Мэтью
Рочестер. Три месяца спустя…
- Отличная игра, парень! У тебя сильная и точная подача, отменная реакция и скорость, я впечатлен. Даже жаль, что ты так поздно к нам попал. Где ты раньше играл? Случайно не за школьную лигу?
- Спасибо, тренер Тернер. Там, где я раньше учился, я играл в команде по лакроссу. В её основном составе и участвовал в первенстве.
- Контакты с тренером сохранились? Я могу сам в этом убедиться?
- Конечно, без проблем.
- Что ж, Палмер, пожалуй, я рискну тебя поставить на место Оуэна Джонса. Его травма всё равно не даст ему выйти на поле до конца сезона. А у нас впереди серия важных игр и борьба за место в лиге штата. Нам нужен не просто классный атакующий. Нам нужен лучший! И если ты не подведешь, клянусь, я потрачу время и сам распишусь в твоем личном деле!
Я чертовски устал, тренировка была непростой, но всё равно весело скалюсь, вспомнив слова Эш и глядя в лоснящееся, как черный воск, лицо крупного здоровяка. Уже успевшего поседеть на висках, но ещё не растерявшего былую форму спортсмена.
- Тогда вы не ошиблись в выборе, тренер Тернер. Я действительно лучший и команду не подведу. Главное, не забудьте о своем обещании!
- А ты самоуверенный сукин сын. Палмер! – хлопает меня по плечу Дин Мейси и громко хохочет, когда мы направляемся с ребятами по краю спортивного поля в сторону раздевалок.
В этот мартовский день солнце светит по-весеннему тепло, над голыми ветвями деревьев с набухшими почками носятся стайки птиц, и настроение у всех заметно приподнятое.
- Мало кто выдержит разговор с Большим Джо! – продолжает Мейси. – Эта школа ему немало отваливает, чтобы он светил тут своим известным лицом и держал нас в стальных рукавицах!
- Я сказал правду, только и всего.
- Только и всего? Ну, даешь, парень! Знаешь, даже жаль, что я не рискну это оспорить. Ты действительно крут в игре, но твоя уверенность здесь не всем по вкусу.
- Плевать, переживу!
Мы проходим ещё с десяток метров, прежде чем Мейси набирается решимости предложить:
- Слушай, Мэт, сегодня пятница, Барни Купер устраивает у себя вечеринку – его родители свалили на недельный тур в Мексику. Будут ребята из команды, ну и девчонки, само собой. Хоукинс обещал принести
Весело с этими выхолощенными маменькиными сынками? Сомневаюсь.
- Нет, спасибо. Я уже вырос из школьных вечеринок.
- Почему? Хочешь сказать, что ты по парням?
Мы сворачиваем к зданию школы, и мне отчаянно хочется врезать новому знакомому по шее. Сильнее этого – только от него отвязаться.
Он не так уж и плох, этот Дин Мейси. Чем-то похож на Рони, такой же любопытный и азартный. Но мои мысли уже заняты другим.
- Нет, не хочу, заставляю себя ответить ровно. – У меня есть девчонка. Она осталась в другом городе. Так что поймешь, если не дурак, почему.
- В другом городе? – изумляется Дин. – Да ладно, чувак! Ты сейчас серьезно, что ли? Скажи, что пошутил!
Я криво усмехаюсь, смотрю на парня и поднимаю бровь.
- Вполне. А что, не похоже?
Но, видимо, нет, судя по тому, что он вновь смеется.
- Ну, ты и двинутый, Палмер!.. Нет, я не верю! Да у тебя этих девчонок ещё будет! Лучше лови момент, приятель, пока молод! Ты Ло Гонсалес видел? Че-ерт, такая куколка… Мы с Барни её неделю уламывали прийти на вечеринку. Угадай, когда она согласилась?
- Понятия не имею.
- Сегодня, чувак! Когда ей намекнули, что там будешь ты! Так что не валяй дурака, Мэт, давай с нами!
