Иногда, посмотрев на событие с другой стороны, можно увидеть абсолютно иную историю. Одна и та же трагедия может значить совершенно разные вещи на разных уровнях.
Сейчас мало кто вспомнит, почему Элленд называется именно так. Считается, что основательницей королевства была некая чародейка-великанша Эллен Всемогущая — в честь неё и назвали. Как бы там ни было, в народе история государства давно канула в лету.
Последние несколько декад королевство будто бы находилось в летаргическом сне. Но вот, несколько лет назад трон перешёл королю Эдварду, и Элленд ожил. Страна неожиданно вышла из состояния транса: торговля и производство вновь начали процветать, а власть стала в разы ближе к своему народу. Местные историки даже сравнивают это время с периодом правления самой Всемогущей Эллен, что всего за двенадцать лет на престоле смогла превратить Элленд в одно из самых сильных и развитых государств в мире на тот момент. Но после взлёта чаще всего идёт падение, как и было тогда, после внезапного исчезновения Эллен…
*
Золотистые занавеси с богатыми растительными узорами были раздвинуты. Огромное мозаичное окно на бежевой стене с роскошной отделкой освещало комнату. Лучи взошедшего солнца падали на лицо полноватой женщины в простеньком длинном платье молочного оттенка с аккуратным и чистым передником. В одной руке она держала деревянную расчёску, а в другой — гребешок для волос, украшенный драгоценными камнями самого разного вида. Женщина усердно пыталась распутать непослушные рыжие волосы молоденькой особы, что сидела перед нею. Они о чём-то оживлённо спорили.
— Но Ваше Высочество…
— Мия, — злобно прервала собеседницу девушка, — называй меня Тереза. Сколько раз тебе говорить!
— Мисс Тереза… Ваше Высочество… — Тереза нахмурила брови. — Неужели вы не хотите быть будущей королевой? Вам же всё равно когда-то придётся.
— Ах, Мия, ничего ты не понимаешь. Я стану лекарем и буду одновременно править страной! А если найду зелье от смерти раньше, чем стану следующей королевой, дам его всем в королевстве, и тогда мой отец никогда не… покинет нас, а значит, я не буду править страной. — При мысли о смерти папы, глаза принцессы заблестели. Ей всегда было тяжело даже думать о потере близких людей, особенно семьи. Тем более, она сама не очень верила в эти зелья. — Ай, Мия, больно! От этой страшной штучки в волосах у меня голова раскалывается. Сама сделаю себе причёску.
Девушка встала и окинула взглядом комнату. Дорогая мебель из-за границы с потрясающей резьбой, мраморный пол, огромная серебряная люстра. Свою комнату Тереза всегда убирала сама и не пускала сюда служанок. В комнату к ней приходила только Мия, которая должна была приводить внешний вид принцессы в порядок. И то даже её посылала королева, чтобы Тереза по глупости не вышла к гостям в каком-то простом и глупом наряде и с спутанными волосами, как она любила (а такое действительно случалось!). Девушка подошла к позолоченной прикроватной тумбочке, на которой стояла ваза цветов. Она вытащила оттуда две розовые гвоздики и нацепила их себе на голову. Посмотрев на себя в зеркало, она улыбнулась и подумала: "Так-то лучше".
Девушка вышла из комнаты в бесконечный коридор. Эти высокие потолки и длиннющие стены, украшенные портретами бывших королей и известных полководцев, которые она видела на протяжении всей жизни, угнетали её. Не то, чтобы Тереза была, как в сказке про спящую красавицу, заперта со всех сторон — да, её оберегали, но она могла спокойно гулять в городе, — но, несмотря на это, большая часть её жизни прошла во дворце и была невероятно скучна для неё. Общаться с похожими на неё детьми баронов и герцогов было совсем не интересно, а учиться одной — просто убийственно. Говорят, человек привыкает ко всему, но принцесса этого совсем не замечала: наоборот, с каждым годом она всё чаще пыталась вырваться наружу и уехать навсегда из замка.
Девушка дошла до столовой. Молодой слуга поклонился ей и открыл дверь в комнату, а потом убежал. Несмотря на то, что это была не основная столовая во дворце, она была обставлена ничуть не хуже тронного зала. На тёмный ореховый стол на тридцать человек была накрыта скатерть с геометрическими узорами. В дальней стороне стоял камин, облицованный белым мрамором. Розовато-белые стены были украшены самыми разными декорациями: начиная от вырезанной из дерева головы оленя, заканчивая портретом королевской семьи. Огромная хрустальная люстра свисала с потолка.
