Место действия: земля. Один из городов России. Онкологический диспансер

Время действия: конец 2022 года

В двухместной палате на койке сидит парень и смотрит в окно. Юноша совсем плох. Сухое тело, истерзанное болезнью, уже практически не слушается хозяина. Только сильные опиоидные анальгетики и позволяют ему находиться в таком положении. Если бы не они, то скорее всего, он сейчас выл бы от невыносимой боли.

- Снег идёт, - шепчет парень, наблюдая за хороводом снежинок, медленно опускающихся на землю в свете уличных фонарей.

Вечер ещё не наступил, но, как и положено зимой в России, уже темно. Раздаётся стук в дверь, и в щель пролезает голова его лучшего друга.

- Здорово, Жека! - Приветствует улыбающаяся голова и просовывает вперёд себя на вытянутой руке пакет с гостинцами. – Мама собирала. Тут как ты любишь: мандарины, апельсины и ещё киви.

- Серёга, - обернувшись на голос произносит юноша, и его лицо озаряет улыбка.

Это, пожалуй, единственное, что у него не смог забрать рак. Она всё такая же солнечная и располагающая к себе. Ещё правда остались глаза - ярко-зелёные, в глубине которых до сих пор не угасли искорки, сводившие девчонок с ума.

Положив пакет на прикроватную тумбочку, гость подтащил стул и, усевшись на него, заговорил:

- Отец передаёт привет и мама тоже, - тут посетитель встрепенулся. – Катя звонила…

- Не начинай! - Прерывает его Евгений. – Не хочу о ней говорить.

- Я тебя не понимаю, - мотает головой Сергей и пытается заглянуть другу в глаза. – Она ведь тебя любит. Да и ты…

- Потому и не начинай... - вновь прерывает говорящего парень.

- Что ж ты такой упёртый-то?

- Можно подумать, - снова улыбается Жека, - ты только сегодня это узнал?

- Да ну тебя к чёрту! – Возмущается Серёга.

Парни ненадолго замолкают, думая каждый о своём. В больнице довольно тихо. Особенно в этом отделении. Бывает, конечно, кто-то пройдёт по коридору или провезут на каталке либо коляске пациента, но в основном тут царит покой.

Сергей не знал о чём говорить. Всё уже тысячу раз обговорено и необходимые решения приняты. Ему было больно видеть Жеку таким… Они познакомились в первом классе сев первого сентября за одну парту. Так за общей партой и пролетела школа, сделав их лучшими друзьями. Все вокруг знали, что Серёжка Пак и Женька Соколов — это практически одно целое. Попробуешь наехать на одного рядом тут же окажется второй. Так было всегда. Их даже в шутку называли двойняшками, хотя внешне они были совершенно не похожи друг на друга. Серёга типичный темноволосый кореец, а Женька русый славянин.

- Как с отцом на рыбалку-то съездили? – Спросил Евгений, не глядя на друга. – Как обычно или?..

- Или, или, - улыбнулся Серёга. – Даже кое-что поймали. Отец, разумеется, всем рассказывает, что поймал почти кита, но ты же его знаешь.

Сегодня разговор совсем не клеился. Женька был странно задумчив.

- Вера Николаевна звонила, - как бы невзначай проронил гость, глядя в сторону.

- Надеюсь ты ей ничего не сказал? – Быстро отреагировал парень.

- Конечно не сказал, - поморщился Сергей, а затем задал давно его мучивший вопрос. – Почему ты от всех закрылся и запретил мне рассказывать о твоей болезни?

- Я же уже сказал, что мне достаточно одного тебя.

- Объяснись!

- Да что тут объяснять? – говоря это, Жека развернулся и опёрся спиной о стену, уставившись на друга своими пронзительными зелёными глазами. – Я на тебя-то смотреть не могу. Вижу, как ты мучаешься, а что уж про остальных говорить…

Закончив, парень прикрыл глаза. Видно было, что он устал. Сильно устал... В палате вновь наступила тишина. Заглянула медсестра и указала пальцем на свои наручные часы. Время посещения заканчивалось и пора было уходить. Сергей хотел сегодня вырваться с работы пораньше, но у него не получилось этого сделать. Он вообще приходил почти каждый день. Не мог не приходить. Кивнув, заглянувшей в палату девушке, посетитель вновь заговорил, обращаясь к другу.

- Ну ладно, - хлопнул он по колену товарища. – Надо идти!

- Спасибо, - открыв глаза, вдруг произнёс Евгений и уточнил. – За дружбу.

- Да ты не как прощаться со мной вздумал? - Удивился Серёга и наигранно нахмурившись пригрозил кулаком. – Ща как дам в глаз, чтобы дурь из башки твоей выбить!

- Понял, - поднял руки друг. – Молчу. Завтра заглянешь?

- Завтра не смогу, а вот послезавтра точно буду.

- Родителям привет передавай! - Уже в закрывающуюся дверь крикнул Евгений и увидел, как Сергей махнул рукой.

Место действия: там же

Время действия: девять часов вечера

Сижу, положив перед собой ноутбук и, воспользовавшись наушниками, чтобы никому не мешать, слушаю музыку. Мыслей в голове нет вообще никаких. Открывается дверь, и в палату заходит Леночка.

- Привет, Жень! - Здоровается медсестра, ставя на тумбочку поднос с уколом.

- Взяли моду в живую жопу железками тыкать, - ворчу я, убирая ноутбук и укладываясь на живот, приспустив штаны.

Хихикнув, Лена ничего не говорит, а сосредотачивается на своём деле. Рука у неё лёгкая.

- А разве сегодня твоя очередь в ночь?.. – Спрашиваю её просто, чтобы не молчать.

- Нет, - улыбается Лена, отвечая. – Светку подменяю сегодня.

Вспомнив Светлану, потёр левую ягодицу.

- «Вот у неё рука совершенно нелёгкая. Такой только сваи заколачивать», - припоминаю, возвращаясь в горизонтальное положение.

- Как себя сегодня чувствуешь? – Задаёт Лена дежурный вопрос.

- Так же, - отвечаю столь же дежурной фразой, которая в принципе вполне ясно отражает суть.

- Ну ладно, - немного скомкано произносит девушка. – Пойду я…

- Давай.

Когда Лена ушла, я, кое-как поднявшись, подошёл к окну и уткнулся лбом в стекло.

- Страшно, господи, - прошептал, чувствуя каждой клеточкой тела, что силы меня покидают, и эта чёртова болезнь берёт верх. – А ты всё молчишь и молчишь. Видимо есть дела поважнее?

Постояв так ещё немного, вернулся в койку.

- Ты не думай... - вновь обратился я к богу. – Я не злюсь из-за того, что ты не отвечаешь. Просто устал.

Посидел некоторое время молча, прислушиваясь к тишине, а затем, подтянув к себе ноутбук, воткнул наушники и включил музыку.

- «Хотя бы это не смог отобрать этот чёртов рак.»

Место действия: квартира семьи Пак

Время действия: двадцать два часа тридцать минут

На кухне за столом сидят Светлана Алексеевна Пак и их с мужем единственный сын Сергей. Хотя Женьку они с Виктором давно уже считают вторым ребёнком.

- «Всегда такой улыбчивый и открытый», - молча глядя на сына вспоминала женщина лицо мальчишки, который незаметно занял место в её сердце.

- Я не знаю, что делать, мам, - тихо произнёс Сергей, держа двумя руками почти опустевшую чашку с чаем.

Он сегодня не хотел идти к себе домой в год назад приобретённую однушку. Там его никто не ждал.

- Ты ничего и не можешь сделать, сынок, - с грустью в голосе негромко сказала Светлана Алексеевна. – Видимо это судьба.

- Но это же неправильно! - Совсем по-детски возмутился парень. – Почему он? Он же хороший человек! Я-то это точно знаю!

Тут зазвонил телефон, и Серёга достал его из кармана джинс.

- Лена звонит, - глянув на экран смартфона, немного удивлённо произнёс он и ответил на вызов. – Да, Лен. Слушаю тебя.

Светлана Алексеевна увидела, как побледнело лицо сына, и тут же вскочила.

- Я… - осипшим голосом попытался что-то сказать Сергей, но не смог.

Он убрал руку с телефоном от уха и, наклонившись, не вставая с места, резко выдохнул. Сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, парень разогнулся и вновь поднёс смартфон к уху.

- Я понял, - сказал он всё тем же сиплым тоном. – Спасибо, что сразу позвонила.

Разорвав соединение, парень уронил телефон на стол и посмотрел в лицо матери, что уже стояла рядом. Из глаз женщины полились слёзы. Она, молча сделав шаг, обняла сына. Говорить о том, что произошло нужды не было. Всё было ясно без слов.

Место действия: городское кладбище

Время действия: спустя два дня после похорон Женьки. День

По припорошённой свежим снежком дороге, что тянется сквозь всё кладбище идёт девушка в светлом пуховичке. Одета она довольно скромно. Неоткуда взяться роскоши. Отец погиб пять лет назад. Маму она похоронила не прошло и года. Остались только бабушка и она.

- Почему ты ничего не сказал? – Шепчет девчонка, уже в который раз задаваясь этим вопросом.

Пройдя мимо здания администрации кладбища и находясь уже у главных ворот, она слышит окрик:

- Катя! Катя, подожди!

Обернувшись, она видит Сергея, быстрым шагом идущего за ней. Когда ребята поравнялись, парень сразу задал вопрос:

- Ты что поменяла номер телефона? А то я никак не мог до тебя дозвониться.

- Да. А что?

- Тут такое дело… - парень почесал затылок. – Ты сейчас сильно торопишься?

- Мне через час на работе надо быть, - она кивнула в сторону откуда пришла. – Отпустили с Женькой попрощаться, когда узнала…

- Ты прости меня, - неожиданно Сергей начал извиняться. – Я хотел сказать сразу, но Жека… В общем, он запретил.

- Почему?

- Подожди меня, пожалуйста, - попросил Сергей. – Я на машине и довезу тебя до работы. По дороге всё объясню. Только закончу здесь кое-какие дела. Подождёшь?

- Ну, хорошо, - кивнув, согласилась Катя.

Парень закончил все свои дела через десять минут, и они продолжили разговор в его автомобиле. В салоне было тепло. Машина ещё не успела остыть, и Катя сняла шапку и расстегнула пуховик сидя на пассажирском сиденье.

- Погоди секундочку, - произнёс Сергей и потянулся к бардачку.

Девушка отодвинулась, чтобы не мешать. Достав оттуда довольно толстую пластиковую папку, парень её расстегнул и извлёк конверт, протянув его Катерине.

- Женька за неделю до смерти написал его.

Сергей, отдав письмо, тактично отвернулся и полез в свой телефон. Не став мешкать, Катя вытащила из конверта вдвое сложенный тетрадный лист и углубилась в чтение.

«Привет, мелкая. Я если честно не хотел писать, но меня кое-кто уговорил это сделать. В общем, тут такое дело… Не буду ходить вокруг да около. Мою квартиру я завещал тебе. Все необходимые документы у Серёги.»

На секундочку Катя оторвалась от чтения и кинула взгляд на лучшего друга её уже бывшего парня.

«Ты наверняка задаёшься вопросом: почему я запретил Серёге рассказывать тебе о моей ситуации и сам ничего не сказал? Сложно объяснить… Наверное, потому что не хотел, чтобы ты прошла через весь этот ужас снова. Ты же знаешь, что я не могу смотреть на страдания близких мне людей. Квартиру продай и этих денег должно хватить на оплату твоей “архитектурной” мечты. Даже ещё и останется, я думаю кое-что на разные глупости. Ну, вроде той сумочки, о которой ты так мечтала. Не знаю, что ещё написать. Ты прости меня за то, что так поступил с тобой, но иначе я не мог.

P.S. Можешь назвать меня дураком, если захочешь. Я не обижусь.»

Прочитав последние строки, Катя улыбнулась и прошептала.

- Дурак.

В этот момент по её щекам катились слёзы.

Место действия: неизвестно

Время действия: неизвестно

Я как-то очень резко пришёл в сознание и одним рывком сел, открыв глаза. Невероятно, но у меня ничего не болело и даже не ныло.

- Странно, - произнёс вслух и поразился своему голосу.

Он был обычным. Не было в нём приобретённой за время болезни слабости и ломкости. Опустил взгляд вниз, чтобы рассмотреть тело и тут же выругался.

- Да твою же ж за ногу!

Я был абсолютно голый. Прикрыв достоинство руками, поднялся на ноги. Оно было таким же как год назад, ещё до болезни, ну, в смысле тела, а не только достоинство: здоровое, крепкое и даже подтянутое тело.

- Не уютненько как-то, - пробормотал, оглядываясь в поисках того, чем бы прикрыться.

Меня окружал сплошной светлый туман, который изредка принимал знакомые очертания. Сделав шаг, наступил на что-то по ощущению похожее на ткань. Наклонился и нащупав рукой то, на что наступил, сразу обрадовался. Это были обычные светлые джинсы, и простая белая рубашка только вот обуви не было.

- И так сойдёт, - улыбаясь, стал напяливать на себя одежду.

В прикиде Адама чувствуешь себя очень некомфортно, а тут хотя бы что-то. Попрыгал на месте, убедившись в том, что у меня ничего не болит. Вновь огляделся. Всё тот же туман и больше ничего.

- Ау! Есть кто живой?

Ответом мне была тишина.

- «Пройтись нужно», - пришла в голову здравая мысль. – «Вдруг встречу кого?»

По началу, я делал медленные и аккуратные шаги, боясь, провалиться. Не видно ж ничего. Но потом осмелев, шагал уже размашисто и даже бодро. Однако, сколько я не бродил, пейзаж от этого не менялся.

- Ну и где я?

И снова на мой вопрос никто не ответил.

- «Блин, да тут даже эха нет», - подметил этот момент, вертя головой во все стороны.

Место действия: неизвестно

Время действия: неизвестно

Евгений уже набегался и наорался всласть. Сейчас он просто лежал на спине, закинув руки за голову, и что-то бормотал себе под нос.

«Хороша страна Россия!

Здесь пасётся конь в пальто.

Здесь родился, жил и умер

Знаменитый дед Пихто!» - Вспомнил я стишок, прочитанный мною где-то на просторах всемирной паутины.

Заняться, откровенно говоря, нечем. В голове пусто. Лежу вот и тупо наблюдаю за разнородными сполохами этого странного тумана. Почему странного? Да потому что он не мокрый.

- Тук-тук-тук!

Неожиданный стук подкинул меня на ноги, и я стал озираться по сторонам. Бегая тут до этого, дверь я не встречал. Кинул взгляд под ноги.

- «Неужто оттуда?» - Подумал и поёжился.

Не то чтобы мне было страшно, но просто снизу, как известно, ничего хорошего вылезти не может.

- Тук-тук-тук!

Вновь постучались, и мне показалось что звук идёт отовсюду. Я просто не смог локализовать место его возникновения. Постояв ещё какое-то время молча, решился и задал вопрос:

- Кто там?

Но ответом мне была всё та же тишина.

- Да что за бред то такой?!

-Тук-тук-тук!

Снова прозвучал этот стук.

- «Может быть нужно пригласить того, кто стучится или там разрешение дать, чтобы он или она могли войти? Или оно», - невесело подытожил я и не сдержал нервный смешок.

Пока стоял и раздумывал над сложившейся ситуацией, стук повторился ещё раз:

- Тук-тук-тук!

Прозвучало столь же монотонно и мерно, как и прежде. Дальше молчать уже не имело смысла. За то время что я здесь находился, понял, что если не встречу хоть кого-нибудь, то могу сойти с ума. А по моим меркам я здесь проваландался уже сутки, никак не меньше, и при всём при этом сна ни в одном глазу, да и голода тоже не чувствую.

- «Ай, да и ладно!» - махнул рукой и произнёс вслух. – Войдите.

Как только дал своё разрешение, справа от меня материализовался какой-то мужичок довольно небольшого роста, если, конечно, его рост сравнивать с моим. Я-то 184 см. Голова его была абсолютно лысой даже намёка на волосок не было. Так же он обладал каким-то располагающим к себе лицом непонятной национальности. Из одежды только балахон оранжевого цвета и босые как у меня ноги.

- Какое интересное место, - столь же неожиданно, как и материализовался, заговорил мужчина очень мягким голосом.

Появившись ко мне боком, он по всей видимости не заметил моего присутствия.

- Эм, - произнёс я и поприветствовал гостя. – Здравствуйте!

Мужчина полностью обернулся в мою сторону и, улыбнувшись, спросил:

- Это ты сделал?

- Сделал что? – Я приподнял брови.

- Ты создал это место? – уточнил он.

Возраст его я так и не смог определить.

- Очень любопытно, - продолжая озираться, задумчиво произнёс мой собеседник.

- Не знаю, - пожав плечами, вполне честно ответил я на его вопрос.

- Может быть присядем? - Предложил он, махнув рукой мне за спину.

Обернувшись в указанном направлении, увидел маленькую скамеечку в аккурат для двоих. Самая примитивная конструкция: два столбика и соединяющая их доска для того, чтобы умостить на неё зад. Рефлекторно почесав висок, молча кивнул и пошёл к скамейке.

- «И откуда она взялась? Не было же её тут.»

Мы сидели, не произнося ни слова довольно продолжительное время. Я непонимающий, что происходит, и этот мужик продолжающий рассматривать окружающее пространство.

- Ты ведь понял, что с тобой произошло? – Заговорил мой сосед, не глядя на меня.

- Я умер? - Всё же ещё сомневаясь, задал я вопрос. – Верно?

- И да, и нет, - ответил он.

- Как так? – В которой уже раз осмотрев себя, задал ещё один вопрос.

- Сложно объяснить, но я попытаюсь...

Собеседник вновь повернулся ко мне и, разглядев его в близи, я с удивлением понял, что черты его лица абсолютно симметричны.

- «Это же невозможно», - пришла мне в голову мысль. – «Таких людей в природе не существует.»

Сосед улыбнулся, будто услышал то, о чём я подумал, но не стал акцентировать на этом внимание.

- Ты застрял во времени, - разглядывая меня, сказал он. – Видел когда-нибудь старинные напольные часы или хотя бы слышал, как они ходят?

Я кивнул.

- Тик-так, тик-так, - изобразил он ход часов, качая головой из стороны в сторону. – А теперь представь, что тик – это жизнь, а так – это смерть. Сейчас ты находишься посередине между тик и так.

- Могу я вернуться? – Озвучил первое, что пришло в голову.

- Нет, - очень спокойно произнёс мой собеседник. – Никто не может. Таковы законы мироздания.

- А?.. – Начал я формулировать очередной вопрос, но сосед меня остановил.

- Я не господь бог. Я всего лишь путник, идущий по проложенному им пути, - ответил на мой так и не заданный вслух вопрос собеседник.

- Меня Женя зовут, - представился я и протянул руку.

Тот её пожал, немедля ни секунды. Его рукопожатие оказалось на удивление крепким, но не жёстким.

- Сиддхартха, - назвал своё имя человек.

А в том, что он человек я уже не сомневался. Даже не знаю почему? Просто появилась какая-то уверенность, что мой собеседник если и не является человеком в полном понимании этого слова сейчас, то был им когда-то. Мы помолчали.

- И что мне делать? – Спросил я через некоторое время.

- Не знаю, - пожав плечами, ответил Сиддхартха и добавил. – Решать тебе.

- «Ну, здрасьте мордасти. Что это вообще означает?»

- У тебя есть выбор, - произнёс сосед.

Я вздрогнул, окончательно убедившись в том, что он читает мои мысли. Сиддхартха улыбнулся, но ничего не сказал.

- «Блин! Теперь и думать надо с осторожностью, а то ляпну что-нибудь не то», - покосился на собеседника. – «Уйдёт и останусь тут куковать…»

Впрочем, мужик был невозмутим словно статуя.

- Вы сказали, что у меня есть выбор?

Сиддхартха кивнул, сложив руки на коленях.

- Из чего я могу выбирать? Вы ведь так же сказали, что возврата обратно для меня нет, а я хочу жить.

- Ты можешь остаться здесь, - собеседник обвёл рукой окружающее нас пространство.

- «Хреновый какой-то вариант», - мысленно проворчал я, следуя взглядом за рукой.

- Согласен, - кивнул Сиддхартха.

Я поёжился.

- Ты можешь пойти дальше, как и положено всем душам, - продолжил он.

- И что там меня ждёт? – Мотнул головой в сторону, намекая на "дальше".

- Не знаю...

Как мне показалось, Сиддхартха ответил вполне искренне. Снова наступила тишина.

- «Очень неприятные варианты озвучил мой новый знакомый. Какие-то варианты без вариантов. Вот засада!»

- Это была твоя первая жизнь, - вновь заговорил мужик.

- Что? – Не понял я о чём он.

- Твоя душа… - указал он на меня рукой. - Она совсем юная. На ней практически нет следов познания.

- И, что из этого следует?

Сосед задумался на некоторое время, а затем продолжил.

- Ты знаешь, мне никогда не нравилось, как устроен этот момент. Ну то, что совсем юная душа, ещё не познавшая жизни, может быть вырвана из тела. Всегда считал это неправильным.

Я молчал, чувствуя, что сейчас лучше ничего не говорить и даже не думать.

- Пожалуй, я могу тебе помочь, - посмотрев на меня, произнёс Сиддхартха и уточнил. – Получить возможность, жить дальше.

- Что требуется от меня? – Быстро сообразив, что вот он шанс, задал я вопрос.

- Не так уж и много. Всего лишь твоё согласие.

- А могу я задать несколько вопросов? – Спросил, понимая, что другой вариант может и не подвернуться.

- Задавай, - кивнул мой собеседник и добавил с улыбкой. – Тем более что у тебя это неплохо получается.

Я слегка смутился, но быстро взял себя в руки.

- Это будет мой мир или?..

Я не закончил, когда увидел отрицательное покачивание головой и сразу же задал второй вопрос:

- А можно мне не в младенца, а? – Прозвучало глупо, но уж как вышло, так и вышло.

- Хорошо, - вновь улыбнулся Сиддхартха.

- Что это будет за мир? Ну, в котором вы решили помочь мне, продолжить жизнь.

- «Вдруг там будет магия?» - Начал я раскатывать губу о своей новой жизни.

- Нет, - покачал головой мой собеседник. – Это простой мир. Такой же, как и твой. Находящийся на том же этапе развития человечества. Они во многом похожи друг на друга, но различия всё же есть.

- Оу, - выдал я, не зная, что сказать.

- «Оно скорее всего и неплохо. Мне вот от чего-то кажется, что попадание в миры с магией это ещё тот квест и вариантов сдохнуть там раньше времени куда больше, чем в обычном. Махнёт рукой какой-нибудь пролетающий мимо архи-маг, и тебя скалой придавит, или чокнутый некромант воскресит что-то мерзкое, которое тебя и сожрёт. Бррр!» - Я аж передёрнулся от пришедших в голову мыслей.

Откинув пока лишнее в сторону, решил задать третий вопрос:

- А я буду помнить?..

- ... свою прошлую жизнь? - Закончил за меня Сиддхартха. – Если хочешь, то почему бы и нет.

- Хочу! – Очень интенсивно закивал я.

- «Не жажду потерять себя, если честно. А без памяти о прошлом я уже буду не я. И вообще… Исходим из постулата: «Дают – бери, бьют – беги.» А то я что-то не вижу здесь толп, желающих осчастливить меня всем и сразу.»

Оглядевшись, убедился, что таки да! Толпы нет.

- Ты будешь помнить только свою жизнь, но не этот разговор и то, что с тобой произошло здесь.

- А почему?

- Ни к чему эти знания там, - ответил Сиддхартха и уточнил. – В мире живых.

- Хорошо, - легко согласился я, не видя в этом ничего такого. – «В конце концов, если пораскинуть мозгами, это наверное правильно.»

- Выполнишь одну мою просьбу?

- Эм? - Уставился на нового знакомого и спросил первое, что пришло в голову. – И как я это сделаю, если не буду помнить ничего из того, что здесь происходило?

- Есть один способ… - многозначительно произнёс сосед. - Что скажешь?

- «Не согласиться было бы свинством с моей стороны. Сиддхартха мне решил помочь, а я, отказавшись, ответил бы ему чёрной неблагодарностью. Вот уж так поступать точно нельзя. Не по-людски это.»

- Я помогу, только объясните мне о чём идёт речь?

- Нужно напомнить жителям этого мира кое-какие истины. У тебя как раз есть эти знания. Да и возможности, полагаю, со временем появятся.

- Эм? - Снова проблеял я, ничего не поняв.

Вообще всю эту беседу чувствую себя идиотом. Этаким бабуином, только что слезшим с ветки. Новый знакомый улыбнулся, видя моё замешательство.

- Не беспокойся. Необходимое само будет проситься наружу. И что-то мне подсказывает, даже не помня нашей с тобой беседы, ты найдёшь способ поделиться этим с окружающими.

Я глубоко вздохнул, осознав, что так ничего и не понял, но переспрашивать не стал.

- Что я должен делать? Ну, чтобы…

Сиддхартха вновь не дал мне закончить:

- Просто закрой глаза. Всё остальное уже моя забота.

Выполнив указание, я вдруг осознал, что хочу задать ещё один вопрос. Уже было начал открывать рот, как услышал:

- Человеком, - голос моего нового знакомого прозвучал откуда-то издалека и последними его словами было пожелание. – Удачи, дитя!

Место действия: квартира семьи Ким. Гостиная

Время действия: тринадцатое августа 2009 года. Вечер

Пакпао, сидя за столом, молча наблюдала за внучками. СонМи и Лалиса третий день ходят за ней по пятам и периодически бросают, как им кажется, незаметные взгляды в её сторону. В первый день бабушка не обратила внимания на это дело. На второй день это ей стало откровенно надоедать, а сегодня, когда девочки рассматривали её за чтением книги, она уже начала немного злиться. И вот сейчас - за ужином они наконец-то вывели её из себя окончательно.

- Бац! – прозвучал резкий шлепок.

Это ладошка Пакпао встретилась со столешницей. Он оказался настолько громким, что все присутствующие невольно вздрогнули.

- Так! – начала говорить Пакпао, указывая пальцем на внучек. – Вы обе! Ну-ка рассказывайте немедленно, что задумали?

Девочки переглянулись и одновременно начали говорить.

- Да что ты…

- Хальмони, мы ничего такого…

За разворачивающимся действием с любопытством наблюдали ДжэУк и ХеМи.

- Не делайте из меня дуру! – Рявкнула пожилая женщина. – Я уже третий день наблюдаю, как вы ходите за мной по пятам. Что-то высматриваете и всё время перешёптываетесь за моей спиной.

От такого тона СонМи вжала голову в плечи, а вот Лалиса, как ни в чём не бывало, смотрела на свою бабушку. У девочки лишь брови приподнялись.

- А я тебе говорила, что это плохая идея, - наклонившись к сестре еле слышно произнесла СонМи и попыталась ответить хальмони. – Видишь ли в чём дело… В общем… Как бы это…

- «Господи!» - Подумал я, глядя на это трусливое недоразумение, сидящее рядом со мной. – «И чего она мямлит? Мы же не родину решили продать или бабулю на органы сдать. Видимо объясняться придётся мне. В противном случае это может сильно затянуться.»

- Это была моя идея, - перебив лопочущую сестру, заговорила Лалиса. – Я начала писать книгу и предложила онни в образе аджумы читать её под запись на камеру. Вот мы и решили понаблюдать за тобой, хальмони. Ну, чтобы СонМи поняла, как надо двигаться и говорить правильно. Так как говорят и ведут себя пожилые люди.

- Книгу? – Заинтересовался ДжэУк, отложив палочки для еды.

- «Упс! А вот этот момент я не предусмотрел. Чёрт!»

- Эм, - вновь заговорила Лалиса, немного замявшись вначале. – Ну да. А что?

- А о чём она? – подключилась ХеМи.

Пакпао бросила недовольный взгляд на сына с невесткой, но ничего не сказала.

- О мальчике-волшебнике по имени Гарри Поттер, - неожиданно ожила СонМи. – Это фентези.

- Что? – Не поняла последнего термина бабуля.

- Это сказка, омма, - тут же дала пояснение ХеМи.

ДжэУк, услышав про сказку, моментально потерял интерес и вернулся к приёму пищи. Мужчина был технарём и разного рода глупые фантазии его не интересовали.

- Фух, - облегчённо выдохнула Пакпао. – Чуть с ума меня не свели маленькие негодницы.

Бабушка неодобрительно покачала головой.

- А принеси-ка нам, дочка, ну то, что ты там написала, – попросила ХеМи.

- Хорошо, - ответила Лалиса вставая с места. – Сейчас принесу планшет. Я в нём пишу.

Когда девочка ушла, в гостиной наступила тишина.

- «Как только ей в голову то подобное пришло?» - Размышляла Пакпао, удивляясь фантазии внучки. – «Следить за мной, чтобы понять, как ведут себя пожилые люди.»

Бабушка молча покачала головой, но теперь уже с еле заметной улыбкой на устах.

Вернувшись в гостиную, я протянул планшет маме и только взял в руки палочки как получил вопрос.

- А почему она на английском? – Глянув на экран, удивлённо произнесла ХеМи.

- Дай сюда, невестка! - недовольно проворчала Пакпао. – Сколько уже лет одно и тоже…

ХеМи, слегка потупившись, протянула планшет свекрови. Та, приняв его с гордым видом, неожиданно осознала, что кое-чего не хватает. Поймала на себе насмешливый взгляд младшей внучки. ДжэУк так же не сумел сдержать улыбки.

- И нечего тут мне улыбаться! - Вновь махнула рукой хальмони. – Лалиса, принеси мои очки.

- «Блин, я чё рыжий что ли?» - Думал, направляясь к бабуле в комнату. – «Вон же СонМи сидит, балду пинает.»

Место действия: квартира семьи Ким. Гостиная

Время действия: спустя сорок минут

Состав участников остался неизменным, только СонМи и Лалиса челноками летают до кухни, убирая посуду со стола. Пакпао заканчивает читать последний абзац и кладёт планшет на стол. Никто не спешит выносить свой вердикт. Удивительнее всех ведёт себя Лалиса. Девочке очевидно всё равно, что скажут родные о её книге. Она спокойно болтает с сестрой, таская чашки с мисками.

- Мне понравилось, - улыбнувшись, глядя на сына с невесткой, вынесла вердикт бабушка. – Только я никак не пойму… Откуда это всё?

В этот момент Лалисы не было в гостиной.

- Даже не представляю, - поднял руки ДжэУк. – Я вообще никогда не мог понять, откуда писатели берут свои идеи.

- Верно, дорогой, - в унисон супругу заговорила ХеМи. – Я тоже никогда этого не понимала.

В гостиную вернулись сёстры.

- Сама подумай… На сколько это будет круто, если мы так сделаем? - Убеждает в чём-то старшую сестру Лалиса.

- Ну, не знаю, - неуверенно отвечает СонМи, усаживаясь на прежнее место.

Старшие родственники замолкают на какое-то время, с интересом слушая, что говорит младшенькая. Девочка с недюжинным энтузиазмом продолжает вещать, подключив руки для большей наглядности.

- Представь на секундочку, - подойдя к стене, произносит Лалиса и указывает на неё рукой. – Здесь. Вот именно тут находится старинный камин в английском стиле с вензелем. А вот тут, - она тыкает обеими руками себе под ноги. – Расположено кресло с ушами. Между ними стоит небольшой журнальный столик, на котором представлена какая-нибудь фотография в рамке, ну и ещё что-нибудь.

Все присутствующие внимательно следят за указаниями и словами рассказчицы.

- Стены тёмно-зелёного цвета с символами Слизерина исполненными серебром, - девочка подтащила стул и поставила его на место, где должно располагается по её замыслу кресло, установив его к аудитории немного боком.

Усевшись на него, Лалиса откинулась на спинку и замерла на пару секунд, затем подскочила.

- Хальмони, я возьму одну из твоих книжек? – На ходу выпалила она и, не дожидаясь ответа, унеслась в комнату бабушки.

Родители переглянулись, и на их лицах промелькнули улыбки. Пакпао уже было открывшая рот, чтобы дать разрешение, со смешком закрыла его, проводив внучку взглядом. Схватив видимо первую попавшуюся книгу, Лалиса вернулась и заняла исходно положение, умастив раскрытый том одного из многосерийных произведений, что читала бабушка, у себя на коленях.

- Вот так, - произнесла она глядя на сестру. – Ты сидишь, спрятавшись за ухом кресла и как бы читаешь книгу, изредка совершая какие-либо действия или движения. Так как делает это хальмони. - девочка кивнула в сторону бабушки.

- Но в таком случае не будет видно моего лица, - возражает СонМи.

- Постоянно, разумеется, нет, - пожала плечиками рассказчица. – Но ведь ты же будешь периодически появляться в кадре.

- Ну, - недовольно произнесла СонМи. – Как-то это не очень... Мне так не нравится.

- Онни, - закрыв книгу и поднявшись, начала убеждать сестру Лалиса, – суть ведь не в том, чтобы приклеить взгляды аудитории к тебе, а в том, чтобы ты смогла правильно подать историю слушателям. Понимаешь?

- И всё равно, мне не нравится такой вариант.

- Подожди секундочку, - вклинилась в разговор сестёр Пакпао, обращаясь к СонМи. – Вообще-то Лалиса права.

- Я тоже так думаю, - вставила свои пару вон ХеМи.

Сидевший молча ДжэУк начал понимать к чему идёт дело и с внутренним напряжением ждал развязки.

- К тому же, онни, - продолжила Лалиса, – нужно будет подобрать тебе платье соответствующе где-то веку девятнадцатому.

- И макияж тоже нужен особенный, - снова заговорила ХеМи.

- Верно говоришь, невестка.

- А где мы возьмём такую комнату? – Задала вполне резонный вопрос СонМи, глядя на младшую сестру.

- «Я так и знал… Я вот так и знал!» - Медленно начал посыпать голову пеплом мужчина, переводя взгляд с одной из женщин на другую.

- Помимо всего прочего ещё нужно будет заказать печатный экземпляр книги, - подкинула резонную мысль Пакпао.

- Точно! – Поддержала младшенькая и добавила. – И ещё нужен правильный свет.

Видя непонимание на лицах родственников, Лалиса уточнила.

- Ну, чтобы видео получилось качественным. Не будем же мы выкладывать непонятно что.

ДжэУк грустно вздохнул, и в этот момент женская составляющая его семьи посмотрела на него с вопросом в глазах.

- «Прощай, моя новая машина! Увидимся в следующем году», - понимая, что шансов отвертеться нет, мужик мысленно помахал рукой улетучившемуся приобретению.

Место действия: квартира семьи Ким. Спальня родителей

Время действия: поздний вечер

Супруги уже лежат в своей постели: ХеМи читает какой-то роман, а ДжэУк пытается подсчитать в голове свалившиеся на него неожиданных расходы.

- «В этой квартире такую комнату сделать не получится, а значит придётся снимать помещение», - мужчина поморщился. – «Им нужно платье для СонМи прямиком из девятнадцатого века и что-то мне подсказывает, оно будет не из дешёвых. Ещё свет какой-то там, как сказала Лалиса.»

- Знаешь, дорогой… - вырвал его из невесёлых размышлений голос жены. – Помещение, которое описывала Лалиса точь-в-точь как библиотека в поместье Синглтон.

- А ведь и верно! - Встрепенулся ДжэУк. – Я как-то и не подметил этого, пока ты не сказала. Неужели она начала что-то вспоминать?

- Эх! - Погрустнев, вздохнула ХеМи. – Очень на это надеюсь. До сих пор не могу привыкнуть, что она ничего и никого не помнит.

- Доктор Пак честно сказал, что мозг человека мало изучен и непонятно, что делать в подобных случаях.

- Да я помню, - подтвердила ХеМи, положив голову на плечо мужа. – Мы сломали какие-то твои планы?

- Ты про деньги?

- Угу.

- Ничего страшного, - улыбнулся мужчина и поцеловал супругу. – Раз уж вспомнили об Эдриане и Линн надо бы им позвонить.

- Они же приглашали нас в этом году на рождество? – Вспомнила кое-что ХеМи.

- Вот именно! – Подтвердил ДжэУк.

Место действия: квартира семьи Ким. Комната Лалисы

Время действия: это же время

Вернувшись к себе, я рассчитывал просто полазить по сети и немного помузицировать перед сном. Но куда там? Через десять минут притащилась СонМи и, брызжа во все стороны экспрессией, стала рассказывать о том, что она уже приглядела, где можно заказать нужное платье. Затем сестра начала меня трясти по поводу того, чтобы я как можно скорее дописал книгу, а то, видите ли, ей уже не терпится. Ну, что за человек? Как только я отбился от этого трактора, на меня тут же наехал второй в лице бабули.

- Лалиса, - начала бабушка прямо с порога, – раз вы затеяли столь серьёзное дело, то стоит подойти к этому вопросу тщательнее.

Сестра ещё не ушла и, сидя у меня на кровати, молча слушала.

- Ты это о чём, хальмони?

- Я имею в виду то, что нужно оформить как полагается авторские права на произведение, - подойдя к стулу и усевшись, ответила Пакпао.

Затем она неодобрительно окинула взглядом “разруху” у меня в комнате, но не стала акцентировать на этом внимание и просто продолжила говорить.

- Касаемо того музыкального произведения, что ты написала… Я обратилась к своему старому знакомому. Он раньше руководил небольшим любительским оркестром. Сейчас уже правда ушёл на покой, но музыка для него навсегда осталась единственной любовью, - хальмони неодобрительно помотала головой.

- «Тот ещё видать перец раз бабуля столь неоднозначно относится к нему.»

- Это случайно не господин Ким ЙенСен? – влезла с вопросом СонМи.

- Он самый.

- Ууу! – Многозначительно покивала онни.

- Так вот… Он сказал, что написанное тобой произведение хорошая и полноценная работа…

- Ладно, - согласился я, не зная, что ещё тут можно сказать.

- … но не уникальная, а потому регистрировать её смысла нет.

Я молча кивнул, соглашаясь.

- «У меня и цели такой не было регистрировать что-то. Я вообще просто первое пришедшее в голову стал обкатывать. Чисто ради тренировки.»

- А вот твоя книга… - бабушка замолчала, пытаясь видимо правильно сформулировать мысль для “не далёких” слушателей. – Она ведь будет не одна? Я правильно поняла?

- Да, - подтвердил и уточнил. – Это серия из семи книг и ещё кое-что.

- А раз это серия то её просто необходимо зарегистрировать на твоё имя. Это нужно сделать, чтобы кто-то другой не присвоил себе авторство.

- Хорошо. Только у меня есть одна, - тут уже я запнулся, подбирая слова, - просьба. Я не хочу, чтобы где-то мелькало моё настоящее имя.

- Это мелочи, - отмахнулась Пакпао от моих слов как от чего-то не существенного.

- «Ну, как сказать? Мелочи…»

- Только это придётся делать твоим родителям. Я не смогу… Для оформления всех бумаг нужны официальные представители несовершеннолетней, - размышляла Пакпао вслух. – Хотя, впрочем, это тоже всё ерунда. А теперь иди-ка сюда!

Поднявшись с пола, подошёл к бабуле. Оба разговора, что с СонМи что с Пакпао, я провёл лёжа. Взяв меня сначала за плечи, бабушка посмотрела мне в глаза, а затем крепко обняла, притянув к себе. Стоял всё это время молча, не зная, что и сказать. Немного отстранившись, она поцеловала меня в щёку.

- Ты просто умница, Лалиса! Я так тобой горжусь!

После её слов почувствовал себя очень неловко и у меня вновь потеплели щёки.

- Да чего там… - пробормотал, попытавшись хоть что-то сказать. - «Ну, на самом деле… Чего я такого сделал-то?»

Бабуля заулыбалась, кинув взгляд на СонМи. Я заметил на лице сестры такую же улыбку что и у неё.

Место действия: Сеул. Поместье семьи Сон

Время действия: четырнадцатое августа. Утро

Юри сегодня была не в настроении после вчерашнего разговора с хальмони. Нет, девочку никто не ругал и не наказывал, но вот то, что сказала СоХи, заставило её задуматься.

- «Хальмони сказала, что нельзя доверять людям, которые обманывают тебя при первой встрече», - думала девочка, копаясь в планшете. – «Почему она соврала? Зачем назвалась чужим именем?»

Она ещё вчера собиралась позвонить Лалисе, потому что та ей понравилась. Девушка общалась с ней как со взрослой и не сюсюкалась как некоторые.

- Пф! – Ребёнок пренебрежительно фыркнул.

- «Я ведь на самом деле уже взрослая», - высунув язычок и рисуя пальчиком на экране, думала Юри. – «Позвонить или нет?»

- “Ты как следует подумай!” - передразнивая бабушку произнесла в слух малышка и издала неприличный звук. – Буэ!

Отложив планшет, она стала искать телефон.

- Ну, где же ты прячешься? – бормотал ребёнок, лазая по комнате.

Пропажа была найдена всего-то через десять минут.

- Ага! Попался! – Воскликнула Юри вытаскивая смартфон из-под груды скомканных альбомных листов, на которых она рисовала. – Так! А где бумажка с номером?

Поиски были продолжены. Правда на этот раз их цель была иной. Потратив на это дело ещё каких-то пятнадцать минут, ребёнок наконец выудил искомое из кармана шорт, запинанных вчера вечером под кровать.

- Звонить или не звонить? – держа в одной руке смартфон, а в другой листок с номером Лалисы вслух произнесла девочка.

Постояв так некоторое время Юри всё-таки набрала номер. Свой она решила не скрывать, как предлагала Лалиса, потому что бабушка разрешила.

Телефонный разговор.

[Лалиса] – Аньён?

[Юри] – Аньён. Это Юри.

[Лалиса] – О! Привет! Ты чего так долго не звонила?

Чувствуется по голосу, что девушка рада слышать собеседницу.

[Юри] – Почему ты назвалась чужим именем?

Как и все дети, младший член семьи Сон довольно прямолинейна. Нет ещё в ней хитрости и такта. Ответом на заданный вопрос было непродолжительное молчание.

[Лалиса] – В смысле, чужим именем?

[Юри] – Хальмони сказала, что тебя зовут СоЫн.

Вновь наступила пауза. Видимо собеседница задумалась на какое-то время.

[Лалиса] – Ха-ха-ха! - Вылетел из динамика звонкий девичий смех. Слышен звук падения и непонятные слова. – Да чтоб тебя! (На русском)

Ещё какое-то время слышна возня и пыхтение.

[Лалиса] – Юри, меня раньше звали СоЫн. Я имя поменяла недавно.

Из динамика вылетает очередная порция смеха.

[Юри] – Правда что ли?

[Лалиса] – Ага!

[Юри] – Вау! Вот бы и мне имя поменять, а то у меня оно не красивое.

[Лалиса] – Тебе не нравится быть благостной и всепрощающей стеклянной бусинкой?

[Юри] – Эм…

Такой интерпретации своего имени девочка ещё не слышала. Целиком и вместе не слышала. Из телефона снова доносится смех собеседницы.

- «Благостная всепрощающая стеклянная бусинка», - катает в мыслях фразу ребёнок, пытаясь, понять нравиться она ей или нет. – «Так горазда лучше звучит. Мне нравится!»

[Юри] – Онни, а тебе всё ещё нужны рисунки?

[Лалиса] – Конечно нужны. Как же без них?

Услышав такой ответ, ребёнок заулыбался. Как это и бывает у детей, настроение её резко поменялось на мажорное.

[Лалиса] – Ты чем сегодня заниматься будешь?

[Юри] – Не знаю, - вполне искренне ответила девочка, потому как на самом деле понятия не имела чем сегодня заняться.

[Лалиса] – Как насчёт того, чтобы погулять в парке? Ну там, где мы познакомились.

[Юри] – Я согласна! Только я не знаю, смогу ли выбраться в парк. Омма уехала на весь день, а хальмони не очень любит гулять. Больше мне пойти не с кем.

[Лалиса] – Ну, тогда договоримся так: ты узнай у своей хальмони согласится ли она, а затем набери меня. Я-то в любом случае сегодня пойду, погуляю. Договорились?

[Юри] – Хорошо. Я позвоню. Ой! Кстати! Это мой номер телефона. Можешь его записать.

[Лалиса] – Поняла. Аньён, Юри.

[Юри] – Аньён, онни.

Конец телефонного разговора.

Разорвав соединение, девочка с решительным видом направляется к своей любимой бабушке, сообщить о том, что планы её поменялись, какими бы они там у неё ни были.

- «И вообще… Она уже давно со мной никуда не ходила. Так нельзя!» - Думает Юри, топая в сторону обиталища намеченной жертвы.

Место действия: особняк семьи Сон. Комната “жертвы”

Время действия: это же время

Госпожа Сон СоХи за последние годы полюбила одно занятие. А именно, выращивать редкие декоративные растения. Именно сейчас она с интересом рассматривала один из редких цветков, листья которого начали желтеть.

- Так быть не должно, - бормотала аджума, держа в руке опрыскиватель, а свободной рукой аккуратно прикасаясь к листикам Адениума Тучного. – Что же тебе не нравится?

Она настолько погрузилась в раздумья, что не заметила, как в комнату вошла внучка и встала у неё за спиной. Девочка с любопытством рассматривала, чем это таким занимается бабушка, но в какой-то момент это ей надоело.

- Он заболел?

Прозвучавший из-за спины вопрос подкинул бабулю вверх, и она схватилась за сердце. Впрочем, распылитель из руки СоХи не выпустила.

- О господи! – Воскликнула она, резко оборачиваясь.

Увидев вызванную её вопросом реакцию, Юри ничуть не расстроилась и даже не взволновалась, а затем, как ни в чём не бывало, заявила:

- Я хочу в парк!

- Нельзя же так пугать, соннё (Внучка.)! – Возмутилась бабушка, неласково глядя на ребёнка. – Чуть с ума меня не свела!

- Я гулять хочу, хальмони! - Продолжала долдонить своё мелкая "негодница".

Порой её подобным образом называла бабушка, но это было так… Простое порицание и не более того. Все в семье любили и баловали ребёнка. Её отец так вообще в ней души не чаял и позволял порой то, что даже не позволялось в своё время его первенцу и прямому наследнику. Разумеется, Юри этим пользовалась без зазрения совести, но так как она была девочкой далеко не глупой, определённую черту никогда не переходила. Обычно...

- Я не могу с тобой погулять, - поставив распылитель на стол, ответила СоХи. – У меня на сегодня другие планы.

Только Юри хотела открыть рот, как в комнату зашёл её дедушка. Его появление вызвало эффект локальной заморозки пространства. Возникло ощущение, что даже кондиционер, еле слышно гудящий всё это время, притих. Произошло это не от того, что ХюнКи все боялись. Тут дело было в другом. Последние пару месяцев мужчина не вылезал из своей мастерской по дереву. Он спрятался там ото всех и выходил, только чтобы поесть. Как только ни пыталась СоХи вытащить супруга на божий свет, но у неё так ничего и не вышло.

- Что за шум? – Со смешинками в глазах спросил вошедший, глядя на жену.

- Твоя соннё желает гулять.

- Вот как? – Приподняв брови, поинтересовался мужчина и посмотрел на внучку. – И куда же наша, маленькая принцесса, хочет отправиться на прогулку?

- Хочу в парк, - незамедлительно оповестила деда принцесса. – А хальмони не хочет со мной идти. Вот!

Выпятив нижнюю губу, сдала с потрохами девочка свою драгоценную бабушку её супругу.

- Ай-ай-ай! – Мотая головой, произнёс ХюнКи и поднял внучку на руки. – Ёбо, почему ты не хочешь прогуляться с нашей замечательной соннё?

Мужчина произнёс это с лёгкой насмешкой, глядя на жену. Увидев скептическое выражение на лице СоХи, он перевёл взгляд на девочку.

- Ну раз твоя любимая хальмони не желает с тобой гулять. Это сделаю я.

Юри заулыбалась, получив желаемое.

- В какую же часть парка Намсан мы направимся?

Место действия: парк Намсан

Время действия: одиннадцать часов до полудня

На одной из скамеек парка сидит Лалиса. Рядом с девочкой лежит рюкзачок. Мимо этого места прогуливаются люди. В основном это корейцы, но встречаются и представители иных народов.

Мимо меня неспешным шагом идут двое мужиков преклонных лет европейской наружности.

- Я уже устал объясняться жестами, - произносит по-русски первый мужчина.

- «О! Наши», - подумал я, глядя на беседующих. – «Прикольно.»

Они остановились неподалёку и тот, что выглядит постарше достал из кармана пиджака зазвонивший телефон.

- Слушаю тебя, Верочка, - ответил мужчина на звонок предварительно сказав другу. – Жена.

- Даже за границей от неё покоя нет, - с улыбочкой произнёс второй.

- Да, я покушал, - тем временем отвечал супруге первый. – Нет, я не забыл принять лекарство.

Его друг с ехидцей посматривал на мужчину больше ничего не говоря.

- Конечно я помню, - продолжал телефонный разговор первый. – Верочка, не беспокойся. Всё у меня в порядке.

Так-то я не прислушивался. Просто они стояли неподалёку и было всё хорошо слышно. Да и услышать родную речь, откровенно говоря, было приятно.

Закончив беседу, мужчина убрал телефон и обратился к товарищу.

- Ничего не говори, - нахмурившись произнёс он.

- Я молчу, - с улыбочкой на лице ответил второй.

- Вот и молчи! – сказал первый и осмотрелся. – Мы сейчас вообще где находимся?

- В парке Намсан, - закатил глаза второй.

- Спасибо “товарищ полковник”, а то я сам не вижу, - с сарказмом произнёс первый. – В какой части этого Намсана мы сейчас?

- Ты меня спрашиваешь? – изумился второй. – Карта же у тебя была.

- Что значит у меня? Я же тебе её ещё в отеле отдал!

Слушал эти препирательства минут пять, никак не меньше. Окинув округу взглядом, второй мужчина задержался на мне и предложил своему спутнику.

- Да вон! Мелкая девчушка сидит. На местных не похожа, - сказал он, чуть ли не тыкая в меня пальцем. – Давай её спросим.

- «Ну вот опять! Чё сразу мелкая то?»

Мужчины не заметили, что девочка нахмурилась.

- Hello. My name is..., – заговорил второй обращаясь к мелкой.

Сидевшая на скамейке девчушка не обидно усмехнулась. Мужчины переглянулись, не понимая в чём дело.

- Здравствуйте. У вас жуткий акцент, уважаемый, - вдруг произнесла она по-русски и лучезарно улыбнулась.

- Слава тебе, господи! – воскликнул дедок с жутким акцентом. – Хоть кто-то говорит на человеческом языке.

Я аж орнул про себя в этот момент, услышав подобное.

- «Нет! Похоже даже в другом мире наши люди такие же», - размышлял, глядя на дедов. – «Это ж надо так походя обосрать всё остальное человечество. Профессионалы! И самое забавное, что этот дед ничего такого не имел ввиду. Он просто обрадовался, что может нормально объясниться с собеседником. Вот смеху то было бы если перевести это выражение какому-нибудь иностранцу.»

- Красавица, - вновь заговорил второй, – где тут зоопарк находится?

- Меня Лалиса зовут, - по привычке представился я.

- Отойди “ловелас” престарелый, - отодвинул своего друга первый. – Очень приятно с тобой познакомиться. Я Семён Владленович, а это мой друг Аркадий Самуилович. Мы тут слегка заблудились, - мужчина бросил недовольный взгляд на своего спутника. – Подскажи, пожалуйста, как нам побыстрее добраться до зоопарка? Мы знаем, что он где-то здесь, но вот где…?

Лалиса задумалась на некоторое время. Деды стояли и молча ждали ответа.

- Зоопарк там, - девочка махнула в сторону рукой. – Если идти быстрым шагом, то часа за полтора доберётесь полагаю, но лучше будет на такси доехать.

- Спасибо, - как-то задумчиво произнёс Семён Владленович, и дедки отошли в сторону.

Я вернулся к планшету и продолжил заносить в него вспоминаемый мною текст первой книги о Гарри Поттере. Дело идёт довольно бойко, и я добрался уже до восьмой главы. Это в которой пацан знакомится со своим “любимым” профессором. Зачётная сцена у мадам Роулинг получилась.

С самого утра бабуля меня слегка спустила с небес на землю сказав, что нужна редактура. В принципе я это и сам понимаю, но всё же надеялся обойтись своими силами. Читать с бумажки сестра под камеру сможет и мои потуги. Это не проблема. Тем более что с её грассированием один фиг необходимо будет работать, а это повторы, повторы и ещё раз повторы. Так что не беда. Тем временем деды стали о чём-то спорить и до меня долетали обрывки фраз.

- С ума сошёл?!

- Да чё такого-то?

- Да мы от дороги до сюда еле дошли!

- Кто еле, а кто и нормально дошёл.

- В общем так! Вызываем такси! Я всё сказал!

- Вызывай. Я разве против?

Через некоторое время меня отвлёк знакомый голос.

- Кхе-кхе, - прокашлялся Семён Владленович, уже стоя рядом со скамейкой, на которой я сидел.

Подле друга присутствовал Аркадий Самуилович.

- Лариса, - обратился мужчина ко мне.

Оторвавшись от планшета, поправил нового знакомого.

- Ла-ли-са, - произнёс я по слогам своё имя.

- Лисёнок, - с ласковыми интонациями в голосе влез Аркадий Самуилович, – ты не могла бы нам немного помочь?

Семён бросил на друга неодобрительный взгляд, который был проигнорирован.

- У нас тут возникла проблема с вызовом такси, - продолжил говорить Аркадий Самуилович и вопросительно уставился на меня.

- «Понятно. Надо вызвать бибику. В конце концов деды нормальные вроде. Да и своих бросать как-то не хорошо.»

- Сейчас вызову, - доставая свой телефон сказала девочка. – А вам куда нужно конкретно?

- К главному входу? – посмотрев на друга спросил Аркадий Самуилович.

- Сам то, как думаешь? - не без сарказма ответил вопросом на вопрос Семён Владленович.

- К главному входу, - подтвердил Аркадий Самуилович вернув своё внимание на девчушку.

Вызвав машину, я сказал им номер такси и объяснил место куда она подъедет. Тут было недалеко так что даже и бежать не придётся.

- Спасибо, красавица, - улыбнувшись поблагодарил Аркадий Самуилович и задумался, глядя на Лалису.

- Да, спасибо тебе большое, - сказал Семён Владленович. – Боюсь без твоей помощи мы ещё долго тут блуждали.

- Всегда, пожалуйста, и желаю вам хорошо провести время в зоопарке, - ответила девочка и вернулась к планшету.

- Знаешь, - снова заговорил Аркадий Самуилович, продолжая, смотреть на Лалису. – Будь я лет на сорок помоложе… - и он с немалым энтузиазмом добавил. – Ух!

Что означала его последняя фраза понял бы даже самый тупой.

- Пошли уже “ухарь”, - недовольно проворчал Семён Владленович и добавил. – До свидания, Лалиса.

- До свидания, - на автомате ответила девочка.

Лалиса проводила задумчивым взглядом новых знакомых, а затем вся передёрнулась.

- “Ух!” - с непередаваемым выражением на лице передразнила она Аркадия Самуиловича и от всей души изобразила плевок. – Тфу! Песок уже сыплется, а всё туда же…

Вернувшись к планшету, девочка погрузилась в работу с головой.

Место действия: парк Намсан. Скамейка

Время действия: полдень

Вдоль дорожки, где я сейчас нахожусь скамейки расположены довольно забавно. Часть из них повёрнута к вершине горы, а другая часть к низовьям. Я сел лицом к городу. Вид просто потрясающий. Сквозь зелень деревьев проступает футуристичный вид города, сильно контрастирующий с окружающей меня сейчас зеленью.

- Хорошо.

Лалиса находится в полностью расслабленном созерцательном состоянии и не видит, как к ней сзади на цыпочках подбирается Юри. За этой картиной двигаясь неспешным шагом с улыбкой наблюдает ХюнКи. Внучка обогнала его буквально на несколько десятков метров.

- Аньён, - шепнула прямо на ухо своей новой подружке Юри и положила руку на её правое плечо.

- Айщ! – испугалась и попыталась вскочить Лалиса.

Но так как она сидела, скрестив ноги под собой то это у неё не получилось, и девчонка тупо завалилась на бок.

- Смерти моей хочешь?! – сквозь улыбку возмутилась пострадавшая, глядя на мелкую хулиганку находясь в горизонтальном положение

- Извини, - прикусив пальчик прощебетала Юри.

Однако судя по выражению её лица раскаянием там и не пахло. В этот момент к скамейке подошёл ХюнКи.

- Так это и есть твоя новая подружка? - приобняв внучку спросил пожилой мужчина.

- Здравствуйте, - первой поздоровалась девочка и поднявшись поклонившись. – Ким Лалиса. Учусь в старшем классе Школы Искусств Сонхва.

- Здравствуй, - разглядывая подружку внучки произнёс дед. – Юри мне всё успела о тебе рассказать пока мы добирались сюда. Ко мне можешь обращаться господин Сон. Пишешь книгу?

- Да, господин Сон.

- Надеюсь вы не будете против компании старого ворчуна?

- Харабоджи! – тут же возмутилась Юри. – Ну, что ты такое говоришь? Никакой ты не ворчун!

- Ага, - с насмешкой произнёс ХюнКи. – Не ворчун, но всё же старый? Так получается?

- Нет, не так! Ты совсем нестарый! – уточнила Юри и обратилась за поддержкой к подружке. – Правда ведь?

- Вы мужчина в самом расцвете сил, - закивал я, вспомнив Карлсона.

Тем более что господин Сон выглядел действительно хорошо несмотря на преклонный возраст. Он был в светлом льняном костюме и щегольской шляпе с полями из того же материала.

- Ха-ха-ха, - жизнерадостно рассмеялся ХюнКи и присел на скамейку сняв шляпу и положив её рядом с собой.

Между нами умастилась Юри и достала альбом с чистыми листами для рисования. В её руке как по волшебству из ниоткуда появился карандаш, и она вопросительно посмотрела на меня.

С горем пополам мне удалось объяснить, как должен выглядеть мальчик, который выжил, и мы на пару с господином Соном стали наблюдать за работой мастера. Малышка, прикусив кончик своего языка усердно делала наброски.

- «Обалдеть», - размышлял я, наблюдая, как на простом листе начинают появляться узнаваемые черты лица.

Так мы и сидели в молчании минут двадцать, а может быть и больше.

- «Какая же всё-таки она талантливая», - думал ХюнКи любуясь внучкой.

Закончив рисунок Юри, подняла глаза и посмотрела сначала на своего деда, а затем на Лалису.

- Ну как? – задала она вопрос и с насторожённостью стала ждать ответа.

Подружка взяла рисунок и склонив голову на бок рассматривала его какое-то время.

- «Гарри у Юри получался как мне показалось немного старше одиннадцати лет», - прикидывал я, разглядывая результат. - «Но как же похож то», - скосился на девочку. – «Она мысли что ли читать умеет?»

Юри заёрзала от нетерпения на месте. ХюнКи сидел, молча закинув ногу на ногу и ждал.

- Просто потрясающе, Юри! – воскликнула Лалиса и с улыбкой добавила. – Ты гений!

Девочка смутилась и слегка покраснев потупилась.

- Скажешь тоже.

- Я серьёзно! – стала убеждать Лалиса. – Это же просто шедевр! Кстати, а где подпись?

- Подпись? – вскинулась Юри не поняв о чём речь.

- Ну да! Твой автограф, который скажет всем что этот рисунок создан рукой юного гениального художника.

- Лалиса-ян права, - подтвердил ХюнКи. – Нужно оставить подпись.

- Ну, не знаю, - смутилась художница.

- Обязательно нужна подпись!

- Думаешь? – переспросила у подружки Юри.

- Уверена!

Подошёл один из охранников, что крутились неподалёку и протянул телефон господину Сону.

- Ваша супруга, господин, - уточнил мужчина, увидев вопросительный взгляд.

- Я вас оставлю ненадолго, девочки, - произнёс ХюнКи и отошёл, чтобы поговорить с женой.

Оставшись вдвоём, мы стали обсуждать что нужно ещё нарисовать. В очередь встали: Хагрид, Рон, Гермиона и, разумеется, профессор Дамблдор. Так же в список попали Хогвартс и поезд.

Я объяснял, как вижу тот или иной рисунок, а Юри делала наброски. Всё это время господин Сон общался по телефону в стороне от нас.

- Онни, - закончив предварительную работу Юри с любопытством в глазах обратилась ко мне, – а ты ещё что-нибудь написала?

- Конечно написала. Сейчас прочту что там у меня получилось. Готова?

Лалиса взяла в руки свой планшет, лежавший рядом на рюкзачке.

- Ага, - кивнула мелкая и стала устраиваться головой на коленях у подруги.

Подняв руки вверх, девушка с обалдением наблюдал за этой нахалкой. Устроившись поудобнее и обхватив руками альбом с набросками у себя на груди девочка озвучила своё соизволение.

- Можешь начинать, онни.

- Ты разрешаешь? – приподняв в удивлении брови спросила Лалиса.

- Да! – оскалившись как крокодила подтвердила Юри.

Получив лёгкий шлепок ладошкой по лбу, девочка ойкнула, но ничего не сказала, навострив уши.

Место действия: парк Намсан

Время действия: три часа после полудня

К выходу из парка движется странная процессия. Пожилой мужчина и две девочки. С одной стороны, не столь уж редкая картина: дедушка, гуляющий с внучками. Но вот с другой стороны… Эта троица окружена чуть ли не двойным кольцом охраны, состоящей из восьми мужчин крепкого телосложения.

У главного входа припаркован дорогой автомобиль. Водитель уже вышел и приоткрыл пассажирскую дверь видя, что господин Сон с внучкой приближаются.

- Аньён, онни, - прощается Юри с подружкой.

- Аньён, - улыбнувшись отвечает ей та.

ХюнКи уже сел в машину. Тут девочка задумывается и добавляет.

- Подожди, онни, я сейчас, - сказав это она суёт свой нос в машину и что-то спрашивает у своего деда.

Получив утвердительный ответ и разулыбавшись, ребёнок чмокает пожилого мужчину в щёку. Всё это время Лалиса стоит невдалеке. Она уже успела сделать несколько шагов к вызванному такси и сейчас ждёт.

- Харабоджи приглашает тебя завтра к нам домой на обед, - подскакав к подружке торжественно произносит Юри приосанившись.

- Прям так и харабоджи?

- Ну ладно. Не харабоджи, а я, - уточняет девчушка, скинув с себя всю напыщенность. – Так ты придёшь?

- Адрес бы мне не помешал…, - произносит как бы в никуда Лалиса.

- Ой! - встрепенулась Юри. – Я сейчас.

Она унеслась обратно к машине и вернулась уже с бумажкой.

- Вот, - протянула её Лалисе и состроив умилительную мордашку вновь спросила. – Придёшь?

- Да. Ну всё аньён, а то меня уже такси ждёт.

- Аньён, - радостно пискнула Юри и убежала.

- «Могла бы и смской адрес отправить», - размышлял я, садясь в вызванную машину. – «Впрочем неважно.»

Этот ХюнКи оказался мировым дедком с хорошим чувством юмора. Подколол меня по поводу моей одежды.

- В моё время девочки носили юбки, - сказал и смотрит так с прищуром. – Гляжу я на тебя и не могу понять кто передо мной? Мальчик или девочка?

Я в долгу не остался.

- Простите, господин Сон, но в ваше время это когда? Когда мамонты ещё по земле ходили? – и замолчав прикусил губу, потому как понял, что прозвучало это грубовато.

Подумав какое-то время, дед рассмеялся, показав тем самым что является человеком вполне адекватным. Затем мы пошли и пообедали в одной из уличных кафешек. Их здесь довольно много. Хотя какое там много. Они тут вообще практически на каждом шагу. Стоит обычная такая палатка, внутри которой готовят, а рядом выставлены простые пластиковые столики с такими же стульями. Выглядит слегка сюрреалистично на фоне довольно современного города. Однако местных это ничуть не смущает. Пока кушали, заметил с каким наслаждением ХюнКи поглощал простую вроде бы на первый взгляд пищу. Так и не понял этого момента. Его что дома кормят исключительно по рекомендациям диетолога или что? Впрочем, и такое может быть.

Место действия: особняк семьи Сон

Время действия: четыре часа после полудня

Вернувшаяся с гулянки парочка, зайдя в дом тут же натыкается на СоХи. Пожилая женщина стоит, уперев руки в бока с недовольным видом.

- И почему позвольте вас спросить вы пропустили обед?

- Мы в парке покушали, хальмони, - щебечет Юри не замечая настроения бабуши.

- Юри, - обречённо произносит ХюнКи глядя на внучку.

- Ой! - делает виноватое лицо малышка. – Прости. Я забыла.

СоХи глядевшая на внучку переводит свой взгляд на мужа.

- Ты снова ел всякую гадость? – раздражённо спрашивает она.

Внучка, понявшая что сдала любимого деда с потрохами быстро ретируется в неизвестном направлении. Они ещё в машине договорилась что ничего не будут говорить о том, что питались в уличной кафешке.

- Не начинай…, - ворчливо произносит ХюнКи, уходя в глухую оборону.

- Что значит не начинай?! – взрывается СоХи. – Тебе же доктор строго-настрого запретили есть жареную и жирную пищу. А в этих кафешках – морщится пожилая женщина, - только такую еду и подают.

- У нас завтра будут гости, - пытается соскочить с неприятной для себя темы разговора мужчина.

- Не увиливай, ХюнКи!

- Ладно, - покладисто соглашается проштрафившийся и прибегает к последнему способу.

Подойдя к супруге в плотную, он берёт её лицо в свои руки и заглядывает в глаза.

- Нет! – пытаясь отстранится ворчит СоХи. – Даже и не думай!

Но куда там? И мужчина целует свою драгоценную жену в губы.

- Старый развратник, - произносит смутившаяся от произошедшего аджума и бросает взгляд по сторонам.

Не видел ли кто того, что сейчас произошло? Не теряя ни секунды времени ХюнКи быстрым шагом направляется в сторону своей мастерской. Заметившая его манёвр СоХи следует за ним.

- Ты не ответил на мой вопрос.

- Завтра к нам на обед придёт новая подружка Юри, - продолжает вилять мужчина.

- Я не об этом!

- Я знаю, ёбо.

Место действия: Сеул. Клуб Avenue. V.I.P. зал расположенный на втором этаже

Время действия: вечер

Играет современная танцевальная музыка. На танцполе двигаются молодые люди. Немного в стороне расположены столики и диваны, которые полукругом их огибают. Здесь посетители клуба могут отдохнуть и пообщаться.

Сделав ещё один глоток из высокого стакана с зонтиком ХёнДжу снова обращается к их с СонМи молодым людям.

- Мальчики, - капризно надув губки произносит девушка. – Ну пойдёмте уже потанцуем.

СонМи заинтересованно смотрит на СынМина. Парни, ведшие до этого какую-то беседу недовольные тем, что их прервали одновременно оборачиваются к своим спутницам.

- Давайте чуть по позже, - синхронно произносят они одну и туже отговорку которой пользуются весь вечер, а затем переглянувшись начинают смеяться.

- Ну и ладно, - недовольно говорит ХёнДжу и хватает СонМи за руку вставая из-за стола. – Тогда мы сами пойдём потанцуем.

Выполняя сказанное, девушки идут в сторону танцплощадки.

- Наконец-то! - с выдохом говорит ДжиХун.

- Что? – пытается уточнить у него друг.

Бросив ещё один взгляд на удалившихся подруг парень отвечает.

- Сил моих больше нет, - произнеся это ДжиХун, берёт себя за горло, показывая до какой степени утомила его девушка.

- Правда, что ли? – неверяще взирая на друга спрашивает СынМин.

- Да это просто ужас какой-то!

ДжиХун берёт небольшую бутылочку Соджу (традиционный корейский сладковатый алкогольный напиток чаще всего имеющий 20 оборотов. Изготавливается чаще всего из картофеля или зерна) и наливает себе и другу по стопке.

- Давай выпьем.

Опрокинув в себя по ещё одному шоту, парни, откинувшись на спинки диванчиков наслаждаются, моментом попутно любуясь девчонками на танцполе. Правда взгляды их не задерживаются исключительно на своих подругах. Подругам об этом говорить, впрочем, никто и не собирается.

- Я думал у вас с ХёнДжу всё просто замечательно, хён?

ДжиХун морщится как будто скушал лимон.

- Да какое там… “Замечательно”, - отмахивается парень. – Я с ней и встречаться то решил только, чтобы хальмони от меня отстала.

- И как? – с улыбкой спрашивает СынМин.

- Пф! - недовольно фыркает ДжиХун. – Не помогло. Да и эта ещё.., - недоговорив, парень наливает ещё по одной стопке, и друзья хлопают их уже почти как воду.

- Ты не закончил мысль, хён, - подталкивает друга к продолжению рассказа СынМин.

Наклонившись вперёд и поставив локти на стол ДжиХун, приступает к объяснениям, которых так жаждет его друг. Вряд ли бы он был столь разговорчив если бы не третья бутылочка соджу, что они почти прикончили.

- Когда мы только познакомились, - начинает говорить ДжиХун и в этот момент СынМин кивает головой давая тем самым понять, что помнит, когда это произошло, - я всё ещё питал надежды найти не такую как все кореянки.

Друг снова кивает.

- Но эти мечты видимо так и останутся мечтами, - морщится парень. – Уже буквально через неделю она попыталась затащить меня на показ мод. А когда мы гуляли по Lotte Department Store Main она, как и все предыдущие девчонки стала намекать на то, чтобы я купил ей подарок. Да и поговорить с ней не о чем.

ДжиХун замолкает, вновь откинувшись на спинку диванчика. СынМин тем временем задумчиво смотрит на танцпол. Его внимание приковано к СонМи. О чём в этот момент думает парень непонятно.

- Ты только представ себе! – снова заговаривает ДжиХун. – Она даже не знает где, находится Кембридж, - парень, сказав это разводит руками и добавляет, мотая головой. – Просто невероятно!

- Не может этого быть, хён! – снова неверяще смотря на друга произносит СынМин. – Это же Кембридж! Все знают где он расположен так же, как и то, что Лондон — это столица Англии.

- Разве? – с улыбочкой переспрашивает разочарованный во всех девушках Кореи юноша. – А ты ради эксперимента поинтересуйся у своей СонМи, где, к примеру, находится Колизей. Уверяю тебя! Ты будешь крайне удивлён её ответом.

СынМин всё ещё не верит в такую возможность, но не спорит.

- Ты решил с ней расстаться?

- Да, - спокойно отвечает ДжиХун и утоняет. – Завтра.

- А почему не сегодня?

- Пусть ещё вечерок погуляет за мой счёт. Да и не хочется мне сегодня портить себе настроение. Оно и так не очень.

Парни помолчали некоторое время думая каждый о своём. За столик вернулись раскрасневшиеся от танцев и очень довольные девушки.

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: пятнадцатое августа. Позднее утро

Из своей комнаты выходит не проснувшаяся Лалиса. Девочка вчера поздно легла спать и сейчас находится в пограничном состоянии.

Вчера оказался очевидцем довольно странного события. СонМи вернулась домой почти в полночь, да ещё и подшофе. Я, если честно, подумал в тот момент, что сейчас её порвут на британский флаг. Однако, к моему немалому удивлению, ей не сказали вообще ничего. Ни единого словечка.

- Дочка, сходи, ополоснись и ложись спать, - посмотрев на пьяненькую СонМи, спокойно произнесла ХеМи и вернулась к просмотру дорамы.

Стал свидетелем этой картины только потому, что пошёл на кухню за соком, а так бы, пожалуй, и не ведал о подобных чудесах.

- На кой ляд я так поздно лёг? – Бурчу себе под нос, стоя в ванной у зеркала. – Нет! Надо было разбираться с этим чёртовым софтом для монтажа видео. Попуасина!

Сегодня я приглашён на "званый обед". Шутки шутками, но до назначенного срока осталось не так уж и много времени, и необходимо поторапливаться.

- «Есть только один маленький вопрос», - думал про себя, возвращаясь в комнату, чтобы переодеться. – «Есть или не есть? Вроде хочется, но если покушаю, то в гостях в лучшем случае поклюю аки птичко, а это невежливо. Блин!»

- Дочка, ты кушать будешь? – Заглянула ко мне в комнату ХеМи.

- Нет, я в гостях поем.

- В чём собираешься идти?

Вчера вечером ещё состоялся разговор на тему моего похода в гости. Принципиально никто против не был и это важно. Однако, Пакпао на пару с мамой давили на меня с требованием идти в юбке. Я отбивался как мог и поэтому не сказал тогда ни нет, ни да.

- «Видимо сейчас нужно решить…» - почесал бровь. – «Да и ладно! Пусть будет юбка. Прикинемся шотландцем. Жаль только в клетку нет», - размышляю, продолжая копаться в шкафу. – «Вышло бы аутентичненько.»

- В юбке, - кинув взгляд на ХеМи, отвечает Лалиса, стоя возле своего шкафа находясь в процессе выбора.

- Нужно одеть туфельки, - влезает в процесс подбора одежды мама.

- Нет! - Как-то уж очень резко реагирует девочка и, поняв это, добавляет, дабы не вызвать ненужных вопросов. – Омма, я же не на подиум собираюсь, а в гости. Поэтому пойду в кроссовках. К тому же у меня не получается нормально стоять на каблуках. Только опозорюсь, если надену обувь на каблуке.

- «И так каждый день дома в них приходится ходить по несколько часов», - вспоминаю не самое приятное время препровождение.

- Телефон обязательно возьми, чтобы мы могли с тобой связаться в любое время, - продолжает сыпать ХеМи гениальными предложениями.

Лалиса обернувшись к матери смотрит на неё со скептическим выражением на лице.

- Всё-всё! – Поднимает руки вверх женщина. – Ухожу и не лезу больше со своими советами. Только скажи, когда будешь выходить.

- «Хорошо хоть юбку оденет на этот раз», - думает женщина, выходя из комнаты, а затем, вспомнив кое-что, останавливается и, развернувшись, добавляет. – Шортики безопасности надеть не забудь.

Вместо вербального ответа ХеМи получает махи рукой в её сторону из-за дверцы шкафа и удовлетворённая достигнутым результатом уходит.

- «А то я сам не знаю про эти шортики, "Капитан очевидность"! Без них вообще ни за какие коврижки не надел бы юбку.»

Так же вчера было принято решение, что с пустыми руками ехать я не имею права. В этом вопросе моего мнения вообще не спросили. Вот и ладушки. А то бегать и выбирать, что нужно взять с собой, когда идёшь первый раз к людям в виде подарка в Корее я не знаю. Поэтому даже и не лез со своими идеями, которых, к слову, и не было. Собрали мне какой-то пакет, сказав, что положили всё необходимое на такой случай. Поблагодарил бабулю с мамой за помощь и пошёл дальше заниматься своими делами.

Место действия: особняк семьи Сон

Время действия: за полчаса до обеда

Сегодня дома на удивление присутствуют практически все члены большой семьи Сон. Тут и бабушка с дедом, и их второй сын со своей супругой. Да даже СиЮн с СуХёком и ШинХе находятся здесь. Нет только ДжиХуна. Парень уехал по своим делам и сказал, что вернётся только после обеда.

Юри сейчас находится в слегка растрёпанных чувствах, потому что её заставили самостоятельно убираться в своей комнате.

- Гостья твоя? – спросила СоХи, когда девочка подошла к бабушке с просьбой, чтобы та дала указание прислуге прибраться у неё в комнате.

Юри кивнула, соглашаясь с такой постановкой вопроса.

- Значит и прибираться тебе. Комната ведь тоже твоя.

СоХи поступила подобным образом не просто так. Она уже давно пытается приучить свою младшую внучку к порядку, но пока что дела идут не очень.

- "Прибирайся сама если не хочешь опозориться перед своей новой подружкой", - ворчит Юри плечом подпирая груду шмоток, которые она заталкивает в шкаф, не желая их раскладывать как положено. С трудом, но дверь шкафа удаётся закрыть.

- Фух! – с улыбкой выдыхает труженица и по-хозяйски оглядывает свою комнату, которая теперь не похожа сама на себя. – Так-то лучше.

Глянув на часы, девочка вспоминает, что надо позвонить Лалисе и предупредить кое о чём.

Телефонный разговор.

Юри – Аньён, онни.

Лалиса – Аньён.

Юри – Я забыла тебя предупредить. На воротах просто скажи кто ты и к кому едешь в гости, вас тут же пропустят.

Лалиса – Хорошо. Я поняла.

Юри – Ты далеко?

Лалиса – Подожди.

Слышно, как Лалиса обратилась к водителю с вопросом об их местоположении.

Лалиса – Аджоси сказал, что через пять минут подъедем.

Юри – Супер! Я тебя встречу.

Конец телефонного разговора.

Девочка положила трубку и пулей вылетела из своей комнаты.

Место действия: главный въезд на территорию земли принадлежащей семье Сон

Время действия: за двадцать минут до обеда

Дорогу перекрывают массивные металлические ворота и в обе стороны от них идёт сплошной забор. Здесь же находится небольшое каменное здание, где располагается охрана. Подъезжает такси жёлтого цвета и стекло пассажирского сидения опускает. Из машины выглядывает девчушка и обращается к дежурному охраннику, что маячит в окне.

- Аньён хасэё (здравствуйте), аджоси, - вежливо здоровается улыбающаяся девочка. – Я Ким Лалиса. Приехала в гости к Сон Юри.

Охранник, выслушав сказанное бросает внимательный взгляд на водителя, затем берёт рацию и вызывает старшего смены. Всё это время водитель и пассажирка ждут молча.

- Понял, - получив ответ с той стороны говорит мужчина в рацию, а затем прерывает связь и обращаясь к водителю такси произносит. – Можете проезжать.

Створки ворот раскрываются внутрь, и машина следует дальше по дороге.

- «Ну ничего себе!» - думаю я, оглядываясь назад. – «Видеокамеры, сплошной забор и охрана. Да кто эти Соны вообще такие?»

Такси движется через небольшой ухоженный парк и проехав его подъезжает к двухэтажному особняку, выстроенному в современном стиле. Вся площадка перед особняком покрыта идеально ровным газоном.

По бокам от него стоят ещё парочка строений. У центрального здания дорога закольцовывается и такси сделав полукруг останавливается у главного входа.

Ещё на подъезде к дому заметил несколько человек стоящих у входа одетых однообразно.

- «Видимо прислуга.»

По дороге сюда заглянул в собранный мне пакет и был крайне удивлён выбором бабушки с мамой. Для подарка хозяевам была выбрана местная дорогущая говядина и фрукты. Не стал заморачиваться на эту тему и убрал всё обратно про себя прикинув что это видимо норма для здешних мест. К встречающей меня прислуге присоединилась Юри с её матерью. Когда они вышли я, честно говоря, не заметил.

Вылезшая из такси Лалиса улыбнулась, увидев Юри. Девочка — всё это время пока её подружка расплачивалась и доставала из машины привезённый с собой бумажный пакет не могла спокойно стоять на месте. Он всё время ёрзала и чуть ли не подпрыгивала. ЛиЕн кинула пару неодобрительных взглядов на дочь, но той было до лампочки. Ребёнку уже не терпелось утащить свою подружку к себе в комнату и рассказать о том, что её интересует и показать свои любимые игрушки.

- Аньён хасэё, госпожа Сон, - поклонившись поздоровалась девочка. – Я Ким Лалиса и мне семнадцать лет. Сейчас являюсь ученицей выпускного класса старшей Школы Искусств Сонхва.

Чуть помедлив, гостья добавила.

- Аньён, Юри.

- Аньён, онни, - разулыбалась мелкая.

Разумеется, госпожа Сон ЛиЕн знала кто перед ней и то, что она это знала было известно Лалисе, но официальное знакомство обязывает представляться полностью. Разогнувшись, девочка протянула пакет с подарками. ЛиЕн кивнула одному из присутствующих мужчин, входящих в прислугу дома и тот взял его.

- Аньён хасэё, Лалиса-ян. Ко мне можешь обращаться госпожа ЛиЕн, - посмотрев на свою дочь женщина улыбнулась и пригласила гостью пройти в дом.

Обстановка внутри оказалась не просто роскошной. Она была просто охренительной.

- Сейчас уже будем садиться за стол, - оповестила госпожа ЛиЕн, когда мы зашли в огромных размеров холл. – Только сходите, вымойте руки.

- Я покажу, где это, - схватив меня за рукав рубашки брякнула Юри и потащила за собой.

Уже в доме мне выдали обычные аккуратные тапочки без излишеств. Скинув свои белые кроссовки, залез в них. Сейчас топаем с мелкой мыть руки.

- Хорошо, что ты приехала, - тараторит девчушка. – Мне столько тебе надо показать и рассказать. И мы обязательно должны сходить в оранжерею хальмони. Там такие красивые цветы. Вот увидишь.

- «Ну да! Пестики тычинки и прочая лабуда», - прикидывал про себя моя руки. – «Женщины вне зависимости от возраста практически все любят это дело.»

Место действия: особняк семьи Сон. Гостиная

Время действия: один час две минуты после полудня

За обеденным столом находятся почти все взрослые члены семьи Сон за исключением ДжиХуна. К приёму пищи не приступаю, потому что ждут Юри и её гостью. Девочки опаздывают.

- Ну и где они? – недовольно спрашивает СоХи.

- В ванной, омма, - отвечает невестка.

- Что-то уж больно долго, - ворчит бабуля.

В это время в гостиную заходят Лалиса с Юри. Со своего места встаёт ЛиЕн и представляет всем присутствующим девочку. Когда процедура была закончена и все наконец то уселись за стол прислуга начала приносить блюда с едой.

- «Что-то как-то вас тут многовато друзья мои», - думаю я, украдкой поглядывая на семейство Сон. - «Даже слишком многовато.»

Перевожу свой взгляд на стол и начинаю осознавать, что я попал. Прямо передо мной лежит тарелка, а в ней ещё одна тарелка. Слева от этой причудливой конструкции три вилки разного размера. Справа лежат три ножа очень странной формы и обычная столовая ложка. Над тарелкой находится чайная ложечка и вилочка-недомерок. Тупо пялюсь на это дело пытаясь сообразить, что мне делать. Палочек для еды так и не нашёл и был, откровенно говоря, крайне удивлён этим моментом.

- «Совсем глупая», - думает СоХи глядя на гостью.

- «Интересно, как выкрутиться?» - прикидывает ХюнКи понявший, что девочка не знает, как пользоваться столовыми приборами.

В этот момент Лалиса наклоняется к Юри и спрашивает её о чём-то незаметно для остальных указывая на стол.

- «Молодец!» - мысленно хвалит девочку ХюнКи и приступает к обеду.

Сразу за ним за свои блюда принялись все присутствующие. Родственники ведут неспешные беседы, не касаясь сколь-либо значимых тем в присутствии посторонней.

По-быстрому напихав в себя разной еды и не дождавшись десерта, мы ушли в комнату к Юри. С горем пополам при помощи мелкой я разобрался как пользоваться всеми этими столовыми приборами. Тот ещё квест на самом деле.

- А вот моя комната, - распахивая дверь говорит Юри и пропускает меня внутрь.

Для того чтобы в неё попасть пришлось топать на второй этаж, но это мелочи.

- «Вот это я понимаю комната. Моё почтение! По размерам напоминает нашу гостиную в новой квартире.»

Место действия: особняк семьи Сон. Гостиная

Время действия: это же время

Обед подходил к концу, когда первым заговорил, обращаясь ко всем ХюнКи.

- Лалиса мне показалась милой девочкой ещё при первом знакомстве, - произнёс старейший член семьи и отпил глоточек кофе. – Сейчас я в этом убедился окончательно.

- Глупая, - немногословно охарактеризовала новую подружку внучки СоХи.

- Мне пока что нечего сказать, - произнёс ЧжунКи.

- Хорошо воспитанная и вежливая девочка, - спокойно произнесла ЛиЕн.

- Не знаю, - пожав плечами сказал СиЮн и кивнул в сторону ЧжунКи. – Я, как и самчхон-ним не составил мнения, но плохого пока что ничего не заметил.

- Так же, - произнёс СуХёк имея в виду слова своего двоюродного брата.

- Мне она показалась странной, - немного нахмурившись сказала ШинХе и поправила свои волосы.

- Ну что же, - вновь взял слово ХюнКи. – Я лично не вижу ни одной причины запрещать Юри общаться с этой девочкой. Думаю, на этом всё.

- У меня плохое предчувствие, - проворчала СоХи.

- У тебя и в отношение ДжиХуна и его поступления в Кембридж было плохое предчувствие. Однако внук уже перешёл на последний курс и пока проблем не было.

- Вот именно что пока…, - не уступила женщина своему супругу.

Обсуждение нового человека, который сближался с кем-то из членов семьи стало традицией очень давно ещё во времена молодости ХюнКи и СоХи. Именно эти двое стали родоначальниками таких обсуждений и пока что этот метод семью не подводил. Суть этого способа проста как белый день. Человек приглашается на обед или ужин. Его ни о чём не спрашивают и ничего ему не говорят, а просто ненавязчиво наблюдают за тем, как он будет себя вести в гостях. Затем происходит небольшое обсуждение и принимается решение, стоит ли допускать сближение этого человека с одним из членов семьи или нет.

Место действия: Сеул. Хыкдонга (Один из лучших ресторанов района Каннам-гу работающий только в субботу и воскресенье с 11 00 до 23 00 часов. Здесь можно поесть настоящее Корейское барбекю. На каждом из столиков есть место для углей. Изюминкой является то, что клиенты сами обжаривают до нужной кондиции принесённое сырое мясо. Гарнир подаётся отдельно.)

Время действия: два часа сорок минут после полудня

Из дверей ресторана практически вылетает злой как тысяча чертей молодой человек – это ДжиХун. Парень оглядывается назад и еле сдерживается чтобы не сплюнуть в направлении закрывающихся дверей.

- Вот дура! – рычит он, направляясь к стоянке. – Это же надо додуматься! На колени она передо мной встать собралась.

И не сдержавшись парень всё же сплёвывает.

- Нет! – продолжает негодовать ДжиХун. – Больше никаких кореянок!

Сказав это, он встаёт как вкопанный возле своей машины с зажатыми в руке ключами и задумывается. Постояв так некоторое время молодой человек добавляет ремарку к сказанному.

- Ну, по крайней мере пока я не закончу Кембридж.

Сев наконец за руль своего автомобиля ДжиХун всё ещё находясь в раздражении от всей души бьёт раскрытой ладонью по рамке рулевого колеса.

- Идиотка!

Машина резко стартует с места унося парня от ресторана, где он только что расстался со своей девушкой.

Место действия: там же

Время действия: чуть позже

Из дверей ресторана выходит хорошо одетая девушка – это ХёнДжу. Любой прохожий сказал бы что она выглядит просто потрясающе если бы не одно, но… Скуксившееся лицо и небольшие, но всё же заметные потёки косметики возле глаз намекают на то, что девушка плакала.

Увидев вызванное работником ресторана такси, ХёнДжу направляется к машине доставая на ходу телефон. Быстренько найдя желаемый номер, она вызывает абонента. Сев на заднее сидение автомобиля она называет водителю адрес куда её нужно доставить, и ждёт пока подруга поднимет трубку.

Водитель – аджоси средних лет, не обратив внимания на состоянии пассажирки выруливает на дорогу и в этот момент у него за спиной раздаётся громкий женский плач.

- Ааа! – воет в трубку пассажирка. – Он меня бросил! Ааа!

От резкого звука мужчина дёргается и автомобиль чуть-чуть виляет по дороге послушно исполняя команды рулевого колеса. Бросив недовольный взгляд в зеркало заднего вида, водитель немного округляет глаза и мотает головой.

- «Лучше ничего не говорить», - думает он. – «А то ещё на меня наорёт, даже несмотря на то, что я старше. Я-то их всех хорошо знаю!»

Место действия: особняк семьи Сон. Комната Юри

Время действия: три часа после полудня

На полу посредине комнаты лежат Лалиса и Юри. Девочки пытаются создать женские фигурки в традиционных корейских нарядах из цветной бумаги. Самая младшая учит свою подругу как это делается, показывая на своём примете.

- Сейчас вот этот край загибаешь и должно получится вот так, - указывая на получившийся результат говорит мелкая.

У Лалисы получается не очень. Излишне сильно надавив на узкую полоску бумаги, старшая из подруг естественно её разрывает.

- Да чтоб тебя! – ругается она, отбрасывая уже восьмой по счёту испорченный образец.

- «Оригами явно не моё.»

- Онни! Ну я же показываю, как это делается. Чего ты такая неуклюжая? – сетует Юри.

- Э! – возмущается Лалиса. – Я не неуклюжая, - сказав это она отводит взгляд и добавляет. – Просто… Немного неловкая.

Проходит ещё где-то пятнадцать минут в тщетных попытках создать что-то более или менее удобоваримое.

Смотрю на получившуюся у меня фигурку девушки в корейском наряде.

- «Если повернуть вот так», - переворачиваю получившееся нечто, - «то отдалённо становится похоже на девушку. А если вот так… Мать твою за ногу! Лучше даже и не думать на что это похоже!»

Лалиса скашивает взгляд на результаты работы Юри.

- «Блин, а классно у неё получается! Чё ж я-то так не могу?» - возвращаю взгляд на вышедшую из-под моих рук помесь чужого с хищником после дикого перепоя.

Юри закончив свою работу бросает взгляд на поделку Лалисы и начинает смеяться, тыкая в неё своим пальчиком.

- Чего ты ржёшь то? – снова возмущается подруга.

Девушка некоторое время разглядывает результат своего труда и скомкав его отбрасывает в сторону.

- Айщ! – ругается Лалиса и гладя на Юри тоже начинает смеяться.

Занимаемся этой фигнёй, потому что заняться то по большому счёту уже и нечем. Юри показала мне кучу своих рисунков и даже те жалкие попытки, что она предпринимала, работая кистью. Как мне показалось карандашом у неё выходит лучше, но говорить я этого не стал, чтобы не обидеть ребёнка. Похвасталась своей любимой мягкой игрушкой по имени Хе.

- «Обычная плюшевая кошечка», - повертел в руках “драгоценность” и вернул её хозяйке додумав напоследок. – «Ну её на Хе! Порву ещё ненароком.»

Мы также успели наораться в караоке. Оно оказалось у Юри прямо в комнате. Вопили как резаные исполняя местные K-POP хиты пока к нам не заглянула ЛиЕн и не потребовала заткнуться в вежливой форме. Слегка потупившись, пообещали больше так не делать.

- Жалко, что ты забыла планшет с продолжением, - сетует Юри напоминая Лалисе её оплошность с книгой.

- Ну извини, - лёжа на спине разводит руками подружка. – Чем дальше займёмся?

- Ой! – вскакивает девочка и тащит за собой Лалису. – Я же обещала тебе показать оранжерею хальмони.

- Мне кажется, что это не очень хорошая идея, - сомневается в задуманном хозяйкой комнаты гостья. – Твоя хальмони точно не будет против?

- Да точно-точно! – продолжая тянуть подружку за руку заверяет Юри. – Она сама любит хвастаться своими цветами.

Место действия: особняк семьи Сон

Время действия: четыре часа после полудня

В холле особняка стоил Лалиса и рассматривает большую картину, на которой изображена чета старших Сонов с сыновьями. Девочка ждёт Юри, которая убежала в туалет. Мальчишкам на картине не больше тринадцати лет, но даже сейчас можно уловить черты лица мастерски пойманные и зафиксированные на полотне художником. Буквально пару секунд назад здесь проходила госпожа ЛиЕн и рассказала гостье историю этой работы. Она была создана знаменитым на всю Корею художником, которого звали Чанг УчЧин. Фактически это была его последняя работа из завершённых уж точно. Гостья стоит, склонив голову на бок. По странному стечению обстоятельств в холле больше никого нет. Только тиканье старинных часов с боем которые висят на стене развеивает замершее мгновение.

- «Стоит эта картина наверно нереальных денег. Они ведь на ней как живые. Просто потрясающе!»

В это время по лестнице из подземного гаража поднимается ДжиХун. Он только что вернулся, домой заскочив по дороге в пару мест и созвонившись со своим одногруппником из Кембриджа. Юноша до сих пор находится в раздражённом состоянии. Из его головы никак не идёт эта дурацкая сцена, которую ему чуть было не закатила ХёнДжу.

- Тупая курица! – шипит парень, открывая дверь в холл.

По странному стечению обстоятельств дверь расположена сразу рядом с тем местом, где сейчас стоит Лалиса. Девочка, услышав какой-то звук поворачивает голову и натыкается взглядом на парня, который неверяще смотрит на гостью. Наступает неловкая пауза.

- «А этот хрен чё здесь забыл?»

- «Какого чёрта она тут делает?»

ДжиХун делает два быстрых шага сближаясь с Лалисой и хватает её за руку.

- Охрана! – выкрикивает он и начинает тащить девчонку в сторону главного хода.

- Ты чего делаешь?! – возмущается та, пытаясь вырваться.

- Как ты вообще сюда пробралась?! – шипит юноша, не замечая потуг девчонки и продолжая тянуть её за собой.

- Да пусти ты меня! – не оставляет свои попытки вырваться из захвата гостья и в порыве гнева переходит на русский язык. – Грабли убери! К-козёл!

Разумеется, последнюю фразу ДжиХун не понял. Да он и не слушал что там пытается сказать Лалиса, находясь в состоянии крайнего раздражения.

- Охрана! – повторно выкрикивает парень.

В этот момент в холл привлечённая криками возвращается госпожа ЛиЕн и на мгновение замирает, увидев то, что творится прямо на её глазах. Тем временем юноша уже доволок брыкающуюся и ругающуюся на чём свет стоит девочку до входной двери.

- ДжиХун! Сынок ты что делаешь?! – наконец придя в себя выкрикивает ЛиЕн и быстрым шагом идёт к парочке.

На крики подтянулись ещё несколько человек в их числе оказалась ШинХе и ЧжунКи. ДжиХун остановился, но не выпустил руку девочки.

- Эта…, - кивнув на удерживаемую девчонку начал говорить парень и осёкся, не вспомнив имени своей жертвы. – Эта мелкая меня преследует.

- Что?! – тут же возмутилась жертва так же, как и ДжиХун замершая на пороге.

- О чём ты говоришь? – приближаясь к парочке задаёт вопрос отец, не понимая, что тут вообще происходит.

До парня медленно доходит вся нелепость сложившейся ситуации и он наконец то выпускает руку Лалисы. Юноша переводит взгляд с одного родственника на другого пытаясь сформулировать какую-то фразу, но это у него не получается. Гостья, получившая свободу, немедленно отскакивает от агрессора и начинает растирать пострадавшее запястье правой руки шипя себе что-то под нос.

- Дай посмотрю, - требует ЛиЕн.

Девочка послушно протягивает руку. Рассмотрев вблизи запястье, женщина выносит вердикт.

- Нужно приложить лёд. Идём со мной.

Когда супруга с гостьей удалились ЧжунКи проводив их взглядом вновь посмотрел на сына и сказал только одну фразу ничего хорошего не предвещающим для отпрыска тоном.

- Ко мне в кабинет.

Проходя мимо ШинХе, парень замечает, как тихонечко посмеивается та. Старшая сестра в этот момент изо всех сил пытается удержать лицо и не расхохотаться.

Место действия: особняк семьи Сон. Кухня

Время действия: чуть погодя

На стульчике сидит Лалиса прижимающая к правому запястью пакетик со льдом.

- «Баран тупой! Дегенерат! Это ж надо додуматься! Имбецил!» - морщусь, глядя на начавшее немного распухать запястье. – «Чё ж так больно то?»

- Прости, - вдруг произносит ЛиЕн. – Я не понимаю, что нашло на моего сына. Он хороший мальчик.

- Ничего страшного, госпожа Сон, - отвечает девочка. – Простое недоразумение.

- Очень больно? – с участием в голосе спрашивает женщина, кивая на руку пострадавшей.

- Нет, что вы, - мотает головой Лалиса и неловко двинув рукой морщится.

- Ага, - со скепсисом произнесла ЛиЕн и укоризненно посмотрела на гостью. – Хоть не ври раз не умеешь.

Всё время разговора женщина заваривала что-то в маленьком чайничке.

- Извините, - немного потупилась девочка и быстренько перевела тему. – А что вы такое делаете?

- Готовлю для тебя отвар. Он снимет боль и предотвратит отёк.

- «Ок», - глядя на чайничек прикидываю про себя. – «Народный медицина форевер! Хотя это может и не самый плохой вариант? Глядишь и правда боль снимет. Тело это, блин, и правда уж какое-то чрезмерно чувствительное. Вроде и схватил то меня этот папуас не сильно, а результат будто в тисках рука побывала. М-да уж.»

Подождав ещё пару минут, ЛиЕн наливает отвар в маленькую чашечку и подаёт её Лалисе. Принюхавшись к содержимому, девочка поморщилась.

- «Фу! Ну и запашок!»

- А что ты хотела? – с улыбкой произносит женщина, садясь на стоящий напротив стул. – Это лекарство.

Немного помедлив собираясь с духом, гостья делает первый небольшой глоток.

- Какая гадость! – скривившись и высунув язык произносит Лалиса передёрнувшись всем телом. – Его что для пыток придумали?

- Не говори глупостей, - сквозь смешок отвечает ЛиЕн и добавляет, как бы в никуда. – Сущий ребёнок!

- «Чё ребёнок то сразу?» - глянул на матушку одного великовозрастного недоразумения по ошибке, считающегося в Корее принцем. – «И ничего я не ребёнок! Просто это не лекарство, а …»

А вот что это я так и не смог придумать. В голову лезли исключительно нецензурные эпитеты.

- Ты ведь не первый раз встречаешь моего сына, верно?

- «Ахтунг! Партизанэн!»

Женщина заметила, как вильнул взгляд девочки и продолжила.

- Расскажи, как вы познакомились, - ласково просит она.

- Эм… Ну… В общем… Как бы это…, - замялся я, пытаясь придумать с чего бы начать. – «Ааа! Да к чёрту всё. Сгорел сарай - гори и хата!»

Место действия: особняк семьи Сон. Кабинет ЧжунКи

Время действия: это же время

В удобном кресле сидит хозяин кабинета. Напротив, стоит его сын, склонивший голову.

- То, как вы познакомились я понял. Но объясни мне один момент, - ЧжунКи поднялся и подошёл вплотную к сыну. – С чего ты взял что мой дом — это проходной двор и здесь могут находиться посторонние люди?

ДжиХун молчал понимая, что сейчас лучше ничего не говорить.

- «А всё эта мелкая зараза! Как она вообще умудрилась сюда пролезть?»

- Или ты решил поработать охранником? – продолжал тем временем ЧжунКи. – Сын, ты только скажи, и я устрою это. Даже закрою глаза на то, что семья может потерять лицо.

ДжиХун вскинулся. Зная отца, он понимал, что тот пойдёт на такой шаг, не моргнув и глазом если примет решение. Когда речь заходит о семье нет ничего на что не был бы способен ЧжунКи, и он это неоднократно доказывал.

- Прости, абоджи, - вновь склонился в поклоне юноша. – Я сделаю всё что ты скажешь.

- Ни секунды в этом не сомневался. То, что с тобой происходит мы обсудим позже, - веско произнёс ЧжунКи, - а сейчас…

Мужчина нажал на одну из клавиш селектора и вызвал начальника охраны. Буквально через минуту в кабинет вошёл Ли МуХён, как всегда, одетый безукоризненно и поклонившись замер в ожидании распоряжений.

- Пригласи сюда мою жену и нашу гостью, - приказал ЧжунКи и снова обратился к сыну. – Сейчас ты извинишься перед девочкой за своё поведение.

МуХён поклонился и так же не произнеся ни единого слова вышел.

- Надеюсь мне не нужно объяснять, что из-за твоей выходки теряю лицо я, а не ты, сын?

- Прости, абоджи, - ДжиХун вновь поклонился. – Подобное больше не повторится.

Место действия: особняк семьи Ким. Кабинет ЧжунКи

Время действия: чуть позже

В помещении добавилось действующих лиц. Помимо пришедших ЛиЕн и Лалисы здесь так же нарисовалась Юри. Когда девочку хотели отослать подальше она подошла к отцу и посмотрев на него щенячьими глазками обняла. ЛиЕн лишь глаза закатила, глядя на эту хитрюгу. В итоге диспозиция сторон получилась довольно странной. За своим столом во внушительном кресле сидит господин Сон ЧжунКи, примеряя на себе роль третейского судьи. Перед столом по правую руку от мужчины находится ДжиХун изображающий вселенское раскаяние своим не достойнейшим поведением.

- «Ещё бы руки заламывать начал», - хохмил я про себя, разглядывая этого оленя-рукоблуда. – «И всё равно он придурок! Это же хватило ума…!»

По левую руку от хозяина кабинета стоят ЛиЕн и Лалиса в аккурат напротив юноши. Гостья периодически кидает взгляд то на ЧжунКи, то на Юри, а иногда и на ДжиХуна. Девочка приняла скромный вид невинно пострадавшей овечки, и практически всё время смотрит в пол перед собой.

- «Блин, только бы не рассмеяться», - думал я в этот момент еле сдерживаясь. – «Вот на фига устроили эту показуху? Мне так оно по большому счёту параллелепипедно. Могли бы просто сказать парню чтобы извинился приватно, а не при всех. Хотя, с другой стороны, это где-то даже забавно. Ну-ка соберись придурок!» - дал себе мысленный подзатыльник. – «А то пропустишь самое интересное.»

- Мисс Ким, - на европейский манер обратился к Лалисе ДжиХун. – Я повёл себя крайне недостойно и прошу принять мои извинения с искренними заверениями в том, что подобное более не повторится.

Произнеся задуманное, юноша глубоко поклонился перед гостьей. Совершая поклон, парень замечает еле подрагивающие уголки губ девчонки.

- «Смешно значит тебе, да?» - думает он, по-настоящему рассердившись на мелкую пигалицу по чьей вине он так подставился перед отцом. – «Ты мне за это ответишь!»

За разворачивающимся действием с любопытством наблюдали все включая саму виновницу торжества. Девочка подняла на кающегося преступника взгляд и наблюдала за парнем с большим интересом.

- «Хм», - задумался, разглядывая как ДжиХун колбасится. – «Прикольно! А ведь, по сути, сейчас мне поклонился наследник одной из могущественных корпораций в мире. Во крутотень то, а!»

Не замечая никого и ничего Лалиса, продолжает с любопытством глядеть на парня склонив голову на бок. Пауза затягивается. Сначала ЧжунКи перевёл свой взгляд на гостью, затем и ЛиЕн с Юри сделали то же самое. Всё это время ДжиХун так и стоял не разгибаясь.

- «Да она издевается!» - думает парень, не вольно поджав губы. – «Нет! Я этого так не оставлю! Зараза мелкая!»

- Кхе-кхе.

Услышав покашливание рядом Лалиса, дёрнула головой приходя в себя.

- Ваши извинения приняты мистер Сон, - с еле заметной улыбкой ответила девочка, копируя манеру ДжиХуна и так же поклонилась, но не столь глубоко как это сделал парень.

Юри заметила ухмылку, промелькнувшую на лице подруги и прикрыла рот ладошкой. Ей так до сих пор никто не объяснил, что произошло в её отсутствие. Когда она нашла Лалису в компании своей мамы их тут же позвали к отцу, и она увязалась за ними.

- Вот и прекрасно, - улыбнулась ЛиЕн и протянула руку в сторону дочери. – Идёмте девочки, мужчинам нужно поговорить.

ЧжунКи кивнул, подтверждая слова супруги. ДжиХун проводил гостью пристальным взглядом.

Место действия: особняк семьи Сон

Время действия: пять часов тридцать минут после полудня

В сторону выхода движутся Юри и её гостья. Идёт довольно оживлённая беседа.

- И что ты сделала, онни?

- Что сделала? Что сделала? – немного передразнивает девочку Лалиса. – Сказала, что тоже надеюсь, что мы больше никогда не встретимся.

Рассказал историю нашего знакомства с ДжиХуном почти во всех подробностях.

- Хи-хи-хи, - веселиться девочка представляя в этот момент лицо брата.

- Показывай куда идти, - выйдя из дома и остановившись предлагаю хозяйке.

Мы направляемся как изначально и планировалось в оранжерею госпожи СоХи. Юри жаждет похвастаться растением, за которым она ухаживает лично и вообще показать мне как там внутри красиво.

- Нам туда, - сказала Юри и поскакала в припрыжку в сторону небольшого сада.

Пройдя по узкой дорожке, вымощенной камнями буквально метров двадцать мы свернули в сторону и сразу же нам открылся вид на оранжерею.

- Красиво, - произнесла Лалиса.

Небольшого размера стеклянное здание в один этаж с крышей овальной формы предстало перед нами. Это первая оранжерея, которую я вижу за обе свои жизни. Как-то не доводилось мне в них бывать. А если честно говорить, то и желания особого никогда не было. Ну, что я растений не видал что ли?

- Заходи, - предлагает мне войти первой Юри, отрыв дверь.

Немедля делаю шаг внутрь и попадаю в обычную на мой взгляд теплицу. Только что более благородную что ли?

Куча разного рода растений всяческой формы и видов. Короче говоря, сплошная зелень. Некоторые из них цветут и выглядит это действительно красиво. Впрочем, я взираю на это буйство красок с вежливым участием и то только потому, что Юри воодушевлена совсем не по-детски. Двигаемся от входа по узкой тропинке так же вымощенной, но уже мелкой плиткой, а не камнем. Девочка, указывая на растение говорит мне его название и объясняет, что оно из себя представляет.

- Это Агава Фруктоидная, - тыкает пальчиком Юри в одно из растений. – Его привезли прямо из Мексики. Хальмони специально заказывала.

- Угу, - киваю, разглядывая эту Агаву.

- А вот это…

Так мы и двигались, рассматривая каждое растение, представленное в этом месте. Название некоторых Юри не знала, а другие просто не могла произнести правильно. Мы ещё не дошли до конца оранжереи как мелкая остановилась у одного из них и нахмурилась.

- Это не хорошо, - произнесла девочка и стала искать что-то у себя под ногами.

- Что? – спросила Лалиса по инерции начав шарить глазами вслед за подружкой.

- Ага! Вот ты где, - воскликнула Юри и сделав несколько шагов чуть дальше по дорожке подняла шланг для поливки растений.

Она несколько раз повернула металлическое кольцо на пластиковом сопле, но вода так и не потекла.

- Надо сказать хальмони, что Калатея сохнет, - положив шланг на место сказала девочка и мы двинулись дальше.

Место действия: особняк семьи Сон. Комната СоХи

Время действия: это же время

Госпожа СоХи открыла глаза возвращаясь из царства Морфея. Дневной сон посоветовал ей их семейный доктор после неприятного случая с сердцем случившегося пару лет назад. Женщина неспешно села и зевнула, прикрывая рот ладошкой, затем бросила взгляд на часы.

