MULAN'S SECRET PLAN

Copyright © 2020 Disney Enterprises, Inc.

All rights reserved.

В первый день занятий Мулан встала ещё до восхода солнца. В этом не было ничего удивительного, ведь она всегда просыпалась до рассвета, чтобы успеть переделать домашние дела перед завтраком. И всё же это утро отличалось от остальных. Сегодня Мулан была полна энергии и чувствовала, что способна справиться с любым испытанием. Девочка не просто спешила закончить работу в срок, казалось, она решила сыграть в догонялки с самими солнечными лучами, стремясь двигаться быстрее, чем свет по небу.

Сперва Мулан накормила Младшего Братца, который залаял, приветствуя её.

- Позже я расскажу тебе много всего интересного, – весело сказала она собаке. Зайдя в курятник, девочка разбросала по земле зёрна, грезя о том, что принесёт этот день: чему же её научат сегодня? Математике? Или письму? Затем Мулан собрала яйца. «Один. два. три», – считала она, пока куры собирались к завтраку. Перехватив яйца понадёжней, она побежала обратно к дому, по горбатому лунному мостику [сильно выгнутый в виде полумесяца арочный пешеходный мостик, типичный для садов Китая и Японии] через пруд.

Мулан перескочила через несколько садовых камней и взбежала по ступенькам дома на кухню, чуть не споткнувшись о Младшего Братца. Одно яйцо выскользнуло из руки, которую девочка прижимала к платью, но она ловко наклонилась и подхватила его левой рукой, прежде чем то разбилось.

Мулан подняла глаза и увидела, как её мама наливает чай сидящей за столом бабушке Фа. Обе женщины смеялись, глядя на неё.

– Ты пытаешься испортить старушке завтрак, Мулан? – спросила бабушка Фа. Мама поставила чайник и бережно взяла у девочки яйца.

– Конечно нет, бабушка. Я ведь не разбила ни одного яйца, не так ли? – Мулан подсела к ней за стол.

– И тут есть чему удивиться, – покачала головой её мама, готовя завтрак.

– Я бросаю себе вызов, – усмехнулась Мулан, – Отец всегда говорил, что мы должны бросать себе вызов. Именно так мы учимся.

– Если бы твой отец был здесь, – сказала мама, – думаю, он добавил бы. что бросить вызов самому себе значит нечто большее, чем прыжки через пруды и высокие заборы.

– Или игра с нашим завтраком! – добавила бабушка Фа. скрыв улыбку за кружкой чая.

– Но отец ушёл на войну, и мы не слышали о нём больше месяца, – с грустью сказала Мулан.

– Может, твой отец и не сидит за этим столом, но его честь по-прежнему с нами. Все его уроки так или иначе ведут к тому, что нужно почитать себя и свою семью, – сказала бабушка.

Мулан всегда чтила своего храброго отца. Она оживилась, подумав: «Возможно, сегодняшние занятия в школе помогут мне лучше понять уроки отца. Когда он вернётся. я покажу ему, как много узнала!»

Бабушка Фа и мама Мулан обменялись серьёзными взглядами. Когда все уселись за стол, в комнате на некоторое время воцарилась тишина.

– Мулан, – сказала в конце концов мама. Девочка подняла глаза от завтрака, – Помни, что эти занятия могут оказаться вовсе не такими, как ты ожидаешь. Ты усвоишь множество уроков – важных уроков, но твой отец обучался совсем другим вещам. Твоя школа не слишком похожа на ту, в которой учатся мальчики. И занятия длятся лишь шесть недель.

Мулан это знала. Мама и бабушка предупреждали её об этом с тех самых пор. как сообщили, что Мулан начнёт посещать занятия с другими девочками деревни.

– Я знаю, мама, – проговорила Мулан, – но я же всё равно могу волноваться, правда?

– Конечно, – ответила мама и сжала руку дочери, – конечно можешь.

А бабушка подмигнула:

– Немного волнения никогда не повредит.

После завтрака мама и бабушка проводили Мулан в деревню. Селение было довольно маленьким, поэтому Мулан знала здесь многих людей, хотя и не всех. Частенько она была занята работой по дому или проводила время с семьёй, поэтому не могла каждый день гулять по деревне.

Когда появлялась возможность выйти на улицу. Мулан нравилось исследовать мир за стенами дома. На прилавках продавали свежую рыбу, привезённую на телегах из соседнего города. Женщины расхаживали с корзинами, покупая еду для своих семей. Обычно самым захватывающим было мельком увидеть здание деревенской школы и небольшую группу ребят, идущих на занятия. На сей же раз Мулан была поглощена мыслями о том, что нового узнает в школе она сама, а не мальчики.

Но. к удивлению девочки, мама и бабушка провели её по деревне мимо школы, к дому, у ворот которого они остановились. Мулан узнала этот дом. Здесь жила Мэй, девочка, которая была всего на год старше Мулан. Это был один из самых больших домов в деревне, хотя Мулан никогда не бывала внутри.

Мулан растерянно посмотрела на маму.

– Я же говорила тебе. Мулан. Это вовсе не обычная школа, – сказала мама.

– Но.., – Мулан оглянулась на здание школы и увидела, как последняя группа учеников скрылась в дверях.

Словно почувствовав беспокойство девочки, бабушка Фа положила руку ей на плечо.

– Ты будешь учиться здесь.

Мулан собралась с духом и кивнула. Какая разница, где ей предстоит учиться? Главное – она станет ученицей. Пусть даже здесь.

Вдруг Мулан увидела нечто такое, что заставило её затрепетать от радости. По дорожке рядом со своей матерью шла её подруга На. Мулан помахала ей рукой. Девочка почувствовала себя гораздо лучше, узнав, что с ней в классе будет подруга. К тому моменту как обе семьи поприветствовали друг друга. Мулан уже не терпелось войти в дом.

– Готова? – спросила Мулан На.

– Если ты готова! – ответила та.

Группа учениц открыла ворота и прошла через двор дома Мэй. Двор дома Мулан был гораздо меньше, хотя в нём тоже были храм. пруд, лунный мост, а позади возвышалось просторное здание.

Девочек провели в большую комнату главного дома. На полу на плетёных циновках [плетёный коврик] сидели Мэй и Чен. ровесницы Мулан. Других двух девочек. Ин и Цзинь, она знала плохо. Учителя там ещё не было.

Мулан обернулась к дверям. У входа она увидела маму и бабушку, которые ободряюще ей улыбались. Мулан ощущала всё нарастающее волнение, но старалась не поддаваться панике. Она попрощалась с родителями, и те ушли вместе с мамой На. Шесть девочек остались в классе одни.

Мулан. сидевшая теперь рядом с На. внимательно осмотрела комнату. Девочки склонились над столом, на котором лежал ряд предметов. Тут было несколько чайников. мешочек крупы рядом с небольшой чашкой варёного риса и несколько листов бумаги, к которым Мулан не терпелось прикоснуться. Пока у неё не было возможности научиться писать. Она закрыла глаза, представляя, каково это – быть тем. кто позволяет чернилам ложиться на бумагу. Открыв глаза, она заметила на столе то. что заставило её задрожать от волнения.

– Взгляни. На, это же счёты!

Когда отец был дома. Мулан нравилось наблюдать за тем, как тот решает математические задачи, заставляя бусинки скользить по спицам.

– Ох, – выдохнула На. – Мы будем учить математику!

– Не могу дождаться, – сказала Мулан, улыбаясь, – А ты видела бумагу? Наверняка мы и письму научимся!

– Как думаешь, какой урок мы сможем извлечь из чайников? – спросила На.

Мулан уже было собиралась предположить, что чай и рис заранее приготовлены к обеду, как лёгкий ветерок тронул волосы на её голове. В класс вошла женщина. Её лицо было напудрено до белизны, губы были плотно сжаты и накрашены ярко-красной краской, а волосы – высоко собраны на макушке. Её окрещённые руки скрывались в рукавах халата. Восторженный гул голосов стих, когда женщина заняла своё место за столом перед девочками. Её фигура казалась хрупкой, но стальной взгляд говорил о том, что эта женщина могла бы сравниться с любым из сильнейших воинов деревни. Когда же она открыла рот, Мулан услышала совсем не те слова, что ожидала.

