«Человек, который сообщает плохие новости»
Килан Патрик Берк
Перевод: Грициан Андреев, 2022
Сборник: Best New Zombie Tales (Vol. 1) Аннотация: В одно прекрасное утро к Сэму стучится незнакомец и сообщает о том, что он умер...
Бесплатные переводы на сайтеhttp://extremereading.ru/ и в группах
https://vk.com/extremereading и https://vk.com/club149945915
***
- Сэмюэль! Открой дверь! - кричит Линда, и Сэм со стоном поднимается с кресла.
Самые простые движения в эти дни начинают казаться ему слишком тяжелой
работой, и он жаждет покоя или хотя бы места, где он сможет его получить.
Он открывает дверь и окидывает подозрительным взглядом хорошо одетого
незнакомца, стоящего на крыльце. В этом районе, да еще с учетом растущих
финансовых проблем Сэма, человек в костюме может быть только носителем
дурных вестей.
- В чем дело? - спрашивает он незнакомца, его подозрения усиливает вездесущая
зубастая улыбка на длинном пепельном лице мужчины.
- Доброе утро, мистер Брэдли. Меня зовут Томас Уайлдер. Я хотел бы узнать, могу ли
я с вами поговорить?
Сэм взглянул на свои побелевшие костяшки пальцев.
- О чем?
- О прошлой пятнице.
Сэм поднимает бровь и мысленно перелистывает список прошлых дел.
- Я не знаю, о чем вы говорите, Томас, - возмущенно говорит Сэм, надеясь, что
использование имени этого человека будет достаточно, чтобы оскорбить его.
Улыбка Уайлдера расширяется.
- Я все понимаю. Возможно, если бы я мог войти, мы могли бы обсудить это
подробнее.
- Я не думаю, что это такая уж хорошая идея. Там моя жена.
Уайлдер поднимает бровь.
- Она плохо себя чувствует, - пробормотал Сэм. - Кроме того, кто вы вообще такой?
Уайлдер достает из внутреннего кармана черный кожаный бумажник, и у Сэма
возникает ужасное чувство, что он имеет дело с кем-то гораздо более влиятельным, чем полицейский.
ФБР? ЦРУ? Налоговая служба?
Уайлдер раскрывает бумажник, показывая свое удостоверение. Сэм щурится, рассматривая миниатюрное изображение лица мужчины - мрачная улыбка под
строгой черной аббревиатурой.
- U.S.S.R.D? Что это, черт возьми, такое? Вы русский?
Второй мужчина терпеливо вздыхает.
- Мистер Брэдли, позвольте вас успокоить. Я здесь не для того, чтобы арестовывать
вас или выдавать какие-либо бумаги. У вас нет проблем, но важно, чтобы мы
поговорили немедленно и уладили несколько... гм... деталей.
- Какого рода детали?
Глаза Уайлдера сузились, как будто ему пришлось применить огромную
концентрацию, чтобы произнести свои слова.
- О вашей смерти, сэр.
- Моей смерти? Это что, типа страхование жизни? Если это то, ради чего вы здесь...
- Нет, - перебивает Уайлдер. - По поводу вашей смерти в прошлую пятницу на шоссе
32.
Сэм захлопывает дверь.
***
Сэм открывает дверь. Он не удивлен, увидев, что Уайлдер все еще стоит там.
- Что означает U.S.S.R.D? И прежде, чем вы начнете паясничать, я спрашиваю только
для того, чтобы знать, что сказать копам, когда они попросят уточнить.
- Специальный поисковый отдел Соединенных Штатов. И звонок в полицию не
принесет вам никакой пользы. Они прекрасно осведомлены о нашей операции и
поддерживают ее на сто процентов.
Сэм усмехается.
- Я не сомневаюсь, но я все равно попробую позвонить им.
Уайлдер не отвечает. Сэм снова выставляет его за дверь и спешит к телефону.
- Сэмюэль? Кто у двери? - кричит Линда из кухни, напугав его.
- Какой-то псих, - отвечает он и снимает трубку. Он набирает номер и терпеливо
ждет, пока его соединят с полицией Харпервилля. В конце концов ему отвечает
скучающий голос:
- Говорит сержант Стэплер. Чем я могу вам помочь?