- Шесть часов. Пора заглянуть в оранжерею и проведать мою красавицу.

В комнату заглянул ХюнКи.

- Выспалась наконец то?

СоХи посмотрела на супруга как солдат на вошь.

- Чего тебе? – всё ещё злясь на то, что он на два месяца закрылся от всех задала она вопрос недовольным тоном.

Не обратив никакого внимания на интонацию, мужчина подошёл к жене и взяв её за руки произнёс.

- Давай отправимся в кругосветное путешествие.

Услышав такое предложение СоХи, даже рот открыла, а затем с подозрением посмотрела на своего спутника жизни.

- Ты пил что ли?

- Что? Нет! – очень резво отреагировал спутник. – Ты же знаешь, что я следую всем указаниям доктора Рю.

- Ага, - со смешком произнесла СоХи и вытянув руки из ладоней мужа добавила. – Как три месяца назад? Да?

- Это была случайность! – вполне искренне возмутился ХюнКи. – Я перепутал бокалы.

- Ну да, ну да, – покивала женщина. – Так же, как и три с половиной месяца назад, когда мы были в гостях у Янов.

- Тоже случайность! - упорствовал мужчина. – И вообще не переводи тему. Я тебя спросил о другом.

- Ответь мне только на один вопрос “путешественник”.

- На какой?

- Ты когда последний раз ходил куда-нибудь дальше, чем до своей мастерской?

- Я вчера гулял в парке с нашей внучкой, – тут же ответил ХюнКи.

- И как? – с ехидцей вопросила супруга своего не в меру сегодня активного мужа. – Коленочки то не болят?

- Нормально у меня всё с коленками. Я вообще себя прекрасно чувствую, - и тут господин Сон упал на пол и сделал несколько отжиманий, затем он поднялся и улыбаясь добавил. - Такое чувство, что я помолодел лет на тридцать.

- «Всё!» - подумала СоХи. – «Точно с ума сошёл!»

- Так ты поедешь со мной в кругосветное путешествие или нет?

- «Доктора Рю что ли вызвать?» - продолжала неспешно размышлять СоХи.

- Жена! Я с тобой разговариваю.

Место действия: оранжерея

Время действия: это же время

Ближе к концу оранжереи в отдельной кадке за стеклом стоит одно единственное растение.

- А это что? – задала вопрос Лалиса, когда девочки приблизились к довольно большому куполу, которым был накрыт красивый цветок.

У меня вообще создалось впечатление, что ему сотворили отдельную среду.

- «Видимо очень капризное растение», - размышлял я, разглядывая прикольной формы цветы приблизившись в плотную к стеклу.

- Это сокровище хальмони, - с явным удовольствием сказала Юри и с куда меньшим энтузиазмом добавила. – Она даже меня к нему не подпускает. Ухаживает за ним сама.

- Правда, что ли? – удивилась Лалиса.

- Ага, - угрюмо ответила девочка. – Это Shenzhen Nongke. Самое дорогое растение в мире.

Лалиса резко отпрянула от купола убрав руки за спину.

- «Ну его к чёрту! Лучше держаться подальше от этой штуки особенно с моей нечеловеческой ловкостью и феноменальным везением.»

Гостья даже сделала шаг назад, чтобы оказаться на безопасном расстоянии. Не замечая этого Юри тем временем, продолжала рассказывать.

- Его вывели китайские селекционеры. Как рассказывала хальмони, они потратили на это целых восемь лет. Это орхидея и она очень капризная.

Наконец заметив, что подружка отошла от цветка Юри остановила рассказ.

- Ты чего, онни?

- Я лучше с расстояния поразглядываю, - ответила Лалиса с насторожённостью взирающая на орхидею.

- Не волнуйся, - сказала Юри и постучала костяшками пальцев по стеклу. – Оно прочное.

- Всё равно. Я лучше здесь постою.

- Как хочешь, - пожала плечами девочка и вернулась к повествованию. – Хальмони её купила пять лет назад на аукционе за двести десять миллионов вон и в этом году она зацвела. Красивая, правда?

- «У меня нет слов», - продолжая настороженно взирать на орхидею думал я. – «Мне всегда казалось, что только коллекционеры монет и марок на всю голову ушибленные люди. Оказывается, ботаники от них не отстают. Вообще жесть! Двести десять миллионов вон это же двести десять тысяч баксов. Пипец! Ненормальные!»

- Красивая, - подтвердила Лалиса и предложила. – Пойдём лучше обратно. Ты ведь всё равно мне всё уже показала.

Гостья явно очень неудобно себя чувствовала рядом со столь дорогим и что куда более важно хрупким растением.

- Пойдём, - легко согласилась Юри. – А когда ты мне почитаешь продолжение своей книги?

Девочки двинулись в обратную сторону.

- Могу завтра. Только надо решить, где встретимся. Ну или по видеосвязи могу тебе почитать.

- Лучше давай в парке как вчера.

- Хорошо, - кивнула Лалиса, - а с кем ты придёшь на этот раз?

- Омма думаю не откажется прогуляться, - легкомысленно отмахнулась Юри и вприпрыжку понеслась на выход.

Гостья тоже ускорила шаг чтобы не отстать от подружки. Где-то на середине пути Юри запнулась за какую-то колобашку и чуть было не упала. Её успела подхватить Лалиса. Однако малышка, пытаясь удержать равновесие сделала несколько шагов и задела маленький рычажок на трубе, что еле выступала из стенки дорожки и тут ожил поливочный шланг.

Место действия: квартира семьи Ким. Гостиная

Время действия: шесть часов сорок минут после полудня

Семья Ким в урезанном составе готовится к ужину. ДжэУк не так давно вернулся с работы и сейчас сидя за столом читает какую-то техническую документацию в ожидании ужина. Пакпао находится рядом так же занятая чтением. ХеМи и СонМи накрывают на стол таская посуду и расставляя её.

- Ты был сегодня у нотариуса? – спрашивает Пакпао откладывая книгу в сторону обращаясь к сыну.

- Да, - односложно отвечает мужчина не желая отвлекаться.

- А помещение уже присмотрел? – продолжает импровизированный допрос Пакпао.

- Угу, – кивает ДжэУк.

- Ёбо, - обращаясь к мужу говорит ХеМи вернувшаяся с кухни и несущая небольшую кастрюльку. – Оторвись уже от своих железяк и побудь с семьёй.

- Хорошо, - поймав на себе взгляды всех сейчас присутствующих женщин отвечает мужчина, убирая в пластиковую папку листы и поднимает руки. – Сдаюсь.

- Я сегодня на ночь останусь у ХёнДжу, - делает объявление СонМи приступая к ужину.

Она только что вернулась от подруги, где занималась её утешением. Бабушка не комментирует сказанное внучкой, как и ДжэУк.

- Что-то случилась? – интересуется ХеМи.

- Да, - грустно произносит девушка. – Её парень бросил.

- Какой ужас! - вполне искренне сопереживает мама. – А что произошло? Мне казалось у неё с ДжиХуном всё хорошо. Прямо как у вас с СынМином.

СонМи бросила на маму недовольный взгляд. Ей очень не понравилось такое сравнение.

- Сказал, что улетает на учёбу и потому принял решение расстаться, - подхватив палочками рамён девушка запихивать его в рот и начинает пережёвывать.

ХеМи охает, всплеснув руками.

- Разве что-то мешает поддерживать отношения на расстоянии?

- Сказал, что не верит в то, что могут быть отношения на расстоянии, - дожевав уточняет дочь.

- Значит он и не хотел с ней никаких серьёзных отношений, - вставляет свой комментарий Пакпао.

- Твоя хальмони верно говорит, - поддакивает ДжэУк. – По себе знаю.

Взгляды женщин прилипли к мужчине и выражения лиц у дам были очень специфическими. Не обратив никакого внимания на это, ДжэУк продолжил.

- Вот взять к примеру нас с ХеМи, - мужчина кинул взгляд на свою супругу. – Мы в начале наших отношений расстались на полгода и всё равно вместе.

Женщины расслабились, поняв куда клонит глава семьи. СонМи задумалась на некоторое время.

- «Всё-таки аппа скорее всего прав. ДжиХун и на самом деле не любил ХёнДжу, но всё равно как же это грустно. Впрочем, подруга сама виновата. Она была слишком назойлива в отношениях с ним. Я такой ошибки с СынМином не совершу», - улыбнувшись последней мысли девушка подхватила палочками ещё одну порцию рамёна.

В беседе наступила небольшая пауза, которую разбавляли звуки пережёвываемой пищи. Каждый из присутствующих думал о своём.

- Невестка, - вытерев губы салфеткой обратилась к супруге сына Пакпао, – ты Лалисе звонила? Как она там?

- Нет, омма. Пока ещё не звонила. Наберу её после ужина.

Место действия: особняк семьи Сон. Оранжерея

Время действия: это же время

Оживший шланг начал извиваться как змея снося по пути всё что ему встречалось. Я попытался его схватить, но куда там… Юри завизжала и присела на корточки закрыв голову руками, когда эта чёртова резиновая хрень пролетела первый раз над нашими головами. Поняв, что не смогу ничего сделать закрыл девочку своим телом. Схватив Юри за руку, поднял и стал продвигаться к выходу спиной вперёд. Вакханалия тем временем набирала обороты. Не замечая перед собой существенных препятствий, поливочная техника поймала кураж. Она срезала несколько растений даже не заметив их. Во все стороны летели брызги воды и ошмётки уничтожаемых растений вперемешку с комьями вырванной земли. Один из таких комков угодил мне прямо в лицо. Находясь уже почти у выхода сквозь прищур, я заметил, что шланг летит прямо в меня и выставил левую руку в защитном жесте продолжая прикрывать Юри. Однако сделав в воздухе замысловатый пируэт эта машина по уничтожению всего живого обогнула руку и треснула меня по плечу. Сильно треснула. Я даже вскрикнул и быстро вытолкнув мелкую из оранжереи, вывалившись вслед за ней сам. Слава богу дверь открывалась наружу, а не внутрь.

Стоим перед входом в разверзшийся филиал ада на земле обе мокрые и грязные как черти, которые из него только что выбрались. Юри стоит рядом, прижавшись и обхватив меня руками всхлипывает. Я держусь за левое плечо, по которому пришёлся удар.

- «Интересно. Меня сразу убьют или помучают?» - вяло копошатся мысли в моей голове. – «Судя по результатам моего пребывания в этом мире я - демон присланный сюда уничтожить всё живое. И почему у меня болит левое ухо?»

- Бздынь! – раздался отчётливый звук бьющегося стекла.

- «Ну вот! Этот чёртов змей разобрался с растениями и принялся за стены своей темницы», - мысли в голове всё столь же вялые. – «Чё-то как-то мне не очень ...»

Голова закружилась, но усилием воли я всё же удержался на ногах. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, обратился к Юри.

- Ты как? Цела?

Левая рука практически перестала меня слушаться, а плечо начали взрывать вспышки острой боли.

- Да, - хлюпая носом и вытирая одной рукой слёзы ответила девочка.

Второй рукой она по-прежнему держалась за меня.

Сквозь заляпанные стеклянные стены оранжереи было уже трудно что-либо разглядеть, но я всё же заметил, как шланг сделав очередной пируэт со всего размаху врезался в колбу, которая закрывала дорогущую орхидею. Колба треснула, выдержав удар.

- «Повезло», - только и успел подумать, как эта резиновая ПАДЛА со второй попытки расколотила защитный барьер и снесла к лешему орхидею. – «Всё! Меня точно убьют. Даже пытать не будут. Просто прикончат.»

В этот момент зазвонил мой телефон. Расстегнув нагрудный карман своей уже совсем не белой рубашки, я достал его и ответил на вызов.

Телефонный разговор.

ХеМи – Дочка, как у тебя дела?

Лалиса – Пока жива, - со странной интонацией ответила девочка.

ХеМи – Что? – переспросила женщина, не расслышавшая фразу, сказанную дочерью.

Лалиса – Нормально всё, омма, - всё с той же странно-отстранённой интонацией проговорила дочь.

ХеМи – Вот и хорошо. Ты когда домой собираешься?

Лалиса – Теперь даже и не знаю.

ХеМи – У тебя точно всё хорошо?

Лалиса – Угу.

ХеМи – Надеюсь ты там хорошо проводишь время?

Лалиса – Феерично.

ХеМи – Ладно. Вижу, что ты занята. Не буду тебя больше беспокоить. Целую солнышко моё.

Лалиса – И я тебя.

Конец телефонного разговора.

Убрал смартфон обратно в нагрудный карман и снова уставился на результат нашего с Юри посещения оранжереи.

- «Интересно, а здесь был изобретён “Испанский сапог”? Что-то мне подсказывает что был, но возможно он имеет другое название.»

Место действия: особняк семьи Сон

Время действия: это же время

Из здания только что вышли ХюнКи со своей супругой. Мужчина продолжает свои попытки уговорить жену отправиться в кругосветное путешествие для того, чтобы развеяться. СоХи стоит на своём.

- Мы уже давно никуда не ездили.

- В том году были на Чеджудо, - отфутболивает аргумент женщина.

- Так это в том году было, - продолжает ХюнКи. – Ты ещё вспомни как мы двадцать лет назад летали на Багамы на неделю.

СоХи морщится. У неё нет никакого желания переться куда-либо. Всё и так хорошо. Да и оставлять семью без присмотра она не желает.

Парочка неспешным шагом движется в сторону оранжереи. Уже отойдя от дома метров на двадцать СоХи слышит странные звуки, долетающие до них от места куда они направляются.

- Будет хорошо, - продолжает нудеть над ухом ХюнКи. – Вспомни тот круизный лайнер…

- Да помолчи ты! – прерывает мужчину супруга вслушиваясь в подозрительный шум.

Резко ускорившись, женщина устремляется к своей оранжерее. ХюнКи спешит за ней.

Картина, представшая перед четой Сонов могла бы ввести в ступор любого. Оранжерея – гордость госпожи СоХи сейчас представляла собой жалкое зрелище. Создавалось впечатление, что она пережила бомбёжку. Прямо перед главным входом стояли Лалиса и Юри прижавшиеся друг к другу. Девочки были настолько грязные и растрёпанные, что СоХи даже забыла про свою драгоценную орхидею и быстро насколько это возможно в её возрасте подбежала к детям.

- Ты цела? – схватив внучку за плечи и развернув её к себе лицом спросила бабушка и посмотрела на гостью. – А ты?

В этот момент ХюнКи положил руку на левое плечо Лалисы. Девочка вскрикнула и согнулась от острой боли, пронзившей её конечность.

- Я в порядке, - пробормотала Юри уткнувшись лицом в свою бабушку и расплакалась.

Лалиса стала оседать на землю.

- Как-то мне нехорошо, - практически прошептала гостья непослушными губами.

Её успел подхватить ХюнКи. Ребёнок не потерял сознание, но находился в предобморочном состоянии. Видимо удар по плечу и всё произошедшее выбило её из сил.

- Кто-нибудь! Быстро сюда! – взревел не хуже дракона господин Сон.

СоХи и Юри даже вздрогнули, услышав рядом с собой такой мощный крик.

Место действия: особняк семьи Сон. Одна из гостевых комнат

Время действия: восемь часов после полудня

В постели укрытая одеялом лежит Лалиса левая рука её закреплена фиксирующей повязкой. Девочка спит. Вызванный семейный доктор, осмотрев пострадавшую вынес вердикт о том, что ребёнок получил сильный ушиб плечевого сустава и сейчас нуждается в покое. Зафиксировав пострадавшую конечность, доктор Рю запретил куда-либо отправлять больную и дал той снотворное. Лалиса попыталась вяло упираться, но под суровым взглядом доктора сдалась, попросив лишь, чтобы позвонили домой и предупредили её родителей.

- Как Юри? – перед тем как заснуть спросила пострадавшая.

- С ней всё хорошо, - ответил доктор Рю и улыбнулся. – Она цела, только испугалась немножко и всё.

- Хорошо, - проваливаясь в царство морфея пробормотала Лалиса.

Выйдя в коридор, семейный врач сразу же попал в руки господина ЧжунКи и его супруги ЛиЕн, а также их дочери Юри. Ребёнок был уже переодет и умыт.

- Что с онни? – опережая родителей спросила девочка. – Она поправится?

- Ну разумеется она поправиться, - взяв за руку малышку ласково ответил доктор Рю. – Но сейчас она спит. Ей нужен покой.

- А можно я с ней посижу? – попросила девочка, состроив жалостную мордашку и перевела свой взгляд сначала на маму, а затем на отца и вернулась к доктору. – Обещаю, что буду вести себя тихо-тихо.

Перекинувшись вопросительными взглядами взрослые дали добро и малышка быстренько юркнула в гостевую комнату тихонечко прикрыв за собой дверь.

- Как она, доктор Рю? – вопрос задал ЧжунКи, когда вся троица двинулась по коридору в сторону холла.

- Сильный ушиб мягких тканей, - снимая очки ответил врач. – Ей очень повезло что удар пришёлся вскользь. Это конечно не моё дело, но всё же прошу ответить, что произошло?

Рю СиУ уже много лет является семейным доктором семьи Сон. Он стал им ещё в те времена, когда самому старшему из ныне живущих членов семьи было всего двадцать три года. Именно ХюнКи и предложил СиУ эту работу, и тогда ещё совсем молодой специалист сразу же согласился. Эта работа подразумевает в первую очередь умение держать язык за зубами. Не то чтобы в таком была необходимость из-за страшных тайн, хранимых этим семейством. Разумеется нет. Просто являясь публичными лицами с высоким статусом в стране эти люди не могут себе позволить даже тени на своём облике. Да и факты могут быть истолкованы по-разному. Уж это-то СиУ знал лучше всех на свете. Насмотрелся за годы практики на всякое. Но не задать этот вопрос он не имел морального права ведь речь шла о несовершеннолетней девочке.

- Да какие могут быть секреты, - отмахнулся как от чего-то незначительного ЧжунКи. – Тем более от вас, доктор Рю.

- Благодарю за доверие, - кивнул СиУ.

- В оранжерее хальмони неожиданно включился поливальный шланг. Он то является причиной травмы, которую получила наша гостья.

- Дочка всё рассказала, - включилась в разговор ЛиЕн. – Она случайно задела рычаг, перекрывающий воду, а напор оказался слишком сильный, и дети не успели ничего сделать. Только что и смогли выскочить из оранжереи.

- Прискорбно, - покивал доктор Рю. – Но всё хорошо, что хорошо кончается. Впрочем, посоветую завтра сделать рентген плечевого сустава. Так на всякий случай, чтобы избежать даже малейшей возможности пропустить более глубокие повреждения, которые я мог и пропустить при поверхностном осмотре.

- Спасибо доктор Рю. Мы обязательно отправим завтра Лалису на рентген. Даже не сомневайтесь в этом, - заверила доктора ЛиЕн.

- Ах да! – остановился уже на выходе СиУ. – Девочка попросила, чтобы кто-нибудь связался с её родными.

- МуХён, - обернувшись позвал начальника охраны ЧжунКи.

Мужчина всё время находился неподалёку понимая, что может понадобиться в любой момент.

- Найди телефон инженера Ким ДжэУка, - приказал ЧжунКи и немного подумав добавил. – Я сам ему позвоню.

Дело происходило уже в холле и СиУ удалился, вежливо попрощавшись с четой Сонов.

Место действия: остатки оранжереи

Время действия: это же время

По руинам своей прекрасной и когда-то восхитительной оранжереи чуть ли не всхлипывая ходит СоХи. Неподалёку находится её муж, взирающий на это с лёгкой отстранённостью. Мужчине никогда не нравилась эта оранжерея, но так как он сам имел хобби то он ничего не говорил жене о своём отношении к её увлечению.

- Боже мой, - прошептала СоХи, стоя рядом со своей орхидеей, которую она с такой любовью растила пять лет. – Мелкая мерзавка!

Последнюю фразу пожилая женщина произнесла одними губами думая в этот момент о Лалисе.

- «Я ведь так и знала, что будут проблемы из-за девчонки», - подумала СоХи прикрыв лицо руками и мотнув головой. – «Не-е-ет, чтобы духу её в моём доме больше не было!»

Резко вскинувшись и встряхнув руками будто откидывая от себя негативные мысли женщина уверенным шагом пошла к выходу.

- Не злись, - постарался утешить супругу ХюнКи видя её состояние. – Мы всё восстановим. Уж чего-чего, а денег мы с тобой заработали достаточно чтобы не думать о таких мелочах.

- Старый дурак! – взорвалась вдруг СоХи, которую в этот момент переполнял гнев. – Причём тут деньги?! Я пять лет ухаживала за Shenzhen Nongke, и вот наконец в этом году она зацвела! А теперь … Я не …

И, к пущему удивлению, ХюнКи его супруга заплакала. Мужчина был настолько поражён что не сразу сообразил, что нужно делать. СоХи на его памяти плакала всего пару раз. Он всегда была олицетворением стойкости и железной воли. Сейчас же она подошла к нему и уткнувшись лицом в грудь мужа захлюпала носом словно перед ХюнКи была не его жена, с которой они прошли огонь, воду и медные трубы, а маленькая девчушка, с коей случилось страшное несчастье.

- Ну что ты? – гладя по голову жену стал утешать её мужчина. – Не такое это уж и большое горе. Мы и правда всё восстановим. И орхидею твою снова вырастим. Ну или купим новую. Главное ведь, что никто серьёзно не пострадал.

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: восемь часов сорок минут после полудня

В гостиной сидя на диванчике смотрят телевизор Пакпао и ХеМи. ДжэУк ушёл к себе, чтобы закончить взятую на дом работу. СонМи уже убежала к своей подружке и останется у неё ночевать о чём она предупредила за ужином родных.

- Набери ещё раз, - говорит Пакпао обращаясь к ХеМи имея в виду Лалису.

Женщины вот уже пару минут как пытаются дозвониться до гулёны, которая почему-то не берёт трубку. Набрав номер, невестка ожидает ответа с той стороны. Слышны мерные гудки, но трубку никто не берёт.

- Ну я ей устрою, когда вернуться домой эта негодница! – грозно обещает Пакпао кары небесные для своей внучки.

В гостиную заходит ДжэУк с удивлённым выражением на лице.

- Только что позвонил президент Сон, - произносит мужчина ни к кому конкретно не обращаясь. – Сказал, чтобы я подъехал к ним домой.

- Что?

- Зачем?

Почти в унисон задают по вопросу женщины, а затем переглянувшись вопросительно смотрят на мужчину.

- Он сказал, что Лалиса у них в гостях, - по-прежнему находясь в лёгкой прострации отвечает ДжэУк. – С ней произошёл несчастный случай и сейчас она спит. Её уже осмотрел их доктор.

- К-какой несчастный случай?

- Что с Лалисой?!

Снова в унисон спрашивают женщины вскочив с дивана.

- Так! Помолчи невестка! – веско произносит Пакпао и вновь обращается к сыну. – Какой президент Сон? И что с моей внучкой?

- Глава корпорации HYUNDAI, - мотнув головой отвечает ДжэУк.

- Так она к ЭТИМ Сонам поехала в гости?! – удивлённо вскрикивает ХеМи и закрывает рот ладонью наткнувшись на недовольный взгляд Пакпао.

- Да что с моей внучкой балбес ты великовозрастный?! – чуть ли не кричит Пакпао.

- Президент Сон сказал, чтобы я подъехал к ним домой. Он всё объяснит на месте. Но он сказал, что с ней всё нормально. Просто сильный ушиб плеча как сказал доктор делавший осмотр.

- О господи! – выдыхает Пакпао и валится обратно на диван. – Она меня точно в могилу загонит! Неси лекарство невестка.

ХеМи подрывается и бегом устремляется в комнату свекрови.

Находясь уже в коридоре и одевая обувь ДжэУк, выслушивает напутствие супруги.

- Сразу позвони, как только узнаешь, что с нашей дочерью, - говорит ХеМи подавая мужу ключи от машины.

- Конечно ёбо, - целуя женщину в щёку обещает мужчина и практически выбегает за порог.

- «Ну что же это такое?» - мысленно сетует ХеМи на происходящее, возвращаясь в гостиную.

Место действия: особняк семьи Сон. Гостевая комната

Время действия: шестнадцатое августа. Совсем ещё раннее утро

Лалиса только что проснулась и открыв глаза огляделась, пытаясь сообразить, где она находится.

- М-да. Выходит я всё ещё в гостях, - повертел головой. - А почему?

Стащил одной рукой одеяло и тут же подтянул его обратно каким-то рефлекторным движением увидав что я в неглиже – простая белая футболка и труселя. Вот, собственно, и вся одежда. Хотя футболка больше похожа на платье, достающее до колен. Почти…

- Интересно, а кто меня раздевал? Вряд ли это был доктор Рю, - вспомнил приятного старичка, что меня осматривал, а потом замотал мою руку присобачив её к телу.

Прислушавшись к ощущениям, понял, что ничего не болит. Скорее поднывает маленько, но это нормально. Картинки происходящего со мной вчера идут в голове калейдоскопом.

- Писать хочу, – озвучил внезапно подступившее естественное желание и встал с кровати.

В таком виде и попёрся искать туалет. Выйдя в коридор для начала, осмотрелся и прислушался.

- «Нет никого и странно тихо», - размышлял, шлёпая босыми ногами по мраморному полу.

- «Ага! …как в могиле», - пробежала ехидненькая мысль в голове. – «Изыди! Бисово семя!»

После недолгих блужданий вспомнил, где я тут видел туалет типа – “привилегированный сортир” и направил свои стопы на первый этаж.

- А куда все подевались? – пробормотал, спускаясь по лестнице и попытался пожать плечами. – Етить твою за ногу!

Тут же ухватился свободной рукой за пострадавшее плечо.

- Больно! П-падла! Надо быть поаккуратнее.

Стою в ванной комнате после посещения туалета и смотрюсь в зеркало. Она оказалась рядом что меня несказанно обрадовало. Я, честно говоря, аж вздрогнул, когда увидел себя в отражении.

- Возвращаемся к началам нашего пути здесь. А Лалиса?

Моим глазам предстало нечто отдалённо напоминающее девушку. Перемотанная рука, общий изнурённый вид, оттопыренное левое ухо, небольшой намёк на синяки под глазами и как вишенка на торте – колтун на голове.

- Ты то, как образовался? – ворчал я, начав поиски расчёски.

Не то чтобы меня сильно заботила внешность, но походить на домовёнка Кузю, только что вылезшего из печи, не прельщало. Всё-таки определённого рода чистоплотность касаемо внешнего вида мне присуща. Учителя были хорошие в своё время.

- Ага! Вот ты где! – вытащил из одного из шкафчиков такую нужную сейчас мне вещь.

Только я занёс над головой инструмент как в ванную комнату открылась дверь и на её пороге нарисовалась фигура сонного парня в майке и трусах в ромашку — это был ДжиХун. У меня даже челюсть отвисла от такого зрелища. Вторженец так же завис с открытым ртом любуясь представшей перед ним “красотой”.

- Ты что тут делаешь?! – зашипел ДжиХун придя в себя и схватив висевшее на крючке полотенце прикрылся им.

Лалиса посмотрелась в зеркало, затем опустила взгляд вниз на свои голые коленки и вернула фокус своего внимания на парня.

- Стою, - ответила девочка как ни в чём небывало.

- Адж! – озвучил своё негодование юноша. – Я имею в виду почему ты до сих пор у меня дома?

- У тебя? – удивилась гостья, приподняв брови. – А мне казалось, что я в гостях у Юри.

- «Совсем тупая», - подумал ДжиХун выходя из ванной комнаты так больше ничего и не сказав. – «И наглая не в меру!»

То ли я ещё не проснулся толком, то ли таблеточка, выданная мне вчера доктором Рю, продолжала действовать, но я даже и не подумал о том, что стою перед фактически чужим мне парнем будучи девушкой почти раздетый. Мне вообще-то и правда фиолетово, но вот если размышлять здраво, то ситуация довольно неловкая. Гоготнул, приступив к расчёсыванию своих патл. Одной рукой это делать было не удобно, а куда деваться?

Место действия: особняк семьи Сон. Другая ванная комната

Время действия: это же время

ДжиХун только что умылся и приступил к чистке зубов.

- «Нет! Это уже ни в какие ворота не лезет!» - размышлял юноша. – «Они уже ко мне в дом лезут. И ведь наглая какая? Ты только подумай.»

Сплюнув пасту и ополоснув рот, парень полез в душ.

- «Девчонки совсем берегов не видят, когда хотят добиться своей цели. Подружка она Юри. Ага! Как же… Так я и поверил», - ДжиХун замер от пришедшей в голову идеи. – «Надо будет поговорить с сестрёнкой. Скорее всего эта Лалиса сама подстроила их знакомство? Да наверняка так и было!»

Выбравшись из душа и растёршись свежим пуховым полотенцем, парень натянул трусы и вышел из ванной комнаты направляясь к себе.

- «И вообще лучше как можно скорее вернуться в Англию», - думал он, двигаясь по коридору. – «Вот это здравая мысль! Возьму билеты на завтра. Нет. На завтра никак нельзя. Омма, да и хальмони обидятся. Впрочем, и Юри тоже. Проклятье!»

Тут из-за спины прозвучал недовольный голос.

- ДжиХун! – окликнула парня его мама. – Сколько раз мне нужно тебе напоминать о том, чтобы ты надевал халат, когда ходишь в душ?

ЛиЕн стояла сзади и смотрела на сына недовольным взглядом. Действо происходило рядом с дверью во вторую ванную комнату.

- Извини омма, - покаялся парень. – Я всё время об этом забываю.

- Ты же не один здесь живёшь, - продолжая увещевать приближалась женщина. – И чего ты такой рассеянный последнее время? Совсем распустился в своём Кембридже.

- Да причём тут Кембридж? – начав разворачиваться произнёс ДжиХун и получил открывающейся дверью в ванную комнату по лбу.

Из-за двери высунулась Лалиса.

- Прошу про…, - начала было девочка, но наткнувшись на взгляд парня наполненный “любовью и всепрощением” запнулась на полуслове, но всё же добавила. – Извините. Я не специально…

ЛиЕн хмыкнула, а затем сообразила в каком виде перед гостьей предстал её сын. Она сделала два быстрых шага и закрыла своей ладонью глаза Лалисы. Потом посмотрела на сына многозначительным взглядом и зашептала одними губами.

- Иди отсюда! Ну, быстро!

- Лалиса-ян! – строго взглянув на гостью произнесла ЛиЕн. – Ты почему не в постели?

И тут меня резко взяли в оборот сразу же утащив обратно в комнату. Буквально через десять минут появилась Юри и ритуальные пляски вокруг моего пострадавшего тела приняли дополнительное ускорение.

Место действия: Сеул. Одна из дорог города. Машина ДжэУка

Время действия: полдень

В автомобиле находятся двое – это, собственно, ДжэУк и его младшая дочь Лалиса. Отец везёт девочку домой после посещения клиники, где ребёнку был сделан рентген, который, к слову, подтвердил диагноз, поставленный доктором Рю.

- «Как она умудряется попадать в подобные ситуации?» - размышляет мужчина, не отрывая своего внимания от дороги. – «И это нелепое переименование, что предложила омма по всей видимости не помогло.»

Дочка сидит молча на соседнем сидении почти спиной к отцу и смотрит на пролетающие мимо пейзажи.

- «Бабуля промахнулась по всей видимости со сменой имени потому, как я продолжаю вляпываться на ровном месте в неприятности. Хотя в случае с оранжереей виновницей торжества оказалась Юри, но это по большому счёту ничего не меняет.»

ДжэУк слышит грустный вздох, изданный его дочерью.

- Не переживай из-за произошедшего, - решает он подбодрить своего ребёнка. – Всё же закончилось хорошо.

- Что? – переспрашивает Лалиса, обернувшись.

- Я говорю: не переживай из-за случившегося.

- А! Ты об этом. Да я особо и не переживаю, аппа. Просто глупо как-то всё получилось.

По лицу мужчины промелькнула еле заметная улыбка, когда он бросил мимолётный взгляд на дочь.

- Президент Сон поблагодарил меня за то, что я воспитал хорошую дочь, - продолжает разговор ДжэУк, – и сказал, что ты всегда теперь будешь желанным гостем в их доме.

Этим событием мужчина на самом деле гордился. Не каждый день глава одной из могущественных корпораций мира удостаивает своим вниманием и таким хорошим отношением простого по сути инженера. Да и повод для гордости собой у него есть. Его младшая дочь настоящая героиня, закрывшая собой от опасности младшую наследницу семьи Сон.

- «Ну да. Господин Сон и правда сказал, что я могу бывать у них дома. Не в любое время конечно – это всего-навсего красивый оборот речи, но всё же…», - вспоминал я события этого утра, продолжая, пялиться в окно невидящим взглядом. – «А вот великой любви и благодарности в глазах бабули моей новой подружки я не заметил. Скорее даже наоборот. Да и наплевать! Мне с ними не жить.»

- Хальмони и омма сильно испугались за тебя, - вновь начинает говорить ДжэУк. – Особенно вчера, когда ещё не было ничего известно.

- «Это и так ясно. Стоп, а чего отец не упомянул СонМи? Ей фиолетово что ли?»

- А онни? – спросила вдруг Лалиса.

- Что онни?

- А онни разве не волнуется из-за меня?

- СонМи сегодня не ночевала дома и не знает о том, что с тобой произошло. Она осталась на ночь у ХёнДжу. Если я правильно понял, - сказал ДжэУк и задумался припоминая. - Её кажется парень бросил, и она сильно переживает по этому поводу.

- «Радоваться надо, когда тебя такой гоблин бросает, а не сопли на кулак наматывать. Вот дура!» - думал я, припоминая “принца”. – «Вот ведь тоже ещё то недоразумение. И чего он на меня вызверился? Хотя… Мания преследования — это тяжёлое заболевание если мне память не изменяет. Гы! И всё равно он придурок! Так что ХёнДжу надо свечки в храме ставить каждый день в благодарность за избавление, а не переживать из-за расставания.»

Машина сворачивает к дому, в котором расположена квартира семьи Ким. Затем дождавшись пока поднимется шлагбаум автомобиль въезжает на подземную парковку.

Место действия: квартира семьи Ким.

Время действия: час после полудня

Буквально с порога за меня по-серьёзному взялись бабуля с мамой.

- Какой ужас! – взяв меня за плечи начав рассматривать произнесла свой вердикт ХеМи. – Просто кошмар! А что с твоим ухом?

- «Ухо как ухо. Подумаешь я на чебурашку слегка похож стал. Какая мелочь, право слово.»

- Дай-ка я тебя рассмотрю, - попал я в руки Пакпао, которая отстранила маму. – Ну, могло быть и хуже…

- «А бабуля то у нас оптимист», - улыбнулся я мысленно. – «Однако припоминая одержимый бесами шланг-убийцу начинаю понимать, что действительно всё могло закончиться куда страшнее. Ладно хоть удалось Юри уберечь. А мне не впервой боль терпеть. Переживу.»

- Омма! – немного возмутилась ХеМи.

- Что? Я не права что ли?

- Я есть хочу, - прервала диалог женщин Лалиса.

- Ох ты ж боже ж ты мой! Тебя что не покормили с утра?

- Кормили, - буркнула девочка, - но я всё равно есть хочу.

- Пойдём моя хорошая, - взяла за руку свою дочь ХеМи и повела в ванную комнату.

Когда ХеМи увела Лалису в прихожей остались двое.

- Припоминаю кто-то мне говорил, что смена имени поможет дочери впредь избегать неприятностей. А омма? - не упустил ДжэУк возможности уколоть свою матушку.

Так. Совсем чуть-чуть. Чисто ради проформы. Ну и для того, чтобы указать ей на то, что вся эта мистика – чушь собачья.

- Не говори глупостей, сын! – резко отреагировала Пакпао. – Как знать, чем бы всё кончилось если бы не сменили ей имя?

- «Непрошибаемая логика!» - подумал ДжэУк.

Место действия: квартира семьи Ким. Комната Лалисы

Время действия: сразу после обеда

- Омма, я помню, - простонал я, закрывая дверь в свою комнату. – «Вот ведь неугомонная то!»

Матушка наставляла меня на путь истинный касаемо приёма лекарств и прочего распорядка дня. Теперь придётся каждый день таскаться к доктору на осмотр. А фиксирующую повязку снимут только через неделю.

- Очередное попадалово! – произнёс, разворачиваясь и делая шаг, но тут же споткнулся.

Нет, я споткнулся не о разбросанные шмотки или ещё чего, а потому что комната была прибрана. Причём настолько хорошо, что теперь фиг поймёшь, что где лежит.

- Просил же не лезть в мою комнату! – недовольно ворчал я, начав поиски планшета. – И куда тебя засунули эти “прибиральщики недоделанные”?

Так и не найдя девайс аккуратно улёгся на кровать. Теперь вообще всё осторожно приходится делать. А всё из-за этой чёртовой теплицы! Будь она неладна! Я уже думал на досуге о том, как я вообще здесь очутился. Не в смысле сейчас дома, а в общем и целом. Пришёл к нескольким умозаключениям. Факт того, что мне удалось благополучно склеить ласты неоспорим. Ну это ладно. Никто не может жить вечно.

- Только я могу жить вечно, Северус, - изобразил я тёмного лорда и загоготал. – Муа-ха-ха! Кха-кха! Твою …!

Дёрнувшись, моментально получил болезненный прострел в плече.

- Чтоб тебя!

Попала ли сюда моя душа? Вопрос не столь уж однозначен. А вдруг я какая-нибудь копия сознания? Такое вполне возможно исходя из тех идей, которые расплодились последние годы в этой сфере. Так же не очень понятно в моей ли я вселенной. Может быть это параллельная земля? Возможно…

- Эх! – грустно вздохнул.

К окончательному выводу касаемо того как сюда попал я, так и не пришёл. Настроение находится на минусовом уровне.

- Задолбало! Кланяться задолбало! Месячные проклятущие задолбали! Всё время следить за тем, что говоришь задолбало! Как на меня смотрят всякие разные… задолбало! Уррроды! Все! Всё задолбало! Нажраться что ли? Где бы достать подогрев?

- «Совсем сбрендил?» - стукнулась здравая мысль в голову. – «В “кукушку” захотел? Так быстро определят и не спросят…»

- Гадство!

Только что вернувшаяся от подруги СонМи поприветствовав хальмони, которая сидела в гостиной и смотрела телевизор направляется в свою комнату, чтобы переодеться. Девушка очень устала и хочет просто полежать в тишине и покое. Подойдя к двери в свою комнату, она услышала, как за соседней дверью что-то голосит Лалиса. Усталость и плохое настроение не стали помехой её любопытству. И вот СонМи уже стоит, прижавшись ухом к двери в комнату сестры.

- Я узнал, что у меня

Есть огромная семья -

- «Дикари!»

- И тропинка, и лесок

В поле каждый колосок!

- «Да горите вы все синим пламенем!»

- Речка, небо голубое –

- «Провались они под воду!»

- Это всё моё, родное!

- «Только сильно перепив можно это утверждать!»

- Это родина моя!

- «Ну, уж точно не моя!»

- Всех люблю на свете я!

- «Возле памятников стОя!»

(Стихи Орлова Владимира Натановича с авторскими вкраплениями)

Голосил я видимо от безысходности на русском языке. Когда закончил, раздался стук в дверь и тут же на пороге появилась сестрёнка. Морда лица её была чем-то схожа с моей рожей - такая же кислая физиономия. Ну, только что без внешних изменений вроде подбитого уха и пары пластырей коими я лично обзавёлся в гостях.

- Поёшь? – задала СонМи вопрос пройдя внутрь.

Разглядев моё состояние онни, ужаснулась.

- Что случилось? На тебя напали? Ты снова попала в аварию? Тебя ограбили?

- «Какой позитивный настрой, однако!»

- Нет онни. Просто в гостях произошёл один несчастный случай…

Усевшись рядом СонМи, потребовала… Даже не попросила, а именно потребовала рассказа во всех подробностях.

- «Послать её что ли по известному адресу? Лучше от это конечно станет, но вот боюсь ненадолго. Эх!»

Приступил к рассказу о моём прямо-таки действительно фееричном походе в гости к семье Сон. По мере повествования поглядывал на онни и на её сменяющиеся в следствии моего рассказа выражение глаз. Когда подошёл в своём повествовании к моменту встречи с придурковатым “принцем” сестра не сдержалась.

- Так ты к этим Сонам в гости ходила? – выпалила она, глядя на меня вытаращенными глазами и заёрзала попой на кровати.

По всей видимости у неё там стало пригорать.

- «Какая догадливая родственница мне досталась? Как я горд!»

- Ты дальше слушать будешь? – осадил я СонМи.

- Ага, - очень интенсивно закивала сестрёнка.

И я продолжил своё повествование. В момент описания как мы с Юри стояли и рассматривали драгоценную орхидею госпожи СоХи сестрёнка прикрыла рот обеими ладошками. До неё, кажется, стало доходить что произойдёт дальше. На моменте, когда шланг уничтожил неимоверно дорогое растение СонМи пискнула, но руки ото рта не убрала. Она просто таращилась на меня как нечто ужасающее. Впрочем, от вопроса не удержалась в итоге.

- И что теперь будет? – потерянным тоном пролепетала онни.

- Да ничего не будет, - отмахнулся я. – Слушай дальше.

- «Двести десять миллионов вон!» - билась в мозгу СонМи мысль. – «Двести десять миллионов вон!»

Когда Лалиса дошла до момента, где Юри рассказала о том, что именно она стала виновницей происшествия СонМи даже выдохнула от облегчения и опустила руки.

Рассказал о том, что отец приезжал меня проведать, когда я уже спала. Онни покивала. Когда же стал описывать мою очередную встречу с чудиком по ошибке считающимся местным принцем сестра вцепилась в меня как вампир в жертву.

- В одной майке? – вытаращилась на меня СонМи.

- Почему? На нём ещё трусы с ромашками были…

Сестра как услышала это тут же мечтательно прикусила нижнюю губу и уставилась куда-то вдаль.

- «Фу!» - сморщился я, понимая чего она себе на представляла уже. – «Какая гадость!»

- А ты случайно не заметила есть ли у него татуировки?

- Нет у него никаких татуировок.

- А как он сложен? У него ведь красивое спортивное тело, правда? – так и не выпустив из захвата своих зубов нижнюю губу начала сыпать вопросами СонМи. – А кубики на прессе у него есть?

- «Кто о чём, а вшивый всё о бане», - думал я, разглядывая онни. – Ты мне дашь закончить, озабоченная?

- Э! – тут же выпалила сестрёнка. – Никакая я не озабоченная!

- «Ну да! Ну да!»

Слегка порозовевшие щёки девушки говорили мне об обратном.

- Так мне рассказывать дальше или оставить тебя наедине с твоими фантазиями?

В этот же миг я получил шлепок по ноге.

- Рассказывай, - пропыхтела надувшаяся СонМи.

- «Спасибо ваше королевское высочество за дозволение.»

Когда поведал о том, что дал по лбу дверью принцу СонМи неожиданно выпалила.

- Ха! Так ему и надо этому гаду! За то, что ХёнДжу бросил!

- «Я не понял? Только что слюни на гада пускала, представляя его в разных… Тфу! Даже думать не хочу в каком виде она себе его представляла. И вот уже радуется от того, что вышеупомянутый гад получил дверью в лоб. Нет! Девки точно все ненормальные!»

Закончив каяться в своих деяниях, уставился в потолок.

- «Странно… Но мне вроде полегчало, и ситуация уже не выглядит такой печальной», - задумался, заметив, как моё настроение начало подниматься. – «Чудеся какие-то.»

- Мне кажется, что тебя вообще никуда выпускать нельзя, - задумчиво произнесла СонМи.

- Эй! – тут уж возмутился я.

- Да это я так, - отмахнулась онни. – Не обращай внимания.

- «Ну ни фига себе!» - поражённый такой заявкой вытаращился на сестру.

- Хе-хе-хе, - ехидненько захихикала СонМи и заметив мой взгляд пояснила. – Классно ты всё же в гости сходила.

И видимо не выдержав захохотала в голос.

- «Ага! Я просто в восторге! Ещё пара таких походов и можно будет инвалидное кресло заказывать, а может и кое-что более мрачное.»

- Кстати, - отсмеявшись обратилась ко мне сестра. – А где ты собираешься праздновать свой день рождения?

- Чего?

Место действия: Лондон. Ньюгейт стрит. Издательский дом «Томас Кавендиш».

Время действия: семнадцатое августа 2009 года. Восемь часов пятьдесят пять минут до полудня

Крейг Кавендиш поднимался в свой кабинет, расположенный на втором этаже издательского дома. Мужчина он был собранный и как полагается истинному англичанину пунктуальный. Вот и сегодня за несколько минут до начала рабочего дня он уже прибыл на своё рабочее место. Классический костюм тройка подчёркивал превосходную фигуру уже не молодого Крейга. Сорок с хвостиком лет небольшой возраст и уж тем более для человека с внешностью ловеласа.

- «Покоритель женских сердец», - так за глаза называли его все знакомые.

- Доброе утро, мистер Кавендиш, - обратилась к мужчине секретарша, привстав со своего места.

- Доброе утро, Энни, - благодушно поприветствовал свою подчинённую Крейг. – Есть что-нибудь для меня?

- Сегодня ничего ещё не присылали, мистер Кавендиш, - бросив мимолётный взгляд на монитор рабочего компьютера ответила секретарша. – Вчерашние экземпляры лежат у вас на столе.

- Спасибо, - поблагодарил девушку владелец и непосредственный руководитель издательского дома и зашёл в свой рабочий кабинет.

- «Всегда! Слышишь меня, сын? Всегда сам читай присланные тебе рукописи и предложенные авторами работы», - вспоминал Крейг слова отца, усаживаясь в своё кресло и беря со стола одну из доставленных ещё вчера почтой в издательство книг в формате А4.

Быстренько пробежав глазами по тексту, мужчина поморщился.

- Очередной роман, - с грустью в голосе произнёс он, откладывая присланную рукопись и беря в руки другую. – А что у нас здесь?

Надпись на титульной странице гласила: «Осколки неба.» Автор: Элизабет Коул.

- Что-то мне подсказывает что и это очередной сопливо-слезливый романчик от скучающей домохозяйки при прочтении которого у нормального человека возникнет желание прибить кого-нибудь клюшкой для гольфа.

Глава издательского дома тяжело вздохнул и углубился в чтение. Спустя примерно час точно по расписанию в кабинет вошла Энни с небольшим подносом в руках. Аккуратно отодвинув поверхностно прочитанные рукописи, девушка поставила поднос на стол и без единого слова удалилась. Такой порядок был заведён ещё отцом Крейга.

- Я люблю тебя, Вивьен! – прочёл в слух мужчина и свернув присланную книгу в трубочку запулил её в ведро для бумаг. – Это какой-то бред!

Крейг взял чашечку с принесённого подноса, и откинувшись на спинку кресла сделал небольшой глоток прекрасно сваренного кофе.

- Почему у меня такое ощущение, что всех наших писателей поразила одна и та же идейная немощь? – ставя чашечку обратно произнёс мужчина и потянулся за очередной присланной в издательство книгой. – У них у всех мозг что ли усох?

Раздался звонок личного телефона Крейга. Достав смартфон из внутреннего кармана, мужчина глянул на экран и улыбнулся. Звонила супруга его друга юности, с которым они вместе учились.

Телефонный разговор.

Крейг – Здравствуй, Линн.

Линн – Привет! Звоню сказать, что на следующий уикэнд ты приглашён к нам в гости.

Крейг – Женщина, ты разбила мне сердце двадцать лет назад выйдя замуж за моего лучшего друга, но по-прежнему продолжаешь командовать будто твоим супругом являюсь я.

Линн – Ничего не хочу слышать! Ты и так уже проигнорировал три предыдущих моих приглашения. Поэтому сейчас я требую! Требую! Слышишь меня, Крейг? Я требую, чтобы ты был непременно! Никакие отговорки не принимаются! И только посмей что-нибудь сказать про свою матушку! Я тебя предупреждаю!

Кавендиш рассмеялся от всей души. Он действительно пропустил последние приглашения, но не по своей вине.

- «Элизабет», - вспомнил Крейг знойную блондинку из модельного агентства. – «Ты была прекрасна!»

Линн – Эй! Я с тобой разговариваю, Кавендиш!

Вырвал Крейга из сладостных воспоминаний жёсткий окрик, вылетевший из динамика. Мужчина вздрогнул и недовольно покосился на смартфон в своих руках.

Крейг – Линн – солнце моё! Я пока ещё не готов подтвердить своё присутствие на этот уикэнд в вашем с Эдрианом доме.

Линн – Ты лучше меня не зли!

Прошелестело змеиное шипение из телефона. Мужчина поёжился. Была одна черта у супруги его лучшего друга. Линн могла вогнать в ступор любого, когда начинала злиться и голос её в этот момент на самом деле превращался в нечто ужасающее.

Крейг – Я всё понял! Буду в субботу к двенадцати часам.

Глава агентства зашебаршил бумагами и нажал на кнопку селектора, чтобы создать впечатление, будто бы ему звонят.

- Бип!

Крейг – Линн – солнце моё мне звонят. Это очень важный звонок. Я должен ответить.

Линн – Ты пообещал, Кавендиш! Только попробуй не прийти!

Крейг – Слово джентльмена, Линн. Буду вовремя. Ну всё мне пора работать. Пока.

Линн – Жду в субботу. Пока.

- Фух! – выдохнул мужчина и вытер нежданный пот со лба. – Может и хорошо, что она выбрала не меня.

Конец телефонного разговора.

Место действия: особняк четы Синглтон.

Время действия: это же время

Баронесса Синглтон положила трубку и в задумчивости прикусила нижнюю губу.

- «Вот ведь шельмец какой», - думала Линн осмысливая прошедший телефонный разговор. – «И в этот раз хотел увильнуть. Бессовестный!»

- Любовь моя, - услышала женщина голос супруга, только что вошедшего в комнату. – Ты занята?

- Нет. Кстати, твой не в меру хитрый друг подтвердил, что будет непременно у нас в следующий уикэнд.

- Ха, - жизнерадостно усмехнулся Эдриан.

Он всегда знал, что, если Линн чего-то пожелает она этого непременно добьётся.

- Звонил наш друг из Южной Кореи, - оповестил супругу Эдриан, подойдя вплотную и приобняв её за талию.

- И что же хотел ДжэУк?

- Уточнял, в силе ещё приглашение на рождество?

- Что за вопрос? Он что считает нас французами?

Взаимная “любовь” англичан и французов известна всем уже лет двести, а может и более.

- Вряд ли, - улыбнулся супруг и приподняв Линн закружился на месте.

Вроде бы возраст уже не тот, да и статус требует совершенно иного поведения, но это всё для общества, а когда ты наедине с любимой женщиной подобные глупости вылетают из головы. Супруга счастливо рассмеялась и поцеловала мужа в губы.

- Почти двадцать лет мы с тобой вместе, а ты всё тот же мальчишка, восторженно смотрящий на меня, - отстранившись от мужа произнесла Линн с сияющими глазами.

- С чего я должен меняться? – не выпуская из объятий свою любимую спросил Эдриан. – Тем более по отношению к тебе. Я тебя любил, люблю и буду любить всегда!

Мужчина сделал ещё несколько оборотов вокруг своей оси, не выпуская из объятий жену.

- Ну всё! Хватит! - сквозь смех произнесла Линн. – Ты сумасшедший!

- Да! – подтвердил Эдриан опуская супругу на пол. – Из-за тебя я сошёл сума много лет назад. Ты всему виной!

Комплемент – простая вроде бы уловка скажет кто-то, но сказанный вовремя он придаёт правильный окрас происходящему. А уж если он произнесён влюблённым – это уже не комплемент – это истина в последней инстанции.

- Значит в следующий уикэнд я смогу как следует расслабиться со своим другом? – с плутоватой улыбочкой задал вопрос Эдриан, пока супруга поправляла растрепавшиеся волосы.

- Что?! – искренне удивилась Линн. – Я вам расслаблюсь! Забыл, как полгода назад вы расслабились в гольф-клубе? До сих пор стыдно смотреть в глаза сэру Киттону.

- Подумаешь, - пожал плечами мужчина, – утопили гольф-кар. Делов-то?

- Да что ты говоришь? – прищурилась Линн. – А ты случайно не напомнишь мне мой милый кто сидел рядом с вами в этом гольф-каре, а?

- Ну, - многозначительно протянул Эдриан. – Если мне память не изменяет, то это был родной брат сэра Киттона – Артур.

Артур Киттон был младше Эдриана и Крейга на десять лет. Он так же, как и Крейг был любителем изредка перейти черту приличий, но имея такого старшего брата ему приходилось сдерживаться. Получалось это, разумеется, не всегда.

Вспомнив Артура, мужчина рассмеялся, воскресив в памяти как они выбирались из мелкого пруда ругаясь при этом на чём свет стоит и поминая производителей тарантаса разными нецензурными словами. Линн нахмурилась. Ей на самом деле было крайне неловко перед хозяином гольф-клуба и в особенности перед его супругой. Элизабет Киттон являлась женщиной строгих нравов и сторонницей неукоснительного следования традициям. И тут такое непотребство! Просто ужас! Как Линн сдержалась в тот момент она и сама вряд ли даст ответ, но тогда мужчин от избиения, к примеру клюшкой для гольфа спасло исключительно чудо и само собой присутствие посторонних.

- Не вижу ничего смешного, - слегка сведя брови попробовала надавить Линн дабы усовестить мужа.

Но куда там? Эдриан уже не сдерживался.

- А помнишь лицо Элизабет? – сквозь смех выдавил он.

Женщина нахмурилась и поджала губы. Ещё чуть-чуть и у её спутника жизни возникнут проблемы. Такие мелочи Эдриан замечал, моментально хорошо зная горячий нрав супруги и подавившись крайним смешком быстро перевёл тему.

- А знаешь, любовь моя, - быстренько взяв супругу под ручку заговорил мужчина. – У меня появилась просто превосходная идея.

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: семнадцатое августа 2009 года. День

Сижу, туплю в монитор своего железного монстра. Решил вот продолжить писать, но столкнулся с одной маленькой проблемкой. Совсем малюсенькой. Оказалось, что писать одной рукой довольно неудобно. Хотя не так. Не неудобно, а слишком медленно получается. Просто отстой если честно! Даже на своём планшете я умудрялся набирать текст обеими руками сразу, а тут обстоятельствас.

- Хм, - задумался над этим моментом. – «Ну-таки да. Руки то у меня нынче мелкие и именно поэтому мне довольно удобно печатать на планшете.»

Порассматривал правую культяпку.

- Мелкая, - подытожил я результаты осмотра и почесал затылок. – Может сходить куда? А куда?

Погоняв варианты возможного маршрута для прогулки и адресов куда я могу направить свои беспокойные ноги понял, что не хочу вообще никуда идти. Мне лень!

- Поприседать что ли?

Поднявшись, побродил по комнате, которая была удивительно чистой. Жара сегодня стоит просто жуткая. Когда проснулся утром, был весь мокрый аки мышь. Пришлось включить кондиционер после чего я замёрз. Просто какой-то бред! Кое-как справившись с настройкой этой адской машинерии, закинулся колёсами и посетил душ. Именно посетил потому как это было настоящее испытание. Мыться одной рукой это ещё тот квест, но я как “великий и ужасный попадун” справился с этим делом на ура. Впрочем, если быть совсем честным, то пару раз я чуть было не навернулся в лучших традициях.

- Эх! Жизнь моя жестянка! Пойду поем рамёна. И вообще, чего я туплю? Просто надо звякнуть ЮнХо, - порешав на ходу насущные вопросы, навеянные ленью, попёрся заваривать себе лапшичку.

Настроение в принципе мажорное и это хорошо особенно если оглянуться назад. Приступил к приготовлению рамёнчика. Дома сейчас никого нет. Все усвистали по своим делам. Отец, само собой разумеется, зарабатывает бабло. Такой бабский кагал обеспечивать приходится. Жалко мужика, честно говоря. Хотя если пораскинуть мозгами я нынче являюсь частью этого самого кагала, а по сему жаловаться глупо. Нет, я не собираюсь всё время сидеть на шее у родителей. Это как-то не очень. Cлышал где-то, что халява развращает. Вот испытываю в реальных условиях этот тезис. Осмотрел себя. Потрёпанного вида шорты и такая же футбола намекают на то, что пока я ещё не сильно развращён халявными благами цивилизации и “роскоши”. Да и на обед у меня простая лапша со специями. Острая зараза, но вкусно.

Так сидя на кухне и уплетая лапшу, я не заметил, как вернулась онни. Куда она там шарилась, я не в курсе.

- Аньён, - услышал из-за спины голос сестры.

- Аньён.

- Чем занимаешься? – задала она очень странный вопрос, ставя свою сумочку на стол.

- Вспоминаю великую битву с водным драконом, - ответил и затолкал в рот очередную порцию лапшички, начав её медленно пережёвывать.

СонМи вытаращилась на младшую сестру и несколько секунд молча открывала и закрывала рот как рыба, выброшенная на берег. Потом девушка нахмурилась.

- Издеваешься?

- Есть немножко, - с еле заметной улыбкой ответила Лалиса.

- Сейчас вот как дам больно, – замахнулась девушка, состроив грозное выражение на своём лице, - чтобы знала, как нужно разговаривать со старшей сестрой!

Лалиса немного отодвинулась от СонМи и с непередаваемо пафосным выражением на лице выдала.

- Нельзя бить настоящую героиню спасшую жизнь принцессе в борьбе с водным драконом, презревшую опасность и получившую страшные раны в этой битве, - закончив говорить девочка посмотрела на сестру и видя её реакцию добавила. – Так что я не понимаю онни, за что ты собралась меня бить?

- А… Я… Э-э-э, - ляпнула в конец растерявшаяся от такой отповеди СонМи и замолкла.

И тут Лалиса заливисто рассмеялась не выдержав.

- Адж! – прошипела старшая сестра и вновь замахнулась. – Тебя точно надо поколотить, а то совсем совесть потеряла.

- Ой да ладно тебе, онни, - отсмеявшись произнесла младшая сестра и предложила. – Тебе рамёна приготовить?

- Да, - немного надувшись согласилась СонМи и неожиданно сменила тему разговора. – А когда ты книгу допишешь?

- Ну если так подумать, то за пару-тройку дней скорее всего закончу, - тут Лалиса скосилась на своё боевое ранение и с сомнением в голосе закончила, – или через неделю.

- Неделю? – погрустнела СонМи. – Почему так долго? Мне пара дней больше нравиться.

- «Да кто бы сомневался то? Мне тоже пара дней нравится больше. Вот только с моей культяпкой это нереально!» - думал я, ставя маленькую кастрюльку на плиту достав её из-под крана.

- Онни, ты же видишь, что у меня с рукой?

СонМи молча кивнула.

- Я просто-напросто не смогу физически писать с нормальной для меня скоростью. Поэтому скорее всего и потребуется неделя, - в этот момент Лалиса замолчала, надкусив пакетик с рамёном. – Если очень сильно постараться, то и получиться неделя в лучшем случае.

Когда девочка закончила говорить, она достала из пакетика брикет лапши и опустила его в закипевшую воду.

- А я? – удивлённо произнесла СонМи. – Я могу тебе помочь.

- Хм, - с сомнением посмотрела на старшую сестру Лалиса и задумалась.

- У меня хорошо с английским. Кхе, - ехидненько хрюкнув девушка прикрыла рот. – А вот у оммы не очень.

- «Это да. Наша замечательная матушка дружит с иностранными языками также как вода с огнём. Дуб дубом в общем она в этом деле.»

- Только это, - привлекла внимание младшей сестры СонМи. – Мне надо попрактиковаться немножко, чтобы уверенно писать.

- Печатать, - поправила Лалиса свою старшую сестру.

- Печатать, - согласилась девушка.

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: шесть часов двадцать минут после полудня

Все члены семьи уже дома. Только что с работы вернулся ДжэУк. Мужчина как раз разувается в прихожей разговаривая с кем-то по телефону.

- Хорошо ХёнСок. Я тебя понял, - скинув второй ботинок ДжэУк, поцеловал супругу в щёчку и вернулся к телефонному разговору, направившись в гостиную. – На этой неделе полагаю будет лучше всего.

Выслушав ответ, мужчина наморщил лоб и предложил.

- Решай сам. У меня вечера в основном свободны, - глава семьи Ким хохотнул не сдержавшись. – Да в курсе я твоих забот. Ты мне рассказывал о своих подопечных. Ничего нового к тому, что я тебе говорил добавить не могу.

Из гостиной ДжэУк направился в ванную комнату, чтобы умыться и вымыть руки перед ужином который был готов. Остановившись у двери, мужчина выслушал что ему, говорил собеседник.

- Сочувствую, но всё-таки рассчитываю на то, что ты сможешь выбраться на этой неделе и мы наконец то посидим и пообщаемся как раньше, - кивнув своей матушке, прошедшей мимо ДжэУк решил завершить беседу. – Буду ждать твоего звонка. Аньён.

Наконец-то закончив телефонный разговор, мужчина скрылся за дверью.

- С кем это общался твой муж, невестка? – заходя в гостиную задала вопрос Пакпао.

- Кажется это Ли ХёнСок, - пожав плечами ответила ХеМи и продолжила расставлять тарелки.

- Опять этот безголовый! – поморщилась пожилая женщина. – С ним вечно случаются неприятности и моему сыну приходится их решать.

ХеМи не стала ничего говорить. Женщина продолжила сервировку стола зная, чтобы она ни сказала это никак не изменит отношение её свекрови к ХёнСоку.

- «В каком-то смысле омма права», - подумала ХеМи, направляясь на кухню. – «Слишком часто ДжэУку приходилось раньше спасать своего друга из сложных ситуаций.»

Вернувшись в гостиную, она поставила на стол принесённую кастрюльку и тут вспомнила что не позвала дочерей к столу.

- Девочки, идите кушать! - выглянув в коридор громко произнесла она и вновь направилась на кухню.

В гостиную зашёл ДжэУк, успевший уже переодеться, а вот девочки до сих пор не соизволили вылезти из своих комнат.

- Девочки, идите ужинать! - снова позвала дочерей ХеМи, высунувшись в прихожую второй раз.

- Оглохли они что ли? – проворчала Пакпао, бросив недовольный взгляд на невестку. – Старая тут только я, а не слышать ничего почему-то самые младшие.

- Может они там снова музыкой занимаются? – предположил ДжэУк, подтягивая к себе одну из мисочек наполненную ароматным супом.

Через пару минут бабуля не выдержала и направилась за внучками сама, махнув рукой невестке чтобы та оставалась на месте. Подойдя к дверям в комнаты девочек, пожилая женщина прислушалась и определила, что «глухие тетери» находятся сейчас в комнате Лалисы. Из-за двери доносились голоса внучек бурно что-то обсуждающих и судя по уровню шума это обсуждение вот-вот было готово перерасти в ссору.

- Да не так это пишется! – возмущённо произнесла Лалиса, когда Пакпао заглянула в комнату.

- Не спорь со мной! Я лучше знаю, как надо писать! – стояла на своём СонМи, вырвавшая планшет из руки младшей сестры.

- Да боже ж ты мой! – воскликнула хозяйка комнаты и закатила глаза. – Мне ведь придётся всё потом переписывать! Пиши сразу правильно!

- Не указывай мне как нужно писать! – явно злясь зарычала СонМи.

- Это почему? – удивилась девочка непонимающе глядя на сестру.

- Потому что я старше, и я лучше знаю как правильно!

- А-а-а! – простонала Лалиса, закрыв лицо единственной функционирующей сейчас рукой и пробормотала сквозь пальцы. – Ты невыносима, онни.

- Так! – прозвучал веский голос Пакпао от двери. – Закончили спорить! Мы только вас ждём и не можем начать ужин. Быстро мыть руки и бегом за стол!

СонМи поднялась и фыркнув бросила планшет на кровать. Лалиса глядя на сестру скорчила рожицу передразнивая её, когда та пошла на выход.

- Тебе особое приглашение нужно? – приподняв брови задала вопрос Пакпао, глядя на хозяйку комнаты многозначительным взглядом.

Девочка смутилась и последовала за старшей сестрой не перестав показывать рожицы. За это она схлопотала лёгкий подзатыльник от бабушки и тут же резко ускорила шаг оглянувшись на экзекутора, но ничего не сказала.

Место действия: одна из улиц Сеула. Такси

Время действия: 23 августа 2009 года. Вторая половина дня

Едем в ресторан. На посещении подобного заведения всех подбил ДжэУк. Ну, как подбил? Он предложил, и мы дружно согласились. Причём все соглашались очень интенсивно кивая. Повод скажем так: знаменательный! И знаменует он мой теперешний день рождения. Мне сегодня исполняется семнадцать лет. Конечно, если по-нормальному смотреть на это дело, а не как местные. Сижу на пассажирском сиденье сзади зажатый с одной стороны Пакпао, а с другой СонМи. Заставили вырядиться в платье горчичного цвета и босоножки в ультимативной форме. Фиксирующую повязку с меня сняли ещё вчера утром, когда мы были у врача, а до этого приходилось таскаться в ней. Всё вроде бы нормально и рука не доставляет проблем, но пока ещё рано говорить о полном восстановлении. Проще говоря махать ей как лопастью ветряной мельницы, я не могу. Хотя сегодня утречком смог даже немножко поиграть на синтезаторе.

- Лалиса, ты чего такая кислая? – обратилась ко мне сидящая слева от меня онни. – Улыбнись! Мы едем в хороший ресторан в твой семнадцатый день рождения. Это же просто шикарно!

- «Сейчас описаюсь от восторга!»

- Действительно, внученька. Чего ты такая недовольная? – повернувшись в пол-оборота задала вопрос Пакпао.

Родители едут в такси прямо перед нами. Отец так и не соизволил поставить нас в известность в какой ресторан мы направляемся. По большому счёту это не особо и важно. Главное, чтобы кормили вкусно.

- Нормально всё, - совершенно без энтузиазма в голосе ответил я, потому что был погружён в свои мысли. – «Эти чёртовы каблуки напрягают не по-детски. Да фиг с ним, что туфли бабские! Это мелочи. Но вот то, что после хождения на них ноги болят, знаю точно. Практика моя хоть и не велика в этом деле, но всё же вполне достаточная дабы понять, что для меня этот поход в ресторан ни хрена не праздник.»

- Да очнись ты! – вернул меня в реальность толчок и окрик СонМи.

- Ну чего тебе, онни?

- Я говорю: приехали, вылезай!

- А? Ааа!

Пакпао неодобрительно покачала головой, бросив взгляд на младшую внучку, когда водитель помогал пожилой женщине выбраться из машины. Следуя за СонМи, я не сразу обратил внимание куда мы приехали и только когда выпрямился, вылезши из такси замер.

- «Обалдеть! Это ж места моей боевой славы.»

К нам подошли ДжэУк с ХеМи. На лице отца играла загадочная улыбка.

- Лучший ресторан французской кухни во всём Сеуле, омма, - придерживая супругу за руку произнёс отец. – Идём.

Место действия: Сеул. Ресторан отеля The Plaza Seoul

Время действия: это же время

За одним из столиков ресторана сидят трое пожилых мужчин очень колоритного вида. Двое из них европейцы, а вот третий кореец. Идёт неспешная беседа на русском языке знакомом в той или иной степени всем присутствующим.

- Семён, как тебе вчерашний концерт? – спросил старого друга и по совместительству коллегу Им ТоЮн на данный момент являющийся дирижёром Сеульского Филармонического Оркестра.

- Если говорить честно, то мне показалось что фагот во второй четверти немного проваливался, - ответил Семён Владленович и поднёс ложку ко рту.

- Слушайте, - отложив столовый прибор заговорил Аркадий Самуилович, - я за эти две недели уже до изжоги наслушался ваших скрипок и прочих виолончелей. Давайте уже поговорим о чём нибудь другом.

- И о чём же желает поговорить, товарищ полковник? – не скрывая сарказма немного скривившись спросил Семён Владленович, быстренько проглотив суп.

- Да вон, - кивнул полковник в сторону стола, занятого дамами европейской наружности бальзаковского возраста, - хотя бы о них.

- Ха-ха-ха, - тут же засмеялся ТоЮн, прикрыв лицо салфеткой, которую он взял со стола, чтобы вытереть губы.

Эти трое в своё время прошли через многое на улицах северной столицы России. Были походы по дамам, по барам и, разумеется, без драк данные виды развлечений не обходились. Однажды ТоЮна эти двое ухарей затащили на какую-то вечеринку и там напоили до состояния нестояния. Все трое, пардон, двое из троих являлись людьми хорошо воспитанными и старались не влезать в разного рода неприятности. Только вот полковнику, а на тот момент майору было скучно. По итогам посиделки и последовавшей затем прогулки патрулём милиции был составлен протокол в коем говорилось:

«Со слов свидетелей: неустановленными лицами находившимся в нетрезвом состоянии была разбита витрины магазина женской одежды. Из витрин пропали три женских манекена с одеждой.»

Судьба злосчастных манекенов и по сей день остаётся загадкой для всех включая эту троицу.

За то «приключение» Им ТоЮн по сей день испытывал жгучий стыд и любое упоминание о данном происшествии заставляло его краснеть.

- Это плохая идея! - поделился своими сомнениями Семён Владленович, вспомнив о супруге.

- Почему? – вполне искренне удивился Аркадий Самуилович, а потом догадавшись о причине такого ответа закивал. – Ну да! Ну да! Помню, как же... Зая не оценит и не поймёт.

- Вот именно! - произнёс Семён Владленович, подняв свою ложку зажатую в руке в подкрепление своих слов.

- Тогда нужно выпить, - последовало очередное гениальное предложения от товарища полковника.

- Кха! – крякнул ТоЮн. – Я ещё от вчерашнего не совсем отошёл, Аркадий.

- Тю! Какая мелочь, право слово! – услышал он слова полковника и тут же слегка спал с лица.

Им ТоЮн был довольно странным человеком по меркам корейцев. Он практически не пил, делая в этом вопросе редкие исключения, как ни странно, выпадавшие отчего-то именно на встречи с этими двумя русскими.

- Лучше не стоит, - поддержал ТоЮна Семён Владленович, чувствовавший себя так скажем не на все возможные для его возраста шестьдесят пять баллов из ста. – Если мы сегодня усугубим, то боюсь завтра никуда не улетим, а я обещал жене…

В зал ресторана вошла целая компания людей. Так как столики были почти все пусты немногие присутствующие сразу обратили внимание на вошедших. Впереди словно ледокол двигалась Пакпао. Следом за ней шли ДжэУк с супругой, а уже за ними СонМи и Лалиса. Девочки о чём-то переговаривались. Увидев вошедших Им ТоЮн, прищурился, пытаясь разглядеть идущую впереди женщину. По мере приближения процессии к столику, который занимали друзья на лице ТоЮна начала проступать улыбка.

- Ты чего? – задал вопрос Аркадий Самуилович, обращаясь к другу.

- Старая знакомая, - как-то невнятно ответил ТоЮн и поднявшись поприветствовал проходящую мимо пожилую женщину. – Добрый день, госпожа Ким.

Пакпао остановилась.

- Здравствуй, ТоЮн. Рада тебя видеть, - произнеся эти слова пожилая женщина обратила своё внимание на спутников ТоЮна.

- Позвольте представить моих друзей из России, госпожа Ким. Это мой друг и коллега Юдин Семён Владленович.

Вышеупомянутый поднялся и улыбнувшись кивнул.

- Второй мой друг, - полковник приподнялся и тоже кивнул. – Гольц Аркадий Самуилович.

Как оказалось родители знали этого ТоЮна и поздоровавшись прошли к своему столику и тут настал наш с СонМи черёд.

- Внучки, познакомьтесь. Это дирижёр Сеульского Филармонического Оркестра господин Им ТоЮн.

Я поклонился новому знакомому, как положено и не дожидаясь пока бабуля продолжит решил влезть.

- Здрасте, Семён Владленович и Аркадий Самуилович, - с улыбкой поприветствовал своих новых знакомых. - Надеюсь, ваш поход в Зоопарк удался?

- О! – удивлённо выдал товарищ полковник, узнав меня. – Привет, мелкая.

С той же интонацией и весёлой улыбкой ему вторил Семён Владленович, также признавший меня.

- «Что-то мне подсказывает что не далёк тот час, когда я перейду к членовредительству слыша это слово.»

Увидев мою скисшую рожу, эти деятели разных искусств разулыбалась ещё больше.

- Вы знакомы? – приподняв брови глядя на меня задала вопрос бабуля.

- Да, в парке встретились неделю назад.

- Понятно. Ну что же, - Пакпао повернулась к мужчинам. – Мы пойдём и не станем вас отвлекать. Всего хорошего.

Последняя часть разговора шла на русском языке так что СонМи стояла и тупо хлопала глазами, потому что понимала из вышесказанного одну десятую и это в лучшем случае. Когда мы попрощались и уже отошли до нас долетели слова Семёна Владленовича.

- Хорошая девочка эта Лалиса. Думаю, стоит тряхнуть стариной и сделать ей небольшой подарок. В конце концов семнадцать лет исполняется всего один раз в жизни.

- Ага, - долетело до меня высказывание товарища полковника, - как и восемнадцать, и девятнадцать, и…

Дальнейшую отповедь от излишне скептично настроенного Аркадия Самуиловича я уже не расслышал потому как к нам подошёл официант.

- «Такс! Раз уж я оказался вновь в этом ресторане то стоит заказать Фуа-гра. Ну, должен же я узнать наконец, что это такое и с чем его едят.»

- Дочка, ты так и не сказала что хочешь в подарок на свой день рождения? – спросил ДжэУк, отдавая меню вернувшемуся официанту. – Прямо заинтриговала нас всех.

- Да, - поддержала мужа ХеМи.

- «Ну и что отвечать? То, что я вообще не придумал что хочу? Выглядеть будет странновато. А может и нет?»

- Рассказывай, давай, сестрёнка! - влезла СонМи. – А то и мне ничего не сказала.

- Нечего рассказывать, онни. Ничего я не придумала. У меня всё есть, а покупать какую-нибудь фигню просто ради того, чтобы было не хочу.

- Оу! – высказалась СонМи, слегка округлив глаза.

Для неё такой ответ был из разряда невероятных. Как это девушке ничего не надо? Такого не может быть! Драгоценности, мыльца, рыльца, тряпки и прочие прелести терзают душу настоящей женщины всю жизнь. Происходит это независимо от возраста и настроения. Но я-то, блин, не женщина. СЛАВА ТЕБЕ, ГОСПОДИ! Надеюсь, так всё и останется. Искренне…!

- Как это? – задала вопрос ХеМи, приоткрыв рот.

Отец просто смотрел на меня с каким-то странным выражением на лице по всей видимости о чём-то размышляя в этот момент.

- «Я самый счастливый аппа на свете! Без сомнений!» - думал ДжэУк, радуясь ответу Лалисы.

Нет, он не был жадным человеком. Просто последние полгода сильно подкосили семейный бюджет и судя по заявкам ХеМи и СонМи ситуации исправляться начнёт нескоро.

- Так не пойдёт! – заявила Пакпао, укоризненно посмотрев на младшую внучку. – Это неправильно! И мы обязательно купим тебе подарок.

Услышав слова оммы ДжэУк, немного скривился, а Лалиса посмотрела на старшую родственницу непонимающе и тут же получила уточнение.

- Запомни раз и навсегда, Лалиса! - начала наставлять внучку на путь истинный Пакпао. – Девушка обязана уметь получать то, что ей нужно и когда это ей нужно…

Увидев мою попытку, что-то сказать бабуля продолжила.

- … или не нужно, но, если есть возможность ты просто обязана сделать вид, что хочешь получить подарок.

- Почему? – искренне удивился я такой постановке вопроса.

На ДжэУка в этот момент было жалко смотреть.

- Потому что каждая девушка должна знать себе цену, - подключилась ХеМи.

- Хальмони и омма правильно говорят, - вклинилась СонМи. – Будешь себя так глупо вести парни подумают, что ты деревенская дурочка, которую можно легко обмануть.

Вышеупомянутые одобрительно закивали головами, давая тем самым понять, что СонМи вещает истину во всём её величии. Я в свою очередь переводил взгляд с одной родственницы на другую, пытаясь воткнуть что за сакральную тайну они мне стараются приоткрыть. Так и не поняв о чём свист, просто согласился.

- Нужен, значит нужен. Только, пожалуйста, не покупайте мне сумочку, - последняя фраза вышла излишне жалкой, но уж как получилось так, получилось.

Онни только фыркнула, изобразив смешок, а вот ХеМи посмотрела на меня с жалостью во взоре.

- «Ну да. Не пищу я от восторга при виде женских сумочек. Чё такого-то? Мне почему-то кажется, что далеко не все девушки верещат как ненормальные при виде разного рода финтифлюшек. Могу конечно ошибаться, но…»

- Ладно, - милостиво по всей видимости в честь моего дня рождения согласилась Пакпао. – Мы с твоей оммой сами выберем подарок. Очень хороший подарок.

Только я хотел открыть рот, чтобы ответить столь же великодушно: дозволяю, как принесли заказанное первое блюдо.

Тем временем за столом двух дирижёров и настоящего полковника спор по поводу продолжения вчерашнего банкета выиграл полковник. Как положено на столе уже стояла бутылочка беленькой.

- Так, - потянувшись за водочкой начал было говорить Аркадий Самуилович, но был остановлен другом.

- Подожди, Аркаша. Давай пока мы не начали, я всё-таки сделаю подарок девчонке, а то боюсь после старта на это моих сил может и не хватить, - сказал Семён Владленович и направился к пианино, стоявшему в дальнем углу ресторана.

Инструмент, установленный в этом месте, оказался ему знаком. Это было чешское пианино фирмы Petrof для домашнего или камерного концертного использования. Деревянный корпус делал его настоящим произведением искусства. Семён Владленович аккуратно отставил стул и усевшись провёл рукой по крышке инструмента.

- Что-то давненько я не садился за инструмент, - посетовал он и откинул крышку освобождая доступ к клавишам.

Прежде чем объявлять своё поздравление Семён Владленович, как и любой профессионал проверил звучание пианино.

- «Наконец-то! Наконец-то я попробую Фуа-гра», - мысленно облизывался я, ведя глазами официанта с подносом, что в этот момент приближался к нашему столику. – «Иди к папочке, моя прелесть!»

Только я как говориться занёс разделочные орудия над доставленным блюдом зазвучал уже знакомый голос.

- Прошу внимания! – сказано это было на английском языке, и почти все присутствующие, отложив свои занятия посмотрели на говорившего. – Я Юдин Семён Владленович. Дирижёр Санкт-Петербургского государственного академического симфонического оркестра имени Красницкого. - Кхе-кхе, - прокашлялся выступающий, приложив кулак ко рту и продолжил. – Сегодня прекрасный летний день. И в этот чудесный день родилась моя новая знакомая.

Семён Владленович указал рукой в сторону нашего столика явно намекая на меня.

- Эту девочку зовут Ким Лалиса.

- Хм, - задумался я на мгновение. – «А откуда он узнал фамилию? Нет, понятно, что в Корее ткни в каждого третьего и попадёшь в Кима, но всё же…»

Рядом со мной как-то странно встрепенулась онни и заёрзала на стуле.

- «Блин, Владленович, как же ты не вовремя то. Такое чувство, что кто-то наверху не желает, чтобы я пробовал этот Фуа-гра. Прям заговор какой-то!»

- Лалиса.

- «Смех смехом, а я и правда начинаю подумывать что это так и есть», - размышлял я, взяв в руку вилку с ножом и уже нацелившись на самый красивый ломтик печени.

- Лалиса! – отвлёк меня голос сестры, сопровождённый толчком локтем.

- Что?

- Встань! – прошипела мне прямо в ухо онни, кивком указав на Семёна Владленовича.

- «Да, вашу ж Машу!» - начал я закипать, но всё же поднялся и легко поклонился в сторону говорившего, а затем усевшись повернулся к СонМи и прошептал. – Всё? Я могу поесть наконец?

Пакпао неодобрительно помотала головой, впрочем, как и ХеМи. Только ДжэУк не обратил на нас с сестрой никакого внимания. СонМи ничего не ответила, но поджала губы тем самым показывая её отношение к моему поведению. Только я взялся за столовые приборы как к голосу Владленовича присоединился ещё один.

- Присоединяюсь к поздравлению! – выкрикнул из-за своего столика Аркадий Самуилович и поднял бокал, наполненный каким-то прозрачным напитком.

- «С какой бы стороны тебя начать?» - думал я, снова попытавшись приступить к Фуа-гра. – «Ага! Справа кажется посимпатичнее.»

- Лалиса.

- «Хотя, вот эта часть тоже вроде как ничего так.»

- Лалиса! – шипение онни и второй толчок локтем вывели меня из приятных размышлений.

- «Да растудыть его в качель!» - я потихоньку начал звереть и повернувшись к сестре выпалил. – Чего?!

- Как ты себя ведёшь? Встань немедленно! – продолжила СонМи не повышая голоса.

- «Я щ-щас кого-нибудь убью!»

Поднялся во второй раз и поклонился настоящему полковнику. Тот вновь отсалютовал мне бокалом. В знак признательности пришлось выдавить из себя улыбку. Уж не знаю, насколько она была приветливая, но как есть.

- Так вот…, – снова заговорил Семён Владленович. – Я хочу презентовать этой замечательной девочке небольшой музыкальный подарок.

В это время из своей святая святых вышел шеф-повар ресторана, которого позвал официант по просьбе Ким ДжэУка. Звали этого мужчину сорока семи лет от роду Антуан Де Сенневиль. С самых малых лет его увлекала кулинария. Пристрастие к приготовлению разнообразных блюд появилось у Антуана почти сразу, как только он встал на ноги в прямом смысле этого слова. Всё это произошло благодаря его бабушке, которая могла создать кулинарный шедевр практически из ничего. Шеф-повар был высок и худ. Он являлся обладателем довольно большого носа с горбинкой которой его не портил, а наоборот придавал определённый колорит. С ДжэУком они были знакомы очень давно. Ещё с тех времён, когда Антуан обучался у отца ДжэУка всемирно известного виртуоза. Разумеется, как только он услышал имя своего приятеля и по совместительству сына одного из лучших наставников, у которых ему доводилось стажироваться Антуан сразу же направился в зал.

Пока Семён Владленович продолжил разоряться и сыпать комплиментами в мой адрес я уже отрезал вожделенный кусочек печени и наколов его на вилку поднёс ко рту.

- ДжэУк! – раздался радостный возглас прямо у меня за спиной, и я от неожиданности дёрнулся, выронив долбанную вилку. – «Что б вас всех!»

Столовый прибор со звоном стукнулся о тарелку привлекая к себе всеобщее внимания.

- Мадам, - слегка улыбнулся Антуан, увидев Пакпао, сидящую рядом.

Обведя взглядом всю нашу семью, шеф-повар расплылся в широченной улыбке.

- Добро пожаловать в ресторан отеля The Plaza Seoul, - продолжил Антуан обращаясь сразу ко всем нам.

Увидев, что внимание аудитории утеряно к нашему столу потянулся Семён Владленович, немножечко оскорблённый таким поворотом. Вслед за другом поднялся из-за своего стола Аркадий Самуилович, уже принявший на грудь. От него не отстал и Им ТоЮн. Когда вся пёстрая компания сгрудилась вокруг стола, ХеМи заметила тоскливый взгляд младшей дочери, брошенный ею на заказанное блюдо.

- Почему вы не сказали, что придёте ко мне в ресторан? – задал вопрос Антуан, обращаясь к ДжэУку. – Я бы приготовил что-нибудь особенное. Кстати, а что за повод?

- День рождения Лалисы, - ответил ДжэУк и кивнул в сторону девочки, сидящей с кислой физиономией.

- «Чёртовы новые знакомые! Чёртовы старые знакомые!» - мысленно костерил я этот хурал, что сбежался к нашему столу. – «Дайте наконец спокойно пожрать человеку! Люди вы в конце концов или кто?!»

- Лалисы? – удивился Антуан и непонимающе посмотрел на приятеля.

- Ах да! Ты же не в курсе. СоЫн поменяла имя.

- Ааа! – понимающе закивал шеф-повар.

- Дамы и господа, вы не будете против если мы присоединимся к вашему столу? – с пролетарской открытостью и такой же прямолинейностью влез в разговор Аркадий Самуилович.

ТоЮн в этот момент прикрыл лицо одной рукой и зажмурившись помассировал брови.

- Аркаша, – попытался исправить ситуацию Семён Владленович, - не мешай людям отдыхать.

- Кто мешает? – вполне искренне удивился товарищ полковник и указал пальцем на свою широкую грудь. – Я мешаю?

- Лалиса, - обратился ко мне Антуан на английском, - как же ты выросла! Поднимись, пожалуйста. Я хочу рассмотреть тебя получше.

Пришлось подниматься.

- Когда я видел тебя последний раз ты была совсем крохой, - разглядывая меня как манекен в витрине магазина продолжал говорить Антуан. – Какая же ты красавица!

Попросив меня обернуться вокруг своей оси, старый знакомый отца видимо вспомнив про СонМи обратил внимание и на неё.

- Бог мой! А это должно быть СонМи?

Онни смущённо улыбнулась и тоже поднялась.

- Просто невероятно!

- «Дурдом какой-то! Чё вообще происходит?» - пытался я осмыслить начавшуюся движуху.

- Простите, госпожа Ким, - повинился ТоЮн перед Пакпао, приблизившись и кивнув на товарищей. – Мои друзья. Они…

- Перестань, ТоЮн, - остановила бабуля мужчину. – Они русские. Можешь мне ничего не объяснять. Я сама наполовину русская. И поверь мне видела ещё и не такое.

- Ещё раз извините, - всё же попытался попросить прощения ТоЮн, чувствуя себя довольно неловко.

- «Интересно, а если сейчас схвачу печёнку рукой и затолкаю себе в рот это вообще кто-нибудь заметит?» - думал я, бросая взгляды на кусок одного из внутренних органов невинно убиенной животинки.

Место действия: ресторан отеля The Plaza Seoul

Время действия: время ближе к вечеру

По итогам дискуссии к нам за столик передислоцировались деятели культуры плюс один совсем не пацифист. Пока все определились с местами посадки, пока расселись, затем Семён Владленович приготовился к исполнению местное бессмертное творение какого-то Стейна. Имя я так и не запомнил. Да и пёс с ним! Я если честно думал, что меня оставят в покое хотя бы на пару минут. Но куда там? Заставили подняться и подойти поближе к инструменту, за который величественно уселся «даритель». Семён Владленович ещё раз прошёлся по клавишам после объявления и наконец начал играть. Я стоял, рядом немного облокотившись на инструмент и молча слушал то, что играл мастер. А то, что этот человек является виртуозом в этом деле у меня не осталось ни малейших сомнений. Мелодия показалась мне отдалённо знакомой и пока Семён Владленович играл, я мучительно пытался вспомнить на что это похоже.

- «Ведь точно было что-то на моей земле? Что-то такое же пусть и не совсем, но очень близкое к этому произведению по звучанию.»

Тем временем музыка лилась, заполняя собой всё пространство ресторана и наполняя его какой-то свежестью и радостью бытия.

- «Просто удивительно!» - думал я, разглядывая как нежно касается клавиш пианист.

В какой-то момент исполнения Семён Владленович прикрыл глаза, и уже сама музыка вела его. Она несла исполнителя по волнам. Только когда мужчина закончил играть, я наконец вспомнил какое произведение эта мелодия напомнила мне.

- «Ну конечно! Вот безголовый! Как же можно было забыть? Это же почти что Клод Дебюсси и его нетленная Clair de lune. Прямо фантастика какая-то!»

Из зала послышались аплодисменты и одобрительные негромкие слова на разных языках. Видимо не я один являлся здесь искушённым слушателем.

- Semplicemente fantastico! (Просто великолепно! – Итальянский)

- Es war unglaublich! (Это было потрясающе! – Немецкий)

- Unbelievable! It's just incredible! (Невероятно! Просто невероятно! – Английский)

- Спасибо большое, Семён Владленович, за такой удивительный подарок, - вполне искренне улыбнувшись поблагодарил я исполнителя. – Вы потрясающе играете!

- Я рад, что тебе понравился мой подарок, девочка, - поднявшись со своего места и раскланявшись невольным и вольным слушателям ответил мужчина и мы уже было собрались идти за свой столик как подала голос СонМи.

- Лалиса, а сыграй что-нибудь своё, – стоя хлопая в ладоши предложила онни и бросила взгляды на родню, ища у нах поддержки.

У Семёна Владленовича в удивлении приподнялись брови, и он с лёгким недоверием посмотрел на меня.

- «Вот ведь зараза! Да это ж подстава!» - думал я, глядя на сестру застыв на месте как соляной столб. – «Блин, а чего народу то так много?»

Пока маэстро исполнял произведение давным-давно усопшего композитора людей в зале ресторана и правда прибавилось. Не то чтобы яблоку негде упасть, но всё же их стало значительно больше.

- Да, внученька, сыграй для нас! – подключилась Пакпао, предварительно толкнул сына локтем, чтобы он обратил внимание на именинницу, оторвавшись от беседы с Антуаном.

- Просим!

- Просим!

Полетело из разных уголков ресторана, а я всё ещё находился в зависшем состоянии. Тут мне на помощь пришёл Семён Владленович.

- Не волнуйся, - зашептал он, наклонившись к моему уху. – Я тоже волновался, когда первый раз выступал перед публикой.

- «Да не в этом дело!» - покосился на мужика. – «Причём тут волнение? Просто онни – зараза!» - додумывал я, уже усаживаясь на стул. – «А что сыграть то? Я кое-что, разумеется, уже откатал до более или менее приличного уровня, но выбор у меня невелик. Да и выступать после такого исполнителя в любом случае сложно. Чёрт! Ну хоть рука более или менее работает уже. И то хлеб.»

Тем временем за столиком.

- Как думаешь, хальмони, что она исполнит? – наклонившись поближе задала вопрос СонМи.

- Не знаю, но полагаю получиться у неё не хуже, - очень уверенно ответила Пакпао и обратила всё своё внимание на младшую внучку.

ХеМи сидела ни жива ни мертва. Женщина сильно разволновалась, когда услышала предложение старшей дочери.

- «А вдруг у неё не получиться?» - думала она, глядя на Лалису, нервно теребя салфетку. – «И что она вообще может сыграть?»

- Твоя дочь играет? – спросил Антуан обращаясь к ДжэУку.

Мужчина не торопился отвечать. Он сам слегка нервничал. А я сидел в этот момент за пианино и мучительно соображал, что же мне сыграть?

- «Что-то очень сложное? А я смогу? Чёт не уверен в этом если честно. Совсем простенькое тоже не стоит. Мне, конечно, это простят. Скажут: ну, что ещё можно было ожидать от мелкой девчонки? Чёрт! Онни - зараза!»

- Просто сделай глубокий вдох, а затем медленно выдохни, - прозвучали рядом с моим ухом успокаивающие слова, сказанные Семёном Владленовичем.

Я так и поступил, отбросив все ненужные мысли в сторону, а затем опустил руки на клавиатуру. Почувствовав знакомый холодок лакированных клавиш, невольно улыбнулся.

Семён Владленович стоял и наблюдал как нерешительность, только что глодавшая девочку, исчезла. Лалиса коснувшись клавиш улыбнулась и повернувшись к мужчине неожиданно озорно подмигнула.

- «Замечательная девочка», - подумал Семён и приготовился слушать.

Нет, он не завышал ожиданий. В конце концов это не первый ребёнок на его жизненном пути, что готовится исполнить на пианино какую-нибудь композицию. Все они вели себя одинаково. Кто-то нервничал и переживал больше, кто-то меньше, но так или иначе все они волновались.

Большая часть присутствующих в зале людей стали возвращаться к своим разговорам. Некоторые из привлечённых игрой мастера потянулась на выход и в этот момент зазвучала удивительно лёгкая и такая жизнерадостная мелодия, что все без исключения обратили свои взоры вновь туда, где находилось пианино.

(Звучит: Yiruma - River Flows in You)

Лалиса играла полностью увлечённая процессом и лишь одна деталь отличала её в данный миг от Семёна Владленовича, на лице девочки играла жизнерадостная улыбка. Она была настолько погружена в процесс, что не заметила, как приоткрылся рот у её соседа, а в зале наступила абсолютная тишина. Мелодия лилась и лилась, наполняя всё вокруг теплом и светом.

- Oh, mon Dieu! (О, мой бог!) – произнёс кто-то еле слышно по-французски.

По всей видимости это был Антуан, удивившийся не меньше остальных. Им ТоЮн сидел и не верил своим глазам и ушам.

- «Как?» - думал мужчина, поставив свой бокал на стол. – «И что это за композиция? Я её раньше не слышал. Стоп!» - резко оборвал он свои размышления. – «Всё потом, а сейчас лучше просто послушать.»

А девочка всё играла и играла, не замечая ничего вокруг себя. Но рано или поздно всё подходит к концу. Вот и эта мелодия подошла к своему логичному завершению. Когда в тишине угасла последняя нота никем ещё не слышанного в этом мире произведения Южнокорейского автора в зале на короткий миг установилась абсолютная тишина.

Семён Владленович стоял молча и рассматривал свою новую знакомую, которая сильно удивила его сегодня. Девочка опустила руки на колени, а затем повернув ладони вверх начала их рассматривать.

- «Удивительно! Так хорошо у меня её ещё не получилось исполнить ни разу», - думал я, глядя на маленькие ладошки. – «Нет, я само собой старался достичь необходимого уровня, но тут прям вообще шикарно вышло. Странно как-то?»

Затем я посмотрел на Семёна Владленовича и увидел на его лице одобрение. Мужчина одними губами проговорил: браво! И тут же зал ресторана взорвался выкриками и аплодисментами. Поднявшись, я обернулся и поклонился благодарной публике. Найдя взглядом, семью о которой так долго мечтал не удержался и губы сами расплылись в улыбке.

- «Мои первые аплодисменты, которыми одарили меня совершенно незнакомые люди», - размышлял я, двигаясь в сопровождении Семёна Владленовича за наш уже общий стол. – «Приятное чувство, чёрт побери!»

- Это было очень красиво, Лалиса, - садясь на своё место услышал слова Пакпао.

- Да, дочка. Просто изумительная музыка, - поддержала ХеМи свою свекровь.

- А как она называется? – задала вопрос СонМи.

- River flows in you, - как-то на автомате ответил, ища глазами свою тарелку. – «Какого х…?! Где моё Фуа-гра?»

- Ты молодец, дочка, - присоединился ДжэУк к общему хору голосов восхваления. – Очень красивая музыка.

- «Сволочуги! Куда упёрли Фуа-гра?!»

- И действительно, - ухватился за слова отца ТоЮн. – Лалиса-ян, а что это за композиция? В смысле кто её автор?

- «Упс! Блин, вот нафига я это сделал? Хотел же анонимно выкладывать музыку из моего мира», - пробежали мыли в голове, но глянув на лица присутствующих понял, что хрен я отверчусь. – Я.

- Ты? – удивился Семён Владленович.

Впрочем, лицо дирижёра Има выражало тот же вопрос.

- Да, я.

- Это правда, - неожиданно мне на помощь пришла СонМи. – Я один раз слышала, как она исполняет эту мелодию, - и повернувшись ко мне онни добавила. – Извини. Я случайно подслушала, когда шла возвращать тебе наушники. Ты тогда сделала свой синтезатор потише, но мне всё было хорошо слышно.

- «Эвон оно как! Ну, да чего уж теперь», - подумал я и вернулся к поиску печёнки, которую у меня бессовестно скомуниздили. – «У-у-у, падлы! Что за беспредел?!»

- Онни, а где мой заказ? – обратился к СонМи что-то уплетающей в этот момент начав медленно звереть.

И даже, кажется, у меня слегонца начал дёргаться глаз. Совсем чуть-чуть.

- Так унесли же второе, - оторвавшись ответила сестра. – Как раз когда ты села за пианино.

- «Гадство! Блин! Ну что за…?!» - грустно вздохнул поняв, что не видать мне и сегодня Фуа-гра как своих ушей. – «Выхухоли недоделанные! Все!»

Чтобы не дать кому-нибудь по лицу тарелкой пришлось снова глубоко вдохнуть, а затем медленно выдохнуть. Вроде помогло. Тем временем вечер как говорится набирал обороты и народ приступил к обсуждению случившегося склоняя мою персону исключительно в положительном ключе, а я тем временем задумался над происходящим.

- «И как теперь быть? Забить на анонимность? Вариант. Но что-то мне он не очень нравится. Слава меня не интересует от слов совсем и вообще, а уж за чужой счёт и подавно. С другой стороны, мои так сказать дарования лезут уже изо всех щелей и вряд ли удастся спрятаться. Сейчас на моём месте возможно кто-нибудь бы верещал от восторга получив всеобщее внимание и одобрение, но меня оно никогда не привлекало. Не эгоцентричен я. Не эгоцентричен… Что поделаешь…?»

- Лалиса-ян, - обратился ко мне Им ТоЮн. – А где ты сейчас учишься?

Пакпао с ХеМи только что отошли, а отец разговаривал с вернувшимся с кухни Антуаном стоя неподалёку.

- В Школе Искусств Сонхва, дирижёр Им.

- Это хорошая школа, - одобрительно закивал мужчина и с уважением посмотрел почему-то на Пакпао.

- Давайте выпьем за именинницу! – предложил тост Аркадий Самуилович.

Сделал он это уже не в первый и даже, пожалуй, не в пятый раз. Пока мы тут сидели и все общались на разные темы товарищ полковник умудрился не кисло так залить за воротник. Раскрасневшееся лицо и расстёгнутый ворот рубахи говорили окружающим что человек находится во второй стадии разгорающейся пьянки.

- Аркаша, угомонись уже! – попытался остановить друга Семён Владленович.

- Так! Понятно! Этот отвалился, - бросив недовольный взгляд на товарища проворчал мужчина и обратился за поддержкой к своему третьему другу. – ТоЮн, ну хоть ты меня поддержи.

- Э-э-э, нет, - закрыв свою стопку ладонью ответил Им ТоЮн, находящийся тоже уже в не слегка подпитом состоянии.

- Слабаки! – выдал полковник и посмотрел на меня.

- «Намёк понял» - поднимая свой фужер с соком чокнулся я с человеком, желающим продолжения банкета.

СонМи сидела, молча разглядывая нас, потому что говорили мы по-русски.

- Извини, онни, - дотронулся я до плеча сестры.

- Всё нормально.

- Слушай, а когда ты собираешься в салон красоты в следующий раз?

- Хочешь со мной? – оживилась СонМи.

- Очень хочу, - припомнил я странное чувство наслаждения, возникшее при посещении данного «злачного заведения» в первый раз. – «Было клёво если опустить момент с макияжем, но это нюансы.»

Семён Владленович, видя состояние своего лучшего друга начал понимать, что ещё пара тройка тостов и начнутся проблемы. А стало быть, нужно его отвлечь.

- Аркаша, слушай, а как там твоя книга поживает? – заговорил дирижёр, привлекая всеобщее внимание к себе. – Ты что-то в последний раз так и не ответил.

- Ха! – встрепенулся товарищ полковник, потянувшийся за добавкой. – Да я её практически закончил. Совсем немного осталось.

- А что за книга? – влез я с вопросом, потому что стало на самом деле интересно.

Первый раз вижу в живую так сказать настоящего писателя. До этого случая как-то не доводилось встречать людей кто бы занимался творчеством на этой ниве. СонМи тоже заинтересованно посмотрела сначала на Аркадия Самуиловича, а затем на меня. Так как говорили мы по-русски мне пришлось перевести ей вышесказанное.

- Вау! – восхитилась онни. – А о чём она?

- Да откуда ж мне знать то? Сейчас спрошу. – ответил сестре и повернулся обратно к товарищу полковнику. - Аркадий Самуилович, а о чём ваша книга?

- «Слава тебе, господи!» - облегчённо подумал Семён Владленович, видя, как девочки с проявлением немалого энтузиазма заинтересовались этим вопросом. – «Кажись пронесло…»

Участвовать в ещё одной драке со скандалом дирижёр не желал категорически. Возраст уже совсем не тот. Да и статус не позволяет.

- Это история моей семьи, - начал повествование полковник. – С Японской войны домой в сибирскую деревню Алексеевку возвращаются двое односельчан: Онуфрий Синицын и Данила Ветров. Один вернулся без ноги, другой — с пулей в лёгких. Онуфрий предлагает свои услуги в качестве управляющего местному богатею Вениамину Порфирьевичу Шапкину. Онуфрий начинает жёстко притеснять своих односельчан и скоро становится правой рукой Шапкина.

Аркадий Самуилович рассказывал, а я переводил СонМи его рассказ. С самого начала повествования меня не покидала мысль, что где-то я уже слышал эту историю. Причём слышал я её ещё на своей земле. Но вот где?

По холлу гостиницы движутся Пакпао и ХеМи. Женщины возвращаются в ресторан после посещения дамской комнаты. Старшая из женщин идёт впереди.

- Лалиса просто умница, - говорит Пакпао по ходу разглядывая обстановку в отеле.

Она невольно сравнивает эту гостиницу с той в Гонконге, где уже много лет работает её супруг. Разница по большому счёту невелика. Пятизвёздочные отели практически везде одинаковые. Да, есть различия в интерьере и планировке, но во всех сквозит роскошь и некая помпезность.

- Да, омма, вы правы. А вы видели, как дирижёр Им смотрел на неё, когда она играла?

- ТоЮн настоящий профессионал в своём деле и конечно же он заметил уровень Лалисы.

Пакпао остановилась у небольшого столика привлечённая обложкой одного из глянцевого журнала, на которой красовался её супруг. Взяв его в руки, женщина прочитала заголовок.

«Шедевры корейской кухни.»

- Месячной давности, - разглядев дату произнесла она и бросила журнал обратно на столик. – Мне кажется, что ТоЮн заинтересовался твоей младшей дочерью с профессиональной точки зрения, невестка.

- Вы думаете, омма?

- Мне так показалось.

Вернувшись в зал ресторана женщины, стали свидетельницами странной сцены. Их новый знакомый – Аркадий Самуилович что-то рассказывал присутствующим за столом. Мужчина делал это довольно экспрессивно размахивая руками. Лалиса же тем временем занималась переводом, потому что рассказ вёлся на русском. То же самое, по сути, делал и ДжэУк, переводивший слова полковника Антуану, который был увлечён историей не меньше остальных. Шеф-повар задержался у нашего стола переложив свои обязанности на су-шефа, которому он полностью доверял, работая с ним уже не первый год.

- Что происходит? – тихонечко поинтересовалась ХеМи, усаживаясь рядом с мужем.

- Аркадий Самуилович рассказывает о содержании своей книги, которую сейчас пишет, - так же шёпотом ответил ДжэУк.

Чем дальше товарищ полковник вещал, тем больше я понимал, что знаю эту историю. Знаю и всё тут!

- «Где же я это читал? Когда? Видимо…», - замерев на последней мысли я вытаращился на рассказчика как на какое-то чудо свет. – «Да не может этого быть! Это же просто невозможно!»

У меня аж волосы на голове зашевелились, когда до меня дошло что это за история, случившаяся с его семьёй.

- Лалиса, - дёрнула меня за плечо СонМи, потому что я перестал переводить.

- А? – повернулся к сестре и сообразил, что завис. – Прости, онни. Сейчас он рассказывает, как Андрей Яковлев встретил своего «крестника» - Дмитрия Каротина, которому когда-то помог найти честную дорогу в жизни.

- Это сына того убитого белого офицера?

- Именно, онни.

- Вау! – искренне восхитилась СонМи перипетиям сюжета.

За рассказом столь интересно подаваемым товарищем полковником мы даже не заметили, как подкрался вечер.

- Вот такая вот книга у меня получается, - завершил своё повествование Аркадий Самуилович полностью протрезвевший к этому моменту.

А вещал он чуть более часа.

- Очень интересно!

- Невероятно!

- Захватывающая история!

Полетели хвалебные высказывания от всех присутствующих причём на разных языках сопровождаемые аплодисментами.

- Рад. Искренне рад, что вам понравилась моя книга, которую я хочу закончить наконец в этом году, - раскланялся полковник и усевшись на своё место стал искать глазами беленькую, которую предусмотрительный Семён Владленович попросил унести ещё час назад.

- А как она называется – ваша книга? – решился я задать вопрос, ответ на который был важен, потому что мне в голову пришла идея.

- Пока ещё не придумал, - ответил Аркадий Самуилович, потянувшись за закуской.

- Пожалуй пора прощаться, - поднимаясь объявил ДжэУк.

- Соглашусь, - поддержал его Им ТоЮн. – Завтра репетиция и мне нужно как следует отдохнуть, чтобы набраться сил.

Да и остальные тоже уже были готовы расходиться. Пока все прощались с заверениями в «вечной дружбе», я сидел и думал.

- «Сделать подарок товарищу полковнику или нет? Прям руки чешутся», - поднявшись подошёл к полковнику и дирижёру последним.

- Спасибо за прекрасный подарок, Семён Владленович. Очень приятно было послушать игру настоящего профессионала. И вам Аркадий Самуилович спасибо за удивительную историю.

Мужики разулыбались явственно довольные, что их подарок и книга пришлись по душе мне и всем остальным.

- Хочу ещё раз пожелать тебе счастья в жизни, девочка, - подойдя ближе и приобняв меня за плечи сказал товарищ полковник.

- Полностью поддерживаю! – не остался в стороне дирижёр.

Так мы и двинулись на выход из ресторана.

- Аркадий Самуилович, Семён Владленович, а когда у вас самолёт? – решил я уточнить один момент, приняв окончательное решение сделать подарок.

- Сёма, во сколько у нас вылет?

- Так это… Если мне память не изменяет в семнадцать пятьдесят вылет. На посадку само собой лучше за полчаса, а то и за час прибыть.

- А что ты хотела, Лалиса?

- Хочу сделать вам небольшой подарок на прощание, Аркадий Владленович, - ответил я и спросил на всякий случай кое-что. – Вы во сколько выдвинетесь из отеля? Я бы сюда подъехала.

- Думаю за пару часов до вылета придётся выехать в аэропорт Инчхон. Пробки тут просто жуткие, а опоздать не хотелось бы, - проговорил Семён Владленович, провожающий взглядом моих родных, потянувшихся на выход.

- Я сейчас вас догоню, - пришлось ответить на немой вопрос ХеМи, когда она обернулась к нам лицом и вернувшись к собеседникам добавил. – Значит нужно успеть до пятнадцати тридцати сюда.

- Уж лучше тогда к пятнадцати подходи. Тогда точно не разминёмся, - поправил товарищ полковник мои планы.

- Договорились, - кивнул я. – Тогда до завтра. И ещё раз спасибо за подарок.

- До завтра, - ответил Семён Владленович.

- Давай, догоняй своих родных, а то без тебя уедут, - напутствовал мне уже в спину Аркадий Самуилович.

Махнув рукой на прощание, я выбежал на улицу, где нас ждали две машины жёлтого цвета.

