Должен признать, сегодняшнее утро прекрасно. На самом деле я редко когда замечаю утро, ведь просыпаюсь к обеду. Но сегодня что-то заставило меня проснуться раньше.

На часах пять утра, краска солнца падает и создаёт собой будто золотое море на белых обоях. В комнате прохладно, но не сильно, ведь сейчас лето, август. Я не знал, чем себя занять. Сходить выпить чаю? Нет, таким образом я разбужу родителей.

Так и не сходив на кухню и ничем себя не заняв, я пролежал на своей кровати час. После чего мой покой нарушил гром, что раздался из открытой форточки. Я быстро вскочил, подошёл к окну: солнце было уже не видно — его закрыли плотные и серые тучи. Ветер начал свой танец, пробегая по деревьям, падая в землю, и этим самым он поднимал пыль и листья.

Такое странное чувство ютилось во мне. Будто я во сне… Спустя примерно пять минут показались первые капли дождя, а затем начался и ливень.

Я смотрел в окно на это прекрасное зрелище, для меня оно правда прекрасно, я очень люблю дождь, эти капли, словно жидкое стекло. Молния… Ну разве это не чудо? Я открыл окно на всю, волосы развевались, а капли пели хором, ударяясь о лужи, пока ещё небольшие.

Тогда мне пришла в голову странная мысль, хотя, учитывая мою жажду, не так уж это и странно. Я подумал, а что если бы я оказался сейчас там, на улице, и с неба вместо воды падали капли яблочного сока? Тогда мне так захотелось выпить этой воды, я протянул руки в окно, совместил ладони и подождал, пока они наполнятся водой, насколько это возможно. Затем я выпил то, что было в ладонях, улыбнулся, закрыл окно и продолжил лицезреть.

Насмотревшись, только отойдя от подоконника, я почувствовал боль в своём животе. Не стоило, видимо, пить дождевую воду. Я прошёл к кровати, лёг на неё и уснул.

Слипшиеся глаза нехотя открывались, я был под одеялом и чувствовал себя как-то не так. Открыв веки уже полностью, захотелось встать, но ног своих я не чувствовал. Я попытался пошевелить руками, но и их тоже не чувствовал. Зато я чувствовал что-то другое, не как обычные руки. Тогда я впал в панику, начал вертеться, пытаться прыгнуть, сделать хоть что-то, чтобы наконец выбраться из-под ткани. Я казался себе слишком маленьким, всё дрыгался и брыкался, но ничего не выходило, я закричал, но вместо крика я услышал звон, я закричал снова ещё сильнее и вновь услышал нехарактерный для моего голоса звон…

Спустя некоторое время переворотов я всё же докатился до края кровати, и когда моя голова оказалась за одеялом, а тело падало на пол, передо мной открылась картина, которая привела меня в шок. Вся мебель, все вещи, абсолютно всё было больше меня! Ну или просто меньше стал я…

Что происходит? Почему я не могу нормально управлять своим телом? Почему кругом такая величина? Я лежал на полу не шевелясь. Когда я глотал слюни, это было совсем иначе, не так, как у человека…

Собравшись с мыслями, я повернул голову в сторону своих ног и увидел вместо них птичьи лапы… Я начал поворачивать ими и всё же понял спустя некоторое время, как правильно управлять. Тогда получилось подняться. И я пошёл к зеркалу. Кое-как добравшись до него, в отражение увидел себя… Точнее, уже не себя, а птицу величиной с карандаш, серую, с маленьким клювом. Моё дыхание участилось в сто раз, я такими же действиями, как если бы у меня были руки, стал протирать глаза, но вместо рук шевелились крылья. Кстати, ими шевелилось намного легче.

Тогда я начал быстро и быстро делать одинаковые движения вверх и вниз крыльями. И, о боже, я лечу! Вправо, влево. Господи, это превосходно, я летал по комнате, будто и забыв, что был человеком, но в какой-то момент ручка двери опустилась, я мигом обернулся человеком, и в комнату вошла мама.

— Сынок, доброе утро. Всё хорошо? Из твоей комнаты доносились странные звуки.

— А-а-а! — повернулся я. Мама посмотрела на меня вопросительным взглядом. — Да, всё хорошо.

Я решил не рассказывать о том, что произошло, ведь мне бы не поверили. И вообще была мысль, что это лишь сон.

— Ну смотри… И иди завтракать, кстати.

