На восходе дня, Смерть, возьми меня.

Уходи, война, я сыта сполна!

Когда люди мертвы, они не плохие и не хорошие. Трупы не могут быть ни злыми, ни добрыми. Это лишь тела, покинутые душами, лишенные жизни.

Смерть всех уравнивает. Ибо уважает каждого. Смерть не делает никому поблажек и никого не превозносит. Для смерти все равны.

Человек имеет статус, регалии и свою историю, только пока он жив. Умирая, он превращается в пыль и, в лучшем случае, в память. В худшем: его никто никогда не вспомнит.

Вспомнят ли их? Каждого из них?

Гермиона стоит посреди открытого поля, раскинув руки в стороны навстречу восходящему солнцу. Первые трепетные лучи касаются ее покрытого копотью и кровью лица. Одинокая слеза, навернувшись в уголке глаза, стекает по щеке.

Выбившиеся из косы пряди колышутся на ветру и лезут в глаза, закрывая обзор, но она все равно видит их. Сотни бездыханных тел в предрассветном чистом поле. Невысокая трава, озаренная мягким светом, не скрывает свежие останки волшебников.

Своих и чужих.

Союзников и врагов.

Погибая, они становятся равными. Все они чьи-то дети и родители. Чьи-то братья и сестры. Чьи-то любимые и близкие люди.

Были когда-то…

Теперь это уложенные друг на друга безымянные трупы.

Пожиратели и Орденцы.

Приспешники Тьмы и защитники Света.

Война не щадит никого. Каждому щедро даря персональную порцию боли, ужаса и разрушения. Внутреннего и внешнего.

Гермиона давно разрушена до основания. От нее осталась лишь набитая костями и кровью оболочка.

В первый год войны она потеряла Гарри, а второй отнял у нее Рона и Джинни. Они ушли друг за другом, словно перелетные птицы, спешащие на юг, но уже не вернутся летом.

Никогда.

На третий год Грейнджер стала молодым командиром ополчения. Она вела отряд в бой и в дождь, и в снег, не взирая на погоду и свое вывернутое наизнанку сердце.

Душа умерла вместе с друзьями. Вместе с Роном, который так и не успел стать ее первым мужчиной. Вместе с Гарри, который так и не успел сделать предложение Джинни. Кольцо нашли в кармане его брюк.

Волан-де-Морт убил мальчика-который-хотел-всех-спасти. Магический Гитлер убил их всех. Отнял их у нее вместе с родителями, которые уже никогда не вспомнят дочь, даже если она выживет.

Если хоть кто-нибудь выживет в этой бесконечной мясорубке.

Вторая магическая война идет по всему миру пятый год. Гермиона может посчитать года по шрамам-зарубкам на теле. Почти в каждом крупном бою она получила увечия. Мизинец на руке отсутствует, а спину прорезает уродливый незаживающий шрам от осколка магического артефакта, застрявшего в позвоночнике после взрыва.

Ей плевать. Она будет мстить до последнего.

За своих любимых. За каждого из них.

Пока проклятый Темный Лорд не издохнет. Гермиона намерена лично прикончить его.

Вечно трясущаяся рука сжимается на волшебной палочке. Вот теперь ее лучшая и единственная подруга.

Легкое прикосновение заставляет Гермиону испуганно вздрогнуть.

Она думала, что осталась одна. Выжившие ополченцы трансгрессировали в штаб. Но последняя из золотого трио должна была запомнить этот момент. Проникнуться им. Посмотреть в лицо Смерти, которая опять забрала всех, кроме нее.

Почему я должна все это вынести? Ради чего?

Теплое прикосновение к плечу становится более настойчивым. Она резко поворачивается, заранее зная, кто это.

— Ты остался?

— Да, Грейнджер, как обычно.

— Спасибо.

— Иди ко мне, — он обнимает ее, крепко прижимая к себе, и она с облегчением закрывает глаза.

Слова не нужны.

Он сильный, высокий и горячий. Живой. На его широкой груди можно спрятаться от смерти и ужаса хотя бы на краткое мгновение, нужное для передышки.