- «А неплохой день рождения получился. Жаль только Фуа-гра так и не попробовал», - размышлял я, залезая на заднее сидение такси. – «Ну ничего. Будет и на нашей улице праздник! Вот интересно, а что мне подарят бабуля с мамой? Хрень поди какую-нибудь.»

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: 24 августа 2009 года вторая половина дня

Я опаздываю! Вроде пока что несильно, но всё же… Подарок для Аркадия Самуиловича приготовил и запаковал в конверт.

- Лалиса, иди кушать! – долетает из гостиной голос ХеМи.

- «Какое кушать? Мне через пять минут уже выдвигаться надо, а она: кушать», - залезая в спортивки мысленно ругался я. – Блин, да где конверт то?

Искомое обнаружилось под одной из футболок, хаотично разбросанных по комнате вперемешку с другими шмотками. Остановился у двери и обернулся на всякий случай осмотреться. А вдруг чего забыл?

- Ну и срач! Надо бы прибраться.

- Дочка, ты идёшь кушать? – поймала меня мама прямо в коридоре.

- Нет, омма, я тороплюсь.

- Куда это?

- Судя по времени уже в аэропорт Инчхона.

- Зачем тебе в аэропорт?

Пока мы общались, я продвигался в прихожую.

- Подарок отдать Аркадию Самуиловичу, - и видя непонимающий взгляд ХеМи, решил уточнить. – Я вчера обещал ему подарок подарить, когда мы прощались, в благодарность за рассказ.

- Ааа! – поняв о чём речь, кивнула мама. – Ты снова одна пойдёшь?

На показ осмотрелся вокруг, как бы говоря, что не созерцаю толпы желающих меня сопровождать. ХеМи одарила укоризненным взглядом, но ничего не сказала. Только, когда я уже выходил, бросила в спину требование.

- После того как вручишь свой подарок сразу домой! Ты поняла, Лалиса?

- Да-да, - отмахнулся я, направляясь к лифту.

- Эх! – грустно выдохнула женщина и посетовала. – Ну что за ребёнок? Ни минуты на месте посидеть не может. И вообще, могла бы предупредить заранее.

- «Весь мозг себе вспахал, пока вспоминал ноты. Стихи-то хорошо помню, а вот с мелодией провозился до трёх часов ночи», - думал уже в такси, движущемся в аэропорт Инчхон. – «Лишь бы успеть!»

Место действия: международный аэропорт Инчхон. Зал ожидания

Время действия: спустя полтора часа

Аэропорт место довольно оживлённое, в каком бы городе он не находился. А что уж говорить о стране с самой бурно растущей экономикой мира. Много встречающих и провожающих. Люди снуют туда-сюда кучками и поодиночке. На втором этаже аэропорта в зале ожидания тоже полно народу. Скоро объявят регистрацию на рейс Сеул-Москва.

Два старых друга расположились сразу напротив гигантского панорамного окна, сквозь которое открывался потрясающий вид на взлётные полосы. Им ТоЮн, как обещал, проводил их до аэропорта и отбыл на репетицию, сердечно попрощавшись. Мужчины сидели на довольно удобных стульях, а рядом были их чемоданы. Багаж Аркадия Самуиловича состоял из одного небольшого чемодана, купленного им ещё лет десять назад и выглядевшего уже довольно непрезентабельно. Багаж же Семёна Владленовича состоял из двух чемоданов и пары сумок.

- Снова всякой ерунды набрал для своих? – кивнув на поклажу, спросил полковник.

- Слушай… Мы с тобой в который раз уже летим из других стран домой? Раз пятый или шестой?

- Где-то так, - подтвердил предположение друга Аркадий Самуилович.

- Тебе ещё не надоело задавать мне один и тот же вопрос? – прищурившись, поинтересовался Семён Владленович.

- Ты чего такой недовольный?

- Не знаю, - скривился дирижёр и закрыл книжку, взятую им в поездку как раз для подобных моментов, когда заняться нечем и приходится ждать. – Настроение какое-то…, - покрутив рукой проговорил мужчина, не найдя правильного определения своему состоянию.

- Понятно, - ухмыльнулся довольный жизнью полковник. – Это из-за того, что мы вчера толком и не отдохнули.

- Чур тебя! – замахал руками на друга дирижёр. – Лучше уж так чем потом оправдываться перед женой за то, что прилетел другим рейсом через три дня.

Место действия: аэропорт Инчхон

Время действия: это же время

Недалеко от стойки регистрации расположился ДжиХун, держащий чемодан за ручку. Рядом с братом с недовольным видом, скрестив руки на груди и надувшись как хомяк, стоит Юри, опирающаяся о ЛиЕн. Вокруг этой троицы создана зона отчуждения в пару-тройку метром. Охрана семьи Сон знает своё дело и пристально наблюдает за проходящими мимо людьми, выискивая малейший намёк на опасность.

- «Ну вот зачем нужно было меня провожать?» - думает парень, глядя на сестрёнку. – Не дуйся! Как приземлюсь, сразу тебе позвоню.

Юри, продолжая изображать обиду, отворачивается и начинает разглядывать баннер с рекламой. Покосившись на дочь, заговаривает ЛиЕн.

- ДжиХун, веди себя правильно в этом году, а не как в прошлые разы, - напутствует сына женщина, впрочем, прекрасно понимая, что это бесполезно, но воспитание и любовь к детям заставляют порой людей повторять прописные истины по сто раз на дню. – Я не хочу больше краснеть перед свекровью, когда ей докладывают о твоих выходках. Ты всё понял, сынок?

- Да, омма, - покладисто соглашается юноша, мысленно уже находясь на туманном Альбионе. – Не переживай... Буду вести себя как самый достойный человек на свете, - приложив руку к сердцу кивает он, и ЛиЕн замечает проскользнувшую улыбку на лице сына.

Неодобрительно покачав головой, женщина смотрит на табло, где показано расписание вылетов и время регистрации на рейсы. Затем она подаёт знак глазами ДжиХуну и кивает на свою дочь. Правильно поняв намёк, парень подходит к сестрёнке и берёт её за плечи, разворачивая к себе.

- Не обижайся, Юри! - Пытаясь поймать взгляд сестрички, начинает говорить ДжиХун. – Ты же знаешь, что я тоже всегда расстраиваюсь, когда приходится улетать на учёбу и оставлять тебя одну.

Девочка недоверчиво косится на брата, но продолжает упорно молчать. Она обижена на то, что он вчера отказался ехать с ней в зоопарк.

- Когда прилечу на каникулах домой, мы с тобой обязательно обойдём весь зоопарк, - дотронувшись до насупленного носа сестры, парень добавляет. - Обещаю!

- А почему ты тогда вчера со мной не пошёл?

- Я был занят. Ты же знаешь, что у меня были дела, - продолжает уговаривать сестрёнку ДжиХун под одобрительные взгляды матери.

Пробежав сквозь разъехавшиеся стеклянные двери главного хода аэропорта, несусь к стойкам регистрации.

- «Если регистрация уже началась, и они её прошли, то фиг я смогу передать подарок», - прикидываю расклад на ходу, приближаясь к стойкам, над которыми висит огромное табло.

- Начинается регистрация на рейс № 187 Сеул-Лондон. Пассажиров просим пройти к стойке № 15.

Объявление повторяется несколько раз, пока я проскальзываю мимо людей кидая мимолётные взгляды на табло.

- Очки, блин, забыл! Вот так всегда.

Начинаю двигаться боком, подпрыгивая в попытках найти на табло рейс Сеул-Москва, потому что прямо между мной и им расположилась толпа каких-то лосей спортивной европейской наружности. Парни все молодые. Возглавляет эту группу мужик лет пятидесяти на вид, сейчас держащий в руках целую пачку документов и общающийся с молодой работницей аэропорта.

- Ты обещаешь? – пристально глядя в лицо брата, спрашивает Юри.

- Даю слово!

- Ну, хорошо, - соглашается девочка и, делая шаг вперёд, обнимает ДжиХуна.

ЛиЕн смотрин на эту картину с явным одобрением на лице. Один из охранников в этот момент провожает взглядом странного типа в очках подозрительно наружности. Прямо за его спиной боком подпрыгнув в очередной раз, проскальзывает Лалиса и в момент приземления утыкается в спину ДжиХуна.

- Ой! – тут же отскочив от препятствия, выдаёт она и смотрит на обернувшегося парня, открыв рот и широко распахнув глаза.

Потом девочка переводит взгляд на ЛиЕн и только затем замечает Юри спрятанную за старшим братом.

- Аньён хасеё, госпожа ЛиЕн, - быстро сориентировавшись, кланяется Лалиса и переводит взгляд на ДжиХуна. – Аньён хасеё, господин ДжиХун. Простите! Я вас не заметила.

- Опять ты! – неподдельно изумляется парень, одарив недобрым взглядом агрессоршу.

- Здравствуй, Лалиса-ян, - хитро улыбнувшись, отвечает на приветствие ЛиЕн.

- Онни! – вскрикивает Юри и, бросив брата, вцепляется в свою подругу, обхватив её обеими руками.

- Аньён, Юри. Прости, пожалуйста! Я сейчас сильно тороплюсь, - начинает быстро говорить Лалиса, продолжая бросать взгляды на табло.

- Кого-то провожаешь? – задаёт вопрос ЛиЕн, с любопытством разглядывая подружку дочери. – Или встречаешь?

Лалиса одета довольно специфично: оранжевые с разводами спортивные штаны, светлая футболка оверсайз с каким-то граффити на груди и белые кроссовки. Голова прикрыта такой же, как и спортивки оранжевой панамой.

- А? Да, госпожа ЛиЕн. Провожаю. Только никак не могу разглядеть рейс.

- Какой тебе нужен? – спрашивает ЛиЕн, решив уточнить.

- Сеул-Москва.

Юри тоже не остаётся в стороне и начинает подпрыгивать в попытке разглядеть табло, где отображается информация.

- «Надо всё же попросить МуХёна, чтобы он побольше разузнал об этой девчонке», - размышляет ДжиХун, с недовольством поглядывающий на Лалиса. – «Чего привязалась? Даже улететь спокойно не дала.»

- Регистрация ещё не началась, - сообщает ЛиЕн, рассмотрев информацию выведенную на табло.

- Просто замечательно! – реагирует Лалиса и, отцепив от себя Юри, устремляется в сторону залов ожидания. – Спасибо большое, госпожа ЛиЕн. Юри, я тебя наберу чуть позже.

На ходу кланяясь, начинает удаляться девочка.

- Хорошо! - выкрикивает уже в спину подружке Юри и оборачивается к омме с братом.

ЛиЕн провожает девочку задумчивым взглядом. ДжиХун делает то же самое, нахмурив брови.

- «А со мной значит можно не прощаться?» - думает он.

Место действия: аэропорт Инчхон. Зал ожидания

Время действия: это же время

Семён Владленович и Аркадий Самуилович ведут неспешную беседу. Дирижёр повернулся к другу лицом, и облокотившись на спинку сидения рассматривает что-то в дали.

- И всё равно не понимаю, - вернув фокус внимания на друга продолжает разговор Семён Владленович. – Чем тебя не устраивала Кристина? Хорошая женщина. Сына тебе родила.

Аркадий Самуилович кривится явно недовольный поднятой уже в сотый раз темой.

- Характерами не сошлись, - отвечает мужчина и предлагает сменить тему. – Давай уже о чём-нибудь другом, а? С Кристинкой ты меня уже достал.

- Ой, ой, ой! – вскидывает руки дирижёр и с издёвкой добавляет. – Какие мы «нежные».

- Вот сейчас как дам по кумполу! – показывает внушительных размеров кулак полковник. – Сразу вспомнишь настолько я бываю «нежным».

- Пф! – только и успевает скривиться Семён Владленович, как из-за их спин звучит голос.

- Здрасте! – жизнерадостно улыбаясь приветствует своих новых знакомых Лалиса.

- Привет, Лариса, - отзеркаливает улыбку Аркадий Самуилович.

- Здравствуй, Лалиса, - отвечает дирижёр и бросает на друга укоризненный взгляд за то, что он в очередной раз перепутал имя девочки.

- Простите, но я не успела к отелю, - произносит Лалиса и протягивает запечатанный конверт. – Вот. Это подарок, который я обещала.

- Спасибо, - принимая конверт говорит Аркадий Самуилович и уже собирается его открывать.

- Стойте! Откроете, когда доберётесь до дома, - начинает махать вытянутой рукой Лалиса.

Пожав плечами, полковник убирает конверт в боковой карман чемодана.

- Кстати ТоЮн сказал, что хочет поговорить с твоей бабушкой насчёт тебя, - вступает в разговор Семён Владленович.

- В смысле? – по всей видимости не сразу сообразив о чём идёт речь задаёт вопрос девочка.

- Насчёт твоего будущего, - уточняет дирижёр. – Ты очень хорошо играла на свой день рождения. И надо отдать должное та мелодия, что ты придумала и исполнила очень красивая.

- Да ладно вам, - смутилась Лалиса. – Вы намного лучше сыграли.

Тут Семён Владленович рассмеялся. Даже Аркадий Самуилович не удержался от улыбки.

- Попрактикуешься с моё и тоже так сможешь играть.

- «Лет этак через тридцать», - прикинул я в уме стаж собеседника. – «Ну да! Захватывающая перспектива – всю жизнь убить на клавишные. И ради чего…? Ради того, чтобы тебе пару десятков раз поаплодировали снобы во фраках? Как-то меня не сильно воодушевляет такая жизненная перспектива. Да и не факт, что потяну.»

- Начинается регистрация на рейс № 153 Сеул-Москва. Пассажиров просим подойти к стойке регистрации № 7. Начинается регистрация на рейс № 153 Сеул-Москва. Пассажиров просим подойти к стойке регистрации № 7, - зазвучало объявление по аэропорту.

- Ну что же, - поднимаясь проговорил полковник. – Вот и наш самолёт. Пора прощаться Лариса.

- Иди сюда, красавица, - поднявшись раскинул руки в стороны Семён Владленович и добавил уже обняв девочку. – Пообещай, что не забросишь играть.

- И в мыслях не было подобного, - ответила Лалиса, и только дирижёр разжал объятия, как девочка попала в руки полковника.

- Не слушай этого строго пианиста, - улыбаясь заговорил Аркадий Самуилович. – Лучше занимайся тем, что тебе интересно, а не тем, к чему тебя подталкивают.

- «Второе пожелание куда более подходит к моим хотелкам. Вот только жизнь иногда не спрашивает, чего мы хотим.»

После того как распрощался с гостями столицы Республики Корея российского происхождения направил свои стопы на выход по дороге размышляя о всяком воткнув наушники в уши.

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: вечер

Все члены семьи Ким находятся дома. Каждый занят чем-то своим. ДжэУк решил для разнообразия сегодня вечером устроить себе небольшой отдых от рутины, которая порой затягивает хуже болота и взяв пива смотрит местный чемпионат страны по футболу. Турнир носит название «Кей-лига 1» и включает в себя пятнадцать клубов. Конкретно сейчас играют лидеры турнира: Чонбук Хёнде Моторс и ФК Сеул.

- Да что ж такое-то! – негодующе восклицает мужчина, когда форвард его любимого ФК Сеул мажет из выгоднейшей позиции. – Как так можно было промахнуться?!

На столе присутствует кроме пива ещё несколько мисок, наполненных орешками и какой-то вяленой рыбкой. Все члены семьи знаю, что не стоит отвлекать ДжэУка, когда он смотрит игру любимой команды. Все кроме одного.

Между телевизором и диваном, где сидит глава семьи Ким быстро проскакивает СонМи несущая на кухню какую-то тарелку.

- Дочь, не мешай! – возмущается мужчина, пропустивший момент паса.

- Извини, аппа, - быстро кается девушка, скрываясь за дверью.

- Ну…! Давай…! – подскакивает ДжэУк, когда его команда пошла в очередную перспективную атаку. – На фланг отдавай! На фланг!

Помогая себе руками, указывает направление развития атаки футболистам мужчина, делая это очень экспрессивно.

Отложив учебник истории, поднимаюсь на ноги решив размяться. Вот уже пару часов учу историю Республики Корея, находясь в своей комнате. Скучное до умопомрачения чтиво.

- Чё ж ты такой нудный то, а? – кошусь на книжку, которую просто жажду выбросить в окно, но «Увы!» и «Ах!» никак нельзя.

Из гостиной долетает радостный вопль отца.

- Гооол!

Кинув быстрый взгляд на дверь, сквозь которую долетело восклицание возвращаю фокус своего внимания на книгу.

- Да ну тебя к чёрту! – решаю я и топаю на выход. – «Интересно что там отец смотрит? Надеюсь, не водное поло», - аж хрюкнул от пришедшей в голову мысли.

Буквально спустя полчаса из гостиной разносятся по всей квартире уже два голоса.

- Куда ты пасуешь?! – звонким девичьим голосом вопрошает Лалиса недовольная тем, что её команда потеряла мяч.

- На лево отдавай! – командует ДжэУк.

- Перекрывай! Перекрывай!

Привлечённые двойными восклицаниями и оторвавшись от своих дел в гостиную стягиваются оставшиеся члены семьи Ким. Встретившись в коридоре Пакпао и ХеМи, подходят к стоящей у входа СонМи у которой открыт рот от удивления. Выглянув из-за её спины, женщины становятся свидетельницами презабавной картины.

ДжэУк стоит справа от стола и машет руками раздавая команды игрокам на поле.

- Пас отдавай! Видишь же…!

Лалиса схватившаяся за голову не отстаёт от отца.

- Подкат! Да не пускай ты его!

Полузащитник ФК Сеул всё же умудряется прорваться по флангу и сделать навес в штрафную. Опорный полузащитник прибежавший поддержать атаку своей команды выпрыгивает выше всех и великолепным по красоте ударом головой отправляет футбольный снаряд точнехонько в дальний верхний угол ворот.

- Гооол! – кричит ДжэУк, воздев руки к небу.

- Нееет! – закрыв лицо руками восклицает Лалиса, а затем выдаёт. – Безногие бабуины! – и обращается к отцу. – Ну как можно было его пропустить? Они же вдвоём его держали!

- Я же тебе говорил, что Ким ЧиВу лучший! А ты не верила.

- Боже мой! – тихо произносит ХеМи. – Теперь их двое.

Пакпао стоит и рассматривает сына с младшей внучкой о чём-то размышляя.

- Ужас какой! – шепчет СонМи.

- А я не удивлена, - неожиданно произносит старшая из женщин.

Тем временем парочка болельщиков усаживается обратно на диван бодро обсуждая забитый гол.

- Красавец какой положил, - говорит ДжэУк обращаясь к Лалисе. – Ты видела?

- «Нет, блин!» - думаю я, потянувшись за рыбкой. – «За пивом ходил пока это стадо инвалидов по полю ползало, пытаясь догнать мяч.»

Чонбук Моторс меня подводят пока что.

- Да, аппа, - отвечает Лалиса. – Гол и правда красивый получился. Но ты особо не радуйся ведь ещё полчаса игры. И что-то мне подсказывает будто это ещё не конец.

Так как никто не жаждал помешать ДжэУку смотреть матч женщины тихонечко начали отступать назад. Пакпао потянула за плечо внучку, которая до сих пор не отвисла.

- Что вы имели в виду, омма, когда сказали, что не удивлены? – задала вопрос ХеМи, как только вся троица оказалась в комнате хальмони.

- Что я не удивлена? А ты вспомни моего мужа, когда он смотрит спортивные соревнования, - усаживаясь в удобное кресло, купленное сыном неделю назад специально для неё, ответила свекровь.

ХеМи задумалась и тут СонМи подала голос.

- Футбол, - с пренебрежением скривившись произнесла девушка, показывая тем самым полное непонимания как это может нравиться.

- Да я и сама не понимаю. Что интересного в том, чтобы наблюдать, как по полю бегают двадцать два мужика в трусах и гоняют один на всех мяч, - кивнула, поддерживая внучку Пакпао. – Но что взять с мужчин?

- …харабоджи и аппа – это понятно, - продолжила СонМи. – но тонсен то, с чего вдруг заинтересовалась? Я не помню, чтобы она увлекалась футболом до аварии. Ей вообще был не интересен спорт как таковой. А тут вдруг…

Пакпао не торопилась отвечать. Она, как и ХеМи задумалась на некоторое время. В наступившей тишине до женщин долетел из гостиной вопль радости изданный Лалисой.

- Гооол! – прокричала звонким голоском девочка, а затем видимо обращаясь к отцу добавила. - Ха! Видел, как твоих раскатали? Как детей.

Ответом ей было еле слышное ворчание ДжэУка, разобрать которое не смог никто из женщин.

- Доктор Ли – психотерапевт курирующий Лалису мне сказал, что её привычки и предпочтения могут измениться, - всё ещё находясь в задумчивости произнесла Пакпао ни к кому конкретно не обращаясь.

- Может поэтому она теперь не любит носить юбки? – встрепенулась ХеМи.

- Всё может быть, - не стала опровергать предположение невестки Пакпао. – Доктор Ли так же сказал, что память человека – это сложная штука, которая и по сей день не изучена. Именно из-за этого доктора чаще всего и не способны помочь людям, потерявшим память.

- Это всё понятно, - усевшись на стул у стола сказала СонМи и вновь скривившись добавила. – Но футбол?

В гостиной тем временем продолжалась трансляция матча Чонбук Хёнде Моторс и ФК Сеул. Два как оказалось «ярых болельщика» так же продолжают следить за событиями на поле периодически комментирую происходящее.

- Вот увидишь, - ставя бутылку с пивом на стол говорит ДжэУк. – У Чонбук нет шансов.

Тут я бы мог с отцом поспорить. Сеул играет на контратаках довольно редко выходя со своей половины поля. Да и вообще! Чонбук играют солиднее что ли? Более уверенно. Даже счёт смогли сравнять.

- Это вряд ли, - растянув губы в улыбке отвечает Лалиса.

- Может поспорим? – неожиданно предлагает мужчина.

- А на что? – оживляется девочка, явно надеющаяся на выигрыш по результатам матча, который действительно проходит под диктовку команды, за которую она болеет.

- Надо подумать, - на мгновение оторвавшись от экрана и бросив взгляд на дочь отвечает ДжэУк, а затем кивнув в сторону кухни просит. – Принеси ещё бутылочку пива, дочка.

Пришлось вставать и идти к холодильнику за хмельным напитком.

- «Я бы тоже сейчас не отказался от глоточка», - с печалью подумал я, доставая холодное пиво. – Эх!

Бегом вернувшись в гостиную и заняв своё место на диване, поставил перед отцом запрошенное им пиво. ДжэУк тем временем допил остатки уже второй бутылки и отставил её в сторону – на пол.

- Придумал, - потянувшись за доставленным пивом заговорил отец. – Давай поспорим на желание.

Матч уже подходил к своей кульминации и счёт на табло оставался прежним: 2:2. Я не спешил отвечать на предложения. Зачем торопиться? Время пока ещё есть.

Защитник команды Чонбук Моторс выносит мяч в сторону центра поля после неудачной попытки удара по воротам его команды, которую смазал полузащитник ФК Сеул. Снаряд вынесенный недалеко подхватывает Ким СангСик и несётся на всех парах на левый фланг. Его поддерживают два сокомандника, растягивающие защиту соперника. Зарождается перспективная контратака, которая может привести к взятию ворот.

- Согласна, - быстро протягивает руку Лалиса дабы скрепить спор рукопожатием.

ДжэУк берёт маленькую ладошку дочери и с улыбкой подтверждает ставку.

По обсуждав младшую родственницу ещё какое-то время женщины решили, что пора расходиться по своим делам как из гостиной до их слуха долетел возмущённый вопль Лалисы.

- Сапсари (шавка) безногие! Как можно пропускать на последних секундах?!

- Эй! – моментально прозвучал возмущённый голос ДжэУка.

Когда женщины практически забежали в гостиную то увидели, как Лалиса стоя у стола и указывая рукой на телевизор продолжает возмущаться.

- А кто они после этого?! Кто?! – не сдерживая гнева задала вопрос девочка, глядя прямо на отца. – Кто они после такого?!

- Не выражайся! – нахмурился ДжэУк. – Ты же девочка. Это очень некрасиво.

- Да…, - махнула рукой вместо ответа Лалиса и плюхнулась на диван.

- Слушайся аппу, дочка, - влезла в нравоучительную беседу ХеМи.

- Омма права, - поспешила подать голос СонМи.

И лишь Пакпао с каким-то даже умилением смотрела на сына с младшей внучкой ничего не говоря. Тем временем прозвучал финальный свисток матча ознаменовавший очередной «залёт» Евгения в этой жизни.

Место действия: Санкт-Петербург. Дом Гольца Аркадия Самуиловича

Время действия: вечер

Дом Аркадия Самуиловича находился в самой южной части города Санкт-Петербург расположившись на улочке под названием Зелёная. Небольшой участок земли, на котором и стоит уютный домик куда мужчина перебрался, когда его единственный сын решил жениться. Нужна была квартира для молодой семьи. Вот он и переехал, оставив свою двушку, находящуюся почти в центре города молодожёнам. Сделал им по-настоящему царский подарок.

- Нечего вам по съёмным шарахаться, – заявил тогда полковник и отдал ребятам ключи.

- Бать, я…, - попытался что-то сказать сын, держа в руках отданные ключи.

- Всё нормально, Сёма, - Аркадий Самуилович окинул ещё раз взглядом двор, в котором прошло его детство и сев в машину уехал.

Сына своего товарищ полковник назвал, разумеется, в честь лучшего друга. Новоиспечённая семья Гольц не оставила в покое старого вояку и почти каждую неделю наведывалась в гости. Делали это ребята не в знак благодарности, а потому что действительно любили старика. Ну, а уж когда внуки пошли…

Зайдя в дом Аркадий Самуилович, облегчённо выдохнул.

- Дома, - с нескрываемым удовольствием произнёс он и обернулся. – Сёма, ну чего ты возишься? У меня же всего один чемодан.

- Да иду я, иду.

Пока хозяин переодевался у себя в комнате Семён решил заглянуть в холодильник. На удивление сегодня был довольно жаркий день и пить хотелось неимоверно. Открыв дверцу, Семён только затылок почесал, увидев там пару головок подсохшего чеснока и старый кетчуп.

- Бать, – крикнул он себе за спину, – ты бы хоть мышей пожалел, что ли.

Вновь почесав затылок, Семён закрыл холодильник и пошёл на выход.

- Я в магазин, - оповестил он родителя уже находясь на пороге дома.

- Сала возьми! – долетело до него из комнаты.

Времени поход за покупками занял немного. Да и не могло быть по-другому. Торговая точка находилась в десяти минутах пешего хода от дома, а Семён был на машине. Правда пришлось немного задержаться стоя в очереди, но она была не велика.

Держа в руках два больших пакета с продуктами, мужчина зашёл в дом и увидев отца, стоявшего у открытого окошка с сигаретой в руках, встал как вкопанный. Аркадий Самуилович уже много лет не курил. Бросил он по настоянию врачей и до сегодняшнего никто ни разу не видел его с сигаретой.

- «Развязаться наверное решил», - подумал Семён, пожав плечами и подойдя к столу поставил на него пакеты.

Только после этого он заметил, что рука, держащая сигарету, дрожит. Это стало заметно, когда отец поднёс её к лицу, чтобы сделать очередную затяжку.

- Бать, ты чего? – не на шутку испугался сын и подошёл ближе. – Случилось что-то?

Аркадий Самуилович некоторое время не отвечал, а затем сделав ещё одну затяжку кивнул на открытый конверт, лежавший рядом с ним на подоконнике, из которого торчали края двух листков.

- Подарок… Кха, - начал говорить он и кашлянув развеял свободной рукой выпущенный перед собой дым. – Подарок подарили.

В таком состоянии своего отца Семён видел впервые, а потому не на шутку испугался. Он схватил развёрнутый лист бумаги и углубился в чтение.

Письмо.

«Аркадий Самуилович, я не знаю понравиться ли вам мой подарок. Очень на это надеюсь, честно говоря. Мне вот ваша история действительно понравилась. Так же искренне надеюсь на то, что как минимум по мотивам вашей пока ещё недописанной книги снимут фильм, чтобы все смогли узнать и по сопереживать перипетиям жизненного пути вашей семьи. Рада, что судьба в тот прекрасный день подтолкнула вас и вашего друга Семёна Владленовича подойти и спросить у меня дорогу. Подарок мой довольно прост. Я решила подарить вам песню и придумала название вашей книге. Вы же сами сказали, что пока сами не знаете, как её назвать – вашу книгу.»

Дальше в письме шли стихи:

«Вечный зов.

Мы придём к тебе, Победа,

Помня павших имена,

Помня горести и беды,

Что оставила война.

Помня, как не уставая,

Сквозь огонь мы пронесли,

Вечный зов родного края,

Вечный зов моей земли.

Мы придём к покою пашен,

К мирной песенной весне,

И своим родным расскажем,

Как мы жили на войне.

Как, от пули укрывая,

Нас берег в чужой дали

Вечный зов родного края,

Вечный зов родной земли,

Вечный зов моей земли.

Мы поклонимся России,

Краю дедов и отцов.

Скажем трепетно – спасибо

За священный вечный зов!

С прежней верой в человека

Он живет у нас в крови.

Вечный зов добра и света,

Вечный зов родной земли,

Вечный зов моей земли.»

(муз. Л. Афанасьева, сл. В. Фирсова)

«P.S.

У меня будет к вам только одна просьба Аркадий Самуилович, чтобы вы не указывали автора. И вообще… Пусть эта песня будет народной.

С уважением, Ким Лалиса.»

На втором листке, торчавшем из конверта, была нотная грамота с указанием инструментов, которые должны быть использованы. Была также небольшая приписка.

«Это отдайте Семёну Владленовичу. Он разберётся.»

- Как она…? – повернувшись к сыну и попытался задать вопрос полковник, но так и не смог.

Место действия: небольшая площадь перед Школой Искусств Сонхва

Время действия: первый день нового учебного года

Жара! Стоит просто жуткая удушающая жарища! Вроде бы обычный асфальт сегодня превратился в настоящую сковородку. Но это всё мелочи по сравнению с тем, что меня собрались провожать все члены семьи за исключением СонМи. Онни сама сейчас грызёт гранит науки. Как отец умудрился свинтить с работы, я, так и не понял. Особенно если вспомнить уровень шизофрении, с которой все корейцы относятся к рабочему месту и как за него держаться всеми конечностями. На самом деле таких как я счастливчиков здесь довольно много. По всей видимости родители поступивших просто до опупения в восторге от того, что их чада смогли пробиться в самую престижную школу страны. Я сегодня в форме обязательной для ношения всеми студентами данного учебного заведения. Светло-горчичного цвета пиджачок с чёрной окантовкой, такого же цвета, как и пиджак пуловер и что-то наподобие бабочки тоже чёрного цвета. Присутствует чёрная юбочка колокольчиком значительно выше колена от чего я себя чувствую крайне неуютно. Неуютно, потому что она действительно ЗНАЧИТЕЛЬНО выше колена. На ногах у меня белые носочки и как я не бился за свои кроссовки меня всё-таки заставили надеть чёрные ботиночки на шнурках. Слава тебе, господи, хоть не лакированные! Стоим сейчас у машины ДжэУка. Я со своим рюкзачком и рядом остальное семейство.

(Пример того какую форму носят студенты в Школе Искусств Сонхва.)

- Ну вот, - жизнерадостно улыбаясь произносит ХеМи. – Даже не верится. Моя дочь поступила в Школу Искусств Сонхва и сегодня у неё первый учебный день.

ДжэУк находится рядом не менее гордый чем ХеМи. Задранный практически до небес подбородок и слегонца надменный взгляд с высока на всех окружающих говорит о многом. Только я одного не пойму: чё так петушиться то? Ведь он, по сути, сейчас взирает на таких же «счастливчиков» как он сам и их оболтусов c горем пополам влезших в эту школу. Странные люди эти корейцы как не крути.

- Мы так тобой гордимся, дочка, - с высоты задранного носа соизволил похвалить меня отец и напутствовать за одно. – Будь умницей и слушайся учителей.

- «А типа у меня выбор есть?»

- Твой аппа верно говорит, внученька, - поддерживая посыл отца заговорила Пакпао до этого рассматривавшая школу. – Учись хорошо! И тогда получишь от меня очень хороший подарок по окончании школы.

- «Ну, допустим это вообще не аргумент. Особенно вспоминая «подарочек», который, бабуля с ХеМи выбрали на мой день рождения. Блин, лучше бы уж я приставку попросил. Всё профита было бы больше», - прикидывал про себя, глядя на довольное лицо хальмони. – «Нет, это же надо было додуматься купить мне…! МНЕ! Набор дорогущей косметики от какой-то там корейской компании Sulwhasoo. Пришлось изображать неземную радость от получения столь «желанного» подарка. А куда деваться?»

- Кстати! Чуть не забыл тебе сказать, - встрепенулся ДжэУк. – Звонил твой будущий учитель физкультуры Пак ХеЧжин и сказал, что встретит тебя в холле школы за пол часа до начала занятий. Он хочет обсудить время твоих тренировок.

- «О, да! Ещё одна прекрасная новость, которую на мою голову пару дней назад свалил отец, поведав о том, что мной сильно заинтересовался преподаватель физкультуры. А всё потому, что я – олень безрогий умудрился пробежать стометровку чуть ли не на рекорд Республики Корея. И теперь меня ждёт «увлекательнейший аттракцион» под названием индивидуальная программа по лёгкой атлетике, а конкретно по бегу на короткие дистанции. В общем «просто прелесть»! Куда бы спрятаться?»

Мимо нас провожаемый почти такой же когортой родственников прошлёпал знакомый пацан, с которым мы вместе сдавали вступительные. Он, как и я, держался от всех в стороне, пока остальной народ кучковался небольшими группами. Хотя нет. Вру! Была ещё девчонка, что тоже оставалась в сторонке от всех поступающих в тот день. Правда её я пока что не видел.

- Я пойду, - сказала Лалиса морщась от того, что ХеМи поцеловала её в щёку.

- Позвони как закончатся уроки, дочка, - сказала мама, – и я тебя встречу.

- Да-да, - махнула рукой девочка, уже заходя в здание.

- И чего она нас стесняется? – задал вопрос ДжэУк садясь за руль.

У него было ещё свободное время, чтобы отвезти жену с матерью домой, прежде чем возвращаться на работу.

- Можно подумать ты вёл себя иначе, когда был в её возрасте, - заговорила Пакпао уже находясь на пассажирском сидении сзади. – Помнится мне как…

- Омма, я всё понял. Не начинай, - немного смутился мужчина, заводя двигатель.

ХеМи просто молча улыбалась, наслаждаясь столь знаменательным событием в жизни младшей дочери.

- «Лучшая школа страны», - думала она. – «Какая же молодец.»

Как и ожидалось в холле меня сразу поймал учитель физкультуры.

- Лалиса-ян, - окликнул меня Пак ХеЧжин, когда я старался незаметно в толпе проскочить в сторону класса, где у нас должны были начаться занятия.

- «Не судьба», - только и подумал, направляясь к преподавателю. – Аньён хасеё, сонсенним, - поздоровался с поклоном и замолчал, ожидая что скажет преподаватель.

- Идём со мной, - начав движение приказал мужчина. – Времени сейчас у нас не много и поэтому я буду краток. Мы с директором Ю решили, что тебе нужна индивидуальная программа подготовки. Сейчас я отдам тебе твоё расписание.

Дошли до учительской, расположенной в кабинете там же где я проходил собеседование под номером семьдесят семь. Усевшись за свой стол ХеЧжин, полез в ящик стола и извлёк оттуда лист бумаги формата А4, протянув его мне.

- Держи, - поднимаясь сказал он. – Там всё указано. Теперь может идти на занятия. Только после окончания уроков загляни в спортзал. Нужно будет кое-что уточнить.

- Хорошо, - уже направляясь на выход сказал я.

Смотреть это дурацкое расписание не стал, а засунул его в рюкзак и пошёл искать свой класс.

- «Потом гляну, а сейчас лучше поторопиться.»

Тем временем в классе куда попала Лалиса идёт представление новых учеников. Ребят всего двое. Парень уже выступил перед классом, а сейчас рассказывает о себе девочка.

- Люблю играть на акустической гитаре, а также…, - Син ЧэЁн замолкает и поворачивает голову на стук, долетевший от закрытой двери.

Весь класс, включая учителя корейского языка и литературы Чжи ИнГука оборачивается на этот стук. В дверь просовывается голова Лалисы. С ходу заметив знакомые лица девочка уже целиком просачивается в помещение.

- Аньён хасеё, сосенним, - кланяется опоздавшая, обращаясь к преподавателю. – Простите за опоздание, но я не сразу нашла класс.

- А вот и наша последняя новенькая, - поднимаясь со своего места произносит ИнГук обращаясь к классу. – Проходи, садись за шестую парту. Как раз будешь сидеть с ЧэЁн-ян, - мужчина кивает на девочку, стоящую у доски.

Только Лалиса уселась и достала всё необходимое для урока как преподаватель вновь обратился к ней.

- Лалиса-ян, ты расскажешь о себе после ЧэЁн-ян.

Девочка, услышавшая это молча кивнула и явно о чём-то задумалась, не обращая никакого внимания на взгляды, кидаемые в её сторону одноклассниками.

- Она же не кореянка, - шепнула одна из учениц своей соседке кивнув в сторону Лалисы. – Что она тут забыла?

Подружка лишь пожала плечами и не стала развивать эту тему. Она сейчас слушала что рассказывает о себе бананчик (кореец родившийся и живший вне Кореи, а затем вернувшийся в страну) у доски.

ЧэЁн продолжила рассказывать о себе, когда все успокоились и обратили внимание на неё.

- Мне также нравятся маленькие собачки…

- «И чего я буду о себе рассказывать? Здрасте, я Ким Лалиса и…», - дальше моя фантазия как-то застопорилась. – «Блин! Ну не рассказывать же им что я Жека и вообще нахожусь в перманентно пришибленном состоянии с момента попадания сюда. Вот это будет номер! Если я поведаю такое…»

- Спасибо, ЧэЁн-ян, - поблагодарил выступающую преподаватель и отпустил. – Можешь садиться на своё место.

Студенты похлопали в знак благодарности, а затем взгляды всех присутствующих скрестились на третьей новенькой которая так и сидела, глядя куда сквозь окно, не замечая ничего вокруг.

- Лалиса-ян, теперь твоя очередь выйди и расскажи нам о себе, пожалуйста.

Услышав, как учитель назвал моё имя, вынырнул из размышлений и поплёлся на «голгофу». Я так-то человек не стеснительный, но вот реакции этого тела говорят мне что СоЫн как раз была из таких. Откинув лишнее волнение как уж смог и заговорил.

- Аньён хасеё…

Пока я представлялся и рассказывал о себе украдкой наблюдал за народом. Одни, блин, корейские лица причём довольно некрасивые в основной своей массе. На остальные части тела аборигенов я давненько уже не смотрю потому, как смотреть там практически не на что. Опять же за редкими исключениями. Можно даже сказать у меня эстетический визуальный голод нарисовался в полный рост. Хотя вот эти двое новичков, что поступили со мной вроде ничё так. Даже где-то симпатичные. Если прищуриться… Сильно!

В коридорах Школы Искусств Сонхва на переменах происходит практически то же самое что и в школах по всему миру, но, разумеется, со своим колоритом - мальчики тусуются исключительно с мальчиками, а девочки соответственно с девочками.

После окончания урока из класса выходят ученики кучкуясь своими компаниями. Где-то по двое и по трое ребят и девчонок, а где-то и целые компашки. Одной из таких больших компаний и был подхвачен ДжонГук – третий новичок в классе. Самая большая компашка ребят быстро обступила его.

- Сколько тебе лет? – задал один из одноклассников вопрос новичку.

Это был ДаСоль – самый старший в классе парень и по совместительству негласный лидер их компании.

- Восемнадцать, - ответил явно чувствующий себя неловко парень.

Он не привык быть в центре событий и старался всегда находиться в стороне от больших тусовок. Однако в данный момент обстоятельства вынудили его выйти из зоны комфорта.

- А в какой месяце и какого числа у тебя день рождения? – спросил ещё кто-то из парней.

- Совсем недавно был день рождения – двадцать шестого августа.

- У-у-у, - прикинул ДаСоль. – Так получается ты самый младший из нас всех.

В Корее вполне естественно спрашивать возраст нового знакомого, потому что иерархия в обществе построена именно на старшинстве по рождению. В основной массе своей это так. Есть исключения, но они довольно редки потому как людей из высших слоёв общества всегда кратно меньше, чем представителей среднего класса. Сразу вслед за парнями в коридор вышли и две новые девчонки что-то обсуждающие на ходу.

- Вообще я родилась в небольшом городке Нортгемптон, что на восточном побережье Америки, - рассказывала мне ЧэЁн, - но потом, когда мне исполнилось пять лет, родители решили переехать в Сидней.

То, что она старше меня мы уже выяснили. Это вообще всегда выясняют первым при знакомстве все корейцы. Вот вообще все!

- А я хоть и выгляжу как уроженка Таиланда на самом деле кореянка на три четверти и родилась в Пусане, - рассказываю уже я пока мы топаем в сторону туалета.

Что-то захотелось посетить белого друга. Хотя вроде бы и не с чего.

- Вы когда в Сеул переехали? – спрашивает ЧэЁн, ставя свой рюкзачок на раковину, когда мы уже добрались до места назначения.

Сидя на толчке чё-то, не тянет общаться. Поэтому восседаю молча, думая о бренности бытия.

- «Газетка бы не помешала», - пришла в голову довольно своевременная мысль. – «Чего я туплю? Есть же телефона! Телефона, телефона! Чукча куша… Стоп! Это не то.»

- Лалиса!

- Подожди, - слышит вопрошающая голос из не «прекрасного» и не такого уж «далёка».

- «Какие все нетерпеливые, блин! Даже обделаться человеку спокойно не дадут.»

- Что ты хотела? – задал я вопрос чуть погодя, покинув кабинку.

- Я тебя спросила: когда вы в Сеул переехали? – обернувшись ко мне недовольно морща носик, повторяет ЧэЁн. – Так когда?

- Эм, - задумался не на долго пока мыл руки. – «А действительно, когда?»

- Мы в начале июня прилетели, - так и не дождавшись ответа, решила рассказать про своё прибытие в столицу Республики Корея ЧэЁн. – Была такая жара, - моя новая знакомая закатила глаза и приоткрыла рот. - Просто ужас! Я думала умру.

- А разве в Сиднее не бывало жарко?

- Так мы не в самом Сиднее жили. На окраине вдали от моря. Там такой влажности нет.

- Жара – ладно. Ты лучше подумай о том, как здесь зимой будет «хорошо».

Вернулись мы в класс к самому началу урока. Дальше нас ждала царица наук и её «бессменная» кормчая госпожа Юн ХаНи. Не то чтобы бессмертная, но дама в возрасте. И вообще, как я понял она тут работает чуть ли не с момента создания школы. В общем фиг её знает.

Так как остальная часть класса не заинтересовалась нашими персонами мы, собственно говоря, вдвоём и ходили весь день. Когда выходили с последнего урока и уже собирались прогуляться я вспомнил кое-что.

- Подожди меня здесь, я пока сбегаю до спортзала, - обратился к ЧэЁн выбрав направление движения.

- Ладно, - легко согласилась девчонка. – Я пока омме позвоню. Она просила, чтобы я сразу набрала её как занятия закончатся.

Я-то уже звякнул маме и предупредил что пройдусь пешком. ХеМи, конечно, поворчала, но настаивать не стала.

Слава богу Пак ХеЧжин был на месте. Он правда был немного занят, а потому сунул мне в руки ещё один лист формата А4 и отправил на все четыре стороны. Когда мы с ЧэЁн уже вышли на крыльцо школы я вспомнил про другой листок, что мне был вручён всё тем же преподавателем физкультуры. Достав его, углубился в чтение нацепив очки.

- Чёрт! – выругался я, прочитав что там написано.

- Ты чего? – остановилась ЧэЁн непонимающе глядя на меня.

- Да мне сонсенним Пак ХеЧжин дал отдельное расписание на физкультуру, - потряс я бумажкой в руке.

- Зачем?

- Слишком хорошо пробежала стометровку на вступительных экзаменах.

- Ааа, - понимающе закивал ЧэЁн. – И что там? Много часов поставили?

- Да жуть вообще! – вполне искренне возмутился я. – Каждый день после окончания уроков нужно будет ходить и пару часов убивать на тренировки.

- А ты не хочешь?

- Вообще ни капельки! Лучше уж домой к синтезатору поближе.

- У тебя есть синтезатор? – на этот раз уже ЧэЁн остановилась первой. – И ты умеешь на нём играть?

- Ну, вроде умею, - пожал я плечами.

- Я тоже музыку люблю. Только у меня акустическая гитара, - девочка повела шеей. – Клавишные не моё.

- Круто! – восхитился я и тут же предложил. – Можно будет что-нибудь вместе сыграть.

- Мелкая, постой! – услышали мы окрик со спины и обернулись одновременно.

К нам быстрым шагом приближался ДжинСу, убирая телефон на ходу. От услышанного я скрипнул зубами.

- Аньён, - улыбаясь во все тридцать два зуба поздоровался парень и начал разговор с наезда. – Ты чего трубку не берёшь?

ЧэЁн как-то странно потупила глазки и пододвинулась поближе ко мне.

- Аньён, ДжинСу-оппа, - просто поздоровался я, не став говорить ничего по поводу «мелкой» и обернулся к спутнице. – ЧэЁн, познакомься с моим другом. Это Ким ДжинСу, - вернув взгляд на парня указал рукой на соседку. – ДжинСу-оппа, познакомься с моей новой подругой. Её зовут Син ЧэЁн.

- Аньён хасеё, ЧэЁн-ян.

- Аньён хасеё, ДжинСу-оппа, - ответно поздоровалась девочка, даже слегка покраснев и кажется ещё сильнее прижалась ко мне.

- «Чего это она?» - скосился на ЧэЁн, а потом до меня дошло и я не сдержал улыбку. – «Боже мой! Да она стесняется. Ути, моя лапочка.»

- Так почему трубку то не берёшь? Я тебе звонил раз пять.

- «Как она так может с парнями просто разговаривать?» - думала ЧэЁн идя рядом с новой знакомой и косясь на парня. – «А он красивый. И странный, как все парни.»

- Звук у телефона выключен просто, - ответил, начав прикидывать как теперь буду совмещать тренировки, которые на меня навалил сонсенним с занятиями танцами. – Ты звонил по поводу тренировки сегодня?

- Да, но не только…, - кивнул ДжинСу и полез в карман за телефоном, который стал надрываться и требовать внимания. – Омма звонит.

Глянув на экран смартфона, оповестил нас парень и принял вызов.

- «Она ещё и занимается вместе с парнеми», - мысленно изумилась ЧэЁн. – «Ужас какой! Я бы так не смогла.»

Место действия: Сеул. Помещение для съёмок, арендованное для дочерей Ким ДжэУком

Время действия: тринадцатое сентября 2009 года. День

Обстановка в помещении уже оформлена практически так как описывала её Лалиса своим родным: кресло с ушами стоит рядом с камином, над очагом на металлической табличке отчётливо виден символ Салазара Слизерина. Присутствует небольшой круглый стол, на котором лежит всякая мелочёвка.

Так как в последствии выяснилось, что вести профессиональную съёмку не способен ни один из членов семьи Ким включая ДжэУка. Отец, к слову, сбежал от нас и это не метафора при первых намёках на его персону во время обсуждения сего вопроса. В итоге было принято решение найти оператора на стороне. Ну или хотя бы того, кто учится и получает профессиональные навыки в данном направлении. У меня подобных знакомых не нашлось и за дело взялась онни. Она вообще как-то уж слишком экспрессивно и излишне энергично включилась в процесс подготовки съёмок. О, как припёрло то! Бедный ДжэУк, кажется, отдал все деньги, что у него были в принципе, лишь бы не слышать её стенания по поводу платьев и прочих финтифлюшек. Смех смехом, а мужика было и правда жалко. Особенно стало совсем жалко, когда СонМи устроила чуть ли не истерику упав на диван лицом в подушку со словами:

- Раз так… То я с вами вообще разговаривать не буду!

Выкинула этот фортель после того, как ДжэУк намекнул на то, чтобы мы умерили свои аппетиты. После концерта устроенного онни родитель, конечно, поупирался аж целые сутки, но не смог выдержать осуждающие взгляды Пакпао и ХеМи. Я благоразумно в этом дурдоме участия не принимал. Ну его на фиг!

- Где мои перчатки? – с недовольными нотками в голосе задала вопрос СонМи, уже сидя в кресле и держа в руках отпечатанную книгу.

Дорого, блин, обошлись нам десять первых и по факту единственных пока экземпляров книги: «Гарри Поттер и философский камень». Когда отец услышал цену, которую запросили печатники, как мне показалось, он чуть ли зубами не скрипнул, но всё же безропотно расплатился. Причина высокой цены оказалась довольно проста. Мало заказали – ценник большой. Много заказали – ценник умеренный. Очень много - … Тут в принципе понятно всё.

- Вот они, держи, - протянул я сестре пресловутые перчатки из шёлка, которые она заказала у мастера, как и платье, в коем сейчас восседала на кресле аки царица Савская.

(Образец платья.)

С платьем чуть не приключился конфуз, когда мастер – старичок лет ста пятидесяти на вид указал на то, что в те времена платья европейцы носили уже с открытым верхом. Ну, то-есть ключицы должны быть видны. Надо было видеть лица ХеМи и СонМи в этот момент. Если бы взглядом можно было убить? Боюсь дедок не дожил бы даже до конца этого дня. Однако, под ехидные комментарии мастера Ли был выбран удовлетворивший всех образец, в котором сейчас онни и восседает с недовольным выражением на лице. Мне лично мастер показался мужичком с юмором. Как он моих?.. Красавчик!

- «Что б ещё раз я взялся с ней что-то делать вместе?» - прикидывал расклады на будущее, отходя назад к парню, которого завербовала СонМи быть оператором. – «Да ни за что на свете! Все нервы мне вымотала своими «хотелками» и «улучшениями». Еле отбился.»

Как я понял оператор, как и сестра студент Корё только с другого факультета. Типичный кореец! Вот прям почти карикатурный.

- «Почему ты разговариваешь со мной так неуважительно, маленькая девочка?» - выдал этот перец местного разлива, когда нас представила друг другу онни.

А я всего-навсего после того, как поздоровался, решил перейти сразу к делу и предложил своё видение подготовки и проведения съёмочного процесса. Ну да! Заговорил с ним по-простому - без лишних экивоков. Но чего выёживаться-то сразу? Нет, я этих местных закидонов точно никогда не пойму. А онни - зараза! Как специально выбрала парня младше себя и, разумеется, с учётом того, что он с её параллели старше меня. В общем, я вновь оказался самым младшим. И был определён в: «Принеси, подай, иди на фиг не мешай!» Да и наплевать!

- Так! Приготовились! – скомандовал Чжи ВонХо, стоя уже возле камеры, которую этот сноб обосрал словесно, когда впервые её увидел.

- Дешёвка, - фыркнул он тогда и уточнил. – Баланс белого не настроить.

- «Хрена ты, чувак, губу раскатал!» - посетила меня мысль в тот момент. – «Чтобы купить профессиональную камеру с такой настройкой, нужно потратить в пять раз больше, чем стоит эта.»

Да, я изучил этот вопрос практически досконально, а потому знал уже тогда, что настоящая профессиональная камера стоит от пяти тысяч вечнозелёных президентов. Такую сумму на всякую фигню даже СонМи не способна выморщить из ДжэУка, а я у бабули.

- Начали! – указав на СонМи рукой скомандовал старт съёмок оператор и онни откинувшись за ухо заговорила.

- Добрый вечер! Позвольте представиться, я Ким СонМи и сегодня вы услышите удивительную историю, произошедшую с одним моим хорошим знакомым, - беря в руки книгу со стола начала играть онни и говорила она, разумеется, на английском.

- «Вау!» - мысленно восхитился я, стоя немного в стороне от ВонХо. – «Во даёт сестрёнка! Даже голос изменился.»

Кинул взгляд на сидевшую в это время в углу ХеМи, которая, приложив ладошки к щекам так же, как и я по всей видимости оценила актёрский талант своей старшей дочери.

- Гарри Поттер и философский камень. Глава первая. Мальчик, который выжил, - приступила тем временем к чтению книги СонМи удивительно профессионально играя голосом, как тембром, так и интонацией. - Мистер и миссис Дурсль проживали в доме номер четыре по Тисовой улице и всегда с гордостью заявляли, что они, слава богу, абсолютно нормальные люди. Уж от кого-кого, а от них никак нельзя было ожидать, чтобы они попали в какую-нибудь странную или загадочную ситуацию. Мистер и миссис Дурсль весьма неодобрительно относились к любым странностям, загадкам и прочей ерунде.

- «Процесс пошёл», - мысленно похвалил себя я, направляясь к ХеМи и присаживаясь радом на такой же пластиковый стульчик. - «Кто молодец? Я молодец!»

Пока онни читала под запись книгу, Лалиса наклонила голову на плечо матери и незаметно для себя заснула. ХеМи лишь улыбнулась увидев, как её младшая дочь сопит, иногда морщась во сне.

- Устала, маленькая моя, - ласково проведя рукой по волосам девочки прошептала женщина и вернула всё своё внимание на старшую дочь, которая в данный момент делала первые шаги на пути к своей мечте.

Место действия: Сеула. Небольшой ресторанчик

Время действия: это же время

За одним из столов данного заведения сидят двое мужчин возрастом чуть за сорок. Весь стол заставлен мисочками и тарелками с заказанными блюдами. Невысокая кореянка заполняет его доставленным ею заказом клиентов. Вроде бы уже и поставить то всё принесённое некуда. Однако девушка очень ловко умудряется отодвигать представленные на столе тарелочки и мисочки компонуя их так что по непонятным причинам местечко находится. Девушка уходит, забрав опустевшую посуду и мужчины возобновляют беседу, прерванную появлением официантки.

- Слушай, хён, - обращается ХёнСок к своему единственному настоящему другу. – Ты чего такой странный сегодня? Весь какой-то задумчивый… Мы почти полгода не встречались, а ты сидишь будто кимчхи протухшее на стол подали. Что случилось?

- Это я так…, - потянувшись за Ттокпокки (По сути ттокпокки — это пресный тток в жидком остром соусе. Основу блюда составляют колбаски из рисовой муки «карэтток», которые корейцы чаще всего покупают в виде полуфабриката. Карэтток имеют нейтральный вкус, а потому добавить к ним можно практически любые ингредиенты. Изначально блюдо токпокки имело скорее кислый вкус, однако со временем стало острой уличной едой.) начал говорить ДжэУк. – Устал просто… Да и девочки последнее время устроили мне «весёлую жизнь».

- Про младшенькую ты рассказывал, а что умудрилась натворить СонМи?

- В том то и дело что они сейчас сговорились, - ответил ДжэУк и стал пережёвывать пищу, но так и не дожевав до конца продолжил. – Представляешь? Лалиса написала книгу, а СонМи её будет читать под запись изображая аджуму в летах. И угадай кто за это всё платит?

- Ха! - как-то излишне жизнерадостно выдал ХёнСок лучше кого-либо понимая о чём идёт речь.

- Тебе смешно, - скривился ДжэУк, беря со стола стопку, наполненную соджу и кивая на такую же стоящую рядом с собеседником. – А что мне делать?

Мужчины выпили, не чокаясь и быстренько закусили и лишь затем продолжили беседу.

- Крепись, хён, крепись. А вот мои вроде вошли в ритм и больше проблем не доставляют, - заговорил ХёнСок, решив поведать о своих подопечных тем самым отвлекая друга от семейных трудностей. – Присутствуют конечно разного рода мелочи вроде небольших травм и болезней, но без этого никуда. Кстати, - встрепенулся мужчина. – SBS (Seoul Broadcasting System - южнокорейская телевещательная и радиовещательная частная сеть.) предложили неплохой контракт.

- Это хорошо, - кивнул ДжэУк припоминая с какими трудностями пришлось столкнуться его другу в самом начале пути когда он решил создать своё агентство. – Да, чуть не забыл… ХеМи приглашает тебя в гости. Придёшь?

- Твоя омма ещё в Сеуле? – с подозрением взглянув на друга задал вопрос ХёнСок.

Нет, он не боялся госпожу Пакпао. Просто в последний раз, когда они виделись матушка ДжэУка, умудрилась насильно невзирая на вялые протесты мужчины познакомить его с дочерью своей подруги, от которой ХёнСок в последствии еле отбился.

- Всё никак не можешь забыть ДаХи? – с ехидцей спросил ДжэУк, быстро поняв почему был задан вопрос.

Одарив друга многозначительным взглядом ХёнСок, перевёл разговор на другую тему давая таким образом однозначный ответ на его вопрос.

- Расскажи лучше о Лалисе, - предложил он, а про себя подумал. – «Ну и имечко придумала госпожа Пакпао своей внучке!»

О процессе переименования младшей дочери лучший друг поведал в самом начале их посиделок.

- Она вообще молодец, - с удовольствием начал говорить ДжэУк. – Поступила в Школу Искусств Сонхва.

- Правда, что ли?

- Да я сам был удивлён. Её документы в эту школу подал на удачу, и дочка не подвела. Она очень много занималась и вот результат – поступление в лучшую школу страны.

- Тебе есть чем гордиться, хён.

- Это так, - самодовольно подтвердил мужчина. – Она, кстати, снова занялась музыкой и ещё танцами. Записалась в какую-то танц студию и ходит туда почти каждый день. Но если честно, то не представляю, как она будет совмещать это всё со школой и занятиями бегом?

- Музыкой? – решил уточнить ХёнСок.

Как человек зарабатывающий на миску риса крутясь в индустрии развлечений мужчина не мог не поинтересоваться. Сделано это было чисто на автомате без каких-либо далеко идущих планов.

- Да, снова занялась музыкой, - ДжэУк потянулся за кусочком мяса сейчас жарящемся вместе со своими товарками на небольшой жаровне в центре стола, - и у неё даже кое-что стало получаться. Дирижёр Им ТоЮн её похвалил, когда мы отмечали день рождения Лалисы в The Plaza Seoul. Он там был со своими друзьями из России.

Услышав имя самого известного в стране дирижёра Кореи, глава небольшого музыкального агентства из второй волны встал в стойку. Нюх бывшего айдола завопил во всю глотку: взять! Хватать! Моё! На самом деле все три года, что существует его агентство ХёнСок боролся с ветряными мельницами пытаясь вылезти всеми правдами и не правдами наверх восстанавливая для этого связи, утерянные давным-давно. Однако для достижения этой цели нужны победы его айдолов, которые по большому счёту ещё не вышли на сцену, а пока ещё только готовятся к дебюту. Первые шаги сделаны и есть некоторые успехи, но это мелочь особенно если посмотреть на таких монстров как SM, JYP, CUBE Entertainment и ещё парочка титанов индустрии.

- «Акционеры давят и торопят», - подумал ХёнСок. – «Как будто не знают, что «не стоит торопиться выпить свой суп из кимчхи» (Русский аналог: всему своё время.). Нет, всё равно подгоняют.»

- И что сказал уважаемый дирижёр Им ТоЮн?

- Похвалил Лалису за то произведение, что она написала и сыграла на свой день рождения. Они там с оммой что-то обсудить решили по поводу дочки. Я не вмешиваюсь. Ты же знаешь… Музыка — это не моё.

На самом деле нехватка толковых авторов как текстов, так и музыки ахиллесова пята всех агентств и все они гоняются за профессионалами в этой области скалясь на конкурентов. Тягаться с верхушкой ХёнСок даже и не мечтает. Но всё же, всё же…

- А отправь её ко мне, хён, - неожиданно предложил ХёнСок, прикидывая в уме что он всё едино ничего не теряет даже если дочка друга окажется бесталанной. – «И если повезёт… То агентство может получить пока никому не известного композитора. Да и Лалиса будет под присмотром.»

Он по-настоящему любил ДжэУка и его семью. Не потому, что свою так и не завёл до сих пор. Нет. Просто он понимал, как ему повезло с другом. В самые трудные для него времена, когда от него отвернулись все знакомые и так называемые «друзья» ДжэУк остался рядом и поддерживал, а иногда и откровенно тащил его из той пучины безнадёги, в которую свалился мужчина. Такое не забывается.

- Не вижу никаких препятствий, - пожал плечами ДжэУк и разлил соджу по стопкам. – Только скажи, когда и куда ей подойти.

ХёнСок кивнул, друзья на этот раз чокнулись, держа стопки обеими руками и вновь выпили. Вернулась та же официантка и забрала освободившуюся посуду.

- Ты так и не надумал жениться? – спросил ДжэУк, возвращаясь к нелюбимой теме разговора для ХёнСока.

Мужчине просто захотелось подшутить над товарищем, но ответ он получил неожиданный.

- Знаешь… Я в принципе и не против бы…, - вертя в руке палочки как-то задумчиво произнёс ХёнСок, а затем закинул в рок кусочек мяса с жаровни.

У ДжэУка непроизвольно округлились глаза.

- …только вот в чём проблема… Не на ком, - увидев реакцию друга ХёнСок не сдержал усмешки. – Что тебя удивляет? Я не молодею.

ДжэУк по-новому взглянул на товарища.

- «Раз с ходу подшутить не удалось, стоит продолжить в этом же направлении», - подумал он и предложил. – Моя омма может помочь…

Сказано это было как бы между прочем, но ДжэУк отслеживал реакцию друга. На этот раз глаза округлились у ХёнСока, и он, подавившись, закашлял.

-Кха-кха, - выплюнув кусочек не дожёванного мяса согнулся над столом друг и кое-как откашлявшись заявил. – Не вздумай!

ДжэУк от всей души рассмеялся. Реакция была именно такой на которую он и рассчитывал. Пожалуй, даже чуть более эффектной.

- Боишься? – прищурился ДжэУк и улыбнувшись успокоил товарища. – Не переживай. Я же тебе друг, а не враг. И так тебя подставлять точно не буду.

ХёнСок неодобрительно помотал головой, недовольно глянув на друга.

- Ещё пара таких шуток и мне не жена понадобиться, а доктор или нечто более страшное.

Место действия: один из салонов красоты Сеула.

Время действия: тринадцатое сентября 2009 года. Шесть часов после полудня

Напротив зеркала на высоком вращающемся стуле сидит Лалиса. Рядом в точно таком же расположилась СонМи. Сёстры только что сделали педикюр и сейчас решается вопрос какие причёски хотят девочки.

- Омма будет ругаться, - говорит СонМи, глядя на Лалису.

Младшая сестра не отвечает, продолжая молча смотреть на своё отражение задумавшись. Она только что попросила мастера сильно укоротить волосы. Старшая сестра, услышав это не смогла промолчать.

- …и в школе могут возникнуть проблемы…, - продолжает убеждать мелкую СонМи.

Лалиса склоняет голову на бок, рассматривая своё отражение в зеркале, поджав губы.

- «Чёртовы патлы! Как же вы достали! Задолбался я каждое утро вас расчёсывать!» - размышляю, прикидывая все за и против короткой стрижки. – «Но как бы там ни было СонМи права. Разборки с матушкой сейчас будут лишними. Не до этого пока.»

Мастер – девушка лет двадцати с хвостиком стоит рядом молча, держа в руках расчёску и ножницы.

- …а уж про хальмони я вообще молчу, - многозначительно заканчивает СонМи и на её лице появляется улыбка.

Покосился на сестру.

- «Смешно, блин, ей. А мне что делать?»

- Маленькая госпожа, - вступает в уговоры мастер, - у вас очень красивые волосы. Зачем вам их укорачивать?

Кинул взгляд через плечо на мастера.

- «И эта туда же. Бабьё чёртово! Сговорились они что ли все? Ну, вот чего хорошего в длинных волосах? Что в них такого?»

- И…? – видимо устав ждать и наклонившись к сестре спросила СонМи.

- Хорошо, - обречённо согласилась со словами старшей родственницы Лалиса и обратилась к мастеру. – Просто подравняйте и всё.

Мне показалось что не только онни издала облегчённый выдох.

На самом деле дела мои идут довольно неплохо последнее время. Да что уж там говорить? Хорошо идут дела. Потихоньку приступил ко второй книге о Гарри Поттере, и мы смогли записать несколько глав философского камня. Возникли небольшие проблемы с субтитрами для видео. Не то чтобы это сложно. С технической точки зрения - фигня! Но вот работа с ними времени занимает просто невероятное количество. С танцами тоже вроде ни чё так получается. Парни даже косятся периодически. А всё потому, что прогресс на лицо. И по местным меркам это что-то из разряда читерства. Уж не знаю почему так, но двигаться мне всё проще и проще с каждой тренировкой. Правда это не освобождает меня от повторения движений по сто раз подряд. В этом, пожалуй, самая затыка. Лень – матушка накрывает с головой. Иногда. Хотя если смотреть на картину в целом, то это не совсем правда. Расписание у меня такое что будь я в своём старом теле взвыл бы уже на первой неделе. Здесь же как будто батарейка в... Всё время хочется двигаться. Это настораживает.

- «Придумала тоже… Короткая стрижка», - покосившись на сестру думает СонМи, а затем возвращается к созерцанию того, как мастер лёгкими движениями работает с её волосами. – «Надо набрать оппу, а то он что-то не звонит.»

Зазвонил телефон Лалисы. Девочка с молчаливым вопросом в глазах посмотрела на мастера, что сейчас занимается её волосами. Та кивнула, давая понять, что клиентка может ответить на звонок.

- Аньён, ЮнХо-оппа, - приложив смартфон к уху здоровается девочка.

- «Снова этот музыкантишка», - пренебрежительно скривившись думает СонМи. – «И чего она в нём нашла?»

- Да, сегодня буду. Мы же с тобой всё уже обсудили.

Мастер попросила Лалису переложить телефон к другому уху.

- ДжэДжун мне другое говорил.

- «Надо будет с ней сходить и посмотреть на этих парней. И вообще…»

- Попробовать записать? – спрашивает Лалиса и задумавшись прикусывает нижнюю губку забавно нахмурив брови. – Ну, хорошо. Я подумаю.

- «Сонсенним сказала, что у меня просто превосходно получается перевоплощение на сцене», - вильнули мысли СонМи на свою мечту и тут же перескочили на иное. – «И почему Лалиса не хочет начать выкладывать книгу сразу? Ведь прилично уже записали. Да и ВонХо со мной согласен. Только вот субтитры эти...»

Девушка бросила очередной взгляд на младшую сестру. Та тем временем продолжает разговаривать по телефону.

- Есть у меня одна идея, но её лучше при встрече обсудить, - выслушав ответ девочка продолжает. – Потому что надо показывать. На словах это не получится объяснить. По крайней мере не всё…

- «Ещё что-то придумала», - удивляется СонМи, слушая разговор сестры и разглядывая маникюр на правой руке. – «Вот бы мне так. И откуда она только берёт все эти идеи?»

- Договорились. Аньён, ЮнХо-оппа, - заканчивает разговор Лалиса и убирает смартфон в карман джинс, в которые она сегодня вырядилась несмотря на жару.

Место действия: Сеул. Студия танцев

Время действия: тринадцатое сентября 2009 года. Вечер

В помещении довольно жарко и немного душно несмотря на работающий кондиционер. Парни отрабатывают последовательные синхронные движения одного из разучиваемых ими каверов. Открывается дверь и в студию заходит Лалиса. Увидав что ребята ещё не закончили девочка тихонько проходит вдоль стенки и присаживается на одну из скамеек, стоящих вдоль стен.

- Молодцы! – хвалит мемберов своей группы (Мембер – участник или член группы.) ДжэДжун, когда музыка останавливается и все замирают на месте завершив последнее движение.

- Аньён, парни, - поздоровался я с присутствующими.

- Аньён, Лалиса.

- Аньён.

- Аньён, мелкая.

Полетели ответные приветствия и только ДжинСу выделился, снова назвав меня мелкой.

- «Вот ведь…!»

- Надо же! - с ехидством в голосе направляясь к скамейке, на которой лежит полотенце и начинает говорить ХоВон. – ДжинСу даже ни разу и не сбился.

- Я всё слышу, - недовольно покосившись на друга ворчит ДжинСу.

Слышаться не обидные смешки. ЮнХо подсаживается к Лалисе.

- Ну что? Готова поделиться своими мыслями?

- В общем-то, да, - кладя смартфон на стол отвечает девочка. – Только не знаю, как все отреагируют на мои слова. Вы же предпочитаете работать в стиле хип-хоп, а как мне кажется это слишком узкая направленность.

- Меня лично другие стили и не интересуют, - задумчиво произносит ЮнХо и добавляет, - но пока дела идут не очень хорошо. Вот как раз поэтому я и решил обратиться к тебе…

Лалиса вопросительно смотрит на парня, не произнеся ни слова.

- У тебя странный взгляд на вещи, - вдруг признаётся юноша и заметив приподнявшиеся брови девочки быстро добавляет. – Я имею в виду в хорошем смысле. Ничего такого…

- Спасибо. Это ладно. Ну, а как парни? Готовы выслушать «мелкую»? – с долей иронии задаёт вопрос Лалиса. – В последний раз МиЧжун чётко дал понять, что моё мнение вообще никого не интересует.

- Не начинай. Ладно? Он же извинился потом.

- Ага, - скривилась девочка. – Только после того, как ты его фактически заставил это сделать.

- Но извинился же? – уточнил ЮнХо. – Нормально они тебя выслушают. Мы уже всё обсудили так что не переживай.

Эта довольно неприятная история произошла три недели назад как раз во время репетиции, на которой парни приняли решение запилить кавер на хит местной группы Super Junior, дебютировавшей аж четыре года назад и сейчас рвущей всех и вся на эстраде. Я тогда по наивности решил высказать своё мнение о том, что не имеет смысла заниматься подражательством и нужно искать свой путь, а в ответ получил отлуп в словесной форме от этого самого МиЧжуна.

- Да что ты понимаешь? Сама даже танцевать толком не умеешь, а лезешь с советами, - услышал я тогда отповедь от слегка раздражённого небольшой неудачей парня.

Вот если честно… Будь я в своём теле, то послал бы его так далеко что он бы неделю искал то место куда ему предстоит отправиться. А так пришлось промолчать. Только зубы сжал, послав его про себя и даже мысленно соизволил направление указать чтобы человек не плутал. Вроде мелочь. Но эта мелочь вполне доходчиво показывает уровень отношения к девушкам в корейском обществе. И оно ещё раз наталкивает меня на мысли о том, что лучше дел с парнями не иметь никаких. Хотя эти ребята вроде ничё так. Если бы меня сейчас спросили: почему согласился им помочь? Я бы скорее всего ответил, как истинный еврей: а почему я не должен помогать? Меня учат тому, что мне интересно на халяву. Причём учат на совесть и денег при этом не берут. Глянул тут на досуге сколько стоит обучение у профессиональных преподавателей и чуть не поседел. Цены – жуть! За такие бабки что запрашивают они должны… Нет, просто обязаны выпускать как минимум Хоакинов Кортесов (Настоящее имя – Хоакин Педраха Рейес. Родился в 1969 году в Кордобе, Испания. Всемирно признанный гений танца.) Причём делать они это обязаны бесперебойно. Да и парни нормальные потому и решил помочь. С меня не убудет. Да и на самом деле стало просто интересно получится ли хоть что-то из задуманного.

- «Да чего мне-то переживать? Это вам надо», - задумался я на пару секунд и затем кивнул. – Хорошо. Идём.

- Эй, парни! – обрадовавшись подскочил ЮнХо, привлекая к себе внимание ребят сейчас разбредшихся по своим делам.

Пришлось ждать пока вернётся ВиЧан, а это именно он убежал в туалет пока был перерыв.

- «Обосрался бедолага от усердия», - хохмил я про себя, глядя на то, как парень бегом возвращается в студию. – «Эвон оно как людям хочется стать знаменитыми. Пашут аки лошади. Правда толку пока маловато. Ну, это дело поправимое. Я надеюсь.»

Народ расположился вдоль двух стен студии. Пришлось выходить на середину зала чтобы было видно всех, а самое главное меня.

- Что происходит? – наклонившись к ХоВону, спросил шёпотом ВиЧан.

- ЮнХо сказал, что у них с Лалисой появилась идея, как нам стать знаменитыми, - так же шёпотом ответил парень.

Мы кое-что с ЮнХо по телефону уже успели обговорить пока я добирался до студии и в принципе он меня поддержал. Успели также обсудить общую концепцию, разумеется, не вдаваясь в детали.

Выйдя в центр, я повернулся лицом к парням и почесал висок прикинув с чего начать.

- «Надо бы для начала похвалить народ что ли? Где-то слышал, что лучше всего начинать новое дело с позитивчика.»

Рядом со мной встал ЮнХо готовый поддержать в случае чего. Мне оно так-то ни к чему, но это всё-таки приятно.

- Мы с ЮнХо-оппой кое-что придумали, - начал я говорить, окидывая взглядом парней. – В общем, вам нужна смена стиля и надо найти ещё одного мембера в группу.

Ответом на прозвучавшее предложение была гробовая тишина, которая меня, честно говоря, даже приободрила и я продолжил вещать.

- У нас уже есть идея по поводу общей концепции, и мы на днях приступим к работе над несколькими треками. Тексты песен в черновую у меня уже готовы.

Тут началось оживление.

- Что за песни?

- Кто автор?

- В каком стиле?

- Зачем ещё один мембер?

Полетели вопросы от парней.

- Слушайте, - решив не размениваться на мелочи и не отвечать на вопросы продолжил я. – Вы сейчас делаете упор чисто на хип-хоп и R&&B стили с небольшими вкраплениями поп. Но это всего-навсего одна часть аудитории. Я же предлагаю двигаться сразу по нескольким направлениям, не зацикливаясь на одном.

- Да подождите вы! – пришёл мне на помощь ЮнХо, когда парни вновь загомонили и начали сыпать вопросами. – Дайте договорить человеку.

- «Вау! Девчонку причислили к роду людскому? Достижение, однако», - слегка нервничая, мысленно хохмил я.

Кивнув в благодарность парню и дождавшись пока все замолчат, продолжил вещать.

- В K-POP индустрии как правило мемберам групп придумывают образы, и все должны вести себя соответственно им. Мы так делать не будем.

Вновь наступила гробовая тишина. Разрыв шаблона на лицо. Кажись, даже ЮнХо посмотрел на меня в этот момент с противоречивым выражением на лице.

- ХоВон-оппа, - обратился я к парню, что учит меня танцевать, - зачем тебе кого-то изображать, если, по сути, ты уже сейчас являешься дэнс-машиной и просто классным парнем со своеобразной харизмой?

Вышеупомянутый выпрямился и выпятил грудь вперёд, сидя прямо на полу, а затем указав на себя обеими руками развёл их в стороны.

- Поняли, да? – с апломбом заявил он, обращаясь к друзьям и засмеялся.

- Никто и не спорит.

- Так и есть.

Пошли подтверждения моих слов от парней.

- ДжэДжун-оппа, - указал я на другого мембера группы, - ты бесспорный лидер хотя по старшинству находишься на третьем месте. Я пару раз видела, как ты умудряешься найти нужные слова, чтобы поддержать необходимую атмосферу в группе. Ну и в конце концов ты же всё это затеял.

- Это твоя вина! – неожиданно выдал ДжинСу.

Все присутствующие вытаращились на парня, не понимая в чём дело.

- Да-да, твоя…! – укоризненно глядя на ДжэДжуна, повторил самый старший из ребят. – И я рад, что ты тогда притащил меня сюда.

Сказав последнюю фразу ДжинСу, заулыбался, добившись нужного результата.

- Спасибо, хён, - немного смутившись, кивнул ДжэДжун.

- А самое главное, - повысил я голос, чтобы меня хорошо расслышали в начавшемся гомоне, - ты владеешь английским на высоком уровне, в отличие от остальных, и это сильно поможет в общении с иностранными фанатами.

На этих словах парни начали отводить глаза в стороны будто что-то их заинтересовало в углу или в другом конце студии и даже на потолке.

- Идём дальше, - не стал я акцентировать внимание на этом моменте.

Хотя, откровенно говоря, хотелось постебаться над их уровнем владения культовым для любого корейца английским языком. Блин, да я в первый год, когда начал учить английский язык, уже мог им пользоваться в разы лучше чем эти представители "самой трудолюбивой нации в мире". А вот ДжэДжун и правда хорош.

- МиЧжун-оппа, я никогда не видела, чтобы так двигались как ты, - обратился к третьему мемберу группы. – Тебя хоть сейчас можно выпускать на балетную сцену. Твои движения настолько плавны и изящны…, - развёл руки в стороны, приподняв плечи, и помотал головой, показывая тем самым, что у меня нет слов, насколько круто он смотрится, когда танцует.

Тут я ни разу не соврал. Парень настолько хорош, что порой, мне кажется, будто смотришь не на человека, а на порхающую гимнастическую ленту.

- Ну, это… Ты скажешь тоже, - потупился парень явно смутившись.

- А когда ты вот так смущённо улыбаешься, то становишься настолько милым, что это даже невыносимо, - добавил я масла в огонь и не прогадал.

МиЧжун порозовел.

- «Блин», - подумал, разглядывая парня, - «ну прям детский сад с барабанами. Ладно. Идём дальше.»

- ВиЧан-оппа, - услышав своё имя, парень встрепенулся, - у тебя просто потрясающе фотогеничное лицо. Я видела твои фотки в сети. Ты скромный и эта твоя особенность делает тебя очень привлекательным в глазах окружающих.

- Эм, - замялся парень и начал краснеть так же, как и МиЧжун до него. – Спасибо. Я в общем… Эм… Спасибо.

- ЮнХо-оппа…, - перевёл взгляд на стоящего рядом парня и задумался на показ, а затем просто махнул рукой и, вернув взгляд на рассевшихся у стен парней, сказал. – ЮнХо просто крутой.

И тут я решил чутка приколоться и кое-кому отомстить.

- «Да свершится моя месть – беспощадная и неотвратимая! Месть – сладкая месть! А то стою тут как незнамо кто и убеждаю непонятно зачем этих великовозрастных обалдуев? В общем-то понятно зачем… И тем не менее…»

- Ну вот, кажется и всё, - произнёс я и замолчал в ожидании реакции, которая не заставила себя долго ждать.

- Э-э-э! – выпалил ДжинСу, оскорбившись до глубины души. Парень даже вскочил от негодования. - А я?

- А что ты? – продолжил я прикидываться дурочкой.

- Про меня что, сказать нечего что ли?

- Зачем? – кинул через плечо вопрос, направившись к сколу, на котором стояли бутылочки с негазированной питьевой водой.

Взяв одну из них, попытался открыть. Не получилось… Снова попытался, но всё с тем же результатом. Ко мне подошёл ЮнХо и, забрав тару, открыл её, а затем вернул обратно и зашептал на ухо.

- Зачем ты так с ним?

Не ответив на вопрос, я сделал глоток и пошёл к одной из скамеек под ошарашенными взглядами ребят. Неловкая пауза затягивалась. Усевшись, наклонил голову на бок и стал рассматривать ДжинСу. Парень набычился и сверлил меня очень недобрым взглядом.

- Расслабься, ДжинСу-оппа, - улыбнулся я, решив, что достаточно мучить человека. – Ты реальный красавчик. Поэтому и говорить нечего.

- А чего ты тогда…? – начал было говорить он и запнулся, а затем прищурившись спросил. – Это месть за «мелкую», да?

- «Блин, догадливый!» - вполне искренне восхитился я его сообразительностью и подтвердил. – А нечего меня так называть! Сколько раз тебе я говорила, что мне это не нравиться?

- Нельзя же быть такой…, - не смог он с ходу подобрать нужного слова и, помотав головой, пожал плечами. – Из-за подобной мелочи…

Лалиса, услышав последнее слово, поджала губы и с прищуром посмотрела на ДжинСу. С разных сторон раздались смешки.

- Я не это имел в виду, - быстро исправился парень. – И всё равно. Ты злопамятная!

- Ничего подобного, - поднявшись ответила Лалиса и, задрав нос, уточнила. – Просто я – злая! И память у меня хорошая.

Послышались негромкие смешки, и мы приступили к более подробному обсуждению того, как будет строиться дальнейшая работа.

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: девять часов после полудня

Женщины заняли диван в гостиной и сейчас смотрят очередную серию дорамы. На экране телевизора молодой красивый парень что-то выговаривает девушке, которая стоит с опущенной головой. Из коридора долетает звук открывающейся двери, и буквально через тридцать секунд в помещение заходит Лалиса. У девочки явно хорошее настроение, потому что на её лице играет жизнерадостная улыбка.

- Чем занимаетесь? – задаёт она вопрос и, не дожидаясь ответа, плюхается в своё любимое кресло, которое всегда свободно.

- «Молодожёны» второй сезон начался, - отвечает Пакпао, кинув взгляд на младшую внучку.

- «Хренотень», - подумал я, вспомнив первый сезон, который меня фактически насильно заставили смотреть. – «Хотя и он сейчас сойдёт. Что-то я подустал.»

- Кушать будешь, дочка? – задаёт вопрос ХеМи, оторвавшись от просмотра.

- Нет, спасибо, омма. Не хочу…

Время за просмотром этой тягомотины пролетело довольно быстро.

- И где он? – кинув взгляд на часы и ни к кому конкретно не обращаясь, задаёт вопрос Пакпао очевидно имея в виду сына.

Как я понял, отец ушёл на встречу со своим другом. Давно ушёл. Я-то, собственно, не парюсь по этому поводу. Взрослый мужик в действительно самой безопасной стране мира. Ну что может случиться?

Место действия: лифт

Время действия: десять часов сорок минут после полудня

Двое мужчин только что зашли, если можно так сказать, в кабину и долго с напряжением всех своих физических и интеллектуальных сил пытаются нажать кнопку необходимого им этажа. Дело двигается не быстро. Совсем не быстро. Но рано или поздно всё заканчивается. Вот и данный «великий подвиг» был свершён, и кнопка, упорно бегавшая от «пальца возмездия», была вдавлена в панель. «Адская машина», созданная для издевательства над уставшими от «трудов праведных» людьми, невыносимо ударила по ногам товарищей и те, не выдержав такого напора, окончательно выбились из сил.

- Меня сейчас ст…, - попытался заговорить один из мучимых этим беспощадным бытием, прислонившись боком к стенке лифта. – Ст…

Чудовищно сложное и неподъёмное слово упорно не желало покидать рот говорившего, дабы не разрушить установившуюся пастораль бытия.

- Что? – задал вопрос второй мужчина, приоткрыв один глаз.

Тяжёлый рабочий дневной график и не менее тяжёлый вечер истощили бедолагу окончательно ещё до того, как он оказался внутри "кабины для пыток". Именно так сейчас мужчина думал об этой железной коробке, что несла их вверх, нисколько не заботясь об истощённом состоянии своих пассажиров.

- Я грю, - попытался всё же произнести страшное слово первый мужчина, - что мня сщас ст… ст…

- Хён, я тя не пнимая, - сглотнув, заговорил второй мужчина, пытаясь удержать упорно закрывающееся веко открытого с таким трудом собственного глаза.

Веко второго глаза слушаться отказывалось наотрез, как бы не старался мужчина его приподнять. Он даже хотел подключить руки к этому делу, но понял, что устал слишком сильно и бросил попытки.

- «Надо в бльницу сходить», - подумал он. – «Посему оно не…?»

- Мня сейчас стошнит, - свершилось чудо и страшное слово, вылетевшее из уст первого мужчины, совершило не менее великое чудо, открыв второе веко соседа.

- Не надо, - еле ворочающимся языком, выдавил из себя второй мужчина и сглотнул подступивший к горлу ком. – Иначе мня тоже ст… ст… - попытался выговорить страшное слово он, но не смог и подумал. – «Какое сложное слово.»

Лифт остановился, и двери разъехались в стороны.

- Надо встать, - посетила первого мужчина своевременная мысль, которой он не преминул поделиться с другом.

- А я не могу, хён, - хохотнул второй мужчина, попытавшись безуспешно водрузить себя на ноги.

Совершив столь же безуспешную попытку подняться что и его друг первый мужчина, скомандовал предварительно рыгнув:

- Тогда поплзли.

Два измученных реалиями бытия «корейских труженика», используя все четыре конечности, покинули «пыточную» и замерли посередине коридора.

- В кукую сторну...? – повернув голову вправо, а затем в лево, задал вопрос второй мужчина.

- Пджди, - пробормотал первый и задумался.

Думал он довольно долго. Настолько долго, что конечности второго мужчины стали его подводить, не выдерживая тяжести хозяина, и тот смачно приложился лицом о ковровую дорожку, когда одна из его рук подогнулась.

- Нлево, - вспомнив направление, выдал первый мужчина и чуть сам не растянулся на полу, пытаясь помочь другу принять положение способствующее перемещению в пространстве.

До необходимой двери «труженики» добрались спустя пять минут, периодически замирая, дабы перевести дыхание и восстановить подорванные силы. И вот, наконец, «свершилось чудо!». Цель столь долгого и утомительного путешествия была достигнута. Второй из «спринтеров» приземлил своё тело рядом с косяком, облокотившись о стену, и расфокусированным взглядом посмотрел на товарища. Лидер данного забега «инвалидов труда» упёрся головой в дверь. Соприкосновение страдающего тела с металлом сопровождалось громким звуком:

- Бум.

Мужчина замер в позе барана, наконец-то добравшегося до пресловутых ворот. Несколько раз широко раскрыв глаза, чтобы поймать фокус бытия, второй мужчина в итоге всё же смог сосредоточить своё внимание на друге.

- Хён, - негромко позвал он того, впрочем, ответа не последовало.

По всей видимости силы, потраченные на затяжной рывок, были последними, и хён впал в счастливое забытие.

Хён! – более настойчиво и громко повторил попытку, связаться с ушедшим в астрал «спринтером», второй мужчина.

На удивление, она оказалась успешной. Подпирающий своей безусловно могучей головой дверь, на которой держится мироздание, «титан» открыл глаза и не отрываясь от металлической поверхности, заменившей в данный момент небосвод, повернул лицо к товарищу и задал вопрос:

- Что?

- Ключи… Они же у тебя, - услышал он слова второго мужчины.

- Знаю, - буркнул «титан» и попытался поднять руку, на одной из которых покоилось его могучее тело, чтобы залезть в карман за ключами.

Попытка эта чуть было не познакомила уже его лицо с ковровым покрытием, и он замер, соображая, как поступить в сложившейся ситуации. Знакомиться с ковром не хотелось, а другие варианты разрешение этой фундаментальной проблемы упорно не шли в голову.

- В крмане, - пробормотал «титан», обращаясь к другу, и чуть погодя решил уточнить. - Ключи.

- Надо достать, - предложил второй мужчина, не осознавая, что данное действие сейчас не доступно для товарища в силу некоторых обстоятельств.

Почмокав губами «титан» сообразил, что ему прямо-таки необходима помощь в этом не простом деле и немного повернув голову предложил.

- Дстань.

- Что? – потребовал объяснений спутник, борясь в это время с закрывающимся веком на левом глазу.

- Ключи дстань.

Первая попытка прийти на помощь «титану» не увенчалась успехом по причине повторной встречи лица «героя» с ковровым покрытием коридора. Почесав о него щетину, по всей видимости проверяя её наличие, «герой» смог всё-таки добраться до кармана друга и вытащил оттуда ключи по ходу действа, кажется, порвав ему этот самый карман.

- О! Ключи! – немало удивившись, выдал «герой», держа в руках связку, и задал вопрос. – А зчем они?

«Титан» погрузился в глубокие раздумья. Произошло это потому, что ответ на столь сложный и можно даже сказать сакраментальный вопрос был за пределами его понимания. Повисев так некоторое время и даже умудрившись удержать, падающие под своей чудовищной тяжестью, веки мужчина, выдал не менее сакраментальный ответ, потом качнулся и второй раз стукнулся головой о «небосвод», который сейчас собой олицетворяла металлическая преграда в виде двери.

- Бум.

- Дверь.

«Герой», добывший столь желанный сейчас трофей, перевёл свой взгляд на вышеупомянутый объект и тоже ушёл в глубины своего сознания, стараясь поймать мысль, на которую его пытается натолкнуть «титан».

Место действия: квартира семьи Ким. Гостиная

Время действия: это же время

- Я же говорила, что кто-то постучался, - проворчала Пакпао вслед удаляющейся Лалисе, которая как самая младшая была отправлена открывать дверь.

Лалису послали ещё потому, что но откровенно дрыхла в своём кресле, вместо того чтобы внимать величию задумки, реализованной автором в этом безусловно великолепном творении корейского сценарного и режиссёрского гения. Про игру актёров упоминать даже и не стоит. Они все играют просто божественно!

- Чуть что, сразу Лалиса, - ворчал я, неспешно направляясь к входной двери. - Поспать не дадут. «А я межу прочем устал. Сатрапы!»

Возмущения мои были вполне обоснованными. Я действительно устал за последнее время и где-то даже вымотался слегка. Подойдя к двери, задал полагающийся вопрос:

- Кто там?

Ответа не последовало, но было отчётливо слышно, что кто-то всё же за дверью есть.

- Кто там? – спросил повторно, чтобы удостовериться в том, что меня услышали.

Ответа вновь не последовало, но странные звуки усилились. Создавалось впечатление, что там за дверью идёт какая-то возня.

- Да какого чёрта?! – возмутился шёпотом и решил глянуть в дверной глазок. – Что за шутки?!

Коридор был абсолютно пуст. Там вообще никого небыли. Только я развернулся, чтобы отправиться досыпать в таком удобном, мягком и уютном кресле, как услышал удар в дверь. Причем это был именно удар, а не стук.

- Бум.

- Вы чё, издеваетесь что ли?! – уже откровенно разозлившись, приблизился к двери и снова задал вопрос на этот раз более громко. – Кто?!

Ответом мне была тишина, перемежаемая звуками непрекращающейся возни.

- Кто там, Лалиса? – долетел до моих ушей вопрос бабули.

- Мне бы кто сказал, кто там? – проворчал я, отстраняясь от глазка позволявшего лицезреть панораму коридора, который по-прежнему был пуст, и крикнул в ответ. – Не знаю!

- СонМи, сходи и посмотри, кто пришёл, - отправила вторую внучку Пакпао и глянула на невестку увлечённую просмотром дорамы.

Девушка, что-то буркнув себе под нос, поднялась и направилась к входной двери.

- Ты что, дверь открыть не можешь? – возмутилась онни, подходя ко мне.

- Так мне не ответили, когда я спросила: кто там? - проворчал я, припоминая лекции бабули, которыми она в своё время выела мне мозг.

Да и вообще… Будучи нонче особью ни фига не мужеского пола приходится вести себя несколько иначе. Произошла-таки определённая переоценка ценностей после некоторых событий.

- Там кто-то есть? – подходя к двери, задала ещё один вопрос сестра.

- Есть, но никто не отзывается. Вот я и не открываю.

- Кто там? – сыграв в попугая, прильнула к глазку СонМи, пытаясь увидеть незваных гостей, нарушивших мой сон и её увлекательное времяпрепровождение.

И вновь ответом на вопрос была тишина. Только непонятные звуки, просачивающиеся через дверь, усилились.

- Чего они там так долго? – не выдержала Пакпао и, поднявшись, направилась в коридор. – Пошли, - бросила она себе за спину.

ХеМи не хотелось идти потому как она была увлечена серией, но перечить свекрови женщина не посмела и пошла следом.

В коридоре женщин встретила забавная картина. Девочки, прильнув ушами к двери, стояли лицом друг к другу, периодически бросая реплики.

- Да тише ты! Не слышно ничего.

- Я молчу. Сама перестань говорить.

- Что тут происходит? – задала вопрос Пакпао и, не дожидаясь ответа, отстранила внучек от металлической преграды, взявшись за ручку.

- Там точно кто-то есть, - заговорила СонМи и бросила взгляд на сестру, та кивнула, - но они не отвечают, когда мы спрашиваем.

- Может полицию вызвать? – робко предложила ХеМи.

- Какая полиция, невестка? – скептически глянув на ХеМи, ответила бабуля и открыла дверь.

В туже секунду через порог в квартиру ввалилась половина тела. Мужского… Рядом с ним чуть позади копошилось ещё одно.

- Ага, - многозначительно произнесла Пакпао, глядя на отпрыска с его товарищем, которые пытались что-то сказать и принять вертикальное положения, но так как были лишены всяческих сил только и могли что барахтаться на полу, издавая нечленораздельные звуки лишь часть коих отдалённо напоминала корейскую речь.

- Дэбак! – раздался жизнерадостный возглас Лалисы.

Девочка, как и её сестра высунулись из-за спин женщин и взирали на отца. СонМи с выпученными глазами, а Лалиса с широченной улыбкой.

- Божечки мои! – воскликнула ХеМи и ринулась на помощь к спутнику жизни.

Поймав на себе недобрый взгляд бабули, младшенькая подавилась следующей репликой готовой вырваться из её уст. Пакпао же ни сказав ни слова просто развернулась и пошла обратно в гостиную.

- Помогите мне, - призвала на помощь своих дочерей ХеМи, когда поняла, что в одиночку не способна поднять мужа.

Кое-как втроём нам удалось поставить на ноги ДжэУка, и мы направились в ванную.

- А…? – попытался я задать вопрос, держа отца справа и кивком указывая на второе тело.

ДжэУк фактически висел на нас с ХеМи. СонМи побежала открывать дверь в ближнюю ванную комнату.

- Его потом…, - обрезала мама, кинув при этом не добрый взгляд на гостя, и мы направились по указанному ею адресу.

Не дошли мы буквально пары шагов, как ДжэУк решил поделиться с окружающим пространством содержимым своего желудка.

- Буэ, - выдал он прямо перед собой струю «благоухающей жидкости» вперемешку с чем-то напоминающим небольшие кусочки мяса.

СонМи, которой досталось больше всех брызг, с визгом убежала в другую ванную комнату, стараясь на ходу стряхнуть с себя отголоски рвотных масс.

- Фу! – скривился я и попытался отстраниться от отца. – «Какая гадость! Ну ты, блин, мужик даёшь!»

Оставив ДжэУка с ХеМи в ванной комнате, сопровождаемый долетавшими до моего слуха визгами СонМи, направился посмотреть, как там наш гость.

- М-дааа, - выдал я, глядя на то, как этот перец тупо уснул, свернувшись калачиком прямо в прихожей, предварительно подтащив под голову мои новые белые кроссовки.

Пока стоял и размышлял над тем, что делать с гостем до моих ушей не прекращали долетать возмущённые визги сестрёнки. Ну, тут её, пожалуй, понять можно.

- Эк они, однако, отжигать умеют! – всё же не сдержался я от комментария, почесав затылок.

Место действия: квартира семьи Ким. Кухня

Время действия: раннее утро четырнадцатого сентября 2009 года

На кухне за столом разместились ДжэУк и ХёнСок. Видок у мужиков потрёпанный и даже где-то помятый. Созерцая таких красочных персонажей в живую, невозможно даже предположить, что перед тобой сидят уважаемые люди, один из которых является главой и создателем музыкально агентства, а второй ведущим инженером известной во всём мире компании HYUNDAI. Однако, это так и есть. В кухню заглянула ХеМи с жалостью поглядывающая на супруга и с совершенно другим настроением на нежданного и явно не сильно желанного гостя.

- Вот, - подаёт женщина две таблетки кладя их на стол перед мучающимися жутким похмельем «гуляками», - выпейте.

Мужчины не спорят, отводя глаза в сторону от хозяйки квартиры. Выполнив свои обязанности супруги ХеМи уходит, больше не сказав ни единого словечка.

Запив предоставленное лекарство, друзья переглядываются и на их лицах проступают улыбки.

- Как в старые добрые времена, а, хён?

- Точно, - подтверждает ДжэУк и тут же кривится, схватившись за голову, которая гудит не по-детски. – Только в юности похмелье было не столь тяжёлым.

- Это да, - сделав ещё один глоток воды соглашается ХёнСок и добавляет. – А всё равно хорошо посидели.

- В следующий раз остановимся на седьмой бутылочке соджу, - предлагает ДжэУк продолжая морщится и начав массировать свои виски, в которые как молотком стучится реальность, принесшая расплату за злоупотребление алкоголем.

- Мне кажется я где-то это уже слышал, - говорит ХёнСок, осторожно откинувшись на спинку стула.

ДжэУк машет рукой на друга сморщившись ещё раз от прострелившей голову боли.

На кухню с настороженным видом заглядывает СонМи. Девушка только что встала и собирается сварить себе кофе, а затем быстро позавтракав бежать на учёбу.

- Доброе утро, - не персонифицировано здоровается она, подходя к кофеварке и бросая про пути любопытные взгляды на страдальцев.

- Доброе, - тихо и с неохотой отвечает ХёнСок медленно начиная приходить в себя после употребления волшебной таблетки.

- Ага, - продолжая морщиться отвечает на приветствие старшей дочери ДжэУк не убирая при этом рук от больной головы.

Бросив ещё несколько любопытных взглядов на отца с его лучшим другом, которого она знает с малых лет девушка запускает кофеварку и кухню наполняет гудение. Оба мужика кривятся одновременно и смотрят на возмутительницу спокойствия очень недобрыми взглядами, впрочем, ничего не говоря возмутительнице спокойствия. Их взгляды красноречивее любых слов объясняют своё отношение к «убийце тишины и покоя», потревожившей их. Дождавшись пока чашечка заполнится напитком СонМи мухой вылетает из кухни бросив на ходу только одно слово.

- Извините.

После того как кофеварка наконец заткнулась и наступила тишина мужчины немного расслабляются, впадая в какое-то странное состояние покоя. Мир постепенно начинает обретать краски и звуки перестают приносить страдание. Тишина и покой заполняют всё их существо, принося с собой облегчение и воскресшее желание жить дальше.

- Какое хорошее утро! – тянусь я на постели, открыв глаза.

Кинул взгляд на часы и понял, что проснулся слишком рано особенно с учётом того, что сегодня мне ко второму уроку.

- Плевать! – откинул одеяло и подскочив понёсся в припрыжку до ванной комнаты. – Зато выспался.

Вечерок вчера выдался запоминающийся. Прям ва-а-аще! Батя - МУЖИГ! Это ж надо было умудриться нажраться до состояния овоща? Силён ДжэУк! Последнее время по утрам у меня странное состояние восторга. Прям даже слегка настораживает подобное. Хотя, с другой стороны, это всяко лучше, чем просыпаться как выжатый лимон и еле волочить ноги.

- Ну что? – обратился к отражению. – Зажжём на K-POP небосводе новую звезду? Точнее звёзд.

Отражение скалиться в ответ как стукнутая на всю голову малолетка. Позитивчик, однако!

- А теперь идём пить кофе! – скомандовал себе и направился на кухню продолжая подпрыгивать на ходу.

- Хорошо, - откинувшись по примеру друга на спинку стула с облегчением в голосе произнёс ДжэУк и в этот момент с громким стуком о стену открылась дверь в кухню.

Для страдающих от похмелья мужиков звук удара прозвучал словно выстрел, разрушивший тишину, и причинил невыносимую боль только начавшим приходить в себя друзьям. На самом деле дверь еле стукнулась о стену. В помещение прыгая словно на пружинах влетела Лалиса, державшая в руке какой-то тюбик, прихваченный ею из ванной и используя его как микрофон девочка, поначалу не громко напевая на английском долетела до кофеварки, не замечая ничего вокруг.

- ...I'm floating around in ecstasy

So don't stop me now don't stop me…, - пока ещё негромко пела она делая это довольно красиво.

Схватив чашку под кофе, Лалиса быстро сунула её в кофеварку и запустила процесс приготовления животворящего зелья. И не останавливаясь продолжила петь, медленно наращивая децибелы. Делала она это так же, как и бессмертный Фредди Меркьюри, не теряя ритма и стиля одного из величайших творений группы QUEEN, но, разумеется, куда менее эффектно. Всё же голос у девочки далеко не столь хорош как у Фредди.

Cause I'm having a good time having a good time

I'm a shooting star leaping through the skies

Like a tiger defying the laws of gravity

I'm a racing car passing by like Lady Godiva

I'm gonna go go go

There's no stopping me

I'm burning through the skies, yeah!

Two hundred degrees

That's why they call me Mister Fahrenheit…, - на последнем куплете она дошла до такого уровня громкости, который были не в силах выдержать ни ДжэУк, ни ХёнСок и глава семьи Ким подал голос. Хотя ХёнСок с очевидной заинтересованностью пусть и через страдания прислушивался к пению дочери лучшего друга. Он, разумеется, никогда не слышал этой песни, а посему старался запомнить слова. Чисто профессиональная привычка заставляющая человека вникать во всё что связано с работой, которая приносит деньги и которую мужчина вполне искренне любит.

- Дочка, - с нотками муки и меланхолии в голосе обратился мужчина к девочке, - потише, пожалуйста.

- А! – вскрикнула Лалиса, обернувшись на голос и отстранившись назад подпрыгнула.

В полёте она выронила тюбик и саданулась локтем о деревянную держательницу для ножей усевшись попой прямо на столешницу кухонного гарнитура.

- Shit! – выругалась девочка, схватившись за ушибленное место и соскочив на пол подпрыгивая на месте начала его растирать.

- Дочка, не выражайся, - всё столь же меланхолично пожурил девочку отец, страдающий жутким похмельем.

- Извини, аппа, - на автомате извинился я, а про себя подумал, продолжая тереть локоть. – «Ты бы так саданулся, блин! Я бы на тебя посмотрел», - а затем я рассмотрел родителя с гостем. – «Понедельник... утро... Клуб зелёных и отходчивых. Классика!»

ХёнСок весело ухмыльнулся, глядя на младшую дочь друга.

- «Весело тебе? Вчера помниться лыка не вязал, а сейчас лыбится.»

- Дочка, помнишь ХёнСока? – всё столь же вялым и безжизненным голосом спросил ДжэУк.

- Нет, - помотала головой девочка и спохватившись поприветствовала гостя. – Аньён хасэё, ХёнСок-сии.

Лалиса поклонилась и разогнувшись уставилась на гостя.

- Совсем меня не помнишь? – задал вопрос он и взяв стакан со стола сделал глоток.

- Не помню, - подтвердила девочка.

- Не страшно, - ставя стакан на стол произнёс ХёнСок и улыбнулся. – Это поправимо. Я создатель и глава музыкального агентства Big Hit Entertainment Ли ХёнСок, а также по совместительству лучший друг твоего аппы.

- Очень приятно, президент Ли.

- А что ты такое напевала, когда пришла сюда? – задал ещё один вопрос мужчина.

Лалиса открыла рот и зависла. Закрыла рот. Задумалась, подняв глаза к потолку по всей видимости решая, что ответить. ХёнСок сидел молча и ждал пока она сообразит. Он подметил что девочка немного изменилась с последней их встречи: чуть увеличились глаза и лицо стало более красивым.

- «Растёт и хорошеет», - подумал он.

ДжэУк же просто вернулся в состояние прострации, пытаясь таким способом избавиться от непередаваемых ощущений, вызванных похмельем.

- Да так…, - медленно произнесла Лалиса оборачиваясь к кофеварке. – Просто в голову пришло.

- «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» - мысленно ругался я про себя понимаю, что палюсь по полной. – «С другой стороны… Кто ж мог подумать, что эти два «синих овоща» смогут подняться в такую рань. Опыт…? Видимо, да.»

- Мне понравилось, как ты поёшь и…, - начал было говорить ХёнСок, но тут открылась дверь и на пороге нарисовалась Пакпао.

Лицо бабули не выражало ничего, а посему я лично насторожился.

- Доброе утро, - безэмоциональным тоном поприветствовала она присутствующих, обведя всех нас взглядом просыпающегося дракона, который узрел недоразвитых рыцарей, покусившихся на его сокровища.

У меня по спине побежал холодок. А я на минуточку нигде не накосячил в отличие от отца. Когда же глянул на мужиков в полной мере смог осознать словосочетание: ступор от ужаса.

- Я пойду, - пискнула Лалиса и схватив свою чашку с кофе выскочила, просочившись мимо Пакпао словно струйка воды, огибающая камень.

- Иди, внученька, иди, - всё тем же безэмоциональным тоном произнесла Пакпао, проводив девочку взглядом и вернула всё своё внимания на двух «залётчиков», которые в этот миг почувствовали себя крайне неуютно. Кажется, и так не самое приятное утро для ДжэУка и ХёнСока становилось ещё неприятнее.

Место действия: Школа Искусств Сонхва

Время действия: день

Гимнастический зал, в котором идёт урок хореографии. Больше помещение в коем одна стена является зеркальной. На уровне пояса среднего роста закреплены деревянные поручни, за которые держаться ученики. Все они сейчас в белом трико как мальчики, так и девочки. Вдоль строя неспешно прогуливаясь и поправляя неправильно выполняющих упражнение Пак СеЫн. Госпожу Пак СеЫн являющуюся одной из выдающихся балерин Республики Корея после завершения ею своей карьеры пригласил преподавать в школу лично директор Ю, потому как желал повысить уровень учебного заведения, который и так находится на практически недосягаемой высоте для конкурентов.

- Правую ногу на станок, - командует СеЫн, продолжая движение вдоль строя.

Все выполнили приказание учительницы. Почти… Только одна новенькая никак не может выполнить указание кривляясь и корча рожицы. Остановившись напротив девочки СеЫн, стоит и молча разглядывает потуги новоиспечённой «балерины».

Классическая школа танца, а точнее балетная входит в перечень обязательных занятий для посещения. Вот я и кривлюсь сейчас тут вместо того, чтобы заняться каким-нибудь полезным делом. Например, продолжить писать книгу.

- «Уроки хореографии у госпожи Пак СеЫн обязательны для посещения», - вспоминаю слова директора по безопасности господина Пак ДжиСопа.

Когда увидел в расписании хореографию сразу попёрся к нему с желанием узнать: а это необходимо? Оказалось-таки, да – необходимо и даже безальтернативно. Пришлось ехать покупать трико. В зеркале отражается черноволосый богомол с тощими руками и ногами. Вот один в один богомол. Впрочем, остальные здесь присутствующие выглядят не лучше. ЧэЁн в их числе. Такая же лыжная палка, как и я. Даже, пожалуй, потощее меня будет. Хотя куда уж тощее то?

- «Нога ещё эта чёртова разболелась, как всегда, не вовремя. Прям по закону подлости!»

Устав наблюдать за безуспешными потугами новой ученицы СеЫн наклоняется к ней убрав руки за спину.

- Лалиса-ян, - довольно негромко произносит женщина, вызывая у объекта совершенно неожиданную реакцию.

Девочка от внезапно прозвучавшего над ухом голоса дёргается в сторону станка и пятка её правой ноги наконец-то проскакивает с усилием вперёд над перекладиной. Однако левая нога устремляется в туже сторону и Лалиса издав вопль валиться на пол.

