Для среднего школьного возраста

Случилась эта история в стародавние времена, в краях далёких, в местах тёмных... Никогда ещё в Киевском княжестве такого не видали! А началось всё со Змея Горыныча – уж он-то всем известен! Огромные мощные крылья и три головы – и у каждой свой характер! На всех парах Горыныч перелетал с оврага на опушку, оттуда – на луг и на берег шустрой реки. Он за кем-то гнался: то тут, то там шелестела трава. Наконец Змей, запыхавшись, настиг убегавшего и накрыл его своими лапищами.

Правая голова Горыныча расплылась в улыбке и выдохнула:

– А-ах, какой славный!

– Тю-тю-тю-тю, – засюсюкала голова посередине.

– Лапусёночек, – кивнула левая.

И все три морды уставились на крошечного фиолетового динозаврика с жёлтым пузиком. Подхватив его, Горыныч взвился в небо.

«Постойте, – скажете вы. – Откуда ж на Руси динозавр взялся? Чудеса какие-то!»

В том-то и дело, что чудеса...

Слушайте нашу сказку – да удивляйтесь!

В это же время на полянке наслаждался жизнью говорящий конь Юлий, герой многих битв и сражений, мудрец и философ. Отдых был лишь малой наградой, которую он заслужил после всех своих приключений. Лёжа на травке, он грыз соломинку, смотрел из-под панамки на голубое небо и бормотал:

– Хорошо-то как! Птички поют, травка шелестит, солнышко... – Не успел он договорить, как кто-то окликнул его тихим голосом:

– Юлий Цезаревич!

Конь повернул голову и увидел мужика с косой. Их разделял лабиринт из верёвок, натянутых на колышки.

Юлий моргнул и продолжил:

– Солнышко... А что солнышко? – Он сплюнул соломинку и с досадой проговорил: – Ну вот, сбил меня! – Приподнявшись и сдвинув панаму на макушку, конь недовольно спросил мужика: – Чего ты хотел?

– Может, мне и рядом с колышками траву скосить? Она вроде тоже сочная, – сказал он.

По правде говоря, трава была везде одинаковая, но Юлий вскипел от негодования.

– Нет! – Он подбежал к мужику и указал копытом на запутанный лабиринт из верёвок. – Сказано – косить только там, где я наметил!

Мужик тяжело вздохнул. И почему некоторые так усложняют жизнь?

Юлий недовольно упёр копыта в бока.

– Между колышками самая сочная. Самая! – упрямо твердил он. – Я лично прове... – Сегодня явно был не его день. Он снова не договорил. А всё потому, что в небе, словно стрела, пролетел Горыныч. Так быстро, что у Юлия с головы даже панама слетела.

– Эй, ты чего?! – погрозил конь вслед Змею.

Мужик, приложив ладонь козырьком ко лбу, проследил за полётом Горыныча:

– Красиво пошёл...

– Красиво! – передразнил его Юлий, поднимая панаму. – Вообще-то Князь запретил ему в городе летать! Так что я, пожалуй, доклад сделаю. Вон, шляпа вся испачкалась!

Мужик недовольно покосился на Юлия и принялся за работу. А то ещё и на него докладную напишет!

– Так он же не в городе, – осторожно заметил мужик. – Он к Тихону полетел.

– К Тихону? – удивился Юлий.

– Ну да, – протянул мужик, размахивая косой. – Тихон вон за той опушкой живёт. Окромя него, здесь нет никого.

Юлия охватило любопытство: что же такого случилось, что Горыныч на всех парах помчался в гости? И почему ему не доложили?

– Ты тут работай, а я на всякий случай Тихона проведаю, – сказал он косцу. – Но помни: косить можно только между колышков! Вернусь – проверю! – И с этими словами он рванул к лесу.

Мужик недовольно посмотрел ему вслед, плюнул и вновь заработал косой, не обращая внимания на колышки. Сено – оно и есть сено!

А тем временем в саду у домика Тихона собрались за столом сам хозяин, Бабуля да Горыныч. Втроём они смотрели, как маленький фиолетовый динозаврик лакает молоко из глиняной миски.

– Мы всё думали: что делать? Молока-то нет! – посетовала центральная голова.

– Да-а, – протянула левая. – Мы его не пьём совсем.

– Лактозу не переносим, – объяснила правая.

– А он плачет, бедняжка, – вздохнула левая, голос был полон жалости. – Есть хочет! Вот мы и к вам, за молоком...

И Горыныч развёл руками.

Все с умилением наблюдали за динозавриком. Сделав несколько глотков, он поднял головку и крякнул от удовольствия.

– Ох ты ж, божье создание! – сложила руки на груди Бабуля.

И тут из-за плетня раздался голос:

– Иго-го себе!

Юлий не мог поверить своим глазам. Неужто у Горыныча потомство появилось?

– Ну, Горыныч, ты даёшь! Женился, что ли? И кто у нас мама?

– Да что ты несёшь, Юлий! – отмахнулась Бабуля. – Какая мама? Это ж динозав! – Она повернулась к Тихону и шёпотом спросила: – Я верно сказала?

– Верно, – солидно подтвердил Тихон.

– Чудеса-а! – протянул Юлий и подошёл ближе к диковинному существу. – Настоящий динозавр?! А я издалека и не разглядел!

– Динозав, динозав... – закивала Бабуля.

– Но разве такое возможно?! – удивился Юлий. – Откуда он тут?!

– Да, Горыныч, откуда он взялся такой? – спросил Тихон.

Горыныч ненадолго задумался, а потом его правая голова принялась объяснять:

– Да мы сами толком не поняли. Воздух вдруг задрожал, земля вздрогнула, а потом – раз! – и вот уже рядом бегает детёныш! – Змей посадил динозаврика на свою лапу, и тот, свернувшись, закрыл глазки и стал засыпать.

– Это из древности его к нам закинуло, – заявил Тихон.

– Из древности?! Как это?! – ахнул Юлий. – Неужели в древность попасть можно?

– Старики, помню, рассказывали о таких случаях, – кивнул Тихон. – Поговаривали, что есть на свете Пуп Земли – выглядит как яма, а на самом деле ворота в древний мир. Кого-то внутрь засасывает, а кого- то оттуда выкидывает...

Глаза Юлия засияли.

– И где он, этот Пуп Земли? – с восторгом спросил он. Новость его не на шутку взволновала. Это ж какое открытие можно сделать! Прославиться на весь мир!

– Да тут недалеко, – сказала левая голова. – На восьмой версте. Где после поворота наискосок роща берёзовая. Там ещё земляники много. Очень вкусная.

– Мы из неё на зиму... – начала было мечтательно правая голова, но Юлий её перебил:

– Горыныч, потом про землянику!

– Яма была, – подтвердила центральная голова. – Но мы не видали, чтобы туда кто-нибудь проваливался.

– А копать не пробовал? – уточнил Юлий.

– Нет, не пробовал. – Левая голова склонилась к уснувшему динозаврику. – Утю-тю-тю.

– А зачем копать-то? – повернулась к коню правая голова.

Юлий почесал копытом в затылке:

– Ну как же... Чтобы вернуть его назад. – Он показал на малыша.

Горыныч крепче прижал к себе своего любимца. Нет-нет, он его ни за что не отдаст!

– Думаю, Юлий прав, – решил Тихон. – Детёныша нужно вернуть. Не расстраивайся, Горыныч!

Змей шмыгнул всеми тремя носами. Ушки у него обвисли. Как же он не хотел расставаться с динозавриком! Наконец ему встретилось живое существо, о котором можно позаботиться!

Заметив, как опечалился Горыныч, Тихон ему посоветовал:

– Ты вот что – с богатырями потолкуй, как лучше быть. – Он повернулся к Юлию: – Может, пособишь в этом деле?

– Нет-нет, не могу! – попятился Юлий. – Я уже убегаю! У меня там колышки... и вообще... – Он выскочил за плетень и исчез в поле.

В мгновение ока конь проскочил через лужок, помчался по берегу реки, вбежал в главные ворота стольного града Киева и сразу направился на площадь. Сейчас она до краёв была запружена народом. На сцене выступали рожечники. Исполнив последнюю композицию, музыканты ушли за кулисы, и толпа смогла разглядеть на сцене что-то невероятно большое. Предмет был накрыт тканью.

Заиграли фанфары, в небо взлетели конфетти. Слуги сдёрнули ткань. Под ней оказался гигантский валун, выше человеческого роста.

– Состязание силачей на кубок Князя Киевского объявляется открытым! – объявил глашатай.

За зрителями, на специальном помосте под балдахином, сидел Князь собственной персоной. Он встал с кресла и приветственно помахал толпе. Народ закричал от восторга. Князь опустился на своё место и с достоинством взял чашку с чаем. Знал ли он, кто победит? Да он ни на минуту не сомневался, что приз останется в его княжестве!

– Приглашаются знаменитые силачи из Персии! – выкрикнул глашатай.

Слуга ударил в гонг, и на сцену вышли трое красавцев-силачей. Первый размял шею, второй замахал могучими руками, а третий продемонстрировал мощный бицепс.

Из-за занавеса за ними наблюдали знаменитые русские богатыри – Алёша, Илья и Добрыня.

– Посмотрим, как они справятся... – протянул Добрыня.

– Этот-то камень они поднимут, – легкомысленно бросил Алёша, – а вот со следующим никто, кроме нас, не совладает!

– Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, – предупредил Добрыня.

Алёша задумался над его словами, но тут его отвлёк странный шум. Что такое?

– Пс, Алёша! – донёсся до него знакомый голос.

Богатырь обернулся и увидел знакомого коня.

– Юлий! – обрадовался он. – Ты что тут делаешь? Иди на площадь!

Но тот замотал головой:

– У меня к тебе срочное дело!

– Не могу сейчас, – развёл руками Алёша. – Нам выступать скоро.

Но Юлий не сдавался:

– Да это быстро! Успеешь!

Однако Алёша не спешил к нему: делу время, а потехе час.

Тогда Юлий решил сделать ход конём. Он хорошо знал, как привлечь внимание богатыря.

– Видишь ли, Любава... – начал он.

Сработало! На лице Алёши появилось беспокойство. Он подбежал к Юлию и с волнением спросил:

– С ней что-то случилось?

– Нет-нет, всё хорошо! – Юлий в рассеянности постукивал подковами на копытах. – Просто она очень просила... для неё очень важно... – Он никак не мог придумать, что именно важно для Любавы, поэтому громко выпалил: – Мне очень нужна твоя помощь! Иначе Горыныч яму первым раскопает!

– Ничего не понимаю, – нахмурился Алёша. – С Любавой всё хорошо?

– Да, – быстро ответил Юлий и тут же добавил: – Пока...

– Что это значит? – снова испугался Алёша.

– Всё объясню по дороге! – воскликнул Юлий. – Успеешь ты к Илье с Добрыней вернуться, не сомневайся!

Алёша вздохнул. Что ж, кажется, придётся согласиться. А вдруг и правда с Любавой беда какая приключилась? Не мог он остаться в стороне.

– Едем, – наконец решился он.

А состязание силачей меж тем продолжалось. Персидские гости окружили камень и поднатужились.

Князь Киевский с волнением жевал калач. Не может быть... Не может быть... Нет, приз не должен уйти из княжества!

Силачи оторвали камень от помоста, но тут же уронили его – настолько он был тяжёлым. Князь выдохнул с облегчением.

– Поблагодарим участников из Персии за выступление и пожелаем им удачи в следующий раз! – крикнул глашатай.

На радостях Князь запихнул весь калач в рот. Да вот беда: в этот момент к нему подошёл боярин Антипка и прошептал на ухо тревожную новость. Князь от удивления подавился калачом и упал с кресла.

– Приглашаем к состязанию силачей с Востока! – объявил глашатай.

Трое тяжеловесов с волосами, собранными в хвостики, и в гэта – деревянных сандалиях на подпорках – встали у камня. У этих шансов поднять камень явно больше!

Но Князь об этом больше не беспокоился. Он сорвался с места и уже бегал у сцены, заглядывая под неё.

– Тут нет, – бормотал он себе под нос. – И тут нет.

Он забрался за кулисы.

Зрители зашумели – силачи с Востока взялись за испытание.

Илья подошёл к Добрыне.

– Алёша пропал, – тихо сказал он.

– Как пропал? – Добрыня оглянулся, и его брови сошлись на переносице. Они ведь только что стояли тут втроём!

Князь уже бегал за сценой – сдёргивал пологи с манекенов, сбрасывал крышки с кадушек.

– И здесь тоже нет! – шептал он, и лицо его становилось всё бледнее. – Куда же он подевался?!

– Поддержим спортсменов бурными аплодисментами, – доносился голос глашатая.

Зрители замахали флажками, заулюлюкали.

Силачи напряглись. Камень ото-рвался от помоста и... упал.

– Не вышло! – выдохнул глашатай. – На помост приглашаются три богатыря!

Лицо князя вытянулось. Добрыня с Ильёй переглянулись.

Толпа неистовствовала. Все хотели увидеть своих любимцев. Никто не сомневался в их победе.

– Что делать будем? – подбежал к богатырям Князь.

– Выступать, – спокойно ответил Илья. – Идём, Добрыня!

Он отодвинул занавеску. Толпа скандировала имена любимчиков.

– Илюша! – Князь схватил Муромца за плечо, пытаясь остановить. – Нас сразу дисквалифицируют. Всё пропало! Столько готовились – и вот, на тебе!

– Почему дисквалифицируют? – степенно обернулся Илья.

– Ты же слышал – ТРИ! – Князь показал на пальцах. – А вас двое выйдет...

– Трое нас будет, – всё так же спокойно произнёс Илья. – Ты третьим пойдёшь, Княже.

Богатыри шагнули на сцену. Между ними на сгибающихся ногах плёлся Князь. Глаза его закатывались. Он прислонился к Илье. Тот подхватил государя под мышки и поставил ровно. Дело делать надо, а не трусить. Ничего, справятся! На то они и богатыри!

По толпе пробежал взволнованный шёпот:

– А где Алёша? Как же без него?

Илья с Добрыней встали с разных сторон от камня, а Князь беспомощно заметался по сцене взад-вперёд и, развернувшись к публике, стал принимать позы, которые до него принимали персидские силачи – то правую руку согнёт, то левую, то спиной повернётся. При этом он не забывал улыбаться. Улыбка – полдела решает!

Под аплодисменты и одобрительный свист Илья с Добрыней взялись за каменный шар, с трудом оторвали его от земли и начали раскачивать.

– Тяжеловато... – выдохнул Добрыня.

– Без Алёши не потянем, – спокойно подтвердил Илья.

– Что значит – «не потянем»? – засуетился Князь. – На кону государственный престиж! Я вам помогу! Веселее, веселее!

Князь запрыгнул на шар, чтобы толпа смогла получше разглядеть его. Кто тут главный, в конце концов? Государь! Пусть все отметят, как он на благо отечества трудится. Богатыри от неожиданности присели – камень стал тяжелее.

– Княже, прыгай! – запыхтел Добрыня. – Сейчас бросать будем!

– Зачем бросать? Куда прыгать? – испугался Князь и крепче ухватился за камень.

– Прыгай! – скомандовал Илья.

Богатыри в последний раз качнули камень и запустили его через головы зрителей, через крыши домов и макушки елей...

Слетевший с камня Князь удачно упал прямо в руки Ильи.

Зрители взорвались аплодисментами и криками. Добрыня, проследив за полётом камня, заявил:

– В болото упадёт.

Илья поставил Князя на ноги и кивнул, отряхивая руки:

– Справились.

На помост взобрался Антипка.

– Княже, – позвал он, – нашёлся Алёша! Он под Киевом. С Юлием!

Алёша и правда был под Киевом. На поляне, где Горыныч любил собирать землянику, была выкопана приличная яма. По её краю в приподнятом настроении бегал Юлий.

– Молодец, Алёша! – вскрикивал он время от времени. – Молодец!

Алёша оторвался от работы и вытер пот со лба

– Юлий, почему Любава не идёт? – недовольно спросил он. – Ты сказал, что всё объяснишь.

– Алёша, прошу тебя, не останавливайся! – занервничал Юлий. – Любава вот-вот будет, но время играет против нас! Не хватало ещё, чтобы Горыныч нас опередил!

Алёша никак не мог взять в толк: зачем Юлию понадобилась эта яма, а главное – при чём тут Любава? Но в конце концов он решил, что спорить с конём бесполезно. Проще поскорее закончить дело и вернуться к Илье с Добрыней. Вот-вот настанет их черёд выходить на соревнование. Он ещё немного поработал лопатой и воткнул её в землю.

