Стук в дверь вырывает меня из моих мыслей.

— Секундочку! — вскрикиваю я и бегам в ванную комнату, переодеваться.

"Не хватала еще чтоб меня в этом платье застали. Оно мне хоть и понравилось, но наверное не к случаю свидания его светлости и его радости. Надо что-то попроще выбрать".

Но, так как под рукой только то, в чем я была на кухне, его и одеваю.

— Да, войдите, — выхожу из ванной комнаты.

— Маша, ваша светлость… — Мильтон стоит на пороге.

— Что-то надо? — спрашиваю.

— Да. Ее светлость хотела вас видеть.

— Хорошо. Идемте.

И мы выходим из комнаты.

— Надеюсь ничего не случилось? Вы не знаете по какому поводу Хойя хочет меня видеть?

Мильтон аж на месте замер.

— Что-то не так? — вздергиваю вопросительно брови.

Мильтон смотрит на меня как-то странно.

— Да Мильтон, ну скажите же что-нибудь! Я в чем-то провинилась?

— Нет, — отмер он. — Просто вы ее по имени назвали…

— А что не правильно назвала?

"Имя я точно запомнила", — думаю про себя.

— Правильно, — кивает он.

— Ну, раз все правильно, идемте уже, — говорю.

У самых дверей ее комнаты Мильтон поклонился и ушел.

Я набираю полную грудь воздуха и… стучу в дверь.

— Да! — слышен сразу голос Хойи.

Вхожу.

— Вы хотели меня видеть?

— Да. Проходи, — кивает Хойя.

— Что-то случилось? — спрашиваю, входя в комнату.

— Ну, почему сразу случилось? Просто я решила узнать. Говорят ты сделала большой… э…

— Торт, — подсказываю я ей.

— Да. Торт.

— Правду говорят, — киваю.

— А, ты же его сделала на свидание моему сыну?

— Ну, да… — усмехаюсь.

"Боится что ли, что я и сама на свиданье припрусь".

— Вы не волнуйтесь, Леея его вынесет.

— А, могу я на него сейчас взглянуть? — спрашивает, вдруг, ее светлость.

— ?..

— Так как? — спрашивает Хойя, не дождавшись моего ответа.

— К-конечно… — бормочу. — Думаете с ним что-то не так?

— А, вот мы и посмотрим, — и она направляется к двери. — Показывай мне свое печево.

Я вздыхаю и иду за ней. Пройдя коридором мы спускаемся по лестнице. Вокруг, такое чувство, что дом ожил. Все куда-то бегают, всюду слышны возгласы. В холле на меня чуть не налетели девушки с какими-то вазами. Но, вот мы уже на кухне. Аромат, который там витает, прямо умопомрачительный!

— Вау! — восклицаю. — Как вкусно пахнет, Леея.

— Мария… Ваша светлость! — Леея вздернула брови, застыв с лопаткой в руках.

— И где же?! — Хойя оглядывает кухню.

— Мы про торт, — тут же говорю я.

— А, так он в шкафу, в дальнем… — кивает Леея.

Я подхожу и открываю шкаф. Дыхнуло сразу прохладой. Я отхожу.

— А, он не замерзнет? — Хойя тут же заглядывает внутрь.

— Нет. Для крема наоборот нужна прохлада, чтоб не растаял, — говорю я.

— Это все съедобно? — спрашивает Хойя.

— Да, — отвечаю.

— А вот есть-то его, как? — Хойя выглядывает из-за дверки на меня.

— Прямо режешь кусками и ешь. Желательно ложкой, иначе вся в креме будешь, — отвечаю машинально и соображаю что я, получилось к Хойе на ты обратилась…

— Да-а? — Хойя моргает прикрывая дверку. — Интересно. Надеюсь он мне оставит попробовать… — И Хойя удалилась с кухни.

— Это чего она, на торт смотреть приходила? — Леея подходит ко мне.

— Ага, — улыбаюсь. — Боится, что его светлость со своей загадкой, все слопает.

— Так надо было ей отрезать! — восклицает Леея.

— О нет! Даже если б она на этом сама настояла, я бы не дала!

— Как же… — не понимает Леея. — Ее светлости?

— Да, — твердо отвечаю я. — Иначе торт будет, уже, испорчен. Это все равно, что закусанные фрукты на стол их светлости поставить. Или, вот твои кексы, закусать.

— Не, кексы точно нельзя, — мотает головой Леея.

— Вот и торт тоже. Просто в следующий раз надо сделать и маленький еще. Чтоб ее светлость могла попробовать.

— Да откуда ж мы знали, что она его пробовать захочет.

— Ну, она ж его никогда не то что пробовать, не видела раньше вообще, — усмехаюсь.

— А, там, кстати, чего забегали-то все? — киваю на дверь.

— А, так, готовятся наверное к вечеру. — Леея пожала плечами.

— А ты что не переоделась-то? — спрашивает, вдруг, Леея у меня.

— Да вот думаю, а надо ли?

— Надо, надо. Иди уже, — кивает мне на дверь.

— Ладно, — улыбаюсь и выхожу в холл.

Там все бегают туда-сюда что-то нося.

— Эрика! — восклицаю, заметив ее у края лестницы.

Она оглядывается, а я иду к ней.

— Да, Мария.

— А, что все бегают-то так? Чего случилось-то?

— Так свиданье же! — Эри восклицает.

— И что? Чего с ним так носиться-то?

— А как же! А приготовить беседку. А подушки на лавки. А стол! А вазы с цветами… Да много чего еще.

— Да зачем в сад еще и цветы в вазах? Там что, своих мало растет? — удивляюсь.

— При чем тут сад? — Эри моргает.

— А, свидание разве не в саду? — смотрю на нее.

— Нет. На крыше… — растерянно отвечает Эри.

— Где?! — сказать, что я удивилась, ни сказать ничего.

— Да, он что издевается?! — восклицаю я так, что на нас оборачиваются.

— Почему? — теперь Эри удивляется.

— Как почем! Как мы с Лееей торт ему на крышу потащим? — смотрю на Эри.

— А, он тяжелый что ли? — моргает она.

— Да, тяжеловат малость, — хмыкнула я. — Нет, это ж надо придумать! На крыше! А мы, как теперь туда допрем торт?

— О-о-о… — восклицаю и бегу обратно в кухню.

— Леея! — вбегаю. — Ты представляешь, что эта драконья морда выдумала!

Леея чуть лопатку мимо тарелки не положила.

— Мария, что случилось?

— Так его светлость, изволят свидание на крыше провести, — почти выкрикиваю я.

Леея сразу коситься на шкаф, в котором стоит наш торт.

— Вот, вот. Правильно ты мыслишь! Как мы его туда попрем?

Я уселась на стул, подперев руками подбородок.

— Чего делать станем? — спрашиваю.

— Сейчас, я только заправлю…

И Леея открыв духовку, что-то поливает подливой. Запах стал вообще невыносимый. У меня, аж слюни потекли.

— Мясо. Тушеное… с чесночной подливой? — я смотрю на Леею.

— Ты же говорила вы головки чеснока не едите?

— Ну да. Но, ты же сказала, наоборот надо их использовать, а не листья, как я всегда делала. Зато запах обалденный прямо. Надеюсь вкус тоже.

— Не сомневайся даже, — отвечаю.

Леея, закрыв духовку, присаживается рядом.

— Нам надо Мильтона спросить, как нам лучше быть, — говорит. — Он наверняка знает по какой, там, лестнице лучше пройти.

— Если они узкие, мы не пройдем с тортом. Нам его с тобой вдвоем нести. Так же, как мы его в шкаф ставили. Одной тяжело. Уронить можно.

— Да-а… — вздыхает Леея.

— Мать его за ногу, это свиданье! — вырвалось у меня.

— Ч-чего? — Леея удивляется. — Ее светлость, за ногу?

— Да нет, — махаю рукой. — Просто поговорка такая в моем мире есть. Когда что-то… не получается, как надо…

Мильтон нашелся тут же, в холле.

— А мне ничего поэтому поводу не говорили, никаких распоряжений от его светлости не было… — Мильтон явно озадачен.

— Еще бы он сказал! — хмыкнула я. — Он спецом так сделал. Чтоб просто мы не смогли ему торт доставить.

— Ну надо же как-то, поднять-то, — Леея говорит.

— А он что, такой тяжелый, что вдвоем надо нести? Может я один донесу?

— Боюсь нет. Не столько тяжелый, сколько… Как бы сказать-то? В креме он весь. Смазаться может.

— Кекс что ли? — Мильтон улыбается. — Так они же маленькие у тебя, Леея!

— Нет, не кекс. Торт у нас, — Леея отвечает.

— А это чего? — Мильтон моргает.

— Пошли. Покажем лучше, чем объяснять.

-

— М-да… — Мильтон уставился на торт. — И как же такую красоту-то тащить теперь?

— Вот и мы о том, — вздыхаю. — Это ваша светлость, специально так все задумал. Чтоб мы ему свиданье сорвали что ли?

— Почему это? Нет. Надо что-то придумать.

— Что? — восклицаю. — Попросить его светлость обернуться драконом и поднять на крышу!

Я нервно наматываю локон, что выбился мне на лоб, на указательный палец.

— А это очень хорошая идея, — вдруг говорит Леея.

— Какая? — отпускаю локон.

— Ну, на крышу поднять…

— Ты в своем уме! — восклицаю. — Ой, прости. Я же просто так сказала. Не думаешь же ты и в самом деле его просить?

— Его нет. А ее вполне можно, — улыбается Леея.

— Ну нет! — возмущаюсь. — Я точно просить не стану.

— А, и не надо. Мы ее и так… попросим, — и Леея подмигивает Мильтону.

— Я?! — Мильтон округлил глаза. — Нет, девоньки нет…

— Да, погоди ты, — Леея говорит. — Ты, просто, поди к ее светлость и скажи, что его светлость очень торопиться. И мы, просто, ну ни как не успеем торт ему вовремя поднять. Пока, скажи, она там ногами по лестницам-то… К тому же, тор испортиться может. Не будут же его потом они порченый есть.

— Думаешь она поднимет? — Мильтон спрашивает.

— Ну, попытаться можно же, — Леея отвечает. — Иди. Мы тут ждем.

Мильтон уходит.

— А что думаешь Хойя согласиться? — смотрю на Леею.

— Ну, судя по тому как она приходила на него смотреть, явно согласиться.

Не долго мы сидели… Хойя прибежала, аж бегом! Кто бы мог подумать…

— Где он? Как его нести? — влетает она в кухню.

— В холодильнике, — машинально отвечаю. — А нести его надо на большом блюде.

— А блюдо есть? — тут же спрашивает Леею.

— Ой, а у нас такого и нет… — Леея растерялась.

— А на чем он стоит? — Хойя заглядывает в шкаф.

— На доске…

— Ну, вон на ней и понесу.

— А сверху его бы, надо коробкой накрыть… — говорю.

— Чем? — все повернулись в мою сторону.

— Ну, крышкой, большой только очень…

— А у нас нет… — Леея проговорила тихо.

— Конечно. У вас ничего нет. Вы же никогда такое не делали. Надо как-то выходить из положения, — отвечаю я.

— Как? — все снова смотрят на меня.

— Ну… А есть, большая корзинка?

— Чего? Корзинка? Ты предлагаешь его корзиной для овощей накрыть?! — Хойя метнула на меня убийственный взгляд.

— Ну а чем тогда? Предлагайте свои варианты.

— Э…

— Ну…

— ?..

— Вот видите. Других вариантов нет.

— Но, корзиной… — Хойя качает головой. — Его светлости на стол.

— Стол! Точно стол! — восклицаю я.

— Чего стол?

— Мы его на стол поставим, — говорю.

— А, накроем то чем? — Леея спрашивает.

— Скатертью.

— Как? — Хойя вздернула бровь. — Он же сляпается весь.

— Да, нет. Вы не поняли меня. Я имела в виду, мы возьмем маленький столик и перевернем его вверх ножками и накроем ножки скатертью.

— И где мы возьмем подходящий столик? — все уставились на меня.

— Ну, в комнате у кого-нибудь.

— У кого?

— Не знаю. Вы лучше меня знаете мебель в доме, — пожала я плечами.

— Надо чтобы он влез меж ножек. Значит, чтобы стол был больше нашей круглой доски, — говорит Леея.

— У меня в комнате есть столик, но он с зеркальцем… — говорю. — Вот в комнате… забыла как ее, невесты короче, есть столик. Маменька ее сидела тогда у него… Только не знаю, по размеру как, подойдет или нет.

— Точно, — Леея кивает.

— Неси! — Хойя смотрит на меня.

— Я? — удивляюсь.

— А что, я по твоему, что ли за ним побегу? — Хойя уставилась на меня, уперев руки в боки. — И живо. А то свиданье сорвем.

— О-о-о… — бормочу я, выходя в холл.

— Я с вами, — слышу голос Мильтона. — Не гоже вам столы таскать.

— Ты это ее светлости скажи еще…

Мы поднимаемся по лестнице и идем к комнате его загадки. Как же ее звать-то? На а, как-то…

— Можно? — стучит в дверь Мильтон.

— Да! — рявкают за дверью так, что мы аж вздрогнули.

Дверь открылась и на пороге стоит ее мамаша.

— Чего вам? — смотрит из-под платка.

— Нам велено взять у вас столик на время свидания, — выпалила я.

— Чего? — за ее спиной возникает та самая загадка, ради которой все и затевается.

Волосы прикрывают все лицо.

— Я еще не готова! — взвизгнула она. — Где эти девки? Мне надо волосы уложить.

— Мильтон бери стол, — тихо говорю ему.

— А, давайте я вам уложу? — слова сами сорвались с губ.

"Ох ты ж, боже мой! Вот это я выдала! Может, пошлет подальше с предложением? Очень надеюсь"…

— Бегом! — взревела девица.

— Хорошо. Только вы не кричите так, пожалуйста.

Мильтон уставился на меня.

— Стол, — указываю ему на стол.

— Ага… — он берет столик и снова смотрит на меня, качая головой.

— Идите уже! — снова взвизгнула девица и плюхнулась в кресло.

— Ну, че застыла, давай, делай.

— А расческу можно? — прошу.

— На, — мамаша тычет мне расческу в руки. — Заколки вот.

И она подает шкатулку. Я разглядываю заколки. Ну, почти как наши родные невидимки, только крупнее. И немного шпилек есть. Ну, что ж… Я расчесываю ей волосы. Отделяю большую прядь спереди и откидываю на лоб. Остальные…

— А лента есть? Или что-то наподобие… — резинок у них явно нет.

Мне протягиваю короткую тесемку. Ладно пойдет. Я завязываю ей хвост и немного спустив его подкручиваю все волосы под тесемку, расправляю. И закалываю все невидимками и шпильками.

— Что ты тут прилизала-то все? — мамаша сразу.

— Сейчас… Погодите. Это, типа пучка…

Я забираю волосы, что распустила наперед и плету вытянутыми прядками колосок. Укладываю его поверх забранных сзади волос и прикалываю, а кончик косички, поверх прилизанного, как мамаша высказалась и тоже прикалываю, подобрав под волосы самый конец косы. Расправляю все еще раз, вытягивая где надо.

— А, вот тут можно живой большой цветок в голову воткнуть, — указываю на бок. — Или несколько, вот здесь, маленьких.

— А?! — хором выдали они одну букву.

Мамашка сразу вазу с окна хватает и мне пихает.

— Выбирай, — говорит.

— А, платье какого цвета будет? Или под цвет глаз можно, — разглядываю цветы.

— Розовое! — выпалили они опять хором.

— Ну, тогда вот эта, светлая роза, очень будет смотреться в темных волосах, — вынимаю светло-розовую с темной серединкой розу.

Обламываю длинную ножку и втыкаю в волосы.

— Вот. Все. Лаком бы конечно теперь…

Девица тут же тянет мне вверх пузырек. Она че с ним сидела что ли? Я взяла, разглядываю.

— Да чего ты его разглядываешь-то! — мамаша сразу выхватывает его из моих рук и открыв, опрокидывает на голову дочери.

— А?!.

Но, ничего не вылилось. Просто ее осыпали искринки какие-то. И волосы заискрились и потом все пропало.

— Вот. Теперь всю ночь продержится, — довольно говорит мамаша.

— Иди, — отослала она меня взмахом руки.

Я растерянно моргаю и выхожу.

"М-да. Могли бы и спасибо сказать. А не фиг было предлагать"! — Тут же сама себе говорю.

— Но, ведь красиво же получилось… — бормочу я, спускаясь по лестнице.

— Опять ты! — голос Эуэ раздался у самого уха.

Я вздрогнула.

— Опять вы! — в тон отвечаю.

Хотя, хотелось не это совсем сказать. А, хотелось, накричать на него, за его такой вот поступок с крышей. Но, не стала портить ему настроение.

— Свидание, — выдал он мне.

— Я в курсе, — и я спускаюсь дальше, он же остался стоять посреди лестницы.

И чего он хотел этим сказать?

— Ну как? — Мильтон шагает ко мне в холле, едва я спустилась.

— Да нормально. Заплела, — отвечаю.

— Ты ей косу заплела? Как у себя? — Указывает он на мою косу, что висит у меня на плече.

Я тут же наматываю кончик косички на палец.

— А чем вам коса не нравиться? И косу можно красиво заплести, между прочим.

— Да с такой косой служанки только ходят, Мария. — Мильтон качает головой. — Вам бы тоже прическу надо.

— Вот еще, — фыркнула я. — Чего там с тортом-то?

— А, так укладывают. Вернее уже уложили, укутывают.

Я вхожу в кухню. На большом столе стоит вверх ножками столик, в середине которого стоит наш торт. Леея пытается пристроить скатерть к ножкам.

— Ну и как же… Вот… — смотрит на меня растерянно.

— Давай, — говорю я. — Столик, надеюсь, протерли?

— Обижаешь. — Леея смотрит на меня.

Я беру и завязываю в центре скатерти узел.

— А, это зачем? — Леея моргает.

Я же накрываю ножки столика, расправляя складки.

— Вот, смотри. Это, как ручка у твоих крышек для кексов. А вот тут, — указываю на начало ножек. — Вот тут надо лентой привязать, чтоб не поднимались края.

— Ленту, — тут же восклицает Хойя.

Протягивают ленту.

"О, у нас тут еще девушка", — я завязываю.

— Ну, вот как-то так. Хотя… — а, может суда розочку вставить, чтоб узел прикрыть.

Хойя сделала знак рукой и девушку вышла. Принесла потом нам розу нежно-розовую с темной серединкой.

— Э… — я уставилась на цветок.

— Втыкай, — Хойя сразу говорит мне.

Я отламываю длинный стебель и втыкаю в узел скатерти.

— А, вообще, по идее надо бы вам заказать такой специальный столик. С ножками вверх, но с гладкой столешницей. И можно пять ножек.

— Зачем пять? — Хойя удивляется.

— Тогда кругом смотреться будет, а не так, как сейчас, квадратом. Торт-то круглый у нас.

— Так стол же круглый!

— Стол-то да, а ножки-то нет, получаются.

— Так, все готово можно нести? — Хойя протягивает руку к торту.

— Ну, думаю да. Правда его… — чуть не сказала загадка, — невеста еще не готова.

— Как, не готова?! — Хойя аж в лице изменилась.

— Ну, девушкам свойственно опаздывать, — усмехаюсь.

— А когда ж его подавать? — Хойя моргает. — Он же испортиться!

— А давайте его на охлаждающую панель поставим, — предлагаю.

И мы, все вместе его туда ставим.

— А, как я узнаю, что пора? — Хойя вздернула бровь.

— Я вам скажу, — тут же отозвался Мильтон.

— Ху-у-у… — шумно выдохнула ее светлость.

Хойя уселась на стул.

— Дай хоть мне чего нибудь из фруктов, — просит она Леею. — А то я, чего-то, нервничаю.

— Вы?! — Леея аж рот открыла от удивления.

— Конечно! Первый раз в жизни торт понесу! — вскричала Хойя.

Леея тут же ставит перед ней тарелку с персиками. Хойя впивается в персик зубами… И машет рукой, не выпуская персика из зубов, указывая на платье. Леея тут же ей салфетку положила на платье.

Хойя благодарно кивает…

"Да, походу она как-то теплее относиться к Леее, чем к остальным. Наверное это из-за нашего, тогдашнего, разговора. Всегда бы так относилась ко всем".

— Чина, Ирма, давайте, помогайте, — Леея открывает духовку.

Я оглядываюсь. Тут только одна девушка стоит и я.

— А тут только я и…

— Чина, — девушка кивает. — Ирма к ее светлости убежала. Одеваться помогать. И волосу укладывать еще надо.

— Что? — Хойя уставилась на Чину. — Она вообще не готова?!

— Волосы уже уложены, — говорю я. — Ей только платье одеть.

— А ты почему так в этом уверена? — смотрит на меня.

— Я ей их уже уложила, — тихо отвечаю вздохнув.

— Ты? — Хойя чуть персик не выронила из рук.

— Ну, да. Если ей некогда уже… И его светлость уже на крышу поднимается…

Хойя взглянула на меня как-то с удивлением, но ничего не сказала. А я ловлю на себе вопросительный взгляд Лееи.

— Да я его в коридоре видела, — тихо говорю ей на ухо, подходя.

— Так, что помогать? — говорю уже громко.

— Так, вот это несите, — Леея ставит круглый, с высокими бортами, поднос в котором лежат фрукты. — Это я сейчас переложу. Это вот потом и напитки еще.

— Вино? — спрашиваю я.

— Нет… Напиток… — Леея моргает.

— А вино причем тут? — Хойя спрашивает сразу.

— Ну, на свиданьях обычно вино пьют или шампанское. Ой. У вас такого наверное нет.

— А это что за напиток? — Хойя сразу спрашивает.

— Ну, это вино такое с пузырьками воздуха внутри в бутылке. Когда открывают, пузырьки устремляются вверх и получается пена… Короче, мне не объяснить вам, — вздыхаю.

— А вино у нас простое есть? — Хойя встала.

— Да. Вот тут, — Леея открывает высокие, узкие дверки напротив у стены. Там стоят пузатые банки.

— Вот. Верхняя полка темнее, нижняя светлее.

И правда, вино различается о цвету. В верхних темное, почти бордовое. А в нижних банках, более светлое. Вот, видимо оно и есть с морсом одного цвета.

— Возьмите в темных, — говорю. — Так оно будет отличаться от морса… хотя бы цветом.

Хойя взглянула на меня, но опять промолчала.

— Графин, — протянула Леее руку.

Та тут же подает высокий графин с красивой крышкой, в виде сидящего дракона.

— Ну, чего вы-то встали. Несите, — Леея кивает нам с Чиной.

— Идем, — Чина кивает мне и мы выходим из кухни.

— И как ее светлость торт понесет… — Чина бормочет. — Это ж драконом-то не удобно поди.

— Почему это? — спрашиваю.

— Так она здоровая в драконе-то! А столик-то маленький.

— Ну, я думаю не потеряет, — и смеясь продолжаю. — Не захочет упасть в грязь лицом, перед всеми.

— Чего? В какую грязь? Нет у нас никакой грязи, ты что? — Чина моргает.

— А, блин… Извини. Просто, так говориться. Это означает, что она точно все сделает в лучшем виде.

— У нее всегда все в лучшем виде…

— О, смотрите-ка, почтальон прибыл! — восклицает вдруг Чина.

— Кто? Где? — оглядываюсь, но никого кроме птицы, что прогуливается по перилам, не вижу.

— Да вот же, по перила ходит, — смеется девушка.

— Это почтальон? — вздергиваю удивленно брови.

— Ну, а кто же еще. Он почту приносит всегда. Ну, чего на сей раз принес? — подходит она к нему. — Извини, на руки не возьму, заняты.

Птица тут же прыгнула ей на плечо и над холлом пронеслось: " Через два дня ее светлость с супругом прибудут на помолвку. Через три дня прибудут еще родственники".

— Э… — я открыла рот от удивления, а птица прокричав все это, вспорхнула и улетела.

— Все слышали? — громко говорит Чина.

— Слышали, слышали… — слышен ответ откуда-то из конца холла.

К нам навстречу идет мужчина.

— Надеюсь, мы все успеем припасти.

— Да комнаты-то уж готовы, — Чина отвечает ему.

— Да, я не про комнаты. Помолвка как-никак! — мужчина отвечал на ходу, идя дальше.

— А это кто? — спрашиваю я, оглядываясь на него.

— Так наш управляющий. Если что надо, всегда к нему.

— А Мильтон, он кто? — спрашиваю, пользуясь случаем.

— Мильтон-то? Так дворецкий наш. Ну, и так иногда чего помочь тоже…

Мы поднимаемся по винтовой лестнице.

— Это мы по башне звездочета идем что ли? — спрашиваю.

— Ага. Сейчас тут дверь будет на крышу. А, вот и она.

Девушка толкает плечом дверь. Та открывается, выпуская нас на крышу… Сколько хватало взгляда, все была крыша. Ровная и широченная и виднелся, вдалеке видимо, невысокий заборчик. Вот к нему-то, мы и направились. По мере приближения заборчик становился все выше и выше. И в итоге оказался резными стенками беседки.

— Фига себе, сколько мы отмахали по крыше-то! — удивляюсь. — Тут и заблудиться недолго. Это что, все такой один дом.

— Конечно! Это ж императорский дом. Знаешь сколько тут комнат всяких, гостевых, танцевальных, спален и тех вон сколько. А мы же тоже должны где-то жить! Мы на первом этаже. Их светлости на втором. А когда народу много прибывает, так их еще и в другом доме селят. Специальный, для гостей.

— Да тут, вроде, объявили всего-то двое и еще гости…

— Вот еще-то гости и есть много. Ее-то светлость с мужем, рядом с нашей светлостью в комнатах будут. А, вот остальных бы, только хватило места разместить. Помолвка как-никак все ж. Эти-то из соседнего имения прибудут. А еще из дальних. Они чуть позже будут. А могут и вообще опоздать.

— И такое бывает? — удивляюсь.

— Ну, вроде как-то было… — мы расставляем на столиках, что у стенок беседки, фрукты.

— Ладно, пошли обратно. Нам еще много бегать.

— Да уж… Для таких случаев надо и нам такие же столы для подъема, — усмехаюсь.

— Чего? Это как? — девушка моргает, глядя на меня.

— Ну как, как. Так вот. Сели бы мы в такой стол, а нас бы на веревке сюда — раз и подняли ребята.

— Чудно… — удивляется Чина.

— Да не чуднее, чем у вас тут. Это ж сколько километров дом занимает! — восклицаю.

— А чего, земли навалом. Расширяйся, не хочу. Я вот, тоже, мечтаю выйти замуж и свой дом где-нибудь на окраине имения… — мечтательно проговорила она.

— Такой же длиннющий? — спрашиваю, вздернув бровь.

— Да нет конечно. Я ж не императорский дракон.

Нам навстречу идут двушки с вазами и с цветами.

— Фрукты только цветами не заставляйте, — Чина сразу говорит им.

— Да, а куда тогда ставить?

— А вы по кругу беседки, с наружи, к стенкам ставьте. Стенки резные их видно будет. И мешать не станут.

— Точно. А мы и не догадались, — улыбаются девушки. — Спасибо.

— Да, не за что… — грустно отвечаю, пожав плечом.

— Ты чего? — Чина сразу спрашивает.

— Мы с мамой, когда-то так же беседку украшали, на день рождения… — отвечаю я.

— А где?

— Далеко от сюда. Очень далеко, — грустно улыбаюсь. — Мне ее так не хватает.

— Да ты же только на время помолвки приехала. Вернешься потом к маме.

— Не смогу. Никогда не смогу больше я к ней вернуться, — и на глаза сразу набежали слезы.

— Ну, ну ты чего. Не плачь… — Чина резко замолчала.

Я смахиваю слезы и вижу перед собой Эуэ.

"Да, красавчик. Приоделся ради такого случая. А волосы все так же, кверху торчат"…

Он вздернул вопросительно бровь, но промолчал. Я вздернула голову и прошла молча мимо, вслед поклонившейся ему Чиной.

— Ну что доволен? — мой дракон не успокаивается. — Позвал на свидание, называется!

— Да, что тебе не нравиться-то?

— Позвал и сам не знаешь, кто теперь придет! — снова возмущается он.

— Кто придет… Придет тот, кому я нужен, — отвечаю.

— А как же любовь? — дракон во мне снова зашевелился.

— Хватит! — рявкнул я на него. — Летать не будем! Не сейчас.

— А я вот бы с удовольствием окунулся в ванильные облака… — ворочается дракон.

— О-о-о… наши только морду щекочут! — отмахиваюсь от него. — И вообще! Чем тебя Анемода…. Анемона… не устраивает?

— Имя даже сам не запомнил. Толи дело, Маша! — хмыкнул дракон.

— Ага. Радость ваша.

— Да, моя! — тут же всколыхнулся он.

— Но, не моя! — рявкнул я на него. — Заткнись уже.

— И пожалуйста! — фыркнул он и затих.

— Да… не очень хорошо, когда зверь и человек постоянно спорят… — вздыхаю. — И все из-за этой… кухарки! Что он только в ней нашёл! Портрет вот велел нарисовать… за каким драконом, спрашивается…

— Драконесса она уж больно красивая… — тут же подал он снова голос.

— Красивая? — удивляюсь. — Вот та, что за Машей, всех цветов? Да дракониха должна быть одного цвета!

— А мне цветная понравилась!

— Да ты к ней неровно с самого начала дышал! — восклицаю.

— А ты нет?

— Нет конечно! И хватит уже вылезать. И без тебя тошно, — отвечаю и выхожу из комнаты.

"Надо проверить, все ли припасли к свиданию. Готова ли беседка"…

Выйдя в коридор, вижу Машу на лестнице.

"Кому бы не пропасть"! — хмыкнул про себя.

Она спускается бормоча о чем-то, что все красиво вышло.

"Опять она что-то придумывает"…

— Опять ты… — Не договорил, Маша перебила.

— Опять вы…

"Явно хотела что-то сказать еще… Нутром прямо чую".

— Свидание…

— Я в курсе…

И она убегает. А я стою посреди лестницы.

"Когда и спуститься успел"? — разворачиваюсь и направляюсь на крышу.

Беседка стоит еще даже не украшенная.

— Ну, ведь просил же украсить!..

Разворачиваюсь и спускаюсь…

"Сейчас кому-то влетит за неповиновение"!

В холле нахожу нашего управляющего.

— Почему беседка еще не готова? — спрашиваю его.

— Я отдал все распоряжения, ваша светлость. Уже нашли вазы. Выбирают цветы. Лентами надо украшать или, все таки, одними цветами хватит?

— Это я должен думать? — взметнул брови.

— Простите ваша светлость, — управляющий смутился.

Возвращаюсь в комнату.

— Надо наверное, переодеться на свидание. Или потом, после ужина?

— Ты и на ужин еще попрешься? — дракон сразу ожил.

— Нет! — тут же отвечаю. — Перебьешься. А-то ты на сытый желудок еще летать вздумаешь и сиганешь с крыши в ванильные облака.

— О ванильных я только мечтаю… У нас только грозовые, имеются, над имением.

— Надеюсь, сегодня их нет ни одного!

— Может слетаем, глянем? Если что, разгоним, — дракон зашевелился в предвкушении.

— Ага. Прямо уже лечу! — отозвался я, разглядывая содержимое своего гардероба.

— Лучшеб сказал чего одеть… — ворчу себе под нос.

— А мне одежда не нужна, — заявил этот крылатый ящер.

"Или, как там Маша называла? Ящер облезлый"? — я усмехнулся, выуживая с вешалки темный костюм.

Рубаху к нему выбрал тоже темную. Все в серой гамме. За окошком что-то брякнуло. Бросаю на кровать вешалки с одеждой и подхожу к окну. В саду уже стоит качель…

"А чем они там брякают так, что в доме слышно? А вон оно что, качель проверяют как закрепили".

— Ладно. — Возвращаюсь к одежде, кинутой на кровать.

— А, может рубаху светлую? Или все таки темную? — разглядываю себя в зеркало.

Выбрав все таки темную, одеваюсь. Волосы торчат, впрочем, как всегда, кверху.

"Может их надо короче остригать, чтоб так не торчали? Провожу рукой по жестким волосам. И почему у драконниц волосы мягкие, а у нас драконов жесткие"?

— Ну, вот я готов! Надеюсь Анемода… Анемона… Загадка короче! Останется довольна моим видом, — кручусь перед зеркалом.

"Дракон, странно, молчит. Ну и отлично, пусть и дальше себя так ведет", — с этими мыслями я выхожу из своей комнаты. — "Надеюсь Машу я сегодня уже не увижу"…

Поднявшись на крышу, обхожу ее кругом, любуясь окрестностями. Ибо любоваться голой беседкой нет желания.

"Ленты надо или нет. Ага, цветы-то и те еще не принесли".

Выхожу на площадку для взлетов. Соблазн есть расправить крылья, но не стоит. А-то еще залетается мой дракон, так и опоздаю на свидание-то. Опаздывать нельзя. Я оглядываюсь на беседку и вижу девушек в ней.

"Ну, наконец-то украшают", — иду к беседке.

— Маша?! — удивляюсь. — Что ей тут-то надо?

А они уже идут мне на встречу…

— Мы с мамой когда-то так же беседку украшали, на день рождения… — доносится до меня речь Маши.

— А где? — спрашивает ее Чина.

— Далеко от сюда. Очень далеко. Мне ее так не хватает, — грустный ответ Маши.

— Да ты же только на время помолвки приехала. Вернешься потом к маме.

— Не смогу. Никогда не смогу больше я к ней вернуться, — и она всхлипывает.

— Ну, ну ты чего. Не плачь… — Чина резко замолчала.

Увидела меня. Поклонилась и прошла к выходу с крыши. Маша же, смахнув слезу и вздернув голову, молча проследовала за ней.

А меня так и подмывало спросить: "Какого дракона, она тут делала! Специально мне настроение, своими слезами, пыталась испортить"?..

— Она вообще-то по маме скучает, — тут же вылез дракон.

— А ты молчал, вот и молчи дальше! Я тоже по отцу скучаю! Я совсем маленький был, когда он погиб. Но, я же не плачу. А у нее все живы.

— Только она их не увидит…

— Я не виноват, что она дверь нашла и не может вернуться! Ее никто не просил открывать эту дверь. Я бы ее с удовольствием отправил обратно… Служанки лучше одеты, чем она. Ни украшений, ни прически…

Возвращаемся на кухню. Леея уже все переложила в красивые высокие блюда и запечатала, как сковородку тогда, своей силой.