- Айщ! – разноситься по всему классу и за ним следует звук падения тела.

- «Да, твою же ж мать! Теперь и жопа болит.»

Народ, выглядывая из-за друг друга пытается рассмотреть кто там свалился. Раздаются негромкие смешки. В основном в исполнении девочек. Парни более сдержаны, но и среди их есть улыбающиеся.

Не сходя с того места, где она находилась перед тем, как Лалиса изобразила «умирающего лебедя» СеЫн наклоняется ещё ниже, глядя прямо на ученицу.

- Вставай, - произносит она быстрым взглядом оценив состояние девочки и поняв, что ничего серьёзного не произошло. – Займёмся твоей растяжкой раз уж ты не способна выполнить простейшего упражнения. Следуй за мной.

Кое-как взгромоздившись на ноги, топаю за учительницей.

- «Блин, хоть бы спросила, как я? Ну у них тут и порядочки!»

Одноклассники продолжают молча наблюдать за происходящим вплоть до момента, когда Лалиса на ходу начала растирать место ушиба, находившееся чуть ниже поясницы. Смешки усилились.

- Я не поняла? – обернувшись обращается к ученикам СеЫн. – Вам заняться нечем?

Услышав сонсеннима народ резко возвращается к заданию сколотив серьёзные рожи. Удовлетворившись достигнутым эффектом, учительница переводит взгляд на новую ученицу, которая в этот момент растирает свою левую ягодицу. Девочка, поймавшая взгляд наставницы медленно убирает руку от попы.

- Начнём с упражнения «бабочка», - сказав это СеЫн усаживается на пол и принимает идеальную позу, приказывая подопечной. – Повторяй за мной.

Я уже заметил, что наша сонсенним по хореографии больше на рыбу мороженную похожа чем на человека. Обращается ко всем как будто перед ней мебель, а не люди. Ну, это ладно. Мне с ней детей не крестить.

После окончания урока.

- Это было смешно, - говорит одна девочка другой покидая раздевалку.

Я сижу на скамеечке оперившись спиной о шкафчик. Колено моё бедное уже даже не болит, а бьётся в истерике от всего происходящего. Рядом подсела ЧэЁн.

- Ты как? – спрашивает новоиспечённая подружка, наклонившись ко мне.

- Нормально, - отмахиваюсь, открывая глаза и ловя на себе взгляд проходящего мимо ДжонГука.

Мы с ним занимаемся в одной группе лёгкой атлетикой.

- Давай я помогу тебе с растяжкой, - вдруг предлагает ЧэЁн.

- Спасибо. Это мне, пожалуй, не помешает, - легко соглашаюсь на предложение. - «Как-то я упустил этот момент, когда стал заниматься танцами? А ведь растяжка важна как не крути.»

ЧэЁн переоделась буквально за тридцать секунд. Мне же понадобилось куда больше времени на это дело. А всё, потому что помимо долбаного колена болела теперь ещё и задница. Не вся, слава богу! Только левое полупопие давало о себе знать причём не так как мне этого хотелось бы.

Следующим уроком у нас стояла музыка. В зале куда мы пришли расположены ряды довольно удобных сидений и сцена с пианино в центре. Народ расселся кто куда, а мы с ЧэЁн заняли галёрку.

- «Подальше от начальства, поближе к кухне», - решил для себя я и утащил соседку с собой.

- А тебе какая K-POP группа нравиться? – спросила ЧэЁн.

Как ни странно, но мы ещё ни разу не поднимали эту тему для разговора. Хотя часто говорим о музыке.

- «Да знать бы ещё хотя бы одну из них? Может быть тогда и ответил бы на этот вопрос», - подумал, глядя на то, как на сцену поднимается наш преподаватель музыки Кан СанМи. – «Хотя…» Girls’ Generation вроде не плохо смотрятся, - брякнул первое что пришло в голову.

- Мне они тоже нравятся, - ЧэЁн закатила мечтательно глаза. – Вот бы и мне так…

Глянул на соседку.

- «Мд-а. Мечты, мечты. Впрочем, всякое в жизни случается», - пожал я плечами.

Тут подала голос наша учительница музыки.

- Аньён хасэё, дети, - обратилась она к классу и стала шарить глазами по присутствующим.

- Аньён хасэё, сонсенним, - полетели ответные приветствия в разнобой.

Это не первый наш урок музыки, а по сему знакомиться не придётся. Первый раз отстрелялись мы на прошлой неделе.

Пока ЧэЁн витала в облаках представляя себя айдолом я кое-что вспомнил.

- «Твою то …! Как я мог забыть?!»

- Лалиса-ян, - долетело до моих ушей очень знакомое имя, которое сейчас слышать мне ну никак не хотелось.

Пришлось подниматься и сдерживая кряхтение я кое-как поднялся на ноги.

- Я здесь, сонсенним, - подняв руку обозначил своё присутствие и кинул ещё один взгляд на ЧэЁн. – «Тоже мне «подруга». Могла бы и напомнить о моём споре с учителем.»

Девчонка сразу поняла по моему виду насколько я ей благодарен и потупившись тихо сказала.

- Извини, я тоже забыла.

Вообще история вышла глупая. Я на кой-то ляд вылез со своим мнением на первом уроке, который проходил в обычном, почти, классе, когда сосенним начала рассказывать о «великом и ужасном» местном гениальном классике. Вылез после того, как учительница дала нам прослушать две его самые известные и почитаемые композиции.

- «Во нудятина», - подумалось мне в тот момент.

И вот когда сонсенним спросила меня как одного из новичков.

- Лалиса-ян, что можешь сказать об услышанном?

Я, не мудрствуя лукаво так прямо и брякнул, что это очень нудно. Если честно подумал, что сонсенним прямо там скончается от сердечного приступа. Так её перекосило. Но ничего… Вроде выжила. И теперь пришло время расплаты за мой длинный язык. Это по мимо того, что мне пришлось в тот день выслушать от неё всякое, разное...

- Надеюсь ты сыграешь нам нечто весёлое, - не скрывая довольной улыбки поманив меня рукой на сцену произнесла СанМи. – Ты ведь готова я полагаю?

В зале раздались негромкие смешки. Лалиса как ни в чём не бывало прошла по проходу между сидений и поднявшись на сцену с гордо поднятой головой уселась за пианино. Правда сделала она это как-то странно. Девочка опускалась слегка на правый бок и это не укрылось от глаз присутствующих.

- Я готова, сонсенним, - ответила она и вопросительно посмотрела на преподавателя.

Вообще то я действительно готов. Подобрал одно произведение, но так до конца его не успел отшлифовать. Тупо не хватило времени.

- Сонсенним, - обратилась вдруг Лалиса к преподавателю, когда та заняла одно из первых мест в зале, - можно я для начала попробую инструмент?

- Пробуй, - дала разрешение СанМи и добавила. – Только не слишком затягивай с этим делом.

В зале снова стали слышны смешки и перешёптывания.

- «Не верит в меня мой новый класс. Тоска, печаль. Да и хрен с вами, золотые рыбки!»

- Сейчас посмеёмся как на хореографии, - с улыбкой произнёс ДаСоль, обращаясь к ДжонГуку.

Тот ничего не ответил. Парень с каким-то любопытством смотрел на Лалису не отвода от неё взгляда.

Девочка пробежалась быстро по всей клавиатуре, затем ещё раз и удовлетворённо кивнула. По всей видимости звук инструмента её устроил.

- Что-то мне подсказывает что она облажается так же, как на прошлом уроке, - шёпотом обратилась ЧеРиш к подружке, сидевшей рядом.

- Точно, - подхватила МиЁн. – Не зря она мне сразу не понравилась. Даже не подошла ни к кому, чтобы познакомиться. Да и эта ЧэЁн, - девочка бросила мимолётный взгляд за спину, где сидела вышеупомянутая, - такая же.

- Верно, - поддакнула соседка и добавила с нотками презрения глядя на Лалису. – Слишком гордые.

Девочки тихонечко засмеялись, не привлекая к себе внимания.

Ещё когда подбирал произведение думал, что нужно бить наверняка. Так, чтобы на раз хватило, а то ведь от ехидных подколок и шуточек потом будет не отвязаться если облажаюсь. А что у нас есть из по-настоящему великих произведений на самом деле столь же великих композиторов? Сначала мне в голову пришёл Иоганн Себастьян Бах, но его тут же пришлось откинуть, потому что помню из него не так и много, не говоря о том, что ещё и сыграть ведь надо хорошо, а не одни ноты предоставить. Затем меня посетил его величество Людвиг Ван Бетховен, с которым дружить мне удавалось через раз. Ну, не мой это композитор, не мой. Вот бывает такое… И тут меня как по темечку стукнуло. Моцарт! Неподражаемый и неповторимый гений, павший от руки завистника и дегенерата Сальери, лишившего мир как я полагаю, и что-то мне подсказывает что я не один такой, ещё не одного гениально творения своим поступком.

Народ начал терять терпение и по залу поползли шёпотки. Даже сонсенним заёрзала на месте и в этот момент Лалиса опустила руки на инструмент.

(Звучит: Моцарт – Турецкий Марш. Классический вариант исполнения.)

Буквально с первых звуков в помещении наступает тишина и только мелодия, льющаяся из-под пальцев исполнительницы заполняет пространство. Лалиса полностью сосредоточена на игре. Видно, что это даётся ей не просто и она выдаёт сейчас всё на что способна, но всё же играет девочка без ошибок.

Никто из присутствующих на уроке не заметил, как буквально за секунды до того, как Лалиса приступила к исполнению композиции, в зал сквозь приоткрытую дверь проскользнули двое мужчин. Одним из которых был директор Ю, а вот его спутником стал неожиданный гость, который впервые посетил данное учебное заведение и пришёл он как раз из-за Лалисы. Хотя если говорить честно не только из-за неё. Он давно уже хотел посетить Школу Искусств Сонхва и наладить связи с местным руководством.

Место действия: Сеул. Агентство Big Hit Entertainment

Время действия: четырнадцатое сентября 2009 года. День

Прибыльная работа агентства — это результат труда всех его сотрудников. Исключений из данного правила не существует. Разумеется, порой происходят сбои, и система избавляется от балласта, который приносит вред. Всё это верно, но пока не применимо к агентству Big Hit Entertainment. Не применимо, потому что первый год работы был потрачен исключительно на подбор и проверку работоспособности персонала и налаживание, а в случае с ХёнСоком восстановления связей в индустрии развлечений. Было крайне не просто вернуть утерянное в результате глупой ошибки, совершённой в молодости, но как говорят мудрецы: «Вода камень точит.» Вот бывший айдол и не опускал рук делая всё возможное, а порой и не возможное, чтобы заключить столь необходимые договора с KBS и SBS, да и наладить контакты с топовыми агентствами. В этом деле ему очень помогла старая знакомая, дочь которой теперь является трейни (Трейни — это начинающие артисты, которые живут, тренируются и выступают вместе, начиная с молодого возраста (от 9 лет и старше) под строгим контролем музыкального агентства.) в его агентстве. Девочка она хорошая, но капризная порой. Тут удивляться нечему. Единственный ребёнок в семье, родители которой развелись и каждый из них пытается перетянуть дочь на свою сторону исполняя практически все её капризы. И всё же корейское воспитание дало свои плоды, и девочка не переходит определённую черту. В добавок она уже успела сняться в нескольких клипах с другими айдолами из SM и JYP, что и помогло главе агентства наладить с ними контакты.

- Сабоним (Сабоним - "мистер", уважаемый человек. Например, так можно обратиться к президенту, если предварительно им дано такое разрешение.), - догнав ХёнСока обратился к нему один из заместителей по работе с трейни Им СоДжун, - Дженни снова поссорилась с девочками.

- Что на этот раз? – задал вопрос ХёнСок не снижая скорости движения, направляясь в свой кабинет.

- Она говорит, что СуРи специально помешала ей на тренировке выполнить правильно движение.

- А что СуРи?

- А СуРи говорит, что просто споткнулась и не хотела её задевать. Они сейчас работают над хореографией из трека: «Way To Go».

- Понятно, - задумчиво произносит ХёнСок и обращается к своей секретарше проходя мимо её стола. – ЁнХи, подготовь документы по контракту с KeyEast entertainmet.

Девушка поднялась ещё до того, как господин директор приблизился к столу и склонилась в поклоне, как только он с ней заговорил.

- Я всё сделаю, Сабоним. Бумаги будут готовы через полчаса.

Добравшись наконец до кабинета, директор агенства прошёл к своему рабочему месту что располагалось во главе Т-образного стола и опустился в удобное кресло. Оглядел помещение, обставленное в современном стиле раздумывая над чем-то и достал свой телефон.

- Чэнг-чанг! (Чёрт побери!) – выругался ХёнСок, когда понял, что телефон разрядился, потому что он забыл вчера поставить его на подзарядку. – Дай свой телефон, СоДжун.

Заместитель по работе с трейни всё это время молча следовал за Сабонимом, ожидая его решения по возникшему вопросу. Нет, разумеется, директор агенства обычно не вмешивался в конфликты, возникающие между трейни. Для этого как раз и существует наёмный персонал. Не вмешивался, когда речь заходила об обычных трейни. В случаях же с Дженни он всегда сам принимал решение. Девочку в агентстве уже стали называть принцессой. Делали это за глаза само-собой, но всё же…

- Номер Дженни у тебя я надеюсь записан? – подняв глаза от смартфона спросил ХёнСок и получив утвердительный кивок быстро нашёл необходимый номер и нажал «вызов».

Пришлось подождать какое-то время пока абонент соизволит ответить на звонок.

- Дженни-ян, что на этот раз случилось? – сходу задал вопрос мужчина, когда услышал голос своей драгоценной трейни.

До стороннего слушателя коим являлся СоДжун долетало лишь невнятное бормотание с той стороны.

- Это я понял, - кивнул ХёнСок, глядя в окно.

И вновь до ушей СоДжуна долетело всё тоже невнятное бормотание.

- Ясно. Мы поступим так… Ты сейчас поезжай домой, а завтра можешь прийти во второй половине дня, - выслушав ответ с той стороны мужчина улыбнулся и повесив трубку подытожил. – Вот и прекрасно.

СоДжун продолжал стоять молча.

- Что тебе, СоДжун?

- Телефон…, Сабоним, - указав взглядом на свой смартфон ответил заместитель по работе с трейни.

- Ах да, держи, - протянул аппарат владельцу ХёнСок и поморщившись отпустил подчинённого, – и иди уже работай.

Когда подчинённый вышел, прикрыв за собой дверь директор агенства вытащил один из ящиков стола и достал оттуда небольшую коробочку, в которой лежал пузырёк с таблетками в виде капсул. Ничего противозаконного. Обычные витамины. Налив из графина в один из стаканов воды он проглотил капсулу и запил её.

- А всё же хорошо посидели, - откинувшись на спинку кресла вдруг произнёс ХёнСок улыбнувшись, а затем с наслаждением потянулся, вскинув руки вверх.

Место действия: головное здание компании HYUNDAI Motor Company CO., Ltd. Кабинет Ким ДжэУка

Время действия: это же время

Дела у ДжэУка сегодня идут, откровенно говоря, не столь радужно как у его друга. Мужчина никак не может прийти в себя. Его периодически мутит. А ведь нужно ещё работать. Выпив уже наверно шестую чашку кофе, он пытается вникнуть в содержание документов, лежащих на столе у него перед глазами. Получилось не очень… Да вообще не получилось вникнуть если быть честным. ДжэУк откидывается на спинку стула и делает глубокий вдох, а затем медленно выдыхает, проворачивая это упражнение с закрытыми глазами, потому что пространство иногда плывёт, намекая на то, что возраст уже не тот и пора заканчивать с злоупотреблением спиртным во время посиделок с другом.

- Что б тебя, ХёнСок…! – ворчит мужчина и пытается вернуться к работе, взяв один из листков в руки он старается снова вникнуть в напечатанное.

Символы на бумаге все знакомые. В этом нет ни малейшего сомнения, но вот складываться в осмысленный текст они упорно отказываются будто издеваясь над «горе работником». Бросив лист обратно ДжэУк, поднимается и делает несколько кругов по кабинету в попытке разогнать кровь. Однако это приводит к совершенно неожиданному результату. У него начинает кружиться голова и мужчина быстро заваливается на диванчик, чтобы не оказаться на полу.

- «Омма ещё с самого утра устроила…», - думает он, снова прикрыв глаза. – «Вот вроде не дети давно, а она нас с ХёнСоком словно мальчишек неразумных… Да ещё и слова то какие использовала… «Алконавты недоделанные!», - старательно в мыслях воспроизводит он сказанное матерью, а затем поведя шеей расстёгивает верхнюю пуговицу рубахи. – «Я таких и не слышал. И почему недоделанные?»

Полежав так минут десять, хозяин кабинета медленно поднимается и возвращается на своё рабочее место. Только он потянулся за листком, который был им отброшен в виду того, что вникнуть в содержимое никак не получалось как зазвонил его рабочий телефон. Подняв трубку ДжэУк, невольно вытягивается, пытаясь принять позу самого ценного и незаменимого работника на свете. На том конце провода оказался президент Сон.

Телефонный разговор.

ЧжунКи – ДжэУк, ты получил бумаги по строительству завода?

ДжэУк – Да, президент Сон. С утра мне их принесли. Сейчас как раз работаю с ними.

ЧжунКи – Прекрасно! Загляни ко мне через двадцать минут. Нужно кое-что обсудить.

ДжэУк – Буду через двадцать минут, президент Сон.

Конец телефонного разговора.

Когда глава корпорации HYUNDAI положил трубку из ДжэУка будто воздух выпустили. Мужчина просто-напросто растёкся по столу и с наслаждением выдохнул. Полежав так секунд десять, он занял сидячее положение и вытер вспотевший лоб салфеткой.

- С соджу действительно пора завязывать, - подытожил он и тут неожиданно осознал, что пришёл в себя. – «Вот оказывается, что «пинок животворящий» в исполнении начальства делает! Омма была права.»

Сознание встало на своё место и состояние, не позволявшее ему выполнять свои служебные обязанности улетучилось. Поняв это ДжэУк моментально схватил документы и углубился в чтение. На этот раз символы корейского алфавита вели себя правильно и не старались сломать ему остатки мозга.

- Должен успеть…, - на секунду отвлёкшись от изучения материалов произнёс он и вернулся к тексту.

Любой человек работающий с бумагами быстро учиться читать документы по диагонали. ДжэУк исключением из этого правила не был, а потому за три минуты до назначенного времени он закончил работать с полученными документами. Быстро собрал все их в папку и бегом понёсся к кабинету главы корпорации HYUNDAI, прекрасно понимая, что опаздывать не просто не хорошо… В данном случае опоздать невозможно! Немыслимо!

В приличных размеров приёмной, прямо перед кабинетом президента Сона располагался стол секретаря. Взглянув на влетевшего в помещение ДжэУка, секретарша показала один палец что обозначало в негласном реестре минуту. Кивнув в благодарность, мужчина подошёл к ростовому зеркалу и поправил галстук, а потом достал платок и вытер небольшие капельки пота, проступившие на его лице и шее. Бег с похмелья ещё никого не красил и ДжэУк не был исключением из правил.

- Я потому убью ХёнСока, - тихо пробормотал он и развернувшись направился к двери ведущей в кабинет президента Сона предварительно получив подтверждающий кивок от секретарши.

ДжэУк ещё не разу не бывал в этом кабинете, а посему совершив полагающийся поклон и поприветствовав президента замер на месте украдкой разглядывая обстановку. К его немалому удивление помещение было обставлено довольно аскетично и отдалённо напоминало его собственный кабинет в этом же здании, в который он заехал совершенно недавно. Такой же, как и у него рабочий стол лишь немного больших размеров, диванчик у одной из стен, журнальный столик и стеллажи с ровными рядами папок. Всё тоже самое что и у него только в большем количестве. Хотя нет… В углу стоит кадушка с растением. В кабинете у ДжэУка растений нет. Ухаживать за ними некогда. Да и желание отсутствует напрочь.

Сон ЧжунКи разговаривал по телефону, когда вошёл вызванный им человек и не стал отвлекаться от разговора.

- Хорошо. Я тебя понял, - закончил беседу президент и положив трубку наконец обратив внимание на вошедшего. – Проходи, ДжэУк, присаживайся.

Отодвинув один из стульев, гость сел на него предварительно положив перед собой на стол папку с прихваченными документами.

Хозяин кабинета облокотился о столешницу и соединил перед лицом кончики пальцев дотронувшись до подбородка указательными. Он задумался на некоторое время решая с чего начать разговор. Наконец приняв решение, сцепил пальцы в замок и опустил кисти на столешницу.

- Как здоровье твоей младшей дочери?

Такого вопроса глава семьи Ким никак не ожидал и даже растерялся на мгновение, но быстро сориентировавшись ответил.

- Благодарю вас, президент Сон, за то, что беспокоитесь о здоровье моей дочери, - он поклонился не вставая. – С Лалисой всё в порядке. Её даже включили в команду по лёгкой атлетике Школы Искусств Сонхва.

- Замечательно, - вполне добродушно произнёс хозяин кабинета, затем что-то вспомнив полез в стол и достал оттуда альбомный лист бумаги сложенный пополам.

Раскрыв его и порассматривав некоторое время рисунок, а там был именно рисунок, причём исполненный простым карандашом ЧжунКи, протянул его своему подчинённому.

- Работа моей дочери, - внёс уточнения президент Сон, когда ДжэУк обеими руками принял альбомный лист и стал его разглядывать.

(Хогвартс.)

Глава семьи Ким не был ценителем искусства. Склад ума не тот, но даже он смог по достоинству оценить работу девочки.

- Как настоящий, - возвращая рисунок обратно так же держа его обеими руками заговорил ДжэУк. – Ваша дочь, президент Сон, очень талантливая художница.

- Согласен, - кивнул собеседник и отложив лист продолжил. – У неё раньше получалось не плохо рисовать, но с того момента как она встретила твою дочь её уровень значительно вырос.

- Я рад это слышать, президент Сон, - сказал ДжэУк и вновь поклонился.

- Ладно, - вдруг резко сказал ЧжунКи и добавил. – Всегда приятно поговорить о детях, но дело откладывать нельзя.

От очередного резкого перехода ДжэУк снова лаганул на секунду. К его искренней радости, начальник его периодических подвисаний не заметил.

- Я тебя вызвал, потому что мы заключили контракт на строительство завода в России. Документы что ты принёс с собой…, - ЧжунКи указал кивком на папку, лежавшую на столе. – В них всё точно?

Глава семьи Ким действительно успел прочесть и даже осмыслить прочитанное, а потому кивнул, не став вдаваться в подробности.

- Да, там всё точно.

Если бы подробности были нужны, то президент Сон непременно упомянул об этом.

- Я доволен твоей работой, ДжэУк. Однако у меня есть один вопрос: как у тебя с русским языком? Мне докладывали, что ты им владеешь на достойном уровне.

- Всё так, президент Сон. Я в совершенстве владею русским языком и прекрасно понимаю техническую терминологию.

- Тогда решено! Через неделю ты отправишься в…, - ЧжунКи быстро глянул в свои записи, лежавшие на столе, – Санкт-Петербург. Тебе нужно на месте посмотреть, как идёт подготовка и согласовать рабочие моменты.

Название города было произнесено без малейшего намёка на акцент, который прорезается практически у всех корейцев, когда они пытаются выговорить иностранные слова в которых много твёрдых звуков.

Ким ДжэУк подскочил как ужаленный в одно место и склонился в глубоком поклоне.

- Спасибо за доверие, президент Сон! Я вас не подведу! - выпалил он и завис в таком положении.

- Сядь, ДжэУк, - очень спокойно произнёс ЧжунКи и дождавшись, когда подчинённый вернётся на своё место продолжил. – Двадцатого числа вылетишь в Россию поздно вечером и прибудешь на место где-то в три утра. Сейчас займись подготовкой всей необходимой документации, а для того, чтобы тебя ничто не отвлекало можешь делать это дома. Только двадцатого представь мне результаты своей работы.

Ким ДжэУк хотел было вновь подскочить, но поднятая рука президента его остановила.

- Проработай всё до мелочей. Этот проект, - ЧжунКи кивнул на папку, лежавшую перед подчинённым, - очень важен! Я надеюсь на тебя, ДжэУк. На этом всё, можешь идти.

Ким ДжэУк быстро поднялся, завершил поклон и прихватив папку с бумагами пошёл выполнять распоряжение президента компании.

- «Если справиться, можно будет подумать о достойном вознаграждении и возможно повышении», - размышлял ЧжунКи, глядя на закрывшуюся за подчинённым дверь. – Так. Этот вопрос решил. Что там у меня дальше на сегодня?

Место действия: Школа Искусств Сонхва. Малый концертный зал для выступлений

Время действия: четырнадцатое сентября 2009 года

Убираю руки с клавиш закончив играть и понимаю, что всё получилось отыграть верно, не совершив ни единой ошибки. В зале стоит практически вакуумная тишина. Лишь гудение лам на потолке говорит о том, что мир ещё не рухнул, провалившись в тартарары.

Кан СанМи не ожидавшая ничего подобного от своей новой ученицы до сих пор не пришла в себя и продолжает молчать. Остальные ребята также находятся в слегка пришибленном состоянии. Смеяться оказалось не над чем. И тут наступившую тишину разрывают одинокие хлопку с заднего ряда сидений. К ним чуть погодя присоединяются ещё одни. Весь класс как по команде поворачивается на звук и увидев директора школы поднимается и начинает кланяться приветствуя его.

- Аньён хасэё, директор Ю.

Второго мужчину узнают единицы из присутствующих. Одной из опознавших гостя школы оказывается учительница.

- Аньён хасэё, дирижёр Им, - приветствует она неожиданного гостя, когда мужчины покинули свои места и приблизились к первому ряду кресел. – Меня зовут Кан СанМи. Я преподаватель музыки в Школе Искусств Сонхва и ваша большая поклонница.

- Приятно, когда молодёжь тебя узнаёт, - повернувшись к директору Ю признаётся Им ТоЮн.

- Последний концерт был просто великолепен! - продолжает тем временем СанМи. – Я давно так не наслаждалась живым исполнением.

- «И на кой его сюда принесло?» - думаю я, продолжая сидеть за инструментом. – «Что-то мне подсказывает что это не к добру.»

Насладившись сполна раболепием почитателей собственного таланта Им ТоЮн, наконец обратил внимание на пианистку.

- Лалиса-ян, подойди, - поманил он девочку рукой повернув ладошку вниз как делают все корейцы, когда подзывают человека.

Пришлось подниматься и топать к старому знакомому бабули и как теперь оказалось гвоздю программы.

- «Отнял у меня минуту славы, гад!» - прикалываюсь про себя поднявшись и направляясь к дирижёру Иму.

Народ с любопытством и явным удивлением на лицах рассматривает гостя. Разные персонажи корейского бытия посещали данное учебное заведение включая айдолов, директоров музыкальных агентств и прочие, но вот представитель самой «вершины» музыкального искусства здесь объявился впервые за много лет.

- «Зевс снизошёл до простых смертных», - продолжаю мысленно стебаться. – «Падите ниц пред громовержцем, смертные черви!»

Тем временем беседа дирижёра Има с Кан СанМи и директором Ю продолжается.

- Уважаемый дирижёр Им предложил провести мастер класс по нескольким инструментам, - оповещает свою подчинённую директор школы. – Мы как раз обсуждали удобное для него время, когда шли сюда.

Им ТоЮн благосклонно кивает.

- Это просто замечательно! – с придыханием произносит СанМи, сцепляя руки перед грудью. – Студенты будут в восторге. Я абсолютно в этом уверена, дирижёр Им.

В это время Лалиса подошла к небольшой лесенке ведущей на сцену. Всего то четыре ступеньки. Однако именно эти ступеньки оказываются практически не преодолимым препятствием. Неловко поставив ногу, девочка начинает падать, выставив вперёд руки. На пути движения «болида» оказывается именно многоуважаемый гость и ловкая до безумия «пианистка» врезается в дирижёра Има.

- Оу! - только и успевает сказать директор Ю.

- Осторожнее! – летит из зала.

- А! – слышится девичий вскрик.

К изумлению многих, гость оказался довольно ловким человеком невзирая на преклонный возраст. Мужчина успел полностью обернуться к «агрессорше» и выставить руки, в которые благополучно влетела самая ловкая особь женского пола в данном классе.

- «Чёртовы ступеньки!» - быстро оглянувшись про себя ругаюсь и замечаю убийственно ласковый взгляд директора Ю. – «Мля! Вот только этого мне ещё не хватает сейчас для полного счастья. В школе на меня и так смотрят как на инородное тело.»

- Дирижёр Им, вы в порядке? – делает шаг к гостю директор школы.

- «Нормально! А я значит, как бы это сказать по мягче? Недостоин что ли внимания? Обалдеть!»

- Всё в полном порядке, директор Ю, - останавливает порыв гость и переводит взгляд на меня. – Ты цела?

Слышу приглушённое хихиканье, долетающее со стороны уже кучкующихся группками по интересам одноклассников.

- Лалиса-ян, - грозно обращается к своей новой ученице Кан СанМи, - извинись немедленно!

- Я…, - тянет девочка, переводя дыхание и замедляя резко ускорившееся сердце в результате выброса адреналина.

- Не стоит беспокоиться, - вновь подаёт голос дирижёр Им и затем добавляет. – Кстати, а могу я украсть у вас вашу ученицу, директор Ю? Мне бы хотелось побеседовать со столь талантливой студенткой лучшей школы страны.

Руководитель престижнейшей школы в стране благосклонно кивает довольный такой характеристикой его учебного заведения.

- А мы с госпожой СанМи пока обсудим варианты, когда вы сможете передать свою мудрость нашим студентам. Разумеется, в удобное для вас время, дирижёр Им.

Когда гость и новая ученица школы, придерживаемая им под руку, отошли в сторонку по залу полетел шелест шепотков.

- Нет, ну ты видела?

- Ага. И откуда он её знает?

- Вот она полоротая!

- Кто бы меня ему представил? – мечтательно произносит ДаМи - одна из девочек в компании которой сейчас идёт обсуждение довольно неординарного события.

- Что тебе мешает подружиться с Лалисой? – спрашивает её одна из подружек, что сейчас стоят кучкой на пару рядов выше.

- А давайте и правда подойдём к ним с ЧэЁн на обеде, - предлагает МиЕн. – Мне кажется будет интересно.

Единственной не высказавшейся остаётся ЧеРиш.

Тем временем в самой большой компании парней идёт приблизительно такая же беседа.

- Дирижёр Им ТоЮн очень уважаемый человек, - с толико гордости в голосе произносит ДаСоль будто речь идёт о его родственнике. – Видел передачу как ему вручали какую-то награду прямо в голубом доме. Вроде президент вручал? – задумавшись сводит брови он. - Я тогда ещё совсем маленький был поэтому точно сказать не могу.

- Все знают кто такой дирижёр Им, хён, - машет на друга СуХён - второй по старшинству в компании парень. – Даже моя хальмони знает кто это.

- Это потому, что твоя хальмони почти одного возраста с ним, - вставляет фразочку кто-то из ребят.

Звучат негромкие смешки.

- ДжонГук, а ты что скажешь? – вдруг спросил ДаСоль нового приятеля. – С чего вдруг столь уважаемый человек приехал к нам в школу?

- Не знаю, - пожал плечами парень. – Может быть ищет новых исполнителей.

Под новыми парень имел ввиду перспективных музыкантов, которые в будущем могут быть интересны дирижёру Сеульского филармонического оркестра.

- Хм, - ДаСоль задумался. – Возможно ты и прав. Кстати, а что скажешь об этой Лалисе? Вы же вместе занимаетесь лёгкой атлетикой.

- Она быстрая, - глянув на девочку ответил ДжонГук.

- Быстрее тебя? – удивился ещё один из компашки.

Парень кивнул, не сводя взгляда с Лалисы с которой сейчас о чём-то разговаривает Им ТоЮн.

Мы со знакомым хальмони поднялись на сцену и подошли к инструменту, разумеется, по его инициативе. Усевшись за пианино, мужчина ласково провёл по клавишам рукой не вдавливая их. Он будто гладил великую драгоценность.

- Лалиса-ян, каким ты видишь своё будущее? – повернувшись ко мне задал он вопрос, не убирая руки с инструмента.

Мне пришлось стоять рядом. Хотя, честно говоря, хотелось присесть. Коленко уже не дёргало меня, как раньше, но всё едино доставляло не мало дискомфорта. Ещё и левая булка тихо ныла, жалуясь на несправедливость бытия.

- Пока не решила, дирижёр Им. Мне нравиться музыка, но есть ведь много иного что существует на свете.

- Самчон или дядя ТоЮн, - поправил меня собеседник, походя перейдя на русский язык.

Ну да. Он ещё на мой день рождения разрешил обращаться к нему именно так.

- Твоё новое произведение… Ты позволишь мне его использовать? – изменил мужчина направление беседы.

- Конечно, - ответил, незаметно дотронувшись до булки, а потом кое-что вспомнив добавил. – Только не хочу, чтобы мелькало моё имя.

- Почему? – вполне искренне удивился дирижёр Им и уже полностью повернулся ко мне.

Тут народ вообще весь целиком стремится к славе и известности. Причём поголовно. А вот мне оно на фиг не упало. По крайней мере пока я не освоился в новых реалиях мне это ни к чему.

- Ну, - протянул, пытаясь сформулировать удобоваримый для собеседника ответ, но он меня опередил.

- Стесняешься?

- Угу, - кивнул я, не став переубеждать собеседника.

- Скромность красит девушек, - благосклонно и слегка высокопарно произнёс Им ТоЮн, – но это не всегда хорошо, - он задумался на короткое время. – Впрочем, дело твоё. Я надеюсь, ты не бросишь учиться игре на клавишных? У тебя хорошо получается.

- Спасибо, дядя ТоЮн. И в мыслях не было бросать. Мне нравится играть.

Место действия: территория Школы Искусств Сонхва. Небольшая аллея, усаженная деревьями

Время действия: вторая половина дня

Тень, отбрасываемая деревьями в жаркий летний день лучшее укрытие от зноя, не считая кондиционеров, которые ставят лишь в закрытых пространствах. На одной из скамеечек сидят две девочки и о чём-то беседуют.

- Как же я устала, - жалуется подружке Лалиса, вытянув ноги и откинувшись на спинку скамейки.

Только что закончились дополнительные занятия по лёгкой атлетике и девочка, быстро переодевшись, приковыляла к дожидающейся её подруге.

- Ты бледная какая-то, - глядя на подошедшую указывает ЧэЁн.

- Знаешь ведь, что я в столовую не попала на большой перемене. Вот и бледная… И вообще, я жутко голодная! Есть хочу, а двигаться уже сил нет.

- У меня шоколадка есть, - залезая в свой рюкзачок предлагает ЧэЁн. – Хочешь?

- Давай! - излишне резко вскидывается Лалиса и роняет на землю свой рюкзак при этом, скривившись, хватается за левую ягодицу. – Айщ!

- У-у-у! – сочувственно кривиться ЧэЁн. – Больно, да?

- «Нет, блин! Мне приятно. Садомазохист я! Вот решил в их стройные ряды записаться на досуге. Тренируюсь…», - молча покосился на ЧэЁн.

- Я же предлагала тебе сходить к медсестре.

- Ай! – машет рукой Лалиса. – Забудь! Мелочи всё это.

- Пф! – удивлённо глядя на подружку выдыхает ЧэЁн. – Как ты так можешь? Тебе же больно.

- Ты мне шоколадку дашь или мне тебя укусить? – с явным намереньем перевести свои слова в действие тянется к собеседнице Лалиса, оскалившись.

- На-на! – быстро протягивает затребованное ЧэЁн, дёрнувшись при этом назад.

Из школы вышли Юна и Джессика. Участницы стремительно набирающей популярность группы Girls’ Generation двигаются в сторону аллеи бурно что-то обсуждая на ходу.

- Зачем ты нагрубила сонсенниму? - шипит на подругу Юна.

Джессика не реагирует, продолжая движение в выбранном направлении. Сейчас идут уроки и территория школы практически пуста. Девушке очень хочется посидеть в тихом и спокойном месте, чтобы никто не мешал и не отвлекал.

- Онни, я к тебе обращаюсь, - не отставая продолжает попытки добиться объяснений поступка подруги Юна.

- Что ты хочешь услышать? Что мне жаль? – резко остановившись и повернувшись к мемберу своей группы лицом спрашивает девушка и быстро сама отвечает. – Так вот… Мне не жаль! Я сделала это потому, что мне надоело выслушивать претензии всех вокруг.

Высказав всё что хотела Джессика, возобновляет движение по направлению к аллее.

- Это неправильно, - негромко сообщает старшей подруге истину в последней инстанции Юна и подрывается вслед за ней.

Войдя под тень деревьев девушки, не торопятся выбрать место, где можно присесть. Джессика, просто приблизившись к одному из стволов опирается на него спиной и прикрывает глаза.

- «Как же вы меня все достали!» - думает она.

- Почему ты такая эгоистка? – пристроившись рядом спрашивает Юна. – Знаешь ведь, что менеджер Кан будет ругаться.

Джессика стоит молча ничего не отвечая. Нет у неё желания сейчас что-либо обсуждать. Просто хочется побыть одной.

Когда и как к нам подошли местные знаменитости я лично не заметил, потому что был увлечён пожиранием, да, да, именно пожиранием шоколадки честно отобранной у ЧэЁн. Она что-то там говорила всё это время, но я пропускаю сказанное мимо ушей. Понял, что что-то не так, когда наступила тишина и тут же бросил взгляд на соседку. ЧэЁн сидела ко мне вполоборота и откровенно таращилась на двух девушек, стоявших невдалеке от нас. Лица их мне показались знакомыми. Однако я был настолько голоден, что вернулся к шоколадке.

- «Плевать на весь мир! Я есть хочу! Боже, какая же ты вкусная! Разве может быть простой тёмный шоколад таким вкусным?»

Тем временем беседа двух мемберов группы Girls’ Generation продолжалась.

- Я устала, Юна, слушать всех подряд и делать то, что мне говорят при этом делая вид, что всё в порядке, - открыв глаза заговорила Джессика.

- Наши песни держат топовые места практически во всех чартах страны с начала июня. Мы наконец-то достигли вершины популярности, о которой столько мечтали, а ты начинаешь капризничать. Зачем ты сказала сонсенниму что сама знаешь, как лучше петь? Это было очень грубо, онни. А если кто-то узнает об этом? Представляешь какой будет скандал? Тебе надо извиниться.

- Не буду я извиняться! Вот ещё…! Сама ничего не добилась в жизни, а других учит, - возмущённо вскидывается Джессика, глядя на подругу, намекая при этом на учителя музыки.

- Ты как…, - вновь начинает говорить Юна и замечает двух девочек, сидящих на скамейке совсем недалеко от них.

Одна из школьниц, а это очевидно были школьницы, занявших скамейку, смотрит широко отрытыми глазами на мемберов группы Girls’ Generation. Вторая, не замечая ничего вокруг увлечена поеданием шоколадки. Девочка с таким наслаждением на лице поглощает продукт, что желудок Юны подаёт голос.

- Эй вы! – окриком пытается привлечь к себе внимание Юна. – Чего тут подслушиваете?! Ну-ка идите отсюда!

Та из девочек, что сидит ближе к айдолам ещё шире распахивает глаза, но продолжает молчать, не делая даже попытки подняться и выполнить требование, прозвучавшее в её адрес. Вторая же, просто кинула взгляд в сторону откуда до неё долетело высказывание и вернулась к своему занятию, явно не желая не то, что подчиняться, но даже слушать, что там ей говорят.

- Вы что глухие?! – направившись к скамейке задаёт вопрос Юна.

- «Вкусно, но мало! Я хочу ещё!» - повернулся к ЧэЁн и хотел спросить есть ли у неё ещё что-нибудь, как заметил, что подруга впала в состояние одеревеневшего суриката, высматривающего опасность. Ну, только что лапки к груди не были подняты, а так один в один миленький маленький сурикатик.

- «Интересно, а если её сейчас в щёчку пальчиком потыкать, она отреагирует или нет?» - пришедшая в голову мысль подняла настроение и на моё лицо само собой выплыла улыбка.

Так как только практика является неоспоримым критерием истины я потянулся к ЧэЁн одной рукой дабы провести натурный эксперимент. Ведь и правда интересно… Да и голод вроде как отступил, закончив терзать моё тело.

- Я задала вопрос! – подойдя в упор к сидевшим на скамейке девочкам и нависнув над ближайшей Юна грозно нахмурила брови.

Но так как девушка она была очень симпатичной выглядело это скорее умилительно, чем на самом деле грозно.

- «Юна… Джессика… Тут… Я… SNSD… А-а-а!», - сильно лагал и вис процессор в голове ЧэЁн, а когда вышеупомянутая Юна приблизилась к ней на расстояние вытянутой руки. В результате данного сближения система ушла в глубокий сон оставив лишь условные рефлексы тела отдуваться за хозяйку.

В момент, когда Юна приблизилась и нависла над ближней девочкой, Лалиса исполнила задуманное тыкнув пальчиком в щёку подруги. Никакой реакции со стороны жертвы бесчеловечного эксперимента не последовало от слова совсем. Ноль. Всё равно что в плюшевую игрушку пальцем тыкать.

Мембер Girls’ Generation отстранилась и даже, кажется, сделала шаг назад, когда увидела, что делает вторая девочка.

- Что это с ней? – спросила Юна, указав на статую, в которую превратилась ЧэЁн.

Тем временем Лалиса упорно продолжала тыкать пальчиком в щёку своей подружки. Чем дольше это делала девочка, тем шире становилась её улыбка.

- Дэбак! - не отводя взгляда от жертвы тихо произнесла Лалиса.

- Она что больная? – этот вопрос задала уже Джессика, подошедшая вслед за мембером своей группы.

- Неа, - широко улыбаясь ответила девочка, наконец оставившая в покое щёчку ЧэЁн. – Просто она ваша фанатка.

- Оу, - как-то невнятно протянула Юна и посмотрела на вторую девочку. – А Ты?

- Что я? – переспросила та в момент, когда Джессика перевела любопытный взгляд с «деревянного суриката» на неё.

- Тебе не нравиться наше творчество? – уточнила Юна.

- Эм, - замялась девочка явно не зная, что сказать. – «Скажут тоже: «Творчество». Задницей на сцене вилять – эт ни фига не творчество! Это работа манекеном. Хотя…»

- Я жду, - скрестила на груди руки Юна.

- Да, в общем то нравится. Просто я не вхожу в число, - и девочка вновь аккуратно тыкнула пальчиком в щёку соседки, - фанаток. Мне много чего нравится.

- Встань! И почему ты со мной так неуважительно разговариваешь?

По всей видимости мембер Girls’ Generation – Юна решила сорвать накопившееся раздражение на ни в чём не повинном мне. ЧэЁн не в счёт. Она в астрале. Только глазами периодически хлопает, давая тем самым понять окружающим, что она ещё жива. Ну и дышит. Вроде… Пришлось подниматься.

- Простите. Я Ким Лалиса ученица выпускного класса Школы Искусств Сонхва, а это моя одноклассница Син ЧэЁн. И нет, мы вас не подслушивали, - девочка покосилась на статую. – Я так точно. А онни …, - она указала рукой на свою соседку. – Ну, в общем вы сами видите…

Джессику эта ситуация начала забавлять ещё в тот момент, когда она увидела, что ближняя к ним девочка превратилась в соляной столб, а когда Лалиса указала на этот момент и ещё раз ткнула подружку пальцем прямо в щёку, девушка разразилась заливистым смехом. Она столь резко и звонко рассмеялась, что Лалиса и Юна вздрогнули.

- Да ну вас всех! – обиделась Юна и развернувшись пошла в сторону школы.

Она устала уговаривать Джессику, чтобы та вела себя как положено.

- «Мне за это не платят! В конце концов лидер у нас ТэЁн. Вот пусть она и разбирается с Джессикой. А я не хочу! Надоело всё время за ней следить, как за маленькой», - думала Юна, топая обратно и кипя искренним негодованием в связи с очередной выходкой Джессики. – «Я тоже человек. Я устала! Вот! Эти ещё две… дуры какие-то.»

Когда ушла Юна, я остался в компании двух припадочных девиц. Одна из которых до сих пор находится в катотоническом ступоре, а вторая, держась за скамейку одной рукой ржала как не нормальная, ухватившись второй конечностью за живот.

- «…ять! И что мне с вами делать?» - прикинул про себя, затем перевёл взгляд с ЧэЁн на Джессику, а потом посмотрел в след уходящей Юне. – Твою мать!

Место действия: квартира семьи Ким

Время действия: время ближе к вечеру

В гостиной за столом сидят Пакпао и ХеМи. Рядом парит маленький керамический чайничек, только что принесённый с кухни, и стоят две чашечки. Женщины обсуждают поведение некого субъекта по странному стечению обстоятельств являющегося сыном для одной из них и мужем для другой.

- Никак не могу понять одного, невестка. Зачем каждый раз напиваться до столь скотского состояния? – старшая из женщин не выбирала выражений применительно к сыну.

Он на самом деле сильно её разозлил своей выходкой.

- Это всё ХёнСок, - попыталась защитить супруга ХеМи.

- Не говори глупостей! – кинув недовольный взгляд на супругу ДжэУка ответила Пакпао. – Если человек не хочет напиваться – он не пьёт так много.

ХеМи грустно вздохнула и мысленно согласилась со свекровью.

- «Омма, права. Но не совсем. Каждый раз, как только он встречается с ХёнСоком всё заканчивается безобразной пьянкой. Так что это дело рук ХёнСока. С другими же он так не напивается.»

Слышится звук открывающейся двери, и до женщин долетает голос Лалисы.

- Да, я почти закончила. Минусовку завтра начнём. Всё я домой зашла. Аньён, ЮнХо-оппа.

Дамы не в курсе, что девочка пришла домой не одна.

- Наконец-то соизволила явиться, - поднимается места Пакпао и направляется в прихожую для того, чтобы высказать своё неудовольствие внучке, которая обещала прийти ещё полтора часа назад, а добралась домой только сейчас.

ХеМи молча идёт следом, по-прежнему думая о супруге, напившемся до столь постыдного состояния. И, разумеется, мимо её «ласковых» мыслей не проходит имя лучшего друга её мужа.

- И где тебя нос…? – на полуслове запинается Пакпао, наткнувшись на три пары глаз, когда она вышла в коридор.

- Аньён хасэё, госпожа, - в унисон здороваются с ней гостьи кланяясь, а затем так же приветствуют ХеМи, вышедшую вслед за бабушкой в коридор.

- Лалиса! – тут же возмущается Пакпао, укоризненно глядя на внучку. – Ты бы хоть предупредила что придёшь не одна.

- А я разве…? – произносит девочка и задумывается на пару секунд, потом разводит руки в стороны и произносит. – Извини, хальмони. Мне казалось, что я позвонила. Видимо подумала об этом, но забыла.

- Аньён, девочки, - берёт дело в свои руки ХеМи. – Проходите в гостиную. Мы как раз решили чаю попить.

- Хальмони, а СонМи дома? – спрашивает Лалиса, странно покосившись на старшую из девочек, что пришли с ней.

- Дома она, дома, - ворчливо отвечает Пакпао. – У себя в комнате валяется и ничего не делает как обычно.

Поймав на себе слегка укоризненный взгляд невестки с просящими нотками, намекающими на гостей, пожилая женщина, ничуть не смутившись, добавляет масла в огонь.

- А в чём я не права, невестка? Пришла в два часа дня и до сих пор в своей комнате валяется. Делом бы лучше занялась каким-нибудь. Всё пользы больше было бы.

- Проходите, девочки, - пропускает вперёд себя гостей ХеМи.

- Замечательно, - потирая руки произносит Лалиса и топает в направлении комнаты сестры со странным выражением на лице.

- «Опять что-то задумала, негодница», - мотает головой Пакпао, проводив взглядом младшую внучку и направляется в гостиную.

Место действия: квартира семьи Ким. Комната СонМи

Время действия: это же время

Хозяйка помещения вольготно развалилась на заправленной кровати попой вверх и болтая согнутыми ногами в воздухе беседует по телефону.

- Ну, не знаю… Мне кажется это не очень хороший вариант.

Что девушке отвечает собеседник со стороны совершенно не слышно. Повернувшись на бок СонМи, смотрится в ростовое зеркало, стоящее у стены рядом с окном, переложив при этом телефон к другому уху. Заметив что-то, девушка резко поднимается и подходит ближе к зеркалу, начав всматриваться в своё отражение акцентируя внимание на лбу.

- Подожди, - бросает она в телефон и кладёт его на подоконник.

После десяти секунд разглядывания СонМи недовольно морщится поняв, что зацепил её взгляд.

- Вот ведь…! – еле сдержавшись недовольно высказывается она, когда наконец осознаёт весь ужас ситуации. – Прыщик! Только тебя мне и не хватает!

Без стука открывается дверь в комнату и в щель просовывается очень довольная мордашка Лалисы.

- Аньён, онни. Чем занимаешься?

- С ХёнДжу разговариваем, - не отводя взгляда от зеркала отвечает СонМи и неожиданно топает ножкой. – Гадство!

Зайдя в комнату полностью Лалиса, подвисает на какое-то время глядя на старшую сестру.

- «Может быть и не стоит её сейчас звать в гостиную», - пришла не такая уж и плохая мысль в мою голову. – «День что ли сегодня такой? ЧэЁн… Теперь вот онни…»

- Онни, давай я тебе перезвоню, - взяв сотовый с подоконника говорит СонМи. – Ага, хорошо. Ну всё, аньён.

- Фух, - выдыхает вдруг Лалиса и произносит. – А я уж было подумала…

- Что?

- Да так... Ничего, онни, - отмахивается девочка. – Пошли чаю попьём.

- Не хочу я чаю, - кривится СонМи. – Там хальмони с оммой. Снова что-нибудь делать заставят. И вообще… У меня серьёзная проблема.

- Какая?

- Прыщик вскочил, - отвечает девушка и указывает пальчиком себе на лоб.

Лалиса подошла ближе к старшей сестре и прищурившись стала всматриваться в то место куда указала СонМи. Поразглядывав лоб старшей сестры девочка выносит свой вердикт.

- Нет там у тебя никакого прыщика.

- Ну как нет то? Вот же он! – указывает СонМи на малюсенькую еле заметную точку у себя на лбу. – Видишь?

- Ничего я не вижу, онни. Да и наплевать на твой прыщик. Пройдём… Не велика беда!

- Ты вообще ничего не понимаешь, - глядя на Лалису как солдат на вошь заявляет СонМи.

У младшенькой на мгновение глаза вильнули в сторону.

- «Да кто бы спорил то? Было бы ещё что там понимать? Какой-то прыщик. Пф!»

Лалиса мотает головой будто отгоняя непрошенные мысли и продолжает убеждать сестру пойти с ней в гостиную.

- Онни, ну пошли со мной, а? – и с хитрой улыбочкой младшенькая добавляет. – Я тебе кое-что покажу.

- Что-то из школы принесла?

- Ага, именно из школы, - уже подталкивая в спину хозяйку комнаты отвечает Лалиса, когда СонМи наконец согласилась пойти с ней, направившись к двери.

- «Надеюсь это не очередной рисунок дочери президента Сона», - думает старшая из сестёр Ким, двигаясь в сторону гостиной.

Тем временем в гостиной подружек Лалисы уже усадили за стол и налили по чашечке. ЧэЁн после того, как они с Джессикой представились попросила кофе, а Джессика зелёного чая сказав, что ей нельзя кофе.

- На самом деле мы очень много трудимся, ХеМи-сии, - отвечает Джессика на вопрос, заданный матерью Лалисы. – Танцы и вокал каждый день по двенадцать, а порой и по шестнадцать часов. Хорошо хоть промоушен (Промоушен — это комплекс маркетинговых мероприятий, которые помогают познакомить новых потребителей с компанией и ее товаром или подтолкнуть к покупке тех, кто знаком с продукцией, но по какой-то причине пока сомневается. В данном случае имеется ввиду продвижение музыкальных композиций, представляемых группой Girls’ Generation.) завершился.

ЧэЁн сидит рядом и смотрит на свою новую подругу чуть приоткрыв рот. Ну как же? Ей сейчас открывают закулисный мир K-POP индустрии. И делает это не кто-то там, а сама Джессика из Girls’ Generation. Осталось только завизжать: «А-а-а!» и броситься ей на шею. Но так делать нельзя. Девочка до сих пор поверить не может своему счастью.

- Промоушен? – переспрашивает Пакпао, не понявшая о чём идёт речь и тянется за своей чашечкой, наполненной зелёным чаем.

Только Джессика собирается ответить, как в гостиную заходит СонМи, смотрящая в этот миг себе за спину.

- Так когда начнём? – обращаясь к сестре спрашивает она, а затем оборачивается.

Место действия: подземная парковка в доме, где находится квартира семьи Ким

Время действия: приблизительно это же время

Пристроив машину на место, приписанное к квартире, ДжэУк тянется в сторону заднего сидения, где лежат подарки, которые он купил в виде извинений за своё поведение для жены и матери. Взяв в одну руку цветы и маленькую коробочку, а во вторую коробочку значительно больших размеров с выпечкой внутри из любимого ресторанчика Пакпао мужчина выбирается из автомобиля и не желая класть на землю или на крышу машины вещи закрывает дверь головой, затем жмёт на кнопку сигнализации и слышат щелчок.

- Вот и хорошо, - бормочет он и направляется к лифту держа в руках подарки и связку ключей с брелком сигнализации.

Остановившись у лифта ДжэУк, пытается нажать кнопку рукой в которой держит цветы и подарок для жены. Сделать это, не уронив вещи никак не получается. Покосившись на вторую руку, мужчина понимает, что и она ему сейчас не помощница. Мысленно плюнув, он, медленно стараясь ничего не уронить наклоняется лицом к кнопке вызова лифта и со второй попытки умудряется вдавить её своим носом. Оказавшись внутри ДжэУк, проделывает такую же процедуру с кнопками, по-прежнему не желая выпускать из рук подарки. Двери закрываются, и кабина устремляется вверх, везя своего пассажира домой, где его всего скорее ждёт не самый приятный разговор с матушкой. В отношении жены мужчина спокоен.

- «С ХеМи проблем быть не должно», - размышляет ДжэУк, кинув взгляд на маленькую коробочку, - «а вот с оммой практически наверняка придётся объясняться.» Пф! – недовольно фыркнув и почесав плечом ухо он продолжает прикидывать в уме как быть. – «Для задабривания уже кое-что есть», - взгляд на большую коробку. - «И в конце концов не первый же раз этим заниматься придётся.»

Вспомнив как он периодически извинялся и каялся, представая пред светлыми очами своей грозной и довольно-таки властной матушки ДжэУк ухмыляется, а затем вспомнив истинного виновника того, из-за чего ему сейчас придётся извиниться нахмуривается.

- «Всё! С ХёнСоком больше не пью!»

Лифт останавливается на нужном этаже и мужчина аккуратно – боком выходит из кабины, чтобы не дай бог случайно не повредить подарки. Настроение, непонятным образом, поднявшееся пока он ехал подталкивает его улыбнуться. Однако ДжэУк понимает, что улыбка – это не самый лучший вариант показать всю глубину его раскаяния за столь не подобающее поведение, и он берёт себя в руки. Приблизившись к двери и осознав, что открыть он её не сможет по причине занятых рук, ДжэУк решает постучать в неё ногой. Аккуратно… Только он собирается приступить к задуманному, как из квартиры до его слуха долетает истошный девичий вопль.

- А-а-а!!!

Место действия: Сеул. Квартира Семьи Ким

Время действия: вторая половина дня

В гостиной собрался чисто женский коллектив разных возрастов и, само собой разумеется, разговор ушёл в сторону не чуждую каждой из присутствующих здесь дам.

- Никогда бы не подумала, что артисты использую какую-то специальную косметику, - задумчиво произносит сидящая на диване Пакпао.

Джессика только что рассказала о специфике в индустрии шоу-бизнеса касательно косметологии и вообще ухода за своим внешним видом.

- Постоянно приходится следить за своей внешностью. Нет никакой, даже малейшей возможности, появиться на людях, без того, чтобы твоё лицо выглядело несовершенно, - грустно заканчивает мембер группы Girls’ Generation, сидящая в кресле.

По обоюдному согласию вся компания переместилась от стола, оккупировав мягкую мебель в гостиной. ЧэЁн, снова превратившаяся в суриката, смотрит на девушку широко открытыми глазами, сидя рядом с оммой Лалисы на диване. Пакпао расположилась в кресле напротив Джессики.

- Девушка всегда должна выглядеть хорошо, - пожимает плечами ХеМи. – Иначе как она сможет выйти замуж?

- Это так, госпожа, но…, - рассказчица задумывается на некоторое время видимо подбирая доводы в защиту своего видения ситуации, - иногда хочется проснувшись не заниматься макияжем, а просто умывшись выйти на улицу и прогуляться. Просто прогуляться. Понимаете?

Никто из женщин не торопится отвечать. Каждая из них задумывается над сказанным. На ЧэЁн надежды нет. Статуи вообще не разговорчивы по своей природе. До присутствующих начинают доноситься голоса СонМи и Лалисы. Сёстры явно приближаются к гостиной. Только что обсуждавшие столь интересную тему, уход за кожей лица, дамы обращают свои взгляды на вошедшую первой старшую из сестёр.

- Так когда начнём? – спрашивает, обращаясь к сестре СонМи и оборачивается.

Мимо полусогнувшись под рукой старшей сестры, проскальзывает Лалиса, потому что сестра так и зависла на месте, не полностью завершив оборот тела. Её глаза устремлены на старшую из пришедших в гости девушек. Наступает пауза. СонМи вздрагивает, делая шаг назад и немного в сторону полотна двери, что сейчас прислонено к стене. Спустя непродолжительное время Пакпао и ХеМи замечают некоторое сходство в выражениях лиц младшей гостьи, которая до сих пор не пришла в себя и их прямой родственницей: такие же расширившиеся глаза, замедленное дыхание и чёрточки испуга, явно отразившиеся на лице девушки. Лалиса отошла в сторонку и, прикрыв рот ладошкой, начинает тихонечко хихикать, стараясь сдерживаться.

- Аньён хасэё, - улыбнувшись здоровается с вошедшей Джессика, поднявшись со своего места и делает шаг в сторону СонМи, бросив мимолётный взгляд на Лалису.

Это действие гостьи становится спусковым крючком для сознания зависшей СонМи.

- Ааа!!! – издаёт она вопль непонимания и сомнений в происходящем, стукаясь при этом спиной о дверь и пытаясь слиться с ней целиком.

В этот миг не выдерживает Лалиса и начинает смеяться, помаленьку стекая по стене, у которой она стояла и наблюдала за происходящим. Ничего до сих пор так и не понявшие Пакпао с ХеМи переводят свои взгляды на девочку, которая, закрыв лицо руками начала откровенно ржать. Из прихожей доноситься звук громкого хлопа, изданного входной дверью и в гостиную влетает весь взъерошенный с одиноким цветком на сломанной ножке, висящем на его плече, ДжэУк, имеющий вид человека, настроенного, как минимум, на смертный бой. Лалиса лежащая на полу, увидев отца, начинает икать, продолжая при этом хохотать как ненормальная, тыкая в его сторону пальцем. Девочку, очевидно, накрыло с головой.

- Джессика! - издаёт то ли писк, то ли визг СонМи, продолжая таращиться на своего кумира выпученными глазами и прижимая руки к груди.

- Кто напал?! Что случилось?! – одновременно с ней выдаёт ДжэУк, разглядывая происходящее в гостиной.

ЧэЁн тем временем продолжает изображать суриката, не сводя глаз с Джессики.

- Ой, я больше ни магу, - стонет Лалиса и после этих слов взгляды присутствующих в помещении старших родственников скрещиваются на девочке.

Всех кроме СонМи. Она продолжает таращиться на Джессику, которая, в свою очередь, открыв рот, во все глаза смотрит на ДжэУка, только что влетевшего в гостиную. Да ещё и в столь, эм-м-м, специфическом образе.

Так, я ещё не смеялся ни разу за обе свои жизни. Вот прям до заикания ржал. Разумеется, мне было известно, что Джессика, которая пришла к нам в гости является биасом (БИАС – слово, которое произошло от английского «bias» или «любимчик». Биас – любимый участник K-POP группы.) СонМи, при виде которого сестрёнка верещит, как ненормальная. До сих пор не понимаю из-за чего? Вроде же взрослая уже, а ведёт себя как дитё неразумное. Мне честно удавалось сдерживаться в самом начале, как только мы вошли в гостиную, но в момент, когда онни прилипла к двери, вытаращившись на гостью, я не выдержал. А уж когда завалился ДжэУк…

- «У-упс!» - промелькнуло голове, уловившей излишнее внимания к моей персоне.

- ДжэУк, что с тобой? – подаёт голос ХеМи, переведшая взгляд на мужа.

- Я услышал крик и …, - сняв цветок со своего плеча и посмотрев на него с явным сожалением произносит ДжэУк и, не договорив, переводит взгляд с жены обратно на младшую дочь.

Лалиса до сих пор не может успокоиться. Ну, только что каким-то чудом умудрилась присесть, вернувшись практически в вертикальное положение. Из глаз её текут слёзы, которые она пытается вытирать, но как только девочка бросает взгляд на отца или сестру приступы хохота возвращаются. Джессика тем временем уже подошла вплотную к СонМи. Она заинтересованно смотрит на происходящее со всё больше и больше наползающей на её лицо улыбкой. И тут в себя приходит старшая из сестёр Ким.

- Ааа! – выдаёт очередной вопль СонМи и резко прилипает к гостье в прямом смысле этого слова, обняв её обеими руками.

Жертва лишь глаза скашивает на агрессора и продолжает улыбаться.

- Ты такая…! Такая…! Я…! Я…! - пытается донести некую мысль посетившую её голову прилипшая, но у неё это получается, откровенно говоря, не очень хорошо и она вновь издаёт восторженный вопль. – Ааа!

- Лалиса, - с укором в голосе обращается к младшей внучке Пакпао, неодобрительно мотая головой.

- Фух! – выдыхает ДжэУк и смотрит на гостий.

Картина вырисовывается престранная. Его старшая дочь изображает сошедшую с ума малолетнюю фанатку, вцепившуюся в своего кумира, коим является первая незнакомая ему девушка. Вторая гостья сидит и смотрит на происходящее, почти не дыша и даже не делая попыток что-либо сказать или сделать. Лалиса же просто уже рыдает от смеха не в силах остановиться.

- Дурдом какой-то, - ворчит мужчина и выходит из гостиной.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: спустя полчаса

Всё та же гостиная с теми же участниками представления. Только сейчас расстановка тел в помещении изменилась. Пакпао по-прежнему занимает своё кресло. ХеМи сидит за столом рядом со своим мужем. По правую руку от неё расположилась СонМи, периодически бросающая взгляды на Джессику, сидящую справа от неё. ЧэЁн посадили напротив Джессики. И как вишенка на торте на другой стороне стола прямо напротив родных сидит одинокая Лалиса, опустившая голову. Нет, никто при гостях девочку ругать не собирается, но всеобщее порицание налицо.

На столе лежит то, что раньше было подарками, купленными ДжэУком: остатки букета, собранные в кучку, и сильно помятая коробка из ресторанчика в непотребном состоянии. Про содержимое её лучше даже и не думать. Единственное что уцелело так это маленькая коробочка, в которой находится подарок для ХеМи. ДжэУк предусмотрительно её спрятал в карман, когда забирал из коридора.

- Девочки, вы, наверное, голодны? – спрашивает вдруг ХеМи, переводя свой взгляд с одной гостьи на другую.

- Спасибо, но я не хочу есть, - подаёт голос ЧэЁн.

- А мне нельзя, - с грустью в голосе отвечает Джессика.

- А я бы не отказалась чего-нибудь съесть, - встрепенувшись заявляет Лалиса и, наткнувшись на взгляд матери, снова опускает голову.

На помощь девочке приходит Джессика, которая за последние несколько часов получила массу впечатлений. Причём впечатлений положительных и именно таких, на которые она и рассчитывала.

- Лалиса, ты обещала показать свою комнату, – произносит девушка, глядя на виновницу случившегося переполоха, - и ещё показать, как ты играешь.

- Идём! - излишне резко реагирует девочка, практически вылетев из-за стола. – ЧэЁн, пошли, - бросает она уже себе за спину, не дожидаясь реакции вышеупомянутой.

Когда гостьи с младшенькой удалились в гостиной наступила неловкая пауза. Никто не торопился разрывать тишину. Все раздумывали над случившимся.

- Ну, вот ни минуты покоя с ней нет, - первой подаёт голос Пакпао, намекая на свою любимую внучку.

- Я пойду к сестре, - говорит СонМи и вылезает из-за стола.

- Иди, дочка, - отпускает ту ХеМи и обращается к супругу. – ДжэУк, зачем ты купил цветы?

- Хотел подарить тебе в виде извинений за вчерашнее, - мужчина кивает на стол, - а это для тебя, омма.

Поднявшись со своего места Пакпао, подходит к сильно помятой коробке, потерявшей свой товарный вид, и заглядывает внутрь, кое-как открыв её. Поразглядывав содержимое некоторое время женщина выносит свой вердикт.

- Я это есть не буду, - произносит она и начинает смеяться, потому что содержимое коробки превратилось в хорошо перемешанный салат. ДжэУк с ХеМи тоже улыбаются.

- Кстати, ХёнСок предложил отправить Лалису к нему в агентство на прослушивание, - говорит ДжэУк и, поймав на себе недовольный взгляд Пакпао, добавляет. – Ты же сама говоришь, омма, что с ней ни минуты покоя. Вот пусть тратит свою энергию в полезном направлении.

Обе женщины задумываются над услышанным, оценивая предложение мужчины.

- Ты знаешь, ёбо, а мне почему-то кажется, что это хорошая идея, - неожиданно соглашается с мужем ХеМи.

Пакпао не торопиться выносить вердикт. Уж больно ей не нравиться этот ХёнСок.

- «Несносный мальчишка, вечно втягивающий сына в неприятности!» - думает она. – «С другой стороны Лалису и правда нужно загрузить, как следует, чтобы не было времени на всякие глупости. Уроков физкультуры в школе ей явно мало. Да и дополнительных занятий тоже…»

Покатав в голове мысли подобного толка ещё какое-то время Пакпао кивает, соглашаясь с сыном.

- Пусть уж лучше делом будет занята. К тому же ей нравятся музыка и танцы.

ДжэУк, довольный таким решением улыбается, а затем неожиданно обращается к супруге, картинно нахмурив брови.

- Жена, я, между прочим, голодный! Где мой ужин?

- Ой! - подскакивает со своего места ХеМи и быстрым шагом направляется на кухню. – Я сейчас.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким. Комната Лалисы

Время действия: это же время

Только когда подошёл к двери вспомнил про бардак в комнате и, обернувшись, предупредил девчонок.

- У меня там немножко не прибрано. Не обращайте внимания.

Джессика лишь хмыкнула, а ЧэЁн пожала плечами. Но вот когда я открыл дверь и заглянул внутрь, понял, что слово «немножко», употреблённое мной, не совсем верно описывает этот хаос, что странным образом каждый раз появляется в помещении, где я живу. Вообще не понятно, как это происходит и почему.

- Вау! – подала голос Джессика. – А я думала, что это я неряха.

- Тебя ограбили что ли? – спросила ЧэЁн, зайдя в комнату и начав её осматривать.

- Эээ! – слегка возмутилась Лалиса после слов Джессики. – Я не неряха. Просто немного рассеянная.

- Ага, - с улыбочкой кивнула девушка. - ... и ленивая.

- «Да что б вас всех!»

- Лалиса, а ты не боишься, что у тебя кто-нибудь тут заведётся? – спросила ЧэЁн, перешагивая через толстовку, валяющуюся прямо по средине комнаты. – Я имею в виду кого-то из разных там ползающих гадов?

Хозяйка комнаты не ответил на эту провокацию. Она только немного скривилась от услышанного.

- Слушай, - выбирая место, где можно присесть, обратилась к автору этой вакханалии Джессика, - а можно я это сфотографирую?

- Зачем? – с подозрением посмотрев на задавшую вопрос, интересуется Лалиса.

- Покажу мемберам своей группы, чтобы они, наконец, от меня отстали и перестали называть неряшливой.

Хозяйка комнаты скривилась ещё больше - так будто у неё резко заболели все зубы разом.

- Ладно, - согласилась вдруг она. – Только имени моего не называй, пожалуйста.

- О! Спасибо, - улыбнулась довольная разрешением Джессика и полезла в сумочку за телефоном, тут же выругавшись. – Ончи (жопа)!

Она встряхивает головой, будто отгоняет какие-то мысли, а затем делает несколько быстрых снимков.

- Ты чего, онни? – обернулась Лалиса, начавшая собирать разбросанные по комнате вещи.

ЧэЁн, двумя пальчиками убравшая с кровати что-то напоминающее футболку и усевшаяся на освобождённое место, вопросительно взглянула на свою новую подругу.

- Двенадцать пропущенных вызовов от менеджера Кана, - нахмурившись, поясняет причину такой её реакции девушка.

- Может быть, стоит перезвонить, - робко предлагает ЧэЁн.

- Нет, - приняв решение, отвечает Джессика. – У меня сегодня выходной. Никого из них не хочу видеть!

- Вот и правильно, - поддерживает говорящую Лалиса, которая сейчас пытается затолкать в шкаф груду одежды, собранную ею в огромную кучу, еле помещающуюся у неё в руках.

Получается это сделать не с первого раза. Шмотки то и дело вываливаются на пол, не желая прятаться от лишних глаз. Им и на воле неплохо лежалось.

- У тебя не будет из-за этого проблем, онни? – не отстаёт ЧэЁн.

- Нормально всё будет, - отвечая, Джессика делает ещё пару снимков, пока Лалиса не успела убрать остальные вещи. – Не переживай.

- Как скажешь, - соглашается девочка и переводит взгляд на хозяйку комнаты. – А у тебя гитара есть?

- Я же говорила, - пыхтит в ответ Лалиса, продолжающая заталкивать тряпьё в шкаф, - что нет у меня гитары. Только синтезатор, компьютер и всё.

- Жалко. Я бы сыграла.

- Онни, - обращается к Джессике Лалиса, прижимаясь в этот момент щекой к дверце одного отделения шкафа, пытаясь её закрыть, - А ты играешь на чём-нибудь?

- Не, - отмахивается та, разглядывая получившиеся фотки. – Только петь и танцевать могу. Чуть-чуть играю на каягыме, но у тебя я его не вижу.

- Правильно не видишь. Потому что его у меня нет, - наконец захлопнув дверцу, выдыхает Лалиса и направляется к своему синтезатору. – Значит, развлекать вас буду я.

- Давайте только, пожалуйста, не музыку, а? – как-то уж совсем жалостно протянула Джессика и перевела взгляд с Лалисы на её сестру, а потом на ЧэЁн. – Слышать уже ничего не хочу.

- Правда, что ли? – в унисон ляпнули девочки, вытаращившись на айдола.

- Угу, - кивнула та и продолжила. – Постоянные репетиции даже к самой хорошей песне могут вызвать отвращение.

Джессика нахмурилась, как будто что-то вспоминая, и вновь обвела взглядом присутствующих.

- Ну, я тогда не знаю, - пожала плечами хозяйка комнаты.

ЧэЁн просто молча переводила взгляд с одной подружки на другую. Она вообще не очень понимала, что происходит. С момента как они встретились с мемберами Girls’ Generation девочка находилась в странной прострации. Даже сейчас ей казалось, что всё происходящее вокруг это сон, и она очень не хотела просыпаться.

- Я знаю! – подпрыгнула СонМи и пулей вылетела из комнаты.

- Чего она знает? – спросила Джессика, посмотрев на Лалису.

- Я не знаю о чём она, - замотала та головой.

Спустя буквально тридцать секунд в комнату влетела СонМи с коробкой в руках, на которой было написано: «Осторожно! Злая собака.»

Оказалось это детская настольная игра, в которой нужно вытащить из-под пасти этой самой собаки, принадлежащие ей косточки. Сделать это довольно не просто потому, что они лежат на поддоне, который связан с самой собакой, нависающей над ним и, если ты слишком резко или сильно коснёшься специальными щипцами косточки, собака попытается ухватить тебя за руку.

- «Детский сад с барабанами», - поначалу подумалось мне, но как выяснилось, по итогу я оказался не прав, впрочем, уже не в первый раз.

Примерно через полчаса из комнаты Лалисы по всей квартире начали разноситься девичьи вскрики, громкий смех и восторженные вопли. ДжэУк, лишь недавно отошедший от лёгкого шока из-за столь необычного возвращения домой, проявляя интерес, тихонечко подошёл к двери и приоткрыл её, стараясь не шуметь. Картина, представшая перед мужчиной, вызвала невольную улыбку на его лице: посреди комнаты усевшись кругом расположились его дочери и гостьи, в центре была размещена какая-то игрушка в виде собаки, из-под которой присутствующие пытались вытащить при помощи пластиковых щипцов что-то. В случае неудачной попытки игрушка резко наклонялась вперёд и щёлкала челюстями пытаясь ухватить «вора» за руку, что вызывало просто взрыв хохота от бурной реакции игрока на такое действие собаки.

- Что там? – шёпот прозвучавший прямо над ухом заставил невольно вздрогнуть мужчину. Он обернулся, встретившись глазами с супругой. – В игрушку какую-то играют.

- Вот и хорошо, - глянув в щель, сказала ХеМи и прикрыла дверь. – Пошли.

Место действия: одна из улиц Сеула. Такси

Время действия: поздний вечер

Машина, как и многие другие неспешно двигается по дороге. За рулём сидит довольно ещё молодой по меркам профессии мужчина, который то и дело коситься на пассажирку, сидящую на заднем сидении. Девушка прикрыла глаза и на её лице играет довольная улыбка. Пассажирка явно наслаждается жизнью.

- «А чего жизни не радоваться?» - думает водитель. – «Красивая, знаменитая…», - он бросил ещё один взгляд через зеркало заднего вида на пассажирку. – «Да и богатая, сразу видно.»

- «Как же хорошо», - размышляет в этот момент пассажирка. – «Только вот за это «хорошо» отдуваться придётся. Оштрафуют ещё скорее всего …» Пф! – фыркнула Джессика и улыбнувшись ещё шире еле слышно прошептала. – Плевать! Зато хоть от дураков отдохнула.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: это же время

С кислым выражением на лице из гостиной в коридор вышла Лалиса. Состоялся разговор с родителями, который девочке очень не понравился.

- Ты всё поняла, Лалиса? – долетел до ушей девочки вопрос ДжэУка.

- Да, аппа, я всё поняла, - скривившись и не поворачиваясь ответила она, остановившись на мгновение, а затем ушла в свою комнату.

- И чем снова не довольна? – как бы ни к кому конкретно не обращаясь задал вопрос ДжэУк.

Сидевшая рядом супруга промолчала, а вот Пакпао нет.

- Я тоже не любила, когда меня ставили перед фактом, - задумчиво глядя в темноту коридора, сказала бабушка. – Хотя мне глупо жаловаться, - она с ехидцей глянула на сына с невесткой. – Мои родители меня любили больше всего на свете.

- Оно и видно, - еле слышно буркнул ДжэУк и, поймав на себе вопросительный взгляд матери, быстренько увёл разговор в сторону. – Нет… Ничего, омма. Я думаю, ей там понравится. ХёнСок позаботиться о ней.

На этот раз на мужчину вопросительно поглядела ХеМи. Женщина сильно сомневалась, что вышеупомянутый индивидуум, по какой-то непонятной ошибке мироздания являющийся лучшим другом её мужа, способен хоть о ком-то позаботиться. У неё было достаточно времени, чтобы как следует обдумать предложение супруга. И сомнения, по мере размышлений на эту тему, всё сильнее глодали её разум.

- Он обещал! – твёрдо произнёс ДжэУк.

Судя по тому, как переглянулись жена с его матерью, глава семьи Ким понял, что не смог убедить своих женщин в способностях друга. На их лицах по-прежнему то и дело мелькало выражение недоверия.

Место действия: Сеул. Агентство Big Hit Entertainment

Время действия: пятнадцатое сентября 2009 года. Утро

ХёнСок вошёл в здание агентства как полноправный хозяин. Неспешно пройдясь по коридорам и заглянув практически в каждое помещение: танцевальные комнаты, студии звукозаписи и т.д., глава агентства направился к себе в кабинет. Спустя примерно полчаса в дверь поскреблась секретарь.

- Господин президент, - высунувшись из-за приоткрытой створки, обратилась к начальнику довольно молодая ещё сотрудница.

И нет, взяли ХвиИн на это место не потому, что она красавица. Ну, по крайней мере, не только из-за этого. Наняли её за то, что она способна делать несколько дел одновременно. Всего за один год эта девушка стала практически незаменимым помощником для главы агентства.

- Что? – оторвался от изучения каких-то документов ХёнСок.

- Госпожа Хо сказала, что, - секретарь быстро глянула в бумаги, которые она держала в правой руке, и продолжила, - Ким Лалиса должна подойти семнадцатого числа к пяти часам после полудня.

Глава агентства просто кивнул и только опустил взгляд на документ, как вспомнил, что ДжэУк попросил ещё за одну девочку.

- «Кажется, ЧэЁн он сказал», - задумался на мгновение мужчина, а затем, кивнув своим мыслям, добавил вслух. – ХвиИн, запиши ещё одну девочку на просмотр. Её зовут Син ЧэЁн. Она придёт вместе с Лалисой.

- Да, господин президент. Всё будет сделано.

- И вот ещё что… Принеси мне кофе, - закончив говорить, ХёнСок вернулся к работе.

Кому-то может показаться что быть руководителем – это «праздник жизни», причём постоянный. Разумеется, это не так. Подобным образом думают лишь дилетанты, которые в своей жизни не поднимались выше начальника какого-нибудь захудалого цеха на третьесортном заводе. Самое ужасное в работе руководителем заключается даже не в том, что тебе приходится пахать практически от рассвета до заката – это ерунда. Спроси любого корейца и получишь однозначный ответ-вопрос:

- А разве бывает иначе?

Самое трудное заключается в подборе персонала и постоянном контроле всего и всех. Человек такая скотина, только дай ему хотя бы намёк на то, что за ним не присматривают, как тут же начинаются проблемы из-за лени и не желание лишний раз усердствовать. А для того, чтобы предприятие приносило прибыль все должны работать и работать усердно - не покладая рук. Вот и приходилось ХёнСоку на первых парах совать свой нос в каждую мелочь, что крайне утомляло и раздражало. К счастью, то страшное и тяжёлое время прошло, в чём искренне был уверен глава молодого агентства.

Где-то спустя час раздался звук зуммера аппарата для конференц-связи на столе у ХёнСока. Мужчина отложил в сторону один из вариантов договора с будущими трейни и нажал на кнопку.

- Слушаю, - коротко бросил глава агентства и потянулся за ещё одним бумажным листом.

- Господин президент, вас желает видеть главный хореограф Ким, - быстро протараторила секретарь.

- Пусть зайдёт, - произнёс ХёнСок и отключил соединение. – Ну вот, снова что-то будет просить, - с грустью, глядя на пока ещё не открывшуюся дверь, подумал он и быстро натянул почти что уже ставшую дежурной улыбку.

А как иначе? С любимой женщиной иначе нельзя. Ли ХёнСок не был обделён женским вниманием. Для айдола, пусть и бывшего – это нонсенс. Но в данном случае речь идёт не об очередной пассии, которую можно забыть, просто сходив на свидание с другой женщиной. Нееет, сейчас речь шла о женщине, которая тихой сапой и своей кошачьей грацией пробралась в его сердце вот уже пару лет как. И сколько не уговаривал себя ХёнСок, что это просто глупое увлечение, так и не смог убедить себя в этом.

В открывшуюся дверь плавной походкой от бедра вошла женщина лет тридцати с хвостиком, одетая в широкие чёрные брюки и лёгкую кофточку с высоким воротом.

(Ким ЧхэВон)

Лицо мужчины неуловимо изменилось. Дежурная улыбка плавно трансформировалась в нечто более придурковатое. Разумеется, ХёнСок этого даже не заметил. Бессознательные реакции тела руководят каждым человеком, а уж влюблёнными…

- Сабоним, - закрыв за собой дверь и подойдя к столу, при этом не глядя на своего начальника, прохладным тоном произнесла «подчинённая», - я требую объяснений!

Говорила женщина довольно тихо, чтобы никто не услышал. Она сейчас выказывала своё негодование тем, что ей, неведомо по какой причине, нужно будет проводить дополнительные прослушивания семнадцатого числа. А ведь у них планы на это время и планы эти не могут быть отложены, потому что в этот день годовщина их первого свидания.

- «Это не хорошо», - глядя на холодную отстранённость и явно выказываемое пренебрежение гостьей, подумал ХёнСок. – «Что я снова сделал не так?»

Не дождавшись никакого ответа ЧхэВон, наконец, соизволила взглянуть на хозяина кабинета. Холодом в её глазах можно было заморозить океан, причём практически моментально. Впрочем, желаемого эффекта она достичь не смогла. ХёнСок всё также продолжал смотреть на неё, не говоря ни слова. И выражение его лица повествовало о полном непонимании происходящего. Это в конец вывело из себя женщину.

- Как ты мог?! – наклонившись вперёд, прошипела она, глядя прямо в глаза своего мужчины. – Ты что, забыл…?!

- «Чёрт! Что я мог забыть в этот раз?» - заметались мысли в голове ХёнСока. – «Не поздравил её с днём рождения? Бред! Он был месяц назад. Хорошо посидели, даже очень…», - невольная улыбка проскочила по лицу мужчины, что не укрылось от внимательного взгляда ЧхэВон. – «Обещал съездить с ней на Чеджудо? Так поездка запланирована на конец месяца. Что же ещё…? Что же ещё…? Думай ХёнСок, она же смотрит.»

Пока глава агентства лихорадочно соображал, в голове женщины шёл монолог:

- «Если ты сейчас не вспомнишь, то ответишь за это!» - отслеживая малейшие мимические реакции на лице своего мужчины, размышляла ЧхэВон. – «Клянусь, ХёнСок, ты заплатишь!»

- Ёбо, - так ничего и не вспомнив, ласково заговорил ХёнСок, поднимаясь из-за стола и подойдя к гостье, взял её под локоть. – понимаешь, сейчас навалилось столько дел, что…

Договорить он не успел, потому что ЧхэВон вырвала свою руку.

- Айщ! – немного громче чем хотела, выпалила женщина. – Я так и знала, что ты забудешь! Всё! С меня хватит!

- Я…, - попытавшийся заговорить ХёнСок, был снова прерван.

- Пока не вспомнишь, можешь ко мне даже не подходить! – уже находясь у двери выпалила почти во весь голос ЧхэВон и быстро вышла из кабинета.

Стоя с открытым ртом, глава агентства молча смотрел на закрытую дверь, находясь в слегка ошеломлённом состоянии.

- Ведь точно, какую-нибудь мелочь забыл. И зачем так реагировать? – нахмурившись, произнёс он вслух, а затем помотав головой добавил. – Женщины…

Отношения, столь тщательно скрываемые этой парочкой от окружающих, были для всех секретом. Нет, разумеется, работники агентства иногда замечали странности в поведении своего начальства, но вслух, конечно, ничего не говорили. Ни к чему рисковать работой, а стало быть, нужно держать язык за зубами. Вообще не очень понятно, из-за чего Ли ХёнСок и Ким ЧхэВон прятались от окружающих. Может быть, потому что это придавало некую перчинку отношениям. С другой стороны, у корейцев не принято влезать в частную жизнь, пока тебе не стукнуло тридцать лет – это говорит о подобных людях лишь то, что они плохо воспитаны и лезут не в своё дело.

- Какой же гад, - расслышала секретарь Мун, когда главный хореограф агентства практически пролетела мимо её стола.

ХвиИн только пожала плечами, глядя вслед удаляющейся женщине, а затем сняла трубку с телефонного аппарата и набрала номер внутренней связи.

- Надо предупредить подругу, что сегодня лучше не попадаться на глаза хореографу Ким, - покрутив свободной рукой локон, завитых недавно волос, девушка добавила. – И Сабонима тоже лучше не беспокоить.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

Из здания школы выбегают ЧэЁн и Лалиса, что-то обсуждая на ходу. Девочки, не замечая никого вокруг, несутся в сторону дороги, где их уже ждёт вызванное такси.

- Лалиса-ян, ЧэЁн-ян, постойте! – несётся им в спину окрик учительницы музыки. – Подождите!

- «О, господи! Ну что опять-то от меня надо?» - резко затормозив, оборачиваюсь и вопросительно смотрю на сонсенним Кан.

- Я хотела поговорить о твоём выступлении на конкурсе пианистов, Лалиса-ян, - подойдя ближе, заговорила она, держа в руке какой-то лист. – Он будет через месяц и тебе нужно усиленно заниматься, чтобы выступить достойно.

- Чего? – я аж рот открыл от услышанного.

Вставшая рядом ЧэЁн, с интересом покосилась на меня.

- Я же тебе говорила про этот конкурс, - недовольно нахмурив брови, произнесла учительница музыки и сунула лист мне в руки. – Вот, держи. Там вся информация касаемо мероприятия. С завтрашнего дня начинаем усиленно заниматься. Ты поняла?

- Сонсенним, давайте завтра поговорим, пожалуйста, - простонал я, пытаясь разглядеть, что там на этой бумажке написано, но так ничего и не увидев сунул её в рюкзак. – Мы опаздываем.

- Хорошо, - покладисто согласилась Кан СанМи. - Только не забудь, что завтра уже мы с тобой начнём усердно работать.

- Ладно, - обречённо простонала Лалиса и, дёрнув за собой ЧэЁн, понеслась к вызванной машине, кинув напоследок. – До свидания, сонсенним!

Самое интересное заключается в том, что я даже не заметил, как поклонился в этот момент. Понял это только тогда, когда мы уже очутились в такси, что дожидалась нас с ЧэЁн.

- «Охренеть!» - подивился такому выверту сознания. – «Совсем окореился. Что дальше?»

- А ты точно договорилась обо мне? – в пятьдесят седьмой раз задала этот вопрос подруга, вырывая меня из размышлений о бренном.

Она вообще как-то неадекватно себя ведёт, когда речь заходит о прослушивании в агентстве. Все эти дни мне мозг колупала.

С этим самым прослушиванием получилось всё довольно странно. На следующий день я припёрся в школу в мрачном настроении, а всё потому, что не имел ни малейшего желания идти на какие-то там прослушивания. Мне и так дел хватает. Более чем… Поделился с ЧэЁн своим горем, так сказать, но вместо поддержки и понимания, возможно, где-то даже и сочувствия, на которые я рассчитывал, получил канючащую деваху, желающую тоже сходить на прослушивание. Оно так в принципе и лучше. Всё же хоть не в одиночку переться. Позвонил отцу и попросил за ЧэЁн. В конце концов с меня не убудет, да и ЧэЁн, может быть, заткнётся. Ооо! Как же я ошибался в тот момент.

- Ааа! – простонал я, устав от её нудения и закрыл лицо руками, а затем быстро достал свой телефон и протянул его девчонке. – На, ВОТ, смотри! Аппа написал, что мы с тобой идём на прослушивание. Вместе! – веско добавил, чтобы расставить все точки над «И».

Ничуть не смутившись ЧэЁн, схватила мой сотовый и начала читать нашу с отцом переписку, состоявшую правда всего из шести или семи предложений, но всё же… Дочитав она вернула мне телефон и с удовлетворённой улыбкой на лице откинулась на спинку сидения.

- Дэбак! – как-то меланхолично произнесла она и прикрыла глаза.

Покосился на соседку.

- «И чего её так тянет в эти агентства? Чего там хорошего? Не понимаю.»

Пока такси неспешно продиралось сквозь бесконечный поток машин, заполонивший улицы Сеула, я тупо пялился сквозь стекло на проплывающие мимо нас строения столицы Южной Кореи и людей, спешащих по своим делам. Вообще подметил одну странность, которая не сразу до меня дошла. Заключалась эта странность в том, что я сначала не замечал, а затем даже присматриваясь так и не смог увидеть ни одного мусорного контейнера в городе. Пакеты с разного рода отходами стоят прямо на улице и никого это не смущает, никого кроме меня. Спросил у отца. Ответ меня немало удивил. Оказывается, что где-то лет десять или чуть более назад по стране прокатилась серия терактов, в которой использовались эти самые контейнеры для мусора. По сему было принято решение убрать их из города и не только этого.

- «Ну да», - подумалось тогда мне, – «проще убрать их, чем заниматься террористами. «Гениальное решение», ничего не скажешь. А мне всегда казалось, что только у нас в России в руководстве идиоты сконцентрировались излишне кучно. Оказывается, данная беда косит все без исключения страны. Кто бы мог подумать?»

- «Неужели я на самом деле стану айдолом?» - мечтала ЧэЁн. – «Выйду на сцену и тысячи… Нет, десятки тысяч людей будут восхищённо смотреть на меня. Фотосессии, автографы, моё лицо на обложках глянцевых журналов», - тут девочка не выдержала и издала восторженный писк. – Уиии!

- О, господи! – дёрнулась, сидевшая рядом, Лалиса и покосилась на подругу. – Ты чего?

- А? – улыбающаяся ЧэЁн обернулась на голос. – Я стану айдолом! – выпалила она и вновь завизжала. – Уиии!

Лалиса дёрнулась ещё раз и даже слегка отстранилась от «ненормальной», как она сейчас вполне искренне думала о подруге.

- Слышь, «айдол», - решил я спустить с небес на землю восторженную дурищу. – Ты танцевать-то хоть умеешь?

Парадоксальный момент во всей индустрии K-POPA на мой взгляд заключался в одном странном моменте, который для себя я объяснить никак не мог. Ты можешь быть самым крутым танцором, и это приветствуется, даже требуется; можешь и даже желательно быть красивым, хотя тут иным не попадающих в число красавцев и красавиц, пластическая хирургия приходит на помощь; но при всём при этом, оказывается, тебе необязательно иметь хорошие вокальные данные. Парадокс, однако!

Услышавшая вопрос, опустивший её с небес на землю, ЧэЁн недовольно покосилась на меня.

- Нет, - буркнула девчонка. – Зато у меня голос красивый.

- Хм, - задумался уже я. – «Ну, о себя подобного сказать не могу. Я вообще не слышал, как пою. ЮнХо предлагал попробовать записать что-нибудь в моём исполнении, но я отказался. Почему? Не знаю... Наверное, просто желания не было.»

- «Себе-то не ври!» - промелькнула ехидная мыслишка в моей голове, и сопровождаемая лошадиным ржанием ускакала в даль.

- М-да, - подытожил я в слух и снова уставился на мелькающую за стеклом городскую суету. – «Да чего уж там… Если говорить честно, то мне было стрёмно петь под запись. Не то чтобы совсем…, но всё же как-то неуютно. Я не особо публичный человек. Никогда таким себя не считал и уж тем более не стремился им стать. Мне и так не плохо жилось.»

Вспомнив о прошлой жизни, взгрустнул.

- «Как вы там без меня? Серёга», - при воспоминании о друге улыбка сама наползла на лицо, - «Катя… Нет, лучше не думать об этом! У них всё хорошо. Я не сомневаюсь. Иначе и быть не может. И всё же... я скучаю по вам, ребята. Сильно…»

С удивлением для себя обнаружил текущую по щеке слезу и украдкой вытер её рукавом, накинутой ещё на выходе из школы, толстовки. Глянул на ЧэЁн. Она сидела, закрыв глаза, с мечтательным выражением на лице и что-то очень тихо шептала. Об этом говорили еле заметно двигающиеся губы.

- «А ведь ты красивая», - подумал я, рассматривая подругу.

(Син ЧэЁн)

- Эх! – огорчённый выдох как-то сам вырвался у меня из груди. – «Теперь только смотреть и можно. Прям засада какая-то! Но раз принял решение даже не думать о каких-либо отношениях, значит и нечего тут фигнёй страдать», - попялившись на ЧэЁн ещё несколько секунд, отвернулся. – «Тощая больно. Хотя… Чья бы корова мычала», - мысленно окинул себя взглядом. – «Ходишь тут сам, костями гремишь» - кинул взгляд на улицу. – «Я хочу прогуляться! Костями погреметь.»

Глянул на телефон и понял, что мы не то, что не опаздывает, а даже с запасом двигаемся к намеченной цели. Стало быть…

- Аджосси, остановите, пожалуйста, машину на следующем перекрёстке, - услышала голос Лалисы ЧэЁн и вынырнула из своих мечтаний.

- Ты что делаешь? Мы же опоздаем! – возмутилась она.

- Время ещё есть. Хочу пройтись пешком! – безапелляционно заявила Лалиса и, спросив сколько они должны за поездку, быстро вытащила чуть больше нужной суммы из рюкзачка и протянула деньги водителю. – Спасибо, Аджосси. Сдачи не надо.

Водитель, не говоря ни слова, принял деньги и припарковался у обочины, до этого ловко перестроившись в потоке машин.

- Мы из-за тебя можем не успеть на прослушивание, - проворчала недовольная таким развитием событий ЧэЁн, вылезая из такси.

- У нас прослушивание в пять часов, а сейчас ещё только четыре двадцать, так что успеем, - улыбаясь непонятно чему, ответила Лалиса. – Я в школе насиделась. Кстати… Движение – это жизнь, онни!

Брякнув последнюю фразу, девочка в припрыжку поскакала по направлению к агентству, не обращая внимания на недовольный вид подруги.

Девочки в данный момент двигались по набережной реки Хан, вдоль которой располагались пешеходные дорожки, утыканные фонарными столбами. День в самом разгаре и на улицах было довольно людно. Лалиса сверкающая своей улыбкой, не переставая подпрыгивать на каждом шаге, стремительно двигалась вперёд. За ней, стараясь не отставать, шлёпала ЧэЁн, то и дело косящаяся на подругу и не понимающая столь стремительную смену настроения подруги.

- «Влюбилась что ли?» - подумала ЧэЁн, продолжая кидать любопытные взгляды на Лалису. – «Точно влюбилась!»

Пройдя, а точнее практически пробежав в таком темпе ещё пять минут ЧэЁн, не выдержала. У неё-то в отличие от подружки не было никакого желания нестись по улице как сумасшедшая, распугивая по дороге прохожих. Она уже заметила несколько неодобрительных взглядов, проходящих мимо людей старшего возраста.

- Лалиса, постой, не беги ты так! – прихватив подругу за рукав толстовки, потребовала ЧэЁн. – На нас люди смотрят.

- Пф! – фыркнула Лалиса и хохотнув заявила. – Да пусть смотрят! И вообще… Кто-то хочет стать айдолом? Или мне показалось?

ЧэЁн кивнула, не понимая куда клонит подруга.

- Тогда привыкай к всеобщему вниманию, - развела руками девочка и вновь рассмеялась.

Быстро покосившись по сторонам ЧэЁн, снова дёрнула подругу за рукав, привлекая к себе внимание. Спрашивать напрямую, о посетившей её голову мысли, она не стала, а решила зайти издалека:

- Лалиса, а что ты думаешь о любви?

- Чего? – явно не ожидавшая подобного вопроса девочка, впала в лёгкий ступор.

- Ну, о любви… понимаешь? – расплывчато уточнила ЧэЁн и смущённо потупилась.

- Хм, - задумалась Лалиса и, прикусив нижнюю губу, подняла взгляд к небу, по которому редкими барашками плыли облака.

Место действия: Сеул. Набережная реки Хан недалеко от агентства Big Hit Entertainment.

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

Неспешно, можно даже сказать, прогулочным шагом по набережной движется Кан ДонУк. Лёгкие мокасины и столь же лёгкие светлые брюки из чистого льна, позволяют телу дышать, что не мало важно эти жаркие дни; песочного цвета рубашка расстёгнута на две пуговицы сверху, рукава закатаны почти до локтей; аккуратная классическая стрижка с пробором по левой стороне; дорогие часы на левом же запястье и кожаная папка для бумаг чёрного цвета. Сегодня он не должен был идти в агентство, потому что были другие планы, но как это порой случается, планы изменились с лёгкой подачи начальства, а с ним как известно не спорят. Вот и не торопиться ДонУк, тем более что время ещё есть.

Мужчина остановился и упёрся руками в ограждение набережной, с явным удовольствием любуясь городскими пейзажами.

- Хорошо, - негромко произнёс он и бросил взгляд на часы. – Полчаса ещё есть.

Мимо проходящая женщина скользнула оценивающим взглядом по ДонУку и, заметив его внимание, улыбнулась.

- Очень хорошо, - не отводя взора от почти плывущей красавицы, прошептал он и зажмурился на миг, наслаждаясь постепенно уходящим летним зноем. – Может быть и не плохо, что вытащили меня сегодня из дома. Приятные впечатления полезны для творчества.

Обернувшемуся и уже собиравшемуся идти дальше ДонУку на глаза попадаются две школьницы, по всей видимости направляющиеся после учёбы домой. Что привлекло его внимание мужчина сформулировать бы не смог, но всё же что-то привлекло. Одна из девочек была типичной кореянкой…

- «Подрастёт, станет настоящей красавицей», - подумал он и перевёл взгляд на вторую девочку.

Серая юбка колокольчиком длинной почти до колен; белая рубашка, спрятанная практически полностью под толстовкой с какой-то надписью посередине; белые кроссовки. Ничего особенного, но вот лицо…

- «Не кореянке – это понятно», - размышлял ДонУк, пытаясь осознать, за что зацепился его взгляд. – «Глаза? Ну да, большие. Не столь уж и великая редкость. И разрез… правильный. Но это всё не то. Что же тогда?»

И тут девочка, что заинтересовала его, вдруг опустила свой взгляд до этого направленный в небеса и лицо её озарила потрясающая, просто невероятная улыбка.

(Пример улыбки, которую увидел ДонУк.)

- Бог мой! - Еле слышно прошептал мужчина. – Это же настоящая «Голливудская улыбка»!

Девочка посмотрела на стоящую рядом подругу и отставив одну ногу в сторону начала притопывать носком кроссовка, отбивая какой-то ритм. В такт слышимой лишь ей музыке она также стала немножко кивать головой, а затем школьница запела, начав двигаться по набережной, как раз в ту сторону куда и направлялся ДонУк.

- «Я знаю точно куда течет река, - пропев, девочка указала рукой на текущую рядом реку.

Затем она сделала несколько быстрых шагов и кинула руку в сторону клумбы с цветами:

- Я знаю точно зачем растут цветы,

Подняв руки к небу, девочка пропела:

- Куда прячет утро три тысячи звезд,

Не считая голубой луны.

Потом она резко вскочила на один из фонарей, основа которого была шире несущего столба, схватившись за него одной рукой и махнув другой, обводя всё вокруг, продолжила петь:

- Откуда ветер приносит облака,

Указала пальцем на светило, катящееся по небосводу:

- И как до солнца добраться налегке,

Затем она спрыгнула на землю и продолжая жизнерадостно улыбаться закончила куплет, глядя прямо в лицо своей подружке, которая неотступно следовала за ней:

- Но, если ты спросишь меня о любви, - указала руками на подружку, а потом на себя и развела их в стороны, приподняв плечи.

- Я не знаю, что сказать тебе!

Она пела, не замечая, как люди, до этого шедшие по своим делам, останавливались и начинали слушать, как поёт школьница, а затем они просто следовали за ней, не желая пропустить ни одного слова. Здесь были как молодые, так и старые; парочки и одинокие прохожие; даже несколько иностранцев европейской наружности подошли поближе. Девочка не просто пела, она ещё и танцевала, при этом указывая на то, о чём поёт. Всё это выглядело столь органично и естественно, что создавалось впечатление будто перед слушателями выступает настоящая звезда, а не какая-то там никому неизвестная школьница. ДонУк не мог оторвать своего взгляда от устроенного девочкой представления, мимоходом подмечая её вокальные данные. Нет, они не были безупречными. Она несколько раз ошиблась и это было замечено профессионалом в лице Кан ДонУка. Да и голос её был, пожалуй, слишком глубокий, если брать за идеал местные стандарты, но всё же…, как она пела и танцевала при этом. Столь органично это выглядело, столь естественно. Отвести свой взгляд от этого действа было совершенно невозможно, и он шёл за ней, как и многие другие, продолжая слушать эту странную, но такую живую песню. Музыки не было, лишь голос молоденькой девчонки - школьницы.

- Это за окном рассвет,

Это города весной,

Это одинокий свет,

Зовущий за собой, - пела она, продолжая движение вперёд.

ЧэЁн с открытым ртом следовала за Лалисой, не понимая, что вообще происходит. Но её подружка не обращала внимания ни на кого.

- Это только ты и я, - вдруг остановившись и указав на подругу пропела Лалиса.

В этот миг ЧэЁн почувствовала, что её щёки начали краснеть, и она попыталась шагнуть назад. Однако, сделать этого ей не дал какой-то мужчина, стоявший прямо за её спиной.

- Где-то на краю земли,

Отпускаем в небеса

Воздушные шары, - продолжала тем временем голосить её одноклассница.

- Я видела чудо и была в такой дали,

Где даже лето приходит в декабре,

Но если ты спросишь меня о любви,

Я не знаю, что сказать тебе, - на последних словах Лалиса вновь подскочила к ЧэЁн и устроила тоже самое что и до этого, указав на неё обеими руками, а потом, пожав плечами, развела руки в стороны.

Бедная ЧэЁн уже не знала, куда себя девать от стыда. Лицо её залил яркий румянец, и она спрятала его в ладони, пытаясь притвориться невидимкой.

- Это за окном рассвет,

Это города весной,

Это одинокий свет,

Зовущий за собой,

Это только ты и я

Где-то на краю земли

Отпускаем в небеса

Воздушные шары.

Это за окном рассвет,

Это города весной,

Это одинокий свет,

Зовущий за собой.

Это только ты и я,

Где-то на краю земли,

Отпускаем в небеса

Воздушные шары.»

(Песня группы «Браво»)

Заканчивала петь Лалиса, уже стоя на месте с закрытыми глазами лицом к реке Хан, находясь у самого ограждения.

- «Как же хорошо жить», - подумалось мне, пока я, стоя с закрытыми глазами, ощущал на своей коже тёплые лучи по идее уже осеннего солнца, которое, не обжигая, лишь нежно ласкало её. – «Да, хорошо.»

Обернувшись, наткнулся на несколько десятков пар глаз, уставившихся прямо на меня.

- «Ёп…», - только и успела проскочить мысль в голое, а затем я скосил взгляд на ЧэЁн, стоявшую возле меня всю красную словно свежеприготовленный варёный рак.

Тем временем присутствующие начали хлопать и от них полетели не дружные одобрительные выкрики, причём на разных языках, что не мало меня удивило. В это мгновение в мою голову пришла светлая мысль о том, что если мы задержимся хотя бы на пару минут, то точно не успеем на прослушивание, и ЧэЁн меня живьём съест.

- Аньён хасеё, - уже схватив подругу за руку, поклонился всем присутствующим и быстро ввинтился в текущую по набережной массу людей.

Получилось это сделать столь стремительно и ловко, что даже ЧэЁн не сразу поняла, где мы сейчас находимся. Двигаясь в нужном для нас направлении, а до места назначение нужно было топать еще около квартала, я пытался сообразить на каком языке пел.

- «Вроде на русском», - так и не отпуская руки ЧэЁн, топал в направлении агентства, ловко маневрируя между прохожими. – «Чёрт! Не помню.»

И вот, свершилось чудо! Подруга пришла в сознание и резко остановилась, заставив и меня сделать то же самое. На миг мне даже показалось, что мои ноги убежали вперёд тела, когда она встала как вкопанная.

- Ты чего там устроила? – С обидой в голосе вопросила она и уставилась на меня.

- Ответила на твой вопрос. А что?

- Да ничего! – Возмутилась по-прежнему красная девчонка. – Ужас какой! – Вновь схватилась ЧэЁн за щёки обеими руками. – Там было столько людей…, и они всё видели! Кошмар.

- Ай, да плевать на них, онни! – Остановил я, зарождающийся и совсем несвоевременный, поток сознания. – Пошли лучше, а то и правда опоздаем на прослушивание.

- Ой! – Пискнула вдруг подруга и, уже сама схватив меня за руку, понеслась в сторону агентства, оставив последнее слово за собой. – Я тебе это припомню!

- «Пф! Было бы за что припоминать? Вот если бы я с тебя юбку сдёрнул при всей той толпе народа? Это дааа. За такое можно и по мордасам…» - хохмил я на ходу всё пытаясь припомнить на каком же зыке пел. – «Блин, странно-то как!»

Место действия: Сеул. Агентство Big Hit Entertainment

Время действия: четыре часа сорок минут после полудня

В одном из помещений агентства приспособленном для занятия танцами находящемся на третьем этаже пятиэтажного здания сейчас довольно тихо. На самом деле это даже удивительно! Ведь найти свободный класс для занятий в такое время где бы то ни было практически невозможно. Все они без исключения заняты тренирующимися молодыми корейскими парнями и девчонками, мечтающими стать айдолами. Эта часть индустрии довольно прибыльна и поэтому подобные классы забронированы для занятий каждый день далеко за полночь.

Одна из стен полностью выполнена из зеркал, вдоль остальных расположены стулья и скамейки, на которых тренирующиеся могут немного отдохнуть при необходимости. Потолка как такового нет – видны бетонные перекрытия, выкрашенные в серый цвет, вдоль которых протянуты провода и висят фонари для освещения. Аскетичность – так, пожалуй, можно описать убранство данного помещения. В одном из углов, где нет зеркал, расположились несколько столов и несколько отличающихся от остальных представленных здесь стульев с мягкими сидениями и спинками.

Открывается дверь и внутрь заходят двое.

- Их до сих пор нет? – Недовольным тоном спрашивает хореограф Ким ЧхэВон, обращаясь к своему спутнику.

- Должны скоро прибыть, - пожимает плечами Им СоДжун и, глянув на свои наручные часы, добавляет. – Ещё двадцать минут до назначенного срока.

ЧхэВон, не говоря больше ничего, направляется к одному из столов в углу и садится на стул, предварительно отодвинув его. По лицу женщины сразу видно, что она чем-то недовольна. Менеджер по работе с трейни Им СоДжун куда более спокоен и благодушен. Его рабочий день сегодня в любом случае закончится не раньше десяти часов вечера. Нужно ещё проверить общежитие, в котором живут и учатся трейни агентства. Необходимо проследить за тем, чтобы все дети вовремя легли спать. Крайне важно, чтобы каждый из них соблюдал все условия договора, которые их родители, а в некоторых случаях опекуны, подписали с агентством.

- Так, я не поняла. А почему нет господина Кана? Ему что, не сообщили? – Разрывает установившуюся краткую тишину голос ЧхэВон, тон её по-прежнему указывает на плохое настроении хореографа.

- Сообщили, - меланхолично отвечает СоДжун. – Он сказал, что прибудет за пять минут до назначенного времени.

