом сражении заслужили похвалу главнокомандующего. К 10 сентября Эльмпт со своим корпусом в числе других войск занял покинутый турками пустой Хотин, а 26 сентября вступил в Яссы, где привел местное население к присяге на подданство России; был награжден орденом св. Александра Невского.

В эти же годы Эльмпт командовал частями в войне с польскими конфедератами, а в 1772 г. — корпусом на границе со Швецией. Несколько раз уходил со службы в бессрочный отпуск, продолжавшийся иногда до четырех лет. Несмотря на длительные перерывы в службе, 24 ноября 1780 г. был произведен в генерал-аншефы.

С началом новой русско-турецкой войны Эльмпт поступил под команду фельдмаршала Румянцева, получив 3-ю дивизию, насчитывавшую 7 тысяч человек. В кампанию 1788 г. переправился через Днестр в Коснице ниже Сороки, а затем прикрывал основные силы графа Салтыкова, осаждавшие Хотин, и отбил татарскую конницу, пытавшуюся пробиться к крепости. К зиме русские войска заняли северную часть Молдавии и расположились в районе между Яссами и Кишиневом. Генерал-аншеф Эльмпт со своей дивизией находился у Ясс, которые затем были переданы австрийским союзникам.

В последние годы царствования Екатерины II Иван Карпович командовал войсками, расположенными в Риге. Вступивший на престол в 1796 г. император Павел I переименовал его из генерал-аншефов в генералы от инфантерии и назначил командиром Лифляндской дивизии и шефом Санкт-Петербургского гренадерского полка, а в день своей коронации 5 апреля 1797 г. произвел в генерал-фельдмаршалы и наградил орденом св. Андрея Первозванного, но уже 10 января следующего года уволил в отставку, узнав об отрицательном отношении фельдмаршала к реформам в армии. Получив высшее военное звание, Эльмпт не проявил никаких качеств военачальника, оставаясь всегда на второстепенных должностях.

Скончался И. К. Эльмпт в 1802 г. и похоронен на принадлежавшей ему мызе Свитен в Курляндии. Оставил двоих сыновей и двух дочерей. Его старший сын Филипп фон Эльмпт, будучи в 1793 г. полковником Староингерманландского пехотного полка, одно время считался женихом дочери А. В. Суворова.

Потомок древней аристократической фамилии, ведущей свое происхождение из Пьемонта, де Прояви с молодых лет связал свою судьбу с военной службой. И дед его, и отец, как впоследствии и он сам, были маршалами Франции. Службу начал в войсках отца в 1734 г. и позднее отличился в сражениях войны за «австрийское наследство» на Рейне, во Фландрии, в обороне Праги от австрийцев в 1742 г. и многих других. Во время Семилетней войны сражался в 1757 г. при Гастенбеке под начальством д’Эсте, а затем при Росбахе в армии принца Субиза. 13 апреля 1759 г. в качестве главнокомандующего разбил 40-тысячную ганноверскую армию принца Фердинанда Брауншвейгского в сражении при Бергене. За одержанную победу де Брольи возведен императором Францем I в достоинство князя Священной Римской империи, а от короля Франции Людовика XV получил маршальский жезл.

Конфликт с принцем Субизом, которому покровительствовала фаворитка Людовика XV герцогиня Помпадур, привел к тому, что маршал был удален от двора, и хотя в 1764 г. он стал губернатором Меца, вернуть былое расположение и влияние ему удалось только после вступления на престол Людовика XVI, в 1774 г. В 1778 г. по случаю войны с Англией он был назначен командующим войсками в Нормандии и Бретани.

Выбранный в 1789 г. в Генеральные штаты депутатом от дворянства Эльзаса, де Брольи примкнул к партии противников реформ и после отставки правительства Неккера стал военным министром и командующим войсками. С началом революционных событий во Франции предлагал королю с семьей уехать в Мец, а после его отказа вместе с братом короля графом д’Артуа эмигрировал из страны. В кампании 1792 г. против революционной Франции командовал отрядом эмигрантов, но независимость и неуступчивость его характера не позволили ему найти общий язык с верхушкой аристократической эмиграции.

В 1797 г. в числе других соотечественников де Брольи перешел на русскую службу и в октябре был пожалован императором Павлом I чином генерал-фельдмаршала русской службы, но довольно скоро после этого оставил военное поприще и ушел в отставку. В конце жизни он решился (не без долгих колебаний) принять власть Наполеона, но умер, не успев вернуться во Францию. Скончался де Брольи в Мюнстере, так и не увидев реставрации королевской монархии во Франции, за которую он воевал всю свою жизнь.

Польский дворянский род Гудовичей известен с XVI в. В начале XVIII в. они переселились на Украину и служили в казачьих полках. Отец будущего фельдмаршала Василий Андреевич был малороссийским генеральным подскарбием, а после того как Украина полностью была присоединена к России, получил чин тайного советника. Двое его сыновей, Андрей и Иван, обучались в университетах Кенигсберга, Галле и Лейпцига. В 1759 г. Иван Гудович начал военную службу прапорщиком Инженерного корпуса, а затем стал флигель-адъютантом генерал-фельдцейхмейстера графа П. И. Шувалова. Благодаря старшему брату, адъютанту наследника престола великого князя Петра Федоровича, а когда тот стал императором Петром III, произведенному в генерал-адъютанты, Иван также начал делать успешную карьеру. В 1761 г., в чине подполковника, он стал генерал-адъютантом фельдмаршала русской службы принца Георга Голштинского.

После прихода к власти Екатерины II братья потеряли свое значение при дворе и даже находились некоторое время под арестом, но вскоре были освобождены. Императрица произвела Ивана Гудовича в полковники и назначила его командиром Астраханского пехотного полка; на этой должности он сменил А. В. Суворова. В следующем году он участвовал со своим полком в походе на Польшу, где содействовал избранию в польские короли Станислава Понятовского.

В русско-турецкой войне 1768–1774 гг. Гудович отличился в сражении под Хотином 11 июля 1769 г., когда с одним батальоном в течение четырех часов отражал атаку турок на левый фланг русских позиций; за это он был произведен в бригадиры. В этом звании принял участие 7 июля 1770 г. в сражении при Ларге под командой генерала П. А. Румянцева. 27 июля награжден орденом св. Георгия 3-й степени. В день знаменитого Кагульскго сражения Гудович со своим отрядом прикрывал от конницы Крымского хана, вместе с генерал-майором Г. А. Потемкиным, обозы и, заняв выгодную позицию на высотах, не дал неприятелю атаковать русскую армию с тыла. В том же году с небольшими силами мастерским маневром и неожиданным ударом внезапно захватил столицу Валахии Бухарест, за что был награжден чином генерал-майора. На следующий год дважды участвовал в штурмах укреплений Журжи, а затем разбил турок при Подалунах.

По окончании войны Гудович командовал дивизией в Малороссии, где и оставался до 1776 г.; сформировал несколько легкоконных полков, с которыми в течение последующих нескольких лет охранял южные приграничные области. В 1784 г. Екатерина II наградила Ивана Васильевича орденом св. Александра Невского, а в 1785 г. назначила его рязанским и тамбовским генерал-губернатором и инспектором армии по кавалерии и инфантерии. Гражданская служба Гудовича продолжалась четыре года; с началом новой русско-турецкой войны он вновь вернулся в армию. 14 сентября 1789 г. его войсками был взят замок Хаджибей, расположенный на территории современной Одессы, а 18 октября 1790 г. он принудил к капитуляции сильную турецкую крепость Килия, захватив там 84 орудия, за что был произведен в генерал-аншефы и переведен на Кавказскую линию, где ему была поручена Кубанская армия.

22 июня 1791 г. Гудович с 7-тысячным отрядом после многочасового кровопролитного боя овладел мощной крепостью Анапа, которую защищал 15-тысячный турецкий гарнизон. В сражении было захвачено 95 орудий и 130 знамен, погибло более 8 тысяч турок. Гудовичем был послан особый отряд к крепости Суд-жук-Кале в 27 верстах от Апапы, где было захвачено еще 25 орудий. 15 июля 1791 г. генерал-аншеф Гудович был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «во уважении усердной службы, радения и точности его в исполнении предположений главного начальства, искусства и отличного мужества, оказаннаго им в походе со вверенным ему корпусом, отражая неприятеля, и при взятии штурмом города Апапы».

Став кавказским генерал-губернатором, Гудович подчинил России Дербентское ханство и Тарковское шамхальство. Под его руководством построены Усть-Либинская, Кавказская и Шелководская крепости. 2 сентября 1793 г. Екатерина II наградила его орденом св. Андрея Первозванного, однако, обиженный назначением в 1796 г. Валериана Зубова командующим войсками, предназначенными для похода в Персию, он вышел в отставку.

Вступивший на престол император Павел I в день своей коронации возвел Ивана Васильевича в графе кое достоинство Российской империи. В 1798 г. Гудович занял пост киевского, а затем каменец-подольского генерал-губернатора. В 1799 г. был назначен главнокомандующим армией для действий на Рейне против французской республики, по этот поход не состоялся.

В июле 1800 г. за критику прусских порядков, насаждаемых в армии Павлом I, Гудович был уволен в отставку и возвращен на службу только в 1806 г., уже в царствование Александра I, который назначил его главнокомандующим войсками в Грузии и Дагестане. Войска Гудовича взяли штурмом Баку, и благодаря их удачным действиям к России были присоединены Шехинское и Лезгинское ханства.

С началом русско-турецкой войны 1806–1812 гг. Гудович одержал победу над турецкими войсками сераскира Юсуф-паши у крепости Гумры и на реке Арпачай. 18 июня 1807 г. в сражении при Арпачае 7 тысяч русских солдат разбили 20-тысячную турецкую армию. За эту победу Гудович 30 августа 1807 г. был награжден чином генерал-фельдмаршала. Однако после неудачного штурма Эриваии в ноябре следующего года ему пришлось отвести свои войска в Грузию. Тяжелая болезнь с потерей глаза вынудила Гудовича оставить Кавказ. 7 августа 1809 г. он был назначен главнокомандующим в Москву, членом Государственного совета и сенатором. 18 ноября Александр I поручил Гудовичу составить Комитет для обмундирования войск. Он писал, что «столица Московская, которая всегда потребности сей удовлетворяла, как своею собственною промышленностию, так и стечением торговли из других мест государства, имеет теперь вас своим начальником, коего знаменитые заслуги и непоколебимое усердие к сохранению польз государственных известны Мне и отечеству». Тем не менее старый фельдмаршал вынужден был просить отставки, которая была принята 13 мая 1812 г. Последней наградой Гудовича стал портрет императора, усыпанный алмазами.

И. В. Гудович окончил жизнь в своем имении Чечельник Ольгопольского уезда Подольской губернии, пожалованном ему Павлом I. Был женат на дочери последнего гетмана Украины Прасковье Кирилловне Разумовской и оставил своим наследникам 13 тысяч душ крепостных. Похоронен в Киеве в Софийском соборе.

Фамилия Прозоровских относится к русскому княжескому роду потомков Рюрика и является одной из ветвей ярославских князей. Предком князей Прозоровских стал четвертый сын князя Федора Михайловича Моложского Иван, получивший фамилию по названию своей вотчины — села Прозорова Моложского уезда. В XVII в. князья Прозоровские возводились в бояре из стольников, минуя чин окольничего, и занимали крупные должности судей в приказах, полковых и городовых воевод.

Александр Прозоровский родился в семье князя Александра Никитича Прозоровского, мать же его Анна Борисовна происходила из знатной княжеской семьи Голицыных. Десятилетний Александр был записан солдатом в гвардию и в это же время начал учиться в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе, который окончил в 1746 г. с чином капрала. В 1754 г. из сержантов гвардии он был переведен в полевые полки поручиком, а через два года произведен в капитаны.

Как большинство военачальников екатерининской эпохи, боевое крещение Прозоровский получил в Семилетнюю войну. Участвовал в сражениях при Гросс-Егерсдорфе и Цорндорфе, осаде Кюстрина, битвах при Пальните и Франкфурте, занятии русскими войсками Берлина. В этих боях неоднократно был ранен и за свои отличия в короткий срок прошел путь от секунд-майора до полковника. В этом чине короткое время проходил службу в австрийской и прусской армиях, перенимая опыт ведения военных действий этих государств.

24 ноября 1764 г. Екатерина II произвела Прозоровского в бригадиры, а через год оп стал генерал-майором. В 1767 г. в корпусе генерал-поручика Нумерса принял участие в войне против польских конфедератов.

В самом начале русско-турецкой войны 1768–1774 гг. Прозоровский командовал авангардом в корпусе генерал-аншефа князя Голицына. Переправившись с легкими войсками через Днестр, разбил передовой турецкий отряд, а через три дня возле Хотина — отряд Карамаи-паши. Отличился в бою у Каменца-Подольского и в сражении с татарским войском под предводительством хана у того же Хотина. В составе войск генерал-поручика Эльмпта участвовал в занятии Ясс и покорении Молдавии, за что был награжден орденом св. Александра Невского.

В кампании следующего года с отрядом донских казаков Прозоровский отразил нападение 3-тысячного турецкого отряда. В этом бою противник потерял только убитыми до 2 тысяч человек, а остальные сдались в плен. За это сражение 30 сентября 1770 г. Александр Александрович был награжден орденом св. Георгия 3-й степени. В 1771 г. в походе на Крымское ханство находился в составе армии князя Долгорукова, а после отбытия главнокомандующего в Москву принял на себя командование войсками, расположенными на полуострове. В последние два года войны участвовал в победоносных для русской армии сражениях под Шумлой, Рущуком и Козлуджей. 10 июля 1775 г., в день празднования мира с Турцией, в чине генерал-поручика был награжден золотой шпагой с алмазами за участие в покорении Крыма. После Кючук-Кайнарджийского мира Прозоровский вернулся в Санкт-Петербург.

В 1777 г. князь сильно заболел и уехал на лечение за границу, но осенью следующего года вернулся в Россию и принял команду над войсками, отправленными в Крым, где вспыхнуло антирусское восстание. Прозоровский быстро его подавил, за что 26 ноября 1778 г. был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени. В реляции о награждении сказано: «В 1771 году учинил в брод через Сиваш переправу в тыл неприятелю и открыл нашим войскам свободный вход в Крым. В 1778 году, предводительствуя знатным отрядом войск в Крыму, содействовал в выполнении всей порученной ему от Ея Императорского Величества секретной комиссии и уничтожением всех неприятельских действий».

В период до начала новой русско-турецкой войны императрица указом от 13 июня 1781 г. назначила Прозоровского орловским и курским генерал-губернатором. На этом посту он пробыл более двух лет, получив чин генерал-аншефа, и вышел в отставку 21 декабря 1783 г. Уехав в одну из своих деревень, князь почти шесть лет занимался сельским хозяйством, как вдруг совершенно неожиданно получил назначение на пост московского генерал-губернатора и главнокомандующего в Москве, а также был введен в число сенаторов. Это произошло в феврале 1790 г., и в этом же году Екатерина II наградила Прозоровского орденом св. Андрея Первозванного. В это время князь вел интенсивную переписку с императрицей по многим интересующим ее вопросам: толкованию законов, градостроительству и благоустройству Москвы, а также по некоторым частным вопросам, касающимся судебных дел и просьб сугубо личного характера. Известно более семидесяти писем императрицы к Александру Александровичу. С другой стороны, отношение Екатерины II к московскому генерал-губернатору было скорее недоброжелательным, что она и не скрывала перед некоторыми сановниками и генералами, в том числе и перед Суворовым, женатым на троюродной сестре князя. 21 марта 1795 г. Прозоровский от должности московского генерал губернатора был отстранен и ушел в отставку, получив, правда, за свою службу орден св. Владимира 1-й степени, годовую пенсию в 12 тысяч рублей и звание шефа Московского гренадерского полка.

Вступивший на престол Павел I назначил Прозоровского командиром Смоленской дивизии, переименовав его из генерал-аншефов в генералы от инфантерии, однако через полтора месяца он был отставлен от службы и выслан в свое имение. Лишь в декабре 1805 г. Александр I вновь принял князя на службу. 12 декабря, как старший кавалер ордена св. Георгия, Прозоровский объявил решение кавалерственной Думы о преподношении императору ордена св. Георгия 1-й степени, от которого он, впрочем, отказался, «найдя приличным только иметь знак четвертой степени».

Когда в 1806 г. организовывалось земское войско, Прозоровский был назначен командующим одним из ополчений, а 30 августа 1807 г. получил чин генерал-фельдмаршала. Несмотря на преклонный возраст князя, Александр I назначил его главнокомандующим армией в Молдавии, определив ему в помощь киевского военного губернатора М. И. Кутузова. В марте его войска разбили турок у Журжи, захватив семь орудий. В апреле русские войска осадили Браилов, имевший 10-тысячный гарнизон, подвергнув его сильному орудийному обстрелу. Однако предпринятый фельдмаршалом штурм крепости не имел успеха и был отбит с большими потерями. Русские войска лишились 3 тысяч человек. Командующий вынужден был снять осаду и провел два месяца в бездействии, лишь в конце июля решившись переправиться через Дунай. Генерал Засс овладел Исакчей и Тульчей, а генерал Платов занял Бабадаг.

Военная деятельность Прозоровского прервалась с его кончиной 9 августа 1809 г. Командующий умер в своем лагере близ Мачина. Согласно желанию князя останки его были преданы земле в церкви Александра Невского Киево-Печерской лавры. В своем духовном завещании он упомянул, что «те только памятники прочны, которые сооружает благодарное Отечество». А. А. Прозоровский был женат на княжне Елене Михайловне Волконской, от которой имел двух дочерей. Со смертью фельдмаршала мужская линия князей Прозоровских угасла.

Дворянский род Голенищевых-Кутузовых ведет свое происхождение от «мужа чесна» Гавриила, по сказаниям древних родословцев, выехавшего «из Прусс» в Новгород Великий в княжение Александра Невского в середине XIII в. Его сын занял видное место среди новгородской боярской аристократии. В XVI в. потомки Гавриила, носившие фамилию Голенищевых-Кутузовых, жили около Торопца и числились среди городовых дворян. В XVII в. многие из их рода стали уже дворянами московскими и стольниками. С XVIII в. начинается возвышение рода благодаря успешной службе его представителей в армии и флоте.

Будущий генерал-фельдмаршал родился в семье генерал-поручика Иллариона Матвеевича Голенищева-Кутузова, который свою военную службу проходил в инженерном корпусе русской армии. К концу жизни он стал сенатором. Сын пошел по стопам отца, поступив в Инженерную школу. Успехи юного Кутузова отмечаются в приказе от 10 декабря 1759 г. директора артиллерийской и инженерной школы генерал-фельдцейхмейстера П. И. Шувалова: «По представлении оной школы каптенармус Михаил Кутузов за его особенную прилежность и в языках и математике знание, а паче что принадлежит до инженера имеет склонность, в поощрение прочим сего числа произведен мною в инженерный корпус первого класса кондуктором: о чем артиллерийская и инженерная школа будучи известна, имеет ему Кутузову сей кондукторский чин объявя, в верность службы привесть к присяге и оставить по-прежнему при школе к вспоможению офицерам для обучения прочих».

В начале 1761 г. Кутузов в чине прапорщика был определен в Астраханский пехотный полк, которым в то время командовал А. В. Суворов. Последующие два года образованного, знающего иностранные языки офицера назначили адъютантом к ревельскому генерал-губернатору генерал-фельдмаршалу принцу Голштейн-Бекскому.

В 1764 г. Кутузов добился перевода в действующую армию. Молодой капитан командовал отдельными отрядами в ряде небольших боев с польскими конфедератами. Впервые он стал участником крупных сражений после перевода в армию генерала Румянцева, действовавшую против турецких войск в Молдавии и Валахии, имея в это время звание обер-квартирмейстера майорского ранга. Михаил Кутузов участвовал в боевых действиях русско-турецкой войны при Рябой Могиле, южнее Ясс, когда войска Румянцева разбили в два раза превосходящие силы турок; на берегу реки Ларги, где 15 тысяч турок и 65 тысяч татарской конницы готовились нанести встречный удар русским войскам, но в восьмичасовом сражении были сломлены, лагерь при Ларге взят, а уцелевшие его защитники бежали к Дунаю; у озера Кагул, возле которого, вместе с войсками, бежавшими от Ларги и подошедшими из Измаила, у великого визиря собралось 50 тысяч пехоты и 100 тысяч конницы, но мощный натиск турецко-татарских войск был остановлен хорошо обученными русскими каре и артиллерией. Для Кутузова эти сражения стали школой военного мастерства. Как штабной офицер он вел разведку, производил рекогносцировку, разбирался в сложных передвижениях войск. Произведенный в подполковники, он был откомандирован в Крымскую армию, где командовал батальоном при отражении турецкого десанта на крымское побережье.

22 июля 1774 г. турки высадились возле Алушты и заняли позицию в четырех верстах от моря перед деревней Шумлой. Неприятель, пользуясь удобством местности и превосходством сил, защищался более двух часов. В этом бою Кутузов получил пулевое ранение. Пуля ударила между глазом и виском и вышла с другой стороны лица, не задев мозг. 26 ноября следующего года подполковник Кутузов был награжден орденом св. Георгия 4-й степени.

После тяжелого ранения Михаил Илларионович лечился за границей и путешествовал по Европе, а по возвращении на родину вновь был назначен в войска, расположенные на южных рубежах России. В 1777 г. он был произведен в полковники, через пять лет — в бригадиры, а в 1784 г. стал генерал-майором с назначением командиром Мариупольского легкоконного полка. В 1786 г. ему было поручено формирование Бугского егерского корпуса в составе екатеринославской армии, которой командовал Потемкин. В следующем I оду он был назначен командиром и шефом Бугского полка, с которым принял участие в русско-турецкой войне 1787 1791 гг. В 1788 г. при осаде Очакова Кутузов новел войска в атаку и был вторично тяжело ранен в голову. По мнению врачей, этот случай можно назвать уникальным в истории медицины. Едва оправившись от раны, Михаил Илларионович принял участие в боях на Днепре и на Буге, в штурме замка Гаджнбей, во взятии крепостей Бендеры и Аккерман.

Сравнительно легко взяв несколько крепостей, русская армия подступила к сильнейшей турецкой крепости Измаил, имевшей важное стратегическое значение. Осада крепости велась вяло, но все изменилось, когда туда прибыл Суворов. В Измаиле находился 35-тысячный гарнизон под командованием опытного военачальника Айдозли Мехмет-паши, который по численности превосходил русские войска. И декабря 1790 г. русские несколькими колоннами пошли на приступ; одной из колонн командовал Кутузов. Михаил Илларионович повел свои войска к Килийским воротам, достиг рва, по сильнейший орудийный и ружейный огонь остановил его. Тогда личным примером он увлек солдат в ров и повел их на штурм вала и бастиона. Гарнизон Измаила был почти полностью истреблен, немногие уцелевшие были взяты в плен. Командующий штурмом Суворов назначил Кутузова комендантом крепости и командующим оставленными там войсками, а также войсками, расположенными между Днестром и Прутом. За штурм Измаила Кутузов был награжден 25 марта 1791 г. орденом св. Георгия 3-й степени.

Взятие Измаила предрешило исход войны, но борьба за переправы на Дунае, за города Мачин и Бабадаг, за побережье Черного моря продолжалась. Поступив под начальство князя Н. В. Репнина, Кутузов вместе с князьями Голицыным и Волконским участвовал в разгроме турок у Мачина. Блестящая атака русских на левом фланге, которую он осуществил, отбросила турок, понесших большие потери. «Расторопность и решительность генерала Голенищева-Кутузова превосходит всякую мою похвалу», — доносил о нем главнокомандующий Репнин. 6 июня 1791 г. Кутузов рапортовал Репнину о победе над турецкими войсками при Бабадаге: «Четвертого сего месяца помощию всесильного имел я удачу разбить знатный корпус неприятеля… Весь укрепленный лагерь, где натура и некоторая степень искусства размножили препятствии, достался нам добычею…»

18 марта 1792 г. Кутузов в чине генерал-поручика получил орден св. Георгия 2-й степени «во уважении на усердную службу, храбрые и мужественные подвиги, коими он отличился в сражении при Мачине и разбитый войсками российскими под командою генерала князя II. В. Репнина многочисленной турецкой армии, верховным визирем Юсуф-пашею предводимою, где, начальствуя над войсками левого фланга, при стремительных неприятельских нападениях преодолел все трудные переходы, в движениях своих соблюл отличное искусство и порядок, а в поражении неприятеля мужество и храбрость».

Назначенный после заключения мира казанским и вятским генерал-губернатором, Кутузов тем не менее перешел на дипломатическое поприще. Екатерина II направила его чрезвычайным и полномочным послом в Константинополь, где, проявив себя блестящим дипломатом, Кутузов добился для России целого ряда политических и торговых преимуществ. В сентябре его отозвали в Санкт-Петербург и назначили директором Сухопутного шляхетского кадетского корпуса, где он преподавал кадетам военную историю и тактику.