Король и королева находились в зале. Принцесса присела в реверансе перед родителями. Король и королева улыбнулась уголками губ и сели за стол, пригласив дочь. Тереза поправила своё пышное розовое платье с белым кружевным шлейфом и последовала сесть за родителями.
Королева была красивой женщиной: пламенного цвета волосы, прямой стан, чёрные, как смоль глаза. Она была невероятно доброй. Несмотря на это, её жёсткие черты лица чаще всего выражали серьёзность. У неё не было одной ноги — королева потеряла её во время страшного землетрясения в Элленде, что произошло за несколько дней до коронации её мужа. Никто не смог тогда помочь бедной женщине. Может, именно после этого события Тереза и решилась стать врачом. Король был высоким, широкоплечим мужчиной. Его обычно задумчивое лицо напрягало Терезу. Его образ полностью соответствовал какому-нибудь гордому и благородному королю из детской сказки.
Завтрак прошёл прекрасно. У любого, кто увидел бы, как накрыт стол, разыгрался бы аппетит. Одни фрукты и шоколадный торт с кремом по особому рецепту повара чего стоили! Всё бы и шло хорошо, если бы в один момент в зал не вбежал визирь. Он так запыхался, что чуть не забыл поклониться королю.
— Король Эдвард! У нас… — Он перевёл взгляд с короля на принцессу. Монарх, видимо, понял знак и обратился к дочери:
— Ступай, дочь моя. Прислуга принесёт завтрак тебе в комнату.
Тереза разозлилась. Ну как так можно?! Она ведь уже не ребёнок — ей восемнадцать! Несмотря на свою мечту о будущей профессии, девушка всё равно интересовалась делами королевства. Её злило не то, что король старался держать её подальше от своей серьёзной работы, а то, что он объяснял это тем, что "ей пока рано". А они ведь потом ещё хотят сделать её королевой Элленда! Раздражённая, с сжатыми кулаками, Тереза направилась обратно к себе. Надо же! Внезапно девушке пришла идея. Она повернулась и направилась обратно к двери в столовую. Подслушивать — нехорошо. Но её это не остановило. Принцесса смогла расслышать не всё.
— Эдвард, что нам делать? Мы успеем… — Королева была в растерянности.
— Нет, Ваше Королевское Высочество. Мы вряд ли сможем убежать. Нас слишком поздно предупредили. — Обычно спокойный и уравновешенный визирь в этот раз был очень взволнован и напуган.
Сердце Терезы сжалось. Глаза наполнились слезами. Она не знала, о чём речь, но уже жалела о своём решении подслушать разговор. Скорее всего, случится что-то плохое. Девушка подумала, что лучше уж жить в неведении, чем знать, что с тобой будет если это что-то настолько ужасное. И всё же любопытство и упрямство взяли верх, и она ещё ближе подошла к двери, чтобы получше расслышать разговор.
— Почему они раньше не сообщили? Неужели они предвидели это только за полчаса? Мы что, все?.. — Король так тяжело дышал и задыхался, что даже принцесса, стоящая за стеной, это слышала.
— Ваше Величество, у нас есть шанс! Конечно, население пострадает, но замок-то… он выдержит многое. Даже такое!
— Твой эгоизм, Шарль, — разозлился король, — меня сильно напрягает.
— Простите, Ваше Величество. Но ведь…
— Сообщите всему королевству как можно скорее. Найдите безопасное место, какое-нибудь убежище, отведите туда королеву, принцессу и прислугу. Сам я останусь здесь. — Король давал указания не очень уверенно.
— Эдвард, ты в своём уме? Что ты имеешь ввиду?
— Если Бог послал такое наказание моей стране, значит, я в чём-то провинился и должен получить заслуженное.
Тереза ощущала, как рёбра сжимают всё внутри. Её и без того чёрные глаза потемнели ещё больше. Она с трудом держалась, чтобы не потерять сознание. Зачем, зачем надо было подслушивать?! Ушла бы к себе в комнату! Она почему-то чувствовала свою вину в грядущем ужасном событии, хотя даже не понимала, что именно обсуждали в комнате. Сейчас она вообще винила себя во всём плохом, что случалось до этого. Дальнейшего разговора девушка уже не слышала. Она поспешила к себе в комнату.
Королева вошла, когда принцесса разглядывала своё отражение в зеркале и пыталась скрыть свои слёзы ужаса.
— Нам надо идти.