– Ну всё! – сказал он твёрдым голосом. – Или ты мне говоришь, когда придёт Любава, или...

– А мы не сгодимся? – раздался вдруг низкий голос.

Алёша обернулся и увидел Илью. За ним шли Добрыня и Князь.

– О, братцы! – обрадовался Алёша.

– Ты что тут делаешь?! – разгневанно погрозил кулаком Князь. – Где это видано, чтобы глава государства вместо богатыря тяжести поднимал?!

Алёша растерянно посмотрел на Юлия и покачал головой:

– Ты ведь говорил, что мы успеем вернуться!

– Говорил, – не моргнув глазом ответил Юлий. – Но не успели. И что с того? Мышцами сейчас никого не удивишь. – Он постучал себя по лбу, но звук получился до странности звонким, словно голова у него была пустой. – Сейчас сильнее тот, у кого наука и технологии круче.

– Какие ещё технологии? – Князь бросил в Юлия палкой. Стоило догадаться, что это его проделки! Вечно этот конь придумывает всякие глупости!

Юлий ловко увернулся и, ничуть не смутившись под грозным взглядом правителя, сказал:

– Княже, у тебя под Киевом Пуп Земли образовался, а ты ни сном ни духом! Скажи спасибо, что мы с Алёшей...

– Спасибо?! – вскрикнул государь. – За то, что вы тут вместо работы Пуп ковыряете?!

Алёша тяжело вздохнул. Нет, видимо, ему так никто и не объяснит, что случилось.

– Юлий, какой ещё Пуп? – скрестил он руки на груди. – И при чём тут Любава?

Но Юлий ничего не ответил: он был занят тем, что то и дело уворачивался от палок, которые бросал в него не на шутку рассердившийся Князь.

– Зачем же ты коня спрашиваешь? – спросил Добрыня Алёшу. – Разве у тебя своей головы нет?

– Иногда ею и думать можно, – добавил Илья.

– Но я же хотел Любаве помочь! – начал оправдываться Алёша. – Юлий заявил, что нужно торопиться, время поджимает. Я никак не мог разобрать что к чему.

Богатыри по-прежнему смотрели на него недовольно, и Алёшу взяла досада. Вечно ему говорят, что делать! Как будто он среди их троицы самый маленький! А ведь он не о себе думал и старался для дела – пусть и не знал, какого точно. К тому же он давно не ребёнок – сам разберётся!

– Пуп Земли, значит?! – в сердцах выпалил он и, заметив под ногами мощный корень, схватился за него и потянул на себя. Интересно, откуда он тут взялся?

К удивлению Алёши, корень не поддался. Илья с Добрыней усмехнулись.

Заметив это, Алёша разозлился ещё больше и, дёрнув корень изо всех сил, вытащил из-под земли... растущую вниз головой берёзку.

– Пропади он пропадом, ваш Пуп Земли! – Алёша бросил деревце на землю и с досадой пнул его.

Стоило ему это произнести, как из ямы вдруг забрезжил яркий свет, а сама она превратилась в огромную воронку, которая с громким чавк... проглотила Алёшу! Вместе с берёзкой.

Все в немом оцепенении уставились в яму. Там никого не было. Их друг пропал!

– Алёша? – первым опомнился Илья.

– Ты где? – крикнул Добрыня и спрыгнул в яму. Он стал руками раскидывать землю и прислушиваться, наклоняясь к земле.

Зато Юлий был на седьмом небе от счастья. Кажется, ему всё же удастся совершить сенсационное открытие!

– Работает! – прыгал от радости он. – Работает!

– Кто работает? – не понял Илья.

– Пуп Земли, конечно! – просиял Юлий. – И копать ничего не нужно! Алёша теперь в другом мире.

Вместе с берёзкой Алёша упал на полянку. Деревья вокруг были незнакомые: папоротники – не папоротники, ёлки – не ёлки... Раньше он такие не видел. Над головой летали птицы – огромные, как аисты, но с кожистыми крыльями. Алёша ещё не знал, что эти «птицы» называются птеродактилями.

– Эй, где все? – растерянно озирался по сторонам юный богатырь. – Юлий... Это вы вместе такую шутку придумали? Илья Иваныч! Добрыня! Ну, погорячился я, виноват. Хватит уже!

Он прошёлся по полянке, оглянулся, а его берёзку уже какой- то человек сажает. Сам лохматый и в шкуры одет.

– Эй, ты кто такой? – окликнул его Алёша.

Человек выпрямился. Ну и здоровенный же он оказался! А в волосы зачем-то вплёл косточку. Алёша окинул его удивлённым взглядом. Незнакомец почему-то упорно молчал.

– Ты из дружины? – попытался завязать разговор Алёша. – Ну ты и нарядился! – Он ткнул пальцем в шкуру: – Это настоящая или искусственная?

Молчун тут же перехватил руку Алёши и толкнул его с такой силой, что богатырь упал. В следующее мгновение он вскочил на ноги и, сжав кулаки, двинулся на незнакомца.

Завязалась битва. Взлетели перепуганные птицы, попадали задетые валуны. Но тут за спиной богатыря мелькнула тень, а над головой показалась дубинка. Удар – и Алёша упал, потеряв сознание.

Вокруг его бесчувственного тела радостно запрыгали такие же странные люди, как человек с косточкой в волосах. Если бы Алёша знал, с кем ему пришлось иметь дело, то наверняка бы удивился! Ведь Пуп Земли перенёс его далеко в прошлое, где жили огромные ящеры и древние племена! А его соперником был не кто иной, как Така – вождь дикарей. Племя быстро подхватило богатыря на руки и понесло к своей стоянке.

Надо вызволять друга из беды, решили Илья и Добрыня. Богатыри товарищей не бросают. Посовещавшись, они срубили огромное дерево, заострили топором его ствол и, спустившись в яму, попытались прорубить им таинственный Пуп, чтобы достать оттуда Алёшу.

Но сколько бы они ни старались, ничего не происходило. Алёша так и не появился. Где же он? Куда мог провалиться? И что это за бездонная яма такая?

Юлий, бегавший вокруг ямы, был ужасно взволнован. Понимал: за пропажу Алёши с него спросят, Любава так вообще три шкуры спустит. Но что ещё важнее: они вот-вот совершат невероятное открытие – найдут вход в иной мир! Подумать только, какая слава тогда на него обрушится!

А вот Князь застыл на месте, о чём- то хмуро размышляя. Не нравилось ему всё это. Ой, не нравилось!

– Ну всё, хватит! – поднял он руку, останавливая богатырей.

Опустив ствол, они воззрились на государя.

– Что такое, Княже? – удивился Илья. – Мы ведь Алёшу спасаем!

– А я сказал – хватит! – упёр кулаки в бока Князь.

– Но почему? – спросил Юлий жалобным голосом. – Они вот-вот пробьют дно, и нам откроется вход в другой мир!

– Не надо нам другого мира, – отмахнулся Князь. – Всё, вылезайте оттуда!

– Там же Алёша... – напомнил Добрыня. – Что ж мы, бросим его?

– Нас ждёт открытие мирового масштаба! – суетился Юлий. – Какой резонанс! Какие перспективы!

Однако государь упрямо стоял на своём. Кто знает, что или кто из этой ямы вылезет? Куда более грозным голосом он повторил приказ выбираться из ямы.

– Погоди, Князь... – начал Илья.

– Молчать! – топнул ногой правитель. – Государство в опасности! Немедленно ликвидировать этот вражеский Пуп! Завалить тут всё, засыпать! Живо!

Князь ещё раз топнул, и вдруг земля под ним затряслась. Стоящий рядом Юлий хотел было отбежать подальше, но было поздно. Вместе с Князем он свалился в яму и ударился о ствол. Их ослепила вспышка. Илью с Добрыней выбросило из ямы, а Князь с Юлием пропали!

Вот как бывает. Хочешь, чтобы всё было тихо и мирно, а выходит только хуже.

В тяжёлом положении оказались не только Князь с Юлием. С удивлением пришёл в себя и привязанный лианами к столбу Алёша. Дикари вылили на него два ведра воды, чтобы он поскорее очухался. Алёша повёл плечами, пытаясь освободиться, и окружившее его племя недовольно загудело.

Алёша никак не мог взять в толк, отчего люди вдруг стали такими странными. А может, это гости из-за рубежа? Приехали на соревнование силачей? Только зачем они на себя шкуры надели? Неужто Князь карнавал решил устроить?

– Не узнаёте меня? Это же я, Алёша! – Он повернулся к человеку с косточкой в волосах – кажется, он был тут главным. – Развязывай скорее!

Вождь Така сложил руки на груди. Он и не подумал исполнять приказ Алёши. Силач такой – вон как ловко дерётся. Его надо не отпускать, а поджарить на костре и съесть. Тогда сила перейдёт к Таке – и он наконец станет непобедимым!

Поляну вдруг накрыл страшный рык. Племя застыло. Послышался хруст веток, повалило несколько деревьев, и сквозь листву просунулась хищная морда огромного ящера. Такого ни с кем не спутаешь – тираннозавр!

– О-па... – прошептал Алёша, впервые увидевший древнего ящера. – Откуда вы такую лошадку взяли?

Тирекс был огромен, выше любого терема в Киеве, с зубастой пастью, маленькими злыми глазами и коротенькими передними лапками. Он вышагивал на тяжёлых задних ногах, размахивая мощным хвостом, и оглушительно рычал. Одним словом, ужас! Когда он рыкнул в очередной раз, остатки храбрости, если они ещё теплились в дикарях, улетучились.

Вождь свистнул, и остальные разбежались кто куда. На поляне остался только маленький мальчик. Он настолько испугался, что не мог сдвинуться с места.

Тираннозавр пошёл прямо на Алёшу. Богатырь мощным движением ног вырвал столб из земли и запрыгал на противника. Ящер опешил. Такого раньше ему видеть не доводилось. Обычно противник в ужасе от него убегал, а этот, наоборот, на него идёт!

На пути у Алёши оказался камень. Богатырь споткнулся о него, пролетел пару метров и... заехал столбом прямо в нос тираннозавру! А сам упал лицом вниз, не в силах больше пошевелиться.

Зверь зарычал и заметался.

Оставшийся один малыш пустился в рёв.

– Спокойно, не плачь! – повернулся к нему Алёша, придавленный столбом. – Сейчас я его тресну как следует, а ты дуй отсюда изо всех сил!

Тираннозавр подошёл к Алёше вплотную, опустил морду, принюхиваясь, и качнул носом богатыря.

– Понятно? – напоследок прошептал Алёша малышу и посмотрел на монстра. Ну и противная у него морда! И глаза совсем пустые, глупые. Зато размеры его нельзя недооценивать.

Тираннозавр зарычал, да так громко, что Алёшу сдвинуло с места.

– Раз, два, три! – сам себе скомандовал богатырь. Он хотел вскочить и ещё раз попасть столбом по морде зверя, но динозавр вовремя отошёл на пару шагов, и Алёша промахнулся.

– Беги! – с трудом прохрипел он мальчику и, собрав последние силы, снова поднялся, подпрыгнул – и угодил-таки хищнику по носу!

Тираннозавр замотал головой.

– Беги же! – торопил Алёша малыша, не забывая наносить удары гигантскому противнику.

Глядя на могучего богатыря, малыш неожиданно набрался храбрости и стал воодушевлённо помогать ему, нанося воображаемые удары по тираннозавру. «Вдвоём» они бы победили, но тут вождь выбежал из-за деревьев и подхватил мальчугана на руки. Остальные дикари вышли посмотреть на бой.

Тирекс пришёл в себя и схватил зубами конец столба. Подбросил его, распахнул пошире пасть, чтобы не промахнуться и проглотить. Но столб застрял в пасти. Мощное усилие челюстей – и дерево разлетелось в щепки. Лиана, держащая Алёшу, разорвалась. Богатырь оказался на свободе. Он вывернулся из пасти и поспешил встать на ноги. Быстро огляделся. Из оружия у него была только лиана с оставшейся частью столба на конце. Он раскрутил деревяшку и запустил её в ноги тираннозавра. Бревно закрутилось вокруг конечностей ящера, тот дёрнулся, но Алёша туго перехватил его лапы и потянул на себя. Со всего своего гигантского роста динозавр грохнулся о землю. Он попытался приподнять морду, но, получив по ней удар другим обломком столба, выключился из борьбы.

– Ну что, отведал силушки богатырской? – произнёс традиционную присказку Алёша и расправил могучие плечи.

Есть в нём ещё удаль молодецкая! Он ещё покажет братьям-богатырям, что не лыком шит. Что без него они никуда. И что сам он – о-го-го какой! И без советчиков проживёт.

Пока Алёша спасал себя, а заодно и всё первобытное племя от кровожадного тирекса, в другой части древнего мира Князь с Юлием сидели на дереве. А на земле под ним совершали ритуальный танец члены другого племени дикарей. Вождём у них был Шака – заросший бородой детина с всклокоченной шевелюрой. Вождь поигрывал дубиной, с большим удовольствием рассматривая доставшуюся им добычу.

– Юлий, кто это? Где мы?! – в панике шептал Князь. Всё, что происходило внизу, ему очень не нравилось. В какую передрягу его опять втянул этот глупый конь?!

А вот Юлию происходящее было очень даже по душе. Он с восторгом наблюдал за дикарями.

– Это первобытные люди, Княже! – шептал он в ответ. – Мы в древнем мире оказались.

– Да как такое возможно? – изумился Князь.

– Я ж говорил – Пуп Земли! – От восторга Юлий забегал по толстой ветке. – Это он нас сюда перенёс. Мы совершили величайшее открытие!

Дикари окружили дерево и, завывая, продолжили свой ритуальный танец.

– У-ка, у-ка, ша-ка, ух! – доносилось снизу. – У-ка, у-ка, ша-ка, пух!

– Юлий, мне кажется, они что-то затевают... – В голосе Князя слышалась тревога. – Какие-то у них рожи странные...

– Они просто любопытные, – спокойно отозвался Юлий. – Наверное, хотят с нами познакомиться.

Вождь кивнул одному из соплеменников, и тот, плюнув на ладони, схватил свисающую с дерева лиану и полез наверх. Ещё немного, и он достанет пленников!

– Ой-ой, что нам делать? – заволновался Князь.

Дикарь почти добрался до их ветки и замахнулся каменным топором, но Юлий перекусил лиану мощными зубами, и тот рухнул на землю. Рядом приземлился и его топор.

– Ну вот, видишь, – мотнул мордой Юлий. – Мы же цивилизованные люди, всегда сможем договориться. У тебя с собой, случайно, нет каких-нибудь бус или зеркальца?

Снизу полетели камни, дубинки и топоры.

– Какое зеркальце, Юлий?! – взвизгнул Князь. – Они сейчас нас сожрут!

Дикари стали выстраиваться в пирамиду, забираясь друг другу на плечи. Теперь уже и Юлий заволновался. Всё выходило не совсем так, как он представлял. Почему им никто не рад? Они же пришельцы из будущего! Несут свет знаний!

– Стойте! – закричал племени Юлий. – Зачем вы сюда лезете? – Он схватился за голову. – Только не сейчас, когда я стою на пороге мировой славы! – Он кинулся к государю. – Княже, ты должен их отвлечь, а я пока поищу путь спасения!

Юлий вскарабкался повыше, однако Князь схватил его за хвост.

– Стой! Куда ты? – зашипел он, стаскивая коня обратно на ветку. – Ты должен пожертвовать собой! Ради меня, своего Князя! А я тебе обеспечу мировую славу. Гарантирую! – Князь требовательно смотрел на Юлия. – Посмертно!

– Нет! – отбрыкнулся конь. – Я же вижу, что им нужен именно ты!

Пирамида дикарей почти их настигла. Наверху её стоял вождь Шака.

– Почему это? – упёр руки в бока Князь.

– Потому что ты умный, благородный и смелый! – не моргнув глазом ответил Юлий и снова попытался удрать. – А печень смелого и умного врага – это большая ценность!

– Нет! – снова схватил за хвост беглеца Князь. – Ты гораздо умнее меня. Гораздо!

Пирамида развалилась, но вождь успел уцепиться за лиану. Он подтянулся и оказался на ветке. Юлий с Князем вздрогнули.

– Иди-иди, – Юлий подтолкнул Князя вперёд.

Вождь шагнул навстречу. И наступил на полу плаща Князя. Насмерть перепуганный Князь дёрнул плащ на себя: всё-таки это была неслыханная наглость – топтать его одежду. Вождь покачнулся и вытянул ногу, пытаясь удержать равновесие. Князь ткнул пальцем в его грудь, и Шака свалился с ветки.