В 1795–1799 гг. Кутузов был командующим и инспектором войск в Финляндии. В 1798 г. император Павел I произвел его в генералы от инфантерии, а в 1800 г. за успешное выполнение дипломатических поручений в Берлине наградил орденом св. Андрея Первозванного. В последние годы жизни Павла I Михаил Илларионович занимал пост литовского генерал-губернатора, а с воцарением Александра I стал военным губернатором Санкт-Петербурга. Из-за сложных отношений с новым императором и его окружением в августе 1802 г. Кутузов оставил свой пост и ушел в годовой отпуск, а в следующем году вышел в отставку и уехал в свою деревню Горошки Волынской губернии.

В августе 1805 г. Александр I призвал Кутузова на службу и назначил командующим русской армией, действовавшей против французских войск. Личная неприязнь императора к полководцу, его ревнивое отношение к чужой славе роковым образом повлияли на весь ход кампании. Знаменитый марш-маневр от Браунау до Ольмюца, спасший русскую армию от окружения и неминуемой гибели, бои при Кремсе и Амштеттине были перечеркнуты некомпетентным вмешательством союзных монархов России и Австрии в командование армией, что привело к поражению при Аустерлице и неудаче всей кампании. Под Аустерлицем Наполеон нанес большой урон русским колоннам и с захватом Пратценских высот «поймал в мешок» значительную часть русской армии, вышедшей из отчаянного положения лишь благодаря доблести солдат и некоторых командиров, особенно же самопожертвованию кавалерии. Кутузов в эту кампанию держал экзамен на полководца и выдержал его блестяще. Ни одному еще русскому полководцу, разве что Суворову, не приходилось действовать в более тяжелой обстановке. Присутствие императора в армии сковывало действия Кутузова, как всегда стесняет главнокомандующего присутствие монарха, и отсюда неизбежно вытекала двойственность в распоряжениях. Обвинять Кутузова в аустерлицком разгроме не приходится, эта авантюра была ему навязана свыше. После достойного, с минимальными потерями, вывода русских войск из австрийских пределов Кутузов хотя и был награжден, по от командования армией отстранен.

До начала Отечественной войны Кутузова назначали на второстепенные посты: в 1806–1807 гг. — киевского генерал-губернатора, в 1808 1809 гг. — командующего корпусом в Молдавии, в 1809 1811 гг. — литовского генерал-губернатора. В условиях надвигающейся новой войны с Наполеоном и необходимости завершить затянувшуюся войну с Турцией Александр I в 1811 г. вынужден был назначить Кутузова главнокомандующим Дунайской армией. Он не только отказался от штурма крепостей, но даже ушел из занятых русскими войсками Силистрии и Никополя, срыв их, чтобы не оставлять туркам. Растянутую кордоном армию Кутузов сосредоточил на важнейших стратегических направлениях, собрав главные силы у крепости Рущук. У него было всего 15 тысяч против 60-тысячной турецкой армии. Первая атака врага была отражена огнем, вторая оказалась для турок более успешной. Им удалось смять левый фланг русской армии и прорваться ей в тыл. Со стороны Рущука турецкую кавалерию встретила русская пехота, а ударившие с другой стороны кавалерия и егеря обратили турок в бегство. За рущукскую победу, одержанную 22 июля, император наградил полководца своим портретом.

В октябре был завершен стратегический план по окружению турецкой армии под Слободзеей. Великий визирь усилил свою армию до 70 тысяч человек и двинулся через Дунай на позиции русской армии. Около 50 тысяч он переправил на левый берег и расположил против русских укреплений, а на правом берегу оставил 20 тысяч солдат и весь обоз. В эго время русские переправились на правый берег и неожиданной атакой захватили огромный лагерь со всеми запасами оружия и провианта. Остальная часть турецкой армии была прижата к Дунаю и полностью блокирована. В это же время русские войска захватили крепости Туртукай и Силистрия. 29 октября 1811 г. император пожаловал генерала от инфантерии Голенищева-Кутузова графским титулом Российской империи. Турецкое правительство согласилось на мирные переговоры, и в мае 1812 г. так необходимый России мир был подписан в Бухаресте. Михаил Илларионович еще раз проявил свой дипломатический талант. Он пишет императору: «Что я ничего лучшего сделать не мог, тому причиною положение дел в Европе; что я никаких не упустил стараний и способов…» Тем не менее полководец вынужден был сдать армию Чичагову и вернуться в Санкт-Петербург.

С началом вторжения в Россию армии Наполеона Кутузов назначается начальником Петербургского ополчения, а 29 июля Александр I «в изъявление особеннаго благоволения к усердной службе и ревностным трудам графа Михаила Илларионовича, способствовавшего к окончанию войны с Оттоманскою Портою и к заключению полезного мира, пределы империи распространившего», возвел его в достоинство светлейшего князя, а спустя несколько дней назначил членом Государственного совета и главнокомандующим над всеми армиями и ополчениями в войне с Наполеоном.

Император писал Кутузову: «Михаил Илларионович! Известные военные достоинства ваши, любовь к отечеству и неоднократные опыты отличных подвигов приобретают вам истинное право на сию доверенность…»

Кутузов прибыл к войскам, находившимся у Царева Займища, но позиция для сражения не удовлетворила командующего. Положение его было исключительно трудным, ведь армию он принял отступающей и находящейся уже недалеко от Москвы. Место сражения было выбрано вблизи села Бородино, в ста с небольшим километрах от Москвы, немного западнее Можайска.

Сражение началось 26 августа 1812 г. В нем участвовало 135 тысяч солдат армии Наполеона при 587 орудиях и 132 тысячи человек русской армии при 624 орудиях под командованием Кутузова, в которой 1-й армией командовал М. Б. Барклай-де-Толли, 2-й армией — князь П. И. Багратион. Решение Кутузова принять бой было вынужденным, так как силы французов неуклонно уменьшались по мере продвижения их в глубь страны. Уступая требованиям армии, общественности и императорского двора, главнокомандующий расположил войска у Бородина между рекой Москвой и деревней Утица; его позиция не представляла особых практических выгод и требовала укрепления в некоторых местах.

24 августа вспыхнул бой за Шевардинский редут, где 12 тысяч русских солдат в течение всего дня отражали атаки превосходящих сил противника, что дало основным силам возможность укрепить свои позиции — батарею Раевского и Багратионовы флеши.

В Бородинском сражении Наполеон отказался от тактики обходных маневров и решил нанести главный удар в лоб в районе флешей, чтобы, прорвав русские позиции, выйти в тыл противнику. На этом направлении были сосредоточены корпуса маршалов Нея, Даву, Мюрата, Жюно и гвардия. Общая численность французских войск здесь достигала 86 тысяч при 400 орудиях. На рассвете 26 августа после удара артиллерии корпус Евгения Богарне начал атаку на Бородино, но был отбит с большим уроном. Главные события развернулись у флешей и на Курганной высоте. В шесть утра Даву начал атаку флешей, но, несмотря на тройное превосходство в силах, она была отбита. Через час атака повторилась, но вновь безуспешно. Наполеон ввел в бой дополнительные силы, но Кутузов также перебросил с правого фланга войска и подтянул резервы. К восьми утра французы снова ворвались на флеши и опять были отброшены. За три часа были проведены еще четыре безуспешные атаки. Огонь русских батарей с Курганной высоты наносил французам жестокий урон. К полудню против флешей Наполеон сосредоточил две трети своей армии и почти всю артиллерию. Только после этого французы смогли овладеть русскими позициями.

Развивая успех, Наполеон перенес удар на Курганную высоту и двинул против нее 35 тысяч солдат и 300 орудий. В этот критический момент Кутузов направил конные корпуса Платова и Уварова в обход левого фланга противника, что вызвало панику в его тыловых частях. Отражая атаку русской кавалерии, Наполеон на два часа задержал штурм Курганной высоты. Только к четырем часам дня корпус Богарне третьей атакой захватил высоту. Русские войска были оттеснены, но продолжали упорно сопротивляться. Наполеон, имея в резерве только императорскую гвардию, вынужден был отвести свои войска на исходные позиции, оставив захваченные укрепления. В этом сражении потерн французов составили около 50 тысяч человек. Русские войска лишились 44 тысяч солдат. 27 августа Кутузов писал графу Ф. В. Растопчину: «Сражение вчерашнего дня, с утра начавшееся и продолжавшееся до самой ночи, было кровопролитнейшее. Урон с обеих сторон велик; потеря неприятеля, судя по упорным его атакам на укрепленную нашу позицию, должна нашу весьма превосходить. Войски сражались с неимоверною храбростию. Батареи переходили из рук в руки, и кончилось тем, что неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли со всеми превосходными силами».

Кутузов готовился продолжить сражение на следующий день, но из-за больших потерь и отсутствия резервов отвел армию к Можайску, а затем к Москве. 30 августа за Бородинское сражение командующий русской армией был возведен в чин генерал-фельдмаршала и награжден 100 тысячами рублей. Французы, несмотря на огромные потери, не встречая сопротивления, продвинулись к Москве и заняли город. Отступив из Москвы, Кутузов тем не менее сохранил армию, которая блестяще показала себя в сражениях Отечественной войны. За победу над корпусом Мюрата под Тарутином полководец был 16 октября награжден золотой шпагой с алмазами и венками.

Затем был Малоярославец, в сражении за который русские войска сошлись в бою с 20-тысячным отрядом из корпуса Евгения Богарне. Сражение длилось 18 часов. Восемь раз город переходил из рук в руки и в итоге остался за французами, однако по результатам сражения русские получили стратегический успех, заставив Наполеона изменить маршрут отступления его армии и не дав пробиться в богатые южные губернии. В сражениях при Вязьме и Красном русские нанесли удары по отступавшим из России наполеоновским войскам и прогнали их к реке Березине, при переправе через которую остатков «великой армии» она практически перестала существовать. Высочайшим указом от 6 декабря 1812 г. «за непревзойденные заслуги в деле спасения Отечества от вражеского нашествия» к княжескому титулу и фамилии Кутузова была присоединена почетная приставка Смоленский с правом именоваться светлейшим князем Голенищевым-Кутузовым Смоленским. 12 декабря светлейший князь был удостоен ордена св. Георгия 1-й степени «за поражение и изгнание неприятеля из пределов России», став первым в истории государства полным кавалером этой высокой военной награды.

Начало заграничного похода русской армии в следующем году под командованием Кутузова — это цепь непрерывных побед и успехов. Ночной атакой был взят Кенигсберг, который оборонял маршал Макдональд. Сдалась без боя Варшава; окруженная казаками, пала крепость Данциг. Были пройдены Познань, Калиш и десятки других польских и немецких крепостей и городов. Под командованием Кутузова оказалась и вся прусская армия. Были взяты крепость Торн, Дрезден, Лейпциг, Берлин. Русская армия шла к новым победам, но 16 апреля 1813 г. ее главнокомандующий светлейший князь генерал-фельдмаршал Михаил Илларионович Голенищев-Кутузов-Смоленский скончался в городе Бунцлау в Силезии. Тело его с почестями было перевезено в Санкт-Петербург и похоронено в Казанском соборе. Он был женат на Екатерине Ильиничне Бибиковой, от которой имел пять дочерей и сына, умершего малолетним. Александр I в рескрипте на имя вдовы Кутузова признал: «Имя и дела его остаются бессмертными. Благодарное отечество не забудет никогда заслуг его».

Старинный шотландский род, к которому принадлежал Барклай-де-Толли, известен еще с XI в. Его предки в 1621 г. переселились в Росток, а отец, Вейнгорд-Готхард, поступил на русскую военную службу и, выслужив чин поручика, получил русское дворянство. Будущий полководец семилетним был записан в Новотроицкий кирасирский полк гефрейт-капралом. По малолетству в полку отсутствовал и, как было принято в то время, обучался дома, считаясь в отпуске. Действительную военную службу начал в 1776 г. вахмистром в Псковском карабинерном полку, а через два года был произведен в корнеты. Способности молодого человека были замечены генералом Паткулем, который взял его к себе в адъютанты. В 1788 г. был назначен адъютантом к принцу Ангальт-Беренбургскому и в чине поручика принял участие в штурме Очакова; был награжден золотым крестом с надписью «Очаков взят 6 декабря 1788 года». В следующем году участвовал в разгроме турок под Каушанамп, во взятии Аккермана и Бендер. В польскую кампанию, командуя батальоном, особенно отличился при взятии штурмом Вильно и за это в чине премьер-майора 16 сентября 1794 г. был награжден орденом св. Георгия 4-й степени. Произведенный в подполковники, был назначен командиром батальона в Эстляндском егерском корпусе. С воцарением Павла I батальон был переименован в полк, а Михаил Богданович, ставший полковником, назначен шефом этого полка, за отличное состояние которого в 1799 г. получил чин генерал-майора.

Военный талант Барклая-де-Толли полностью раскрылся в эпоху наполеоновских войн. В 1805 г. он участвовал в сражении при Аустерлице, а в кампанию 1806 г. в бою под Пултуском 14 декабря командовал правым флангом, выдержавшим стремительную атаку войск маршала Ланна, за что в январе следующего года получил орден св. Георгия 3-й степени. 24 января, командуя арьергардом при отступлении русской армии к Ландсбергу и Прейсиш-Эйлау, он дал возможность генералу Беннигсену сосредоточиться на позиции у этого города, выдерживая у Гофа напор почти всей армии Наполеона. В самом сражении был ранен в правую руку и уехал на лечение, получив кроме других наград и чин генерал-лейтенанта.

В русско-шведской войне 1808 1809 гг. Барклай-де-Толли командовал сначала отдельным отрядом, по разногласия с генералом Буксгевденом вынудили его покинуть армию и уехать из Финляндии. В 1809 г. он был вновь направлен на театр военных действий, где вместе с П. И. Багратионом руководил знаменитым Ледовым походом по льду Ботнического залива. После изнурительного 12-часового похода русские войска достигли шведского берега и, дождавшись артиллерии, овладели шведским городом Умео (Куопео). Пройдя за двое суток около ста верст через льды, в мороз и по глубокому снегу, Барклай-де-Толли опрокинул неприятеля при первой встрече и покорил целую область, после чего был заключен мир со Швецией. Произведенный в генералы от инфантерии, он был назначен генерал-губернатором Финляндии и главнокомандующим финляндской армией, получив еще и орден св. Александра Невского.

20 января 1810 г. Барклай-де-Толли занял пост военного министра; при его участии было составлено «Учреждение для управления большой действующей армией». Являясь также членом Государственного совета, подал в марте императору Александру I «Записку о защищении западных пределов России», в которой изложил план военных действий против наполеоновской армии в случае ее вторжения в Россию. План был одобрен, и согласно ему начались работы по подготовке театра военных действий в Прибалтике, Белоруссии и на Украине. Оставаясь на посту военного министра до сентября 1812 г., провел военные реформы, существенно увеличив численность армии.

С началом Отечественной войны Барклай-де-Толли был назначен главнокомандующим 1-й Западной армией. Чтобы сохранить армию, он отступал перед превосходящими силами наполеоновских войск, не давая генерального сражения. В самом начале войны он объявил войскам следующий приказ: «Воины! Наконец приспело время знаменам вашим развеваться пред легионами врагов всеобщего спокойствия; приспело время предводимым самим монархом твердо противу-стать дерзости и насилиям, двадцать уже лет наводняющим землю ужасами и бедствиями войны». Объединившись под Смоленском с армией князя Багратиона, Барклай-де-Толли вынужден был с 4 по б августа сдерживать превосходящие силы французов и, хотя все атаки противника на Смоленск были отбиты, решил оставить город ради сохранения армии. В боях под Смоленском неприятель потерял до 20 тысяч человек. Войска отходили до Царева Займища, где Михаил Богданович намеревался дать сражение, однако долгое отступление возбудило неудовольствие и ропот в армии, желавшей сражаться с неприятелем. Общественное мнение, с которым считался Александр I, требовало замены командующего, вследствие чего во главе армии был поставлен Кутузов, а Барклай-де-Толли поступил под его командование. Накануне он писал императору: «Не намерен я теперь, когда наступают решительные минуты, распространяться о действиях армии, которая была мне вверена. Успех докажет: мог ли я сделать что-либо лучшее для спасения Государства? Если бы я руководим был слепым, безумным честолюбием, то может быть, Ваше Императорское Величество изволили бы получать донесения о сражениях, и не взирая на то неприятель находился бы под стенами Москвы, не встретя достаточных сил, который были бы в состоянии ему сопротивляться».

В Бородинском сражении Барклай-де-Толли командовал правым флангом русской армии. Его хладнокровие, четкие распоряжения и личное мужество были по заслугам оценены. 21 октября 1812 г. он был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за участие в сражении при Бородине 26 августа 1812 года». На знаменитом военном совете в Филях он доказал невыгодность позиции под Москвой и невозможность нового сражения, предложив оставить город без боя. Через несколько дней Михаил Богданович вынужден был в связи с болезнью покинуть армию и уехать на лечение.

Вернулся он в войска только 4 февраля следующего года и принял под свое командование 3-ю армию, которая осаждала город Торн, капитулировавший ровно через два месяца. 7 мая 1813 г. 15-тысячное русское войско под командованием Барклая-де-Толли разгромило при Кенигсварте итальянскую дивизию генерала Пейри, полному поражению которой помешала подоспевшая французская кавалерия из корпуса маршала Нея. 8 и 9 мая в сражении под Бауценом он командовал правым флангом русско-прусских войск, куда была направлена главная атака Наполеона. После кровопролитной схватки французы вытеснили союзников с линии обороны и захватили Бауцен.

Барклай-де-Толли вступил в командование над всей русско-прусской армией, а через несколько дней в сражении под Кульмом проявил себя в этой должности с самой лучшей стороны. 17 и 18 августа 1813 г. 32 тысячи французов под командованием генерала Вандама вступили в сражение с 45 тысячами австрийцев и русских, которым содействовал прусский отряд князя Шварценберга. Вандам был атакован и с фронта и с тыла и, не получив подкреплений, потерпел поражение, потерял 6 тысяч человек убитыми и сам попал раненым в плен. За это сражение Михаил Богданович был награжден орденом св. Георгия 1-й степени, став вторым после Кутузова полным кавалером этой боевой награды. В Лейпцигской битве 4–6 октября, в которой участвовало с обеих сторон до полумиллиона человек и до двух тысяч орудий, Барклай-де-Толли командовал центром, и победа была одержана во многом благодаря его действиям. За эти заслуги он получил титул графа Российской империи, а также награды от австрийского императора и прусского короля. В 1814 г. командовал русскими войсками в сражении при Бри-енне и был награжден за это шпагой с алмазами, лаврами и надписью «За 20 января 1814 года». Отличился в сражениях при Арсисюр-Обе, Фер-Шампенуазе и при взятии Парижа, что принесло ему чин генерал-фельдмаршала.

По возвращении в Россию Барклай-де-Толли был назначен главнокомандующим 1-й армией, главная квартира которой находилась в Варшаве, и с этой армией совершил поход во Францию во время «ста дней» Наполеона, возвратившегося из изгнания. Русские войска не успели к решающему сражению, хотя приняли участие в некоторых боевых действиях кампании 1815 г. 30 августа, после смотра союзных армий под Верно, Михаил Богданович был возведен в княжеское достоинство Российской империи. Последние годы жизни занимался боевой подготовкой своей армии, включавшей две трети всех полевых войск России. Следуя лучшим традициям русской армии, основным условием обучения войск ставил требования боевой подготовки. Издал ряд руководств по обучению и воспитанию солдат, в том числе правила для ведения стрелкового боя, составленные на основе обобщения опыта русских войск.

Фельдмаршал не имел крепостных и, по воспоминаниям современников, отличался гуманным отношением к солдатам; русских солдат он считал лучшими в мире. Рассмотрев в 1817 г. проект Положения о воен ном поселении пехоты, он осудил его, подчеркнув тяжелое положение, в котором окажутся военные поселяне, и предложил отслуживших свой срок солдат наделять землей и зачислять в вольные хлебопашцы.

Михаил Богданович Барклай-де-Толли стал кавалером всех русских орденов высших степеней. Скончался в городе Инстербурге, недалеко от Кенигсберга, и похоронен 14 мая 1818 г. в поместье Бекгоф в Финляндии. Был женат на дочери лифляндского дворянина Елене Ивановне (Хелене-Августе-Элеоноре) фон Смиттен, статс-даме и кавалерственной даме ордена св. Екатерины, от которой имел сына.

Третий сын лорда Гаррет-Коллей графа Морнингтона воспитывался в престижном учебном заведении в Итоне, а затем в Анжерском военном училище во Франции. В 1787 г. он вступил на военную службу и в 1794 г. участвовал в походе на Нидерланды. В 1797 г. был отправлен со своим полком в Индию, где отличился в войне с Типпо-Саибом, вошедшей в историю под названием 4-й англо-майсурской, и особенно при штурме Серингапатама. 6 апреля 1799 г. генерал Харрис осадил город, где находился 20-тысячный гарнизон Типпо-Саиба. 3 мая англичане сделали пролом в крепостной стене, и 4 тысячи солдат во главе с генералом Бердом ворвались в город. Во время штурма погибло 6 тысяч майсурцев. Эта победа принесла англичанам господство в Южной Индии, а Веллингтон был назначен губернатором города. Спустя год он успешно действовал против мараттов и принудил их заключить выгодный для Англии мир.

Вернувшись в Европу в 1806 г., он был избран депутатом от города Нью-Порта в нижнюю палату английского парламента. В 1807 г. принял участие в походе на Копенгаген. 5 сентября 20-тысячный отряд англичан под командованием лорда Каткарта после четырехдневной бомбардировки укреплений и цитадели 27 линейными кораблями захватил город.

В 1808 г. Веллингтон был отправлен в Португалию, где принял командование над британскими войсками и после нескольких стычек с французскими отрядами разбил войска маршала Жюно при Вимейро, где 18 тысяч солдат сэра Артура вступили в бой с 13 тысячами французов. Французы потерпели полное поражение, потеряв 2300 человек и 9 орудий. Затем Веллингтон на короткий срок возвратился в Англию, но в апреле 1809 г. вновь прибыл в Португалию, где, совершив смелый переход с союзными войсками через реку Дуру, выбил французов из Порту. В ходе отступления 24-тысячная французская армия потеряла убитыми, ранеными и пленными около 5 тысяч человек. 12 мая английские войска подошли к городу Опорто, вынудив маршала Су ль га оставить его со значительными потерями.

1810 г. ознаменовался обороной Торрес-Ведрасской укрепленной линии, за что испанские кортесы наградили Веллингтона титулом маркиза Торрес-Ведрасского. 8 января 1812 г. 35 тысячами англичан был осажден город Сьюдад-Родриго, который был взят штурмом через 11 дней. За эту победу Веллингтон стал испанским грандом и получил титул герцога Сьюдад-Родригского, а английский принц-регент пожаловал его в графы. 17 марта крепость Бадахос с гарнизоном из французов, гессенцев и испанцев под командованием генерала Филлипона была окружена Веллингтоном. К 5 апреля были проделаны проходы в стенах, и командующий отдал приказ к штурму. После кровопролитной схватки город был взят, причем защитники потеряли более 3 тысяч человек, а англичане во время осады — более 5 тысяч.

22 июля англо-испанские войска численностью около 50 тысяч человек вступили в сражение при Саламанке с примерно равными им по силам французскими войсками маршала Мармона. Французы предприняли неосмотрительное передвижение через центр позиций Веллингтона, предполагая, что англичане отступают, после чего были разбиты, потеряв четвертую часть своей армии, причем был ранен и сам маршал Мармон. Вскоре Веллингтон занял Мадрид, но после неудачного приступа к Бургосу вынужден был снова отступить в Португалию. Когда же Наполеон начал терпеть поражения от русских, австрийских и прусских армий, он был вынужден часть французских сил отозвать из Испании. Веллингтон воспользовался благоприятной ситуацией, снова занял Мадрид, а 21 июня 1813 г. одержал блестящую победу при Виттории. Войска союзников насчитывали 70 тысяч человек при 90 орудиях, у французов было около 50 тысяч при 153 орудиях. Французской армией командовали Жозеф Наполеон и маршал Журдан. После ожесточенного сражения французы потеряли более 5 тысяч убитыми и ранеными, 143 орудия, почти весь свой обоз и казну. Это сражение открыло дорогу Веллингтону на Пире-иен. За битву при Виттории, освободившую Испанию от французского владычества, командующий был произведен в генерал-фельдмаршалы.

В октябре Веллингтон вступил с английской армией во Францию, одержал несколько побед над маршалом Сулътом и занял Тулузу, где узнал о заключении мира в Париже. Был щедро награжден английским правительством: парламент выделил ему 300 тысяч фунтов стерлингов на покупку имения, а принц-регент пожаловал титул герцога. 28 апреля 1814 г. русское правительство удостоило английского главнокомандующего ордена св. Георгия 1-й степени «…за успешные действия против французов».