Дин обнимает меня рукой за шею и прижимает к боку, вновь понижая голос:
- Говорят, Ло не откажет, если на неё потратиться. Так ты вроде и не из бедных. Ставлю свою тачку, что уже завтра она заставит тебя забыть о любой девчонке! Понимаешь, о чем я, чувак?
Мы как раз подходим ко входу в здание, когда я несильно, но точно попадаю парню локтем под ребра, заставив его охнуть и наконец «отлипнуть» от меня.
Он спотыкается. И теперь уже мне приходится подхватить его под спину, не давая осесть.
- Прости, Мейси, погорячился. Просто не люблю, когда меня не слышат. Я же сказал, что не интересуюсь парнями, а ты лезешь обниматься.
- Да понял я.
- Вот и отлично! И в следующий раз, Мейси, лучше не заикайся о своей сраной тачке. Поверь, я знаю, чего хочу от этой жизни. Это точно не твоё
- Придурок ты, Палмер! – огрызается Дин, но при этом криво усмехается, показывая, что не держит зла, и это уже неплохо.
Я отталкиваю его от себя и захожу в раздевалку. Слышу за спиной:
- Эй, Мэт! А с девчонкой-то своей познакомишь? Обещаю быть паинькой!
Познакомить с Эш? О, нет. Не сейчас. Я слишком соскучился по своей мисс Улыбке, чтобы с кем-то делить её внимание.
- Обойдешься! Успехов тебе с Ло, приятель!
Я переодеваюсь, прощаясь с ребятами, и выхожу из школы – такой чистой образцовой, что хоть лепи фото на обложку рекламного буклета. Чужой школы, не моей, но я сумел с этим смириться. Когда один за другим зачеркиваешь дни в календаре, становится легче победить время.
Место, где мне учиться, Адамсоны предложили сами. Я согласился с первым же их выбором, не рассматривая даже другие варианты, просто дал понять новым родственникам, что место и престиж значения не имеют, не стоит на это тратить время. Главное, что учеба приблизит мою самостоятельную жизнь и встречу с Эшли. Так какая разница?
Но оказалось, что для Адамсонов разница есть. Во всем, когда дело касалось меня. Об этом не было сказано в лоб, но я не маленький, догадался. И мне пришлось с этим тоже смириться, как и с решением судьи. Но каждый раз принять это новое правило было чертовски сложно – я не привык, чтобы обо мне заботились. И дело вовсе не в возрасте глупого бунтарства, который я давно перерос. Просто я с первого дня помнил о том, что это я вошел в их жизнь и изменил её, а не наоборот.
Я ожидал, что будет сложно. Я видел этих людей впервые в жизни, они меня тоже, и не представлял себе, как строить с ними отношения.
Примерный внук? Да к черту! Я никогда примерным не был!
Согласен ли я жить с незнакомыми людьми в Рочестере, или выберу социальный приют для трудных подростков в Роли?.. И это называется выбор?
Никогда ещё со мной так серьезно не разговаривали тренер Херли и секретарь Моран. Эти двое достали из-за пазухи достаточно железных аргументов, чтобы стало понятно: если этой осенью я хочу очутиться в университете и получить спортивную стипендию, у меня нет права подвергать себя любому возможному риску в приюте, где драки вспыхивают сами собой.
У жизни тоже есть лимит на шансы, и будет глупо не воспользоваться своим.
Соглашаясь, я не знал, что меня ждет, но родители моей матери оказались порядочными и ответственными людьми, не в пример ей. В чем-то даже простодушными.
Надо отдать им должное, они повели себя со мной достаточно деликатно, пообещав оставить личную свободу и не претендовать на любовь к ним. Приняли меня в свою жизнь, не ставя условий, кроме одного – я не должен защищаться ни от мира, ни от них. Мы просто попробуем прожить это время вместе. Точка.
Надо сказать, они сильно рисковали. Я мог оказаться ещё тем отморозком. Даже не знаю, кто смог их переубедить, что я стОю надежды.
Большая заслуга моего деда в том, что он решился со мной поговорить – ещё в здании аэропорта. Разговор вышел сухим и не особо клеился, но после него стало легче.