Почти весь день я молчал, закрывая веки, вспоминал то, что произошло. «Может, я сошёл с ума? Как теперь забыть это…»

Вечером я лёг спать и уснул достаточно быстро, как ни странно, лишних мыслей, не дающих спать, не было. Видимо, уже так морально устал за день, что моё подсознание отключилось раньше, чем я сам.

Режущий мои уши звонок будильника заставил проснуться. Я открыл глаза, и снова та же картина… Целиком и полностью я находился под одеялом, на этот раз вылезти получилось достаточно просто.

Затем я подбежал к зеркалу и увидел в отражении ту же птицу… Внутри меня переполняли чувства. Так же весело, как и прошлым утром, я летал по комнате и пел. Но что-то тянуло меня на улицу. И вроде я сам управлял собой, но как-то несли крылья мои и сердце к улице. Я решил поддаться этому чувству, что уж тут, будто может произойти что-то ещё, более удивительное…

На тот момент форточка была открыта, я вылетел в неё, моя квартира находилась на девятом этаже. Передо мной открылся вид на огромное бетонное болото, провода, как растительность, которой зарастает вода, дома, как кувшинки, а из них есть те, которые цветут, самые обычные и гнилые. Прохожие, как обитатели: кто-то головастики, а кто-то — ядовитые змеи, благо, что хоть акул в нашем небольшом городе нет, ведь они все в морских мегаполисах.

И как приятно не утопать в этом, а быть над. Я летал по городу, наблюдал за суетливым обществом, у всех свои проблемы, все куда-то бегут. И никто не замечает птиц, это прекрасное голубое небо с белыми облаками, словно кронами деревьев. Не замечает время и дни, которые так быстро бегут, как и люди сами куда-то, закрыв глаза. А я отдалился от земли и вот уже стал чужим…

Мои размышления нарушило чувство голода, я увидел площадку, возле которой была стая птиц, и бабушку, которая кормила их. «Нет, зерно есть уж не буду», — точно сказал себе, приземлился на дерево, которое стояло возле этой площадки и наблюдал, как голуби едят это. Голод сказал мне: «Будешь». Я подлетел к голубям, поймал на себе взгляд бабушки и тут же вновь превратился в человека. Старая женщина уронила всё зерно, стояла не шевелясь. Я поднялся с земли и убежал.

Был уже вечер, я не знал, как оправдаться перед мамой, когда вернусь домой. Всё же, когда к двенадцати часам ночи я прибыл к своей квартире, достал из своего кармана ключи и тихо вставил их в дверь, повернув два раза и войдя в квартиру, я смог придумать оправдание, сказал, что рано утром ушёл гулять с друзьями, что мы ушли как-то далеко, заблудились, и всё это время я добирался до дома.

После объятий и небольшого нравственного разговора с мамой я бросился в кровать, ведь по закономерности наутро я снова стану птицей.

Когда проснулся, история снова повторилась: я очнулся птицей, уже более спокойно я вылетел в окно, и на этот раз меня стало тянуть в какое-то направление, пришлось поддаться этому магнитному чувству и повернуть…

Я будто потерял сознание, а когда очнулся, крылья двигались сами, взяв контроль на себя. Обернулся — вокруг меня птицы. Такие же, как я…

На земле в тот же момент, возле пруда, над которым я пролетал, стояла маленькая девочка, видимо, со своим дедушкой, она показывала пальцем на наш косяк и что-то говорила. «О нет». Я обернулся человеком и стал находиться в свободном падении. Наверное, не будь подо мной этого пруда, я бы разбился.

Плюхнувшись в озеро и уйдя в воду с головой, совладать с собой было не в моих силах, я опускался на дно и… всё потемнело.

Очнулся я уже в больнице, рядом сидя спала мама. «Сколько же я пролежал так…» Ну явно весь вчерашний вечер. Но сейчас за окном виднелось утро. Утро! А я не птица. Моим телом овладели нервы и злость, я вскочил с кровати, от этого проснулась мама.

— Сынок, ты чего вскочил? Ну-ка ложись давай.

— Мне нужно срочно домой! — прокричал я и побежал к выходу. Далее, минуя лестничный проём и главный вход, я очутился на улице, впереди была дорога, я побежал домой, ведь знал, где находился. Машины, что сигналили и проносились мимо, не были мне помехой, как дворы и переулки, которые я пробегал. Мне хотелось лишь одного… Лечь спать и снова стать птицей.

Когда я добежал до дома, возле подъезда под мой взор попала мамина машина. «О нет, значит, сюда нельзя». Я побежал туда, куда глядели глаза, перелез через какой-то забор, пробежался по грядкам, споткнулся об лавочку и упал возле частного дома. Закрыл глаза, всё потемнело, и я уснул.