- Пф! – раздражённо фыркает женщина и, закинув ногу на ногу, начинает нервно качать верхней конечностью.

Понять её можно, ведь ХёнСок так и не вспомнил о их первом свидании. Вот уже три дня, как она не подпускает его к себе ближе, чем на дистанцию вытянутой руки. Чтобы знал, как забывать столь важные даты!

- Дженни снова ленится, - неожиданно жалуется ЧхэВон совершенно иным тоном нежели до этого. – Ума не приложу, что с ней делать. Ведь талантливая же девочка, да и меня побаивается, но всё равно ленится.

Собеседник задумывается на некоторое время не торопясь комментировать услышанное.

- Может быть пришло время её поселить в общежитие, как всех, - то ли спрашивает, то ли предлагает менеджер Им.

- Хорошо бы, - с затаённой надеждой задумчиво произносит хореограф Ким, а затем встрепенувшись добавляет. – Вот только Сабоним ни за что не позволит этого сделать. Как же… единственная дочь одного из основных акционеров агентства.

СоДжун сначала одобрительно кивает на слова собеседница, а затем укоризненно мотает головой из стороны в сторону, показывая тем самым, что полностью поддерживая сказанное.

В холл агентства зашли Лалиса с ЧэЁн и сразу же наткнулись на ограждение в виде вертушек со стойкой, за которой находился внушительных габаритов мужчина. По всей видимости это был охранник.

- Аньён хасеё, аджосси, - практически в унисон поздоровались девочки, подойдя к стойке.

Охранник, которого звали ДунХён, поднял взгляд на вошедших и задумался. Затем мужчина перевёл взгляд с одной девочки на другую и наконец заговорил.

- Часы приёма на запись на прослушивание с девяти утра до двенадцати каждый понедельник, среду и пятницу, - как по писанному и с абсолютным равнодушием начал вещать он. – Чтобы попасть на запись, вам для начала необходимо зарегистрироваться в электронной очереди через интернет. Потом…

- Простите, аджосси, - прервала вдруг его девочка, которая явно была не кореянкой, – но мы пришли не для этого… точнее не совсем для этого.

ДунХён моргнул, затем моргнул ещё раз и наконец отвис. Впервые за всё время его работы здесь кто-то его прервал. До этого все посетители, а уж тем более дети выслушивали его до конца.

- И чего вы тогда сюда припёрлись? – недовольно проворчал он, продолжая разглядывать пигалиц.

- Эм…, аджосси, как бы это… у нас прослушивание, - неуверенно пролепетала вторая девочка, стараясь не смотреть мужчине в глаза.

- Прослушивание? – Немало удивился охранник, у него даже брови приподнялись.

- Ага, - закивала не кореянка и улыбнулась, по всей видимости стараясь тем самым расположить к себе собеседника.

Не прокатило. Мужчина приподнялся со своего места и посмотрел на обеих девочек многозначительным взглядом и вздохнул.

- Все прослушивания закончились ещё на той неделе, - снова как по-писаному очень монотонно заговорил он. – Следующие будут только через месяц.

Объяснение были даны таким тоном, что даже дурак бы понял, как на самом деле относится и оценивает стоящих перед ним говоривший мужчина. Если выразиться мягко, то не очень высоко оценивает он умственные способности данных особей женского пола.

Вторая девочка, которая явно была кореянкой, растеряно посмотрела на охранника и после его слов снова опустила свой взгляд.

- У нас назначено на пять часов, - не подразумевающим пререкания тоном вдруг заявила не кореянка и уставилась мужчине прямо в глаза.

Не ожидавший такой наглости ДунХён даже растерялся на какое-то время, и только он собирался выгнать эту нахалку с её подругой, как девочка продолжила:

- Посмотрите, пожалуйста, ваши записи, аджоси. У вас ведь должны быть записи о посетителях, которым назначено?

Охранник ещё некоторое время побуравил невоспитанную девицу взглядом и лишь потом опустил взгляд на стол перед собой, сокрытой высокой стойкой. Перелистнув пару страниц в какой-то тетради, он наткнулся на искомое.

- Ким Лалиса, – прочитал мужчина вслух, - и Син ЧэЁн? – Подняв свой взгляд он вопросительно уставился на девочек.

- Это мы, - за обеих сразу ответила не кореянка и опять жизнерадостно улыбнулась.

Вторая девочка, встрепенувшись, подняла глаза на охранника.

- Знаете куда идти? – На автомате задал вопрос ДунХён.

- Нет, - замотала головой наглая девчонка. – Подскажите нам, пожалуйста, аджоси, а то мы можем и заблудиться.

Грустно вздохнув, мужчина поднялся и вышел из-за стойки.

- Вам сейчас туда, - указал ДунХён рукой на один из коридоров, которые были в холле здания. – Там лифт. Надеюсь, пользоваться умеете? – не сдержавшись, подшутил он над наглой девчонкой.

- Конечно, - в тон вопросу осклабилась не кореянка.

- Ха, - развеселился вдруг мужчина. – Ладно. Слушай дальше. Вам на третий этаж. Запомнили?

Девочки в унисон закивали.

- Хорошо. Когда подниметесь и выйдете из лифта сразу идите на право. Вам нужна третья дверь слева. Всё ясно?

Столь дотошное объяснение нужного нам адресата навело меня на мысль, что далеко не все представители корейского общества имеют среднестатистический уровень интеллекта. Прям даже печально как-то это. Или это он над нами с ЧэЁн стебался так?

- Спасибо, аджосси, - подала голос вторая девочка.

- Да, спасибо большое вам, - поддакнула первая и посетительницы унеслись по указанному адресу.

ДунХён вернулся на своё место мотая головой и закатив при это глаза к потолку.

Уже находясь в лифте, я решил кое-что спросить у ЧэЁн.

- Онни, а чего ты так стесняешься, когда разговариваешь с мужчинами?

Подруга даже как-то слегка вздрогнула от услышанного.

- Это же мужчины, - ответила она, будто данное слово само по себе всё объясняло.

- И чего? – Не понял я. – Такие же люди, как и мы с тобой. Чего стесняться то?

Онни посмотрела на меня как на ненормальную.

- Да ты чего? Ведь не маньяки же они, в конце то концов, - не удержался я от ещё одного вопроса.

- Тебе разве омма не объясняла, как нужно вести себя в присутствии посторонних мужчин? – Задала встречный вопрос ЧэЁн.

Тут я вспомнил нашу с бабулей беседу в беседке, точнее её тогдашний монолог на данную тему, от которого я чуть снова в кому не впал, настолько он был познавательным.

- «М-дааа. Объяснили так уж, объяснили. Нет, с одной стороны, всё понятно. Но, блин, зачем каждый раз ветошью то прикидываться в присутствии любого мужика или даже парня?»

Почесав свой висок, снова посмотрел на подругу, которая в этот момент полезла к себе рюкзачок.

- Объясняли, но я о другом, онни, - тут лифт остановился и мне пришлось заткнуться, потому что мы приближались к цели нашего сюда визита.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Четыре часа сорок минут после полудня

В гостиной на полюбившемся ей месте сидит Пакпао и с удовольствием смотрит очередную дораму. Она и сама не заметила, как в своё время пристрастилась к корейским сериалам. Было в них что-то притягательное. Что-то особенное. Вот и сейчас женщина искренне сопереживает героине, у которой всё, откровенно говоря, валится из рук, хотя девушка она явно хорошая.

- Ну как же так, ИнХо, - качает головой Пакпао. – Можно же было не торопиться. Эх! Молодость...

Мимо бабушки вот уже раз в четвёртый или даже пятый, прямо между ней и телевизором, проходит в сторону кухни и обратно вся какая-то дёрганая ХеМи.

- Ты чего мельтешишь туда-сюда, невестка? - Недовольно ворчит Пакпао, которой уже надоел этот челночный бег.

- Что, омма? – Вынырнув из своих размышлений, остановившись, спрашивает ХеМи.

- Сядь, говорю! – Чуть ли не рявкает Пакпао, указывая рукой на диван.

- А? Да, омма, как скажете, - покладисто соглашается женщина и, усевшись, бездумным взглядом смотрит куда-то в сторону.

Попытавшись ещё, некоторое время посмотреть дораму бабуля, наконец, не выдерживает страдальческого вида невестки и, выключив телевизор, устремляет вопросительный взгляд на женщину. Та в свою очередь вообще не реагирует, она просто сидит, то и дело прикусывая нижнюю губу и сведя брови к переносице, пялится в никуда.

- Да что с тобой такое сегодня, невестка? – Положив пульт на стол, задаёт ещё один вопрос Пакпао.

- Что, омма? – Непонимающе смотрит на свекровь ХеМи, оторванная от своих очевидно невесёлых размышлений.

- Ты издеваешься что ли?! – Взрывается Пакпао.

- Я… Нет, омма. Я просто… думаю о Лалисе.

- А чего о ней думать? – Изумляется бабуля, и кидает взгляд на настенные часы. – Через пятнадцать минут у неё прослушивание. Она уже там и к тому же не одна, а с подружкой.

- У меня нехорошее предчувствие, - жалуется ХеМи. – Уже час почти себе места найти не могу.

- Так! – Веско произносит Пакпао, поднявшись из своего кресла и направляется на кухню. – Иди за мной. За чаем будем твои предчувствия разбирать. Тс! – бабуля недовольно цокает и уже более спокойным тоном добавляет. – Предчувствия оммы не пустой звук.

Место действия: Сеул. Агентство Big Hit Entertainment

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Четыре часа сорок пять минут после полудня

- Рано пришли, - кинув взгляд на телефон, говорю я, обращаясь к подруге, семенящей рядом.

- Ну вот, - с кислым выражением на лице выдаёт она и указывает на абсолютно пустой коридор, - даже скамейки нет, чтобы присесть.

- На полу посидим, онни, - приглядываюсь и утвердительно киваю. – Да, чисто. Кидай свой рюкзак напротив двери и садись прямо на него.

- Там же учебники и мои тетради с записями.

Со скепсисом смотрю на подругу.

- Онни, даже если ты на них сейчас попрыгаешь с ними ничего не случится, учитывая твой вес, - тут не удерживаюсь и начинаю смеяться.

ЧэЁн непонимающе смотрит на меня, а затем видимо решив, что я смеюсь над ней, как и все девушки начинает надуваться словно воздушный шарик.

- Я… хе-хе-хе, - сквозь смех пытаюсь остановить возможное извержение вулкана, ну, точнее маленького такого вулканчика, пока ещё совсем небольшого. – Хе-хе-хе… не над… хе-хе-хе… тобой смеюсь, онниии-хи-хи-хи.

- Да чего ты ржёшь то? – всё же немного обидевшись, хмурит брови ЧэЁн.

Однако, замечаю, что она сама еле сдерживает улыбку. Смех штука заразительная, впрочем, как и зевота.

- Ой, - выдыхаю отсмеявшись. – Да понимаешь, мысль в голову пришла.

- Какая?

- Ну то, что ты можешь даже попрыгать с твоим весом на своём рюкзаке и ничего не случиться с содержимым, потому что мы с тобой вообще ничего не весим.

- Не поняла, - скрещивает руки на груди ЧэЁн. – Что в этом смешного?

- А то, онни. Мы настолько лёгкие, что я никак понять не могу, почему нас до сих пор ветром не унесло, когда мы по улице ходим? – Поясняю свой столь неожиданный приступ смех. – Ты только представь. Вышли мы с тобой на набережную и… фьють! Нас снесло в реку Хан порывом лёгкого ветерка.

Снова начинаю ржать как ненормальный, не имея ни малейших сил, да и желания, сдерживаться. Настроение странным образом, поднявшееся вверх буквально полчаса назад даже и не собирается падать.

Некоторое время подумав над сказанным мною ЧэЁн, тоже начинает хихикать. Она как настоящая кореянка закрывает рот ладошкой, а второй рукой отмахивается от меня, когда до неё наконец доходит смысл сказанного, а фантазия девчонки дорисовывает описанные мною возможные неприятности.

В этот момент мимо в дверь куда нам нужно будет скоро зайти проходит мужчина. Он задумчиво мазнул по нам взглядом и скрылся внутри помещения. И буквально через минуту из-за двери выглядывает голова другого мужчины.

- Лалиса-ян и ЧэЁн-ян? – Задаёт вопрос голова, глядя прямо на нас.

Быстренько вскочив с пола, начинаем интенсивно кивать.

- Да, аджоси. Я Ким Лалиса, а это моя подруга Син ЧэЁн, - отвечаю, поднимая свой рюкзачок.

То же самое делает и подруга, резко прекратив смеяться.

- Заходите! – Командует мужик и срывается за дверью.

ЧэЁн вопросительно подкидывает подбородок, глядя на меня. Пожимаю плечами.

- Идём. Чего ещё делать? – Указываю кивком головы на дверь, предлагая тем самым подруге заходить первой. – «Дамы вперёд! Гы!»

В танцевальном классе, как я понял, оказавшись внутри и увидев зеркальную стену, нас ждали три человека: двое мужчин и одна женщина. Так вот… Взгляд этой самой женщины мне совершенно не понравился. Вот вообще не понравился. Она смотрела на нас, будто перед ней не дети, а какие-то испражнения, непонятно каким образом оказавшиеся в одном с ней помещении. Я даже непроизвольно сглотнул, наткнувшись на её буркала.

- «Жесть какая!»

- Так, девочки, подойдите к нам, - скомандовала эта самая дама и, когда мы подошли к столу, за которым сидела вся тройка, она внимательно осмотрела нас с ног до головы и задала вопрос. – Кто из вас старшая?

- Я старшая, - еле слышно пролепетала ЧэЁн, не поднимая глаз, - госпожа.

- «Ого! И её пробрало не хило так», - покосился на подругу.

- Ко мне можешь обращаться, хореограф Ким. Это менеджер Им, - женщина указала на мужчину слева от неё, как раз того который позвал нас, а затем на мужчину, что сидел справа. – А это сонсенним Кан.

Последний как-то странно смотрел на меня.

- «Чего это он?» - удивился я такому к себе вниманию, но все же вежливо поздоровался с присутствующими здесь людьми.

- Ты, - указала хореограф Ким на меня, - посиди пока в сторонке.

Желания спорить не было от слов совсем и вообще. На самом деле мне захотелось попасть домой. Странное чувство.

- «Я что, испугался что ли?» - Подивился такому выверту сознания. – «Чё за фигня?!»

Разозлившись, выкинул из головы этот бред. Тем временем мегера, как я уже успел мысленно окрестить хореографа Ким, приступила к допросу моей подруги.

- И так, ЧэЁн-ян, что ты хочешь нам показать?

Оба мужика всё это время сидели молча. Они просто рассматривали претенденток на место трейни в агентстве в нашем с ЧэЁн лицах.

- Хореограф Ким, я не умею танцевать, - ещё больше, чем было до этого, потупилась девочка, сказав это она встрепенулась, - но я хорошо пою.

- ДонУк-сии, - повернулась женщина к сидевшему справа от неё мужчине, - это ваша клиентка. – Но тут она снова глянула на ЧэЁн и добавила. – И всё же тебе придётся показать, как ты танцуешь. Я должна понять с чем придётся работать, в случае если ты нам подойдёшь.

- Да, хореограф Ким, как скажете, - неловко улыбнулась девочка, подняв свой взгляд на говорившую.

Сидя на одной из лавочек у стены, я молча наблюдал за происходящим. И тут, совершенно неожиданно и как обычно крайне не вовремя, напомнило о своём существовании моё многострадальное колено, начав сразу пульсировать болью.

- «Ты чё, издеваешься что ли?» - Покосился на свою конечность. – «Подождать не могло, з-зараза?!»

Сонсенним Кан вынес на середину зала стойку с микрофоном, а затем принял из рук ЧэЁн флешку и вставил её в ноутбук, лежавший на столе. Подруга быстра заняла указанное ей место у стойки и стала ждать отмашки.

Я тем временем пытался уговорить своё чёртово колено.

- «Давай не сейчас, а? Ну, пожалуйста! Такой хороший день. Что тебе стоит?»

Долбанная конечность отнеслась к моим увещеваниям абсолютно индифферентно и только нарастила уровень боли.

- «Ты специально что ли? Давай завтра, а? Сегодня у меня много дел и вообще… Обещаю сводить тебя на массаж!»

Ответом мне стала усиливающаяся боль.

- «Ну и хрен с тобой, п-п-падла!» - Я разозлился до такой степени, что начал заикаться даже мысленно. – «Плевать на тебя! Сам справлюсь!»

- Готова, ЧэЁн-ян? – услышал голос сонсеннима Кана и когда он получил ответ от девочки, то запустил мелодию.

Заиграла музыка и практически сразу ЧэЁн запела.

(Rosé - If It Is You. - https://www.youtube.com/watch?v=fmIiaW8HkFg)

По мере того, как она пела, моя нижняя челюсть стала плавно опускаться, открывая доступ внутрь организма.

- «Ни фига себе! Вот это голос!» - Пролетели пара фраз в моей голове.

Кинул мимолётный взгляд на «тройку НКВД» Ежовских времён и заметил, что челюсть отказалась служить своему хозяину не только в моём лице. Хореограф Ким уронила ручку, которую она до этого крутила в руках, и с открытым ртом вытаращилась на мою подругу. Сонсенним Кан просто прикрыл глаза и с наслаждением слушал, как поёт ЧэЁн. Менеджер Им кажется даже икнул где-то в середине исполнения. Совершенно позабыв о разболевшемся колене, я как заворожённый слушал смутно знакомую мне песню в исполнении ЧэЁн.

- «Кажется в какой-то дораме она мелькала.»

У неё оказался невероятно нежный и красивый голос. Хорошая музыка и слова лишь подчёркивали этот факт.

Подруга закончила петь, но музыка играла ещё около десяти секунд. Все сидели молча. Голос девочки создал невероятную атмосферу в помещении, и никто не хотел разрушать этот момент. Но вот, прозвучала последняя нота… Сонсенним Кан поднялся и на показ захлопал исполнительнице. Его поддержали, не поднимаясь с места, как хореограф Ким, так и менеджер Им. ЧэЁн на самом деле удалось произвести очень хорошее впечатление. Я так же зааплодировал, поднявшись на ноги, но моё колено тут же напомнило о себя, и мне пришлось опуститься обратно на скамейку. Однако, хлопать не перестал. Слава тебе, Господи, хоть ума хватило не свиснуть!

- Превосходно, ЧэЁн-ян! - Перестав хлопать и поднявшись со своего места похвалил девочку сонсенним Кан.

Он подошёл к ней и начал рассматривать как какую-то диковинку.

- Невероятно! Сколько лет ты училась пению?

Красная до самых корней волос ЧэЁн что-то невнятно пролепетала.

- Что? – мужчина наклонился поближе и только тогда смог расслышать ответ.

- Семь лет, сонсенним Кан.

- Ну что же. Я могу только поаплодировать твоему учителю. Он проделал превосходную, я бы даже сказал: виртуозную работу, - и мужчина снова захлопал.

- Спасибо, сонсенним Кан, - тихо поблагодарила ЧэЁн и поклонилась.

- Теперь, ЧэЁн-ян, я хотел бы услышать то же самое только «а капелла», - сказав это, мужчина вернулся на своё место.

Все, включая меня, замерли в ожидании. Было на самом деле интересно, как справиться с таким заданием моя подруга. Петь «а капелла» довольно сложно, потому что нет направляющей тебя мелодии. Ты сам должен выстраивать темп и последовательность, не забывая при этом о ритме, да и ещё о куче необходимых нюансов при исполнении. Тяжело это, проще говоря.

Мытарства ЧэЁн продолжались примерно тридцать минут – это включая танцевальную часть прослушивания. М-да-а-а! А танцевать она и правда не умеет… совсем… вот абсолютно. Движения дёрганые и в ритм попадает не с первого раза, а уж про сами движения рук, ног и всего тела лучше промолчу – Чиканог из фильма: «Не грози южному централу, попивая сок у себя в квартале.» и то, как мне кажется, справился бы лучше, а чувак то на секундочку колясочник, если что.

- Всё, ЧэЁн-ян, ты можешь идти, - заявила хореограф Ким, когда остановила музыку, и моя подруга чуть не свалилась на пол, то ли от стыда, то ли от усталости. – Мы с тобой свяжемся.

- Спасибо, что позаботились обо мне, - поблагодарила с поклоном ЧэЁн «тройку НКВД» и, схватив свой рюкзачок, пулей вылетела из класса.

- «Нормально так…», - проводил взглядом подругу, которая на меня даже не взглянула. – «А как же я? Блинский, а вот это было обидно, понимашь! Ну делааа.»

- Лалиса-ян, - привлекла к себе моё внимание хореограф Ким.

- «Колено не подведи!» - уже поднимаясь со своего места в очередной раз напутствовал я свою многострадальную конечность, которой, впрочем, было покласть на мои увещевания.

В себя ЧэЁн пришла примерно минут через двадцать после того, как покинула класс, где только что проходило прослушивание.

- Ой! – Встрепенулась девочка, уже стоя на первом этаже агентства около доски, на которой висели местные достойнейшие люди.

(Небольшое отступление: Подобные «доски почёта» есть на каждом предприятии в Южной Корее независимо от профиля данного предприятия, будь это даже комбинат по разделке мяса находящийся в какой-нибудь занюханной провинции. ПЕРВЫЕ ЛИЦА – то бишь «достойнейшие» должны быть видны и узнаваемы каждым!»)

Самый большой портрет наверху, естественно, принадлежал главе данного агентства.

Надпись на табличке ниже гласила:

«Ли ХёнСок – создатель, глава и владелец агентства Big Hit Entertainment.»

- Ого! – Восклицает ЧэЁн, как следует рассмотрев мужчину и прочитав надпись под изображением добавляет. – Какой серьёзный аджосси. Пф! – Пожимает плечами девочка и продолжает разговаривать сама с собой. – К нему и обращаются-то скорее всего все не иначе как, Господин Президент.

По какому-то странному стечению обстоятельств сегодня в агентстве практически безлюдно. Весь персонал занят своими делами, и никто не шарахается по коридорам здания туда-сюда, за редкими исключениями. Вот ЧэЁн и гуляет беспрепятственно.

Поразглядывав ещё некоторое время портреты «достойнейших людей» агентства Big Hit Entertainment ЧэЁн, резко вздрагивает, вспомнив кое-что.

- Лалиса, - шепчет девочка и срывается в сторону лифта, который попался ей на глаза и залетев в практически сразу открывшиеся створки дверей, он несколько раз тыкает на кнопку третьего этажа. – Вот я дура! Как я могла забыть о подруге?

Оказавшись в уже знакомом коридоре, девочка подбегает к двери в танцевальный класс, который она покинула не так давно, и прилипает к полотну двери своим ухом. Из помещения долетают приглушённые преградой звуки музыки. Облегчённо выдохнув ЧэЁн, кладёт свой рюкзачок к стене напротив двери и усаживается на него, вытянув при этом ноги.

- «Ещё не закончила», - думает девочка оглядываясь. – «Ну уж ей-то не о чем беспокоиться. Вон она какая…»

Какая Лалиса в глазах своей подруги ЧэЁн сформулировать так и не смогла. Она глубоко вздохнула, даже приподняв при этом плечи, и медленно выдохнула, стараясь успокоиться.

- А я ведь им понравилась, - тут девочка вспоминает свой провал с танцами и морщится. – Да уж… За то, как я пела им точно понравилось. Наверняка!

Мысли в голове школьницы перепрыгивали с одной на другую и это не являлось исключением для подобных ей, а уж скорее было правилом. В таких вот терзаниях и разного рода самобичеваниях оставшееся время и пролетело совершенно незаметно.

Когда открылась дверь ЧэЁн слегка вздрогнула, но тут же вскочила и уставилась на вышедшую подругу.

- Ну как?

- Никак, - получила он ответ на свой вопрос от нахмуренной Лалиса, которая к тому же ещё и с трудом ступала на правую ногу.

- В смысле? – Не поняла ЧэЁн. – Что, вообще плохо всё?

- Да не знаю я! – Излишне резко ответила подруга и сморщилась так как будто вот-вот расплачется.

- Тебе больно? Ты упала? Что с тобой? – Продолжила сыпать вопросами ЧэЁн, не понимая, что происходит.

- Колено, онни… Оно снова разболелось. На этот раз очень сильно, - закинув свой рюкзачок на плечо, до этого Лалиса держала его в опущенной руке, девочка пошлёпала в сторону лифта. – В больницу поеду.

- Я с тобой! – Безапелляционно заявила ЧэЁн и, поравнявшись с подругой, потянулась к рюкзачку, висевшему на плече Лалисы.

- Не надо, - отказалась та от помощи. – У меня колено болит, а не руки. Да и не тяжёлый он.

В классе, который только что покинула Лалиса, шло обсуждение претенденток на место трейни в агентстве. Дискуссия сосредоточилась на второй девочке, потому что, как ни странно, вопросов и противоречий по первой кандидатке практически ни у кого не возникло. Было принято единодушное, что крайне редко случается, решение о том, что с Син ЧэЁн будет подписан контракт. Нужно только позвонить её родителям и пригласить их для обсуждения всех деталей.

- Да, личико симпатичное, - отвечая на аргументы сонсеннима Кана, кивала головой хореограф Ким, - но она танцует отвратительно и поёт так же, если не хуже.

- Я бы не сказал, что отвратительно, ЧхэВон-сии, - не согласился с доводами собеседница менеджер Им. – Она ошибалась и довольно часто, но всё же танцевала она гораздо лучше, чем ЧэЁн-ян.

- И всё равно, я настаиваю на том, что мы должны взять обеих девочек, – не уступал Кан ДонУк. Он уже поведал о том, что видел по дороге сюда в исполнении Лалисы, когда шёл на работу.

- У неё проблемы с ногой, - выдала подмеченное в ходе выступления девочки хореограф Ким.

- Что вы имеете в виду, ЧхэВон-сии? – Приподнял брови менеджер Им.

Он ничего такого не заметил. С другой стороны, не удивительно, потому что мужчина не являлся профессиональным танцором в отличие от собеседницы. Впрочем, то же самое можно сказать и о Кан ДонУке, который столь рьяно настаивал на приёме обеих кандидаток.

- Может быть вы не заметили, - слегка высокомерно произнесла хореограф Ким, - но все её ошибки — это следствие того, что девочка постоянно проваливалась на правую ногу. У неё какая-то травма и по всей видимости до сих пор не зажившая. Зачем нам эти проблемы?

Все присутствующие задумались на некоторое время, взвешивая все за и против в своих головах.

- К тому же мне не понравилось, как она себя вела. Слишком наглая. Прямо смотрит в глаза во время разговора. Надеюсь, все со мной согласятся, что вторая Дженни нам не нужна, - выдала убийственный аргумент, подкрепляющий её позицию, хореограф Ким.

Ким Дженни была очень талантливой девочкой и этот факт никто не оспаривал, но вот её характер и статус родителей накладывали определённый отпечаток на варианты общения и воздействия на вышеупомянутую особу. Из-за этого порой возникали сложности разного порядка.

- И в конце концов, она может прийти в другой раз, подготовившись лучше, - подытожила хореограф Ким и удовлетворённо откинулась на спинку стула. Она сразу поняла по лицам мужчин, что сказанное ею было воспринято именно так, как ей того хотелось.

В итоге с последними доводами, высказанными женщиной, никто спорить не стал и решение было принято.

Евгений действительно по меркам корейцев вел себя не совсем правильно, но это было следствием его внутренней борьбы с болевыми ощущениями. Хотя…

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Шесть часов после полудня

Действие происходит на кухне. За небольшом столом сидят Пакпао и ХеМи. Выпито уже порядка пяти чашек чая и обговорено всё, начиная от внешнего вида Лалисы до её пристрастий вроде музыки. Коснулись так же её здоровья и после некоторого обсуждения пришли к выводу что девочка более чем здорова, конечно если не считать так и не восстановившихся воспоминаний. Но на это женщина никак повлиять не могут. Они сделали всё что только могли и продолжают делать.

- И всё равно, омма, мне не спокойно как-то, - крутя на блюдечке небольшую чашку, продолжает гнуть своё ХеМи.

- Невестка, - уже даже не раздражаясь произносит Пакпао и тяжело вздыхает, - перестань себя накручивать. Ваша с ДжэУком младшая дочь в полном порядке. Перестань придумывать всякие ненужные глупости. Беду накличешь.

Теперь грустно вздыхает ХеМи. Говорить она больше ничего не стала, просто потому что не хотела разозлить свекровь, которая сегодня на удивление терпелива и выдержана, что бывает крайне редко.

Тишину неожиданно разрывает мелодия телефонного звонка. По странному стечению обстоятельств она одна и таже у обеих женщин. Начинаются поиски источника звука. Так как этот самый звук был приглушённый и долетал до места расположения женщин откуда-то из гостинной дамы поспешили на поиски.

- Ну и где он? – откинув одну из декоративных подушек с дивана, недовольно вопрошает Пакпао.

- Не знаю, омма, - отворачивается от распахнутой шторы в этот миг ХеМи.

К моменту как женщины пришли в гостиную телефон замолк и сейчас они ищут наугад.

- Куда же я его положила? – перебирает на небольшом столике кипу модных журналов, сваленных кое-как Пакпао, морщась при этому. – Вы с СонМи хоть бы в порядок привели эти ваши журналы. А то валяются тут как не пойми что.

Навестка ничего не отвечает и молча направляется в их с мужем спальню. Бабуля идёт к себе в надежде найти телефон там. Вновь звучит та же мелодия и обе женщины одновременно выглядывают из комнат в гостиную. Первой подойдя к одному из стеллажей, Пакпао, берёт с него телефон принадлежащий ХеМи, который сейчас звонит, и пытается разглядеть, кто там трезвонит.

- Лалиса, - оповещает бабушка и с раздражением протягивает аппарат хозяйке. – Смени уже мелодию, невестка, а то мы и будет каждый раз так бегать из-за тебя!

- Так и сделаю, омма, - принимая телефон, кивает ХеМи и, проведя большим пальцем по экрану, устанавливает соединение.

Пакпао продолжая что-то ворчать удаляется в свою комнату, потому что она ещё не успела найти свой телефон. А вдруг кто-то позвонит. Вот бабуля и решила, чтобы лишний раз не бегать, взять его с собой.

Телефонный разговор.

[ХеМи] - Да, доченька, слушаю тебя.

[Лалиса] - Омма, ты только не волнуйся, хорошо?

[ХеМи] - Что? У тебя что-то случилось? Я так и знала! Где ты? С тобой всё в порядке?

[Лалиса] - Эм-м-м… Не совсем, омма. Но ничего страшного не произошло.

[ХеМи] - Я тебя не понимаю, дочка. Ты где? Домой уже едешь?

[Лалиса] - Не совсем…

[ХеМи] - Что значит не совсем? Да говори ты толком! В чём дело? А лучше вообще оставайся на месте. Я сейчас же приеду к тебе!

[Лалиса] - В том-то и дело, что я звоню для того, чтобы кто-нибудь из вас, ты или аппа, приехал ко мне в больницу.

[ХеМи] - Что?! Ты в больнице?! Что случилось?! Ты упала? Тебе стало плохо? Да говори уже, не молчи!

[Лалиса] - Нет… в смысле да, но нет. В общем… у меня колено сильно разболелось. Я и поехала в ближайшую больницу, чтобы провериться, а тут говорят, что без родителей ничего делать не будут. Вот поэтому я и звоню.

В какой-то момент разговора ХеМи так сильно разволновалась, что даже не заметила, как уселась на один из стульев в гостиной и облокотилась на стол.

[ХеМи] - Никуда не уходи, Лалиса, я сейчас приеду. Ты поняла?

[Лалиса] - Я всё поняла, омма. Жду тебя в холле. Омма, ты не переживай, всё хорошо. Тут со мной ЧэЁн.

[ХеМи] – Целую тебя. Аньён.

Конец телефонного разговора.

- Я так и знала… Ведь чувствовала же, что что-то не так! - Высказалась женщина в слух и с толикой сарказма в голосе закончила. – ЧэЁн там с ней…

Из своей комнаты вернулась Пакпао с телефоном в руках. Немного отдалив его от себя, бабушка, надев очки, пыталась прочитать, что там на экране написано.

- Ничего не вижу, - пожаловалась она и обратилась к ХеМи. – Невестка, глянь, кто звонил, - сняв свои очки, бабуля с неудовольствием на них посмотрела. – Никакого толку от вас! Видимо придётся менять.

- Лалиса в больнице, - с кислыми интонациями в голосе сообщила «шикарную» новость ХеМи.

- Опять?! – уставилась на невестку бабушка.

- У неё колено разболелось, она и поехала сразу туда.

- И-и-и? – попыталась выудить побольше информации Пакпао.

- И всё, - пожала плечами невестка. – Сейчас поеду к ней. Без опекунов её, разумеется, не приняли. Экстренного-то и угрожающего здоровью и жизни ничего нет, как она говорит. Вот и сказали видимо, что без родителей не примут. Сейчас сидит и ждёт там, пока кто-нибудь из нас приедет к ней.

- Сил моих больше нет, - выдохнула Пакпао, а затем как-то странно посмотрела на невестку и рявкнула. – Чего расселась?! Бегом одеваться и поехали!

ХеМи подлетела как ошпаренная и кинулась к гардеробу. Бабушка же пошла в свою комнату. Встретились они уже в прихожей примерно через пять минут.

- Сейчас я вызову такси, омма, - заговорила первой ХеМи и достала телефон.

- А где твоя машина?

- На тех обслуживании, - услышала ответ Пакпао.

Вдруг невестка остановилась и уставилась прямо перед собой, а затем перевела растерянный взгляд на свекровь.

- Забыла спросить в какой она больнице, - пролепетала ХеМи и замолкла.

- Тут похоже все безголовые, - буркнула Пакпао и вызверилась на невестку. – Чего ты на меня смотришь?! Звони дочери!

- А! Да, омма. Я сейчас…, - засуетилась невестка, начав быстро копаться в своём телефоне.

- Это не семья, а какой-то дурдом, - продолжала ворчать бабушка, одевая обувь.

Когда женщины в спешном порядке удалились, предварительно узнав в какую именно больницу отправилась их младшая родственница, из комнаты, временно переделанной в рабочий кабинет, с задумчивым выражением лица вышел ДжэУк. Эту неделю мужчина работал дома, вот и сегодня он был здесь. Погрузившись в расчёты и прочие выкладки, которые ДжэУк обязан проверить и ещё раз перепроверить, прежде чем докладывать о результатах президента Сону, мужчина и не заметил ничего из того, что пару минут назад происходило. Перекладывая в уме некие данные, помогая при этом себе пальцами рук, он вышел в гостиную и осмотрелся.

- Странно, - произнёс глава семьи Ким, ища глазами хоть кого-нибудь.

Решив, что все сидят по своим комнатам ДжэУк, для начала направился в их с ХеМи спальню, но там тоже было пусто. Почесав затылок, мужчина пошёл в комнату к своей матери на ходу рассуждая:

- Вроде ж не собирались никуда сегодня? – Открыв дверь в комнату, где обитала Пакпао, он замер, потому что там так же никого не было.

Постояв в раздумьях пару секунд, направил свои стопы на кухню и, когда добрался, замер прямо в дверном проёме, оглядывая пустое помещение.

- Хоть бы предупредили ли, что куда-то собираются, – не очень довольным тоном проговорил мужчина и подошёл к столу, на котором стояли две одинокие чашки для чая и небольшой заварной фарфоровый чайник с крышечкой.

Покрутившись на месте в поисках чего-то ведомого только одному ему и очевидно не найдя этого, ДжэУк нахмурился.

- Я не понял! А где мой ужин?

Место действия: Сеул. Больница Сеульского Национального Университета. Холл

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вечер

В огромных размеров холле возле одного из стендов стоит Лалиса. Девочка читает информацию о данном медицинском заведение еле заметно шевеля губами.

- «Больница при Государственном университете Сеула основана в 1886 году и является одним из старейших медицинских учреждений Южной Кореи. На протяжении всего существования клиника пользуется безукоризненной репутацией и авторитетом. В 2007 году SNUH в 9-й раз стала первой в рейтинге лучших многопрофильных медучреждений Южной Кореи, а также является 1-ой больницей в стране с Международной аккредитацией по ISQUA. Услугами SNUH пользуются не только жители Кореи, а также иностранные пациенты. Ежедневно в стенах госпиталя находятся более 1700 пациентов стационарного отделения и 9000 амбулаторного, в год общее количество пациентов превышает 5,2 млн. человек. Услугами клиники пользуется президент Южной Кореи.»

Дочитав до конца пресс-релиз, разворачиваюсь и топаю к ЧэЁн, на ходу соображая.

- «Внушительное заведение, ничего не скажешь. Вот только что-то мне подсказывает, будто и цены здесь такие же внушительные.»

Когда залезли в такси, вызванное мною, я сразу сказал, чтобы водитель катил в ближайшую больницу. Мужик только плечами пожал и в итоге привёз нас сюда. Расплатившись с таксистом и выбравшись из машины пред нашими светлыми очами, предстало гигантских размеров здание.

(Больница Сеульского Национального Университета.)

Я, честно говоря, даже присвистнул от неожиданности, потому что в подобных местах мне ещё не приходилось бывать. Кое-как доковыляв до одной из стоек ресепшен, сразу же спросил куда мне надо идти, чтобы осмотрели мою ногу. Меня, а точнее нас с ЧэЁн отправили к другой стойке, находившейся в противоположном конце холла. А он, на секундочку, своими размерами если и уступает футбольному полю, то не сильно. Выругавшись про себя, попёрся туда куда было сказано улыбчивой девушкой на ресепшен. На месте нас встретил не менее улыбчивый парень и вежливо поинтересовался, чего тут надо двум мелким «соплюхам». Я снова объяснил чего хочу и тут же был послан за родителями. Так и хотелось брякнуть что-то вроде: а умирающего вы тоже за родителями пошлёте? Но решил не выделываться, тем более что толку с этого не будет никакого, и позвонил матери. Вот, ждём, когда прибудет кавалерия, чтобы, наконец, мне оказали не столь уж и необходимую на данную минуту помощь. Почему не столь необходимую? Да потому, что эта долбаная коленка утихла буквально сразу после нашей беседы с парнем на втором ресепшен. Сволочь! Коленка, в смысле, не парень.

- Я себе новую юбку присмотрела, - жизнерадостно выдала ЧэЁн, когда я приблизился, и протянула мне свой смартфон, на экране которого красовалась вышеупомянутая юбка.

(Юбка хлопковая DOLCE && GABBANA.)

Присмотревшись, пожал плечами.

- «Юбка, как юбка»

А затем я обратил внимание на ценник.

- Сколько она стоит? – Не смог сдержать своего возмущения, пялясь в экран смартфона.

ЧэЁн повернула телефон экраном к себе и задумчиво сдвинула губы в бок.

- Миллион восемьсот тысяч, - озвучила она ценник и как-то легкомысленно пожала плечами. – Дороговато конечно…

- Ты думаешь? – Вытаращился я на подругу, а про себя перевёл сумму в доллары. – «Тысяча восемьсот баксов! За это?»

Подруга снова пожала плечами.

- … но у меня хорошие баллы в школе, - улыбнулась ЧэЁн. – Ты же знаешь. Так что думаю, что аппа не откажет, если я его попрошу.

- «Женщина, ты вообще в своём уме?!» - Мысленно завопил, продолжая таращиться на подругу.

- А тебе что, не понравилась? – Наклонившись ко мне вдруг спросила «мелкая транжира».

Только сейчас я осознал факт того, что ЧэЁн именно «мелкая транжирка».

- Я… Это… В общем-то понравилась, но тебе не кажется, что обычная юбка не может столько стоить?

- Так она и не обычная! - Обрадовалась моему вопросу ЧэЁн, как будто я ей эту юбку купить пообещал. – Ручная работа и посмотри какие красивые узоры. Плюс поясок очень удобный.

- «Ну да, и за ЭТО придётся отдать ТЫСЯЧУ ВОСЕМЬСОТ БАКИНСКИХ», - размышлял я, разглядывая узоры и поясок. – «То ли я дурак, то ли ещё что-то… Ну, не может обычная, пусть и красивая, тряпка, а это именно тряпка, и никто и никогда меня не сможет убедить в обратном, стоить почти ДВЕ ШТУКИ БАКСОВ. Это просто НЕВОЗМОЖНО!»

ЧэЁн продолжала рассказывать о достоинствах выбранной ею юбки, я же в свою очередь ушёл в астрал, не выдержав такого издевательства над моими пошатнувшимися ценностями и пониманием ценообразования.

Вообще мы с ней как-то за всё время нашего знакомства в разговорах не касались одежды. Я не заводил их на эту тему, потому что мне было не интересно. А ЧэЁн… ЧэЁн вообще довольно странная девочка, которая предпочитает слушать, а не говорить сама. Видимо поэтому наши беседы всё время крутились вокруг учёбы, музыки, ну и куда уж без её обожаемых Girls’ Generation и, в частности, Джессики, с которой нам удалось типа подружиться. Нет, я так-то не против порой поболтать ни о чём – дело приятное, а временами даже и весёлое.

Посмотрел на подругу, которая продолжила подбирать себе гардероб, когда поняла, что Лалиса вне зоны доступа.

- «Две штуки вечнозелёных… Охренеть!» - Помотал я головой и тут заметил, прошедших через главный вход, маму с бабулей на пару. – «М-да. Это не хорошо.»

Как только мои родственницы к нам приблизились, ЧэЁн тут же подскочила и поздоровалась первой. Я тоже поднялся. Ну, не сидеть же мне в одиночку. Пакпао просто кивнула, а вот ХеМи поздоровалась в ответ:

- Здравствуй, ЧэЁн-ян, - затем фокус её внимания сместился на меня, но сказать она так ничего и не успела.

- Рассказывай, - не подразумевающим отказа тоном потребовала бабуля, встав рядом со мной.

- Чего рассказывать-то?

- Тс! – недовольно оскалилась Пакпао. – Не зли меня, внученька. Мне сегодня твоей оммы хватило.

- Да не болит у меня уже ничего, - начал я каяться в своих прегрешениях, как мнимых, так и реальных. – Сильно болело колено на прослушивании и до того, как мы приехали в больницу, а тут вдруг прошло.

- Понятно, - кивнула своим мыслям бабуля и скомандовала. – Идём. Не важно, что она больше не болит. Всё равно нужно обследоваться.

Пакпао словно ледокол, раздвигая перед собой всех, двинулась к ресепшену, рядом с которым мы сидели. Мама шла рядом со мной, а ЧэЁн поплелась в самом хвосте.

- Правда уже не болит, доченька? – Наклонившись к моему уху спросила ХеМи.

- Правда не болит.

- Ну хорошо, - сказала она и, притянув меня к себе, обняла, а затем погладила по голове. – Что же с тобой делать, доченька? – В никуда задала она вопрос.

- Не надо со мной ничего делать, - слегка возмутился я такой постановкой вопроса. – У меня и так всё хорошо.

- Лалиса, - привлекла моё внимание ЧэЁн.

- Что? – Обернулся я.

- Я, наверное, пойду?

- Иди конечно, - тут я выбрался из маминого захвата и подойдя к девчонке обнял её, шепнув на ухо. – Спасибо, онни, что поехала со мной.

- Да ну, чего там, - смутилась подруга и попрощавшись убежала.

- Хорошая у тебя подружка, - вдруг произнесла Пакпао, провожая взглядом, удаляющуюся ЧэЁн.

Побеседовав с парнем на ресепшен, мне даже показалось, что он вспотел, пока его практически допрашивала бабуля, мы уже втроём отправились к лифтам. Как оказалось, доктор, что был нам нужен, поселился аж на седьмом этаже.

- «Счастливое число», - улыбнулся я, когда мы загрузились в лифт.

Они тут, к слову, вместительные и с широченными створками. Пока поднимались на верх, а ехали мы не в одиночестве, я прикидывал, что можно рассказать врачу, и лишь потом сообразил, что говорить надо всё.

- «Придурок», - ласково в мыслях обратился к себе, - «речь идёт о твоём здоровье! В голову к тебе лезть никто не собирается, а поэтому рассказывать нужно всё.»

На этаже нас встретил широкий коридор. Идти оказалось совсем не далеко. Кабинет доктора располагался буквально через пару дверей от лифта. Была небольшая очередь из пары человек. По всей видимости таких же страдальцев, как и я. Вдоль стены тянулись ряды пластиковых стульев, скреплённые друг с другом секциями какого-то салатового цвета. Мы на них и приземлились, а то ведь «в ногах правды нет».

Вот вызвали девушку, что шла первой в очереди и перед нами остался только один клиент данного заведения – плюгавенький мужичок отталкивающей наружности, который всё время косился по сторонам.

- «Как такое может быть?» - Размышляла Пакпао, сидя в очереди. – «ХеГё же говорила, что как только смените ей имя, так сразу всё прекратится. Ну не могла же она мне наврать… или могла? Нет! Это невозможно!»

Неожиданно голос подала Лалиса.

- Я пить хочу, - обратилась к маме девочка.

- У меня нет ничего с собой, - ответила ХеМи и посмотрела на свекровь. – Омма, может быть, у вас что-нибудь есть?

- Нет у меня ничего, - буркнула бабуля. – Нервов тоже уже нет.

ХеМи закатила глаза к потолку, когда Пакпао отвернулась, а затем вернулась к дочери.

- Ты потерпеть не можешь?

- Я пол дня ничего не пила. Во рту пустыня! – Лалиса бросила взгляд на лифт, в который в данный момент закатывали каталку с беременной женщиной. Занималась этим медсестра и ей явно было сложно одной толкать такую тяжесть.

- Я сейчас, - выпалила Лалиса и метнулась к лифту, да так быстро, что ни Пакпао, ни ХеМи ничего не успели сказать или сделать. – Я быстро! - Уже из-за закрывающихся дверей выкрикнула девочка. – Видела внизу магазинчик.

- Вот ведь негодница какая! – Хлопнув себя по коленке, высказалась бабушка.

Мама лишь неодобрительно покачала головой, проводив взглядом дочку.

Только оказавшись в лифте я понял, что женщина, а точнее ещё молодая девушка на каталке беременна и выглядит она как-то странно: красное лицо, слегка вздувшиеся вены на шее и частое дыхание.

- Аньён хасеё, - вежливо поздоровался со страдалицей и медсестрой, что сопровождала роженицу.

Медсестра, к слову, была уже в возрасте. Точно я определить не смог, но ей было далеко за сорок.

- Здравствуй, девочка, - ласково улыбнувшись, поздоровалась со мной медсестра и вернула всё своё внимание страдалице на каталке.

- «Бедняга», - вполне искренне посочувствовал девушке, которую по всей видимости везли рожать.

Я не специалист, но тут было всё ясно и так. Лифт тронулся вниз. Где-то на уровне третьего или второго этажа неожиданно вырубился свет и кабина, в которой мы все сейчас находились, остановилась.

- Бля! – Брякнул я первое, что пришло мне в голову.

Место действия: Сеул. Средних размеров студия танцев

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Чуть ранее вышеописанных событий

ДжэДжун стоит, прислонившись спиной к стене, у входа в помещение, где они с ребятами занимаются вот уже несколько лет. Парень пришёл сегодня самый первый не только потому, что он лидер группы, а ещё из-за сюрприза, который они с ДжинСу приготовили для всех.

- Ну и где тебя носит? – кинув взгляд на наручные часы с толикой раздражения задаёт вопрос в никуда ДжэДжун, имея в виду, разумеется, самого старшего мембера их группы, который по непонятным причинам задерживается, хотя договаривались встретиться пораньше.

Они ещё тогда, когда Лалиса предложила им небольшой ребрендинг группы, посовещались с хёном и сняли студию размерами побольше. Теперь ведь нужно место для семерых…

- Аньён, - выйдя из-за угла, практически в унисон здороваются с ожидающим всех лидером ЮнХо, МиЧжун и ВиЧан.

Ребята подошли ко входу в здание практически одновременно и сейчас небольшой компанией поднялись наверх.

- Аньён, аньён, - с улыбкой, оторвавшись от стены, приветствует мемберов своей группы лидер. – А где ДжинСу и ХоВон?

- Без понятия.

- Не знаю.

Проходя в привычную дверь, отвечают младшие из троицы.

- Лалиса ещё не пришла? – Остановившись в проходе, вдруг спрашивает ЮнХо. – Я до неё не могу дозвониться.

- Нет, её ещё не было, - легонько подталкивая в спину друга, отвечает ДжэДжун, и все оказываются старой студии. – Она вроде ничего не говорила и не писала.

ЮнХо подкидывает брови в вопросительном жесте. ДжэДжун морщится, показывая тем самым своё лёгкое негодование забывчивостью собеседника.

- Мы же ещё тринадцатого договорились, что все до единого будем заранее предупреждать друг друга в чате, если кто-то задерживается или опаздывает.

- Да это я помню, - кидает свою спортивную сумку ЮнХо к стене и, сев на пол, начинает стягивать уличную обувь. – Поэтому и спросил… Мы договаривались, ещё до этого, что она подойдёт без пятнадцати, а её до сих пор нет.

В студию заходят оставшиеся двое парней из группы. ХоВон что-то рассказывает ДжинСу, очень активно при этом жестикулируя. Следует сдвоенный взрыв смеха. МиЧжун и ВиЧан уже переоделись и приступили к разминке мышц, чтобы во время практики случайно не получить растяжение или что похуже.

- Это выглядело так нелепо, - продолжает ХоВон, отсмеявшись.

- Обязательно посмотрю, - говорит ДжинСу, продолжая посмеиваться.

- Хён, – привлекает внимание старшего товарища ДжэДжун и отводит его в сторону, кивнув при этом на приветствие ХоВона. – Мы же договаривались…

- Помню я, - не спорит парень и по привычке кидает свою сумку к стене. – Пришлось отцу помогать. Вот и опоздал. Прости.

- Ладно. Это мелочи, - соглашается лидер и смотрит на открытую дверь, а затем возвращает взгляд к собеседнику. – Лалисы нет. ЮнХо сказал, что не может до неё дозвонится.

- Ну, давай я попробую, - лезет за своим сотовым парень и, быстро найдя нужный номер, нажимает на вызов.

Оба ждут, пройдёт ли звонок. К разминающимся, успев переодеться, присоединились ЮнХо и ХоВон. Последний уже для всех рассказывает историю, которой он поделился с ДжинСу.

- А я смотрю и понять не могу, что он пытается изобразить.

- Трубку не берёт, - констатирует факт ДжинСу и убирает смартфон в карман.

- И что будем делать? – задаёт вопрос ДжэДжун, поглядывая при этом на разминающихся мемберов группы.

- Ты лидер, - пожимает плечами собеседник. – Тебе решать, - как обычно, скидывает с себя ответственность ДжинСу.

ДжэДжун недовольно морщится и, глубоко вдохнув, резко выдыхает.

- Эй, парни! - Подумав некоторое время, привлекает всеобщее внимание к своей персоне ДжэДжун. – У нас с хёном есть для вас хорошая новость. Подойдите все сюда.

Собравшись и встав полу дугой напротив своего лидера, все замолкли в ожидании объявления.

- Раз Лалисы нет и мы не можем до неё дозвониться то придётся это сделать без неё, - начинает свою речь ДжэДжун.

- А где она?

- Ты о чём, хён?

Летит несколько вопросов от самых нетерпеливых.

- Не знаю я, где она. Говорю же: не можем дозвониться. Так, это пока отложим. Теперь касаемо хорошей новости… Мы с ДжинСу, - ДжэДжун глянул на друга, стоящего рядом с ним, - сняли для нас новую студию.

- А зачем я переоделся?

- Раньше сказать не мог, хён?

Тут же прилетело ещё несколько вопросов.

- Да, дайте же мне договорить! – Немного раздражается лидер и укоризненно смотрит на своим мемберов.

- Извини.

- Говори уже, - поторапливает друга ЮнХо, думающий в этот момент совершенно о другом.

- Не надо никому обратно переодеваться. Студия, что мы с ДжинСу сняли, находится через две двери от нас.

- Дэбак! – Радостно выкрикивает ВиЧан.

- Ого! – Подаёт голос МиЧжун. – Шикарная новость!

- Хорошо, - как всегда слегка индифферентно кивает ЮнХо.

- И чего мы ждём? – Подаёт голос ХоВон, молчавший всё это время.

ДжинСу кривится на такую реакцию, последнего высказавшегося.

- Ну ты как всегда… Хоть бы спасибо сказал, - Укоризненно глянув на ХоВона, высказывается лидер.

- Вот увижу, - с серьёзным выражением на лице отвечает парень, - своими глазами, что вы там двое сняли. Тогда и скажу.

Похватав свои вещи все направляются на выход и старенькой, но такой привычной студии. Как и сказал ДжэДжун, новая была аккурат через две двери от прошлой на том же этаже. Подойдя первым и отперев дверь, лидер, приняв торжественную позу, резко распахивает её со словами:

- Прошу!

Реакция на увиденное последовала незамедлительно.

- Вау!

- Вот это я понимаю.

- Она же раза в три больше предыдущей.

- Всем стоять! – Неожиданно командует ХоВон и лезет в свою сумку за телефоном. – Сейчас я сделаю фото на память, пока мы там всё не за… м-м-м. Ну, в общем вы поняли.

Раздаются смешки.

(Средних размеров танцевальная студия, которую арендовали ДжэДжун с ДжинСу.)

Сделав несколько снимков, ХоВон убирает телефон и собирается уже шагнуть внутрь помещения, как его останавливает вопрос ДжинСу:

- Ничего не хочешь нам с ДжэДжуном сказать?

Парень замирает на мгновение, а затем роняет только что поднятую сумку на пол и картинно валится на колени, вскидывая руки к небу.

- О, Великие! – Начинает представление ХоВон. – Я даже представить себе не мог, что Вы снизойдёте до смертного и озарите мой путь! У меня нет слов, чтобы выразить восторг, который охватил душу мою, – тут он поворачивается к младшим мемберам группы, которые уже начали похохатывать. – Чё встали как истуканы? Присоединяйтесь, а то ещё не пустят…, - кивок на открытую дверь. - И что тогда делать будете?

После этих слов заржали все, и только ЮнХо улыбнулся краешком рта

Место действия: Сеул. Больница Сеульского Национального Университета. Лифт

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вечер

Резко вырубившийся свет ударил по моему сознанию не хуже кувалды.

- «Как? Что за…? Это чего, теперь…», - прижался я к стенке кабины, пытаясь воспользоваться одним из пяти чувств, дабы определится в пространстве.

Холодная металлическая поверхность, на которую легки мои ладошки вслед на спиной, чутка успокоила. А испугаться было чего. Я ж тут не один как бы. Да и вообще…

- Не волнуйтесь, - услышал голос медсестры, всё такой же ласковый и успокаивающий. – Сейчас включатся запасные генераторы и…

Договорить она не успела, потому что свет зажегся столь же стремительно, как и погас до этого. Мне показалось, что все мы облегчённо выдохнули в этот момент.

- Вот видите, - обращаясь к роженице, которая стала ещё краснее, продолжила медсестра и ободряюще положила руку на плечо девушке.

Та в свою очередь ответно улыбнулась, но как-то вымучено что ли.

- «Тяжко девке», - глядя на страдалицу, вновь подумал я. – «Ясень пень тяжко, придурок!» - Обратился уже к себе, отведя взгляд от каталки. – «Ей сейчас рожать, а тут в лифте чуть не зас…»

Кабина дёрнулась и снова встала как вкопанная. Свет при этом продолжал гореть как ни в чём не бывало. Я напрягся.

Ким ЧхэЁн вот уже двадцать пять лет работает медсестрой в этой больнице и всякое повидала на своём веку, даже парочку пожаров пришлось пережить. Женщина понимала, что сейчас главное успокоить роженицу. Ей ни в коем случае нельзя волноваться. Она должна сосредоточиться на процессе и тогда всё пройдёт хорошо.

ЧхэЁн бросила ещё один взгляд на стоящую в кабине лифта девочку.

- «Маленькая ещё совсем. Испугалась», - подумала она и вернулась к пациентке. – Спокойно дышим. Время ещё есть. Сейчас мастер исправит поломку, и мы поедем с вами в приготовленную палату, где вы и родите своего первенца, госпожа Рю.

- Ага, - кивнула девушка, глянув на медсестру, и продолжила глубоко дышать.

Пока ЧхэЁн говорила с роженицей, она свободной рукой нажала на кнопку экстренного вызова на панели, чтобы оповестить руководство о поломке лифта. Даже в столь сложной ситуации она смогла сохранить абсолютное спокойствие.

- Ой! – Пискнула вдруг девушка на каталке и посмотрела на медсестру. – Сейчас очень сильная была.

- Ничего, ничего. Нужно чуть-чуть потерпеть. Просто дышите, - сказав это, ЧхэЁн подошла к ногам девушки и попросила её немного расставить их, а затем приподняла простыню. Выражение её лица изменилось на серьёзное, но она тут же взяла себя в руки и успокаивающе заулыбалась.

У Лалисы расширились глаза, и она резко отвернулась в сторону, начав что-то шептать одними губами:

- Ети вашу за ногу! Вы чё, издеваетесь? – Сказано это было по-русски. – Где этот долбаный мастер?

Девочка полезла в карман и достала телефон.

- Ух ты ж! Сколько пропущенных, – продолжила она тихо общаться сама с собой уже на корейском. – Конечно пропущенные будет. Надо не забывать включать звук, тогда и не будет их.

Звук у смартфона я вырубил перед самым прослушиванием в агентстве и видимо забыл включить обратно.

Тем временем на седьмом этаже в кабинет доктора зашёл последний перед Лалисой пациент.

- Ну и где она? – повернувшись к невестке, задала вопрос Пакпао.

Сложившаяся ситуация начала её откровенно раздражать. Бабуля и до этого не являлась примером терпимости и всепрощения, с пониманием в придачу, но вот конкретно сейчас у неё зародилось жгучее желание на кого-нибудь наорать.

- Не знаю, омма, - почувствовавшая каким-то шестым чувством настой свекрови, осторожно ответила ХеМи и поднялась на ноги. – Я схожу, посмотрю. Может быть там просто очередь в магазинчике.

- Да уж будь любезна, - отворачиваясь, процедила Пакпао и прикрыла глаза, начав ровно и глубоко дышать.

Вызвав лифт, ХеМи спустилась вниз и быстро пробежалась по холлу. Магазинчик в нём оказался один и там практически отсутствовали покупатели.

- Ну и где её носит? – Начав оглядываться, задала сама себе вопрос женщина и встрепенулась. – Телефон! Сейчас позвоню и узнаю, куда она делась. Как я могла забыть про телефон?

Телефонный разговор.

ХеМи – Ты где?

Лалиса – В лифте застряла, - с обречённостью в голосе ответила девочка.

ХеМи – В каком ещё лифте? Я только что спустилась вниз на лифте. Тебя искать пошла, а то твоя хальмони уже нервничает…, и я тоже.

Лалиса – Тут несколько лифтов, омма

Женщина бросила быстрый взгляд на место, где был лифт, а точнее лифты, и поняла, что по какой-то непонятной причине, она не обратила внимания на данный факт.

ХеМи – Это невыносимо.

Лалиса – Прости, омма.

ХеМи – Сил моих больше нет. Оставайся на месте!

Лалиса – Да куда я денусь, - обречённости в голосе девочки на этот раз было значительно больше.

Конец телефонного разговора.

Не став метаться и кого-то искать ХеМи быстрым шагом, подошла к охраннику, который гулял по холлу и следил за тем, чтобы никто ничего не натворил.

- Аньён хасеё, - поздоровалась она и заговорила сразу по делу. – Моя дочь застряла в лифе, а у нас приём у доктора.

- Аньён хасеё, госпожа, - отвлёкся мужчина от созерцания «броуновского движения», которое не прекращается тут ни на один день. – Вы уверены в этом?

ХеМи глянула на бейджик, висевший на груди охранника, надпись на котором гласила: Охранник Ким НамКиль

- Разумеется я в этом уверена, охранник Ким. Мы только что говорили с ней по телефону, - и она покрутила своим смартфоном перед лицом мужчины.

- Идите за мной, госпожа, - тут же не теряя ни секунды НамКиль направился к лифтам.

Там рядом с кнопкой вызова уже крутился представитель обслуживающего персонала больницы – мужчина в сером комбинезоне и небольшим ящичком с инструментами. Он как раз снял одну из панелей вызова лифтов.

Поздоровавшись, НамКиль сразу спросил:

- Мастер Ли, это надолго? А то вот, госпожа говорит, что там в лифте застряла её дочь.

Названный мастером Ли мужчина быстро осмотрел связки проводов, какую-то электронную плату с кучей контактов и начал ставить панель на место.

- Пока не знаю, - не поворачиваясь, ответил он. – Вам не стоит беспокоиться, - тут мастер поднапрягся и панель со щелчком встала на место, - за свою дочь… Там с ней ничего не случится, - обернувшись и глядя прямо на ХеМи, он продолжил говорить. - Кабина зависла между первым и вторым этажами. Опасности нет.

- А долго нам ждать, пока вы почините лифт, мастер Ли? – обратилась ХеМи к нему напрямую, неудовлетворённая подобным объяснением.

- Не могу ответить на ваш вопрос, госпожа, - подняв чемоданчик с пола, притормозил мастер, направившись к соседнему лифту. – Сейчас пойду тяговые канаты смотреть. Чаще всего причина в них.

- Но что нам делать? У неё приём у доктора, - растерянно произнесла ХеМи.

- Госпожа, я сделаю всё что в моих силах, чтобы этот лифт заработал как можно быстрее, - мастер Ли поклонился. - Но поймите правильно… Не всё зависит от меня. Мне нужно торопиться, чтобы как можно быстрее починить неисправность.

- Да-да, конечно, - кивнула женщина и взглянула на дверцы ведущие в шахту, где застряла её дочь.

- Вы можете с ней спокойно пообщаться на втором этаже у дверей, - остановившись, проинформировал мужчина и зашёл в соседний лифт. – Там всё прекрасно слышно. Я уже разговаривал с пассажирами.

- Спасибо, - задумчиво поблагодарила ХеМи уже закрытые двери и взялась ладошками за обе щёки, подумав о свекрови. – Ой, что сейчас будееет.

Тем временем в кабине застрявшего лифта ситуация начала выходить из-под контроля. У беременной девушка стали сокращаться промежутки между схватками, проще говоря, пришло время рожать, и ребёнок настойчиво стучал в уже приоткрытую дверь. В данную минуту ЧхэЁн разговаривала с доктором, который прибежал на второй этаж. Говорили они через закрытые двери. Медсестра даже на цыпочки привставала, чтобы её было лучше слышно.

- Схватки участились, доктор Чан, - поведала всем заинтересованным и не заинтересованным лицам данную новость медсестра.

- Единственное, что вы можете сейчас сделать, - долетел из-за закрытых створок мужской голос, - это посоветовать пациентке успокоиться и дышать глубже. Вы слышите, что я говорю, медсестра Ким?

- Да, доктор Чан! я вас услышала! - ответила ЧхэЁн и уже тише добавила. – Тоже мне… Как будто я и сама этого не знаю.

Лалиса стояла с выпученными глазами и смотрела прямо на пыхтящую девушку, которая пыталась выполнять все указания медсестры, но помогало ей это не сильно.

- Медсестра Ким! - снова послышался голос из-за закрытых створок.

- Да, доктор Чан!

- Проверьте уровень раскрытия!

- Я вас услышала! Сейчас проверю! – прокричала в ответ ЧхэЁн и обратилась к роженице.

- «Раскрытия? Какого раскрытия? Двери откроют? Это хорошо. Я не просто хочу отсюда выйти и побыстрее, а страстно мечтаю об этом. Выпустите меня!»

Медсестра, подойдя к ногам девушки и снова приоткрыв простынную, выполнила указание доктор. Лалиса в этот момент упорно смотрела в стену напротив себя.

- Доктор Чан! – Крикнула она, снова привстав на цыпочки и услышав отклик продолжила. – Раскрытие восемь сантиметров.

Некоторое время стояла тишина. Видимо доктор обдумывал услышанное. Я же продолжал стоять молча и пялиться в стену, потому что видеть то, что сейчас происходит, не желал ни при каких обстоятельствах.

- «За что?! Господи, за что?! Лифт дорогой мой - любимый машин, поехали уже, а? Ну что тебе стоит? Раз и всё!»

Как только ХеМи вернулась на этаж к свекрови и сообщила ей о том, что произошло. Пакпао нецензурно выругалась:

- Хи! Mаэ манг!.. (Тайский: Пи…! Твою мать!)

Невестка чуть мимо стула не села, когда услышала это. Она не очень хорошо знала тайский язык, однако, самые распространённые речевые обороты и словосочетания ей были хорошо знакомы, в том числе и не цензурные.

- Куда ты усаживаешься? – Поднимаясь чуть ли не прорычала бабуля. – Хватай сумочку и бегом к дочери своей!

Спорить естественно ХеМи не стала. Здоровье дороже.

Оказавшись на втором этаже здания, женщины сразу на выходе из лифта застали прелюбопытную картину. Доктор, а это был именно доктор, в белом халате практически лежал на полу и, немножко раздвинув руками створки двери, кричал в шахту. Только Пакпао хотела открыть рот, чтобы задать вопрос, как из шахты донёсся женский вопль, наполненный страданием. Женщины невольно вздрогнули, а вот доктор лишь поморщился. Усиливая первый крик, практически тут же заорал кто-то ещё, более высоким и очень знакомым голосом.

- Лалиса! - выпалила Пакпао и метнулась к створкам. – Лалиса! Внученька, что с тобой?!

За ней следом устремилась ХеМи и тоже заорала:

- Доченька, что с тобой?!

- Ай! – Вскрикнул доктор, получивший практически сдвоенный пинок чуть ниже спины, и выгнулся вперёд, а потом мужчина взревел словно раненый лев. – Убирайтесь отсюда немедленно! Вы мне мешаете работать! Там моя пациентка рожает!

- Там моя внучка! – Завопила словно «Иерихонская труба» Пакпао.

- Не смейте кричать на мою омму! – Не отстала от импровизированного хора ХеМи.

- Заткнись, идиотка мелкая! – Долетел до троицы приглушённый женский вопль из шахты лифта, принадлежавший медсестре Ким.

Место действия: Сеул. Студия танцев

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вечер

В помещении играет ритмичная музыка, парни выстроить в подобие некой фигуры лицом к зеркальной стене и замерли. Звучат последние звуки мелодии и все как один выдыхают, одновременно расслабляясь.

Приблизившись к ноутбуку и остановив уже запустившийся следующий трек из списка, ДжэДжун разворачивается к мемберам своей группы.

- Сегодня все молодцы, - произносит лидер и берёт полотенце со стола. Вытерев как следует своё лицо от обильно выступившего в процессе тренировки пота, парень вновь начинает говорить. – Даже ДжинСу молодец.

- Эй! Да хорош уже! – Тут же возмущается вышеуказанный.

- Что? – Не понимает ДжэДжун, но еле скрываемая улыбка выдаёт его с головой.

- Хорош говорю, каждый раз цеплять меня из-за всяких мелочей. Не мог промолчать? И почему сразу я? Вон, - машет ДжинСу рукой в сторону другого участника группы, - МиЧжун всё время валяется, будто пьяный. Почему его не упомянул?

- В отличие от некоторых, - улыбается МиЧжун, усевшись на один из принесённых с собой в новую студию стульев, - я валяюсь исключительно в свободное от тренировок время. Так что, хён…, - разводит руки в стороны он и начинает откровенно скалиться.

В этом парне удивительным образом сочетались непревзойдённая пластика и грация, когда он начинал танцевать. Но вот в остальное время… Одним словом, только ленивый не называл его «кальмаром». Даже в школе на некоторое время к нему прилипла эта кличка: «кальмар». Ким МиЧжун умудрялся порой падать там, где это случается только, если человек сам сильно захочет свалиться. Ну вот как можно упасть с ровно стоящего стула, потянувшись за чем-то, лежащим прямо перед тобой на столе? Как? Этот вопрос мучает всех в группе без исключения. Ребята до сих пор не могут отыскать на него ответ.

Попытавшись найти поддержку у остальных мемберов, ДжинСу видит лишь ухмыляющиеся лица и начинает возмущаться:

- Ааа! Куда я попал? Кругом одни предатели! Вы все, - машет он в сторону ребят, отвернувшись к стене и наклонившись, чтобы достать своё полотенце, - предатели! Не зря… Ох, не зря абоджи говорил мне, чтобы я лучше подбирал себе друзей.

Парни посмеиваются, занимаясь каждый своим делом, потому что подобные сцены повторяются с завидной частотой почти на каждой тренировке. Кто-нибудь подтрунивает над вечно ошибающимся ДжинСу и практически тут же получает желаемую реакцию. Самое интересное, что, являясь самым старшим в группе, ДжинСу никогда не тыкает остальных в это носом. Впрочем, эти самые остальные так же не переходят определённых границ, прекрасно зная когда нужно промолчать.

- Ладно, - останавливает развеселившихся парней ДжэДжун. – Извини, хён. Я больше не буду так делать, - сказано это было уже раз в двухсотый или трёхсотый. Однако это не помешало ДжинСу согласно кивнуть.

ЮнХо тем временем достал свой смартфон, не участвуя во всеобщем веселье, и набрал номер Лалисы. Из динамика идут размеренные гудки, говорящие о том, что связь установлена, но девчонка упорно не желает разговаривать.

- Обиделась что ли? – Сбросив вызов, в слух размышляет парень. – А на что?

- Да на что угодно, хён, - высказывает своё, как он полагает, авторитетное мнение ХоВон, находясь в этот момент ближе всех к ЮнХо.

Звонивший только что молча поворачивается и приподнимает бровь, намекая на то, что желал бы услышать более развёрнутые объяснения касаемо ремарки, вставленной другом.

- Как-то раз моя сестра обиделась на меня за то, что я якобы - парень поднимает указательный палец вверх, дабы показать весомость своих слов, - назвал её уродиной. А я всего-навсего сказал, что ей не идёт та юбка, которую она купила. Ну знаешь та, в которой была Санни из Girls’ Generation на их последнем комбэке.

ЮнХо кивает, а затем задаёт вопрос:

- И что?

- А то, хён! Девчонки могут обидеться на что угодно. Может быть, ты сказал что-то такое…? - ХоВон выставляет одну руку вперёд ладонью вверх, повертев ей, и «делает лицо».

- Мы в основном о музыке и говорим, - подумав, произносит ЮнХо.

- Может быть она причёску сменила, а ты не обратил на это внимание? – Выдвигает ещё одно предположение парень.

ЮнХо задумывается и смотрит остановившимся взглядом в одну точку. Отмерев через некоторое время, он пожимает плечами.

- Да мы ни о чём кроме музыки обычно и не разговариваем, - повторив это, парень кривиться. - Что ты мне тут всякую ерунду рассказываешь? Она вон, - кивок в сторону ДжинСу, - и на его звонки не отвечает.

Посмотрев, на кого указывает старший товарищ, ХоВон ни капельки не смутившись, что его ткнули носов в очевидное, продолжает: - Может быть она из-за тебя на всех обиделась?

- Слушай если у тебя сестра обидчивая это совершенно не означает, что все девчонки такие, - заканчивает разговор ЮнХо и направляется к ДжинСу, который сейчас о чём-то говорит с ДжэДжуном. Парни стоят возле стола, на котором лежит ноутбук.

- Хён, - дотрагивается до плеча старшего товарища ЮнХо, привлекая к себе внимание, - набери Лалису ещё раз. На мои звонки она не отвечает.

- Нам же сейчас уже ехать пора, пробник записывать, - не довольно напоминает ДжэДжун, начавший подозревать, что их планы могут сорваться, – да и вопрос, касающийся денег, собирались сегодня обсудить.

После сегодняшней небольшой тренировки было принято решение ехать к ЮнХо в студию звукозаписи для первого прогона. Решили так ещё тринадцатого, когда ЮнХо с Лалисой на пару подкинули свою идею.

- Спасибо за напоминание, - с нечитаемым выражением на лице, глядя прямо на друга, произносит ЮнХо.

- Сейчас наберу, - достаёт телефон ДжинСу и, переведя взгляд с одно своего товарища на другого, добавляет. – Только не начинайте снова, хорошо.

Не успевшая начаться перепалка, умирает в зародыше. Эти двое периодически сталкиваются лбами, когда возникают спорные вопросы касаемо будущего группы, да и так… ДжэДжун младше ЮнХо, но будучи лидером, он иногда излишне рьяно отстаивает свои идеи, невзирая при этом на возраст собеседника. ЮнХо же, являясь интровертом и категорически не приемлет, когда ему что-то навязывают помимо его воли. Особенно если это что-то ему не нравится. Вот и возникают изредка между друзьями ссоры, словесные разумеется.

Место действия: Сеул. Больница Сеульского Национального Университета. Лифт

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вечер

После того, как ЧхэЁн рявкнула на девочку, та быстро захлопнула рот и отвернулась лицом к стене, уткнувшись в неё лбом.

- «Хорошо!» - мысленно выдохнула женщина, – «А то устроит ещё мне тут истерику. И так дело предстоит не простое.»

- Сейчас очень больно было, - пожаловалась роженица и снова глубоко задышала.

Всё же, по всей видимости, ей это помогало как-то справиться с болевыми ощущениями, которые сопровождали схватки. Вот девушка и выполняла все указания, даваемые ей медсестрой.

- «Это сон. Всего лишь сон», - уговаривал я себя, чувствуя гладкую и такую приятно холодящую поверхность металлической стенки лифта. – «Мне это снится и только! Сейчас я проснусь и окажется, что мы сидим у двери в кабинет доктора. Рядом мама и бабуля. И всё будет хорошо.»

Зазвонил мой телефон и я, словно хватаясь за спасительный круг, даже не глянув на экран, принял вызов, искренне надеясь в этот момент на то, что это ХеМи или Пакпао, и они сейчас обрадуют меня тем, что лифт вот-вот починят. Но куда там…

Телефонный разговор.

[ДжинСу] – Аньён, мелкая! – Вылетел из динамика жизнерадостный голос парня.

То, что меня назвали мелкой, на это раз просвистело мимо ушей незамеченным.

[Лалиса] – Аньён, - полушёпотом пробормотал я и покосился на соседок «по заключению», одна из которых бросила в мою сторону недовольный взгляд.

- «И чего рожу кривит? Сам не рад, что здесь оказался! Будь моя воля ноги бы моей здесь не было.»

[ДжинСу] – Говори громче, тебя плохо слышно!

[Лалиса] – Не могу я громче, - прошипел в трубку.

[ДжинСу] – Ладно, - легко согласился собеседник. – Ты почему не пришла на тренировку, как договаривались?

- «Тренировка?» - задумался, припоминая о чём речь. Только спустя секунд двадцать вспомнил, о чем мы договаривались. – «Да что б вас всех!»

[Лалиса] – Занята!

[ДжинСу] – Что значит занята? Мы же собирались записывать первую композицию и вообще…! – Возмущение парня было не поддельным.

- «Собирались… Кто ж спорит-то?»

[Лалиса] – ДжинСу-оппа, давай я тебе завтра перезвоню, - кинул взгляд на девушку, упорно пыхтящую как паровоз. – Мне сейчас вот вообще не до разговоров.

[ДжинСу] – У тебя что-то случилось? Может помощь нужна?

- «Да толку-то с тебя сейчас.»

[Лалиса] – Завтра всё обсудим! Я сама позвоню!

[ДжинСу] – Ну хорошо, хорошо. Зачем так нервничать? Просто ребята беспокоятся, вот я и позвонил. Кстати, а почему ты трубку не брала, когда ЮнХо звонил?

- «Ты издеваешься что ли? Может ещё о чём-нибудь спросишь, дятел комнатный? У меня тут сейчас ТАКОЕ начнётся…», - снова посмотрел на беременную. – «Уж лучше бы я на тренировку пошёл. Долбанное колено!»

[Лалиса] – Звук забыла включить! Потому и не брала трубку. Всё завтра, ДжинСу-оппа! Аньён!

[ДжинСу] – Как скажешь, - слегка растерянным голосом ответил парень, и продолжая испытывать моё терпение добавил. – Только ты обязательно позвони.

- «Вот ведь глист приставучий!»

[Лалиса] – Да-да! Аньён!

[ДжинСу] – Аньё…, - недослушав ответа, я разорвал соединение.

Конец телефонного разговора.

- Всё понимаю, госпожа Рю, - говорит ЧхэЁн. – Но вы терпите. Я тоже в своё время терпела и ничего, - женщина ободряюще улыбнулась. – Видите, жива – здорова! Сына родила. Видели бы вы, каким красавцем он вырос. И вы также сможете!

Девушка вымучено ответила подобием улыбки, глядя на медсестру, и тут подоспела очередная схватка. На этот раз она вскрикнула не очень громко. Однако, ЧхэЁн боковым зрением заметила, как вздрогнула третья узница этого проклятущего лифта, который сломался в столь не подходящий момент и снова отвернулась к стене, зажмурившись при этом.

- Главное сейчас делай всё, что я буду тебе говорить, - продолжила общаться с пациенткой ЧхэЁн, – и мы справимся с этим вместе! - На последнем слове женщина сделала акцент, давая понять девушке, что она не одна.

Что там говорила медсестра, долетало до меня словно через воду, а последний вскрик девахи на каталке напрочь выбил из моей головы все мысли и в ней воцарилась звенящая пустота. К сожалению, не на долго.

- Медсестра Ким! - Через некоторое время до кабины вновь долетел голос доктора Чана. - Вам самой придётся принимать роды! Мастер Ли сказал, что не знает, когда сможет починить лифт! Всё необходимое для работы должно быть в каталке! Вы слышите?!

- Да! Я слышу! Сейчас начну готовиться!

- Только прошу вас комментировать всё, что вы делаете, очень громко! – Это снова подал голос доктор, привлекая к себе внимание. – Я буду подсказывать по мере необходимости! Слышите, медсестра Ким?

- Да, доктор Чан! Я вас поняла!

- Что? – Встрепенулась роженица и уставилась на свою сопровождающую. – Как… принимать роды? А как же палата и …?

- Госпожа Рю, не волнуйтесь! Я уже много лет работаю в акушерском отделении, - убаюкивающим тоном заговорила ЧхэЁн. – И вы не первая кому я буду помогать родить ребёночка. Успокойтесь и слушайте меня. Вместе мы справимся.

- Хо-хорошо, - закивала роженица и, вскрикнув, выпалила. - Господи, почему же так больно?!

Очередная схватка вызвала не самые приятные ощущения в теле.

ЧхэЁн начала доставать из-под каталки необходимые на такой случай принадлежности: сухие полотенца, тампоны и инструменты, лежавшие в закрытом металлическом ящичке.

- «Единственное чего не достаёт – это тёплая стерилизованная вода. Ну ничего! Не впервой… Я справлюсь!» - Тут она выпрямилась и прислушалась.

К громкому дыханию, периодическим стонами, вскрикам госпожи Рю и прочим, приглушённым стенами, звукам больницы, прибавился ещё один какой-то монотонный.

- Бум..., бум…, бум…

- Кто стучит? – пробормотала медсестра и обернулась.

Девочка, которая после её окрика давно уже затихла, словно метроном тихонечко билась головой о стену, бормоча себе что-то под нос и не обращая при этом никакого внимания на происходящее вокруг. ЧхэЁн даже слегка забеспокоилась.

- «Выпустите меня отсюда, сволочи! Выпустите меня. Выпустите меня. Выпустите меня», - долдонил я мысленно словно заведённые, проверяя при этом на прочность стену лифта, вообще не задумываясь, как выгляжу со стороны.

- «Только бы не нервный срыв!» - Сделав несколько шагов к девочке, медсестра Ким развернула её к себе лицом. – Как тебя зовут?

- Лалиса, - хлопая глазами ответила та, явно находясь в лёгком шоке.

Не обратив никакого внимания на отсутствие вежливости в словах девочки, ЧхэЁн продолжила:

- Вот что, Лалиса-ян. Мне сейчас будет нужна твоя помощь.

После услышанного, девочка уставилась на каталку с пациенткой и мелко-мелко замотала головой, ещё сильнее выпучив глаза, показывая тем самым, что она категорически не согласна участвовать в этом, с позволения сказать: «мероприятии». Мало кто из разумных людей причастных к медицинской практике сейчас бы её осудил. Уж больно дело предстояло, м-м-м, грязное.

- Ты не туда смотри, а на меня, - твёрдо произнесла ЧхэЁн и, когда девочка перевела взгляд обратно, продолжила. – Вот и молодец! Тебе необязательно смотреть на госпожу Рю. Я всё сделаю сама. Ты просто будешь подавать мне то, что я тебя попрошу. Поняла?

Женщина говорила короткими предложениями, и делала она это очень уверенно. Уж что-что, а уговаривать людей за столь долгую и в каком-то смысле обширную медицинскую практику, она научилась виртуозно. Вот и сейчас призвав на помощь всё своё мастерство и профессиональные навыки, ЧхэЁн заставила девочку сосредоточиться на ней, а не на роженице. Простой трюк – отвлечение внимания от проблемы. Только Лалиса дёрнула головой, чтобы снова уйти в отрицание, как медсестра прервала её, заговорив вновь:

- Лалиса-ян, мне сейчас очень нужна твоя помощь. Понимаешь? Я справлюсь и в одиночку, но с твоей помощью всё пройдёт гораздо быстрее и легче.

Тут девочка резко зажмурилась, замерев так на мгновение, а затем открыв глаза, кивнула, давая своё согласие. ЧхэЁн мысленно выдохнула и лишь затем подумала:

- «Только бы в обморок не упала», - ведя за собой Лалису и ставя ещё с боку от роженицы, взвешивала сложившуюся ситуацию женщина. – «Маленькая ведь ещё совсем.»

Место действия: Сеул. Больница Сеульского Национального Университета. Коридор второго этажа сразу рядом с лифтом

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Вечер

Разгорающуюся перепалку остановил властный голос, принадлежавший высокому по меркам корейцев и уже пожилому мужчине в строгом костюме тёмно-серого цвета. Подойдя ближе к троице вопящих, он чуть не запнулся, когда его взгляд остановился на старшей женщине.

- Пакпао? – С сомнением в голосе произнёс он и, как следует присмотревшись, неожиданной улыбнулся. – Вот ни капельки не удивлён, что это именно ты.

Последнюю фразу, произнесённую более громко, никто не понял кроме вышеупомянутой. ХеМи, как-то странно покосилась на свекровь. Доктор в удивлении приподнял брови. Причиной реакции последнего была улыбка директора больницы, которую он видел впервые. Этот строгий и властный человек, являющийся профессионалом высочайшего уровня уже много лет руководил больницей и, чего уж греха таить, порой наводил откровенный ужас на персонал. Возможно, именно из-за этого человека данная больница считалась лучшей в стране уже много лет.

- Директор Чо, - первым пришёл в себя доктор, - эти женщины мешают мне работать. Нужно немедленно вызвать охрану! У меня…

- Подождите, доктор Чан, - поднял руку подошедший. – Сначала объясните, что вы вообще делаете в коридоре, вместо того чтобы заниматься своими пациентками, находясь в специально отведённых для этого помещениях, как и полагается?

Доктор глубоко вдохнул и, выдохнув. Молчание ХеМи объяснялось тем, что она только что накричала на мужчину – доктора самой престижной и дорогой больницы в стране, да к тому же ещё и старше её, хоть и не много, судя по виду, но всё же старше. А вот почему молчала Пакпао было совершенно непонятно. Пожилая женщина просто стояла и, приоткрыв рот, откровенно таращилась на мужчину в костюме.

- Директор Чо, - наконец приступил к объяснениям доктор, в процессе кидая раздражённые взгляды на стоявших рядом женщин, - моя пациентка – госпожа Рю застряла в лифте, когда её перевозили из стационара в специальную палату для родов. Лифт застрял между первым и вторым этажом после скачка напряжения.

Директор кивнул, давая тем самым понять, что пока его объяснения устраивают, и доктор может продолжить свой рассказ.

- Мастер Ли уже занимается ремонтом, - тут доктор обжёг женщин взглядом. – Я общаюсь с медсестрой Ким, которая находиться там - рядом с госпожой Рю. Сейчас она будет принимать роды на месте, так как время уже подошло, и я руковожу процессом. А эти две, - мужчина всё же сдержался, чтобы не выразиться более крепко и произнёс по слогам, - женщины помешали мне, подбежав и несколько раз пнув в спину, затем они стали орать. Из-за этого я не слышу, что говорит медсестра Ким и не могу ей подсказать.

- Понятно, - высказался директор Чо и скомандовал, указав рукой на створки, ведущие в шахту лифта. – Возвращайтесь к работе, доктор Чан, - тут он перевёл взгляд на бузотёрок, если верить словам доктора. – Пакпао, мы не виделись почти тридцать лет. Но ты ничуть не изменилась. Снова ругаешься с посторонними и ни в чём не повинными людьми.

- Вот только не надо из меня скандалистку изображать, ХэДжин, - скривилась пожилая женщина. – Там в лифте моя внучка.

- Госпожа Рю? – Удивился директор Чо.

- Да причём тут какая-то Рю. Я говорю о своей внучке. Её Лалиса зовут.

- Подожди, - поднял руку ХэДжин. – Для начала представь мне свою очаровательную спутницу. А то это выглядит невежливо. Тебе так не кажется?

Только сейчас услышав о беременной пациентке Пакпао сообразила, что кричать на доктора и вообще волноваться за внучку было бессмысленно. Да к тому же там ещё и медсестра с ними. Поэтому женщина в данный момент чувствовала себя неловко из-за сложившейся ситуации. В добавок, периодически долетающие крики роженицы, более не сопровождаемые голосом её внучки, давали понять, что Лалиса в первый раз, когда закричала пациентка, просто испугалась от неожиданности.

- Да-да, - проворчала Пакпао и указала на сидевшую рядом. – Познакомься с моей невесткой Ким ХеМи. ХеМи, - мотнула она головой в сторону мужчины, - это наш с твоим свёкром старинный друг Чо ХэДжин.

- Очень приятно познакомиться с вами, директор Чо, - поклонилась ХеМи.

- Взаимно, ХеМи-сии, - кивнул мужчина и предложил. – Давайте всё же присядем и не будет загораживать весь проход.

Оглянувшись по сторонам, Пакпао поняла, что хоть небольшой, но всё же поток сотрудников и посетителей больницы вынужден обтекать их с двух сторон. Это ещё немного усугубило неловкость, возникшую у неё внутри.

Когда все уселись на небольшие пластиковые стульчики, разговор продолжился.

- ХэДжин, объясни мне, пожалуйста кое-что, - дождавшись кивка собеседника, Пакпао переходит к сути. - Что ты здесь делаешь? Я имею виду в Сеуле. Ты же уехал на совсем, если мне память не изменяет?

- Сама не хуже меня знаешь, как это бывает, - с грустинкой в голосе ответил мужчина.

- Потянуло на родину? - понимающе прищурилась женщина.

Хэджун лишь руками развёл, подтверждая догадку собеседницы.

- Вот и у меня каждый раз так, - Пакпао отдала свою сумочку невестке и села вполоборота - лицом к мужчине. - Куда бы я не отправилась, всё время думаю о Бангкоке.

ХеМи молча кипела внутри от непонимания происходящего.

- «Как можно вести светскую беседу, когда Лалиса там...? А они тут...!»

Место действия: Сеул. Больница Сеульского Национального Университета. Коридор второго этажа

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Через сорок минут после выше описываемых событий

Пока все сидели и ждали, чем там закончится дело в лифте, прибежал мастер Ли и доложил, что готов его запустить. В ответ он получил категорический запрет на данное действие до тех пор, пока не закончатся роды, чтобы «Не дай, Бог!» не навредить матери с ребёнком. Потоптавшись на месте, мужчина, попросив разрешение у директора, удалился. Пакпао с её старым знакомым вернулись к их светской беседе. Рядом, сидя молча, негодовала ХеМи. Она никак не могла взять в толк, почему свекровь так спокойна. Предлагать пройти в свой кабинет ХэДжин даже и не собирался. Он слишком хорошо знал свою старую подругу. Вот и сидели они все трое на обычных пластиковых стульях на втором этаже его больницы.

- «Дочка же там совсем одна. Как так можно? А вдруг она в обморок упадёт? Или того хуже? А если ей там плохо? Бедная моя девочка», - женщина посмотрела на свекров и незаметно поморщилась. – «Надо же что-то делать.»

Слова Директора Чо и мастера Ли о том, что волноваться не стоит и Лалисе ничто не угрожает, не смогли успокоить материнское сердце.

- Дааа, - с грустинкой в голосе протянула Пакпао. – Мы были молоды, полны надежд и ничем не подкреплённой уверенности в своей правоте. Эх, молодость!

- Ну, не стоит столь пессимистично, - ободряюще произнёс ХэДжин и приосанился. – В каждом возрасте есть свои плюсы, - тут он неожиданно подмигнул старой подруге. – Теперь ты можешь без зазрения совести командовать всеми вокруг и даже кричать. Ну…, как ты это любишь.

- Пф! – с превосходством глянула на собеседника Пакпао. – У меня и раньше неплохо получалось. Но, по правде говоря, сейчас лишний раз кричать на всяких Остолопов желания великого нет. А вот использовать, к примеру, бамбуковую палку…, - задумавшись, она закатила глаза, представляя формы экзекуции, которые она без зазрения совести применила бы к некоторым...

Директор Чо громко хохотнул, а затем закашлялся, прикрывая рот кулаком, и оглянулся по сторонам.

- Это ты не про ту ли палку вспомнила, который нас с СуХёном…? – вопрос он не закончил и вновь осмотрелся.

Слишком уж много посторонних ушей вокруг. Сотрудникам ни к чему знать подобные истории о Директоре лучшей больницы в Сеуле.

- Любая подойдёт, - улыбнулась Пакпао. – «Для дурака, что не возьми в руки - всё инструмент для воспитания.», - процитировала она местную крылатую фразу.

Из-за закрытых дверей шахты лифта донёсся детский вопль, и все присутствующие резко повернули головы на звук.

- Доктор Чан, узнаёте сколько ещё времени понадобится медсестре Ким, а затем позвоните мастеру Ли и предупредите, что скоро ему нужно будет запустить лифт, - поднявшись со своего места и приблизившись к подчинённому, который до сих пор лежал на полу, заговорил директор Чо.

Доктор Чан поднялся, не теряя солидности, на сколько это было возможно в сложившихся обстоятельствах, и поклонился.

- Я всё сделаю, директор Чо. Вы можете быть спокойны, - выпрямившись, он быстро осмотрел себя и вернулся на пол.

ХеМи, услышавшая очередной вопль из-за створок шахты, встрепенулся, но поняв, что этот голос никак не может принадлежать её дочери, плюхнулась обратно.

- «Когда же это всё закончится? Как я устала…»

- Скоро твоя внучка вернётся в заботливые руки своей хальмони, - присев обратно на тот же стул, обратился к Пакпао ХэДжин.

- Да уж побыстрее бы, - проворчала бабушка. – Нам ещё к доктору на приём нужно. И так, - она глянула на часы, - опоздали на час.

- Мелочи это всё, - отмахнулся директор Чо. – Сам её осмотрю.

То, что случилось с Лалисой около полугода тому назад старые друзья также успели обсудить, пока сидели здесь, как и причину её визита в больницу сегодня.

Буквально через пять минут доктор Чан встал на ноги и, достав свой телефон, набрал номер мастера Ли. Объяснив, что и самое главное, когда нужно сделать, он позвонил ещё кому-то. К моменту, когда створки лифта открылись помимо доктора невольных узников встречали ещё две сотрудницы больницы в белых халатах. Для широкого, но всё же не слишком, коридора в данном месте сконцентрировалась внушительная толпа, частью которой, как только открылись двери лифта стали Пакпао с ХеМи. Директор Чо остался стоять в стороне.

Вышедшая первой медсестра Ким, держала в руках небольшой свёрток с то и дело голосящим малышом.

- Мальчик, - улыбнулась она на вопросительный взгляд, устремившегося внутрь лифта доктора Чана, притормозившего на мгновение рядом. – Вполне здоровый ребёнок.

- Прекрасно, - кивнул мужчина и влетел в кабину на помощь измученной родами госпоже Рю.

- Держи, - передала свёрток одной из своих коллег медсестра Ким, и та сразу убежала.

Тут наружу вышла Лалиса с лицом землистого цвета. Девочка еле заметно кривилась и, увидев родственников, сразу шагнула к ним навстречу. ХеМи, сделав два быстрых шага, схватила дочь в охапку и начала сыпать вопросами:

- Тебе плохо? Колено снова заболело? Может быть голова? Да, скажи уже что-нибудь, доченька, - все они сопровождались осмотром тела.

Пакпао тоже подошла и внимательно посмотрела на внучку, положив ей на плечо руку, затем погладила её по голове.

- Я домой хочу, - буркнула девочка, не отвечая на вопросы матери.

К троице подошла медсестра Ким и, вежливо поздоровавшись, заговорила:

- Хочу поблагодарить вас за то, что воспитали такую хорошую дочь, - произнесла она и снова поклонилась. – Ваша девочка сильно помогла мне.

ХеМи поклонилась в ответ, а вот Пакпао просто кивнула и, приосанившись после слов медсестры, бросила очень довольный взгляд на внучку, которая сейчас продолжала морщиться и старательно не смотрела на медсестру Ким.

- Когда показалась головка ребёнка, - продолжила сотрудница больницы, - возникли небольшие сложности…, - тут женщина замялась и видимо решила не вдаваться в подробности. – Впрочем, это не важно.

На словах о «показавшейся головке» Лалиса, стоявшая рядом, закаменела лицом и резко отвернулась от говорившей, но никто этого не заметил. Пакпао с ХеМи внимали рассказчице с явным удовольствие. Ну как же? Хвалят их внучку и дочь. Надо дослушать и до конца потешить своё эго.

- «Женщина, заткнись! Я тебя очень прошу!»

По мере начавшегося повествования у меня перед глазами стали мелькать картинки происходившего вот только что треша. Ком подкатил к горлу уже не первый раз за сегодня. В лифте мне удалось сдержаться при виде всего этого непотребства, потому что там шла речь о жизни и здоровье ребёнка, но тут невеликие мои силы, измочаленные за день, начали меня оставлять.

- Лалиса выполняла все мои требования неукоснительно. Она настоящая молодец! - Тем временем вещала медсестра Ким. – Когда же ребёночек вышел полностью и осталось лишь обвязать пуповину…

Договорить женщина не успела, потому что, стоявшая до этого тихо «героиня рассказа», сменив цвет лица с землистого на салатовый, рванула к высокой корзине с грязным бельём, которую неспешно катила сотрудница больницы. Бедная санитарка даже отскочила в сторону, когда Лалиса практически нырнула лицом эту самую корзину. Затем все услышали знакомые звуки, перемежаемые невнятными выражениями на незнакомом языке. Почти для всех незнакомом…

- Буэ! Твою… Пха, тха! Буэ! Сво… Буэ! Су… Буэ!

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: семнадцатое сентября 2009 года. Поздний вечер

Открывается входная дверь и в прихожую заходят Пакпао с ХеМи, следом заползает полностью вымотанная Лалиса. Девочка настолько устала, что движения её слегка напоминают движения робота. Встречать припозднившихся женщин выскакивает СонМи.

- А где вы были? Почему так поздно пришли? – Жизнерадостно трещит девушка, помогая бабушке снять ботинки.

- В больнице были, - отвечает Пакпао.

ХеМи с Лалисой разуваются молча.

- А что вы там делали?

И тут бабулю словно чёрт за язык дёргает. Она коситься на младшую внучку и, вернув своё внимание на старшую из сестёр, говорит:

- Лалиса роды принимала.

СонМи замирает, держа в руках один ботинок, и молча переводит взгляд с бабули на сестру.

- Шутишь опять, хальмони? – Хмыкает она через пяток секунд и поднимается, чтобы поставить обувь в специальную тумбу.

- Да какие уж там шутки, - отмахивается Пакпао. – Правду говорю.

СонМи неверяще смотрит на бабушку, а затем с вопросом в глазах на маму. ХеМи тоже уставшая за это не лёгких вечер просто кивает, подтверждая сказанное бабушкой.

- Вау! – Выдаёт девушка и поворачивается к проходящей мимо неё Лалисе. – Ты выдела «чудо рождения» новой жизни? Вот это дааа! Расскажешь?

Вставшая как вкопанная, Лалиса поворачивается к сестре и смотрит на неё с прищуром, да так долго что СонМи не выдерживает.

- Что?

Вместо ответа на заданные ею вопросы девушка получает встречный, из разряда тех, что рано или поздно в своей жизни хотя бы один раз слышал каждый человек.

- Ты дура что ли, онни?

- Эй! – Неожиданно в два голоса возмущаются ХеМи и СонМи.

- Ты чего обзываешься?! – Негодует «дура».

- Не оскорбляй свою старшую сестру! – Одновременно со старшей дочерью требует мама.

- Так! Ну-ка, тихо все! – Пресекает на корню возможную перепалку Пакпао и, подталкивая невестку со старшей внучкой в спину, обращается к Лалисе. – Иди, сходи в душ, а потом зайди в гостиную. Нужно покушать. Ты ведь с самого утра не ела. А вы обе топайте вперёд. Чего застряли?

Когда троица удалилась, оставив младшенькую в гордом одиночестве, девочка скривилась.

- «Чудо рождения», - передразнивая СонМи, повторила она и вся передёрнулась, показывая своё отношение к этому «чуду», а потом добавила. – Тфу! Точно идиотка!

Только оказавшись в душе под струями тёплой воды, смог немножко прийти в себя. Я вообще-то человек не брезгливый, но… Все вот эти женские темы… Фу! Мало мне было того, что взяли и засунули в это тело. С месячными, с горем пополам, справился и даже где-то смирился, как с неизбежностью. А тут… ТАКОЕ! Когда понял, что сейчас предстоит увидеть, стоя в лифте, сразу же пожелал выйти оттуда и как можно быстрее, причём неважно каким способом. Но не судьба! Рассказывал мне как-то один «добрый доктор», как проходит процесс родов у женщин. Чисто ради забавы мужик поделился знаниями, но уже тогда мне хватило. Я сразу зарёкся, что даже под дулом автомата смотреть на ЭТО не соглашусь. Никогда! Ни за что! И ни при каких обстоятельствах! Вот только меня и спрашивать не стали, а просто засунули… в… в… во всех смыслах в общем засунули. Сволочи! Да ещё к тому же в голову постоянно лезли разного рода идиотские вопросики типа: это чё? Это мне типа тоже что ли надо будет так? Всё это конечно бред, но являясь человеком впечатлительным, чуть с ума не сошёл пока там ЭТО… «чудо рождения» происходило. Нет! Ни за что я рожать не буду! Идите все… «в сад»! Да, да! Именно туда всех! Всех до единого! Вообще никого на пушечный выстрел к себе не подпущу! Дабы избежать разных там… непредвиденных ситуаций. А то знаю я, как это бывает, когда тело требует, м-м-м, в общем требует всякого, разного.

- Ну что за фигня? – Оперевшись обеими руками о стену, буркнул я и прикрыл глаза, замерев на месте.

Тем временем струи тёплой воды продолжали смывать с меня усталость этого непростого дня. Настолько непростого, что лучше бы он вообще мимо прошёл.

Пока Лалиса была в душе ХеМи, уподобившись электровенику, металась между кухней и гостиной, накрывая на стол. Ужин сегодня пропустили все кроме СонМи. Она поела в ресторанчике с подружкой на пару. ДжэУк же просто плюнул, когда понял, что кормить его пока не собираются, и пошёл дальше работать, потому как хотел закончить всё к пятнице и улететь на Чеджудо с ХеМи. Давно уже планируемые выходные без детей дальше откладывать было бессмысленно, потому что в это воскресенье он улетает в Россию.

- Да уж, - подытожил мужчина рассказ Пакпао о приключениях его младшей дочери, когда та закончила. – Так, а что у неё с коленом то случилось?

- ХэДжин пока не определился. Просто сказал, что хочет проконсультироваться с врачом, лечившим её в Пусане, после того как не смог обнаружить ничего на снимках.

- Рентген колена делали? – решил уточнить ДжэУк.

- Нет. Задницы! – Вдруг окрысилась, уставшая за день Пакпао. – Что ты глупые вопросы задаёшь, сын?

- Омма! Ну, что за выражения?

- Можно подумать ты первый раз это слово услышал? - проворчала старая женщина.

В семье Ким было не принято поднимать за столом темы, связанные с выделениями человеческого организма и причастными к этому процессу частями тела – наследие, оставленное русским отцом Пакпао. Чего нельзя сказать об остальных корейцах. Вообще, в Корее сидя за одним столом с коренными обитателями вас могут легко спросить, как вы покакали или нет ли у вас проблем с желудком. Корейцы запросто обсуждают подобное, принимая пищу, не стесняясь использовать слова типа: какать, писать, пищеварение и прочие, связанные с испражнениями человека, прелестные термины. «Приятного аппетита!» проще говоря.

- Но не за столом же, - укоризненно глядя на матушку, посетовал ДжэУк.

- В Корее живёшь, – констатировала очевидный факт Пакпао. – Мог бы уже и привыкнуть.

В гостиную вошла Лалиса и уселась на свободное место. Она, ни на кого не глядя, потянулась за чайничком и налила себе в чашку его содержимое, сделала несколько глотков и, осмотрев уже практически заполненный стол, вдруг сказала:

- Я к себе пойду.

- А как же твои любимые токпокки(Одно из самых популярных традиционных блюд в Южной Корее, которое готовят из карэттока, кочхуджана и часто с добавлением варёного яйца, манду, сосисок и омука. По сути, ттокпокки — это пресный тток в жидком остром соусе. Основу блюда составляют колбаски из рисовой муки «карэтток», которые корейцы чаще всего покупают в виде полуфабриката.)? – Удивилась ХеМи, вышедшая из кухни с широкой тарелкой в руках. – Ты же весь день ничего не кушала, дочка.

Именно это блюдо сейчас несла женщина.

(Токпокки с яйцом.)

- Не хочу есть, - проворчала Лалиса и, выйдя из-за стола, направилась к себе в комнату, бросив на ходу ещё пару фраз. – Вообще ничего не хочу. Всем спокойной ночи.

- М-да, - проводив взглядом внучку, произнесла Пакпао и скомандовала невестке. – Неси сюда! Чего встала, как приклеенная? Я буду токпокки.

Через двадцать минут в гостиную залетела СонМи. ДжэУк к этому моменту уже поел и вернулся к работе. Так что за столом была только Пакпао. ХеМи потихоньку относила тарелки и разного рода мисочки на кухню.

- А где Лалиса? – Сходу, даже не присев, задала она вопрос.

- У себя в комнате, - сделав глоток из чашки, ответила Пакпао.

- Надо кое-что у неё спросить, - разворачиваясь обратно, пробормотала девушка и только собралась выйти в коридор, как была остановлена.

- Не беспокой её сегодня, дочка, - собирая тарелки со стола, попросила ХеМи.

- Почему? – Удивилась СонМи.

- «Может Лалиса и права?» - промелькнула ехидная мысль у Пакпао. Она мотнула головой, отгоняя подобные глупости, и обратилась к старшей внучке. – Потому что у неё сегодня был очень тяжёлый день. Лучше посиди с нами, СонМи. Сейчас будем дораму смотреть.

Смотреть дораму старшая из сестёр Ким не пожелала и ушла к себе в комнату. ХеМи тоже надолго не задержалась и отправилась спать через полчаса, оставив свекровь наедине со своими мыслями. Пакпао перебралась на диван и, опираясь рукой на подлокотник, подтянула под себя ноги. То и дело сползавший на пол плед она краями подоткнула под себя. Телевизор что-то бубнил, а старая женщина думала о сегодняшнем происшествии.

- «И чего она постоянно попадает в истории? Авария эта дурацкая. Всё из-за неё! Раньше же такого не было. Было…, не было... Какая теперь разница?» - Бабуля сняла очки и помассировала переносицу.

Неожиданно в гостиную вошла Лалиса всё такая же хмурая, как и до этого.

- Хальмони, можно я с тобой посижу? - Спросила она, плюхаясь на диван. – Всё равно уснуть не могу.

- Садись конечно, - согласилась Пакпао и заметив, что внучка приземлилась с другого края дивана, похлопала рядом с собой. – Чего ты как не родная? Давай ближе ко мне.

Спорить девочка не стала и, не поднимаясь, подползла поближе. Бабушка спустила ноги на пол и поправила плед.

Крутили повтор какой-то серии очередной дорамы, где главная героиня из провинции работая чуть ли не на трёх работах всё мечтала встретить принца.

Уснуть у меня не получалось, потому что, как только я закрывал глаза, так перед внутренним взором сразу же возникали картины виденного мною в лифте.

- «Чёртово бабьё! С их чёртовыми беременностями», - наблюдая, как главная героиня на экране пытается понравиться своему избраннику, мысленно комментировал происходящее от нечего делать. – «Беги, дура! Беги как можно дальше от этого… А то будешь тоже, как та деваха вопить в лифте или ещё где. Не понимаю… Зная, через что придётся пройти, они всё равно лезут к мужикам. Девки все больные что ли? Видимо да.»

Я так и не заметил, как заснул. Этот трудный и такой долгий день, наконец, оставил меня в покое, позволив отправиться в царство морфея.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Утро

В учительской, расположившись как кому удобно, сидят трое – это госпожа Юн ХаНи, преподаватель физкультуры Пак ХеДжин и учительница музыки госпожа Кан СанМи. Последние ведут небольшой спор, касающийся их ученицы.

- Я уже заявила её на конкурс пианистов, сонбэ, - с немалым удовлетворением повторяет СанМи. – Организаторы подтвердили её участие, так что вам придётся найти кого-то ещё для вашего забега.

- Это не какой-то там, как вы выразились, «забег»! - Возмущается таким пренебрежением к преподаваемой им дисциплине ХеДжин. – Это городские соревнования по бегу на короткие и средние дистанции среди школ. И я также отправил документы Лалисы, и их также приняли. Так что она участвует, - он отмахивается от приподнявшейся собеседницы, которая была готова вскочить на ноги. – Перенесёте её участие на следующий конкурс. Не вижу никакой проблемы.

По странному стечение обстоятельств конкурс молодых пианистов был запланирован организаторами на один и тот же день что и городские соревнования по бегу на короткие и средние дистанции. Вот и спорили эти двое о том, что важнее. Учитель математики благоразумно не вмешивалась, сидя за столом и проверяя работы своих учеников. Она, конечно, слышала о чём идёт речь, но принимать чью-либо сторону не желала категорически. В Корее вопросы всегда решались очень просто. Когда возникают некие противоречия в обсуждении между коллегами или друзьями и прийти к консенсусу не получается, то все обращаются к самому старшему из присутствующих, чтобы услышать его авторитетное мнение. И в большинстве случаев, то есть почти всегда, вопрос решается в итоге именно так, как скажет старший. Будучи страстной любительницей точных цифр, госпожа Пак не любила, когда её вмешивали во всякие споры, просто потому что ей не было никакого дела до всей этой мелкой суеты на пустом месте. «Математика – госпожа наук!» Именно так она полагала и не желала размениваться на разного рода мелочи, вроде «плебейских» наук или чьих-то непонятных увлечений, от которых проку всё равно никакого. Ей всегда было чем заняться в свободное от преподавания время. Столько теорий, столько теорем ещё не доказано. А тут ЭТИ…

- Да что вы такое говорите?! – Всё же поднявшись, не выдерживает Кан СанМи. – Разве можно сравнивать МУЗЫКУ с каким-то там бегом?