Князь с удивлением посмотрел на свой палец. Ничего себе у него силища!

Шака, разозлившийся не на шутку, вскочил на ноги. Он зарычал, застучал по груди кулаками, а потом схватил огромный камень и бросил его прямо в ветку, на которой сидели Князь с Юлием. Не удержавшись на ногах, они с громкими криками полетели вниз.

Дикари радостно заулюлюкали.

Князь поднялся и больше от испуга, чем от ярости, потряс кулаками, и возопил:

– А ну все назад! Это что ещё такое?! На кого руку поднимаете?!

Дикари опешили. На них никогда не кричал такой маленький неказистый человечек. Ещё и без бороды и не лохматый. И одежда на нём была странная.

– Да я на вас говорящего коня напущу! – грозил кулаком Князь и, повернувшись к Юлию, шёпотом произнёс: – Твоя очередь!

Он подтолкнул коня к племени, но тот упёрся:

– Нет, я не готов!

– Иди! – пригрозил пальцем Князь.

Юлий повернулся к дикарям, судорожно соображая, что же делать. Наконец он решил, что лучше всего в непонятных ситуациях – это эффект неожиданности!

– Там-тиби-дам-тиби-тиби-дам-дам! – запел он и пустился в пляс.

Князь подумал, что тактика может сработать, и тоже показал несколько движений.

Сначала дикари вытаращили глаза, а потом их вождь зарычал. Видимо, заморские танцы ему не понравились.

Другой дикарь поднял камень и взвесил его в руке. Если попадёт... ой-ой, мало не покажется!

– Всё! – испуганно хлопнул копытами Юлий.

Подковы стукнулись друг о друга, выбивая искру.

Всё племя ахнуло и попятилось.

– Юлий, что ты сделал? – шёпотом спросил Князь.

– Не знаю... – пробормотал конь, всё ещё испуганно озираясь. – Вот так... – Он снова стукнул копытами, мелькнули искры. Дикари так и подпрыгнули.

– А-а-а, они боятся огня! – догадался Князь. Он сорвал пучок травы, протянул Юлию и приказал: – Жги!

Юлий высек искры подковами, трава загорелась. Князь поднял горящую траву над головой, и дикари разбежались в разные стороны.

– Ага! Попались! – торжественно произнёс Князь.

– Асака! Асака! – закричали дикари, отступая. Что означало: «Мы больше не будем!»

– Все назад! – шагнул к ним Князь. – А то... Асака!

Илья с Добрыней знали: без Алёши им никуда, поэтому не теряли надежду проломить таинственный Пуп Земли и освободить друга.

– И – ррраз, и – ррраз, – командовал Илья, вгоняя бревно в землю.

Наконец бревно не выдержало и развалилось. Илья, присев, ощупал дно ямы.

– Камень, – тяжело вздохнул он. – Дальше не раскопать.

– Всё ясно, – покачал головой Добрыня, – это колдовство. Нужно думать, чем его взять.

– Ну, с колдовством как-нибудь разберёмся, – сказал Илья и на-хмурился. – А вот что мы Любаве скажем? И Фросе?

Вопросы эти были непростыми, и богатыри, решив, что утро вечера мудренее, разошлись по домам.

Но разве можно уснуть, когда одна мысль в голове крутится: «Где Алёша?» Да и расстались они с ним как-то нехорошо, в обиде. А в обиде ничего толкового сделать нельзя. Только ещё большую беду накликаешь.

Добрыне не спалось. Он ворочался в постели и смотрел на чадящий огарок лучины. В конце концов не выдержал, встал и вышел в горницу. Хотел воды попить, но в кувшине её не оказалось. Эх, всё не слава богу! Добрыня устало опустился на стул и упёрся головой о спинку. Нет, не знал он, как Алёше помочь. Ничего на ум не приходило.

Не спал и Илья. Он сидел за столом, глядя на догорающую свечу. Трое было богатырей, а теперь вдруг осталось двое... Непорядок! Как же всё вернуть?

Добрыня так и уснул на стуле. Разбудили его взволнованные голоса на улице.

– А-а-а-лёшенька пропа-ал! Ы-ы-ы! – рыдала Любава.

– Ну подожди, подожди... – утешала её Настасья. – Может, в командировке он. Сейчас у Добрыни спрошу.

Услышав эти слова, богатырь подпрыгнул на месте.

А когда Настасья с Любавой вошли в дом, там уже никого не было. За столом – чисто, в кровати – пусто.

– Странно... – огляделась Настасья. – Ну, давай к Алёнушке сходим.

Добрыня, вовремя успевший спрятаться под окнами дома, со всех ног бросился к Илье. А тот уже и сам бежал ему навстречу.

– Любава с Настасьей к твоей идут, – запыхавшись доложил Добрыня и тише добавил: – Любава плачет сильно.

– Ты ей чего-нибудь сказал? – уточнил Илья.

– Не решился... – расстроенно махнул рукой Добрыня. – Что делать будем?

– К Бабе Яге нам нужно, – решил Илья. Видимо, эта мысль давно крутилась у него в голове. – Она поможет с колдовством справиться.

– Верно! – обрадовался Добрыня. И как он сам не додумался? – Идём скорее!

– Но сначала отправимся во дворец, – сказал Илья. – Нужно Антипа предупредить.

Богатыри перепрыгнули забор – каждая минута была на счету – и огородами побежали к княжьим палатам.

Им и правда стоило поторопиться: события в другом мире развивались стремительно.

Одолев тираннозавра, племя устроило настоящий праздник. Ящер был привязан лианами к камню (всё-таки дикари очень плохо учились на своих ошибках), а вокруг него прыгали победители. Оттанцевав вокруг динозавра, они переметнулись к Алёше. Из толпы вышел спасённый мальчик и протянул ему орех. Богатырь потрепал малыша по голове и с благодарностью принял подарок.

– Спасибо, – улыбнулся он.

Что ж, пока для него всё разворачивалось не так уж плохо.

Даже вождь, лохматый здоровяк с косточкой в волосах, признал Алёшу. Така оказался добрым малым, а главное – незлопамятным. Он поднял руку, и танцы прекратились. Вождь приобнял Алёшу, ощупывая его плечи. Довольно закивал, убедившись, что перед ним силач. А потом коротко размахнулся и ударил Алёшу в грудь! Богатырь покачнулся, но устоял на ногах.

– Каша-каша! – протянул вождь. Что означало: «Ты очень храбрый и сильный!»

Алёша поднял бровь, размахнулся и ударил вождя в ответ. Така свалился с ног.

– У меня удар покрепче будет! – усмехнулся богатырь.

Но Така не растерялся и врезал Алёше по плечу с такой силой, что тот покачнулся.

– Шака-така! – грозно произнёс вождь, что означало: «Ты великий воин. Твоя храбрость перейдёт всему племени».

Дикари взревели, потрясая дубинками над головами. Алёша сжал кулак для ответного удара, но остановился.

– Ну что ты как ребёнок, честное слово, – добродушно сказал он. – Не до состязаний мне сейчас. Провалился я сюда через Пуп Земли, а как выбраться – не знаю... – Он грустно опустил голову. – Это Юлий во всём виноват! – бросил он в сердцах и развернулся, чтобы уйти. Пора было искать путь домой, к Любаве. Но вождь быстро догнал его и, преградив дорогу, бросил к его ногам огромный валун.

– Чего ты? – не понял Алёша.

Така зарычал и поставил у валуна камень поменьше. Получились стол и стул. Первобытная хитрость! Усевшись на камень, вождь поставил локоть на валун, приглашая Алёшу помериться силой.

– Ма-ма ка ка мо! – нараспев произнёс он, что означало: «Мы будем прославлять тебя восемьдесят лун».

Дикари подтащили для Алёши другой «стул».

– Катама матама! – проревел вождь и стукнул себя кулаками по широкой груди. «Я самый сильный. Я должен победить. Только после этого мы сможем тебя съесть».

Все были так увлечены, что никто и не заметил, как связанный тирекс начал грызть лиану.

Алёша тоже не обращал на динозавра внимания, ведь все его мысли были о Любаве. И что он ей скажет? Где пропадал?

– Матама! – грозно повторил вождь.

– Да какая матама? – с досадой отмахнулся Алёша. – Ничего уже не поможет. Любава мне всё равно не поверит... – Заметив, что Така упрямо жаждет поединка, богатырь вздохнул: – Ты всерьёз, что ли?

– Матама! Матама! – запрыгали дикари вокруг камня.

Динозавр меж тем освободил одну лапу и принялся за лианы, связывающие другую.

Алёша понял: так просто его не отпустят.

– Не до того сейчас... – в последний раз попытался увильнуть он от соревнования.

Племя осуждающе загудело, вождь сдвинул кустистые брови.

– Ладно, – сдался богатырь и уселся на камень. – Давай разок.

Не хотел он сейчас никого побеждать, его волновала только Любава, но делать нечего. Придётся показать силушку богатырскую, а иначе его так просто не отпустят.

Взгляд Алёши стал суровым. Он грозно уставился на вождя. Така весь напрягся, и они сцепили ладони. Богатырь надкусил подаренный ему орех, но он оказался такой крепкий, что проломить его не удалось. Вождь выхватил орех, забросил его в рот, с хрустом размолол зубами и торжествующе посмотрел на соперника. Алёша только пожал' плечами. Если кому-то не жалко зубы портить – только вперёд.

– Подумаешь, – равнодушно отозвался богатырь. – Я просто не ем такие. – И он крепче сжал кулак вождя.

– Матама! Матама! – неистовствовали дикари.

А тирекс уже освободил вторую лапу.

Алёша без особых усилий уложил кулак вождя на валун. Така изумлённо распахнул глаза. Это было полное падение его авторитета! В племени наступила тишина.

Алёша встал. Он был очень доволен. Почему бы лишний раз не доказать, что он самый сильный? Ну, после Добрыни и Ильи, конечно.

– Может, слышал про нас, трёх богатырей? – спросил он поверженного вождя.

Така помотал головой.

– Кстати, я теперь один работаю, – вспомнил Алёша, и ему снова стало немного грустно. Нет больше трёх богатырей. Надо бы себе новое прозвище придумать. Но сначала – найти выход и вернуться в родной мир. Он махнул дикарям на прощание рукой и скрылся среди деревьев.

Племя повернулось к вождю: догонять или нет?

– Ка ми ла кута, – сказал Така.

Что означало: «Он нам не по зубам».

В этот момент динозавр вскочил на ноги и бросился куда глаза глядят. Племя заулюлюкало и рвануло догонять ящера. Хорошо, когда есть цель.

Цель была и у соседнего племени, окружившего Князя и Юлия. Близко подойти они не могли, потому что хитрые незнакомцы развели вокруг себя костры. Вождь Шака толкнул вперёд воина с охапкой фруктов, и тот, сделав несколько робких шагов, уронил подношение на землю.

– Чего это он? – удивился Князь.

– Выманивают, – процедил Юлий.

Из толпы вышел ещё один член племени, у него были густые косматые брови и нечёсаная борода. Он робко приблизился к куче фруктов, взял два банана, прижал их к груди и, зажмурившись, прыгнул через огонь.

Дикари ахнули. Ахнули и Юлий с Князем. Но не от волнения, что пламя причинит вред храбрецу, а от того, что их жизни снова в опасности.

Косматый открыл глаза. Сколько в них сейчас было восторга! Он вдруг храбро шагнул к Князю и стал его ощупывать и как будто измерять, выставляя ладони – горизонтально, вертикально, наискосок.

– Ну? Чего уставился? – проворчал государь. – Князя никогда не видал?

Косматый, прищурившись, показал в воздухе фигуру.

– Э-э-э, ты чего? – возмущённо повторил свой вопрос правитель Руси.

– Мне кажется, он хочет сделать тебе подарок, – прошептал Юлий.

Дикарь энергично замахал руками соплеменникам – те тут же притащили два камня. Косматый объяснил жестами, что на один камень нужно сесть.

– За огонь отблагодарить хотят, наверно, – предположил Юлий.

– Да ну их, – недовольно дёрнул плечом Князь.

– Отказывать ни в коем случае нельзя! – возмутился Юлий. – Дикари очень тяжело могут отреагировать на отказ. Вот капитан Кук, например...

Но Князь перебил его:

– Ты сделал огонь, значит, и подарок тебе! Садись!

– А я-то тут при чём? – Юлий подхватил Князя под локоть и насильно опустил на камень. – Я просто чиркнул копытами, а идея-то твоя! Бояться совершенно нечего – пока костры горят, мы в безопасности!

Увидев, что гость сел на камень, племя загалдело. Косматый схватил долото и молоток и быстрыми уверенными движениями вырубил на втором принесённом камне портрет Князя. Племя радостно скандировало, явно одобряя происходящее.

– Ну вот, Княже, а ты боялся, – фыркнул Юлий. – Он всего лишь местный художник!

Князь вгляделся в портрет. Камень был большой и тяжёлый, с собой не утащишь. А так бы хотелось!

– И что, больше никакого подарка не будет? – с огорчением спросил он.

Косматый решил добавить пару деталей в свою работу. Несколько ударов долота – и на камне появились лохматые волосы и растрёпанная борода. Изображение Князя превратилось в портрет самого косматого. Возбуждённо обежав вокруг камня, Юлий уставился на портрет, с которого на него смотрел... Косматый? Или всё же Князь?

Художник схватил каменный нож и обрезал бороду, сделав её небольшой и ровной. Как у Князя.

Теперь уже и государь всё понял.

– Не может быть... Княже, посмотри, как вы похожи! Это твой предок! – высказал догадку Юлий.

– Думаешь? – Князь медленно встал с камня.

– Конечно! Это твой прапрапра – и ещё десять раз «пра» – дедушка!

Князь с радостным изумлением посмотрел на косматого. Юлий копытами пригладил лохматые волосы художника и развернул обоих лицом к племени.

Раздались удивлённые вздохи.

– Уважаемые коллеги! – завопил Юлий. – Да-да, вы не ошиблись – мы прибыли к вам по программе воссоединения семей и очень признательны за тёплый приём! – И склонившись к государю, прошептал: – Княже, пожмите друг другу руки!

Князь с готовностью выполнил совет. Косматый довольно улыбался. Дикари стояли с открытыми ртами.

– Но это ещё не всё! – заявил Юлий. – Наша миссия включает в себя также и гуманитарную составляющую! Мы с радостью передадим вам все ценности передового двенадцатого века! – Он снова склонился к государю: – Княже, твой выход. Давай.

– Что давать? – не понял государь.

– Гуманитарную составляющую! – зашептал Юлий. – Все вроде налаживается, но нужно подкрепить наш статус. Одного огня мало. Смотри, какие рожи!

Он указал на дикарей. Вид у них и правда был весьма неприятный. Момент удивления прошёл, теперь они снова смотрели на пришельцев недовольно.

– Они же нас сожрут и на нашем костре поджарят! И даже твой «дедушка» не поможет... – гнул свою линию Юлий. – Сейчас-сейчас, – повернулся он к толпе, – небольшая техническая заминка.

– Да нет у меня ничего! – отмахнулся от него Князь. – Где я тебе возьму эту составляющую?

– Придумай что-нибудь! – завопил конь.

Князь почесал бороду. Что же ему сочинить?

В княжеском тереме было неспокойно. Антипка бегал по комнате, не зная, что и сказать на принесённые богатырями известия. Шутка ли, КНЯЗЬ ПРОПАЛ!

– Что делать? Что делать-то? – беспомощно причитал он, заламывая руки. – Вторые сутки пошли без государя!

– А что Фрося? Волнуется? – спросил Илья.

Он за других, особенно женщин, больше всего переживал.

– Я сказал, что они с Юлием по делам уехали, – признался Антип- ка. – Чтоб к обеду ждала.

– Почему к обеду? – не понял Илья.

– Не знаю. – От волнения Антипка стал грызть ногти. – Само как-то выскочило...

Богатырь недовольно нахмурился. Он не переносил враньё.

– Может, они в яму провалились, а вы их не заметили? – с надеждой спросил Антипка. – Вдруг они там до сих пор сидят?

– Спокойно, Антип. Разберёмся, – пообещал Илья. – А пока возьми княжьи дела в свои руки.

Боярин растерянно посмотрел на свои руки и спрятал их за спину.

– Да кто ж меня на это уполномочит? – пробормотал он. – Указ княжеский нужен... с печатью... – Вдруг он заискивающе улыбнулся и посмотрел на портрет Князя, висящий над рабочим столом.

Без лишних слов богатыри сняли картину. За ней оказался сейф. Поднапрягшись, Илья оторвал дверцу. На полочке одиноко стояла печать.

– Эта? – спросил Илья, показывая находку.