Теперь она находит успокоение только в нем.

— Я же люблю тебя, глупая, и ни за что не оставлю одну.

Гермиона чувствует его улыбку покрытой мурашками кожей.

Я тоже…

Люблю тебя, Драко Малфой…

Комментарий к 1. Рассвет в крови

Озвучку 1 главы с крутейшим видео — практически фильм — смотрите здесь:

https://t.me/Lolli_Pop_writer/9

Комментарий к 2. Громкое молчание

Саундтрек: Наргиз «Ты моя нежность»

https://m.youtube.com/watch?v=Mx4Sw-ClFeg

Слушаем: до мурашек…

Я стояла на краю Земли.

Больше точно не могу лететь.

И уходят наши корабли.

Нам уже, наверно, не успеть

Эту песню нам вдвоем допеть.

Ты моя нежность, ты мое небо.

За тобой встану, где бы ты не был.

Ты мое сердце, ты мое чудо.

Обниму нежно и с тобой буду…

Солнце охватывает земную поверхность и погружает ее в царство тепла и света.

Трупы убитых волшебников обдувает легкий летний ветер, унося их невзгоды и печали прочь. Больше им не о чем беспокоиться.

Дыхание постепенно выравнивается. Гермиона спешно подтягивает брюки и застегивает ширинку, одергивая старую походную мантию. Она встает с примятой травы на краю поля боя и осматривается по сторонам.

Мертвая тишина.

Краткие встречи и стремительная близость давно стали для них обыденностью и единственной возможностью почувствовать друг друга. И отвлечься от криков умирающих, которые звучат в ее голове постоянно.

— Я должен идти, — небрежно бросает он, отводя взгляд, словно между ними ничего не было.

Его челюсти крепко сжаты.

Они оба знают, что не хотят расставаться вот так: молниеносно сгорев в костре страсти, чтобы после уйти, унося с собой в сердце тлеющие угли.

— Ты же знаешь, он ждет своего генерала Малфоя, — Драко сплевывает подкатившую к горлу желчь под ноги. — Я должен отчитаться о нашей очередной победе, — горечь в его голосе скрипит песком на ее зубах.

Гермиона сглатывает. Слова застревают в сдавленной глотке. И боль накатывает новой волной.

Сколько будет длиться эта пытка?

Все-таки мы мазохисты.

— Скажешь мне что-нибудь на прощание? — обычно хладнокровный мужской голос теперь дрожит и сочится надеждой и отчаянием.

Грейнджер мучительно закрывает глаза. Ей страшно.

Что, если она признается в любви, и судьба заберет его у нее, как забрала всех остальных? Всех любимых…

Даже вражеские пытки не пугают ее так, как три простых слова, которые вертятся на языке каждый раз. И каждый раз она молчит.

— Пожалуйста, Гермиона!

Эта фраза для него как подвиг. Генерал Драко Малфой никого ни о чем не просит. Он берет свое силой и властью.

Только не с ней. С ней он другой.

— Я… не могу.

Ее сердце разрывается на части. Заявить о своих чувствах к нему вслух — все равно что обречь его на смерть.

— А если ты больше никогда меня не увидишь?

Ей хочется кричать на весь мир и вывернуть перед ним душу наизнанку: «На! Забирай — это все твое». Но она лишь молча смотрит на него говорящим взглядом, сдерживая предательские слезы.

— Увижу. Тебя хранит мое молчание.

И скорбь. Которая заперта внутри и похоронена на самом дне души. Скорбь по всем потерянным без вести на полях сражений и всем погибшим, которых она похоронила за пять лет. Каждая утрата дает призрачную уверенность в том, что конец войны близок.

Ничто не может продолжаться вечно.

Если умер кто-то другой, значит, Он жив. Это жестоко. Но Гермиона каждый раз выдыхает с облегчением, видя, что у очередного трупа не Его лицо.

— Выживи любой ценой, — чеканит она жестко. — Больше я ни о чем тебя не попрошу. Никогда.

Командир Грейнджер привыкла командовать своими подчиненными. Но только не им — он выше ее по званию и числится во вражеской армии.