Помню, я сказал, что первым делом, приехав в Рочестер, намерен искать работу, так что вряд ли буду появляться в их доме раньше десяти веера и не намерен мешаться под ногами. И спросил, что он об этом думает. Он ответил: что ж, окей. Если я не собираюсь сбежать и добавить всем проблем, то он не против. А думает, что может мне даже кое-что предложить.
Я не собирался. Мне нужна была работа. И я её получил. Место младшего помощника шеф-повара в ресторане Адамсонов «Hot soul» (горячая душа), первый раз попав в который – просто опешил. Нет, не потому, что не привык бывать в дорогих ресторанах. А потому что наконец попал на кухню своей мечты.
Сложно объяснить это чувство, но Эшли, конечно, поняла. И радовалась больше меня, когда я описывал ей талант и способности Яна Адамсона. Который не просто оказался моим дедом, но наверняка одним из лучших шеф-поваров, если и не во всей стране, то уж точно в этом северном штате.
От здания школы до ресторана Адамсонов пятнадцать минут пешком, и я спокойно прохожу это расстояние, переписываясь с Эш. Моя девочка уже приехала из Сэндфилд-Рока в ближайший к городу аэропорт, и скоро вылетит из него в Нью-Йорк.
Я не знаю, как дождаться завтрашнего утра и перестать улыбаться прохожим. Меня переполняет ожидание встречи. Какая тут, к черту, вечеринка!
Я толкаю дверь и захожу в ресторан. Переодеваюсь в специальной комнате для персонала и нахожу хозяина на просторной и блестящей кухне, где кроме него трудятся ещё шестеро поваров и с дюжину помощников. «Горячая душа» - модный ресторан с изысканной кухней, здесь столики заказывают за месяц вперед, а работа кипит до самого вечера. Так что пара свободных рук лишней никогда не бывает.
- Добрый вечер, ребята! Привет, дед! – я подхожу к широкому рабочему столу, пожимаю плечо деда и надеваю поверх формы фартук. Снимаю со специального держателя на столе в виде штыка наколотый на него заказ, – мне всегда интересно, что дед готовит. У шеф-повара в правилах работать над несколькими блюдами одновременно. И это всегда достойно внимания.
«Буйабес. Цыпленок под бургундским вином и ореховым соусом с гарниром из картофеля и зеленого горошка. Беф бургиньон».
- О, Мэтью! Ты вовремя! – Дед оборачивается и улыбается, работая в перчатках на доске длинным ножом. – Подай-ка мне лимонное сорго и розмарин!.. – командует, как капитан на палубе корабля, отдавая команду матросу. - Мало! Ещё пучок! Теперь зерна горчицы!
- К нам пожаловали французы?
Поварской колпак на макушке Яна сидит уверенно и деловито - так же, как двигаются его умелые руки. Он поднимает на меня взгляд, а затем и палец.
- Целая дюжина! Удачная сделка – отличный повод прийти к нам всей компанией! Так что Джун и Колин тоже в деле! На тебе, внук, десерт!
- Понял. Что от меня требуется?
- Горячие крепы под клюквенным соусом. Шоколад и вишневое клафути. Количество порций указано в заказе. Справишься?
На самом деле, он давно уже не сомневается во мне, иначе не доверил бы самое важное.
- Конечно!
Он знает, что я справлюсь. Мы удивили друг друга ещё в наш первый совместный рабочий день. Но в привычке деда стало подшучивать над мной, как мастеру над своим учеником, и я ему это позволяю.
Слышится легкий хлопок, пробка выходит из бутылки, и рубиново-красная жидкость окрашивает широкое дно стеклянного бокала.
- Господи, ты только оцени качество этого вина, мой мальчик, - дед подхватывает бокал рукой и поднимает. – Чувствуешь букет? А какой запах! Цыпленок выйдет просто отменным, и кое-кому точно понравится!
Я распознаю хитрость сразу. Это повторяется уже который день.
- Дед, притормози. Эшли прилетает одна. Она просто не съест всё то количество блюд, которым ты собрался её удивить. Так что оставь это вино французам вместе с парой цыплят. – В ответ на взгляд с укором, на моем лице появляется нахальная улыбка, – Я справлюсь сам, поверь.