Антипка довольно кивнул:

– Да-да...

Он сам с готовностью сел за стол и быстро написал указ.

– Вот тут надо... – показал он на краешек листа.

Только Илья занёс печать, как дверь открылась, и в комнату вошла светловолосая девочка в сарафане. Все вздрогнули. Илья спрятал печать за спину, Добрыня повесил портрет на место, но не заметил, что второпях сделал это вверх тормашками.

– Ой, здрасьте, – робко начала княжеская дочка, кланяясь каждому в комнате. – Добрыня Никитич, Илья Иваныч. – И ласковым взором посмотрела на Антипа: – А батюшка приехал уже, Антип Викторович?

– Э-э-э... – протянул боярин. – Скоро будет.

От удивления Фрося распахнула голубые глаза.

– Да как же, – залепетала она. – Он ведь к обеду должен был быть.

Илья вздохнул. Нехорошо девчушку обманывать.

– Не будет его к обеду, Фрося, – вмешался он. – Мы с Добрыней как раз к нему навстречу отправляемся. – И он положил руку на плечо товарища.

Добрыня кивнул. А что ему оставалось? Они и правда сейчас поедут... к Бабе Яге за советом.

– Значит, из лука сегодня стрелять не будем? – спросила Фрося Добрыню.

– Не будем, Фросенька, – покачал головой богатырь. – Извини...

Фрося грустно вздохнула.

– Ну ладно... – Она опустила голубые глаза и смиренно сложила руки на животе. – Пойду вышивку закончу.

Девочка вышла из кабинета, и все перевели дух.

А Князь тем временем вносил гуманитарную составляющую в жизнь дикарей. Он велел всему племени встать в строй.

– Линию-то держи, – укоризненно сказал он одному из дикарей и махнул в сторону каменного развала: – Видите вон те валуны?

Первобытные люди дружно кивнули.

– Тащите их сюда! – приказал Князь.

Дикари радостно побежали выполнять приказ.

Шаке это очень не понравилось. Где это видано, чтобы при живом вожде племенем чужак командовал?!

– Кара-кара бум! – прорычал он, ударяя себя в грудь, что означало: «Я ваш вождь! Почему вы слушаете его, а не меня?»

Дикари испугались: всё-таки они столько лет подчинялись Шаке. К тому же он грозно вращал глазами и потрясал кулаками. Но тут сзади его по голове стукнула сучковатая палочка, и вождь разом подобрел, опустившись на камень. Из-за его спины вышел лохматый старичок.

– Бе-бе рума, – произнёс он, что означало: «Потому что он умный».

– Местный шаман, видимо, – прошептал Юлий Князю.

Шаман направился к гостям.

Конь заволновался:

– Нужно изъять у него эту палку, мало ли что...

Но шаман сам с поклоном протянул палочку государю.

– Это мне? – уточнил Князь и осторожно принял подношение. Обрадованный такому подарку, он взмахнул палочкой над головой.

– Княже, аккуратнее с волшебными артефактами! – воскликнул Юлий.

Государь почесал в затылке – что это за диковинка? – и взметнул палочку вверх:

– Не будем терять время. Быстренько тащите сюда эти булыжники!

С радостными криками дикари снова потащили камни в указанное место. Князь тем временем начертил на земле палочкой план и деловито обошёл его по периметру.

– Княже, объясни, что ты задумал, – от нетерпения перебрал копытами конь. – Зачем тебе эти камни?

– Сейчас кремль начнём возводить. Каменный. С царскими палатами.

– Какой кремль?! – схватился за голову Юлий. – Нам же нужно выбираться отсюда!

Но Князь его не слушал. Он рассматривал схему. Надо было тут кое-что улучшить. Пару башенок добавить. И флаги повесить.

Богатыри же искали Бабу Ягу. Ещё немного, и люди прознают о пропаже Князя. И тогда такое начнётся! Да и Любава устроит разнос – почему раньше не сказали, да куда смотрели... В общем, нужно было торопиться.

Вот только Бабы Яги нигде не было видно. Только деревья, трава да высокие поганки.

– Куда она подевалась? – разводил руками Илья. – А может, мы не туда пришли?

– Да здесь она, здесь, – заверял Добрыня. – От нас прячется. – Он повернулся к лесу и громко произнёс: – За помощью пришли к тебе, за советом!

– Покажись, сделай милость! – добавил Илья и пригляделся к ближайшему дереву. Оно вдруг пошатнулось и вытянулось вверх, вместе с травой, мхом и большой поганкой. Оказалось, что это и не дерево вовсе, а крыша избушки на курьих ножках. Ствол превратился в трубу, а поганка – в конёк крыши.

Дверь избушки распахнулась, и на порог выскочила расплывшаяся в улыбке Яга.

– Ой, да что ж это за гости дорогие! – Она умильно сложила руки на груди. – Явились – не запылились!

Подхватила она богатырей под локотки и ввела в избу, усадила за стол, раздула самовар. За чаем богатыри свою беду и выложили. Яга слушала их, качая головой.

– Пуп Земли – это как бы ворота такие, – принялась объяснять она. – А при них привратник есть – он-то эти ворота и открывает. – Ведьма поставила перед Ильёй большую чашку чая и спросила: – Сколько сахарку положить?

– Без сахара, – ответил Илья.

– Сама я этого проводника никогда не видала, – продолжала рассказ Яга, доставая из печки тёплые пирожки. – Но говорят, вредный старикашка. Вредный и очень обидчивый. А поэтому и попасть к нему можно очень просто.

– Как же? – склонился к Яге Илья.

– Так обругать его! Он обидится и вас к себе затащит. А уж там смотрите сами, как с ним разбираться.

Добрыня непонимающе уставился на Ягу:

– Разве ж можно просто так, ни за что, обругать кого-то?

Баба Яга сначала и вопроса не поняла. Какая проблема обидеть другого? А когда догадалась, что Добрыня имеет в виду, только отмахнулась. Этих богатырей ещё учить и учить.

– Так вы ж не просто так, – объяснила она. – Вы для дела.

Богатыри переглянулись.

– Нет, это не годится, – решил Илья. – Должен быть другой способ.

– Ой, какие вы нежные! – проворчала Яга. – А в другом мире, между прочим, Алёша и Князь вашей помощи дожидаются! И этот... как его... Юлий! Хоть и не люблю я его, но всё же. Так что придётся. – Яга упёрла костлявые руки в стол.

– Нет, мы так не можем, – возразил Илья.

– Не могут они! – возмущению Яги не было предела. – А кто за вас друзей спасать будет?

Ответить богатыри не успели, потому что в дверь постучали.

– Это ещё кого несёт? – недовольно пробубнила Яга.

Незваный гость – к неприятностям.

– Яга, ты дома? – раздался из-за двери глухой голос Змея.

– Горыныч! – всплеснула руками Яга и пошла открывать. – Ему-то что нужно?

В дверь просунулись сразу три головы.

– Илья, Добрыня! – радостно воскликнула левая, увидев богатырей.

– Вот вы где! – заголосила центральная.

– Помощь нужна! – шёпотом добавила правая, и у неё на макушке нарисовался фиолетовый динозаврик.

На лицах богатырей сразу появилась улыбка. Уж больно малыш был мил. Динозаврик по-свойски пробежал по избе, взобрался на стол и в два укуса умял все пирожки.

– Ой, какой хорошенький! – Яга прижала ладони к щеке.

– Вернуть его нужно... – с грустью произнесла левая голова.

– Поможете? – спросила правая, с надеждой глядя на богатырей.

Ну как отказать другу? Тем более тут наверняка снова не обошлось без Пупа Земли.

Поблагодарив Ягу за угощение, гости вышли из избушки. Богатыри забрались на спину Горынычу. Осторожно взяв в лапы малыша-динозаврика, Змей взмыл ввысь. Яга смотрела им вслед и думала о том, что трудно им придётся. Там, где этот конь Юлий, ничего путного не выйдет. Как бы переворот какой не случился.

Она плюнула на порог, топнула, и избушка снова провалилась под землю. В непростое время так было надёжней. От лишних глаз подальше, от проблем поглубже.

А богатыри с Горынычем возвращались к Киеву.

– Не верю я Яге, – говорил Добрыня. – Неужто простой привратник может быть на такое важное дело поставлен?

– А она и не сказала, что он простой, – заметил Илья.

– Тихон говорил, вроде весёлый он, – осторожно заметила правая голова. – Пошутить любит.

– Вот и пошутил! Алёшку нашего схрумкал и не поморщился. Давай вниз, Горыныч, вон на ту полянку, – скомандовал Илья.

Змей, конечно, уже неплохо летал, но с приземлением у него всё ещё были проблемы. Ему так и не удалось сбросить скорость, и он вместе со своими пассажирами врезался в землю. Богатыри покатились кувырком. Горыныч тоже перевернулся на спину, удерживая при этом в лапах динозаврика. Малыш весело захохотал: видимо, ему очень понравился аттракцион.

Богатыри поднялись на ноги и, отряхнувшись, подошли к яме.

– Илья... – нерешительно начал Добрыня.

– Да? – Илья, не отрываясь, смотрел в воронку. Он знал, о чём его спросит друг, но ответа на его вопрос у него не было.

– Как мы незнакомому человеку... грубить будем? – пробормотал Добрыня.

– Я вот что предлагаю, – решительно сжал кулаки Илья. – Прежде Пупа Земли нам с тобой нужно друг на друге потренироваться.

– Да чего время терять! Давайте мы его обидим? – предложил Горыныч и сунул малышу жёлудь вместо соски. Тот сразу же засопел и закрыл глазки.

– Спасибо, Горыныч, но мы не можем на тебя такое тяжкое бремя переложить, – вздохнул Илья.

– Да, наш товарищ пропал – нам его и выручать, – добавил Добрыня и повернулся к Илье: – Ну... Начнём, что ли?

– Эм... – Поискав нужные слова, Илья застенчиво улыбнулся: – Давай ты первый.

Горыныч с интересом наблюдал за ними, пытаясь понять, в чём, собственно, проблема. Нужны ругательные слова? Спросите у него – он подскажет.

– Илья... – начал Добрыня, и в горле у него запершило. – Кхм...

– Давай, Добрыня, смелее! – подбодрила правая голова.

Не помогло. Добрыня мялся, не в силах обидеть друга. Так прошло какое-то время. Горыныч устал ждать.

– Добрыня, услышим от тебя сегодня что-то или нет?! – простонала голова посередине.

– Соберись уже наконец! – рявкнула правая голова.

– Всё-всё, – поднял руки Добрыня. – Готов. Илья, ты... – Он сделал глубокий вдох и... выдох.

– Что «ты»? Что? – гнула своё левая голова.

– Совершил плохой поступок, – выпалил Добрыня и испуганно глянул на друга.

Левая голова застонала. Ну кто ж так ругается?!

– Да, я совершил очень плохой поступок... – согласился Илья.

– Вы же должны ссориться! – возмутилась левая голова. – Обижать друг друга!

– Надо друг другу противоречить! – подсказала правая.

– Говори ему – сам дурак! – посоветовала голова посередине.

– Да ты что, Горыныч?! – замахал руками Илья.

– Ничего, потерплю. Для дела же... – смирился Добрыня.

– Сам ты... – Илья попытался набраться бойцовской злости, но смог только уныло закончить: – Плохой поступок совершил.

Горыныч поник всеми тремя головами. Да-а, с такой руганью они далеко не уедут.

– Нет, так не годится, – заявила голова посередине. – Не верю!

– Надо в роль войти! – нахмурилась левая.

– Прочувствовать! – поддакнула правая. – Ну-ка, ещё разок! Сосредоточьтесь! Добрыня, представь, что враг перед тобой...

Горыныч развёл лапами, малыш проснулся и заплакал. Горыныч снова сунул ему жёлудь.

Добрыня зажмурился, а потом обречённо махнул рукой:

– Не могу!

– У-у-у! – разозлилась голова посередине. – Да ну вас... Смотрите, как надо. – Она повернулся к воронке: – Пуп Земли – дурак!

Все с любопытством уставились в яму. Мгновение ничего не происходило, а потом земля вдруг дрогнула, воронка чавкнула, и все трое исчезли.

Но на этом грохот не стих. Земля снова дрогнула, и из воронки выбросило огромного фиолетового динозавра с жёлтым пузом. Он имел подозрительное сходство с малышом, о котором заботился Горыныч. И неудивительно! Ведь это была мама детёныша! Она жалобно рыкнула, возвышаясь над деревьями и глядя в сторону крыш и куполов стольного града Киева, а затем направилась прямиком к столице.

Долго ли, коротко ли, а дикари натаскали столько камней, что из них удалось сложить какую-никакую стену. Поддерживая своего взволнованного предка под локоть, Князь прохаживался с ним вдоль постройки.

– Огонь я вам предоставил? Предоставил! – перечислял он свои заслуги. – Теперь важно, чтобы тут твёрдая рука нашлась, которая будет править.

За беседой родственников из-за стены подглядывал Юлий. Ох, не нравилось ему всё это. Давно отсюда надо было бежать.

– Сам подумай, – продолжал Князь, – кто твой внучок? Правитель государства! Значит, и тебе таким нужно стать!

«Дедушка» Князя всё порывался что-то возразить, но тот не давал ему вставить ни слова.

– Да знаю, знаю я, что ты художник! – отмахнулся он. – Но это что ж за профессия такая? Между нами, хуже конюха. Какая у нас с тобой династия получится? Курам на смех!

Юлий не выдержал и показался из-за стены.

– Между прочим, знаменитый римский полководец Фетваний ведёт свой род от не менее знаменитого живописца... – начал он, но Князь его перебил:

– Полководец! – Для солидности он поднял указательный палец. – А мы про что говорим? Про княжеский род. Прошу не путать.

– Он потом стал императором, – обиженно добавил Юлий. – Правда, царствовал всего два дня...

– А всё почему? Династии не было нормальной! Юлий, не путай меня. Дедуль, тебя князем делать будем. Да-да, решено. Кремль для кого строим? Посмотри, какой краси... – Государь поднял глаза и остолбенел. Стена уходила далеко вверх, до самого неба. – Вы зачем её так высоко построили, остолопы? – накинулся он на дикарей, всё ещё таскавших камни. – Нужно было вбок камни класть!

Поверх стены выглянули улыбающиеся физиономии строителей.

Князь поискал виноватого и уставился на коня.

– Юлий! – рявкнул он. – Ты куда смотрел? Стена сейчас рухнет! Ну-ка быстро все вниз!

– Тамар! – рявкнул Юлий, делая строгую морду.

Перепуганные дикари исчезли.

– Ты уже выучил их язык? – с удивлением спросил Князь.

– А чего там учить? – отмахнулся Юлий. – Он же простой.

Вдруг стена дрогнула. Потом ещё раз. Зашаталась. Стало слышно, что с другой стороны по ней кто-то стучит чем-то тяжёлым. Едва Князь с Юлием и «дедушкой» успели отскочить в сторону, как стена обрушилась. В облаке пыли нарисовался вождь Шака с топором. Зарычав, он обвёл всех вызывающим взглядом и занёс топор. Князь с Юлием зажмурились.

Вжих.

Шака топором срезал часть своей бороды, оставив длину, как у Князя.

– Ха-ра ха-ха ра! – прорычал вождь, что означало: «Теперь ваш вождь такой же умный, как этот чужестранец!»

Дикари хмуро посмотрели на Шаку. Вождь сжал кулаки. Юлий с Князем отступили.

– Княже, волшебный артефакт... – напомнил конь.

Вспомнив о палочке, государь расправил плечи, победно усмехнулся, отодвинул Юлия и вышел вперёд. Лёгким движением руки он вынул палочку из-за голенища сапога и коснулся макушки Шаки.

Ничего не произошло.

Князь с удивлением изучил рогатину: почему в этот раз не сработала? Зарычав, вождь выхватил палочку из рук государя, изломал на мелкие кусочки и бросил на землю.

Дикари ахнули и отпрянули. Больше всех был поражён шаман. Он никак не мог взять в толк, отчего магия больше не действует?

Но если у шамана было время на рассуждения, то у Князя с Юлием – нет. Взмахнув топором, вождь устремился на них. Мгновение – и двое пришельцев снова оказались на дереве, с которого не так давно слезли. Племя сочувственно смотрело снизу. Но что они могли сделать? Хоть и полюбили они Князя, а помочь ему нечем. Уж слишком дикари боялись грозного Шаку. Вождь указал на художника, и два дюжих воина схватили беднягу и привязали к соседнему дереву.

Князь с болезненной миной на лице следил за страданиями предка.

– Надо же, как нехорошо получилось... – пробормотал он.