– Приветствую вас, девочки. Я – ваша сваха.

В комнате снова поднялся шум. Девочки зашептались между собой.

– Сваха? – вполголоса спросила Мулан На.

– Уже?

На прервал резкий стук по стоящему впереди столу.

– Тишина! – потребовала женщина.

Шесть девочек прекратили перешёптываться и сели, вытянувшись по струнке.

– Похоже, нам придётся немало поработать над вашими манерами, – сказала сваха, нахмурившись. Она оглядела Мулан, На. а затем и остальных девочек, одну за другой. От воцарившейся в комнате тишины Мулан стало не по себе. Будто каждый вдох может стать непростительной ошибкой.

Наконец женщина продолжила:

– Все ли из вас знают, чем занимается сваха? – Девочки взволнованно переглянулись, – Ну же? – поторопила женщина.

Желая поскорее прервать тишину, Мулан проговорила:

– Сваха приходит в деревню и...

Сваха приложила палец к губам. Мулан замолчала.

– Как тебя зовут, дитя?

– Мулан.

– Мулан, прежде чем что-то сказать, ты должна поднять руку и ждать, пока я тебя не позову. Для девочки невежливо говорить, если её об этом не просят.

Мулан вжала голову в плечи, её лицо покраснело.

– Да? – Сваха жестом указала в конец комнаты. Ин подняла руку.

– Обязанность свахи – оценить будущую невесту, её семью и навыки, а также найти ей подходящего мужа, – чётко и уверенно сказала Ин.

– Можно сказать, что обязанность свахи – найти жениху подходящую партию, – произнесла сваха, – Это верно.

Ин опустила руку, на её лице появилась лёгкая ухмылка. Мулан почувствовала себя ещё хуже из-за того, что упустила свой первый шанс произвести впечатление на учительницу. Ин ответила именно то, что собиралась сказать Мулан, прежде чем сваха заставила её замолчать.

– И именно поэтому я здесь. Я заметила, что в последние годы подготовка потенциальных невест во многих деревнях вовсе не так хороша, как должно быть. Им не хватает навыков ведения домашнего хозяйства, культуры и образования, – Сваха помолчала, обмахиваясь веером, – А об умениях свахи судят по тому, насколько успешны подобранные ею пары, – Резким движением она захлопнула веер и направила его на девочек, – Итак, мы начнём, пока вы ещё юны. Несмотря на то что вы ещё не достигли брачного возраста и не достигнете его в ближайшие несколько лет, сейчас вы наиболее впечатлительны. Самое время начать обучение. Не знаю, чему вас учат дома, но здесь вы узнаете всё, что вам необходимо знать.

В комнате воцарилась тишина. Мулан слегка воспрянула духом. Они всё-таки будут учиться! Но Мулан смутили последние слова свахи: похоже, она сомневается в том воспитании, которое девочки получают дома от своих семей. Мулан многому научилась у своих родителей и бабушки. Она умела работать по дому, могла приготовить чай и кое-что из еды и даже, когда родители не видели, любила подражать боевым приёмам отца, используя для тренировки мешок с листьями.

- За эти шесть недель, – сказала сваха, – вы станете более утончёнными, воспитанными и образованными. А когда вы будете достаточно взрослыми, чтобы выйти замуж. самой утончённой, самой воспитанной и самой образованной из вас... вот кому достанется лучшая партия.

Мулан подняла руку.

– Да? – указала на неё сваха.

Мулан сглотнула. Все головы повернулись в её сторону.

– Сваха, что значит лучшая партия?

Сваха хмыкнула:

– Ну, конечно же, это значит выйти замуж за богатого и успешного мужа, – Взяв со стола чашку с рисом, она заметила, что Мулан снова подняла руку, – У тебя есть ещё вопросы?

Мулан продолжила:

– Но что. если... Даже если у жениха больше всего денег... что, если я не буду считать его лучшей парой? Что. если он мне не понравится? Или он не будет храбрым?

Сваха поставила миску на стол и, прищурившись, посмотрела на Мулан.

– Дитя, не так важно, нравится ли тебе жених. Главное, что он может приумножить честь семьи и деревни, а также твою собственную. Это имеет для тебя значение? – Мулан кивнула, – Честь гораздо важнее, чем... симпатия. Ты согласна? – Мулан кивнула ещё увереннее. Она не могла представить, каково это – не преумножить честь своей семьи, – Позже у тебя будет шанс доказать это. После окончания наших занятий мы устроим состязание, где вы сможете показать то. чему научились, – продолжила сваха, – И та из вас, кто проявит себя лучше всех, получит моё особое благословение, которое поможет ей, когда через несколько лет настанет время вступить в брак.

Мулан закусила губу. У неё появилось такое чувство, что ей понадобится всё особое благословение, которое она только сможет получить от свахи.

– Вам следует отнестись к занятиям со всей серьёзностью. Одним из вас обучение дастся легко и естественно, другим же... к сожалению, нет, – сказала сваха, снова взяв в руки чашку.

Мулан нахмурилась. Что с того, если она чего-то не умеет от природы? Зато она умеет усердно трудиться. Наверняка то же можно сказать и об остальных девочках в классе.

– Наш первый урок, – сказала женщина, подняв чашку, – посвящён тому, чем вы будете заниматься день за днём, а именно: приготовлению идеальной чашки риса.

Мулан охватила паника. Справа от неё На выглядела такой же испуганной. Идеальной? Почти всю свою жизнь Мулан наблюдала, как её мама и бабушка каждый день готовят рис. но она никогда не пробовала делать это сама!

– Ты умеешь готовить идеальный рис? – шёпотом спросила Мулан На, склонившись к подруге.

На покачала головой:

– Нет! А ты?

– Тихо! – Сваха пристально посмотрела на подруг

Мулан и На неохотно отстранились друг от друга и встали в очередь за остальными девочками, чтобы взять необходимые для урока предметы: чашки, небольшую порцию риса и чайник с водой.

В комнату вошла одна из служанок семьи Мэй, чтобы развести огонь. Девочки по очереди вскипятили воду и принялись за рис. Мулан пожалела, что не может обсудить свои действия с На. Её беспокоило, что происходящее походило не на урок, а на проверку. Разве б она не справилась с задачей лучше, если бы сваха сперва рассказала, как сварить идеальный рис?

Наконец Мулан сняла крышку с риса и попробовала его, надеясь, что это разрешено. Это был не худший рис из того, что ей доводилось пробовать. Хотя, конечно, он был не идеален. Тут в равном количестве были и мягкие, переваренные рисовые зёрна, и твёрдые, слегка хрустящие. Но было много зёрен, которые сварены как надо. Учитывая обстоятельства. Мулан решила, это был успех.

– А теперь давайте вместе попробуем ваш рис, – объявила сваха. К счастью, она не заметила, что Мулан уже успела это сделать. Сваха отведала рис из каждой чашки, затем позволила попробовать его девочкам. На рис удался лучше, чем Мулан – в целом он оказался хорошо приготовлен, но всё же иногда встречались сырые рисинки. У Чен и Цзинь рис получился примерно одинаковым. А вот рис Мэй был настолько переварен, что было очень трудно вообще различить отдельные зёрна.

Чашка Ин была последней. Стоило Мулан положить немного риса в рот. как стало ясно, что он сварен идеально. Попробовав рис Ин, она осознала, что даже её мама и бабушка не готовят рис настолько хорошо!

И конечно, сваха тоже заметила, что эта чашка риса сварена идеально.

- Очень хорошо, – произнесла она. Мулан показалось, что она заметила промелькнувшую на лице женщины улыбку. Ин же снова самодовольно ухмыльнулась.

Мулан вернулась на своё место и посмотрела на Ин. Отныне именно Мулан следует быть лучшей на уроках свахи, если она хочет найти хорошую партию и преумножить честь семьи.

Мулан вошла через лунные ворота [традиционный вход или просто украшение стены в Древнем Китае в виде круглого отверстия в стене высотой в человеческий рост] во внутренний двор своего дома и направилась на кухню, где. попивая чай, её уже ждали мама и бабушка. Младший Братец поприветствовал девочку, ткнувшись своим холодным носом ей в руку.

