Человек взял на себя ответственность принимать решения за весь окружающий мир. Но хочет ли окружающий мир этого?
Едва забрезжил рассвет, он вышел на улицу. Дорогой костюм, строгие ботинки, все эти атрибуты успешности, в которые он врос всей душой, за долгие годы пребывания в обойме вершителей судеб человеческих, нелепо выглядели на сочном, аккуратно подстриженном газоне, упирающемся в многовековой лес. На этой резиденции ранее ему бывать не приходилось. Но и ситуаций таких еще не возникало. Аналитики пришли к выводу, что сейчас находиться здесь самое место и настояли на переезде. Аналитикам за то и платят, чтобы они просчитывали всевозможные варианты. Да и как показывает текущее положение дел на сегодняшний день, они не ошиблись в своих прогнозах.
Резиденция была расположена на внушительном расстоянии от любых дорог и населенных пунктов. Никакой связи, чтобы не обнаружить местонахождение по сигналу. Как говорится, в самом центре нетронутой девственной природы. Добраться сюда можно было только на вертолете. Может быть поэтому, но с момента приезда сюда, он ощущал себя совсем по-другому. Вечером ложился раньше обычного, вставать же стал с рассветом, чтобы понаблюдать за природой. В нем вдруг проявилось желание созерцать. Последние несколько десятков лет все его внимание было сосредоточено на том, чтобы оставаться на плаву, быть в топе, двигаться вверх, самоутверждаться. Большой бизнес, большая политика, тернистый путь к власти и богатству. Не до созерцания. Среди подобных себе, нужно держать ухо в остро. Как свора собак, они накинутся на тебя, лишь почувствует слабину. Тут же слетятся на пирушку урвать кусочек от ослабшего организма, будь то корпорация, народ, страна. И все спрятано за дорогими костюмами, красивыми словами, но все они ненасытные звери, хуже диких лесных. Несколько месяцев прошло, с тех пор, как он живет здесь, и все острее и острее стал он это чувствовать. Свежие мысли, тишина, и спалось здесь хорошо, и думалось.
Повеял свежий утренний ветерок, обдав лицо благоуханнием цветов, трав, горных ледников, чистых рек. Кто ж его знает, где уже побывал этот ветерок, прежде чем принести все это богатство и щедро выплеснуть на него, стоящего в строгом костюме и дорогих ботинках на траве, на которой блестела хрустальная утренняя роса. В первые недели пребывания здесь, он чувствовал себя некомфортно, как обитатель черно-белого мира, случайно оказавшийся в другом мире, полоном красок и веселья. Но потом проникся, и даже полюбил стоять по утрам и смотреть, как едва покрасневшее небо на горизонте, все увереннее светлеет. Как, чувствуя приход Солнца, оживает природа. Он уже выучил некоторые приятные закономерности. Каждое утро он с нетерпением ждал, когда на опушку выскочит молодой, забавный енот, и своей беззаботной радостью встретит появление солнца, чем вызовет у него непроизвольную и искреннюю улыбку. Искреннюю! Только здесь, наедине с природой, он был искренним, в эти недолгие утренние минуты. Потом целый день и вечер лицемерия. На работе, в семье, с самим собой. "Боже, какая красота!" – пронеслось у него в голове. Он стоял настоящий. В своем черно-белом, насквозь лицемерном мире, он был одинок, ведь никому нельзя доверять полностью. Поэтому он нуждался в этом еноте, и каждое утро переживал в нетерпеливом ожидании: «вдруг что-то случилось, и он не придет?» И сердце стучало сильнее от тревоги. Только перед ним он мог находиться без лицемерной маски, сегодня он даже захотел снять ботинки, чтобы ощутить прохладу росы… Но, из черно-белого мира появился секретарь, указывающий на часы:
– Доброе утро! Пора! Через час заседание, – сказал он с приветливой, черно-белой улыбкой.
Сердце слегка защемило от тоски, он последний раз бросил взгляд на енота, резвящегося в утренних лучах. Разноцветные бабочки кружились над поляной, но, пора было возвращаться в привычный черно-белый мир. При первых звуках запуска вертолета енот смешно, вприпрыжку ускакал в лес. Как же ему не хотелось чтобы он уходил.
*****
В зале для совещаний собрались все. Около 50 человек. Все самые влиятельные, умные, старые. Или самые беспринципные, лицемерные, наглые. Одним словом те, кто за свою жизнь всегда успевал предать первым. От них зависело очень многое. Вся дальнейшая жизнь. Он окинул присутствующих взглядом. Строгое убранство зала, участники заседания в дорогих костюмах. Все атрибуты черно-белого мира были на месте.
– Итак, Господа, после вчерашнего совещания у нас были сутки на размышления. У кого-нибудь возникли свежие мысли? Идеи? – начал он совещание. В ответ тишина. Вчера заседание было длинным и жарким. Видимо все выложились по-полной. Он подождал какое-то время и продолжил:
– Раз никаких возражений ни у кого нет, – четко и раздельно, торжественным холодным голосом произносил он каждое слово, – я, как верховный главнокомандующий, приказываю: нанести привентивный ядерный удар со всех позиций, по противнику, с целью уничтожения его огневой мощи. Если мы этого не сделаем, противник сделает это первым. Другого решения ни мы, ни наши аналитики найти не могут. Прошу голосовать. – Было видно, что решение каждому далось тяжело, на многих не было лиц, сутки были на размышления, обдумывания, но ситуация была тупиковой. Ни один из присутствующих изворотливых умов, так и не смог найти другого решения, поэтому, все молча, подняли руки. – Единогласно, – подытожил он. – Приказываю всем ответственным службам позаботиться о гражданских, открыть доступ в бомбоубежища. В приоритете мужчины и женщины в детородном возрасте, – продолжил он тем же беспристрастным голосом. – Всех присутствующих прошу собрать членов своих семей и прибыть в бункер в течение двух часов. – Решение было принято еще вчера, поэтому ни для кого новостью не стало. Все присутствующие уже были к этому готовы.
Он посмотрел в окно, По синему небу бежали белые фигурные облака, ветер шелестел зеленой листвой, Солнце, желтыми лучами, обогревало каждое живое существо на этой стороне планеты. Через два часа все здесь присутствующие спустятся в черно-белый бункер, в котором и пребудут до конца своих дней. Они только что сами за это и проголосовали. А енот, уже забыв о том, как убегал, испугавшись, от вертолета, уже поел и беззаботно дремал, дергая во сне лапками, даже не подозревая о том, что радовался утреннему солнышку сегодня в последний раз…