А Юлий тем временем искал пути отступления.

– Что же делать? – бормотал он. – Что же делать?

Шака победно рыкнул и стал раскачивать дерево. Для полной победы ему оставалось немного – избавиться от чужаков. Бедняги на ветке еле держались. Слыша их крики, Шака довольно смеялся.

– Прекрати немедленно! – вопил Князь. – Слышишь?!

– Ты наносишь непоправимый вред дереву! – добавил Юлий. – Лес нужно беречь! Бородёнку себе сделал, а ума не прибавилось!

Князь ощупал свою бороду и недовольно посмотрел на Юлия.

– Что? Ты сказал – бородёнку?

Он отломил хворостинку и хлестнул Юлия по морде.

– А ну повтори! – Удар, ещё один. – Повтори, я сказал!

– Ай... – попятился говорящий конь. – Ай! Княже! Да что ты? Замечательная бородка! Изумительная! Я оговорился... Ай! Да больно же! Стой!

Так бы Князь его совсем столкнул с дерева, но тут всё вокруг затряслось, и словно из ниоткуда на поляну вывалился Добрыня. Пуп Земли сработал! Богатырь мгновенно вскочил и огляделся.

– Добрыня! – завопил Юлий, не веря своему счастью.

Богатырь глянул на дикарей и поднял голову.

– Княже, Юлий! – с ласковой улыбкой произнёс он и вдруг помрачнел, соображая: кажется, его друзья попали в передрягу. – А вы чего на дереве делаете?

Не успели они ответить, как Шака взревел и бросился на нового пришельца, целя головой ему в живот.

– Добрыня! – ахнули Князь с Юлием.

Богатырь в последний момент успел увернуться, схватил Шаку за шиворот и приподнял над землёй.

Племя заволновалось – они уже не знали, за кого болеть.

Вождь пытался дотянуться до обидчика руками и ногами, но у него ничего не получалось.

– Кто это? – с изумлением спросил Добрыня.

– Это местный вождь! – заторопился Юлий и стал примериваться, как ловчее спрыгнуть. – Подожди, не отпускай его, пока мы не слезем!

Стоило ему с Князем оказаться на земле, как дикари радостно загалдели. Они собрались станцевать ритуальный танец победы, но Князь кивком показал на Шаку, и племя тут же кинулось вязать бывшего лидера. Так просто Шака не дался – он царапался и кусался, бил кулаками и изрыгал проклятия. Но после короткой потасовки эксвождя повалили и затянули на его руках и ногах прочные лианы. Шаке оставалось только сверкать глазами и бессильно рычать. Его привязали к тому же дереву, к которому ещё недавно был привязан художник.

– Вождь, значит? – спросил Добрыня, отряхивая руки – шкура у вождя оказалась пыльная.

– Бывший, – уточнил Князь.

– Укусил меня, представляете? – Юлий потряс якобы пострадавшим копытом. – Княже, скорее назначай дедулю князем и пошли Алёшу искать. Пора уже выбираться отсюда!

Князь приосанился, разгладил складки на одежде и, не глядя, протянул руку.

– Дай мне две подковы, – приказал он.

Юлий вытаращил глаза:

– Это невозможно! Конь без подков что дерево без гусеницы!

Князь недовольно упёр кулаки в бока.

– Юлий. Дай. Мне. Две. Подковы. – И громко добавил: – Немедленно!

С далёких деревьев посыпались иголки, а с веток сорвались потревоженные птеродактили. Испуганное племя притихло.

Юлий обвёл всех недовольным взглядом.

– Ладно-ладно, – обиженно пробормотал он. – Но вам же хуже будет.

Он подошёл к камню и сбил о него две подковы с передних копыт. Князь забрал их и стукнул друг о друга, выпустив несколько искр. Довольно кивнув, он протянул их «дедушке». Не веря своему счастью, тот хотел было взять их, но тут же испуганно отдёрнул руки. Немного поразмыслив, он всё же схватил подковы и, высоко подняв над головой, с громкими улюлюканьями унёсся в лес. С радостными криками племя убежало следом. Князь с грустью смотрел на удаляющегося родственника.

– Счастливо, Иоанн Первый! – прошептал он, махнув рукой. На глаза набежали слёзы, и он долго тёр щёки, погружённый в свои мысли о прошлом и будущем.

– Династия... – прошептал Князь. – Ну что, в путь? – повернулся он к друзьям. Хватит прохлаждаться в неведомых землях, пора было уже и о своём княжестве подумать. Как оно там без него? Не развалилось ли? – Командуй, Добрыня!

А совсем неподалёку Горыныч осторожно усадил в траву принесённого с собой динозаврика. Малыш радостно пискнул. Должно быть, он очень обрадовался, оказавшись в родном мире. Он кинулся в траву и, забравшись в чашечку огромного цветка, закопался в пыльце и чихнул.

– Не опасно его тут одного оставлять? – спросила правая голова, испуганно поглядывая по сторонам.

– А он не один будет, – ответила левая и кивнула на лес. – Вон там ходит кто-то...

Две остальные головы пригляделись и различили вдали огромного тираннозавра. Он запрокинул голову и страшно рыкнул. Горыныч застыл от ужаса.

– Мама! – икнула правая голова.

– Т-ты думаешь, эт-то его мама? – прошептала левая.

Горыныч подхватил динозаврика и показал ему тирекса.

– Малыш, ну-ка, кто у нас там? – спросила голова посередине. Динозаврик равнодушно зевнул и отвернулся. – Не боится. Или это не его мама.

– Потому и не боится, что не мама, – согласилась правая.

– Я тоже думаю, что прабабушка у нас симпатичнее, – качнулась левая.

Динозаврик заурчал и потёрся о правую морду Горыныча.

– Зайка какая, – умильно прикрыла та глаза. – Не хочет от нас уходить!

– Иди, маленький, – проворковала голова посередине. – Ищи своих!

Горыныч снова спустил динозаврика на траву, и тот, перепрыгивая с цветка на цветок, устремился к лесу. Змей вытер слезу умиления и поднялся в воздух. Ему тоже было пора к своим. Он летел и летел вверх, пока не оказался выше облаков.

– Зачем это мы так высоко поднялись? – заволновалась правая голова.

– Да, перебор, – согласилась центральная. – Спускаемся. Нам же богатырей нужно найти.

Горыныч взял новый курс. Вскоре перед ним открылась яркая картина экзотического первобытного мира: гигантские папоротники и лианы, высокие горы, равнины с пасущимися на них длинношеими животными.

– Чудеса! – выдохнула правая голова.

– Красота! – поддержала её левая.

– Вы не на красоты любуйтесь, – одёрнула их центральная, – а Илью с Добрыней высматривайте!

Остальные две головы послушно кивнули.

Князь с Юлием беспечно шагали по тропинке. Государь был воодушевлён.

– Да, – говорил он, благосклонно поглядывая по сторонам, – сколько дел мы хороших совершить успели!

Впереди шёл Добрыня – не нравились ему странные шорохи и звуки да чирикающая зелень. Домой бы поскорее вернуться. Слишком много вокруг опасностей. Он предупредительно придерживал ветки, чтобы они не ударили по лицу идущего следом Князя. Появлявшиеся на пути камни Добрыня отодвигал.

– Это каких дел, Княже? – спросил богатырь, спрыгивая со сдвинутого валуна.

– Разных, – ответил Князь и остановился у быстрой реки. – Самое главное – мы династию основали! Это историческое событие, по- другому не скажешь. – Взгляд его погрустнел. – Жаль только, проститься по-человечески не вышло...

– Ничего! – Юлий бодро проскакал по камешкам через реку. – Зато они теперь нас не забу... – Камешки у него под копытами зашевелились. Оказалось, он ступил на спину водного динозавра! Монстр клацнул зубами и уплыл.

Юлий спрятался за спиной Добрыни.

– Ух ты! – зачарованно прошептал он. – Водный верблюд!

– Так что ты там про нас говорил? – повернулся к нему Князь. Ему очень нравилось, когда его хвалили.

– Говорю, они нас всю жизнь вспоминать будут, сказания и легенды о нас сложат!

– Думаешь? – с надеждой спросил Князь.

– Конечно! – не сомневался конь. – Обо мне, например, будет такая!

Юлий вскочил на серединку ромашки – такой огромной, что она даже не покачнулась под его тяжестью.

– Позвякивая серебряными копытами, – начал фантазировать Юлий, – сошёл с высокого облака на землю дивный конь с золотой гривой и принёс людям огонь. На его благородном...

Ромашка схлопнула лепестки. Юлий и охнуть не успел. Добрыня подскочил и тряхнул цветок за ствол. Лепестки раскрылись, выпуская коня, и тот кувырком полетел на землю.

– Вот это ромашка! – прошептал он, отползая поближе к Князю.

Но сделал он это зря, потому что Князь смотрел на него недовольно.

– Огонь людям я принёс, – заявил государь. – Чего ты врёшь?

Юлий встал на ноги.

– Княже, теперь, по прошествии веков, совсем неважно, кто там этот огонь принёс! – И он зашагал дальше.

– А что важно? – раздражённо спросил Князь.

– Важен образ, точнее, поэтика образа! Вслушайся, сколько внутренней красоты в словах «дивный конь с золотой гривой»! И теперь сравни – «князь с золотой гривой». Согласись, звучит глупо.

– «Князь» звучит глупо?! – возмутился государь.

Он уже собрался наподдать Юлию, но тут вмешался Добрыня.

– Тише-тише, – остановил он спор и поднял руку, призывая прислушаться к странным звукам. Где- то что-то шуршало и трещало. И тут из чащи показался тираннозавр с привязанным к спине камнем. Заметив путников, ящер скрылся в густой зелени.

– Нам туда, – показал Добрыня в противоположную сторону.

Кинув на Юлия уничижительный взгляд, Князь догнал богатыря.

– Добрыня, почему ты так думаешь?

– Чувствую так, – признался Добрыня. – Где-то там он...

– Выход? – крутился рядом Юлий. – Мы же выход ищем?

– Нет. Сейчас мы ищем Алёшу.

– A-а, ясно, – разочарованно протянул Юлий. – Я совсем забыл про Алёшу. Но зачем куда-то идти? Дороги здесь плохие. – Он брезгливо осмотрелся. – Насекомые всякие... Змеи небось есть. Давайте просто хором покричим: Алё-о-оша...

– Алёша... – подхватил Князь.

У них над головами с шумом и криками сорвалась стая птеродактилей. Все испуганно присели.

– Не нужно кричать, – строго сказал Добрыня. – Лучше оставаться незамеченными.

– Согласен, – кивнул Князь. – Юлий, твои идеи нас до добра не доведут! – И он погрозил ему кулаком.

Бродил по первобытному лесу и Илья. Сейчас его внимание как раз привлёк шум, доносившийся из-за кустов. Ящер с сиреневым гребнем напал на маленького птеродактиля. Малыш съёжился, но появление Ильи спугнуло хищника. Ящер убежал, а Илья вернул крошечного птеродактиля обратно в гнездо, где его радостно приняли двое других малышей.

За спиной у Ильи кто-то хрустнул веткой, и богатырь резко обернулся. Перед ним стоял крупный олень: белая грудка, пятна по бежевому крупу и необычно большие рога. Зверь внимательно посмотрел на Илью и кивнул, маня за собой.

Богатырь подивился, а в следующую секунду подумал: а что, если это ловушка? И всё же он решил рискнуть и отправился за диковинным оленем.

Тот привёл его к прогалине между деревьев. Поперёк неё лежал толстый ствол доисторического дерева, а под ним виднелась лужица – когда-то тут был родник. Около лужицы топталось существо, похожее на лягушку, но с большим гребнем по спине и с хвостом. Существо с надеждой посмотрело на Илью. Богатырь оглянулся на оленя. Тот снова кивнул. Из-за листвы за Ильёй следили глаза разных зверей. У всех были распахнуты пасти и высунуты языки: все хотели пить.

– Да вы без водопоя остались, бедняги! – догадался Илья. – Сейчас я вам подсоблю.

Он легко подхватил ствол и отбросил в сторону. Ручей был освобождён. Звери тут же устремились к воде. Олень благодарно склонил голову, и Илья снова подивился его рогам.

– Красавец! – восхитился богатырь. – Признаться, красные рога впервые вижу... Это Пуп Земли тебе такие приладил?

Олень негромко фыркнул.

– Да, хотел бы я с ним повидаться... – пробормотал Илья.

Олень, казалось, отлично понял его слова и, развернувшись, отправился в глубь леса. Илья невольно сделал пару шагов следом.

– Ты меня куда-то ведёшь? – спросил он. Хотя ответ и так был ясен: да, ведёт. Оставалось надеяться, к Пупу Земли.

По этому же лесу пробирались Добрыня с компанией. На выходе из него Князь отвлёкся – за деревьями открывалась просторная долина, на которой паслись огромные чудища с длинными шеями, толстыми ногами и шипастыми гребнями.

– Добрыня! – с изумлением позвал Князь.

Богатырь обернулся и, разглядев чудищ, охнул от удивления.

Юлий был тут как тут.

– А, да это ж динозавры, – как бы между прочим сообщил он. Словно он древних ящеров каждый день видел. – Хорошо, что они далеко от нас.

Привлечённые голосами к путникам выбежала пара малышей-динозавриков.

– А это кто? – спросил Князь.

– Так тоже динозавры, – отозвался Юлий и засмеялся. – Только маленькие. Таких можно не бояться.

Князь состроил умильное лицо.

Добрыню вдруг посетила догадка:

– Значит, Горыныч с детёнышем динозавров нянчился?

– Да, именно так, – подтвердил Юлий. Шустрый малыш забрался к нему на спину и закопался в хвосте. – Одного такого Пуп Земли к нам забросил.

– Но почему только одного? – Князь погладил второго малыша, и от удовольствия тот лёг на спину и заболтал толстенькими ножками. – Нам бы такие пригодились! Пахать на них, к примеру...

– Да что ты, Княже, они ж все вымерли! – легко бросил конь.

Князь замер.

– Как вымерли?!

– Да обыкновенно. – Юлий вертелся на месте, пытаясь избавиться от малыша, который уже вовсю драл его хвост. – Метеорит на них упал... Ай!

Конь подозрительно посмотрел по сторонам, почёсывая копытом затылок.

– Камнями кто-то кидается! – пожаловался он.

– Брось, Юлий, не выдумывай, – добродушно отозвался Добрыня. – Некому тут кидаться. Давайте на ту сторону перебираться...

– Ну вот опять! – взвизгнул Юлий, взволнованно перебирая ногами, – он почувствовал болезненный удар чем-то жёстким по крупу. Как неприятно!

Вскоре на пути друзей оказалась расселина. Добрыня поднял длинную толстую палку, разбежался, оттолкнулся от края и перелетел через пропасть. От испуга Юлий закрыл глаза копытами. Страсти-то какие – на палках прыгать! Он ни за что так не сможет!

На другом краю расселины Добрыня подошёл к гигантскому папоротнику. Он наклонил его, и теперь можно было легко пройти по нему, словно по мостику.

– Княже, хватайся! – крикнул Добрыня.

Юлий категорически замотал головой:

– Добрыня! Я на такой штуке не полечу. И Князь не полетит!

Мимо их ног пробежали два динозаврика и уселись на листе, словно для них это был знакомый аттракцион.

– Юлий! Ты что за меня говоришь? Вон, видишь, даже они не боятся! – показал Князь на малышей и, сев рядом с ними, скомандовал: – Давай, Добрыня!

Богатырь отпустил папоротник, и Князь взмыл вверх.

– Не боятся! – Юлий с тревогой следил за полётом государя. – Да они просто не достигли нашего уровня развития!

Князь благополучно перелетел через пропасть и упал в надёжные руки Добрыни. Богатырь вернул папоротник Юлию. На нём вернулись и динозаврики. Их мордочки лучились от удовольствия. Юлий попятился. Но почувствовав, как что-то снова ударило его по крупу, конь наконец решился.

– Хватит болтать! – поторопил его Князь.

– Что вам тут – парк развлечений, что ли? – рыкнул на прыгающих вокруг его копыт динозавриков Юлий и, забравшись на лист, обхватил его. Напоследок шикнул на малышей: – А вы давайте домой. И чтобы я вас тут больше не видел!

И Добрыня снова отпустил папоротник.

А в это же время Илья спешил за оленем. Они шли вдоль глубокого озера: в воде нежились чудища, а по их спинам скатывались весёлые детёныши. Они пересекли рощу, через которую шествовали гиганты, чьи ноги были больше самого богатыря. И вот они оказались у подножия скалы, где открывался вход в пещеру.