- Ваша «музыка», ни что в сравнении со здоровьем. Да и в конце концов, какие шансы у Лалисы на вашем этом конкурсе? – Увидев задумчивость на лице собеседницы, мужчина торжественно произносит. – Вот! Вы и сами пока не знаете. А на городских соревнованиях по бегу она точно, я подчёркиваю, практически со стопроцентной вероятностью займёт первое место. Так что ценнее для школы? Ваш конкурс, где ещё неизвестно каков будет результат? Или же всё-таки практически гарантированная золотая медаль?

Понимая, что она проигрывает, но не желая уступать, преподаватель музыки пытается апеллировать к молчавшей до сих пор учительнице математики:

- Сонбэним, поддержите же меня! Лалиса не должна носиться по городу как не пойми кто. Ей, как и любой другой девочке, лучше всего заниматься музыкой, а не изображать из себя скаковую лошадь, - надменный взгляд, брошенный на учителя физкультуры, был им благополучно проигнорирован.

- «Бодхисаттва! Это когда-нибудь закончится?» - Мысленно посетовала Юн ХаНи и отложила проверенную работу, как раз принадлежащую предмету спора. – Вообще-то коллеги я подумываю над тем, чтобы привлечь девочку к более углублённому изучению математики, - она взяла в руку только что оставленный листок и продемонстрировала его. – Вот, можете полюбопытствовать. 99 баллов за тест, который их класс писал сегодня на первом уроке. Хочу заметить, что балл я снизила за некоторую неряшливость, а не за результат.

Пак ХеДжин и Кан СанМи как-то резко подобрались, после услышанного. Делить перспективную во всех отношениях ученицу они категорически не желали, даже с госпожой Юн, не говоря уже друг о друге.

По коридору школы неспешным шагом двигаются ЧэЁн и Лалиса. Девочки что-то негромко обсуждают. Мимо проходят другие ученики, вдоль стен тусуются компашки по интересам.

- Ты теперь на тренировки по бегу ходить не будешь? – спрашивает ЧэЁн. – Сонсенним Пак будет очень недоволен.

- Какой бег, онни? Мне даже простой физкультурой запретили заниматься, - отвечаю подруге и сворачиваю за угол. – Да и хореография похоже также отменяется.

С утра ХеМи всучила мне справку из больницы с наказом отдать её учителю. Вот и топаем мы сейчас по известному адресу, где все эти учителя обитают. Вообще, это даже хорошо. Времени свободного побольше будет, а то за последние полмесяца оно как-то излишне сократилось. Прям беда какая-то!

- Правда, что ли? – Задав этот вопрос, ЧэЁн остановилась и с непониманием во взгляде осмотрелась. – А куда мы идём?

- В учительскую… Сейчас «обрадую» сонсеннима Пака, - указываю рукой на дверь, к которой мы уже подошли, – что его уроки и тренировки больше посещать не буду.

После сказанного ЧэЁн, сделавшая уже пару шагов, замирает.

- Эммм, - мнётся она. – Лалиса, а ты не могла бы… ну, это… без меня в общем сходить?

- Боишься, что ли?

- Не то, чтобы боюсь, - отводит взгляд подруга. – Понимаешь… он ведь ругаться будет и вообще…

- Ясно всё с тобой, «трусиха», - улыбка сама собой наползает на моё лицо.

ЧэЁн девчонка и правда какая-то шугливая. Всё время смотрит в пол при общении с окружающими. Про парней я вообще молчу…

- Я не трусиха! – Вспыхивает подруга и тут же сникает, отводя взгляд. – Просто не люблю, когда кричат рядом.

- Ладно, - машу рукой и стучусь в дверь. – Можешь меня и здесь подождать. А я пошла сдаваться. Может и выживу…

Получив разрешение войти, быстро скрываюсь внутри, бросив свой рюкзачок рядом с дверью.

Оказавшись в помещении, сразу же наткнулся на три пары глаз, смотрящих прямо на меня. Делали они это с каким-то, как мне показалось, гастрономическим интересом. Выглядело подобное жутковато и на мгновение, смалодушничав, подумал о том, чтобы сбежать отсюда на фиг.

- «Чего это они?»

Но, разумеется, сбежать мне не дали.

- Просто превосходно! – Оживилась учитель музыки. – Заходи Лалиса-ян. Ты вовремя. Мы как раз обсуждали твоё будущее выступление на конкурсе пианистов.

- Это мы ещё посмотрим, - не стал отмалчиваться учитель физкультуры, - что она будет делать в тот день. Лалиса-ян, ты 17 октября участвуешь в соревнованиях по бегу среди школ города Сеул.

- Ам, - выдал я и даже руку, повёрнутую ладонью вверх, вперёд себя выставил, переводя взгляд с одного преподавателя на другого. – А это как?

Столь безапелляционное и резкое заявления слегка выбило меня из колеи. Я даже поздороваться забыл от неожиданности. И вообще, после вчерашнего до сих пор не пришёл в себя, а тут на тебе…, приехали.

- «Прикалываются что ли?» - С сомнением осмотрел преподавателей, на лицах которых не было и намёка на шутку. – «Не похоже…»

- Что вы на ребёнка накинулись, как два дракона, коллеги? – Заговорила учительница математики и обратилась ко мне, не поднимаясь с места. – Лалиса-ян, ты зачем сюда пришла? Что-то спросить хотела?

- Я…, нет, - слегка замявшись поначалу, шагнул к учителю физкультуры и протянул ему справку. – Вот, сонсенним. Это вам.

- Что это? - Принял документ ХеДжин и вчитался в написанное, затем поднял на меня взгляд и уже с раздражением в голосе повторил свой вопрос. – Что это?!

- Справка, сонсенним.

- Я вижу, что справка, - нахмурился он. – Откуда?

- Из больницы, - сделав шаг назад, ответил я и рефлекторно оглянулся, разыскивая взглядом дверь.

Не исчезла ли? А то реакция мужика меня слегка насторожила.

- Я тебя спрашиваю, почему она без срока? – ХеДжин сделал шаг ко мне. – Почему здесь не указано время, на которое ты освобождаешься от занятий физкультурой? Что это вообще за непонятная справка такая? – Затряс он рукой, в которой была зажата бумажка, начавшая в этот момент терять свой товарный вид.

- Да мне то откуда знать? – разозлившись на свой мимолётный испуг, вызверился я, глядя прямо в глаза учителя.

Вообще-то так поступать было не очень умно и, мягко говоря, некрасиво. Я – типа малолетняя девочка, а он целый, понимаешь, сонсенним, да ещё и мужчина. Почти прямое оскорбление с моей стороны. Ну или вызов, говорящий о том, что некая мелкая «сопля» сомневается в статусе и уровне собеседника, в безумии своём, приравняв себя к нему. НЕМЫСЛИМО! Однако, меня сильно задел этот наезд на ровном месте. Я-то тут каким боком к этой справке? Что мне в руки сунули, то и принёс. Боковым зрением заметил удивлённый взгляд учительницы по музыке и задумчивый по математики.

Моя наглость была полностью проигнорирована преподавателем физкультуры. Видимо мужик на всяких… насмотрелся за годы преподавательской деятельности.

Тут Пак ХеДжин оглянулся и поймал на себе победный взгляд своей сегодняшней «соперницы», что стало последней каплей.

- Нет! Это меня категорически не устраивает! - Вновь потряс он справкой и устремился к двери. – Я немедленно иду к директору Ю, чтобы он разобрался в чём тут дело. Совсем уже с ума там все посходили!

Где это загадочное ТАМ и кто эти ВСЕ, я так и не понял. Но вот отскочить с пути «носорога» догадался. И очень вовремя это сделал, потому как сонсенним стартанул очень целеустремлённо, не замечая ничего у себя на пути.

- «Эк его переклинило», - проводил взглядом, чуть не снёсшего двери мужика. – «И с чего бы? Ну, не буду я участвовать… Так у нас в классе ДжонГук есть. Он конечно не настолько крут как я, но тоже не плох.»

Вышеупомянутый ДжонГук на самом деле был самым быстрым среди парней во всей школе. Ну, это среди парней. А вот мне он сливал раз за разом. Не то чтобы сильно. Хотя это с какой стороны посмотреть. Однако же, он всё равно проигрывал мне с завидным постоянством. Что, по совести говоря, грело мою многострадальную душу. Раз уж в прямом противостоянии с парнями у меня теперь шансов нет. И это вельми прискорбно! Так хоть смогу воспользоваться пиратской тактикой, если что. Как завещал нам капитан Джек Воробей: «Завязать бой, а потом сбежать!» — это наш выбор! Однозначно! «Удар по яйцам» оставляем на самый крайний случай. А то как-то даже и думать о подобном неприятно. Хотя я нынче сам не отношусь к обладателям сиих «принадлежностей», подчёркивающих некую «брутальность» и не только, любого мужика, а всё же претит мне подобная, м-м-м, жестокость. Больно уж суровое это наказание.

- Лалиса-ян, - выдернул меня из размышлений голос сонсеннима Кан, - раз уж у тебя появилось свободное время…

- «О, нет! Пожалуйста, не надо!» - мысленно взвыл я. – «Я не на это рассчитывал!»

- … то не стоит тратить его попусту и лучше сразу приступить к занятиям на пианино, чтобы улучшить твою игру. К тому же, нужно подобрать произведение, которые мы представим на конкурс в твоём исполнении, - с непередаваемым наслаждением в голосе заговорила учительница музыки. – Если я правильно помню, ты говорила, что занималась бегом сразу после окончания уроков?

Мне очень хотелось проигнорировать этот вопрос. Ну, вот прям очень, ОЧЕНЬ хотелось.

- Да, сонсенним, - стараясь скрыть накатившую на меня тоску, ответил я.

Заметившая изменившееся выражение лица девочки, Юн ХаНи ничего не сказала. Женщина лишь незаметно улыбнулась и вернулась к проверке работ учеников, которых осталось довольно много.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Урок литературы

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

В кабинете с большими окнами, через которые в помещение проникают тёплые лучи осеннего солнца, стоит абсолютная тишина, нарушаемая лишь голосом довольно молодого по меркам профессии преподавателя. Вся женская, к слову, большая часть класса с обожанием взирает и слушает, что там излагает мужчина. Парни, как это водится, тоже вроде бы слушают. Ну, вы поняли… Чжи ИнГук, присев на краешек своего стола и держа в руке томик стихов, декламирует произведение известнейшей корейской современной поэтессы.

- «Знаешь ли ты?

Такие полудни, когда

Разлетишься вот-вот без следа,

Как колокольный звон —

Летит одиноко он,

И срывается одиноко…»

(Мун ЧонХи. Отрывок стихотворения: «Одиночество»)

Здесь в школе парты одиночные, а потому соседа или соседки у меня нет. Сижу на галёрке, куда сам забрался и не только из-за того, что все остальные места в классе уже были заняты..., смотрю в окно. По началу мне было интересно послушать произведения местных авторов. С авторами другой – моей бывшей Кореи я, откровенно говоря, знаком плохо. Да чего уж там… Вовсе не знаком. В смысле, имена авторов, хоть убей не вспомню, а вот некоторые сиджо (Жанр корейской лирической поэзии. Каждая строка стихотворения сиджо содержит 14-16 иероглифов (или слогов хангыля), всего 44-46 в трёх строчках. В середине каждой строчки делается пауза, поэтому при переводе на другие языки часто используется шесть строчек, а не три.) в голове остались, пусть и отрывками, но всё же где-то там они сохранились и если поднапрячься, то... Только напрягаться не хочется. Это всё тётя Света. Она любила их читать и иногда вечерами читала их нам с Серёгой.

- «Эх! Тётя Света, тётя Света.»

На ветку, стоящего рядом со школой дерева, уселась какая-то птаха и начала чистить свои пёрышки.

- «Хорошо тебе, животина. Летаешь, куда хочешь и когда хочешь. А мне вот приходится в школе номер отбывать, дабы родители не потеряли лицо и вообще…»

Осень здесь красивая. Вдалеке видна гора Намсан. Вот где бросается в глаза всё разнообразие красок, пока ещё не увядших, но уже начавших менять свой цвет лиственных деревьев.

(Намсан.)

Впрочем, это происходит здесь, как и в любом месте, где есть растительность. Буйство красок порой, если долго смотреть, может довести до мерцания в глазах. Зрение моё не столь хорошо, как бы мне того хотелось, а посему приходится носить линзы. Купил несколько пар тёмно-серого цвета. Так, чисто на всякий случай. Очки никуда не делись. Ну, последние, что пришлось приобрести на замену вторым. Я на них наступил у себя в комнате. Ума не приложу, как они оказались на полу? Первые вообще где-то «протерял».

Повернул голову, глянуть на ЧэЁн. Сидит и, подперев подбородок кулачком, с восхищением внимает сонсенниму.

- «Кажись что-то другое уже декламирует?» - Прислушался к вещающему преподавателю. – «Ну да, так и есть. Да и наплевать!», - отвернулся и вновь уставился в окно. – «Сейчас бы с Серёгой на пару, схватив удочки у него на даче, спуститься к реке, прихватив по паре баночек пива… Красотаааа!»

- «… Ранение сильное, стала калекой.

Всего одна война,

И я навсегда в плену

Взглядом твоим плененная птица.»

(Мун ЧонХи. Отрывок стихотворения: «Моя любовь»)

Закончив читать стихотворение, Чжи ИнГук закрывает томик и встаёт на ноги, кладя книжечку рядом с собой на стол.

- И так, - обводит он взглядом весь класс. – Теперь я бы хотел услышать ваше мнение об этом стихотворении. Сразу предупреждаю, оно довольно взрослое и кое-что вы могли понять неправильно, - заметив смущение на некоторых девичьих лицах и ехидные усмешки на лицах парней, учитель уточняет. - Стесняться не стоит. Я хочу узнать, что вы услышали и как это восприняли. Затем обсудим ваши ответы. Поднимайте руки.

Само собой разумеется, леса рук преподаватель не увидел. А вот изменение цвета некоторых лиц и отведённые взгляды – да. Ничуть не растерявшись, он решил подбодрить учеников:

- Ну же, смелее!

Мужчина вновь заскользил взглядом по классу и тут его взор на миг зацепился за Лалису, которая, наклонив голову на бок, с грустью смотрела в окно и будто не слышала, что там говорит учитель. Но вот поднявшаяся рука привлекла его внимание.

- Слушаем тебя, ЧеРиш-ян.

Если говорить начистоту, я не очень люблю осень, да и весну тоже. Почему? Да, потому что непевариваю грязь и слякоть. Нет, не брезгую или испытываю какое-то отвращение, а просто не люблю. Каждый раз, заходя домой, приходится мыть обувь, иногда и не только обувь. Порой и штаны сразу в стирку идут. А уж если куда-то пришлось бежать… Ну, тут пиши-пропало! Целиком лезешь мыться и это без вариантов. Здесь сейчас, по крайней мере пока, хоть дождей нет. Но, что-то мне подсказывает, что это ненадолго.

- Лалиса-ян…, - промелькнуло на фоне размышлений знакомое имя, но будучи погружённым в глубины собственного разума, я этого естественно не заметил.

- «Вообще было бы хорошо, если бы сразу приморозило, а затем выпал снег. Вот тогда беспокоиться о грязи не пришлось бы…»

Меня кто-то подёргал за руку. Повернув голову, увидел встревоженное лицо ЧэЁн, которая сидела через проход, и сейчас что-то мне говорила, продолжая трясти мою руку.

- Да очнись ты, Лалиса, - шипела подруга, уже начавшая краснеть. – Сонсенним тебя зовёт.

Я, поняв о чём она говорит, подлетел с места как ошпаренный и уставился на учителя с вопросом в глазах.

- Спасибо, ЧэЁн-ян, что помогла вернуть к нам свою подружку, - со смешинкой в глазах, глядя прямо на меня, поблагодарил девочку учитель. – Я надеюсь, Лалиса-ян, что ты думала о стихотворении госпожи Ким, которое мы сейчас обсуждаем?

- «Твою то за ногу!» - начав нервничать, я зашарил по закромам краткосрочной памяти, в надежде выудить хотя бы название стиха. – Да, сонсенним. Разумеется.

- И как же оно называется? – наклонившись вперёд и приподняв брови, задал вопрос ИнГук.

- «Ээээ! Мужик, ну, это вот вообще подло! Зачем же так сразу? Мог бы хоть издалека зайти что ли», - Возмутился я мысленно, припоминая, что стих был вроде как о любви и брякнул первое пришедшее в голову название. – Оно называется «О любви»?

В классе послышались смешки.

- «Эх! Промахнулся.»

- Лучше, чем я ожидал, - выпрямившись, произнёс вдруг учитель. – С другой стороны, ты хотя бы запомнила о чём в стихотворении шла речь. Это уже своего рода достижение.

На этот раз смешков в классе было куда больше и звучали они громче.

- «Вот только клоуна из меня делать не надо, дядя! Не люблю!» - Напрягся я слегка.

Видимо заметив изменения на моём лице, ИнГук не стал развивать эту тему и задал прямой вопрос:

- И так… Каково же твоё мнение об этом сиджо?

Но я уже разозлился, а потому не задумываясь брякнул:

- Если честно, сонсенним, мне не понравилось. Сухое стихотворение. Примитивная констатация собственного опыта и не более того.

Бил я что называется в самую суть почти всех сиджо, потому что большую значимость в них имеет созерцание, обращение к природе, а также высокие идеалы и в то же время принятие мира. А вот с рифмой просто беда. Да никто, по сути, этим здесь и не заморачивается.

После моих слов в классе воцарилась гробовая тишина. Скосился на миг в сторону подруги. ЧэЁн сидела, прикрыв лицо руками, и лишь почти круглый глаз, сверкающим между раздвинутых пальцев, говорил о том, что она в шоке.

- Поясни, - успевший сесть на своё место, учитель снова поднялся на ноги.

Он по всей видимости тоже не ожидал подобной наглости от малолетней девчонки.

Я только плечами пожал.

- А что тут пояснять, сонсенним? Стихотворение либо нравится, либо нет. Третьего не дано. Мне оно не понравилось. И вообще, как-то примитивно звучит.

- П-примитивно? – Заикнувшись, переспросил Чжи ИнГук.

- Омма, - еле слышно пискнула ЧэЁн и сомкнула пальцы, полностью спрятавшись за ними.

- «Ой дурааак!» - промелькнула в моей голове, как всегда, запоздалая, а потому вполне здравая мысль.

И нет, дураком был не преподаватель.

- «Вот на кой я ляпнул последнее слово? Да и к чёрту всё! Идём до упора. В конце концов дуракам же везёт! Везёт ведь? Правда?» - посмотрел прямо на учителя. – Да, сонсенним, примитивно! Метафоры, что использует автор в этом стихотворении, слышал каждый и каждый понимает их смысл. «Все виды оружия в ход пустила», «Натянутая до предела тетива» и самое заезженное «я навсегда в плену». Ну что это такое? И вообще, нет ни загадки, ни послевкусия. Так кто угодно может.

Услышавший окончание немного излишне экспрессивного ответа девочки, ИнГук встрепенулся. В классе послышались шепотки.

- Сейчас она получит, - злорадно прошептала МиЁн, наклонившись назад, обращаясь к своей подружке.

ДаМи тут же её поддержала:

- Так ей и надо! – Хихикнула девочка, прикрыв рот ладошкой. – Ходят с этой ЧэЁн, словно самые крутые во всей школе и не общаются больше ни с кем.

Тем временем я вновь начал посыпать голову пеплом:

- «Заткнись, дебил! Почему ты не мог остановиться на слове «послевкусие»?! Ты совсем тупой?!»

- Значит говоришь кто угодно так может? – С предвкушающими интонациями в голосе спросил учитель.

Мне второй раз за два дня захотелось побиться головой обо что-нибудь твёрдое.

- Тогда, может быть, ты выйдешь сюда, - он указал на пространство рядом с доской, - чтобы все тебя хорошо видели и докажешь на деле свои слова?

- «На слабо берёт, гад», - быстро окинул класс взглядом и не увидел ни одного сочувствующего. ЧэЁн не в счёт, она вообще вон лицо руками закрыла и не отсвечивает. А вот ехидные взгляды присутствовали и в немалом количестве. – «Ждут что спасую, чтобы потом стебаться до конца года над «выскочкой». А вот фиг вам! Не дождётесь!»

Мне по большому счёту плевать, что обо мне говорят за спиной, пока ко мне не лезут. Но если сейчас не выйти, то непременно полезут и будут задевать. А игнорировать всех и всё время, особенно когда тебя постоянно «тыкают палкой» – это никаких нервов не хватит.

- «И какое же стихотворение о любви подойдёт? Блин, думаю так как будто у меня их сотни припасены и каждое могу воспроизвести по памяти с пол пинка», - размышлял я, топая к указанному месту.

ЧэЁн осторожно раздвинула пальцы на левой руке и увидела, как Лалиса пошла к доске с абсолютной уверенностью в том, что она делает. Об этом говорили её прямая спина, слегка вздёрнутый подбородок и намёк на улыбку в уголках губ.

- «Пусть у неё всё получиться, Господи! Пожалуйста, пусть у неё всё получиться!»

Думать о том, что её подружка опозориться, ЧэЁн не желала категорически, потому как становиться жертвой для насмешек ей придётся вместе с ней.

- «Мне хватило школы в Сиднее», - вспомнила она и неожиданно даже для себя подняла правую руку, сжав её в кулак, и выпалила. – Лалиса, файтинг!

Подружка, услышавшая это, обернулась и на её лице расцвела ставшая уже привычной такая притягательная улыбка. ЧэЁн окатило волной жара, когда она поняла, что именно только что произошло, и её лицо вновь спряталось за ладошки. Даже Чжи ИнГук, не сдержавшись, улыбнулся.

- У тебя хорошая поддержка, Лалиса-ян. Смотри, не потеряй её, - напутствовал он вышедшую к доске и замер в ожидании.

- Спасибо, сонсенним, - поклонилась девочка и повернулась лицом к одноклассникам.

Те в свою очередь смотрели на неё, ожидая, что же будет дальше. Некоторое время стояла тишина, а затем Лалиса… нет, не начала декламировать стихотворение, а словно заговорила с парнями и девчонками, сидевшими за партами.

- «Я пришла к мудрецу и спросила его: «Что такое любовь?»

Она указала обеими руками на учителя, не поворачиваясь к нему, намекая на то, кто здесь мудрец.

У ИнГука от удивления приподнялись брови.

- Он сказал: «Ничего»

Тут девочка пожала плечами.

- Но я знаю написано множество книг.

Лалиса прижала руки к груди, словно прося о чём-то, и скользнула взглядом по лицам одноклассников.

- Вечность пишут одни,

Её левая рука поднялась на уровне груди открытой ладошкой вверх.

- А другие - что миг.

Правая поравнялась с левой, но только повёрнутая ладошкой вниз.

Чжи ИнГук смотрел и слушал словно заворожённый, как и все в классе. Даже ЧэЁн вынырнула из своего импровизированного панциря и во все глаза таращилась на подружку.

- То опалит огнём,

Левая рука девочки на мгновение сжалась в кулак, а затем, будто вспыхнув, раскрылась, начав подниматься ввысь.

- То расплавит как снег,

Правая, изобразив сжатый кулак, тоже раскрылась и проскользила вниз, но более плавно.

- Что такое любовь? «Это все человек!»

Обе руки указали на Чжи ИнГука, возвращая ему всеобщее внимание.

- И тогда заглянула ему прямо в лицо,

Лалиса на самом деле повернулась и посмотрела прямо в глаза учителю, задержавшись взглядом на его зрачках всего лишь на мгновение.

- Как тебя мне понять? «Ничего или все?»

Вновь глядя на лица одноклассников, она приподняла плечи и развела руки в стороны.

- Он сказал, улыбнувшись: «Ты знаешь ответ!»

«Ничего или все!», - середины здесь нет!»

(Стихотворение Омара Хайяма, немного скорректированное автором книги.)

Закончила декламировать Лалиса, вопросительно взирая на сонсеннима.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Сразу по окончании урока литературы

Из класса потихоньку выходят ученики. Некоторые из ребят оглядываются. Сразу напротив дверей у окна встали три девочки и что-то тихонечко обсуждают.

- Ну ничего себе! – Поглядывая через открытую дверь на Лалису, стоящую рядом с преподавательским столом и беседующего с ней сонсеннима, говорит ЧеРиш.

- Я-то думала, она сейчас промямлит что-нибудь, а она…, - недовольно высказывается МиЁн – первая красавица класса и бросает раздражённый взгляд на цель их обсуждения.

- Но это же были не сиджо, - пытается поддержать подругу ДаМи. – Мне её стихи совсем не понравились!

ЧэЁн стоит тихонечко возле двери в класс и ждёт подругу. Закончив общаться с сонсеннимом, Лалиса выходит в коридор и ищет кто-то глазами.

- Я здесь, - подаёт голос ЧэЁн, привлекая к себе внимание.

- А? - оборачивается к подруге Лалиса, – Онни, ты ДжонГука не видела?

- ДжонГука?

- Да-да ДжонГука, - кивает Лалиса.

- Так он, кажется, с ДаСолем куда-то ушёл, - ЧэЁн задумалась на пару секунд. – Они вроде о столовой что-то говорили.

- Значит нам туда дорога, значит нам туда дорога! – Неожиданно пропела девочка и, схватив подружку за руку, потопала по направлению к столовой.

Я ещё в начале недели хотел поговорить со своим одноклассником по поводу его возможного участия в группе. Уж больно он смазливый. Девки толпами, а точнее кучками за ним ходят и хихикают, стоя в сторонке, когда его взгляд падает на них. При всём при этом пацан и сам смущается. Дети - одним словом.

- «Ты можно подумать умудрённый годами старец?» - промелькнула мыслишка, про которую я тут же благополучно забыл.

Нужен седьмой участник группы, а где его взять, не знает никто. С одной стороны народу, занимающегося вокалом и танцами, в Корее до фига и больше. Даже БОЛЬШЕ, чем больше! Они тут вообще на каждом углу трутся. Куда не взгляни, обязательно наткнёшься либо на танцоров, либо на певцов или вообще на тех и других одновременно. Однако, для моей задумки абы кто не подходит. А вот ДжонГук вписывается очень даже ничего так в состав будущей группы. Только есть одна маленькая загвоздочка… Его надо ещё убедить в том, чтобы он принял моё предложение. И что-то мне подсказывает, что это вероятно будет не так-то и просто сделать. Хотя, если подумать здраво, можно ведь свалить эту "обязанность" на парней. Им же нужнее... Пожалуй, так и поступлю.

- Лалиса, подожди! – Заканючила уставшая от столь стремительного передвижения ЧэЁн. – Да, не беги ты так! Я за тобой еле успеваю.

Остановившись, оглянулся и отпустил руку подруги.

- «Блин, и чего я её за руку то схватил? Странно…»

- Куда ты несёшься, словно все демоны ада за тобой гонятся? – Недовольно морщась и поправляя юбку, высказывается ЧэЁн. – Лучше объясни, зачем тебе ДжонГук?

- Надо, онни! Надо мне с ним поговорить, - возвращаюсь к движению и подруга, подскочив, устремляется за мной.

- Это что за секреты такие? – продолжает трещать ЧэЁн. – Ну, расскажи! Я же твоя лучшая подруга!

- «Ммм. И когда подобное со мной случилось?» - Отвечаю на ходу, не оборачиваясь. – Это не мой секрет, онни. Так что извини, но сказать ничего не могу. Пока…

- А потом расскажешь? – Никак не может угомониться ЧэЁн.

- «Чё ж тебя так прорвало то сегодня? Сплошные вопросы.»

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Столовая

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

В обширном по размерам помещении расположены длинные столы, вдоль которых по обе стороны стоят скамейки. Присутствуют и столики поменьше, где с каждой стороны приставлен отдельный стул. За одним из длинных столов сидит компания парней из пяти человек. Каждый набрал на раздаче себе то, что он любит, и ребята, поглощая пищу, разговаривают кто о чём.

- Вы видели лицо сонсеннима, когда Лалиса назвала сиджо Ким ЧонХи «примитивными»? – Задав вопрос, ДаСоль берёт палочки в руки и быстрыми движениями закидывает рис себе в рот, начав его пережёвывать.

Все присутствующие смеются, а кто-то даже пытается изобразить, как выглядел сонсенним в тот момент. Разумеется, в Корее очень уважительно и с почтением относятся к старшим, а уж тем более к преподавателям, но это не мешает иногда среди своих посмеиваться над ними.

- Да я чуть со стула не упал, когда услышал, что она сказала, - делиться впечатлениями один из ребят.

- Как и я, - поддакивает второй.

Прожевав рис и сделав глоток сока, ДаСоль смотрит на промолчавшего ДжонГука. Парень сидит и задумчиво вертит палочками для еды, смотря расфокусированным взглядом куда-то в даль.

- ДжонГук, а ты что скажешь? – привлекает к себе внимание лидер небольшой компании.

- А? Что? – Уронив от неожиданности одну из палочек на тарелку, переспрашивает парень.

Он быстро поднимает утраченное и вопросительно смотрит на старшего товарища.

- Я спрашиваю: видел лицо сонсеннима, когда Лалиса назвала стихи госпожи Ким ЧонХи «примитивными»?

- Ты об этом, хён, - кивает ДжонГук. – Видел конечно, - улыбается он и переводит разговор на менее скользкую тему. - Я даже подумал, что сейчас Лалисе сильно влетит от сонсеннима. Однако, она молодец! Ловко выкрутилась. Да ещё и стихотворение такое красивое прочитала.

- Это дааа, - соглашается ДаСоль и ему в такт кивают несколько ребят. – Но ведь это всё-таки были не сиджо.

- И что? – пожимает плечами ДжонГук. – Помнишь, на той неделе сонсенним читал нам стихи какого-то вегугина (По-корейски "вегугин" то есть, "человек внешней страны". Почему нельзя перевести это слово как "иностранец"? Потому что «иностранец» — это не национальность, а "вегугин", это именно что представитель нации, которая живёт известно где...)? Француза кажется.

- Разумеется помню. Но ты это к чему?

- Там тоже были не сиджо, но ведь почти всем понравились те стихи.

ДаСоль задумывается над сказанным. Он неплохо помнил, что за стихи тогда читал им сонсенним и они действительно ему понравились. Не все само собой…, однако, некоторые так точно.

- Да, пожалуй, ты прав.

- А мне понравилось стихотворение, которое рассказала Лалиса, - вставляет слово один из ребят.

- Вот и мне тоже понравилось, - поддерживает ДжонГук и наконец приступает к обеду.

В столовую быстрым шагом заходят Лалиса с ЧэЁн. Остановившись у входа, девочки начинают кого-то высматривать и их взгляды останавливаются на столе, за которым сидят парни из класса. Указав кивком головы направление и глянув при этом на подружку, Лалиса устремляется к ребятам, которые тихо мирно кушают ничего не подозревая.

- Всем привет, - приблизившись, улыбается девчонка и обводит взглядом одноклассников.

- Аньён, - прожевав порцию риса, поднимает взгляд на неё ДаСоль и переводит его на ЧэЁн. – Вам чего?

- От тебя? Ничего, - смотрит на парня Лалиса, а затем указывает подбородком на сидящего напротив самого младшего из парней. - Мне с ДжонГуком надо поговорить. А вы можете спокойно есть дальше.

От соседних столиков до присутствующих долетели негромкие смешки. ДаСоль оглядывается и начинает хмуриться, затем выражение его лица меняется и на нём проступает улыбка.

- Ты разрешаешь? – С толикой сарказма спрашивает он наглую девчонку.

Та, ничуть не смутившись, отмахивается от парня:

- Да-да, вы можете продолжать.

Неподалёку послышался чей-то смех, впрочем, тут же прервавшийся.

- Ааайщ! - скривившись, немного возмутился ДаСоль. – Как ты с нами разговариваешь? Мы же старше тебя.

- О! Кстати, я кое-что вспомнила! ДжонГук-оппа, а когда у тебя день рождения?

Сидевший до этого молча парень сначала даже не понял о чём речь. Он переводил взгляд с Лалисы на своего друга и попытался понять, почему девчонка так разговаривает с ДаСолем, который старше её, да и его, к слову, тоже старше.

- Я это…, - ДжонГук мотнул головой. – Я родился двадцать шестого августа.

- А в каком году? – С недюжинным интересом в глазах наклонилась к парню Лалиса, задавая этот вопрос.

- В 1992, - спокойно уточнил он.

Девочка резко выпрямилась и на её лице расплылась счастливая улыбка.

- Это просто лучший день в году! – Как-то отстранённо произнесла она и вновь посмотрела на собеседника.

Всё это время вокруг стояла странная тишина. Ближайшие столики притихли и с любопытством наблюдали за происходящим. Столовая здесь общая так что среди учеников школы присутствовали и студенты данного института.

- Ты глянь, хён, - обратил внимание ДжинСу приятель на группку старшеклассников, скопившихся рядом с одним из столов, когда друзья вошли в столовую.

- О! – Вдруг воскликнул парень и устремился туда, куда указал приятель.

- Эй! Ты куда? – Полетел ему в спину вопрос.

- Найди пока место, - через плечо бросил ДжинСу. – Я кое с кем поговорю и сразу к тебе.

Пожав плечами, парень отправился на поиски свободного стола.

- Как скажешь, хён.

ДжинСу тем временем подошёл достаточно близко к компании школьников, чтобы слышать о чём там говорят и прислонился к одному из вертикальных несущих столбов, которые были понатыканы там и тут в столовой.

Лалиса, под удивлёнными взглядами зрителей, сделала шаг к ДжонГуку и положила ему на плечо руку.

- Так и быть, можешь обращаться ко мне нуна, - слегка задрав нос, заявила она.

Все, абсолютно все, кто это слышал, покатились от смеха. ДжинСу также не смог сдержаться и, рассмеявшись, чуть не уронил поднос с едой, который держал в руках.

К ДжонГуку все и всегда относились с теплотой и вниманием. Впрочем, как и к любому парню в Корее, не достигшему совершеннолетия. Помимо всего прочего он также не был обделён и вниманием девчонок. Они постоянно крутились рядом. Особенно последние два года. Но ДжонГук следуя совету отца сосредоточился на своём образовании и никак не реагировал на все их уловки, о которых, к слову, тоже парню поведал его отец. Стать центром всеобщего внимания в подобной ситуации ему пришлось впервые, и он растерялся не понимая, что сказать или что нужно делать, а потому просто зажмурился.

- ДжонГук, - голос Лалисы привлёк его внимание к себе, - так мы можем поговорить?

ДаСоль лежал прямо на столе, опустив голову на руки, и давился смехом. Он в жизни ничего подобного не видел и не слышал. Другие ребята, сидевшие с ним за одним столом, не отставали. СуХён так ржал, что свалился со скамьи и тем самым вызвал очередной приступ хохота у окружающих.

- Да, конечно, - закивал парень, не открывая глаз. – Только давай не сейчас, а после уроков.

- Перед тренировкой? – Уточнила девочка и тут же получила ещё один подтверждающий кивок от парня.

Стоявшая рядом с подругой ЧэЁн лицом походила на перезревший помидор. Ей как никогда ещё до этого хотелось провалиться сквозь землю. Вот прямо здесь и сейчас кануть в бездну…

- «Что она творит? Зачем? Девочки нас точно убьют», - обречённо думала она ровно до тех пор, пока подружка не дёрнула её за руку.

- Идём, онни. Чего зависла?

- А? – Встрепенулась ЧэЁн и, кивнув, быстро пошагала за, теперь уже точно, местной знаменитостью.

По дороге она заметила несколько злых взглядов, брошенных ей с Лалисой в след несколькими девочками, которые подружка либо не заметила, либо проигнорировала.

ДжинСу не сразу понял, что Лалиса ушла. Сначала он пытался давить смех, затем ловил вырывающийся из рук поднос с едой и только потом осознал, что девчонка испарилась.

- Проклятье! – Выругался он и, оглядевшись ещё раз, повторил ругательство. – Проклятье!

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Учительская

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

Сейчас в большой сорокаминутный перерыв между занятиями в учительской довольно людно. К немалому удивлению всех присутствующих, сюда даже заглянул многоуважаемый преподаватель физики господин Пэ ЧханМин, общество которого могли выносить, некоторое время, лишь директор Ю, да ещё изредка госпожа Юн ХаНи. Все остальные, завидев этого безусловно заслуженного и многоуважаемого преподавателя 67 семи лет от роду, стремились как можно быстрее покинуть пространство, где он появлялся. Вот только на этот раз сделать подобное никому не удалось. Господин Пэ, словно почувствовав, где сейчас находится директор Ю, пришёл в учительскую и встал прямо в проходе, не выпуская никого наружу.

- Я требую, чтобы вы выполнили своё обещание, директор Ю! - Скрестив руки на груди и не обращая внимание на ропот коллег, возмущался ЧханМин.

- А я ещё раз вам повторяю, сонсенним Пэ, - начиная закипать, пока ещё вежливо отвечал директор, – что вам в том году ещё было сказано: «Как только появятся свободные средства, мы сразу же приобретём для ваших уроков тот электронный микроскоп.» И от слов своих я не отказываюсь.

- Ну конечно! – Пренебрежительно скривился учитель физики и махнул рукой в сторону Пак ХеДжина. – На ремонт стадиона у вас деньги нашлись, - мах рукой в сторону Кан СанМи, - и на покупку новых музыкальных инструментов тоже. Отчего же их нет для покупки столь необходимого для моих уроков микроскопа? Отвечайте, директор Ю! Я вас спрашиваю!

- Что-то мне подсказывает, что наш многоуважаемый сонсенним Пэ столь рьяно требующий этот микроскоп, требует его не сколько для учеников, сколь для собственных нужд, - наклонившись к сидящей рядом учительница музыки, тихонечко прошептала Юн ХаНи и улыбнулась.

- Вы полагаете, сонбэ? – Слегка удивилась СанМи и, получив в ответ кивок, задумалась.

Улыбка, промелькнувшая на лице учительницы по математики, не осталась не замеченной самым возрастным преподавателем школы.

- Смейтесь, смейтесь, ХаНи-сии. Вам то, готовящей простых бухгалтеров, меня точно не понять! Физика – это наука позволяющая познать вселенную! Не то что ваша примитивная математика.

- Что?! – Вскочила женщина. – Да как вы…?!

Чуть было не начавшуюся очередную перепалку остановил властный окрик директора Ю:

- Всем молчать! – Он обернулся к госпоже Юн. – Прошу вас! Давайте не сегодня, - затем вернул всё своё внимание возмутителю спокойствия. – Сонсенним Пэ, школа купит этот ваш микроскоп. Даю вам моё слово!

Замешкавшийся на миг, ЧханМин пропустил момент, когда директор Ю, проскочив мимо него, выскользнул в коридор. Но так легко отделаться от старого преподавателя по физике руководителю школы не удалось. Старичок на диво бодро рванул за «беглецом».

- И когда же наступит этот знаменательный день, директор Ю?! – Долетел из коридора до оставшихся в помещении преподавателей вопрос.

Ответ услышали, по крайней мере отчётливо, далеко не все.

- Не раньше рождества.

Учительскую на короткое время накрыла удивительная тишина, которую, как показалось ХаНи, разрушил одновременный выдох облегчения в исполнении чуть ли не всех здесь присутствующих. Народ, понявший, что всё закончилось, засуетился, несколько преподавателей отправились по своим делам.

К сидящему в задумчивости Чжи ИнГуку, подошла преподаватель хореографии Пак СеЫн и заметила лежащий перед ним лист с записанным там хангылем стихотворением.

- Что это, ИнГук-сии?

- Это? – Поднял мужчина листок, обернувшись. – Это стихи нашей с вами ученицы, сонбэним. Прочтите, - он протянул бумагу. – Уверяю вас, оно того стоит. Да и полагаю, ваше долгое пребывание за границей позволит более непредвзято их оценить.

Приняв лист и быстро прочитав написанное, СеЫн подняла вопросительный взгляд на собеседника.

- Попробуете угадать, кто является автором?

- Не имею ни малейшего понятия, - пожала плечами женщина. – Всё же мой предмет не связан с литературой, так что…

Она вернула стихи своему коллеге и присела рядышком на стул.

- И всё же… Попробуйте.

Некоторое время СеЫн молчала, перебирая в голове возможных кандидатов на эту роль, но так никого и не подобрав, просто махнула рукой.

- Сдаюсь.

- Ну хорошо, - улыбнулся мужчина. – Данный стих прочитала на моём уроке Ким Лалиса. Она же и является автором.

- Вот как? – Женщина протянула руку и взяла лист, ещё раз прочла написанное. – Вы знаете… не верю я что-то, что столь глубокое по смыслу стихотворение могла написать маленькая девочка.

- Не поверите, но меня тоже терзают некие сомнения. Лалиса, конечно, достаточно умная девочка, судя по результатам её учёбы. Когда я спросил: «Кто автор?», она призналась, что этот стих придумала прямо на уроке.

- Если сомневаетесь, а в данном случае на то имеются причины, могу лишь посоветовать связаться с её родителями и спросить у них о том, кто на самом деле является автором этого стихотворения, - предложила СеЫн.

- Да. Пожалуй, так и поступлю, - согласно кивнул ИнГук и полез в свой стол. – Где-то здесь у меня лежит список с номерами телефонов родителей всех учеников параллели.

Потратив некоторое время на поиски нужного номера официального представителя девочки, мужчина наконец выудил его из череды однофамильцев, коих было в списке чуть ли не добрая половина.

- Ага! Вот он, - обрадовался ИнГук и, достав свой смартфон, провёл пальцем по строчке с цифрами и прочёл указанное деле имя вслух. – Ким ХеМи. По всей видимости омма Лалисы.

Быстренько вбив номер, он нажал на иконку вызова.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

ХеМи сидела на кухне и ждала пока посудомоечная машина закончит помывку посуды, листая при этом какой-то глянцевый журнал.

- «Надо будет домой такую же купить», - бросила взгляд на столь полезный для каждой женщины агрегат и вернулась к изучению журнала. – А вот это не плохо смотрится. Стоит, пожалуй, сходить с СонМи и примерить. Ей то оно уж точно подойдёт, - с толикой грусти в голосе произнесла женщина и мысленно окинула себя взглядом.

Как и почти любая представительница слабого пола ХеМи с излишней придирчивостью подходила к своей внешности, а уж последние годы и подавно.

Из гостиной донеслись звуки знакомой мелодии. Отложив журнал, хозяйка поднялась и пошла к телефону, оставленному ею прямо на столе. Когда женщина уже потянулась к верещащему аппарату, из своей комнаты выглянула Пакпао. В одной руке она держала очки, а в другой очередную книгу.

- Невестка, - недовольным тоном заговорила старая женщина, - смени уже наконец мелодию. Мне надоело каждый раз подскакивать, когда тебе кто-то звонит.

- Извините, омма, - потупилась ХеМи. – Я забыла.

- Кто бы сомневался…

Увидев незнакомый номер, ХеМи только плечами пожала и, приняв вызов, приложила телефон к уху. Пакпао тем временем, что-то вспомнив, направилась на кухню.

- Слушаю вас, - произнесла в трубку женщина, провожая взглядом свекровь.

Услыхав мужской голос, представившийся учителем Лалисы, ХеМи насторожилась.

Неразборчивое бормотание в трубке.

- Аньён хасеё, сонсенним Чжи, - вежливо поприветствовала она собеседника, как только он представился и тут же подтвердила своё родство с Лалисой. - Да, я её омма.

Выглянувшая из кухни Пакпао, вопросительно взглянула на невестку. Та, прикрыв ладошкой микрофон пояснила:

- Звонит учитель корейского языка и литературы Лалисы из Сонхва, - сказав это, ХеМи вернулась к телефонному разговору. – Стихотворение? Какое стихотворение?

Неразборчивое бормотание в трубке.

- Лалиса этим летом написала одно стихотворение посвящённое её харабоджи и хальмони, - выслушав, что ей говорит мужчина на том конце, ХеМи в удивлении расширила глаза и посмотрела на свекровь, затем вновь прикрыла микрофон ладошкой. – Она ещё одно стихотворение написала.

Телефонный разговор с учителем Лалисы продолжался ещё минут пятнадцать. За это время беседующие умудрились обменяться написанными девочкой стихами. Первое произведение дочери ХеМи не помнила наизусть, а потому ей пришлось обратиться за помощью к свекрови. Пакпао, проворчав что-то нелицеприятное в адрес некоторых «безголовых», отобрала смартфон у невестки и продекламировала наизусть стихотворение учителю внучки, а затем записала то, что продиктовал позвонивший.

Сейчас женщины сидели в гостиной за столом и взирали на листок, где было неровным почерком зафиксировано очередное материальное подтверждение проснувшейся творческой жилки их младшей родственницы.

- Знаешь, что я хочу сказать, невестка, - посмотрев на сидящую рядом ХеМи, заговорила Пакпао, когда наконец оторвала взгляд от бумажного листа на столе.

- Нет, омма, - мотнула головой женщина. – Не знаю.

- Похоже, что у моего сына с тобой получилось родить на свет будущую всемирно известную поэтессу.

- Ооой! – Выдала ХеМи и, прикрыв рот ладошкой, уставилась на свекровь.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Вторая половина дня

На небольших скамеечках, расположенных вдоль трибун и предназначенных для болельщиков, сидят Лалиса и ЧэЁн. До начала тренировки под руководством сонсеннима Пака ещё час с мелочью. По странному стечению обстоятельств все спортивные площадки расположенные здесь абсолютно пусты. Ни души… Девчонки заняты каждая своим делом: Лалиса что-то быстро набирает в планшете, а ЧэЁн с кем-то переписывается, используя для этого свой смартфон. Сейчас тут довольно тихо и лишь шумы города изредка привлекают к себе внимание.

На одной из перемен удалось поймать ДжинСу и договориться о встрече здесь на стадионе. Объяснять ничего не стал, просто потому что не было никакого желания, да и времени тоже. А всё из-за того, что следующей у нас шла физика. Этот предмет и так-то муторный до невозможности – формулы и задачи, задачи и ещё раз формулы. Практических занятий в этом начавшемся учебном году пока ещё не было. Так ещё ко всему этому занудству прилагается старый пень. Ой, простите! Многоуважаемый сонсенним Пэ ЧханМин. Пф! Ну, это ладно. Сидим, ждём ДжонГука и ДжинСу. Я мучаю свой мозг, вспоминая третью главу второй книги о Гарри Поттере, а ЧэЁн с кем-то там болтает в чате. Вроде со своей подружкой из Сиднея. Я не спрашивал, а она не особо распространяется на эту тему. В принципе и ладно. Это не моё дело… Захочет – расскажет.

- Лалиса, - подаёт голос подруга, отрывая меня от дела, - а ты о чём хочешь с ДжонГуком говорить? Ты ведь обещала мне рассказать.

- Онни, давай, когда все придут. Я тогда и расскажу. А то повторять по двадцать раз никакого желания нет.

- Все? – Удивляется подруга. – Кто это все? Ты ещё кого-то позвала сюда?

- Онни, ну, пожалуйста, давай позже. Видишь, я занята? – Показываю планшет. – Так хорошо идёт. А потом ведь времени у меня совсем не будет. Ты же знаешь. Сегодня с СонМи будем заниматься весь вечер субтитрами и крепить их к записи.

- Это так сложно? – Наклоняется ко мне поближе ЧэЁн.

- Ничего там сложного нет, - отмахиваюсь и кладу планшет на скамеечку рядом с собой. – Просто… долго это и до ужаса нудно.

- Понятно, - кивает она и указывает на приближающегося к нам парня. – Смотри, там кто-то идёт.

Приподнявшись, прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, кто там чешет.

- «Долбаные линзы! Ну ни фига не видно в дали», - искренне негодую из-за не самой удачной покупки в своей жизни, а потом всё же распознаю приближающуюся фигуру парня. – Это ДжинСу-оппа, - оповещаю подругу и кидаю взгляд на время, достав свой телефон. – Значит скоро и ДжонГук должен подойти.

ЧэЁн начинает суетиться, лезет в свой рюкзачок и достаёт оттуда зеркальце. Быстро оценивает свой внешний вид и убирает его обратно.

- Аньён, девчонки! – Не доходя до нас метров двадцати, ДжинСу вскидывает руку, привлекая к себе внимание.

Замечаю боковым зрением, как подруга начинает ёрзать на попе и отводит взгляд.

- «М-да. Дитё дитём», - думаю я. – «Но всё же типичная девчонка. Успела себя «привести в порядок», чтобы не выглядеть чучундрой при посторонних. А меня вот отчего-то вся эта возня до сих пор не заботит. Причём вообще…»

Сестрёнка на пару с мамой периодически пытаются стращать меня разными там всякими сказками на тему: «Парни внимания обращать не будут!», «Выглядишь как деревенщина!» и так далее и тому подобное. Но мне до этого дела нет. У меня свои заботы. И если быть честным… я никак не пойму, что не так. Одет хорошо; пахну не розами, конечно, но и не потом; чистый, ну, точнее чистая – всегда! Так чего ещё от меня надо? И вот нудят и нудят по очереди. Ладно хоть бабуля не лезет с этой хренью.

ДжинСу приблизился к нам и, кинув рюкзак на скамью рядом со мной, но так и не став присаживаться, заговорил:

- Ну, и что это за секрет такой, что ты не могла мне об этом на перемене сказать? – Парень наклонился и коснулся ладонями пола, а затем пояснил. – Спина устала. Весь день в статичном положении – это тяжело.

ЧэЁн, сидевшая по другую от меня руку, наклонилась немного назад, прячась от нового собеседника. Глянул на неё, но говорить ничего не стал.

- «Вот и на фига тогда спрашивается ты смотрелась в зеркало, если всё равно от парня ныкаешься?» - Обернулся к прибывшему. - Нет никакого секрета, ДжинСу-оппа. Сейчас всё узнаешь. Надо только ещё немного подождать.

- Чего подождать? - Резко выпрямился парень. – Я здесь. Ты тоже… Так что давай не тяни, рассказывай!

- Подождёшь, - отрезал я и взял в руки планшет, намереваясь продолжить писать.

- Эээй! Ну что это такое? Лалиса, ты же воспитанная девчонка, а разговариваешь со мной словно я твой ровесник или даже младше, - с осуждением в голосе выдал ДжинСу и покачал головой. – Вон, глянь лучше на свою подружку. Вот она по-настоящему хорошая девушка: тихая, вежливая, скромная…

- …, не разговаривает в присутствии мужчин и вообще старается спрятаться, когда кто-то из парней приближается к ней. МЕЧТА, а не девушка! - Закончил я за парня и, указав на сидящую рядом, добавил. – А ещё она: красавица, умница и даже готовить умеет. Берёшь себе?

ДжинСу, набиравший в этот момент в грудь воздух, подавился им, начав кашлять. ЧэЁн выпучила глаза, глядя на меня, и следующие секунды была способна лишь на то, чтобы издавать нечленораздельные звуки.

- А…? Ты…! Я…! Ооо, - проблеяла она и попыталась вскочить, но я, уже ржавший как конь, а точнее как лошадь, успел схватить её за руку.

- Ну, ты, кха, мелкая…! – продолжая кашлять, выдал ДжинСу.

- Лалиса! – наконец, оставив попытки вырваться из моего захвата, выпалила ЧэЁн и попыталась выразить всю глубину своего возмущения, что, откровенно говоря, у неё получилось не очень хорошо. – Ты что…?! Как ты…?! Да, вообще!

Удержаться и не свалиться в истерический гогот мне всё же удалось. Не сразу, разумеется, но я смог и выровнял дыхание, потихоньку успокоившись.

- Ну прости, онни, - первым делом попытался извиниться перед ЧэЁн, пыхтевшей как паровоз и упорно смотрящей в противоположную от меня сторону.

Ноль реакции… Будто меня тут вообще нет.

- Онни, перестань обижаться. Я же просто пошутила.

- Не смешно, - буркнула подруга, на миг обернувшись.

По моему лицу непроизвольно расплылась улыбка.

- «Простила. И вообще походу не сильно то и обиделась.»

Попытавшегося открыть рот ДжинСу, опередил незаметно подошедший к нам ДжонГук:

- Всем аньён! - Прозвучало сбоку, и мы как по команде повернули головы на звук его голоса.

Первым отреагировал я и, поднявшись, приблизился к ДжинСу.

- ДжинСу-оппа, познакомься с нашим с ЧэЁн одноклассником, - заговорил и указал рукой на подошедшего парня, - это Ким ДжонГук. ДжонГук, познакомься с моим другом, - кивнул на стоявшего рядом парня. – Ян ДжинСу.

Пока ребята обменивались рукопожатиями и ничего не значащими фразами, обратил внимание на какое-то нездоровое оживление при входе на стадион. Причём участниками данного кипиша были исключительно особи женского полу. А потом до меня дошло.

- «Поклонницы или скорее преследовательницы этих двух перцев. Да и наплевать. Стоят вдали… Ну и пусть их. Главное не мешают.»

Там были две группы девчонок разного возраста, которые сейчас что-то довольно бурно обсуждали, активно жестикулируя при этом конечностями.

- «Как бы драку не затеяли…»

- Лалиса, - вернул меня из размышлений голос ДжинСу, - может быть уже пора рассказать, - тут он глянул на ДжонГука и ЧэЁн, - что ты задумала?

Приблизившись к однокласснику и попросив того сделать шаг в сторону, развернул его лицом к двум другим участникам действия. ЧэЁн сидела на месте и тупо хлопала глазами, переводя любопытный взор с одного парня на другого, но делала она это как-то странно, словно старалась не привлекать к себе внимания.

- ДжинСу-оппа, - начал я и указал рукой на стоявшего рядом, - я нашла вам седьмого участника группы.

- Что? – Брякнул ДжинСу.

- Кого? – Вторил ему ДжонГук.

ЧэЁн же продолжала сидеть молча и, лишь появившийся нездоровый блеск в её глазах сказал мне о том, что, как только мы останемся наедине, я буду незамедлительно подвергнут допросу с пристрастием. Вполне возможно, если, конечно, я совершу подобную глупость и попытаюсь отмолчаться, подруга не побрезгует даже пытками. М-да.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: восемнадцатое сентября 2009 года. Вечер

В прихожей только что закончилась небольшая суета. ДжэУк с ХеМи собрались и отправляются на Чеджудо. Они даже не стали брать много вещей – всего один чемодан на двоих. Провожать их вышли Пакпао с Лалисой. СонМи ещё не вернулась домой.

- Хорошо отдохните там, - напутствует бабуля уже стоящих у открытой двери сына с невесткой.

- Да, омма, спасибо, - кланяется ХеМи.

- Всё, омма, мы уехали, - говорит ДжэУк и переводит взгляд на дочь. – Лалиса, веди себя хорошо и слушайся во всём хальмони.

- Да, аппа, - не спорит девочка.

- Я буду скучать, - вдруг останавливается ХеМи и, сделав шаг к дочери, целует её в щёку.

Лалиса морщится, но терпит. Пакпао смотрит на внучку с лёгкой укоризной. Но вот дверь закрылась за спинами ДжеУка и ХеМи, оставляя дома бабушку с внучкой.

- Ты что сейчас собираешься делать? – Спрашивает Пакпао, направляясь в гостиную.

Идущая рядом Лалиса не торопиться отвечать. Подумав некоторое время, она грустно вздыхает.

- Работать пойду, - с недовольством в голосе признаётся девочка.

- Работать? – Останавливается бабушка и смотрит на внучку.

- Субтитры надо создать и прикрепить их к видео с книгой.

- Ааа, - понимающе кивает Пакпао и пытается подбодрить свою любимицу. – Всё правильно. Надо трудиться и тогда результат будет хорошим. А как иначе?

- Даааа, я знаю, - морщится Лалиса. – Просто… я бы лучше сейчас повалялась, ничего не делая. И так за эти два дня устала, а тут ещё эти субтитры…

Пакпао добродушно смеётся и подталкивает внучку по направлению к её комнате, напутствуя при этом:

- Вот заработаешь себе на достойную старость, тогда и об отдыхе не грех подумать будет, а пока не ленись.

- До старости ещё дожить надо, - еле слышно буркает девочка, скрываясь в коридоре, ведущем к их с сестрой комнатам.

- «Такая же языкастая, как и я», - думает Пакпао, провожая внучку взглядом, а затем задумчиво произносит, прислушавшись к себе. – Что-то я проголодалась. Наверное, стоит перекусить.

Спустя примерно полтора часа открывается входная дверь и на пороге появляются СонМи со своей подругой ХёнДжу. Девушки ходили по магазинам и сейчас тащат с собой по паре пакетов, заполненных покупками.

- Ты знаешь, а мне не понравился стиль, который выбрали для оформления нового бутика CELINE, - поставив пакеты прямо на пол и начав снимать обувь, говорит старшая из подруг. – Как-то всё мрачновато там выглядит. Слишком много тёмных тонов.

- Ну, не знаю, онни, - замерев с одной туфлей в руках, задумывается младшая. – Мне вот он показался, наоборот, каким-то загадочным.

Продолжая болтать на разные темы девушки, прихватив пакеты с покупками, заходят в гостиную, где смотрит телевизор Пакпао.

- Аньён, хальмони, - радостно щебечет СонМи и, подойдя к бабуле, целует её в подставленную щёку.

- Аньён хасеё, госпожа, - кланяется ХёнДжу. – Как ваше здоровье?

- Здравствуй, ХёнДжу, - поднимается со своего места Пакпао. – Всё хорошо с моим здоровьем. А как ты, красавица, поживаешь? Что так долго в гости не заходила?

- Спасибо, госпожа, - вновь кланяется девушка. - У меня всё прекрасно. Сейчас очень много учёбы, - поясняет она. – Вот из-за этого времени свободного совсем нет.

- Я вижу, - бросает насмешливый взгляд бабушка, намекая на пакеты в руках у девушек.

ХёнДжу отводит взгляд, предварительно глянув на пакеты, которые она продолжала держать.

- Эм, - мнётся СонМи и переводит тему. – А где Лалиса, хальмони?

- Работает, - продолжая улыбаться, отвечает Пакпао и переводит многозначительный взгляд на старшую внучку. – Субтитры делает для твоего видео.

- Ой! - СонМи аж присела немножко после этих слов. – Мы тогда побежим ей помогать.

- Бегите, бегите, - задумчиво произносит бабушка, провожая взглядом спины прыснувших в сторону коридора девушек, а затем с неодобрением добавляет. – Совсем ведь уж большая, а на уме одни лишь юбки, да туфли.

Усевшись обратно в кресло, Пакпао прикусывает дужку очков, только что взятых со стола.

- Что же с ней делать? – в слух задаёт вопрос бабушка, имея в виду младшую внучку и её непрекращающиеся приключения. – А позвоню-ка я ХеГё и спрошу её.

Не поднимаясь с места, она тянется за своим телефоном, лежащим на краю стола. Наконец взяв его в руки, старая женщина снова погружается в раздумья.

- Опять ведь вывернется, «засранка старая»! – Найдя номер подруги в списке контактов и нажав иконку вызова, негодует Пакпао.

Сижу за компом и занимаюсь переводом на корейский язык «Гарри Поттера». То ещё занятие… Особенно если припомнить тот факт, что я вообще не в зуб ногой какой переводчик. Впрочем, дело, хоть и медленно, но всё же движется. И чем дольше я корплю над текстом, тем лучше получается. Мне по крайней мере так кажется.

- «Ну и где её носит?» - Припоминая обещание СонМи, заниматься переводом со мной, оборачиваюсь к двери. А в ответ тишина. – Вот ведь дал бог сестрёнку! Я ей помогаю, а она… Пф! Мне что? Больше всех надо что ли?

Не прошло и десяти секунд, как я вернулся к работе, открывается дверь и в комнату влетает СонМи на пару со своей товаркой, которую я не видел…, да бог знает, сколько времени мы не встречались. Обе разнаряженные словно куклы для подиума. Сестра бросает на мою кровать какой-то журнал, что она принесла с собой.

- «Опять по магазинам шатались», - в этот момент почему-то захотелось добавить: и без меня, но поняв это, сдержался. – Ну, где ты ходишь, СонМи? Мы же договаривались…

Отклоняюсь в сторону, чтобы поприветствовать подругу сестры.

- Аньён, онни.

- Аньён, Лалиса, - тут же здоровается ХёнДжу. – Смотри, - девушка закружилась на месте, демонстрируя, очевидно, свой новый наряд. – Как тебе?

- «Я в восторге! Сейчас описаюсь от счастья!» - только я подумал об этом, как мне действительно захотелось в туалет. – «Чёрт!»

- А на меня…, на меня посмотри, - вторит подруге СонМи и так же делает оборот вокруг своей оси.

Девушки вообще не замечают, что хозяйка комнаты нахмурилась и находится в явно не самом хорошем расположении духа. Они увлечены своими приобретениями и не замечают этого.

- Просто прелестно, - без энтузиазма выдавливает из себя Лалиса и, поднявшись со своего места, направляется в коридор мимо гостий.

- Ты куда? – Задаёт вопрос СонМи, не понимая, что происходит.

- Писать хочу, - буркает младшая сестра и, не сказав больше ни слова, выходит из комнаты.

Подружки переглядываются и одновременно пожимают плечами. Что взять с мелкой? Ведь она даже краситься ещё не начала. Девушки, ещё чуть-чуть покрутившись у зеркала, стоявшего в углу комнаты, наконец решают, что пора и делом заняться. СонМи усаживается на стул с колёсиками и удобной спинкой, который сестра купила на той неделе, и начинает читать то, что там её младшенькая успела перевести и записать. По мере прочтения лицо девушки смурнеет, она ещё некоторое время продолжает двигать взглядом вдоль строчек, а затем, всё же не выдержав, высказывается:

- Это какая-то чушь! – Негодует СонМи и выделяет всё, что успела перевести Лалиса, а потом нажимает кнопку delete. – Вот так-то лучше, - заявляет она и, повернувшись к подруге, уточняет. – Сейчас мы всё сами сделаем, а то там такая фигня была написана, причём настолько несусветная, что заново всё сделать легче, чем переделывать.

Пакпао только что закончила общаться со своей старинной подругой шаманкой и молча смотрит в окно. Этой «засранке» в очередной раз удалось выкрутиться.

- «Как она умудряется проделывать это раз за разом?» - Размышляет старая женщина. – «И ведь не придерёшься даже. Как она там сказала? «То, что твоя внучка попадает в разные истории, ничего не меняет. Задумайся… Ведь ни одна из них, по крайней мере из тех о которых ты мне рассказала, не несли реальной угрозы твоей внучке. Так?» И что мне оставалось? Только кивнуть в ответ.»

На миг внимание бабушки привлекает Лалиса, протопавшая мимо неё на кухню и ворчащая что-то на ходу. Не придав значения настроению младшенькой, старая женщина возвращается к своим размышлениям. Она даже не заметила, как Лалиса проскочила в обратную сторону.

- Вот ведь «скользкая» какая! - толи восхищённо, толи возмущённо высказывается в слух Пакпао, подразумевая свою подругу. – Я далеко не глупа, - кивает она озвученной мысли, - но до тебя, ХеГё, мне далеко.

Бабушка поднимается со своего места и идёт в сторону кухни, продолжая разговаривать на ходу.

- С другой стороны, если хорошенько подумать, то она права, - старая женщина останавливается в дверном проёме и, взявшись за один из косяков рукой, замирает. – Только что тот случай в особняке семьи Сон… Ну да. Во всех остальных ей ничего не угрожало. Тс! – Недовольно цокает Пакпао. – И всё равно, ХеГё, ты «скользкая старая засранка»!

Тут внимание её привлекает к себе возмущённый вопль, принадлежащий Лалисе, только что долетевший до гостиной со стороны комнат девочек:

- Ты совсем обалдела что ли, онни! Как ты могла…?!

Сразу осознавшая, что может последовать далее, Пакпао рванула, уж как могла, к эпицентру начавшего извержение вулкана в лице её младшей внучки. Она успела буквально за секунду до происшествия.

- Что ты себе позволяешь?! – Подскочила СонМи, кипя неподдельным возмущением. – Как ты смеешь со мной так разговаривать?!

Лалиса на этот раз перешла черту в присутствии её лучшей подруги, и старшая сестра не намеревалась спускать подобное с рук.

- Что Я себе позволяю?! – Продолжала напирать, быстро вскипевшая от того, что она увидела, хозяйка комнаты. – Ооо! Сейчас ты узнаешь, что я себе позволяю! Сейчас, сейчас! - Произнося эти слова, Лалиса уже развернулась и начала подыскивать что-нибудь, чем можно воспользоваться как инструментом для воспитания некоторых зарвавшихся девиц.

ХёнДжу сидела молча и наблюдала за происходящим с открытым ртом. Она до этого пододвинула старый стул к компьютеру, на котором до покупки нового сидела Лалиса.

- Ага! – С какой-то иступленной радостью чуть ли не взвизгнула девочка, когда её взгляд остановился на принесённом СонМи журнале. Он так и валялся всё это время на кровати.

Лалиса схватила его и, разворачиваясь обратно к гостям, быстро свернула импровизированный инструмент внушения в трубочку. СонМи, видя это, сделала рефлекторный шаг назад и, уперевшись в подругу, уселась той на колени. Когда хозяйка комнаты сделала два быстрых шага, приблизившись к подругам, замахнулась на них журналом, девушки не выдержали и издали душераздирающий вопль одновременно:

- Ааа!

В таком положении их всех и застала Пакпао своим командирским рыком, которому позавидовал бы даже прапорщик с двадцатилетним стажем:

- Стоять!

Ровно через десять минут в гостиной за столом сидела вся троица обвиняемых. Девочки были посажены в рядок: по левую руку от расхаживающей назад и вперёд сразу через столешницу Пакпао сидела младшая внучка, по правую руку от «судьи» была посажена старшая, а вишенкой на торте, то есть точнехонько между сёстрами, расположилась ХёнДжу. Троица упорно разглядывала рисунок, который был изображён на столе, не поднимая глаз. На самом деле ХёнДжу была вообще не приделах. Но кого это интересует? Присутствовала в момент совершения преступления? Присутствовала! Не попыталась остановить? Не попыталась! Стало быть виновна! И неважно в чём! Виновна и всё тут! Такова была логика госпожи Ким, что сейчас успокаивала свои нервы курсируя вдоль стола. Взгляды, которые умудрённая жизненным опытом бабушка кидала на присутствующих, не сулили тем ничем хорошим, причём всем троим.

- И так, - наконец остановившись заговорила Пакпао. - Я хочу знать, что произошло? Ты, - указательный палец уткнулся в среднюю по возрасту из подсудимых, - рассказывай.

- Хальмони, мы с ХёнДжу, - начала блеять допрашиваемая, - зашли к Лалисе в комнату, чтобы помочь ей с переводом книги.

СонМи замолкла на секунду, пытаясь подобрать правильные слова, но «судья» не дала ей такой возможности:

- И…?! – Моментально услышали все наводящий и подталкивающий вопрос.

- И я…, я случайно стёрла всё что, успела сделать Лалиса, - сказав это, обвиняемая постаралась уменьшиться до размеров микроба.

Вышеупомянутая в столь объёмном рассказе другая обвиняемая вскинула голову и вытаращилась на старшую сестру, буквально на мгновение, но так ничего и не сказав, вновь опустила голову. Лишь заходившие желваки на её скулах поведали окружающим, что на самом деле об услышанном думает девочка.

- Ясно, - замерев на месте и уставившись на старшую внучку, произнесла Пакпао. Она постояла так некоторое время, а затем перевела свой взгляд на вторую обвиняемую.

- Теперь ты! – приказала она ледяным тоном.

- Я почти три часа потратила на этот перевод, - не поднимая головы ответила Лалиса, и лишь желваки ходившие на скулах девочки продолжали показывать её состояние. – А она взяла и просто всё стёрла!

- И из-за этого ты набралась наглости и позволила себе поднять руку на старшую сестру?

После вопроса, заданного таким тоном, температура в помещении упала минимум градусов на пять. Троица обвиняемых поежилась.

- Я…, - хотела было что-то сказать в своё оправдание младшенькая, но наткнувшись на ледяной взгляд бабули, опустила голову.

- Для начала я хочу услышать от вас извинения, адресованные друг другу и произнесённые самым ИСКРЕННИМ тоном, - поразмышляв некоторое время, начала озвучивать приговор госпожа Ким.

Никто не проронил ни слова.

- Не поняла? – приподняв брови, решила уточнить «судья».

- Извини меня, онни! Я не должна была так реагировать… на то, что ты стёрла всю мою работу.

Пауза, проскочившая в извинениях Лалисы, сказала всем присутствующим очень многое, но даже Пакпао не стала заострять на этом моменте внимание и перевела свой карающий взор на старшую внучку. Уговаривать СонМи не пришлось. Да и кто бы, собственно говоря, стал бы этим заниматься.

- Прости! Я правда не хотела испортить твою работу, - быстро протараторила девушка и добавила более искренне. – Извини.

Наступившая тишина после слов СонМи длилась столь продолжительное время, что начала давить на уши обвиняемых. ХёнДжу молчала как партизан на допросе, хоть ей вопросов и не задавали. Она первый раз в жизни попала под пресс по имени Пакпао и ей это очень не понравилось.

- Значит так! - выдержав необходимую по её мнению паузу, вновь заговорила бабушка. – Сейчас мы, все четверо идём в комнату Лалисы, и вы трое преступаете к работе по переводу книги с английского языка на корейский. А для того, чтобы ваш энтузиазм, в котором я абсолютно уверена, не угас раньше времени, мне придётся присутствовать при этом процессе.

Обвиняемые не протестовали. Они молча поднялись и направились по указанному адресу. Сразу следом за ними шествовала Пакпао, переквалифицировавшаяся из судьи в надзирателя.

Пока мы втроём, почти не разговаривая друг с другом, сидели за компьютером и переводили текст, бабуля добросовестно выполняла обещанное. Она стояла за нашими спинами и молча наблюдала за процессом, идущим невероятными темпами. Мельком глянув за спину, заметил в руках Пакпао бамбуковую палку.

- «Чёрт! И откуда она её только взяла? А самое главное, когда вообще успела то? Она же ни на шаг от нас не отходила.»

Увиденное мною придало дополнительный импульс и процесс перевода, сам по себе, и, вообще без чьих-либо понуканий со стороны, ускорился ещё чуть-чуть. И что-то мне подсказывало, что палку в руках бабули увидел не я один, потому что ХёнДжу с СонМи на пару от меня не отставали.

«Праздник» коллективного и почти добровольного труда длился примерно два с половиной часа, а затем была дана команда «Отбой!». Которую, надо сказать, мы все выполнили с еле скрываемой радостью. ХёнДжу с онни смылись из моей комнаты с такой скоростью, что я заподозрил их в предрасположенности к телепортации. Даже моргнуть не успел, а их след уже остыл. Бабушка ничего не сказала, она просто молча вышла, оставив меня наедине со своими невесёлыми мыслями. А подумать было над чем.

- «Что это было?» - Вопрос, возникший в моей голове, не имел отношения к Пакпао и её последовавшим действиям. Он касался исключительно меня и моей какой-то излишне резкой и неправильной реакции на поступок сестры. – «Онни, разумеется, идиотка! Тут без вопросов. Но меня то, что так переклинило? И как я только додумался то до такого? Поднять руку на девчонку! Жека, ты совсем дурак?»

Отмотав время назад и рассмотрев под микроскопом произошедшее, я так и не смог определить причину моего столь неблаговидного поступка, который чуть было не претворился в реальности. Улёгся на кровать и продолжил свои изыскания.

- «День вроде хороший был?» - Потупив в потолок, кивнул сам себе. – «Действительно хороший. А что тогда?»

Замолкнув даже мысленно на некоторое время, прислушался и ощутил знакомый дискомфорт в животе, истинная причина которого до меня дошла не сразу. Прислушался снова.

- Есть что ли хочется? Вроде нет. Может быть тогда… Оу! – И тут до меня дошло. – Да как так-то?! Месяц же ещё не прошёл?! Почему?! – Резко зажмурившись, начал биться затылком об подушку. – Гадство! Гадство! Гадство! И вообще, сволочи все! Абсолютно все!

Кто были эти самые сволочи я не знал, но в данную минуту был искренне уверен в их существовании. Натянул одеяло на глаза, потому что не желал видеть ничего вокруг и ещё несколько раз ударился затылком об подушку.

- Это невыносимо!

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: двадцатое сентября 2009 года. Утро

В доме Кимов стоит практически абсолютная тишина и только еле слышное гудение электрических приборов вплетается в столь приятную для любого здравомыслящего человека воскресную пастораль.

Вот из своей комнаты выходит ещё не проснувшаяся СонМи. Стороннему наблюдателю может показаться, что она движется с закрытыми глазами, но это, разумеется, не так. Присмотревшись, можно заметить маленькую щёлочку между верхним и нижним веками левого глаза. Прошлёпав в туалет и сделав там все свои дела, которые, к слову, и подняли её в такую рань, девушка возвращается к себе в комнату, досыпать. И квартиру вновь окутывает тишина.

Вчера был очень тяжёлый день. А всё потому, что Пакпао решила, будто позавчерашнего наказания для внучек было недостаточно. Ну, право слово, что такое два с половиной часа работы? Это даже не смешно. Поэтому, когда девочки вернулись в субботу, домой их ждал увлекательнейший квест по переводу оставшейся части книги. Протестовать было бесполезно… и канючить, как попыталась СонМи, тоже…, и даже клянчить… Бабушка была неумолима во всех смыслах этого слова. Вот и работали сёстры Ким до самого позднего вечера. Самого-самого позднего.

Евгений спит в своей комнате развалившись на кровати и уткнувшись лицом в подушку. Светлая пижама, подаренная ХеМи, с какими-то зверушками закаталась в районе ног почти до колен, оголив тощие икры. Часть правой нижней конечности висит в воздухе, а сопряжённая рука просто упала плетью вниз и почти касается пола. Тело, вырубившееся вчера сразу после касания лицом подушки, недвижимо и лишь сопение и редкие подёргивания говорят о том, что оно ещё живо.

В комнату открывается дверь, и на пороге появляется силуэт Пакпао. Женщина, уперев руки в бока, разглядывает «творческий беспорядок», как называет этот срач хозяйка комнаты и по совместительству её внучка. На спинке кровати висят три носка – полторы пары, а вот где четвёртый неясно.

- «Ладно хоть не в оголовье повесила», - думает бабушка, переводя взгляд дальше.

Из-под кровати выглядывает часть каких-то штанов и уголок футболки.

- Угу, - не открывая рта, кивает увиденному Пакпао.

Далее взгляду старой женщины предстаёт почти натюрморт из тарелки, лежащей на полу, сразу под свисающей с кровати рукой Лалисы, на которой валяются: огрызок яблока, стаканчик из-под йогурта, чайная ложечка и какие-то фантики. Следующим экземпляром «коллекции» является один из стульев, заваленных, иначе и не скажешь, одеждой разных видов: юбка, рубашка, несколько футболок странной раскраски и всё это сверху покрывает помятая толстовка тёмно-синего цвета. Далее идёт компьютерный стол, который абсолютно чист. Следующее что цепляет внимание Пакпао – это синтезатор, что также можно признать показательным примером чуть ли не стерильности.

- «Ну, хотя бы рабочее место в чистоте содержит», - бабушка пожимает плечами и грустно вздыхает.

Она заходит в комнату и, приблизившись к шкафу, открывает дверцу, которая поддаётся не с первого раза. Ей под ноги тут же валится куча чего-то, что, присмотревшись, можно назвать одеждой. Присматриваться надо долго и усердно.

- А вот это уже перебор, - флегматично произносит Пакпао и, не став продолжать осмотр комнаты, подходит к по-прежнему мирно сопящей внучке, даже не подозревающей о том, что сложная и такая утомительная суббота плавно начинает перетекать в не менее напряжённое воскресенье.

Стоим с СонМи в гостиной и слушаем бабулю, которая, сидя в своём кресле, вещает о пользе чистоты и порядка. Когда проснулся от того, что кто-то трясёт меня за плечо, чуть было не послал «трясуна» «по матушке». Короче говоря, туда откуда мы все появились, если уж углубляться в вопрос. Слава Богу, что сначала открыл глаз и узрел Пакпао, а то было бы мне совсем «весело». Бабуля и так лютует уже второй день.

- Я надеюсь вы всё поняли? – Глядя на внучек, спрашивает Пакпао.

- Да, хальмони, - вяло отвечают сёстры, уже осознавшие, что им предстоит.

- Вот и прекрасно! – Улыбается старая женщина, а затем машет рукой в сторону, где находится кладовка с необходимыми для уборки помещений инструментами. – Всё необходимое для уборки, включая пылесос, вы найдёте там.

- Я начну обтирать пыль, - говорит СонМи, когда мы отправились «экипироваться».

- Тогда я пылесосить, - киваю сестре.

Вообще-то, мы ещё вчера помирились. Да, особо и ссоры то, как таковой, не было. Только что извиняться мне пришлось в более искренней форме, да ещё и пообещать, что подобного больше не повториться. Но это всё фигня. И сам такого не хочу. Странно, но эти «красные деньки» проходят в облегчённой, так сказать, форме. Что, откровенно говоря, настораживает.

Родители приедут ближе к вечеру, и старая женщина решила, что можно совместить приятное с полезным: уборку и воспитательный процесс. Что, собственно говоря, и было реализовано. Пакпао, сидя в своём кресле, читала книгу и наблюдала, как внучки прибираются в квартире. Лалиса, закончив пылесосить в коридоре, перебралась в гостиную, где СонМи вытирала пыль с полок стеллажа.

- СонМи, - привлекла внимание внучки бабушка, - ты пропустила правую часть верхней полки.

- Да, хальмони, - незаметно скривилась старшая внучка и снова полезла на стул, с которого только что спустилась.

Новый пылесос, купленный ДжэУком сразу по приезде в Сеул, был последней модели от фирмы SAMSUNG, потому он практически не шумел, что не могло не радовать старую женщину, любившую тишину. Младшая внучка, видимо думая, что бабушка не видит, пропустила пространство между диваном и стеной, не став там убирать пыль.

- Лалиса, - обернувшись к девочке, окликнула ту Пакпао.

- Что?

- Не «что?», а ты пропустила, - указующий перст ткнулся за диван.

- Я не пропустила, - начала вилять младшенькая, - а просто оставила под конец.

- Ага, - всё понимающее выражение лица бабушки сказало больше, чем это были способны сделать даже пара десятков предложений.

- Сейчас, - обречённо буркнула Лалиса.

- Так-то лучше, - кивнула Пакпао и вернулась к чтению.

После того как помещения общего пользования были прибраны наступила очередь комнат. Первая, в которую нас загнала бабуля, была её собственная. Там мы управились буквально за десять минут. Комнатка относительно небольшая, да и мебелью не загромождена. Затем наступил черёд комнаты родителей. Но и там задержались ненадолго. Теперь наш путь лежал в комнату СонМи, где, как я помню, всегда царили чистота и порядок.

- У меня всё чисто, - открыв дверь и не скрывая горделивых ноток в голосе, поведала СонМи.

Довольно придирчиво осмотрев помещение, бабуля всё-таки нашла кое-что.

- Пыль на шкафу, - указала она рукой на высшую точку этого самого шкафа.

Я даже на носочки приподнялся, чтобы хоть что-то там разглядеть. Безуспешно. Мой нынешний рост мне этого не позволил.

- «Как она там вообще что-то смогла увидеть?»

- Я со стула не достаю до туда, хальмони, - пожаловалась хозяйка комнаты и вопросительно уставилась на бабулю.

Пакпао, недолго подумав, отправила нас за небольшим столом, что был в комнате родителей. Предмет мебели был быстро очищен от разного рода бумаг, разложенных на нём.

- Я впереди пойду, - предложила СонМи. – Мне так удобнее.

- Как скажешь, - пожал я плечами.

Мне было всё равно. Когда мы уже взялись и приподняли стол, я обратил внимание на то, что он по ширине только-только проходит в дверной проём.

- Онни, - заговорил с сестрой, чтобы предостеречь, - береги пальцы, а то стол уж очень широкий.

- Нормально всё будет. Я всё вижу, - кивнула СонМи.

- «Ну, видишь, так видишь. Я предупредил…»

Из родительской спальни мы выбрались благополучно, что и не удивительно… А вот когда приблизились к комнате сестры, голос подала Пакпао:

- Принесите кто-нибудь мои очки, я их в гостиной забыла, - обратилась к нам бабуля.

СонМи повернулась, чтобы что-то ответить и…

- Ааай! – Вопль сестрёнки резанул по ушам.

Она выронила стол и, схватившись за левую руку, запрыгала на месте, выпучив глаза, а затем из неё полилось…

- Щибаль! (Бля… «Женского рода») – Ругательства были сопровождены нервным и каким-то дёрганым пинком по ножке стола. - Щипсеги! (Ублюдок, сука.)

Поток нецензурных выражений, полившийся из СонМи, мог бы быть продолжен, если бы не вмешалась Пакпао, приблизившаяся к старшей внучке и выписавшая ей смачную затрещину.

- Придержи язык! – Нахмурила брови бабушка. – Что это вообще такое? Ты что, коль-лэ (Шлюха, гулящая девка.) с Итевона (Itaewon - район, окружающий Itaewon-dong, Yongsan-gu, Сеул, Южная Корея. Он обслуживается Сеульской линией метро 6 через станции Itaewon, Noksapyeong и Hanganjin. В этом районе проживает около 22 000 человек, и это популярный район для «жителей Сеула», туристов, эмигрантов и американских военнослужащих. Что привлекает к себе девушек «лёгкого поведения». Он известен как Международный район Сеула и является домом для многих иностранцев в Южной Корее, а также разного рода извр… разных мастей и полов. То ещё местечко, надо сказать.)? Так выражаешься! И где только набралась подобного?

- Мне больно, хальмони - чуть ли не со слезами в глазах пожаловалась СонМи, показывая пострадавшую конечность, и вновь запрыгала на одном месте.

- Терпи! Не маленькая уже, - беря старшую внучку за руку, продолжила нравоучение Пакпао и, наконец, рассмотрев повреждение, потащила СонМи за собой на кухню. – Сейчас пластырь приклеим и всё пройдёт.

Проводив взглядом родственниц, повернулся к столу, который так и остался стоять на месте. Ну, правда пришлось его немножко оттащить на себя, чтобы бабуля с сестрой могли выйти из комнаты, но сути дела это не меняет. Взявшись за край, который до этого держала СонМи, потихоньку потащил стол, стараясь не прищемить уже себе пальцы.

- От был бы номер…, - придурковатая улыбка сама собой растеклась по моему лицу. – «Хальмони была бы в восторге! Потому как что-то мне подсказывает, что я и сам наверняка не сдержался бы от пары-тройки крепких выражений… и не факт, что только на корейском языке.»

Так, посмеиваясь, мне удалось затащить стол в комнату и установить его рядом со шкафом.

- Тяжёлый, гад!

Посмотрел наверх и понял, что не имею ни малейшего желания туда лезть и прибираться.

- «СонМи и сама справиться», - подумал, припоминая, что ещё предстоит убираться у себя в комнате.

Не то чтобы у меня там было грязно. Нет, это не так. А вот некоторая неряшливость присущая мне чувствовалась, чуть-чуть… Совсем немного. От нечего делать и в ожидании возвращения родственниц залез на широкий подоконник, который по странному стечению обстоятельств был чист от разного рода мелочей, что сестра порой раскладывала на нём. Залез с ногами и начал разглядывать город. Сеул всё-таки довольно интересное место. Чего тут только нет. Правда сегодня как-то пасмурно, но это ничего.

(Сеул. Вид из окна комнаты СонМи.)

- Никогда больше не смей так ругаться! - Продолжала наставлять свою старшую внучку Пакпао, когда первая помощь уже была оказана и парочка возвращалась в комнату, где их ожидала Лалиса. – Это же просто позор!

- Прости, хальмони, - мямлила идущая следом СонМи. – Я это от неожиданности.

- «От неожиданности» она, - недовольно поморщилась старая женщина, заходя в комнату. – Чтобы я такого больше не слышала! Ты поняла, СонМи?

- Да, - не поднимая глаз на бабушку, в который уже раз пообещала внучка.

- А ты чего расселась? – Заметив младшенькую, остановилась Пакпао.

- Вас жду, - удивилась Лалиса, обернувшись.

- Дождалась, - отрезала бабушка и указала на шкаф. – Теперь лезь на верх и вытри там пыль.

- А как же…? – Намекая на СонМи и даже рукой махнув в её сторону, спросила Лалиса.

- Твоя сестра не может этого сделать. У неё рука пострадала, - кивнув на старшую внучку, ответила Папкао.

СонМи покрутила перед собой травмированной конечностью, на которой были заклеены пластырями три пальца.

- «Вот дурында!» - скривился я, направляясь к столу, который сам же и затащил в комнату. – Онни, ну, ты хоть ёмкость с водой и тряпками подай. Чего встала?

Пока Лалиса вытирала пыль, а старшая сестра подавала ей инвентарь, бабушка подошла к зеркалу и присмотрелась. Грустно вздохнула.

- «Возраст, возраст», - подумала она. – «Ни кого-то ты не щадишь.»

- «Говорил же этой идиотке, чтобы была аккуратнее. «Я всё вижу!» Ага! Видит она… Как же! Корячься тут теперь из-за этой…»

- Лалиса, - голос бабули оторвал меня от работы, - ты пропустила правый угол, - рука Пакпао была направлена в соответствующую сторону.

- «Да как она увидела то? Это же невозможно!» - поморщился я и обернулся. – Да, хальмони. Сейчас уберу и там.

Моя комнаты была последней в списке, потому что являлась самой «грязной» со слов бабушки. СонМи с ней была согласная, а вот я нет.

Вся троица застыла на пороге и взирала на «развалины Рима» после того, как там побывали варвары. Именно так думали двое из присутствующих здесь. Третья участница увлекательнейшего марафона по приведению дома в порядок вообще ни о чём не думала.

- Это будет не просто, - поделилась своим мнением СонМи.

Стоявшая рядом Пакпао, приподняла брови и ещё раз осмотрела помещение.

- Пожалуй я с тобой соглашусь, внученька.

- Эй! – подала голос Лалиса. – Да хорош уже! Чего тут сложного то? Просто прибрать вещи…, - девочка, говоря это, сдвинула ногой футболку, валяющуюся на полу, - некоторые… и ещё кое-что.

И завертелось. Первым делом меня с сестрой заставили поднять всё с пола: шмотки там и прочее, а затем сложить их на кровати. В процессе выяснилось, что они были везде. Вот вообще везде. Одни из моих шорт оказались за компьютерным столом. Как они туда попали, понятия не имею, однако, факт остаётся фактом. Когда основная часть тряпья была уложена на мою койку, СонМи заметила между стенкой шкафа и тумбой уголок какой-то вещи и подошла, чтобы её поднять. Оказалось, что это была обычная майка в обтяжку, которую в числе прочих купила ХеМи для Лалисы. Взяв в руки и покрутив её перед глазами, девушка резко дёрнулась, что-то там увидев.

- Ааа! Фу! Какая гадость! – Раздался очередной вопль СонМи за сегодняшний день и она, прыгая на двух ногах, отскочила к входной двери.

Майка тем временем полетела в другую сторону. Мы с Пакпао отреагировали одновременно.

- Что опять случилось? - сделав шаг к старшей внучке, задала вопрос бабушка и мазнула взглядом по откинутой вещи.

- Чего там? – Обернулась на вопли сестры Лалиса, сортировавшая на кровати свои шмотки.

- Там… Там… Фу! – Снова скривилась СонМи и указала рукой на майку, что мирно лежала в другом конце комнаты и никого не трогала. И тут девушка передёрнулась всем телом, изображая крайнюю степень отвращения, что подтверждал высунутый на мгновение язык. – Бее!

- Да чего там такое-то? – Не понял я и пошёл к одной из вещей своего гардероба, столь небрежно закинутой в угол.

Пакпао, видя реакцию старшей внучки, тоже подобралась, потому что имела такие же по сути антипатии, как и она, что и насторожило старую женщину в этот момент.

Поднявшая свою майку Лалиса, покрутила её в руках и неожиданно заговорила на английском, обращаясь непонятно к кому:

- Hi, bro! How are you (Привет, братан! Как сам?)? – С улыбкой на лице начала говорить девочка. - What are you doing here? This is not good! Come on, I'll set you free (Что ты тут делаешь? Это не хорошо! Пойдём, я выпущу тебя на свободу.).

Оказалось, что ко мне в комнату забралась обычная гусеница, которая в последствии превратиться в бабочку, если я ничего не перепутал. Пообщавшись с насекомым, развернулся и наткнулся на две пары глаз, в которых плескался ужас.

- Хальмони, онни, вы чего? – Не понял я и сделал шаг к родственницам, держа на раскрытой ладошке незваную гостью.

СонМи увидевшая, что я приближаюсь с визгом и воплями вылетела из комнаты:

- Не подходи ко мне с этой гадостью! – Выпалила сестра и скрылась в дверном проёме.

- «Чего это она?» - Почесал я затылок и, глянув на гусеницу, пожал плечами. – «Бывает…»

Пакпао упёрлась спиной в открытую створку двери и даже руки подтянула ближе к лицу.

- Тоже что ли боишься, хальмони? – Приближаясь к Пакпао, спросил её. – Это же только эболле (Гусеница.).

Бабушка зажмурилась, когда я поравнялся с ней.

- Просто у-у-унеси её подальше от меня, - пролепетала она, вжимаясь в дверь ещё сильнее.

- Эм…, - бросил ещё один взгляд на насекомое в своей руке. – Хорошо. Сейчас вынесу её на улицу.

Идя по коридору, заметил любопытную мордашку сестры, высунувшуюся из приоткрытой створки двери в её комнату. И тут мне в голову пришла мысль.

- Лови, онни! – Изобразил движение рукой, словно собираюсь кинуть свою товарку сестре.

Очередной вопль СонМи, сопровождаемый хлопком двери, пролился бальзамом на мою душу.

- Боятся они тебя, - погладил гусеницу по ворсинкам. – Ладно… Пойдём, отпущу тебя на волю.

Когда спускался на лифте вниз, мне в голову пришла интересная идея.

- «А что, если завести кого-нибудь себе? Чисто для отпугивания «некоторых». Идея вроде как неплохая.»

Мои расчёты на то, что бабуля угомонится, когда мы приберём разбросанное тряпьё и пропылесосим в комнате, оказались не верными. После вышеописанных процедур Пакпао в ультимативной форме заявила:

- Сейчас будем разбираться с твоим шкафом.

- «Мля», - это была единственная мысль, посетившая мою голову, после услышанного.

Как ни странно, но СонМи так же пожелала поучаствовать в этом деле.

- «Тебе то, чего неймётся?» - покосился на сестру, стоя у своего шкафа, заполненного под завязку.

Когда я его открыл на пол вывалилась часть шмоток, аккуратно запиханных мною туда накануне.

- И тебе не стыдно? – Задала вопрос бабуля, с неодобрением посмотрев на это дело.

- «Чего стыдного то? Тряпки как тряпки. И вообще… Они почти все чистые. Честно!»

Как уже повелось за сегодня, Пакпао не стала вмешиваться лично, а заняла надзирающую позицию, усевшись на мой игровой стул со спинкой. Онни же начала потихоньку разбирать то, что вывалилось на пол. Я помогал.

Взяв в руки бриджи чёрного цвета, повертел их у себя перед глазами.

- Вы то здесь откуда?

- Это я тебе их подарила, - недовольно проворчала сестра, складывающая рядом мои футболки, которых, к слову, накопилось уже не мало.

Я как-то незаметно даже для себя умудрился потихоньку накупить всякого шмотья, с которым мы сейчас и разбирались.

- Эти мне малы, - откинул ещё одни штаны в сторону, где валялись вещи, которые я не собирался носить.

Причина была надуманной, но не говорить же им правду о том, что данные тряпки были уж совсем бабские. До сих пор никак не могу себя заставить носить в свободное время подобные шмотки. Не то чтобы брезгую…, чего уж там брезговать после знакомства с прокладками, а просто потому, что они неудобные. Предпочтения мои не изменились и оверсайз шмотьё для повседневной носки остаётся в приоритете.

Спустя примерно час с мелочью мы закончили сортировать одежду. Куча на выброс оказалась внушительных размеров.

- И когда я успела это всё купить? – Глядя на вещи, валяющиеся посредине комнаты, почесала затылок Лалиса.

- Большую часть из них тебе подарили я с оммой, - проворчала СонМи.

Ей было неприятно то, что купленные сестре хорошие вещи сейчас валялись кучей. Хозяйка комнаты стояла рядом с левой частью открытого шкафа, в нижнем отделении которого были выдвижные ящики. Пакпао поднялась и подошла ближе, чтобы заглянуть внутрь. Она уже потянулась к верхнему ящику, когда хозяйка комнаты плавно упёрла ногу рядом с ручкой, препятствуя тем самым своей бабушке.

- Не надо туда лезть? – Отвела взгляд девочка.

- Почему это? – Разогнулась старая женщина.

- Там нижнее бельё, - неохотно ответила на вопрос Лалиса, продолжающая смотреть в сторону.

СонМи хихикнула и, прикусив нижнюю губу, глянула на сестру.

- Да поди-ка тоже всё вперемешку навалено, - бабуля показала жест руками словно скручивает что-то.

- Ничего подобного! – Запротестовала хозяйка комнаты. – И вообще… Мы всё уже прибрали, - девочка обвела руками комнату, указывая на наведённую за пару часов труда чистоту. - Идёмте отсюда! Хватит на сегодня…

- Ладно, - вдруг покладисто согласилась Пакпао. – На сегодня закончили. А теперь идите за мной. Хочу с вами поговорить, - сказав это, бабушка направилась на выход, но неожиданно остановилась. – Только сначала соберите то, что приготовили на выброс в большой пакет.

Мы с СонМи очень интенсивно закивали, потому как к данной минуте уже обе заколебались из-за этой уборки.

- «Слава тебе, Господи! Закончили.»

Буквально через пять минут мы с онни предстали вновь пред светлые, вообще-то они чёрные, но это не важно, очи бабушки, что восседала в своём любимом кресле.

- Присядьте на диван, - махнула рукой Пакпао, указывая место, куда нам нужно упасть.

Спорить никто не стал. Сидим, ждём, что на этот раз решила нам поведать бабуля. Пакпао не торопиться начинать разговор, а задумчиво разглядывает нас с СонМи. Мы молчим.

- Вот, что я хочу вам сказать, мои хорошие, - насмотревшись на внучек, заговорила бабушка. – Запомните раз и навсегда! Вы родные сёстры! И чтобы не случилось в вашей жизни этого никто и никогда у вас не отберёт, - взгляд старой женщины перешёл с одной девочки на другую. – Ваш чинджо харабоджи (Прадедушка.) мне как-то раз сказал эти слова: «Запомни раз и навсегда, дочка! Чтобы с тобой в этой жизни не происходило. Куда бы она тебя не завела. Знай и помни, что только родственники всегда будут рядом, если с тобой что-то случится. Друзья это хорошо и очень важно. Но «друзья познаются в беде»! А родные люди – это родные люди. Никогда не ссорься с родственниками, чтобы не происходило между вами!»

После сказанного бабушкой, все сидели какое-то время молча, думая каждый о своём. А подумать было над чем.

- Я надеюсь вы меня услышали и поняли? – Разрезал установившуюся тишину вопрос Пакпао.

- Да, хальмони, - кивнула СонМи и глянула на младшую сестру. – Прости меня, пожалуйста, за то, что я удалила твой перевод, - тут по её губам скользнула улыбка. – Хоть он и был дурацкий дальше некуда.

- Нормально всё, онни. Вчера вроде всё уже решили, - ответила Лалиса и повернулась к бабушке. – Спасибо, хальмони! Я запомню сказанное тобой.

Пакпао, наблюдавшая за внучками, была довольна результатом воспитательного процесса, растянувшегося на пару дней. Через несколько секунд внимание троицы привлёк звук открывающейся входной двери и долетевшие из коридора слова, сказанные голосом ДжэУка:

- Ну вот мы и дома, ёбо.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Син

Время действия: двадцатое сентября 2009 года. Вечер

У ЧэЁн никогда не было много друзей. Возможно, из-за излишней застенчивости, возможно, из-за того, что раньше она была чуть ли не единственной азиаткой в школах, в которых училась на территории США, а затем Австралии. Всё может быть. Когда родители приняли решение переехать на родину предков, сразу после получения приглашения на работу в одну из корпораций, девочка вполне искренне обрадовалась. Язык она знала хорошо и традиции, как ей казалось до переезда тоже. Но столкновение с реальностью спустило её с небес на землю. В первый же день на неё накричала какая-то аджума в летах. Потом при попытке познакомиться с девочками в одном из близлежащих кафе, её высмеяли и обозвали непонятным словом «банан», значение которого позднее ей объяснила Лалиса. ЧэЁн проплакала весь вечер тогда. Было больно и обидно. Но это всё осталось в прошлом. Сейчас у неё есть настоящая подруга, которая, конечно, немного странная… Ну, а кто не странный? Вот кто?

Закончив с подготовкой к завтрашнему уроку по физике, она поднялась и потянулась.

- Хорошооо, - сцепив руки над головой, с наслаждением произнесла ЧэЁн.

Убрав учебник и тетрадь, девочка подошла к чехлу с её любимой гитарой, что сейчас лежал на стуле у стены. Взяв инструмент, она забралась с ногами на кровать и начала негромко играть, напевая что-то себе под нос.

- Интересно…, - остановилась ЧэЁн. – Почему они не звонят? Ведь сказали, что позвонят.

И вновь по комнате полился перезвон классической шестиструнной акустической испанской гитары производства компании PEREZ модели 630.

(Perez 630 Cedar.)

Тем временем в спальне четы Син.

Супруги уже легли в постель и сейчас заканчивали некоторые дела, что не могли быть отложены на завтра.

ЧанДи матушка ЧэЁн заканчивала читать какую-то очередную статистическую выкладку по рынку продаж. ДжэХа папенька ЧэЁн занимался примерно тем же только в иной сфере.

Супруги, только услышав очередные звуки гитары, полившиеся с потолка их спальни, одновременно подняли головы вверх.

- Это никогда не закончится, - проворчал ДжэХа.

Мужчина очень не любил, когда его отвлекали от работы. Впрочем, как и любой другой человек, но здесь ещё накладывалось корейское трудолюбие, порой переходящее в некий фанатизм.

- Сейчас закончу и схожу к ней, - не отвлекаясь от дела, проговорила ЧанДи.

- Я не могу так работать, ёбо, - отложив бумаги на прикроватную тумбочку, обратился непосредственно к супруге отец ЧэЁн. – Иди и поговори со своей дочерью, чтобы она заканчивала…

- Можно подумать, что она лишь моя дочь, а ты тут совершенно не причём, - вынужденно прервавшись и, недовольно глянув на мужа, ответила ЧанДи. – Я же сказала: «Сейчас закончу и схожу.» Что тебя не устраивает?

Мужчина продолжал смотреть на супругу испытующим взглядом, намекая на то, что подобный ответ его не устроил.

- Ладно, - начав раздражаться, не выдержала женщина и, положив на прикроватную тумбочку документы, с которыми она работала, поднялась, накинула халат и вышла из спальни.

ДжэХа и ЧанДи любили свою дочь… по-своему…

Не заметившая как уровень громкости, издаваемый её инструментом и голосом превысили некие нормы, ЧэЁн вздрогнула, когда открылась дверь в комнату, и на пороге появилась ЧанДи.

- Доченька, заканчивай играть и ложись уже спать, - не проходя внутрь, сухо произнесла мама. – Почти полночь, и ты не даёшь нам с твоим отцом закончить работу. А завтра, между прочим, понедельник.

- Извини, омма, - потупилась девочка, но вспомнив кое-что, встрепенулась. – Вам не звонили из Big Hit Entertainment?

- В пятый раз повторяю: нет, нам не звонили из Big Hit Entertainment, - ответила ЧанДи и неожиданно немножко смягчилась. – Ты первая узнаешь об этом, доченька. Ложись спать, маленькая моя.

- Спокойной ночи, омма, - ответила ЧэЁн, убирая гитару обратно в чехол.

- И тебе спокойной ночи, - закрывая дверь, пожелала ЧанДи и еле тихо произнесла. - Уж скорее бы позвонили из этого агентства что ли…

Место действия: Сеул. Квартира другой семьи Ким.

Время действия: двадцатое сентября 2009 года. Это же время

ДжонГук лежал в своей постели и никак не мог заснуть. Второй день его мучал один единственный вопрос: соглашаться на предложение об участии в группе или нет? После разговора с ДжинСу и Лалисой он в этот же день встретился с ДжэДжуном, который произвёл на парня неизгладимое впечатление. Тот умудрился буквально за полчаса расписать все перспективы группы, в которую ему предложили вступить. Разумеется, парни желали узнать его уровень в танцах, который был не столь высок, как того хотелось бы ему, и так же вокальные возможности, коими ДжонГук гордился. Госпожа Кан СанМи очень хвалила его на занятиях и говорила, что у него уникальный голос.

- «Крутой», - подумал тогда ДжонГук о лидере группы. – «Мне бы так…»

В дверь постучались, и хозяин комнаты не мешкая ответил:

- Войдите.

Это был его отец, с которого ДжонГук всё время старался брать пример. Пройдя внутрь и, тихонечко притворив за собой створку, мужчина подошёл к постели сына и, притянув стул, уселся на него.

- Тебя что-то беспокоит, ДжонГук? – Глядя прямо в глаза своего единственного ребёнка, задал вопрос СынГу. – Ты второй день ходишь сам не свой.

Парень хотел было подняться, но рука отца, лёгшая на его плечо, остановила процесс и вместо подъёма, тот опёрся о спинку кровати, замерев в полу сидячем положении. Некоторое время в комнате стояла тишина.

- Да, - наконец заговорил ДжонГук. – Я познакомился с ребятами… У них своя музыкальная группа и они предложили мне участвовать. Вот только я не знаю…

- Понимаю, - кивнул СынУ. – Для твоего возраста не удивительно желание был замеченным и привлечь к себе внимание девушек, - лёгкая улыбка скользнула по лицу говорившего. - Это нормально, сын. Я в своё время тоже хотел подобного.

- Дело не только в этом и даже не столько в этом, абоджи. Просто понимаешь… Мне нравиться, как айдолы выглядят на сцене, как они выступают. Всё это внимание людей, в котором они купаются… Мне всегда нравилась их жизнь. Вот я и подумал…

- … и ты подумал, что тоже сможешь так же… или даже лучше, – закивал СынГу и задумался.

Вновь наступила непродолжительная пауза, за время которой ДжонГук успел предположить, что разрешение своего отца на то, чтобы попробовать, он вряд ли получит.

- Ты держишь слово и учишься хорошо, - вновь заговорил мужчина. – Я никогда не слышал от тебя ни одного слова поперёк моей воли. Мне кажется…

Парень замер в ожидании того, что же скажет отец, и внимательно смотрел на него, выкинув лишние мысли из головы.

- …, что тебе стоит попробовать и принять это предложение, сын.

ДжонГук не сдержался и всё же вскочил с кровати. СынГу тоже поднялся со своего места.

- Спасибо, абожди! – Немного дёргано поклонился парень и резко обнял отца. – Я обещаю, что моя учёба не пострадает из-за этого!

- Я знаю, сын, - приобняв отпрыска в ответ, произнёс мужчина и, улыбнувшись, провёл ладонью по голове парня. – Я знаю.

Уже выходя из спальни сына, СынГу неожиданно вспомнил погибшую в автокатастрофе супругу:

- «Видела бы ты сейчас своего сына, ёбо. Каким он вырос...»

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Урок физики.

Время действия: двадцать первое сентября 2009 года. Утро

В класс бодрым шагом заходит Пэ ЧханМин, держа в левой руке кипу каких-то бумаг с расчётами. Подойдя к своему столу, он кладёт их на него и поднимает взгляд на притихших при появлении учителя ребят. Абсолютно все в школе боялись этого человека, даже учителя, что уж говорить об учениках. Некоторые из присутствующих сразу же уткнулись взглядами в парты при появлении сонсеннима.

- И так, - взяв мел и подойдя к доске заговорил учитель, сразу после прозвучавшего звонка, - тема сегодняшнего урока: «Электромагнитные излучения», - надпись появилась на доске после того, как её проговорил ЧханМин. – Надеюсь все подготовились?

Ответом ему была тишина. Вернувшись за свой стол, сонсенним притянул к себе журнал и заговорил вновь:

- Сегодня я хотел бы послушать…

В этот миг все присутствующие насторожились, и только некая особа продолжала беззаботно, правда очень тихо, перекидываться с соседкой записками.

Я развернул полученную от ЧэЁн бумажку и прочитал написанное:

- «Завтра я могу. Только скажи во сколько встречаемся.»

Дело в том, что подруга напросилась со мной на встречу с парнями из «It's Us». Она и СонМи как сговорились, блин. Но раз уж одна идёт, меня вообще об это не спрашивали, если что, то и вторую взять можно. В конце концов не такая уж это и проблема.

- Лалиса-ян…, - услышал я голос учителя по физике и оторвался от чтения.

- «Ёперный театр! Я же забыл почитать про эти, как их...?», - мой взгляд скользнул по доске. – «Точно! Электромагнитные поля. Чё ж делать то? Что же делать?» - мысли словно зайцы заметались в моей голове.

- … я хотел бы послушать тебя, - закончил тем временем говорить учитель и уставился на девочку.

- «Что делать? Что делать?» - Незаметно для окружающих поморщился я, начав подниматься на ноги. – «Вспоминай, придурок! Ты же это проходил в прошлой жизни! Давай голова! Думай!» - посмотрел на ЧханМина. – «Дед, тебе что спросить больше некого что ли? Который уже подряд урок до меня докапываешься.»

Ожидание затянулось и в классе послышались смешки. ЧэЁн замерла и старалась притвориться невидимкой, как и большая часть их с Лалисой одноклассников. Она настолько распереживалась за подружку, что даже прикусила нижнюю губу, глядя на то, как та замешкалась с ответом.

- Лалиса-ян, - с нотками ехидства в голосе обратился к девочке учитель, - только не говори мне, что ты не подготовилась сегодня. Это на тебя не похоже.

- «Вот гад то, а! Он ещё и издевается! Ну, козёл старый…!»