- Сержант Стэплер. Здравствуйте, это Сэм Брэдли с Дубовой улицы.
- Ясно, - говорит Стэплер таким тоном, как будто он понятия не имеет, кто такой Сэм, и его это не особо волнует. - Чем я могу вам помочь, Сэм?
- Ну, у моей двери стоит парень и домогается меня. Он одет в черное. Говорит, что он
из какого-то Департамента оздоровления Соединенных Штатов или что-то в этом
роде.
- Да?
Сэм нахмурился.
- Он говорит, что я мертв!
Наступает долгая пауза, достаточная для того, чтобы на лбу Сэма выступили
бисеринки пота, а затем Стэплер едко отвечает:
- Вы умерли?
- Ну, я... что?
Стэплер прочищает горло.
- Если кто-то из U.S.S.R.D. находится у вашей двери, то я подозреваю, что вы могли
умереть, Сэм. Извините.
Сэм чувствует, как зудит его мозг.
- Неужели весь этот чертов мир сошел с ума?
- Мой совет - полностью сотрудничать с ними. Так будет меньше хлопот.
- Но я...
- Не забудьте передать мои соболезнования вашей жене.
- Что?
- У вас ведь есть жена?
- Я... да! Но вы не понимаете! Я...
- Тяжелый случай, дружище.
- Эй, подождите! - говорит Сэм, но слышит лишь короткие гудки.
***
- Где мы можем поговорить?
Сэм смотрит на Уайлдера, завидуя его беспредельному терпению.
- Это что, какой-то розыгрыш?
Уайлдер вздыхает.
- Пожалуйста, просто пойдемте, и я все объясню. Это не займет много времени.
Сэм выходит на улицу, закрывает за собой дверь.
- Лучше не дома. Моя жена готовит стейк.
Уайлдер кивает и отходит, Сэм неуверенно шагает за ним.
***
В семидесятые годы закусочная "У Греты" была популярным местом для местных
подростков - местом, где можно было потусоваться в Харпервилле. Однако время и
современные технологии лишили это место привлекательности, и теперь оно
обслуживает только тех, кому безразличен его разрушающийся фасад, облупившаяся краска и вечный запах старой обуви.
Веселый смех молодежи давно вытеснен из воздуха клубами призрачного дыма из
трубок стариков, которые сидят и ворчат про себя, наблюдая, как мир за пределами
их убежища движется слишком быстро.
Уайлдер занимает место у грязного окна и смотрит на потрескавшуюся бетонную
парковку, пустынную, если не считать ржавого зеленого "Фольксвагена" со
спущенным колесом. Сэм с мрачным видом опускается в кресло на
противоположной стороне стола из керамики и смотрит на Уайлдера.
- Ну, и?
Уайлдер поднимает руку.
- Не хотите ли чего-нибудь поесть?
- Нет, я же сказал, что Линда готовит ужин.
- Кофе?
- Воды.
Уайлдер, кажется, доволен тем, что ждет официантку, которая все никак не придет.
Тем временем нетерпение Сэма прожигает дыры в глубине его глаз.
- Ну так что? - повторяет он, - В чем дело?
- Дело в том, Сэм, что вы мертвы. Вы умерли в пятницу около полудня - или в
одиннадцать пятьдесят один, если хотите конкретики, застряв в пробке на 32-м
шоссе. Вы что-нибудь помните об этом?
Сэм не хочет об этом думать, но чувствует себя обязанным доказать, что этот
сумасшедший не прав. Когда он возвращается мыслями назад, то видит себя
сидящим в своем "Олдсмобиле", курящим сигарету и громко ругающимся на
водителя "Тауруса", который его подрезал. Жара стоит страшная, и ему вдруг
становится трудно дышать. Сигарета, конечно, не спасает, но это единственное, что
помогает ему сохранять относительное спокойствие. Он вспоминает, как сигналил
и...
- Хм...
Уайлдер наклоняется вперед, опираясь на локти.
- Да?