– Хочешь сказать, тут обитает Пуп Земли? – нахмурился Илья.

Олень встал на задние ноги, издал странный звук и поспешил скрыться в зарослях.

Илья покачал головой. Ну и чудеса тут происходят! Он забрался на скалу и вошёл в пещеру. Внутри было темным-темно.

– Есть кто? – позвал богатырь.

За поворотом забрезжил свет, словно где-то поблизости горел костёр. Илья сделал пару шагов и застыл от изумления.

Около костра стоял и помешивал поварёшкой в котелке Тихон.

– А, Илюша! – повернулся он на звук шагов.

– Проходи-проходи, – гостеприимно приглашал Тихон, наливая варева в плошку. – Как раз ушица поспела...

От удивления Илья не мог шевельнуться.

– Тихон? – пробормотал он. – Ты – Пуп Земли?

Тихон налил вторую плошку варева и поставил на каменный стол. Порезал в тарелку доисторическую зелень.

– А почему нет? – взмахнул ложкой Тихон и, усевшись на валун, принялся хлебать уху. – Почему бы мне не быть Тихоном? Или – Тихону мною?

Илья никак не мог взять в толк, что это значит. Столько поисков, столько волнений, Любава плачет, Фрося переживает – и всё из-за... Тихона?

– Да ты ешь, ешь! – Старик ткнул ложкой во вторую миску. – Вкусная.

На негнущихся ногах Илья подошёл к столу, сел и машинально взял ложку. Он зачерпнул ухи, поднёс ложку ко рту, но тут же опустил.

– Нет, погоди. Сначала объясни мне: ты и впрямь Пуп Земли?

Только что сидящий за столом Тихон вдруг оказался совсем рядом с Ильёй. Богатырь вздрогнул.

– Эх, Илюша, ты и впрямь решил, что с Тихоном разговариваешь? – спросил старик, и неожиданно с другой стороны к Илье подошёл... второй Тихон!

– Ас кем же? – пробормотал богатырь.

– А сам с собой, – произнёс Тихон, снова сидящий над плошкой с ухой. За его спиной потянулась вереница таких же Тихонов.

Илья помотал головой. Что же тут происходит?!

Солнце клонилось к закату, а Горыныч всё летел, разыскивая богатырей.

– Как сквозь землю провалились! – проворчала левая голова. – Где их искать-то? Я уж устал.

– Да и закат близок, – заметила голова посередине.

– А давайте у птичек спросим? – предложила правая. – Может, они богатырей видели?

Другие две головы посмотрели на скалу, где сидела стая птеродактилей.

– Ты уверен, что это птички? – с сомнением спросила левая голова, рассматривая закрытые глаза и сложенные крылья странных существ. Если они на кого и были похожи, то, скорее, на летучих мышей.

Горыныч всё же решил рискнуть и повернул к скале.

– Кто спрашивать будет? – решила уточнить правая голова.

– Так и быть, я могу, – вызвалась голова посередине. – Кхм-кхм! – громко откашлялась она, собираясь произнести длинную речь. Все птеродактили одновременно открыли глаза. – Вы не встречали здесь... Как бы это сказать...

Птеродактили были явно недовольны, что их потревожили.

– Мне не нравится, как они на нас смотрят, – прошептала левая голова.

– Недружелюбно, – согласилась с ней правая.

– Да вы что! – отмахнулась центральная. – Просто мы забыли поздороваться!

Горыныч раскрыл объятия:

– Приве-ет!

Все три головы растянули губы в широкой улыбке, обнажив зубы.

Птеродактили, распахнув клювы, тоже показали острые зубы.

Змей испуганно отшатнулся.

– Эй, вы чего?

Птеродактили взмыли в небо и набросились на незнакомца, смеющего им угрожать: в мире дикой природы демонстрация зубов – знак угрозы: мол, смотри, какой я сильный, сейчас я тебя покусаю.

Жаль, что Горыныч этого не знал. Он в панике замахал крыльями, пытаясь спастись, но птеродактилей было слишком много. Они окружили его и стали щипать за пятки и крылья, за бока и лапы. Змей рванул прочь. Птеродактили – следом. Горыныч уходил в пике и закладывал виражи, но оторваться от преследователей не получалось. Тогда он резко сменил направление и нырнул в ущелье. Птеродактили – за ним. Горыныч чуть не застрял в проходе, но всё же проскочил, успел прыгнуть в яму и прикрыться сверху крыльями. Птеродактили покружили над ним, но так и не нашли, а затем уселись на ближайшей скале ждать. Каждый из них зевнул, снова показав острые зубы, и закрыл глаза.

– И долго мы так сидеть будем? – шёпотом спросила правая голова.

– Нет, не думаю, – просипела левая. – Кажется, они засыпают.

Горыныч осторожно приподнял крыло. Вся стая одновременно открыла глаза.

– Ничего-ничего, – ободряюще сказала левая голова. – Мы подождём.

И все три головы прикрыли глаза.

Наступила ночь. На небе, словно миллионы огоньков, горели звёзды. Горыныч поглядывал на них и вздыхал.

Любовались звёздами и стоявшие на скале Илья и странный Тихон – или это был тот самый загадочный привратник?

– Смотри, небо какое... – повёл рукой Тихон от горизонта до горизонта. – Красота ведь?

– Красота, – негромко согласился Илья.

– И вроде бы все звёзды разные, каждая мигает по-своему... – Тихон словно гладил небосвод. – А присмотришься – похожи.

– Да, похожи, – заворожённо повторял Илья.

– Но есть среди них такие, которые не спутаешь. – Тихон сначала показал на жёлтую звезду, а потом перевёл палец на сияющую голубым светом красавицу. – Особые это звёзды. Как ты, как Добрыня и Алёша. На них весь небосклон держится. И в этом мире, и в том. А если одна исчезнет, то...

Тихон дунул на голубую звезду, и она погасла. Небо накрыла тьма, которую не могли побороть все остальные звёзды.

– Понимаешь? – осторожно спросил Тихон.

– Понимаю, – кивнул Илья. Ему стало неуютно в темноте.

– Хорошо, – ласково улыбнулся Тихон. – Непростое вам выпало испытание. Думаю, справитесь. И Алёше поможете, и самих себя вновь обретёте. – Он положил руку богатырю на плечо. – Ну, всё, Илья. Пора тебе.

С этими словами он исчез. Какое- то время его силуэт виднелся в небе, но вот и его не стало. Илья зажмурился, снова открыл глаза и вдруг оказался не на вершине горы, а в лесу. Над головой было не звёздное небо, а зелень. Щебетали птички, дул приятный тёплый ветерок. Рядом журчал освобождённый ручеёк. Зверушки все давно напились и разбежались. Никого вокруг не было.

К утру пошёл дождь. Добрыня с Юлием и Князем всё шли и шли по лесу, и конца-края их дороги не было видно.

– Добрыня! – ворчал Юлий. – Я предлагаю бросить искать Алёшу и начать искать выход. Сначала утвердим план эвакуации, а потом сразу вернёмся к поискам Алёши. По-моему, логично.

На последнем слове Юлий неосторожно ступил, и его копыто сорвалось с обрыва. Он потерял опору и вот-вот полетел бы в пропасть, если бы Добрыня не успел подхватить его за переднюю ногу и вытянуть на твёрдую землю.

– Нет, не логично, – спокойно продолжил разговор Добрыня, словно и не спасал никого только что. – Нам ещё Илью с Горынычем разыскать нужно. А вот потом все вместе и будем выход искать.

– О, так Илюша тоже здесь? – услышал знакомое имя Князь и довольно разулыбался. – Молодцы, не бросили в беде государя!

– Да-да! – закивал Юлий. – А на Горыныче мы улететь сможем! – Сказав это, он понял, что сморозил глупость.

– Куда же ты улетишь отсюда, Юлий? – добродушно спросил Добрыня. – В соседнее болото?

– Да... Не подумал, – уныло отозвался конь.

Как же ему хотелось поскорее домой! Свежескошенная травка, чистая водичка, солнышко светит. Все животные нормального размера, а не эти монстры!

– Ладно, не унывай, – поддержал друга богатырь. Пока суд да дело, он раскидывал камни, загораживающие вход в пещеру. – Сначала – Алёша. Затем Илья с Горынычем – ну, и далее по плану. Всё, привал!

Добрыня вошёл в пещеру и устало сел на камень. Всё лучше, чем под дождём. Юлий оценивающе осмотрел место отдыха и недовольно скривился. Ни мягкой травы, ни сочной морковки. Ещё и на твёрдом камне сидеть! Куда ж такое годится!

– Вот мы ищем Алёшу, ищем, – проворчал конь, – а ведь это он во всём виноват! Это он Пуп Земли разозлил, а мы теперь должны...

Юлий вздрогнул. Между Князем и Добрыней на камешке вдруг оказалось серое существо со взъерошенной гривой и большими круглыми глазами. Это же Моисей, ослик Любавы! Он грыз морковку и с сожалением смотрел на Юлия. Вокруг ослика разливался лёгкий светящийся ореол.

– М-м-м, какая вкусная! – причмокнул Моисей и снова вгрызся в морковку.

Юлий сглотнул. Ему тоже хотелось морковки.

– Видишь ли, Юлий, – начал Моисей, пристально глядя ему в глаза, – не в вине дело. Богатыри – единое целое и вместе должны по жизни идти. Судьба у них такая.

Юлий сглотнул и подпрыгнул от ужаса.

– Княже! Добрыня! Вы его видите? – заорал он, указывая копытом на... пустое место.

Князь и Добрыня удивлённо переглянулись. Рядом с ними никого не было.

– Кто тебя напугал, Юлий? – осторожно спросил богатырь.

– Враги? – забеспокоился Князь. Юлий ещё раз огляделся. Никого.

– Нет-нет, почудилось, – пробормотал он, прижимая копыто к морде.

– Алёша-то, может, и вправду виноват, – подхватил Князь. – А мы-то за что пострадали? Шутили себе, слова худого не сказали...

Юлий вдруг услышал смех Моисея и поджал уши. Теперь ослик сидел у стены, обмахиваясь зелёным листиком.

– Вот и я пошутить люблю! – хихикнул он. – Вы глупость сказали, а я ответил! – Моисей отложил листик, взгляд его стал серьёзным. – Но вот чтоб ты знал: не пройдут богатыри испытание, так здесь и останутся. И ты вместе с ними. Будешь с Князем палаты каменные строить.

Юлий вдруг понял, что остался один на один с Моисеем. Остальные куда-то подевались: и Князь, и Добрыня – а вместе с ними и вся пещера. Они с осликом словно воспарили, и вокруг было только звёздное небо, плывущее у них над головой. А потом всё исчезло, и Юлий снова оказался в пещере, сидя между Князем и Добрыней. Голова кружилась, хотелось пить, перед глазами всё плыло.

– Ну что, отдохнули? – поднялся богатырь. – Пошли дальше.

Он направился к выходу из пещеры, выглянул наружу – дождь кончился. Юлий бросился ему наперерез.

– Добрыня, Добрынюшка! – с мольбой в голосе произнёс он. – Вы непременно, непременно должны справиться! А не то...

– О чём ты, Юлий? – повернулся к нему богатырь. Конь вёл себя странно – то мерещится ему что-то, то просит непонятно о чём. Нет, он, конечно, всегда чудит, но сейчас как- то особенно. – С чем справиться?

– Не спрашивай, ничего больше не знаю! – Юлий весь дрожал. – Знаю только: если не пройдёте испытание, то всем нам крышка!

– Да не волнуйся ты так, – потрепал его по гриве богатырь. – Справимся, конечно. Ну что? В путь!

Шагал своей дорогой и Алёша. Только он давно понял, что заплутал. Прямо перед ним расстилалась долина: река, зелень, простор. За его спиной тоже была долина – всё та же речка, всё та же зелень. Простор прилагался. Алёша в сердцах бросил палку, которую нёс в руке, и уселся у большого камня. Над головой пролетела огромная стрекоза. Богатырь понюхал яркий цветок, растущий рядом, и вздохнул:

– А дома Любава ждёт...

Вспомнив про зазнобу сердца, Алёша разозлился. Такая досада его взяла!

– Как меня Добрыня учил? – заговорил он сам с собой. – Рассуждать нужно!

Около него тут же появился воображаемый Добрыня.

– Ты рассуждай, Алёша! – по-доброму произнёс он.

– Сейчас-сейчас... – забегал перед камнем Алёша. – Значит, так: я упал сверху!

– Верно, – подбодрил Добрыня.

– Рассуждаем-рассуждаем... – бормотал Алёша, но ничего, кроме этих слов, в голову не приходило. Не умел он рассуждать!

Вдруг к его ногам свалился камень.

– Точно! – обрадовался богатырь. – Прямо как этот камень! Значит, если я оттуда упал, то...

Добрыня терпеливо ждал. И Алёшу наконец осенило.

– Значит... выход должен быть наверху!

– Молодец! – похвалил Добрыня.

– фу-у-ух... – вытер со лба пот Алёша. – Какой я ответ непростой нашёл!

Задрав голову, он долго всматривался в небо и наконец ткнул в него пальцем:

– Вон вроде что-то виднеется, точка какая-то... А, нет, это птица. Но в любом случае нужно наверх попасть. – Он почесал в затылке. – Как же это сделать?

Ответ упорно не приходил ему в голову.

– Рассуждаем-рассуждаем... – снова попытался подбодрить себя Алёша.

Добрыня уже исчез, подсказать было некому. А как бы сейчас пригодился совет верного друга! «Где же все мои друзья?» – грустно подумал Алёша.

Нуждался в помощи и Горыныч. Уже вставало солнце, а он всё сидел в расщелине, прикрывшись крыльями.

– Эй, уснули! – прошептала центральная голова.

– Угу, – сонно зевнула левая.

– Спим, – невпопад ответила правая.

– Да не мы! Они! – показала центральная на птеродактилей.

Остальные две головы распахнули глаза. Вредные птички и правда спали.

– Будем выбираться! – решила голова посередине. – Готовы?

– Да! – отозвались две другие.

Змей шевельнулся, птеродактили разом уставились на него. Бедолага – обратно в расщелину.

– Ой! – выдохнула левая голова.

– Проснулись, – прошептала правая и икнула, выплюнув немного огня.

– Чего это ты? – удивилась голова посередине.

– Да это он от страха икает, – заложила собрата левая.

– Это я просто поперхнулся! – возмутилась правая и снова икнула, изрыгнув немного пламени.

– О, огонь! – обрадовалась голова посередине и тоже плюнула. – Мы же огнём их можем одолеть.

– Точно! – хором поддержали идею левая и правая.

Горыныч вылетел из расщелины прямо на птеродактилей. Доисторические птички ничего не успели сообразить, как из трёх пастей их окатило пламенем. Ящеры кинулись врассыпную. Змей помчался за ними, поджигая крылья и хвосты. Он рычал. Он творил хаос. Он был великолепен во всей своей мощи!

Этот-то рык и услышал Илья. По небу над ним пролетела стая перепуганных птеродактилей, следом за которой гнался Горыныч, осиянный огнём и яростью.

– Горыныч! – обрадовался богатырь.

Но как назло, именно в этот момент пламя у Змея кончилось. Он закашлялся.

– Горыныч? – с волнением крикнул богатырь.

– Илья! – первой друга заметила центральная голова.

Спикировав на землю, Змей подбежал к богатырю и, сжав кулак, приветственно ударил по выставленному кулаку Ильи.

– Ну вот и свиделись! – улыбнулся Илья.

Дело осталось за малым – найти остальных.

Друзья их тоже сложа руки не сидели. Алёша решил проверить свою теорию и не придумал ничего лучше, чем забраться на высокое дерево. Он легко вскарабкался по стволу. Но когда добрался до верхних веток, понял, что дело плохо: они трещали под его весом. Пока он искал, на что бы опереться, у него над головой пролетел Горыныч с Ильёй.

Тут-то наша история могла бы приобрести новый поворот. Встретились бы богатыри и быстро сообразили вдвоём, как им вернуться домой. Но к сожалению, никто из них не заметил товарища.

Алёша, с трудом балансируя на ветке, посмотрел вверх.

– Ну и что дальше? – с досадой прошептал он.

И тут прямо перед богатырём возник гигантский ящер с острым клювом. Это был один из птеродактилей, охотившихся на Горыныча. Он клацнул зубами, и Алёша, от неожиданности потеряв равновесие, кубарем полетел с дерева. Но птеродактиль от него не отстал. Щёлкая клювом, он всё пытался цапнуть богатыря за ногу или за руку. Алёша ухватился за ветку. Глянул вниз – до земли было ещё далеко. Из зелени снова показался птеродактиль и пролетел под ним. И тут богатырь отпустил руки и оседлал вредную «птицу». Птеродактиль вскрикнул, завертелся, но Алёша был не из тех, кого можно легко сбросить со спины. Крепко держась за длинный отросток на голове ящера, Алёша довольно улыбнулся: теперь-то он сможет подняться выше!