- Я готова, сонсенним, - неожиданно холодным тоном ответила на подначку девочка.

- И сколько нам ещё ждать твоего ответа на заданный мною вопрос? Время то идёт, знаешь ли, - продолжил говорить с той же интонацией ЧханМин. Лалиса не понравилась учителю физики с первого занятия. Невнимательная, надменная и кого-то напомнившая старому мужчине девочка, вызывала невольное раздражение.

Только ЧэЁн, сидевшая рядом с подругой и сейчас смотревшая прямо на неё, заметила, как в зрачках девочки, что сегодня была без линз, проскочили странные искорки.

- Мне отвечать с места, - гордо задрав подбородок, вдруг спросила Лалиса, - или пройти к доске?

- Можешь с места, - незаметно скрипнув зубами, разрешил ЧханМин. – «Всё равно рано или поздно у тебя не получится ответить на мои вопросы.»

- Спасибо, сонсенним, - с непонятной интонацией поблагодарила учителя девочка, что не укрылось от остальных людей в классе.

- Она с ума сошла? – Спросила одна из одноклассниц Лалисы другую.

- Не знаю, - поёжилась та, - я бы так не смогла. Не понимаю, как так можно…?

- Вот-вот, - кивнула задавшая вопрос.

Взгляды подружек вернулись к Лалисе.

- Электромагнитное излучение — это электромагнитные волны, возбуждаемые различными излучающими объектами, заряженными частицами, атомами, молекулами, антеннами и пр. В. зависимости от длины волны различают…, - тем временем как пописанному начала вещать спрошенная учителем девочка.

Протараторив определение практически на одном дыхание, Лалиса пошла дальше:

- Кардинальной разницы между различными видами электромагнитных излучений нет. Все они представляют электромагнитные волны, которые образуются за счет заряженных частиц, скорость движения которых больше, чем у частиц, находящихся в нормальном состоянии. Обнаружить электромагнитные волны можно…

- Достаточно! - Прервал повествование голос учителя, сопровождённый его поднятой рукой. – Можешь садиться. Вижу, что ты хорошо выучила материал сегодняшнего урока.

Как только я приземлился, мне на парту прилетела очередная записка от ЧэЁн. Развернув, прочёл:

- «Чего он к тебе пристал? Ты же уже насколько уроков подряд отвечаешь.»

- «Спасибо, блин, капитан очевидность! А то я не заметил…» - покосился на соседку и тут на ум мне пришла кое-какая фигня.

Быстро черкнув ответ, кинул бумажку обратно. ЧэЁн поймала её и прочла, а затем чуть не подавилась, пытаясь сдержать смех.

Текст в записке гласил:

«Сонсенним влюбился на старости лет.»

Указывать предмет воздыхания старого физика необходимости не было. Он сидел через пролёт от адресата куда была брошена записка. Всё же начавшая тихонечко хихикать, ЧэЁн покосилась на подружку. Лалиса тем временем выпрямила спину и, откинув назад свои довольно длинные чёрные волосы одной рукой, картинно посмотрела на учителя, который сейчас записывал что-то на доске, и послала ему воздушный поцелуй. ЧэЁн закашлялась и резко закрыла рот обеими руками, чтобы не заржать в голос. Некоторые из одноклассников, в число которых входил и ДаСоль с приятелями, тоже прыснули беззвучным смехом, отворачиваясь в разные стороны.

- Во даёт новенькая, - успокоившись, поделился своим мнением СуХён, сидевший за спиной у ДаСоля.

- Ага, - кивнул тот в ответ.

Следующим уроком в нашем расписании стояла хореография с «замороженной воблой» во главе. Хотя справку о моём освобождении она получила ещё на той неделе, тем не менее мне было сказано присутствовать на уроках в обязательном порядке. Так-то по фигу! Сидеть и ничего не делать куда лучше, чем корячиться, изображая все эти «плие» (Сгибание одной либо обеих ног, приседание на двух либо на одной ноге.) с «пти батманами» (Поочередно мелкие, короткие удары стопой в положение куде-пье (Вспомогательное движение перед прыжком или другим па.) впереди и сзади опорной ноги.) до кучи.

- Я чуть-чуть опоздаю на урок, онни, - придержав за руку, обратился я к ЧэЁн, когда мы уже стояли у раздевалки. – Скажи об этом сонсенниму, пожалуйста.

- Эм… хорошо, - немного замешкавшись, согласилась подруга. – А ты куда?

- Дело есть, - ответил уже через плечо, направляясь обратно к классу, где у нас проходят уроки физики. – Важное!

- Только ты сильно не опаздывай! – Долетело до меня на повороте напутствие от ЧэЁн. – Сонсенним Пак сама знаешь какая…

- «Это дааа. Та ещё «мегера».»

По окончании следующего урока ЧханМин откинулся на спинку стула в своём кабинете и прикрыл глаза. Возраст, будь он не ладен, всё же брал своё и ведение уроков у этих «малолетних приматов» девалось ему с определёнными усилиями.

- До свидания, сонсенним, - долетело от двери в коридор. Это последние из учеников покидали помещение после звонка на перемену.

- Да-да, - скривился учитель и, не поворачивая головы и приоткрыв один глаз, махнул рукой, - идите уже отсюда.

Только он прикрыл веки, как очередной голос разорвал установившуюся тишину. Голос принадлежал одному из учеников, которых ЧханМин, нет, не любил, а скорее мог выносить куда легче, чем остальных.

- Сонсенним Пак, посмотрите, что у вас наклеено на двери.

Поднявшись, старый учитель доковылял до двери и вышел в коридор. И действительно, на полотне двери, сторона которого смотрит наружу, был прикреплён бумажный лист с надписью. Закрыв кабинет, ЧханМин вчитался в написанное.

- Хм, - неоднозначно хмыкнув, задумчиво наклонил голову на бок и снова прочёл текст, написанный хангылем. – Ну надо же…

Привлекший внимание учителя физики парень, тем временем достал из своего кармана блямкнувший телефон. Быстро просмотрел, что там пришло, и убрал его обратно.

- Ты не знаешь, кто это сюда повесил, СихВан? – Начав аккуратно снимать лист с двери, обратился учитель к стоявшему радом.

- Нет, сонсенним, я не видел, кто это сделал, - замотал головой парень.

- Спасибо, - неожиданно поблагодарил ЧханМин и вернулся в кабинет, прикрыв за собой дверь. В руках он держал лист формата А4.

- Аааа, эммм, - проблеяв от неожиданности названный СихВаном и захлопал глазами, а затем он резко осмотрелся.

Рядом никого не оказалось. Ни единой живой души.

- И ведь не поверят, если расскажу, - потерянно пролепетал он и видимо от досады даже рукой махнул.

Никто из учащихся Школы Искусств Сонхва никогда не слышал, чтобы Пэ ЧханМин когда-нибудь, хотя бы один разочек, выражал благодарность своим ученикам в какой-либо форме. А тут прям ЦЕЛОЕ СЛОВО! Сам СихВан не успел прочитать написанное на листе и теперь немного жалел об этом.

Тем временем мы с ЧэЁн направили свои стопы в столовую, чтобы как следует подкрепиться, потому как есть мне хотелось не милосердно, да и подруга тоже жаждала набить брюхо, чем не преминула поделиться по окончании урока хореографии. Уже на подходе к цели нашего путешествия нам перегородила дорогу целая группа девушек. Именно девушек, а не девочек, потому что эти особи женского пола выглядели явно старше нас с ЧэЁн. Не то чтобы прям вот вообще старше, но разница в пару-тройку лет всё же бросалась в глаза. И ростиком девушки были повыше нас.

- Эй, ты! – обратилась ко мне стоявшая впереди всех деваха. – Я не желаю, чтобы ты приближалась к ДжинСу! Ты поняла?

ЧэЁн сделала шаг назад и спряталась у меня за спиной.

- «Вот это поддержка, так поддержка! Вот это я понимаю!» - мысленно возликовал я, заметив манёвр подруги. - «С такой онни, хоть в разведку...»

Мимо сновали ученики и студенты. Мне показалось, что всем было абсолютно наплевать на то, что на школьниц наехали студентки данного учебного заведения. М-дааа. Лучшая школа в стране. Ну, кто бы спорил? Невдалеке от разворачивающейся сценки появился директор по безопасности Пак ДжиСоп. Он не торопился вмешиваться, потому что никто пока за грань не переходил, но внимательно отслеживал действия всех присутствующих.

После услышанного я, откровенно говоря, слегка подвис и вот почему… Мне и даром не надь этот ДжинСу. Вот вообще ни разу не надь! Это с одной стороны. А с другой… Что это вообще за наезд такой на ровном месте?!

- Вы кто? – Спросил я, сделав шаг навстречу девушке.

Та слегка растерялась на мгновение от такого напора, но в себя пришла практически моментально.

- Я тебе сказала: не подходи к ДжинСу! – повторила моё действие девушка, и мы встали нос к носу прямо напротив друг друга.

Ладно-ладно, не нос к носу, а мой нос вровень её губам и тем не менее…

- И почему ты разговариваешь со мной так неуважительно, школьница? - глядя на меня сверху вниз и при этом ещё выше задрав свой довольно красивый шнобель, задала вопрос деваха. – Кто твои родители? Кто столь плохо воспитал свою дочь?

По лицу говорившей проскользнула ухмылка, и она повернулась к своим товаркам, что по-прежнему стояли у неё за спиной. Те угодливо захихикали, поддерживая предводительницу.

- «В морду-лица бить нельзя!» - Пришла в мою голову светлая мысль. – «А что тогда?»

ЧэЁн стояла ни жива ни мертва.

- «Я знала... Я так и знала, что всё этим и закончится», - думала она, стараясь не смотреть на подошедших девушек. – «Они же студентки… Нам конец!»

Девушку, что сейчас разговаривала с Лалисой, звали Чонг СэГе. Она уже два года умасливала как может своего ненаглядного ДжинСу, который все знаки внимания со стороны очередной воздыхательницы тактично предпочитал не замечать. У парня были свои цели в жизни и разменивать их на девчонок он не желал категорически.

- Оставим моих родителей в стороне, - вновь заговорила Лалиса, не отводя взгляда от собеседницы. – Они здесь не причём. Могу я задать тебе вопрос?

Переходить на ты с моей стороны было откровенной грубостью, но делать было нечего. Эта дура сама напросилась!

- Попробуй, - скривила губы в презрительной усмешке СэГе. Она чувствовала себя в более выигрышном положении. Ну, что может ЕЙ противопоставить какая-то там школьница? Да ещё и не кореянка к тому же.

- А кто воспитывал тебя? Это ведь ты, - Лалиса указала рукой на собеседницу, - подошла первой и ладно не представилась сама, понимаю, ты старше меня. Но ты даже не поинтересовалась моим именем. И вот теперь, - девочка развела руками, - спрашиваешь о моём воспитании, задрав при этом нос к небесам.

- Что?! Да как ты…?! – возмущение СэГе было проигнорировано самым наглым образом.

Говорившая как ни в чём не бывало продолжила:

Знаешь, - уперев руку в бок и постукивая пальчиком по подбородку, вдруг сменила тему Лалиса. – Про таких, как ты, можно даже в стихах сказать.

ДжиСоп сделал несколько шагов в сторону стоящих друг напротив друга учениц Школы Искусств Сонхва и снова замер, расслышав слова младшей из девочек:

- «Чем ниже человек душой», - рука Лалисы почти дотронулась до солнечного сплетения СэГе.

- «Тем выше задирает нос», - девочка посмотрела наверх и её конечность вслед за взглядом устремилась к потолку.

- «Он носом тянется туда», - опустившийся взор говорившей испускал непередаваемые флюиды ехидства, которые та и не собиралась скрывать, - «Куда душою не дорос!»

(Стихи Омара Хайяма.)

Разозлившаяся от услышанного дальше некуда СэГе, дёрнулась вперёд и даже руку успела отвести назад, как все присутствующие услышали вопрос, заданный мужским голосом:

- Что здесь происходит? – ДжиСоп счёл время самым подходящим для того, чтобы вмешаться и приблизился вплотную к «мирно разговаривающим ученицам». – И так…? Я жду…

- Ой! – резко растерявшая весь свой боевой задор, пискнула СэГе и поклонилась. – Аньён хасеё, директор Пак. А мы тут, - взгляд студентки мазнул по школьнице, - беседуем.

Повторившая в точности тот же кульбит, что и СэГе, Лалиса очень активно закивала головой:

- Да-да, именно так, директор Пак. Мы обсуждали с онни новую коллекцию от компании DIOR.

На слове «онни» у СэГе непроизвольно дёрнулось левое веко, но раскрываться девушка не стала, быстро взяв себя в руки.

- Там ТАКИЕ красивые модели вышли, директор Пак, - СэГе прижала обе руки к груди. – Вы бы только видели... Это просто невероятно!

- Следуйте за мной, обе! - Развернувшись, скомандовал мужчина и, не глядя на «двух балаболок», именно такой термин проскочил в голове у ДжиСопа, пошагал в сторону своего кабинета.

- «Не прокатило», - поморщился я и потопал вслед за директором по безопасности.

Рядом шла эта деваха, что только что на пару со мной пыталась откосить от словесных трындюлей, которые нас без сомнения ожидали в дальнейшем.

- «Ну и ладно. Бить ведь не будут, а слова я как-нибудь перетерплю.»

- Мы не закончили, - наклонившись к уху «мелкой нахалки», процедила СэГе, когда расстояние между ними и директором Паком позволило не беспокоится о том, что её могут услышать.

- Ой! Да, пожалуйста, - ничуть не смутившись, ответила девчонка.

Подруги СэГе, как и ЧэЁн, испарились в один миг, ещё до того, как директор Пак приблизился к «беседующим». Та ещё поддержка, надо сказать…

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: двадцать первое сентября 2009 года. Вторая половина дня

В небольшом по размерам кабинете сидит директор Пак. Помещение выглядит довольно аскетично: стол, на котором стоял портрет в рамочке с изображением аджумы в летах; одно кресло, принадлежащее хозяину кабинета; небольшой стеллаж полутора метров высотой, заполненный папками с личными делами учащихся; маленький диванчик из кожзама и одинокое декоративное растение в небольшом глиняном горшочке на подоконнике. Вот, собственно говоря, и всё, за что может зацепиться глаз в этом месте.

Только что закрылась дверь за девочками, которым ДжиСоп был вынужден прочесть лекцию о правилах поведения в Школе Искусств Сонхва. Мужчина достал из-под стола небольшую пластиковую ёмкость с водой и, поднявшись, приблизился к горшку, стоявшему на подоконнике.

- Коллекцию они обсуждали, - фыркнул он и, аккуратно открутив крышечку, стал поливать растение, которое у него осталось в память о матери, умершей чуть более года назад. – Неужели не понимают, насколько нелепо выглядят их отговорки? И ведь не маленькие… СеГэ так вообще скоро двадцать один исполнится. Эх! Дети, дети… А ведь когда-то и я был таким, - обернувшись и посмотрев на фото своей матушки задумчиво проговорил ДжиСоп. – И так же пытался выкручиваться, омма. Спасибо, что была столь терпелива.

Убрав ёмкость обратно под стол, мужчина сделал несколько плавных движений из тхэквондо и, закончив, совершил ритуальный поклон, будто перед ним стоит его старый учитель. Выпрямившись, хозяин кабинета подошёл к стеллажу и достал одну из папок, на лицевой стороне которой красовалась надпись:

«Личное дело учащейся выпускного класса Школы Искусств Сонхва: Ким Лалиса.»

Заняв своё место, ДжиСоп положил на стол перед собой папку и раскрыл её примерно посередине. Поколебавшись, записал что-то на одном из листов и задумался:

- «Амнезия – это не шутки. Но девочка молодец! Пока что справляется…»

Размышления его прервал стук в дверь. На автомате закрыв папку с личным делом Лалисы, он пригласил войти постучавшегося. Им оказался учитель корейского языка и литературы.

- Добрый день, директор Пак! - Поприветствовал хозяина кабинета сонсенним Чжи. – Надеюсь я не помешал?

- Здравствуйте, ИнГук-сии! У вас какое-то дело ко мне? Или вы что-то хотите спросить?

- Вы правы, директор Пак. У меня к вам действительно есть дело. Вопрос касается моей ученицы. Ким Лалисы, если быть точным.

- Да вы присаживайтесь, - указал на диванчик хозяин кабинета.

- Спасибо, - занимая предложенное место, кивнул вошедший. – До меня дошла информация, что у Лалисы произошёл конфликт со студенткой нашего учебного заведения…

- «Верно говорят с давних времён, что слухи распространяются, словно лесной пожар. И двадцати минут не прошло…»

- … И мне бы хотелось быть уверенным, что с этой, без сомнения, талантливой девочкой ничего плохого не произошло. С ней всё в порядке?

- Вам не о чем беспокоится, ИнГук-сии. Я был рядом и сразу вмешался. Так что с вашей ученицей всё хорошо. Кстати, а почему вы считаете её талантливой?

- Девочка пишет стихи. И как я полагаю, да и не только я, стихи очень хорошие.

- Вот даже как? - Приподнялись брови у ДжиСопа. – Я об этом ничего не слышал, - и тут хозяин кабинета вспомнил сценку, в которую был вынужден вмешаться. – А вы знаете… Мне кажется, что Лалиса написала ещё одно стихотворение.

- Что? – подался вперёд посетитель.

- Да-да! Я вот как раз сейчас вспомнил, что она говорила Чонг СеГэ, сразу перед тем, как мне пришлось вмешаться в их, - не удержавшись, мужчина хмыкну, - разгоравшуюся «беседу». Кажется, это был какой-то стих? Подождите секундочку, я попробую вспомнить…

ИнГук замер в предвкушении. Он даже моргать перестал, настолько его заинтересовало сказанное директором Паком. Тем временем ДжиСоп поднялся из-за стола и, заложив руки за спину, начал расхаживать по кабинету, негромко бормоча себе под нос. Он всегда так делал, когда пытался выудить из своей памяти какую-либо информацию - привычка, выработавшаяся за годы жизни.

- Чем выше поднимает нос, - бубнил хозяин кабинета. – Нет, не так… Как же…?

Курсирование по кабинету его хозяином продолжалось ещё некоторое время, а затем ДжиСоп остановился и развёл руками:

- Сожалею, ИнГук-сии, но вспомнил лишь последнюю фразу, - сказав это, мужчина прищурился и продекламировал. – «Он носом тянется туда, куда душою не дорос.»

- Очень любопытно, - задумчиво произнёс гость и поднялся. – Очень… И всё же, директор Пак, я вас прошу присматривать за Лалисой. Творчество, - воодушевлённо заговорил учитель корейского языка и литературы, - это очень тонкая вещь и любой стресс может негативно повлиять на него.

- Я это прекрасно понимаю, - кивнул ДжиСоп. – Как я уже говорил: «вам не о чем беспокоиться, ИнГук-сии». Лалиса находится под моим постоянным присмотром, потому что…, - вспомнив кое-что, хозяин кабинета мотнул головой. – Впрочем, это не важно. Я обязательно позабочусь об этой, как вы сказали: «талантливой девочке». Можете быть спокойны.

- Благодарю, директор Пак. Тогда я, пожалуй, пойду, - поднявшись с диванчика, сказал ИнГук и с сожалением в голосе добавил. – Очень жаль, что вы не смогли вспомнить стих.

Когда посетитель ушёл, хозяин кабинета уселся на своё рабочее место и, притянув папку с личным делом Лалисы, открыл её и сделал в нём ещё одну запись.

- Стихи значит…, - откинувшись на спинку кресла, произнёс ДжиСоп. – Любопытно…

Место действия: Сеул. Одна из улиц города. Такси

Время действия: двадцать второе сентября 2009 года. Вечер

Едем в студию звукозаписи, где сегодня начнём записывать пробный вариант первого трека. Дело нужное, а главное очень полезное. Сразу станет понятно, кому и над чем нужно работать. Со мной увязались СонМи с ЧэЁн, что довольно неплохо.

- «Сестра хоть отстанет от меня со своими: «А когда ты покажешь мне, где занимаешься и с кем? Ты же обещала…» Вот время и пришло, онни», - глянул на СонМи.

Сидит и переписывается с кем-то в чате, как и 99% молодых корейцев почти каждую свободную минуту времени. Перевёл взгляд на ЧэЁн. Та же песня - пялится в телефон и строчит что-то там со скоростью пулемёта. Вот никак в толк не возьму. Неужели нельзя хоть на пару минут отложить свои гаджеты и просто поговорить о чём-нибудь? Не то чтобы я жаждал общения. Не, не, не! Ну его на фиг! Я в принципе имею в виду… Вообще создаётся впечатление, что и в гроб всех с ними скоро будут класть. Ну, чисто, чтобы покойничек не скучал там, за завесой.

- М-да, - глубокомысленно изрёк я и достал уже свою современную машинерию от SAMSUNG.

Заметил одну странность или скорее особенность, пока кручусь здесь. Название этой фирмы местные произносят совершенно иначе, нежели жители на постсоветском пространстве. Корейцы говорят: «Самсон». Что звучит довольно своеобразно на слух для любого, кто хоть раз сталкивался с ветхозаветными преданиями и тамошними героями. Понятное дело, что и я, очутившись тут, так же выговариваю этот термин. Тупо, чтобы не выделяться. Но почему-то, когда я это произношу, в моей голове всплывает двухмерный образ мужика в тряпье и кандалах, который рушит несущие столбы какого-то здания.

(Самсон.)

Хрень полнейшая, разумеется, но никак не могу выкинуть его из головы. Вот хоть ты тресни! Ну никак! Прям заговор какой-то.

Такси повернуло налево и нам осталось двигаться не более пяти минут по прямой. Я-то дорогу хорошо помню.

- Скоро приедем, - решил уведомить сестру и подругу, чтобы они, наконец, оторвались от своих чатов.

- Ага, - мимолётный взгляд со стороны ЧэЁн.

- Угу, - СонМи меня даже подобием оного не удостоила.

- «Вот уж оторвал, так оторвал. Так держать, братан! И вскоре скилл твоего убеждения приблизиться к уровню наших далёких предков, к обезьянам, в общем, приблизится. Которые, к слову, говорить до сих пор не научились», - почесал затылок. – «Вот тоже странность. Эволюция, шмеволюция. А воз и ныне там», - завис на пару секунд и мотнул головой. – «Чёрт! Что за чушь сегодня мне в голову лезет? Изыди!»

Я сидел крайним справа, а потому выскочил из такси первым. Тем более что одет был в спортивки и футболку с толстовкой. И да… Само собой на голове моей была она – панамка. Следующей начала выкарабкиваться СонМи, но так как она была в довольно короткой юбке, вот ведь модница, то затребовала моей помощи.

- Ты бы ещё короче надела, онни, - намекая на нижнюю часть ансамбля, произнёс я и подал руку сестре.

- Что бы ты понимала?! – Возмутилась она тут же, но от помощи не отказалась. И уже стоя на тротуаре продолжила говорить. – Я, в отличие от тебя, хочу выглядеть на все сто процентов, куда бы ни шла.

Если она ждала, что я обижусь, то сильно промахнулась с представлениями о моём видении ста процентов.

ЧэЁн вылезла сама и закрутила головой. У неё юбка была до колен, а на ногах обычные ботиночки. Это сеструха, как дурында, ещё и на шпильках попёрлась.

- Куда идти-то? – Перестав вертеться, спросила подруга.

СонМи всё это время поправляла свою одежду и не обращала никакого внимания на происходящее вокруг.

- Нам туда, - махнул я рукой в нужном направлении и двинулся первым, а затем остановился, потому что некая особа не соизволила даже головы повернуть в мою сторону. – Онни! Ну сколько можно? Ты выглядишь просто потрясающе! Поверь! Тебе нечего поправлять и исправлять. Всё и так великолепно! Ну идём уже, а?

Достав зеркальце, сестра придирчиво осмотрела свой образ и только после этого соизволила тронуться с места.

- «Что б ты в лужу свалилась, зараза!» - От всей души пожелал я. – «Блин, мы и так опаздываем, а ты тут ещё…»

Моему пожеланию не суждено было сбыться по одной простой причине: на улице было абсолютно сухо, почти как в пустыне «Гоби», которая здесь носит совершенно иное название.

Место действия: Сеул. Небольшая студия звукозаписи

Время действия: двадцать второе сентября 2009 года. Это же время

За пультом, как и всегда, сидит ЮнХо. Парень сосредоточенно слушает минусовку первой из трёх композиций давно уже подготовленных для работы. Трек удался на славу. Да чего уж там… ЮнХо искренне полагал, что это будет настоящая бомба для музыкальной индустрии Кореи, впрочем, как и две другие композиции, что Лалиса написала для их группы. Он не тешил себя иллюзиями. Даже когда девчонка утверждала, что все треки создали они вдвоём. ЮнХо прекрасно понимал тот факт, что именно Лалиса является их автором. Его же работа сводилась в основном к тому, чтобы правильно свести и выстроить звучание всех дорожек – так, как того желала автор. Однако и это в итоге оказалось довольно-таки непростым делом, а всё потому, что девчонка порой и сама не знала, как должна звучать композиция. Что, откровенно говоря, сильно выматывало ЮнХо в процессе записи. Но ничего… Справились же в конце-то концов.

Все остальные мемберы группы так же находились в студии, включая новичка, который очень быстро нашёл общий язык с ВиЧаном, потому что ребята были ровесниками. Помимо ребят присутствовала и сестра ХоВона, от которой тот не смог отговориться, и она в данную минуту сидела на краешке диванчика, с любопытством посматривая на парней.

- Ну и где она ходит? – Глянув время в своём смартфоне, недовольным тоном произнёс ДжэДжун, закончив что-то обсуждать с ДжинСу.

Обведя взглядом присутствующих, парень остановился на ЮнХо, только что отложившем свои наушники в сторону.

- Не смотри на меня, - отфутболил вопрос парень. – Я знаю не больше твоего.

- Тс! – Раздражённо цокнув, ДжэДжун уже собрался набрать номер Лалисы, как открылась дверь в студию.

- Всем аньён, - сходу выпалила девчонка и обернулась к вошедшим вслед за ней двум подружкам, как поначалу подумал ДжэДжун.

- Парни, познакомьтесь! Это моя старшая сестра Ким СонМи, - рука указала на старшую из вошедших следом, по виду являющуюся ровесницей ДжинСу. – А это Син ЧэЁн – моя лучшая подруга и одноклассница.

Тут Лалиса уже было собралась представить своим спутницам ребят, но махнув вниз поднявшейся рукой просто сказала:

- Дальше сами разберётесь, - и не обращая на ошарашенные взгляды некоторых из присутствующих в студии, поскакала, в прямом смысле этого слова, к ЮнХо.

Народ слегка замешкался поначалу от такого.

- ЮнХо-оппа, - подлетев к парню, уставилась на него, - дай послушать, что там у нас в итоге получилось. Ты вроде сказал, будто что-то ещё успел поправить?

- На, - без лишних слов ЮнХо подал свои наушники и поднялся, чтобы подойти и нормально представиться девчонкам.

- Я присяду? – Вдруг спросила Лалиса, указывая на место, откуда только что поднялся владелец студии.

Тот просто рукой махнул, не став ничего говорить.

ЧэЁн видя такую толпу парней совсем смутилась и даже маленечко покраснела.

- «Проклятье!» - Мысленно выругалась СонМи, глядя на ребят. – «Чего вы все такие симпатичные-то?»

Она помнила ДжинСу, который ей сразу приглянулся, ещё по школе, где они случайно встретились. Однако помня о том, что у неё есть парень, девушка быстренько выкинула из головы «красавчика», как сама мысленно окрестила его. Но она никак не ожидала, что и остальные ребята окажутся настолько привлекательными.

- «Ну, мелкая! Я тебе это припомню!»

Все мемберы «It's Us» поднялись и началось знакомство с выяснением возраста каждого из присутствующих. ДаХи тоже встала и представилась.

Пока шло спонтанное и слегка скомканное в начале представление, Лалиса слушала трек, не отвлекаясь ни на что вокруг. Вот композиция подошла к концу, и девочка сняла наушники. Она развернулась назад, чтобы что-то сказать, но так и зависла с приоткрытым ртом. Парни, все как один за исключением ЮнХо, который сейчас зашёл в будку с микрофоном, уставились на неё.

- А… Эээ? - Подал голос МиЧжун, указывая на Лалису рукой, глядя при этом на ДжэДжуна.

- Ууу? – Повторил за ним ХоВон, и ткнул указательным пальцем в сторону будки звукозаписи.

Смысл посылаемых парнями сигналов я так уловить и не смог, а посему просто задал сам собой напрашивающийся вопрос:

- Вы чего?

- Поднимись немедленно! - сделав шаг ко мне полушёпотом и размахивая при этом руками, потребовал ДжэДжун, зачем-то указывая на ЮнХо.

Я глянул на парня, продолжая не догонять, в чём собственно дело, но всё же оторвал зад от сидения, слегка приподнявшись.

- Что не так-то?

- Это его место, - добавил к сказанному лидером группы ДжинСу, кивая на всё ещё возящегося с микрофоном владельца студии.

- Иии? – Так и не дождавшись внятных объяснений, попробовал уточнить я, глядя на парней.

СонМи прикрыла лицо одной рукой и помотала головой. ЧэЁн тупо хлопала глазами, взирая на нас.

- Да, что случилось-то?! – Не выдержал я. – Чего вы руками машете? Я знаю, что это его место. Он разрешил мне присесть. Что?

- Эм! – Выдал вдруг ДжэДжун и уставился на меня как на какое-то чудо света, а затем посмотрел на ЮнХо, выходящего в этот момент из будки.

Он оказался не одинок в своём действии, потому что все остальные мемберы группы, за исключением ДжонГука, так же пялились на ЮнХо, который наткнувшись на их взгляды замер. Он оглядел друзей и спросил то же, что и я ранее:

- Вы чего?

Первым не выдержал ХоВон. Парень заржал как ненормальный и, держась за живот обеими руками, повалился на пол. Он столь заразительно хохотал, что все присутствующие невольно заулыбались, и я в том числе. Все, да не все… ЮнХо мученически закатил глаза к потолку и предложил:

- Может быть уже работать начнём?

Посыл был услышан и принят как руководство к действию. Впрочем, не сразу… Всё же понадобилось некоторое количество времени, чтобы народ собрался и приготовился к тяжёлому труду.

Первым отправленным к микрофону оказался ДжэДжун. Парень вообще не нервничал. Он просто подошёл к стойке и, взяв лежавшие рядом на подставке наушники, нацепил их на голову, показав при этом большой палец. В другой руке лидер держал листок с текстом.

- Файтинг, хён! – Неслось напутствие от младших мемберов группы и им вторили все девочки, за исключением меня.

Народу было абсолютно наплевать на то, что будка вообще-то является звукоизолированным помещением, и вокалист сейчас не слышит ничегошеньки. Я же, притащив стул, уселся рядом с ЮнХо, который занял своё место за пультом. Была ещё пара наушников, которые и нацепил себе на голову, приготовившись слушать. Девчонки расположились на диванчике, а парни встали полукругом возле нас с ЮнХо. Ну, они попытались… Звукорежиссер, увидав это, замахал на них руками, сопроводив жесты вербальным посылом:

- Валите отсюда! Вы мешаете!

Ничуть не смутившиеся ребята рассосались по помещению. Они продолжили показывать ободряющие жесты своему лидеру вроде вскинутой вверх руки и такого же оттопыренного большого пальца, который только что продемонстрировал сам ДжэДжун.

Включилась музыка и все притихли. Первая часть вокала в треке была рэповой и когда ДжэДжун начал читать, после отмашки ЮнХо, я прислушался и сходу понял, что это не то... На то, чтобы сообразить, что не так у меня ушло чуть более десятка секунд и затем я показал скрещённые руки. Заметивший этот жест, ЮнХо тут же выключил музыку, а ДжэДжун посмотрел на нас с вопросом в глазах.

- Где? – Глядя на пульт, спросил я, подразумевая кнопку для связи с тем, кто находится в звукоизолированной будке.

- Вот, - указал пальцем мой сосед, и я тут же нажал на неё.

- ДжэДжун-оппа, ты читаешь хорошо. Ритм держишь просто замечательно, но постарайся делать больший акцент на твёрдых звуках. Понимаешь?

Ответом мне был вновь оттопыренный большой палец.

- Продолжаем! – Скомандовал ЮнХо и запустил трек по новой.

Всё это действие шло уже два с половиной часа. Я, как и ЮнХо, оказался в какой-то мере фанатиком в вопросах записи песен, а посему не замечал ничего вокруг. Из будки вышел ДжинСу и подошла очередь моего соседа, когда я почувствовал некий дискомфорт в животе.

- «Только не это! Неужто опять?» - Слегка запаниковал и, прислушавшись к себе как следует, выдохнул. – Фух! «Голод… Это просто голод.»

СонМи сидела посередине между ЧэЁн и ДаХи. Девчонки давно уже не участвовали в происходящем. Они обсуждали какое-то кафе, которое было знакомо всем троим. Тут подала голос Лалиса:

- Давайте устроим небольшой перерыв.

- Зачем? – Спросил ДжэДжун, считавший, что они ещё толком и работать то не начинали.

- Времени не так много осталось, - демонстрируя свой смартфон, указал на сей прискорбный факт ДжинСу.

- Я есть хочу! – Недовольно буркнула «штрейкбрейхерша», поднимаясь со своего места и обводя присутствующих взглядом, в котором так и читалась мольба: «Ну, поддержите же меня кто-нибудь!»

Первым голос, как ни странно, подал ЮнХо:

- Я вообще-то тоже голоден.

- И я, - тут же подключился ВиЧан.

- Я бы не отказался перекусить.

- Не помешало бы…

Нестройный хор голосов определил победителя в этом небольшом споре между лидером группы и мелкой девчонкой, которая не удержалась и бросила торжествующий взгляд на ДжэДжуна. Парень скривился, но спорить и идти против всего коллектива не стал, а просто скомандовал:

- ВиЧан и ДжонГук, вы идёте в ресторанчик напротив и берёте там всё, что мы сейчас запишем, - подойдя к столу, на котором лежали некоторые вещи, произнёс он и вопросительно осмотрел всех. – Чего задумались? Кто что будет заказывать?

Я подошёл и попробовал предложить денег:

- ВиЧан-оппа, вот возьми… Это за нас четверых, - кивнул на девчонок, которые сейчас диктовали свои пожеланию ДжонГуку.

- Ты что?! – Возмутился парень. – Убери немедленно!

- Не вздумай взять у неё деньги! – Долетели до нас слова ЮнХо.

Некоторые из ребят, да и девчонок, обернулись и осуждающе посмотрели на меня. Да ТАК посмотрели, что у меня сложилось впечатление, будто я родину только что продал.

- Вот дурища мелкая! – Пробормотала себе под нос СонМи, снова делая жест: рука – лицо.

- Ты что-то сказала, онни? – Оторвалась от диктовки заказа ЧэЁн, повернувшись к старшей подруге. А больше никто этого и не расслышал.

- Нет, ничего, ЧэЁн. Всё хорошо, - ответила СонМи и незаметно показала кулак сестрёнке, которой она сейчас прямо-таки жаждала стукнуть по голове, чтобы у той хоть какие-нибудь извилины в мозгу заработали. – «Предлагать парням деньги?.. Совсем сдурела!»

Спустя примерно пятнадцать минут, за которые ВиЧан с ДжонГуком успели сбегать до ресторанчика и вернуться, все уже распаковывали свои заказы, сидя вокруг невысокого столика. Парни, как и полагается настоящим джентльменам, уступили диван девушкам, которые в подобном развитии событий ни капельки не сомневались. А с чего вдруг им сомневаться? Это естественное поведение для любого мужчины в присутствии дам. Как всегда, выделилась Лалиса. Она отказалась от предложенного стула и уселась на спинку дивана, сразу за ЧэЁн, которая несколько раз оглянулась на это дело, но так ничего и не сказала. Ну, а что? Спортивные штаны давали ей такую возможность в отличие от трёх других девчонок, что сейчас находились в помещении. Выглядело это конечно странновато, но не более того.

- Иди сюда, моя прелесть! - Услышали все голос Лалисы, когда ДжонГук отдавал ей то, что она заказала.

По помещению разлетелись смешки. Некоторые из присутствующих прикрыли рты, чтобы скрыть улыбки, появившиеся на их лицах. Девочка быстро мазнула взглядом по всем и вернулась к заказанному ею блюду.

- Не обращай на них внимания, - продолжила она говорить, глядя прямо на свой заказ. – Они ничего не понимают.

Смешки стали чуть громче, но мне уже было наплевать. Когда я наконец распаковал свой кимбап (Это блюдо очень похоже на японское суши, с которым его часто путают. Первое отличие состоит в том, что кимбап удобно есть на ходу без использования палочек. Второе отличие - потребляют без соевого соуса. Третье - в кимбап не кладётся сырая рыба и морепродукты. Основным компонентом этого ролла является рис, заправленный кунжутным маслом, а в начинку чаще всего добавляют говядину или тунец, кальмары, кимчи, такуан, сыр, морковь, огурец, крабовые палочки, шпинат и другие ингредиенты. Заворачивается это всё в листы нори. Кимбап подаётся в виде треугольника или ролла, нарезанного кусочками.) и принюхался, изнутри невольно вырвался стон удовлетворения:

- Ум-м-м… «Какой же невероятный запах!» - Беря в руки один из треугольников и запихивая в рот чуть ли не половину оного, подумал я и утонул в красках вкуса, затопивших моё сознание.

(Кимбап.)

Не став изобретать велосипед, заказал себе кимбап с говядиной, просто потому что не очень люблю морепродукты. Обыкновенное мясо. Вот наш выбор на все времена! Приступив к поеданию заказа, выпал на некоторое время из начавшегося разговора, который завёл ДжэДжун.

- Мне нравится акустическая гитара, - скромно потупившись, сразу после рассказа ДжонГука о том, что у него нет любимого инструмента и ему просто нравиться петь, тихонечко произнесла ЧэЁн, когда взгляды присутствующих скрестились на ней. - Сонсенним говорит, что у меня хорошо получается, но мне кажется, она немного приукрашивает, чтобы я не расстраивалась.

- Ничуточки не сомневаюсь в том, что твоя сонсенним говорит правду, и ты действительно хорошо играешь на гитаре, - поддержал девчонку ДжинСу.

- Мне тоже так кажется, - улыбнулась, сидящая рядом СонМи.

- Спасибо, - буркнула ЧэЁн и, совсем засмущавшись, уткнулась носом в свой заказ, выбирая что-то там палочками.

Следующим на очереди по возрастному цензу рассказывать шёл ВиЧан. Лалису благоразумно решили не трогать. Уж слишком она была увлечена поеданием своего заказа. Девочка даже глаза закатывала периодически и что-то бормотала себе под нос.

- ВиЧан, - толкнул плечом в плечо соседа ХоВон, намекая на то, что пришла его очередь поведать о себе.

- Эм, - встрепенулся парень и, быстро жеванув несколько раз, громко сглотнул. – Я это… мне нравиться саксофон, - тут он приосанился и выдал на английском, видимо желая произвести впечатление на девчонок своими познаниями в данном языке. – Я Sexpornstar!

Из присутствующих сейчас на импровизированном ужине английским в достаточной мере владели немногие. У СонМи округлились глаза, и она вытаращилась на говорившего. ЧэЁн икнула от услышанного и закашлялась, подавившись листом салата, который в этот момент был у неё во рту. Большинство мемберов группы «It's Us» находясь в лёгком недоумении перевели свои взгляды с девчонок на ВиЧана, а затем все уставились на ДжэДжуна, ища у последнего ответа на вопрос о том, что сейчас произошло. В число не осознающих происходящего входила и ДаХи. Она, скромно улыбаясь, переводила свой взгляд с парней на девчонок и обратно. Лидер, уже начавший было наклоняться к другу, чтобы поправить того, не успел сказать ни слова. Лалиса, сидевшая до этого молча и увлечённо поедавшая свой ужин, вскинула голову и попросила, глядя прямо на ВиЧана:

- Повтори, что ты сейчас сказал, - говоря это, девочка выпучила свои и так не маленькие глаза, что произвело на парня совершенно сногсшибательное впечатление, и тот, не раздумывая, воспроизвёл сказанное им ранее.

- Я Sexpornstar! – Произнесено это было с потрясающе самодовольной улыбкой, что озарила его лицо.

ДжэДжун резко зажмурился и даже закрыл глаза левой рукой, облокотившись ею же о стол, в правой он продолжал держать палочки для еды. СонМи не выдержала и, выронив на стол свои палочки, рассмеялась, спрятав лицо в ладонях. ЧэЁн пыталась откашляться и одновременно не хохотать в голос. Что у девчонки никак не получалось сделать, и она покраснела аж до самых кончиков ушей. Лалиса некоторое время молча продолжила смотреть на ВиЧана, а затем, уронив опустевшую тару на пол, заржала так, что в какой-то момент потеряла равновесие и, всплеснув руками, брякнулась за диван. Народ только и успел заметить, как её кроссовки мелькнули в воздухе.

- Бам! – Звук падения тела был довольно громким.

- Ой! – Долетело до присутствующих из-за дивана, когда многие уже рефлекторно повскакивали со своих мест, чтобы прийти на помощь пострадавшей, но их остановил возобновившийся и кажется даже усилившийся хохот. Да, такой заливистый.

- Лали-кха-са! – Попыталась что-то вякнуть ЧэЁн, но так и не смогла. У неё даже подняться с дивана не получилось, так её скрутил смех на пару с кашлем.

- Ай! – Взвизгнула СонМи и, подскочив, заглянула за спинку, где продолжила ржать её младшая сестра, держась при этом за живот.

Девочка кое-как смогла выдавить из себя одно слово:

- В порядке, - и согнулась ещё больше от непрекращающегося хохота, очевидно накрывшего её с головой.

У ВиЧана вытянулось лицо от того, что он никак не мог понять, что не так. К нему всё же наклонился ДжэДжун и разъяснил товарищу на ухо, всю глубину его падения. Парень моргнул, пытаясь осмыслить сказанное другом, затем моргнул ещё раз и наконец до него дошло, что только что было сказано им вслух, да ещё и при девчонках, которые очевидно всё поняли.

- Ааа! – Простонал ВиЧан и, откинувшись назад, буквально лёг на пол. Он замотал головой, прикрыв лицо руками, и сквозь пальцы произнёс. – Я не это хотел сказать. Я хотел сказать saxophonistus.

ДжэДжун скривился, а начавший было утихать смех возродился от нового взрыва хохота. Сейчас, поняв, что произошло, ржали уже все.

- Saxophonist, ВиЧан. Ты хотел сказать saxophonist, - всё же поправил своего друга лидер.

Неоспоримый лингвист от бога - ВиЧан в этот момент сравнялся цветом лица с откашлявшейся, но всё ещё продолжающей смеяться ЧэЁн.

Вечер удался на славу! Говорить о продолжении работы над треком смысла не было. Никто просто не смог бы ничего делать. Отчасти из-за того, что как только взгляды почти всех находящихся в студии натыкались на ВиЧана, тут же начинался смех. Бедный парень не знал, что ему делать и куда деваться. Было принято решение что на сегодня хватит и все начали расходиться по домам. Первыми ушли ХоВон с сестрой. Потом ребята посадили в вызванное такси Лалису с сестрой и подругой. Пока оставшиеся парни прощались с теми, кому в другую сторону, ВиЧан провожал взглядом только что отъехавшую машину с тремя пассажирами.

- Не расстраивайся, - обхватив за шею друга, сказал ДжэДжун. – С кем не бывает?

- Я хочу умереть, - вдруг сказал парень, и тут же получил подзатыльник от старшего товарища.

- С ума сошёл, такое говорить?! – Возмутился ДжэДжун.

- Да, хён, я это так… не всерьёз, - пробормотал ВиЧан, почесав место куда пришёлся удар.

- Даже не всерьёз… Никогда так не говори!

- Это был такой позор, - мотнув головой, продолжил тем временем ВиЧан. – Мне ещё никогда не было так стыдно.

- Муа-ха-ха! – Гоготнул, подошедший ДжинСу и мгновенно заткнулся, натолкнувшись на взгляд лидера группы, а потом уже спокойно произнёс, обращаясь к ВиЧану. – Ну, в жизни всякое случается… Просто забудь об этом!

Место действия: Сеул. Международный аэропорт Инчхон

Время действия: двадцать седьмое сентября 2009 года. Восемь часов утра

За прошедшие дни как-то резко упала температура на улице и мне пришлось сегодня залезть в более плотные джинсы, а сверху нацепить подарок сестры – куртку с блёстками, потому что другого просто ничего не было. Надо бы кстати озаботиться… Зима уже близко!

(Примерный образ Лалисы.)

- «Какая гадость», - подумал я тогда, когда СонМи вручила мне этот подарок. Однако, ничего. Вот сейчас гарцую в ней и даже норм. Выглядит она довольно тонкой, но тепло держит хорошо.

Нет, температура на улице не ушла в минус, до минуса ещё далеко. Тут дело в другом. После двадцати пяти градусов быстрый переход к четырнадцати – это сильно! Впрочем, неважно! Мой единственный выходной в неделю был безжалостно испорчен. Виновником, хоть и косвенным, является наш с сестрой дед, который сегодня прилетает в Сеул. Разумеется, мы всем, здесь надо подчеркнуть, семейством отправились его встречать. Ну как же? Это же самый старший член семьи! Гадство! Не дали нормально выспаться, подняв ни свет не заря.

Стоим с СонМи, прихлёбывая кофе из стаканчиков, у одного из больших табло с расписанием международных рейсов. Самолёт, на котором летит Ким СуХён, должен прибыть через двадцать минут. Пробежавшись глазами вниз по списку рейсов, выругался про себя:

- «Вашу мамА, дедуля! Ну, что вам стоили сесть на рейс, который прибывает в десять пятьдесят? Издевательство какое-то!» - Глянув ещё ниже, проворчал уже вслух. – Садисты!

- Угу, - грустно кивнув, подтвердила мои слова СонМи. – Лучше бы он в десять вечера прилетел.

Оказывается, был и такой рейс, что не добавило мне настроения. Онни, так же, как и я, не была окрылена тем фактом, что пришлось вставать в шестом часу утра. Сейчас её лицо скрывали большие солнцезащитные очки, а всё потому, что некоторые особы женского полу, не будем показывать пальцем, загуляли с подругами допоздна. Припёрлась домой к полуночи и, как мне поведала утром бабуля, завалилась спать, даже не приняв душа. Вот сейчас и мучается.

Меланхолично попялившись на электронное табло ещё некоторое время, мы, не сговариваясь, развернулись и потопали обратно к местам, где ожидали прибытия рейса остальные члены семьи Ким.

Вообще надо сказать, что эта неделя у меня выдалась неплохая. Всплыл правда один нелицеприятный момент лично для меня, но это можно сказать мелочь. В пятницу утром бабуле позвонил её старый знакомый, ну тот, который директор больницы, и поведал ей о том, что желает встретиться со мной лично. Ясен пень, что сразу после школы я отправился в больницу. Как не уговаривал бабулю остаться дома – всё без толку! Она припылила туда, используя вместо такси свою невестку и, по совместительству, мою маму - ХеМи. И вот, когда мы втроём расселись напротив директора Чо, тот и выдал новость:

- Лалиса-ян, - держа в руках историю болезни, любезно присланную из Пусана моим лечащим врачом, произнёс он и поднялся, - после консультации с доктором Паком и доктором Ли, мы пришли к выводу, что у тебя появились так называемые фантомные боли. В твоём случае ложные.

Если честно говорить, то я ничего не понял и повернулся к бабуле с мамой. Они смотрели на доктора, словно бараны на новые ворота, впрочем, как и я до этого.

- Подожди, подожди, ХэДжин, - тут пришла в себя Пакпао и подняла руку в останавливающем жесте. – Что значит фантомные боли? Они разве не у людей, потерявших конечности иногда появляются? – Она указала на мою ногу, наличие которой мог оспаривать только слепой. Ну или идиот.

- Ты права. Всё так, - кивнул мужчина. – Сразу уточню, что это не моя идея. Она принадлежит доктору Ли. Он предположил, исходя из тех тестов, которые отсылает ему Лалиса каждую неделю, что девочка до сих пор не отошла от шока и по какой-то причине отрицает своё тело. Что в итоге и явилось причиной возникновения болей в самом ослабленном месте организма - коленном суставе. Обследование же показало, что конечность полностью восстановилась и материальных причин для боли нет. А стало быть…, - доктор Чо развёл руками.

Взгляды всех присутствующих скрестились на виновнице торжества.

- Я, я, эм-м-м, что? – Вытаращился на говорившего я, а в голове забегали мысли. – «Как это? Чего это? Что значит не принимаю? Это в смысле… Бляха муха! Вот палево то, а.»

- Лалиса-ян, что тебя не устраивает в твоём теле? – Обратился уже напрямую ко мне доктор Чо с ласковыми такими интонациями в голосе.

- «Да всё!» - Хотелось завопить, но пришлось сдержаться.

Им же не объяснишь, что вообще-то мне хочется иметь ещё одну, м-м-м, конечность, которой я лишился не по своей воле и не только её если что... Сволочи!

Заметившая, как дочь отвела взгляд, ХеМи удивлённо приподняла брови.

- Доченька, что не так? Ты же такая красавица у меня.

- Подождите ХеМи-сии, - остановил женщину хозяин кабинета. – Этот вопрос находится исключительно в компетенции доктора Ли. Он уже подготовил несколько тестов для Лалисы, чтобы определить в каком направлении нужно двигаться для достижения желаемого всеми результата, - ХэДжин обвёл взглядом присутствующих. – Полагаю, все мы желаем одного и того же?

Интенсивные кивки двух женских голов и вялые одной были ему ответом.

- Вот и прекрасно, - взгляд мужчины направился к старшим женщинам и начала переходить от одной к другой. – Пусть доктор Ли занимается этим вопросом, ХеМи-сии. Это и тебя касается, Пакпао.

- Как скажете, доктор Чо, - моментально согласилась мама Лалисы.

- Да поняла я, поняла, - недовольно проворчала Пакпао.

Ли БёнСок позвонил мне в субботу и долго расспрашивал обо всём. Я чуть не поседел пока подбирал нужные слова, чтобы не влететь ещё больше. Хотя куда уж больше то? И так, чёрт его знает, чем это всё закончится? В общем, вроде отбрехался пока.

Мы с СонМи подошли к родным, которые расположились на одной из длинных цепочек пластиковых сидений, что шли параллельно друг другу. Сестрёнка отдала бабушке её заказ, который та сделала, когда мы пошли с ней взять себе кофе.

- Вот твой чай, хальмони.

- Спасибо, СонМи, - приняв стаканчик, Пакпао сразу же сделала небольшой глоток. – Хм! – Удивлённо хмыкнула, глядя на него. – А не плохо.

- Сколько ещё до прибытия? – Немного сонная ХеМи поинтересовалась у мужа.

Отец вернулся из Санкт-Петербурга ещё вчера утром весь довольный и сияющий. Уж не знаю, как там у него дела пошли, но суда по его воодушевлённому настрою, всё там отлично. Он ничего не рассказывает... Почему так? Понятия не имею. Может какая-нибудь типа корпоративная тайна или что-то ещё? Но делиться тем, как прошла его командировка родитель не стал. Просто "ходит гоголем" и всё.

- Шестнадцать минут, - глянув на наручные часы, ответил ДжэУк. – Уже скоро... Можно в принципе выдвигаться.

- Куда это? – Оторвавшись от своего чая, спросила Пакпао, а затем недовольно добавила. – Я вообще-то только пить начала…

- Хорошо, - не стал спорить мужчина и откинулся обратно на спинку сидения. - Значит посидим ещё немного.

Бабушка удовлетворённо кивнула и вновь прильнула к стаканчику. Я свалился на сидение рядом с Пакпао, а СонМи упала на такое же справа от меня.

С парнями из группы «It's Us» тоже всё успел обсудить. Вот только вспоминая позицию, которую занял ДжэДжун, результаты их деятельности мы увидим нескоро. Парень оказался педантом. Нет, педантом в квадрате. Нет-нет, даже, пожалуй, в кубе. Да, так правильнее будет. В общем, когда порешали вопрос с деньгами, а мне, к слову, по их настоянию, причиталось аж тридцать процентов от всей возможной выручки, то и перешли к реализации проекта. М-да. Оказывается, я совершенно ничего не понимаю в K-POP индустрии. С другой стороны, а что тут удивительного? Я не местный, причём с БОЛЬШУЩЕЙ буквы «М». Так вот… ДжэДжун поставил условие, которое группа должна выполнить, прежде чем выкладывать в сеть то, что наработают за всё время.

- Мы просто ОБЯЗАНЫ сделать всё идеально! – Сказа он тогда. – Вокал должен быть лучшим. Дэнс-практика великолепной. Кстати, - глянул он на ХоВона и МиЧжуна, - это ваша задача. К тому же, нам надо будет снять хотя бы один клип.

Спорить никто не стал. Все задумались над сказанным, а потом закивали и я, в том числе.

Мне пришлось поднять ещё один вопрос, который обдумывал на досуге. Касался он моей фигуры и, скажем так, моего публичного участия во всём этом «шабаше». Вот никакого желания светиться на публике у меня не было совершенно, а потому я предложил личность автора оставить неизвестной, прикрыв её псевдонимом, который придумал уже давно.

- И как ты хочешь, чтобы тебя называли? – Задал вопрос ЮнХо.

- A.W.

- Почему A.W?

- А что это значит?

- Могла бы и своё имя указать.

Тут же полетели вопросы и предложения от присутствующих. Не сказал, что обозначает эта аббревиатура, потому что это шутка, которую они не поймут. И вообще никто не поймёт из живущих тут людей. Пусть себе голову ломают. В итоге мне удалось настоять на своём и взять обещание с парней, что они никому не расскажут, кем на самом деле является автор этих песен. Ну её на фиг эту известность! От неё одни проблемы.

- Совершил посадку борт №416 Бангкок – Сеул. Совершил посадку борт №416 Бангкок – Сеул, - разнеслось из динамиков громкоговорителей объявление по всему аэропорту.

- Омма, - укоризненно глянув на Пакпао, заговорил ДжэУк, – мы же опоздаем.

- Ничего подобного, сын, - поднимаясь, отмахнулась старая женщина. – И вообще, я уже допила свой чай. Так что мы можем идти.

- Это невыносимо! - проворчал мужчина себе под нос, начав вставать со своего места. – Каждый раз одно и тоже.

Вся процессия двинулась к рамкам металлоискателей, которые располагались у выхода №5. Именно оттуда должен вскоре появиться Ким СуХён, которого мы припёрлись встречать всем хуралом.

Насколько я понял из рассказа бабули, причиной, что побудила деда припереться в Сеул, был Чхусок (Корейский традиционный праздник сбора урожая и поминовения предков. Празднуется 15 числа 8 лунного месяца. В Южной Корее Чхусок, а также день до и после него, являются нерабочими. Во время Чхусока корейцы обычно едут к себе на родину для встречи с родственниками и ещё для того, чтобы посетить могилы предков.). Он вообще-то не очень любит покидать Бангкок, но конкретно этот праздник всегда проводит в Корее, приезжая к сыну каждый год. Кореян традишен! Что тут ещё можно сказать?

- Вон он, вон он! – Запрыгала, стоящая рядом, сестрёнка и начала тыкать пальцем в сторону траволаторов, на которых лежали вещи пассажиров, что те сейчас забирали.

Я присмотрелся, но так никого и не разглядел.

(Траволаторы в аэропорту Инчхон.)

- «Долбаные линзы! Надо всё же новые идти покупать.»

- Перестань, СонМи! - Осадила сестру наша бабушка. – Видим мы его.

- «Кто видит, а кто и нет», - покосился на бабулю, у которой диоптрии в линзах очков были почти как у лупы.

Буквально через три минуты к нам вышел пожилой мужчина в строгом чёрном костюме, белой рубашке и галстуке.

(Ким СуХён.)

ДжэУк тут же взял из его рук чемодан на колёсиках и поклонился:

- Абоджи, я рад, что ты благополучно добрался до Сеула. Мы все очень ждали твоего приезда.

- Я тоже этому рад, сын, - обводя взглядом процессию, ответил СуХён и, остановившись на Пакпао, приблизился к ней.

Я же стоял, как дурак, и хлопал глазами, пытаясь вспомнить, где мог видеть это лицо. И ведь точно не в этой жизни. Нет, я, конечно, не забыл, что СонМи показывала мне фото родственников, и дед был среди них, но тогда он выглядел иначе – обычная пляжная разноцветная рубашка и шорты со шлёпанцами. А тут…

- Я соскучился, ёбо, - приобняв Пакпао, вновь заговорил СуХён. – Без тебя даже краски померкли. Так мне было плохо.

- Льстец, - буркнула старая женщина и поправила галстук на шее у супруга.

- Аньён хасеё, абоджи, - поклонилась ХеМи, и мы вслед за ней, когда дед соизволил наконец взглянуть на нас троих.

- Аньён хасеё, харабоджи, - одновременно поприветствовали мы с СонМи дедулю.

- Здравствуй, невестка, - кивнул он и перевёл взгляд на нас с сестрой. – А вот и мои любимые внучки, - сказав это, СуХён одним шагом преодолел разделяющее нас пространство и сгрёб обеих в охапку. – Как же я по вам соскучился!

В очередной раз за время нахождения здесь я почувствовал себя неловко от того, что меня хватает абсолютно незнакомый мужик. Ну, пусть дед этого тела. И тем не менее…

- Едем в твой новый дом, сын. Хочу наконец увидеть, как ты живёшь, - не выпуская нас из рук, скомандовал СуХён, обернувшись к ДжэУку, а затем шепнул мне на ухо. – Так ничего и не вспомнила до сих пор?

- Ани (Нет.), - пролепетал я, продолжая чувствовать некий дискомфорт.

- Ничего страшного, - улыбнулся он. – Я расскажу всё, что помню, и может быть тогда твоя память вернётся.

Попытался изобразить на своей физиономии хотя бы что-то отдалённо напоминающее восторг. Судя по тому, как хохотнул СуХён, увидев моё лицо, вышло у меня не очень.

- «Вот только этого мне и не хватало для полного счастья. А то и без тебя, дед, желающих, блин, не достаточно. Весь мозг уже высушили этими непрекращающимися историями из детства СоЫн. Чёрт! И ведь не скажешь ничего по этому поводу.»

Место действия: Сеул. Общежитие группы Girls’ Generation

Время действия: Двадцать седьмое сентября 2009 года. Вечер

За столом в небольшой по размерам кухоньке сидит Джессика и пьёт какой-то непонятный бульон из чашечки.

- Есть хочу, - ворчит себе под нос девушка и с брезгливостью отставляет в сторону посудину.

- Ну и что у тебя сегодня случилось? – Задаёт вопрос, заглянувшая на кухню, ТэЁн – лидер группы и присаживается на одну из табуреток.

- Ничего не случилось, онни, - явно не желая говорить, морщится Джессика.

- Ты сегодня весь день недовольная. Зачем ты нагрубила одной из костюмеров? – Пытается заглянуть в глаза мемберу своей группы ТэЁн.

Та упорно смотрит в сторону, продолжая выделываться, как думает лидер.

- Джессика, перестань вести себя как маленькая избалованная девочка! Сколько можно? И объясни наконец, что снова случилось?

- Да ничего не случилось, онни! – Вдруг взрывается девушка и вскакивает с места. – Совершенно ничего не случилось! За исключением того, что мы до сих пор живём в этом… в этом… в сарае…, в общем, живём! Нас девять в группе, а ванны всего две…, - она вопросительно смотрит на ТэЁн. – Тебе не кажется, что для лидеров трёх топ чартов Кореи - это неправильно? И вообще...! Я есть хочу!

- Ааа, - поняв всё, кивает лидер группы. – Так бы сразу и сказала… А то: в сарае живём… Пф! – ТэЁн поднимается на ноги. – Думаешь, я есть не хочу? Тоже весь день на одних овощах. Так что перестань капризничать! Кстати…, а разве ты не помнишь, что нам сказал сам президент Ли?

- Всё я помню, - видимо выговорившись, Джессика садится обратно и берёт чашечку с бульоном в руки, делая очередной глоток. – Просто достало всё. Понимаешь?

В кухню заходит Юна с косметической маской на лице и обращается к Джессике.

- Онни, я у тебя маску взяла. Просто забыла купить новые. Надеюсь, ты не против? – Сказав это, девушка подходит к холодильнику и открывает дверцу.

Выражение лица Джессики вновь возвращается к недовольному, но она ничего не говорит. ТэЁн переводит взгляд на вошедшую и делает большие глаза, когда та, достав пакет с соком, выглядывает из-за дверцы.

- Что? – Спрашивает Юна, с непониманием глядя на лидера группы.

- Я лучше пойду, - нейтральным тоном произносит Джессика и, поднявшись, выходит из кухни, оставив чашку с бульоном на столе недопитой.

Когда девушка вышла, Юна, достав стакан, начала наполнять его соком, ТэЁн заговорила:

- Ну, кто тебя просил сейчас сюда приходить? И зачем ты снова взяла её вещи? Ты же знаешь, как она к этому относится.

- Да чего такого-то? – Убирая пакет с соком в холодильник, отвечает макнэ (Самый младший в группе.) группы. – Подумаешь… взяла маску. Она может у меня тоже взять, если ей будет нужно.

ТэЁн, поиграв желваками, выдыхает и, не сказав ни слова, выходит из кухни. Проводив взглядом лидера группы Юна, пожимает плечами и делает глоток из стакана:

- Какой хороший, - разглядывая на просвет тару, произносит она и снова делает глоток. – И день сегодня хороший, - улыбаясь, кивает Юна и допивает сок.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: двадцать седьмое сентября 2009 года. Это же время

Валяюсь в своей постели. От деда удалось отбиться не сразу, а только к вечеру, но всё же удалось. Так-то он старик нормальный, даже хороший, пожалуй. Но вот не расположен что-то я сегодня к задушевным разговорам. Дел и так море. Вот сейчас тружусь…, положив руки и ноги, заодно, в горизонтальное положение.

- Кхе!

Смех смехом, а вспоминать классическую музыку из моего мира удаётся со скрипом. Нужна качественная композиция. Не возьмёшь же что попало. К тому же, я больше на другие музыкальные направления ориентировался последние годы. А мне сейчас нужна именно классика. Причём нужна не абы какая, а нечто запоминающееся. Ну и конечно то, что я гарантированно смогу отыграть на достойном уровне. Всё потому, что играть местную нудятину я не желаю. Часики тем не менее тикают неумолимо. Завтра сонсенним Юн сама выберет то, что мне предстоит сыграть на конкурсе. Ну, это если я за сегодня ничего не придумаю.

Зазвонил мой смартфон, лежащий на столе, и тут же раздался стук в дверь.

- «Не хочу вставать. Устал», - подумал, глядя на голосящий телефон и повернулся к двери. – Войдите.

- Не спишь? – С порога спросила СонМи и закрыла за собой дверь, полностью материализовавшись в комнате.

- Неа, не сплю.

- А чего телефон не берёшь? – Кивок в сторону стола.

- Мне лень, онни. Дай, пожалуйста, его, - вытянул руку к своему смартфону.

- Совсем обнаглела, - с насмешкой глядя на меня, помотала головой сестра и подошла к столу, на котором продолжал надрываться телефон.

У меня в этот миг зачесалась высшая точка задней поверхности правой ноги и я, перевернувшись на левый бок, с наслаждением поскрёб свой тощий зад.

- Хорошо, - не сдерживая выдоха наслаждения, произнёс я.

- Ой! А это же…, - подняв мой смартфон, вытаращилась сестра на экран. – Это же Джессика звонит!

- Так сними трубку. Чего ждёшь то? – Перевернувшись на живот, предложил я.

- Аньён, онни! – Чуть ли не провопила в динамик микрофона СонМи, когда по моему совету всё-таки приняла вызов.

Я же подтащил подушку под голову и положил на неё подбородок.

- «Интересно и чего она звонит?»

- Да-да, онни. Я сейчас, - затараторила сестрёнка и включила громкую связь.

- Мелкая, привет! – Вылетела фраза из динамика смартфона сказанная очень довольным голосом Джессики.

СонМи заметила, как потемнело лицо её младшей сестры, но от смешка не удержалась.

- Я тебя потом прибью, - очень меланхолично пропыхтела хозяйка комнаты, пытаясь в этот момент устроиться поудобнее.

- Ты что говоришь-то такое? – Возмутилась полушёпотом старшая сестра, прикрывая микрофон рукой.

- Слушайте, а давайте, я лучше на видеозвонок перейдём, раз вы там обе, - неожиданно предложила Джессика.

- Ну, давай, - всё так же задумчиво согласилась Лалиса, наконец приняв некое положение, в котором ей было комфортно.

- Я наберу! – Мгновенно выпалила СонМи, прежде чем разорвать соединение.

Буквально через десять секунд на экране моего смартфона появилось лицо нашей с сестрой подруги. Кажется, она была в ванной комнате.

(Чон Джессика.)

- Ну, как я вам? – Задала вопрос Джессика, когда соединение установилось.

- Вааау! – Восхитилась СонМи.

- За мелкую ответишь! – Тукнув указательным пальцем в экран, заявила Лалиса, надувшись при этом как хомяк.

Звонкий смех с той стороны был ответом на столь наивную и практически невыполнимую угрозу.

- Мне так неудобно, - высказалась вдруг СонМи, сидевшая полубоком и державшая смартфон левой рукой.

- Ляг рядом, да и всё. Чего ты, онни?

- Ну давай, - забираясь коленями на кровать и, передав на это время телефон хозяйке, быстро согласилась девушка.

Пока старшая сестра устраивалась, младшая приняла аппарат и задала вопрос:

- Ты чего позвонила-то вдруг, онни? – Глядя в экран и морщась от мнущейся рядом СонМи, спросила она.

- Просто захотелось пообщаться с кем-то, кто не связан с индустрией.

- Оу! – Округлила глаза Лалиса, а улёгшаяся рядом СонМи потянулась за смартфоном, чтобы прибрать его к своим рукам.

- Да на, на, держи! – Когда этот процесс уже стал походить на грабёж, отдала телефон младшая сестра.

- Рассказывай, как там у тебя? – Воодушевлённо заговорила СонМи, начав с недюжинным любопытством рассматривать своего биаса, находившуюся по ту сторону экрана.

- «Это надолго», - пришла в мою голову очевидная мысль.

Так, в сущности, и получилось. Онни трещала почти без умолку, останавливаясь только, когда Джессика что-то рассказывала. Я участвовал в этом всём, можно сказать, опосредованно, лишь изредка вставляя какие-то реплики. Мысли мои вернулись к выбору композиции, что было куда более важно на данный момент.

Примерно через час в комнату Лалисы заглянула бабушка и увидела презабавную картину. СонМи, лёжа с краю кровати и держа перед своим лицом телефон, общалась с кем-то по видеосвязи. Рядом, прижатая к стенке, сопела и, по всей видимости, уже созерцала некий сон хозяйка комнаты, что абсолютно не смущало двух болтушек. Тихонечко подойдя, Пакпао коснулась плеча старшей внучки и, когда та обернулась, показала ей палец, прижатый к губам.

- Что?

- Аньён хасеё, госпожа Ким, - долетело из телефона приветствие Джессики, заметившей вошедшую.

- Здравствуй, Джессика, - тихо сказала бабушка и указала пальцем на спящую рядом с СонМи младшую сестру.

Покосившись на Лалису, оккупантша только кхекнула и тихонечко поднялась, стараясь не шуметь.

- Онни, я к себе лучше пойду, - шёпотом произнесла она, обращаясь уже к Джессике. – А то тонсен (Младшая сестра. Никогда не используют как прямое обращение.) заснула.

- Ты только заметила? – Удивилась собеседница.

- А она давно что ли?..

- Да уж полчаса как…

Пакпао, выпроваживающая старшую внучку из комнаты, на миг закатила глаза и мотнула головой из стороны в сторону. Увидевшая это, Джессика хихикнула, прикрыв рот ладошкой.

- Иди уже, - подталкивая в спину старшую внучку, поторопила ту бабушка. - В своей комнате наговоришься.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: Двадцать восьмое сентября 2009 года. День

По одному из коридоров школы идут ЧэЁн со своей подружкой. У девочек явно хорошее настроение. Лалиса двигается вприпрыжку, сверкая на ходу белозубой улыбкой. Рюкзачок, с которым она ходит в школу, крутиться при помощи её правой руки словно лопасти мельницы, распугивая всех, кто встречается у них на пути.

- «Какой прекрасный день! Какой прекрасный я! Ииии песенка моя!» - Топаем с ЧэЁн из столовой, направляясь на урок физики.

Детство в попе заиграло и настроение находится на высшей точке. Отчего так? Не знаю. Но наслаждаюсь этим прекрасным днём. Чувствую себя просто превосходно и даже лучше… Прекрасно понимаю, что сейчас наш «добрейший и внимательнейший» сонсенним его подпортит, а всё из-за того, что испытывает ко мне странную и какую-то необъяснимую неприязнь.

- «Да и наплевать!»

У дверей кабинета, где проходят уроки физики, наблюдается некоторое столпотворение из учеников и, кажется, даже студентов данного учебного заведения. Ребята подходят, задерживаются на какое-то время и уходят дальше по своим делам.

- Чего там такое? – Указывая рукой на неестественное оживление возле кабинета физики, спрашивает ЧэЁн.

- Понятия не имею, онни, - продолжая улыбаться, отмахивается Лалиса рукой, в которой держит свой рюкзачок.

Проходящая мимо стайка школьниц младших классов шарахается к окнам из-за, просвистевшего рядом снаряда.

- Извините! – Быстро и как-то небрежно бросает фразу Лалиса и топает к двери не только для того, чтобы зайти в класс, а ещё и для того, чтобы понять, чего все тут толпятся.

ЧэЁн останавливается и достаёт зазвонивший телефон. Оказалось, это звонит её омма, которая желает поведать дочери о том, что ту приняли в агентство, и они с отцом сегодня едут обсудить контракт Трейни.

Скоро уже должен прозвенеть звонок и народ, создававший броуновское движение возле двери, начинает расходиться. Остаются на месте лишь некоторые одноклассники девочек, бурно обсуждающие появившуюся табличку на двери кабинета.

- Интересно, кто это написал? – Спрашивает МиЁн.

- Сонсенним сам и написал, - говорит ДаМи.

- Не говори глупостей! – Кривится стоящая рядом ЧеРиш, тыкая пальцем в надпись внизу таблички. – Написано же…, - однако читать вслух она не решается, боясь ошибиться в произношении.

- И кто это? - Задаёт вопрос только что подошедший СуХён.

- Мне-то откуда знать? – Пожимает плечами ДаМи, обернувшись.

Рядом с ребятами замерла как вкопанная Лалиса и, выпучив глаза, таращится на табличку. Девочка явно находится в недоумении, если не сказать больше. Она даже рот приоткрыла.

- Что там такое? – Подбегает ещё более радостная, чем до этого, ЧэЁн.

- Ааа… эээ, - невнятно отвечает Лалиса и указывает свободной рукой на табличку, надпись на которой гласит:

- «Не влюбляйся, не пей вина

И на лбу себе высеки:

Жизнь тебе для того дана,

Чтобы ты посвятил её ФИЗИКЕ!»

- Ух ты! – Изумляется ЧэЁн и обращается сразу ко всем присутствующим. – Кто-нибудь знает, кто такая «Эру Илуватар»?

- Не.

- Неа.

- Не знаю.

Летят ответы со всех сторон, сопровождаемые мотанием головами и пожиманием плеч. Звенит звонок, и народ устремляется в класс, чтобы занять свои места, пока не пришёл сонсенним Пэ.

Когда все уже расселись, в кабинет заходит учитель, у которого явно отличное настроение, что, откровенно говоря, насторожило всех присутствующих.

- Здравствуйте, дети! - Кладя на стол папку, здоровается ЧханМин и садится на своё место.

- Аньён хасеё, сонсенним Пэ! - Поднявшись, отвечает весь класс.

- Да, вы присаживайтесь, - машет рукой учитель. – Прежде чем мы начнём урок, я хотел бы кое-что у вас спросить.

Дождавшись пока ученики займут свои места и убедившись в том, что все смотрят на него, мужчина задаёт вопрос:

- Видели цитату на двери?

Нестройные высказывания и кивки стали ему ответом.

- Замечательно! – Потерев руки, улыбается сонсенним. – А теперь вопрос: кто является автором этой цитаты? Кто такой «Эу Илувата»?

Правильно выговорить псевдоним у учителя физики не получилось, но никто не смеётся. Не смеются, потому что большинство также не способно правильно произнести эти два слова. В классе наступает гробовая тишина. Присутствующие переглядываются в надежде увидеть того, кто знает автора, но так и не дождавшись, устремляют взоры на учителя.

- Понятно, - немного разочарованно кивает ЧханМин. – Очень жаль… Я надеялся на то, что кто-то признается наконец, чья это цитата. Подобное мог написать только очень умный человек! – Вздымает он указательный палец правой руки вверх, подкрепляя своё высказывание. - Тогда начнём урок.

Никто не заметил, как на вопросе об авторе цитаты у Лалисы вытянулось лицо, и она вильнула взглядом. Никто…, кроме ЧэЁн.

Урок пролетел стремительно и был настолько интересным, что все находились в лёгком недоумении. Сонсенним Пэ подавал материал на этот раз с огоньком и даже, нет, вы только подумайте, шутил. Этот старый, гну… м-м-м… В общем, учитель был явно в ударе и, разумеется, это не укрылось от учеников.

- Его что ли покусал кто-то? – Находясь в растерянности, задал вопрос ДаСоль, когда парни выходили из класса.

Сегодня многие получили очень высокие баллы за урок, что было абсолютным нонсенсом.

- Вот уж не знаю…, но таким он мне нравиться куда больше, - поправляя сумку с учебниками на плече, ответил СуХён.

- Это да…, - задумчиво произнёс ДжонГук.

Выйдя в коридор практически последним, я был пойман ЧэЁн. Последним выходил, потому что сдавал тест, который еле успел дописать, прежде чем прозвенел звонок. А причиной тому были мои размышления по поводу случившегося. Что это вообще за бред? Я же тупо подшутить над ним решил из-за его странной «любви» ко мне. А результат… Уже не первый раз замечаю, что люди здесь какие-то странные. Нет, они не тупые, а скорее излишне прямолинейные и завуалированный сарказм воспринимают лишь тогда, когда ты ещё и рожей своей его выделишь.

- «Двойные, а то и тройные смыслы…», - думал, пытаясь походя решать задачи в тесте. – «Идиотизм какой-то! Я же просто пошутил! А он всерьёз… Нееет, эта страна точно не нормальная и все её обитатели тоже!»

- Это ты? – Прижав подружку к стенке, задала вопрос ЧэЁн, заглядывая той в глаза.

- Что, я?

- Ты повесила ту цитату на дверь?

- Ну, может и я…, - в очередной раз вильнула взглядом Лалиса. – И что?

- Пф! – Отпустила подругу ЧэЁн, выдохнув. – А почему не призналась, когда сонсенним спрашивал?

- "Почему не призналась? Почему не призналась?" – Передразнила Лалиса. – Да потому, что это шутка была! Он меня достал! Я и представить себе не могла, что он всерьёз это, - большой палец левой руки указал на табличку прикреплённую к сейчас приоткрытой двери, - вывесит на всеобщее обозрение. Я же просто пошутила. Сарказм! Понимаешь?

- Ха! – Хохотнула ЧэЁн и быстро оглянулась, не подслушивает ли кто, а затем рассмеялась.

- Ха-ха, - скривилась Лалиса. – Очень смешно.

ЧэЁн тем временем продолжала заливаться смехом. Она даже рюкзачок выронила, и он свалился прямо на пол у её ног.

- Ты правда, ха-ха, пошутила? Ой, не могу, ха-ха-ха, - пытаясь выпрямиться и задать вопрос, корчилась ЧэЁн.

Лалиса скривилась ещё больше. Проходившие мимо ученики и студенты периодически косились на девочек, но, ничего не говоря, шли дальше.

- Да хорош ты уже ржать! – Подняв рюкзачок подружки, попыталась призвать ту к порядку Лалиса. Впрочем, не особо успешно.

- Шутка, - сквозь смех выдавила ЧэЁн и продолжила хохотать.

Она похоже вошла в раж и не собиралась останавливаться, потому как, в отличие от местных, сразу поняла, что я, олень, точнее олениха, промахнулся с выбором моей утончённой «мсти». Стоял и смотрел как ржёт подруга и думал:

- «То ли я тупой, то ли тут все «такие». С другой стороны, как говорит статистика: большинство всегда правее. Твою-то налево!»

Зазвонил мой телефон, который был засунут мною же в рюкзачок. Пока его доставал, звонок прервался.

- «И кому я понадобился?» - Держа его в руках подумал я и нажал кнопку включения. – «Юри. А ей что надо?»

Мы созванивались на днях, по её инициативе. Она меня всё трясёт по поводу книги. Выбрав номер, нажал на вызов.

Телефонный разговор.

[Лалиса] – Аньён, Юри. Ты чего звонила?

[Юри] – Онниии! – Вопль, вылетевший из динамика, чуть было не оглушил.

[Лалиса] – Айщь! Не кричи ты так! Я чуть не оглохла.

[Юри] – Прости! Аньён! Ты где сейчас?

[Лалиса] – В школе…

[Юри] – Это я и так знаю, - недовольно проворчала девочка. – Где конкретно?

[Лалиса] – У кабинета физики. Урок только что закончился.

[Юри] – Ага, поняла.

[Лалиса] – Ты ради этого звонила?

[Юри] – Долго ещё там будешь?

[Лалиса] – Где? – Слегка затупив, переспросила ученица выпускного класса.

Рядом продолжала корчиться ЧэЁн. Девчонка глянула на неё и снова скривилась, осознавая свою реальную тупость с провальной местью.

[Юри] – Стой там!

[Лалиса] – Эм…, - повертев головой, Лалиса дала своё согласие. – Ладно.

Конец телефонного разговора.

- «Ничего не понял», - отставил от себя смартфон и посмотрел на экран, задумавшись, а затем покосился на подругу, которая всё же начала приходить в себя, но продолжала подхихикивать. – «А и ладно! Всё равно пока не перестанет ржать, никуда не уйду. Не бросать же её тут. Обидится ещё… Да и выглядеть это будет… уж как-то сильно по девчачьи.»

По странному стечению обстоятельств в коридоре стало практически безлюдно. Спина последнего человека скрылась за поворотом, и, словно по взмаху волшебной палочки, на горизонте появилась знакомая фигура девахи, которую я меньше всего хотел видеть сейчас. И да, это была СэГе, сопровождаемая подругами в количестве трёх штук.

- Я же сказала, что мы ещё не закончили, - с предвкушением в голосе произнесла девушка, остановившись прямо напротив меня.

ЧэЁн как-то быстро пришла в себя в этот момент и, снова изобразив «героя», спряталась у меня за спиной.

- «М-да. С такой в разведку не пойдёшь», - меланхолично подумал я, рассматривая деваху перед собой. – «Хотя чего удивляюсь? Девчонка же…»

- Ты только посмотри, онни, - указав на меня подбородком, заговорила одна из подружек СэГе. – Она ведь тебя совсем не боится. Гордая такая стоит.

- Ты, видимо, плохо меня расслышала, когда я тебя предупреждала? Значит, сама виновата! – Сказав это, воздыхательница ДжинСу, оттопырив свои ручонки, шагнула ко мне, с явным намерением вцепиться в волосы.

Однако сделать она, как, впрочем, и я, ничего не успела, потому что всех практически оглушил вопль, раздавшийся за моей спиной:

- Оннииии!

Развернуться мне всё-таки удалось, но лишь для того, чтобы почувствовать своим животом и остальными частями тела, кроме головы, удар.

- Кха! – Выдохнул от неожиданности, потому что тело Юри врезалось в меня со всего маху, а маху там было до фига и больше.

- Я перевелась! Я перевелась! Я хотела сделать тебе сюрприз, – верещало тело, вцепившись в меня, словно вампир в свою любимую жертву. – У меня получилось? Хальмони не хотела меня переводить, а я рассказала всё аппе, и он сам всё сделал. Представляешь? Круто! Правда круто?! Ведь правда? – Тараторила как пулемёт Юри, не замечая ошарашенных взглядов присутствующих.

Тут девочка отстранилась от своей подружки и кинула взгляд сначала на ЧэЁн, а затем на остальных участников не случившегося мордобоя, ну, точнее, девчачьего таскания за волосы.

- Это кто? – Не давая мне и рта раскрыть, спросила Юри.

- Ну, надо же…! - Не скрывая ехидства, протянул я и многозначительно посмотрел на новую ученицу Школы Искусств Сонхва. – Великая и ужасная Сон Юри заметила кого-то кроме себя.

- Эй! – Возмутилась мелкая. – Это не правда! Тебя вот, например, я всегда замечаю. И вообще, перестань меня так называть. Я не ужасная!

- Стало быть с тем, что ты ВЕЛИКАЯ мисс Сон, спорить не желаешь? – Продолжил я подтрунивать над ней.

- А почему я должна спорить с очевидным? - Задрав нос и пожав плечами, удивилась Юри.

- А ты ещё кто такая? – В разговор влезла СэГе, недовольная тем, что её попросту игнорируют. Да и боевой запал, вспыхнувший из-за посягательств на её оппу, никуда не делся.

- Сон Юри, - начал я говорить торжественно и где-то даже пафосно, - позволь мне представить тебе мою лучшую подругу, - тут в голове промелькнула мыслишка, - «Причём единственную» Син ЧэЁн. Она тебе понравится.

От такой наглости с моей стороны СэГе подавилась воздухом, а её товарки тихо загомонили:

- Да, что это такое?!

- Совсем обнаглели, мелюзга!

- Ужас какой!

- Очень приятно, - улыбнулась Юри, глядя на ЧэЁн, которая по-прежнему изображала из себя часть интерьера.

- И мне, - всё же кивнула она, прячась за мной от кучки студенток.

- Это, - указал я рукой на агрессоршу, готовую биться за свою «Великую любовь», - СэГе-сии, - тут мне пришлось развести руками, - а вот кто она такая, мне не известно. И кто стоит рядом с ней, я тоже не знаю.

Открывшая уже было рот, СэГе резко его захлопнула, потому что появился ещё один участник данного маленького представления.

- Что здесь происходит?

Мы все словно по команде повернулись на голос, принадлежавший директору по безопасности.

- Директор Пак! – Изменив выражение лица на жизнерадостное, чуть ли не взвизгнула Юри. – А я заблудилась! Но зато, - девочка вновь вцепилась в меня, - встретила свою подругу.

- Юри-ян, - подойдя ближе, обратился к ней ДжиСоп, - я же тебе показывал, где находится младшая школа.

- Понимаете…, - закусила нижнюю губу прирождённая актриса и шаркнула ножкой, - я просто забыла и вот…

- Понятно всё с тобой, - вздохнул мужчина. – Ну, раз уж ты встретила свою подружку, то думаю, она поможет тебе найти твой новый класс, - взгляд его переместился на меня.

Я интенсивно закивал:

- Конечно, директор Пак! Я и ЧэЁн с радостью проводим Юри до её класса.

Подруга, превратившись в попугая, повторила за мной кивки, но молча.

СэГе стояла и зло сверлила глазами свою гипотетическую соперницу за внимание ДжинСу. Девушка была в бешенстве от того, что уже второй раз эта мелкая, наглая и совершенно невоспитанная дрянь умудряется вывернуться.

- Онни, - шёпот одной из подруг, прильнувшей прямо к её уху, отвлёк девушку на мгновение, - я вспомнила, кто эта мелкая. Это младшая дочь главы корпорации Hyundai. Она Чеболь. Сегодня перевелась в Школу Искусств Сонхва.

- Что? – Резко обернулась СэГе к подруге, вытаращившись на ту.

- Она Чеболь, - повторила девушка. – В чате школы писали, - говорившая достала телефон и показала подруге.

Быстро пробежав взглядом по переписке, агрессорша резко подняла взгляд на Юри.

- Ик! – Как-то некрасиво икнула СэГе и прикрыла рот ладошкой. – «Боже! Я чуть было… Омма…»

Когда троица учениц школы завернула за угол, директор Пак, проводив их взглядом, посмотрел на студенток и скомандовал:

- Вы четверо, ко мне в кабинет!

Спорить, разумеется, никто даже и не подумал. Куда уж там…

- «Идиотки!» - Думал ДжиСоп, шагая по коридорам школы. – «Даже думать не хочу, что могло произойти, если бы эти дуры хотя бы толкнули младшую Сон», - мужчина мотнул головой, отгоняя столь крамольные мысли и, обернувшись, приказал. – Не отставайте!

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: двадцать восьмое сентября 2009 года. Вторая половина дня

В коридоре сейчас довольно людно. Женская, почти в полном составе, половина семейства вышла провожать старшего мужчину в семье.

- Может быть, мне всё же стоит съездить с тобой, СуХён? – Неуверенно и уже в который раз спрашивает Пакпао.

Дедушка собрался ехать за младшей внучкой. Мужчине просто захотелось пообщаться с Лалисой наедине. Вчера подобное было просто невозможно. И вот, подвернулся подходящий момент. Все женщины дома, а сын на работе. Вот и решил СуХён провести время с младшей внучкой.

- Перестань, ёбо, - укоризненно глянув на жену, разогнулся он, закончив завязывать шнурок на ботинке, и потянулся за курткой.

- А можно мне с тобой, харабоджи? - Подала голос СонМи, недавно вернувшаяся с учёбы.

Вообще надо сказать, что учёба в университете, особенно первые курсы, далеко не выпускной класс школы, когда молодые корейцы практически не спят, стараясь как можно лучше подготовиться к Суныну для того, чтобы иметь возможность подать заявку в лучшие университеты страны. Когда кто-то говорит, что корейцы не спят, готовясь к чему-то – это так и есть. Школьники, учащиеся в выпускном классе, временами из-за усердной зубрёжки спят всего по три, в лучшем случае, по четыре часа в сутки, а иногда и вообще могут дней пять провести почти без сна. Университет же представляет собой что-то вроде заслуженного отдыха после усердной, вообще-то даже где-то бесчеловечной, учёбы в выпускном классе школы.

- Я что, на каком-то непонятном языке изъясняюсь? – Нахмурившись, задал вопрос СуХён, обводя взглядом присутствующих. – Всё! Я уехал!

Когда захлопнулась входная дверь, ХеМи поёжилась:

- Я и забыла, каким властным бывает ваш муж, омма.

- Это потому, что он настоящий мужчина! – Услышала она ответ свекрови. – Как и наш с ним сын.

Задумавшись на короткий миг, ХеМи кивнула, а затем обратилась к дочери:

- СонМи, у тебя какие планы?

По одной из улиц Сеула движется автомобиль принадлежащий Ким ХеМи. За рулём СуХён. Мужчина решил немного прокатиться по местам своего детства и юности, так сказать, прежде чем ехать за внучкой. Свернув на одном из перекрёстков на мало оживлённую улицу, он стал разглядывать дома.

- «Сплошная реклама», - думал мужчина, всматриваясь в здания, на каждом из которых висела какая-нибудь вывеска, а то и не одна.

По обочине неспешно, практически шагом, двигались люди, лица которых были не знакомы водителю. Многие дома были новыми, их СуХён видел впервые, но были и те, что навеивали воспоминания.

(Одна из улиц города Сеул.)

- «Здесь жила тётушка Хван», - мужчина улыбнулся. – «Знатно мы тогда подрались с её сыном. НамДжуну разбили нос, а мне подбили глаз.»

Вспомнив о брате, СуХён нахмурился. Старая история, тянущаяся уже много лет, о которой было не принято говорить в семье.

- Нет, не буду о нём думать! - Мотнув головой, приказал себе мужчина и, заметив ещё одно знакомое здание, зажмурился на миг.

Скорость, с которой он ехал, позволяла подобное. Торопиться то некуда, времени ещё много. Вот и передвигался автомобиль почти со скоростью черепахи.

- «БоРа… Какая же была красавица», - улыбка вновь озарила лицо мужчины, когда он вспомнил девушку, за которой они все бегали много лет назад. – «Интересно, где она сейчас и как живёт? Вот бы увидеть…»

Так он и ехал, вспоминая своё детство и юность, родителей и друзей. Первых уже нет, да и вторые тоже далеко не все живы. Припарковавшись у одного из новых высотных зданий, СуХён вышел из машины, решив немного прогуляться пешком. Буквально за углом его ждал небольшой и очень старый парк, по чьей-то прихоти оставшийся нетронутым за столько-то лет.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва

Время действия: двадцать восьмое сентября 2009 года. Вторая половина дня

Из главных дверей школы высыпала целая толпа разновозрастных детишек и устремилась в сторону парковок, где почти всех их ждали либо родители, либо кто-то ещё. К тем, кого ждёт кто-то ещё, относилась и Сон Юри, двигающаяся сейчас в сопровождении очень странной компании.

- Ты обещаешь? – Глядя на самую старшую из тройки сопровождающих девушек, спрашивает самая младшая.

- Клянусь! – Подняв правую руку перед собой, чутка кривляется Джессика, которую с Юри познакомила Лалиса, сейчас топающая рядом в сопровождении ЧэЁн.

- Ну правда, онни, - жалобно протянула самая младшая из странной компании, которую многие провожали взглядами, тихо перешёптываясь при этом. – Ты точно пришлёшь мне билет?

- Точно! Можешь даже не сомневаться! Я же поклялась, - берёт сзади за плечи новую знакомую Джессика, аккуратно подталкивая ту по направлению к парковке, где, стоя рядом с шикарной машиной, ждёт водитель-охранник, внимательно следящий за своей подопечной.

- Ты поклялась! – Развернувшись, указывает пальцем на мембера Girls’ Generation Юри и, увидев честнейшее выражение на лице той, расплывается в улыбке. – Ну, тогда всем аньён.

- Аньён.

- Аньён.

Слышны ответные прощания и девочка устремляется к ожидающей её машине, но вдруг останавливается и, развернувшись, чуть ли не кричит:

- Лалиса-онни, когда ты собираешься мне книгу подарить?

- Скоро, Юри, уже скоро, - летит в ответ и девочка, согласно кивнув и помахав рукой на прощание своим взрослым подругам, вновь устремляется к автомобилю.

- Обалдеть! – Повернувшись к Лалисе, неожиданно говорит Джессика.

- Ты это о чём, онни? – Задаёт вопрос ЧэЁн, доставая что-то из своего рюкзачка.

- Как ты умудрилась познакомиться с Чеболями? – Вопрос, обращённый к Лалисе, вылетел почти мгновенно из уст девушки, став одновременным ответом для ЧэЁн.

- Нууу, - начинает чесать бровь младшая из троицы, явно не готовая сейчас рассказывать столь длинную историю, и тут она замечает кого-то, округлив при этом глаза. – Оу!

- Что? – резко разворачивается по направлению взгляда девочки Джессика и видит, идущего к ним пожилого мужчину.

- Это кто? – Наклонившись к подружке, спрашивает ЧэЁн, держа в руках мини косметичку, из которой уже что-то извлечено.

- Это мой харабоджи, - на этот раз начав чесать затылок вместо брови, отвечает Лалиса. - Чего ему тут надо?

- Вау! – Восхищённо произносит Джессика, как следует рассмотрев идущего. – Какой красивый мужчина.

Лалиса переводит слега удивлённый появлением деда взгляд на подругу, при этом её глаза начинают расширяться. То же самое делает ЧэЁн, а затем негромко произносит:

- Он же старый, онни, - намекает старшей подруге на очевидное ЧэЁн. Она только что рукой не тыкнула в сторону деда Лалисы.

- И что? – Пожимает плечами Джессика. – Я лично надеюсь, что мой муж будет выглядеть не хуже, чем харабоджи Лалисы, когда достигнет его возраста.

- «Кто о чём, а вшивый всё о бане», - промелькнула в моей голове мыслишка. – «Блин, девчонки вообще что ли ни о чём кроме замужества думать не могут? Нет, дед мой нынешний и правда хорошо выглядит… Но ё-моё!»

- Он за тобой приехал? – Убрав косметичку, задаёт неожиданный вопрос ЧэЁн.

- Нет, ЧэЁн-онни, - не скрывая сарказма, кривлюсь я, а затем указываю на деда. – Свидание у него тут.

- Правда, что ли? – Синхронно брякают Джессика и ЧэЁн.

Мне ничего не оставалось, кроме как прикрыть лицо рукой, а второй замахать из стороны в сторону. Слов не было. Никаких…

Сообразившая первой, Джессика начинает смеяться. ЧэЁн переводит взгляд на неё:

- Ты чего?

- Она пошутила, - писклявым голосом сквозь негромкое хихиканье отвечает девушка, и спросившая возвращает потяжелевший взгляд на меня.

- Что? – развожу руками.

- Перестань издеваться! – Морщится ЧэЁн. – У тебя это как-то странно выходит делать. Не всегда понятно, когда ты говоришь серьёзно, а когда шутишь.

- Ну, я-то в этом точно не виновата, - вновь развожу руками.

- Здравствуй, соннё (внучка)! - Привлекает наше внимание голос подошедшего СуХёна. – Представь мне своих подружек, пожалуйста.

- Аньён, харабоджи, - слегка вымученно улыбаюсь я и приступаю к выполнению просьбы деда.

Место действия: Сеул. Школа Искусств Сонхва. Учительская

Время действия: двадцать восьмое сентября 2009 года. Вторая половина дня

В помещение с видом победителя заходит преподаватель физкультуры и обводит взглядом присутствующих. Заметив свою «соперницу» сонсенним Кан, он подходит к её столу и небрежно кладёт на поверхность распоряжение директора Ю, в котором чёрным хангылем по белому написано, что ученица выпускного класса Школы Искусств Сонхва Ким Лалиса участвует в соревнованиях по бегу на короткие дистанции семнадцатого октября 2009 года. Быстренько пробежав взглядом текст, СанМи, ничуть не изменившись в лице, достаёт точно такое же распоряжение директора Ю и подталкивает его по столу к подошедшему. Мужчина, нахмурившись, читает, а затем вскидывает голову с вопросом в глазах.

- Всё очень просто, сонбэ, - продолжив заниматься своими делами, изучать какую-то нотную запись, отвечает СанМи и кивает на лежащие рядом друг с другом листы бумаги. – Взгляните на время…

Быстро опустив взгляд и вчитавшись в тексты, ХеЧжин расплывается в улыбке, но вновь нахмуривается.

- Я не отдам своё время! – Забирая лист, говорит он, намекая на время для тренировок.

- И не надо, - всё столь же меланхолично мотает головой сонсенним Кан. – Мы будем заниматься с Лалисой после вас.

За этой небольшой сценкой молча наблюдают учительница хореографии и учитель корейского языка и литературы. Спор их не касается никаким боком, и потому они немного разочарованно отворачиваются, поняв, что ссоры с криками и, возможно, размахиванием руками не будет.

- Сонбэним, - поворачивает голову к своей соседке ИнГук, - вы говорили, что спросите мнение у своего знакомого из Европы, по поводу стихов, которые написала Лалиса?

- Ах да, - кивает СеЫн и возводит глаза к потолку, явно припоминая, что ей поведал литературный эксперт. – Джереми сказал, что оба стиха в высшей степени интересны и написаны действительно талантливо. Ну, насколько он может судить, исходя из предоставленного мною перевода, что вы сделали, ИнГук-сии.

- Я всё же не профессионал в этом деле, но, думаю, мне удалось передать суть стихов, да и рифму подобрать правильно, - удовлетворённо произносит мужчина. – Да уж…, - тут же задумчиво добавляет он.

- Что-то не так?

- А? Нет, нет! Что вы, сонбэ? Всё замечательно! Просто я до сих пор не могу поверить в то, что встретил пишущего стихи ребёнка. Да к тому же ещё ТАКИЕ стихи! Просто удивительно, знаете ли, как порой причудлива наша жизнь.

- Соглашусь с вами… Однако в искусстве танца Лалиса, увы, не столь талантлива, - сетует на свою ученицу СеЫн. – Хотя… так говорить не совсем верно.

- Что вы имеете в виду? – Подобрался ИнГук.

- Как бы правильнее выразиться? – Достав резинку для волос и начав стягивать их в хвост, задумчиво произносит женщина. – Она не бесталанна. Это бесспорно! Но вот есть что-то такое, что мешает ей раскрыться. Я пока никак не могу уловить этот момент. Видите, - взгляд её устремляется на собеседника, - даже правильно сформулировать не получается, чтобы описать мысль, которая всё время ускользает, словно вода сквозь пальцы.

- Очень интересно, сонбэ! Вы меня прямо заинтриговали, надо сказать.

Собеседники невольно обернулись на проходившего в этот момент мимо них учителя физкультуры, державшего в руках распоряжение директора Ю и бормочущего что-то себе под нос:

- И как она успеет? – расслышали они единственную фразу, но дружно решили, что их это в принципе не касается и вернулась к своим отложенным из-за беседы делам.

Место действия: Сеул. Одна из дорог города, ведущая к реке Хан

Время действия: двадцать восьмое сентября 2009 года. Это же время

Встроившись в поток машин, автомобиль ХеМи плавно шуршит хорошими шинами по асфальту. За рулём сидит СуХён, периодически бросающий взгляды на свою младшую внучку. Девочка в задумчивости разглядывает проплывающие за стеклом современные здания. Рюкзачок, с которым она пошла в школу, покоится у неё на коленях. Длинные чёрные волосы спадают чуть ниже плеч, скрывая выражения её лица от водителя.

- «Ну, дедуля! Хоть бы предупредил что ли, что встретит?» - размышляю, о сложившейся ситуации. – «Разговоры, разговоры… Да кому они нужны, эти разговоры? Вспомнить я, понятное дело, ничего не смогу. Но ведь им-то об этом ничего не скажешь. Вот и стараются в меру своих сил. М-да. Ситуация! Хотя… может оно и неплохо. Есть возможность поближе узнать ещё одного родственника», - взгляд сам собой скользнул по деду. – «Какие же всё-таки хорошие у СоЫн родные! А теперь у меня…»

- «Ничуть не изменилась», - думает в это время СуХён. – «Всё такая же молчунья.»

Машина делает поворот и вот вдали появляются очертания, пока ещё смутные, набережной реки Хан.

- Ты была в парке-набережной Ханган? – Решает задать вопрос СуХён, чтобы привлечь к себе внимание.

- Да, но не в парке, - отвечает та, обернувшись. – У «Радужного моста» гуляла. Там красиво.

- Это да, - соглашается мужчина, – но мне больше парк нравится.

Припарковались мы недалеко от самой набережной, рядом с двухэтажным зданием, в котором расположились небольшие ресторанчики и кафешки разного толка.

(Парк-набережная реки Ханган.)

Довольно красивое место, надо отдать должное корейцам. Так облагородить набережную – это надо уметь. Бетонные дорожки, плавно повторяющие изгиб берега реки, разделены чистенькими газонами, на которых, разложив пледы и прочие одеяльца, отдыхают жители города и не только… Уютненько.

- В ресторанчике посидим или просто погуляем? – Закрыв машину, где я оставил рюкзачок, забрав оттуда лишь смартфон, спрашивает СуХён.

- Давай лучше погуляем. В школе насиделась, - отвечаю и припоминаю тренировку по бегу, на которой пришлось выложиться по полной, потому что сонсенним Пак был сегодня явно не в духе.

Однако, мне этого оказалось мало и энергии в теле ещё целое море. Единственное, что сегодня не успел сделать, так это встретиться с учительницей музыки. Ну, ничего. Завтра она меня в любом случае поймает и принудит. Кхе!

- Тогда пошли ближе к берегу, - машет в сторону водоёма СуХён и добавляет ремарочку. – Всегда любил эту реку. Всё детство провёл здесь.

- Идём, - пожимает плечами Лалиса и вдруг задаёт вопрос, глянув на деда. – Плавать здесь научился?

- Что? – Переспрашивает СуХён, нырнувший в воспоминания о своём отрочестве.

- Плавать, харабоджи. Плавать, ты здесь научился?

- Нууу, - как-то странно округляет глаза мужчина и надувает щёки. – Если говорить честно, то я до сих пор так и не научился плавать.

- Ек! – издаёт непонятный звук Лалиса, уставившись на деда.

- Да-да, знаю. Стыд и позор! Но так уж вышло, - разводит руки в стороны мужчина, будто извиняясь за свою оплошность.

Внучка, не сдержавшись, хохотнула.

- Смейся, смейся над своим харабоджи, - прищурившись, произносит СуХён. – Сама-то тоже, наверное, до сих пор плавать не умеешь?

- Эм, - виляет взглядом Лалиса.

Теперь уже дедушка добродушно смеётся над незадачливой мелюзгой с излишне длинным языком.

Так и шли они, перекидываясь ничего не значащими фразами на разные темы, начиная от умения плавать, а точнее неумения, и заканчивая учёбой Лалисы, пока разговор не зашёл о родных.

- Твой чинджо харабоджи был хорошим человеком, очень волевым, - с грустью говорит СуХён, когда речь зашла о его отце.

Заметившая изменение настроения деда, Лалиса пристально смотрит на него.

- Хальмони мне ничего не рассказывала о нём, и аппа тоже уводил разговор в сторону каждый раз, когда всплывало его имя. Почему?

- Ну, рано или поздно…, - непонятно произносит СуХён и предлагает, указав подбородком на газон. – Давай присядем.

Он снимает простенький серого цвета пиджак, который был сегодня на нём и, расстелив его на траве, кивает внучке, чтобы та садилась. Не став спорить, Лалиса приземляется и поправляет юбку, которая начала сползать. Девочка морщится из-за этого. Очевидно, ей данное действие доставляет неудобства, но деваться некуда. Сняв свои ботинки и сев рядом, СуХён какое-то время смотрит на реку, ничего не говоря. Видно, что воспоминания, всплывшие в его голове, доставляют мужчине некоторый дискомфорт. Появилась складочка между бровей и напряглись скулы, что явно указывает на подпортившееся настроение. Да и сама поза: сцепленные в замок руки и скрещённые ноги, говорит о многом. Лалиса не торопит его и также молча разглядывает переливающуюся солнечными бликами водную гладь, по поверхности которой местами гуляют маленькие пенные барашки. Ветер есть, но он южный, а потому не доставляет никакого дискомфорта отдыхающим здесь людям. И вообще, погода радует.

- Это было сразу после выпускного, - без прелюдии начинает рассказывать СуХён, расцепив наконец руки. – Школу мы закончили блестяще и пришло время выбирать, кем становиться в жизни. Нет, конечно, мы уже обсуждали этот вопрос с родителями, но так… в общих чертах.

- Мы? – уловившая тонкий момент в повествовании, Лалиса пытается уточнить, но замолкает, наткнувшись на укоризненный взгляд деда.

- Не торопи…, - повернувшись к внучке, произносит СуХён, а затем усмехается. – Ну, точно, как Пакпао. Один в один! Никакого терпения – одна спешка.

- Извини, харабоджи, - немного смутившись, произносит Лалиса. – Ты продолжай. Я помолчу.

- Ха! Спасибо за разрешение, - приобняв внучку, продолжает улыбаться дед и возвращается к рассказу. – Мы с моим братом-близнецом НамДжуном окончили школу практически с высшими оценками и могли поступить куда угодно. Абоджи хотел, чтобы оба его сына подали документы в Сеульский национальный университет. НамДжун так и сделал, - на этих словах СуХён прикусил нижнюю губу и прищурился.

Ему было сложно вспоминать то время. Очень сложно. Молчание затянулось, и Лалиса в итоге всё же не выдержала затянувшегося молчания:

- А ты?

- Я? – Как-то рассеянно переспросил СуХён. – А я не мог позволить, чтобы абоджи взвалил на себя оплату ещё и моей учёбы. НамДжун поступил на медицинский факультет и практически все деньги семьи пошли на оплату его учёбы. Омма рассказала мне незадолго до того разговора, что денег на нас обоих не хватит. И я принял решение…, - он снова замолк, на этот раз ненадолго.

Вырвав из газона травинку, СуХён сунул её в рот и, пожевав немного, выплюнул.

- Она взяла с меня слово, не рассказывать абоджи и брату о нашем разговоре. Я и не рассказал, - он откинулся назад, подложив руки под голову. – Был огромный скандал. Абоджи кричал на меня, омма пыталась защитить, а брат…, разумеется, встал на его сторону. Я никогда не видел абоджи в таком гневе. Он не сдерживался в выражениях.

- А на кого ты должен был поступить? Ну, я о том факультете, куда тебя собирался отправить чинджо харабоджи.

- Экономика и бизнес, - с безразличием в голосе ответил СуХён.

Было видно, что данная стезя его не привлекает сейчас и, скорее всего, тогда тоже не вызывали особого интереса. Но, зная порядки и нравы корейского общества, сразу становится ясно, что он поступил бы и отучился бы без споров, если бы не ситуация с деньгами.

- Ты, как я понимаю, в итоге выбрал кулинарию, - кивнула Лалиса.

- Умница! – Вновь улыбнулся, повернувшись лицом ко внучке, СуХён. – И это стало последней каплей. Абоджи уже тогда был очень болен, и я понимал, что он просто не вытянет нас двоих. В итоге… он выгнал меня из дома. НамДжун и в этот раз встал на его сторону. Омма плакала, сильно, но ничего не смогла сделать. С тех пор я не видел абоджи живым. С оммой мы иногда встречались втайне от них. Она рассказывала, как они живут, и немного помогала мне деньгами. Поначалу… Потом-то я встал на ноги и уже сам стал ей помогать. Понадобилась всего-навсего три года, чтобы выйти на более или менее достойный уровень заработка по тем временам. Оказалось, у меня настоящий талант касательно приготовления любых блюд, - СуХён улыбнулся. – Я и в детстве любил готовить. Наставники меня хвалили и очень помогли с трудоустройством.

- Да уж, – невнятно произнесла Лалиса, странно глядя на деда.

- Осуждаешь?

- Нет! Что ты, харабоджи? Даже наоборот…

- Ну, точно Пакпао, - снова улыбнулся СуХён. – Она вот тоже меня поддержала, когда узнала правду о семье. Сложное было время.

- Я так поняла, из-за этого мы и не общаемся с родственниками, о которых я ничего не помню, а остальные отмалчиваются, когда кто-то вскользь упоминает о них?

- Именно!

- Тебя задела реакция брата?

Не знаю, сколько времени мы провели на набережной до этой минуты, но тут СуХён вдруг предложил:

- Поехали лучше, поедим. А то я что-то проголодался, - начал он подниматься, и Лалиса вслед за ним.

- Куда поедем?

- Знаю я тут одно местечко…, - заговорщически подмигнув, ответил СуХён. – Тебе понравится.