– Внучка! – Бабушка Фа отставила в сторону чай и похлопала рукой по циновке рядом с собой, – Подойди, расскажи нам. как всё прошло.

Мулан села и с благодарностью взяла чай, который налила ей мама.

– В школе... было интересно.

– Интересно? – бабушка Фа щёлкнула языком, – После того как ты всё утро прыгала от радости, ты просто обязана рассказать нам больше.

Мулан сделала большой глоток чая и почувствовала, как горячая жидкость согревает её горло. Казалось, будто внутри разливается огонь, наполняя её силой.

– Мы готовили рис.

– Ты ещё никогда не делала этого сама, – сказала мама, – разве ты не рада, что научилась чему-то новому?

– Ну, сваха не то чтобы учила нас готовить рис, – произнесла Мулан, – Она просто наблюдала за нами и оценивала блюдо.

Бабушка Фа усмехнулась:

– Похоже, тебе со свахой придётся ненамного проще, чем мне в своё время.

Мулан удивлённо распахнула глаза:

– У тебя тоже была сваха, бабушка?

– Ну а как же. конечно, была. Как и у твоей мамы, – ответила бабушка. Мама девочки согласно кивнула.

– Тебе тоже приходилось ходить на занятия всеми этими делами? – спросила Мулан.

Бабушка Фа покачала головой:

– Обычно такие занятия не проводятся. Но, пожалуй, лучше бы они были! Помню, я была страшно испугана в тот день, когда встретила свою сваху. Мне было чуть больше лет, чем тебе сейчас. Посещай я подобные занятия в твоём возрасте, возможно, я была бы лучше подготовлена.

– Ты была испугана? – спросила Мулан. Девочку увлекла мысль о том, что в молодости бабушка тоже наведывалась к свахе. Но больше всего её поразила новость, что бабушка чего-то боялась.

– Ещё как, – продолжила бабушка, – Сваха смотрела, как я справляюсь с работой по дому, во что я одета, из какой семьи... она изучила всё. И от её оценки зависело, за кого я выйду замуж – зависела вся моя дальнейшая жизнь!

Мулан нахмурила брови:

– Не очень-то справедливо, когда твою судьбу определяет тот, кто совершенно тебя не знает.

Мама Мулан налила ещё чая:

– Но в итоге всё вышло не так уж и плохо, не так ли? – спросила она бабушку Фа.

– Тут ты права, – ответила бабушка, – Если бы я не вышла замуж за твоего дедушку, не было бы твоего отца. Мулан. А значит, не было бы и тебя. Так что сваха не без причины считается мастером своего дела.

– Мама, ты тоже боялась встречи со свахой? – спросила Мулан.

Щёки мамы покрылись румянцем.

– В жизни ничего не боялась сильнее, – призналась она, – Но. Мулан, ты храбрая девочка. Гораздо храбрее, чем была я. Тебе не о чем беспокоиться. Эти занятия помогут тебе опочить те умения, которые тебе и без того известны. Внимательно слушай, чему тебя учит сваха, и следуй своим инстинктам. Они всегда подскажут тебе верный путь.

Бабушка Фа положила руку на плечо мамы Мулан.

– Мудрый совет. Твоя мама права. Мулан.

Мулан немного успокоилась. Сидя здесь, со своей семьёй, под защитой их уютного дома, с кружкой послеобеденного чая в руках. Мулан почувствовала, что никакие неприятности не в силах проникнуть за стены их внутреннего двора. Услышав, что мама и бабушка в прошлом тоже испытывали страх, она почувствовала себя более уверенно. Если они с этим справились, то и она сможет.

Мулан рассеянно погладила Младшего Братца, раздумывая об уроках свахи. «Я выучу всё, что смогу, и буду усердно работать, чтобы стать лучшей в классе», – твёрдо решила она.

Голос мамы выдернул Мулан из раздумий.

– Сегодня мы получили хорошие новости, – услышала девочка её слова, – Твой отец должен скоро вернуться домой.

Мулан вцепилась в свою чашку обеими руками, чуть не разбив её от волнения:

– Правда? Война закончилась?

– Ещё нет, но больше нет необходимости в таком большом войске, – ответила бабушка Фа, – Так что твой отец отправляется домой.

Вот так фантастический сюрприз! Мулан не видела своего отца уже больше года. Она ужасно скучала по нему, хоть и знала, что он сражается на войне ради чести семьи. Она не смогла бы придумать лучшего приветственного подарка отцу, чем преуспеть на занятиях свахи и тоже поддержать честь семьи.

На следующий день На встретила Мулан у ворот её дома, и девочки вместе направились к Мэй. Всю дорогу они по очереди гадали, с какой задачей им предстоит столкнуться сегодня. Но с каждым разом их предположения становились всё более глупыми: от приготовления димсамов [Китайские пельмени] они быстро перешли к стоянию на голове и ловле гигантских панд. К тому моменту, как они подошли к дому Мэй, они так сильно хохотали, что едва могли дышать. Но стоило им войти в класс, как девочки тут же стали серьёзными. Ясно, что эта комната не место для веселья и дурачеств.

Мулан и На сидели на тех же местах, что и вчера. К своему разочарованию, подруги увидели, что перед каждой из них вновь лежит порция сырого риса. Мулан стало интересно, научит ли их сегодня сваха готовить идеальный рис, такой же, как получился у Ин, или опять будет только проверять.

Прежде чем у неё возникло ещё больше вопросов, в комнату вошла учительница, и девочки сосредоточили своё внимание на ней.

- Изготовление и нанесение косметики – одни из ценнейших умений женщины, – начала сваха. Она указала на своё лицо, – Как видите, правильно сделанный макияж способен показать красоту женщины: подчеркнуть её достоинства и скрыть недостатки.

Мулан не была уверена, что согласна со словами женщины. С того места, где она сидела, резко-белая пудра придавала лицу свахи строгий и отталкивающий вид.

Сваха продолжила рассказывать девочкам о способах наложения макияжа, которые пользовались популярностью в других деревнях: восково-красные губы, подведённые толстой чёрной линией глаза, выщипанные и нарисованные брови, украшения на лбу и щеках. Мулан не могла понять, зачем кому-то заниматься такими вещами!

После часа разговоров о различных способах нанесения краски на лицо сваха наконец перешла к основной части урока:

- Пудра, которую вы видите на моём лице, сделана из риса. Так что сегодня вы сами изготовите её из молотого риса и сможете использовать позже. Пожалуйста, выберите себе напарницу. Позднее вы нанесёте на её лицо то, что у вас получится. Итак, начнём!

Мулан решила объединиться с На. Девочке вновь показалось странным, что их просят выполнить задание, не научив сначала, как это сделать. Мулан никогда не изготавливала и не использовала косметику, и На, несомненно, тоже. Занимался пи этим кто-нибудь из девочек? Не этому ли другие мамы и бабушки учили своих дочерей, пока Мулан собирала яйца и кормила животных?

Как бы то ни было, Мулан собиралась сделать всё, что в её сипах. Если превращение риса в пудру поможет приумножить честь её семьи, она сделает всё что нужно, пусть это и кажется немного глупым.

Мулан взяла прочную деревянную доску с деревянной скалкой и положила на неё рис, как это сделали другие девочки. Перетереть рис в мелкую пудру оказалось не так уж легко. Зёрна всё время выскальзывали из-под её скалки. Неважно, как сильно она давила, перетирала и зажимала рис скалкой, он отказывался превращаться в шелковистую пудру. Она посмотрела на рабочее место На и увидела, что у её подруги те же проблемы. Мулан продолжила сражаться с рисом, в то же время осознавая, что сваха расхаживает по комнате, наблюдая за ними.

– Девочки, вы уже довольно долго работаете с рисом. Теперь начинайте накладывать макияж, – обратилась она через какое-то время к своим ученицам.

Мулан и На прекратили молоть рис. К тому моменту рис Мулан слегка размельчился, но всё ещё был слишком крупным.