— Вот, графины с вином и с напитком, не перепутайте, — говорит нам.

— Да вино темнее, — отвечаю.

— Ага. Так, вот еще хлеб, — она ставит на стол небольшой, плетеный короб.

— Еще что нести? — спрашиваем мы.

— Пока это. Да, не разлейте хоть!

— Не разбейте, наверное быстрее… — отвечаю ей.

— С чего это небьющиеся графины разбиться, вдруг, должны? — вздернула она бровь.

— Вы, если уроните, только вино пропадет или напиток, графинам ничего не будет.

— Они уже со стола у мня падали… — добавила она, мне тихо на ухо.

— Но, с крыши-то еще не падали… — смотрю на нее.

— Нет… Надеюсь и не упадут.

— Ну… Человек всегда надеется на лучшее.

— Так рассуждать, так и ты с крыши упасть можешь. И что, теперь матрас тебе подставлять?

— Да, еслиб знать где упасть, соломку б подстелить, — отвечаю я и добавляю тут же. — Только пока вниз летишь, внизу и кусты вырасти могут…

Леея уставилась на меня.

— Ты расстроена, что не с тобой свидание? — напрямую спрашивает она.

— Да вот еще, — фыркнула я. — Просто мне вспомнилось, как мы с мамой так же украшали беседку…

— Прости… — она тронула меня за плечо.

— Ничего. Что мне нести?

— Так вот. Тебе как раз графины и остались. Чина хлеб подхватила уже…

— Ну графины, так графины, — подхватываю по графину в руку.

Один с вином, другой с напитком. Придется еще раз идти, ибо графинов четыре.

Чина уже и лестницу на второй этаж пробежала.

"Могла бы и подождать", — думаю.

Она оглянулась и стоит, и правда меня ждет.

— Не разольешь? А то, может, поменяться? — спрашивает.

— Да нормально, — киваю. — Главное, что б его светлость под руку не попался. А то, точно пролью… на него!

Чина хихикает.

— Это точно! Вышел прямо перед нами, напугал аж. А с испугу-то можно и облить… — говорит она.

Я улыбаюсь сворачивая за Чиной в коридор, к лестницам на крышу.

— Вот ведь крыша такая огромная. А он, как специально, где мы, туда и ему надо, — говорю.

— Так у него свидание!

— И что? Надо под ногами у людей вертеться, которые, тебе же, это свидание и организуют. Моло того, что он на крыше выдумал, так еще и под ногами мешается. А еслиб нам торт пришлось, вот тут по лестнице этой, корячить? Попадись он нам и торт бы на нем весь был…

Я усмехаюсь, таким своим мыслям.

"Но вид его светлости, всего в креме, с тортом на голове, то было бы еще зрелище! Ой, что-то у меня мысли как-то странно работают сегодня. То его загадку в креме мне подсовывали, то теперь вот его"…

— О, а и правда красиво получается, — говорит Чина едва завидев беседку. — Посуде не мешают.

Беседку обставили вазами с розовыми розами. Они были всех оттенков. И ярко-розовые и бледные с каемочкой желтой и даже розово алые с темной серединкой и светлые, почти белые с розовыми темными крапинками. Еще девушки натянули цветные, широкие ленты по всему периметру на высоте поднятой руки.

— Это от ветра что ли прикрыли? — спрашиваю я.

— Почему? — Чина вопросительно смотрит на меня.

— Ну, так увязали беседку, как от ветра закрыть пытались…

— А, как же тогда? — Чина уставилась на ленты.

— А, давай-ка мы переделаем, — говорю ставя графины на столик.

— А как?

— Сейчас. Ты отвязывай по одному концу каждой ленты, — говорю.

И мы с Чиной принялись отвязывать. Тут же отвязанные концы подхватил еле заметный ветерок и они красивыми волнами стали переплетаться в воздухе. Парочку я связала вместе у входа. Что бы был проем между живыми, воздушными ленточными волнами.

— Ой, а так красиво.

— А, если б были широкие полотнища, а не узкие и подвязаны грамотно, то вообще бы было чувство морских волн вокруг.

— И откуда ты это знаешь?

— Так я же тебе говорила, я с мамой украшала беседку… — вздыхаю я. — Ладно пошли, нам еще одну ходку с графинами надо сделать и закуску уже Леея понесет.

— Ну, вот все снесли. Остался только торт, — Леея улыбается.

Чина ушла. Мы с ней вдвоем остались.

— Я не опоздала с доставкой-то еще? — входит переодетая Хойя.

— Нет. Еще и ждать придется. Пока поедят, выпьют, пока поболтают… — отвечаю. — Так что у нас есть еще время на…

— На что? — уставились Леея и Хойя на меня.

— На кофе… А вы на что подумали? — моргаю.

— На карты… — тихо проговорила Леея.

— Карты? — Хойя вздернула брови. — Какие карты?

— Таро… — тихо говорю я.

— Неси! — тут же машет она мне рукой.

И я плетусь в комнату за картами.

-

— Ну что, что там? — Хойя почти нависла надо мной.

— … Сегодня вам удастся самый фантастический трюк…

— Да, да все так… — тут же восклицает Хойя.

— … Возможно так же, что вам предстоит встреча с умной женщиной… Она сыграет важную роль в вашей дальнейшей судьбе…

— Это тоже мне? — вопросительно вздернула Хойя брови. — Это тебе быстрее.

Я пожала плечами. Если учесть, что она мне мешала раскладывать карты, то я уже не уверена, кто их и вытягивал. Я ли, она ли… И кому мы сейчас, вообще, гадаем…

— … Поскольку карта силы говорит быстрее о невидимой власти… чем о грубой силе… ее талант лежи в работе с людьми…

Я смотрю на Леею. Она моргает. В это время Мильтон входит в кухню.

— Торт пора подавать.

Хойя тут же встрепенулась и расправив плечи, выходит из кухни.

— А торт-то?! — я восклицаю.

— Вы мне его подадите, — бросила не глядя нам.

— Давайте, понесли, — Леея стаскивает столик с охлаждающей поверхности…

Я убираю тут же карты в шкатулку и прячу ее в потайной ящик стола. Мильтон удивленно вздернул брови.

— Это то, о чем я подумал? — спрашивает.

— А, о чем вы подумали? — спрашиваю я.

— Карты силы или так просто игрушки?

— Карты-то… Таро… — пожала я плечами.

Мы подхватываем стол за столешницу и выносим торт на улицу. Хойя уже дракон. Вернее драконница или драконесса, как правильно-то? Красива! Мощная, огромная и в то же время утонченная… Светлого серебристого окраса. Ее шкура…. или чешуя?.. отливает отблесками заходящего солнца. Она, подхватив двумя лапами столик с тортом и взмахнув крыльями, взлетает.

"Да, крылья-то внушительного размаха. А, вот Эуэ он, интересно, тоже такой же красивый дракон или нет"?

А Хойя уже скрылась за крышей дома…

— Ну, чего стоять-то тут. Пошли, — Леея говорит. — Обратно не слетит.

— Кто? — моргаю я.

— Ее светлость. А ты о чем подумала?

— Торт… — смеюсь я.

— Да ее светлость-то, точно его не уронит. Вот ребята, что подавать станут, вот те, могут…

— Так надо было столик на колесиках…

— На каких колесиках? — Мильтон моргает удивленно.

— Ну, на каких у вас кареты колесах ездят. Вот такие же, только маленькие. На каждую ножку столика и все. Поставили и не уронишь теперь и нести не надо, сам выедет.

— А так можно? — Мильтон удивлен.

— Конечно, — киваю.

Я прогуливался по крыше в ожидании своей загадки. И вот, завидел ее идущую к беседке. Тут же следую к ней.

Анемона была в ярко-розовом платье с глубоким декольте. Короткий рукав фонариком открывал не только руки, но и оголял плечи. Очень пышная юбка еле пролезла в проход беседки. Волосы как-то интересно уложены, как драконий хвост что ли… И роза в волосах…

"О, наконец-то я увижу полностью ее лицо"!

Но, она оборачивается и я вижу, что лицо вновь прикрывает вуаль.

"За что же она и держится"?

— А… Вы определенно, девушка, загадка… — пробормотал я, входя следом в беседку. — Я думал, что раз нет шляпки, а только цветок, то и лицо не скрыто за вуалью. Я ошибся. Вы так таинственны и неповторимы. Мне все больше и больше хочется разгадать вас…

Она развернулась ко мне полностью и присела в поклоне так, что грудь колыхнулась соблазнительно в огромном вырезе платья. Я подавил вздох…

"Определенно она мне нравиться"…

"Кто? Только грудь или девушка целиком"? — тут же вылез дракон.

"Замолкни! Не хватало еще чтоб ты мне вечер испортил"!

"Больно надо"! — отозвался тот. — "Ты и сам испортишь не хуже меня"!

Анемона видимо расценила мой, подавленный, вздох по своему. Она делает шаг, огромный такой шаг, в мою сторону и ее грудь почти касается меня…

— Мне тоже… — прошептала она, облизнув язычком пухлые губы.

— О, вы определенно сведете меня с ума, моя загадка… — хрипло проговорил я.

— А вы меня… — шепчет она.

— ?

— Но, у нас только еще первое свидание… — выдохнула она.

— Это намек, что будут и другие? — вздергиваю вопросительно брови.

— Если вы мне пообещаете, меня снова пригласить, то да! — тут же выпалила она.

— Да-а… — растерянно бормочу….

"Мне показалось или она уже напросилась ко мне, снова, на свидание"?!

"Тебе показалось"! — фыркнул, от смеха, дракон внутри меня.

— Прошу вас, — протягиваю ей руку. — Давайте я помогу вам сесть за стол.

Она тут же вложила свою ладонь в мою руку.

— Благодарю… — и снова грудь колыхается в вырезе платья, от поклона.

— Да что вы все время кланяетесь! — вырвалось у меня.

"Дракон тебя укуси! Просил же не вылезать"! — мысленно осаждаю дракона, что высказался вслух.

— Я имел в виду… — тут же исправляюсь я. — Мы же на свидании. Не на официальном приеме.

Она одарила меня соблазнительной улыбкой и села на предложенный стул.

— Что будем пить? — спрашиваю я. — Вино или напиток.

— Вино, — растянула она губы в улыбке, — конечно вино. Напиток и так уже надоел. Каждый день его подают.

— Ну что ж вино, так вино, — наливаю в бокал и подаю ей.

— Спасибо, — отвечает кокетливо.

— А что вам положить? — спрашиваю, разглядывая блюда на столе.

— Что хотите, — отвечает.

Я поднимаю руку над глубокой формой и открываю запечатанное блюдо. Сразу в нос ударяет одурманивающий запах запеченного мяса… И у соуса явно какой-то странный запах. Это что ли торт-то?

Я, галантно ухаживаю за ней предлагая еще блюда, что стоят на столе. В итоге, на наших тарелках оказалась целая гора из всех блюд. От каждого, по маленьку…

— Ну, что ж попробуем чем нас кормят, — усмехаюсь, берясь за вилку.

— А не плохо, даже вкусно, — говорю, быстрее сам себе, чем Анемоне, пробуя мясо.

— Да. Ваша кухарка не плохо готовит, — кивает она мне.

— Которая? — вырвалось помимо моей воли.

— А, которая это готовила? — спрашивает она. — Молодая или старая.

— А… Не знаю… — пожал я печами. — Я как-то не интересовался кто из них, что готовит.

"Интересовался, интересовался"… — тут же выдал мне дракон.

— Ну да, — хмыкнула она. — Лишь бы вкусно было.

— Еще вина? — спрашиваю я, когда тарелки наши опустели. — Или что-то из еды снова?

— Да. Мясо оно необычное такое… — улыбается Анемона.

— Да, мне тоже определенно понравилось. Это специально для нас с вами приготовили. Такое блюдо еще не подавалось у нас на стол, — говорю, накладывая при этом ей на тарелку кусочки мяса.

— Специально для нас? О, это так мило, — расплылась она в улыбке.

— Да, торт… — накалываю на вилку небольшой кусочек мяса и отправляю в рот.

— Торт! — тут же слышен крик, я аж вздрогнул.

— Что? Какой торт? — уставилась она на меня.

— Нам на свиданье обещан был торт… — растерянно говорю я.

И, вдруг я вижу маменьку в драконе… Кусок мяса застрял у меня в горле. Я закашлялся аж.

— Простите, — встаю я.

Выхожу из беседки и направляюсь к маменьке. Что ей тут надо? Просил же не беспокоить. И вдруг вижу, она уже стоит человеком с чем-то огромным в руках.

— Быстрее, — говорит.

Я тут же оказываюсь рядом, подхватывая что-то тяжеловатое под завязанной скатертью.

— Что это? — возрился я на мать.

— Торт. Что же еще! — отвечает она и мы несем этот торт к беседке.

Тут же появляется слуга и выдвигает столик на который мы и ставим свою ношу.

— Что это? — моя загадка, вздернув брови, стоит на пороге беседки.

— Сейчас увидим, — отвечаю я.

Матушка тем временем развязывает ленту и снимает накинутую скатерть за цветок.

— О, как в ваших волосах цветок. Значит это явно для вас, — Восклицаю уставившись на…

На перевернутом вверх ножками столике, стоит что-то необычное. Высокое, причем верх почему-то меньше чем низ по кругу и украшенное с одного боку розами.

— Что это?! — в один голос спрашиваем мы с Анемоной.

— Так торт же. Специально на ваше свидание, — улыбается маменька. — Я ушла.

— Но, буду признательна если мне оставите кусочек, — тихо шепнула мне на ухо уходя.

— А, цветы-то зачем натыкали? — Анемона спрашивает.

— Сейчас вынем, — говорю я и берусь за цветок.

— А?.. — пальцы испачкались явно в чем-то. — Это что, зефир?

Анемона смотрит с подозрением. Я же облизываю пальцы.

— Хм. Точно. Зефир. Похоже эти цветы можно тоже есть, — хмыкаю я.

— А, как это, вообще есть надо? — моргает моя загадка.

— А, кто бы еще сказал.

Слуга тут же протягивает мне нож.

— Разрезать желаете?

— Разрезать? — уставился на него.

— Да. Его режут.

Беру нож.

"И как его резать-то"? — обхожу кругом.

— Вам с цветами или без? — спрашиваю, разглядывая с какого боку начать резать.

Торт круглый, потому не знаю как начать… Еще и ножки, что торчат кверху, мешаются…

— Мне без. Я слежу за фигурой, — был ответ.

Втыкаю нож в верхний ярус и режу его. Он легко режется. Отрезаю кусок и кладу, на подставленную тут же слугой, тарелку. А он оказывается внутри-то еще и разный!

— Ну пробуйте, — протягиваю Анемоне.

Та берет тарелочку с куском.

— А чем есть?

— Да, чем хотите, — усмехаюсь я. — Я вон, уже пальцами пробовал.

Она разглядывает кусок, потом берет двумя пальчиками и откусывает.

— Ну как? — спрашиваю я.

— Вкусно, — кивает и снова откусывает. — Никогда ничего подобного не пробовала.

— Да-а-а? — я тут же отрезаю себе кусок и тоже пробую.

И правда вкусно. Необычное блюдо. Правда оно сладкое. Десерт типа кексов Лееи.

"Так вот значит про какой торт говорила Маша".

— Ну что ж, надеюсь все было вкусно, — бормочу я. — В следующий раз обязательно еще и маленький сделаем. Самим на пробу.

— В следующий раз? — Мильтон вздернул брови. — Думаете у них еще свидание будет.

— Ну, мало ли вдруг, какое событие будет, — пожала плечами. — Почему именно их свидание?

— Так единственное событие, которое скоро будет это помолвка, — Мильтон моргает. — А потом и свадьбы…

— Ну и отлично! — восклицаю я. — Значит на помолвку мы и испечем уже не один торт, а несколько. И не таких маленьких, как этот.

— Это был маленький? — удивляются Леея и Мильтон.

— Ну да. Торт может быть очень большой, даже огромный и не в два яруса, как у нас, а гораздо больше. А свадебные торты, вообще могут быть вот от этого стола до потолка, — отвечаю.

Леея и Мильтон тут же проследили взглядом расстояние от стола до потолка.

— Такой высокий? — Леея моргает. — А как же его печь-то, он же не влезет…

— Леея, ты забыла как мы пекли? Каждый же корж отдельно печется. А потом все собирается уже. Промазывается кремом, пропитывается сиропом и украшается уже готовый и собранный по желанию. Хочешь кремом, хочешь печеньем, хочешь ягодами…

— Даже так? — раздается с порога.

Мы оглядываемся на Хойю. Она стоит довольная.

— Надо обязательно сделать так на помолвку.

— Надо — сделаем, — отвечаю я.

— Ну как? — робко спрашивает Лее.

— Отлично, — отвечает Хойя. — Они явно были удивлены. А, представляю, как удивятся гости! Я, признаться, о таком блюде даже не слышала.

— Это десерт. Его обычно к чаю подают. В конце вечера желательно.

— Определенно ты полезна. Не зря тебя к Лее приставили, — выдала Хойя и развернулась по направлению к выходу.

— Да… — она обернулась на пороге кухни. — Спасибо тебе Маша, огромное.

— Она сказала спасибо? Мне? — удивленно вздергиваю бровь, когда Хойя вышла.

— Это очень отличная новость. Теперь тебя точно из имения никуда не денут, — подмигивает мне Леея.

— Да… Такая похвала самой ее светлости, — Мильтон улыбнулся. — Не каждому такая честь выпадает.

"Ну что ж, остаться в имении с Лееей, мне бы пожалуй и мечтать не приходилось о таком подарке судьбы. А то, некоторые, меня спровадить давно хотят отсюда и подальше".

— Ну, эта отличная новость, — улыбаюсь я.

— Теперь точно узнать бы, когда помолвка. Чтоб успеть все приготовить вовремя, — вздыхаю я.

— Да, вроде, через два дня говорили… — Леея моргает.

— Через два дня только два гостя приедут, — говорю. — Остальные только через три будут…

— Уже почтальон прилетал? И когда? — Мильтон сразу спрашивает.

— Да вот когда, мы на крышу все носили… — отвечаю.

— Значит, через три и будет. Всех ждать станут. Все таки не просто так собираются, — Леея говорит.

— А говорила из соседних имений… — усмехнулась я.

— Так из них и есть, — кивает Леея.

— Да, как же из них-то? — возмущаюсь. — Когда наше имение только два дня пути в одну сторону…

— Так, ты чего… — Мильтон улыбается. — Они же драконы. Им-то лететь пару часов всего, а не пару дней ехать.

— А? — удивляюсь. — Они чего в драконьей шкуре все на помолвку прилетят?

— Да. Остановятся на окраине и прибудут на каретах. Все, как положено. Не драконов же мы в имении размещать собрались, — он усмехнулся.

— Да судя по качели, так как раз, — хмыкнула я. — На ней только дракону и качаться. Как раз размерчик-то.

— Почему это? — Мильтон вздернул брови.

— Так для обычного человека маленькую качель надо. Так что б сесть можно одному только. И качать никому не придется. Сам раскачается. А то вон, нагородили за окном — страх божий… А одноместная намного габаритнее и красивее. И их можно много в разных местах ставить и переносить легко будет, если что, — выдала я.

— Однако! — Леея вздернула брови. — Что ты и за дракон-то такой… Даже и в этом разбираешься.

— Да, не дракон я, — отмахиваюсь от нее.

— Извини. Драконесса.

— А-а-а, пойду я лучше… — вздыхаю я.

— Я тебя провожу, — кивает Мильтон.

— Ну и отлично, — киваю.

Мы выходим из кухни и пройдя холл прощаемся на лестнице.

— А вы, если что, можете подробно описать эти качели? На одного… — спрашивает, вдруг, Мильтон.

— Мы вроде на ты, только что, были, — улыбаюсь. — Могу, если что.

— До свидания, — чуть поклонился он мне.

А я присела ему в ответ в реверансе.

— До встречи, — и я улыбаясь, поднимаюсь к себе в комнату.

Надо бы, наверное, нарисовать на всякий случай на листке что ли. Вдруг и правда надумают поставить. Я достаю листки из ящичка стола и достаю веер. Вынимаю из него перо и достаю чернильницу. И только уселась и хотела макнуть перо, как призадумалась.

"А куда же я потом перо, в чернилах-то, дену? В веер-то уже точно не воткну. Испачкаю. Ни какого пенала у меня нет."

И тут я вспоминаю про шкатулку, из-под украденного пера, у звездочета в комнате.

"А, может он мне ее подарит? Все равно у Фирса перо-то украли… А мне бы она, как раз по делу пришлась, как пенал", — я встаю.

— Нет, неудобно вроде как-то идти просить-то… — Бормочу я садясь на место.

Кручу в руке перо.

"Так ему вроде все равно не нужна она… Пойду попрошу. Не даст, так не даст", — и я вставив перо обратно в веер, выхожу с ним из комнаты.

С веером под мышкой я и отправляюсь к звездочету. Фирс встретил меня приветливо кивнув.

— Заходи, заходи.

— А что у вас тут лаком для ногтей пахнет? — вхожу в комнату, ощутив резковатый запах, что летает в воздухе.

— Лаком для ногтей?! — Фирс удивленно вздернул брови.

— Ну да. У нас такой лак есть. Ногти им девушки красят, он так же пахнет, — вынимаю веер из-под мышки, чтоб спросить о шкатулке.

— Зачем? — удивляется он.

— Ну, как зачем… Для красоты больше, хотя он и ногти укрепляет и от повреждений бережет… Знаете, какие порой яркие и красивые рисунки делаются! Целое произведение искусства!

— Яркие? — он моргает смотря на меня.

— Ну да, яркие. Всех цветов радуги. Да у меня вон, тоже шлак на ногтях, — протягиваю ему левую руку. — Правда отросло уже все и у меня он бледный, незаметный почти. Профессия, знаете ли, обязывает… В рекламе белья только пастельные тона… или французский маникюр.

Фирс уставился на мою руку. Взял потом меня за пальцы и стал разглядывать. Мой светлый, чуть перламутровый шлак уже давненько сделан и поэтому хорошо видна отросшая, матовая полоска ногтя. Фирс разглядывал с минуту наверное молча, потом провел большим пальцем по ногтям.

— Да он давно уже высох и затвердел. А так, он жидкий и долго сохнет под специальной лампой, — говорю я.

— Вообще мне нравятся яркие маникюры, но профессия…

— Профессия? — он оторвал взгляд от моих ногтей и поднял взгляд на мое лицо.

— Ну, да. Я модель же.

— А… это ваши печева из шоколада? — вздернул он вопросительно бровь.

— О! Это быстрее мое увлечение, — отвечаю с улыбкой. — Я просто очень люблю шоколад и не только делать, но и есть. Это же так вкусно. А делать его… Он дает такую возможность в творчестве… Вы просто не представляете.

— Да наслышан от ее светлости, по поводу ваших кружков из шоколада, — улыбнулся он.

— Это медальоны называются, — говорю улыбаясь. — У нас вроде, даже еще остались на кухне. Хотите попробовать, я вас приглашаю!

— Вы меня приглашаете… — удивленно вскинул брови Фирс. — На свидание?!

— Да, я вас приглашаю на свидание… — хотела добавить "с шоколадными медальонами", но не успела.

— Что?! Ты его на свидание приглашаешь? — возглас Эуэ раздался от порога комнаты.

Он сделал шаг в комнату и уставился на нас. Фирс все еще держал меня за руку. Под взглядом Эуэ он тут же выпустил мою руку из своей.

— Ваша светлость? — Фирс уставился на Эуэ.

— Так, так. Невесту он мне доставил, — хмыкнул тот.

— Это ты себе невесту, под видом моей, доставил, — рявкнул он. — И ты хороша…

Раздался звук удара железа о камни и звон разбившейся посуды. Эуэ оглядывается за свою спину. Леея, заломив руки, стоит на пороге. Поднос брякает по полу… Она тут же убегает.

— Ваша светлость… — Фирс моргает.

— Вы, вообще когда-либо, стучатся пробовали! — возмущаюсь я. — Влетаете, вечно, к людям в комнаты без стука. Посмотрите, что вы наделали!

— Я наделал? — рычит он.

— А кто? Я что ли? Что теперь Леея об нас подумала! — восклицаю.

— Что есть, то и подумала, — выдал он.

— Да, как вам не стыдно! — возмущаюсь я снова. — Он же ей нравиться! Ой.

Я оборачиваюсь на Фирса.

— Простите, я не хотела выдавать ее секрет.

Фирс аж в лице изменился.

— С чего ты взяла? — спрашивает тихо.

— Да! — рявкает Эуэ. — С чего ты взяла? Она тебе это сама сказала?

— Да надо быть слепым, чтоб не видеть, как женщина ведет себя рядом с мужчиной, который ей нравиться! — в тон ему, отвечаю громко.

Фирс пулей вылетел из комнаты.

— Шли бы вы отсюда, а? — говорю, более спокойно, его светлости.

— Что?! — Эуэ вздернул бровь. — Ты меня выгоняешь?

— Да! — отвечаю, вздернув голову. — Убрать надо, вы в каше стоите.

Он оглядывается на свои ноги, за которыми растекается лужица каши. Каблук одного ботинка уже в ней. Встряхнув ногой он переступает порог комнаты и направляется не в сторону, вниз к ступенькам, а явно следует на крышу. Кому-то надо полетать…

— Ну вот и лети отсюда. Чем дальше, тем лучше, — взмахнула я по инерции правой рукой, в которой веер.

Потом пристраиваю его снов под мышку и начинаю собирать осколки тарелки и чашки на железный поднос. Кексы пришлось разломить и положить в лужу растекшегося компота. Подождала, когда он в них впитается и собрав все, что смогла, выхожу в коридор следуя на кухню.

На кухне застаю Леею, сидящей за столом. Она смущенно смотрит на свои, сложенные в замочек, руки. Фирс стоит у противоположной стороны стола, так же сложив на столе руки в замок. Леея поворачивается в мою сторону едва я вхожу.

— Прости Леея… — говорю я.

— Да тебя-то за что. Я знаю, что тебе Эуэ нравиться, — поднос выпал из моих рук.

Леея тут же вскакивает со стула и хватает тряпку, что бы вытереть все на полу. Я выхватываю тряпку у нее из рук и выбегаю из кухни.

— Ты куда? — летит мне в след.

— Лужу вытирать, — бросаю за спину.

— Нет, ну это ж надо так сказать! — возмущаюсь я, идя коридором. — Он мне нравиться! Конечно, прям без ума от него, прям жить не могу без него…

— Без кого? — вопрос Хоий застал врасплох.

И я машинально ответила: " Да без вашего сыночка…"

— Что?! — вздернула Хойя бровь.

— Ой.

Хойя смотрит на меня, вздернув бровь.

— Да нужен он мне тыщу лет, ящер ваш облезлый! — возмущаюсь. — Это Леея так решила.

И замерла, прикрыв рот рукой.

— А он тебе не нужен? — Хойя внимательно смотрит на меня.

— Да нет конечно! — усмехаюсь. — Кому такой хам нужен?!

— Кто?!

— Да сынок ваш, невоспитанный хам. Вот кто. Довел бедную Леею до инфаркта, наверное, своими заявлениями.

У Хойи и вторая бровь кверху побежала.

— Простите, мне надо убрать там… Из-за него Леея поднос уронила с едой, — и я быстро ухожу от ее светлости.

"Надеюсь меня не выставят вон за все это"…

Поднимаюсь к звездочету в комнату. Вернее к ее порогу и вытираю все, как следует.

" А вот, интересно, а от торта-то они сколько съели? Пока их светлостей нет, можно наверное взглянуть".

И я поднимаюсь прямо с тряпкой в руках и веером под мышкой на крышу. Выхожу и любуюсь закатом.

— Да красиво тут!.. — иду не спеша по крыше оглядывая окрестности.

"А имение-то и правда большое. Вон в закатных лучах как блестят крыши других домов. Еле видимые… А беседка красиво смотрится. Ветерок наверное стал сильнее. Ленты так и колыхаются в воздухе над цветами. И торт стоит на столе рядом"…

— Блин, даже не прикрыли! А если грязи какой налетит…

Подхожу и оглядываюсь в поисках скатерти с цветком, чтоб прикрыть торт. Смотрю, а они верхний ярус больше половины съели. Ну, значит правда вкусный, раз вон и тарелки пустые из-под торта стоят. Прохожу в беседку увидав там висящую не спинке стула скатерть.

— О, ты уже здесь? — раздается голос Читы.

Она подходит вместе с мужчиной.

— Убираешь уже, — кивает на тряпку в моей руке.

Я уставилась на тряпку…

— А, ну да… — киваю. — Уже наверное можно убирать. Торт вот только накрою…

И я оглядываюсь куда можно пристроить веер, тряпку-то положила на стол к грязной посуде.

— А ты че с веером-то? — улыбается Чита.

— Да, прихватила ранее… — уклончиво отвечаю. — Не успела в комнате оставить просто.

— Давай подержу, — предлагает Чита.

— Ага. Будь любезна, — и я протягивая ей веер, беру скатерть и накрываю торт.

— А вот хорошо бы и нам попробовать дали, — вздыхает Чита взмахнув веером в воздухе.

— Так бы вот раз… — она проводит веером, как ножом, по скатерти закрывающей торт. — И нам бы отрезали.

— Да вы чего, это ж для их светлости было, — мужчина сразу говорит. — Давайте лучше посуду грязную собирайте, я отнесу пока. А вазы и ленты потом сами уберете. А с тортом пусть его светлости решают.

— Что его светлости должны решить с тортом? — подходит Хойя.

— Ваша светлость! — Чита сразу в поклоне склонила голову. — Торт-то как уносить отсюда теперь.

Она поднимает на Хойю взгляд. Ее светлость задумалась. Потом снимает только что накрытую мной скатерть.

— О, да они и не поели совсем! — восклицает.

— Так он же большой на двоих-то очень, — вскинула я брови.

Хойя тем временем берет нож и ковыряет торт.

— Не так надо. Давайте я вам отрежу, — предлагаю я.

— На, — сунула сразу она мне нож в руки.

Я отрезаю как положено кусок торта от верхнего яруса и беря чистую тарелку ложу на нее кусок.

— Вот. Возьмите, — протягиваю ей.

— Только ложечек чайных не вижу. Чем же они ели-то? — удивляюсь.

— Так руками, — выдал мужчина.

— Руками? Но… — я замолчала.

— Руками, так руками, — и с этими словами ее светлость берет кусок в руку и откусывает.

Чита сглотнула. Хойя скосила на нее глаза, потом на меня. И прожевав говорит: " Режь дальше-то. Чего стоишь. Все равно убирать некуда."

— Нам можно его попробовать? — не поверила своим ушам Чита.

— Да… — снова откусывая, говорит ее светлость.

— Реж скорее. — Чита тянет мне тарелку.

Я отрезаю и только хотела положить ей, как Хойя протягивает свою.

— Мне еще и побольше кусочек.

Я прорезаю кусок целиком вместе с нижним ярусом и ставлю его Хойе на тарелку. Она разворачивается и идет к выходу с крыши.

— Я сейчас других тоже пришлю, — бросает она на ходу.

— Давай, режь, пока тут все не собрались, — Чита трясет тарелкой. — И веер забери.

Я зажимаю его под мышкой и отрезаю ей кусок торта. Она тут же пробует.

— Ну, как? — спрашиваю.

— Вусно-о-о… — проговорила она.

— Тут морс есть. Они его даже не пили, — мужчина поднимает графин. — Кто будет?

— Я, — хором отвечаем мы.

— А стаканы чистые есть? — спрашиваю.

— Конечно. На запас всегда ставим.

И он наливает нам напиток. Я отрезаю еще кусок и подаю ему. Он кивает в знак благодарности. Отрезаю и себе… А на крышу уже поднялись девушки и парни.

— И нам, — подбегают.

— Мы не поверили, когда ее светлость сказала…

— А что это?

— Это десерт, торт называется, — отвечаю я.

— А красивый наверное был…

— А чего цветы не все вынули? Как с ними резать-то?..

— Их тоже можно есть, — отвечаю.

— Цветы-то? — вскинул один из парней, брови. — Их же не едят. Вон там же видно, что убраны были, где зарезано-то.

— Нет, там их просто и не было, — улыбаюсь. — Цветы только по боку одному были пущены. Сверху вниз.

— Так их есть можно? — удивляются все.

— Ну конечно! Это же зефирные розочки нашей Лееи, — улыбаюсь я.

— Тогда мне с цветами!

— И мне… И мне… — слышится со всех сторон.

— А мне без них, — раздается, вдруг, голос Фирса.

— И мне, — подходит с ним вместе Леея.

— Конечно и вам хватит.

— А невеста его светлости, маменьке нахваливала торт-то, — говорят девушки. — Мы слышали. Да.

— Отличная новость. Значит торт понравился, — говорю я, беря свою тарелку.

— Да, такое вкусное…

— Кому добавки, сами режьте, — улыбаюсь.

— Надо бы Мильтону только отложить… И Эри…

— Да, давай-ка, отрежь, — Леея кивает.

И мы продолжаем есть торт стоя прямо кружком вокруг столика.

— И почему ты раньше таких больших не делала, — вздыхает одна из девушек. — Глядишь бы нам оставалось всегда.

— Да повода такого не было, — пожала плечами Леея. — Да и не я делала-то

— И правда вкусно, — Фирс кивает мне. — Спасибо.

— Да пожалуйста, — улыбаюсь я.

— И за торт тоже! — выдал он мне тихонько, чтоб никто не услышал.

"Да, удивить Маше удалось не только меня. Моя загадка была в восторге от торта и его подачи. И даже появление маменьки прошло, как задуманное с самого начала. Хотя так просто, было проще доставить этот самый торт. Не думал, что он такой большой. И такой вкусный. Хотя я не любитель сладостей… Да, Маша отличная кухарка. Они с Лееей, вообще, общий язык нашли быстро. Не то что те, две ее помощницы", — усмехаюсь.

Так я рассуждал идя от комнаты Анемоны в башню к Фирсу. И вот, открыв дверь его комнаты, я застаю такую картину…

— Я вас приглашаю… — слышу восторженный голос Маши.

Она стоит посреди комнаты, держась с Фирсом за руку.

— Вы меня приглашаете… — удивленно вскинул брови Фирс. — На свидание?!

— Да, я вас приглашаю на свидание…. - и Маша замолчала, повернув голову в мою сторону.

Ее глаза расширились от удивления.

— Что?! Ты его на свидание приглашаешь? — восклицаю я.