— Я благодарен этой проклятой войне. За тебя.

Его горький смешок тонет в ее пыльных растрепанных волосах. Он нависает над ней, обняв в прощальном порыве.

Хлопок. Его фигура растворяется в воздухе, и она вновь остается одна.

Насмешка судьбы. Если бы не кровавая бойня два года назад, когда он вытащил ее из-под обломков здания Министерства, она бы не познала любви.

Той любви, которой до сих пор боится, как огня.

Когда Волан-де-Морт падет, Гермиона заявит об их с Малфоем отношениях во всеуслышание. Будет биться за них, за него — до последнего. Как дьявольская фурия.

Лишь бы они оба выжили.

Тогда ты узнаешь силу моей любви, Драко. Я скажу тебе все, что ты хочешь услышать.

Надеюсь, я успею.

Комментарий к 2. Громкое молчание

Огненная эстетика к 1–2 главам от Franke winni:

https://t.me/frankewinnisays/1460

Комментарий к 3. В следующей жизни

Посвящаю Рите, которая хотела увидеть конец войны… и ради этого даже вернулась на Фикбук 🖤

Все должно закончиться там, где начиналось. Там, где волшебство берет свои истоки и крепчает, закаляясь в учении и на практике.

Она внимательно оглядывает опушку Запретного леса и зорким глазом разведчика подмечает границу антитрансгрессионного барьера, которая еле заметно поблескивает на свету.

До точки спасения придется бежать сломя голову.

Если выживу…

Хогвартс совсем близко — врастает башнями в пасмурное серое небо.

Он там. Остался последний шаг.

— Ну же, бей! Какой ты к черту Пожиратель? Еще и генерал армии, — Гермиона злится и яростно хмурит брови. — Твой хозяин не поверит тебе, если на мне не будет следов насилия.

— Нет! Это лишнее, — Драко упрямо качает головой, складывая мощные руки на широкой груди.

— Давай, ударь меня! — кричит она отчаянно, зная, что права и должна добиться цели любым путем. — Я тебя не люблю, слышишь? Поэтому и не говорила вслух… Я всегда притворялась.

— Не верю. Очевидная ложь!

Его голос настолько спокоен, а вид непоколебим, что ее с головой накрывает дикое раздражение и негодование.

Что за самовлюбленный болван!

— Ты была настоящей со мной. Твои руки и губы не лгали. Они не могли, — от этих слов ей хочется взвыть — словно сердце царапают тупым ножом. — Ты не умеешь врать, Грейнджер.

— Теперь умею. Война научила меня многому, Малфой.

Мой лучший учитель, черт возьми.

Гермиона со всей силы ударяет его кулаками по грудной клетке. Драко даже бровью не ведет. Он тоже оброс стальной броней на фронтах второй магической. В рукопашном бою она бы проиграла ему с позором.

— Все, хватит, — вздыхает она обреченно, — ты сам напросился.

Один проворный взмах волшебной палочкой с невербальным Империо, и генерал вражеской армии становится послушным щенком у ее ног.

А теперь бей!

Резкий удар наотмашь прилетает в правый висок. Она отшатывается, ощутив дикую боль в голове. Черепная коробка будто трескается пополам. И внутри звенит.

Звон оглушает ее.

А удары так и сыпятся сверху. Кулак врезается в плечо, в ключицу, в живот. И она задыхается от шквального напора.

Тяжелый ботинок придавливает ее к земле.

Достаточно. Сдаюсь!

Малфой отходит, чертыхаясь, и возвращается к ней с дикими потемневшими глазами.

— Какого черта, Грейнджер?

Его хриплый крик, полный горечи, бьет сильнее кулаков.

— Так надо, — сипит она, хватаясь за бок, и сплевывает кровь на землю. — А теперь веди меня к нему. Как договаривались.

Спустя десять бесконечных минут Драко грубо втаскивает пленницу за волосы в Большой Зал бывшей школы. И кидает к ногам своего Повелителя ее искалеченное тело, в котором теплится изувеченная душа.

Злорадный смех Волан-де-Морта оглашает высокие своды зала, отскакивая эхом от каменных стен.