– Ты первая? – спросила На Мулан.

Мулан вздохнула:

– Хорошо, – Девочка зачерпнула пальцами рисовую смесь и нанесла немного грубой пудры на щёку На. Мелкие крупицы риса прилипли к её коже, но более тяжёлые попадали на пол. Подруги проследили взглядом за падающими кусочками риса и с трудом подавили смешки.

Мулан понимала, что рисовой пудры хватит только на то. чтобы покрыть одну скулу На. Поэтому ей нужно было придумать способ прилепить более крупные частицы так, чтобы хоть как-то покрыть всё остальное лицо девочки. Не похоже, что сваха могла бы тут что-то посоветовать, она как раз остановилась, чтобы полюбоваться своим собственным макияжем в маленьком бронзовом зеркале.

Недолго думая. Мулан смочила пальцы в стоявшем рядом ведре с водой и зачерпнула новую порцию перетёртого риса. Нанеся смесь на лицо подруги, она увидела, что вода помогла более крупным частицам прилипнуть к коже. К несчастью, рисовый порошок стал больше похож на пасту, а не на пудру. Когда Мулан закончила, лицо На было покрыто неоднородным липким белым месивом.

Когда настала очередь На, та повторила тот же приём с водой, что проделала подруга. Мулан было странно ощущать на своём лице сырую склизкую массу. Закончив. На наклонила голову, изучая Мулан.

– Так вот как я выгляжу? – спросила На. оценив внешний вид Мулан. Две девочки склонились над ведром с водой, чтобы взглянуть на своё отражение. От этого движения сгустки рисовой массы отвалились и с брызгами шлёпнулись в воду. Мулан и На разразились смехом, который они сдерживали на протяжении всего урока. Мулан смеялась так сильно, что задела ведро, пролив немного воды на пол.

- Кхм!

Подруги подскочили. Сваха стояла в передней части комнаты, уперев руки в бока. Мэй и Чен выглядели ещё хуже, чем Мулан и На: на их лицах совсем не было пудры, только цельные зёрна риса, которые плохо держались на коже. Одно за другим они падали на пол, нарушая тишину равномерным постукиванием.

Ин и Цзинь представляли собой совершенно другую картину. Лицо Цзинь, на которое наносила макияж Ин, было покрыто ровным слоем мелкой белой пудры. Она выглядела совсем так же, как сваха, только без накрашенных бровей и губ. Лицо Ин было почти таким же идеальным: по большей части Цзинь удалось растереть рис в пудру, но кое-где ещё остались более крупные частицы.

Мулан заметила восхищение в глазах свахи, когда та осматривала лица Ин и Цзинь. Через мгновение она повернулась к Мулан, На. Мэй и Чен: «Пока вы хихикали и играли со своим рисом, эти двое успешно справились с заданием. Эти занятия – не место для глупостей и детских шалостей», – сказала сваха.

«Что ещё нам было делать?» – подумала про себя Мулан. Она действительно очень старалась... Что поделать, если результат оказался таким смешным.

– Если вы не исправитесь, – сказала сваха, указывая на остальных девочек, – то, когда придёт время, Ин может оказаться единственной, кто подходит для замужества.

Мулан почувствовала, как настроение в комнате упало. Депо не в том, что она может остаться без мужа – девочка до сих пор не была уверена, что это сильно её волнует. Но вот прошёл ещё один урок, а она так и не приблизилась к тому, чтобы произвести впечатление на сваху и в будущем приумножить честь своей семьи. Похоже, ей это никогда не удастся, пока она так сильно отстаёт в умениях от Ин.

Девочки молча умылись и вышли из дома Мэй. Когда Мулан направлялась домой, её взгляд задержался на здании школы. Мальчики снаружи занимались боевыми искусствами со своим учителем. Мулан восхищалась тем, как грациозно двигались их руки, как отточены были движения ног.

Мулан знала, что мальчики изучают все эти приёмы вовсе не для того, чтобы в будущем они смогли порадовать свою жену. Она жаждала присоединиться к мальчикам, наблюдая за тем, как они снова и снова отрабатывают комбинацию прыжка и удара ногой. Кто захочет целый день сидеть взаперти, рядом с другими, но всё равно поодиночке. измельчая рис в пудру для макияжа, когда можно тренировать прыжки, удары и работу в команде?

Уроки следующих нескольких дней проходили так же, как и первые два. Мулан была полна решимости стараться изо всех сил и не терять надежды. Но становилось ясно, что сваха вовсе не собирается их чему-то учить. Каждый день перед девочками ставилась новая задача, и каждый день одна из девочек справлялась с ней лучше, чем остальные.

На. которая часто помогала матери чинить одежду младшей сестры, лучше всех умела вышивать, но ей было запрещено кому-либо показывать свои навыки. Мэй была талантливой художницей, но сваха ругала её, когда та пыталась показать девочкам, как смешивать краски. Цзинь особенно хорошо умела смешивать травы для чая, но сваха запретила ей делиться своим рецептом. Чен знала, как правильно делать многие штрихи в каллиграфии, но не решалась делиться своими знаниями за спиной свахи.

Однако, как бы хорошо девочки ни справлялись с заданиями. Ин всегда была лучшей. Не было никаких сомнений, кто победит в состязании в конце обучения. Стежки На были превосходны, но Ин вышила больше цветов, чем все остальные девушки, вместе взятые. Картина Мэй была прекрасна, но картина Ин выглядела так, словно её можно было выставить на продажу на рынке. Чай Цзинь был насыщенным и ароматным, но чай Ин был таким вкусным, что казалось, его можно подавать в лучшей чайной столицы. Каллиграфические символы Чен были аккуратными, а у Ин – идеальными. Мулан полагала, что у неё и остальных девочек тоже есть шанс достичь не меньших успехов, чем Ин, если бы только они могли поработать над этими навыками. Если бы они могли объединиться и помочь друг другу.

В голове Мулан зародилась идея. Она не знала, пойдут ли на это остальные, особенно Ин, но знала, что нужно что-то менять. Как и предупреждала её мама, эти занятия совсем не похожи на школу для мальчиков. Тут девочки вынуждены соперничать друг с другом. И всё же Мулан надеялась, что остальные тоже действительно хотят чему-то научиться.

В тот день, когда Мулан решила рассказать остальным о своей идее, ученицы прибыли раньше свахи. На столе женщины стояли корзины с пушистыми белыми шариками и потки с извивающимися червями в бело-коричневую полоску. Мулан узнала в них шелкопрядов. При виде червей На. Мэй и Чен сморщили носы, а Цзинь подскочила.

– В чём дело? – спросила Мулан.

– Сколько бы раз я ни помогала маме кормить шелкопрядов, я никогда не привыкну к... к этим жутким мерзким существам!

– Кто бы мог подумать, что они производят такой красивый шёлк, – добавила На.

Другие девочки поддержали её сдержанным гулом. В этот момент в класс вошла Ин. Мулан отметила, что Ин даже не удосужилась посмотреть в переднюю часть комнаты, чтобы узнать сегодняшнее задание. Мулан задалась вопросом, каково это – быть настолько уверенной, что ты хороша во всём.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Цзинь.

Поддразнивая подругу. Чен продолжила:

– Что, если сваха заставит нас готовить из шелкопрядов изысканное блюдо? Что. если нам придётся их есть?

Цзинь вскрикнула:

– Этого не может быть! Правда ведь?

Мулан рассмеялась:

– Конечно, не беспокойся. В любом случае мы их сначала приготовим.

Лицо Цзинь стало белее, чем в тот день, когда девочки учились наносить макияж из рисовой пудры.

– Я просто пошутила! – сказала Мулан, а потом добавила с хитрой усмешкой: – Сваха наверняка заставит нас есть их сырыми.

– Прошу прощения, – раздался в комнате знакомый строгий голос. Мулан замерла. Она была так увлечена, веселясь с подругами, что не заметила, как вошла их учительница.

Женщина усмехнулась, глядя на Мулан:

- Шёлкоткачество является одним из самых ценных и уникальных ремёсел Китая. Шёлковую нить используют при производстве одежды, бумаги, рыболовной лески, в качестве обмена на другие товары... Если вы научитесь разводить шелкопрядов и делать шёлк, это может принести огромную пользу вам и вашей семье самыми разнообразными способами. Это вам не шутки.