Очнувшись, я увидел человеческие ноги, поднёс руки на взор глаз и увидел ладони. Я не превратился в птицу, видимо, для этого нужно спать у себя в кровати, я мигом вскочил и побежал домой.

Позвонил в свою дверь, её отворила мама, в слезах она начала истерически кричать:

— Да что с тобой происходит?! — дальше уже не слышал, ведь поскорее лёг в кровать. Не знаю, как мне удавалось столько спать, но что и в прошлый раз, когда я лёг возле какого-то дома спать днём, проснулся утром, что сейчас, ложась спать утром, вновь проснулся следующим утром.

К моей ярости, я вновь был человеком, меня переполняло бешенство. Подойдя к зеркалу и увидев там своё отражение, я ударил по нему, и то разбились. В комнату забежала мама и, не слушая то, что она говорила, я просто лёг в кровать и снова уснул.

На следующие утро мне помогли проснуться люди в белых халатах, я сразу понял, что опять человек. Тогда я стал будто действующим вулканом: лава моя были эмоции, а пепел — действия. Ими я закрывал солнце, всё хорошее для себя и для мамы. Я ударил одного из врачей, начал убегать, но меня остановили двое других. Последнее, что я помню, это то, как меня схватили и потащили в сторону двери.

Мои глаза слепит белая лампа, что висит надо мной. Я не птица, руки, как и ноги мои, связаны.

— Он очнулся, — послышался мужской голос за дверью.

— Попробуйте с ним поговорить. — После этих слов вошла мама и села возле меня.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально, — ответил я, после чего добавил: — Очень хочу домой.

— Ты ведёшь себя неадекватно, поэтому ты пока будешь здесь, иначе я сойду с ума… — ответила мама.

— Я не знаю, что на меня нашло… прости. Точнее, предполагаю.

— И что же ты предполагаешь?

— Я честно больше не буду себя так вести! И готов ходить к психиатру и всё тебе рассказать, я на самом деле вменяем, просто кое-что произошло…

— Говори уже что! — строго сказала мама.

— Давай дома, за кружкой чая.

После моих слов она вышла из палаты и спустя некоторое время вернулась уже со врачом.

— Учти, если что-то подобное повторится, мы будем вынуждены тебя оставить, а пока ты будешь должен ходить каждый день на разговоры с психологом сюда, а если потребуется — и с психиатром. Также тебе будет необходимо пройти всех врачей в этом списке.

После того как я кивнул, меня освободили, маме дали бумаги, я переоделся, и мы вернулись домой. Мама, сидя со мной за кухонным столом с чашкой чая, сказала:

— Ну, так что же произошло?

— Честно говоря, я так себя плохо чувствую… Можно я отосплюсь, и мы поговорим об этом потом? — ответил я. Мама тяжело выдохнула и пошла в свою комнату. Я же лёг в постель, закрыл глаза и уснул.

Знаете такое чувство, когда ты вроде бы уже проснулся, а вроде бы еще и спишь, уже в таком состоянии, пусть не в полную, но можно размышлять. Так вот, сейчас была такая же ситуация.

Я был безмерно рад, думая, что сейчас вновь расправлю свои крылья и полечу. Но когда я открыл глаза, почувствовал, что вовсе не птица. Тогда я вскочил с постели, скинув одеяло, с огромными глазами начал смотреть на руки, затем упал на коленки и истерически стал дышать, издавая при этом небольшой крик, весь покраснел, руками держал себя за волосы, вырывая их, мне хотелось лишь обернуться птицей.

Потом я вскочил с коленок, и взгляд мой пал на окно, я подбежал к нему, открыл, разбежался и прыгнул.

Время замедлялось, и в падении я стал махать руками, надеясь на взлёт, но нет. Резкая боль в животе от пенька, на который я приземлился, секунда, и я снова птица, лежащая в кровати в комнате с открытым окном.

Я подлетел к окну, посмотрел вниз с девятого этажа и увидел лежащего себя животом на пеньке, а рядом кровь… Такой же лужей, что и дождь оставляет за собой. А далее я слышу крик:

— Сыно-о-ок! Сыно-о-ок! — Сначала очень громкий, но потом стихший до обычной речи.

Я открываю глаза и вижу на стене часы. На них 10:00 утра. Я человек, а рядом мама, которая улыбается и говорит: «Доброе утро». Мой живот болит, а за окном виднеется ливень, который всё ещё идёт с того момента, когда на настенных часах время было пять часов утра.