- У меня была боль в груди. Ничего особенного, у меня они бывают постоянно.
- А сейчас они у вас есть?
Сэм не осознавал этого до сих пор, но... он уже давно не страдал от болей в груди.
- Вы вообще курите сейчас?
Сэм пожимает плечами.
- В тот день боли в груди были особенно сильными. Я подумал, что это может быть
сердечный приступ, и поклялся бросить курить, если это окажется пустяком.
Оказалось, что это пустяк, поэтому я больше не курил.
Уайлдер слегка огорченно качает головой.
- Боюсь, это был не пустяк, Сэм. Это был сердечный приступ. Смертельный.
Причина, по которой вы больше не курите, в том, что мертвые редко испытывают в
этом потребность.
Сэм хлопнул рукой по столу.
- Да перестаньте вы это говорить! Я не м...
Они оба смотрят, как маленький ноготь соскальзывает с пальца Сэма на стол между
ними. Глаза Сэма расширяются, его взгляд падает на мизинец правой руки.
Ноготь оторвался, оставив после себя пеструю вмятину.
Он смотрит на него еще мгновение, рот открыт, откуда-то из глубины горла
доносится стон.
- Это неправильно, - говорит он в конце концов и смотрит на Уайлдера, который, кажется, ничуть не удивлен.
- Это так, если вы скончались, - спокойно отвечает Уайлдер. - Вы не должны
позволять этому слишком сильно тревожить вас. Это состояние, эта реанимация, не
является уникальным для вас. За последние шесть месяцев по всей стране
произошел взрыв такого рода явлений.
Сэм оглядывается на свой палец, на уродливое искривленное место, где когда-то
был ноготь.
- Феномен?
Уайлдер оглядывается через плечо и, убедившись, что старик у стойки не обращает
на них внимания, говорит низким голосом:
- Мы называем их "ходячими мертвецами". Люди, которые умерли, но по какой-то
необъяснимой причине встают и ходят как ни в чем небывало, похоже, не обращая
внимания на свой уход из жизни.
Сэм насмехается.
- Это безумие. Я видел подобное в кино. Зомби, шатающиеся по ферме и поедающие
человеческую плоть. Меня от этого тошнило. Вы хотите сказать, что я такой и есть?
Зомби?
Уайлдер отмахнулся от этой мысли.
- Уверяю вас, Сэм. Вы не найдете в себе странной страсти к человеческой плоти, и, хотя я не люблю употреблять слово "зомби", это, пожалуй, самое близкое описание
того, кто вы есть. Вы не монстр, мы не считаем такие случаи, как ваш, сродни
демоническому воскрешению, это скорее болезнь или вирус, который оставляет
своих жертв в состоянии замешательства.
- Но... - Сэм продолжает качать головой, ожидая развязки, чтобы вернуться домой к
Линде. - Это безумие. Я не мертв. Мертвые люди остаются мертвыми, не так ли?
- Раньше оставались, - говорит Уайлдер серьезным тоном. - Пока тот метеорит не
упал в Нью-Мексико. С тех пор это было, как вы так лаконично выразились,
"безумием". Я бы хотел предложить вам объяснение, почему вы сидите здесь и
слушаете, как незнакомец говорит вам, что вы мертвы, но у меня его нет.
Глаза Сэма сузились.
- Возможно, вы меня обманываете. Откуда мне знать, что это не так?
Уайлдер снова осматривает помещение.
- Протяните руку.
- Зачем?
- Пожалуйста, просто сделайте это.
Неохотно Сэм проводит раненой рукой по столу, пока она не оказывается рядом с
Уайлдером. Уайлдер лезет в карман и достает маленький черный цилиндр.
- Что это?
Он слышит щелчок, и из верхней части цилиндра появляется шестидюймовое
металлическое лезвие. Он вздрагивает и готовится отпрянуть, но Уайлдер зажимает
руку на его запястье и в одно мгновение опускает лезвие вниз, как гильотину,
отсекая верхние части четырех пальцев, только большой палец остается целым.
Кончики пальцев подпрыгивают и разлетаются по столу.