Мулан покраснела. Будто сваха и без того была недостаточно в ней разочарована!

Женщина продолжила говорить о чуде и красоте шёлка, объясняя, как его производят шелкопряды, питающиеся листьями шелковицы, и рассказывая о торговцах, готовых преодолевать многие километры, чтобы купить шёлковую ткань. По крайней мере часть этих сведений Мулан слышала впервые, поэтому, несмотря на смущение, она с интересом прислушивалась к словам женщины. Обычно только во время таких лекций у Мулан действительно была возможность хоть чему-то научиться.

Когда наступило время практики, сваха велела девочкам взять по маленькой катушке и ведёрку с пушистыми коконами нитей шелкопряда. Вымочив коконы в горячей воде, девочки стали распутывать их и наматывать их на свои катушки. Мулан усердно работала, её ловкие пальцы скручивали несколько нитей в одну. Она всегда любила смотреть, как её бабушка ткёт шёлк, восхищаясь тем. что из этих червей и их коконов может получиться что-то столь неожиданно прекрасное.

К тому моменту, когда сваха наконец произнесла: «Время вышло, девочки», Мулан уже смотала шёлк тугой «восьмёркой». На не удалось сделать так же много.

С трепетом Мулан любовалась своей работой. Она была уверена, что изготовила больше ниток, чем остальные девочки... пока не увидела, где сейчас стоит сваха: рядом с Ин. которой удалось сделать вдвое больше, чем Мулан. Но как такое возможно? Мулан ведь размотала все коконы, что ей дали!

И всё же сваха снова хвалила Ин. даже не взглянув в сторону Мулан. Девочка полагала, что может гордиться выполненной работой, но вот закончился очередной урок, а с Ин по-прежнему никто не может сравниться. Было бы неплохо если не победить Ин, то хотя бы узнать часть того, что знала она. Такое же разочарование Мулан заметила на лицах Цзинь. Чен, На и Мэй, когда те направлялись к выходу из комнаты. Мулан вспомнила, что хотела обсудить с ними свою идею.

- Подождите, – крикнула она девочкам.

Подавив разочарование от урока, Мулан собрала свои вещи. Когда она развернулась, чтобы уйти, то столкнулась с Ин, которая копалась в своей сумке, идя к выходу. Обе девочки споткнулись и упали на пол.

- Прости! – сказала Мулан, помогая однокласснице поднять то, что она уронила, – Но я рада, что ты ещё здесь. Ин. Я хотела поговорить с тобой и остальными девочками... -Тут Мулан вдруг замолчала, заметив, что оказалось в её руках. Это был моток шёлковых ниток. Он вовсе не был изготовлен в классе. Он выпал из сумки Ин.

Ин всех обманывала.

– Отдай мне это, – резко прошептала Ин.

Мулан вернула моток Ин.

– Так вот почему ты сегодня так хорошо справилась с заданием? – прошептала она в ответ, – Ты сделала сама хоть один моток?

– Прошу тебя, не говори свахе, – мягко попросила Ин, кладя моток ниток в сумку. Мулан видела, что её глаза полны страха, – Пожалуйста.

– Ты всё это время проворачивала такое? – спросила Мулан, – Пока остальные усердно работали? Мы все старались изо всех сил!

Ин не ответила. Она казалась такой испуганной. Хотя Мулан продолжала злиться на девочку, ей всё равно стало жаль её.

– Я не скажу ей, – вздохнула Мулан, – Но это нечестно.

- Я знаю, – Голос Ин сорвался, и она опустила голову. Мулан увидела, как на пол упала слеза. Закрыв сумку. Ин поднялась и покинула маленькую классную комнату.

Мулан направилась следом, раздумывая, стоит пи ей пойти за Ин. Но снаружи девочку уже ждали Мэй, Чен, На и Цзинь.

– Что случилось? – спросила Мэй, – Почему мисс Совершенство убежала?

Мулан закусила губу. Остальные девочки выжидательно смотрели на неё, желая услышать, что произошло.

– Ну, – начала Мулан, – оказывается, она не так уж и совершенна… – Она описала, как столкнулась с Ин в классе и как та жульничала с выполнением заданий, принося всё готовое из дома.

– Не могу в это поверить! – воскликнула Чен, когда Мулан закончила рассказ.

– А я могу, – сказала На, – Никто не может быть настолько хорош во всём!

– Знаете, – проговорила Цзинь, – когда мы готовили пудру из риса, кое-что мне показалось странным. Ин всё время поворачивалась ко мне спиной, когда молола рис. Я думала, она скрывает от меня свой особый способ помолки... но теперь мне всё ясно.

Мулан кивнула.

– Должно быть, она шпионила за свахой, чтобы заранее узнать, чем мы будем заниматься, – Она не могла придумать, как ещё Ин могла бы узнать, что принести из дома. Хотя это не объясняет, как ей удалось приготовить идеальный рис в первый же день.

Мэй сжала кулаки:

– Уроки проходят у меня дома. Пожалуй, я бы тоже могла сжульничать, если бы захотела. Но я этого не сделала. Так нечестно.

– Мы должны всё рассказать свахе, – сказала Чен.

– Верно, – поддержала На, – сваха не должна позволить обманщице получить лучшего мужа.

Слова подруг заставили Мулан почувствовать себя неуютно. Конечно. Ин поступила нечестно, но они не видели её взгляд – он выражал нечто большее, чем страх быть пойманной. Он выражал стыд. И Мулан ужаснула мысль о том, что. рассказав всё свахе, она навлечёт на Ин ещё больший позор. Тем более она пообещала девочке, что не станет этого делать. Она решила сменить тему.

– У меня идея, – Лица девочек обратились к Мулан, – Эти занятия... вам не кажется, что они немного странные?

– Что ты имеешь в виду? – спросила На.

– Ну, – продолжила Мулан, – похоже, свахе всё равно, узнаем пи мы что-нибудь на самом деле.

Девочки согласно кивнули. Это придало Мулан смелости продолжить:

– Так почему бы нам не учиться друг у друга?

– По словам свахи, лучший жених достанется самой умелой из нас, – сказала Цзинь, – Она просто пытается определить, кто из нас действительно лучше.

– А это трудно, когда кто-то жульничает, – пробурчала Мэй.

– Но до нашего замужества ещё куча времени, – сказала Мулан в попытке сосредоточить внимание девочек на своей идее, а не на обмане Ин.

– Сваха не разрешает нам помогать друг другу. Она ясно дала это понять, – сказала Чен.

– Так, может, ей не обязательно об этом знать? – ответила Мулан.

– Постой. О чём ты говоришь. Мулан? – спросила На.

– Я говорю, что мы должны что-то предпринять, – ответила девочка, – Вне занятий мы могли бы учить друг друга всему, что знаем.

– Свахе это не понравится, – сказала Мэй.

– Но разве она сможет злиться, если мы станем лучше? – спросила Мулан, – Нам следует быть вежливыми, и, на мой взгляд, работая вместе, мы сможем научиться вежливости. Нас просят быть умными, и так как нас ничему не учат на занятиях, я думаю, будет умно учить друг друга. Мы выучим всё, что сможем, и докажем, что станем хорошими жёнами! Даже если сделаем это не совсем так, как ожидает сваха.

Мулан затаила дыхание, когда остальные девочки молча на неё уставились. «Что. если весь план был ошибкой? – подумала Мулан, – Что, если они обвинят меня в попытке сжульничать и рассердятся на меня так же, как на Ин?»

– На самом деле я действительно хочу знать, как приготовить твой чай, Цзинь, – сказала На.

Напряжение спало, и девочки рассмеялись. Мулан удалось их убедить.

На следующее утро Мулан ощущала такое же волнение, как в первый день занятий со свахой. Она и другие девочки договорились попросить своих родителей разрешить им каждый день приходить домой на час позже, чтобы у них была возможность позаниматься дополнительно. Они будут учиться! Просто не только у свахи. Вдобавок они проведут время с новыми друзьями.