Я сделал шаг в комнату и уставился на них. Фирс все еще держал Машу за руку. Но, тут же выпустил ее руку из своей.

— Ваша светлость, — он уставился на меня.

— Так, так. Невесту он мне доставил, — хмыкнул я.

— Это ты себе невесту, под видом моей, доставил, — рявкнул я на него. — И ты, хороша…

Сзади меня что-то упало и разбилось. Оборачиваюсь, Леея стоит. Взглянув на меня, она тут же убегает.

— Ваша светлость… — Фирс моргает.

— Вы, вообще, когда-либо стучатся, пробовали! — возмущается Маша. — Влетаете, вечно, к людям в комнаты, без стука. Посмотрите, что вы наделали!

— Я наделал? — рыкнул я.

— А кто? Я что ли? Что теперь Леея об нас подумала! — взвизгнула она.

— Что есть, то и подумала, — отвечаю ей.

— Да как вам не стыдно! — возмущаюсь Маша снова. — Он же ей нравиться! Ой.

Она оборачивается на Фирса.

— Простите, я не хотела выдавать ее секрет.

Фирс аж в лице изменился.

— С чего ты взяла? — спрашивает он тихо.

— Да! С чего ты взяла? Она тебе это сама сказала? — восклицаю я.

— Да надо быть слепым, чтоб не видеть, как женщина ведет себя рядом с мужчиной, который ей нравиться! — крикнула Маша.

Фирс тут же вылетел из комнаты.

— Шли бы вы отсюда, а? — говорит она вдруг.

— Что?! — я вздернул бровь. — Ты меня выгоняешь?

— Да! — отвечает, вздернув голову. — Убрать надо, вы в каше стоите.

Я оглядываюсь на свои ноги, за которыми растекается лужица каши.

"Ох, ты, драконы, я уже в каше одной ногой".

Встряхнув ногой, переступаю порог комнаты и направляюсь на крышу. Кому-то надо полетать…

Тут, на крыше все стоит еще не убранное. Напоминает мне о проведенном времени с моей загадкой.

"А, все таки, она загадочная девушка"…

Я выпускаю своего дракон на волю.

— Лети, — тихо говорю, раскидывая руки в стороны…

Они тут же покрываются чешуйками и за спиной вырастают крылья. Остальная трансформация происходит уже в воздухе. Такого раньше не было. Такое чувство, что меня просто отталкивает от имения что-то. Я взлетаю, рассекая предзакатные облака.

"А красиво в небе. Облака прямо как зефирные розы"…

— Что? — сам удивляюсь, откуда это всплыло в моем мозгу.

— Маша летала в зефирных облаках… — подсказывает мне дракон.

— Ах, Маша! — и я разгоняясь, пронизывая облака, устремляюсь прочь от имения.

Меня будто кто-то гонит прочь…

— Розы на торте, точно зефирные, пробовал, а облаков таких у нас нет. Так что…

Я пролетаю над темным лесом…

"Это я где хоть"? — делаю разворот, что бы оглядеться. — "Или я наоборот, заложил слишком крутой вираж и залетел не туда"?

Лес подо мной стал еще гуще… А небо надо мной, еще темнее.

"А имение-то где"?

Я даже не могу сориентироваться в какую мне сторону лететь. Я поймал струю воздуха и парю над лесом, разглядывая окрестности.

"Кругом один лес, мне даже приземлиться, если крылья устанут, некуда. Да, что же это за драконово отродье такое"!

Поток воздуха сносит меня немного в сторону и я, повинуясь ему, парю дальше…

— Ты то, чего молчишь? — спрашиваю дракона.

— А что я, я наслаждаюсь высотой и прохладой ночного неба.

— Ночного? О, драконы велике. Ночь уже… — восклицаю. — Куда же нас с тобой занесло? Как возвращаться будем.

— Сами может нас найдут? — дракон дернулся всем корпусом, от чего я чуть не брякнулся, пропустив поток воздуха мимо крыльев.

— Ты, давай-ка поаккуратнее… Кто нас искать-то станет? Кто вообще в курсе, что мы улетели и где мы? — восклицаю я.

— Давай, ищи дорогу домой, — отпускаю дракона на полную.

Мое сознание отключается и человек во мне спит. Остался просто зверь, лютый и беспощадный… И он приведет нас домой.

-

— О-о-о, давно такого не было. Что б он подавил в себе человека на столько, что тот совсем затих… Я наслаждаюсь высотой и ночной прохладой. Влажный воздух приятно холодит. Чешуйки даже дыбом встают, иной раз…

"И, куда же меня потянет, в какую сторону? Надеюсь не к диким драконам… в которых нет ничего человеческого и они просто дикие, лютые убийцы. Лечу наугад или меня что-то ведет", — не могу даже сам понять.

Облака стали появляться все чаще, прикрывая обзор. Я подныриваю под них и чуть не врезаюсь в огромное дерево. Все еще я над лесом… Но вот, внизу виден просвет…

"О, да"!

Точно просвет открылся и лесу конец. Впереди виднеется что-то похожее на имение. А за мной следует огромная, черная тень…

"Или это моя собственная? Эуэ, пора бы тебе вернуться"… — тормошу человека, дремавшего во мне…

— Что, уже дома…

— Нет. За нами явно увязалась какая-то… тень.

— Что? Тень дракона? — и мы с удвоенной силой заработали крыльями.

Сразу чувствуется присутствие силы в них и я лечу с огромной скоростью, прорезая низкие облака. Тень отстает… А мы благополучно влетаем на край имения. Ну, теперь уже почти дома. И вот вскоре и наш родной двор и наша крыша. Я приземляюсь… Но, от быстрого полета меня по инерции проталкивает вперед и я врезаюсь мордой в беседку. Вазы попадали, разлетевшись осколками, ленты обвили мою шею.

— Да чтоб тебя! — восклицаю. — Перевоплощайся, пока не придушил меня.

Пришлось подчиниться полностью человеку, ибо ленты врезались в шею.

-

Я с трудом отцепился от беседки, сдергивая с шеи ленты. Да, такого приземления у меня отродясь не было.

— Кого ты там видел над лесом? Кто за нами летел? Дикий дракон? — засыпаю своего дракона вопросами.

— Тень… — проговорил он.

— Тень? Тень дракона? Но их же нет… Отец последнюю убил… когда сам погиб…

— Не знаю я тогда… Темно было. Может, просто дикий какой… — дракон ворчит.

— О, а кто это весь торт-то съел? — смотрю на сломанный стол, перевернутый вверх ногами.

— Ну не я это точно! — и мой дракон уснул.

Пора и мне тоже. Осторожно спускаюсь с крыши и прохожу к себе в комнату. Темень уже в доме…

"Свет бы вызвать, да ладно не стоит и так дойду", — думаю я.

Открываю тихо дверь и падаю на кровать.

"О, как здорово ощутить уже под собой мягкую перину и… спящую девушку"?!

— Кто здесь? — тихо выдыхаю поднимаясь. — Моя загадка?

В ответ раздается слабой полу стон, полу вздох…

— О-о-о… — Мой дракон тут же очнулся.

— Почуял драконессу что ли, — усмехнулся я и… отключился.

Буквально на минуту, но этого хватило, что бы оказаться рядом с горячим, юным телом… Она выгнулась от моего прикосновения.

"Я наверное все таки сплю… Не может быть это правдой. Девушка вообще прижимается ко мне, обнимая мою грудь. Точно, я сплю. Юные девы себя так не ведут. Они очень зажаты, особенно первый раз"…

Я провожу рукой по ее груди, она обнажена. Соски тут же напряглись от моих прикосновений. Эти бутоны так соблазнительно упираются в мою ладонь, что я не в силах сдержаться, припадаю к ним губами. Слышен тихий стон…

"О-о-о, у меня сейчас все взорвется и мозг и страсть"… — я тут же накрываю девушку своим телом…

Она податливо тянется, выгибаясь навстречу мне и моему желанью. Я, не в силах больше сдерживаться, просто впиваюсь в нее… соединяясь с ней одним целым… Наш общий стон наслаждения прорезал тишину ночи…

" Моя загадка… вот я тебя и разгадал"… — я засыпаю обняв ее.

Просыпаюсь посреди ночи от чувства, что на меня кто-то смотрит. Поднимаю голову от подушки и какая-то тень скользит с нее под кровать.

— Кто здесь, и почему комната в зеркальном отображении? Я все еще сплю… Мне просто показалось…

Главное девушка, что рядом со мной, меня обнимает. Больше мне ничего не надо.

— Эуэнти… — бормочет она во сне.

— Кто?! — сон как рукой сняло.

Я подскакиваю на кровати. Но, мой дракон не спешит уходить. Он наоборот, выходит из тени… Я прямо ощущаю как стал покрываться чушей… Щеки, шея, плечи… Рука, вытянутая к ней, трансформируется в лапу и дракон накрывает спину девушки своей лапищей… Та сразу вздрогнула. Ибо проснулась. Отрывает голову от подушки и прикрыв ей грудь поворачивается…

— Маша?! — возглас застрял в горле.

"Она меня приняла за кого-то другого… Эуэнти… О, нет! Это дурной сон"!

— Дурак! Это я Эуэнти! — взревел дракон и прижал Машу к моей груди так, что чешуйки, наверное, врезались ей в лицо.

— Кто? — хрипло проговорил я. — Кто ты?

— Эуэнти я — дракон. А ты, Эуэ — человек во мне…

Кажется я сейчас потеряю сознанье от переизбытка чувств.

— Не может Маша знать твоего имени…

— Но, она знает! Она моя! Я ее никому не отдам! Я буду ее защищать, даже от тебя Эуэ, — взревел дракон.

И какая-то тень скользнула из-за нашей с ним спины…

Очнулся у себя в комнате на кровати… О, какой мне сладкий сон приснился… Или дурной?..

— Эй, дракон, просыпайся. У меня сегодня отличное настроение.

— Конечно, после вчерашнего… — буркнул он. — Залетел не зная куда…

— Но, ты же привел нас домой, — восклицаю, вскакивая с кровати.

— А я ли? — дракон нехотя перевернулся во мне.

— Ну не я, это точно! — восклицаю, собирая разбросанную одежду.

-

— О Чернуша! — восклицаю я проснувшись и увидя ее спящей на подушке рядом со мной.

— А мне такой сон приснился… — я аж смутилась. — Такой правдоподобный…

Чернуша поднимает мордочку от подушки, зевает.

— Утро уже давно настало! — она метнулась тенью к окну и отпрянула от него.

— Ты чего? — смотрю на нее.

— Там уже яркое солнце… — выдохнула она. — Я никогда не летала при нем…

— А ты можешь на солнце летать или нет? — спрашиваю я садясь на кровати.

— Не знаю. Надо поробовать… — и она вылетает из окна.

И тут же врезается выпуклым силуэтом обратно. Коготки скребут по стеклу, а ее крылышки дымятся и обугливаются…

— Нет, Чернуша! — кричу я подскакивая к окну.

Просовываю руки и обнимаю ее, вместе с натянутым на руки жидким стеклом. Крылышки перестают обугливаться и Чернуша крепче вцепляется в стекло.

— П-пусти… — еле слышно говорит.

— Да! Я пускаю тебя, в любое время дня и ночи, всегда, когда ты только пожелаешь! — почти выкрикнула я.

Чернуша висит на моей шее, вцепившись в меня когтями. Мои руки все еще в стекле. Я выпутываю их и обнимаю вздрагивающего зверька.

— Чернуша, девочка моя, — слеза накатилась на глаза.

— Ты меня жалеешь? — тихо проговорила удивленная Чернуша.

— Конечно. Прости. Я же знала что ты, правда, к вампирам относишься. Они же сгорают на ярком солнце. Прости…

— Ай! — я вскрикиваю.

Чернуша вонзила мне в руку свои клыки.

— Ну, спасибо… — пробормотала я отключаясь.

Очнулась я сидя на полу. Чернуша вполне здорова, без каких либо видимых повреждений, пытается пить мою кровь из сочащихся ранок на руке.

— Ты…

— Я зализываю. Прости. Иначе бы я могла погибнуть. Но, раз ты меня пожалела, то выходит ты поделилась со мной своей кровью.

— Да, только если я тебя каждый раз так жалеть стану, я помру раньше времени. Ты же всю мою кровь себе в желудок перекачаешь, — усмехаюсь я.

— Да нет же! Ты не поняла! — Чернуша лизнула мне руку шершавым языком. — Я же тоже тебе свою дала. Мы теперь связаны кровью с тобой. Мы одно целое.

… "Мы с тобой одной крови, ты и я"… — всплыла в памяти реплика из мультфильма…

— Чего? — моргаю я и чувствую, что что-то прилипло к моей губе.

Провожу рукой по губам и на руку падает золотая чешуйка.

— А это что? — смотрю на нее.

Но, тут раздается стук в дверь.

— Маша, к тебе можно?

— О нет! — я вскакиваю.

— Секундочку, — кричу. — Я не одета.

Заворачиваюсь в одеяло и открыв дверь высовываю голову в коридор. Эри удивленно смотрит на меня.

— Что случилось? — спрашиваю я.

— Завтрак уже готов, а ты все спишь. Я уже второй раз прихожу. Первый ты даже не проснулась.

— Так разбудила б меня.

— Я не смогла открыть дверь, — выдала Эри.

— Как так? — вздернула брови.

— Такое чувство, что на дверь наложили запрет.

— Кто? — удивляюсь я.

— У нас только его светлость может так делать, — отвечает Эри.

— Зачем он меня запер? — удивляюсь еще больше. — Думал сбегу или невесту его побью.

— Скорее второе, — смеется Эри, входя в комнату.

— Ты чего тут ночью, подушками кидалась? На полу вон, лежат две.

— Не иначе в его светлость, чтоб запрет свой снял, — хихикаю, поднимая подушку, что лежит у кровати на полу.

Чернуша выглядывает из-под кровати. Я сажусь и прикрывая ее одеялом, поглаживаю ей мордочку. Раздается тихое урчание…

— Что это за звук? — Эри смотрит на меня.

— Э…Ну… Это мой живот ворчит, есть просит, — сразу отвечаю. — Проспала завтрак-то.

"А мне такой сон приснился"! — так и хотелось это в слух сказать. Но, я только улыбнулась, потягиваясь.

Слышен снова стук в дверь

— Да, — говорю.

— Можно? — слышим мы голос Мильтона.

— Ой, я не одета! — вскакиваю сразу я.

— Я узнаю, что ему надо, — Эри отвечает мне и выходит за дверь.

— Хорошо… — бормочу я, разглядывая ранки на руке.

Они хоть и мелкие очень, но все ж кровоточат…

Чернуша тут же прыгает на кровать и поставив передние лапки мне на коленки, слизывает шершавым язычком камельки крови. Я тоже, машинально, тяну вторую руку к ранкам… она сжата в кулак… раскрываю кулак и вижу на своей ладошке малюсенькую золотую крапинку.

— Э… это вообще, что? — уставилась на свою ладонь.

— О, чешуйка! — восклицает Чернуша.

И слизывает ее языком.

— Э! — возмущаюсь я.

Но Чернуша, лизнув мне ранку на руке, запечатывает ее этой самой чешуйкой.

— А как это ты так точно попала? — удивляюсь я, проводя пальцем по чешуйке.

Но, провелось будто просто по гладкой коже. Я попыталась поддеть пальцем, но с таким же успехом я могла пытаться и родинку с руки поддеть пальцем.

— А как это? — снова растерянно спрашиваю я.

— Слияние прошло успешно, — смотрит на меня своими глазками, бусинками Чернуша.

— Мы с тобой одной крови… Ты и я… — вспомнились, снова, слова известного мультфильма.

Я усмехнулась. В это время открывается дверь. Чернуша тут же прячется за моей спиной, я же сижу, разглядываю свою руку.

— Ее светлость просит прийти к ней, но ты еще не одета, — говорит, заглядывая в комнату, Эри. — Я сама к ней схожу. Ты пока умывайся.

— Ага, — машинально киваю я.

Эри закрывает дверь, а я оторвавшись от созерцания руки, одеваю ночную рубаху и иду в ванную комнату. Зачерпнув в ковшик воду, выливаю его в углубление раковины. И зачерпнув ладошками воду, умываюсь…

Отняв руки от лица снова зачерпываю воду и вижу плавающую чешуйку в ладошках с водой.

— Чернуша! — кричу я. — Она отвалилась….

Чернуша тут же влетает ко мне и, сев на край раковины, ловит языком из моих ладошек чешуйку.

— А…

Чернуша проводит языком мне по руке… И я вижу, что на руке поблескивают две золотистые точки… Вода вытекает из моих ладоней, но я их по-прежнему держу лодочкой, уставившись на две точки на моей руке. Золотые точки потемнели и стали почти черными…

— А как это? — снова глупо спрашиваю, подняв взгляд на Чернушу.

Та расплылась в оскале! Я немного отстранилась от нее…

— Ой, прости, — смутилась я. — Не привыкла еще к твоей улыбке…

А Чернуша, явно улыбалась.

— Вот теперь еще лучше, — выдала она. — Слияние, точно, прошло успешно!

— Кого с кем? — машинально спрашиваю я.

— Дракон, тень, — отвечала Чернуша.

— Где ты видишь дракона! — возмущаюсь я. — Человек, человек, тень…

— Ну и человек, само самой разумеется. Теперь мы точно единое целое, — Чернуша зевает. — Чего-то я бы, поспала бы…

— Конечно, — отвечаю. — Я попрошу Эри кровать сегодня не менять… Чтоб тебя не тревожить.

Эри, тем временем, вернулась уже.

— Вот, — говорит. — Ее светлость прислала платье.

— Платье? — я возвращаюсь в комнату.

— Да, вот, — и Эри раскидывает платье на кровати.

Оно белое с золотым поясом и золотой окантовкой на лифе.

— Оно открытое совсем! — смотрю не платье.

— Почему, вон плечи же, есть, — указывает Эри на золотые лямочки…

— Это быстрее рукава, чем плечи… — разглядываю платье.

— А почему оно отливает радугой? — вдруг вздергиваю удивленно брови. — Смотри, если вот под этим углом смотреть, оно серебриться, а так… — приподнимаю край лифа. — Оно фиолетовым отливает. Так желтым, розовым…

— Ой и правда… красиво как, — выдохнула Эри. — Его оденешь?

— Нет, ты что! Такую красоту и одевать-то жалко.

— Вернуть что ли… обидится ведь, — вздыхает Эри.

— Зачем! Оставим для торжественного случая. Постель можешь сегодня не менять, кстати.

Эри кивает.

— А что тогда одевать будешь? Это фиолетово-серое? — кивает на платье, что так и висит на спинке кресла.

— А попроще нет? — спрашиваю.

Эри вздыхает и открывает мою гардеробную.

— Поищем сейчас.

Мы находим темно синее платье без рукавов и с закрытым воротом.

— О, а чего же раньше не видели? — восклицаю. — То что надо, и рукавов нет и воротничок стоечкой. Его, безусловно его!

Одевшись выхожу следом за Эри из комнаты и запинаюсь на пороге.

— Да что ж ты, на ровном месте! — восклицаю я и приподняв подол, рассматриваю за что могла запнуться.

— У тебя подошва оторвалась, — Эри говорит.

Я приподняла ногу и уставилась на свисающий край подошвы.

— М-да… есть просит…

— Кто есть просит? — моргает Эри.

— Туфля, — я поболтала ступней в воздухе.

Хлоп, хлоп издала звук подошва.

— Видишь ням, ням… — передразнила я свою туфлю.

— Ой, смешно как, но и правда похоже, — кивает Эри.

— А другой то обуви у тебя нет… — Эри растерянно смотрит на меня.

— А у ее светлости попросить или у тебя лучше, — спрашиваю.

— Так у тебя же размер-то детский! — восклицает Эри.

— Как детский? — уставилась я на свою ногу.

— Ну так, — и Эри приподняв подол ставит рядом свою ножку обутую в тряпочную вышитую туфлю.

— М-да…. И правда, детский по сравнению с твоим…

— Я сразу заметила, что у тебя очень маленькая нога… — Эри смотрит на меня. — У нас ни у кого таких маленьких не бывает.

— Ну, не босиком же мне теперь ходить? — восклицая растерянно я.

— Так, а другой у тебя нет… — моргает Эри.

— Есть! Есть! — восклицаю я и возвращаюсь в комнату.

Лезу в угол гардероба.

— Вот, — вынимаю свой рюкзак и достою из него кроссовки.

— Что это? — Эри моргает.

— Я в них приехала. Их и одену.

— Странные ботинки…

— Это кроссовки, — говорю, зашнуровывая их на своей ноге. — Под подолом все равно не видать.

— А туфли я возьму, — говорит Эри. — Отдам Насу, он починит.

— Спасиб, — киваю в ответ.

— Я туфли пока твои снесу, — говорит Эри по дороге.

— Хорошо, — киваю. — Я у Лееи буду.

Эри проходит дальше по холлу, а я иду на кухню.

— Доброе утро…всем… — смотрю на кучу народа, что столпилась на кухне.

— Доброе, — отозвалась Леея и остальные.

— У вас тут чего за собрание? — спрашиваю, присаживаясь за стол.

Леея тут же ставит передо мной тарелку с кашей.

— Да мы сегодня тут вот завтракали все, — отвечает Чита. — Обсуждали новости, все вместе.

— Какие? — беру ложку.

— Так вчерашние, — отвечала, стоящая ближе всех ко мне, девушка.

— А что вчера было? — глупо спрашиваю я.

— Как что? — все уставились на меня.

— Ты не в курсе? — вздернул брови молодой парень.

— Нет. А в чем дело-то?

— Так, его светлость-то вчера напился… — усмехнулся он.

— Да ты что? — вырвалось у меня.

— Да, да, — кивает, вздыхая, Леея.

— И представляешь, он вчера чуть беседку всю не разнес! Да он все вазы перебил… Все цветы раскидал… Ленты порвал… Беседку чуть не сломал… — раздалось сразу со всех сторон, причем хором.

— Мы убирать пошли, а там… — Чита махнула рукой. — Ужас, что твориться.

— И даже крыша исцарапана!

— Он там чего, с драконом что ли со своим воевал?! — вздернула я брови.

Все дружно рассмеялись.

— А, поди его узнай! — парень усмехнулся. — С кем он там воевал.

— Ладно хоть, невеста не видела и не знает какой он во хмелю…

— А чего, думаешь, откажется сразу замуж выходить? — хмыкнула я.

— Ну я бы подумала, точно, — хихикнула девушка, стоящая рядом с парнем.

— И часто он у вас так? — спрашиваю.

— Да вообще-то первый раз такое, — говорит задумчиво Леея. — И что на него нашло?..

— Не что, а кто! — смеется Чита.

— Его загадка… — говорю я.

— Кто? Загадка? Это ты про невесту его, что ли? — фыркнула другая девушка.

— Тоже мне, загадка. Ей просто женой стать надо его и все. Власть ей нужна просто, над всем и всеми, — ложка выпала из моих рук.

— А ты откуда все это знаешь?! — уставились мы все на нее.

— Так тут и знать нечего! Она только и говорит с маменькой со своей о том, как бы быстрее его на себе женить, да как бы побыстрее, в койку затащить.

— А может у нее любовь? — вздернула я бровь.

— Любовь? Ну, не знаю… Может и любовь. Так-то он ей нравиться, она говорила. Про женитьбу-то, больше маменька ее печется и правда.

— Ну вот, а наговариваешь на девушку. Так слухи-то и рождаются, — качаю головой.

— Ой, да ладно. Нам-то какая разница, кто его женой будет. Нам от этого лучше не станет. Да он потом, все равно, еще жениться и не раз поди. Нам только уборки добавиться… Да капризы выслушивать… Драконессы, все капризные.

— Ну, вот ее светлость, так вовсе нет! — возмущаюсь я. — Она сильная, властная личность.

— Ну, ты сказанула. Ее светлость. Она же императрица, все таки наша.

— Э… — я моргаю, ибо не нашлась что возразить.

— Ты давай, ешь. У тебя между прочим заказ уже, — Леея мне чистую ложку в руки вставляет.

— Чего у меня? — смотрю на Леею.

— Заказ, от ее светлости, на торт. Велено тебе во всем помогать. С утра мне в помощь девушка прибыла, так вот ее к тебе приставили, — улыбается она.

— А ты как же? — смотрю на нее.

— Ну я… Я так же одна и буду.

— Не, не, не, не… — мотаю головой. — Я одна справлюсь. Если уж что, попрошу помочь. У тебя сейчас людей прибавиться, тебе помощь больше нужна.

— А вообще, ты нам вчера погадать обещала, — обиженно надула губы темноволосая девушка.

— Точно… Да с тортом-то, как-то и забыли… — виновато улыбаюсь.

— Но, мы тебя простили, — улыбаются мне в ответ. — За такой торт.

— Э…

— А погадать, ты нам сегодня погадаешь.

— Э…

— Ну что вы пристали к ней. Дайте поесть. У нее еще заказ. Идите уже все отсюда, — гонит Леея всех с кухни. — Потом все, потом.

Народ расходиться.

— Леея это правда, что у меня заказ, — спрашиваю я. — Как-то звучит это… У нас в мире так говорят, когда человека просят что-то сделать и оплачивают потом его услуги…

— Ну, здесь оплата получится тем, что ты со мной останешься на пожизненно.

— Звучит как приговор, — весело усмехнулась я.

— Значит Хойя решила на помолвку торт подать…

— Да, это ей очень явно понравилось. Удивить всех хочет.

— Ну что ж… — вздыхаю. — Можно и удивить. Ради пожизненного-то.

И я улыбаюсь. Леея тоже.

Эри заглядывает на кухню.

— Тебе кстати сообщили?

— О чем? — спрашиваю я.

— Так о происшествии на крыше-то. Мне вот только сейчас рассказали. Это ж надо так…

— А ты, кстати, почему торт пробовать не пришла? — спрашиваю я.

— Как не пришла. Пришла. Только ты уже ушла.

— Так тебе и торта не досталось? — восклицаю.

— Почему? Достался. Самый нижний ярус и даже цветок цветной. Обычно у Лееи всегда только белые бывали. Туфли твои, кстати, после обеда принесу починенные.

— Спасибо, — киваю.

— Ты давай, сходи к ней, — Леея говорит мне, когда Эри убегает.

— К кому? — моргаю я.

— Да к ее светлости. Сходи. Она просила тебя подняться, — говорит Леея. — Про заказ с тобой все обсудить.

Я допив компот поднимаюсь.

— Хорошо. Пошла.

Поднимаюсь по лестнице и натыкаюсь на Эуэ. Вот, только что некого не было! И вот, он уже прямо передо мной возник.

— Черт бы вас побрал! — восклицаю я, прямо натыкаясь на него от неожиданности.

— Кто меня забрал? — моргает он растерянно.

— Черт! — усмехаюсь я.

— Зачем? — вздернул он брови.

— Чтоб не буянили во хмелю, — обхожу его и иду дальше.

А он стоит, где стоял, на самой верхней ступеньке лестницы. Не сказав ни слова более, но и не двинувшись с места.

— Похмелье, что ли… — хмыкнула я, идя дальше по коридору.

— Я должна его увидеть! — вылетая из своей комнаты, Анемона налетает на меня.

— Да что же, все на меня налетают-то сегодня! — восклицаю я.

— Кто все? — вздернула она бровь, резко встав.

— Вы вот, например. Сейчас на лестнице меня чуть не сшиб…ли… — я замолчала.

Анемона смотрит на меня изумрудными глазами. Я завороженно уставилась на них. Она тут же сообразила, что вылетела без шляпки с вуалью и метнулась обратно.

— И вам, доброе утро! — хмыкнула я.

Хойя встретила меня стоя у окна.

— Пройди. Садись, — указывает мне на стул.

— Спасибо. Я постою.

— Ну, как знаешь. Но, разговор у нас с тобой будет длинный.

— Ну, тогда я присяду, — сажусь я.

— Я вас слушаю.

— Не знаю с чего и начать, — проговорила ее светлость, глядя в окно.

Потом развернулась от окна и пройдя, уселась в кресло.

— Твой торт… — начала она.

Я молчу. Она вздохнула.

— Твой торт, — снова повторила. — Он такой… Такой необычный. Непривычный. Не вписывается в общие рамки.

— То есть, это плохо? — разочарованно спрашиваю.

— Нет. Это не плохо. Это очень…

— Очень плохо! — ахнула я. — Ой простите.

— Это очень неординарно, — выдала Хойя.

— Как простите? — моргаю.

— Короче! Ты мне такой же… Нет. Лучше! Сделаешь сыну на помолвку.

Она смотрит на меня.

— Ну… сделаю, — моргаю.

А сама думаю: "При чем тут заказ тогда. Леея, может, чего не так поняла"…

— И у тебя будет заказ на торт, — выдала она мне.

— Что будет? Заказ?

— Да, заказ. Ты делаешь, я тебе плачу. Это не обсуждается, — махнула она рукой.

— Простите. Я правильно поняла? Вы мне предлагаете платный заказ?

— Платный? Ну да… — кивает Хойя. — Точно. Платный. Платный заказ. Фирс даже, может договор сделать, если ты мне не веришь.

— Что вы! — тут же восклицаю я. — Верю конечно. Но, позвольте спросить?

— Да? — вскинула Хойя брови.

— А почему?

— Что почему? — смотрит она на меня.

— Почему вы вдруг, решили мне заплатить? — спрашиваю я.

— Ну… ты же не из нашей империи, — выдала Хойя.

— По идее, удерживать тебя силой я не имею права. И оснований удерживать тебя, тоже нет. Быть невестой моего сына ты, я так поняла, не хочешь. Меня, в принципе-то, это устраивает. Но, терять такого специалиста, как отличная кухарка, я не хочу. Потому у меня к тебе заказ.

— Э… — я задумалась. — А я могу брать заказы и впредь, только у вас?

— Да.

— Или не только у вас? — смотрю на ее светлость.

— Хм, — хмыкнула она. — А пожалуй, не только у меня. Но, свой процент прибыли я буду получать с каждого твоего заказа.

— Деловой подход, — хмыкнула я.

— Да. Ты же живёшь у нас.

— Ну да… Что ж я поняла. Спасибо, — я встаю.

— И за Анемоной можно уже не приглядывать. Я думаю, они нашли общий язык вчера вечером… — улыбнулась Хойя. — Она его невеста, теперь точно.

— Я могу идти? — спрашиваю я.

— Да конечно, — кивнула Хойя.

"Вот, а сообщать-то мне обязательно надо было, что ли", — думаю я про себя.

"Нафига мне знать все их амурные дела? Или это специально, что б губу не раскатывала? Так я и не раскатываю. Хам, каковых отродясь не видывала"! — я фыркнула и побежала на кухню к Леее, обрадовать ее.

"О такой возможности для меня, я и мечтать не могла! У меня будут свои деньги. Или, что тут у них есть. Я смогу заказать себе обувь и одежду. Может потом, как Чита мечтает и двор смогу купить"…

— Маша! — Фирс возник перед моим носом.

— О! Все прямо перед носом возникают сегодня, — улыбаюсь.

— Я хотел с вами поговорить.

— Хорошо. Пойдемте к Леее. Там и поговорим. Я вас угостить обещала, помниться мне.

— Хорошо, — улыбается он.

— А я к тебе только собралась… — Леея моргает глядя на Фирса.

— А я сам пришел, — улыбается он.

— Так, о чем вы хотели поговорить? — спрашиваю я.

— Я хотел просить вас… — он запнулся. — Просить вас…

— Погадать?! — Леея вздернула бровь.

— Да, — Фирс смутился.

— Ой, да я с радостью. У меня такое хорошее настроение сегодня. У меня заказ от ее светлости. Она мне платить будет, но я могу и у других заказы брать! — выпалила я.

— Так это ж здорово, — Леея улыбается.

— Конечно. Даже очень, — смеюсь я.

Леея ставит перед Фирсом тарелочку каши, пару бутербродов, которые пришлись ему по душе, и наливает горячий кофейный напиток. Я достаю шоколадный медальон.

— Сливки надо добавлять? — спрашивает она.

— Нет, спасибо, — Фирс берет ложку.

— А мне тебе помочь, может? — спрашиваю я.

— Да нет, спасибо… — она не договорила.

— Доброе утро, — раздался от порога кухни голос Мильтона. — Знакомьтесь Мора, это Леея, Маша и Фирс. Вы поступаете к ним в помощь.

Девушка застыла на пороге, уставившись на расшитую звездами хламиду Фирса.

— И ему тоже? — округлила она глаза.

— Да нет конечно! — замахал руками Фирс. — Мильтон имел в виду только Леею и Машу. Меня он просто представил вам.

— Да. Прошу меня простить, — Мильтон смутился. — Немного не так выразился. День с утра уж больно такой…

— Какой? — сразу спрашиваю я.

— Да все только и говорят об предстоящей помолвке… — Мильтон глянул на меня. — Ее светлость Анемона, будет объявлена официально невестой его светлости…

— А что так печально-то? — вздернула я брови. — Радоваться надо, что он, наконец, решился. Она ведь достойная пара.

— По мне, так вы, Мария, мне больше нравитесь, чем она, — выдал Мильтон.

— Ну, вы мне тоже больше нравитесь, чем она, — улыбаюсь я.

Мильтон растеряно оглядел нас всех и вышел.

— Смешной он, — улыбнулась девушка. — Так какие мои обязанности?

— Помогать ей! — выпалили мы хором с Лееей, указывая друг на друга.

Мора моргает, смотря на нас.

— Кому? — спрашивает удивленно.

— Да кому нужнее будешь, в тот или иной момент, — говорит Леея.

— Хорошо, — кивает Мора. — Что-то сейчас надо делать?

— Пока с завтраком уже все. Обед вот начинаем только подготавливать…

Фирс тем временем допивает напиток.

— А мы тогда отлучимся на минутку, — говорю я, доставая незаметно шкатулку с картами из стола.

— Ага… — Леея расстроенно кивает.

Ей явно хотелось присутствовать… Мы выходим с Фирсом из кухни, но я заглядываю обратно в открытую дверь.

— Я тебе все равно расскажу все, — улыбаюсь я Леее.

Возвращаюсь в коридор и вижу удивленный взгляд Фирса.

— Ну, не смогу я удержать все в тайне от Лееи, — говорю виновато.

— Да я бы и сам все рассказал, — улыбается звездочет.

— Ну, на что расклад делать станем? — спрашиваю Фирса, устроившись у него за столом.

— А на что можно? — спрашивает он заинтересованно.

— Думаю на все. Но, что вас сейчас более всего беспокоит?