На вопрос о брате он так и не ответил.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: двадцать восьмое сентября 2009 года. Вечер

В гостиной за столом собрались почти все члены семьи за исключением СуХёна и Лалисы. Дедушка с внучкой куда-то запропастились. Ситуация складывается парадоксальная. Никто не желает набирать отсутствующих, потому что СуХён дал чётко понять, что желает пообщаться со своей младшей внучкой наедине. Помня, каким он может быть в гневе, члены семьи сейчас думают, как им быть. Старшая из женщин, к примеру, в данную минуту очень сожалела о том, что поделилась с отпрыском тем, в каком настроении находится его отец.

- Набери его, - предлагает Пакпао, обращаясь к сыну.

ДжэУк не спешит выполнять указание матери. Мужчина указывает на свой рот, куда только что был помещён приличных размеров кусок говядины и начинает его медленно пережёвывать, наслаждаясь консистенцией и вкусом.

- СонМи, позвони сестре и узнай, когда они собираются домой, - просит ХеМи.

- А у меня телефон разрядился, - сверкнув глазами, отвечает дочь, не скрывая насмешки в голосе. – Я его на подзарядку в своей комнате поставила.

- Нет, это меня совершенно не устраивает! – Отложив ложку, которой готовилась начать есть суп, раздражённо выговаривает Пакпао и командует. – Невестка, неси мой телефон! Сама наберу.

Но идти ХеМи никуда не пришлось, потому что раздался звук открывающейся входной двери, и до присутствующих донёсся жизнерадостный голос Лалисы, которая что-то говорила своему деду, а тот отвечал не менее воодушевлённо.

- Он всегда отличался излишним педантизмом, - услышали последние слова СуХёна женщины, высыпавшие в коридор. Вслед за ними неспешно вышел ДжэУк.

- Ну и где вы так долго гуляли, позвольте узнать? – Уперев руки в бока, вопросила Пакпао, разглядывая супруга и младшую внучку.

Из-за её спины выглядывали ХеМи с СонМи.

- Проголодались, ёбо, и решили заглянуть к Антуану, - ничуть не смутившись от подобного настроя жены, ответил СуХён, снимая ботинки.

- Дядя Антуан так удивился, - влезла Лалиса. – А потом приготовил специально для нас с харабоджи ужин из трёх блюд, - девочка тяжело выдохнула и добавила. – Кажется я объелась? Но было совершенно невозможно оторваться!

- Антуан, конечно, хорош,- немного ревниво произнёс дедуля, - но уверяю тебя, когда я берусь за готовку, устоять не способен никто!

- Даже не сомневаюсь в этом! - Выпалила Лалиса и рванула в коридор, бросив свой рюкзачок прямо на пол.

- Ты куда? – Удивилась ХеМи.

Да и остальные члены семьи тоже задались подобным вопросом, провожая младшую родственницу взглядом.

- В туалет, - не притормозив, кинула на ходу девочка и скрылась за одной из дверей.

- Абоджи, - к разговору подключился ДжэУк и, заметив недовольное выражение на лице матери, немного неловко добавил. – Извини, омма. Абоджи, у тебя какие планы на завтрашний вечер?

- Дайте хоть переодеться что ли! – Чуть возмущённо произнёс СуХён. – Накинулись тут с вопросами. Обсудим это за столом, адыль (Сын.), - ответив ДжэУку, мужчина посмотрел на жену. – Мы с Лалисой по парку, что на набережной реки Хан расположен, гуляли, а затем поехали к моему ученику. Ты должна его помнить, ёбо.

- Забудешь его, как же…? Не вылезал из нашего дома все три года, пока ты его учил, - проворчала Пакпао, разворачиваясь.

Народ как-то сразу засуетился и потихоньку начал возвращаться в гостиную. СуХён ушёл в их с Пакпао комнату, а вот СонМи пошла караулить младшую сестру, потому что терпение её уже заканчивалось. Девушке до жути хотелось начать выкладку книги, хотя, по совести говоря, плевать ей было на книгу. Она желала блистать на экранах!

Только я, как говориться, умостил своё седалище на прекрасный белый унитаз, тут же кто-то поскрёбся в дверь.

- Чего? – Не очень радушно вопросил вторженца, не дающего мне расслабиться в прямом и переносном смыслах.

- Лалиса, - донёсся из-за закрытой двери голос сестры, - может быть мы сегодня начнём, а?

- «Она издевается что ли?» - скосил челюсть на бок, чувствуя, как начинаю злиться. – Онни, дай посрать!

- Фу! – Брезгливое восклицание СонМи пролилось бальзамом на мою душу. – Что за выражение?

- «Может хоть отстанет?»

- Ну, давай сегодня начнём, - продолжила канючить сестра.

- «Не отстала», - порыскал взглядом по сторонам в надежде найти что-нибудь тяжёлое, чтобы запулить этим в заразу, которая не даёт нормально уединиться и отправить естественные потребности. Взгляд мой остановился на рулоне туалетной бумаги, потому что здесь больше ничего и не было. – «Нееее, этим даже таракана не зашибить, а СонМи побольше всё-таки будет.»

- У нас же всё уже готово. Ты сама сказала, - поток красноречия из-за двери усилился. – И в конце концов… Ну что решит один день? Давай сегодня, а?

- «Интересно. А вот если я в неё сейчас какашкой запущу, она сильно обидится?» - подумал и, не сдержавшись, гоготнул.

Вообще, сейчас я очень сильно напоминал пингвина со стороны, потому что и правда обожрался в ресторане отеля, куда мы с дедом заехали перекусить.

- «Вот уж перекусили, так перекусили», - с наслаждением вспомнил накрытый Антуаном, а точнее официанткой, стол, с которого было опробовано и почти съедено всё, что принесли. – Фух!

- Лалиса, не молчи! – Возмутилась сестра и даже легонько стукнула по двери.

- «Нет! Это совершенно невыносимо! Ну никакого такта!» - Глянул на дверь. – Онни, я выйду через пять минут и поговорим. Оставь меня в покое!

- Поговорим о том, как сегодня начнём выкладывать в сеть книгу?

После этих слов, идея кинуть в неё какашкой, уподобившись обезьянам из мультфильма "Мадагаскар", мне перестала казаться такой уж плохой.

- ДА! ДА! Начнём! Уйди уже!

- О! – Долетело восторженное из-за двери. – Супер! Спасибо!

Послышался топот ног, и меня, наконец, оставили в покое.

- Сегодня так сегодня, - пробормотал и вспомнил Юри.

Вообще, я хотел завтра подарить ей и её родителям, разумеется, три экземпляра книги о Гарри Поттере и только после этого заняться публикацией трудов СонМи. Но видимо не судьба.

- Да и ладно.

Сегодня произошло ещё кое-что, а если говорить конкретно, то речь идёт о Джессике. Я смог, честно говоря, понятия не имею как умудрился, уговорить её прийти на тренировку к парням из It's Us. Нет, название нужно менять однозначно! Отстойно звучит и как-то безлико. Вот только рассказывать ребятам я о том, что к ним в гости придёт настоящий Айдол, я ничего не буду. Пусть это станет для них сюрпризом. А то видел как-то раз, как они всей толпой смотрели один из клипов Girls’ Generation и устроили там же массовый слюнопад. Спрашивать ничего не стал. Смысл? И так ясно, что ребята фанатеют... Особенно если вспомнить их восклицания во время просмотра и восхищённые рожи. Хм… Вот интересно, а каково это, когда тобой восхищаются, как звездой?

Место действия: Сеул. Студия танцев

Время действия: двадцать восьмое сентября 2009 года. Поздний вечер

Играет минусовка первой композиции, приготовленной Лалисой для выступления группы It's Us. Парни выкладываются по полной программе, но всё равно кто-нибудь да ошибается. Однако, останавливать практику лидер не спешит, а всё потому, что необходимо понять, кому и над чем нужно поработать, чтобы довести танец до совершенства. Звучит последний аккорд, и все замирают.

- Всё! – Командует ДжэДжун, и народ падает словно кегли, в которые ударил шар для боулинга.

- Наконец-то! – Восклицает ДжинСу и начинает ползти к скамейке, где стоит его бутылочка с водой.

- Совсем старый стал, - насмешливо комментирует ВиЧан, толкая в плечо лежащего рядом ДжонГука и указывая при этом на старшего товарища, который, словно раненый зверь, ползёт к водопою.

- ДжинСу, тебе помочь? – Предлагает неунывающий ХоВон и пытается встать, но передумывает это делать и валится обратно, махнув рукой. – Ай! Да и ладно. Сам справится.

После первой шутки в адрес ДжинСу в студии были слышны смешки, а сейчас и подавно. Парни хоть и устали, но приподнятое настроение, которое взлетело после того, как появился материал для работы, никуда не уходит.

- Друзья называется, - сетует парень, добравшись наконец до вожделенной бутылочки с водой и, открыв её, ложится на спину, начав пить прямо из горлышка, зажмурившись от удовольствия.

Из зажатой в зубах бутылки не вся вода попадает в пищевод, но ДжинСу на это наплевать. Он устал и желает сейчас только две вещи: лежать и пить.

- Эй! Ну, что ты делаешь, хён? – Возмущается ДжэДжун, указывая рукой на воду разлившуюся по полу.

МиЧжун сидит с прикрытыми глазами, оперевшись спиной о стену, и ничего не делает. Услышав сказанное лидером, парень открывает один глаз и косится в сторону свинтуса, который сейчас проявляет свою истинную натуру, но, так ничего и не сказав, лишь улыбается и снова закрывает глаз. ЮнХо тем временем подходит к ноутбуку и что-то там делает.

- И кто это будет убирать? – Приблизившись к ДжинСу, продолжает негодовать ДжэДжун.

Не видя никакой реакции со стороны старшего в их группе парня, он легко пинает того по ноге.

- Эй! Я к тебе, между прочим, обращаюсь, хён!

- Чего ты шумишь? – Выплюнув в сторону опустевшую бутылочку, ворчит ДжинСу, но глаза не открывает. – Я и буду прибирать. Сегодня моя очередь. Так что отстань от меня, нехороший человек!

Возмущение и лёгкое негодование лежащего можно понять, а всё потому, что они уже шестой час работают над хореографией и это без перерывов.

- Лалиса пишет, что у неё какой-то сюрприз для нас есть, но не пишет какой, - оповещает всех ЮнХо, оторвав взгляд от своего смартфона, который он только что достал.

- Сюрприз? – Переспрашивает ДжинСу, продолжая валяться, но всё же, найдя в себе силы, поворачивается к говорившему.

- Интересно, - подаёт голос МиЧжун.

- Сюрпризы я люблю, - расплывается в улыбке ХоВон.

- Может ещё одна песня, – предполагает ДжэДжун, усевшийся на скамейку и начавший переодеваться.

- А что за сюрприз-то, хён? – Приподнявшись на локтях, желает уточнений ВиЧан.

ДжонГук лежит молча. Вообще, честно говоря, он немного иначе себе представлял жизнь айдола, но ребята быстро объяснили ему, что иначе будет только через много лет, когда все они станут знаменитыми и завоюют этот мир. Если, разумеется, будут усердно трудиться. Ну и, конечно, если им немножечко повезёт. На что в тайне они все вместе и каждый по отдельности надеются.

ЮнХо некоторое время не говоря ни слова смотрит на ВиЧана тяжёлым взглядом. В помещении наступает странно гнетущая тишина.

- Ты что, дурак? – Не скрывая раздражения, вдруг задаёт он вопрос.

- Чего обзываешься? – Как-то по-детски, реагирует ВиЧан, немного набычившись при этом.

- You, хён! – Восклицает ДжэДжун, мгновенно реагируя на возможно только ещё зарождающуюся перепалку. – Давай полегче!

- Хе-хе-хе, - слышны ехидные смешки со стороны ХоВона.

Этот гад только ржёт, но вмешиваться не собирается.

- Не, ну а чего…? – Указывая рукой на ВиЧана, кривиться ЮнХо. – Я же сказал, что она не написала какой сюрприз.

- Может он не расслышал, - выдвигает ещё одно предположение ДжэДжун, продолжая защищать бывшего макнэ группы.

С приходом в коллектив ДжонГука, данная роль перешла к нему тупо из-за того, что теперь он самый младший участник.

- Извини, - выдохнув, произносит ЮнХо, обращаясь к ВиЧану, и трёт переносицу. – Устал я что-то.

- Все устали, - меланхолично произносит ДжинСу, шаря при этом рукой по полу в поисках опустевшей бутылки. Делает он это с закрытыми глазами, потому что ленится их открывать.

Найдя искомое, парень всё же разлепляет зенки и, прицелившись, швыряет снаряд в «хама и грубияна», который чуть не устроил перепалку на пустом месте. Бутылка летит по параболической траектории и вместо того, чтобы попасть в тело ЮнХо врезается тому в лицо.

- Ах ты…! – Обалдевает от такой наглости жертва и, схватив тару, отправляет её обратно в агрессора.

ДжинСу вяло отмахивается, но на этом дело не кончается, потому что ЮнХо вошёл в раж, и в его руке появляется чья-то кроссовка.

- Этой моя! – Вскрикивает МиЧжун, заметивший пропажу.

Впрочем, было уже поздно, и орудие мести летит в агрессора, посмевшего поднять руку на музыкального гения. Агрессор, понявший чем пахнет дело, вздымает себя на четвереньки, подняться на ноги у него сил нет, и шустро чешет в сторону ДжэДжуна, пытаясь спрятаться за ним.

- Спасите! – Немного картинно верещит парень, прикрываясь в процессе движения одной рукой. – Помогите!

- Да, хорош вы…, - морщится ДжэДжун, но не успевает договорить из-за прилетевшей в лоб кроссовки.

ХоВон начинает ржать как ненормальный, тыкая пальцем в лидера группы.

- Тебе конец…, хён! – Не предвещающим ничего хорошего тоном возвещает ДжэДжун и поднимает снаряд, только что познакомившийся с его фейсом.

Баталия началась, и никто не ушёл обделённым с поля брани.

Немного погодя, уже стоя на улице, ВиЧан неожиданно задал вопрос ЮнХо, когда парни прощались:

- Обо мне она ничего не писала?

- Кто? – Не понял старший товарищ.

- Так Лалиса, - замялся спросивший.

- Нет, не писала, - задумчиво глядя на друга, ответил ЮнХо.

- Выкинь из головы! – Подключился ДжэДжун, остановившийся рядом. – Мы кажется уже обсуждали с тобой этот вопрос?

- Ну… обсуждали, - неохотно согласился ВиЧан.

- Вот и слушай, что тебе старшие говорят!

Место действия: Сеул. Улица рядом со студией танцев, где занимаются парни из It's Us

Время действия: второе октября 2009 года. Позднее утро

По тротуару неспешным шагом двигаются Джессика с СонМи, Лалиса топает позади, копаясь в своём телефоне. Старшие девушки о чём-то беседуют.

- «Чёртова торопыга!» - Сетую на сестру, потому что начали выкладывать книгу в сеть. – «"Почему так мало подписчиков? Почему так мало подписчиков?" Задолбала!»

За последние дни она вынесла мне мозг окончательно, бегая и дёргаясь из-за всякой фигни:

- «Вот! Смотри! Тут нехороший комментарий. Говорят, что книга глупая.»

У меня нет слов сейчас, как их и тогда не нашлось. Хотя, если пораскинуть мозгами…

- «Ну, какое ей дело до этих комментариев? Она в кадре смотрится просто превосходно. Проклятье! Это и надо было сказать», - глянул на спину СонМи, идущую впереди и болтающую с Джессикой. – «Обойдётся! А вот не фиг было мне "гвозди в голову забивать" каждый день! Зараза!»

- Правда, что ли?! – Чуть ли не вскрикивает вышеупомянутая, вытаращившись на собеседницу.

- Да, тише ты! – Заозиравшись по сторонам, одёргивает её Джессика. – Чего кричишь?

- Прости! - Извиняется СонМи и тоже оглядывается. – Ты правда никогда не встречалась с парнями?

- Правда, - кривится айдол. – Я в компанию пришла, когда мне было пятнадцать лет, и родители сразу подписали контракт трейни, а спустя три года и контракт айдола. А там стоит запрет на любые контакты с представителями противоположного пола, кроме предусмотренных тренировочной и концертной деятельностью.

- Ужас какой! – Слегка округлив глаза, делится своим отношением к подобным запретам СонМи, прижав одну руку к груди. – Но, с другой стороны, ты же айдол теперь. Так ведь правильно! Ну, то…, что не можешь встречаться с парнями.

- Правильно, - кисло соглашается Джессика. - Разве я спорю? Парни подождут. Нужно сначала на жизнь себе заработать, а уж потом о парнях думать.

- Ууу, - задумчиво тянет СонМи. – Я бы, наверное, так не смогла.

Прислушавшись к беседе, понял, что меня данная тема не интересует. Абсолютно! Завтра уже Чхусок и мы пойдём на кладбище, чтобы почтить память предков. Будет ещё какой-то ужин специальный, но, честно говоря, мне по барабану. Вообще, в Республике Корея праздник Чхусок является особенным и на него выделяют аж три дня выходных. Дикость несусветная, если вспомнить, как корейцы работают, а они ведь пашут словно роботы и это не преувеличение.

- Куда сейчас? – Обернувшись ко мне, спрашивает Джессика.

- Туда, онни, - машу рукой в сторону одного из входов в здание.

Надо отдать должное нашему Айдолу. Когда я попросил её сходить со мной поддержать парней и может быть дать пару толковых советов, она не стала кочевряжиться, а просто, почти сразу, согласилась. Только взяла с меня обещание, что не будет никаких фото. Ей, типа там, нельзя с парнями встречаться без присмотра стаффа агенства и так далее и тому подобное. Пошла на фактический подлог, сообщив своему менеджеру, что идёт в гости к подруге. Уважаю! Наш человек!

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: второе октября 2009 года. Это же время

В гостиной усевшись в кресло, которое обычно занимает Лалиса, читает какой-то кулинарный журнал СуХён.

(Кулинарный журнал Jamie Magazine.)

Многоуважаемый мастер Ким выглядит сейчас презабавно – обычная выцветшая от времени футболка с непонятным логотипом; старые потёртые спортивные штаны, уже и не скажешь какого цвета; на ногах розовые пушистые тапочки в виде зайцев, что были позаимствованы у старшей из внучек и, как апогей сюрреализма, очки принадлежащие Пакпао. Последний атрибут пришлось брать потому, что собственные мужчина куда-то подевал.

Появившись в дверях, Пакпао кривится при виде супруга в его, надоевшей ей, домашней одежде.

- Сменил бы уже это старьё, - направляясь на кухню, в который уже раз за последние годы выговаривает мужу старая женщина, - а то выглядишь как нищий из подворотни.

- У нищих, - СуХён трясёт одной ногой, болтая розовым тапком, который всё же слегка ему маловат, - такой шикарной обуви не бывает. Да и в конце-то концов, сколько можно говорить об одном и том же? Мне нравится моя одежда. Да, она старая! Но!.. Она очень удобная, и я к ней привык.

Бабуля, не снижая скорости передвижения, что, к слову, была не столь уж и высока, недовольно бросает напоследок, скрываясь в кухне:

- Помрёшь, в ней и похороню!

Опустив руку с журналом, СуХён с сомнением в глазах осматривает свой прикид. Потом ненадолго поднимает глаза к потолку, а затем, опустив взгляд, пожимает плечами, склонив при этом голову набок.

- Ну… можно и так, - сказав это, он возвращается к чтению, поправив на носу очки в ужасающего вида оправе. – Мне-то уже всё равно будет.

Слышен звук открывающейся входной двери – это ДжэУк с ХеМи вернулись из магазинов, куда ездили покупать всё необходимое для завтрашнего дня. Дело в том, что Чхусок очень почитаемый праздник у корейцев, и к этому дню люди готовятся очень тщательно, чтобы не дай бог не опозориться перед окружающими. Если представитель корейского общества делает ошибку, то его первой мыслью будет не: «Ох, что же делать?», а скорее: «Что же подумают люди?». Именно поэтому здешние обитатели так трясутся над «лицом».

- Вот, - ставя пакеты с приобретёнными товарами на стол, отчитывается перед поднявшимся отцом ДжэУк. - Всё купили.

- Хорошо. Будем смотреть, - приблизившись и отложив перед этим журнал, кивает СуХён. – Надеюсь не как в прошлый раз.

Старший мужчина в семье Ким начинает доставать купленное сыном с невесткой. Из кухни выходит Пакпао, присоединяясь к действу. А ДжэУк с ХеМи уходят по своим делам.

- Так, это что? – вытащив на свет первый свёрток, разглядывает его СуХён. – Свежий рис. Просто замечательно! Далее у нас идёт…

- Хороший и главное урожай этого года, - развернув переданную упаковку, констатирует Пакпао и обращается к супругу с вопросом. – Чарие (Тщательно продуманная сервировка стола для предков дома. Есть конкретные последовательные шаги, чтобы сделать всё правильно. Например, нужно зажечь свечи перед тем, как алкоголь будет разлит в три разных стакана, а затем дважды поклониться.), как обычно, будешь организовывать сам?

- Да, - не отвлекаясь, отвечает СуХён. – Пока жив – это моя святая обязанность. Помру, ДжэУк будет это делать.

- Тфу! – Раздражённо сплёвывает супруга и замахивается. – Я вот как дам тебе сейчас по твоей пустой голове, СуХён!

- Не стоит, - всё столь же меланхолично отвечает дед и хмыкает, заметив замах. – От того, что ты меня ударишь, здоровее я не стану.

Вернувшаяся в гостиную ХеМи украдкой наблюдает за беседой, улыбаясь при этом.

- Мне снова нужно одевать ханбок? - Вдруг спрашивает Пакпао.

Откровенно говоря, она не очень любит все эти традиционные наряды. Не только корейские, но и тайские её всегда раздражали. Они неудобны, частенько излишне громоздки и приходится тратить уйму времени, чтобы правильно облачиться. Странная привычка, привитая ей отцом - одеваться лишь в то, что удобно для неё, а всё остальное «от лукавого», как говорил Виктор, иногда приводила к неожиданным последствиям.

- Разумеется, - не отрываясь от своего занятия, отвечает СуХён, вытаскивая в этот момент из пакета Сикхе (Корейский традиционный сладкий рисовый напиток, который часто пьют как десерт. Этот рисовый напиток изготовляется из риса и масла. Может называться также тансуль или камджу. Оба названия означают «сладкое вино» и могут употребляться также для называния другого напитка, слабоалкогольного камджу.) и, разглядев надпись на этикетке, кивает. – На этот раз выбрал самый лучший. Молодец!

- Ты знаешь, а я, кажется, забыла его привезти, - вспомнив, с еле скрываемой радостью в голосе произносит Пакпао. – В мае и подумать не могла, что задержусь здесь до самого Чхусока.

- Ничего страшного, ёбо, - бросив насмешливый взгляд на жену, разочаровывает ту СуХён. – Я его захватил с собой.

Услышавшая безусловно "радостную" весть, Пакпао вымучивает из себя улыбку. Вроде бы… Ну, что такого? Один раз в год нарядиться в ханбок – мелочь, не стоящая даже толики внимания. Однако, так размышляет лишь тот, кто ни разу не одевал подобный наряд, в котором передвижение становится настоящим испытанием для человека, привыкшего к свободной форме одежды.

- Как я рада, - безэмоционально произносит бабуля. – Ты такой молодец, СуХён.

Вышедший незамеченным из их с ХеМи спальни, ДжэУк тоже улыбнулся, вспомнив, как родители год за годом обсуждали этот же вопрос, и каждый раз его омма реагировала в подобном ключе на традиционный корейский наряд. Приблизившись к столу, мужчина подключается к сортировке купленных им с женой продуктов и не только. ХеМи присоединилась к этому делу.

- Мы идём в то же время, что и обычно? – Спрашивает ДжэУк, обращаясь к отцу.

- Да, думаю, да. Никто не звонил и ничего мне не говорил, а значит время то же.

- Замечательно! Значит я успею кое-что доделать, прежде чем поедем на кладбище.

- Ты так много работаешь, - с осуждением в голосе произносит ХеМи, но толика гордости за мужа всё же проскользнула в интонации.

- Я люблю свою работу, - пожимает плечами ДжэУк.

- Твой харабоджи мне как-то раз сказал, что нужно найти работу по душе и никогда в жизни тебе не придётся работать, - глядя на сына, припоминает Пакпао.

Закончив с самым важным, СуХён возвращается к креслу. Основное он уже проверил, а остальным пусть занимаются сын с невесткой. Ему можно и присесть расслабившись.

- Хм! – Вскидывается СуХён, оторвавшись от чтения журнала, к которому он только что вернулся. – Какое странное утверждение.

- Чего там странного-то? – Смотрит на мужа Пакпао.

- Да, просто непонятно. Как это? Работать, не работая – противоречие же, - уточняет дед.

- Никакого противоречия нет, СуХён, - взгляд старой женщины, которым та смотрит на спутника жизни, становится укоризненным, и она приступает к объяснениям. – Просто, когда человек занимается любимым делом, он практически не устаёт. Вот и всё. Отсюда и выражение такое.

- И всё равно, неясно, - мотает головой дед. – Неправильно звучит. Хотя… Я никогда не понимал твоего абоджи. Он мне всегда казался странным, - заметив выражение лица жены, приобрётшее угрожающие чёрточки, СуХён тут же добавляет. – Он был хорошим человеком…, но вот понять его у меня не всегда получалось.

- Ну ты скажешь тоже, - насмешливо бросает Пакпао. – Мы-то с оммой не всегда его понимали. Что уж о тебе говорить?

Место действия: Сеул. Квартира Ли ХёнСока

Время действия: второе октября 2009 года. Чуть ранее этим же утром

На кухне у индукционной плиты, пританцовывая, занимается готовкой ЧхэВон. Женщина обжаривает тонко нарезанные кусочки говядины, приправленные каким-то соусом. Запах в помещении стоит умопомрачительный. Накинутая на голое тело белая рубашка, принадлежащая главе агенства Big Hit Entertainment, спускается едва ниже бёдер, не скрывая длинных стройных ног. Волосы кулинарки немного растрёпаны, но скорее картинно, нежели на самом деле. В дверях, прислонившись к косяку, стоит ХёнСок, наблюдая за ней. Из динамика смартфона, лежащего на столе, разлетаются по всему помещению звуки ритмичной музыки.

- Ты такая красивая, - подойдя ближе и скользнув одной рукой по талии подруги, притягивая её к себе, от чего та немножко вздрогнула, а второй забрав лопатку, ХёнСок продолжает льстивую речь. – Особенно с утра.

- Продолжай… - повернувшись всем телом, просит ЧхэВон.

- Никак не могу тобой налюбоваться, - отложив лопатку, мужчина ласково провёл рукой по плечу женщины, отодвигая часть рубашки и оголяя тем самым плечо и ключицу, но, прежде чем поцеловать последнюю, продолжил, - и удержаться, стоя рядом…

Спустя примерно час парочка, лёжа в постели, наслаждалась редким для Республики Корея выходным днём. Боже мой! Откуда только "старички" силы то взяли на такой утренний "забег"?

- Ты когда к родителям поедешь? – Ласково ведя рукой по спине подруги, задал вопрос ХёнСок, в то время как её голова покоится на его груди.

- Скоро уже надо ехать, - немного грустно произнесла ЧхэВон и, открыв глаза, взглянула на мужчину. – А ты?

- Как и ты, скоро поеду… Только мне ещё надо в агентство заглянуть.

- Мог бы и отложить все дела на это время. Там ведь всё равно никого нет… практически.

- Мог бы… но не буду. Сама же знаешь, что если не контролировать, то всё быстро может начать разваливаться, - вспомнив кое-что, ХёнСок покосился на подругу, которая, вновь прикрыв глаза, тихо лежала на его груди. – Всё не было времени спросить… Как те две девочки, которых я отправил на прослушивание?

ЧхэВон резко открыла глаза и приподнялась, уставившись на мужчину.

- Одна из них дочь ДжэУка, - поняв, что выбрал не лучшее время для вопроса, поторопился уточнить ХёнСок.

Взгляд женщины смягчился, но она всё же не удержалась и стукнула сжатым кулаком по груди «дурака».

- Нашёл время!..

- Прости! – Довольно лаконично извинился ХёнСок. – И всё же… Расскажи, как там прошло?

- Да, ничего особенного, - заняв прежнее место, ответила ЧхэВон. – По результатам просмотра было принято решение предложить одной из девочек контракт трейни. Вторая не подошла.

- Которую подписали?

- ЧэЁн кажется, - тут женщина махнула кистью в сторону. – Вроде ЧэЁн. Я уже и не помню.

- Понятно. А что вторая?

Называть имени он не стал. Зачем? ЧхэВон и имя первой из девочек не сразу вспомнила.

- Она мне не понравилась, - сморщив носик, ответила ЧхэВон. – Зашла в студию как-то небрежно, поклонилась недостаточно учтиво. К тому же, она прихрамывала на правую ногу. Хотя… даже с учётом этого, надо отдать ей должное, танцевала она неплохо.

- Вы что-нибудь у них спрашивали? Ну, помимо стандартного?

Последний вопрос был задан не просто так. Причина была довольно веской, а именно - пометка на полях бумаги с распоряжением, которую оставил лично ХёнСок, где говорилось о том, чтобы стафф поинтересовался увлечениями конкурсанток и, в частности, тем, пишет ли кто-то из них стихи. Однако, в тот момент ЧхэВон была ТАК зла на своего мужчину, что просто не обратила на это внимания, поверхностно пробежав глазами текст.

- Нет. Да и что там было спрашивать? Две обычные школьницы. Пусть и не бесталанные.

- Ясно, - мысленно вздохнув, произнёс ХёнСок, а затем задумался над сложившейся ситуацией. – «С одной стороны – это ошибка. И серьёзная! С другой – она моя женщина. И это тоже серьёзно!» - Снова мысленный вздох. – «Говорила мне омма: «Никогда не смешивай личное и работу, адыль. Это может сильно навредить первому и испортить второе!» И тут ты была права… Впрочем, это сейчас не так уж и важно. Но всё-таки, ты как всегда права, омма.»

Место действия: Сеул. Студия танцев

Время действия: второе октября 2009 года. Всё ещё позднее утро

Солнечные лучи, проникающие внутрь, заливают помещение ярким светом, тем самым невольно поднимая настроение присутствующим. Парни только что переоделись и ждут Лалису с её сюрпризом, которая похоже немного опаздывает. Глянув время на экране стоящего на столе ноутбука, ДжэДжун недовольно морщится.

- Она скоро будет, - понявший из-за чего гримасничает лидер, говорит ЮнХо.

- Откуда знаешь? – Интересуется, сидящий рядом на скамеечке ВиЧан.

Делает он это с излишним на взгляд окружающих энтузиазмом. ДжэДжун кидает укоризненный взгляд на спросившего.

- Чего? Я просто спросил, - мнётся ВиЧан и начинает что-то искать, поворачиваясь то в одну сторону, то в другую.

- Ага, - насмешливо кивает ХоВон.

Открывается дверь в студию, и на пороге появляется обсуждаемая персона в сопровождении своей сестры. Парни быстро поднимаются на ноги, чтобы поприветствовать девчонок, но замирают, когда те расходятся в стороны и в проёме появляется Джессика. Наступает гробовая тишина. МиЧжун даже распрямиться не успел – он так и застыл в полусогнутом состоянии, а всё потому, что именно Джессика является его биасом.

- Холь (Сленговое выражение крайнего удивления, используемое молодёжью в Корее. Может использоваться как в позитивном, так и не очень ключе.)! – Потерянно произносит ДжинСу.

Он, разумеется, видел Джессику в институте Сонхва, да и Юну тоже, но подходить к ним не решался, даже для того, чтобы просто попросить автограф.

ВиЧан не видевший происходящего, потому что отошёл к своим вещам, оборачивается, держа в руке телефон:

- Нашёл! – Радостно оповещает он присутствующих и натыкается на любопытный взгляд Джессики, рассматривающей именно его в этот миг.

Телефон выскальзывает из его рук и, сопровождаемый громким звуком, знакомится с полом:

- Бам! – Это становится своеобразным триггером.

Парни, все как один, резко выстраиваются в линию и кланяются, говоря при этом:

- Аньён хасеё, Джессика-сии! Спасибо, что почтили нас своим вниманием!

Я стою и наблюдаю за тем, как ребята колбасятся, потому что поклон они выполнили не один. Улыбка сама собой наползает на лицо. Рядом, с другой стороны дверного проёма, замерла СонМи.

- «Козырно!» - Мысль сама собой всплыла в голове. – «Вот это я понимаю – почтение! Не то что, как некоторые, которые кланяются просто потому, что так положено. Было бы круто, если бы и мне так кланялись.»

Мысли подобного толка последнее время что-то частенько начали посещать мою голову.

- «С чего бы вдруг?»

- Аньён хасеё, - вежливо поприветствовала ребят Джессика и поклонилась, но не столь глубоко, и толкнула меня локтем.

- Чего? – Не сразу сообразил я, на что она намекает, а потом до меня дошло. – Оу! Сейчас…

Молчавшая всё это время СонМи только глаза закатила, показывая своё отношение к подобной несообразительности, если выразиться мягко, и где-то даже невоспитанности своей младшей сестры.

Мы втроём подошли к кривой шеренге, и я начал представлять парней Джессике. Разумеется, придерживаясь местных традиций, знакомство стартовало с самого старшего:

- Джессика, позволь представить тебе моего друга Ким ДжинСу, - указал на вновь поклонившегося парня.

- Очень приятно, - кивнула девушка и протянула руку.

ДжинСу взял её ладошку обеими руками. Сделал он это очень осторожно, словно та была хрустальной.

- Я, кстати, тебя помню. Ты вроде учишься со мной в институте, только на курс ниже?

- Это так, Джессика-сии, - снова поклон.

- Идём дальше! – Скомандовал я, не желая затягивать процедуру.

А то судя по выражению на лице ДжинСу, он сейчас был готов поведать всю свою жизнь, лишь бы продолжить разговор.

- Это, - кивнул я на следующего, - Ли ЮнХо – потрясающий звукорежиссер, композитор и просто хороший парень.

Мои слова явно пришлись по душе ЮнХо, потому что кончики его губ дёрнулись вверх.

Пока шло знакомство СонМи всё это время была рядом с Джессикой и Лалисой.

- «Как ей это удаётся?» - Думала девушка. – «Просто так заводить знакомства. Да ещё такие…», - взгляд невольно скользнул по младшей сестре, которая сейчас представляла Джессике очередного участником группы It's Us. – «И ведь сама этого даже не замечает. И как будто ничего такого в этом нет. Может это из-за потери памяти? Хм… Возможно.»

Когда очередь подошла к МиЧжуну, тот уже был ни жив ни мёртв. Парня сначала потряхивало от лошадиной доли адреналина, вплеснувшегося в кровь, а затем наступила какая-то апатия с примесью отупления.

- МиЧжун, - услышал голос Лалисы парень, он шёл откуда-то издалека. – МиЧжун-оппа, - и вновь этот голос.

Взгляд парня тем временем не отлипал от лица Джессики, которая ещё и улыбалась, вводя тем самым своего фаната в ещё больший ступор.

- Я… я… - пролепетал что-то невнятное юноша и, поняв, что выглядит полным идиотом, зажмурился.

- Гы! – Издал непонятный звук ХоВон, будучи уже представленным Джессике и просто наблюдающим за происходящим, и продекламировал. – Зайдите позже, никого нет дома.

Нет, он тоже балдел от Girls’ Generation и даже купил их альбом, впрочем, как и остальные мемберы его группы, но всё же парень не был великим фанатом, а потому голову не потерял.

Послышались смешки, поначалу лёгкие и совсем необидные.

- Я это… О-о-о… - выдал тут МиЧжун, и столь эпическая фраза стала триггером.

Взрыв хохота разорвал тишину словно атомная бомба, окончательно убив всё величие момента.

ДжэДжун закрыл лицо руками и отвернулся, еле сдерживая порывы смеха, но не особо удачно. Он оказался самым воспитанным из всех здесь присутствующих, потому что остальные не сдерживались. Некоторые даже на пол опустились. Всё это касалось парней и даже отчасти Джессики с Лалисой, но не СонМи. Девушка нахмурилась и бросила злой взгляд на младшую сестру, которая, наклонившись вперёд ржала, уперевшись при этом руками в колени.

Понятное дело, что всё это представление я затеял исключительно ради удовольствия. Никто из современной молодёжи не устраивает церемонии знакомства подобным образом. Уж это-то я выяснил. Просто мне хотелось посмотреть на реакцию ребят, а потому пришлось просить Джессику вести себя слегка отстранённо. Да и просить особенно не пришлось. Ей в какой-то момент и самой стало интересно, что из этого всего выйдет.

Заметил, живя тут, ещё один странный на мой взгляд момент: если сопоставить по возрасту с Россией, то здешняя молодёжь шестнадцати - двадцати лет находится на уровне развития, имеется ввиду социализация и, в особенности, общение с противоположным полом, примерно наших тринадцатилетних подростков. Ну, может быть, четырнадцатилетних... Непонятные они тут все. Другие какие-то. Но приходится крутиться, как могу.

МиЧжун с силой зажмурился. Парню хотелось провалиться под землю. А ещё он покраснел до состояния раскалённой сковороды.

- «Это конец!» - Более или менее целостная мысль промелькнула у него в голове.

Смех начал потихоньку утихать, и я наткнулся на взор любимой старшей сестры, что обещал мне все кары небесные и ещё кое-что. Продолжая посмеиваться, подошёл к ней.

- Зато ты теперь не одинока, - шепнул на ухо и подмигнул.

- Потом поговорим, - прошипела СонМи и направилась к МиЧжуну, продолжавшему стоять с закрытыми глазами.

Она решила его приободрить, припоминая свой позор при знакомстве с Джессикой.

- «Если она кому-нибудь об этом расскажет? Я её точно прибью!» - Подумала СонМи, держа в уме Лалису, аккуратно дотронувшись до локтя парня.

Место действия: Сеул. Студия танцев

Время действия: второе октября 2009 года. Обеденное время

В помещении стоит тишина. Джессика сидит, прислонившись спиной к зеркальной стене, и смотрит на парней, что сейчас замерли словно статуи в креативных позах, завершающих танцевальные движения. Сёстры Ким расположились у другой стены, чтобы не мешать профессионалу и вообще не отсвечивают, тихонечко переговариваясь друг с другом.

- ДжинСу, - отмерев, начинает говорить Айдол, указывая рукой на парня, так и не поднявшись с пола, - левую ногу согни чуть больше.

Вся группа стоит не шевелясь. Услышав команду, ДжинСу выполняет её незамедлительно, а затем вопросительно смотрит на Джессику:

- Так, Джессика-сии?

- Да, так. Ты молодец! – Девушка всё-таки поднимается на ноги и меняет ракурс обзора, понимая, что фанаты в зале будут смотреть на ребят не только с фронтальной стороны. Сделав несколько шагов в сторону сестёр, продолжающих болтать, она останавливается и приседает на корточки.

- Не хочу я красить волосы, онни, - слышен просящий голос Лалисы. – Может ты поговоришь с Джессикой?

- Как она решит, так и будет, - невозмутимо отвечает СонМи, кивнув в сторону их новой подруги. – Ты ей обещала, а не мне.

Самодовольная улыбка, человека достигшего желаемого результата, не сходит с лица старшей сестры. Младшенькая кривится и снова открывает рот, но тут её останавливает голос:

- Девочки, - услышавшая разговор, Айдол поворачивается в сторону болтушек, мешающих сосредоточиться, - не мешайте!

СонМи делает большие глаза и начинает интенсивно кивать. Лалиса же показывает, как закрывает рот на замок и выкидывает ключ.

- «Вот же ж засада-то, а!» - Возмущался мысленно я, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. – «Не, ну ладно накраситься там – это я могу принять. Актёры, все дела… В общем потянет. Но, блииин! Волосы-то зачем красить? Не понимаю! Я в курсе, что на этом пунктике у девчонок определённый бзик. Нормально… Не против. Только вот у меня такого закидона не было никогда, и вряд ли он появится», - глянул на Джессику. – «Сговорились "Евино семя"!»

Джессика и на самом деле довольно быстро согласилась на мою просьбу помочь парням. Только вот с одним маааленьким таким условием. Я-то дурак даже и внимания тогда не обратил на их с СонМи перешёптывания. А вот оно в итоге как вышло.

- «Ууу! Манипуляторши чёртовы! "Скажу после того, как сходим к твоим It's Us."», - мысленно передразнил я Джессику, глядя на неё волком, а затем опустил взгляд вниз.

СонМи сейчас поведала мне их коварный план, который включает в себя поход в салон красоты. И не какой-нибудь там СПА, куда я и сам бы не отказался сходить, а именно в солон-парикмахерскую.

- «Смущают юные умы эти суккубы в человеческом обличии», - покосился на сестру, что в данный миг изображала из себя буддиста, достигшего нирваны. – «Звери!»

Вернувшись к пристальному рассматриванию ребят, Джессика некоторое время молчит и лишь спустя пару десятков секунд, сместившись ещё чуть-чуть, командует вновь:

- ДжэДжун, полшага вперёд! Ага. Вот так! – Вытянутая перед собой раскрытая ладонь демонстрирует вышеназванному достаточность его действий.

Обойдя по кругу мемберов группы, Айдол в конце концов выносит свой вердикт:

- С прискорбием могу вам сообщить, - слегка похоронным тоном начинает вещать девушка и видит, как лица парней вытягиваются от услышанного, - что вы меня удивили!

Ничего не понимающие взгляды устремлённые на говорившую заставляют, ту улыбнуться. И тут, к облегчению ребят, Джессика начинает прыгать на месте, хлопая при этом в ладоши.

- Просто великолепно!

Слышен единовременный выдох семи мужских глоток. Откровенно говоря, это был седьмой или восьмой показ, как им до сего дня казалось, хорошо отрепетированного парнями танца, что Айдол пристально рассматривала и каждый раз поправляла недочёты, коих, к слову, было не так уж и много к её немалому удивлению. После слов Джессики атмосфера в помещении тут же меняется: улыбки на лицах парней приводят её к позитиву. Мемберы группы It's Us, не сговариваясь, выстраиваются в линию перед неожиданным, но всё же очень приятным во всех отношениях наставником, и кланяются.

- Огромное спасибо, сонбэним, что поделились своими знаниями и мудростью с нами!

- Мне было приятно, - наклоняет голову девушка, - помочь начинающим айдолам. Что-то мне подсказывает, что вас ждёт несомненный успех.

Парни снова кланяются польщённые такими словами.

- Но благодарить вам нужно не меня… - взгляд Джессики перемещается на самую младшую из сейчас находящихся здесь.

Лалиса тем временем сидит насупленная, смотря куда-то вниз и в бок. Отсутствие косметики на лице и убранные в хвост чёрные как смоль волосы лишь подчёркивают удивительную привлекательность девчонки. Она явно чем-то недовольна, но этот вид делает её скорее милой и где-то даже несчастной, нежели страшненькой, как это частенько случается с представительницами слабого пола.

(Обидка.)

Выражение лица ВиЧана, взглянувшего на Лалису, становится неописуемо дебильным, как, впрочем, и у каждого «влюблённого идиота». Первой данную метаморфозу примечает Джессика и, несколько раз переведя взгляд с парня на девочку и обратно, расплывается во всё понимающей улыбке. ДжэДжун, разглядывавший до этого Айдола, следует за её взором и натыкается на лицо друга, при виде которого у него возникает желание заехать себе по лбу открытой ладонью. Лидер всё же кое-как сдерживается и, сделав короткий приставной шаг, тыкает ВиЧана локтем в бок.

- Прекрати немедленно! – Тихо, но очень веско произносит он, привлекая к себе внимание.

- Что? – Оборачивается тот, не меняя глупого выражения на лице.

Пацан походу вообще выпал из реальности.

- Я говорю: перестань на неё пялиться! – Кивок в сторону Лалисы.

- Я… я не пялился, - начинает краснеть «влюблённый идиот» и резко отворачивается от друга и от Лалисы заодно в совершенно противоположную сторону.

- Ага, - скептически произносит ДжэДжун, не сводя взгляда с младшего товарища.

- Джессика-сии, - подаёт голос ДжинСу, - а можно ваш автограф?

- … и сфотографироваться, - влезает ХоВон.

- Автограф – да, фото – нет, - улыбаясь, отвечает сразу на оба вопроса Айдол. – Что замерли? Несите то, на чём можно оставить автограф! У меня с собой ничего нет.

Парни засуетились и полезли каждый в свой рюкзак, что были разбросаны по углам студии.

- Да где же ты? – Вороша шмотки, ворчал МиЧжун, пытаясь найти фотографию биаса, которую он постоянно таскал с собой.

Примерно такие же высказывания неслись со всех сторон, что немало забавляло Джессику, подошедшую к сёстрам.

- Лалиса, ты чего? – Обратив наконец внимание на выражение лица девочки, задала она вопрос.

- А? – Выплыла из своих невесёлых размышлений мелкая. – Нет, ничего, онни. Всё хорошо, - появившаяся улыбка, как по волшебству преобразила говорившую. – Просто задумалась…

- И о чём ты таком ужасном думала, что была похожа на маленькую обиженную девочку? – Джессика приложила обе руки к груди. – У тебя был такой несчастный вид. Так и хотелось тебя обнять и утешить.

- Чё правда, что ли? – Вытаращилась на говорившую Лалиса, поднявшись на ноги. – Эммм…

Вставшая с пола СонМи, не скрывая ехидства в голосе, обратилась к Джессике, кивнув на сестру:

- Она красить волосы не хочет. Вот и дуется как маленькая.

- И ничего я не дуюсь, - насупилась Лалиса, что вызвало смех у обеих девушек.

Тем временем начали подтягиваться парни. По крайней мере те из группы, что нашли, где Айдол может оставить автограф. Впрочем, данная сессия не продлилась долго по причине малочисленности фанатов. Однако, это нисколько не умаляет того факта, что рожи у присутствующих поклонников таланта Джессики после получения заветной закорючки были одухотворённые. Даже слишком, на мой непритязательный взгляд. Кто-то из парней подсунул на подпись фото небольших размеров всей группы, кто-то попросил расписаться на наклейке, что была на задней стороне его смартфона, но вот МиЧжун приблизился к кумиру, держа в руках, изображение Джессики из последнего клипа.

(Джессика в красном.)

- Тебе понравилось это музыкальное видео? – Вдруг спросила девушка, приняв из рук парня фотографию.

Джессике забавным показалось то, что она была самоделкой, а не из мерча (Мерч — это брендированная продукция с символикой компаний, мероприятий или знаменитостей. Чаще всего это канцелярия, одежда, постеры, аксессуары и сувениры, которые продают или дарят фанатам.), распространяемого агентством. Нет, она не имела ничего против такого, но сам факт вызвал улыбку.

- Очень!.. – Потупился МиЧжун.

Парень явно чувствовал себя не в своей тарелке в присутствии биаса. Да ещё и с таким бэкграундом.

- Моему самому верному фанату, - озвучила то, что написала на фотографии Айдол и двумя руками с поклоном вернула собственность парню.

- Спасибо, Джессика-сии! - Совершив более глубокий поклон, поблагодарил МиЧжун, с улыбкой принимая подписанное фото. – Вы самая красивая и талантливая во всей группе!

Девчонки как-то быстро собрались и ушли, сразу после розданных Джессикой автографов. Разумеется, парни проводили столь примечательную троицу до самого такси и ещё некоторое время стояли молча, глядя вслед удаляющейся машине.

- Жрать охота, - испортил всю красоту момента ХоВон и погладил свой живот.

- Айщь! – Возмутился ДжинСу. – Ну ты каждый же раз!.. Ведёшь себя, будто не в Сеуле родился и вырос, а где-нибудь в деревне.

- Вот бы ещё автограф Санни получить, - мечтательно произнёс ДжэДжун.

- Тогда уж ТэЁн, - резво отреагировал ДжинСу.

- … или Юны, - задумчиво добавил ДжонГук.

- Попроси в следующий раз Лалису, чтобы она Юну привела к нам на репетицию, - меланхолично предложил ЮнХо, разворачиваясь и направляясь обратно.

- Было бы просто великолепно! – Столь же мечтательно, как и ДжэДжун до этого, проговорил ХоВон.

Парни, не сговариваясь, отправились назад в студию, потому что день был ещё в самом разгаре и работы предстояло проделать много. Всё это для того, чтобы осуществить когда-нибудь общую мечту и выйти на сцену под оглушительный рёв тысяч, а если повезёт и десятков тысяч фанатов.

- Она крутая, - задумчиво произнёс ВиЧан и бросил взгляд в сторону, куда только что уехало такси, а затем скрылся в дверном проёме.

Место действия: Сеул. Парковка рядом с парикмахерской Hair && Joy в районе Хондэ

Время действия: второе октября 2009 года. Послеобеденное время

Вылезшая из остановившегося такси троица девушек, двое из которых выглядят постарше, да и одеты они получше младшенькой, направляются к дверям ведущим в помещение, где располагается салон.

- Ты разве здесь ещё не бывала? – Удивлённо спрашивает Джессика, обращаясь к СонМи.

- Нет, онни, - отвечает девушка, на ходу разглядывая здание.

- Это лучшая парикмахерская в Сеуле! – Безапелляционно заявляет негласный лидер троицы.

Лалиса тащится позади с обречённым видом.

- «Вот и делай после этого всяким разным добро», - размышляю, топая к месту, где мне сейчас будут мучить мои волосы. – «Вроде ведь только хорошее людям стараюсь делать… А результат?»

- Ну… если говорить совершенно честно, то она одна из четырёх лучших во всём Сеуле, - продолжает тем временем просвещать новую подругу Джессика. – Здесь работают всего четыре стилиста и все четверо прошли курсы высокого уровня Vidal и Tony && Guy парикмахерского искусства, а двое прошли курсы колористов L'oreal. Каждый из них посвятил себя обслуживанию клиентов и продвижению миссии под слоганом: «Там, где волосы встречает красота».

- Вау! – Искренне восхищается СонМи и поворачивается к сестре. – Видишь куда идём?

- В парикмахерскую, - пожав плечами, индифферентно отвечает Лалиса.

- Ничего-то ты не понимаешь! - Озвучивает фактически прописную истину старшая сестра и смотрит на Джессику с намёком: нет, ну ты видела?

- Сейчас всё поймёт, - утвердительно произносит Айдол и первой входит в здание.

Сама парикмахерская расположилась на третьем этаже и была довольно примечательной. Спроектирована она была так, чтобы напоминать крупный город, такой как Нью-Йорк или Лондон, с большим пространством, где размещены несколько стульев и зеркал, которые расположены близко друг к другу, чтобы клиентам было легче общаться с друзьями, пока делаете прическу.

(Зал Hair && Joy.)

Буквально на самом пороге нас встретила довольно милая девушка:

- Добро пожаловать в салон-парикмахерскую Hair && Joy! – Произнесла приветствие она, по всей видимости бывшее дежурным, что слышит каждый посетитель, а затем обратилась к Джессике. - Аньён хасеё, Джессика-сии! Рада вновь видеть вас! Всё как обычно? – Администратор поклонилась и, получив утвердительный кивок от постоянной клиентки, добавила. – Ева вас уже ждёт.

Пока девушки общались, я разглядывал помещение.

- «Ничё так парикмахеры устроились.»

Огромное пространство было разделено на несколько секций, в каждой из которых стояли кресла для клиентов абсолютно разной формы в зависимости от их дислокации.

- Меня зовут Ким МиЧа. Чем я могут быть вам полезной? – Обратилась уже к нам администратор.

- Ким СонМи, - сестра успела высказаться первой, представившись, а затем указала на меня. – Моя младшая сестра Лалиса. У нас заказано время.

- «Можно подумать и так незаметно, что я младше», - покосился на онни. – «Расфуфыренная, словно новогодняя ёлка. Да и Джессика такая же…», - быстренько обвёл взглядом присутствующих. – «Здесь, как погляжу, собрались любительницы покрывать лица тоннами косметики. Сдаётся мне, что я вообще тут один, как человек выгляжу.»

Однако, нечто подсказывало, вот интересно даже, чтобы это могло быть, будто данный факт вскоре претерпит определённые изменения. И повлиять на эту ситуацию я, конечно, могу, но вот последствия будут прямо-таки: «Ой Вей!». Что, разумеется, сильно отразится на моих планах общения с Джессикой. А это не хорошо! Мало того, что она мне просто интересна как человек, так она ещё далеко не всё рассказала о K-POP как таковом и прочих прелестях жизни в Корее, которые подстерегают девушек. Сестра и остальные родственники не в счёт… Все они берегут мою «детскую психику» и тут их, пожалуй, можно понять. Так что стиснули зубы и молча терпим измывательство над нашим с СоЫн величеством! СоЫн давно уже нет, но это и неважно. Оставил её как своеобразное Альтер эго, чтобы хоть как-то мириться с происходящим вокруг меня дурдомом, периодически приобретающим прямо-таки гротескные формы.

- Очень приятно! - Улыбка снова озарила лицо девушки-администратора. – Вас будут обслуживать мастера СуЮн и ЧонЭ. Прошу вас, присаживайтесь!

Только я умостил зад и хотел отрыть рот, чтобы попросить мастера о «помиловании», как заговорила Джессика, успевшая до этого перекинуться парой фраз Евой:

- Сейчас все вместе будем выбирать цвет волос для Лалисы.

- Ой, как здорово! – Захлопала ЧонЭ, стоявшая у меня за спиной.

СуЮн и Ева, которая, к слову, тоже была кореянкой несмотря на явно европейское имя, с задумчивым видом посмотрели на меня. Обвёл взглядом недюжинно заинтересованные лица.

- «Писец котёнку!» - Подумал и выдохнул набранный воздух. - Пффф!

Данное действие было интерпретировано присутствующими не совсем верно.

- Ты обещала! – С очень настораживающей улыбкой глянула на меня Джессика.

Перевёл взгляд на онни, лицо которой выражало истинное предвкушение, перемешанное с толикой сомнения. СонМи прекрасно знала свою сестру и понимала, что вот сейчас она может послать всех так далеко, куда и дороги-то не ведут.

- Да, делайте вы, что хотите! – Махнул рукой и ушёл в глубины подсознания.

- Несите колор-карту, девочки! – Радостно возвестила Джессика. – Это будет интересно!

Народ засуетился. В итоге примерка цвета длилась минут пятнадцать, а может и больше. Я не следил. Я был в печали от всего происходящего с этим бренным телом. И даже понимание того факта, что никуда мне от этого всё едино не деться, примиряло с действительностью слабо. Впрочем, это всё мелочи. Ну, хотят девки с «живой игрушкой» побаловаться ради собственного развлечения? Пусть их… Смыть всё и вся всегда успею, если что. Красить волосы мне пришлось в другом помещении, где я благополучно и уснул. Уснул потому, что здесь в кресле нужно было практически лежать. Ну, хоть подремал. Уже хорошо.

- Посмотри, у неё уши проколоты или нет, - вернул меня в сознание голос Джессики, что на пару с сестрой стояли рядом и с задумчивым видом разглядывали меня.

- «Уши? Какие уши?! Об ушах речи не было!» - Только я хотел подать голос из-под полотенца, что прикрывало моё лицо, как вышеупомянутые части тела были бесцеремонно облапаны.

- Не заросли, - констатировала факт СонМи.

- Значит, после макияжа идём в ювелирный!

- Надо ещё пару колечек присмотреть…

- Ты думаешь?

Непродолжительное молчание, повествующие о мыслительной деятельности беседующих. Мою попытку снять с лица полотенце, прервал шлепок по руке.

- Не трогай! Волосы ещё не готовы, - оповестила недовольным тоном СонМи.

- Ты знаешь, СонМи… А пожалуй ты права на счёт колец. Парочку ей обязательно нужно прикупить, - от задумчивой интонация голос Джессики быстро перетёк в брезгливую. – А то выглядит она… ну прям… не очень хорошо. Да и эти штаны спортивные с толстовкой и кедами…

- Нормальная одежда! – Возмутился я, оставив попытки освободить глаза. – «Блин! Да они совсем уже берега начали терять!»

- Ты на парня похожа! – Припечатала СонМи, и я прям почувствовал, правда непонятно чем или как, что Джессика согласно кивает.

- На себя я похожа, онни!

- Пффф! – Сдвоенное было мне ответом.

- Ладно. Платья оставим на потом. В противном случае по домам мы вернёмся не сегодня.

- «Какое потом? Не надо мне никаких сейчас, вчера и уж тем более потом. Обойдусь! Нормальные у меня шмотки. Они мне нравятся такие, какие они есть! Удобно мне в них.»

Ещё через полчаса я узнал, что стал рыжим.

- «Бляха муха! Они бы ещё веснушки мне пририсовали», - размышлял, сидя напротив зеркала.

- Займёмся причёской! – С улыбочкой вивисектора оповестила меня Джессика, когда ЧонЭ приблизилась с расчёской и ножницами в руках.

- Оставим прямыми или лёгкая завивка? – Задала вопрос мастер.

- Эм… - постукивая по губам пальчиком, задумалась Джессика.

СонМи от неё не отставала, стоя рядом. Только что, сестра голову на бок склонила, рассматривая моё отражение.

- Полагаю, не стоит, - приняла решение мой личный «палач». – И укорачивать тоже не будем.

- «От, блинсткий! Обломали. А я уж губу раскатал…»

Мои чаяния по поводу коротких волос канули в лету. А как было бы хорошо избавиться от этих косм. Никогда не любил длинные волосы. Да чего уж там… Я и средние-то не жаловал, если быть откровенным.

- Мне кажется, что ей пойдёт чёлка, - включилась в обсуждение СонМи.

- Думаешь? – Глянула на неё Джессика и, прикинув что-то в уме, выпалила. - Точно! Она подчеркнёт форму её лица.

- «О, Господи! За что мне всё это?!» - Переводил я взор с одной девушки на другую, а потом кое-что вспомнил. – «Парни, вы у меня в неоплатном долгу! И совершенно неважно, что вы этого пока ещё не знаете!»

Сколько бы не длилось это форменное издевательство над моим разумом, что тихо бунтовал от всего происходящего, но рано или поздно всему приходит конец. Вот очередные «хождения по мукам» завершились, и мы отправились за покупками в ближайший ювелирный магазин, расположившийся в Hongdae Art Free Market. Вообще это целая улочка усыпанная разного рода магазинчиками с сувенирами. Однако Джессика сказала, что знает там один маленький и очень хороший ювелирный, где работает её подруга. СонМи сразу же согласилась, а мне было просто фиолетово куда идти. Один хрен от меня в данной ситуации ничего не зависит. Да и не в курсах я, где тут эти ювелирные расположены.

Проходя мимо очередного уличного магазинчика, часть товара которого была выставлена на улице, СонМи с Джессикой услышали из-за спины голос Лалисы:

- Ууу! Клёвая панамка! – Брякнула мелкая и уже шагнула, чтобы подойти поближе, как была пойманы за локоть старшей сестрой.

(Магазин Togut University.)

- Нет, Лалиса! – Таща за собой то и дело оборачивающуюся девочку, выговаривала СонМи. – У тебя уже достаточно этих глупых шапок.

- Никакие это не шапки! – Возмутилась мелкая.

- Ой, да, какая разница! Деревенская одежда. Хватит уже всякую фигню покупать! – Продолжала тем временем СонМи.

- Тебе нравятся панамки? – Подключилась к «беседе» Джессика.

- Да, нравятся! – С вызовом глянув на старшую подругу, заявила Лалиса, наконец вырвавшись из захвата старшей сестры.

- Мне они тоже нравятся, - расплылась вдруг в улыбке Айдол и предложила. – Пойдём, глянем. Может и правда есть там что-нибудь стоящее?

От услышанного СонМи впала в лёгкий ступор, шаблон её мировосприятия рухнул, но поняв, что осталась одна, тут же рванула назад, догонять подругу с сестрой.

- Подождите меня!

В итоге до ювелирного мы добрались только минут через сорок. Но оно того стоило, потому что в моей коллекции появился ещё один головной убор кислотного цвета. Не знаю, на кой?.. Однако, я его купил и о сём не жалею ни капельки.

Продвинувшись ещё метров на двести далее по улице, мы в конце концов добрались до цели нашего путешествия.

Ничем не примечательная дверь скрывала за собой очень даже цивильный магазин, где, скрывшись за одной из витрин, сидела девушка лет двадцати пяти на вид в чёрной юбке и белой рубашке. Увидев клиентов, а мы оказались единственными посетителями, она тут же подскочила и хотела было открыть рот, как узнала свою подругу.

(Помещение магазина.)

- Джессика! – Вскрикнула она и начала выбираться нам навстречу.

- Аньён, ЫнДжу!

Пока девушки зацепились языками, я отправился, привлечённый блеском золота, изучать представленные ювелирные изделия. Ну что можно сказать? Круто! Вот реально круто! Я не лишён чувства эстетической красоты, а по сему был приятно удивлён местным товаром.

- Красиво, - задумчиво пробормотал, разглядывая цепочку из червлёного золота.

Серёжки, колечки и прочую хрень не рассматривал, по причине абсолютной индифферентности с моей стороны по отношению к ним. Зацепился взглядом за браслет из серебра довольно интересной формы.

- Почему так долго не заходила? – Чутка обиженно спрашивает подругу ЫнДжу.

- Ты же знаешь, что у меня свободного времени почти нет, - отвечает Джессика и поворачивается к молча стоящей рядом подруге, пришедшей с ней. – Познакомься, ЫнДжу! Это Ким СонМи, а… - а вот вторая пришедшая куда-то исчезла.

Девушка обводит взглядом небольшой зал, пытаясь, найти Лалису. К ней присоединяется СонМи и ЫнДжу. Троица озирает окрестности некоторое время, а затем Айдол машет рукой.

- Потом! В общем, ЫнДжу, это моя новая подруга СонМи. Мы пришли к тебе, чтобы кое-что прикупить, - подмигивает девушка. – Вот только найдём третью и сразу…

Джессика вновь прерывается, увидев, как из-за одной из витрин появляется потеряшка, чешущая в этот момент свой висок.

- «Дорого, блин», - размышляю, прикидывая в уме цену на понравившийся мне браслетик. – «Чёт прям вообще дорого.»

- Лалиса, иди сюда! – Зовёт сестру СонМи, выставив руку вперёд и повернув её ладонью вниз.

Поморщился, от того, как местные подзывают к себе людей. По мне так это выглядит будто ты зовёшь собаку или кошку, проще говоря животное. В голове моей укоренилось восприятие, словно ты принижаешь человека, когда машешь ему таким образом, ставя его на уровень животного, а себя тем самым возвышая. Хрень, конечно, но вот так вот оно мне кажется. И ничего поделать с этим я не могу.

- Познакомься, ЫнДжу, с младшей сестрой СонМи. Это Лалиса, - практически подтащив меня за локоть пред светлы очи девушки, начала говорить Джессика. – Ей просто необходима твоя помощь!

Оценивающий взгляд прошёлся по мне, словно рентгеном просветили. Я даже поёжился.

- Это будет не просто, - озвучила свои умозаключения ЫнДжу, а затем направилась к входной двери и заперла её со словами. – Закроюсь пораньше. Думаю, аппа ничего не скажет. Тем более народу нет совсем. Все готовятся к Чхусоку.

Вместо того чтобы походить и по выбирать из представленных на витринах образцов, мы направились в подсобку. Там меня усадили на старое недоразумение в девичестве бывшее когда-то приличным креслом и понеслась. Сначала ЫнДжу притащила откуда-то целую коробку, набитую в разнобой кольцами и перстнями. Подбор и примерка заняли не менее получаса, что, откровенно говоря, меня уже начало утомлять, и я попытался спрыгнуть:

- Может пойдём уже, а? – Глядя на воодушевлённых девушек, задал вопрос, который, впрочем, был проигнорирован. – «Это никогда не закончится.»

Мне подобрали одно кольцо или перстень?.. Я так и не смог определиться. Напялил его на указательный палец, лишь бы отстали на фиг! Далее пошли серьги.

- Не смотрятся! – Прикладывая к моим ушам серёжку странной формы из шестой уже пары, констатировала ЫнДжу.

Джессика с СонМи согласно покивали.

- А я ведь говорила, что будет не просто, - отложив на стол последнюю пару серёжек, повторила свои же слова ЫнДжу и задумалась, начав постукивать указательным пальцем правой руки себе по губам.

- Ей ничего не подходит, - с жалостью глядя на меня, произнесла СонМи.

- «Аллилуйя, Аллилуйя! Слава тебе, Боже! Может хоть отстанут от меня?»

- Посмотри ЫнДжу, - подойдя и взявшись за подбородок, заговорила Джессика, поворачивая мне голову в сторону. – У неё чудный овал лица. А щёчки какие? Просто прелесть!

- «Ты, блин, ещё пожамкай их, женщина», - скосил я взгляд на нашего любимого Айдола. – «Вообще писец, чё творится!»

- Хм, - продолжая разглядывать меня, выдала ЫнДжу и склонила голову на бок. – Хм…

- Чистый «Бейби фейс»! – С нотками гордости в голосе заявила вдруг СонМи.

Я как дурак переводил взгляд с одной мучительницы на другую. Ну, не люблю по магазинам шататься. Не люблю и всё тут! Не моё это.

- Придумала! – Оживилась новая знакомая и убежала куда-то.

Джессика проводила взглядом свою старую подругу и посмотрела на меня.

- Ты чем-то недовольна?

- Домой хочу, - не скрывая своего настроя, ответил и заглянул в смартфон. – «Может ЮнХо чего написал?»

- Как тебе не стыдно? – Попыталась пробудить совесть у младшей сестры СонМи. – Мы тут стараемся. Настоящую красавицу из тебя делаем! А ты?..

- А что я? – Не найдя ни строчки нового в чате группы, глянул на сестру.

- Хоть бы спасибо сказала!

- Да, Лалиса! – Подключилась Джессика, к словесному пинанию неблагодарной малолетки.

- «Да кому это всё надо? Мне и так было неплохо. Хотя… Чисто из вежливости…» - поднялся и совершил слегка шутовской поклон. – Благодарю вас, о великие! За то, что снизошли до презренной и ничтожной, ну, то есть до меня, и решили втянуть в ваш клуб.

- Какой ещё клуб? – Растерялась Джессика.

- Ну как же? - глянул на девушку, а затем на сестру, что также не поняла о чём речь. – Клуб транжирок и шопоголиков!

- Ах ты!.. – Захлебнулась от возмущения СонМи и уже было замахнулась, чтобы призвать, так сказать, меня к порядку методами прямого воздействия на тело, как вздрогнула из-за смеха, разобравшего Джессику.

Наш Айдол уронила сумочку на пол и опершись о колени откровенно заржала, периодически тыкая в меня пальцем.

- Онни, ты чего? – Настороженно спросила СонМи, забыв обо мне.

- Ты как… как… прям… Ха-ха-ха-ха, - пытаясь выговорить нечто, смеялась Джессика. – Я ни могу…

Это продолжалось до тех пор, пока не вернулась ЫнДжу, держащая в руках несколько коробочек. На её вопрос о том, что случилось, Джессика всё же смогла из себя выдавить удобоваримую для понимания конструкцию:

- Она прям как моя хальмони, - успела протараторить она и закрыла род ладошкой, сдерживая очередной приступ смеха.

- СонМи, а что случилось-то? – Не уловив смысла сказанного, обратилась девушка к новой подруге.

- Она, - кивок в мою сторону, сопровождённый недобрым взглядом, что был проигнорирован, - назвала нас с Джессикой транжирками и шопоголиками.

- Эм, - выдала ЫнДжу и посмотрела на колечко, что красовалось на моём пальце, а затем перевела взгляд на коробочки у себя в руках. – Ну…

Тут уже заржал я, поняв, куда клонит наша новая знакомая. СонМи, видимо обидевшись, заявила:

- Я отойду… Где тут туалетная комната? – Сестра покрутила головой и, заметив указание, данное при помощи подбородка ЫнДжу, величественно удалилась.

- Ты случайно с ней не знакома, Лалиса? – Неожиданно задала вопрос пришедшая в себя Джессика.

- С кем? – Уже я не уловил смысла.

- С моей хальмони, конечно.

- Неее, - замотал головой. – Мне и моей хватает.

Приподнятые брови и плавные кивки головой были подтверждением понимания сказанного мною со стороны Джессики. Она-то сразу оценила всю «мощь и величие» нашей с СонМи бабули. Хватило одной встречи…

Принесённые ЫнДжу коробочки были уложены на стол и вскрыты, являя на свет божий своё содержимое, что оказалось обычными кольцеобразными серьгами разных размеров. Опосля череды примерок было принято коллегиальное решения, меня не спрашивали вообще, что последняя пара подходит больше всего.

- Эти идеально смотрятся, - разглядывая мой профиль, произнесла ЫнДжу.

- Ты права, - вторила ей с другой стороны «манекена» Джессика.

- Вряд ли получится подобрать что-то получше, - держа мои волосы в высоком хвосте, стоя позади, подтвердила выводы девушек СонМи.

- «Да неужели?» - Возликовал я и повернулся к сестре. – Мы закончили?

- Не мы... а ты!.. – Опустив удерживаемые патлы, ответила СонМи и посмотрела на Джессику. – Может кофе сходим, попьём? А потом уже и себе что-нибудь подберём.

- Не стоит, - мотнула головой Айдол. – Нам куда проще выбирать, - она глянула на меня и добавила слащавым тоном. – Мы не такие капризные, как «некоторые».

- «Не понял? Это что за поклёп такой?» - Не вынесла «душа поэта» столь наглой лжи, и возмущение вырвалось наружу. – Когда это я капризничала?

- Всю дорогу.

- Постоянно.

Было мне сказано тандемом.

- Так! – Скомандовала Джессика. – Всё! Идём выберем себе…

- Могла бы и поблагодарить свою старшую сестру и подругу, - вставила свои пару вон ЫнДжу, выходя из подсобки последней.

- «Это меня чего сейчас?.. Макнули что ли?» - Почесал затылок. – М-дааа. Хотя в чём-то они правы, - повтыкав некоторое время в закрывшуюся дверь, резюмировал. – Чёртовы магазины!

Словно услышав моё возмущение, дверь распахнулась и в помещение влетела Джессика.

- Надо сделать фото! – Выпалила она с порога, держа в руках смартфон.

- Какое фото? Зачем?

- Пока ты всё это, - вращательным движением свободной руки указала девушка на моё лицо, - не смыла. Я хочу сделать фотографию на память.

Так как сидел я к вошедшей боком, то решил, что нужно повернуть кресло, однако, был остановлен.

- Нет, нет, не надо. Лучше подтяни ноги и поставь их на сидение.

- Зачем?

- Я хочу хорошее фото, а не... не пойми что.

- Эм… Ну, ладно, - выполнил я требование Джессики и уставился на неё.

- Не то! - Убрала она смартфон от своего лица. – Скрести ноги и обхвати их.

- Онни, я на фотосессии что ли? – Недобро покосился на подругу.

- Тебе сложно? – Пристыдила она меня.

- Ладно, - согласился, чувствуя за собой некоторую вину.

- Ага! Вот так, - она снова спряталась за корпусом смартфона и продолжила командовать. – Шею немного вытяни. Да, да. Именно так. Голову наклони чуть в бок. Хорошо. А теперь замри!

(Лалиса в Ювелирном.)

- Лалиса… - обратилась ко мне Джессика.

- Что?

- … ты такая красивая.

- М-м-м, - я замялся поначалу, но собравшись всё же смог поблагодарить. – Спасибо, онни!

Сделав несколько снимков, она показала мне результат.

- Ну как?

- Знаешь… - разглядывая фотографии, заговорил я. – Если у тебя не сложится карьера айдола, ты легко сможешь стать фотографом.

Несильный шлепок рукой по плечу был ответом и сработал стартером вырвавшемуся из меня смеху.

Место действия: Сеул. Квартира семьи Ким

Время действия: третье октября 2009 года. Уж очень раннее утро

В комнату к спящей Лалисе, тихонечко открыв дверь, заходит ХеМи. Девочка, лёжа в постели, позой напоминает звезду: раскинутые в стороны руки и ноги, голова на боку, волосы разбросаны по всей подушке, закрывая часть лица, одеяло валяется на полу. Мама неодобрительно качает головой, разглядывая дочь. Взгляд её переносится на обстановку. Качание усиливается.

- Сколько раз говорила, чтобы не разбрасывала вещи, - тихо негодует ХеМи, глядя на валяющиеся на полу и вообще везде шмотки.

Из-за угла кровати торчит одинокая черно-белая кеда, в которых Лалиса вчера ходила по магазинам с сестрой.

- А где вторая? – Подняв обувку, а точнее ровную её половину, женщина крутит головой.

Не найдя пару, она смотрит на дочку.

- Неряха ты моя, - ласково произносит она и дотрагивается до плеча «спящей красавицы». – Просыпайся засоня! Пора вставать.

- А? Что? – Приходит в сознание девочка. – Утро… да?

- Утро, утро, - кивает мама. – Вставай и иди умываться.

Лалиса садится на кровати, помогая себе руками. Волосы закрывают всё её лицо, спадая чуть ли не до пояса. Девочка начинает пробираться сквозь эти заросли, осторожно отводя захваченные пряди в стороны.

- Чёртовы патлы! – Ворчит она еле слышно и, замерев на мгновение, задумчиво добавляет. – Может… ну её, эту месть?

- Что ты там говоришь? – Уже стоя в дверях, оборачивается ХеМи.

- Ничего, омма. Я это так… Не обращай внимания, - отмахивается Лалиса и, резко вскинувшись, задаёт вопрос. – СонМи ещё спит?

- Я разбудила лишь тебя пораньше, как ты и просила. Так что да, она ещё спит. И вообще, все ещё спят, - задумавшись на миг, отвечает мама и с подозрением смотрит на дочь. – А зачем она тебе?

ХеМи ещё вчера заметила, что младшая дочь весь вечер бросала на сестру задумчивые взгляды. Вот и закрались в сознание женщины некие подозрения.

- Да так… - поднявшись с постели и сунув ноги в тапочки, неопределённо отвечает девочка. – Кое-что спросить у неё хотела. Спасибо, омма!

- Иди, умойся. А то ты вообще не понятно на кого похожа.

- На себя я похожа, - ворчит Лалиса и, шаркая тапочками по полу, отправляется в ближайшую ванную комнату.

Стою перед зеркалом и расчёсываю волосы, которые, откровенно говоря, начинают меня некисло так подбешивать. А состричь мне их не дают, чуть ли не под страхом смертной казни.

- "Они такие красивые, Лалиса! Как можно, дочка? Соннё, они у тебя такие шелковистые ", - передразниваю родственниц, что встали насмерть против моего желание, подстричься коротко. – Пффф! Гадство!

За всё хорошее, что видел за вчерашний день от сестры и подруги, я решил заплатить презлым. И нет, я лично не злой человек. Просто должен же хоть кто-то ответить за измывательства и бесчеловечные истязания, коим было подвергнуто моё ни в чём неповинное сознание? Должен! А кроме сестры и некому, собственно говоря… Ну, не Джессике же ответ держать за содеянное? Да и в конце-то концов СонМи сестра… Стало быть, решено!

Обитатели квартиры потихоньку просыпались и начинали заниматься своими делами. Пакпао с ХеМи принялись за готовку завтрак на всех. ДжэУк в этот раз помогал отцу готовить стол для предков, подавая продукты, которые СуХён расставлял в правильной последовательности.

(СуХён у стола для предков.)

- Внучки поднялись обе? – Обернувшись к сыну и принимая у него из рук небольшую мисочку с фруктами, вдруг задал вопрос СуХён.

- Да… нет… я не знаю, абоджи, - запутавшись поначалу, мотнул головой ДжэУк. – Вроде только Лалиса встала…

- Хорошо, - поставив мисочку на чётко определённое место, выпрямился дедушка и поднялся на ноги. – Идём. Через сорок минут нужно будет собраться всем вместе и выдвигаться на кладбище.

В комнате старшей из сестёр стоит почти абсолютная тишина. Изредка из-за закрытой двери доносятся звуки жизнедеятельности остальных членов семьи Ким. Поворачивается дверная ручка и в образовавшуюся щель просовывается голова Лалисы. Девочка смотрит на сестру и, заметив, что та до сих пор ещё спит, пакостно улыбается. Пройдя внутрь, она кладёт что-то на стол, рядом с зеркалом, и начинает СонМи будить.

- Онни, вставай!

Девушка переворачивается на другой бок.

- Ну, ещё немножечко, омма, - бормочет она.

- Онниии! – Более настойчиво теребит сестру Лалиса.

- Да! – Открыв один глаз, смотрит на вторженку СонМи. – Это ты?.. Отстань! Дай поспать!

- Онни, вставай! Скоро уже на кладбище поедем.

- Что?! – Резко садится засоня и, хлопая глазами, пялится на сестру.

- Омма попросила тебя разбудить. Я бужу…

- Который час? – Морщится СонМи и тянется за смартфоном, что лежит рядом на тумбочке.

- Всё, онни. Я тебя разбудила, а значит ко мне вопросов не будет. Дальше сама…

- Да, да, - кивает девушка и откидывает одеяло. – Зачем я так поздно легла? – Сетует на обыденность она и направляется в ванную комнату, предварительно сунув ноги в тапочки. – Это всё ХёнДжу!

В гостиной собрались почти все члены семьи за исключением СонМи. Девушка всё ещё прихорашивается у себя в комнате.

- Подай пулькоги (Пулькоги - блюдо корейской кухни, род барбекю, обычно готовится из тонких маринованных ломтиков говядины или свинины. В домашней кухне его также часто жарят на сковороде. Для приготовления этого блюда нередко используют вырезку, реберную кость или грудинку. Блюдо родом из северных районов Корейского полуострова, но очень популярно в Южной Корее, где его можно найти в любом месте — от высококлассных ресторанов до местных супермаркетов в виде готовых наборов для приготовления на сковороде.), - обращаясь к сыну, указывает рукой на небольшую тарелочку Пакпао.

- Где СонМи? – Спрашивает ХеМи, глядя на Лалису.

Девочка пожимает плечами:

- Я её разбудила, омма. Как ты мне и сказала. А где она сейчас, я не знаю, - отвечая на вопрос, она берёт палочки в руки и уже собирается начать кушать.

- Ладно, - нехотя поднимается на ноги женщина и направляется за старшей дочерью в её комнату.

Присутствующие провожают её взглядом, не прекращая накладывать себе выбранные блюда.

СонМи сидит на невысоком стульчике возле зеркала, держа в руках пудреницу и кисточку. Она уже прошлась содержимым по шее и лицу, осветляя их. Но ей что-то не нравится. Девушка пристально рассматривает получившийся результат, поворачивая голову то влево, вправо, затем смотрит на открытую коробочку в своих руках.

- Какая-то ты слишком тёмная, - констатирует она, сморщив носик.

- Чего ты копаешься, дочка? – Зайдя в комнату, задаёт вопрос ХеМи.

- Омма, смотри, - девушка оборачивается и демонстрирует шею и лицо вошедшей. – Мне кажется или она темновата?

Уточнять о чём идёт речь нужды нет. Каждая кореянка в данной ситуации сразу сообразит на что намекает СонМи. Почти каждая…

- Повернись! – Приблизившись и взяв за подбородок дочку, командует ХеМи. – Нужно больше света.

СонМи послушно выполняет команду, давая матери рассмотреть, как следует, всё что требуется.

- Вроде… да, - задумчиво произносит ХеМи и предлагает. – Поднимись и пошли к окн…

Атмосфера в гостиной незримым образом изменилась. Никто этого не замечает, кроме Пакпао. Бабуля каким-то странным взглядом проходится по Лалисе. Девочка сидит напряжённая с момента как вышла ХеМи.

- «Господи, пожалуйста! Пусть она успеет уйти! Ну, пожалуйста! Тебе же это ничего не стоит», - мысленно взываю к Всевышнему, в надежде проскочить.

Неожиданно, почти для всех, из коридора доносится резкий и очень громкий звук, почти крик англоязычного, как выяснилось чуть погодя, певца и начинает играть музыка:

- Wo! I feel good! (Использован местный аналог композиции: JamesBrown - I Feel Good.)

Звуки её и голос исполнителя хорошо слышны даже в гостиной. Сразу вслед прозвучавшему воплю, а это был именно вопль, певца, следует сдвоенный женский крик, переполненный ужасом:

- Ааа!

Пакпао замечает, как младшая внучка зажмуривается с усилием, а затем морщится. Увидела она это уже на ходу, вскочив сразу вслед за мужчинами, что рванули, не сговариваясь, на голоса ХеМи и СонМи.

Перед ввалившимися в комнату старшей из сестёр Ким мужчинами предстала прелюбопытная картина: ХеМи стоит зажурившись, прижимая к себе СонМи, которая так же как и мать не желает видеть окружающего пространства. Всё это творится на фоне окна, сквозь которое льётся солнечный свет. Взвесь из пудры до сих пор плавно опускается на пол, придавая некий волшебный ореол прилипшим друг к другу дамам. Да и изменённый цвет волос тоже дополняет красоту момента. Из небольшой портативной колонки продолжает голосить неизвестный исполнитель. ДжэУк делает два быстрых шага и хлопает по колонке ладонью, останавливая композицию.

ХеМи медленно открывает глаза, и вслед за ней это же проделывает СонМи. Видно, что они обе ошарашены и до сих пор не пришли в себя из-за случившейся “встряски”.

- Что здесь произошло? – Первым задаёт вопрос СуХён, так и оставшийся стоять в дверях.

Сразу рядом с ним замерла Пакпао. Из-за её спины выглядывает Лалиса. На лице девочки читается лёгкий шок и небольшой испуг от увиденного, перемешанные с удивлением.

(Шок, испуг и удивление.)

- Лалиса… - обернувшись ко внучке, произносит бабуля непонятным тоном.

Услышавшие знакомое имя, пострадавшие устремляют пылающие «добротой и лаской» взоры в младшую родственницу.

- Прибью! – Только и успевает выдавить из себя СонМи, как Лалиса испаряется.

ХеМи даже показалось на миг, что младшая дочь научилась перемещаться в пространстве, не прибегая к помощи ног. Вот её лицо ещё виднеется справа от Пакпао, женщина успевает один раз моргнуть и там уже никого нет.

- Стооой! – Пришедшая наконец в себя, СонМи взревела не хуже льва, но крик её заставил дёрнуться лишь ХеМи и Пакпао.

Мужчины же остались равнодушны. Они только головы повернули в сторону, куда смотрела СонМи.

- Вот негодница! – Не выдержала Пакпао и хлопнула себя ладонью по бедру, глядя вслед моментально исчезнувшей девочке. – А ведь быстрая какая?!

Место действия: Сеул. Одна из дорог ведущих из города

Время действия: третье октября 2009 года. Раннее утро

По ровному асфальтному покрытию ловко маневрируя в потоке машин, движется минивэн производства фирмы HYUNDAI. За рулём ДжэУк, рядом на пассажирском сидении расположился СуХён. Мужчины буквально пару минут назад закончили беседу:

- Как ей только в голову подобное пришло? – До сих пор не отошедший от утренней выходки младшей дочери, слегка негодует водитель.

Его отец молчит, задумчиво глядя в даль над сопками холмов, по ошибке называемых местными жителями горами. Память пожилого мужчины подкидывает обладателю кое-какие воспоминания касающиеся супруги, что сейчас сидит позади.

- Да ещё в такой день! – Неодобрительно мотает головой ДжэУк, продолжая возмущаться поступком дочки.

Сегодня Лалиса зашла слишком далеко по мнению всех членов семьи Ким, за исключением Пакпао. Ну, кто бы, собственно говоря, сомневался-то? Бабуля души не чает в её «маленьком золотце». Вышеупомянутое «золотце» сидит в самом конце минивэна, изображая из себя самую приличную и послушную девочку на свете. Она уже получила по шапке за свой проступок. Причём получение чуть было не переросло в членовредительство с применением посторонних предметов разной степени тяжести, за которые то и дело пыталась схватиться СонМи, когда загнала в угол свою излишне наглую младшую сестру. Остановил всё это дело СуХён. В наказание, помимо словесных трындюлей, Лалису лишили «карманных средств». Проще говоря, отобрали кредитку, которую она отдала, не сказав ни слова. Затем, в ультимативной форме, её заставили вырядиться в ханбок. На это девочка также не отреагировала, а просто выполнила указание.

- «Какой же ты не удобный, гад!» - Тихонечко ёрзая на сидении, мысленно костерил я женский национальный корейский наряд. – «Чёрт! Да чтоб тебя! Как же сесть-то?»

Глянул на сестрёнку с мамой и бабулей, что занимали места передо мной. Недовольные лица ХеМи и СонМи сильно контрастировали на фоне выражения поселившегося на фейсе Пакпао. Оно было задумчивым.

- «А день, как говориться, так хорошо начинался», - посмотрел в окно на проплывающие мимо однообразные пейзажи холмов, перемежающиеся с домами, разного рода заправками и местного типа ресторанчиками. – «Вот на кой она попёрлась к СонМи? А? Сидела бы и ела...»

На этот раз влетел по полной. А я всего-навсего вспомнил пранк из YouTube, когда людей пугали при помощи колонки, ставя её незаметно рядом с жертвой, а затем громко включалась музыка. В частности, песня в исполнении Джеймса Брауна – I Feel Good! На поиски чего-то подобного тут потратил не так уж и много времени. Что удивительно! Но с учётом того, что мне нужна была не вся композиция, а лишь малая часть, то справился относительно быстро. Все жертвы розыгрыша реагировали одинаково, вообще все… Они подпрыгивали на месте, дёрнув руками вверх, чтобы прикрыть уши, по которым и приходился основной удар звуком. Ржал до слёз, когда смотрел подборки. Вот и решил приколоться-отомстить онни, но, как всегда, вышло не так и не совсем то, на что рассчитывал.

- «Потому что ты придурок, Жека!» - Обласкал себя за неуёмность в потакании приходящим на ум идеям, что и в прошлой жизни пару раз чуть было не довели меня до цугундера.

Когда увидел результат своего деяние – белые ХеМи и СонМи стоящие в обнимку, сразу понял, что пора линять. Но вот незадача! Линять-то было по большому счёту некуда.

- М-дааа, - вновь покосился на сестру, и в голову пришла несвоевременная мыслишка, растянувшая мои губы в улыбке. – «А всё равно прикольно получилось.»

То и дело поглядывавший через зеркало заднего вида на пассажиров, ДжэУк заметил, как младшая дочь улыбнулась, глядя на сестру. Тут взгляд девочки скрестился с отцовским, и её лицо вытянулось на мгновение, а потом резко приняло вид подобающий кающейся грешнице. Мужчина нахмурился, осознав, что все извинения, которые сыпались из дочки утром, когда её заставили стоять пред светлыми очами всех членов семьи, не более чем пустой звук. Единственное, что ему оставалось сейчас, это скрипнуть зубами и выдохнуть, чтобы ещё больше не накрутить себя.

- «Ни к чему оно. И так наказана», - подумал он и уже сам улыбнулся. – «Без денег особо не повеселишься.»

Место действия: пригород Сеула. Старое уже не использующееся кладбище.

Время действия: третье октября 2009 года. Спустя час

Идём с родным вдоль ровных рядов надгробных плит, сделанных в стиле тех, что установлены на центральном Сеульском Национальном Кладбище.

(Надгробные плиты.)

Молча следую за родственниками, рассматривая надписи на однотипных монументах. Кладбище здесь небольшое и давно нефункционирующее. В том смысле, что здесь никого больше не хоронят. В Республике Корея около пяти лет назад запустили пропаганду программы кремации. И что лично для меня является удивительным так это то, что она уже работает. Если поначалу около восьмидесяти процентов корейцев хоронили в земле своих усопших родственников, то за этот короткий промежуток времени их количество сократилось в разы. В данный момент более семидесяти пяти процентов жителей Республики Корея предпочли кремацию погребению. Странные они всё-таки люди. В России подобное представить сложно. А местные ничего, взяли и перестроились. Хотя… если пораскинуть мозгами, всё вполне разумно и оправдано. Места больше не становится, а люди умирают каждый день. Правительство – молодцы, по большому счёту. Пока добирались сюда, заметил по дороге ещё парочку таких же мест захоронения. Да и в самом Сеуле кладбищ штуки четыре ещё. Разумный шаг в общем-то.

Когда приблизились чуть ли не к самым крайним на территории плитам, СуХён заговорил:

- Вот я и пришёл, омма, - вставая на колени перед одной из расположенных близко друг к другу могил, негромко сказал он.

Его примеру последовали все остальные, и я, в том числе. Дедушка приподнялся и сделав шаг в сторону, повторил земной поклон.

- Здравствуй, абоджи! Мне жаль, - коснувшись головой земли продолжил общаться с усопшими родителями мужчина. – Я исполню свой сыновний долг, как и полагается.

После того как все остальные повторили поклоны, мы приступили к уборке территории. Не то чтобы здесь было грязно. Нет. Но прибрать ту же траву и разного рода мелочь, принесённую ветром, по типу бумажек и прочего мусора, было необходимо. ДжэУк с ХеМи расстелили два широких пледа, на один из которых тут же уселись дед с бабулей. И угадайте кто занялся уборкой? Само собой это были мы с СонМи. Младшие убирались, а старшие сидели и тихо разговаривали, вспоминая покойных. В основном говорил СуХён.

- Онни, - обратился к сестре, когда мы направились выкидывать срезанную траву в специально отведённое для этого место, - извини меня!

- Отстань! – Сказала, как отрезала, она, даже не глядя на меня.

Так легко сдаваться я был не намерен, прекрасно понимая, что задел её довольно-таки сильно своим приколом.

- «Долбаная пудра!» - Выругался мысленно и продолжил. – Онни, перестань дуться! Это же просто шутка была. Я и подумать не могла, что всё получится именно так.

- Так?! – Резко остановившись и развернувшись ко мне лицом, вызверилась сестра.

Я даже слегка дёрнулся назад от неожиданности.

- Так… говоришь? А ты вообще понимаешь, что я чуть с ума не сошла из-за твоей «шутки»? А как я потом отмывалась? Что это вообще за шутка такая была?

- Обычная шутка, - пожал я плечами, и, поняв, что такой ответ её не устраивает, продолжил. – Глупо вышло. Не спорю. Извини, а?

- Я весь день вчера на тебя потратила, - поставив на землю небольшой пакет с мусором, решила высказаться СонМи. – И вот такой оказалась твоя благодарность?

Не дожидаясь ответа, она подхватила пакет и пошагала дальше. Немного тормознув, я рванул за ней.

- Онни, ну, перестань дуться! Я же извинилась, - осознав, что простые извинения не действуют, решил перейти к иной тактике. – Что ты хочешь, чтобы я сделала? Мне встать на колени? Или может быть принести тебе извинения при скоплении народа? Я могу…

СонМи продолжала идти, не реагируя на мои слова.

Вообще, народу сегодня на кладбище довольно много с самого утра. Такие же, как и мы, корейцы ухаживают за могилами родственников. Там и тут встречаются расстеленные прямо на траве пледы, усевшись на которые, люди общаются, вспоминая тех, кого с ними нет.

Мне стало предельно ясно, что простых слов недостаточно для того, чтобы сестра перестала дуться, и я решил «давить». Когда мы дошли до контейнеров, куда скидывают весь мусор, и, избавились от мешков, огляделся, чётко осознав, что место неподходящее.

- «На обратном пути будет лучше…», - мысленно подытожил я свои прикидки касаемо формы извинения, что решил применить. – «Народу тут маловато. Да и грязновато чутка.»

Поднял с земли маленький целлофановый пакет и отправил вслед мешку с мусором, что тащил от места погребения родителей деда. Сестра тем временем успела отойти метров на двадцать.

Когда мы подошли к месту, где начинались надгробия, мешкать я не стал и, обогнав СонМи, встал перед ней на колени.

- Онни! – Излишне громко обратился к ней. – Прости меня!

СонМи замерла на месте, как вкопанная, и вытаращилась на младшую сестру, а та тем временем продолжала:

- Я больше никогда так не поступлю! Обещаю!

Люди находящиеся неподалёку стали оборачиваться на голос Лалисы.

- Прекрати немедленно! – Зашипела СонМи, оглядываясь по сторонам. – На нас смотрят!

- Нет! – Отрезал я.

Поставить её в неудобное положение в присутствии незнакомцев было самым верным решением. Как же? А что люди скажут? Как я буду выглядеть? И так далее и тому подобное… Сестра у меня типичная кореянка, а посему шансов у неё нет.

- Что значит «Нет»? – Продолжая озираться и шипеть, наклонилась ко мне СонМи и схватила за руку, пытаясь водрузить ноги.

- Не встану, пока ты меня не простишь! – Выставил я ультиматум.

Мне было плевать на всех вокруг. Кто они мне? Видимся мы с ними, возможно, первый и последний раз в жизни. Так что идут все лесом! Сестра важнее! Ну и моё душевное спокойствие само собой тоже имеет значение.

- Ну и стой тут как дура! – Выпалила СонМи и развернулась, чтобы уйти, как я заголосил вновь:

- Онни! Прости меня! Я!..

Сестра дёрнулась от усилившегося вопля и, быстро подскочив, зажала мне рот ладошкой.

- Прекрати немедленно! Замолчи! Люди смотрят!

- Пуфь смотят, - просипел я сквозь пальцы. – Мне всёано. Ты еня постишь?

Оглянувшись ещё пару раз, СонМи уставилась на меня.

- Ты это специально? При всех?..

- «Какая догадливая у меня сестра», - отвёл взгляд на миг, что не было упущено внимательным взором СонМи.

- Аджжж! – Оскалилась она и, мотнув головой, потребовала. – Поклянись, что никогда больше не будешь надо мной так шутить!

Очень интенсивно закивав, попытался высказаться:

- Кяусь!

Вышло, мягко говоря, не очень. СонМи убрала ладошку от моего рта со словами:

- Не вздумай орать! И поклянись, как полагается.

Получив наконец свободу для принесения клятвы, я поднялся на ноги. Народ продолжал поглядывать в нашу с сестрой сторону, что её неимоверно нервировало. Отряхнув соринки с ханбока, приложил левую руку к правой части груди и воздел правую конечность вверх, приступая к задуманному ранее:

- Онни, я клянусь, - спокойно заговорил я, глядя сестре в глаза, - всем сердцем, что никогда больше не буду шутить над тобой таким образом…

- Никаким не будешь! - Прервала меня она.

- … не таким, ни каким-либо другим способом! – Закончил принесение клятвы и выжидающе уставился на сестру.

- Хорошо, - помедлив немного, кивнула СонМи и, снова осмотревшись, потянула меня за рукав. – Пошли отсюда! А то все смотрят.

Посмеиваясь про себя, направился за сестрой.

- «Получилось! Получилось!» - Мысленно ликовал, отбросив пока в сторону варианты извинений перед ХеМи.

Но если быть честным, что-то мне подсказывает, что мама не столь сердита, как выглядит со стороны. Так что и там всё довольно неплохо. Ну, по крайней мере, я на это надеюсь.

Когда подошли к родным, СуХён как раз говорил о своей матери. Глаза деда слегка блестели от скопившейся влаги в уголках.

- Она всегда была тихой и незаметной женщиной. Никогда ни с кем не спорила и не ругалась. Я вообще не помню, чтобы она повышала голоса, - дедушка улыбнулся, вспомнив нечто. – Был один случай…

Приблизились мы со спины, и заметила это лишь Пакпао. Она жестом указала на место рядом с собой. Ни я, ни СонМи спорить не стали и тихонечко присели около бабули, чтобы не мешать СуХёну. А дедушка рассказывал… Рассказал о том, что его отец всегда стоял на своём и по молодости лет даже в драки влезал, хоть и не всегда выходил из них победителем. Конечно, повзрослев он перестал драться. Возраст – лицо. Иначе нельзя.

Утро воспоминаний длилось ещё какое-то время, а точнее до тех пор, пока СуХён не устал рассказывать об отце и матери. Я к этому момент уже стоял напротив могил прадеда с прабабушкой, вертя в руке фарфоровую фигурку размерами не больше моей ладошки, которую подобрал по пути сюда с земли.

- «Видимо кто-то потерял», - подумал тогда, а сейчас, разглядев трещинку на статуэтке девушки в ханбоке, понял, что её просто выкинули. - «Скорее всего ребёнок... Ну да! Взрослый человек выкинул бы в мусор. Надо будет так и сделать.»

Неожиданно вспомнил Серёгу и других ребят, с которыми больше не увижусь. Вспомнил Катю с её покойной мамой. Никогда не забуду того, каким для неё ударом стала смерть тёти Веры. Мне пришлось тогда забить на учёбу, чтобы быть рядом. Вообще ни на секунду не отходил от подруги. Жутко это, когда уходят самые близкие. Меня вот Бог миловал. Самого первым прибрал. И так вдруг стало на душе тоскливо. Хоть волком вой! А ничего изменить уже нельзя. Не скажешь больше о том, что любишь и дорожишь ими. Ничего уже нельзя сказать и услышать хоть что-нибудь в ответ.

Не заметил, когда рядом встали СуХён и Пакпао. Через пару десятков секунд присоединились ДжэУк с ХеМи, а потом и СонМи.

- Я помню, чему вы меня учили, - вдруг сказал СуХён и поклонился могилам.

- Спасибо за мужа, - с поклоном произнесла Пакпао.

Затем несколько слов благодарности сказал ДжэУк, за ним ХеМи и СонМи. Наступила тишина. Все молча смотрели на задумавшуюся Лалису. Девочка ничего не делала, она даже не шевелилась. Просто стояла и почти не мигая смотрела на высеченные в камне имена её прадедушки и прабабушки.

- Соннё, - дотронувшись до плеча младшей внучки, заговорил СуХён, - скажи что-нибудь.

Когда девочка посмотрела на деда, он указал взглядом на могилы:

- Им будет приятно.

Лалиса перевела взор куда-то вдаль, прямо над плитами, и, помолчав ещё некоторое время, отстранённо заговорила:

- «Людей неинтересных в мире нет.

Их судьбы — как истории планет.

У каждой всё особое, свое,

и нет планет, похожих на неё.»

Взгляд девочки устремился на могилу, где была погребена её прабабушка.

- «А если кто-то незаметно жил

и с этой незаметностью дружил,

он интересен был среди людей

самой неинтересностью своей.»

После услышанного у СуХёна защипало глаза, и он сморгнул, стараясь прогнать непрошенные слёзы.

- «У каждого — свой тайный личный мир.

Есть в мире этом самый лучший миг.

Есть в мире этом самый страшный час,

но это все неведомо для нас.»

Пакпао молча смотрела на младшую внучку, прикрыв рот ладошкой. СонМи же, стоявшая дальше всех от сестры, сделала шаг и прижалась к бабуле.

- «И если умирает человек,

с ним умирает первый его снег,

и первый поцелуй, и первый бой...

Все это забирает он с собой.»

Лалиса скользнула взглядом по родным, а затем, вернув взор на могилы, продолжила, кивнув в такт следующим словам:

- «Да, остаются книги и мосты,

машины и художников холсты,

да, многому остаться суждено,

но что-то ведь уходит всё равно!»

ХеМи закусила нижнюю губу. Она вспомнила своего харабоджи, который был строителем. Один из мостов через реку Хен был построен и его руками в том числе. Тут голос девочки изменился на пару следующих фраз, став холодным:

- «Таков закон безжалостной игры.

Не люди умирают, а миры.

Людей мы помним, грешных и земных.

А что мы знали, в сущности, о них?»

С вопросом во взгляде уже смотря на СуХёна, замолкла на мгновение Лалиса. И тут она перевела его на СонМи. Сестра даже вздрогнула.

- «Что знаем мы про братьев, про друзей,»

Внимание её перенеслось на ДжэУка. Он впервые видел, как его дочь сочиняет стихи. Да, ХеМи показала ему стихотворения, уже написанные ею. Но вот так… вживую. Это было невероятно!

- «что знаем о единственной своей?

И про отца родного своего

мы, зная всё, не знаем ничего.»

После этих слов ДжэУк резко заморгал и отвернулся. Лалиса же тем временем перевела взгляд на могилы прадедушки с прабабушкой и закончила:

- «Уходят люди... Их не возвратить.

Их тайные миры не возродить.

И каждый раз мне хочется опять

от этой невозвратности кричать.»

(Стихи Евтушенко Е. А.)

Сделавшая шаг к дочери, ХеМи дёрнулась от вскрика:

- Ай! – Подскочив на месте и замахав правой рукой, чуть ли не взвизгнула Лалиса, затем выдала. – Кольлэ (Шлюха.) чёртова! Кэнён (Сучка – в самом плохом смысле этого слова.)!

По всей видимости я слишком сильно сжал эту "дуру в ханбоке", и она раскололась вдоль трещины. Вот и порезался об острый край. Чарующий миг, созданный стихами, разбился вдребезги. От него не осталось и следа.

- Лалиса! – Возмутилась ХеМи, уже взявшая дочь за плечи.

- Тс! – Недовольно цокнув, скривился СуХён.

Пакпао просто неодобрительно помотала головой. Но это было ещё не всё. Девочка продолжала прыгать на месте, а затем зажала конечность, ухватившись за неё левой рукой, в полах ханбока и согнулась.

- Покажи! – Потребовала Хеми, пытаясь самостоятельно добраться до повреждённой части тела дочери.

СонМи брезгливо поморщилась от услышанного, но, как и мама, сделал шаг к сестре, чтобы глянуть, что там произошло.

- Я порезалась, - скалясь от боли, прошипела Лалиса и вытащила правую руку на всеобщее обозрение.

Жуткого вида прямой разрез, идущий через всю ладонь, сильно кровоточил, испачкав кровью не только руку, но и ханбок. По всей видимости девочка умудрилась задеть сосуд.

- Феее! – Выпалила СонМи, съёжившись, и резко отвернулась.

Она не очень любила кровь и с трудом выносила её вид. Про запах лучше вообще не упоминать.

- Ох ты ж, господи! – ХеМи схватила дочку за руку и забормотала. – Сейчас, сейчас. Надо пластырь… - залезая в сумочку, висящую на плече, лепетала женщина.

Лалиса там временем продолжала подпрыгивать на месте, корча гримасы.

- Уйди! – Вырвала повреждённую конечность внучки Пакпао из рук матери. – Какой пластырь, невестка?! Совсем сума сошла?! Надо кровь сначала остановить! Возьми в моей сумочке ватные тампоны! Там и бинт есть.

ДжэУк, увидев незначительность повреждения, только глаза закатил, не одобряя ту панику, что развели женщины. СуХён приподнял бровь, разглядывая действия супруги и корчи внучки, а затем неожиданно резюмировал:

- Жить будет.

Место действия: пригород Сеула. Парковка рядом с кладбищем

Время действия: третье октября 2009 года. Примерно полтора часа спустя

Всё пространство заполнено автомобилями разных марок, моделей и габаритов. Кто-то только паркуется и собирается идти к могилам предков, иные готовятся уезжать, исполнив свой долг. С дороги на стоянку сворачивает очередная машина – минивэн последней модели фирмы KIA. Неспешно двигаясь вдоль рядов припаркованных машин, водитель замечает свободное место и направляет транспорт туда. Аккуратно втиснувшись между легковушкой и практически таким же минивэном только производства фирмы HYUNDAI, мужчина лет сорока пяти на вид вылезает наружу и, обогнув транспортное средство спереди, открывает боковую дверь.

- Хальмони, - выскочивший первым из салона, ДжэДжун протягивает руку обратно, - я помогу.

- Спасибо, внук! – Приняв помощь, из машины выходит Ким ХваЕн.

Сразу вслед за пожилой аджумой автомобиль покидает её муж. Мужчина выглядит немного получше женщины. Ещё не растеряны природная сила и притягательность, что выпирают наружу и по сей день.

- Ну вот, абоджи, - указывает рукой себе под ноги ТэУн. – Я же говорил, что легко найду, где припарковаться.

- Молодец, сын! - Кивает вышедший. – Не хотелось бы как в прошлый тратить целый час впустую.

- Просто неудачное стечение обстоятельств, - вспомнив прошлогоднюю поездку на кладбище, произносит ТэУн.

- Я подумываю о том, чтобы договориться на другое время, - пока машину покидали остальные родственники, продолжает говорить старший мужчина в семье Ким.

- Пораньше?

- Думаю, да. Так будет лучше.

- Согласятся ли? – Сомневается ТэУн.

- Не вижу причины для отказа. Мы уже десять лет ездим на могилы вторыми.

К беседующим подошёл ДжэДжун. Парень только что проводил бабушку и маму с сёстрами до небольшого магазинчика, чтобы они могли кое-что докупить.

- Сразу идём? – Задал он вопрос, глядя на деда, пока его отец доставал из салона сумку с вещами.

Кинув взгляд на наручные часы, пожилой мужчина задумался, а затем спросил:

- Народу много? – Взгляд, брошенный на магазин, объяснил остальное.

- Нет. Всего пара человек.

- Тогда выдвигаемся. Смысла ждать нет.

И мужчины направились в сторону пешеходной дороги, ведущей на кладбище. Шли они не спеша, общаясь на ходу. Женская половина семьи присоединилась к ним сразу же напротив входа в магазин.

- Взяла?.. – Задал вопрос ТэУн, обращаясь к жене.

- Да, всё купила, - ответила та, показав пакет, висевший на сгибе локтя левой руки.

Идущий впереди глава семейства остановился. Родня последовала его примеру. Мужчина смотрел вперёд, нахмурившись.

- Какого чёрта они ещё здесь? – Вдруг выругался он.

Вопрос был риторическим и не требовал ответа, а посему его и не последовало.

- Ладно, - недовольно произнёс глава семьи. – Идём!

На встречу ему двигался брат-близнец в сопровождении своих родственников, с которыми никто из семьи НамДжуна никогда не общался и не виделся. Да и он сам этого не делал. Обида, нанесённая братом ещё в молодости, грызла его душу до сих пор.

Пешеходная дорожка была достаточно широкой и ничем, по сути, не отличалась от обычной двухполосной автодороги. Потому процессии просто перешли на противоположные стороны. Практически никто из рассорившейся родни не смотрел друг на друга. Почти никто…

ДжэДжун шёл молча и смотрел прямо перед собой, помня наказ деда. Ситуация была довольно неприятная. Все чувствовали себя некомфортно. Парень не был исключением.

- ДжэДжун, - потянула его за руку совсем ещё маленькая МиСон и указала пальчиком на кого-то с противоположной стороны дороги, - гляди какая красивая девушка.

Юноша автоматически повернул голову и наткнулся на выпученные глаза Лалисы. Девчонка была настолько ошарашена встречей, что даже рот приоткрыла.

- Онни, - обратилась она к сестре, шедшей рядом, и начала было поднимать руку, чтобы указать на парня, как получила шлепок по этой самой конечности.

- Вижу, - прошептала СонМи и добавила. – Молчи!

Девочки двигались позади остальных родственников, как и ДжэДжун с сёстрами, из-за чего никто и не заметил того, как молодёжь переглядывалась. Так и разошлись две процессии словно в море корабли, почти не задев друг друга бортами.

Конец второй книги.