- О, чёёёёрт! - Сэм стонет и вдыхает достаточно воздуха, чтобы сдержать крик, рвущийся из горла.
Уайлдер подносит палец к губам, и Сэм сдерживает крик за зубами.
Старики во главе закусочной смотрят в их сторону, пожимают плечами и
возвращаются к разговорам.
- Смотрите, - говорит Уайлдер и показывает на обезображенные пальцы Сэма. - Вы
видите кровь?
Он прав. Сэм смотрит на них мгновение. Крови нет, только сухие обрубки. Еще более
значительным является тот факт, что он вообще не чувствует боли. Ничего. Даже
малейшей боли.
Он смотрит на Уайлдера, который занят тем, что собирает кончики пальцев и
заворачивает их в безупречно белый носовой платок.
- Я умер?
Уайлдер кивает.
- Боюсь, что да.
Лицо Сэма опускается, и он начинает рыдать, а рука Уайлдера внезапно оказывается
на его плече.
- Я здесь, чтобы помочь вам, Сэм.
Сэм поднимает взгляд; его глаза сухие, поскольку слез абсолютно нет.
- Это отстой.
***
- Что теперь будет?
Они стоят перед домом Сэма, Уайлдер выглядит с достоинством, Сэм - подавленным, плечи сгорблены, голова опущена.
- На рассвете за вами приедет машина. Не нужно собирать вещи, все необходимое
вам предоставят в клинике.
- Клинике?
- Да, считайте это домом отдыха для нежити. Там о вас позаботятся.
Сэм хмурится.
- Что со мной будет?
- Мы будем следить за ходом вашего... разложения и сделаем все возможное, чтобы
компенсировать его. Вы будете чувствовать себя как дома.
- Вы хотите сказать, что я буду... гнить? - спрашивает Сэм, дрожащим голосом.
Уайлдер торжественно кивает.
- Как и все мертвецы. Единственное утешение - вы этого не почувствуете. Не будет
никакой боли, и вы окажете услугу науке.
- Как?
- Изучив функции вашего мозга после смерти, мы сможем определить причину этого
необычного явления и, возможно, попытаться найти лекарство.
- Что мне сказать Линде?
Уайлдер смотрит на дом и снова на Сэма.
- Как можно меньше. Если бы вы остались с ней, она была бы вынуждена наблюдать, как от вас отпадают кусочки и фрагменты тела, пока вы не превратитесь в
говорящий скелет. Это было бы гораздо более травматично для нее, чем ваше
внезапное "исчезновение", вы так не думаете?
- Полагаю, что так.
- Я гарантирую, что так и будет.
Сэм шаркает к ступенькам, ведущим к входной двери. Он останавливается и
поворачивается.
- Что будет, когда исследование закончится?
Но Уайлдер уже уходит.
***
За обеденным столом Сэм обнаруживает, что испытывает полное отвращение при
виде кровавой вырезки, плавающей в его тарелке и окрашивающей картофель в
темно-бордовый цвет. Чем дольше он смотрит на это, тем меньше чувствует себя
человеком.
От этой мысли его мертвый желудок сжимается.
Когда он отодвигает стул от стола, Линда бросает на него озадаченный взгляд.
- Что-то не так с мясом?
- Э-э... - начинает Сэм, силясь придумать убедительное оправдание. - Нет, оно
выглядит восхитительно. Просто я не очень хорошо себя чувствую сегодня вечером.
- Что случилось с твоими пальцами? - спрашивает она, указывая на его
забинтованный кулак.
- Я ...
- Что-то случилось, Сэмюэль? У тебя такое выражение глаз, которое говорит, что ты
что-то задумал.
- Ничего. Какой-то идиот в закусочной захлопнул дверь и прищемил мне руку. Это
был несчастный случай.
- Что ты делал в закусочной?
- Что?
- Ты больше туда не ходишь. Почему сегодня...
- Просто захотелось, вот и все. Господи, что за допросы? Я больше не могу пойти
выпить кофе?
- У нас здесь полно кофе.
- Я просто хотел ненадолго выйти из дома, хорошо?
Она смотрит на него взглядом, полным подозрений.