Триумф Тьмы.

Полная капитуляция Света.

Грязнокровка повержена. Единственная, кто оставался символом надежды на победу добра.

Темный Лорд с наслаждением потешается над ней на виду у своих подданных. Пожиратели кольцом окружают вражескую шпионку.

Малфой сохраняет мертвецкое спокойствие, хладнокровно наблюдая за тем, как самозванный Повелитель ломает волшебную палочку его любимой прямо перед ее окровавленным лицом.

— Войне — конец! Господа, поздравляю нас, — ликует Лорд, обходя Гермиону и смакуя ее беспомощность, которая вовсе не наиграна.

Здесь и сейчас командир Грейнджер сломлена до самого основания во всех смыслах. И лишь крепкий несгибаемый хребет держит ее в мире живых.

— Ты последняя, — шипит Волан-де-Морт, вплотную нависая над пленницей и опаляя ее лоб обжигающим дыханием смерти, — кто мешал мне установить абсолютную власть.

Никто не замечает ловкого движения руки Драко. Таинственный сверкающий артефакт неожиданно вылетает из его кармана, и все вокруг замирают. Кроме него.

Пространство застывает.

Время останавливается.

Генерал Малфой обещает себе поставить свечу за упокой усопших предков, спрятавших в родовом поместье отменную коллекцию темных артефактов.

Он собирает палочки из рук неподвижных Пожирателей, словно богатый урожай. И с удовольствием щелкает пальцами перед невидящим взором красных глаз проклятого Лорда.

— Молчишь? — ухмыляется Драко, доставая из-под черной мантии меч Гриффиндора. — Вынужден тебя огорчить, но все твои гребаные крестражи уничтожены. Мы с Грейнджер постарались.

Малфой дает себе время, чтобы поверить в реальность происходящего. Тяжело вздыхает, набираясь смелости.

— Извини, но я не дам тебе высказаться перед смертью. Не заслужил.

Точным ударом «правая рука хозяина» сносит голову господина с плеч.

Дикий смешок срывается с его губ. И состояние аффекта настигает его врасплох.

Драко рубит головы как прирожденный палач, словно вся жизнь вела его к этому звездному часу.

Кровавая вакханалия захватывает его существо целиком.

Он знает, что война не кончится для него победой в любом случае.

Малфой обречен испытывать вечное чувство вины.

Так какая разница? По какому поводу ощущать разрывающие муки совести.

Кровь покрывает его окаменевшее лицо и форму профессионального убийцы. Сердце бешено стучит, разгоняя адреналин по венам.

— Теперь я истинный Пожиратель смерти, — улыбается он сквозь слезы, оглядывая трупы приспешников зла, сваленные друг на друга.

Но застывшая Гермиона не слышит его. Единственная, кто сегодня выйдет живой из Большого зала.

Драко выхватывает бузинную палочку из руки обезглавленного Волан-де-Морта.

Миссия выполнена. Но не совсем так, как они договаривались.

— Я должен уйти, любимая. Новая мирная жизнь — не для меня.

Я дарю ее тебе. Это все — твое.

Он бросает на Гермиону прощальный взгляд, но не прикасается. Слишком больно.

Стремительно покидает Хогвартс. Запретный лес. Шотландию.

Прости…

Возможно, когда-нибудь мы встретимся. И будем вместе.

В следующей жизни.

Комментарий к 3. В следующей жизни

Чтобы получать уведомления о моих новых работах, нажмите на звезду ⭐️ «избранное» в шапке профиля: https://ficbook.net/authors/6399060#content

Комментарий к 4. А что если?

Посвящаю моей музе Old Teen. Она вдохновила меня написать любовные хроники командира Грейнджер.

Ночной лес давит наступающей тьмой и душит затхлым смрадом. Кто-то сповадился убивать местных акромантулов, и их мохнатые чудовищные туши тоскливо лежат между деревьями.

Паучий геноцид вовсе не волнует Гермиону. Но нечто, способное уничтожить армию монстров, искренне пугает ее.