- Да уж не сомневаюсь! – бухтит дед и вздыхает, понижая голос, - Ты не понимаешь, Мэтью! В прошлый раз мы не очень хорошо обошлись с этой девочкой, и мне очень не хотелось бы, чтобы она дурно думала о нас с Лаурой. Ты не знаешь, что она предпочитает – телятину или птицу?.. Мне кажется, что утка по-пекински в моем исполнении должна ей понравиться.
- Ясно. Уже всё решил, да? На мне снова десерт?
- Ну, если ты не против… Медовая шкурка на утке у меня получается лучше!
Дед принимается за зелень, отворачивается и продолжает умело рубить её ножом, что-то напевая себе под нос, а я вдруг чувствую в сердце укол грусти. Продолжая смотреть на него, в который раз думаю о том, что мог никогда не узнать об их с Лаурой существовании. Ещё три месяца назад я даже не представлял себе, что где-то живут эти два человека, которые сначала пообещали мне, а потом смогли доказать, что дистанция между людьми обязательно исчезает, если они действительно этого хотят.
Как же жестока бывает жизнь. Как жестока была моя мать, распорядившись своею так бездумно, а о моей попросту забыв. И как неожиданно судьба исправляет былые ошибки. Скупо и не всех одаривая своим вниманием, но мне повезло.
Да, повезло. Ещё в то лето, когда я встретил Эш.
Если я когда-либо и смел мечтать о родне, то именно о таких людях, как Ян и Лаура Адамсоны.
Через пару часов на кухне появляется Лаура. Я помню, как сложно нам давались первые рукопожатия и объятия. Первые завтраки и ужины за семейным столом. На нем стояла дорогая посуда. Столовые приборы на белоснежных салфетках и неизменно цветы – тоска моей бабушки по детству, в котором она девчонкой носилась по полям родительской фермы и рвала полевые цветы охапками.
На этом столе из белого клена поначалу мне так не хватало беспорядка и ярких пятен упаковок из-под чипсов, сока и банок пива. Я вырос в другом мире, безуспешно пытаясь сделать его лучше. А теперь эта строгая и сдержанная женщина запросто подходит ко мне и целует в щеку. Овевая ароматом дорогих духов, наполняется светом, когда слышит такое простое:
- Привет, Ба.
- Привет, сладкий!
- Что? – я изумляюсь и вскидываю бровь вслед за протестующим смешком, - О, нет! Что ты ещё выдумала?
- О, да! Именно так я и буду называть тебя при Эш! Эти профитроли ты ведь для неё готовишь?.. Святые праведники, Мэтью, они прекрасны!
И это на самом деле так. Я изрядно расстарался, чтобы Эшли запомнила наш уикенд.
- Да. Для Эш. Но не вздумай меня при ней так назвать. Ба, я серьезно!
- Почему? Думаешь, твоя девушка обидится? – светло-карие глаза Лауры горят, как у проказницы. На самом деле она та ещё авантюристка.
- Обидится? – я качаю подбородком. – О, не-ет. Ты её плохо знаешь! Эта девчонка будет громко смеяться, до колик в животе, а потом рискнет узнать, так ли это. Миссис Адамсон, пожалейте своего внука, он вроде как мнит себя мужчиной.
Лаура очень нежно касается ладонью моей щеки, но уже с грустинкой.
- Много ты понимаешь… мужчина! А мне почему-то кажется, что она со мной согласится.
Я не могу спать. Это просто невозможно, зная, что Эшли сейчас ожидает посадки на самолет и вот-вот поднимется в небо. Зная, что она скучает и тоже ждет нашей встречи так же сильно, как я.
Три месяца, три чертовых месяца!
Три долгих месяца разлуки уже позади!
Я думаю о ней каждую минуту и приезжаю в аэропорт задолго до посадки рейса, но это сущие мелочи. Здесь ожидать легче. И когда я торчу три часа, как дурак, с букетом цветов у выхода из терминала, пропуская ночных пассажиров, мне плевать, кто и что обо мне думает.