— Ну, как сложиться все дальше… — он смущенно замолчал.

— Я поняла, — киваю. — Сейчас посмотрим.

— … Вашим главным занятием является раздача советов и наставление ближних на путь истинный… Ваша задача облегчить другим путешествие их жизни…

— О, это точно про вас! — восклицаю я.

— … Вы слишком зациклены на чем-то, что мешает реализации ваших планов… Этот год для принятия важных решений и принятие на себя новой ответственности…

— Год… — Фирс смотрит на меня настороженно.

— … Карта означает обновление отношений. Возможно, один из партнеров хочет сделать шаг навстречу… Смелое решение, и оно меняет жизнь влюбленных навсегда…

— По моему, все очень даже радужно, — улыбаюсь я.

— Как? — вздернул Фирс брови.

— Ну… очень хорошо… Радуга, она ж очень красивая. Вот и тут все очень красиво. То есть, хорошо.

— Думаешь? — спрашивает звездочет.

— Ну конечно. Партнер хочет сделать шаг навстречу. Это же про Леею. Она же хочет, что б ваши отношения продолжились и стали не просто дружескими…

— Но… — Фирс замолчал.

— Что, но? Ты не хочешь? — вскинула удивленно брови.

— Нет, нет, что ты, — сразу возражает Фирс. — Конечно хочу. Но…

— Есть что-то, что я не знаю? Какие-то ваши правила, да? — смотрю на него.

— Да, нет… — он вздыхает. — Просто я звездочет.

— Мне это ж ни о чем не говорит, — отвечаю. — Объясни, пожалуйста.

— Ну, понимаешь, звездочеты они обычно не имеют ни семьи, ни кого…

— Седые старики с бородой до пят, — хмыкнула я.

— Ну да… Просто они всего себя посвящают служению империи.

— И что? А личная-то жизнь тут причем? — не понимаю я.

— Так ее и нет вовсе… — развел руками Фирс.

— Не положено? — ахнула я.

— Нет, не то что бы… Но, обычно у них никого не было…

— А вообще, как они себе приемника-то тогда выбирают? — спрашиваю я. — Я думала может от отца к сыну по наследству…

— Так как, как… Находят просто и учат… Ни по какому наследству…

— И тебя нашли? А еслиб ты был против? Все равно заставили бы, да?

— Нет наверное… Но, когда меня нашли я интересовался гораздо более телескопом звездочета, чем девушками, — улыбнулся он.

— А, ну значит, тебе это было интересно, — киваю я.

— Ну да… Но… — Фирс смутился. — Просто я не встречал такой женщины раньше… Она ж у нас только с рождения его светлости работает…

— И ты столько лет?.. — я не нашлась, что и сказать далее.

— Так я уверен, что не положено… — развел он руками.

— Да где это записано-то! — хмыкаю я. — Наоборот, союз любящих людей это ж так здорово!

— … Ваша звезда будет гореть ярче всех… — тронула я тем временем карту.

— Какая звезда? — Фирс уставился на меня.

— Ваша… — растерянно моргаю.

— У меня нет никаких звезд. Звезды только в небе…

— Возможно, ты откроешь новую звезду, — говорю я.

— Чего? Новую звезду? Нет, это невозможно, — качает головой Фирс. — Звезды нельзя открыть. Они неизменны, с первых разумных драконов.

— С первых кого? — моргаю.

— С первых разумных драконов.

— ?

— Да, звезды неизменны со дня сотворения мира! С того самого времени, когда дикие драконы стали разумны!

— Дикие драконы? Разумны? — вскинула я удивленно брови. — Ты хочешь сказать, что драконы ранее были дикие?

— Ну да. До соединения с человеком. Они и сейчас наверняка где-то на окраине мира живут. Дикие убийцы.

— А что они не всегда были разумны? — удивляюсь я.

— Конечно. И сейчас где-то на окраине мира есть неразумные дикие драконы.

— Э… Дикие драконы… Я вроде слышала уже такое выражение… — бормочу.

— Они чем-то отличаются от разумных? — глупо спрашиваю я.

— Ну, понимаешь, дикие драконы они звери, лютые убийцы. Только соединение человека и дракона привело к разумному виду, который сейчас и есть.

— Который сейчас и есть… — повторяю за Фирсом.

— Это их светлости что ли? — вскинула бровь.

— Ну да. Дикие же драконы они лютые убийцы. А соединение человека и дракона привело к разумному виду который сейчас есть, — снова повторяет мне Фирс. — В разумных, в одном теле два разных вида. Дракон и человек. Мощь и ум. В диких же, просто зверь.

— Стесняюсь спросить, а ум, это драконий имелось ввиду? — я хихикнула.

— Маша! — Фирс улыбается.

— Да потому что глядя на его светлость, иногда сомнение берет, что он обладает здравым умом.

— Но, факт есть факт. Они объединены и не разлучны.

— А что могут быть и разлучны? Ну, в смысле их можно и разлучить? — спрашиваю смеясь я.

— Такое доселе не известно вроде было… — моргает растерянно Фирс.

— А что было бы, еслиб разделились из одного тела человек и дракон? — уже серьезно спрашиваю я.

— Наверное кто-то бы погиб… а может оба… — звездочет пожал плечами.

— Скорее всего дракон бы выжил, — говорю я. — Он сильнее, хоть и неразумнее как вы считаете.

— Это не я так считаю, — возмутился Фирс.

— Ладно, ну их этих драконов. Звезды лучше, — говорю улыбаясь.

— Они прекрасны! — кивает Фирс.

— А ваша звезда, прекраснее всех, — выдала я. — А вот и она!

Я смотрю на застывшую в дверях Леею. Фирс вздернул бровь.

— Если это имелось в виду, то да, — улыбаясь подходит он к Леее.

— Вы о чем? — она моргает удивленно.

— Ты самая яркая звезда Фирса, — говорю улыбаясь.

— Я… — Леея явно растерялась.

— Да, карты выдали обновление отношений. Оно поменяет жизнь влюбленных навсегда…

Мы, все втроем, спускаемся на кухню. Там я вижу нашего управляющего, беседующего с Морой. Мора хихикает, а мужчина улыбается. Увидев нас, он тут же перестал улыбаться. И обращается непосредственно ко мне: " Маша, мне велено закупить для вас все, что вы скажите."

— Мне надо вам список предоставить? — спрашиваю я.

— Нет конечно! — улыбается он. — Достаточно если вы мне просто перечислите все.

— М-да… Я так сразу и не скажу, — растерялась. — Видите ли, я по названию не все ваши продукты правильно знаю.

Управляющий вскинул удивленно бровь.

— Я прибыла очень из далека. У нас некоторые продукты называются иначе, чем ваши.

— Леея, может ты подскажешь тогда? — кивает он сразу Лееи.

— Конечно, — соглащается она.

— Тогда я говорю тебе, а ты переводи, — говорю я.

— Нужна мука высшего помола, яйца в большом количестве, та травка, которую ты перемалываешь и добавляешь в кексы, шоколад. И желательно шоколад весь, какой найдут… Орехи двух, трех сортов, сахарная пудра, разрыхлитель, крахмал… Слушай, а печенье наверное мы сами испечем? — смотрю на Леею.

— Печенье? — она удивленно вздернула бровь.

— Ну да. Тесто почти такое же, как и на корзиночки. Еще нам нужны будут фрукты — яблоки, персики, клубника и лимон, а так же сметана и сливки. А, еще мед. Ну вот, вроде почти все основное, что понадобиться. Это должно быть всегда свежее и в большом количестве.

Управляющий вздернул бровь.

— Да, слова некоторые не понятные.

— Ну, фрукты-то у нас в своем саду всегда свежие. А остальное, почти как я прошу обычно. Только раза в два больше получается. И с шоколадом вот, да… если есть еще другой, а не только тот, что ты мне обычно доставляешь, бери все, — кивает Леея.

— А пудра это, что вообще? — это Леея у меня уже спрашивает.

— А так это просто сахар, перемолот как мука. Ты же зефир им посыпаешь и крахмал…

— А-а-а… Короче тогда, сладкий порошок тоже больше бери. Если что-то еще надо, я думаю ты всегда успеешь доставить.

— Ну и отлично, — кивает управляющий и уходит.

— Ладно, не буду вам мешать, — и Фирс, слегка кивнув головой, тоже уходит.

— Ну, что девочки, давайте тогда займемся обедом, — Леея говорит.

— Мы только за, — отвечаем мы хором с Морой.

— Маша, ты тогда, давай, кексами занимайся, — кивает Леея. — Мора, ты мне со вторым помогай.

— А что у нас на второе? — Мора спрашивает.

— Тефтели будут мясные в листьях. Или лучше в земляном фрукте запечь? — Леея подумала секунду, кивнула сама себе и принялась за приготовление.

— Так в листьях или во фрукте? — тихо спрашивает у меня Мора.

— А ты смотри, что возьмет. Если капусту, значит в листьях. Если картошку, значит во фрукте.

— Да, немного не так ты их называешь, — согласилась она с мнением нашего управляющего.

— Ой, прости. Я привыкла, что Леея-то уже знает какой я как обзываю…

— Ничего, я смысл, в принципе поняла, — улыбнулась Мора.

Обед был приготовлен и уже даже все достанно из духовок.

— Сейчас сметану взобью и можно уже все нести, — говорит Леея, взбивая сметану вилкой.

— Ну, что нести? — девушки, что разносят приготовленные блюда, уже ждут.

— Так вот, — говорю я. — Кастрюлю эту несите. Сметану сейчас я принесу. И вот эти формы, с голубцами. Вернее с тефтелями…

— Ну, почему они тефтели, когда они самые настоящие голубцы? — хмыкаю я.

— Они тефтели в листьях, — поправляет Леея.

— Да, я в курсе, что тефтели и тефтели в листьях разные блюда. Но, когда говорят голубцы или тефтели, так же особенно понятно, что разные блюда.

Девушки подхватывают все и уходят.

— Вот, — ставит Леея сметану передо мной. — И хлеб еще вот этот, захвати.

— Ага, — киваю я и положив на поднос, подхватываю поднос в руки.

— А кексы? — Мора спрашивает. — Тоже сразу нести.

— Нет. Их потом подадим. Позже, — Леея отвечает.

— Пойдем вместе, — киваю Море. — Покажу, где летняя столовая.

— Какая? — вздернула она брови.

— Это я так называю беседку в саду, в которой иногда обедают их светлости, — улыбаюсь.

— А-а-а. Пошли.

И мы выходим в сад.

— А красиво тут, — говорит Мора, разглядывая окрестности.

— Да, — соглашаюсь я. — А беседка, увитая плющом, подходит для романтических встреч вечером, если что.

— Если что? — Мора вздернула бровь. — Да если что, я тут все равно не задержусь на долго-то. Только на время отбора и празднований и все.

— Ну, как знать, а вдруг, — хмыкаю я. — Ладно нам туда.

Мы проходим резную беседку, ту, у которой я тогда встретила Эуэ, и свернув немного в сторону, оказываемся у беседки, где происходит обед. Хойя сидит улыбаясь. Анемона тоже. Только Эуэ какой-то расстроенный, что ли…

— Вот. Сметана, пожалуйста, — ставлю я на стол сметану и выкладываю хлеб, — и хлеб.

Хойя кивает.

— А у нас на помолвке тоже будет такой же торт? — вдруг спрашивает Анемона.

Я вздернула удивленно брови.

"Неужели и ей понравился"?

— Конечно, — отвечаю. — И даже не один.

— Не один? — Анемона вытянула лицо. — Как это?

— Да все увидите. Не переживайте, краснеть за такое угощение вам не придется, — отвечаю и разворачиваюсь, чтобы уйти.

— А тебе Маша, радость наша, смотрю помощницу определили, — выдал, молчавший до этого, Эуэ.

— Да… — я замерла.

Оборачиваюсь на него. Он как-то меня разглядывает. А у меня от его взгляда мурашки по спине прошлись…

"Господи, только этого мне не хватала! Терпеть не могу, когда меня так откровенно разглядывают. Оценивающе. Чувствую себя в такой момент, как девица на панели"…

Я тут же отвернулась и мы уходим с Морой.

— Это его светлость? Да? — спрашивает она, когда мы отошли от беседки на приличное расстояние. — Странный какой-то…

— Да-а, не обращай внимания. Они сегодня с бодуна. Потому малость странные.

Мора удивленно вскинула брови, но промолчала.

"И слава богу. Не хочу я общаться на тему его светлости. Совсем".

Мы возвратились на кухню.

— Вот кексы… — Леея достает их из шкафа. — Украшать станем?

— Конечно, — улыбаюсь.

И принимаюсь украшать их шоколадом, орехами, ягодами…

— Ой, как красиво! — Мора восторженно разглядывает. — А я и не знала, что такую красоты можно сделать.

— Да еще и не такую можно сделать, — хмыкнула я.

— Где у нас, там, сгущенка-то оставалась? — спрашиваю Леею.

— Сейчас, — Леея тут же достает из шкафа банку со сгущенкой. — Вот.

Я беру кулек, из которого Лее выдавливает свои зефирные розы и выложив туда сгущенку делаю, типа розочек сверху на кексах, не покрытых шоколадом.

— Ой, а их шоколадом забыли покрыть, — Мора сразу говорит.

— Нет, не забыли. Они и так шоколадные, да со сгущенкой, очень калорийные. Потому и без шоколада пойдут.

— Красиво, — кивает Мора.

— У нее дар просто, такую красоту делать, — кивает Леея.

— Да, ладно красота. Главное, чтоб это еще все вкусно было, — отвечаю я.

— Все, понесли. А то, сейчас, спрашивать пришлют, — говорю я, укладывая кексы на поднос и накрывая высокой крышкой.

— Опять туда же нести надо? — Мора спрашивает.

— Ну, да. Туда же, — улыбаюсь.

И мы взяв по подносу, идем снова в сад.

— А, вот останется что, нам потом, попробовать? — спрашивает Мора.

— Да мы себе еще напечем, если что, — усмехаюсь. — Я теперь, официально, кондитер ее светлости. И буду печь постоянно. Хотя, думаю, Леея пару-тройку все ж уже припрятала нам. Только вот, без всего…

Мы подходим как раз вовремя. Со стола уже начинают убирать посуду. Я ставлю поднос на стол и сняв крышку, наблюдаю за удивленными взглядами. Мора ставит рядом свой поднос…

— Это с ягодой? — вздернув бровь, спрашивает Хойя.

— Да. А это со сгущенкой, — указываю на кексы с розочками.

— Это как на торте? — Анемона привстала с лавки, разглядывая.

— Нет. Там были зефирные розы.

— Вас не разнесет, от такого количества сладкого? — Слышен голос Эуэ.

— Хорошего человека должно быть много, — сорвалось у меня с языка.

— То есть, ты специально решила откормить мою невесту?! — взревел он.

— Она не поросенок, чтоб ее откармливать. Но, если вы переживаете за ее фигуру, то я могу печь для нее низкокалорийные кексы и без сгущенки.

— Пустые! — надула сразу губы Анемона.

— Ну, почему же, — улыбаюсь я, — легкий творожный крем, например, вполне может стать заменой…

— Хочу, — капризно выдала девица.

— Ты слышала? — Эуэ оказался, как-то уж очень, рядом со мной. — Моя невеста хочет таких кексов. Вечером, будь так любезна, подать.

И он отошел от меня.

— Да, как скажите! — немного резковато, отвечаю я.

А сама стою и думаю: "вот сейчас, если он еще что скажет, точно кексом в него запущу! Ящер блин, облезлый"!

— Ступайте Маша, — отсылает, взмахом руки, Хойя.

И мы уходим. Мора кажется поклонилась… А я, вздернув голову, полетела обратно на кухню.

— Вот же гад, ящер облезлый, — выдохнула я вбегая.

— Что такое? — вскинула брови Леея.

— Как ты быстро! — Мора входит в кухню. — Еле за тобой успела.

— Что-то случилось? — Леея стоит уперев одну руку в бок, а во второй сжимая лопаточку.

— Нет. Просто мне велено на вечер еще кексов испечь, — отвечаю.

— Что, уже народ прибывает? Вроде завтра только… — Леея вскинула брови.

— Да нет, это невеста нашего высочества захотела, — махнула я рукой.

— Кого? — Леея моргает вместе с Морой.

— Ой. Его светлости, — смеюсь я.

— Нашего высочества… — хихикает Мора.

— Ну, занимайся тогда. Мы с Морой ужином сами займемся.

— Да… Леея, а у тебя есть мука, другая…

— Какая другая? — Леея смотрит на меня.

— Ну, вот ты тогда пекла хлеб или что-то там такое из другой муки.

— Лепешки-то на завтрак вчера?

— Ага, — киваю.

— Есть конечно. А тебе-то в кексы она не пойдет.

— Почему это?

— Так она ж не как обычная мука… там серый, получается мякиш-то.

— Вот, в самый раз. И вот, для компота, там еще остались сушеные. Я возьму?

— Бери конечно. Могла бы и не спрашивать, даже, — Леея качает головой.

— Ну и отлично.

И я принялась за тесто. Кексы будут не белые и не шоколадные, это быстрее, как тесто с отрубями получиться по виду… А по вкусу… Надо вместо сахара ягоды добавить те, что послаще…

Я увлеклась кексами так, что не сразу заметила на себе чей-то взгляд. Оглядываюсь и натыкаюсь на взгляд Эуэ.

— Что-то не так? — вскинул он сразу брови.

— Да, — отвечаю. — На кухне, во время приготовления, не должно быть посторонних.

— Что?! — он аж воздухом подавился.

У Лееи что-то упало. Или может это Мора уронила…

— Ты меня выставляешь с кухни? — проговорил он, сверкнув глазами.

— Ну да, — улыбаюсь я.

Его глаза покрылись поволокой. И вот, на меня уже смотрят глаза дракона. Как-то странно смотрят. Не разглядывают вроде, но в то же время, такое чувство, что пытаются в саму душу заглянуть.

" А зрачки у него и правда разные", — я усмехнулась, — "Надо же, как интересно, один продолговатый, а другой совсем как вертикальная черта"…

Глаза, вдруг, моргнули. И вот, уже Эуэ смотрит на меня. Он прищюрился.

— Хорошо, — жестко произнес он и вышел из кухни.

— Что это с ним? — Леея подходит ко мне.

— Н-незнаю… — растерянно проговорила я, перестав улыбаться. — Он с самого утра, сегодня, какой-то странный.

— Маша! Мы к тебе! — ввалились в кухню девушки, во главе с Читой и Эри.

— Ой, ты занята… — разочарованно пробормотала Чита.

— Немного, — отвечаю. — Но, я скоро освобожусь.

— Давайте, ближе к вечеру в беседке, что увита плющом, соберемся все, — предлагаю я.

— Отлично. Тогда до вечера, — и девушки уходят.

Эри возвращается, заглядывая в дверь.

— А кексов нам будет? — спрашивает она.

— Наверное. Но, диетические боюсь… — улыбаюсь.

— О, такие мы еще не пробовали! — и она убегает.

— А у нас творожного-то сыра нет… — бормочу я.

— Чего? — Леея спрашивает.

— Да так, ничего… А персиков много у нас?

— Ну, вон, там в корзине. Я на напиток не все взяла с утра.

— Отлично. Я тогда пюре из них сделаю.

Заглядываю в корзину. Там лежат три персика.

— Маловато как-то будет… — бормочу. — Тогда ягодные будут. Ягоды точно есть.

— А подавать, опять в сад? — Мора спрашивает.

— Да нет. Вечером они в саду не ужинают, — Леея отвечает. — Тут, в столовой накрываем.

— Ну, вот и у меня все готово, — говорю, оглядывая свои кексы.

— Правда немного не то, что я хотела, но выбирать не пришлось. Заранее не предупреждали.

Девушки, что накрывают на стол уже все унесли и вернулись за напитками.

— Сама подашь? — Леея подходит ко мне.

— Ну, да. Не на вас же эту обязанность перекладывать.

— Так, можно девочек попросить…

— Да мне не трудно. А иногда и приятно увидеть, как вытягивается физиономия его светлости от удивления, — тихо проговорила я ей на ухо.

Лее улыбается.

И вот, когда девушки начали собирать со стола, я выношу свои кексы. Анемона, опять, вытянула удивленно лицо. И, видимо помянуя прошлый раз, не стала тыкать в кексы руками. А просит положить ей на тарелку.

— Да, пожалуйста, — мне ж не трудно.

Я беру с подноса кекс и перекладываю вилкой ей на тарелку. Она долго его разглядывала, прежде чем решилась попробовать. Хойя с интересом наблюдала. Анемона воткнув вилку в кекс, отрезала кусочек и сунула в рот.

Все замерли, ожидая реакции. Глаза, как обычно, под вуалью. Не понять что и чувствует она сейчас.

— Вкусно, — выдало это создание, в ярком платье цвета спелой вишни с огромным, пышным подолом и огромным декольте.

— А эти отличаются. Они другие? — Хойя спрашивает, указывая на другие кексы с ягодами внутри.

— Да. В этих ягоды не снаружи, а внутри самого кекса, — отвечаю я.

— Я в тебе не ошиблась, — подмигнула мне Хойя.

— Но, уж больно кисло, — выдала Анемона, отложив вилку.

— Да, — киваю. — В них мало сахара. Как и просил ваш жених.

Анемона икнула аж. Не ожидала, что я ей так отвечу. Хойя вздернула брови.

— И правда ведь, — усмехнулась она. — Ты так просил.

И она смотрит на сына, который сидит отрешенно уставившись в одну точку и скрестив руки на груди.

— Приятного аппетита, — разворачиваюсь я и выхожу из столовой.

— Ты всегда будешь делать, что тебя попросят? — голос Эуэ раздался у самого моего уха.

Я вздрогнула.

"О, как же мне хочется убежать сейчас отсюда"!

Но, я стою на месте. Он обходит меня и встав напротив, прямо перед лицом, заглядывает мне в глаза. Я, вздернув подбородок, смотрю прямо не отводя взгляд. Видимо, ничего не прочитав в моих глазах, он уходит не сказав ни слова.

— М-да… Странный он однако, — бормочу я, возвращаясь на кухню.

— Ну, что? — Эри спрашивает.

— Что? Ты про что? — моргаю.

— Гадать-то мы идем? — Эри вздернула бровь. — А ты о чем?

— А я о кексах… — усмехаюсь я. — Идем.

— А что, не по вкусу пришлись? — Леея сразу переживает.

— Хотели мало сахара, они это получили, — говорю я.

— Ты ее не сладким накормила? Кислым что ли? — Лее смеется.

— Все как заказывали, — усмехаюсь я. — Низкокалорийные.

Достаю шкатулку с картами и выхожу вслед за Эри и Морой в сад.

Мы устроились в беседке, увитой плющом. И нас не видно, почти совсем, и нам никто не мешает. Нас тут уже ждали. Я достаю карты.

— Кто первый? — спрашиваю я.

— Я. Можно я, — тут же говорит девушка, что прислуживает Анемоне.

— Хорошо.

— … Вас ожидают перемены… Или вам предстоит нечто необычное… Главное не опускать руки…

— Это как? — моргает девушка.

— Ну, в твоей жизни явно будут перемены, возможно необычные перемены. Ты главное не теряйся и все будет хорошо.

— Спасибо! — искренне благодарит она.

— А мне можно…

— … Настала пора в выборе партнера… Избавиться от обломков прошлого… Вступить на новую дорогу…

— О-о-о… — парень протянул удивленно.

— А мне? — Эри смотрит на меня.

— … Займитесь наконец собой… Отрешитесь от суеты внешнего мира… Может быть вам поможет медитация…

— А это чего такое? — Эри моргает.

— Ну, это когда ты не слушаешь никого, только свой внутренний мир. И, погрузившись сама в себя, наслаждаешься спокойствием. Как-то так, — пожала я плечами.

— … Сегодня вам положено проявить щедрость… Помогите обратившемуся к вам за помощью… Возможно пришла пора принять награду…

— … День подведения итогов… Вы не готовы проститься с кем-то именно сегодня, тем более, если речь идет о самом для вас дорогом. Хотя, может быть вы уже радуетесь близкому окончанию своих неприятностей, огорчений или сожалений. В любом случае, старайтесь не поддаваться желанию все разрушить и выплеснуть вместе с водой то, о чем потом будете сожалеть…

— Что?! — тихий голос Эуэ заставил меня вздрогнуть.

Я оторвала взгляд от карт. Эуэ стоял напротив меня. Более никого в беседке не было.

— Что вы тут делаете?! — восклицаю я.

— Как что? Выслушиваю то, что вы мне говорите, — отвечает он мне холодно.

— Я не вам… — оглядываюсь.

Мы точно одни.

"И когда только все ушли? И как я не заметила что он тут? Неужели, это ему такой расклад выпал"? — масса вопросов сразу забегала у меня в голове.

— Да?! — хмыкнул он. — А кому тогда? Себе?

— Да… Радуюсь близкому окончанию моих неприятностей! — выдала я.

— Это каких же? — смотрит он на меня, вздернув бровь.

— Вы! Вы самая большая моя неприятность! — ткнула я его пальцем в грудь. — И я радуюсь, что вы наконец-то женитесь и оставите меня в покое!

Выкрикнув все это ему прямо в лицо я, схватив карты, кинулась прочь из беседки.

Я вбегаю на кухню.

— Чего помочь надо еще?

Леея оглядывается на меня.

— Да мы уже все. Посуду вот только убрали.

— А, вот то, что ты мне сказала… это действительно правда? — Мора спрашивает.

— А что я тебе сказал? — моргаю я.

— Ты не помнишь? — девушка удивлена.

— Прости, нет, — развожу руками. — Я столько раз карты раскладывала, что просто не знаю кому и что именно… А что я тебе сказала?

— Ну, мне выпали отношения в скором времени… — растерянно проговорила Мора.

— Это ж здорово! — улыбаюсь я.

— Но… если я упущу возможность, то буду потом об этом жалеть…

— Так ты не упускай! — хором с Лееей восклицаем мы.

— А как же… Я же тут временно… начну отношения, а потом все оставить и вернуться домой? Я тогда точно жалеть об этом буду… — Моргает Мора глядя не меня.

— Извини, — виновато улыбаюсь. — Я просто что видела, то и говорила. Карты-то сами выпадали…

— Да и потом. В скором времени, это не обязательно же вот прямо сейчас. Может это в следующем году…

— И правда, — повеселела сразу Мора. — Спасибо.

— Да пожалуйста, — отвечаю. — Я тогда к себе пойду. До свидания.

— До свидания, — хором отозвались Леея и Мора.

Я поднимаюсь к себе. Ставлю шкатулку с картами на столик и садясь на кровать, откидываюсь спиной на подушки.

— Ай! — возглас Чернуши заставил тут же вскочить.

— Ой, прости. Я тебя не заметила.

Чернуша вылезла между подушек и уселась рядом со мной.

— Как день прошел? Гадала? — кивает она на шкатулку.

— Ага… кому, чего — не помню. Особенно последний расклад.

— А, что там в нем такого? — Чернуша заинтересованно смотрит на меня.

— Да с водой что-то не вылить…. - пожала плечами я.

Я, когда Эуэ увидела и расклад тут же весь позабыла. Передо мной были только его глаза…

— А, я тебе ничего не принесла… — смотрю на Чернушу.

— А, ты, что могла мне кровь принести? — склонив голову на бок, спрашивает она.

— Нет конечно, — возмущаюсь улыбаясь. — Свою разве что…

Чернуша, вздернув бровь, облизнулась…

— Э… — я уставилась на нее широко раскрытыми глазами.

— Ты, что правда подумала, что я тебя укушу? — смешно вздёрнула она обе бровки вверх.

— Честно? Мелькнула такая мысль. Но, быстро покинула мою голову, — признаюсь.

Чернуша тут же кинулась мне на шею, обнимая крохотными лапками.

— Чернушка, — обнимаю ее.

— Я вроде Чернуша? — она ткнулась мордочкой мне в нос, смешно моргая при этом.

— Ну, так-то и я Маша… но для тебя тоже могу быть Машкой. Это так меж особо близкими людьми… и зверьми, — выдаю я.

Раздается стук в дверь

Чернуша тенью метнулась к окну.

— Я улетела, — и она вылетает в окно.

— Пока Чернушка, — шепчу я.

— Да! — уже громче говорю.

— Не уснула еще? — Эри входит. — Давай раздеться помогу. Может ванну?

— Да что ты хоть! — восклицаю. — Ну, ладно, когда ты меня невестой его дракономордия считала, но сейчас-то! Иди отдыхай. Удели время себе.

— Ну, хорошо, — и Эри, открыв дверь, выходит.

Но, на пороге оборачивается.

— А кексы твои очень даже вкусные, а не кислые. Врет Анемона все.

— Что?! — взревел Эуэ стоящий лицом к лицу с Эри. — Ты обвиняешь ее светлость Анемону?

Эри аж присела. Я тут же оказалась на пороге своей комнаты.

— Эри не врет! Никогда! Да и всякий нормальный человек, откусив от лимона, сразу скажет "кисло", а Анемона сперва сказала "вкусно" и только после того, как Хойя меня похвалила, выдала — "кисло".

Эри бочком обходя Эуэ, кинулась на лестницу.

— Она дракон! — взревел Эуэ.

— Да мне, хоть пуп земли! — вскричала я, хлопнув перед его мордой дверью, а на меня в тот момент точно уже на лицо, а морда драконья глядела.

— О-о-о, как же я хочу оказаться от всех этих драконов далеко! — восклицаю я.

Моя душа прямо рвалась в тот момент туда, в млечный путь к моему дому, где осталась моя семья.

— Мамочка, я так хочу быть рядом с тобой и с папой, — упала я на кровать.

Свернулась калачиком. Слезы потекли по щекам. Я их не останавливала, мое сердце разрывалось от боли и тоски…

Видимо я уснула. Проснулась от того, что кто-то тыкается мне в щеку.

— Чернуша, — открываю глаза.

— Ты чего прямо сверху спишь? — лизнула она меня.

— Чернуша ты мой самый любимый человечек! — и я обнимаю ее.

Немного поёжившись от прохлады, чувствую что меня накрыли очень мягким, теплым и пушистым одеялом.

— Чернуша, — ткнулась я ей в плечо засыпая…

Я проснулся какой-то не такой… Мне самому это было заметно. А уж косые взгляды слуг убедили меня что со мной, явно, что-то не то…

Очнулся я у себя в комнате, на своей кровати… О, какой мне сладкий сон приснился… Или дурной?..

— Эй, дракон, просыпайся. У меня сегодня отличное настроение, — бужу я его.

— Конечно, после вчерашнего… — буркнул он. — Залетел не зная куда…

— Но, ты же привел нас домой, — восклицаю вскакивая с кровати.

— А я ли? — дракон нехотя перевернулся во мне.

— Ну, не я это точно! — восклицаю, собирая разбросанную одежду.

— Я вот только не понял, кто же мне приснился? — уселся я на край кровати. — Маша или Анемона…

Дракон молчал.

— Ну, чего молчишь-то? — спрашиваю его.

— А я почем знаю! — тут же отозвался. — У меня помутнение рассудка было.

— Чего у тебя было? Помутнение рассудка? — удивляюсь.

— Да. Иначе это никак не назовешь, — буркнул дракон. — Ибо я не помню ничего.

— Это… Как так? — моргаю.

— А сам-то, помнишь?

— Ну… Э… Сон помню. Девушку в своих объятиях… О-о-о… — внизу живота все скрутило аж.

Я уставился на свой пах. Там явно все было в боевой готовности…

— Вон, только об одном воспоминании уже… — хмыкнул я.

— Я тут не причем, — сразу отзывается дракон.

— Ладно, пошли завтракать что ли… — вздыхаю.

— Куда в таком… виде! — хмыкнул дракон.

— О, великие драконы! — восклицаю я. — И что мне теперь, весь день тут сидеть…

— Подумай о чем нибудь другом… Например, о вчерашнем приземлении на крышу…

— О, да! Чуть не повесился на этих лентах, — хмыкнул я. — И вообще, ты какого дракона беседку себе на башку напялить решил?

— Я решил? — взвился сразу мой дракон.

— Сам мной затормозил об эту беседку, чуть не удушив и я же еще и виноват?

— О-о-о, представляю какой там разгром… — пробормотал я.

— Зато мы теперь можем выйти, — ухмыльнулся дракон.

И я выхожу из комнаты. И практически тут же что-то, а вернее кто-то натыкается на меня. А точнее Маша, радость наша, налетела на меня.

— Черт бы вас побрал! — восклицает она при этом.

— Кто меня забрал? — смотрю на нее.

— Черт! — усмехается она.

— Зачем? — вздернул брови от удивления.

— Чтоб не буянили во хмелю, — выдала она мне и ушла.

А я стою и не двигаюсь с места.

— Буянили? Кто? Мы? — удивление наверное прямо на моем лице отразилось.

Ибо я сам почувствовал как мои брови ползут вверх.

Я хмыкнул и спустился вниз. Взгляды брошенные украдкой в мою сторону, я заметил сразу.

— Доброе утро ваша светлость, — кивает мне Мильтон. — Все хорошо? Что-то желаете?

— А что-то может быть плохо? — вскинул взгляд на Мильтона.

— Нет… Просто вчера вы на крыше…

"Буянили во хмелю"… — всплыли в голове слова Маши.

Я разворачиваюсь и бегом поднимаюсь на крышу.

— О, драконы великие! — вырвалось у меня.

Ленты на беседке все разорваны. Сама она шибко помята и сдвинута с места. Все вазы разбиты и их осколки блестят чуть ли не по всей крыше. А цветы, вернее их остатки, точно по всей крыше разбросаны. Стулья тоже переломаны и валяются тут же… При этом на крыше имеются следы от моих когтей…

— О, драконы, теперь я понимаю почему на меня так странно смотрели слуги!

— А что тут было? Или это мы так вчера? — дракон явно удивлен.

— Ты же врезался в беседку…

— А что я сразу! Сам меня чуть не удушил на этих лентах! — дракон тут же выпускает крылья.

— За тобой будто кто гнался…

"Тень", — тут же выхватывает память о вчерашнем перелете…

— Да тень уже сколько времени никто не видел, — дракон тут же взмывает высоко.

— Да, — усмехаюсь. — Последнюю мой отец убил…

— А ты куда так рьяно? — осаждаю дракона. — Не залетайся, как вчера.

— Пфф… — фыркнул он мне.

Но, сделав пару кругов над имением, стал спускаться.

Спустившись с крыши, заглядываю в рабочий кабинет Фирса. Его нет на месте. Отправляюсь к матушке. Она собралась уже в сад обедать.