Она сильнее натягивает на себя капюшон мантии и в очередной раз обходит логово потомков Арагога в Запретном лесу, подсвечивая путь фонариком и продираясь сквозь густую паутину.

Пусто.

Только мерзкая вонь разлагающейся плоти бьет наповал. До тошноты. До дрожи.

Было бы умнее взять напарника.

Но ведь Грейнджер упрямая, своевольная и, к тому же, лучшая из мракоборцев — их командир, черт возьми.

Я сама!

Вот ее излюбленный девиз.

С тех пор, как она осталась совсем одна…

Очнулась в Большом зале среди обезглавленных тел Пожирателей. Отдернула руку от лужи крови Волан-де-Морта, чье лицо застыло в посмертной усмешке. Навечно.

Эти воспоминания преследуют ее уже год, и врядли когда-нибудь отпустят.

В тот момент Гермиона осознала, что Драко ушел и оставил ее.

Навсегда.

Чертов предатель. Трус.

Она готова была положить жизнь на то, чтобы отмыть его от Тьмы и скверны. Отсудить у Визенгамота. Отмолить его грехи.

Но он, как обычно, плевал на ее мнение.

Видимо, он не верил в них. В их будущее.

«Вместе».

Это слово горчит на языке. Горький привкус полыни. Ком застревает в горле и хочется сплюнуть желчь.

Вырвать из себя чувство скорби по умершей мечте. О взаимной любви. О семье с ним.

Она не позволяла себе признаться в чувствах к Малфою вслух. И правильно делала. Зато он жив.

А может, зря?

Что если бы Гермиона позволила себе заявить об этом прямо? Тогда судьба бы сжалилась над ними?

Тихий шорох нарушает поток ее мыслей.

В подбородок вдруг упирается острый кончик волшебной палочки. Со спины наваливается тяжелый и горячий захват.

Мужчина. Высокий и сильный. Его руки обвивают ее тело, лишая подвижности. Выбивая воздух из легких.

Потеряла бдительность — получи нож в спину.

Молчание. И жар тела.

Его терпкий запах — до боли знакомый. От него кружится голова, и из глубин памяти всплывают стальные серые глаза. Те, что смотрели на нее с почти животным обожанием и покорностью. В минуты слабости. Близости. Единения душ.

— Не ожидала?

Она вздрагивает. Низкий хриплый шепот опаляет ее мгновенным узнаванием, словно кожу обдают кипятком.

— Ты?

В ее дрожащем голосе звенит отчаянная недосказанность, которую она копила день за днем — целый год.

— Я вернулся.

Он резко поворачивает ее к себе лицом, вдавливая спиной в ствол векового дуба. Нависает над ней, приближается к губам. Глаза в глаза. Как раньше…

— Ублюдок! Думаешь, все так просто?

Ее нечеловеческий крик разрезает мертвую тишину спящего леса.

— Тише, Грейнджер. Не буди их, — шипит он над самым ее ухом.

— Кого?

— Лесных тварей. Их здесь — еще море. Наплодились: только успевай истреблять.

— Это был ты? Чертов санитар леса?

Гермиона требовательно смотрит на знакомое лицо. Его лицо. Но оно уже не родное. Другое.

Шрам прорезал левую скулу поперек. Глубокая морщина застряла аккурат между светлых бровей.

— Да, я прикончил гребаных многоножек за тебя. Могла бы и спасибо сказать такому полезному помощнику.

— Мог бы и письмо оставить. Хотя бы предупредить!

Она толкает его ладонями в грудь со всей силы. Тщетно. Он стал еще мощнее.

Возмужал, сволочь.

— Я хотел…

— Не верю! Очевидная ложь.

Возвращает ему его же прошлогодние слова. Он скупо ухмыляется.

— Гермиона! Я по-прежнему люблю тебя… Но знаю, что я в розыске… Больше не генерал, а лишь беглый преступник.

Она фыркает. И прячет взгляд: влажные глаза предательски выдают ее.

— Я могла бы…

Малфой без предупреждения накрывает ее губы поцелуем. Жадным и всеобъемлющим. Вакуум. Внутри и снаружи.

