Волнение никак не могло покинуть девушку, ведь сегодняшняя ночь для нее была особенная. Она – певица голубых кровей. Сегодня был, своего рода бал для знати всех мастей. Она презирала знать, и признавала только тех, кто носит титул, который достался им тяжелым трудом, потом и кровью.

Её брат добился графского титула для себя, своей сестры, и матери, отец же их ушел из семьи, когда были тяжелые времена уже давным-давно. Наверняка сейчас кусает локти, если же еще жив. Однако, ликование их было недолгое. Её брат был великим мечником, но его одолели подлостью и ядом. Король и судьи закрыли на это глаза, а вот мать что дорожила своим сыном и дочерью вытерпеть этого не смогла. Узнав об этом происшествии, она слегла в постель, а через некоторое время умерла. Так и осталась девушка одна в семье, из-за зависти и высокомерия знати. А сегодня она должна услаждать их слух своим прекрасным пением. Отказать она не могла, а подлость была не её оружием. Тогда она решила спеть песню, пропитанную скорбью и одиночеством.

Вот, настал момент, она выходит на сцену и начинает играть музыка. Несколько секунд девушка находится в ступоре, а после начинает петь.

Первый куплет повествует о том, как тяжело находится постоянно одной и пребывать в бесконечной скорби. Что она очень хочет увидеть свою семью и очень скучает по ним.

Пока девушка пела этот куплет, внимательно смотрела на людей. Никто даже не думал вставать и начинать танец. Вот, за столом сидит разжиревший барон, который прежде постоянно делал ей предложение, а ее брат, в свою очередь, постоянно спускал его с лестницы. Братья извращенцы, что постоянно пытались с ней флиртовать, от них девушку так же постоянно защищал брат.

На улице же начался ливень с грозой.

– Льет как из ведра – сказал мальчишка, что прислуживал в этом доме. Он занимается тем, что подносил нужные блюда господам и убирал объедки, которые, после становились его едой.

Внезапно отворилась дверь, и повеяло холодом и сыростью. У порога стояло огромное количество людей, все мокрые, в одинаковых одеждах и масках, для бала-маскарада. Женщины и девушки, были одеты в бальные платья, в которых преобладал черный цвет, нежели белый, однако маски у них были белые. Юноши и мужчины, наоборот, одеты в белые парадные одежды с элементами черного и черными масками. Они молча зашли в зал и встали у порога.

Девушка уже почти допела первый припев. Она не желала останавливаться ради каких то запоздавших гостей, хоть и было у нее какое то странное ощущение.

Гости же замерли. Вдруг, из толпы вышли юноша и женщина, и встали около сцены. Оставшаяся толпа быстро рассредоточилась по всему залу, некоторые ушли в кухню и комнаты для прислуги. Все черно-белые жестами начали приглашать сидящих за столом гостей на танец. Те, в свою очередь вначале остолбенев от неожиданности, выпучивали глаза, однако сразу же соглашались. Возможно, они узнавали в черно-белых каких либо знакомых, а может и не по этому.

Женщина же, взошла на сцену по ступенькам и присоединилась к девушке певице, и вместе с ней допела припев. Голос черно-белой женщины был похож на голос девушки-певицы, только немного старше. Юноша же стоял у сцены и смотрел на них.

Тем временем, гости и черно-белые начали танцевать в парах. Но, не совсем…

Например, одна черно-белая женщина танцевала с теми братьями о которых говорилось выше.

Начался второй куплет, и его пела уже одна черно-белая женщина. Погладив девушку по волосам, как делала это покойная мать, черно-белая певица дала знать что она и одна тут справится. Девушка хоть и в шоке, но спустилась со сцены к юноше. Тот, в свою очередь пригласил ее на танец, от которого было невозможно отказаться. Музыкантов, так же, подменили черно-белые.

Начался танец черно-белого юноши с девушкой-певицей.

Второй куплет был другим. В нем пелось то, как усопшие скучают по своим близким, как радуются их победам, и как хотели бы подбодрить живых, когда у тех ничего не выходит.

Черно-белый юноша прекрасно танцевал, это было понятно любому. Девушка доверилась ему без сомнения. А, ведь ее брат танцевал столь же прекрасно. Он был большим любителем балов. Не пропускал ни одного, если конечно это не вредило его службе в личной гвардии какого-то герцога.

Черно-белая женщина с грустью в глазах смотрела на девушку-певичку.

По всему зданию разошлись черно-белые. На кухне готовили тоже они, ровно и четко резали овощи и жарили мясо. Поварихи же стояли в сторонке и, столпившись у входа не могли отвести взгляд от происходящего.

Главная горничная – престарелая женщина, в это время вытирала пыль в одной из комнат. К ней подошел черно-белый мальчишка, и усадив женщину на стул, вытащил из кармана черную тряпку, принялся протирать пыль.

Еду же, вместо мальчика разносила черно-белая девушка. Одной рукой она держала разнос, а другой ручку мальчишки.

Третий куплет говорил о том, что даже если бы усопшие вернулись, их бы не отпустили назад живые, да и они сами бы не захотели возвращаться. Им бы захотелось заплакать, но увы они не смогут этого сделать и то что они всегда будут наблюдать за своими родными даже по ту сторону жизни.

И вот, песня подходит к концу. Танец черно-белого юноши завершен, как и песня женщины. Все запоздавшие странные гости столпились у входа.

Перед тем как уйти, черно-белая женщина, что танцевала с двумя братьями, погладила их по голове и спешно пошла к остальным.

Другая черно-белая девушка, присела на корточки, что быть на одном уровне с мальчишкой, что разносил блюда, и, оторвав несколько серебряных пуговиц от своего платья, положила их ему в руку, после обняла и побежала к остальным.

Впереди всех черно-белых стоял юноша, что танцевал с певичкой, и женщина что пела на сцене. Все запоздавшие гости поклонились. У всех черно-белых, без исключения накатились слезы на глазах, только они были необычные. По цвету они были уж сильно похожи на кровь. Однако расплакаться они не решились. Резко развернувшись к двери, они вышли в ливень исчезли так же неожиданно, как и появились, оставив остальных гостей наедине с собой и своими слезами.