Когда же Наполеон, покинув остров Эльба, вновь собрал под свои знамена французскую армию, Веллингтону было поручено командование союзной англо голландской армией, с которой он, при содействии войск прусского фельдмаршала Блюхера, одержал решительную победу над Наполеоном при Ватерлоо. 18 июня 1815 г. войска коалиции численностью до 68 тысяч человек при 156 орудиях начали сражение с французской 72-тысячной армией при 243 орудиях. Веллингтон расположил свои войска вдоль линии высот по дороге на Брюссель, укрыв их от огня вражеской артиллерии и выставив заслоны. Маршал Ней начал атаку кавалерии, но английские каре выдержали и ее, и жестокий артиллерийский обстрел. Во время второй атаки французам удалось захватить укрепленную позицию англичан, но подход маршала Блюхера с прусской армией со стороны правого фланга французов позволил Веллингтону предпринять контратаку и вытеснить противника с поля боя. В ходе сражения англичане потеряли около 15 тысяч человек, пруссаки — 7 тысяч. Потери покинувших поле боя еще в начале дня голландцев и бельгийцев были незначительными. Французы же потеряли до 25 тысяч убитыми, ранеными и пленными, а их армия практически перестала существовать. После этой знаменательной победы союзные армии вторглись во Францию и заняли Париж. После заключения второго Парижского мира Веллингтон с согласия всех союзных монархов был назначен главнокомандующим союзных войск во Франции и остался гам до самого конца оккупации.

В 1818 г. Веллингтон принял участие в Аахенском конгрессе четырех государств — России, Пруссии, Австрии и Англии, которые возобновили союзный договор, направленный против перемен во Франции, «угрожающих спокойствию и безопасности ее соседей». В 1822 г. он стал участником очередного конгресса Священного союза, состоявшегося в Вероне, где обсуждались меры борьбы против революционных движений в Европе. В 1826 г. герцог был послан английским правительством в Россию для участия в торжествах по случаю восшествия на престол императора Николая I.

С 1827 г. и до самой своей кончины Веллингтон занимал пост главнокомандующего английской армией, а в период с 1828 по 1830 г. был премьер-министром страны. Правительство Веллингтона состояло из правых тори, которые были противниками преобразований. Сам он заявлял, что существующий в Англии политический строй является совершенным. Это привело к тому, что в ноябре 1830 г. Веллингтон, как приверженец консерватизма и противник парламентских реформ, вынужден был уйти в отставку. В 1834 г. в кабинете Роберта Пиля Веллингтон возглавил министерство иностранных дел, но уже в следующем году подал в отставку. В сентябре 1841 г., когда Пиль вновь стал главой правительства, он вошел в его состав, но уже не занимал никакого определенного поста. После отставки правительства Пиля в 1846 г. Веллингтон сумел сохранить за собой пост главнокомандующего войсками.

По воспоминаниям современников, герцог Веллингтон отличался умом, сознанием долга, и в особенности непреклонной твердостью характера. Он был женат на Екатерине Пакенгем, третьей дочери лорда Лонгфорда, и имел двоих сыновей. Скончался 14 сентября 1852 г. и похоронен с королевскими почестями в соборе св. Павла.

Петр Христианович Витгенштейн родился в немецкой семье генерал-лейтенанта русской службы в Переяславле Полтавской губернии (по другим данным, Нежине). В 1781 г. был зачислен сержантом в лейб-гвардии Семеновский полк, а затем переведен вахмистром в лейб-гвардии Конный полк. Проявив рвение и усердие к службе, быстро продвигался в чинах: в 1790 г. получил свой первый офицерский чин, а через три года был уже премьер-майором в легкоконном Украинском полку. Впервые волонтером принял участие в военных действиях в кампании против польских повстанцев и отличился в боях при Дубенке и Хельме, состоя при генерал-майоре графе В. А. Зубове. 13 октября был произведен в подполковники. В сражении у Остроленки, командуя эскадроном, атаковал и захватил неприятельскую батарею, а затем находился в рядах передовых войск, штурмовавших Прагу — укрепленное предместье Варшавы. За это был награжден золотым крестом и орденом св. Георгия 4-й степени. В 1796 г. находился в войсках графа Зубова, предназначенных для похода в Персию, который не состоялся из-за смены правления, хотя Витгенштейн успел принять участие во взятии Дербента, с ключами от которого был послан в Санкт-Петербург.

В царствование Павла I, в 1797 г., Витгенштейн был переведен в Ростовский драгунский полк, а затем в гусары. В течение следующих двух лет получил чины полковника и генерал майора с назначением шефом Мариупольского гусарского полка. В 1801 г. вступивший на престол Александр I назначил Витгенштейна полковым командиром Елизаветградского гусарского полка. В 1805–1806 гг. участвовал в военных кампаниях против Франции. Отличился в сражении под Амштеттеном 25 октября 1805 г., в котором 5-тысячный арьергард князя П. И. Багратиона задержал 25-тысячный корпус Удино, дав возможность отойти основным силам русской армии. За этот бой 12 января Витгенштейн был награжден орденом св. Георгия 3-й степени. В 1806 г. воевал против турок в Молдавии, а через год снова с французами в Восточной Пруссии.

С началом Отечественной войны 1812 г. Витгенштейн в чине генерал-лейтенанта командовал корпусом, выделенным Барклаем-де-Толли для защиты Петербургского направления. Если на центральном направлении русским войскам пришлось почти безостановочно отступать, то на флангах движение противника было остановлено. Наиболее крупного успеха добился 17-тысячный корпус Витгенштейна, действовавший на северном направлении. Наполеон направил на Двину два корпуса: 2-й под командованием Удино и 10-й во главе с Макдональдом, которым было приказано перерезать сообщение русского корпуса со столицей. Удино переправился через Двину, но в упорном трехдневном сражении под Клястицами к северу от Полоцка с 18 по 20 июля потерпел поражение от русских войск. Под Клястицами 23 тысячи русских солдат сражались с 24 тысячами французов. Потери русской армии составили 4,5 тысячи, французы потеряли 5,5 тысячи человек. 25 июля 1812 г. генерал-лейтенант Витгенштейн был удостоен за победу над французами под Клястицами ордена св. Георгия 2-й степени.

В августе 18 тысяч войск Витгенштейна сражались с 35 тысячами французов. Урон с обеих сторон составил по 5 тысяч солдат. Макдональд же ограничился на протяжении всей кампании вялыми действиями против Риги. В подкрепление Удино был двинут 6-й Баварский корпус Сен-Сира, который после ранения Удино принял на себя общее командование. Витгенштейн пытался действовать наступательно, но в сражении под Полоцком 5 и 6 августа не имел успеха. В боях под Головчанами и Полоцком он был дважды ранен. С прибытием на Двину из Финляндии корпуса генерала Штейнгеля положение на северном театре военных действий улучшилось. К началу октября русские войска здесь насчитывали 40 тысяч солдат против 28 тысяч французов. Уже после падения Москвы Витгенштейн еще усилил свой корпус ратниками Петербургского ополчения и 6 октября вновь перешел в наступление на Полоцк. В сражении с 8 по 11 октября его войска отбросили части маршала Сен-Сира и штурмом взяли город. Потери атакующих составили 8 тысяч, противник потерял 4 тысячи и еще две сдалось в плен. Разбитые войска Сен-Сира отошли за Двину. За взятие Полоцка Петр Христианович был награжден золотой шпагой с алмазами и лаврами.

19 октября его корпус продолжил наступление и атаковал французов в районе Чашников на реке Улла. Русским войскам удалось потеснить противника, но, узнав о подходе корпуса Виктора, Витгенштейн прекратил натиск. 2 ноября корпуса Сен-Сира и Виктора атаковали русские позиции. Им удалось потеснить русский авангард к Чашникам, но в упорном бою у деревни Смольня, которая не раз переходила из рук в руки, французы были остановлены, потеряв 3 тысячи человек.

В это время к еще не замерзшей Березине стали подходить основные силы отступающей из России армии Наполеона. Витгенштейн занимал левый берег реки, Чичагов стоял на правом. 14 ноября французы начали переправу. Войска Витгенштейна не смогли справиться с прикрывавшими их частями Виктора. За 15 и 16 ноября урон русских войск составил свыше 4 тысяч. Французов погибло до 15 тысяч, взято в плен 23 тысячи человек. Армия Наполеона потерпела на Березине окончательное поражение и была изгнана из пределов России. Весной на Березине бы. то найдено 36 тысяч мертвых тел.

Почти весь декабрь русская армия находилась на отдыхе, а 28 декабря войска перешли Неман. Уже в январе вся Восточная Пруссия была очищена от французов войсками Витгенштейна, а 27 февраля они овладели Берлином. 16 апреля в Бунцлау скончался М. И. Кутузов. Главнокомандующим русско-прусскими силами был назначен Витгенштейн. Положение нового главнокомандующего было не из легких. Под его начальством оказались такие корпусные командиры, как Барклай-де-Толли, цесаревич Константин Павлович, прусский военачальник Блюхер. Петр Христианович не имел перед ними достаточного авторитета. Вдобавок находившийся при армии император распоряжался помимо главнокомандующего, что еще более стесняло его деятельность. Русская армия атаковала Наполеона 20 апреля при Люцене, но была отбита и отступила за Эльбу. У союзников было 72 тысячи человек, французская армия насчитывала 100 тысяч. Французы потеряли в этом бою 15 тысяч, союзники 12 тысяч человек; потери могли быть еще больше, но отсутствие у Наполеона кавалерии лишило его возможности развить свой успех. Пришлось сдать Дрезден, и Наполеон вновь овладел Саксонией. Затем в двухдневном сражении 8 и 9 мая у Бауцена союзная армия снова потерпела поражение и отступила в Верхнюю Силезию. Урон союзников составил 12 тысяч, французы потеряли 18 тысяч человек. После неудачных сражений при Люцене и Бауцене Витгенштейн просил увольнения от должности, которая была передана Барклаю-де-Толли, и возглавил часть русских войск, участвовавших в сражениях под Дрезденом и Лейпцигом.

15 февраля Витгенштейн разбил корпус Удино и Макдональда при Бар-сюр-Обе. Против 44 тысяч русских войск действовало 28 тысяч солдат противника. Потери русского корпуса составили около 2 тысяч человек, причем сам командующий был ранен. Из-за полученной раны он был вынужден оставить армию, хотя и присутствовал вместе с императором Александром I при вступлении русской армии в Париж. Король Пруссии в своем рескрипте писал: «В сражении при Бар-сюр-Обе я вновь имел случай быть свидетелем храбрости русских и благоразумного предводительства ими, которое вам, любезный генерал, приносит столько чести…» В 1815 г. возвращение Наполеона с острова Эльба вынудило русское правительство двинуть свои войска к границам Франции; командование ими было поручено Витгенштейну, но к этому времени уже пришло известие о поражении французов под Ватерлоо и повторном отречении Наполеона.

В следующем году Петр Христианович получил длительный отпуск и уехал за границу на лечение. Вернувшись в Россию, он 3 мая 1818 г. получил под свое командование 2-ю армию вместо генерала Беннигсена с назначением одновременно членом Государственного совета. Занявший престол после смерти брата Александра I император Николай I удостоил Витгенштейна 22 августа 1826 г. чина генерал фельдмаршала.

С началом русско-турецкой войны 1828 1829 гг. фельдмаршал был назначен главнокомандующим русской армией на европейском театре военных действий. Россия располагала на Дунае 90-тысячной армией, которой противостояло 15 тысяч турок, хотя регулярных войск у них насчитывалось менее половины. 30 апреля был занят Бухарест, а 7 июня сдалась крепость Браилов. Русские войска переправились через Дунай и вступили в Добруджу. Основные военные действия развернулись в северо-западной части Болгарии. Оставив заслон в 9 тысяч человек против 20-тысячного гарнизона Силистрии, русская армия направила главные силы против Шумлы и Варны. Блокада Шумлы, в которой находился 40-тысячный турецкий гарнизон, сложилась неудачно. Сказывалась нехватка войск и продовольствия. Во время осады Варны русской армии пришлось отразить наступление 30-тысячного турецкого корпуса Омара Врионе-паши, пытавшегося деблокировать осажденный гарнизон. 26 сентября был предпринят генеральный штурм крепости, и 29-го числа Варна капитулировала. В плен попало 7 тысяч турок, было захвачено 140 орудий. Варна стала наиболее крупным успехом русских войск в кампании 1828 г. Осаду же Силистрии и Шумлы в октябре пришлось снять и отступить с большими потерями за Дунай. 18 февраля 1829 г. на место Витгенштейна главнокомандующим был назначен И. И. Дибич, который и завершил войну блестящим переходом через Балканы.

По состоянию здоровья Витгенштейн вышел в отставку и поселился в своем имении Каменка Ольгопольского уезда Подольской губернии. 1 мая 1834 г. он был возведен королем Пруссии Фридрихом-Вильгельмом III в княжеское достоинство с титулом светлости. Именным высочайшим указом от 16 июня 1836 г. графу П. X. Витгенштейну было разрешено принять с нисходящим потомством княжеское достоинство Прусского королевства и пользоваться в России титулом светлейшего князя.

Этот древний германский дворянский род, известный с XIV в., переселился в Прибалтику в XV в. Ф. В. Остен-Сакен родился в Ревеле, в семье капитана барона Вильгельма-Фердинанда, который в молодые годы был адъютантом фельдмаршала Миниха. Рано лишившись отца, провел свое детство в бедности, учился в школе в Дерите. В 1766 г. поступил подпрапорщиком в Коморский мушкетерский полк. За отличие в сражениях русско-турецкой войны в 1769 г. был произведен в офицеры. В 1771–1772 гг. воевал под начальством А. В. Суворова с польскими конфедератами, а затем состоял ординарцем при русском после в Варшаве графе Шгакельберге. Из Углицкого мушкетерского полка, в котором затем служил, Остен-Сакен был переведен, как знающий и опытный офицер, в Кадетский корпус. Здесь он получил чин подполковника, а через несколько лет перешел в Московский гренадерский полк.

В 1789–1799 гг. в русско-турецкой войне Остен-Сакен отличился при взятии Фокшан, Бендер и штурме Измаила. В своей реляции о взятии Измаила генерал-аншеф Суворов отзывался о нем как об одном из «наиболее содействовавших мужеством и благоразумием своим к одержанию над неприятелем совершенной победы». 26 ноября 1792 г. боевой офицер получил орден св. Георгия 4-й степени. В 1794 г. принял участие в новой войне с польскими конфедератами. За отличие при штурме Вильно награжден золотой шпагой «за храбрость», а затем произведен в полковники.

Император Павел I после своего восшествия на престол произвел Остен-Сакена в генерал-майоры и назначил шефом Екатеринославского гренадерского полка, а через два года удостоил чина генерал-лейтенанта. В заграничных походах русской армии против Франции Фабиан Вильгельмович находился в Швейцарии, в корпусе Римского-Корсакова. У Цюриха войска Римского Корсакова были окружены генералом Массена. Силы противников были почти равны, но русский командующий не смог собрать воедино все свои силы и французы атаковали их поочередно. Несмотря на отчаянное положение, русские полки дрались до последней возможности. Остен-Сакен лично возглавил атаку Екатеринославского полка, но был ранен в голову и взят в плен, за что Павел I уволил его со службы. По возвращении из плена в 1801 г. состоял шефом Санкт-Петербургского гренадерского полка, расположенного в Ревеле. В 1805 г. был назначен командиром корпуса. В кампании 1806–1807 гг. против Франции отличился в сражениях при Пултуске, Яновой и Прейсиш-Эйлау. В сражении при Гутштадте Остен-Сакен не выполнил диспозиции, что дало возможность маршалу Нею отвести свои войска. Обвиненный главнокомандующим Беннигсеном в умышленном опоздании, он был отстранен от командования и отдан под суд и прожил в Санкт-Петербурге пять лет, все это время находясь под следствием.

С началом Отечественной войны 1812 г. обвинения были сняты, и Остен-Сакен, назначенный командиром резервного корпуса, принял участие в боях с австрийским корпусом Шварценберга. Содействовал у Слонима армии адмирала Чичагова, также действовавшего против австрийских частей: «…надеюсь я подать Чичагову возможность уйти вперед и принудить неприятеля прекратить преследование Дунайской армии. Если бы даже я и был разбит, до чего, однако, не дошло, то и самое поражение мое, остановив неприятеля, все бы способствовало Чичагову к достижению цели, от которой зависела участь войны».

В начале заграничного похода русской армии Остен-Сакен вступил со своим корпусом в Польшу, где в составе войск генерала Милорадовича занял Варшаву и Краков. 16 мая 1813 г. был награжден орденом св. Александра Невского. После короткого перемирия со своим корпусом поступил в состав Силезской армии фельдмаршала Блюхера. Отличился в сражении при реке Кацбах. 14 августа части маршала Макдональда форсировали Кацбах и, ожидая подхода левого фланга и кавалерии во главе с генералом Суэмой, были атакованы Блюхером и отброшены назад. Сильный ливень сделал невозможным использование артиллерии. Русские полки зашли во фланг и тыл французов, ударили в штыки и загнали противника в реку. Подошедший отряд Суэмы не успел развернуться и был смят кавалерией. Разгром был полным. Урон французов составил 12 тысяч убитыми и ранеными, 18 тысяч пленными, 2 знамени и 105 орудий. За отличие при Кацбахе Фабиану Вильгельмовичу был присвоен чин генерала от инфантерии. Командующий Блюхер писал русскому императору: «Я обязан важною победою под Кацбахом особенно Сакену…»

В сражении у Лейпцига Остен-Сакен со своим 20-тысячным корпусом находился на северной стороне города, напротив Галльских ворот, у деревни Голиса. 7 октября его части атаковали Галльское предместье, были дважды отбиты, но все же, после кровопролитного боя, заняли его. За проявленное мужество 8 октября 1813 г. генерал от инфантерии Остен-Сакен был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за отличие в сражениях под Лейпцигом 4–7 октября 1813 года».

В январе 1814 г. союзники атаковали и разбили авангард французов при Бриенне, однако подошедший с главными силами Наполеон вновь вытеснил их с занимаемых позиций и захватил замок Бриенн. Главный удар приняли на себя русские войска. С наступлением ночи они предприняли попытку вернуть замок, но потерпели неудачу. Тем не менее упорство русской пехоты было оценено и союзным командованием, и противником. Из 43 захваченных у французов орудий 27 было взято русскими. Остен-Сакен за это сражение получил орден св. Андрея Первозванного, причем император возложил на него свои орденские знаки. После вступления союзных армий в Париж был назначен генерал-губернатором французской столицы, заслужив на этом посту признательность горожан.

Со смертью Барклая-де-Толли Остен-Сакену была передана в командование 1-я армия, главная квартира которой находилась в Могилеве, а затем в Киеве; он занимал этот пост до самого выхода в отставку в 1835 г. Одновременно с назначением командующим был введен в Государственный совет. 8 апреля 1821 г. был возведен в графское достоинство Российской империи.

22 августа 1826 г. Николай I удостоил Остен-Сакена чина генерал-фельдмаршала. Император в своем рескрипте писал: «Граф Фабиан Вильгельмович! Во внимании к долговременному и полезному служению вашему, ознаменованному отличными подвигами в войнах и особенными трудами во время мира по командованию вверенною вам 1-ю армиею Нашею, Мы признали справедливым возвести вас в достоинство генерал-фельдмаршала войск Наших, как вождя опытного и поседевшего на поприще воинской славы». В 1830 г. Остен-Сакен получил орден св. Владимира 1-й степени. С началом Польского восстания ему были подчинены Киевская, Подольская и Волынская губернии: «Его предусмотрительностью и непоколебимою твердостию, при единодушной ревности подчиненных и блистательной храбрости вверенных ему войск, в короткое время уничтожены в тех губерниях все преступные замыслы неблагонамеренных людей…» В 1831 г. Остен-Сакен был награжден алмазным портретом императора, а 2 ноября 1832 г. возведен в княжеское достоинство Российской империи.

Ф. В. Остен-Сакен соединял со знанием военного дела, опытностью и умом храбрость и предприимчивость. Обходительный с подчиненными, он был строг и взыскателен по службе. До конца своих дней оставался холостым. После отставки последние годы жизни прожил в Киеве, где и скончался. Похоронен в Киево-Печерской лавре.

Род Дибичей ведет свое начало от древнего немецкого рыцарства Силезии с XIII в. В детстве будущий фельдмаршал обучался под руководством отца географии, истории, математике и военным наукам, а затем воспитывался в Берлинском кадетском корпусе, из которого был взят отцом, уже служившим в России, для определения на русскую военную службу. Зачисленный прапорщиком в лейб-гвардии Семеновский полк, усердно занялся изучением русского языка, которым овладел за полгода, и завершением своего военного образования. Вместе с Семеновским полком участвовал в кампании 1805 г. против Франции. 20 ноября сражался при Аустерлице, где, несмотря на ранение в руку, остался при своей роте до конца битвы, за что получил свою первую награду — шпагу «за храбрость». В кампании 1807 г., прикомандированный к квартирмейстерской части, принял участие в боях при Ламитине, Гутштадте и Гейльсберге, показав распорядительность и знание обстановки. Отличился в сражении у Фридланда, находясь на самых опасных участках боя. 20 мая 1808 г. штабс-капитан Дибич был награжден орденом св. Георгия 4-й степени «за французскую кампанию 1805–1807 годов».

19 сентября 1810 г. в чине подполковника Дибич был переведен в свиту императора по квартирмейстерской части, а в следующем году произведен в полковники и довольно быстро занял влиятельное положение в штабе. Сначала в качестве дежурного штаб-офицера, а затем обер-квартирмейстера служил в корпусе графа Витгенштейна, в котором встретил начало Отечественной войны. 17 тысячный корпус Витгенштейна, прикрывавший северное направление, с 18 по 20 июля в районе Клястиц нанес поражение французскому корпусу маршала Удино. Битва началась атакой гусар генерала Кульнева, а на следующий день в бой вступили главные силы. После ожесточенного сражения французы, потерявшие более 5 тысяч убитыми, отступили к Полоцку. Управление русского корпуса в жарком трехдневном сражении оказалось на высоте. 24 августа обер-квартирмейстер полковник Дибич за храбрость в сражении у Клястиц был награжден орденом св. Георгия 3-й степени. Русские войска пытались развить успех, но в сражении под Полоцком 5 и 6 августа результатов не добились, однако Дибич за отличие в этих боях был произведен в генерал-майоры.

В начале октября войска Витгенштейна вновь перешли в наступление на Полоцк. В этот период Дибич командовал сводным авангардным отрядом. Его егеря, гренадеры и драгуны, взаимодействуя с авангардом князя Яшвиля, пробились сквозь заставу правого берега реки Полоты и в числе первых ворвались в горящий город. Победа у Полоцка создала фланговую угрозу отступавшей из России армии Наполеона. 19 октября Дибич в составе корпуса Витгенштейна атаковал в районе Чашников корпус Сен-Сира, а 2 ноября в упорном бою у деревни Смольня был в рядах передовых русских войск, остановивших французское наступление на этом участке боевых действий. В этот период он участвовал в боях у Борисова, при Студянке, в разгроме французских войск во время их переправы через Березину. 13 декабря, атаковав вдесятеро сильнейшие прусские колонны генералов Йорка и Массенбаха, склонил их к переговорам, а затем и к переходу на сторону русской армии.

С началом заграничных походов Дибич командовал кавалерийским отрядом и, находясь в авангарде войск графа Витгенштейна, вступил в Берлин. С февраля по май 1813 г. он находился в непрерывных боях с французскими частями. Участвовал 20 апреля в сражении при Люцене, в котором французы потеряли 15 тысяч, а союзники 12 тысяч человек и отступили за Эльбу; 8 и 9 мая — в битве при Бауцене, которая закончилась поражением союзников, вынужденных отступить в Верхнюю Силезию, после чего было заключено Пражское перемирие, завершившее первый этап кампании 1813 г.

С возобновлением военных действий Дибич, участвовавший перед этим в переговорах с Австрией о ее вступлении в антифранцузскую коалицию, вновь на переднем крае. В упорной битве под Дрезденом 14 и 15 августа он был в первых рядах русской армии. Под ним было убито две лошади, а сам генерал получил контузию, но всего через несколько дней уже был среди командующих войсками в сражении под Кульмом. Он подошел к Кульму с первыми подкреплениями, решившими исход битвы в пользу союзников. В должности генерал-квартирмейстера заведовал оперативной частью в штабе Витгенштейна, а затем Барклая-де-Толли; находясь на виду, приобрел расположение Александра I. Участвовал в знаменитой битве под Лейпцигом, в которой с обеих сторон сошлось свыше полумиллиона человек. В трехдневном сражении французы лишились 40 тысяч убитыми и ранеными, 20 тысяч пленными и 325 орудий. Союзники потеряли 45 тысяч солдат. После сражения, в числе других отличившихся, Иван Иванович Дибич был награжден чином генерал-лейтенанта.