— Полетал называется, — хмыкнул я. — Обед уже подают, а я не завтракал даже еще.

— Вот и пошли со мной, — улыбается маменька. — Твоя Анемона, явно, рассчитывает, что ты теперь ей официально предложишь стать невестой и мы объявим о помолвке.

— Да? — вздернул я брови. — А мне она такого не говорила.

— Ну, мне тоже, — усмехнулась маменька. — Но и так же ясно все.

— А вот мне, ничего не ясно! — хрипловато отвечаю голосом дракона.

— А его-то кто спрашивал? — вздернула брови маменька.

— Заткнись, — одергиваю. — Не лезь в наш разговор никогда. Сколько раз говорить!

Матушка качает головой спускаясь по лестнице. Я иду молча следом.

Анемона уже встречает нас в саду.

— Я так рада видеть вас в добром здравии, — проворковала она, почти вплотную ко мне прижимаясь.

Ее грудь колыхнулась в огромном вырезе платья. А у меня тут же ночное видение — набухшие бутоны сосков в моих губах… Я чуть не застонал в голос.

— Прошу вас, — тут же отодвигаю стул, предлагая ей сесть.

Анемона плюхнулась на него.

— Надеюсь у вас тоже все хорошо. И вчерашний вечер был для вас…

" А чем он был для нее"? — тут же выдал мой дракон.

— … Приятным, — закончил я фразу и уселся тут же на стул рядом.

Аппетита не было, как ни странно. Я ковырял вилкой в тарелке, так ничего и не съев толком. Анемона же, отсутствием аппетита явно не страдала. И все щебетала о таком чудесном вчерашнем вечере. И как она счастлива…

— Вот. Сметана, пожалуйста, — вывел голос Маши меня из своих мыслей.

Маменька кивает.

— А у нас на помолвке тоже будет такой же торт? — вдруг спрашивает Анемона.

Я вздернул удивленно брови.

"Неужели ей тоже очень торт понравился"?

— Конечно, — отвечает тем временем Маша. — И даже не один.

— Не один? — Анемона вытянула лицо. — Как это?

— Да, все увидите. Не переживайте, краснеть за такое угощение вам не придется, — отвечает и разворачивается что бы уйти.

— А тебе Маша, радость наша, смотрю помощницу определили, — вдруг сказал я глядя на нее.

— Да… — она сразу замерла.

И медленно оборачивается на меня. Странный взгляд у нее.

"Она наверняка думает что я там на крыше так делал"…

Ее взгляд вдруг потемнел. И я отчетливо уловил приторно сладки аромат, который отдавал еще и горечью… Маша, тем временем, уходит. Но, вскоре возвращается неся свои кексы.

— … Ягоды… Торт… Зефир…

"О-о-о! Я и так с трудом сдерживаюсь, что б не сбежать отсюда… От приторно сладкого аромата, а они еще все о сладком"…

— Вас не разнесет от такого количества сладкого? — не выдержав, восклицаю.

— Хорошего человека должно быть много, — выдала вдруг Маша.

— То есть, ты специально решила откормить мою невесту?! — восклицаю я.

— Она не поросенок, что б ее откармливать. Но, если вы переживаете за ее фигуру, то я могу печь для нее низкокалорийные кексы и без сгущенки.

— Пустые! — надула сразу губы Анемона.

— Ну почему же, — Маша улыбается. — Легкий творожный крем вполне может стать заменой…

— Хочу, — тут же выдала Анемона.

— Ты слышала? — я тут же оказался рядом с Машей. — Моя невеста хочет таких кексов. Вечером, будь так любезна, подать.

Сообразил, что явно близко к ней стою и отхожу.

— Да как скажите! — вскинула голову Маша, наградив при этом таким ненавидящим взглядом…

— Ступайте Маша, — отсылает ее маменька.

И правильно делает. Но, и я не могу усидеть на месте. Я вскакиваю и начинаю ходить туда-сюда.

— С тобой все в порядке? — вскидывает брови маменька.

— Более чем! — отвечаю.

— А вы уверены, что нам вечером кексы подадут? — спрашиваю сам себя больше, чем других.

— А что, она может ослушаться? — Анемона жеманно вздернула бровь.

— Пусть только попробует, — усмехаюсь я. — Прошу меня извинить.

— Мы еще увидимся, — улыбаюсь Анемоне.

Та расцвела улыбкой.

А я отправился прогуляться по саду…

"Я в кухне! Как я сюда забрел"?

Мой взгляд тут же зацепился за Машу, что-то усердно мешавшую в кастрюле. И так у нее это ловко получается, что я залюбовался ей. Она вдруг поднимает голову и смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

— Что-то не так? — вскинул сразу брови.

— Да, — отвечает. — На кухне, во время приготовления, не должно быть посторонних.

— Что?! — я аж воздухом подавился.

Слышен глухой звук. Явно что-то упало.

— Ты меня выставляешь с кухни? — проговорил медленно я.

— Ну да, — она мне улыбалась.

Мой дракон сразу стал вылезать наружу. И вот, я смотрю уже на нее драконьими глазами. Как-то странно, мне не по себе… Я пытаюсь разглядеть в ее глазах хоть что-то теплое ко мне… Но, увы… Она даже усмехается мне в морду. Я прищурился, убирая своего дракона.

— Хорошо, — жестко произнес и вышел из кухни.

До ужина бродил по саду и летал… Только в воздухе я немного пришел в себя.

"Она так холодна со мной. И она меня снова выгнала! Из кухни?! Из жизни? О-о-о, она сведет меня с ума"!

— Да ты и так уже, давно, не в здравом! — выдал мой дракон.

— А ты молчи лучше, — фыркаю я на него. — Меня уже тошнит от того приторно-сладкого аромата, что от нее исходит!

— Сам виноват, — фыркнул в ответ дракон. — И вообще ужин скоро, а мы еще не обедали…

— Нет аппетита, — пошел я на снижение.

И приземлившись на крышу произвожу оборот. Спускаюсь к Фирсу.

Он, как всегда, в своей рабочей комнате. Уже телескоп свой припасает.

— Ты представляешь! — прохожу к окну его комнаты. — Она меня выгнала! Меня! Снова!

Фирс вскинул бровь.

— Да, я не удивлен даже.

— Что?! — я уставился на него. — Не удивлен?

— Конечно, — Фирс улыбается. — Ты же сам ей велел для невесты своей печь, а сам к ней на кухню приперся.

— Что? Приперся? Ну и слова у тебя, — усмехаюсь.

— И вовсе не приперся. Пришел удостовериться, что она выполнит мои требования.

— А мог бы просто попросить, — выдал мне Фирс.

— А почему я должен просить? — вздернул брови. — Она мне кто? Невеста? Нет. А все остальные они слуги. Их не просят. Им приказывают.

— Маша не твоя служанка, — напомнил Фирс.

— Но и не моя невеста, — ответил я.

— Ты упорно этого не хочешь, — качает головой Фирс.

— Я не хочу?! Да это она не хочет! — расхаживаю по комнате туда-сюда.

— А ты? — спрашивает Фирс.

— Что я? — остановился я.

— Ты хочешь? Хочешь чтоб она стала твоей невестой?

— Что молчишь? — спрашивает снова Фир так и не дождавшись ответа от меня.

А я стою и не могу понять. А хочу ли я этого? Или все таки нет? Так ничего и не ответив звездочету я выхожу из комнаты…

Ужин подали в столовую. Анемона переоделась. С чего бы вдруг?

— Вы прекрасно выглядите, — киваю я ей. — Вам идет этот яркий, вишневый цвет.

— Спасибо, — улыбается она мне из под своей вуали.

"Да когда же она ее уже снимет! Или так и будет вечно в ней ходить, пряча от меня свои глаза. Или это так положено до свадьбы? Почему тогда Маша никакую вуаль не цепляет"?

— А ты что не ешь? — слышу голос маменьки.

— Нет аппетита, — отвечаю так и не притронувшись к тарелке.

— Ждешь принесут ли кексы? — вздернула бровь маменька.

— Да. Выполнила ли Маша мои требования, — отчеканил я.

Маменька снова вздернула бровью, но промолчала.

И вот, когда стали убирать со стола, Маша выносит свои кексы… У Анемоны опять вытянулось лицо… Она просит положить ей.

— Да пожалуйста, — и Маша кладет ей на тарелку кекс.

Я замер ожидая реакции. Не пойму что и чувствует она.

— Вкусно, — сказала, наконец, Анемона.

— А эти отличаются. Они другие? — сразу спрашивает маменька.

— Да. В этих ягоды не снаружи, а внутри самого кекса.

— Я в тебе не ошиблась, — говорит маменька.

— Но, уж больно кисло, — тут же выдала Анемона, отложив вилку.

— Да. В них мало сахара. Как и просил ваш жених, — отвечает Маша.

Анемона подавилась, маменька вздернула брови.

— И правда ведь. Ты так просил, — усмехается маменька.

— Приятного аппетита, — и Маша выходит из столовой.

Я тут же вскакиваю.

— Ты всегда будешь делать, что тебя попросят? — тихо спрашиваю я, стоя уже рядом с ней.

Обхожу ее и встаю прямо перед ней. Заглядываю в лицо. Но, она лишь выше вздернула подбородок. Глаза абсолютно холодны.

Я снова в воздухе. Пролетаю над крышей. Там почти все уже прибрано. Только следы от моих когтей и погнутая беседка. Да и ту уже парни выпрямляют. Покружил над крышей и видя задранные головы вверх устремляюсь в другую половину сада… Неясный плеск привлек мое внимание. Кто-то беспокоит нашего куся. Но, я ни кого не разглядел в наступающих вечерних сумерках.

"Неужели он на меня так отреагировал? Вроде всегда рад был и мне и дракону… Качели! Вот наверное что стало причиной беспокойства".

Маменька вообще оберегает эту половину сада. Но, когда такие приемы, приходиться устанавливать качели, беседки, лавки… Пролетаю над прудом. Кусь, высунув морду, завилял хвостом вызвав фонтан брызг.

"Маменькин любимец… При должном уходе у этих зверей отрастает особо ценная полоска меха по всей спине и хвосту. Вообще никогда не понимал, почему эта щетина так нравиться женщинам. Но, зато отлично понимаю маменьку, когда она лишилась чувств от вида того, как Маша рвала этот самый мех".

— О-о-о… Маша… — и я устремляюсь ввысь.

Мой дракон так и рвется выше облаков. И я его отпускаю. Нам явно надо остыть. И ему и мне.

"Почему она так холодна со мной? Я ей так отвратителен что ли? Почему она все время хочет сбежать от меня? Нет, Фирс не прав говоря, что это я не хочу… Это Маша не желает иметь со мной ничего общего. Такое чувство, что ей кроме своих кексов и тортов ничего не надо больше в жизни. Да другая бы, для соперницы, явно испортила бы все специально. А Маша нет. Желает удивить снова и снова"…

— Ты не высоко забрался? — спрашиваю дракона, когда мы взлетели выше облаков.

— Само то.

— Раньше тебе облака нравились… — говорю.

— Раньше, не теперь…

— Ясно, напоминают зефирные Машины, — хмыкаю я.

Полетали и хватит. Спускаемся. Опускаюсь на дорогу и произвожу оборот.

— А почему мы должны пешком идти? — дракон тут же высунулся снова.

— Мне надо прогуляться и подумать… И пешком же я иду, не ты…

— И долго нам топать? Я вообще-то есть хочу.

— О-о-о, голодный, злой дракон! — фыркнул я.

— Да, голодный и злой…

— Да пришли уже, почти. Вон, дом уже виднеется.

Я прохожу садом и вдруг замечаю, что из беседки, увитой плющом, выходят люди по одному… через определенное время.

— Что это у них там? — замер я.

— Они что-то обсуждали…

— Ага. Как накормить голодного дракона, — усмехаюсь я.

— Значит заговор! Против императора! — выдал дракон.

— Матушка вообще-то императрица, — вздергиваю брови. — А я не император еще.

— Значит, против будущего…

Вот снова вышла девушка… Я стою в тени плюща. Осторожно заглядываю в беседку. Там сидит Маша, склонившись над столиком. Рядом стоит девушка, что приставлена к ней.

— … Возможно появление рядом человека с которым сложатся отношения… Но, если упустить возможность, то возможно потом об этом пожалеть…

"Она что гадает? Так она всем тут гадала"?!

Девушка выходит и я, тихонько пройдя в беседку, встаю на ее место.

— … День подведения итогов… Вы не готовы проститься с кем-то именно сегодня, тем более, если речь идет о самом для вас дорогом. Хотя, может быть, вы уже радуетесь близкому окончанию своих неприятностей, огорчений или сожалений. В любом случае старайтесь не поддаваться желанию все разрушить и выплеснуть вместе с водой то, о чем потом будете сожалеть…

— Что?! — вырвалось у меня

Она оторвала взгляд от карт.

— Что вы тут делаете?! — восклицает.

— Как что? Выслушиваю то, что вы мне говорите, — отвечаю.

— Я не вам… — оглядывается.

Но, мы точно одни.

— Да?! А кому тогда? Себе? — спрашиваю.

— Да… Радуюсь близкому окончанию моих неприятностей! — выдохнула она.

— Это каких же? — вздернул бровь.

— Вы! Вы самая большая моя неприятность! — ткнула она пальцем мне в грудь. — И я радуюсь, что вы наконец-то женитесь и оставите меня в покое!

И выкрикнув все это прямо мне в лицо, кинулась прочь из беседки.

— Самая большая неприятность… Я? — я ожидал всего чего угодно.

Но, что я ее неприятность…

— Я не понял, она радуется, что ты женишься на другой? — дракон спрашивает.

— Я еще ни на ком не женюсь, во-первых, а во вторых… она явно хочет чтоб я оставил ее в покое…

Я уселся на лавку на которой сидела Маша. Легкий прохладный ветерок обдувал мое лицо…

" А Анемона, явно, рассчитывает, что ты теперь ей официально предложишь стать невестой и мы объявим о помолвке", — всплыли в голове слова матушки…

Я встаю и направляюсь к себе в комнату. Взбегаю по ступеням и пройдя холл, поднимаюсь по лестнице.

— А кексы твои очень даже вкусные, а не кислые. Врет Анемона все, — слышу голос Эри от порога комнаты Маши.

— Что?! — взревел я и тут же оказался стоящий лицом к лицу с Эри. — Ты обвиняешь ее светлость Анемону?

Эри аж присела. Маша тут же подскочила к двери.

— Эри не врет! Никогда! Да и всякий нормальный человек, откусив от лимона скажет "кисло", а Анемона первым сказала "вкусно" и только после того как Хойя меня похвалила, выдала — "кисло".

Эри кинулась на лестницу.

— Она дракон! — взревел я.

— Да мне хоть пуп земли! — выкрикнула Маша, хлопнув перед моим лицом дверью.

— Она закрыла перед моей мордой дверь! — взревел дракон.

И приторно-сладкий аромат окутал меня… Очень приторный с горьковатым привкусом мускуса…

" Она о ком-то вспоминает с большой любовью и страдает, что разлучена"…

Я кинулся к Фирсу. Мне явно нужен сейчас его совет…

— Фирс, — вскричал я, влетая в его комнату.

Фирс со своим телескопом в обнимку, как всегда.

— Что случилось? — тихо спрашивает он, не отрывая взгляда от телескопа.

— Она перед моим… Нашим… лицом дверь закрыла.

— Поздравляю, — проговорил, все так же тихо, он.

— Фирс! — рявкнул я.

Тот вздрогнув, обернулся на меня.

— Что?

— Ты слышал, что я тебе только что сказал? — спрашиваю я.

— Да. Зачем так орать… — Фирс вздыхает.

— Она меня сначала выставляет вон, потом дверь перед мордой закрывает… Эта та, которая ты говорил, моя пара!

— Да вы упорно не хотите быть парой! — выдал Фирс. — И вообще успокойся.

И он, оторвавшись от телескопа, наливает и протягивает мне стакан с водой.

— Выпей лучше воды и успокойся.

— Я спокоен! — я, схватив стакан, выплескиваю воду прямо на пол. — Я очень спокоен! Объяви всем, Анемона моя невеста! Я сделал выбор!

— Прямо сейчас? — вздернул брови Фирс.

— Да! — рявкнул я. — Прямо сейчас и всем.

И вышел из комнаты.

Проснулась от того, что рядом лежит кто-то большой. Вскакиваю и тут же вижу как Чернуша уменьшается в размерах. И вот, она уже обычная маленькая кошечка смотрящая на меня своими глазками-бусинками.

— Чернуша… — растерянно моргаю. — А как это?..

— Ты уснула без одеяла. Мне ж его из-под тебя не вытащить, не разбудив, — пожала она плечиками. — А так, я тебя укрыла.

— Я не знала, что ты так можешь увеличиваться… — пробормотала я.

— Могу. Только потом день-два в себя приходить буду. Смотря сколько времени была большой.

— И ты всю ночь, так со мной спала?! — удивляюсь я.

— Да. Теперь восстанавливаться буду день.

— Да лучше б ты меня разбудила, — восклицаю я.

— Да ладно. Отосплюсь у тебя и она зарылась в подушки.

— Хорошо. Спи, — я встаю и иду умываться.

Одеваю снова свое любимое платье с коротким рукавом и воротничком стоечкой.

"Да оно определенно стало моей формой. А остальное давно уже пора вернуть Хойе. Но, пару платьев я бы себе оставила. То, серое, расшитое жемчугом и белое, что переливается радугой. Хоть белое и очень открытое, зато очень красивое".

Спускаюсь на кухню.

— Доброе утро всем, — киваю Леее и Море.

— Доброе, — отвечает Мора.

— А доброе ли оно… — проговорила Леея.

— Что-то случилось? — спрашиваю я.

— Да, все к этому шло… — тихо вздохнула Леея.

— Да, что случилось-то? Почему ты так расстроена? — смотрю на нее.

— Объявили официально о том, что… ее светлость Анемона, невеста его светлости…

— Когда? — спрашиваю растерянно.

— Вчера. В ночи почти, — тихо проговорила Леея.

— А мне не сказали… — моргаю.

— Не хотели расстраивать, — Леея сказала и зажала рот рукой.

— Да я, наоборот, рада за него, — усмехаюсь я. — Он ее еще днем вчера, мне, невестой своей назвал.

Леея удивленно вздернула брови.

— Привет! — вбегает Эри. — Ты уже здесь?

— А где мне быть? — вскинула брови.

— Значит, ты уже знаешь? — Эри спрашивает.

— Да. Мне только что Леея сказала.

— И как ты к этому отнеслась? — Эри моргает.

Я вздернула удивленно бровь.

— А я-то тут причем? — спрашиваю.

— Как ты причем? — Эри моргает. — А кто же тогда, если не ты!

— Ты о чем? — смотрю не понимающе, на нее.

— О тортах… А ты о чем? — Эри вздернула брови.

— А я о помолвке его дракономордия, — рассмеялась я.

Девушки тоже смеются. А на пороге кухни возникает фигура Эуэ. Он уставился на нас. Вернее на меня. Его глаза сузились.

— Не извольте беспокоиться, все будет в срок, — говорю я, отвешивая реверанс.

Девушки оборачиваются. Эуэ сразу уходит не произнеся не слова.

— А он что-то хотел тебе сказать… — Леея говорит.

— Да что он может мне сказать, теперь-то, — усмехаюсь я. — Он сделал свой выбор. Флаг в руки, барабан на шею.

— Чего? — девушки и Леея уставились на меня.

Я рассмеялась.

— Ой, простите. Просто так иногда у нас говорят.

— А что это значит?

— Это значит, что сам захотел, никто насильно не пинал.

— Ну, да… — Леея моргает.

— Так значит, у меня торты по случаю помолвки. Ну, что ж… — улыбаюсь, — надо подумать, какой испечь…

— А нам привезли все то, что мы просили? — спрашиваю у Лееи.

— О, да. Пойдем, — кивает она мне и ведет меня к большому шкафу.

— Вот, — распахивает она его дверки. — Смотри. Вот тут, вроде, все, что ты просила. И что самое удивительное — шоколад.

— Что, разный доставили? — не верю я.

— Да! Смотри только сколько! — Леея восторженно смотрит на все это богатство.

— Да. Отличный подарок для кондитера, — улыбаюсь я.

— А помолвка-то когда, кстати? — спрашиваю ощупывая все руками.

— Завтра.

— Отлично. Отлично… Ну, что ж. Сегодня мы печем бисквиты. Можно сделать и заварной крем… Украшать станем завтра…

— А формы? — смотрю на Леею. — Формы новые не привезли?

— Нет, — вздыхает та. — Только одна вот, что есть у нас.

— А одной мало, да? — Мора спрашивает.

— Да нет. Просто у нас маленькая форма, а надо бы большую.

— Большая у меня только сковорода… — проговорила Леея.

— Противень бы, подошел еще, — говорю.

— А это что такое? — Мора моргает.

— Это как форма или как сковорода без ручки… Ну, такой огромный, с высокими бортами.

— Это вот такой? — и Леея вытаскивает, откуда-то из-под стола, круглый противень.

— О, шикарно. И никакой формы не надо, — восклицаю я.

— Ладно, может вам с завтраком сначала помочь? — спрашиваю.

— Что ты, — замахала руками Леея. — Мы справимся. Ты, если что, говори, мы и тебе поможем.

— Хорошо, — киваю я и беру большую сковороду.

— Мне только газ включить надо будет.

— А это всегда, пожалуйста, — и Леея плюнула зажигая огонь.

— Спасибо, — отвечаю я и начинаю варить сгущенку.

Пока я варила сгущенку Леея с Морой почти все к завтраку уже приготовили.

— А почему ты сегодня кашу не на газу делала, а в духовке? — спрашиваю я снимая готовую сгущенку с плиты.

— Так, ты ж заняла, — удивленно вскинула брови Леея.

— Так, сказала бы… А я смотрю, ты в духовку ставишь и обрадовалась, что газ свободный.

— Так, ты сказала тебе зажечь, вот я и поставила в духовку. Да, не страшно. Не большая разница-то во вкусе получатся, — Леея отвечает.

— Ну, спасибо тогда. За предоставленную плиту, — улыбаюсь.

Вскоре пришли девушки и принялись накрывать на стол в столовой.

— Вообще бы блинчиков сейчас… — вздыхаю я.

— Чего? — Леея удивляется.

— А почему ты никогда не печешь блины? — поворачиваюсь к Леее.

Она застыла с корзиной и салфеткой в руках.

— А что это? — моргает.

— Как что? Блины, они и в Африке блины.

— Что? — это уже Мора вздернула бровь.

— А подробнее, — Леея ставит корзину.

— Ну… Э… Короче давай яйца, муку, молоко, сахар, соль…. Сейчас все будет.

— Сковородку только маленькую, можно?

— Вот, — протягивают мне тут же сковородку.

— Ага, — я беру небольшую кастрюльку и делаю тесто для блинчиков.

Мора и Леея наблюдают. Когда тесто готово, ставлю сковородку на огонь и смазав маслом, выливаю первый блин, растекая его по сковороде.

— Так он же совсем тонкий… — удивляется Леея. — Он же прорвется сейчас весь.

— Ну, первый блин всегда комом. Это нам на пробу. Сахару нормально положили или нет…

И я продолжаю печь блинчики. Леея попробовав с Морой первый блин, пожали печами.

— Странное блюдо.

А я продолжаю печь. И вот, вскоре невысокая стопка блинов уже стоит на столе.

— Сметану давайте. И пюре фруктовое.

Леея ставит все на стол. Я беру пиалочку и выложив туда несколько ложек сметаны, добавляю пару ложек персикового пюре.

— Вот, — перемешиваю я. — Теперь блин сворачиваем трубочкой и макая в сметану, можно есть.

Что я собственно и проделываю.

— Пробуйте.

Леея тут же так повторяет и откусив кивает.

— Да вкусно.

Мора, тоже осторожно скрутив трубочкой блин, робко макает его в сметану.

— А и правда.

— И откуда это в твоей голове, — качает головой Леея.

— Ну что ж, у меня достаточно времени, что бы приготовить все, — говорю я улыбаясь.

— Тебе нужна помощь? — спрашивает Леея.

— Думаю нет, времени у меня предостаточно. У меня целый день и ночь. Сегодня я все подготовлю и испеку, а завтра потом только собрать останется. Так что я еще и вам могу помочь, — улыбаюсь я.

— Да нам тоже пока не требуется помощь-то, — пожала плечами Леея. — Только завтра…

— Ну, можно же что-то заранее сварить, — говорю.

— Заранее? Так не вкусно же будет потом.

— Ну, почему же сразу не вкусно. Вот компот, например, можно сегодня сварить. И запечатать. Ему ничего не будет в холодильнике-то. Но, завтра время он нам сэкономит.

— Хм… — Леея призадумалась.

— А ты права, — сказала она поле некоторого раздумья. — Это мы можем заранее приготовить.

— Ну и отлично, — киваю. — Давайте тогда и займемся. А ты подумай, что еще мы сможем приготовить заранее. Или может, что нарезать и в холод убрать, тоже можно. Или соуса какие приготовить…

— Я подумаю сейчас, — кивает Леея доставая кастрюли.

— Слушай Леея, а у тебя есть что-то, что может окрасить желе в голубой цвет?

— Так вот, голубой цвет может придать, — кивает она сразу на корзину с картофелем.

— Да? — смотрю с недоверием. — Но, там же крахмал!

— Ну, тогда не знаю… Ягоды вот, как мы делали с кремом. Или персики.

— Да, но ягоды придают фиолетовый цвет. А мне надо голубой. Может правда персики?

— Надо попробовать, — говорит Мора. — Без проверки не узнать.

— Да… — бормочу я.

Леея припасает все для приготовления завтрака. Пока Леея с Морой занимались завтраком я приготовила ганаш из белого и из темного шоколада.

— Что это? — слышим мы голос Анемоны.

Она проходит в кухню уставившись на стопку блинов.

— Блины, — отвечаю. — А что…

Хотела спросить что она тут делает, но она меня перебила.

— Надеюсь нам на завтрак подадите вовремя. Нам не придется долго ждать, — сказала, как выплюнула и тут же ушла..

— Это вообще, чего сейчас было? — вздергиваю я брови.

— Пришла проверить, — пожала плечами Леея. — Вдруг ты откажешься…

— От чего? От тортов? Да ни в жизнь! — восклицаю я. — Я не я буду, отказавшись.

Леея и Мора удивленно смотрят на меня.

— Мне главное доска нужна большая и крепкая. И круглая. Найдется?

— Конечно. У меня вообще новые доски есть. Я тогда заказывала, да все старыми пользуюсь.

— Ну и отлично, — киваю. — И кексы надо будет тоже испечь, желательно сегодня.

— Да кексы-то свежие лучше завтра.

— Мы испечем кексы по моему рецепту и сделаем из них мини торты, — говорю я.

— Как это? — Леея заинтересованно взглянула на меня.

— Ну, так это. Большие торты в окружении маленьких будут хорошо смотреться. К тому же маленькие могут потом и нам остаться…

И я принялась за приготовление желе…

— А вы уверены, что у меня получиться? — спрашиваю.

— Так сейчас увидим, — Мора стоит рядом.

— Ну была, не была! — и я выливаю персиковый сок тонкой струйкой в желе быстро размешивая.

— Вот, — Леея протягивает мне пакетик с порошком. — Посыпли тоже.

— А что это? — спрашиваю.

— Это делает желе сверху твердым, при этом оставляя серединку жидкой. Я Эуэ, леденцы когда маленькому делала, всегда добавляла.

— Карамелезировала, что ли… — бормочу я.

Отделяю половину в другую миску и добавляю порошок.

— Ой, у меня все свернулось…. - уставилась в тарелку.

— Нет. Сейчас, погоди.

Смотрю на содержимое тарелки. Масса стала немного разбухать и вот уже она снова жидкая и тягучая.

— Я делала леденцы и они сверху застывали. А серединка была жидкой.

— Хм… — я поднимаю лопаточку повыше и смотрю как масса стекает с нее обратно в миску.

— А можно чистую салфетку.

— Да. Мора подай вон оттуда… — Леея говорит.

Мора протягивает мне салфетку. Я расстилаю ее и осторожно выливаю все из миски разравнивая лопаткой и при этом поднимая края и немного подсунув руку под салфетку выгибаю и середину.

— А это зачем? — моргает Мора.

— Хочу проверить… — говорю. — Сейчас подождем как застынет.

Трогаю немного лопаткой краешек. И точно стало твердеть. И цвет при этом голубоватый…

— О класс! — восклицаю. — Карамель отлично получается. Надо запомнить, как делала.

— Этим тоже можно торты украшать… Тонким слоем она вся твердеет.

Отставляю салфетку с карамелью в сторону. Смотрю что стало с моим желе. Оно голубого цвета. И вроде и правда очень похоже на обычное желе.

— А это не застынет, — говорит Леея.

— Совсем? — вздергиваю бровь.

— Ну… Такое мягкое останется.

— Ну и пойдет, — киваю. — Главное чтоб не растекалось шибко. Кто бы сказал, что я соком персика окрашивать стану желе в голубой цвет, никогда бы не поверила. Такое чувство, что у вас тут несовместимое совмещается…

— Хотя если учесть, что у вас в одном теле и человек и дракон уживаются, чему я удивляюсь тогда! — усмехаюсь.

— Нам долго ждать? — раздался голос Анемоны от порога кухни.

Она зыркнула на нас и ушла.

И мой взгляд упал на стопку блинов.

— Господи и забыли совсем!

— Блины-то вынесете им пожалуйста, — прошу. — Остыли уж давно…

— Ага, — и Мора подхватив тарелку с блинами, выходит из кухни.

— А сама что не понесла? — Леея спрашивает.

— Некогда мне, — говорю. я — Мне еще надо зеленый цвет получить и черный.

— Как так? — Леея моргает.

— Ну вот так же как-то, — указываю на голубое желе. — Его, кстати, в холод надо. Я поставлю в твой дальний шкаф.

— Ага, — замерла Леея. — Зеленый… Черный… Надо подумать…

— А если скорлупку в порошок стереть? — вдруг спрашивает вернувшаяся уже Мора.

— Какую, черную? — смотрю на нее.

— Ну да. Можно ж попробовать.

— А есть чем? — вздергиваю брови. — Кофемолки у вас не видела что-то.

— А что это?

— Зерна кофейные машинка специальная перемалывает.

— Так не у нас. У управляющего есть такая меленка. Он же кофейный бобы мелет.

— О, вы бобы будете молоть? — Эри стоит на пороге.

Она проходит к нам. Заглядывает в кастрюльку.

— Че, как все идет? — спрашивает.

— Да все нормально.

— Точно? — смотрит на меня.

— А что? — отставила я кастрюлю.

— Да, говорят Анемона ихняя, какой-то торт странный велела подать…

— Кх… Это не торт. Это блины. Надеюсь их не резали как торт?

— А… Не знаю…

И я бегом бегу с столовую. И вовремя. Уже все убрали со стола и Анемону схватив нож сама решила резать стопку блинов.

— Нет! — восклицаю я. — Погодите.

— Я сама в состоянии разрезать вашу стряпню, — выдала она.

— Я верю. Но это блюдо не режут. Это не торт.

— А что это? — уставились все на меня.

— Это блины. Их вообще руками можно есть. Тут целая стопка блинов. Вот.

И я подхожу и взяв у нее из рук нож подцепляю блин и ложу на блюдце, сняв предварительно чашку. Сворачиваю треугольничком при помощи ножа.

— Можно так свернуть. Можно трубочкой руками закатать. Можно начинку в них положить. Можно макать в сметану. Но едятся они каждый отдельно.

— Это что за блюдо? — округлила глаза Анемона.

— Я же сказала это блины. Это не торт.

— Просто вы так быстро ушли, что я не успела вас предупредить, — смотрю на Анемону.

Она наверное злиться. Губы вытянуты в тонкую полоску, а глаза как обычно под вуалью.

— Приятного аппетита, — говорю я, разворачиваясь что бы выйти.

— А как же торт? — выдала Анемона.

— Так торт-то вам завтра надо, не сегодня, — оборачиваюсь. — На сегодня вы не заказывали.

— И он завтра будет готов? — вздернул брови Эуэ.

— Конечно, — улыбаюсь я. — Надеюсь вашим гостям понравиться.

— Гостям? — вздернула брови Хойя.

— Ну, да. Торт же это угощение и для гостей тоже.

— А хватит на всех-то? — Эуэ спрашивает.

— Так, он будет не один, — отвечаю и ухожу.

— Вот ведь дракономорда все блины у нас забрала, — вздыхаю на кухне.

— Да не переживай. Я тесто запомнила как ты делала. Сделаем еще себе, — Леея улыбается. — А сейчас мы попробовали и хватит у нас работа.

— Да… О, Эри! Пока ты не ушла, можешь узнать у вашего управляющего не смелет ли он нам скорлупу от яиц?

— Давайте. Если что, сразу готовое принесу.

Леея вынимает откуда-то из-под стола скорлупки и переложив в глубокую миску протягивает Эри. Эри убегает.

— А что бы мне такое найти, чтоб получить зеленый цвет… — бормочу я. — Мяту вроде надо мелко… Так тоже в блендер! Надо было еще и мятные листья попросить пропустить.

— А мятное это которые? — Мора спрашивает.

— Да те, что пахнут очень сильно. В чай которые идут.

— Хотя можно еще шпинат… Салат по вашему…

— А если так растереть, ступкой? — Леея спрашивает.

— Можно попробовать.

— Тогда на, — и Леея открыв дверьку достает с полки ступку и чашу.

— Спасибо.

— Трава там, — кивает она на корзину с зеленью.

— Ага вижу, — и я выбираю шпинат и мяту.

— А может все вместе?.. — и я кинув в миску и то и другое принялась растирать все.

После некоторых усилий получилась желеобразная жижа зеленого цвета с легким мятным ароматом.

— Вот, — возвратилась Эри. — Только его мало вышло.

— Спасибо. Мне хватит.

Далее я занимаюсь приготовлением теста для коржей.

— А торты будут все одинаковые? — спрашивает Мора.

— Нет конечно. Можно один вообще с ягодами сделать и с ягодным кремом. А другой… Другой увидите!

Сделав тесто я начинаю выпекать бисквит. Выпекаю все большие по диаметру. Пока пекутся следующие я обрезаю остывшие, так что б получилось несколько разных по диаметру. Заворачиваю каждый отдельно в промасленную салфетку и убираю в холодильный шкаф. Далее добавляю кофе в тесто и выпекаю уже темный бисквит. Его так же как и светлый завернув в салфетки убираю в холодильник. Замешиваю другое тесто и снова выпекаю уже другой бисквит.