Рыжий пучок волос на макушке. Большие серые глаза… и потрясающей красоты солнечная улыбка. Я влюбился в эту девчонку так давно, что не оставил своему сердцу и тени сомнения! И оно сильными толчками бьется в груди, наполняя душу радостью, едва я вижу её.
Мейси не понять. Много симпатичных девчонок вокруг, но Эшли была, есть и будет для меня одна.
- Мэтью… эй, Мэтью! Я тут!
- Эшли!
Она бросает чемодан и запрыгивает на меня. Крепко обнимая за шею, и наши губы встречаются.
Я знал, что она приедет. Я ждал. Но у меня всё равно идет кругом голова, а руки не хотят её отпускать.
- Привет, красавчик! Я так по тебе скучала!
- Привет, мисс Улыбка! Я больше!
Мы идем к автостоянке, не сводя друг с друга взглядов, говоря о своем и все время целуясь, и когда оказываемся возле дорогого автомобиля, Эшли удивленно останавливается и со смехом распахивает глаза.
- «Лексус»?.. Да ладно, Мэтью! Серьезно? Ты же сказал, что запретил Адамсонам покупать тебе автомобиль. О, нет! А я так надеялась на старый, добрый «Додж». Неужели мой парень изменил механической коробке передач с вот этим черным монстром?
Шутница.
Я открываю багажник и убираю в машину чемодан Эшли. Притянув её к себе за талию, целую в нос.
- Твой парень спит и видит свой байк, когда не мечтает о тебе, – всё остальное мимо. Это машина Яна. Я собирался взять такси, но он настоял. Моему деду почему-то кажется, что он слегка тебе задолжал. Так что этот монстр наш с тобой на весь уикенд!
- Вау! Мне нравится эта новость! – смеется Эш и обвивает мою шею руками.
- Но куда больше мне нравишься ты! Поцелуй меня ещё…
Мы приезжаем на Гамильтон-стрит как раз к завтраку. И если я и волновался, как Эшли будет чувствовать себя за одним столом с Яном и Лаурой, то совершенно напрасно. Таким болтливым я своего деда давно не видел. А бабушка, кажется, всерьез обрадовалась своему подарку – Эш привезла для неё индейский роуч, и когда Лаура смело водружает его себе на голову – венец с перьями, дед признается, что не помнит свою жену такой довольной.
Мы проводим вместе полдня. Разговаривая и рассказывая о себе. После чего мои родные уезжают в загородный коттедж, оставив нас одних. Мы обязательно присоединимся к ним завтра – у Яна там замечательная печь, на которой он обещает приготовить к нашему приезду утку. А сейчас у нас впереди наш вечер и наша ночь…
Мы оба о ней мечтали.
Именно ночью я признаюсь Эшли, попросив её:
- Закрой глаза. У меня для тебя есть сюрприз.
Голая Эш со встрёпанными волосами, прикрывшая себя простынею – ещё то искушение для меня, и, не удержавшись, я слегка прикусываю её гладкое плечо, заставив хихикнуть. Но она послушно закрывает глаза.
Я вкладываю в её руки кое-что, и прошу посмотреть.
- Что это?
Я вижу, что она растеряна и удивлена. И если честно, то сам тоже не до конца верю, что согласился на это.
- Чек. На пять тысяч долларов.
- На сколько?! – поражается Эш. – За что?
- За моё согласие сняться в рекламе напитка. Дурость, конечно, и сначала я отказался. Когда мне предложили две тысячи. Но агент попался на редкость надоедливый и решил, что я торгуюсь…
- Не может быть!
- Может, – я улыбаюсь, рассказывая Эшли о своем недавнем приключении.
- Он предложил мне больше, представляешь? Я почти отказался, но вдруг подумал: к черту, а почему бы и нет? Нам нужны эти деньги! Ведь кроме них, мне совсем нечего тебе предложить.
На этот раз мисс Улыбка изумляется:
- Нам?.. Мэтью, ты с ума сошел! Они нужны тебе! Чтобы учиться!