Мулан чувствовала себя настолько энергичной, что. ожидая, пока куры позавтракают. она отрабатывала комбинацию прыжков и ударов, которую подсмотрела у деревенских мальчишек несколько дней назад. Она продолжила свои упражнения, идя по лунному мосту. А затем и по пути на кухню, держа в руках свежие яйца. Каждый раз, когда одно из яиц выскальзывало из её рук. грозя разбиться об пол, девочка успевала его подхватить, а затем кланялась в ответ на смех и аплодисменты мамы и бабушки.

За завтраком Мулан получила разрешение от мамы и бабушки Фа заниматься на час дольше. Теперь, когда она шла к дому Мэй, вид мальчиков, идущих в школу, больше не вызывал у Мулан такой зависти, как раньше. В конце концов, теперь она чувствовала, что, как и они. вот-вот станет частью команды.

Мулан вошла в класс и поприветствовала Цзинь. На. Чен и Мэй. Мулан заметила, что обычное место Ин пустовало.

– Мои родители разрешили мне заниматься дополнительно, – сообщила На Мулан, когда та уселась рядом.

– И наши тоже! – воскликнули Цзинь, Мэй и Чен.

– Можем приступить сегодня после обеда, – сказала Мулан. Девочки весело принялись обсуждать друг с другом свои планы, но тут в комнату вошла Ин.

Девочки притихли и уставились на неё. Ин тут же покраснела. Она опустила голову. стараясь укрыться от взглядов, и направилась к своему месту рядом с Цзинь.

– Мы знаем, что ты сделала, – сказала девочке Чен.

Ин сидела, не шевелясь. Мулан резко обернулась, посмотрев на Чен.

– Нечестно обманывать, – сказала Чен, – Если ты поступишь так ещё раз. мы всё расскажем свахе.

– Точно, – подхватили Мэй, Цзинь и На. Ин по-прежнему не поднимала глаз. Её взгляд был прикован к обуви.

Мулан почувствовала, как её лицо залилось краской. Когда Мулан рассказывала другим девочкам о том. что сделала Ин, она и не думала, что те станут вот так нападать на неё. Несмотря на обман, Мулан не хотела, чтобы Ин чувствовала себя неловко. К счастью. Чен не успела ничего добавить, так как в комнату вошла сваха и начался урок.

На протяжении всего занятия, посвящённого «Наставлениям» – древнему свитку с правилами хорошего тона, – Ин оставалась неподвижной, словно камень. Когда настал её черёд, она с запинкой повторяла строки из свитка. Девочка едва могла запомнить три слова, не говоря уже о целом предложении или двух. Мулан с уверенностью могла сказать, что сваха была недовольна внезапной перемене в своей лучшей ученице.

Когда урок закончился. Ин поспешила к выходу ещё до того, как Мулан успела подняться. На прошептала Мулан на ухо:

– Теперь пришло время на самом деле чему-нибудь научиться.

Девочка кивнула и постаралась вернуть то прекрасное настроение, с которого начался день.

Девочки направились в тихую тенистую рощу, расположенную вдали от деревенского шума. Прямо как на уроках у свахи, девочки подготовили все необходимые предметы, уселись на землю и с нетерпением стали ждать начала занятия. Но здесь они, помимо прочего, смогут повеселиться!

Во время совместного дополнительного занятия Цзинь рассказала остальным о различных травах для чая. используя ингредиенты, которые она принесла из дома. Она не только научила девочек рецепту, который произвел впечатление на сваху, но и показала, как сушить цветы и листья, и рассказала, сколько времени необходимо заваривать каждую смесь в воде. У девочек не было огня, чтобы вскипятить воду и попробовать чай, но это не мешало им всё запоминать.

Однако когда спустя час девочки попрощались, мысли Мулан снова вернулись к Ин. Мулан стало грустно, что все девочки в классе дружны и учат друг друга, лишь Ин осталась в стороне.

Вернувшись домой, Мулан решила попрактиковаться в приготовлении настоящего чая для мамы и бабушки, используя рецепт, которому её только что научила Цзинь.

– Пахнет вкусно, – сказала бабушка Фа, когда Мулан разлила горячий напиток по маленьким чашкам.

– Как прошёл твой день, Мулан? – спросила мама, – Ты выглядишь немного встревоженной. Может быть, ты слишком устала после дополнительного занятия?

Вздохнув. Мулан протянула руку и почесала Младшего Братца за ушами. Она никогда не умела скрывать своих чувств от семьи. Не в силах больше сдерживаться, она поделилась с родными всей историей про Ин.

– Похоже, теперь Ин приходится несладко в классе, – сказала бабушка Фа.

– Только потому, что её поймали, – ответила Мулан, – Правда же? Почему я должна чувствовать себя плохо, когда именно она была той, кто всех обманывал?

– И всё же раньше она была лучшей ученицей, а теперь осталась в одиночестве. Кто-нибудь говорил с ней, чтобы узнать, всё ли в порядке? – спросила мама девочки.

Мулан покачала головой.

– Не совсем, – тихо ответила она, – Мы говорили между собой. Но не с Ин.

– Зачастую стоит спросить, почему кто-то решил, что будет лучше солгать. Как ты узнаешь ответ, если не задаёшь вопросы? – Бабушка Фа помешала чай в чашке, вглядываясь в неё так, будто могла увидеть внутри целый мир, – И всегда лучше поговорить с кем-то, чем о ком-то.

Когда Мулан услышала слова бабушки, ей стало стыдно за то, что она не выяснила этого в прошлый раз, ещё тогда, когда обнаружила у Ин моток шёлковых ниток. Возможно. ей нужно было с кем-то поговорить об этом. Мулан хотела бы быть такой же мудрой, как её мама и бабушка. Она ещё многого не знала. Как же ей теперь всё исправить?

Следующим утром по дороге в школу Мулан заметила Ин, съёжившуюся около двери закрытого магазина. Рядом с ней стояла её мама. Похоже, между ними разгорелся жаркий спор. Мулан подкралась поближе и юркнула за угол, где Ин и её мать не смогли бы её увидеть.

– Наша семья рассчитывает на тебя. Ин, – услышала Мулан слова женщины, – Если ты не станешь лучшей в классе, сделав всё, чтобы в будущем сваха тебя не забыла, то что станет с нами? Что будет со мной, с твоим отцом и с дедушкой?

– Я стараюсь, мама, – послышался тихий голос Ин. От уверенной в себе девочки, которую Мулан увидела несколько недель назад, когда только начались уроки, не осталось и следа.

– Как ты стараешься? Я вчера виделась со свахой, она сказала мне, что ты едва могла запомнить хоть слово из «Наставлений».

– Прости, – тихо сказала Ин, – Я не знаю, как мне всё время быть самой лучшей.

– Тебе придётся найти способ, – ответила мама Ин, – Иное для нас неприемлемо.

Голова Мулан закружилась от мыслей. Она знала, что муж, которого выберет сваха. важен для всех, включая собственную семью Мулан. Но её мама, отец и бабушка никогда не давали ей понять, что замужество – единственное, что имеет значение.

Семья Мулан ценила её сообразительность, чувство юмора и умение любить. Они никогда не заставляли Мулан чувствовать, что будущий брак важен больше, чем её собственное счастье или честь. Теперь Мулан стало ясно, что в семье Ин придавали значение совсем другим вещам. Неудивительно, что. находясь под таким давлением. Ин попыталась всех одурачить.

Не успев засомневаться в своих действиях, Мулан вынырнула из-за угла. Ин и её мать обернулись, ошарашенные тем, что их прервали.

– Доброе утро. Ин! – весело сказала Мулан.

Ин лишь молча смотрела на девочку, побледнев от ужаса.

Мама Ин уставилась на дочь.

– Не хочешь познакомить меня со своей подругой?

– М-мама, – пробормотала Ин, – это Мулан.

Мулан повернулась к матери Ин:

– Простите, что помешала. Я лишь надеялась попросить у вас разрешения кое-что сделать, – Мулан сглотнула, стараясь не обращать внимания на то, как глаза Ин становились всё шире с каждым её словом, – Ин так талантлива во всём, чему нас учит сваха. Не могла бы она каждый день после занятий уделять мне немного времени, чтобы помочь с уроками?