— Так теперь ганаш… — я достаю коричневый и немного подогрев небольшую часть, пробую добавить чуть-чуть черного порошка.

— А смотри-ка и правда получается! — восклицаю я, перемешивая, уже почти черный, ганаш. Убираю тоже потом в шкаф.

— И зеленый так же делать станешь? — спрашивает у меня тихо Мора, стоя рядом.

— А? Нет. Это надо развести водой и покрасить немного бисквита…

— Поешь-ка лучше, — Леея ставит передо мной тарелку с супом.

— А что уже обед? — вскидываю я брови.

— А то! — восклицает Леея. — Ты пол дня тут печешь не отрываясь.

— Ой, а вы как же? — сажусь на стул и беру предложенную мне ложку с хлебом.

— А что мы? У нас и плита есть. Мы все наверху сделали. Котлеты можно ж и сверху жарить. Овощи тоже сверху можно тушить. Так что ты нам неудобств не создала совсем, — улыбается Леея.

— Спасибо, — киваю. — Завтра я точно у вас духовки не займу. — Мне еще сироп сварить и крем сделать и все. Остальное все завтра буду делать.

— Ты ешь. Остынет же совсем, — Леея кивает.

— Ага. Спасибо. Вкусно. Впрочем, как всегда, — улыбаюсь я.

— О, у нас блины! Это вы снова напекли или это нам вернули?

— Ага, вернут они! — хмыкнула Мора. — Пустую тарелку вернули. Завтра велели снова на завтрак подать.

— Ну что ж, значит понравилось блюдо, — улыбаюсь.

Ужин Леея и Мора делали опять без меня. Я занималась кексами. Вернее мини тортами. В формах для кексов пекла тортики. Потом еще готовила крем на основе ганаша и простой масляный крем.

— Да поешь ты! — Леея ставим мне на стол тарелку с котлетами и пюре с овощами.

— Сейчас, погоди все уберу только.

— Да ты уже весь шкаф забила, — улыбается Лея. — Даже запасной и тот, заняла.

— Ну извини, — развожу руками в стороны. — Заказ у меня. Вам бы здесь по идее надо отдельно еще кухню делать для кондитера.

— Для кого? — моргают уставившись вдвоем на меня Леея и Мора.

— Ну, для того, кто печь торты и кексы стал бы не касаясь супов и всего прочего.

— То есть для тебя? — Леея вздернула бровь.

— Э… Ну вполне можно. Хотелось бы вернее, — улыбаюсь.

И наколов на вилку котлету откусываю от нее.

— Вкусно-о-о… — прикрываю я глаза. — Обожаю как ты готовишь! Нереально вкусно.

— Нереально это как? — голос Эуэ заставил меня тут же открыть глаза.

— Это очень, очень вкусно, — смотрю на него. — Вы что-то хотели?

— Да… Хотел предупредить… Гости подъедут к обеду. Собственно помолвка на обед и назначена. Так что ваши торты надо будет подавать уже сразу после обеда, — смотрит он на меня каким-то странным взглядом.

— Ну, хорошо. Подам, — киваю.

— Вы сами? — вздернул он брови.

— Ну, да. Лично буду присутствовать и лично вам разрежу, — смотрю в его глаза.

Смотрю и не могу понять, что в них?

"Небо не отражается. Я тоже… А что тогда в них? Какая-то пустота… Странный он какой-то сегодня".

— Ну, вот и все, — Лее вздыхает. — Завтра у нас тяжелый день. Конечно что могли, мы сегодня подготовили… и то, благодаря тебе Мария.

— Да у меня, тоже денек завтра, тот еще будет, — киваю.

"И нафига я сказала, что лично присутствовать буду"? — думаю я про себя.

— Все девочки, теперь спать, — улыбается Леея.

— Спать! — восклицаю. — Да я и не усну, блин!

— А блин тут причем? — спрашивает Мора.

— К слову, просто, пришелся… — пожала я плечами.

— Леея, а свет вот на кухне и ночью можно включить? — я задираю голову на потолок, разглядывая шарик фонарик.

— Он же сам включается когда входишь! — Леея отвечает.

— Детектор движения? — вскинула удивленно брови.

— Чего? — Леея и Мора уставились на меня.

— Ну, он на движение… ты же сказала… — моргаю я.

— Движение-то мы поняли. А что такое детектор? — моргает Леея.

— Устройство зажигающее свет при движении, — говорю я.

Леея с Морой сразу поднимают взгляд к потолку.

— Да мы как-то и не вдавались в подробности, что там за устройство-то…

— А ты зачем спрашиваешь-то? — смотрит на меня Леея.

— Ну, вдруг раньше вас приду. И буду в темноте сидеть. — пожала я плечами.

— Раньше меня еще ни кто не приходил, — улыбнулась Леея.

— Ладно всем пока. До завтра, — говорю я направляясь из кухни.

— Пока. Пока. — слышу в ответ.

Поднимаюсь в свою комнату. Прохожу к окну выглядывая в сад.

"Да-а-а… сколько тут всего установили помимо качели…. А там что? Я разглядываю в полумраке у одной из беседок, что-то стоящее или висящее на палках… О, да это же они качели на одну персону сделали. Явно Мильтон постарался. И мои рисунки не понадобились. Просто они целиком кресло подвесили не шибко заморачиваясь. А что, так наверное даже удобнее"…

Я отхожу от окна и беру шкатулку с картами.

"Мне надо немного успокоиться. Я немного нервничаю по поводу завтрашней помолвки".

Раскидываю карты.

… сегодня вас ждет успех в делах… возможна дальняя дорога…

Я задумалась, отложив карты.

"Дальняя дорога. Да куда я могу отсюда уйти-то! Это теперь мой дом".

— Привет! — раздалось на моим ухом.

— О, Чернуша! А я и не заметила как ты вошла, — улыбаюсь.

— Так мне же разрешение теперь не надо, — улыбается в ответ она. — Я всегда могу к тебе войти, где бы ты не была.

— Даже в другой дом? — спрашиваю я.

— В другой? Ты хочешь отсюда уйти? — вскинула она удивленно брови.

— Нет конечно! Просто если вот, например, я на кухню уйду, ты можешь за мной туда прийти?

— Конечно! Я всегда тебя смогу найти, где бы ты ни была.

— Здорово! Значит мы с тобой никогда не потеряемся.

— Конечно! Я же не дракон, — восклицает она.

— А что драконы могут потеряться? — мои брови лезут на лоб от услышанного.

— Могут, когда не разбирая дороги летят. Сами не зная куда, а потом теряются в облаках, — хмыкнула Чернуша.

— Ну, в облаках наверно и правда можно потеряться, — бормочу я.

— А привязка к дому-то! — восклицает Чернуша. — Или к своему дракону!

— Так он же в небе… — удивляюсь я.

— Я имела в виду к своей паре, дракону, — говорит Чернуша.

— А-а-а, ну не знаю… — пожала я плечами.

— А почему ты спросила про кухню? Ты туда собралась? — спрашивает Чернуша.

— Да, — признаюсь я. — Все равно не усну. Тем более успех ждет меня в делах только сегодня, судя по картам…

— Пойдешь со мной? — спрашиваю убирая карты.

— Конечно! — восклицает Чернуша. — Могу прямо с тобой, через дом.

И я подхватив ее под мышку осторожно выхожу из комнаты…

Спускаюсь по лестнице. Чернуша, вдруг, навострила уши.

— Ты чего? — спрашиваю тихо, шепотом.

— Показалось наверное, — тряхнула она головой.

Я спускаюсь и прохожу в холл, входя потом в кухню. Походу фонарик на движение только в кухне, ибо холл и лестницу я проходила в полумраке. А войдя в кухню, сразу зажмурилась от яркого света.

— Чернуша, а тебе такой свет не навредит? — опомнилась я.

— Не должен, но я в уголку посижу.

И она тенью метнулась в угол кухни, ближе к большому окну. Туда свет не так ярко падал. Видимо все ж рассчитано на то, что из окна свет днем будет светить. И фонарик висит ближе к стене, где стоит плита и охлаждающая панель.

— А что ты тут хочешь делать? — спрашивает Чернуша.

— Сейчас увидишь. Ты главное старайся не удивляться. Хорошо? А то спросишь под руку… А я боюсь испортить что-то…

— Хорошо, — отвечает Чернуша. — А под руку это как?

— Чернуша! — восклицаю.

— Хорошо. Молчу, — вздыхает она.

А я тем временем уже достаю бисквиты… Беру только шоколадные. И промазывая их масляным кремом собираю тор. Достав белый и черный ганаш оставляю его на столе. И достав небольшой маленький светлый кекс разламываю его на части. Достав свое зеленое, желеобразное творение из листьев выдавливаю из него сок и смачиваю бисквит. Он окрасился в зеленый цвет.

— Отлично, — восклицаю. — Даже и не думала…

— Что не думала? — раздался голос.

Я аж вздрогнула. Поднимаю глаза и вижу Эуэ стоящего на пороге кухни.

— Ты что тут делаешь?! — удивляюсь я.

— Это что ты тут делаешь? — вопросом на вопрос, отвечает он.

— Как видишь, готовлю, — ответила.

— Как видишь, стою, — в тон ответил он мне.

— А не мог бы ты стоять, где-нибудь, в другом месте? — спрашиваю.

Его брови ползут вверх, глаза расширяются и в них явно виден драконий зрачок… ибо он стоит уже рядом со мной. И я завороженно уставилась в его глаза…

— Ты меня выставляешь вон? — уточнил он.

— Э… Ну да… — растерянно бормочу.

— Снова?

— Да… — я усмехаюсь. — И правда… снова…

Он с минуту наверное разглядывал меня и потом резко развернулся, чтоб выйти.

— Постой! — тут же восклицаю я.

Он остановился и повернулся ко мне. Легкая улыбка тронула его губы.

— Ты не мог бы…

— Да!

— Мне огонь зажечь? — выдала я.

— Что?! — воскликнул он.

Но потом более тихо спросил: " Что"?

— Огонь, — указываю я на камни на столешнице. — Он мне нужен. А Лееи нет…

Он плюнул прямо с того места где стоял! Огонь взметнулся чуть ли не до потолка. Но, потом упав стал слабым, еле видным. Он ушел. А я стояла и смотрела на огонь.

"Что это только что было"?

— А огонь тебе зачем? — вывел меня из ступора голос Чернуши.

— Огонь-то? — оборачиваюсь на нее. — Так мне растопить надо ганаш, чтоб торт обмазать.

— Слушай, а что ему тут надо-то было? — Чернуша спрашивает.

— Да сама бы, хотела знать. И вообще, откуда он узнал что я здесь?

Чернуша только плечиками пожала.

— Все Чернуша, давай не отвлекай меня. Надеюсь более нас никто не побеспокоит.

И я, подойдя к торту, вырезаю в нем часть мякоти от верхушки до последних двух слоев…

— Ой, ты его испортила… — Чернуша сидит рядом со мной на столе.

— Вот просила же! И вообще, ты что делаешь на рабочем столе? А ну, кыш отсюда, — шутя махаю на нее рукой.

— Ты и меня выгоняешь? — прищурила она глаза.

— Я выгоню любого, кто мне будет мешать, — говорю я.

Подогреваю ганаш и покрываю всю поверхность торта ганашом. А срезанную мякоть разминаю руками вместе с кремом. Вылепливаю из него горы и устанавливаю на верхушке. Обмазываю, привстав на носочки их черным ганашом со всех сторон, делая небольшие неровности подобно камням. Торт надо поставить на охлаждающую панель для застывания. Он большой и очень тяжелый.

— Да, зря я его выгнала… — бормочу. — Сейчас бы помог.

— Тебе помочь? — Чернуша сразу спрашивает.

— Да. Остудить надо поставить…

— Давай помогу, — и Чернуша подхватывает край доски, на которой стоит мой торт.

И взмахнув крылышками легко переносит его на панель. Я больше держусь, чем несу.

— Спасибо, — киваю.

Разогреваю белый ганаш.

— Чернуша, обратно надо, — прошу.

— Ага, — и она снова переносит мне торт обратно на стол.

Я промазываю белым ганашом имитируя снежные вершины.

— Вообще если бы была пищевая пленка, как у нас, то можно было бы остров сделать в море… Ну, да ладно, у нас горы.

— А похоже, — кивает Чернуша.

— Я старалась, — улыбаюсь я.

— Так, теперь ответственный момент, — говорю я и подогреваю желе.

Привстав на носочки проливаю его тонкой струйкой от вершины горы вниз. Получается наподобие реки. Даю немного застыть и снова проливаю. Смотрю, чтоб не утекло дальше чем задумано. Откладываю желе и взяв зеленый бисквит украшаю им низ желейной реки и бока торта. Еще раз проливаю реку, добиваясь более яркого цвета.

— Ну вот, как-то так, — отхожу от торта и оглядываю его издали.

— И это можно есть? — спрашивает Чернуша.

— Ага. Тут все съедобное. Правда, ты такое не ешь.

— А красиво и похоже очень.

— У вас тут есть горы? — спрашиваю, любуясь своим тортом.

— Далеко отсюда. Я когда-то там жила. Теперь перебралась поближе к драконам.

— Отомстить все еще мечтаешь? — вздергиваю бровь.

— Да. Я все равно найду убийцу моей мамы. И ему не поздоровиться.

— А если он давно уже умер? — спрашиваю я вспомнив рассказ о том, как отец Эуэ погиб от тени.

— Мне лучше думать, что я отомщу, — склонила она мордочку набок.

— Ладно, надо чем-то его укрыть.

— А чем?

— Не знаю… Хотя.

И я отправляюсь в свою комнату. Чернуша тенью скользит рядом.

— А зачем мы идем? — спрашивает летя у самого уха.

— Сейчас увидишь.

Я вхожу в комнату и на ощупь, выуживаю из своего гардероба каркас с подъюбником. Хватаю все в охапку и иду в кухню.

Свет снова зажигается при моем появлении.

Ставлю каркас рядом со столом.

— Ой, а торт-то сюда и не влезет, — разочарованно качаю головой.

— Как крышку его не смогу использовать, быстрее как подставку…

— А он выдержит? — с сомнением спрашивает Чернуша.

Я уперлась в него руками, — выдержит. — Он так не сминается.

— А вот чем же мне накрыть-то его?

И я уселась на стул уперев в подбородок руки.

— Ты уже здесь? — раздался голос Лееи.

Чернуша тенью метнулась в окно.

— Что это?! — удивленный возглас.

— Торт, — тихо отвечаю я.

— Торт? Это торт? — Леея обходит его кругом.

— А каркас-то тебе зачем?

— Торт на него поставить, — пожала плечами.

— А что он какой-то странный? Я думала цветы будут…

— А у меня торт в виде гор и сбегающего с них ручья. Я бы вообще сделала торт остров в океане, но пленки нет. А заливать желе в одну форму не получиться, да и высоты не хватит… — вздыхаю я.

— Так ты не спала, что ли, совсем? — Леея смотрит на меня. — Когда ты его успела сделать-то?

— Да, не спалось мне что-то…

— Ладно давай продолжать. Нам еще надо и с цветами и с ягодами сделать. А этот бы накрыть чем и в прохладное место.

— Да-а-а… Точно надо отдельную кухню, — вздыхает Леея.

— Ой, что это? — Мора стоит на пороге кухни.

— Торт "Горы"…

— Так девочки, я к Фирсу… — Леея говорит.

Я принялась делать из маленьких кексов мини тортики, а Мора за приготовление завтрака.

— Это торт?! — слышим мы голос Фирса.

— Да, — отрываюсь от работы. — Это такой торт.

Звездочет стоит на пороге кухни.

— Да-а-а… Я сейчас, — и он уходит.

— Вы уже смотрю за дело взялись, — говорит Леея.

— Конечно, — киваем на пару с Морой.

— Молодцы. А кексы-то ты зачем порезала? — удивляется Леея.

— Это мини торты. Сейчас соберу и украшу. Попробуют маленькие и захотят попробовать большой. Вам кексы-то привычнее. Торты-то никогда ж не видели, — отвечаю я.

— Ты права, — кивает Леея.

— Где он? — влетает в кухню Хойя и застывает, не дойдя до стола.

— Что это?! — вздергивает она удивленно брови.

— Торт, — отвечаю. — Его надо бы перенести в прохладное место…

— Идем, — тут же говорит мне. — Выберем место.

Я хватаю свой каркас с побъюбником.

— Фирс, управляющего и Мильтона в сад, — кивает Фирсу.

Тот склонил голову, а я выхожу следом за Хойей. Мы проходим другим путем и выходим из широких дверей в сад, где их кусь живет. Я немного растерялась, встав на ступенях лестницы, что вела в сад.

— Пошли. Покажешь где точно должен стоять торт, — Хойя идет прямиком к пруду.

Крокодил вылезает из воды… Я аж зажмурилась от испуга.

— Мой хороший! Мой любимый… — слышу я голос Хойи.

Приоткрываю один глаз, она гладит куся. Тот виляет своим мощным хвостом, тыкаясь мордой ей в руки…

— Э… — смотрю широко открыв глаза.

— Вот его мех ты тогда оторвала от накидки, — гворит тем временем Хойя гладя зверя.

А тот, как домашний пес, виляя хвостом, аж глаза прикрыл от удовольствия…

— Любимый мой… — гладит его Хойя.

— Да в каком же месте у них мех-то растет? — удивленно восклицаю подходя.

— На спине, отрастает полоска редкого меха, при должном уходе. Вот тут, — и она проводит по темным полосам на спине. — Всего пару раз за всю жизнь. Теперь ты понимаешь, почему он такой ценный.

— Угу… — бормочу. — Я не знала. Простите. Но, накидка без него все равно лучше смотрится.

Хойя вздернула брови.

— За мехом жемчуга не видно, — поясняю. — Просто лучше по отдельности пришивать… или мех или жемчуг.

— Ну может быть… — хмыкнула Хойя.

Мы проходим пруд и качели и углубляемся дальше в сад. Вдалеке виднеются ряды столов. Подойдя к ним вижу, вдали виднеются каменные беседки.

— Вау, у вас каменные беседки есть!

— Да, там вдали есть еще большая каменная, открытая, высокая веранда. Там и будет само торжество. Здесь потом званый обед. Так куда торт ставить?

— Их будет три…

— Три?! — Хойя вздернула брови.

— Да, три разных. Мы же не знаем, что больше нравиться вашим гостям, — говорю.

— Да они вообще торт никогда не знали до сегодняшнего дня. И мы их приятно удивим. Один вид только чего стоит… так куда? — она смотрит на меня.

— Э… вот сюда… сюда и я думаю туда, — говорю, указывая рукой.

Хойя кивает управляющему, который уже здесь. Тот уходит.

— Мильтон! — Хойя зовет.

— Да ваша светлость, — словно неоткуда, возник Мильтон.

— Беседки украсить. И живо.

Он уходит.

— А каркас-то тебе зачем? — указывает Хойя на каркас в моих руках.

— Я на него торт поставлю, — отвечаю.

— Прямо на юбку? — вздергивает брови Хойя.

— Нет, что вы! Просто я с ней прихватила, — стаскиваю я юбку с каркаса.

— Ты уверена? Он же гнется.

— Да, но только по бокам сминается. Если сверху нажать, он не проминается, — с силой надавливаю.

— Хм… — Хойя пробует тоже. — Ты права. Так куда поставить?

А на указанное мной место ставят уже беседку.

Я вношу в беседку и ставлю посередине.

— Торт будет стоять в середине. И с любого бока можно подойти, чтоб отрезать, — говорю.

Выхожу из беседки и вижу как две другие расставляют тоже по местам, указанным мной. Девушки с корзинами полными лент начинают украшать беседки.

— Лучше не распускать, как прошлый раз… банты или розы из лент… — сказала я и прикрыла рот рукой.

Хойя взглянула на меня и кивнула.

— Слышали? И каркасы из моей комнаты принесите еще.

В это время четверо парней выносят из дверей мой торт. Я аж дышать перестала!

"Только бы не уронили", — думаю.

А парни быстро проносят его в беседку и ставят на каркас. Торт стоит. Каркас даже не дрогнул.

— Что ж отлично! — восклицает Хойя.

Следом выносят корзины… в них огромные куски льда!

— Э… — только и сказала я.

Девушки тем временем украсили беседку бантами из лент. Корзины со льдом ставят рядом с тортом в беседке.

— Мальса! Второй уровень! — слышу я голос Эуэ.

Я оборачиваюсь. Он стоит сложив руки на груди.

— Я свободен? — спрашивает припобняв бровь.

— Пока да. Но, когда вынесут оставшиеся торты, тебе надо накрыть и их куполом, — кивает Хойя.

— И когда это будут? Мне вообще-то одеться надо… у меня помолвка! — сверлит он меня взглядом.

— Я быстро, — кинулась я к дому.

— Стой, — окликает он меня.

— Да… — я оборачиваюсь.

— Юбку забери!

Я подхватываю валяющуюся на земле юбку и бегу на кухню.

Вбегаю в кухню.

— Торты надо срочно…

— Уже? — Леея спрашивает. — Растают же…

— Не растают, они их под купол поместили, — говорю. — О, вы уже полностью собрали маленькие тортики.

— Да, только верх ты сама украшай, — говорит Мора.

— И поела бы, — Леея говорит.

— Сейчас торты соберем и поем, — отвечаю.

Украшаю мини торты и ставлю на охлаждающую плиту. Достаю бисквиты из охлаждающего шкафа и собираю еще один торт из одних светлых коржей.

— Какой высокий! — Леея удивляется. — А как же его украшать-то?

— Табуретку бы невысокую, — говорю я.

— А стул не пойдет? — Мора спрашивает.

— Ну, за неимением может… — обмазываю кремом дальше уже готовый торт.

— Ну, вот теперь верх покрыть и розочками украсить и готово будет… — забираюсь на стул.

Украшаю ярусы.

— Повернуть бы его… — бормочу.

— Кого? Стул? — Леея спрашивает.

— Да нет. Торт, — смеюсь я немного отклоняясь от торта, чтоб его оглядеть.

— Смешно ей! — голос Эуэ раздался неожиданно рядом. — А я ждать должен…

Он не договорил… потому что я, вздрогнув от неожиданности, взмахиваю руками и падаю вместе со стулом.

Эуэ подхватывает меня на руки. А я машинально сдавав кулек выдавливаю крем прямо ему на лицо…

— Ой… — и я улыбаюсь от увиденного.

Эуэ весь в креме. А на носу большая капля крема, как розочка.

Меня тут же отпускают и я спотыкаясь об стул, отпрыгиваю от него. Ибо его потемневший взгляд не сулит ничего хорошего.

— Ты! — выдохнул он тут же оказавшись рядом. — Да как ты посмела…

А я, выдавливаю остатки… ему в рот. Эуэ сразу как-то сглотнул и закашлялся.

"Надеюсь не подавится. Орать еще на меня выдумал! Мало того что напугал, что упала, так еще и орать"!

Эуэ сразу уходит отплевываясь от крема.

Леея с Морой стоят в оцепенении.

— А, чего это сейчас было? — первой пришла в себя Мора.

— Чего, чего… его светлость сожрал весь мой крем! — выдала, вздохнув, я.

Леея разразилась веселым смехом. И мы с Морой стали улыбаться, а потом тоже рассмеялись.

— И что теперь? — Леея спрашивает. — Крема-то больше нет?

— Ну значит и так пойдет. Вот остатками белого… И пусть забирают. Листочки только сделаю…

Леея зовет ребят, которые забирают торт. А я начинаю собирать другой. В нем коржи чередуются светлые и темные. Собрав тоже покрываю кремом.

— А вот же, крем-то, есть еще! — Мора восклицает, а мы почти без цветов отдали.

— Мора, а этот бы я чем покрывала. Тем более что там крем масляный, а этот на основе ганаша. И ничего страшного, подумаешь не весь в цветах.

— Я не знала…

— Ничего я тебя научу, — говорю я. — Так где наши ягоды…

И этот торт я уже украшаю ягодами. Мини торты тоже украшаю ягодами. Это все тоже уносят.

— Ну, что ж, теперь я могу и вам помочь, — улыбаюсь.

И мы, все втроем, принимаемся за готовку.

Утром я проснулся в плохом настроении. Быстро умывшись одеваюсь и спускаюсь в столовую. Завтрак еще не накрыт. Рано. И я отправляюсь на кухню. Может Леея покормит меня раньше и я полетаю, чтоб улучшить настроение. Но, стоит мне оказаться на пороге кухни, как слышу голос Маши.

— …о помолвке его дракономордия…

И она разразилась смехом… Девушки тоже смеются. Надо мной?! Я смотрю на Машу. Она улыбаясь, поворачивается в мою сторону. Мой дракон сразу дернулся во мне.

— Не извольте беспокоиться все будет в срок, — говорит тем временем Маша, раскланиваясь передо мной.

Дракон сразу взбесился! Чешуя сразу покрывает мою шею и я бегом вылетаю на улицу. Сразу происходит оборот, едва я коснулся последней ступени. Я взмыл в воздух.

— Она смеется над нами! — бушевал дракон.

— Она просто рада нашей помолвке.

"Вы! Вы самая большая моя неприятность! И я радуюсь, что вы наконец-то женитесь и оставите меня в покое"! — всплыли сразу в памяти ее слова.

— Значит, правда, она хочет, чтоб я оставил ее в покое… А я подумал, может, я погорячился вчера. И Фирс все же ничего еще ни кому не сказал… Надо узнать… А она…

На завтрак я появился не в самом лучшем расположении духа. Анемона, как всегда, в своей вуали… И платье у нее тоже, как всегда, открывает все прелести… Куда я и уставился.

"Конечно, глаза закрыты куда еще смотреть-то"! — фыркнул дракон.

" А тебя вообще не спрашивают".

— Это правда? — подскочила ко мне сразу Анемона, как только я вошел в столовую.

— Вы о чем? — уклончиво спрашиваю.

— Вы объявили меня своей невестой! — расплылась она в улыбке.

— Э… Да…

— Но почему мне ничего не сказали? Хотели сделать сюрприз? — улыбается она беря меня за руку.

— Да… — обалдел я от такой наглости.

— Садитесь, пожалуйста, — отодвигаю ей стул.

Она плюхнулась на стул и ее грудь чуть не вылетела из открытого выреза платья.

— Вы так… — уставился я на ее вырез. — Прекрасны…

— Ну, что ж, — говорит маменька. — Я рада, наконец ты определился. Помолвку только завтра сможем организовать. Сегодня еще не все прибудут.

— Завтра?! — Анемона аж подскочила, от счастья видать.

— Завтра… — Я обреченно пробормотал.

— Ну, да. А зачем откладывать? — вздернула брови маменька.

— Да, да… — кивает Анемона.

— Я, разрешите, сейчас приду, — встает вдруг Анемона.

— Куда это она? — вздернул бровь, когда она вышла из столовой.

— Наверное матушку обрадовать. Усидеть не смогла, — ответила маменька. — А ты, смотрю, вроде как не рад?

— Почему это? Я рад. Очень рад. Думаю чем еще нас удивит Маша, радость наша…

Маменька вздернула брови, но ничего не сказала в ответ. Вернулась Анемона.

Завтракали мы в полной тишине…

— Сейчас чай подадут… — говорит вдруг Анемона.

— Хорошо… А с вашей стороны кто-то приедет еще к нам на помолвку? — спрашиваю я.

— Нет, — тут же отвечает она. — Мы с матушкой вдвоем только.

— Значит будет только наша родня… — хмыкаю. — Ну, что ж…

Приносят тем временем торт. Анемона берет нож и встает.

— Ты сама его будешь резать? — вскидываю удивленно брови.

— Да, — квает она.

Обходит стол и встает с ножом в руке рядом с тортом. Какой-то он нынче невзрачный…

— Нет! — раздается вдруг голос Маши. — Погодите.

Маша вбегает в столовую.

— Я сама в состоянии разрезать вашу стряпню, — выдала Анемона.

— Я верю. Но это блюдо не режут. Это не торт.

— А что это? — уставился я на Машу.

— Это блины. Их вообще руками можно есть. Тут целая стопка блинов. Вот.

И она взяв нож из рук опешившей Анемоны подцепляет какой-то тоненький блин и ложит на блюдце. Сворачивает его при помощи ножа.

— Можно так свернуть. Можно трубочкой руками закатать. Можно начинку в них положить. Можно макать в сметану. Но, едятся они каждый отдельно.

— Это что за блюдо? — округлила глаза Анемона.

— Я же сказала, это блины. Это не торт.

— Просто вы так быстро ушли, что я не успела вас предупредить, — отвечает Анемоне.

— Приятного аппетита, — говорит нам и разворачивается, чтобы выйти.

— А как же торт? — выдала Анемона.

— Так торт-то вам завтра надо, не сегодня. На сегодня вы не заказывали, — обернулась на пороге.

— И он завтра будет готов? — спрашиваю.

— Конечно, — улыбается. — Надеюсь вашим гостям понравиться.

— Гостям? — вздернула брови маменька.

— Ну, да. Торт же это угощение и для гостей тоже.

— А хватит на всех-то? — спрашиваю.

— Хватит, — отвечает уходя.

— Надеюсь он не такой будет как этот, — кивает Анемона на стол.

— Надеюсь, — отвечаю. — Не переживай, моя загадка, все будет отлично.

— Я надеюсь, — улыбается Анемона.

— Нам надо все приготовить в лучшем виде, — говорю я. — Все самое лучшее. Достойное… загадки…

— Анемона, — матушка вскинула брови. — А ваш портрет? Его рисовали?

— Конечно, — кивает та.

— Отлично. Его надо будет представить гостям, — улыбается маменька. — Надеюсь мы успеем сшить вам платье согласно портрету… — и они принялись обсуждать…

— Я наверное вас оставлю, — встаю я. — Это ж для меня сюрприз должен быть. Или я не прав?

— О, да! — тут же восклицает Анемона. — Просто я так рада… Так рада…

— Я тоже, — говорю я, выходя их столовой.

— Мильтон, — зову я.

— Да ваша светлость, — Мильтон склоняет голову передо мной.

— Мильтон. Ко мне в комнату портного. Срочно.

— Слушаюсь, — и Мильтон ушел.

Я же взлетаю по лестнице и прохожу в комнату.

— У меня и костюма-то нет… — говорю вслух.

— А че, в этом нельзя что ли? — дракон сразу вылез.

— В чем? В прогулочном костюме?! Нет конечно. Мне надо… под цвет глаз! — выдал я.

— Да… — на пороге комнаты стоит наш портной. — Вы звали ваша светлость.

— Да, срочно надо новый костюм.

— Не извольте беспокоиться. Все будет в лучшем виде.

— Ты успеешь за день сшить? — вздернул брови.

— Это наши заботы, — кивает он. — Галстук или платок?

— Что? Платок…

И портной уходит…

— Не переживай. Если что в старом… Твоей загадке наверняка тоже не успеют сшить…

— Да помолчи ты уже! — рявкнул я на своего дракона.

Обедали мы с матушкой вдвоем. Объяснялось это тем, что Анемона примеряет платье… Да я и не расстроился, вообще-то, от ее отсутствия.

— Матушка, а тетя еще не прибыли? — спрашиваю я.

— Должны вообще-то уже быть, — отвечает она мне. — Рео, наверное мечтал приглядеть себе невесту из тех девушек, что должны быть на отборе…

— Мало ли о чем он мечтал. Пусть сам устраивает отбор и выбирает, — нахмурился я.

— А ты точно определился с выбором?

— Да.

— Ну, что ж. Я рада за тебя, — улыбнулась маменька.

После ужина ноги меня почему-то привели… на кухню.

— … Нереально вкусно… — слышу голос Маши.

— Нереально это как? — смотрю, она сидит с закрытыми глазами.

— Это очень, очень вкусно, — открыла она глаза. — Вы что-то хотели?

— Да… Хотел предупредить… Гости подъедут к обеду. Собственно помолвка на обед и назначена. Так что ваши торты надо будет подавать уже сразу после обеда, — смотрю на нее.

— Ну хорошо. Подам, — кивает согласно.

— Вы сами? — удивляюсь.

— Ну да. Лично буду присутствовать и лично вам разрежу, — смотрит на меня в упор.

А в глазах ничего нет. Пустые какие-то глаза… И я разворачиваюсь уходя.

И снова я в небе. Но, это не принесло облегчения. Мой дракон беситься, а я не пойму отчего… Уже стало совсем темно, когда я спустился и прошел к своей комнате. Только хотел открыть дверь, что бы войти и вдруг, открывается дверь Машиной комнаты. И она тихонько спускается по лестнице.

"Куда это она"? — дракон сразу насторожился.

"Сейчас узнаем", — и я делаю шаг в направлении лестницы.

"Нет"! — тут же рыкнул дракон. — "Нет"…

"Ты что? Что с тобой? Ты как-то… Не знаю даже, как сказать… Тебя что-то очень шибко взволновало"…

"Не знаю. Но лучше к ней не подходить"… — дракон выдал.

"Это почему еще? Потому, что о помолвке объявили"?

"Нет! Тут что-то другое меня… волнует"…

"Что? Не легче сходить и узнать"?

"Нет"! — дернулся дракон.

— О, да ты еще и трус! — усмехаюсь я и спускаюсь по лестнице.

— Даже и не думала… — слышу я голос Маши

— Что не думала? — встал на пороге кухни.

А Маша-то одна на кухне. Какую-то зелень в миске мнет…

— Ты что тут делаешь?! — сразу спрашивает.

— Это что ты тут делаешь? — задаю вопрос я.

— Как видишь, готовлю, — ответила.

— Как видишь, стою, — отвечаю ей.

— А не мог бы ты стоять, где-нибудь, в другом месте? — смотрит на меня.

Моему удивлению нет предела! Мой дракон сразу дернулся… Я подскочил к ней.

— Ты меня выставляешь вон? — уточняю…

— Э… Ну да… — тихо ответила.

— Снова?

— Да… И правда… снова…

Я стоял не в силах поверить в услышанное, потом резко развернулся, чтоб выйти.

— Постой! — тут же окликает.

Передумала. Легкая улыбка тронула мои губы.

— Ты не мог бы…

— Да! — улыбаюсь.

— Мне огонь зажечь? — выдала она.

— Что?! — воскликнул.

Мой дракон дернулся, как от удара…

— Что? — спросил уже тише.

— Огонь, — указывает на столешницу. — Он мне нужен…

Я плюнул прямо с того места где стоял! Огонь взметнулся чуть ли не до потолка.