В кампании 1814 г. Дибич участвовал в сражении под Бриенном, а затем командовал легкой гвардейской кавалерийской дивизией и бригадой гренадер, с которыми занял город Сезан. 12 марта в Соммпюи у русского императора состоялся военный совет в составе Берклая-де-Толли, Волконского, Дибича и Толя, на котором военачальники решили соединенными силами идти на Париж. Битва за столицу Франции длилась несколько часов. Наиболее ожесточенные бои развернулись у Бельвильских ворот и у высот Монмартра. В 5 часов вечера Париж капитулировал. За эту победу генерал-лейтенант Дибич был награжден орденом св. Александра Невского.

После окончания войны Иван Иванович был назначен начальником штаба 1-й армии, а в 1818 г. получил звание генерал-адъютанта. Сопровождал Александра I на Лайбахский конгресс, а через год находился в свите императора на смотре в Вильно. Уже заняв посты начальника Главного штаба, члена Государственного совета и Комитета министров, сопровождал царя во всех его поездках по России, в Варшаву, в Крым и Таганрог, где присутствовал при кончине Александра I.

В день коронации Николая I И. И. Дибич был произведен в генералы от инфантерии. Накануне этого события он решительно стал на сторону монархии, когда 14 декабря 1825 г. в Санкт Петербурге на Сенатской площади произошло восстание декабристов; принял меры к полному раскрытию заговора и аресту некоторых членов тайного общества. После этого Иван Иванович до конца жизни оставался ближайшим советником и доверенным лицом императора. В 1827 г. он был послан на Кавказ для устранения трений между Ермоловым и Паскевичем и по возвращении в столицу стал графом Российской империи.

Когда началась русско-турецкая война 1828–1829 гг., Дибич прибыл в действующую армию, которой командовал его давний начальник П. X. Витгенштейн, но в начале военных действий определенной должности не занимал. Главные боевые действия развернулись у крепостей Силистрия, Шумла и Варна. Против 20-тысячного гарнизона Силистрии был оставлен лишь слабый заслон, а турецкий гарнизон Шумлы по численности превышал осаждавшие крепость русские войска. Более успешно армия действовала под стенами Варны, где с помощью Черноморского флота удалось полностью блокировать крепость, а затем и вынудить ее к капитуляции. За участие но взятии Варны генерал от инфантерии Дибич был награжден орденом св. Андрея Первозванного. Взятием Варны решено было закончить неблагоприятно сложившуюся кампанию. 3 октября русская армия отступила от Шумлы, а 27-го числа была снята и осада Силистрии. Кампания 1828 г. была проведена с недостаточными силами и после перехода через Дунай свелась к одновременной осаде грех крепостей, на что было потрачено много времени и сил.

18 февраля 1829 г. на место генерал-фельдмаршала Витгенштейна главнокомандующим был назначен Дибич, а начальником штаба — Толь. Приняв армию, они деятельно стали приводить ее в порядок и укреплять тылы. Благодаря Черноморскому флоту у Сизо-поля, на болгарском побережье, был высажен десант и устроена главная база. Попытки турок отбить Сизополь были отражены. Турецкое командование начало военные действия уже в апреле наступлением на занятую русскими Варну, однако противника разбили части генерала Рота. 7 мая Дибич во главе 60-тысячной армии переправился через Дунай и осадил Силистрию. Оставив у крепости половину армии, русский главнокомандующий выступил на юг для удара во фланг идущему к Варне войску великого визиря Решид-паши. 30 мая турецкая армия была настигнута в районе Кулевчи. Упорный бой длился пять часов, причем туркам вначале удалось потеснить наши авангарды. Выдвинутая вперед конная артиллерия ударила по противнику картечью, а затем его атаковали гусарские полки. Воспользовавшись растерянностью и временным бездействием великого визиря, русским войскам удалось подтянуть резервы, перегруппироваться и перейти в наступление. Сражение завершилось полным поражением войск Решид-лаши. Турки потеряли более 5 тысяч убитыми, 2 тысячи пленными, 50 орудий и 6 знамен. Разгром турецкой армии при Кулевче способствовал и капитуляции Силистрии, которая сдалась 19 июня. В крепости было взято более 9 тысяч пленных, 264 орудия и 100 знамен. 9 июня 1829 г. генерал от инфантерии И. И. Дибич награжден орденом св. Георгия 2-й степени «…за поражение турок в сражении при Кулевче 30 мая 1829 года».

2 июля этого же года начался Забалканский поход русской армии, который решил исход этой войны. 6 и 7 июля русские войска, отбросив малочисленные турецкие отряды и форсировав реку Камчик, двинулись в восточную часть Балкан. Уже 12 июля был с ходу захвачен порт Бургас. «Балканы, считавшиеся непроходимыми в течение стольких веков, пройдены в три дня и победоносные знамена Вашего Величества развеваются на стенах Бургаса, среди населения, которое встретило наших храбрецов, как освободителей и братьев», доносил Николаю I главнокомандующий. Узнав о походе русских войск за Балканы, великий визирь двинул из Шумлы 12-тысячный отряд Ибрагима-паши к Айдосу и 20-тысячный отряд Халила-паши к Сливне. 13 июля корпус генерала Ридигера разбил турок у Айдоса, а 31 июля Дибич с двумя корпусами разгромил у Сливны отряд Халила-паши, сам не понеся потерь. Не имея больше в тылу крупных сил противника, русский главнокомандующий двинул свою армию на Константинополь. Пройдя за шесть дней!20 верст и потеряв от жары и болезней до 5 тысяч человек, русская армия 7 августа подошла к Адрианополю, а на следующий день деморализованный гарнизон крепости капитулировал. Султан Махмуд II вынужден был пойти на переговоры. 2 сентября 1829 г. в Адрианополе был подписан мирный договор, по которому к России отходило кавказское побережье с Анапой и Поти, за ней закреплялось устье Дуная. Молдавия, Валахия, Сербия и Греция получали автономию, гарантом которой становилась Россия. Восстанавливалось право свободного прохождения русских судов через турецкие проливы.

За победное окончание войны и заключение мира Иван Иванович Дибич был награжден почетной приставкой Забалканский, алмазными знаками ордена св. Андрея Первозванного и орденом св. Георгия 1-й степени, став третьим в истории полным кавалером этой почетной и высокой боевой награды. 22 сентября 1829 г. император пожаловал ему чин генерал-фельдмаршала. Николай I писал Дибичу: «Победоносная армия, предводительству вашему вверенная с самого открытия кампании, не переставала ознаменовывать себя блистательными подвигами. Совершенное разбитие главных сил верховного визиря при селении Кулевчи, покорение крепости Силистрия, незабвенный переход Балканских гор, овладение всеми крепостями Бургазского залива и занятие второстоличного города Адрианополя суть дела, покрывшая ее неувядаемою славою…»

После завершения войны фельдмаршал побывал в Берлине, где прошла его юность, а возвратившись в Россию, вступил в командование русской армией, выступившей к польской границе, на борьбу со вспыхнувшим там восстанием. К 20 января 1831 г. русские силы были доведены до 114 тысяч человек и постепенно начали вытеснять польские части с занимаемых ими территорий. К февралю поляки отошли на Гроховскую позицию, непосредственно прикрывавшую Варшаву. С 7 по 13 февраля у Грохова произошло несколько крупных столкновений русских частей с повстанцами. Из-за сложной обстановки к 13-му числу Дибич вынужден был атаковать позиции противника в лоб. Три атаки были отражены, но дело решила гренадерская дивизия, ведомая в атаку самим главнокомандующим. Успех пыталась развить кавалерия, но русские части не смогли до конца использовать атакующий порыв из-за пересеченной и болотистой местности, не давшей кавалерии полностью развернуть свои силы. Урон русской армии составил около 10 тысяч человек, поляки потеряли 12 тысяч. Сражение при Грохове стало самым крупным и кровопролитным за всю польскую кампанию.

За период с марта по май русские войска беспрерывно вступали в бои и стычки с польскими частями. Крупное сражение произошло 14 мая при Остроленке. Русские отряды общей численностью 15 тысяч солдат, пройдя за сутки 70 верст, атаковали, форсировав реку Нарев, 24-тысячную польскую армию под командованием Скржинецкого. Выдержав несколько атак противника, гренадерские части перешли в наступление и совершенно расстроили польские части, потерявшие 7 тысяч убитыми, 2 тысячи пленными и 3 орудия.

Несмотря на упорное сопротивление, поляки были вынуждены ночью отступить к Варшаве, однако русские войска не сумели организовать преследование.

Основной задачей Дибича было овладение Варшавой, но в ночь на 29 мая 1831 г. он умер от холеры в селе Клещеве, около Пултуска, и командование было передано фельдмаршалу Паскевичу, который и завершил войну. И. И. Дибич похоронен в Санкт-Петербурге на лютеранском участке Волкова кладбища. С 1815 г. состоял в браке с племянницей генерал-фельдмаршала князя М. Б. Барклая-де-Толли баронессой Женни фон Торнаув, которую в России называли Анной Егоровной, скончавшейся за год до смерти супруга.

Фамилия Паскевичей известна с XVII в. и встречается среди украинских казачьих старшин и шляхетства. Иван Паскевич родился в Полтаве, в семье коллежского советника малороссийской коллегии Федора Григорьевича Паскевича. 20 февраля 1794 г. он был зачислен в Пажеский корпус, где проявил большие способности к наукам, чем обратил на себя внимание начальства. В царствование Павла I получил придворное звание камер-пажа, а затем лейб-пажа и в октябре 1800 г. был произведен в поручики лейб-гвардии Преображенского полка с назначением флигель-адъютантом к императору. Молодым офицером участвовал в кампании против французов в 1805 г., а затем в русско-турецкой войне 1806–1812 гг. под командой генерала Михельсона. Находился среди войск, занявших Яссы и Бухарест, а затем сражался под Турбатом и у стен Измаила. После смерти Михельсона капитан Паскевич был прикомандирован к новому главнокомандующему — князю Прозоровскому, который неоднократно посылал своего офицера с различными дипломатическими поручениями, в том числе и в Константинополь к великому визирю. Весной 1809 г. при штурме Браилова Паскевич был тяжело ранен в голову, а 9 июня произведен в полковники. Участвовал в штурме крепостей Исакча и Тульча, в занятии крепости Мачин, осаде Силистрии.

В 1810 г. Паскевич, назначенный командиром Витебского мушкетерского полка в армии генерала Каменского, участвовал в штурме Базарджика. При осаде Варны ему было поручено захватить батареи турок на мысе Галатобург, составлявшие важное звено в системе обороны города. Мушкетеры под огнем противника пошли на штурм и в рукопашной схватке захватили вражеские позиции. Крепостной гарнизон дважды пытался отбить утраченные позиции, но вынужден был с уроном отступить. За этот подвиг полковник Паскевич был награжден орденом св. Георгия 4-й степени. Когда к осажденной Варне прибыл турецкий флот, командующий гарнизоном вновь попытался отбить занятые русскими позиции, тем более что их защищал всего один пехотный полк. 22 июля вражеский гарнизон сделал вылазку на русские батареи превосходящими силами. Несколько приступов было отбито в штыковых контратаках, и турки отступили. Жестокий бой у Галатобургского мыса закончился полной победой русской пехоты. Командир Витебского пехотного полка Иван Паскевич получил орден св. Георгия 3-й степени. Это редкий случай в русской армии, когда молодой офицер в короткий срок удостоился двух орденов св. Георгия, исключительной по редкости награды. 28 ноября 1810 г. он был произведен в генерал-майоры.

В следующем году Паскевичу было поручено сформировать в Киеве Орловский пехотный полк, который затем вошел в состав подчиненной ему бригады. В начале Отечественной войны Паскевич командовал дивизией в составе пехотного корпуса генерал-лейтенанта Раевского и принимал участие в сражении против французов под Салтановкой. Армия Багратиона, достигнув Днепра, получила приказ попытаться пробиться на соединение с 1-й армией через Могилев и Оршу. Вперед к Могилеву был выслан 15-тысячный авангард Раевского, но там уже стоял 26-тысячный корпус маршала Даву. Французы пытались обойти отряд Раевского с правого фланга, но их план был сорван стойкостью дивизии Паскевича, которая в течение дня сдерживала многократно превосходящие силы противника. Урон французов составил 3,5 тысячи человек, русские войска потеряли 2,5 тысячи.

После удачного маневра соединившиеся русские войска насчитывали в своем составе 140 тысяч при 650 орудиях. К 3 августа они сосредоточились у Смоленска. Сам город оборонял корпус Раевского, а Паскевичу был поручен центр и правый фланг корпуса, состоявший из 12 батальонов при 42 орудиях. 4 августа маршал Ней атаковал Смоленск гремя колоннами, но все атаки французов были отбиты. В ночь на 5-е число корпус Раевского сменили части генерала Д. С. Дохтурова, которые обороняли город еще двое суток. Потери русской армии составили 7 тысяч человек, атакующие потеряли 12 тысяч.

С прибытием к армии нового главнокомандующего, Кутузова, войска начали готовиться к генеральному сражению, которое произошло у села Бородино 26 августа. В этой битве Паскевич командовал четырьмя полками своей дивизии, оборонявшими Курганную батарею, находившуюся в центре русских позиций. К одиннадцати часам французам удалось ворваться на высоту, но они вновь были отброшены подоспевшими частями генералов Ермолова и Кутайсова. Обескровленная дивизия Паскевича, потерявшая в этот день 3 тысячи человек, была заменена дивизией Лихачева.

Еще не раз отличался Паскевич в боях и сражениях Отечественной войны. Под командой Платова он возглавлял всю пехоту и регулярную кавалерию, а затем руководил авангардом в корпусе генерала Милорадовича в боях под Вязьмой и Красным. После изгнания французов из России и с началом заграничного похода русской армии Иван Федорович заменил заболевшего Раевского на посту командира корпуса. В 1813–1814 гг. участвовал в блокаде крепостей Модлин и Магдебург, в сражениях под Лейпцигом, Гамбургом и Арси-сюр-Обом, вошел с армией в Париж. За отличие под Лейпцигом был произведен в генерал-лейтенанты, а за взятие Парижа награжден орденом св. Александра Невского.

После окончания войны Паскевич был назначен командиром гренадерского корпуса, расположенного в Смоленске. В 1817–1819 гг. состоял при великом князе Михаиле Павловиче и сопровождал его в поездках по России и за границу, объехав с ним Германию, Голландию, Англию и Италию. По возвращении командовал гвардейской пехотной дивизией, в которой служил будущий император Николай I, до конца жизни называвший Паскевича «отцом командиром». Незадолго до кончины Александра I Паскевич получил звание генерал-адъютанта с назначением командиром пехотного корпуса. С восшествием на престол Николая I был вызван в Санкт-Петербург и назначен членом верховного суда по делу декабристов, а затем присутствовал в Москве на коронации императора.

Во время русско-персидской войны Паскевич разбил неприятельские войска под Елизаветполем. У него было всего 7 тысяч солдат при 22 орудиях. Персидский командующий Аббас-Мирза имел под своим началом 15 тысяч регулярной пехоты, 20 тысяч кавалерии при 25 орудиях, не считая вспомогательных войск. Русские первыми начали артиллерийский обстрел, но неприятель пошел в атаку по всему фронту. Тогда русская пехота ударила в штыки и прорвала центр вражеских позиций; на флангах бой продолжался с большим ожесточением, но подошедшее подкрепление вынудило персов к отступлению, которое превратилось в бегство. К осени были заняты Карабахская, Ширванская и Шекинская области, а персы отступили за Араке.

В марте 1827 г. Иван Федорович был назначен наместником Кавказа и командующим отдельным кавказским корпусом. Русские войска заняли Эчмиадзин и блокировали Эривань. Основные русские силы выступили через Нахичевань к крепости Аббас-Аббад. Крепость эта была выстроена под руководством английских инженеров по всем правилам фортификации и примыкала с одной стороны к реке Араке. Персидский командующий Аббас-Мирза пытался прийти осажденным на помощь, но был разбит у Джаван-Булака, после чего сдался и гарнизон крепости. Все это время продолжалась и осада Эривани. 24 сентября Паскевич лично произвел рекогносцировку, а 26-го числа русские батареи начали обстрел города. Персидский командующий Гассан-хан от условий капитуляции отказался, после чего артиллерийский огонь продолжался еще несколько дней. 1 октября роты лейб-гвардии Сводного полка заняли ближайшие башни и стены на юго-восточной стороне крепости. Другие войска были посланы к северным воротам, чтобы перекрыть неприятелю выход из крепости. Трехтысячный гарнизон сложил оружие, а затем сдалась и главная мечеть, где находились Гассан-хан и другие военачальники.

29 октября 1827 г. генерал от инфантерии Паскевич был награжден орденом св. Георгия 2-й степени за взятие Эривани и «отличное мужество, твердость и искусство». В ночь с 9 на 10 февраля следующего года между Россией и Персией был подписан Туркманчайский мирный договор, по которому к России переходили Эриванское и Нахичеванское ханства и выплачивалась контрибуция в 20 миллионов рублей. Русским судам предоставлялось право беспрепятственного плавания по Каспийскому морю. 15 марта 1828 г. именным высочайшим указом генерал-адъютант, генерал от инфантерии Иван Федорович Паскевич был возведен с нисходящим потомством в графское достоинство Российской империи с почетной приставкой Эриванский.

С началом русско-турецкой войны 1828–1829 гг. Иван Федорович командовал 25-тысячным корпусом на кавказском театре военных действий. В кампанию 1828 г. русскими войсками были взяты крепости Карс, Ардаган, Ахалкалаки, Ахалцих, Поти, Баязет. Оставив в них гарнизоны, командующий отвел войска на зимние квартиры. Летом следующего года начался Эрзерумский поход, решивший исход войны на Кавказе. Против русских войск действовала турецкая армия под командованием сераскира Хаджи-Салеха, насчитывавшая 70 тысяч человек. Весной она двинулась на Карс с твердым намерением отбить эту крепость. Для этого турками было выделено два отряда; 20 тысяч Хаки-паши и 30 тысяч самого Хаджи-Салеха, еще 20 тысяч находились в резерве. Паскевич отказался от оборонительной тактики и сам выступил навстречу турецкой армии. Русские войска разбили противника по частям. 19 июня 1829 г. Хаджи-Салех был разгромлен у Каинлы, а на следующий день в битве у Милле-Дюзе потерпел поражение и Хаки-паша. В двух сражениях турки потеряли 5 тысяч убитыми и 12 тысяч пленными. Турецкая армия в беспорядке отступила к Эрзе-руму, но 27 июня сдался и гарнизон Эрзерумской крепости. В день обнародования Адрианопольского мира граф Паскевич получил чин генерал-фельдмаршала, а незадолго до этого был награжден орденом св. Георгия 1-й степени «…за взятие Эрзерума».

В 1831 г., после смерти фельдмаршала Дибича, Паскевич стал главнокомандующим войсками в Польше и руководил подавлением Польского восстании Почва для решительных действий была подготовлена еще в предыдущий год Дибичем, а Паскевичу лишь оставалось завершить начатое. 6 августа 85-тысячная русская армия окружила и блокировала Варшаву, которую защищал 35-тысячный польский гарнизон. 26 августа, после кровопролитного штурма, польская столица была взята. В приступе участвовало 70 тысяч войск при 390 орудиях. Поляки потеряли 8 тысяч убитыми, 3 тысячи пленными и 132 орудия. Приступ, начавшийся еще утром 25-го числа, длился 36 часов. К осени сдались последние базы восставших, Модлин и Замостье, а затем были разоружены и последние части. За взятие Варшавы именным высочайшим указом от 4 сентября 1831 г. И. Ф. Паскевич с нисходящим потомством был возведен в княжеское достоинство Российской империи с титулом светлости. Ему разрешено было именоваться светлейшим князем Варшавским графом Паскевичем-Эриванским.

С 1831 по 1849 г. Паскевич занимал пост наместника Царства Польского и активно проводил политику русификации страны. В 1849 г. он командовал русскими войсками, направленными в Венгрию для подавления революции. В Венгерском походе участвовало до 170 тысяч русских войск. Военный урон был невелик, но потери от болезней составили почти половину армии. Кампания длилась всего два месяца. В июне русская армия медленно двигалась от Карпат к Будапешту, в июле левым флангом охватывала Восточную Венгрию. Паскевич в этом походе не проявил своих полководческих дарований; он постоянно переоценивал силы противника, и поэтому за всю кампанию не было дано ни одного генерального сражения. Крупные бои произошли лишь у Вайцена и Дебрецена. В эту кампанию все более четко стали проявляться недостатки и ошибки русской военной системы, сошедшей еще в павловские времена с национального пути развития.

В последние годы жизни Паскевич занимал пост главнокомандующего на западных границах России и на Дунае во время Крымской войны, но преувеличенная осторожность и нерешительность его действий окончательно подорвали военный авторитет генерал-фельдмаршала. Скончался он в начале царствования Александра II. С 1817 1. был женат на Елизавете Алексеевне Грибоедовой, имел сына и трех дочерей.

Эрцгерцог Иоанн Австрийский был сыном императора Леопольда II и испанской инфанты Марии-Луизы. В 1800 г. во время войны с Францией 18-летним юношей он был поставлен во главе австрийской армии, но в том же году разбит при Гогенлиндене генералом Моро. Войска генерала Моро занимали небольшую поляну и окружающий лес у Гогенлиндена, а австрийская армия пятью отдельными колоннами шла на соединение к Гогенлиндену. Атака эрцгерцога на деревню была отбита, одновременно Моро сражался с подходившими в различные пункты колоннами австрийцев и после жестокого боя разгромил их. Австрийцы потеряли 7 тысяч человек убитыми и ранеными, 12 тысяч пленными и 87 орудий.

В 1805 г. эрцгерцог пытался организовать в Тироле народную войну против французов, командовал корпусом, однако неудачный ход войны привел к потере Тироля уже в следующем году. Иногда эрцгерцога Иоанна называли некоронованным королем Альп, поскольку Штирия и Тироль были его владениями. В 1809 г. он вновь готовил восстание в Тироле, но в июне этого же года потерпел поражение при Раабе. 44-тысячная французская армия под командованием Евгения Богарне встретилась с примерно равными силами австрийцев эрцгерцога Иоанна. Французы атаковали австрийские войска и полностью их разбили. За ночь Иоанн сумел собрать разрозненные части и совершить планомерный отход, хотя его армия и потеряла около 3 тысяч человек. Богарне штурмом взял Рааб и соединился с армией Наполеона у Вены. В войнах с Францией австрийская резервная армия под командованием эрцгерцога в 1815 г. овладела крепостью Гюнинген.

В жизни эрцгерцог Иоанн отличался простотой обращения и широкой доступностью. Его просветительская деятельность и слухи о сочувствии идее объединения Германии, а также женитьба в 1827 г. на дочери простого почтмейстера Анне Плохль, получившей, правда, в 1845 г. титул графини Меран, создали Иоанну широкую популярность в народе. Когда революционные события 1848 г. вынудили императора Фердинанда I покинуть Вену, он назначил эрцгерцога своим наместником. 26 июня Иоанн прибыл в столицу и сразу приступил к исполнению своих новых обязанностей, а уже через три дня Национальное собрание Франкфурта избрало его правителем Германии. 11 июля Иоанн прибыл во Франкфурт, распустил союзный сейм и образовал имперское министерство. Он чувствовал себя, однако, более австрийским эрцгерцогом, чем правителем Германии, и принятая парламентом имперская конституция не претворялась в жизнь во многом благодаря противодействию Иоанна. Он быстро утратил свою популярность, и уже в начале июня 1849 г. германский парламент, заседавший в это время в Штутгарте, объявил полномочия правителя империи прекращенными. Фактически эрцгерцог еще несколькими неделями ранее потерял свое политическое значение и власть.

20 декабря 1849 г. Иоанн окончательно удалился в частную жизнь. В мирное время он занимался историей и естествоведением, объехал Тироль, Штирию, Каринтию, собрал богатые исторические и археологические коллекции, которыми обогатил университет в Инсбруке. В 1878 г. эрцгерцогу Иоанну был поставлен в Граце памятник.

В 1790 г. Радецкий участвовал в турецкой войне.

В наполеоновских войнах отличился в сражениях при Маренго и Гогенлиндене. Назначенный в 1813 г. членом военного совета, деятельно работал над реорганизацией австрийской армии, уделяя особое внимание командированию молодых офицеров за границу для завершения военного образования. В битве при Лейпциге б и 7 октября 1813 г. находился в звании генерал-лейтенанта и должности начальника штаба союзных войск под командованием генерал-фельдмаршала и был награжден русским орденом св. Георгия 3-й степени.

После войны командовал кавалерийской дивизией, а затем был комендантом города Ольмюц. В 1831 г. получил под свое командование австрийскую армию, находившуюся в Италии, и на этой должности приобрел европейскую известность, с одной стороны, как выдающийся военный организатор и стратег, с другой как жестокий реакционер.