Грейнджер ощущает лишь поглотившую ее вселенную. Целую вселенную в его лице.

Он отрывается от нее так же резко, внимательно наблюдая за реакцией.

— Почему, Драко?

В этом вопросе сошлись ее боль, отчаяние и мольба.

Зачем ты покинул меня?

Вернись ко мне. Будь со мной!

— Ты бы не смогла пойти против всего мира ради меня, — он оценивающе смотрит на нее. — Нет, не так… Пошла бы, но не выстояла.

— Но вместе…

Его жесткая ладонь плотно прижимается к ее рту.

— Наивный Гриффиндор. Все вы — глупые мечтатели. А ты — больше всех, Грейнджер.

Драко подсовывает ей в руку гладкий шар размером с грецкий орех, крепко смыкая ее кулак со странным предметом внутри.

— Это портал. Он приведет тебя ко мне. Но не спеши, подумай. Обратной дороги не будет.

— Куда?

Едва успевает вымолвить Гермиона, как его фигура растворяется в воздухе с тихим хлопком. Это звук одиночества.

Снова…

Одичалая, холодная. Одна.

Будь ты проклят, Драко Малфой!

Она до боли сжимает пальцами загадочный шарик. Подносит к глазам: совершенно прозрачный. И лишь в глубине его клубится белесая дымка.

Что мне теперь делать?

Комментарий к 4. А что если?

Спасибо тем авторам, которых я читаю и люблю 🙏🏼 Вы вдохновляете меня писать, и я стремлюсь к вам, как к звездам в далеком космосе 🚀

Комментарий к 5. Он всегда это знал

Саундтрек: Максим Фадеев и Наргиз

«С любимыми не расставайтесь»

https://m.youtube.com/watch?v=cAFgJJAb45E

Послушайте: мировая песня.

Откровение души…

С любимыми не расставайтесь!

Всей кровью прорастайте в них.

И каждый раз навек прощайтесь,

Когда уходите на миг!

Холодный ночной воздух пробирает до костей. Она сидит, застыв, на подоконнике у распахнутого настежь окна в одном белье.

В своей маленькой одинокой квартирке на окраине Лондона.

Сон не идет.

Бессонница давно стала вечной спутницей командира Грейнджер.

Гребаный лунатизм.

Глаза выпучено пялятся на осколок луны в темном небе. Невозможно оторваться от светящегося во мраке серпа.

Высунутая из окна голова клонится к земле. Гравитация неумолимо работает против жизни. Гермиону так и тянет полетать с десятого этажа высотки.

Лишь бы не делать чертов выбор.

Она комкает в руке свежий номер «Пророка», с обложки которого натянуто улыбается ее собственное вымученное лицо.

«Героиня войны, наконец-то, получит Орден Мерлина первой степени за победу над темнейшим магом всех времен», — гласит передовица.

«Несмотря на свой упрямый отказ».

Никто не поверил в «байку» о том, что генерал Драко Малфой вдруг взял и сразил своего Повелителя и «боевых товарищей».

Доказательств не было. А слова потерпевшей приняли за бред. За это «бедняжку» отправили в Мунго на месяц. И выпустили, только когда она признала, что поствоенный синдром напрочь снес ей крышу.

Еще полгода ушло на то, чтобы вернуть доверие волшебного мира и подняться до статуса главы мракоборцев.

Она собирала свою жизнь по кусочкам.

Почти собрала.

И тут появляется Он. Нежданно. Когда она уже смирилась. Уже погасла, как догоревшая свеча.

Остался лишь огарок.

Жестоко.

Ибо Гермиона еле вернула родителей из забытья, отдав все накопленное и заработанное целителям разума.

Перевезла мать и отца в Лондон. Поселила их в соседнем доме. Обрела семью.

Обрела равновесие. Мнимое.

Она бросает взгляд на старый затертый газетный лист.

«Награда за поимку беглого Пожирателя смерти Драко Малфоя — 40.000 галлеонов»…

Он высокомерно ухмыляется со школьного снимка довоенных времен. Юный. Самоуверенный. Тогда еще невинный.

Теперь убийца и самый разыскиваемый преступник в Европе.