На лице Ин отразилось смущение. Её мать сдвинула брови:

– Почему она должна тебе помогать? Мы заинтересованы, чтобы она превзошла всех остальных.

Рассмеявшись. Мулан покачала головой:

– Вам не стоит об этом беспокоиться, мне ни за что не стать лучше Ин. Если бы она меня учила… – Мулан спешно искала, что бы сказать. Обычно она не лгала, но сейчас девочке хотелось помочь Ин, – Да. если бы она меня учила, это помогло бы ей подготовиться к управлению своим будущим домашним хозяйством. Ин непременно достанется самый завидный жених, а значит, в её доме будет много слуг.

Мама Ин улыбнулась:

– Это так. Однако учитывая, как плохо Ин показала себя на вчерашнем уроке, ей лучше сосредоточиться на улучшении собственных навыков.

Задумавшись на мгновение. Мулан сказала:

– Знаете, мне самой с таким трудом давалось изучение «Наставлений». Похоже, это из-за меня Ин запуталась и совершила ошибку. Правда ведь. Ин? – Мулан подтолкнула девочку локтем, словно пытаясь послать ей мысленное сообщение: «Подыграй мне!»

– Да, – медленно произнесла Ин, – Должно быть, так и было.

– Ну что ж, – ответила мама Ин, – я не могу допустить, чтобы твои скромные способности тянули Ин вниз. Если дополнительные занятия с тобой помогут моей дочери оставаться лучшей, тогда я согласна, – Она пригладила волосы дочери и ушла, оставив девочек одних.

– Зачем ты это сделала? – спросила Ин у Мулан, как только её мать скрылась из виду. Её глаза внимательно изучали лицо Мулан, словно желая прочесть на нём ответ, – Я думала, ты меня ненавидишь.

– Я вовсе не ненавижу тебя, – сказала Мулан, – Я злилась из-за того, что ты нас обманывала. Но я понимаю, каково это – желать приумножить честь семьи.

– Именно этого я и хочу, но это очень сложно, – ответила Ин, – Моя мама постоянно твердит о том, что я должна заполучить лучшего жениха. Если я не стану лучшей в классе, то не знаю, как переживу разочарование моих родителей. Но я была не права, когда решила сжульничать. Прости меня.

Мулан положила руку на плечо Ин.

– Я тебе верю. И я не шутила насчёт дополнительных занятий… – и она рассказала об их плане.

– Наверное, они не захотят меня там видеть, – сказала Ин, – Девочки сильно разозлились на меня.

– Уверена, они быстро остынут, – сказала Мулан, надеясь, что это правда, – Кстати. я хотела у тебя кое о чём спросить. Как тебе удалось проследить за свахой ещё до того, как у нас начались занятия? Ведь тогда никто из нас даже не знал, кто она такая!

– О, – Ин пожала плечами, – до первого занятия я за ней не следила.

Мулан изумлённо разинула рот:

– Так ты на самом деле можешь приготовить идеальный рис? Сама?

– Видимо, да! – оживилась Ин.

– Думаю, если ты научишь нас готовить рис, то это станет первым шагом на пути к тому, чтобы девочки тебя простили.

Ин улыбнулась:

– Это мне по силам.

И обе девочки направились в учебный класс, расположенный в доме Мэй.

После ещё одного дня заучивания «Наставлений» со свахой Мулан ощутила на себе взгляды других девочек, наблюдавших за тем, как она покидает дом Мэй вместе с Ин. Как только они оказались на улице, Мулан обратилась к подругам.

– Я предложила Ин присоединиться к нам, – сказала она и ощутила, как напряглась стоящая рядом Ин. Мулан сжала её руку, – Я хочу, чтобы она занималась с нами.

Девочки пристально посмотрели на Ин.

– Простите меня, – выпалила она, – Мне так жаль. Я никого не хотела выставить в дурном свете. Я знаю, что поступила неправильно.

Воцарившееся молчание длилось, казалось, целую вечность. Мулан уж было начала нервничать, но тут вперёд вышла Цзинь.

– Я тебя прощаю, – сказала она, – Последние пару дней ты выглядела такой грустной. Похоже, ты разочарована в себе ещё больше, чем мы.

– Ну не знаю, – сказала Чен, – Я разочарована в ней очень сильно.

На переступила с ноги на ногу.

– Мне не нравится то, что ты сделала. Ин. Но я чувствовала себя плохо из-за того, что мы отгородились от тебя.

– Это было ужасно, – призналась Ин, – Войдя вчера в класс, я сразу поняла, что мне не рады.

– Мы не должны были так жестоко с тобой поступать, – подала голос Мэй, – Каждый заслуживает второй шанс.

Чен скрестила руки на груди.

– Откуда нам знать, что ты не расскажешь свахе о наших дополнительных занятиях, чтобы выглядеть лучше в её глазах? 

На мгновение Ин задумалась:

– Могу лишь сказать, что из-за этого обмана я чувствовала себя невероятно одинокой. Я ни за что не хотела бы пережить это снова. Быть лучшей того не стоит.

Лицо Чен смягчилось, и она улыбнулась:

– Мне этого достаточно. Давай станем не лучшими вместе.

Следующие несколько недель, вплоть до состязания, устроенного свахой после окончания школы, шесть девочек встречались каждый день. Благодаря тайным встречам Мулан ощутила, что они с подругами способны на многое. Несмотря на не особо полезные «уроки» свахи, они всё же могли учиться, хотя для девочек не было такой же школы, как для мальчиков. Они не изучали боевые искусства, но сражались по-своему.

Правда, с материалами для занятий девочкам пришлось проявить фантазию. На принесла из дома обрезки ткани, чтобы девочки могли потренироваться делать аккуратные стежки. Мулан показала, как работают счёты, раскладывая на земле мелкие камешки. Они тренировались считать до тех пор. пока Мулан не убедилась, что каждая из них могла бы стать великолепной торговкой. Ин, используя высушенные Цзинь цветы и травы, объяснила, в каких пропорциях следует использовать ингредиенты, чтобы приготовить вкусный рис. Каждый вечер дома со своими семьями девочки оттачивали рецепт Ин, пока у них тоже не стал получаться идеальный рассыпчатый рис. Чен учила всех каллиграфии и тем иероглифам, что знала сама, чертя их на земле палкой. Что касается «Наставлений», заучивание которых одинаково тяжело давалось всем девочкам, Мэй придумала особый приём запоминания. Нужно было сочинить с «Наставлением» глупую песенку. И хотя этот способ, несомненно, помогал девочкам с запоминанием трудных строк, всякий раз, прибегая к нему, они заливались смехом, который обычно не смолкал до конца дня.

Кроме того, девочки смогли лучше узнать друг друга. На рассказала о своих многочисленных младших братьях и сёстрах и о том. как приятно проводить время вне дома. с друзьями своего возраста. Ин рассказала о давлении, которое она испытывала, пытаясь стать лучшей на занятиях свахи. Как оказалось, многие девочки чувствовали то же самое. Мулан призналась, что завидовала образованию мальчиков и жалела, что не может ходить в ту же школу, что они. Она даже показала девочкам подсмотренную комбинацию прыжка и удара, которую время от времени отрабатывала. У девочек этот приём получался ненамного лучше, чем у Мулан, но было очень весело пытаться вместе им овладеть.

Честно говоря, Мулан больше не жалела, что не посещает ту же школу, что и мальчики. Сложись всё иначе, она не проводила бы время со своими новыми подругами, работая в команде. Мулан гордилась тем, что прислушалась к внутреннему голосу и усомнилась в свахе. Благодаря этому ей удалось найти другой способ учиться.

Через три недели после того, как Мулан и другие девочки начали свои дополнительные занятия, наступило время состязания свахи. Все девочки пригласили свои семьи, которые сейчас собрались во дворе дома Мэй и любезно беседовали между собой. В воздухе чувствовалось напряжение. Мулан могла только гадать, насколько хуже могло бы быть, если бы она и остальные девочки не следовали своему тайному плану. Она была рада, что они прошли через это вместе, так что теперь они смогут более уверенно чувствовать себя на состязании.