В 1848 1849 гг. военной силой Радецкий подавил революционные выступления в Италии. После пятидневного боя на улицах Милана он вынужден был в ночь на 23 марта 1848 г. покинуть город и с 15-тысяч-ной армией отступить в Верону, где укрепился и в мае перешел в наступление. Разбив 6 мая сардинские войска при Санта-Лючии, Радецкий смелым и искусным маневром у Мантуи одержал новую победу при Куртатоне. После двухмесячного перемирия он разбил сардинскую армию при Кустоцце и 6 августа вновь занял Милан, заключив через три дня перемирие. Русское правительство, поддерживая политику Священного союза, подавлявшего любые революционные выступления в Европе, щедро наградило Радецкого, удостоив фельдмаршала орденом св. Георгия 1-й степени «…за взятие Милана 6 августа 1848 года».

10 марта следующего года военные действия возобновились, а уже 23-го числа фельдмаршал Радецкий нанес сардинцам новое поражение при Новаре. Повторив маневр Наполеона при Маренго, он со своей 70-тысячной армией нанес окончательное поражение силам короля Карла-Альберта, еще раз доказав свое превосходство как над самим сардинским монархом, так и над его начальником штаба польским генералом Хржановским, которые смогли выставить на поле боя лишь часть своих войск. После ожесточенной схватки итальянские войска были наголову разбиты и в беспорядке бежали. Побежденная сторона по условиям мира выплатила Австрии огромную контрибуцию.

После окончания войны Радецкий был назначен на должность генерал-губернатора Ломбардо-Венецианского королевства, водворив при помощи жестких мер временное спокойствие в Италии. Через несколько лет он скончался, так и не увидев новых революционных выступлений в Италии. В год смерти полководца ему был поставлен памятник в Праге.

Потомок древних князей-Рюриковичей, принадлежавший к линии тарусских князей, внуков святого Михаила Черниговского, П. М. Волконский родился в Санкт-Петербурге, в семье бригадира князя Михаила Петровича Волконского и княжны Елизаветы Петровны Макуловой. Службу начал в конной гвардии, затем был переведен в лейб-гвардии Семеновский полк, где в 1793 г. получил свой первый офицерский чин. Будучи с 1797 г. полковым адъютантом Семеновского полка, сблизился с его шефом великим князем Александром Павловичем и принял участие в подготовке дворцового переворота 11 марта 1801 г., который привел Александра на российский престол. После переворота Петр Волконский получил чин генерал-майора и был назначен помощником начальника военно-походной его императорского величества канцелярии, а в день коронации Александра I стал генерал-адъютантом.

В кампанию 1805 г. Волконский состоял дежурным генералом и генерал-квартирмейстером при командующем русским вспомогательным корпусом генерале Ф. Ф. Буксгевдене, а после соединения с главными силами русской армии под командованием М. И. Кутузова дежурным генералом объединенной русско-австрийской армии. Под Аустерлицем Волконский отличился, показав необычайное мужество и присутствие духа. Когда бригада С. М. Каменского, атаковавшая Праценские высоты, была отброшена превосходящими силами противника, он, взяв знамя Фанагорийского полка, пошел в атаку на французов. Фанагорийцев поддержали солдаты Рижского пехотного полка и в едином порыве ударили на неприятеля. Трижды французы контратаковали и трижды русские отбрасывали их назад. Кутузов, на глазах которого все это происходило, писал впоследствии Александру I: «В Аустерлицком сражении князь Волконский оказал достоинства, кои при несчастии более видны, нежели при счастливом сражении. Он не только отличался храбростью, но благоразумием и сохранением всего нужного при подобных случаях хладнокровия, способствуя под самым огнем неприятельским троекратно к собранию людей Фанагорийского и Рижского полков, с которыми и мог я в некотором порядке ретироваться». За этот бой князь Волконский был удостоен ордена св. Георгия 3-й степени.

По завершении военных действий Петр Михайлович сопровождал Александра I на мирные переговоры с Наполеоном в Тильзите, после которых был направлен во Францию для изучения опыта французской армии и устройства французского генерального штаба. Пользуясь расположением Наполеона, сопровождал его на всех военных маневрах и смотрах.

В 1810–1812 гг. Волконский управлял квартирмейстерской частью; стал одним из организаторов службы Генерального штаба. В эти годы он возглавил разработку «Руководства к отправлению службы чиновниками дивизионного генерал-штаба», участвовал в работе над «Учреждением для управления большой действующей армией». Петр Михаилович стал инициатором создания карты России и карт некоторых иностранных государств, был основателем Петербургского военного училища колонновожатых и библиотеки Генштаба.

С началом Отечественной войны 1812 г. князь сопровождал императора в действующую армию и был в числе лиц, подавших свой голос за оставление укрепленного Дрисского лагеря, едва не погубившего всю армию. После оставления Москвы был послан императором к Кутузову для выяснения всех обстоятельств сдачи города. Затем находился в войсках П. X. Витгенштейна и П. В. Чичагова, участвовал в сражении при Сгудянке и разгроме остатков наполеоновской армии при Березине. С декабря 1812 г. Волконский был начальником главного штаба действующей армии при фельдмаршале Кутузове, а после его смерти находился при Александре I и сыграл важную роль в планировании военных действий в заграничных походах русской армии в 1813–1815 гг., и прежде всего в сражениях при Лейпциге и Кульме. Несмотря на противодействие австрийского командования, он настоял на наступлении союзных войск на Париж и лично принял участие в его взятии, сопровождал Александра I в Париж и на Венский конгресс. После возвращения Наполеона с острова Эльба на князя Волконского было возложено руководство русскими войсками от Вислы до Рейна в составе 225 тысяч человек, но поражение Наполеона при Ватерлоо от войск союзников остановило движение русских корпусов к границам Франции.

В 1815 1823 гг. Волконский был начальником императорского Главного штаба и фактически возглавлял управление русской армией. В 1817 г. Волконскому был дан чин генерала от инфантерии, с 1821 г. он стал членом Государственного совета, а в 1823 г. был награжден орденом св. Андрея Первозванного, однако в том же году, после столкновения с Аракчеевым по поводу сметы военного министерства, подал в отставку. В следующем году вернулся на службу и был направлен чрезвычайным послом во Францию на коронацию Карла X, а затем сопровождал императора во всех его поездках по России и странам Европы. В 1825 г. Петр Михайлович находился при умирающем Александре I в Таганроге.

Император Николай I в день своей коронации назначил Петра Михайловича министром Императорского двора и уделов и заведующим Императорским кабинетом. Эти должности князь Волконский занимал до самой своей смерти. 30 августа 1834 г., в день открытия Александровской колонны, Волконскому был пожалован титул светлейшего князя. В царствование Николая I он занимал высшие государственные и военные должности: с 1837 г. — генерал-инспектор всех запасных войск, с 1842 г. — канцлер Российской империи и всех императорских орденов; участвовал в работе различных правительственных комиссий и комитетов. С 1831 г. был членом комиссии по постройке Исаакиевского собора в Санкт-Петербурге, а в 1839 г. — ее председателем. В 1850 г. П. М. Волконский получил чин генерал-фельдмаршала, до этого не дававшийся российским подданным более двадцати лет.

По свидетельству современников, Волконский отличался педантичностью и твердостью характера, за что получил в светском обществе прозвище «каменный князь». Скончался в Санкт-Петербурге и похоронен во Введенской церкви лейб-гвардии Семеновского полка. Был женат на своей дальней родственнице княжне Софье Григорьевне Волконской и имел двоих сыновей и дочь.

Сын русского посла в Лондоне Семена Романовича Воронцова Михаил воспитывался в Англии и получил отличное домашнее образование. Он пошел по стопам отца, который в молодости был боевым офицером, заслужившим за личную храбрость две степени ордена св. Георгия.

Действительную службу Михаил Воронцов начал в 1801 г. поручиком лейб-гвардии Преображенского полка. В 1803 г. он отправился волонтером на Кавказ, где отличился в боях с горцами и персами. 3 января 1804 г. при штурме Гянжи вынес с поля боя раненого офицера. В сражениях с персами находился при главнокомандующем русскими войсками на Кавказе князе Цицианове. 19 июня русские войска разбили 18-тысячный корпус противника у Эчмпадзииского монастыря, а 25 июня — перешедшую пограничную реку Араке 20-тысячную армию Аббаса-Мирзы. 30 июня Аббас-Мирза вновь потерпел поражение, потеряв 17 тысяч убитыми, 7 орудий и 4 знамени. Во всех этих сражениях Воронцов принимал непосредственное участие. Князь Цнцнанов писал в представлении императору: «Не могу не рекомендовать особенно находящегося при мне за бригад-майора, не сменяющегося, лейб-гвардии Преображенского полка поручика графа Воронцова, который деятельностью и попечительностью своей заменял мою дряхлость, большою мне служит помощью…» По этому представлению Михаил Воронцов 28 августа 1804 г. был награжден орденом св. Георгия 4-й степени и чином капитана.

С началом войн с наполеоновской Францией Воронцов перевелся с Кавказа. В 1805–1807 гг. он воевал в Померании, под Гомельном, Пултуском, Гутштадтом, Фридландом, Гейльсбергом и к концу войны за военные отличия был произведен в полковники. В 1809 г. молодой полковник Воронцов получил в командование Нарвский мушкетерский полк. Здесь он написал «Наставление господам офицерам Нарвского пехотного полка в день сражения», в котором говорилось не только о тактических тонкостях ведения боя, по и о воспитании морально-волевых качеств офицеров и рядовых: «Господам офицерам, особливо ротным командирам, в сражении крепко и прилежно замечать, кто из нижних чинов больше отличается храбростью, духом твердости и порядка, таковых долг есть высшего начальства скорее производить в чины, ибо корпус офицеров всегда выигрывает получением настоящего храброго офицера, из какого бы рода он ни был».

Воронцов принял участие и в русско-турецкой вой не 1806 1812 гг. Он отличился в штурме крепости Базарджик, за что был произведен в генерал-майоры.

Затем штурмовал Шумлу, принимал активное участие в сражениях под Батином, Систовом, Плевной, Ловгой, Рущуком. В конце сентября генерал Воронцов получил приказ от главнокомандующего русской армией М. II. Кутузова: переправиться на правый берег Дуная, в тыл неприятелю, и принудить его к отступлению. 7 октября русские войска форсировали Дунай у Груи, а с 8-го числа заняли Виддинскую равнину. Здесь их встретило более 5 тысяч турок, которые, выйдя из Виддина, обошли каре правого фланга и в конном строю атаковали русскую кавалерию, но артиллерия, батальонный огонь пехоты и слаженная атака драгун и улан рассеяли неприятеля. За эту победу Воронцов был награжден орденом св. Георгия 3-й степени.

Начало Отечественной войны 1812 г. он встретил начальником сводной гренадерской дивизии в составе 2-й Западной армии князя Багратиона, которая сражалась 11 июля под Дашковкой, с 4 по 6 августа защищала Смоленск, до последнего человека стойко обороняла Шевардинский редут и Семеновские флеши, где Воронцов был тяжело ранен. После ранения он приказал своим адъютантам подобрать на Бородинском поле и разыскать в лазаретах всех раненых офицеров и солдат своей дивизии.

Михаил Семенович вернулся в войска под команду графа Чернышева, а затем участвовал в заграничных походах русской армии, оставаясь начальником той же дивизии. Командовал авангардом 3-й Западной, а затем Северной армии. В январе 1813 г. разбил польские части у Рогозно, овладел Познанью. В том же году сражался при Денневице и участвовал в битве под Лейпцигом.

Уже в чине генерал-лейтенанта Воронцов командовал 10-тысячным отрядом в Силезской армии прусского фельдмаршала Блюхера. Против русских корпусов этой армии Наполеон выставил под Краоном 50 тысяч солдат, включая две дивизии старой гвардии. Маршал Виктор атаковал центр русских позиций, а маршал Ней двинул свои дивизии на приступ левого фланга Воронцова. Нея остановили русская артиллерия и егеря. Наполеон перебросил на правый фланг до 100 орудий, и французы вновь пошли в атаку. В этот момент Воронцов показал пример личного мужества, подъезжая к полкам и заменяя в бою батальонных командиров. Дивизии Нея были отброшены второй раз, но третьей атакой французам удалось захватить позиции русской конной батареи. Однако солдаты Ширванского полка и егеря, ведомые своим генералом, вновь отбросили противника. Русские войска остались на прежних позициях, но в это время Воронцов получил уже третий приказ об отступлении. Его корпус начал отходить в полном порядке, сдерживая атаки войск Наполеона, пока к русским частям не подошло подкрепление. Французы потеряли в этом сражении более 5 тысяч человек убитыми, в том числе 7 генералов. За этот бой Воронцов был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за отличие в сражении при Краоне». Михаил Семенович находился и среди участников взятия Парижа, а в 1815 г., получив звание генерал-адъютанта императора Александра I, был назначен командиром оккупационного корпуса во Франции.

Незадолго перед этим Воронцов составил «Правила для обхождения с нижними чинами» и «Наставления офицерам 12 и дивизии», где утверждал необходимость гуманного отношения к солдатам. Он был противником павловской системы подготовки войск, основанной на жестоком обращении с нижними чинами. В 1815 г. он писал генералу Сабанееву: «Я всегда в себе думал, что ежели по опыту найду, что военная служба без пустого и без резонного бесчеловечья существовать не может, то я в оной не слуга и пойду в отставку». Командуя последующие три года оккупационным корпусом, Воронцов завел полковые школы для обучения солдат грамоте. Резко отрицательно он относился к плац-парадной муштре, насаждавшейся в армии, но вынужден был следовать приказам и рекомендациям вышестоящего начальства. Возвратившись в Россию в 1819 г., граф Воронцов был назначен командиром 3-го пехотного корпуса.

Будучи одним из крупнейших русских помещиков, Воронцов придерживался либеральных взглядов и был близок к деятелям преддекабристских организаций. В 1820 г. вместе с И. И. Тургеневым пытался основать дворянское общество для постепенного освобождения крестьян. В своих обширных имениях наряду с крепостнической формой хозяйствования применял и наемный труд.

С 1823 г. Воронцов стал новороссийским генерал-губернатором и полномочным наместником Бессарабской области. В это время он покровительствовал сосланному на юг А. С. Пушкину, однако затем их отношения испортились из-за увлечения поэта его женой графиней Е. К. Воронцовой. С началом царствования императора Николая I Воронцов был назначен членом Государственного совета. По его проекту Бессарабия стала частью Новороссийского генерал-губернаторства, во главе которого он находился с 1828 по 1844 г.

Уже в чине генерала от инфантерии Воронцов стал участником русско-турецкой войны 1828–1829 гг.; руководил осадой крепости Варна, которая была ему поручена после ранения генерала Меншикова. В начале осады русских войск у крепости насчитывалось всего 10 тысяч человек при 47 орудиях, а с прибытием гвардии — 32 тысячи при 170 орудиях. Большую роль в блокаде Варны сыграл Черноморский флот под командованием адмирала Грейга, который господствовал на морских коммуникациях. Во время осады Варны русской армии пришлось отразить нападение 30-тысячного турецкого корпуса, пытавшегося деблокировать осажденный гарнизон, а 26 сентября был предпринят и штурм укреплений, не доведенный до конца. Несмотря на это, 29 сентября крепость капитулировала. В ней было взято 7 тысяч пленных и 140 орудий. На этом русское командование решило закончить в целом неблагоприятно сложившуюся кампанию. Лишь в следующем году русской армии удалось разбить турецкие войска и склонить Турцию к миру, не принесшему, правда, России особых выгод.

В 1844 г. Воронцов был назначен наместником Кавказа и одновременно главнокомандующим войсками на Кавказе. Прибыв туда весной 1845 г., он начал подготовку экспедиции в Андпю, однако предпринятый им поход на аул Дарго с 6 по 20 июля закончился катастрофой. Аул был взят, но на обратном пути русские войска, двигаясь по труднопроходимой местности и испытывая нужду в продовольствии, подвергались нападениям горцев и понесли тяжелые потери.

В целом Воронцов, отличаясь от своих предшественников выдающимися административными способностями, следовал тактике генерала А. П. Ермолова, сторонника жестких мер на Кавказе. Вырубка лесов, постройка дорог и укреплений, появление новых казачьих станиц делали борьбу горцев с правительственными войсками все более трудной. В 1847 г. Воронцов предпринял попытку овладеть Гергебилем, но не имел успеха, а появление холеры заставило его снять осаду. В это же время войска Воронцова выступили в поход на укрепление Салты и 4 сентября после шестинедельной осады взяли его штурмом. Погибло до 3 тысяч защитников крепости. До начала Крымской войны политика жесткого покорения Кавказа продолжалась. В 1854 г. заболевшего Воронцова на его посту заменил генерал Реад. Меры его по усмирению горских племен в эти годы привели к тому, что в Крымскую войну они не смогли оказать сильного сопротивления и существенно помочь турецким войскам на Кавказе.

Еще 6 августа 1845 г. высочайшим указом генерал-адъютант граф М. С. Воронцов был возведен с его нисходящим потомством в княжеское достоинство Российской империи, а 30 марта 1852 г. ему и его потомкам был присвоен титул светлейших князей. Несмотря на то что Михаил Семенович был царедворцем и карьеристом, ум, образованность, известный либерализм выделили его из рядов царских сановников и администраторов. В управляемых им областях он осуществлял мероприятия, способствовавшие развитию просвещения, земледелия, промышленности, торговли и судоходства; уделял большое внимание застройке и благоустройству Одессы, где ему впоследствии был поставлен памятник. Воронцов был обладателем всех высших чинов и орденов Российской империи; в 1826 г. к ним прибавилось звание почетного члена Петербургской академии наук.

В 1856 г. Александр II, взойдя на престол, за длительную и образцовую деятельность на военном и административном поприще наградил Михаила Семеновича Воронцова чином генерал-фельдмаршала, но в том же году светлейший князь скончался. С 1819 г. он был женат на графине Елизавете Ксаверьевне Браницкой, дочери коронного гетмана Украины Ксаверия Петровича Браницкого, и имел сына и дочь.

Александр Иванович Барятинский был сыном тайного советника князя Ивана Ивановича Барятинского и Марии Федоровны, дочери графа Людвига-Христофора Келлера. Службу он начал юнкером в кавалергардском полку. Окончив в 1833 г. школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, в чине корнета поступил в лейб-гвардии Кирасирский полк. В 1835 г. участвовал в боях против горцев на Кавказе; в одном из них был ранен и награжден золотой саблей «за храбрость». С 1836 по 1845 г. состоял при наследнике цесаревиче Александре Николаевиче. В начале 1845 г. вновь был направлен на Кавказ командиром батальона. Участвовал в Даргинской экспедиции; особенно отличился при штурме Андийских высот, где получил второе ранение. 7 июля 1845 г. полковник князь Барятинский был награжден орденом св. Георгия 4-й степени. После ранения отправился на лечение за границу, а вернувшись в Россию, получил звание флигель-адъютанта и вступил в командование Кабардинским егерским полком, участвовавшим в боевых действиях на Кавказе. Обладая значительным состоянием, вооружил свой полк штуцерами. В 1848 г. Барятинский был произведен в генерал-майоры. В 1850 г. зачислен в свиту императора и назначен командиром бригады, а в апреле следующего года — командиром дивизии. Командуя левым флангом Кавказской укрепленной линии, провел ряд успешных экспедиций в Чечню. Действия Барятинского носили активно-наступательный характер и благодаря тщательной разведке и применению скрытых обходов сопровождались небольшими людскими потерями.

В начале Крымской войны Барятинский был назначен генерал-адъютантом и исполняющим обязанности начальника главного штаба войск на Кавказе, а затем утвержден в этой должности. Отличился в сражении у Кюрюк-Дара, в котором против 18 тысяч русских войск при 74 орудиях выступала турецкая армия Мустафы-Зариф-паши, насчитывавшая 60 тысяч человек при 78 орудиях. Упорная битва продолжалась с четырех часов утра до полудня. Русское командование, используя растянутость турецких расположений, сумело разбить их по частям: сначала на правом фланге, а затем в центре. Победе способствовало умелое применение артиллерии и ракет, изобретенных офицером Константиновым. Потери турок составили 8 тысяч убитыми и 2 тысячи пленными. Было взято 26 вражеских знамен и 15 орудий. Русские потери составили более 3 тысяч убитыми и ранеными. Разбитая турецкая армия отошла к Карсу и прекратила активные операции на кавказском театре военных действий.

9 августа 1854 г. за победу при Кюрюк-Дара генерал-лейтенант Барятинский был награжден орденом св. Георгия 3-й степени.

С 1856 г. Барятинский — командир гвардейского пехотного резервного корпуса, а с июля — командующий Кавказской армией и наместник Кавказа с производством в генералы от инфантерии. По его приказу правый фланг кавказской линии был продвинут к Майкопу и все занятое пространство заселено казаками. В 1857 г. он предпринял энергичные наступательные действия, в результате которых нанес поражение войскам Шамиля и занял всю Малую Чечню. В следующем году началось покорение Большой Чечни. Генералу Евдокимову была поручена демонстрация, сам же Барятинский предпринял поход в Аргунское ущелье, блестяще удавшийся. Разбитый в Аргунском ущелье Шамиль бежал в аул Ведень. В январе 1859 г. был начат поход русских войск на Ведень. Чеченская твердыня, осажденная 17 марта, пала к 1 апреля. С последними своими сподвижниками Шамиль бежал в Нагорный Дагестан. 10 августа 1859 г. генерал от инфантерии Барятинский получил орден св. Георгия 2-й степени «…за взятие Веденя 1 апреля 1859 года и блистательные успехи на Кавказе».

Летом этого же года русские войска двинулись на Дагестан с целью нанести Шамилю решительный удар, Шамиль выжидал, заняв совершенно неприступные позиции на реке Андийское Койсу. Однако русские войска переправились через Койсу у Сагрытло, что подействовало на горцев ошеломляюще. У Шамиля осталось всего 600 человек и четыре орудия; с горстью своих людей имам засел в горном ауле Гуниб. 10 августа Гуниб был окружен войсками. Барятинский вступил с Шамилем в переговоры, которые закончились безрезультатно. Утром 11 августа Гуниб был взят штурмом, а имам сдался. Весь Восточный Кавказ от Каспийского моря до Военно-Грузинской дороги покорился русским войскам. В этот же день командующий отдал приказ по армии: «Шамиль взят, поздравляю Кавказскую армию». Русский военачальник был награжден орденом св. Андрея Первозванного и возведен в чин генерал-фельдмаршала.

В последующем Барятинский занимался военно-административным устройством края, руководил подавлением выступлений горцев и казаков Черноморского казачьего войска. В мае 1860 г. из-за расстроенного здоровья он уехал в отпуск, но в том же году был назначен членом Государственного совета. В 1862 г. в связи с болезнью вышел в отставку и был уволен со всех занимаемых должностей с оставлением членом Государственного совета.

Барятинский резко выступал против военных реформ, проводимых Д. А. Милютиным. «Боевой дух армии, — писал он Александру II, — необходимо исчезнет, если административное начало, только содействующее, начнет преобладать над началом, составляющим честь и славу воинской службы». Фельдмаршал подверг обстоятельной критике милютинское «Положение о полевом управлении войск в военное время», указывая на его бюрократический характер и умаление власти главнокомандующего. В 1866 г. он предложил русскому правительству план русско-прусского военного союза с целью раздела владений Австро-Венгрии, который, однако, был отвергнут.

Последние годы жизни А. И. Барятинский провел в Швейцарии и умер в Женеве. Похоронен в своем родовом имении — селе Ивановском.

С детских лет родители, небогатые дворяне Лиф-ляндской губернии, готовили сына к гражданской службе, и по их настоянию молодой Берг поступил в Дерптский университет, но начавшаяся война 1812 г. изменила его планы и Федор определился юнкером в Либавский пехотный полк, входивший в состав Рижского корпуса, который действовал на северо-западном направлении. Благодаря своему образованию и знанию языков он, еще не имея офицерского звания, был прикомандирован к квартирмейстерской части, т. е., говоря современным языком, перешел на штабную работу и должен был состоять при генерале Эссене. Уже в августе Берг был произведен в подпоручики с переводом в свиту императора по квартирмейстерской части. Отличился в делах при Даненкирхене, Гросенау и Цемайлене. Участвовал в заграничных походах русской армии 1813–1814 гг. Состоял при партизанских отрядах генерал-адъютанта П. В. Кутузова и генерал-майора Тетенборна, действовавших в северной части Пруссии. За время с 10 августа по 5 сентября 1813 г. участвовал в 14 сражениях, в «битве народов» под Лейпцигом и преследовании неприятеля до Рейна. В 1814 г. в чине штабс-капитана был переведен в гвардейский генеральный штаб и сражался под Бриенном, Ножаном, Бар-сюр-Обом, Арсисом, Фер-Шампенуазом, Парижем.

После окончания войны Берг путешествовал по Европе, выполняя функции тайного наблюдателя за движением карбонариев в Неаполе. В 1820–1822 гг. состоял на дипломатической службе при миссиях в Мюнхене и Риме. За это время он изучил поля сражений в Италии и Швейцарии и составил военно-статистическое описание Турции. В 1823 и 1825 гг. возглавлял экспедиции в Закаспийский край, во время которых собрал материал для военно-топографического описания и составления карты района между Каспийским и Аральским морями. С 1826 г. — советник посольства в Турции.