— Чтоб ее дракон забрал! — выругался я на лестнице…

Мой дракон летел вперед меня! Стремительно убегая от нее…

Утро началось с примерки костюма. Сидел он на мне идеально. Но, настроение мое почему-то идеальным не было.

— Это просто нервы… — успокаивала матушка. — Я тоже нервничала в день помолвки. Больше чем даже в день свадьбы.

— Надеюсь в день свадьбы я так нервничать не буду, — отозвался я скидывая пиджак.

— Завтрак пусть принесут в комнату, — прошу я.

— Хорошо. Сейчас ваша светлость, — сразу кивает Мильтон.

— Да и Фирса позовите, — кричу вслед Мильтону.

— Ваша светлость! — Фирс стоит на пороге.

— Ты быстро, — вскинул брови.

— Я вас искал, — говорит он обращаясь к матушке. — Там торт…

— Что с ним?! — ахнула маменька.

— Просто он очень большой… И его охлаждать надо до церемонии.

— Так купол поставить можно, — говорю я хрипловатым голосом дракона.

— Вот ты его и поставишь, — тут же отозвалась маменька.

— Пошли, — это уже Фирсу было сказано.

Они уходят.

— А нам, между прочем, некогда. Нам еще твою щетину на голове уложить надо, — дракон сердиться.

— Да толку-то! — возмущаюсь. — Эта, как ты выразился, щетина все равно к верху торчит всегда, как не приглаживай.

— Так, а рубашку-то… — и я влезаю в свой гардероб выбирая рубашку…

— Вот эта явно пойдет… — откладываю в сторону зеленую. — Под цвет моих глаз подойдет…

Слышен стук в дверь.

— Да…

— Ваша светлость вас просят в сад.

— Зачем? — вздернул бровь.

— Купол поставить…

— О, какой дракон меня за язык тянул! — восклицаю я выходя из комнаты.

Маша выходит из беседки…

— Мальса! Второй уровень! — говорю я стоя сложив руки на груди…

— Я свободен? — спрашиваю.

— Пока да. Но, когда вынесут оставшиеся торты, тебе надо накрыть и их куполом, — кивает маменька.

— И когда это будут? Мне вообще-то одеться надо… у меня помолвка! — смотрю на Машу.

— Я быстро, — кинулась та к дому.

— Стой, — окликаю.

— Да…

— Юбку забери!

Она подхватила юбку и убежала.

— Чего это она юбки-то свои теряет… — бормочу.

— Это с каркаса сняли.

— С каркаса? — и я пытаюсь заглянуть в беседку.

— Не сейчас. Ты же не одет еще, — маменька преградила мне путь.

Я возвращаюсь к себе в комнату.

— Фирс! — кричу. — Позовите мне Фирса.

Кручу рубашку в руках…

— Ты хотел меня видеть? — входит Фирс.

— Да. Напомнили про портрет-то мне тут… А где тот, что я просил?

— Готов наверное… — протянул Фирс.

— Наверное? — взревел я.

— Я все узнаю. И велю принести.

— Хорошо, — вздыхаю.

— Все нормально? — Фирс спрашивает.

— Отлично! — восклицаю. — Я очень рад, что…

— Оставь меня. Мне надо одеться, — хрипло проговорил.

Фирс уходит. А я швырнул рубашку на кровать.

— О-о-о… Дракон всех задери!

— Можно не всех! — мой дракон сразу высунулся. — Успокоиться тебе надо. Вот что.

— Надо… А мне еще снова им купол ставить… И как одеваться мне?

— А что в праздничной рубахе нельзя, что ли? — удивляется дракон. — Кто ее тебе испачкает-то?

Я одеваю рубашку. Она определено идет мне. Глаза мои правда намного ярче. Но зато, она почти в тон костюму. Он темно-зеленый и с темной жилеткой… Что ж, я это и одену…

Пока я разглядывал себя в зеркало слышен стук в дверь.

— Да.

— Вас просят в сад.

— Сейчас, — откладываю пиджак с желеткой.

— И почему у меня нет служанки, чтоб меня одевать? — ворчу я.

— Ты сам от нее отказался, — напомнил мне дракон.

— Конечно! — возмущаюсь. — Ей же четыреста почти! Это от молодой я бы не отказался…

Спускаюсь в сад. А устанавливать-то еще не на что! Беседки готовы, а торта нет.

— Да что же это такое! — взревел я и кинулся на кухню.

Там слышен смех.

— Смешно ей! — рявкаю я. — А я ждать должен…

Я не договорил… потому что взмахнув руками Маша падает вместе со стулом.

Я тут же подхватываю ее. А она выдавливает что-то прямо мне в лицо…

— Ой… — и улыбается глядя на меня.

Что-то расползается по моему лицу, стекая с носа на рубашку…

— Ты! — выдохнул я. — Да как ты посмела…

И я вдруг чувствую как крем заполнил мой рот. Я сглотнул и закашлялся. Не сказав ни слова ухожу, отплевываясь от крема.

Отплевываясь все еще от крема влетаю в свою комнату. Как хорошо, что меня никто не видел в таком виде… Все в саду.

— Так ты говорил кто мне ее испачкает? — рычу я срывая с себя рубашку. — Кто мне ее испачкает?!

Дракон молчит.

— Она это специально! — рычу я разрывая рубашку и вытирая ей лицо.

Слышен стук в дверь.

— Да! — рявкаю я так, что окна дернулись.

— Разрешите вам портрет поставить, — Мильтон стоит на пороге.

Ребята стоят держа накрытый полотном портрет.

— Нет! — ору я. — Вон его из моей комнаты!

— А к-куда его? — растерялся Мильтон.

— Не знаю… — более спокойно говорю я. — Оставьте где был…

Они уходят. А я иду в ванную…

Не успел выйти из ванны, как снова стук в дверь.

— Ваша светлость, — голос Мильтона через дверь.

— Да, — говорю открывая дверь.

— Вас в сад просят…

— Купол поставить? — вздернул бровь.

— Да…

— Там точно все готово?

— Да…

— Сейчас…

Выхожу в сад. Маменька все еще тут.

— Ты почему с мокрыми волосами? — вздернула сразу брови. — Нашел время купаться!

— Обстоятельства заставили, — буркнул я. — Где?

— Вот эта и вон та, — указывает она.

Я ставлю купол и ухожу. На ступеньках оборачиваюсь.

— Надеюсь меня более не потревожат… — тихо говорю сам себе.

— Купол поставь, — рыкнул дракон.

— И поставлю! — влетаю в комнату.

— Мальса. Второй уровень! — рявкнул я.

— Компоты в сад. Живо, — командует Леея. — Салаты в шкафах пока не трогать. Салаты потом подадим. Горячее в последнюю очередь.

— Хлеб. Где хлеб? — Леея обводит взглядом кухню.

— Так его уже унесли… — моргает Мора.

— А накрыли? — Леея спрашивает.

— Конечно. Не засохнет. Не переживай, — отвечаю я.

— Я просто нервничаю. Такое событие… — Леея признается.

— Да мы все нервничаем… — бормочу я.

— Фрукты вынесли… Овощи нарезаны… Мы точно ничего не забыли? — Леея смотрит на нас.

— Да вроде нет.

— Маша, — Эри входит в кухню. — А ты правда сама резать будешь?

— Чего? — вздернула я бровь.

— Торт. Говорят ты сама резать будешь на помолвке.

— Ну да. Дернул черт за язык… то…

— Чего? Кто? — смотрят на меня все.

— Да так, не обращайте внимания, — отвечаю.

— Меня к тебе отправили чтоб ты переоделась, — выдала Эри.

— Зачем? — удивляюсь я.

— Не в этом же ты на помолвку пойдешь, — вздернула брови Эри.

И я смотрю, она-то переодета.

— Это парадная униформа? — спрашиваю.

Она разгладила складки платья.

— Красивое, правда?

— Да нам тоже надо уже переодеться. Нам тоже выходить в сад… — Леея кивает. — Пойдемте.

— А мне-то в этом нельзя? — спрашиваю я. — Мне-то одеть больше нечего… Я ж почти все ее светлости вернула… Или мне тоже униформа положена?

— Пошли. Не все… — хватает меня за руку Эри и тащит вон из кухни. — У тебя своя униформа.

Мы проходим холл. Там стоят два портрета накрытые полотном.

— А кто на портретах? — Спрашиваю я вспоминая как меня рисовали.

— Не знаю. Нам не показывали.

— А давай посмотрим? Пока никого нет, — предлагаю я.

И я шагаю к портрету, что ближе ко мне. Отгибаю край полотна… Анемона… В ярко-голубом платье с распушенными волосами и изумрудными глазами. И только хотела открыть побольше, чтоб и Эри увидела как раздалось: " Вы что делаете?!"

Я тут же опускаю край полотна.

— Просто посмотрели. А нельзя? — спрашиваю глядя на управляющего.

— Нет конечно. Это не для наших глаз.

— Какой портрет-то нести? — раздается рядом голос высокого парня.

— А? — управляющий растерялся.

— А чей надо? — спрашиваю я.

— Невесты…

— Тогда правый, — говорю я отходя от портрета.

— А там кто, Анемона, да? — Эри сразу спрашивает шепотом, пока мы поднимаемся по лестнице.

— Ага. Красавица… — вздыхаю.

— Ты тоже красавица., - говорит Эри.

— И во что я переоденусь? — спрашиваю я входя в комнату…

— Так вон же у нас платье, — Эри уже стоит с вешалкой в руках.

— Нет! Ты что! — восклицаю я глядя на белое переливчатое платье подаренное Хойей.

— А почему? — вздернула брови Эри. — Ее светлость тебе его специально прислала.

— Но на портрете Анемона не в таком… — растерянно бормочу я.

— Естественно, — хмыкнула Эри. — Портрет это просто так подборка цветов. А платье у Анемоны говорят очень шикарное.

— Так ей положено, — усмехаюсь.

— Вот и тебе тоже. Ты в чем торт-то резать будешь? Ты должна как торт тоже выглядеть.

— Типа, чтоб меня съесть хотели?! — вздернула брови.

— Нет. Я имела в виду так же красиво.

— Ладно. Уговорила слабо характерную, — грустно усмехнулась. — Все равно…

— А может то, серое с длинными рукавами? — вспоминаю о еще одном платье оставленном себе.

— Нет. Это лучше пойдет, — отвечает Эри.

— Ну, что ж…

Я стою перед зеркалом.

— Ты такая красивая… — выдохнула Эри.

— Ну уж, прям… — любуюсь своим отражением.

— Давай волосы уложим.

— Нет. Пускай так распущенные, — гворю я, вспоминая на картине распушенные волосы Анемоны.

— Хорошо, — кивает Эри.

— Пойдем. Надо посмотреть все ли приготовили к подаче тортов, — отрываюсь от своего отражения в зеркале.

Мы спускаемся с лестницы. В холле стоит оставшийся портрет.

— А это чей? — спрашиваю я.

— Не знаю, — пожала плечами Эри.

— Давай посмотрим, пока никого нет.

Я шагаю к портрету и поднимаю край полотна. Ярко-голубое платье…

— Анемона! — я застыла опустив полотно.

— Что? — управляющий стоит рядом. — Вы опять?!

— Но, тут Анемона… Портрет Анемоны, — говорю указывая на портрет.

— А чей же тогда снесли? — управляющий хватается за сердце. — Его светлость меня разорвет!

— Не разорвет, — говорю. — Берем портрет и несем быстро, пока подмены не заметили.

И мы схватив его, втроем выносим из холла.

— Как же так-то… — бормочет управляющий. — Вы же сами сказали правый…

— Да, но это с моей стороны он правый был. Со стороны-то парня левый, — возражаю я.

— Так надо было яснее говорить! — выдал управляющий.

— Так надо смотреть, что берете! — не осталась в долгу я.

— Да ладно вам. Несем быстрее, — Эри вздыхает.

Слышен рев дракона…

— Заметили… — застыла я.

— Давайте живее, — управляющий восклицает.

— Давайте дальше без меня, — я отпускаю портрет.

— Но…

— Извините, но нет никакого желания снова попадаться его светлости на глаза.

И я остаюсь на месте. Портрет же несут дальше. Лучше я проверю все для подачи тортов. И я иду…

" А где столы-то? Каменная беседка… вдали еще одна… я чего, не туда свернула? Еще заблудиться тут не хватало! И спросить-то не у кого… а может подняться в беседку? Там наверняка видно будет в какой стороне столы".

Я взбегаю по каменным ступеням. Огромная каменная беседка абсолютно пуста. А из-за листвы, вокруг ее, ничего не видно. Я покрутилась по беседке пытаясь что-то рассмотреть. Бесполезно. И я сбегаю по ступеням вниз.

— Ой! — а это другие ступеньки.

Не иначе у беседки два входа… С этой стороны даже стоящих рядом беседок нет. Хотела подняться, чтоб спуститься с другого входа, но услыхала голоса. Убрав тут же ногу с первой ступеньки, обхожу под тенью кустов у стены.

— А мне она понравилась… — слышу голос откуда-то сверху.

Я прижалась к холодным камням.

— И платье ей определенно идет. И так удачно ее дракон в таких ярких красках… — продолжал голос женщины.

— Да, неожиданно… — хмыкнула Хойя.

— А Эуэ точно решил соединить свою жизнь со своей невестой? — снова спрашивает женщина.

— Да. И я его полностью поддерживаю.

— Ну, что ж…

Дальше я не стала слушать про Аденому и тихо, но быстро обхожу беседку и устремляюсь в сад. В дали виднеются еще беседки…

— Вот ведь в трех беседках заблудилась… — бормочу я себе под нос.

— Маша! — голос Лееи. — Ну где ты ходишь?!

Леея стоит неподалеку от стоящих переносных беседок, за которыми виднеются ряды столов. Она тоже в красивом платье и в белом переднике с рюшечками, Мора тоже в таком же платье и переднике.

— А мне передник? — спрашиваю подходя к ним.

— Как ты себе представляешь, на такое платье, передник одеть? — вздернула Леея брови.

— Но, я же резать торты должна…

— Ты и будешь резать. А мы подавать, — улыбается Леея.

— Там сейчас сама церемония будет и потом их поздравлять станут… — Эри вздыхает. — Нам еще долго ждать…

— Ничего не долго. Скоро все сюда потянуться, — возражает Леея.

— А что там с портретом-то? — спрашиваю Эри. — Чей вначале-то открыли.

— А не знаю. Мы пришли он закрыт.

"Значит это ее дракон и был нарисован", — думаю.

"Про него и говорили Хойя с женщиной. Потому что на портрете, который видела я, была Анемона. Наверное вначале надо портрет самой невесты было показывать, а потом только ее дракона"…

— Маша! — Леея окликает меня.

— А? Что? — оглядываюсь на нее.

— Да ничего, — кивает Леея. — Пока можешь погулять тут. Твои торты все равно в последнюю очередь подаются. Только не уходи далеко, хорошо?

— Хорошо…

И я пошла вдоль беседок и столов снова под тень каменной беседки. Днем на солнышке в открытом платье лучше не находиться долго…

Поднимаюсь по ступенькам… Эта беседка украшена лентами… Возможно тут будут находиться гости. Судя по приготовленным столам их очень много приехало. Я прохожу к каменным перилам и облокачиваюсь на них.

— Скучно как-то у них тут… — бормочу я. — Ни музыки…

— Вы правы, — слышу мужской голос.

Я оборачиваюсь. Рядом стоит молодой мужчина. С таким же непослушным ершиком волос на голове, как у Эуэ. Да он и похож на него чем-то. Тот же волевой подбородок, тот же жесткий взгляд. Глаза правда светлые совсем…

— Простите… — пробормотала я.

— Нет, это вы меня простите. Я вам помешал, — улыбнулся мужчина.

— Да нет… — улыбнулась в ответ.

"А улыбка у него такая же красивая как у Эуэ. Господи, Маша, одергиваю себя, ты так и будешь его с Эуэ сравнивать".

— Значит я могу составить вам компанию? — вздернул он брови.

— А почему бы и нет, — отвечаю.

— Прошу, — предложил он мне свой локоть.

— Но… — я растерялась.

— Не бойтесь. Я вас не похищу, — улыбнулся он. — По крайней мере сейчас!

Я несмело взяла его под руку. И мы спускаемся по ступеням беседки.

— Вы тут, смотрю, скучаете одна, прекрасная незнакомка.

— Немного… — отвечаю я.

— Позвольте скрасить ваше одиночество. Вы тут с кем прибыли? Я вас раньше не видел никогда.

— Ну да, я тут впервые, — усмехаюсь я.

— А как зовут прекрасную незнакомку?

— Маша! Радость наша! — раздался вдруг голос Эуэ.

Я аж вздрогнула.

— Эуэ? — вскинул брови мужчина. — А как же твоя помолвка?

— А ты Рео, смотрю, времени зря не теряешь.

— А что? — вздернул брови Рео. — Я, может тоже себе невесту приглядываю.

— Отбор не забудь сначала провести, — Эуэ как-то странно на него смотрит.

— Это уже не твоя забота. Ты уже свой провел, — хмыкает Рео.

Я стою не знаю, что и делать.

— Прошу вас Маша, — предлагает Рео продолжить наш путь.

— Только учти, Маша в твоем участвовать не станет, — выдал он нам в спины.

— Это почему же? — вскинул брови Рео, обернувшись.

— Ну, если только ты не устроишь конкурс на лучший торт! — выдал Эуэ, сверкнув глазами.

— Что прости? — вздернул Рео брови, полностью разворачиваясь к Эуэ.

— Что слышал! — вздернул Эуэ голову.

— Его светлость имел в виду, что я… кухарка… — тут же выдала я, что бы избежать неприятной сцены далее.

— Кто? — брови Рео вздернулись еще выше и он смотрит на меня. — Вы шутите, Маша?

— Нет! — восклицаю я и убегаю.

Бегу не разбирая дороги. Куда-то вглубь сада. Остановилась у очередной беседки прижавшись спиной к холодному камню. Отдышавшись от быстрого бега, оглядываюсь. Такое чувство, что это одинокая беседка в глубине сада. Поднимаюсь по ступеням. И она довольно-таки заброшенная. Сухие листья кое-где видны на ее каменном полу. Да и заросли кустов вокруг нее, разросшиеся в саму беседку сквозь каменные перила, говорят, что ее давно не использовали. Она наверное, просто, очень далеко от дома находится. Я вздыхаю. Да, забрела сама не знаю куда, а мне торт между прочим резать еще. И я отправляюсь искать дорогу обратно.

— И чего я убежала-то… — бормочу себе под нос. — Ну и что, что кухарка… Подумаешь. Да такой работой гордиться надо, а я сбежала… Или я не от этого сбежала? А услышав об очередном отборе? А Эуэ красив в своем костюме и этот платок под цвет его глаз…

Так пробираясь между кустами и придерживая платье, чтоб не оставить, не дай бог, на каком нибудь кусте, я вышла к еще одной беседке. Поднимаюсь по ее ступеням и прохожу на открытую площадку… Эуэ стоит с Хойей ко мне спиной. Они сразу обернулись на мои шаги. И я вижу, что это не Хойя. И женщина определенно похожа на Эуэ. Или это он на нее похож.

— А вот и наша незнакомка, — улыбнулась женщина. — Представь нас.

— Это Маша, — говорит Эуэ кивая на меня. — А это ее светлость Лотоса.

Я смотрю на них. Они явно очень похожи.

— А вы… — я выставив указательные пальцу указываю на них, потом перекрещиваю руки и снова развожу при этом, все еще указывая на них.

— Что это за жест такой? — вздернула Лотоса бровь и повторяет мой жест.

— Вы родственники! — обрела я наконец дар речи.

— Это означает родственники? — улыбнулась Лотоса. — Да, я его тетя. А вы кто?

— Маша. Радость наша, — выпалил Эуэ.

— Кухарка я, — вздернула я голову, смотря прямо в глаза Лотосы.

А глаза у нее как у Эуэ — изумрудные.

— Вот вы где! — раздается голос Рео. — Матушка… Маша?

Рео вскинул удивленно брови.

— Маша! Куда же вы убежали? Я вас искал, — и он подходит ко мне.

— Эуэ тебя невеста ищет, — как бы между прочим, сказал Рео не глядя на него.

Эуэ так и не сказавший более ни слова, уходит.

— Почему вы назвались кухаркой? — спрашивает тем временем Лотоса.

— Потому что я она и есть, — усмехаюсь. — Это я пекла торты на помолвку его светлости.

— Вы? Пекли? Торты? — вздернул брови Рео. — Вы о чем, вообще?

— Увидите скоро. Когда я буду их резать, — отвечаю я.

— А вы не так просты как кажетесь, — хмыкнула Лотоса. — Но, вы мне определенно нравитесь.

— Мне тоже! — смотрит на меня Рео. — Позвольте я провожу вас к вашим этим торты.

— Тортам, — машинально поправляю я.

— Неважно. Главное давайте мне руку и ничего не бойтесь.

— А я и не боюсь, — отвечаю я, вкладывая свою ладонь в его протянутую руку.

Я вернулся в комнату и принялся расхаживать туда-сюда.

— Успокойся, — дракон вылез.

— Да я спокоен! — восклицаю я. — Я спокоен!

Пинаю валяющуюся рубаху.

— Что я теперь одену?! — рычу я. — Она одна такая была!

— Одень другую.

— Какую? Тут только белые остались новые.

— А тебе идет белый, — дракон тихо отвечает.

— Придется… — скидываю старую рубаху и вынув новую, белую, одеваю.

— А костюм теперь этот не пойдет… — рычу уставившись на свое отражение в зеркале.

— Почему?

— Не смотрится он с белой! — восклицаю.

— Ваша светлость, — слышится из-за двери.

— Мальса. Снято.

Входит портной.

— Ваша светлость. Я вот подумал, может вам еще примереть этот костюм, — и он протягивает мне вешалку с костюмом.

— Спасибо, — киваю взяв вешалку.

— Но, с чего вдруг? — смотрю на него.

— Я изначально его вам и готовил… Но вы вчера просили под цвет глаз… И шейный платок.

Я вздернул удивленно брови.

— Спасибо. Я его и одену.

Портной кланяется уходя.

— Ну, вот тебе и новый костюм, — тут же выдал мой дракон.

— Тот мне лучше нравился.

— Ты его на свадьбу одень. Рубашку успеют сшить.

— Молчи уже! Ты мне нарычал уже про рубаху, хватит! — рыкнул на него и принялся одеваться.

— А платок я все ж одену этот… — завязываю шейный платок.

Я спускаюсь в сад. Столы уже сервированы. Вся родня уже собралась на открытой веранде. И я не заставил себя ждать. Взбегаю по ступеням, на каменный пол открытой беседки.

— Эуэ! — сразу слышу голос тети. — Мальчик мой, рада тебя поздравить.

— Лотоса. Рад видеть вас в добром здравии, — обнимаю тетю. — А что же Рео? Я не вижу его…

— Да, где-то тут… — махнула она рукой.

— Ну, значит все же ты решился, — хмыкает ее муж Белас.

— А вы сомневались? — вздергиваю бровь.

— Да, не думал, что так рано…

— Ничего не рано, — матушка сразу возражает. — Давно уже пора! Долго я еще императрицей-то буду…

— Ну, и где же твоя невеста? — вздергивает брови Лотоса.

— Ее портрет должны были уже поставить…

— Ваша светлость! Поздравляем… — слышится сразу со всех сторон, как только я подхожу к занавешенному портреты.

— Я хочу представить вам сначала портрет моей избранницы. Надеюсь и она сама не заставит нас долго ждать.

Я махнул рукой, чтоб сняли полотно с портрета за моей спиной.

— Неожиданно как-то! — возглас тети заставил меня обернуться на портрет.

— Что?! Кто посмел его сюда принести! — взревел я уставившись на портрет… Маши.

Она в светло-сером платье и за ее спиной ее дракон… Она… Она…

— О-о-о… — Мой дракон готов был вцепиться в этот портрет.

Я тут же накинул его полотном.

— Но, почему же вы прячете от нас? — сразу раздаются возгласы. — Это так необычно. Сразу и ее светлость и ее дракон…

Матушка смотрю сейчас чувств лишиться.

— Прошу простить меня. Это не тот портрет, — говорю я.

— Где портрет Анемоны?! — рычу я, смотря на Мильтона.

Мильтон аж присел.

— Ваша светлость вы нам велели принести откуда мы взяли… Там еще был… Наверное перепутали потом…

— Ваша светлость! Ваша светлость! — слышу голос управляющего.

Он несет с Эри портрет. Они ставят его рядом с закрытым портретом Маши. Я стаскиваю полотно.

Анемона с распущенными волосами в синем платье…

"Ее глаза! Они, как и мои изумрудные?! Как и у моей тети… Она императорских кровей"?! — мысли не успели задержаться в моей голове.

В этот момент Анемона поднимается по лестницам. Ее матушка ее сопровождает… как всегда замотана в платок…

— Анемона? — вздергиваю бровь.

— Эуэ! — она присела в поклоне.

— Вы… Ты… — я смотрю на нее.

Она в светлой шляпке с вуалью… Платье светлого желтого цвета… Как всегда, очень открытое…

" А на портрете она красивее", — мелькает мысль.

"Глаза открыты", — рыкнул дракон.

Она бросает взгляд на портрет и улыбка сползает с ее лица. Маменька ее застыла на месте…

"Это она на свой или на наличие другого рядом так отреагировала"?

Я махнул рукой и портреты уносят. Один из них должен висеть в холле до самой свадьбы…

— Прошу, — подставляю ей локоть.

— Я представляю вам мою невесту, Анемону… — говорю громко.

Фирс уже разложил документ на маленьком высоком столике… Мы проходим с Анемоной вперед и встаем под небольшую арку из цветов.

— Итак, Эуэ вы согласны объявить о помолвке с Анемоной? — Фирс спрашивает меня.

— Да, — киваю в ответ.

— Анемона и вы согласны стать его невестой? — спрашивает Анемону.

— Да, — отвечает она.

— Тогда скрепите свою помолвку подписью, — берет документ Фирс.

— Прошу невесту, — Фирс протягивает ей бумагу…

Анемона прикладывает руку. Вместо яркой вспышки, почему-то слабое свечение и на листе ее отпечаток лапы…

— Союз считается заключеным. Помолвка состоялась, — объявляет Фирс.

— А? — Анемона смотрит на меня.

— А я уже подписал этот документ, ранее, — улыбаюсь.

— Ты был уверен, что я соглашусь? — Анемона спрашивает радостно.

— А ты могла отказаться? — вздернул я бровь.

— Нет! Я так рада, так рада! — и она вцепилась мне в руку.

Как-то не так я представлял себе помолвку…

"Я тоже"… — ворчит мой дракон.

Нас принялись поздравлять. Анемона светилась улыбкой. Я же как-то не очень хотел улыбаться.

— Извини меня, моя загадка… — говорю я. — Я сейчас вернусь. Узнаю только, что там нам еще приготовили.

Она, улыбаясь, кивает. А я выйдя из круга гостей выхожу в сад.

"Почему же я не рад? Или рад? Я не могу себя понять"… — Поднимаюсь по ступенькам в соседнюю со столами беседку.

— А как зовут прекрасную незнакомку? — слышу голос Рео.

И я вижу их вместе, под руку.

— Маша! Радость наша! — отвечаю.

— Эуэ? А как же твоя помолвка? — Рео смотрит на меня.

— А ты Рео, смотрю, времени зря не теряешь.

— А что? — вздернул брови Рео. — Я, может тоже себе невесту приглядываю.

— Отбор не забудь сначала провести, — смотрю на него.

— Это уже не твоя забота. Ты уже свой провел, — хмыкает Рео.

— Прошу вас Маша, — и он предлагает ей продолжить путь.

— Только учти, Маша в твоем участвовать не станет. — говорю я.

— Это почему же? — Рео вскинул бровь, обернувшись.

— Ну, если только ты не устроишь конкурс на лучший торт! — хрипловато отвечает мой дракон.

— Что прости? — вздернул Рео брови, разворачиваясь ко мне.

— Что слышал! — вздернул я голову.

— Его светлость имел в виду, что я… кухарка… — говорит поспешно Маша…

— Кто? — Рео смотрит на Машу. — Вы шутите, Маша.

— Нет! — восклицает она и убегает.

— По моему ты свой выбор сделал, — Рео смотрит на меня.

— И что? — вздернул бровь. — Маша не моя невеста, но и твоей не будет. Она торты печет.

— И что? — хмыкнул Рео. — Даже если так. Я же еще не жениться ей предложил.

— Еще бы! — восклицаю.

— А что тебе, вообще, за дело до Маши?

Я не ответил. А просто ушел.

— А что мне за дело до Маши? Да, нет мне дела до Маши… — бормочу я.

— Эуэ! — Лотоса с мужем окликают меня.

— Ты куда же ушел, оставив невесту…

— Да куда она теперь денется, — восклицаю я. — Просто мне надо было пройтись. Переволновался, наверное.

— А кто та девушка на портрете? — спрашивает Лотоса.

— Никто…

— Вы тут посекретничайте, я к сыну. — Белас кивает.

— Так кто она? — Лотоса спрашивает. — Она тоже была претендентка?

Я молчу.

— Значит я права. Да иначе бы и ее портрета не было.

— Это не тот портрет, — говорю я.

— Что значит, не тот? — тетя вздернула брови.

— Ее портрет не выставляли… А этот, с ее драконом, я велел нарисовать. Просто увеличить…

— И зачем? — вздернула она бровь.

— Моему дракону понравилась ее драконесса…

— Зачем ты объявил помолвку с другой? — удивляется Лотоса.

— Потому что мне другая нравиться, — смотрю в даль, избегая ее взгляда.

Мы молчим. И в тишине отчетливо слышим чьи-то шаги. Оборачиваемся на идущего.

— А вот и наша незнакомка, — улыбнулась тетя. — Представь нас.

— Это Маша, — говорю я кивая. — А это, ее светлость Лотоса.

— А вы… — Маша выставив указательные пальцу указываю на нас, потом перекрещивает руки и снова разводя, указывает на нас.

— Что это за жест такой? — вздернула Лотоса бровь и повторяя ее жест.

— Вы родственники! — выдала наконец Маша.

— Это означает родственники? — улыбнулась Лотоса. — Да я его тетя. А вы кто?

— Маша. Радость наша, — отвечаю.

— Кухарка я, — вздернула голову Маша, смотря прямо в глаза Лотосы.

— Вот вы где! — раздается вдруг голос Рео. — Матушка… Маша?

Рео вскинул удивленно брови.

— Маша! Куда же вы убежали? Я вас искал, — и он подходит к ней.

— Эуэ тебя невеста ищет, — сказал Рео не глядя даже на меня…

Я не сказав ни слова ухожу…

"Надеюсь Маша пошлет его, как и меня"…

Я отправился искать Анемону. Она стояля со своей матушкой.

— Эуэ! — кидается она мне на шею. — Куда же ты пропал, дорогой…

— Не могу поверить… — бормочу я, — я объявил о помолвке…

— Пойдемте за стол, — говорит Рео. — А то сейчас займут самые лучшие места.

— Простите, — говорю я. — Но я не могу.

— Почему? — смотрят на меня Рео и Лотоса.

— Я правда буду разрезать торты… — говорю я опуская взгляд.

— Извините Рео. Но, я действительно не могу пойти с вами, — и я стараюсь вытащить свою руку из его рук.

— Но вы, в таком случае, не обычная кухарка! — восклицает Рео. — Я уверен.

Он не отпускает моей руки.

— Я вас провожу, как и обещал.

Мы спускаемся по ступеням беседки и идем к столам. У беседки с тортом я останавливаюсь.

— А знаете что! Первый кусок я отрежу вам! — восклицаю.

— Я польщен, — улыбается Рео.

Я вхожу в беседку. Поежилась от прохлады.

"Надо же, столько времени прошло, а в беседке все еще прохладно".

— Что это? — удивленно восклицает Лотоса, входя следом с Рео за мной.

— А это и есть мой торт.

— О, а тут еще один! — женщины тоже заглядывают вслед за нами.

— Он не один? — Рео удивленно вздернул брови.

— Нет. Там в беседках еще стоят, — кивает женщина. — Только там другие.

— А это похоже на…

— Горы, — говорю я. — Это горы и ручей вытекающий из них.

— Вы летали над ними? — Рео сразу спрашивает.

— Нет, — отвечаю.

— А как тогда вы это изобразили? — вздернул он брови.

— Ну…

— Что это? — голос Эуэ заставил замолчать.

— Горы… — говорит Лотоса.

— Откуда ты их видела? Их могут видеть только драконы!

— Сейчас их могут видеть все, — говорю глядя ему в глаза.

— А это есть можно? — голос Анемоны.

Я отступила пропуская ее к торту.

— Да. Тут все съедобное.

— И даже застывшая вода?

— Да…

— Присаживайтесь, — слышу голос Лееи. — Вам сейчас все подадут.

Леея входит в беседку.

— Просят всех пройти к столам…

Гости стали занимать места за столами. Девушки стали разносить салаты…

— Ты молодец, Маша, — Хойя входит в беседку. — Всем все нравиться.

— Надеюсь и на вкус они тоже так же всем понравятся, — говорю.

Хойя выходит, а я остаюсь в прохладе беседки.

"Ну, вот он и выбрал невесту. Так будет правильно. Он и пол жизни не проживет, а у меня не то, что старость придет, я уже и жизнь-то свою давно закончу… Тем более он наследник всей их империи, им наследник дальше нужен. А я же только если в своих снах смогу его видеть"…

— Ну, а теперь давайте попробуем, — голос Хойи вырывает меня из моих мыслей.

Она подходит ко мне.

— Отрезай Маша, — улыбается Хойя и возвращается к гостям.

Я отрезаю трясущимися руками кусок… Леея ту же ложит его на тарелку.

— Маша ты что? — шепчет она мне.

— Да я околела тут уже, — отвечаю ей тихо.

Леея выносит первый кусок.

— Это Рео и Лотосе. — говорю я.

— Кому? — Леея замерла, аж, на пороге беседки.

— Я им обещала. Извини.

И Леея несет кусок им. А я тем временем отрезаю еще один и положив на тарелку несу сама уже Эуэ и Анемоне.

— А это точно можно есть? — Анемона взглянула на меня.

— Конечно, — улыбаюсь.

— А почему первый кусок не мне был? — задает она вопрос, недовольно глядя на меня.

— Потому, что вам… самый лучший достался… — я замолчала.