- Понятно. Значит, ты пошел в закусочную, в которой не был много лет, поранил
руку и теперь не хочешь ужинать. Разве это не подозрительно?
Сэм пожимает плечами.
Линда сжимает руки под подбородком.
- Что это был за человек сегодня?
- Какой человек?
- Тот, с кем ты разговаривал на улице.
- Да так, никто.
- Мне показалось, что он тебя расстроил.
Сэм недоверчиво смотрит на нее.
- Ты подслушивала?
- Я думала, это может быть важно.
- Пустяки. Страхование жизни.
- Понятно, -говорит Линда, но ясно, что она не купилась на его заикающиеся
объяснения. Она возобновляет свою атаку на лежащее перед ней мясо; она набивает
рот почти сырой вырезкой, из уголка ее рта течет кровь. Сэм с отвращением
отворачивается.
- Я иду играть в бинго примерно через полчаса. Хочешь, я поставлю твой ужин в
духовку, пока ты не почувствуешь себя в порядке? - спросила она, когда закончила
есть.
В груди Сэма порхает бабочка тревоги.
- Бинго? Сегодня вечером? Тебе обязательно идти? Я подумал...
Она встает из-за стола.
- Что подумал?
Он пожимает плечами, чувствуя себя побежденным, и встает на ноги, внутренне
морщась от того, что при этом хрустят колени.
- Ничего. Я... может, ты пропустишь это сегодня, а? Мы проведем тихий вечер дома.
- Я никогда не пропускаю бинго, - говорит Линда, нахмурившись.
- Ну, один вечер тебя не убьет, правда?
- Да что с тобой такое, Сэм? Ты выглядишь больным. Что-то случилось?
Голос Уайлдера заполняет его голову, как музыка в лифте, спускающемся в темноту:
- Нет. Ничего страшного, - бормочет он и отрывается от стола.
Он пробирается в темную гостиную, подгоняемый взволнованным вздохом жены, и
включает телевизор. Белый шум заполняет его голову, словно разъяренные осы.
Дрожащими руками он открывает тумбу под телевизором и, прищурившись, пытается разобрать названия видеофильмов, сложенных друг на друга неровными
стопками. Наконец он находит то, что искал, и, изо всех сил стараясь не обращать
внимания на жуткие картинки на обложке, засовывает кассету в зияющее отверстие
видеомагнитофона.
Сухо сглотнув, он щелкает кнопкой на пульте и устраивается в кресле. Его кости
становятся похожими на хворост, когда он пытается устроиться поудобнее.
На экране в мрачных черно-белых тонах он наблюдает за черной машиной, сворачивающей на кладбище, и задается вопросом, действительно ли он должен
быть именно там. На кладбище.
Мертвый.
Похороненный.
Пищей для червей.
Он вздрагивает, его грудь сжимается при мысли об этой черной машине, поджидающей его утром у дома, словно терпеливый стервятник.
Он выключает телевизор, вздыхает и кашляет, отхаркивая кусочки коричневой
пергаментной материи. Морщится при виде того, как они наматываются на его
перевязанную руку.
Он заставляет себя проглотить комок страха.
Они не могут причинить мне вреда, не так ли? Я же мертв.
Эта мысль не приносит ему утешения, пока он сидит там один, окутанный тенью.
***
Рассвет тихо вползает в мир, и Сэм с придушенным криком выныривает из сна.
Комната светится туманным оранжевым светом, который при любых других
обстоятельствах мог бы показаться теплым, успокаивающим, но сейчас он похож на
отраженный свет погребального костра.
редкое признание заставляет его убедиться в том, что он почувствовал удар своего
гнилого сердца, но, возможно, это было не более чем воспоминание.
Он медленно, осторожно поднимается на ноги под хор щелчков и тресков и на
негнущихся ногах идет на кухню. К счастью, Линда еще спит. Он помнит, как она
вернулась домой, как прикоснулась губами к натянутой мертвой коже на его лбу.
Вместо того, чтобы разбудить его, она решила оставить его спать в гостиной, и
теперь он впервые за много лет тоскует по ней. Боль становится почти физической, вызывая в его сознании сомнения в обоснованности утверждений Уайлдера. Если он
может чувствовать горе, потерю, любовь... разве это не делает его живым?