С началом русско-турецкой войны 1828–1829 гг. Берг был назначен генерал-квартирмейстером 2-й армии, командовал войсками, прикрывавшими осадные работы у турецкой крепости Силистрия. Без осадной артиллерии овладеть этой сильной крепостью оказалось невозможно, но когда орудия прибыли, выяснилась огромная нехватка боеприпасов. Осаду Силистрии 27 октября пришлось снять. В эти же годы Берг руководил съемками северо-восточной части Болгарии и Балканских гор, а также некоторых районов Румынии.

Спустя два года после окончания турецкой войны Берг участвовал в подавлении Польского восстания 1830–1831 гг. В сражении при Осгроленке с Екатеринославским гренадерским и 3-м карабинерным полками он находился в голове передовой колонны графа Палена. Подойдя к городу, переправился под сильным картечным огнем через реку Нарев и в течение десяти часов удерживал занятую позицию, отразив шесть неприятельских атак. Во время штурма Варшавы Берг дважды направлялся парламентером к командованию польских войск и склонил руководителей повстанцев Круковецкого и графа Малаховского к сдаче. После польской кампании Берг в чине генерал-лейтенанта и звании генерал-адъютанта был назначен генерал-квартирмейстером действующей армии при графе Паскевиче. С 1843 г. — генерал-квартирмейстер Главного штаба.

Под руководством Берга с 1845 г. составлялась трехверстная военно-топографическая карта России, велись работы по военно-статистическому описанию губерний; при нем положено начало применению фотографии к топографическим работам. Не случайно он стал одним из учредителей Русского географического общества.

Во время Венгерского похода 1849 г. Берг восемь месяцев состоял при австрийском императоре, выполняя функции посредника между союзными главнокомандующими. Он был заподозрен в интригах против главнокомандующего генерал-фельдмаршала И. Ф. Паскевича и подвергся опале, однако спустя три года стал членом Государственного совета.

С началом Крымской войны 1853 1856 гг. Берг командовал войсками в Эстляндии, занимался устройством оборонительных сооружений на Балтийском море и активной роли в войне не сыграл. В 1854–1861 гг. он был назначен генерал-губернатором и командующим войсками в Финляндии с чрезвычайными полномочиями; проявил себя как консерватор и противник восстановления там конституционного правления. 26 августа 1856 г., в день коронации императора Александра II, Берг получил титул графа великого княжества Финляндского.

С марта 1863 г. Берг был помощником наместника в Царстве Польском и главнокомандующего войсками в Польше, великого князя Константина Николаевича, а после его отъезда исполнял с 27 августа его обязанности. С началом восстания в Польше руководил действиями по его подавлению. После покушения на его жизнь 7 сентября Берг перешел к более репрессивным мерам, продолжив в ряде направлений жесткую политику М. II. Муравьева. Его энергичными мерами уже к концу апреля 1864 г. мятеж был подавлен почти на всей территории Польши.

В 1865 г. Федор Федорович Берг был произведен в генерал-фельдмаршалы. Будучи кавалером всех высших орденов Российской империи вплоть до св. Андрея Первозванного, в 1872 г. по случаю 60-летнего юбилея службы в офицерских чинах император Александр II пожаловал его алмазными портретами своим и покойного императора Николая I. Среди множества наград и отличий, заслуженных Бергом за долгую службу, были и такие, которыми он особо гордился: он был почетным президентом академии Генерального штаба и почетным членом Русского Географического общества, в становление и развитие которых внес огромный вклад.

Скончался Ф. Ф. Берг в Санкт-Петербурге и по хоронен в своем имении Картенгоф в Лифляндии.

Эрцгерцог Альбрехт Австрийский был старшим сыном австрийского полководца эрцгерцога Карла. С 1845 г. он командовал войсками в Верхней и Нижней Австрии. Во время революции в Австрии, 13 марта 1848 г., отдал приказ войскам стрелять в народ, после чего ему пришлось оставить свой пост. В том же году вступил в итальянскую армию генерала Радецкого и с отличием участвовал в нескольких сражениях против революционной армии Гарибальди, за что в числе других отличий был награжден русским орденом св. Георгия 4-й степени.

12 июня 1851 г. эрцгерцог получил орден св. Георгия 3-й степени за итальянские походы. После окончания итальянской войны и торжества реакционных сил в Австрии он командовал корпусом в Богемии, а в 1851–1860 гг. находился на должности генерал-губернатора и командующего войсками в Венгрии, но с падением абсолютной монархии в Австрии и Венгрии ушел со службы. Позднее в итальянских владениях Австрии вновь командовал корпусом. В 1863 г. получил звание фельдмаршала Австрии.

В 1866 г. эрцгерцог командовал австрийской армией в Италии и одержал победу при Кустоци. В сражении участвовало 74 тысячи австрийцев под командованием Альбрехта и 80 тысяч итальянцев под начальством генерала Ла Марморы. Итальянские войска переправились через реку Минчо и выступили против войск эрцгерцога, который занял Верону. Из-за того что идти пришлось по холмистой местности, походный порядок итальянцев нарушился, и когда они появились на равнине Кустоци, австрийцы разбили их по частям и отбросили назад. По окончании войны эрцгерцог был назначен генерал-инспектором всей австрийской армии.

В 1870 г. Альбрехт участвовал в войне с Францией. 20 июня в чине генерал-фельдмаршала Пруссии был удостоен ордена св. Георгия 1-й степени «…за войну против французов 1870 года». Спустя два года получил звание генерал-фельдмаршала России за свои победы в европейских войнах, не состоя на русской службе.

Будущий король Пруссии и император Германии кронпринц Фридрих-Вильгельм был сыном императора Вильгельма I и принцессы Августы Саксен-Веймарской и принадлежал к старинной династии Гогенцоллернов, решавшей судьбы многих европейских народов на протяжении нескольких веков. По давней традиции Гогенцоллернов Фридрих-Вильгельм в юности получил преимущественно военное образование, дополненное в 1849–1851 гг. посещением лекций в Боннском университете. Во время войн Пруссии с Данией в 1864 г., Австрией в 1866 г. и Францией в 1870 г. кронпринц занимал высокие командные должности в прусской армии. Так, во время австро-прусской войны он стоял во главе 2-й армии, сыгравшей выдающуюся роль в битве при Садовой. В сражении участвовало 215 тысяч австрийцев под командованием генерала Бенедека, имевших 770 орудий, и три прусские армии, которые возглавляли принц Фридрих-Карл, кронпринц Фридрих-Вильгельм и генерал фон Биттенфельд, общей численностью 220 тысяч человек при 921 орудиях. Австрийцы, занимавшие очень выгодную позицию, рано утром были атакованы 1-й армией принца Фридриха-Карла севернее и южнее Садовой, а затем Эльбской армией фон Биттенфельда. Драматические события этого дня много раз были описаны историками: трудное и долгое сражение, большие потери с обеих сторон, критическое положение пруссаков, которое, однако, улучшилось после подхода свежих войск под командованием кронпринца. Атака 2-й армии Фридриха-Вильгельма во фланг и тыл австрийских войск решила исход сражения. Когда сопротивление стало бессмысленным, австрийцы отступили, потеряв 20 тысяч человек убитыми и ранеными. Победа при Садовой обернулась успехом кампании и всей войны.

С началом франко-прусской войны Фридрих-Вильгельм командовал 3-й армией, принимавшей участие в решающей битве этой войны — сражении под Седаном. Стремившаяся освободить Мец французская армия с 564 орудиями под командованием маршала Мак-Магона была выбита со всех позиций 200-тысячной прусской армией при 774 орудиях под командованием генерала фон Мольтке и отступила в Седан, где и сложила оружие. Среди пленных оказался и французский император Наполеон III. 19 июня 1870 г. наследный принц прусский был удостоен российского ордена св. Георгия 2-й степени «…за участие в войне с французами в 1870 году».

По свидетельству многих современников, кронпринц обладал приятным характером и личным обаянием, однако с отцом у него сложились напряженные отношения. Поводом для этого послужило стремление принца поскорее занять отцовский престол и взять в свои руки государственную власть, хотя, с другой стороны, Фридрих-Вильгельм выставлял себя сторонником конституции и парламента. На этой почве принц разошелся во взглядах с «железным канцлером» Бисмарком, к которому всю жизнь испытывал зависть и острую антипатию. Вследствие этого будущий император в 1870–1880 гг. был совершенно отстранен от политических дел, держался вдали от двора и исполнял только представительские функции. Как оказалось в дальнейшем, кронпринц не зря стремился к власти. Взойдя на престол после смерти отца в начале марта 1888 г., он занимал его всего 99 дней, которые провел прикованным к постели, смертельно больным человеком. Врачи определили у него рак гортани; сделанная в начале 1888 г. операция улучшения не принесла. 15 июня Фридрих III скончался в Потсдаме. С 25 января 1858 г. он был женат на дочери королевы Великобритании, носившей, как и мать, имя Виктория. От Российской империи получил чин генерал-фельдмаршала как почетную награду и был удостоен звания шефа Изюмского гусарского полка.

Хельмут фон Мольтке происходил из старинного немецкого дворянского рода. Родился в Мекленбурге, но учился в военном училище в Копенгагене и сначала поступил на датскую военную службу, на которой в тот момент находился его отец. В 1822 г. перешел на службу Пруссии. В 1835 г. фон Мольтке в чине капитана совершил путешествие на Восток и, представленный в Константинополе турецкому султану Махмуду II, по его просьбе остался в турецкой армии в качестве инструктора, приняв участие в ее реорганизации, в фортификационных работах, а также в походах на курдов, в Египет и Сирию. В 1855 г. был назначен первым адъютантом к кронпринцу Фридриху-Вильгельму, будущему императору Фридриху III, которого сопровождал в поездках в Санкт-Петербург, Москву, Париж и Лондон.

С 1858 г. фон Мольтке — начальник прусского Генерального штаба. Впервые свои выдающиеся стратегические способности он проявил в 1864 г. в войне с Данией, которая продолжалась всего четыре месяца и завершилась присоединением к Пруссии Шлезвига с морским портом Килем и территории Лауэнбург. Спустя два года Пруссия начала войну против своего недавнего союзника по датской войне — Австрии. Прусский Генеральный штаб под управлением фон Мольт ке и Военное министерство во главе с генералом фон Росном разработали план военных действий. 17 июня 1866 г. война была объявлена. 3 июля в Богемии, в сражении при Садовой, австрийская армия потерпела поражение. Упорное сражение, в котором обе стороны понесли большие потери, долго не давало перевеса ни одной из них. Дело решила подошедшая и ударившая во фланг и тыл австрийских войск 2-я армия под командованием кронпринца. Австрийцы потеряли 20 тысяч убитыми, столько же ранеными и 187 орудий. Нужно отдать должное превосходству прусского военного командования, прежде всего в лице Мольтке, а также прусского вооружения и всей прусской военной машины.

В войне против Франции Мольтке командовал полевым штабом прусской армии, а фактически являлся командующим при короле Вильгельме I. Прусское командование имело тщательно разработанный план кампании, автором которого был Мольтке. Ко всему прусская армия имела преимущество в численности, подготовке войск, артиллерии и опыте командного состава. 4 августа при Виссамбуре и 6 августа при Верте была разбита южная группировка французских войск под командованием маршала Мак-Магона и в тот же день при ФорбаКе прусские войска нанесли поражение и северной группировке французских войск под командованием маршала Базена. 16 августа французы вновь были разбиты на участке Марс-ла-Тур — Резонвиль, а 18-го числа при Гравелоте Сен-Прива. Решающим сражением франко-прусской войны стал Седан. 1 сентября стремившаяся освободить Мец французская армия Мак-Магона была выбита со своих позиций 200-тысячной прусской армией при 774 орудиях под командованием фон Мольтке и вынуждена была отступить в Седан, где сложила оружие. Среди пленных оказался и французский император. Блестящий успех этой победы увенчал Мольтке славой первого полководца своего времени. 27 декабря 1870 г. русское правительство наградило генерала от инфантерии фон Мольтке орденом св. Георгия 2-й степени «…за войну с французами 1870 года». От своего правительства военачальник был удостоен чина генерал-фельдмаршала, а король Вильгельм I возвел его в графское достоинство Прусского королевства.

В последующие годы фон Мольтке по-прежнему возглавлял имперский Генеральный штаб, являясь непререкаемым авторитетом в военной науке. С 1867 г. и до самой своей кончины был членом рейхстага.

Четвертый, младший сын императора Николая I и императрицы Александры Федоровны, великий князь Михаил воспитывался под непосредственным надзором родителей и по традиции семьи Романовых готовился к военной карьере. На 14-м году жизни получил свой первый офицерский чин подпоручика, а спустя два года вступил на действительную военную службу в лейб-гвардии 2-ю артиллерийскую бригаду. В 1852 г. произведен в генерал-майоры с зачислением в свиту императора, назначен бригадным командиром гвардейской конной артиллерии и генерал-фельдцейхмейстером, хотя последнюю должность исполнял лишь формально, поскольку управление делами артиллерии находилось в руках инспектора всей артиллерии барона Н. И. Корфа.

С началом Крымской войны Михаил находился при действующей армии. Отправляя своих сыновей, великих князей Николая и Михаила, в Крым, император сказал: «Если есть опасность, то не моим детям избегать ее!» Оба великих князя получили боевое крещение при Инкермане. Русский главнокомандующий А. С. Менщиков решил нанести главный удар по английскому корпусу на Инкерманских высотах и разрезать союзную армию пополам, введя затем в дело крупные конные силы и сняв тем самым блокаду Севастополя. 24 октября 1854 г. русские войска атаковали позиции союзников, но из-за густого тумана сражение разбилось на ряд отдельных схваток. Подоспевший 2-й французский корпус вынудил русские войска отступить, понеся серьезные потери. За отличие в бою у Инкерманских высот великий князь Михаил 7 ноября был награжден орденом св. Георгия 4-й степени.

С восшествием на престол старшего брата императора, Александра II, Михаил был назначен членом Государственного совета, а 25 января 1856 г. приступил к исполнению обязанностей генерал-фельдцейхмейстера с получением одновременно генерал-адъютантского звания. В эти же годы великий князь принял на себя множество государственных и общественных обязанностей: стал вице-председателем комиссии, учрежденной для улучшения службы и быта военнослужащих; членом комитета об учреждении кавалерийской академии; начальником 2-й легкой гвардейской кавалерийской дивизии, а с 1857 г. — начальником артиллерии отдельного гвардейского корпуса; в 1859 г. — членом комитета для рассмотрения состояния укреплений Балтийского и Черного морей. 9 февраля 1860 г. был назначен на пост главного начальника военно-учебных заведений, а 25 августа произведен в генералы от артиллерии.

С 6 декабря 1862 г. и в течение последующих двух десятков лет Михаил Николаевич был наместником Кавказа и главнокомандующим Кавказской армией. Под его руководством были окончательно покорены Чечня, Дагестан и Западный Кавказ. 15 июня 1864 г. награжден орденом св. Георгия 2-й степени за покорение Западного Кавказа и окончание Кавказской войны. На Кавказе проводил реформы, которые в те годы велись по всей России: освобождение крестьян от крепостной зависимости, реформа крестьянского и народного управления, судебная, административная и военная реформы, улучшение путей сообщения и финансов.

С началом русско-турецкой войны 1877 1878 гг. великий князь стал главнокомандующим на кавказском театре военных действий. 12 апреля 1877 г., вдень объявления войны, войска трех отрядов действующего корпуса перешли границу. Турки, недооценивавшие русские силы и считавшие их слишком малочисленными для наступательной кампании, были застигнуты врасплох. Однако не всегда умелые действия высшего военного руководства русской армии привели к тому, что постепенно положение на кавказском фронте выровнялось и даже стало клониться в пользу турецких войск. Неблагоприятный оборот дел встревожил великого князя Михаила Николаевича; он лично прибыл на фронт со своим начальником штаба генералом Обручевым и взял на себя руководство операциями. 27 сентября великий князь стал готовить армию для нанесения сокрушительного удара по турецким войскам. В сражении 2 и 3 октября на Аладжинских высотах турецкая армия была полностью уничтожена, потеряв только убитыми 15 тысяч человек. Остатки армии Мухтара-паши бежали к Карсу и Зевину: Вся бывшая у турок артиллерия досталась русским. 9 октября 1877 г. Михаил Николаевич был удостоен ордена св. Георгия 1-й степени «…за разбитие наголову кавказскими войсками под личным предводительством Его Высочества армии Мухтара-паши в кровопролитном бою 3 октября 1877 года на Аладжинских высотах и принуждение большей части оной сложить оружие». 9 октября отряд генерала Лазарева подошел к крепости Карс и 13-го числа начал осадные работы. Осадный корпус поступил под командование Лорис-Меликова. Великий князь отбыл в Тифлис к исполнению своих обязанностей наместника. Блистательный штурм в ночь на 6 ноября закончился взятием Карса и фактически завершил войну на Кавказе. 16 апреля 1878 г. великий князь Михаил Николаевич за отличия в русско-турецкой войне был произведен в генерал-фельдмаршалы.

После гибели императора Александра II и восшествия на престол Александра III Михаил (дядя нового императора) был назначен председателем Государственного совета и в этой должности состоял до 1905 г., когда здоровье уже не позволяло ему выполнять свои обязанности. В полном объеме сказалась при Александре III деятельность Михаила Николаевича на посту генерал-фельдцейхмейстера. Артиллерия была перевооружена новыми орудиями образца 1877 г. с хорошими баллистическими качествами; в период 1889–1894 п. было сформировано пять мортирных полков по четыре-пять батарей; в 1891 г. — горно-артиллерийский полк, в котором испытывались горные орудия различных образцов. С увеличением офицерского состава артиллерии одного Михайловского училища оказалось недостаточно, и в 1894 г. в артиллерийское было преобразовано Константиновское училище. Великий князь обращал особое внимание на стрельбу и всячески поощрял ее учреждением различных состязаний (кубок генерал-фельдцейхмейстера).

Михаил Николаевич состоял председателем Александровского комитета о раненых, почетным вице-президентом Михайловской военной академии, почетным членом Николаевской академии Генерального штаба, Николаевской инженерной и Военно-медицинской академий, почетным членом Русского географического общества.

С 1903 г. в связи с болезнью Михаил Николаевич подолгу жил на юге Франции, в Каннах, отойдя от государственных и общественных дел. С 1857 г. был женат на дочери великого герцога Баденского принцессе Цецилии-Августе, в православии принявшей имя великой княгини Ольги Федоровны, от которой имел шестерых сыновей и дочь. Скончался 5 декабря 1909 г. Похоронен в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга.

Николай Николаевич был третьим сыном императора Николая I. Его первоначальное воспитание велось с 1838 г. под руководством генерала А. И. Философова. Для практического же ознакомления с обязанностями военной службы великий князь в течение нескольких лет обучался вместе с кадетами 1-го кадетского корпуса. 1 июля 1846 г. он был произведен в прапорщики. Производство в офицеры и пожалование ему в следующем году чина поручика, а в 1848 г. капитана не прекратили его занятий в корпусе, хотя к 1850 г. он уже командовал батальоном кадет. Действительную военную службу великий князь начал в следующем году командиром дивизиона лейб-гвардии Конного полка. В 1852 г. в чине генерал-майора он был зачислен в свиту и назначен генерал-инспектором по инженерной части, а также командиром бригады в 1-й легкой гвардейской кавалерийской дивизии.

С началом Крымской войны 1853–1856 гг. Николай I послал великого князя вместе с братом Михаилом его в действующую армию. Николай Николаевич прибыл под Севастополь 23 октября 1854 г., накануне Инкерманского сражения и принял в нем участие. Находясь под сильнейшим огнем неприятеля, он проявил мужество и доблесть, за что 7 ноября был награжден орденом св. Георгия 4-й степени. С января следующего года руководил инженерными работами, укреплениями и батареями северной части Севастополя.

Кончина императора Николая I заставила великого князя вернуться в Санкт-Петербург. 27 марта старший брат, император Александр II, назначил его членом Государственного совета. В этот же год он занимался инженерными и оборонительными работами у Выборга в Финляндии, в Николаеве на Черноморском побережье и в Кронштадте.

25 января 1856 г. Николай Николаевич приступил к исполнению обязанностей генерал-инспектора инженерной части и оставался на этом посту до самой смерти. В тот же день он получил звание генерал-адъютанта. 26 августа великий князь был произведен в генерал-лейтенанты и назначен начальником дивизии гвардейской кавалерии. В 1859 г. Николай Николаевич стал командующим гвардейским резервным кавалерийским корпусом, а через год в чине инженер-генерала — командиром отдельного гвардейского корпуса. Как член царствующей династии, он быстро продвигался по службе и занимал многие ключевые командные и административные посты в государстве. В 38-летнем возрасте великий князь был назначен командующим войсками гвардии и Санкт-Петербургского военного округа, генерал-инспектором кавалерии, сохраняя за собой все прежние должности и звания. В эти годы проходили реформы по коренному преобразованию армии. Коснулись они и войск под командованием великого князя, особенно положительно отразившиеся в кавалерийских частях.

Когда осенью 1876 г. стала очевидна неминуемость войны с Турцией, император Александр II назначил Николая Николаевича главнокомандующим Дунайской армией. 23 ноября великий князь прибыл в Кишинев и начал работу по сосредоточению армии и подготовке к переправе ее через Дунай. 10 июня присутствовал при переправе 14-го армейского корпуса генерала Циммермана, а 15 июня руководил переправой через Дунай у Систова, за успешное выполнение которой был награжден орденом св. Георгия 2-й степени.

Занятие Тырново отрядом генерала Гурко побудило великого князя самому идти с главными силами на Балканы, однако неудачный штурм Плевны приостановил дальнейшее наступление русской армии. 18 июля при втором штурме Плевны разрозненный фронтальный натиск русских сил с востока и юга был отбит турками, имевшими мощную систему обороны. Русские потеряли свыше 7 тысяч человек. Вторая Плевна вынудила русские войска перейти на Балканах к обороне. В начале августа турки предприняли штурм Шипки. Несмотря на большой перевес в силах, турецкая армия не смогла овладеть Шипкинским перевалом. В боях с 9 по 14 августа русские и болгары потеряли около 4 тысяч человек, турки — около 7 тысяч.

22 августа русские войска начали штурм Ловчи. Ее защищал 8-тысячный гарнизон во главе с Рифаг-пашой. Штурм крепости продолжался 12 часов. Падение Ловчи устранило угрозу южному флангу Западного отряда и позволило начать третий штурм Плевны. 25 августа в Горном Студне состоялся военный совет. Большинство старших начальников высказывалось за немедленный штурм, признавая осаду невозможной и грозившей затянуться до зимы. Великий князь Николай Николаевич стал на сторону большинства и назначил днем штурма 30 августа. Это было самое кровопролитное сражение за всю войну. Осадные войска насчитывали до 85 тысяч человек, в том числе 32 тысячи румынских войск. 30 и 31 августа продолжался кровопролитный бой. Осман-паша бросил против прорвавшихся частей все свои резервы. Русское же командование не поддержало атакующие батальоны своими резервами, и турки отбили штурм. Русские войска потеряли свыше 12 тысяч человек, союзные румынские части — еще 3 тысячи. После этой неудачи главнокомандующий Николай Николаевич предложил отойти за Дунай. Его поддержал ряд военачальников, однако император высказался резко против и решено было перейти к блокаде Плевны.

В начале сентября Сулейман-паша вновь предпринял попытку атаковать Шипку, но атака была отбита. В целом сентябрьские наступления и войск Сулеймана-паши и армии Мехмет-Али на русские позиции у Чаир-Киоя были довольно пассивными и не вызвали особых трудностей в отражении. В ноябре туркам, правда, удалось прорвать русские позиции Восточного отряда, но переброшенные подкрепления закрыли образовавшуюся брешь. Этот удар стал последним успехом турецкой армии в войне. 30 ноября ударная группировка турок пыталась атаковать у села Мечка подразделения Восточного отряда, но после яростного боя натиск был остановлен. Русские перешли в контрнаступление и отбросили турок.

Во второй половине ноября армия Османа-паши, окруженная в Плевне в четыре раза превосходящими русскими силами, стала испытывать недостаток в боеприпасах и продовольствии. На военном совете турки решили пробиваться сквозь окружение. 28 ноября турецкая армия обрушилась на гренадерский корпус, но атака была отражена по всей линии обороны, турки отошли в Плевну и сложили оружие. Падение Плевны резко изменило военную обстановку. Турки лишились 50-тысячной армии, а русские освободили 100 тысяч солдат для нового наступления.