Потом мы разрезали торт с розами и торт с ягодами. Все были в восторге от тортов. И ко мне стали подходить, спрашивать, что это вообще такое…

— Это наш секрет, — тут же отвечала Хойя оказавшись рядом со мной.

— Но, вы всегда можете сделать заказ, — подмигнула она мне выходя из беседки.

Я кивнула в ответ и чихнула. Снова поежилась от прохлады.

— Ты замерзла?! — удивленный взгляд Эуэ.

"Когда и вошел только"…

— Немного… — призналась не глядя на него и повернувшись к торту лицом, а к Эуэ спиной.

И чувствую как мне на плечи опускается пиджак.

Я поворачиваюсь к нему. Он улыбнулся смотря на меня.

— Спасибо… — растерянно моргаю. — Но…

— Тут и правда все-таки прохладно. У тебя открытое платье… — тихо проговорил он.

— Лучше не надо, — возвращаю пиджак, замечая что еще кто-то входит в беседку. Тут же разворачиваюсь и отрезаю кусок. И повернувшись вставляю тарелку в его руку на локте которой висит пиджак…

— Маша… — Рео входит. — О, Эуэ ты еще сладкого захотел!

Эуэ глянул на него как-то прищурившись, но ничего не сказал и ушел.

А я снова чихнула.

— О, Маша, да ты совсем замерзла, — он тут же накидывает мне на плечи свой пиджак и выводит меня из беседки.

— Зачем ты столько времени там стояла? — спрашивает. — Что кроме тебя некому разрезать было?

— Ну… — я пожала плечами. — Я обещала его светлости, что сама лично буду резать торт у него на помолвке…

Я встречаюсь взглядом с Эуэ… Его взгляд какой-то затуманенный…

— Эуэ, дорогой мой! — слышу возглас Анемоны. — Пойдем, пройдемся перед сном.

И она повисла на его руке. Они уходят. А я поймала себя на мысли, что смотрю им вслед.

— Он тебе нравиться? — спрашивает вдруг Рео.

— Что?! — я уставилась на Рео.

— Я говорю он тебе нравиться, — уже не спросил, а утвердил Рео.

— Вот еще! — фыркнула я. — Этот напыщенный…

— Напыщенный? — вздернул удивленно Рео бровью.

— Конечно. Считающий себя выше других…

— Так он и есть выше других! Он же будущий император! — снова вздернул он бровью.

— Да хоть сам император! — восклицаю. — Но, элементарное уважение к людям должно же быть!

— Хм… — хмыкнул Рео.

— Маша, — Хойя подходит к нам.

Глянула на Рео и пиджак на моих плечах, но ничего по этому поводу не сказала.

— Маша. У нас появились заказы, — говорит. — Я могу тебя увести обсудить?

— Д-да, конечно…

Мы отходим.

— Маша у тебя появляются заказы.

— Много? — спрашиваю.

— Достаточно. Помолвки не только в нашем имении бывают. У нас много знатных дворов. Ты мне вот что скажи, ты сможешь все эти заказы выполнить?

— Конечно. При условии, что у меня будет отдельная кухня и помощницы.

Хойя моргнула.

— Я когда готовила, мешала Леее. Мне вообще пришлось первый торт ночью собирать…

— Ночью… — Тихо проговорила Хойя удивляясь.

— Только не говорите, что я буду по ночам только работать, чтоб не занимать кухню днем! — восклицаю.

Хойя вздернула удивленно брови.

— Я даже не подумала о таком!

— Но, если вы хотите, чтоб вам торты приносили доход, то следует вначале вложиться в бизнес.

— Куда? — округлила глаза Хойя.

— Это называется бизнес. Производство тортов, — говорю. — И чтоб получать потом прибыль, надо вначале вложиться. Судя по тому как уже пошли заказы, вложения себя оправдают.

— Ты права… — говорит Хойя отходя от меня.

И она уходит задумавшись о чем-то.

— Маша. Все хорошо? — Рео подошел ко мне.

— Да.

— Что ее светлость хотела? — спрашивает.

— Секрет ее императорского высочества, — хмыкнула я.

— Мне можно.

— Что можно? — моргаю глядя на него.

— Я ее племянник.

— Тото вы похожи с Эуэ… — вырвалось у меня.

Рео вздернул бровь.

— Моя мать и его отец родные брат и сестра.

— Так и ты мог быть наследным императором? — растерянно спрашиваю.

— Я? — удивился Рео. — Нет конечно! Наследуют только мужчины.

— Но, ты же мужчина! — моргаю я.

— Да, но не мой отец императорской крови, а мать, — усмехнулся он.

— Прости… — пробормотала я.

— Да за что? — снова вздернул он бровь. — Интересная ты… Загадка, а не девушка.

— Не называй так меня! — тут же восклицаю.

— Почему? — смотрит он мне прямо в глаза.

— Я обычная земная девушка… — бормочу я. — Во мне нет никакой загадки.

— Интересные слова… Обычная земная девушка…

— Ну что ж, обычная земная девушка, разрешите мне составить вам компанию в прогулке перед сном.

— Э… — все что смогла ответить я.

А Рео подхватил меня под руку и повел по саду.

— И почему ты сказала мне при встрече, что ты тут впервые? — спросил он.

— Э… Ну… Э… Не хотела признаваться…

— Эуэ-то тут причем? — остановился он.

— Эуэ? — смотрю растерянно.

— Да. Ты только что произнесли его имя.

— Э… — до меня доходит, что он просто мои невнятные мычания принял за имя Эуэ.

— Просто я не его имя имела в виду. Это я так… э… ну… говорю, когда не знаю точно ответ на вопрос.

— Так в чем ты не хотела признаваться? — мы снова продолжили путь.

— Видете ли, тут не все так просто. Вам лучше узнать у Хойи.

— У кого? — его брови взлетели вверх.

— У ее светлости, — исправляюсь тут же я.

— Ты называешь ее по имени? Так запросто как меня? И после этого ты говоришь, что ты обычная?

— Так получилось… Я на службе у ее светлости… — я не знаю как оправдаться.

— Не спрашивайте меня, пожалуйста, больше не о чем, — прошу глядя в его глаза.

В них прорисовался вертикальный зрачок. Я замерла.

"Надеюсь он в дракона не обратиться"…

Рео моргнул, но глаза не поменялись, наоборот стали еще более драконьими. Они внимательно рассматривали меня.

— С вами все хорошо? — пробормотала я.

— Да. Определенно… — чуть хрипловато ответил он. — Вы мне подходите.

— Что простите? — уставилась я в его глаза.

А он шагнул ко мне и припал губами к моим губам. Я попыталась отпрянуть от него. Но, вырваться из стальной хватки, казалось самого дракона, я не смогла.

Хруст веток кустов заставил Рео разжать свои объятия и я тут же вырвавшись из его хватки, убегаю…

Сердце колотиться в груди, отбивая бешеный ритм. Я стою прислонившись к холодному камню беседки. Пиджак слетел с меня. А даже не знаю и где. А вокруг сгущаются сумерки.

— Маша, — слышу голос у самого уха.

— Кто здесь? — вскрикнула испуганно.

— Я, — Чернуша зависла перед моим лицом.

— Чернуша, — обнимаю, прижав ее к своей груди.

— Ты чего тут? — спрашивает она. — Кто тебя напугал.

— Дракон, — отвечаю я. — Проводишь меня домой?

— Конечно, — Чернуша лизнула меня в щеку.

И мы пошли к дому. Чернуша меня направляла легко ориентируясь в темноте. А что бы я не замерзла она укрыла меня своими крыльями немного увеличившись в размере.

Я сижу в теплой воде, а Чернуша сидит на краю деревянной ванны.

— И что так лучше согреваться? — с сомнением спрашивает она меня.

— Конечно. Я так вся прогреюсь в теплой воде и не заболею.

— А долго сидеть? — Чернуша смотрит на меня.

— Ну, не знаю… — опускаюсь глубже в ванну.

Вода попадает мне в уши и я высовываюсь, тряся головой. Голова при этом закружилась.

— О-о-о…

— Ты что? — сразу спрашивает Чернуша.

— Че-то мне не хорошо…

Чернуша тут же выхватывает меня из ванны и несет на кровать. Я заворачиваюсь в одеяло.

— Лучше, лучше… — ворчит Чернуша. — Ничего не лучше. Лучше так…

И она накрыла меня снова своими крыльями.

-

Проснулась от того что кто-то стучит в дверь.

— Да… — поднимаюсь кутаясь в одеяло.

— Маша, — Эри стоит на пороге. — Доброе утро.

— Доброе, — киваю.

— А ты чего так? — Эри удивляется.

— Да вчера видимо переутомилась… — отвечаю. — А ты-то сейчас от меня чего хотела?

— Да я узнать как ты. Вчера вечером заходила, а ты видимо уже спала…

— А что? Что-то интересное произошло? — усмехаюсь.

— А ты откуда знаешь? — Эри смотрит удивленно.

— Я? Да я ничего не знаю. А что случилось-то?

— Да в том-то и дело, что наоборот не случилось, — хихикает Эри.

— Чего-то я тебя не поняла, — сажусь на край кровати.

— Так все думали, что его светлость с ее светлостью-то вместе сразу жить станут, а они так и есть отдельно.

— И что? Помолвка ведь не свадьба, — удивляюсь.

— Ой, да свадьба, это формальности все. Просто еще один раз все соберуться и все.

— Ну, не знаю… — хмыкаю я. — У вас конечно тут свои правила, но…

— Что, но? — Эри смотрит на меня.

— Так Анемона, наверное, должна была переехать в мою комнату. Тут же дверь меж комнатами. А я ее не освободила еще…

— Ой. И точно… — Эри прикрыла ладошкой рот.

— Так надо мне собрать вещи и переехать… — подскакиваю я.

— А куда? — Эри смотрит на меня.

— Э… Ну… Э… Я не знаю… — растерянно опускаюсь опять на кровать.

— Так давай, одевайся и пойдем к ее светлости. Она все решит.

— Да не удобно как-то… — говорю.

— Ага, а молодых по разным комнатам удобно было на ночь оставлять! — хихикает Эри.

— Да я ж не знала! — подскакиваю придерживая одеяло.

— Да могли бы мне и сказать! — расхаживаю взад-вперед по комнате.

— Да всем не до этого было.

— Надо сначала Леее сказать, — решаю наконец я.

-

Мы с Эри входим в кухню.

— О, Маша, Эри. Доброе утро, — Леея уже во всю готовит.

— Все накрыли… — Мора входит в кухню.

— Привет, — киваем мы ей.

— Привет, — улыбается она. — Ты опять торты печь станешь?

— Нет… Тут таке дело… Леея как думаешь мне комнату-то поменять наверное надо… — я замолчала.

— Комнату? — Мора удивляется.

— О-о-о… — Леея замерла. — Ты же живешь в комнате будущей… — она замерла.

— И что теперь? — спрашиваю. — Что мне будет?

— А тебе-то что должно быть?! — вздернула брови Леея. — Тебя туда поселили ведь. Не ты сама заняла. А то, что не переселили, так то не твоя вина. Должны были вообще-то тебя предупредить…

— О чем? — голос Эуэ заставил вздрогнуть.

Мы все уставились на него.

— Так о чем тебя должны были предупредить? — повторяет он свой вопрос холодно смотря на меня.

— Комнату освободить… — протянула я.

— Что?! — вздернул брови Эуэ.

— Так комната-то моя же…

— Вот именно, твоя! — холодно обрывает меня Эуэ. — Твоей и останется.

— Но… — я растерялась.

— Мои решения никто не оспаривает, — выдал он и вышел из кухни.

— Э… А… как же… — растерянно бормочу я. — Анемона…

— Завтрак на двоих в мою комнату, — появился он снова на пороге и ушел уже окончательно.

— Хм… — хмыкнула я. — А вот вам и ответ…

— Девочки за работу, — тут же восклицает Леея.

— Я ушла… — Эри говорит.

— Увидимся еще, — киваю я.

— Завтрак понесешь ты Мора, — говорит Леея.

Я благодарно киваю ей.

— А теперь давайте побыстрее. У нас народу очень много. И еще пару дней так будет.

— А что помолвку три дня празднуют? — спрашиваю удивленно.

— А как же. В первый день знакомство и подписание договора. Во второй — бал. А на третий уже она окончательно признана законной невестой и будущей женой.

— А… торты-то… — я замолчала.

— Что торты? — смотрят на меня Леея и Мора.

— Так их же нет на оставшиеся-то два дня.

— А надо было? — вздернула брови Леея.

— А что гости первый день поели, а на второй уже и не будет?

— Так не велели ж… — Леея растерялась.

— Так я просто не знала, что три дня празнуют! — восклицаю. — Знала б, по торту в день выдавала, а не все сразу!

— А мы успеем испечь снова? — спрашивает Леея.

— Ну, если только не такие большие… — говорю я.

— Тогда давай, приступай, — кивает она.

— А как же вам помогать…

— Да мы пока справляемся.

— А можно тогда твои зефирные розы… — смотрю на Леею.

— Конечно, — кивает она.

И я принялась опять за приготовление…

На этот раз я делаю торт "Пень" и торт с зефирными цветами забрав у Лееи все ее зефирные розы. Ничего другого я не придумала. Ганаш у меня остался и поэтому торт "Пень" это первое, что пришло мне в голову. Крем из сгущенки и темные коржи идеально для "Пня". А для второго торта выбираю светлый бисквит и сливочный заварной крем.

— Жаль мастики нет… — бормочу я.

— Чего? — Мора спрашивает.

— Ну, это такая сладкая масса из которой лепят разные фигурки. Я хотела на пне вылепить зверька…

— А вот это, что такое зеленое? — Леея достала миску с зеленым бисквитом, что остался у меня от вчерашнего торта. — Это нужно еще?

— О, это мне как раз пригодиться! — восклицаю я.

-

— Что это? — Хойя стоит у стола разглядывая мой торт.

— Это торт "Пень", — отвечаю. — А это еще не собранный торт.

И я указываю на торт который еще только начала собирать…

— А почему вы мне не сказали, что празднество три дня? — задаю я вопрос ее светлости.

— Я думала ты знаешь… — хмыкнула Хойя.

— Откуда?! — вздернула брови.

— Ну, ты же вот сделала, — указывает Хойя на торт. — Правда он не такой большой, как вчерашний…

— Конечно! Я ж не знала. И бисквит заранее не выпекала. Потому и маленький. Он быстрее печется…

— Ладно, — махнула рукой Хойя. — Несите.

Появившиеся парни подхватывают готовый тор и уносят. Хойя уходит вслед за ними.

— А если б я вообще ничего не сделала? — стою я у стола с лопаткой в руке.

— Была бы виновата? — смотрю на Леею.

— Ну, себя ее светлость виноватой точно считать не стала бы, — хмыкнула Леея.

— Пипец… — выдала я.

— Что? — Леея и Мора смотрят на меня.

— Ругаюсь. Вот что, — отвечаю я промазывая торт кремом.

— Ладно, — говорю. — Торт сам себя не сделает.

И я продолжаю далее делать торт.

— Значит на завтра тоже надо будет торт… — бормочу я сидя на стуле.

— Да ты поешь лучше, — Леея ставит передо мной тарелку. — Весь день голодная.

— Ну, не весь… Я пробовала крем, когда готовила. К тому же я еще и розочку твою зефирную одну сама съела, — улыбаюсь я. — Но, спасибо, не откажусь.

И я с удовольствием съела все и еще добавки попросила.

— А на завтра мы конфеты сделаем, — говорю я отставляя в сторону тарелку.

— Конфеты? — Леея вздернула брови. — Это как вот мы с тобой ягоды в шоколад макали.

— А точно! — восклицаю. — Ягоды и фрукты в шоколаде просто можно сделать.

— Откуда все это в твоей голове, — качает головой Леея. — Только удивляюсь на тебя.

— Да я просто увлекалась шоколадом. Я ж говорила. А торты… Торты просто мне нравиться их украшать.

— Ну да, красиво… — Мора кивает. — Пень-то вон как настоящий, хоть и с цветами.

— Ну, все таки праздник. Да и мастики нет. А розы имелись…

Я вздыхаю.

— Я бы и сама от тортика не отказалась сейчас…

— Вы что-то хотели? — Мора вдруг спрашивает.

Я поворачиваю голову на вход в кухню. Там стоял Рео.

— Рео? — удивленно вздернула брови. — Что вы тут делаете?

— Я вас искал, — отвечает он. — И нашел.

— Зачем? — смотрю на него.

— Хотел пригласить вас на сегодняшний бал, — улыбается Рео.

— Что?! — я аж вилку уронила на пол от неожиданности.

— Пригласить на бал, — говторяет Рео. — Я же могу это сделать?

— Н-незнаю… — уставилась я на него.

— Что не знаете? Могу ли я это сделать? Или вы мне отказываете?

— Да нет! Я не знаю можно ли вам это? — отвечаю растерянно.

— А кто мне может запретить? — вскинул он бровь.

— Ну… Э… — я замолчала.

— Так вы согласны… — Рео не договорил.

— Конечно она согласна! — голос Хойи звучит за его спиной.

И Хойя проходит на кухню.

— Но… — смотрю на нее. — Я же просто кухарка…

— Ты у нас не просто кухарка, — хмыкнула Хойя. — И я думаю вложиться в твой бизнес.

— Про что это вы тетушка? — вздернул брови Рео.

— Я о том что Маша у нас будет очень известна, как и портниха Дракоу.

— А это кто? — спрашиваю я моргая.

— Это с ее накидки ты тогда мех куся оторвала, — улыбнулась Хойя. — Она, кстати, к тебе самая первая подходила по поводу торта.

— Поэтому ты можешь ее пригасить и она может согласиться, — кивает Хойя Рео.

— Но… — я не знаю, что сказать.

— Я, кстати, по этому и пришла, — Хойя усмехнулась. — Просят чтоб ты присутствовала на балу.

— Но зачем? — удивляюсь я.

— Известные люди должны быть известны, — ответила Хойя и вышла из кухни.

— Так вы согласны? — Рео подходит ко мне ближе.

— А…

— Да! — обрадовался Рео. — Что ж я буду вас ждать.

И он поклонившись вышел из кухни.

— Что это сейчас было? — удивленно спрашиваю.

— Тебя на бал пригласили, — тихо говорит Леея.

— Да я не об этом. Я про ее светлость…

Я стояла у окна в своей комнате и смотрела на качающихся на качелях. Кусь ползал у кромки пруда и его гладили проходившие мимо женщины и девушки.

"Совсем как домашний пес… Да, народу много собралось на помолвку. А интересно, а бал где будет проходить? И какая у них тут музыка? Я вообще никакой не слышала еще"…

— Да, на бал бы было здорово попасть… Посмотреть что и как. Интересно ведь все таки. Никогда не была на балах, — бормочу уставившись в окно.

— Так сходи и посмотри, — раздается голос Чернуши.

— Чернуша! Ты тут? А как же свет? — удивляюсь.

— Так я никуда и не улетала… — вздохнув, проговорила она вылезая из подушек. — Не успела просто…

— Прости, пожалуйста, — подхожу к ней. — Ты голодная осталась из-за меня.

— Да нет, не из-за тебя. Драконов тут у вас нынче много собралось. Опасно мне летать-то…

— А как же… — я растерянно смотрю на нее. — А кровь тебе пить разве не надо?

— Почему не надо? — вздернула она свои бровки.

— Так ты что?! У драконов? — ахнула я.

— Что у драконов? Кровь-то, что ли? — Чернуша почесала задней лапой ухо. — Нет конечно! Она у вас не вкусная.

— Э… А… — я моргаю.

— Да ты не переживай. Я ж могу ее не пить несколько дней. Мне от этого хуже не становиться. Я уже проверяла. Я несколько дней могу вообще ничего не есть и не пить.

— А ты разве помимо крови еще ешь что-то? — удивляюсь я.

— Ну да. Ты же тоже и ешь и пьешь. И я так же. Просто вы пьете не кровь как мы, а воду или чего там.

— Напиток… — машинально говорю.

— Так что, со мной все в порядке.

— Ну что ж, поверю на слово, — улыбаюсь.

— Так ты пойдешь на бал? — склонив мордочку на бок, спрашивает Чернуша.

— Хочется, если честно. Но…

— Что, но? — спрашивает сразу Чернуша.

— Но, Рео… — вспоминаю его поцелуй. — Не хотелось бы давать ложной надежды. Да и я не знаю в чем пойти, — призналась я.

— У тебя разве нет платья? — вздернула брови Чернуша.

— У меня их всего два парадно-выходных, — говорю я. — Одно я уже надевала…

— Значит одень второе.

— Но, оно с рукавом. А вдруг там жарко будет в таком.

— Ну, одень открытое.

— Нет. Я в нем вчера была… Если только… веер взять. Точно. Я веер возьму, — я улыбаюсь.

Слышен стук в дверь. Чернуша тут же прячется между подушек.

— Да, — говорю я.

Эри входит в комнату.

— Ты не собираешься разве на бал-то? — спрашивает.

— Почему?

— Так не одеваешься и с косой еще стоишь.

— Точно! — восклицаю. — Волосы же надо уложить.

— Вот я и пришла помогать тебе.

— Спасибо.

— А волосы надо обязательно все наверх убирать или нет? — спрашиваю я.

— Да кто как хочет, — пожала плечами Эри. — Тебе как сделать-то?

— Да я не знаю даже. Как лучше с платьем то будет смотреться?

— А платье серое?

— Да…

— Садись, — говорит Эри.

Я уселась в кресло перед туалетным столиком. Эри расчесав мои волосы собирает их в большой хвост на затылке и начинает мелкими прядками накручивая на пальцы делать кольца из волос, прикалывая потом к голове…

— Где ты столько заколок-то набрала? — спрашиваю я.

— Так я знаю же, что у тебя волос-то много. Вот и принесла с собой. Да ты не переживай. Их не видно будет.

— А у нас волосы завивают, — говорю я. — Потом только укладывают.

— Да? А я их и так кольцами уложу, — и она посыпает на мои волосы из коробочки.

Как тогда маменька Анемоны ей на голову высыпала блестки… Мои волос поблескивают, а Эри уже крутит следующие прядки…

— Ух ты! — восклицаю я когда прическа была готова.

— Как в лучшем салоне красоты. У тебя талант, — говорю я Эри.

— Ну, мне нравиться просто волосы заплетать и укладывать… Времени только жаль свободного нет, чтоб все пробовать…

— А ты кому угадываешь волосы? Хойе?

— Я-то? Нет конечно! Никому я не укладываю. Так себе перед сном иногда и тут же распускаю… — засмущалась Эри.

— Да ты что! У тебя явный талант! — восклицаю. — Посмотри как мне уложила! Прям как у невесты… Ой!

— Не! — говорит Эри. — У тебя лучше.

Мы рассмеялись…

Слышен стук в дверь.

— Да.

Мильтон открывает дверь и мнется на пороге.

— Мильтон, да проходи. Что ты хотел? — говорю я все еще сидя в кресле.

— Тут вот его светлость Рео, вам прислал… — и он протягивает что-то блестящее.

— О, заколка! Красивая какая, — восклицает Эри. — А давай-ка мы ее вот сюда приколем.

И она закалывает мне ее на боку моей прически.

— Шикарно, — выдаю я.

— Как? — Мильтон спрашивает.

— Красиво, — говорю. — Спасибо передай его светлости.

— Ага… — и Мильтон уходит.

— А тебе как раз к платью подойдет. Камни серебром отливают, — любуется заколкой Эри.

— Ну и хорошо. А куда вообще идти-то надо? Я ведь не знаю, где у вас балы-то проходят.

— Так Рео за тобой зайти должен.

— Как зайти? — подскакиваю я. — Я ж в комнате-то… Мне не положено в ней же, по правилам-то… И он знает в какой я комнате?

— Думаю нет, — качает головой Эри. — Иначе бы сам принес заколку.

— Давай я его лучше в холле встречу, — говорю я.

— Тогда давай одеваться быстрее, а то скоро уже начало бала.

Я вынимаю веер из столика.

— Ну, как я буду смотреться? — спрашиваю Эри, раскрывая веер.

— Отлично. Только веером вообще все прикрыла.

— Да и чудненько. Нечего заглядываться-то кому не попадя, — отвечаю.

Эри хихикает.

— Ладно пошли, — кивает мне.

Мы выходим из комнаты и спускаемся по лестнице. В холле уже вижу Рео. Он тоже замечает меня и спешит ко мне.

— Отлично повеселиться, — шепчет мне Эри и убегает поклонившись Рео.

— О-о-о… — Рео застыл с протянутой ко мне рукой.

— Что-то не так? — растерялась я.

— Вы прекрасны еще больше, чен на картине! — выдал он мне.

— Где? На картине? — и я вспоминаю что меня в этом платье рисовал художник…

"Значит Рео видел его картину… А может и не он один… А я даже не знаю как я там и выгляжу"…

— Черт… — вырывается у меня.

— Что простите? — удивленный взгляд Рео.

— Ничего… — смущенно опустила я глаза.

"Ну вот же… Ну Маша, вечно ты со своими словечками", — одергиваю я сама себя.

— У меня просто нет слов. Я просто растерялся даже… — тем временем говорит Рео.

— Растерялись? Почему? — вздернула удивленно бровь.

— Вы такая, такая…

— Маша?! — удивленный возглас Хойи.

Мы с Рео оборачиваемся. Хойя и Лотоса стоят вместе наверху лестницы. Они тут же спускаются к нам.

— Маша ты… — Хойя оглядывает меня.

— К-хм… — Лотоса смотрит прищурив глаз. — А тебе очень идет наша родовая заколка.

— Что? — я растерянно оглядываюсь на Рео.

— Да, я подарил тебе нашу родовую заколку. И она тебе очень к лицу.

— Да… — пробормотала Хойя. — В такой прическе…

— Не знала что у вас есть такая мастерица, — хмыкнула тем временем Лотоса. — Но, почему она тебе так же не уложила волосы?

И Лотоса уже смотрит на Хойю.

— Да у ее светлости очень красиво уложены волосы, — тут же говорю я. — А если розу еще в волосы вставить, вообще шикарно будет…

И я прикрыла рот веером.

"Ну вот кто меня за язык тянул"?

— А возможно ты и права, — хмыкнула Лотоса.

— Пошли в сад за розой, — дернула она Хойю за руку.

Хойя одарив меня непонятным взглядом уходит вслед за Лотосой.

— Зря я наверное так сказала… — смотрю им в след.

— Вовсе нет, — улыбается Рео. — Вообще поражаюсь просто твоим словам и твоим делам. Откуда все это в твоей прекрасной головке?

— Ты не первый кто задает мне этот вопрос! — улыбаюсь я.

— Да? И кто же тот первый кто его задал? — Рео осмотрит прямо мне в глаза.

— Леея, — отвечаю.

— Леея? А это кто? — вздернул он бровь.

— Это, как и я, кухарка их светлостей, — отвечаю перестав улыбаться.

— А почему улыбка сразу пропала? Мы идем на бал! Там положено улыбаться. Ты будешь самой красивой на сегодняшнем балу.

— Ну, это вряд ли, — хмыкаю. — Анемоне положено, сегодня, быть самой красивой.

— Ради всех драконов! — восклицает Рео. — На Анемону уже никто и смотреть сегодня не будет! Она уже почти замужем. А вот ты, очень завидная и красивая невеста.

И Рео протягивает не свой локоть. Я подхватываю его и мы идем на бал.

Мы проходим длинным коридором. Он широкий, со множеством окон с обеих сторон. Такое чувство, что мы проходим по прозрачному туннелю, за которым видны огромные кусты роз всевозможных розовых оттенков. Я иду, разглядываю все это, через стекла окон.

— Какая красота, — говорю я кивая на розовые кусты за окнами.

— Да, моя тетя любит розы, — кивает мне Рео.

— Твоя тетя? Ее светлость Хойя твоя тетя? — удивляюсь.

— Да. Моя мать же родная сестра ее мужа. Ты забыла? — спрашивает он приподняв одну бровь. — Я же уже говорил об этом.

— Возможно, но со всеми этими тортами могла и забыть, — говорю я.

— Надеюсь более тортов никаких не будет, — вздернул он брови.

— Почему это? — я аж встала от удивления.

— Да потому, что пора вашу, как там ее, Леею, уже готовит все научить, — отвечает Рео.

— Нет, что ты! Леея же не кондитер. Она просто кухарка…

— Кондитер? Ты кондитер? — удивляется Рео. — А кто это?

— Ну… это человек который только тортами занимается.

— Ты определенно девушка загадка, — улыбается он.

— Не называй меня так! — тут же восклицаю. — Я простая земная девушка.

— Да… Простая… Земная… — Рео улыбнулся. — Странные слова. Но я помню их.

— Ну… — я смутилась.

— Ну, что ж простая, земная девушка, прошу вас пройти со мной на бал.

Я улыбнулась.

— Понимаю теперь тетю, — тихо хмыкнул Рео когда мы продолжили путь.

— Что?

— Пошли. Нас ждет бал! — он улыбается мне.

— Пошли, — улыбаюсь ему я.

И вот мы перед высокими, массивными дверями. Они тут же распахиваются перед нами и мы входим в светлый зал, полный народу.

— Его светлость Рео со спутницей, — слышен громкий голос Мильтона.

И он немного склонился в поклоне пропуская нас в зал. Зал был огромен! Большие, высокие окна с портьерами и огромные, в полный рост, зеркала в резных рамах… Все притягивало мой взор. А мы притягивали взоры всех тех, кто находился в зале. А может быть только я? Все дамы были в бальных платьях с очень открытыми декольте и очень широченными подолами. Сверкавшие на них ожерелья, ослепляли. Потому я была как белая ворона, среди этого великолепия. Мое платье было без подъюбников, более закрытое и с рукавом… Не успели мы пройти вглубь зала как раздается голос Мильтона: "Его светлость наследник императора с невестой!" Все кто был в этом огромном зале склонили немного головы…

— А нам тоже кланяться надо? — шёпотом спрашиваю я, наклонившись немного к Рео.

— Вот еще! — тихо фыркнул он. — Я же тоже императорский наследник, если верить твоим словам.

Мне вдруг стало жарко… Я вздохнула. Может это от того, что Рео близко наклонился ко мне, почти задев своими губами мое ухо? Или…

"Не хватает еще только, для полного счастья, что б Эуэ рядом с нами встали". И я раскрыла веер. Думая так про себя, обмахиваюсь им и прислушиваюсь к шагам за спиной. Шаги затихли рядом с нами.

— Может представишь нам свою спутницу Рео, — слышу веселый голос Эуэ за своей спиной.

Я машинально оборачиваюсь на голос.

— Маша?! — такое чувство, что Эуэ аж воздухом подавился.

Глаза Эуэ округлились, а у Анемоны вытянулось лицо…

— С удовольствием, — тут же восклицает Рео. — Представляю вам мою невесту Машу!

— Что?! — вырвалось у меня на пару с Эуэ.

— Как невесту? — глаза Эуэ округлились еще больше.

— Так, мою невесту, — повторил Рео.

— Она не может быть твоей невестой! — восклицает Эуэ.

— Почему же? Очень даже может! У нее в волосах наша родовая заколка. Она приняла ее, тем самым подтвердив свое согласие стать моей невестой.

— Да, у нее в волосах наша родовая заколка, — слышу голос Лотосы.

— Но она же… — Эуэ моргает.

— Маша не простая драконесса, она с редким даром кондитера, — продолжал тем временем Рео. — И я рад сообщить всем, что у нас в скором времени будет помолвка.

— А… — я опешила.

— А ее портрет! — восклицает Эуэ.

— А портрет ее все уже видели. И как раз в этом самом платье, — слышу снова голос Лотосы.

— Это не тот портрет, — рычит Эуэ.

— Возможно другой тебя устроит, — восклицает Рео.

— Портрет! — слышен голос Мильтона.

И тут же вносят портрет, прикрытый полотном. Рео сдергивает ткань и всем открывается мой портрет в белом платье, подол которого спадает еле видимыми складками, закрытый верх расшитый белым жемчугом. Волосы уложены в прическу с белой розой в волосах… И белые вершины гор за моей спиной.

— Но… — я уставилась на портрет.

— Необычно, — голос Лотосы. — Как интересно рисует ваш рисовальщик. Или это у вас так заведено?

Лотоса смотрит на меня. Я моргаю от растерянности. И разглядываю удивленно свой портрет.

"Он же рисовал меня в этом самом платье, что на мне"! И тут же вспоминаю, как я с художником в первый день своего попадания сюда, познакомилась…

"Вот откуда белое платье. Но горы! Как на моем торте"…

В зале повисла тишина.

— А ваш рисовальщик мне явно нравиться! — возглас Лотосы разорвал тишину.

Хойя застыла явно в шоке.

— Но, отбор! У тебя не было отбора! — звучит голос Эуэ.

— Он мне не нужен! — хмыкнул Рео. — Ни одна из находящихся здесь девушек не сможет приготовить торт. Только Маша обладает таким, редким, даром как кондитер.

— Она мне определенно нравиться, — говорит Лотоса.

— Я рад объявить о предстоящей помолвке моего сына, — тут же говорит мужчина, что стоит рядом с Лотосой.

— Она состоится сразу, как только мы прибудем в наше имение, — подтвердил Рео.

— Надеюсь их свадьба не будет в тот же день, что и наша, — взвизгнула Анемона.

— А что это хорошая идея! — подмигнул Рео. — Почему бы и нет! Наша помолвка уже скоро.

— Что?! — восклицает мы вместе с Эуэ.

— Я отправил соответствующие распоряжения. Она состоится сразу как мы прибудем в наше имение. — говорит Рео.

— Но наша свадьба… — Анемона восклицает.

— Нет! — рявкнул Эуэ. — Их свадьба не будет в один день с нашей Анемона.

— Да уж, Рео! — восклицает пришедшая в себя Хойя.

Она кажется только отошла от шока.

— Сначала свадьба наследника императора! А потом уже и ваша… — говорит она твердо.

— Хорошо. А сейчас музыку… — улыбается Рео.

И над залом разносится музыка…

— Арфа?! — вздернула я в изумлении брови.

— Ты и в музыкальных инструментах разбираешься? — Хойя удивленно смотрит на меня.

— Я ж говорю, она мне определенно нравиться, — улыбается Лотоса.

Я ничего не успела ответить, так как Рео подхватил меня и закружил, под музыку, по залу… Я вцепилась в него от неожиданности… Голова сразу закружилась и я сильнее прижалась к нему, чтоб вообще не упасть. Гости стали расступаться, освобождая нам середину зала…

Больше книг на сайте — Knigoed.net