отрезанных пальцах, выброшенных, как обрезки ногтей, без малейшей боли. Его
нервы мертвы, в этом нет сомнений, и скоро он сбросит кожу, как змея, лишится
своей личности и станет просто трупом, выставленным на всеобщее обозрение и
изучение. Эта мысль пугает его. Как долго он будет осознавать, что с ним делают?
Как долго будут умирать его эмоции, его одиночество, когда его глаза сожмутся в
своих глазницах и он больше не сможет видеть? Если ему придется лежать на
холодном столе, зная, что с ним делают несмотря на то, что он избавлен от
ощущений, которые приносят иглы и крючки, он не хочет быть способным думать.
И все же он знает, что должен. Теперь, когда он знает правду, у него нет других
вариантов. Все, что он может сделать, это принять свою судьбу такой, какой она
была предначертана, и слепо идти в пасть науки. Он может только надеяться, что
когда он наконец покинет это разваливающееся судно, которое обвиснет на его
костях, как поношенный костюм, где-то по ту сторону его будет ждать что-то
бесконечно лучшее.
Он поднимается по лестнице, низко опустив голову, с хрустом в позвоночнике, и
направляется в спальню.
Открыв дверь, он смотрит на Линду: ее руки слегка скручены, словно для того, чтобы удержать сон, седеющие волосы разметались вокруг головы стальной
короной, грудь поднимается и опускается…
Дыхание.
Сэм закрывает рот хрупкой рукой и выдыхает. Возможно, легкий холодок пробегает
по его шероховатой ладони, но не более того. Он сглатывает.
- Линда...
Дыхание.
Его глаза расширяются.
Простыни поднимаются и опускаются в мягком шепоте...
Легкая грустная улыбка щиплет кожу рта Сэма.
***
Как и обещал Уайлдер, машина ждет его снаружи: раздувшийся таракан, прижавшийся к обочине, с черными глазами вместо окон, которые тускло смотрят
на Сэма, когда он с нарочитой медлительностью спускается по ступенькам своего
дома. Он потрясен отсутствием подвижности, которое внезапно овладело его
суставами и мышцами, как будто трупное окоченение ждало именно этого момента, чтобы овладеть им.
Это ранит, но только его гордость.
Окно машины опускается, и он поднимает голову, чтобы увидеть знакомое лицо, улыбающееся ему.
- Доброе утро, мистер Брэдли!
Сэм кивает и с усилием опускает ногу на последнюю ступеньку. Со вздохом
облегчения, больше похожим на кваканье, он подходит к машине, опираясь на ногу, как человек, балансирующий на голове стопку изящного фарфора.
- Вы выглядите великолепно! - провозглашает Уайлдер, и Сэм вспоминает об
улыбке. - Спасибо. Я не ожидал увидеть вас здесь.
Уайлдер поджимает губы.
- Ну, я думаю, мы оба знаем, почему мое присутствие необходимо, не так ли? - его
взгляд падает на свежие пятна крови на руках Сэма.
Водительская дверь со щелчком открывается, и Сэм с удивлением видит шофера, который подходит к его стороне машины. Вежливо кивнув, молодой человек
открывает перед ним дверь. Уайлдер сдвигается на своем сиденье, чтобы
освободить место.
- Запрыгивайте!
Кости Сэма щелкают, как кастаньеты, когда он садится в машину. Устроившись как
можно удобнее, он смотрит на Уайлдера.
- Я не мог этого сделать, вы знаете. Я не смог бы сделать это в одиночку.
Уайлдер улыбается.
- Я знаю. Вы удивитесь, как часто это случается. Вот почему было важно, чтобы я
был здесь. В конце концов, - говорит он, подмигивая. - Я тот человек, который
сообщает плохие новости.
Сэм на мгновение замирает.
- Как, по-вашему, она это воспримет? - спрашивает он, но Уайлдер не отвечает.
Они оба оборачиваются, чтобы посмотреть на дом.
И ждут.