29 ноября 1877 г. Николай Николаевич был удостоен орденов св. Георгия 1-й степени «…за овладение 28 ноября 1877 года твердынями Плевны и пленение армии Османа-паши, упорно сопротивлявшейся в течение 5 месяцев, доблестным умением находившихся под предводительством Его Высочества войск». Он стал последним кавалером этой величайшей полководческой награды России. Великий князь писал императору, что «при настоящих обстоятельствах невозможно уже теперь останавливаться и, ввиду отказа турок от условий мира, необходимо идти на Царьград и там покончить предпринятое Тобой святое дело».

Освободившиеся под Плевной русские войска позволили нанести Турции решающий удар. Армия перешла Балканские перевалы и, разбив армию Весель-паши у Шейново, открыла дорогу на Адрианополь. Последнее крупное сражение этой войны произошло у Филиппополя, где стояла 50-тысячная турецкая армия Сулеймана-паши. С 3 по 5 января 1878 г. противник потерял до 20 тысяч человек и в панике бежал в сторону Эгейского моря. В сражениях у Шейново и Филиппополя русские войска разбили главные силы турок за Балканами. 19 января 1878 г. было заключено перемирие, ставшее преддверием Сан-Стефанского мирного договора. Великий князь, хотя и был удостоен за русско-турецкую войну чина генерал-фельдмаршала, показал себя человеком неуравновешенным и не обладающим способностями военачальника, а его влияние на ход военных действий было главным образом отрицательным.

С 1880 г. Николай Николаевич был тяжело болен. Скончался 13 апреля в Крыму. Похоронен в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга. Состоял в браке с принцессой Ольденбургской Фредерикой-Вильгельминой, принявшей в православии имя Александра Петровна, и имел двоих сыновей.

Иосиф Владимирович Гурко принадлежал к дворянскому роду, происходящему из Белоруссии и известному со второй половины XVI в. Окончив Пажеский корпус, в 1846 г. был выпущен корнетом в лейб-гвардии Гусарский полк. Участвовал в Крымской войне 1853–1856 гг. В 1862–1866 гг. состоял флигель-адъютантом свиты Александра II, выполняя административные поручения по проведению крестьянской реформы в Самарской, Вятской и Калужской губерниях. С 1866 г. командовал 4-м гусарским Мариупольским полком, ас 1869 по 1874 г. — лейб-гвардии Конно-гренадерским полком и одновременно — бригадой 2-й гвардейской кавалерийской дивизии. В 1875–1877 гг. — начальник этой же дивизии.

В русско-турецкой войне, командуя передовым отрядом, Гурко совершил в июле успешный переход через Балканы и освободил значительную часть Болгарии. 25 июня его части вступили в Тырново — древнюю столицу Болгарии. Заняв Тырново, генерал Гурко двинулся на Казанлык, в обход Шипкинского перевала. В сильную жару по горным тропам передовой отряд прошел за 6 дней 120 верст. Двойная атака Шипки с севера и с юга успехом не увенчалась. Тем не менее известие о подходе русских войск привело противника в такое замешательство, что заставило его покинуть свои позиции и оставить Шипку; брошена была и вся артиллерия. 8 июля 1877 г. генерал-адъютант Гурко в чине генерал-лейтенанта был награжден орденом св. Георгия 3-й степени за взятие Казанлыка и Шипки.

К середине июля против войск Радецкого и Гурко выдвинулась армия Сулеймана-паши, усиленная до 45 тысяч человек. 16 июля отряд Гурко разбил стоявшую отдельно от главных сил 13-тысячную турецкую дивизию Реуфа при 24 орудиях, однако после подхода главных вражеских сил вынужден был отойти, удержав только стратегически важный Шипкинский перевал.

В сентябре — октябре Гурко был начальником кавалерии Западного отряда, куда вошла и его дивизия. Он выдвинул план решительных действий, для выполнения которого ему были подчинены войска гвардии. 12 октября Гурко штурмовал Горный Дубняк, занятый после кровопролитного боя. Атака на Телиш вначале была отражена, но после сильного артиллерийского обстрела 16 октября он сдался. Огонь гвардейской артиллерии и по Горному Дубняку был настолько интенсивен, что если бы атака была отложена на полчаса, крепость сдалась бы без боя. 23 октября Гурко был награжден золотой саблей «за храбрость», украшенной бриллиантами, за бои у деревень Горный Дубняк и Телиш 12 и 16 октября.

26 октября Гурко представил на рассмотрение императора план, по которому необходимо было выделить из-под Плевны гвардию и двинуть ее к Софии, разбив по частям формирующуюся Софийскую турецкую армию. 10 и И ноября Гурко разгромил передовые части Мехмеда-Али у Новачина, Правда и Этрополя, однако главное командование приостановило дальнейшее продвижение вперед его отряда. В декабре отряд Гурко, доведенный до 60 тысяч человек при 318 орудиях, начал труднейший переход через Балканы, считавшиеся зимой непроходимыми. Переход длился 8 дней. Позиция турок на Орханийском перевале была взята двойным охватом. 19 декабря гвардия, атакуя по колено в снегу, сбила турок у Ташкиссена. а на следующий день — у Горного Бугарова. В этот же день большая часть Западного отряда вышла в Комарницкую долину, по ту сторону Балканских гор. 23 декабря русские войска заняли Софию.

С 3 по 5 января 1878 г. русские части под командованием Гурко разбили у Филиппополя турецкую армию Сулеймана-паши. 3 января в сильнейший мороз русские перешли реку Марицу и целый день вели бой, ожидая подхода главных сил. 4-го утром был взят Филиппополь, а к 5-му числу турки были окончательно разгромлены, потеряв 20 тысяч человек и 114 орудий — всю свою артиллерию. После этой победы войска заняли 14 января Адрианополь, а 19 января там было подписано перемирие. 22 января 1879 г. генерал от инфантерии Гурко был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за личные боевые заслуги и за целый ряд блистательных подвигов, оказанных войска ми, находившимися под его начальством, как при двукратном переходе Балканских гор в 1877 году, так и во всех последующих делах с турками».

После окончания войны Гурко был назначен помощником главнокомандующего войсками гвардии и Санкт Петербургского военного округа. В апреле 1879 г. составил и ввел инструкцию «Порядок исполнения смертных приговоров», которая применялась в конце 70-х — начале 80-х гг. В 1882–1883 гг. командовал войсками Одесского военного округа и исполнял обязанности временного одесского генерал-губернатора. В 1883–1894 гг. под командованием Гурко находились войска Варшавского военного округа, а он занимал должность варшавского генерал-губернатора. В Польше он проводил русификаторскую политику, главным образом в области народного образования. Руководил подготовкой войск и территории округа к войне с державами Тройственного союза. В обучении войск придерживался принципов суворовской школы. По инициативе Гурко было проведено усиление укреплений Иван-города, Новогеоргиевска, Брест-Литовска и Варшавы, создан Варшавский укрепленный район, линия новых укрепленных пунктов; он также уделял внимание строительству в крае стратегических дорог. Одновременно с исполнением этих обязанностей Гурко состоял с 1884 г. членом Государственного совета.

Принимая в декабре 1894 г. отставку Иосифа Владимировича, император Николай II за долгую и добросовестную службу наградил его чином генерал-фельдмаршала. Последние годы жизни он провел в своем имении. Скончался в селе Сахарове Ржевского уезда Тверской губернии.

Один из ближайших, наиболее энергичных и заслуженных сотрудников императора Александра II родился в небогатой дворянской семье. Учась в университетском пансионе в Москве, Дмитрий проявил способности к математике. Уже в 16 лет составил и издал «Руководство к съемке планов». Из пансиона поступил фейерверкером в гвардейскую артиллерию и в 1833 г. был произведен в офицеры. В 1839 г. окончил курс военной академии. Последующие пять лет служил на Кавказе и принимал участие во многих делах против горцев; в одном из боев был ранен пулей в плечо. В 1845 г. был назначен профессором военной академии на кафедре военной географии. Ему принадлежит заслуга введения в академический курс военной статистики. Милютин является автором многих трудов по военной статистике и топографии, а также классического исследования об Итальянском походе А. В. Суворова. Академия наук присудила ему полную Демидовскую премию и избрала своим членом-корреспондентом.

В 1856 г. по желанию главнокомандующего на Кавказе князя Барятинского Милютин был назначен начальником штаба Кавказской армии. В 1859 г. он участвовал в занятии аула Тандо, а затем в штурме укрепленного аула Гуниб — последнего оплота Шамиля.

В том же году Милютин получил звание генерал-адъютанта Александра II, а в 1860 г. стал товарищем военного министра. В ноябре 1861 г. состоялось его назначение на пост военного министра, который он занимал двадцать лет. Уже 15 января следующего года Дмитрий Алексеевич представил императору свой знаменитый доклад о коренном преобразовании всей военной системы России. С самого начала своей административной деятельности он показал себя решительным, убежденным и стойким сторонником обновления всей государственной системы. По его инициативе был сокращен срок военной службы с 25 до 16 лет. Влияние Милютина заметно сказалось при издании закона от 17 апреля 1863 г. об отмене жестоких уголовных наказаний. При рассмотрении судебных уставов он всецело стоял за строгое проведение основ рационального судопроизводства. Как только открыты были новые гласные суды, он счел необходимым выработать и для военного ведомства новый военно-судебный устав, введенный 15 мая 1867 г. и вполне согласованный с основными принципами судебных уставов. В 1864 г. были учреждены юнкерские училища, общее число военно-учебных заведений заметно увеличено, повышен уровень научных требований при производстве в офицеры. Изменена была и сама военная организация армии. 6 августа была введена военно-окружная система, по которой вся Российская империя разбивалась на несколько военно-территориальных единиц. Кроме других военных заведений в 1867 г. была учреждена Военно-юридическая академия. Самой важной реформой Милютина было введение всеобщей воинской повинности. Еще в 1870 г. была организована особая комиссия для разработки этого вопроса, а 1 января 1874 г. обнародован царский манифест о введении всеобщей воинской повинности. Согласно новому положению военнообязанными считались все подданные, достигшие 21 года, однако существовал целый ряд льгот по семейному положению, образованию и др.

Д. А. Милютин был активным участником русско-турецкой войны. После неудачи третьего штурма Плевны главнокомандующий великий князь Николай Николаевич предложил отступить за Дунай, однако военный министр резко выступил против, заявив, что подобный шаг нанесет огромный вред престижу России и ее армии. С Милютиным согласился Александр II, и решено было перейти к осаде Плевны. В 1877 г. генерал от инфантерии Милютин был награжден орденом св. Георгия 2-й степени «…за благоразумные и полезные советы, принятием коих достигнуты блистательные результаты, и за отличный порядок и благоустройство войск, выказанные ими в 1877 году в войне с турками на обоих театрах военных действий, и в знаменательных их подвигах, увенчавшихся покорением Плевны и пленением турецкой армии Османа-паши 28 ноября 1877 года». 19 февраля 1878 г. был заключен Сан-Стефанский мирный договор, завершивший русско-турецкую войну. Однако условия договора были пересмотрены Берлинским конгрессом, ограничившим территориальные приобретения России и ее союзников. Милютин, присутствовавший на конгрессе, ничего не смог противопоставить политике европейских держав.

30 августа 1878 г. Дмитрий Алексеевич Милютин за свои труды во время русско-турецкой войны был возведен в графское достоинство Российской империи. В начале царствования Александра III, когда происходило постепенное сворачивание реформ, вместе с Лорис-Меликовым и Абазой он вел борьбу против реакционной группировки Победоносцева. В 1881 г., вскоре после отставки Лорис-Меликова, вышел из военного министерства и Милютин. Оставаясь членом Государственного совета, почти все время он проживал в Крыму, в своем имении в Симеизе.

За свою долгую службу Д. А. Милютин удостоился многих почетных званий: он был почетным президентом Академии Генерального штаба и Военно-юридической академии, почетным членом Академии наук, Артиллерийской, Инженерной и Медико-хирургической академий, Московского и Харьковского университетов, Общества попечения о больных и раненых воинах, Русского географического общества. В 1866 г. Санкт Петербургский университет присвоил Дмитрию Алексеевичу ученое звание доктора русской истории. В 1898 г. император Николай II наградил Милютина за огромный вклад в дело реорганизации и укрепления армии чином генерал-фельдмаршала. Ему в это время шел уже девятый десяток лет, и он стал самым старым военачальником, удостоенным этого высокого звания. Кроме того, Милютин вообще последним из подданных Российской империи стал обладателем чина генерал-фельдмаршала.

Сын черногорского воеводы Мирко Петровича Николай получил образование в Триесте и Париже. В 1860 г., после смерти дяди, князя Данилы Негоша, он занял княжеский престол Черногории, а спустя полвека провозгласил себя королем.

В связи с восстанием в Герцеговине в 1862 г. против Турции Негош начал войну с последней, окончившуюся разгромом Черногории. Ее столица Цетинье была взята, и Негошу пришлось подписать тяжелые условия мирного договора, однако, опираясь на заступничество европейских держав и в особенности России, он сумел со временем освободиться от принятых обязательств.

В 1876 г. Негош возглавил сербские и черногорские войска в новой войне с Турцией, начатой за возвращение Боснии и Герцеговины. Боевые действия для Сербии и Черногории были неудачны, и Сербия вынуждена была заключить с Турцией перемирие. Черногория же от договоренностей с Турцией отказалась к в начавшейся в следующем году русско-турецкой войне выступила на стороне России. Николай Негош лично командовал своими войсками и за отличия в войне получил от России 12 апреля 1877 г. орден св. Георгия 3-й степени «…за отличную храбрость и мужество, оказанные в борьбе с турками», а в январе 1878 г. был награжден орденом св. Георгия 2-й степени за участие в русско-турецкой войне. По окончании войны Сан-Стефанским мирным договором Турция признала полную независимость Черногории, а Берлинский конгресс подтвердил это своими статьями.

Во внешней политике Николай Негош главным образом ориентировался на тесное сближение с Россией. Недаром император Александр III при посещении Негошем России в 1889 г. произнес знаменательный тост «за единственного искреннего друга России». С другой стороны, после Берлинского трактата политика князя по отношению к Турции изменилась: он начал добиваться мирных отношений с ней и в 1883 г. даже посетил Константинополь, что до него не решался сделать ни один правитель Черногории. В августе 1910 г. Черногория была провозглашена королевством, и в этом же году император Николай II присвоил Николаю Негошу чин генерал-фельдмаршала России.

В правление Негоша Черногория 9 октября 1912 г. вновь начала войну против Турции, а спустя несколько дней в нее вступили Болгария, Сербия и Греция. Эта война вошла в историю под названием первой Балканской войны и завершилась победой союзников. В следующем же году участники Балканского союза вместе с Румынией выступили против притязаний Болгарии на их территории. В короткий срок Болгария была разгромлена и подписала условия мира. Все эти локальные воины явились предвестницами первой мировой войны, в которой Черногория выступила на стороне Антанты, куда входила и Россия, ее постоянный партнер в политических и международных делах. В конце войны монархия Негошей в Черногории прекратила свое существование. Осенью 1918 г. Народная скупщина в Подгорице провозгласила объединение Черногории с Сербией под эгидой династии Карагеоргиевичей.

С 1860 г. Николай Негош был женат на Милене, дочери черногорского воеводы Петра Вукотича, и имел двенадцать детей. Из его многочисленного потомства две дочери, Стана (Анастасия) и Милица, стали супругами великих князей Николая и Петра Николаевичей Романовых, двоюродных дядей императора Николая II, что еще больше скрепило союз России и Черногории.

Будущий король Румынии и русский генерал-фельдмаршал принц Карл принадлежал к боковой (швабской) ветви владетельного германского рода Гогенцоллернов, являясь вторым сыном князя Карла-Антона-Иоахима-Зеферина (1811–1895), который еще в 1849 г. уступил свое княжество королю Пруссии Фридриху-Вильгельму IV.

Когда из Румынии в 1866 г. был изгнан правивший там в течение нескольких лет князь Александру Ион Куза и в правящей верхушке страны стал рассматриваться вопрос о приглашении на румынский престол иностранного принца, одним из претендентов оказался и принц Карл. Его кандидатура была утверждена плебисцитом 22 апреля 1866 г.

До этого момента Карл ничем не выделялся из общей массы немецких принцев и герцогов. Как и подобает представителю знатного рода, принц избрал военную карьеру и служил в прусской армии, хотя одно время и посещал лекции в Боннском университете. В 1861 г. он участвовал в датско-прусской войне. Когда представитель Румынии Ион Брэтиану предложил Карлу княжескую корону, принц служил в Кобленце в 1-м гвардейском драгунском полку в чине капитана и имел репутацию образцового офицера.

По совету министра-президента Пруссии Отто фон Бисмарка, молодой принц согласился занять румынский престол. Его избрание было враждебно встречено Россией, Австрией и Турцией, которые не хотели усиления германского влияния на Балканах. В то время отношения с Австрией у Пруссии были настолько натянутыми, что принц был вынужден добираться в Румынию с подложным паспортом и кружным путем. Тем не менее 10 мая 1866 г. Карл въехал в Бухарест, и этот день стал днем основания династии румынских Гогенцоллернов. Ему было 27 лет.

Первые годы правления Карла были нелегки. Молодой монарх постоянно чувствовал враждебность потомков старинных боярских фамилий, которые не могли простить ему иностранного происхождения и бедности. Переломной вехой в жизни Карла стала русско-турецкая война 1877 1878 гг. Румыния предоставила русской армии право прохода по своей территории к границам Турции, а русский император Александр II гарантировал неприкосновенность румынских границ. Подписав конвенцию с Россией о пропуске русских войск к Дунаю, Карл затем соединил свою армию, которую сам и возглавил, с русской и принял непосредственное участие в войне.

Еще в самом начале войны 22 мая 1877 г. Карл объявил Румынию независимым княжеством, а в середине августа принял командование над русско-румынскими войсками под Плевной. 5 сентября 1877 г. владетельный князь Румынии был награжден орденом св. Георгия 3-й степени «…в ознаменование отличных подвигов, оказанных в войну с турками». 29 ноября этого же года он был удостоен ордена св. Георгия 2-й степени «…за овладение твердынями Плевны и пленение армии Османа-паши 28 ноября 1877 года». Александр II наградил также румынского князя высшим орденом Российской империи — орденом св. Андрея Первозванного.

19 февраля 1878 г. после победы над Турцией в местечке Сан-Стефано, расположенном всего в 12 километрах от турецкой столицы, был подписан мирный договор, по которому Турция признавала независимость Румынии. Румыния получала также северную часть Добруджи. Состоявшийся в следующем году Берлинский конгресс в своем заключительном документе Берлинском трактате — подтвердил независимость румынского княжества. 22 марта 1881 г. Карл провозгласил Румынию королевством, а себя — королем под именем Карла I.

В 1883 г. Румыния заключила секретный союз с Австро-Венгрией и Германией, противоречащий интересам страны, однако с 1911 г. начались попытки Кар ла I вновь сблизиться с Российской империей, на что Россия дала свое согласие. В сентябре 1912 г. император Николай II пожаловал Карлу звание генерал-фельдмаршала русской службы.

Во время войны балканских держав с Турцией в 1912–1913 гг. Карл сохранял выжидательную позицию, но в войне Сербии, Черногории и Греции с Болгарией в 1913 г. присоединился к союзникам и на мирном конгрессе в Бухаресте добился для Румынии значительных территориальных приобретений.

Сближение с Россией продолжалось и в последующие годы. В мае 1914 г. Николай II посетил Карла I в Констанце. Критический момент для румынской монархии наступил с началом первой мировой войны. Принадлежность короля к немецким корням побуждала его присоединиться к Германии, однако общественность страны, желавшая возвращения Трансильвании, была на стороне Антанты. Кайзер Вильгельм II направил королю Румынии телеграмму, призывавшую его «выполнить долг Гогенцоллерна». Разрываемый противоречивыми чувствами, Карл решил отречься от престола, но, прежде чем он успел это сделать, 10 октября 1914 г. скоропостижно скончался.

С 1869 г. Карл был женат на Паулине-Елизавете-Одилии-Луизе Видской (1843–1916), пережившей супруга всего на два года. Их единственная дочь умерла в младенчестве, и престол Румынии перешел к племяннику Карла I, сыну его старшего брата Фердинанду I.

В историю Российской империи Карл I вошел как последний обладатель чина русского генерал-фельдмаршала.

С началом в России петровских реформ изменилась не только чиновная иерархия, полностью исправленная царем на европейский лад, но и вся наградная система государства. Если ранее за отличие в службе можно было получить кафтан или шапку с «царского плеча» или же золотую деньгу, то в самом конце XVII в. в России появились ордена, вернее, сначала один — орден святого апостола Андрея Первозванного. На рубеже двух веков русское государство шаг за шагом начинает пробиваться в один ряд с европейскими странами, пытаясь не только занять среди них свое место, но и войти в число великих держав. Неудивительно, что, изменив чиновную иерархию и введя в России общеевропейские понятия чинов, Петр I учредил и первый российский орден, опять-таки переняв уже достаточно богатый опыт Европы. Знаменательно, что первый андреевский кавалер — Ф. А. Головин, получивший свою награду 8 марта 1699 г., в день учреждения ордена, стал и первым российским гене-рал-фельдмаршалом, удостоившись этого чина в следующем, 1700 г.

Среди 38 андреевских кавалеров петровского времени были и лица, обладавшие фельдмаршальским чином. В 1702 г. за сражение при Эрестфере ордена был удостоен Б. П. Шереметев, уже имевший звание генерал-фельдмаршала. Вместе с Петром I орденские знаки в мае 1703 г. получил и поручик бомбардирской роты А. Д. Меншиков за взятие нескольких шведских военных судов в устье Невы. Позднее, в 1709 г., за Полтавскую баталию он был награжден чином генерал-фельдмаршала. За это же сражение кавалером ордена стал и князь А. И. Репнин, произведенный в фельдмаршалы Петром I в 1724 г. В царствование Петра и немногим позднее орден св. Андрея Первозванного могли получить лица начиная с генерал-майорского чина, хотя его обладатель сразу же становился в один ряд с чинами III класса Табели о рангах, что соответствовало более высокому чину. В генерал-майорском ранге кавалером этого ордена стал и будущий фельдмаршал князь М. М. Голицын. В дальнейшем этой высокой награды удостаивались люди, стоявшие обычно не ниже III класса в чиновной иерархии, а в большинстве случаев полные генералы, что соответствовало II классу. С другой стороны, награждение орденом св. Андрея Первозванного практически всегда предшествовало получению генерал-фельдмаршальского чина, хотя и из этого правила были исключения. Князь П. Ю. Трубецкой, получивший 25 февраля 1728 г. от императора Петра II фельдмаршальский чин, стал андреевским кавалером лишь с восшествием на престол Анны Иоанновны, в 1730 г.

В дальнейшем, на протяжении XVIII и XIX вв., практически все русские и большинство иностранных обладателей российского фельдмаршальского звания имели среди других наград и орден св. апостола Андрея. Часто награждения происходили в дни восшествия на престол или коронации русских императоров: 25 апреля 1742 г., в день коронации императрицы Елизаветы Петровны, кавалером ордена стал А. Г. Разумовский (генерал-фельдмаршал с 1756 г.); Екатерина II в день коронационных торжеств 22 сентября 1762 г. наградила З. Г. Чернышева и А. М. Голицына; такая практика продолжалась и в XIX в.

Высший российский орден давался и за конкретные подвиги. Так, 9 ноября 1787 г. им был награжден А. В. Суворов за разгром турецкого десанта на Кинбурнской косе. Пересылая Суворову знаки ордена, Потемкин 24 ноября писал: «За Богом молитва, а за государем служба не пропадает. Поздравляю вас, мой друг сердешный, в числе Андреевских кавалеров…»

Получило распространение, особенно со второй половины XVIII в., награждение алмазными знаками к ордену св. Андрея Первозванного. Это стало считаться как бы отдельной, более высокой наградой. Скажем, фельдмаршал Б. X. Миних в 1731 г. был пожалован в андреевские кавалеры, а в 1740 г. получил бриллиантовые знаки ордена. От Петра III удостоился ордена П. А. Румянцев, а спустя 15 лет, 10 июля 1775 г., в дни празднования мира с Турцией был награжден Екатериной II бриллиантами к андреевскому ордену. Среди таких награжденных можно назвать и князя Н. В. Репнина, получившего эти отличия соответственно в 1779 и 1784 гг. и др.

Вторым по времени учреждения в России стал орден св. Александра Невского, задуманного еще Петром I для награждения высшего генералитета, однако первые награждения состоялись уже после кончины императора. Поводом для этого послужило бракосочетание дочери Петра цесаревны Анны с герцогом Шлезвиг-Голштинским Карлом-Фридрихом 21 мая 1725 п. В этот день было награждено 18 человек. 30 августа 1725 г., в день св. Александра Невского, Екатерина I удостоила ордена 21 человека, в том числе генерал-фельдмаршалов А. Д. Меншикова, М. М. Голицына и А. И. Репнина, генерал-фельдцейхмейстера Я. В. Брюса, получившего в следующем году фельдмаршальский чин. В-числе первых награжденных был и будущий фельдмаршал П. П. Ласси, носивший в тот момент звание генерал-поручика.