Наконец сваха пригласила девочек в класс, в то время как их семьи остались ждать снаружи. Внутри стояло шесть столов. На каждом из них лежали предметы предыдущих уроков. Тут были счёты, ткань и нитки для вышивания, свитки для письма. травы для чая. «Наставления» для чтения и большая миска риса для приготовления и измельчения в пудру.

– Девочки, у вас есть два часа, чтобы выполнить все задания. Вы не должны покидать комнату до тех пор. пока не пройдут два часа. Когда время выйдет, я вернусь с вашими семьями, чтобы посмотреть, как вы продемонстрируете свои умения, – Когда сваха повернулась, чтобы уйти. Мулан мельком увидела знакомое лицо позади неё. Отец девочки тоже был во дворе! Он вернулся! Мулан хотелось бы скорее броситься к нему и обнять, но дверь за свахой закрылась. Пора начинать.

От волнения у Мулан свело живот. Что подумает её отец о той уловке, на которую они с девочками решили пойти? Будет ли ему стыдно? После столь долгого пути домой станет пи это той встречей, которую он заслуживает?

Но затем Мулан посмотрела на нетерпеливые лица своих пятерых подруг. Они были командой. И девочка почувствовала себя спокойнее, уверенная в том, что то, чем они занимались, было лучшим решением. Возможно, те, кто находился по ту сторону двери, ожидали совсем другого... но это было правильно.

Спустя два часа дверь открылась, и вошла сваха, за которой последовали семьи девочек. Сваха выпучила глаза. Никакое количество косметики не смогло бы скрыть потрясение на её лице.

Мулан, Ин, Чен, На, Мэй и Цзинь сдвинули шесть столов в центре комнаты. Вместо того чтобы каждая из шести девочек выполнила предназначенные ей задания, они решили объединиться и выполнить их совместно. Девочки по очереди перемалывали рис для одной миски пудры, которая сейчас была безупречно нанесена на их лица. На столе лежал один свиток, его каллиграфические знаки были мастерски скопированы мазками шести разных рук. Тут было и большое блюдо идеально приготовленного риса. Возле риса стоял один чайник чая, приготовленного из трав, которые девочки выбрали совместно. Шесть клочков ткани были сшиты в один и вышиты подробным цветочным узором.

На другом свитке пергамента, расположенном рядом со счётами, был записан ряд вычислений. Мулан была уверена, что все ответы верны, так как расчёты девочки делали по очереди, постоянно проверяя друг друга.

Оценив открывшуюся картину, сваха схватила сборник «Наставлений», который девочкам необходимо было запомнить.

– Что ж, похоже, мои ученицы решили завершить состязание иным способом, – Мулан увидела, что сваха изо всех сил старается держать себя в руках, – Девочки старались действовать умно. Несомненно, это указывает на определённые таланты, но не на те, которые помогут им успешно выйти замуж, – Она ухмыльнулась девочкам, – «Наставления» помогут нам определить победительницу.

Сваха начала с Мэй, попросив её прочитать наизусть первое наставление. Однако Мэй заговорила не одна. Вместо этого все девочки дали ответ в один голос.

Лицо женщины побагровело от злости, это было видно даже сквозь белую пудру. От Мэй она перешла к Цзинь, попросив ту рассказать второе наставление. И вновь девочки ответили вместе, едва вовремя спохватившись, чтобы не спеть глупую песенку Мэй.

Мулан уже почти увидела, как из ушей свахи повалил пар. Женщина скомкала лист с «Наставлениями» и бросила его в миску с рисовой пудрой, а затем повернулась к семьям девочек, находящимся в комнате.

– Разбирайтесь с вашими дочерями сами, – воскликнула она, – Удачи! – И с этими словами сваха вышла из комнаты.

Мулан, Цзинь. На. Мэй, Чен и Ин обнялись. Освободившись от объятий, Мулан украдкой взглянула на свою семью. Её бабушка улыбалась понимающей улыбкой. Брови её мамы были удивлённо приподняты. А отец... отец просто светился, глядя на неё.

– Какой чудесный подарок к моему возвращению! – сказал он весело. Девочки нервно хихикнули.

Мама Мэй вышла вперёд:

– Я не хотела ничего говорить, чтобы не испортить отношение девочек к занятиям, но я слышала, что в последние годы эта сваха потеряла расположение многих семей. Уроки были для неё способом восстановить свою репутацию. Мне стало жаль эту женщину. и я решила, что несколько занятий никому не повредят. Думаю, наши дочери ясно дали понять, что лучше они обратятся к другой свахе, когда придёт время.

Шесть девочек дружно прокричали:

– Да!

В ответ на это отец Мулан громко рассмеялся. Понемногу к нему стали присоединяться остальные родители, бабушки и дедушки, и даже родители Ин, пока вся комната не наполнилась смехом. Сегодня никто не был опозорен.

Мулан бросилась вперёд, чтобы поприветствовать отца, остальные девочки сделали то же со своими родителями.

– Папа, не могу поверить, что ты действительно здесь! – В груди Мулан бушевала буря эмоций.

Отец прищурившись посмотрел на дочь:

– Кто это? Неужели Мулан?

– О чём ты говоришь? Конечно же это я! – воскликнула девочка.

Отец бережно провёл по лицу дочери рукавом своего одеяния. С кожи Мулан осыпалась белая пудра.

– Вот это больше похоже на правду. Вот моя девочка, – сказал он, сжимая её в объятиях. Мулан уютно устроилась в его руках, вдыхая запах, по которому скучала так много месяцев.

Семьи покинули дом Мэй и направились к деревне. Каждая из девочек восторженно рассказывала о том, чему они научились друг у друга за последние несколько недель.

– Я горжусь тобой, Мулан, – сказал отец, – Похоже, пока я сражался за Китай, здесь, дома, вы тоже участвовали в собственном небольшом сражении. Где ты научилась быть такой храброй и решительной?

Мулан покраснела:

– Я всему научилась у тебя, мамы и бабушки.

Бабушка Фа обняла Мулан. а мама засмеялась.

– Ну, тогда мы просто не можем прервать обучение сейчас, не так ли? – сказал отец Мулан, – Я должен многое наверстать, ведь меня так долго не было рядом, – Он улыбнулся, – С чего ты хочешь начать?

Взгляд Мулан привлекло какое-то движение у здания школы. Там снова занималась группа мальчиков, отрабатывающих прыжки и удары в воздухе.

Девочка указала на них.

– Для начала научи меня этому, – сказала Мулан с широкой улыбкой.

Когда я только приступала к работе над этой книгой, я знала, что передо мной стоит более сложная задача, чем просто рассказать историю. Мне необходимо было узнать, как мог выглядеть мир вокруг юной Мулан в её время: что бы она ела. как развлекалась и проводила свои дни, во что она могла быть одета... и что она могла учить. Особенно сложной эта задача была потому, что оригинальная легенда о Мулан, как и мультфильм компании «Дисней», не соотносятся с каким-то определённым десятилетием или даже веком. Сама история и быт того времени описаны под влиянием нескольких эпох в истории Древнего Китая.

Поэтому, хоть я и постаралась описать жизнь Мулан максимально достоверно, всё же было бы неправильно утверждать, что эти события могли происходить в какой-то определённый исторический период. Моё внимание было сосредоточено на том, чтобы сделать историю Мулан интересной, содержательной и понятной юным читателям, при этом не делая её невозможной (с исторической точки зрения).

В Древнем Китае независимо от эпохи школы и другие возможности получить образование были доступны только мальчикам и мужчинам, а также знатным слоям общества. в то время как юные девушки учились всем необходимым навыкам дома. Маловероятно, что учебный класс свахи, о котором говорится в этой истории, мог бы существовать в реальной жизни. Однако, будь такое возможно, я уверена, что Мулан не была бы довольна сложившейся ситуацией. Она не смирилась бы с тем. что образование доступно только мальчикам, и наверняка попыталась бы что-нибудь изменить!

– Тесса Роел