Я молчу, поглаживая её темно-рыжие волосы, густые и шелковые, у светлой кожи шеи. И она едва слышно выдыхает:
- Мэтью?
- На чеке номер нашего общего счета. Пусть будущее станет ближе, Эш, я этого хочу!
Нью-Йорк
Семь лет спустя…
- Кайл, ты включил камеру? А микрофон?.. Помнишь тайминг?.. Запомни, у нас есть полторы минуты, чтобы пробраться вперед. Остальное я беру на себя! Здесь десятки команд журналистов. Но именно мы обязаны сделать невозможное! Ты всё понял?! Это наш репортаж, и он должен быть первым!
- Эмбер, ты уверена, что нам удастся взять интервью у капитана «Северных ястребов»? Че-ерт! Он же крутой чувак!.. Я сам себе не верю, что мы увидим его вблизи! Может, лучше у кого-нибудь из команды? Так шансов больше.
- Уверена! Ты, главное, камеру держи и не облажайся! Иначе вместо звездного ястреба увидишь только задницы наших конкурентов!
- Понял!
- Как я смотрюсь в кадре? Не выпадаю?..
- Шикарно, девочка! Как всегда!
- Отлично. Кайл!.. Один… Два… Есть! Соединяй меня!.. Студия, как слышно?!
- …А сейчас я передаю слово нашему спортивному журналисту вечерних новостей Эмбер Броуди! Как всегда, Эмбер находится в эпицентре спортивных событий и уже готова сообщить нам все подробности!
- Спасибо, Мишель. Канал CNN, для вас работают Эмбер Броуди и Кайл Дженкман! Итак, в данный момент мы находимся в Хемпстеде, штат Нью-Йорк, на знаменитом стадионе Джеймса Шуарта, где только что завершился матч по лакроссу за кубок чемпионов между командами высшей лиги – «Северными ястребами» и «Аризонскими ящерицами»! Со счетом «21 – 15» в финальном матче сезона победили «Ястребы», и мы с вами прямо сейчас попробуем взять интервью у их звездного капитана - Мэтью Палмера!..
- Кайл! Черт тебя подери… Давай быстрее!
- Я пытаюсь!
- Мистер Палмер! Эй, Мэтью! Это канал CNN, редакция спортивных новостей! Разрешите задать вам пару вопросов!
- Пропустите их!.. Задавайте.
- Во-первых, хочу поздравить «Ястребов» с хорошей игрой и заслуженной победой. Вам снова удалось подтвердить звание чемпионов! А во-вторых, хочу спросить – как вы относитесь к тому, что Высшая лига лакросса во второй раз выдвинула вас на награду «Нападающий года»? Вы этого ожидали?
- Спасибо за поздравление. Скажем так – я польщен вниманием болельщиков и оценкой судей, но я прежде всего капитан для своих ребят, и звание чемпионов – вот главная награда для «Северных ястребов».
- И всё же именно вы лидер по набранным очкам в этом сезоне. Сегодняшняя игра это только доказала.
- Тогда я приму награду с гордостью.
- Скажите, почему мы не увидели сегодня на поле в числе «Ястребов» Лерокса Гейта? Связана ли замена основного полузащитника с недавним скандалом в прессе и публичными обвинениями жены Гейта в его многочисленных изменах? Это правда, что в семье имело место рукоприкладство?
- Без комментариев. В ближайшее время пресс-секретарь команды сделает необходимое заявление.
- Капитан, вас называют самым «горячим» игроком Америки. Парнем, который сделал себя сам, но история не помнит ни одного скандала с вами. Вы просто тщательно скрываете свою личную жизнь от общественности, или этому есть объяснение?
- Да, есть. В одном из своих интервью Патрик Свейзи как-то сказал, что он из породы верных псов. Так вот. Это и про меня. Я просто очень люблю свою жену, так бывает. Не ищите тайн там, где их нет.