Гермиона держит на раскрытой ладони прозрачный шар, всматриваясь в его дымчатую глубь.

«Пора».

Слово складывается из белесых букв в самом центре окружности. И ей слышится хриплый голос Драко.

Сердце екает. Ток проходит по замерзшему телу.

Он зовет ее.

«02:00».

Цифры всплывают в глубине шара. Отсчет пошел.

Черт!

Секундное замешательство.

Импульс. И прежде, чем сомнение успевает захватить ее, Гермиона спрыгивает с подоконника. И пулей летит к шкафу.

«01:35».

Она одевается за минуту и судорожно хватает бисерную сумочку. Ту самую, в которой до сих пор хранит целый склад вещей на все случаи жизни. Под заклятием незримого расширения.

«00:23».

Гермиона замирает посреди спальни, уставившись на портал, сжатый ее тонкими пальцами с красным маникюром.

Цепляет взглядом фотографию смеющихся родителей, что висит на стене над кроватью. В последний раз.

Прощайте.

Я люблю вас.

Прижимает к груди волшебную палочку.

«00:00».

Тело сдавливает, словно его пропускают через игольное ушко. Вихрь уносит ее ко всем чертям. Будь что будет.

Ноги упираются в каменную твердь. Тело обдают соленые брызги. Она открывает глаза. И теряет равновесие, накренившись над пропастью. Падает…

Сильные мужские руки подхватывают ее за тонкую талию.

— Куда это ты собралась, Грейнджер? Ты ведь только пришла.

Родная ухмылка вызывает у нее волну мурашек.

— Нам не нужны несчастные случаи. Было бы глупо вот так умереть на пороге счастья.

Он притягивает ее к себе, заключая в кольцо горячих объятий.

Боже! Какое блаженство.

Вновь раствориться в его обжигающем тепле. Как вернуться домой после невыносимого дня. Скинуть обувь. Стянуть давящую одежду. И окунуться в согревающий уют.

Я дома.

Гермиона выглядывает из-за плеча Драко — дух захватывает.

Они стоят, обнявшись, на вершине скалы среди бескрайнего бушующего моря. Каменная площадка еле вмещает их двоих.

Шаг в сторону — и ты падаешь в пропасть.

Но в его руках Гермиона чувствует себя неуязвимой.

Промозглый ветер треплет ее распущенные волосы. Соленые капли бьют в лицо. Она прячет улыбку, упираясь лбом в его грудь.

— Где мы?

— Какая разница? Главное — вместе.

Она кивает в молчаливом согласии.

Слеза стекает с ее щеки, теряясь в наступающей буре.

С неба льет вода. Тонны воды окружают их со всех сторон, готовые поглотить безвозвратно.

Но внутри разливается горячая, живительная патока. Она склеивает Гермиону заново.

Словно возрождение.

Для новой жизни.

Плевать на вопросы и выяснения отношений. Мы обсудим все потом.

— Я люблю тебя.

Шепчет она одними устами. Больше для себя, чем для него.

— Знаю.

Его горячий поцелуй в губы обжигает ее и колет сотнями иголок вдоль позвоночника.

Он всегда это знал.

Комментарий к 5. Он всегда это знал

Дорогие мои, поделитесь эмоциями — оставьте след в комментариях 🙏🏼 Человеку нужен человек 💔

Ради этого и живем…

Каждому необходима капля тепла ближнего — это все, что мы можем дать друг другу.

Комментарий к 6. Космос между нами

Милая Old Teen, благодарю тебя за нашу совместную идею 👍🏼 Обняла 😘

Саундтрек (кайфовый до слез):

Наргиз и Максим Фадеев «Вдвоем»

https://m.youtube.com/watch?v=LBKuHpJprVI

Мы вдвоем: вокруг солнца на земле — день за днем.

И под ярким самым и под дождем вдвоем.

Все на свете вместе переживем.

И когда-нибудь в один день умрем.

Мы вдвоем…

Бескрайняя чернота поглощает карие радужки. Насколько хватает взгляда: кругом простирается темная бездна, сверкающая россыпью далеких звезд.