Пока богатыри искали выход из другого мира, в Киеве за судьбу любимых волновались три девушки. Настасья бежала к Алёнушке – а та ей навстречу.

– А я к тебе как раз, – всплеснула руками Алёнка. – Илья пропал!

– Ой, и Добрыни тоже нет! – нахмурилась Настасья. – Пойдём скорее к Любаве!

Навстречу им валил перепуганный народ: визжали бабы, плакали дети, мужики просили кто рогатину, кто кол. Над толпой, над куполами церквей и коньками теремов, возвышался динозавр. Он неуклюже брёл по улице, широкими боками снося заборы и задевая дома. Заглядывая в окна, он просовывал голову на длинной шее в ворота. Всё для него тут было страшным и непонятным. Время от времени динозавр останавливался и жалобно рычал: мать искала своего детёныша.

Вдруг она услышала детские крики и развернулась, наступив при этом на дом. Стоящие рядом люди в немом оцепенении стащили с головы шапки.

– Дом шурина, – прошептал толстый боярин. – Был...

Алёнушка с Настасьей побежали следом за монстром.

Привлекли динозавра шум и смех на детской площадке. Были тут большие деревянные качели, песочница, горка. Заметив страшилище, дети с визгом бросились врассыпную. Только один малыш на доске-качалке, с любопытством уставившись на гиганта, захихикал. Динозавр осторожно наступил на поднятый край доски, и малыш взлетел вверх. Испугавшись, он мигом спрыгнул с качелей и убежал. Динозавр загрустил, подумав о своём детёныше.

А Любава в это время пластом лежала на лавке и смотрела в потолок. Алёши не было уже какой день, и жизнь без него была не мила. Приход Бабули Любава не заметила. А та появилась не с пустыми руками, с собой у неё была корзинка с едой, да ещё мешок в придачу.

– А я вам картошечки принесла, – ласково говорила она, расставляя гостинцы на столе. – Пирожки, огурчики солёные... Давненько вы у нас не были...

Поняв, что в доме творится что- то неладное, Бабуля так и охнула. Любава даже головы в её сторону не повернула. Всё так и продолжала смотреть в потолок.

– Любава? – всплеснула руками Бабуля. – Никак захворала?

Она подошла к постели и коснулась плеча внучки. Любава, казалось, только что её заметила. Села как каменная с совершенно неподвижным лицом.

– Что случилось-то?! – перепугалась Бабуля.

Глаза Любавы вмиг наполнились слезами.

– Ал... Ал... – заикаясь, заговорила она, но так и не смогла продолжить.

– Ничего не понимаю, – засуетилась Бабуля. – На, попей молочка!

Она протянула внучке крынку. Любава мгновение с удивлением смотрела на молоко, наконец всхлипнула и осторожно взяла крынку. Но тут её снова захватили чувства, и она зарыдала.

Хлопнула дверь. В дом вбежали Настасья и Алёнка. Любава тут же спрыгнула с лавки.

– Нашлись? – подалась она к подружкам.

– Да какое! – отмахнулась Настасья. – Ещё хуже!

Любава опустила руки. Крынка упала на пол, и молоко разлилось.

– Князь тоже пропал! – быстро заговорила Алёнка. – В городе ТАКОЕ творится...

Любава хотела было снова зарыдать, но Алёнка быстро добавила:

– Чудище там заморское! Бродит по городу и крушит всё подряд!

– Чудище? – нахмурилась Бабуля. – Хм... Ну-ка, пошли, поглядим на него.

Она решительно распахнула дверь и вышла на улицу. Девушки поспешили за ней. Раз уж пожилой человек не боится, то и им пасовать перед опасностью не стоит.

Не из пугливых оказалась и Фрося. Она сидела в своей светлице в княжеском тереме, вышивая семейный портрет. Когда за окном послышались крики и шум, Фрося подняла голову от пялец. В следующее мгновение всё в её комнате подпрыгнуло. С подоконника свалился плюшевый медвежонок. Фрося кинулась к игрушке. Да кто же там так шумит?! Она распахнула окно и отшатнулась. На неё смотрела голова какого-то огромного зверя. Фрося глазам своим не могла поверить!

– Ой, какая... – прошептала она, сразу поняв, что перед ней существо женского пола. – Как ты сюда забралась?

Динозавр потянулся к девочке: от неё пахло молоком, прямо как от его детёныша. Глаза древнего зверя наполнились слезами. Он замычал от тоски.

– Бедная! – прошептала Фрося, протягивая руку.

Динозавр не отстранился и дал себя погладить.

– У тебя беда приключилась? – спросила Фрося.

В ответ послышалось грустное рокотание. Княжья дочка села на подоконник и, приобняв динозавра, погладила по морде.

Снизу зашумели.

– Вон оно! Чудовище! – орал дюжий дружинник.

– Подымай! Целься! – командовал воевода.

Лучники натянули тетиву.

– Погодите! – закричала Фрося.

Динозавр обернулся. Держащаяся за него девочка съехала с подоконника.

Отчаянный визг прокатился по площади. Ящер хвостом подхватил падающую Фросю и подсадил к себе на шею.

– Не стрелять! Там дочка княжеская! – в панике воскликнул воевода.

Фрося удобней устроилась на шее зверя и глянула вниз.

– Зачем вы её пугаете? – закричала она стражникам и погладила ящера по гладкой голове. – Она наша! Горыныча сестрица! – Фрося никак не могла допустить, чтобы стража причинила вред её новой подруге.

– Опустить оружие! – скомандовал воевода и ворчливо добавил: – Хороша сестрица! И народ распугала, и городу урон нанесла. А с Горынычем договор был – в город не летать... – Он недовольно зыркнул по сторонам и крикнул Фросе: – Пусть тогда уходит отсюда! Скажи ей!

– Скажу! – махнула в ответ рукой Фрося. – А вы в сторону отойдите! – Она снова погладила динозавра по затылку. – Пойдём, моя хорошая. Не бойся, я тебя не брошу.

Огромный зверь с трудом развернулся и зашагал по переулку, стараясь не задевать дома.

– Боевая девчонка! – покачал головой воевода. – Ничего не боится!

Динозавр свернул на пустую улицу. Навстречу ему вышла Бабуля, а за ней торопились Алёнка, Настасья и Любава.

– Тихон послал Горыныча к богатырям, – рассказывала Бабуля. – Чтобы зверёночка вернуть назад! Понимаете?

– Так они на Горыныче улетели? – спросила Алёнка.

– Хоть бы предупредили, – недовольно сдвинула брови Настасья.

– Какого зверёночка? – не поняла Любава.

Ответить Бабуля не успела, потому что прямо перед ней возник динозавр с Фросей на шее.

– А вот такого, – ткнула пальцем в монстра Бабуля. – Только поменьше.

Перепуганные девушки застыли на месте.

– Какой ужас! – прошептала Алёнка.

– Не бойтесь, – поспешила успокоить их Фрося. – Она хорошая. Просто большая очень.

– Фроська, слезай немедленно! – закричала Настасья.

Где это видано, чтобы девицы княжеского рода на таких страшилищах катались!

В ответ девочка только улыбнулась:

– У неё беда случилась, ей помочь надо! Ищет кого-то, плачет.

– Да, так и есть, – закивала Бабуля. – Это матерь зверёночка, про которого я говорила. Тоже, значит, из древности к нам закинуло.

– А вы почему такие грустные? – спросила Фрося. – Случилось чего?

Вместо ответа Любава всхлипнула, слёзы полились у неё из глаз. Алёнушка обняла подругу.

– Пропали богатыри наши... – за всех ответила Настасья. – Вместе с батюшкой твоим.

Фрося прикрыла рот рукой. И богатыри пропали, и Князь? Вот дела! Она повернула динозавра обратно, в сторону княжьих палат.

– Фрося, ты куда? – удивилась Настасья.

– Узнать, куда они подевались, – ответила девочка. – Ждите меня здесь!

Алёша уверенно сидел на птеродактиле и вглядывался в даль. Ящер недовольно косился, постоянно крякал, но все же нёс своего седока. Что делать – победили, надо подчиняться. Алёша дёрнул за отросток на спине ящера, направляя его вверх.

– Выше бери! Выше! – командовал Алёша. – Где-то тут должна быть дыра, из которой я свалился.

Но дыры всё не было. Зато снова появилась точка. Алёша прищурился.

– Так, а это что? А ну-ка прибавь ходу! – приказал он птеродактилю, тот зашипел, но всё же ускорился.

«Точка» приблизилась, обретая знакомые очертания.

– Да это ж Горыныч! – обрадовался Алёша. – А на нём Илья!

Горыныч с Ильёй высматривали внизу Добрыню, Князя и Юлия, поэтому не заметили догоняющего их Алёшу. Зато Горыныч уловил пугающий его всю ночь крик птеродактиля.

– Слышали? – дёрнулась центральная голова.

Правая и левая оглянулись и заметили силуэт птеродактиля.

– Кажись, из тех хулиганов, – прошептала правая. – Что ему надо?

– Попробуем оторваться, – решила левая.

Горыныч активней заработал крыльями.

– Эй, вы куда?! – замахал им Алёша. – Шибче давай! – пришпорил он птеродактиля.

Ящер вскрикнул, задёргался и крутанулся в воздухе, сбрасывая седока. Отвлёкшийся на преследование Алёша ослабил захват и отпустил отросток на спине птеродактиля. А в следующее мгновение богатырь уже стал скатываться вниз. В последний момент ему удалось ухватить «птичку» за лапы.

Птеродактиль извернулся, пытаясь достать обидчика клювом. Повиснув на одной руке, богатырь хотел снова схватить ящера за отросток и залезть ему на спину. Но птеродактиль возмущённо закричал.

На крики обернулся Илья.

– Постой-ка, Горыныч! Это же Алёша!

Птеродактиль всё-таки цапнул противника за руку, и богатырю ничего не оставалось, как отпустить его.

– А-а-а-а! – раздался крик.

Горыныч развернулся и рванул за другом. В последний момент он успел подхватить Алёшу, и все вместе они взмыли вверх.

– Алёша! – радостно воскликнул Илья.

Он был так счастлив снова встретить друга! Как много надо было ему сказать! Столько всего произошло!

– Илья, – улыбнулся Алёша. – Как я рад тебя видеть!

Все три головы Горыныча согласно кивнули: они тоже были рады. Очень. Теперь бы Добрыню с Князем найти – и домой.

Добрыня с Князем были совсем не против, чтобы их нашли, потому что сами они потерялись. Тропа через лес привела их к глухой каменной стене – дальше начинались скалы.

– Хм... – Добрыня похлопал по камню. – Тупик, братцы.

Надо было идти обратно и искать другую дорогу. Только Юлий был больше не в силах продолжать путь. Он с ужасом смотрел наверх, где на уступе ему виделся... ослик Моисей! Опять! Он ещё и неприятно хихикал, будто говорил: «Ничего у вас не выйдет! Вы навечно останетесь здесь!»

«Нет-нет, – покачал головой Юлий. – Справимся мы. Иначе и быть не может!»

Он подошёл поближе к Добрыне: с ним как-то поспокойнее.

– Алёши нет, Ильи нет, выхода нет, – подвёл итог Юлий. – Сколько нам ещё ходить, Добрыня?

– Столько, сколько потребуется, – спокойно ответил богатырь.

Он-то как раз не сомневался, что они выберутся. Надо только двигаться вперёд. Под лежачий камень вода не течёт.

– Как скажешь! – раздражённо ответил Юлий – не было в нём богатырской уверенности, был только страх, большой и колючий. – Я готов. Только давай ещё раз повторим наш план? Просто чтоб не забыть. Мы находим Илью с Алёшей и... возвращаемся? Так?

– Да, – раздражённо отозвался Князь вместо Добрыни.

Вскоре им на пути встретился водопад. Добрыня первым зашагал по узкому приступку вдоль каменной стены. Если сильно не размахивать руками, то даже сухим останешься – вода широкой дугой падала в пропасть. Следом за ним пошёл Князь.

– Чисто гипотетически, – не унимался Юлий, – а если они не пройдут... э-э-э... испытание?

Князь гневно зыркнул на него. Да что же происходит с этим болтуном?! Юлий всегда был занозой, но сегодня совсем границы перешёл!

– Какое ещё испытание? – спросил Князь и с недовольством отметил, что намочил рукав.

– А такое! – истерично крикнул конь и топнул копытом. – Из-за которого мы все тут останемся!

– Хватит, Юлий, – сказал Добрыня. – Никто тут не останется.

Он уже прошёл водопад и стоял на поляне. Здесь какой-то хищник гонялся за маленьким динозавриком. Он рычал, а малыш испуганно вскрикивал. Добрыня подобрал палку и бросил её, сбив хищника с ног. Детёныш юркнул в густую зелень.

– А я говорю, останемся! – Юлий так неосторожно шёл по уступу, что вымок с головы до ног. – И будем кремль строить. Каменный! – Конь бухнулся на землю и закрыл глаза копытами. – Мне Моисей сказал! – признался он тише.

Князь и Добрыня недоумённо переглянулись.

– Юлий, спокойно, – попытался подбодрить друга Добрыня. – О чём ты говоришь?

– Я спокоен! Я абсолютно спокоен! – заметался Юлий. – Но нам нужен Алёша! И Илья! А потом вы должны справиться! – Он забился в истерике. – Потому что если вы не справитесь, то я не знаю, что будет!

Перед ним снова возник Моисей.

Он лежал на боку и грыз соломинку.

– Алёша-а-а-а!!! – в панике закричал Юлий.

Крик прокатился по окрестностям. Огромная, в два человеческих роста, мерзкого вида жаба длинным языком вцепилась в рога крупного зубра и тянула его в свою пасть. Зубр сопротивлялся из последних сил. Услышав крик Юлия, жаба ослабила хватку. Воспользовавшись этим, зубр высвободился и убежал. Жаба свернула язык, моргнула и запрыгала в ту сторону, откуда прилетел звук. Кажется, она нашла добычу получше. От каждого её прыжка земля немного вздрагивала.

А Илья с Алёшей летели на Горыныче.

– И тут меня осенило, – хлопнул себя по лбу Алёша, продолжая давно начатый рассказ. – Я понял, что Пуп Земли на небе находится! Понимаешь, как всё просто?!

– А почему он тогда Пуп Земли? – осторожно спросил Илья, не желая обидеть младшего товарища. – Тогда уж Пуп Неба!

Алёша почесал в затылке. Такая мысль ему в голову не приходила.

– Алёша-а-а-а! – донёсся крик Юлия.

– Юлий? – прислушался юный богатырь.

– Горыныч! Снижаемся! – скомандовал Илья.

– Понял, – отозвался Горыныч и ушёл в пике, ныряя к земле.

– Алёша-а-а-а! – вопил Юлий.

Он забрался на дерево повыше, потому что Князь бросал в него с земли палки и грозил кулаками.

– Юлий! Хватит вопить! – возмущённо твердил он. – Сейчас на твои крики неизвестно кто прибежит!

– Вот именно! – страдал на дереве конь. – Тёмная, невежественная, дикая цивилизация! Нет! Я здесь не останусь! Алёша-а-а!

– Тут я, тут! – прилетело с неба.

Юлий от неожиданности чуть с дерева не свалился.

Но Алёша появился не с неба, а из-за деревьев. Вместе с ним шёл Илья.

– Алёша! Илюша! – Князь побежал к ним навстречу с распростёртыми объятиями.

– Княже! – с облегчением произнёс Илья, обнимая государя. – Добрыня... – повернулся он к другу.

– А где Горыныч? – спросил тот.

– Лес густой, не приземлиться ему. – Илья показал в небо, где виднелся силуэт парящего Змея.

Спрыгнув с дерева, Юлий кинулся на шею Алёше. Тот еле успел его подхватить.

– Алёша, – зарыдал конь на плече у богатыря. – Я больше не могу! Я хочу домой... в библиотеку...

– Ну-ну, Юлий, перестань, – успокаивал его Алёша, растерянно поглядывая на друзей.

– Тут всё такое чужое, агрессивное! – жаловался Юлий. – Я им, как дивный конь, огонь принёс, а они меня... Ой! – По крупу его снова что-то ударило. – Камнями!

Добрыня с удивлением посмотрел на отскочивший от Юлия предмет, поднял его и поднёс к глазам.