- Месяц назад известный журнал «Спортивный глобус» опубликовал ваше фото с женой и сыном на титульной странице. Вас назвали самой красивой парой. Но никаких подробностей личной жизни мы так и не узнали. Возможно, сегодня для наших зрителей вы всё-таки сделаете исключение? Скажите, это правда, что вы с Эшли познакомились и стали встречаться ещё в выпускном классе старшей школы? А поженились на втором курсе университета?
- Правда, но не вся. Мы познакомились с Эшли на летней ярмарке, когда ей было одиннадцать, и я сразу же понял, что влюбился. Я многим ей обязан, она – мои крылья и мой успех. Эшли, если ты сейчас меня слышишь, – я люблю тебя, детка!
- Многим интересно, почему ваша жена сегодня не присутствует на матче. Ваш коронный поцелуй уже стал притчей во языцех и облетел все публичные издания. Так что же произошло? Мне кажется, или тому есть приятная причина?
- Неделю назад у нас родилась дочь. И мама ей нужна сейчас больше, чем папе. Так что в нашей семейной лиге я уступил первенство. Но наш поцелуй вы ещё непременно увидите, будьте уверены! И кстати, уважаемые зрители, эта милая леди – интервьюер – будущая крестная мать моей девочки и лучшая подруга моей жены. И поверьте, знает о нас куда больше, чем знают все журналы мира, и чем я сейчас рассказал.
Мэтью целует Эмбер в щеку и пожимает её плечо.
- Приезжайте с Брюсом в выходные, Эмби. Эшли будет рада. Ждем вас! Ну, пока!
- Э-э… это был капитан «Северных ястребов» Мэтью Палмер, специально для канала CNN. А с вами были Кайл Дженкман и Эмбер Броуди…
- Да выключай ты уже, Кайл!
И не смотри на меня так, как будто я тебя предала.
Да я его впервые вижу!
Тоже мне… шутник!..
Ещё полгода спустя…
Сэндфилд - Рок
Мэтью
День был трудным, погода обозлилась, и я чертовски устал, вместе с рабочими провозившись с вывеской над входом в ещё один семейный ресторан, но всё-таки добился своего. Если в моем родном городе, вслед за Рочестером, Нью-Йорком и Чикаго появится «Горячая душа», исполнится не только мечта деда, – исполнится и моя мечта.
Я возвращаюсь в дом отца уже поздним вечером. Принимаю душ и засыпаю сразу же, как только голова касается подушки – даже не укрывшись одеялом. Проваливаюсь в глубокий сон, в котором всё безмолвно и серо, как в эту ноябрьскую ночь за окном. И так не хватает знакомого, родного тепла, которое обязательно раскрасит сон, успокоит и подарит надежду.
Я всегда тянусь к нему, где бы ни был. И вот сейчас тоже, вдруг ощутив знакомое прикосновение, мгновенно откликаюсь, вырываясь из сна… и открываю глаза.
Эшли? Или мне снится?
Она присела на край постели, плащ расстегнут… Она не успела раздеться, только сняла туфли. Протянула руку и гладит мой висок и волосы, скользнув ласковым пальцем по щеке.
- Эш?!
- Привет, моя радость.
- Ты приехала?
Её темно-рыжие пряди распущены и лежат на плече. Глаза мягко смотрят из-под тени ресниц, а губы тронула улыбка. Она подарила свою необыкновенную улыбку нашим детям, и когда я думаю об этом, я понимаю, что нет такого слова, которым я смог бы описать свои чувства к этой молодой женщине.
- Да. Неделя – слишком много без тебя, ненавижу расставаться. Я подумала, разве тысяча миль – это расстояние? Когда-то мы считали дни до встречи, а потом дали обещание – больше никогда… Ты был прав, нам пора вернуться. Я хочу быть рядом, когда здесь загорится кусочек твоей души.
За окном темно. Она пахнет дождем и океаном. Красными яблоками и обещанием. Она всегда пахнет обещанием, что у нас впереди всё будет хорошо.
Я это знаю, когда сажусь в постели и целую её, притягивая к себе.
Рыжеволосую девчонку с солнечной улыбкой и искристым смехом, однажды подарившую мне весь мир.
Конец