До введения в российскую наградную систему Екатериной II орденов св. Георгия и св. Владимира ордена Андрея Первозванного и Александра Невского на протяжении нескольких десятков лет оставались единственными орденскими наградами империи. В первой половине XVIII в. военачальники награждались сначала орденом Александра Невского, а затем — Андрея Первозванного. Некоторые русские фельдмаршалы еще в молодые годы становились александровскими кавалерами. 1 января 1728 г. орденом был награжден А. Б. Бутурлин, когда ему шел 24-й год, 29 июня 1746 г. его удостоился К. Г. Разумовский на 19-м году жизни. Иногда представители высшего генералитета и чиновничества награждались обоими орденами одновременно, среди них и обладатели чина генерал-фельдмаршала. В 1730 г. кавалером обоих орденов одновременно стал И. Ю. Трубецкой, в 1742-м — А. Г. Разумовский, в 1744-м — принц Георг Голштинский, в 1776-м — И. Г. Чернышев «за многие труды в приведении флота в доброе состояние». В разные годы были удостоены ордена св. Александра Невского П. А. Румянцев в чине генерал-поручика за отличие в сражении при Кунерсдорфе в 1759 г., А. В. Суворов в чине генерал-майора за победу при деревне Столовичи в войне против польских конфедератов в 1771 г., П. X. Витгенштейн в чине генерал-лейтенанта за сражение у Клястиц и Полоцка в Отечественной войне 1812 г. и др. В списках награжденных орденом св. Александра Невского Г. А. Потемкин, Н. И. Салтыков, А. А. Прозоровский, М. И. Голенищев-Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, Ф. В. Остен-Сакен, И. И. Дибич, И. Ф. Паскевич и многие другие. Начиная с 1797 г. кавалеры ордена св. Андрея Первозванного становились одновременно и обладателями орденов св. Александра Невского и св. Анны, и поэтому генерал-фельдмаршалы, андреевские кавалеры автоматически становились и александровскими кавалерами. К ордену Александра Невского также полагались бриллиантовые знаки как более высокая степень отличия. Самым известным из таких награжденных стал, пожалуй, Г. А. Потемкин.

В 1735 г. герцог Шлезвиг-Голштинский Карл-Фридрих, в честь скончавшейся в 1728 г. супруги, дочери императора Петра I, учредил орден св. Анны. Когда в 1742 г. его сын Карл-Петр-Ульрих был провозглашен наследником российского престола, вместе с ним в России появился и орден. Среди первых российских его кавалеров трое в разные годы получили фельдмаршальский чин — А. Г. Разумовский, братья Александр и Петр Шуваловы. Петр III пожаловал орденом св. Анны и П. А. Румянцева. Екатерина II в 1767 г. от имени наследника великого князя Павла Петровича отказалась от прав на голштинское герцогство, однако награждение орденом в России продолжалось. 30 сентября 1770 г. за победу при деревне Орехово орденом св. Анны был награжден генерал-майор А. В. Суворов, и эта награда стала первой в череде наград будущего российского генералиссимуса. С восшествием на престол императора Павла I орден св. Анны окончательно вошел в состав российских орденов. Его первой степени в разное время были удостоены такие известные военачальники, как П. X. Витгенштейн, Ф. В. Остен-Сакен, И. И. Дибич и др., а И. Ф. Паскевич был награжден и самим орденом, и бриллиантовыми знаками к нему.

26 ноября 1769 г. императрица Екатерина II учредила чисто военный орден св. Георгия Победоносца, ставший на долгие годы самой высокой и редкой наградой. Уже в следующем году начались первые награждения новым орденом. 27 июля 1770 г. за блестящую победу при Кагуле генерал-фельдмаршал и выдающийся полководец П. А. Румянцев был отмечен 1-й степенью ордена. За это же сражение Н. В. Репнин получил 2-ю степень ордена, а еще несколько боевых генералов в этот же год стали обладателями его 3-й степени; среди них Г. А. Потемкин, М. Ф. Каменский, А. А. Прозоровский, И. В. Гудович.

За все время существования ордена его 1-й степенью было награждено всего 25 человек, и 13 из них носили фельдмаршальское звание. Кроме П. А. Румянцева, получившего орден за победу при Кагуле в 1770 г., его удостоились Г. А. Потемкин-Таврический за Очаков (1788), А. В. Суворов за поражение турецкой армии при Рымнике (1789), Н. В. Репнин за победу над турками при Мачине (1791), М. И. Голенищев-Кутузов за изгнание неприятеля из пределов России (1812), М. Б. Барклай-де-Толли за сражение при Кульме (1813), герцог А. У. Веллингтон за успешные действия против французов (1814), И. Ф. Паскевич за взятие Эрзерума (1829), И. И. Дибич за взятие Силистрии и переход через Балканы (1829), австрийский фельдмаршал И. Радецкий за взятие Милана (1848), австрийский эрцгерцог Альбрехт за войну против Франции (1870), великий князь Михаил Николаевич за победу над турецкой армией Мухтара-паши (1877) и великий князь Николай Николаевич за овладение Плевной и пленение армии Мухтара-паши (1877).

За всю историю ордена полных его кавалеров было всего четверо: генерал-фельдмаршалы М. И. Голенищев-Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, И. Ф. Паскевич-Эриванский и И. И. Дибич-Забалканский. Великий русский полководец А. В. Суворов был награжден тремя высшими степенями ордена, а еще семеро военачальников, носивших фельдмаршальское звание, имели по три его степени. Среди них Г. А. Потемкин, П. X. Витгенштейн, М. С. Воронцов, А. И. Барятинский и др.

Из 125 обладателей 2-й степени ордена св. Георгия высший военный чин носило 23 человека, в том числе И. П. Салтыков, М. Ф. Каменский, Ф. В. Остен-Сакен, М. С. Воронцов, Д. А. Милютин, И. В. Гурко и др. Имели его и иностранцы, обладавшие чином русского генерал-фельдмаршала: прусский кронпринц Фридрих-Вильгельм, прусский фельдмаршал фон Мольтке, король Румынии Кароль I и король Черногории Николай I Негош. 3-й степенью ордена св. Георгия были награждены И. К. Эльмпт в 1771 г. за участие в покорении Крыма армией князя Долгорукова и П. М. Волконский в 1806 г. за отличие в сражении под Аустерлицем.

22 сентября 1782 г. в честь двадцатилетия царствования Екатерины II был учрежден орден святого равноапостольного князя Владимира, разделенный, так же как и орден св. Георгия, на четыре степени. В день учреждения ордена его первой степенью было награждено 10 человек, в том числе П. А. Румянцев, Г. А. Потемкин, З. Г. Чернышев, II. Г. Чернышев, Н. В. Репнин, А. М. Голицын. Кавалерами 1-й степени ордена св. Владимира были А. В. Суворов, А. А. Прозоровский, И. В. Гудович, П. X. Витгенштейн и др. Генерал-фельдмаршал И. Ф. Паскевич стал полным кавалером владимирского ордена. Интересно, что первым в армии кавалером ордена св. Владимира 4-й степени стал капитан М. Б. Барклай-де-Толли, награжденный в декабре 1788 г. за отличие при штурме Очакова, став в целом вторым обладателем 4-й степени ордена после капитан-лейтенанта Д. Н. Сенявина.

В ноябре 1831 г. император Николай I к российским орденам причислил ордена Царства Польского Белого Орла и св. Станислава, но подданные России и раньше становились кавалерами этих польских наград. В ходе Северной войны союзник России курфюрст Саксонии и король Польши Август II награждал многих русских военачальников, отличившихся в сражениях против шведского короля Карла XII. В 1703 г. орден Белого Орла получил князь А. И. Репнин, в 1705 г. — A. Д. Меншиков и т. д. Традиция награждения орденом Белого Орла продолжалась и позднее. Его имели B. В. Долгоруков, Я. В. Брюс, Б. X. Миних, П. П. Ласси, братья Разумовские, С. Ф. Апраксин, А. П. Бестужев-Рюмин и многие другие. Г. А. Потемкин, А. В. Суворов, Н. И. Репнин и некоторые другие были удостоены и ордена Белого Орла, и учрежденного в 1765 г. польским королем Станиславом-Августом Понятовским ордена св. Станислава. В XIX в. кавалеры ордена св. Андрея Первозванного становились одновременно кавалерами ордена Белого Орла и 1-й степени ордена св. Станислава.

В царствование императора Павла I, принявшего 29 ноября 1798 г. титул Великого магистра Мальтийского ордена, производились награждения орденом св. Иоанна Иерусалимского, или Мальтийским крестом. Однако еще задолго до этого, 9 мая 1698 г., первым мальтийским рыцарем и кавалером Мальтийского ордена в России стал Б. П. Шереметев. Гроссмейстер ордена в знак расположения к России возложил на ее посла знаки ордена св. Иоанна Иерусалимского с алмазами. Кстати сказать, Шереметев был и первым из русских подданных, награжденных орденом иностранного государства. 13 февраля 1799 г. орден св. Иоанна Иерусалимского получил А. В. Суворов, и в том же году его обладателем стал Н. И. Салтыков. Средн награжденных Павлом I в 1799 г. был и М. И. Голенищев-Кутузов. С восшествием на престол Александра I награждение Мальтийским орденом прекратилось, однако его кавалеры по-прежнему сохраняли право ношения ордена.

В ноябре 1831 г. Николай I распорядился выдать знаки польского ордена Виртути милитари (военные заслуги), разделенного на пять степеней, всем участникам подавления Польского восстания. Главнокомандующий русской армией И. Ф. Паскевич получил 1-ю степень этого ордена. Награждение различными степенями ордена продолжалось еще непродолжительное время, а затем было прекращено.

Одной из высоких и редких наград на протяжении многих лет считалось наградное оружие, которое было учреждено еще Петром I. Такой награды был удостоен главнокомандующий войсками в Финляндии князь М. М. Голицын за победу, одержанную над шведским флотом при острове Гренгаме 27 июня 1720 г. После завершения войны с Турцией 1735–1739 гг. шпагами с бриллиантами были награждены командующий войсками в Крыму и Бессарабии фельдмаршал Б. X. Миних и командующий Донской армией фельдмаршал П. П. Ласси.

За отличие в русско-шведской войне П. С. Салтыков в 1744 г. был награжден шпагой с бриллиантами, а спустя 18 лет, в 1762 г., за участие в Семилетием воине Екатерина II удостоила генерал-фельдмаршала Салтыкова такой же награды.

10 июля 1775 г., в дни празднования Кючук-Кайнарджийского мира, завершившего русско-турецкую войну, 11 самых выдающихся военачальников были отмечены шпагами, украшенными алмазами; среди них А. М. Голицын, П. А. Румянцев, Г. А. Потемкин, А. В. Суворов, А. А. Прозоровский. Каждое получение шпаги отмечалось особым рескриптом на имя награжденного. В 1789 г. Суворов за свои победы у Фокшан и на реке Рымник в числе других наград повторно был отмечен шпагой, украшенной алмазами, с надписью «Победителю визиря».

В годы наполеоновских войн еще несколько выдающихся военачальников были отмечены наградным оружием с бриллиантами. Увеличилось и число офицеров, награжденных золотыми шпагами и саблями «за храбрость». М. И. Кутузов 16 октября 1812 г. получил золотую шпагу с алмазами и дополнительные украшения в виде изумрудных лавровых венков. Эта награда была ему дана за Тарутинское сражение 6 октября 1812 г. В грамоте, полученной Кутузовым по случаю его награждения золотой шпагой, говорилось: «Сей воинственный знак, достойно вами стяжанный, да предшествует славе, какою по искоренении всеобщего врага увенчает вас отечество и Европа».

В 1814 г. за сражение при Бриенне М. Б. Барклай-де-Толли получил золотую шпагу с алмазными лаврами и надписью «За 20 января 1814 года». За время войн с Наполеоном П. X. Витгенштейн дважды награждался золотым оружием: в 1808 г. в чине генерал-майора и в 1812 г. полным генералом — шпагой, украшенной лаврами и алмазами, с надписью «За храбрость». Некоторые будущие военачальники награждались золотым оружием, еще будучи в офицерских чинах. Такой награды были удостоены И. И. Дибич, И. Ф. Паскевич, И. В. Гурко, причем последний был награжден 23 октября 1877 г. золотым оружием за бои у Горного Дубняка саблей с георгиевским темляком. Нередко награждали русских военачальников оружием и главы других государств. Те же Дибич и Паскевич были удостоены золотых с бриллиантами шпаг от короля Пруссии во время заграничных походов русской армии в 1813–1814 гг., генерал-фельдмаршал Барклай-де-Толли удостоился такой награды от правительства Англии.

Существовала в России и еще одна награда — портрет государя для ношения на груди. Такие пожалования впервые были введены еще Петром I и просуществовали вплоть до 1917 г. Они были чрезвычайно редки и представляли собой знаки личного расположения императора к награжденному. Среди обладателей этой награды были М. М. Голицын, А. П. Бестужев-Рюмин, Г. А. Потемкин, А. В. Суворов, Ф. В. Остен-Сакен и др. Русские подданные получали наградные портреты и от иностранных государей. Фельдмаршал Ласси имел такую награду от австрийского императора Карла VI, а Суворов от Франца I.

Кроме вышеперечисленных наград в России практиковалось и награждение отличившихся лиц деньгами, поместьями, арендами, дорогими подарками. Екатерина II любила награждать драгоценными табакерка ми. Вот, например, список наград, полученных фельдмаршалом П. А. Румянцевым 10 июля 1775 г. в дни празднования мира с Турцией: шпага с алмазами, лавровый венок с драгоценными камнями, фельдмаршальский жезл, украшенный бриллиантами, медаль с его изображением, серебряный сервиз, сто тысяч рублей и картины из личной галереи императрицы. А. В. Суворов за победу при Рымнике был удостоен кроме других наград золотой медали, бриллиантового эполета и перстня.

Были и совсем уникальные случаи, когда все тот же Суворов получил в награду несколько захваченных у неприятеля пушек. Такое же награждение повторилось уже в XIX в., когда фельдмаршал И. И. Дибич получил в качестве награды шесть захваченных неприятельских орудий.

В России была широко распространена практика награждения русских подданных иностранными орденами, на что, правда, требовалось разрешение самого монарха. Первые такие пожалования состоялись еще в период Северной войны, в 1712 г., когда король Дании Фредерик IV наградил орденом Слона князя А. И. Репнина. Этой редкой в России наградой впоследствии обладало всего несколько человек, среди них — князь В. В. Долгоруков и Г. А. Потемкин.

Широкое распространение получили в России и награды Австрии. Многие военачальники имели на своем мундире военный орден Марии-Терезии, а такие полководцы, как А. В. Суворов, М. И. Голенищев-Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, Ф. В. Остен-Сакен и др., имели командорскую степень этого ордена. В XIX в. получило распространение и награждение русских военных австрийским орденом Леопольда. И. И. Дибич имел его 1-ю степень.

Не менее распространенными среди высшего российского генералитета были и награды Прусского королевства. Орден Черного Орла имели многие из них, а первым его кавалером в России стал А. Д. Меншиков. Среди удостоенных этого ордена 3. Г. Чернышев, Г. А. Потемкин, А. В. Суворов, Н. И. Репнин, П. X. Витгенштейн, Ф. В. Остен-Сакен и др. Двоюродный дядя императора Петра III герцог Георг Голштинский стал его кавалером, находясь на службе у прусского короля в чине генерал-майора. Немало награждений было произведено и прусским орденом Красного Орла, причем некоторые из русских гене-рал-фельдмаршалов стали кавалерами обоих прусских орденов. Среди них Суворов, Барклай-де-Толли, Дибич, Паскевич и др.

Гораздо реже происходили награждения орденами других государств. Французские награды имели лишь единицы военачальников. А. В. Суворов и Н. И. Салтыков были кавалерами ордена Кармель-ской богоматери и св. Лазаря. После отречения Наполеона и восстановления во Франции королевской власти генерал-фельдмаршал М. Б. Барклай-де-Толли стал обладателем ордена Почетного легиона 1-й степени, сохраненного Людовиком XVIII, и военного ордена св. Людовика, в девизе которого говорилось: «Награда воинскому мужеству». Кроме этих наград Барклай-де-Толли имел две степени ордена Меча (Швеция), орден Бани 1-й степени (Англия), орден Вильгельма I (Нидерланды), военный орден св. Генриха (Саксония) и др. Обладателем редких наград был и А. В. Суворов, имевший орден св. Михаила (Бавария), ордена св. Лазаря и Маврикия (Сардиния) и др. Курфюрст Баварии Максимилиан-Иосиф прислал Суворову орден св. Губерта. Генерал-фельдмаршал И. Ф. Паскевич стал единственным в России обладателем ордена Белого Сокола 1-й степени, пожалованного ему особым рескриптом герцогом Саксен-Веймарским.

Начиная с первых десятилетий XIX в. количество награждений во многих странах увеличилось. Не стала исключением и Россия. Особо массовый характер приобрело награждение медалями, которые давались не за какой-либо конкретный подвиг или отличие, а просто за участие в той или иной военной кампании. На фельдмаршальских портретах XIX в. видны медали за Отечественную войну 1812 г., за турецкую войну 1828–1829 гг., за Крымскую войну 1853–1856 гг. и др. Нередко массовый характер носило и награждение иностранными монархами русских подданных. Хорошо известен Кульмский крест, полученный всеми участниками этого сражения в 1813 г., или румынский крест за переход через Дунай в 1877 г., который с гордостью носили русские генерал-фельдмаршалы Д. А. Милютин, И. В. Гурко, великие князья Михаил и Николай Николаевичи.

В целом история российских наград — это история государства, которое на протяжении двух столетий вело непрерывные войны. Кавалеры орденов любой степени и достоинства окружались почетом, а обладатели некоторых из них — поклонением и вековой народной памятью.

Ф. А. Головин…………………………………………….. 1700

Герцог К.-Е. Кроа-де-Круи………………………. 1700

Б. П. Шереметев……………………………………….. 1701

А. Д. Меншиков…………………………………………. 1709

A. И. Репнин……………………………………………… 1724

Императрица Екатерина I

М. М. Голицын………………………………………….. 1725

Я.-К. Сапега……………………………………………….. 1726

Я. В. Брюс…………………………………………………. 1726

Император Петр II

B. В. Долгоруков………………………………………. 1728

И. Ю. Трубецкой………………………………………. 1728

Императрица Анна Иоанновна

Б.-Х. Миних……………………………………………….. 1732

П. П. Ласси………………………………………………… 1736

Императрица Елизавета Петровна

Принц Л.-И.-В. Гессен-Гомбургский………. 1742

C. Ф. Апраксин………………………………………….. 1756

А. Б. Бутурлин………………………………………….. 1756

А. Г. Разумовский…………………………………….. 1756

Н. Ю. Трубецкой………………………………………. 1756

П. С. Салтыков………………………………………….. 1759

Император Петр III

А. И. Шувалов……………………………………………. 1761

П. И. Шувалов…………………………………………… 1761

Герцог К.-Л. Голштейн-Бекский……………… 1761

Принц П.-А.-Ф. Голштейн-Бекский……….. 1762

Принц Г.-Л. Шлезвиг-Голштинский……….. 1762

Императрица Екатерина II

А. П. Бестужев-Рюмин……………………………… 1762

К. Г. Разумовский……………………………………… 1764

А. М. Голицын……………………………………………. 1769

П. А. Румянцев………………………………………….. 1770

З. Г. Черныш ев………………………………………….. 1773

Ландграф Людвиг IX

Гессен-Дармштадтский……………………………… 1774

Г. А. Потемкин…………………………………………… 1784

A. В. Суворов…………………………………………….. 1794

Император Павел I

И. И. Салтыков…………………………………………. 1796

И. В. Репнин……………………………………………… 1796

И. Г. Чернышев…………………………………………. 1796

И. П. Салтыков………………………………………….. 1796

М. Ф. Каменский………………………………………. 1797

B. П. Мусин-Пушкин………………………………… 1797

И. К. Эльмпт……………………………………………… 1797

Герцог В.-Ф. де Брольи…………………………… 1797

Император Александр I

И. В. Гудович…………………………………………….. 1807

А. А. Прозоровский…………………………………… 1807

М. И. Голенищев-Кутузов……………………….. 1812

М. Б. Барклай-де-Толли…………………………… 1814

Герцог А. У. Веллингтон………………………….. 1818

Император Николай I

П. X. Витгенштейн……………………………………. 1826

Ф. В. Остен-Сакен……………………………………. 1826

И. И. Дибич……………………………………………….. 1829

И. Ф. Паскевич………………………………………….. 1829

Эрцгерцог Иоанн Австрийский………………… 1837

И. Радецкий………………………………………………… 1849

П. М. Волконский……………………………………… 1850

Император Александр II

М. С. Воронцов………………………………………….. 1856

А. И. Барятинский……………………………………. 1859

Ф. Ф. Берг………………………………………………….. 1865

Эрцгерцог Альбрехт Австрийский………….. 1872

Кронпринц Фридрих-Вильгельм

Прусский……………………………………………………. 1872

Х.-К.-Б. Мольтке………………………………………. 1872

Великий князь Михаил Николаевич………. 1878

Великий князь Николай Николаевич…….. 1878

Император Николай II

И. В. Гурко………………………………………………… 1894

Д. А. Милютин………………………………………….. 1898

Король Черногории Николай I………………… 1910

Король Румынии Карл I…………………………..1912

Балязин В. Н. Московские градоначальники. М., 1997.

Бантыш Каменский Д. Н. Биографии российских генералиссимусов и генерал-фельдмаршалов: В 4 частях. СПб, 1840 (репринт 1990).

БСЭ: В 30 т. М., 1970–1978.

Брагин М. Г. Кутузов. Москва; Екатеринбург, 1995.

Брокгауз — Ефрон. Энциклопедический словарь: В 86 т. СПб, 1990–1993 (репринт 1890).

Буганов В. И., Буганов А. В. Полководцы XVIII века. М., 1992.

Валишевский К. Дочь Петра Великого. Кишинев, 1990.

Военно-исторический журнал. 1990. № 1–7.

Военный энциклопедический словарь. М., 1986.

Все монархи мира. Западная Европа: Энцикл. М., 1999.

Все монархи мира. Россия: Энцикл. М., 1999.

Георгиевские кавалеры / Сост. А. В. Шишов. Т. 1. М., 1993.

Гребельский П. X., Мирвис А. Б. Дом Романовых. СПб, 1992.

Григорьев С. Суворов. М.; Л., 1944.

Дворянские этюды России / Рук. авт. коллект. П. X. Гребельский. Т. 1. СПб, 1993; Т. 2. СПб, 1995.

Дуров В. А. Ордена России. М., 1993.

Дюпюи Р. Э., Дюпюи Т. Н. Всемирная история войн: В 4 т. Т. 2, 3. М.; СПб., 1997 1998.

Егоршин В. А. Генералиссимусы. М., 1994.

Заозерский А. И. Фельдмаршал Б. П. Шереметев. М., 1989.

Знаменитые россияне XVIII–XIX веков: Биографии и портреты. СПб., 1995.

Кавалеры императорского военного ордена святого великомученника и победоносца Георгия I и II степеней / Авт. — сост. Ф. А. Талберг, II. И. Подгорная. Рига, 1993.

Керсновский А. А. История русской армии: В 4 т. Т. 1, 2. М., 1992–1993.

Кривицкий А. Ю. Ежедневные заботы. М., 1983.

Кутузов М. И. Письма, записки / Сост. Н. И. Рязанова. М., 1989.

Михайлов О. Н. Суворов. М., 1980.

Монархи Европы: судьбы династий / Ред. — сост. Н. В. Попов. М., 1996.

V Отечественная история с древнейших времен до 1917 года: Энцикл. Т. 1. М., 1994.

Павленко Н. И. Александр Данилович Меншиков. М., 1983.

Полководцы, военачальники и военные деятели России в «Военной энциклопедии» И. Д. Сытина / Авг. — сост. В. М. Лурье, В. В. Ященко. Т. 1–3. СПб, 1995–1997.

Разин Е. А., Строков А. А. История военного искусства: В 5 т. Т. 4. СПб, 1994.

Резько И. В. История войн и конфликтов: В 2 т. Минск, 1997.

Российская и мировая история в таблицах / Авт. — сост. В. М. Лурье. СПб, 1995.

Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Т. 7 — 15. М., 1991–1995.

Спасский И. Г. Иностранные и русские ордена до 1917 года. СПб, 1993.

Суворов А. В. Письма / Изд. подг. В. С. Лопатин. М., 1987.

Урланис В. Ц. История военных потерь. СПб, 1994.

Хароотл Т. Битвы мировой истории: Словарь. М., 1993.

Чубинский В. В. Бисмарк: Политическая биография. М., 1988.

Шепелев Л. Е. Титулы, мундиры, ордена. Л., 1991.

Шефов Н. л. Самые знаменитые войны и битвы России. М., 1999.

Шидлинг А., Циглер В. Кайзеры. Ростов н/Д, 1997.