Теперь уже не таких далеких.

Космос.

Он и страшит, и завораживает одновременно.

Гермиона неотрывно смотрит остекленевшими глазами в круглый иллюминатор. Сердце проваливается куда-то в ноги, вросшие в пол.

На борту космического корабля «Лепрекон» невыносимо холодно. Она никак не привыкнет к зябкому чувству онемения в конечностях.

Ее знобит. Термобелье совсем не справляется.

Или легкий тремор в кистях вовсе не от холода?

Он остался со времен войны. И будет с ней до конца жизни.

Если ее жизнь не оборвется здесь, в космосе. Гермиона уже начинает сомневаться в своей гениальной затее.

«Первая волшебная экспедиция на Марс». Увидев кричащий заголовок в «Пророке» полгода назад, она не могла упустить такого шанса.

Спустя пять лет мучительных скитаний с беглым Малфоем Грейнджер окончательно вымоталась и душевно очерствела.

Ни дома. Ни семьи. Ни покоя.

Только вечный страх разоблачения. И боль утраты.

Тайной переписки с родителями было катастрофически мало для ее любящего сердца.

«Командир Грейнджер пропала без вести», — трубила пресса.

Дискуссии о причинах ее исчезновения длились годами. Безумные догадки вызывали шок.

«Героиню войны забрали инопланетяне»… Абсурд.

Сколько раз ее атаковали навязчивые мысли: что если бы портал не сработал или потерялся? Начала бы она жизнь с нуля без Драко?

Смогу ли я быть счастлива без него?

Разочарование перевесило любовь.

Однажды при очередном переезде в тайное убежище Гермиона сорвалась и устроила Малфою буйную истерику. Всего раз. Но этого хватило, чтобы он понял. Дальше прятаться не имеет смысла.

— Вот ты где. Я искал тебя.

К ней приближается высокий статный брюнет с вьющимися волосами и пронзительными глазами цвета морской волны.

Красивый. До одури и дрожи в коленках.

— Вернись в спальный отсек — мы не закончили, — мурлычет он ей на ушко. — Я тебя согрею.

Его сильные руки обвиваются вокруг ее груди, широкая ладонь поднимается выше, и пальцы сжимаются на ее тонкой шее.

Она сглатывает.

Он поднимает ее на руки и уносит в их совместную каюту.

Гермиона задыхается от нахлынувшего возбуждения. Словно в бреду отдается ему без остатка. Тает под его руками. Растекается безвольной жижей.

Ненасытный любовник берет ее жадно, глубоко и по-хозяйски. Снова и снова. Пока она чуть ли не теряет сознание от изнеможения.

Дыхание сбивается. Она лежит без чувств не в состоянии хотя бы свести ноги вместе.

Грейнджер откидывает длинные светлые волосы за спину и сладко потягивается на узкой кровати.

Подходит к зеркалу на стене. Придирчиво рассматривает свое отражение.

Обнаженная. Стройная и сочная, как спелый персик.

— Роскошное тело, Ребекка, — томно шепчет он, подходя сзади и прижимая ее к себе. — Тебе идет пепельный блонд.

— А вот я уже устала от чужой оболочки и имени.

— Не переживай, любимая. Мы не будем лететь годами, как маглы. Благодаря эффекту трансгрессии приземлимся на Марсе уже через пару дней. Ты, наконец, сможешь быть собой.

Ведь это парная экспедиция. Они будут обживать незнакомую планету лишь вдвоем. Рискованный эксперимент.

Боже, помоги.

— Скорее бы. Хочется уже сесть на родное лицо, Малфой.

Она ехидно усмехается. Его брови удивленно ползут вверх.

— Скоро оборотное зелье выветрится, и мы продолжим секс-марафон. Хотя я уверен, что ты лукавишь. Признайся, тебе ведь хорошо с нами обоими?

Он ухмыляется, нежно просовывая большой палец ей в рот.

Нравится ли мне иметь сразу двух мужчин?

— Нет, Драко. Меня интересуешь именно ты. И без разницы, в каком обличии.

Только ты. Навсегда.

Мой единственный мужчина.