Девушка ничего не ответила. Женщина взяла её за руку и, выйдя из комнаты, довела её до лестницы и повела вниз. Казалось, они спускались вечность. У принцессы кружилась голова, несколько раз она чуть не упала головой вниз с мраморных ступенек. Королева обратила внимание на состояние дочери, но ничего не сказала. Надо было идти! Быстрее, быстрее!..
Наконец они дошли до сырого подвального помещения. По крайней мере, здесь им ничто не угрожает. Королева отперла огромную железную дверь и ввела туда дочь. Из-за темноты, принцесса и не представляла размеров места, где она находилась. Спускаться сюда ей никогда не разрешали.
— Посиди тут, — нервно проговорила королева. — Прислуга тоже скоро придёт.
— Я знаю, мам… что-то должно случиться. Расскажи мне правду. — Тереза уже не скрывала страха.
— Подожди, — проигнорировала её мать, — я только пойду к отцу. Не выходи отсюда ни в коем случае. — И она вышла. Тереза слышала, как её мама поднималась по лестнице.
С каждой секундой девушке становилось всё хуже. Тёмное помещение только усиливало чувство надвигающейся катастрофы. Что происходит? Что это может значить? Это не конец! Неужели… Нет, с её родителями всё будет хорошо! Где-то в глубине души она понимала, что зря надеется. Она почувствовала, как сердце выворачивается наизнанку. Что будет потом, когда… когда случится…
Земля ушла из под ног. В прямом смысле. С полок падали вещи, которые теперь Тереза могла разглядеть. Ноги стали ватными, и девушка упала на твёрдое каменное покрытие. Её кружило из стороны в сторону и морально, и физически. В голову вбился образ матери, бьющейся в боли и конвульсиях под обломками всего немного лет тому назад. Сейчас она поняла: землетрясение. Сильнейшее из всех, что происходили когда-либо в Элленде. Родители и прислуга так и не успели спастись…
*
В детской комнате стоял запах ещё не успевшей высохнуть краски. Недавно родители решили переоборудовать под Хлою комнату её старшей сестры. Светловолосая девочка лет трёх сидела на полу и внимательно разглядывала игрушки, которые перешли ей по наследству. Вдруг в комнату вбежала девочка постарше. Ей было двенадцать, однако из-за круглой формы лица, веснушек и смешной причёски её нередко путали с восьмилетками. Внезапно лицо старшей сестры изобразило гримасу ужаса.
— Хлоя, что… ты наделала?! Как ты?.. — закричала она. Она сильно сжала кулаки. По щекам девочки потекли слёзы.
— Прости меня, Клео. Я не х-хотела, честно. — Хлоя заплакала следом за сестрой.
— Тётя Эллен, посмотри, что она натворила! — ревя, позвала Клео.
Через некоторое время детскую вбежала молодая симпатичная женщина. Увидев плачущих девочек, она опустилась на колени и постаралась выяснить причину происходящего.
— Клео, не пугай меня. Что случилось?
Однако ответ ей не понадобился. Рядом с Хлоей стоял игрушечный замок. Разгромленный. Малышка Хлоя всё испортила. Миниатюрная, но такая изысканная мебель сломана, окна пробиты, король Эдвард (имена куклам давала Клео) лежал без головы, безымянная и безногая несчастная королева лишилась не только второй ноги, но и волос на голове, прислуга вовсе исчезла. И лишь одна кукла осталась в порядке. Она лежала в тёмной комнате в "подвале" дворца. Это была принцесса Тереза. Видимо, Хлое она нравилась больше всех, так что та не захотела её трогать.
Хоть со времени появления у Эллен этой игрушки утекло много воды; дворец изнутри и снаружи был перевёрнут с ног на голову; а все куклы были относительно новыми — купленными Клео, — женщина так и не забыла этот замок, который впоследствии подарила своим племянницам. Эллен вспомнила, как раньше могла часами разглядывать и играть с любимыми куклами; представлять себя основательницей целого королевства, которое она даже назвала в честь себя, — Элленд. С минуту она не отрывала взгляда от любимого прекрасного дворца — места, где в детстве она пряталась от суеты и скучных людей, несмотря на то, что место это было ничем иным, как простой игрушкой. Она завидовала детям, ведь они такие беззаботные, радостные. Она ни с того ни с сего испытала невероятно сильное желание вернуться в ту пору, когда она была такого же возраста, как сейчас её племянницы. Счастливые воспоминания целиком поглотили женщину. Простая игрушка для взрослого становится целым, почти реальным миром для ребёнка. И теперь, некогда её мир был разрушен…