– Да тут, похоже, камни, как дождь, с неба сыплются, – задумчиво произнёс он.

Все посмотрели в небо, откуда упало ещё несколько мелких камешков.

– Какой ещё дождь?! – завопил Юлий, хватаясь за голову. – Камни с неба не падают, если они не... – Он вдруг замолчал. В глазах его мелькнул огонёк. – Метеориты!

Он поднял пару камешков с земли и внимательно их рассмотрел. Не может быть! Это же настоящее чудо!

Настроение Юлия вмиг переменилось. Это надо же, такую редкость увидеть! Он бросился собирать камешки в траве.

– Юлий, ты нас задерживаешь! – напомнил Князь.

– Ничего не задерживаю! – недовольно отмахнулся Юлий и показал на друзей. – Богатыри уже здесь, пусть разбираются.

– Всё, Юлий, мы вперёд пошли. – Добрыня отряхнул руки и зашагал дальше по дороге. – Догоняй.

Богатыри присоединились к нему. Князь бросил на коня последний взгляд. Уткнувшись мордой в землю, Юлий бродил по поляне.

– Да-да, я вас догоню... – бормотал он. – Догоню... Это же такое сокровище!

Он набрал полные копыта камней и с трудом зашагал по дорожке. Потом решил срезать через кусты, чуть не заплутал. Пришёл как раз вовремя – богатыри его ждали.

– фу-у-ух, еле догнал вас! – с облегчением произнёс Юлий. – Вы что, не могли идти помедленнее?

Князь уже собрался высказать всё, что думает о нерадивом спутнике, но вдруг небо потемнело. Друзья увидели огромный шар с огненным ореолом.

– А это что такое? – недовольно пробурчал Добрыня.

– Юлий! – повернулся к коню Князь. – Что это?!

Глаза коня округлились.

– Ме-метеорит... – прошептал он. – Тот самый!

– Что значит – тот самый? – буркнул Илья.

Из копыт Юлия посыпались камни.

– Он упал на Землю, и всё заморозилось... – дрожащим голосом сказал он. – Понимаете?

Ничего они не понимали.

– Юлий! Ну-ка, объясни! – потребовал Илья.

Но Юлий не мог объяснять. В панике он заметался по полянке.

– Мы все умрём! – кричал он. – Мы умрём, как динозавры-ы-ы...

– Понятно, – вздохнул Добрыня.

– Мама! Не-е-ет! Не хочу! – рыдал Юлий.

– Добрыня, Алёша! – позвал Илья. Стоя у огромной секвойи, он упёрся в неё руками и попытался вырвать из земли. Друзья подбежали – усилия утроились.

– Попробуем отбиться от метеорита этим деревом, – отдуваясь, поделился своими планами Илья. – Раз...

– Я с вами, ребята! – присоединился Князь, но он больше мешал, чем помогал.

– Конечно, с нами, Княже! – кивнул Илья. – Раз...

В суете Князь наступил Алёше на ногу. Богатырь взвыл и осторожно отстранил государя, пробормотав:

– Пока вон там схоронитесь, под пальмами.

– Я? Под пальмами? – возмутился Князь. – Да я же...

Юлий оттащил его в сторону.

– Послушай их, Княже, – зашептал он. – Они нас как самое ценное спасают. Как будущее человечества.

Князь, охваченный ужасом, обнялся с Юлием и закрыл глаза.

А в это время над ними парил Горыныч. Он не видел приближающийся метеорит, потому что высматривал внизу друзей.

– Что-то темно совсем стало, – заметила правая голова. – Не видно ничего. И не слышно.

– Может, уже началось? – предположила голова посередине. – Возвращение?

– А нас тут не забудут случайно? – заволновалась левая.

– Ну что ты, – возразила правая. – Позовут, когда нужно будет.

Под мощными руками богатырей огромное дерево затрещало, покачнулось и рухнуло. Добрыня посмотрел наверх. Метеорит уже занимал полнеба.

– Близко... – прошептал Добрыня.

Илья скомандовал:

– На изготовку!

Князь приоткрыл глаза. Метеорит казался гигантским. Ничто не могло его остановить. Гибель была неизбежна!

Богатыри дружно взялись за ствол секвойи и стали его раскручивать. Сильнее, сильнее, ещё сильнее.

– Давай! – крикнул Илья.

Ствол взлетел в воздух как раз вовремя. Два мощных разворота, и он врезался в метеорит. От удара тот отскочил, а ствол развалился в щепки. На землю повалились обугленные остатки секвойи. Богатыри стояли, усыпанные сажей. Добрыня провёл рукой по лицу, оставив чистый след.

– Ура! – С криками радости Князь с Юлием выскочили из укрытия. Юлий кинулся целовать Алёшу. Илья с Добрыней понимающе смотрели друг на друга. Всё получилось. Но только потому, что они были вместе.

– Полёт нормальный, – сказал Князь, провожая взглядом улетающий метеорит. – Вышел на орбиту.

– Куда вышел? – не понял Добрыня. Остальные тоже были озадачены: такое слово они слышали впервые.

– На орбиту, – осторожно повторил Князь.

– Что за слово такое, княже? – спросил Добрыня.

Князь пожал плечами. Да кто его знает!

– Вырвалось как-то... – признался он.

И тут рядом раздалось какое-то чавканье. Сначала тихое, потом всё громче и громче. И прямо перед богатырями на полянке разверзлась воронка.

– А-а-а! – кинулся к её краю Юлий.

– Пуп Земли! – обрадовался Илья.

Все радостно загудели.

– Скорее! – торопил друзей конь, но разом вспомнив о чём-то, побежал обратно к зелени: – Подождите, я забыл свои метеоритики!

– Скоро дома будем, – улыбнулся Князь.

– Помогите! – завопил из кустов Юлий.

Чудовищная жаба схватила его за заднюю ногу и потащила в лес.

Добрыня побежал на крик. Князь дёрнулся следом, но Илья остановил его.

– Княже, прыгай! – сказал он.

Алёша согласно кивнул и попытался пройти мимо, но Илья и его остановил.

– Алёша, а ты сторожи Пуп Земли! – приказал Добрыня.

Алёша заметался. Ему совершенно не хотелось ничего сторожить.

– Спасите! – надрывался Юлий.

Алёша схватил Князя за рукав.

– Княже, давай так, – быстро заговорил он. – Ты сторожи, а я всё- таки сбегаю – вдруг там помощь нужна!

И он скрылся в лесных зарослях. Теперь настала очередь Князя метаться. Ему тоже хотелось бежать спасать Юлия. Но и воронку оставлять было боязно – а вдруг пропадёт? Что же делать? Что же...

Рядом негромко хмыкнули. Князь вздрогнул.

Над воронкой в лёгком светящемся ореоле парил заморский вельможа, курфюрст. Видел Князь таких. Они приезжали с посланиями из Священной Римской империи. Опять явился что-то предложить.

– Свят, свят, свят... – быстро перекрестился Князь. – Сгинь, басурман нечистый!

– Ты что медлишь? – покачал головой курфюрст. – Ты же глава государства. Спасайся, прыгай. Шнель!

«Шнель» – это по-немецки «быстро».

– Когда закроется, – курфюрст показал на Пуп Земли, – тебе уже будет не вернуться.

Коварный советчик исчез. Воронка с чавканьем начала сужаться.

– Подожди! – закричал Князь и топнул ногой. – Стой, я говорю! Не закрывайся! – Чтобы какая-то дыра в земле не послушалась его, государя великого Киевского княжества! – Я быстро! Одна нога здесь, другая там...

И Князь отправился на помощь друзьям.

Помедлив, воронка с чавканьем попита по земле следом.

Из-за деревьев Горыныч никак не мог разглядеть, что происходило внизу.

– Добрыня-я-я! – кричала правая голова.

– Илья! – присоединялась к ней левая. – Где же они?

– Спускаемся! – скомандовала центральная.

Антипка наслаждался властью в кабинете Князя. Для солидности он нацепил очки и теперь раскачивался на стуле, осматривая свои новые владения. Перед ним на столе лежала княжеская тиара – золотой обруч с рубином. Конечно, он её примерил. Рубин лёг ровно между его бровями, над переносицей. Антипка повернулся к зеркалу. Ну красавец же, а? Ему тиара гораздо больше идёт, чем Князю. И командовать у него лучше получается.

Антипка засмотрелся на своё отражение и не заметил, что в зеркале появился кто-то ещё. Фрося. Это динозавр поднял её на уровень окна.

– Антип Викторович! – подала голос Фрося, когда створки распахнулись. – Куда они все поехали?

Антипка вздрогнул, поспешно сдёрнул тиару с головы и спрятал её за спину.

– По делам поехали, – с важностью сообщил он. – Не могу сказать. Государственная тайна. И вообще это безобразие – девице по окнам лазить! Как ты сюда взобралась?

Антипка сделал пару шагов к окну, и тут появилась голова динозавра. Боярин попятился.

– Антип Викторович, говорите скорее – где батюшка? – в отчаянии крикнула Фрося.

– Он... ей-богу... они в лесу там... где яма... у Юлия, – залепетал перепуганный боярин. – А богатыри следом поехали...

Динозавр рыкнул прямо ему в лицо и исчез вместе с Фросей. Окно с грохотом захлопнулось. Антипка перевёл дух. Ощупал себя, поправил очки на носу. Покосился на окно.

– Да нет... Не может быть, – забормотал он. – Привиделось...

Он снова достал тиару и положил её на краешек стола. А затем вытащил из кармана платок и накрыл им драгоценность.

– Тяжела ты, шапка Мономаха... – И загрустил. Как же ему хотелось хотя бы немного побыть князем!

Но что делать? Место правителя было ещё занято. И расставаться с ним настоящий Князь не собирался. Тем более сейчас, когда у него была создана династия, а сам он без пяти минут вернётся из другого мира.

Но пять минут! Как много они решают!

Илья с Добрыней меж тем спешили на выручку Юлию. Огромная жаба, прискакавшая на его крики, длинным языком схватила коня за заднюю ногу и тянула себе в пасть. Такого деликатеса жаба никогда ещё не видела. Наверняка вкусно. Только это «вкусно» зачем-то упирается и не хочет добровольно попадать ей в желудок.

Юлий из последних сил держался за лиану. Илья с Добрыней очень вовремя выбежали из-за деревьев. Жаба резко дёрнула языком, и Юлий полетел прямиком к ней в пасть. Но коня успел перехватить Добрыня. Илья наступил жабе на язык. Та взвыла, выпуская добычу, и попыталась закрыть рот. Но не тут-то было. Богатыри схватились руками за её верхнюю челюсть.

Оказавшись на земле, Юлий ощупал себя, открыл один глаз, другой.

– Цел, – прошептал он и посмотрел на жабу, в пасти которой стояли богатыри.

Она снова показала язык и обвила им Добрыню.

– Сильная... – прошептал богатырь, еле держась на ногах.

– Ничего, справимся, – отозвался Илья и, дотянувшись до языка диковинного зверя, потянул его на себя. Но в этот момент жаба захлопнула рот.

К счастью, в этот момент из леса вылетел Алёша:

– Держитесь, братцы! А ну-ка отведай силушки богатырской! – крикнул он и ударил кулаком монстра по носу.

От боли жаба распахнула пасть, и оттуда кубарем выкатились Илья с Добрыней. Алёша оказался на их месте. Теперь он один боролся с лягушкой-переростком.

– Сейчас я её скручу, братцы! – радостно кричал Алёша.

На поляне появился Князь. За ним с чавканьем и хрустом ползла воронка.

– Сильная, – крикнул Алёша, – но я силы..

Договорить он не успел. Язык обвился вокруг его талии, сдавил и втянул в пасть.

– Алёша! – ахнул Добрыня.

– Что с ним? – пискнул Юлий.

Воронка доползла до друзей. Но они не смотрели на неё, а с волнением ждали, что будет дальше. Вдруг жаба распахнёт пасть, и оттуда выскочит Алёша, живой и здоровый?

Воронка сдвинулась ещё немного, оказавшись под ногами друзей, и подсекла их. Князь, Юлий, Добрыня и Илья с криками провалились под землю.

– Успел! – обрадовался Горыныч, который как раз в этот момент завис над поляной. Сложив крылья, он стрелой влетел в схлопывающуюся воронку.

Жаба от удивления икнула.

А в другом мире у воронки стояли Бабуля, Алёнка, Настасья, Любава и Фрося с динозавром.

– И как мы этот Пуп искать будем? – недовольно спросила Настасья, упирая кулаки в бока.

Словно в ответ на её вопрос воронка ожила, задвигалась, чавкнула и выбросила богатырей, Князя и Юлия. Последним выскочил Горыныч.

– А-а-а-а-а! – попадали они на землю.

Какое-то время все с изумлением смотрели друг на друга. Первой с места сорвалась Фрося. Она кинулась на шею Князю. Настасья, Любава и Алёнка бросились к богатырям. И даже Бабуля заторопилась.

Настасья обняла Добрыню, Алёнка – Илью. А Любава заметалась. Где? Где? Где?

– А Алёша? – упавшим голосом спросила она.

Богатыри тут же позабыли свою радость. Илья опустил на землю Алёнку и подошёл к Любаве.

– Алёша... – Слова не шли с его языка. – Он подвиг совершил...

Добрыня встал рядом и, опустив голову, добавил:

– Собою пожертвовал ради всех нас.

Любава не могла вымолвить ни слова. К ней подошла Бабуля, погладила по плечу, но девушка отстранилась.

– Неправда! – нахмурившись, произнесла она. – Жив он. Он меня никогда... никогда не... – Договорить ей не дали подступившие слёзы.

– Любавушка... – начал скорбно Князь.

– Нет-нет-нет! – попятилась Любава и кинулась к воронке: – Алёша-а-а-а!

И тут ей навстречу из воронки кто-то выскочил.

Большой, светловолосый, в красных сапогах.

– Алёша! – не поверила своему счастью девушка.

– Любава! – поспешил обнять её богатырь.

С криками радости все кинулись к ним, стали обнимать, теребить за рукава, выспрашивать подробности.

– Чего вы? Здесь я, здесь! – бормотал растроганный Алёша. – Всё в порядке! Я просто поскользнулся там... Ну, в пасти у этой жабы.

Но он не просто поскользнулся. Он уже провалился в эту пасть. И не выбраться бы ему оттуда никогда, если бы не ослик Моисей, Тихон и курфюрст. Они вдруг появились из ниоткуда и стали щекотать ноздри монстра. И жаба чихнула. Алёша вылетел и как раз попал в захлопывающуюся воронку. Всё почему? Потому что порядок должен быть. Каждому место в своём мире. Так решил привратник, стоящий на страже Пупа Земли.

А что же мама-динозавр, спросите вы? Пока все бегали, переживали, плакали сначала от горя, а потом от радости, она тоже провалилась в воронку и оказалась у себя дома, где её сразу же и нашёл малыш.

– Юлий, держи эти свои... метеориты! – Алёша сунул руку за пазуху. На ладони его лежали камни. – Ты, видать, обронил в суматохе.

– Мои метеоритики! – обрадовался Юлий.

Как же все сейчас были счастливы!

А потом, конечно, устроили пир на весь мир. Во дворец собрались знатные гости. Великое дело – Князь из такого путешествия вернулся!

Вошли в зал и богатыри. Алёша, добродушно улыбаясь, осматривал богато украшенный зал, длинный стол, уставленный тарелками. Добрыня коснулся плеча друга. Лица у богатырей были серьёзные.

– Алёша, повиниться перед тобой хотим... – начал Илья.

– За что? – удивился младший богатырь.

– Посмеялись над тобой неловко тогда – у ямы, – откашлявшись, сказал Добрыня. – Ты прости нас.

– Да вы что, братцы! – добродушно улыбнулся Алёша. – Ерунда же!

– Нет, Алёша, – покачал головой Илья. – Недостойно повели себя.

– Я и сам виноват, – признал Алёша. – Младший, слушать вас должен.

– А это неважно, – возразил Илья. – Главное, что равный нам во всём и всегда.

Алёша кинулся обнимать друзей.

– Ну что вы тут встали? – выглянул из залы Юлий. – Горячее уже несут!

И они пошли есть, петь и веселиться.

Столы ломились от угощений. Все места были заняты. Скоморохи играли на дудках, даже дрессированную козу с собой привели. Девушки шептались о своём. Алёша склонился к Добрыне.

– Добрыня... – позвал он.

– Чего? – оторвался от куриной ножки богатырь.

– Я там... одного вождя на руках победил! – зашептал ему на ухо Алёша. – А он вроде даже покрупнее тебя будет.

Добрыня ухмыльнулся, отодвинул тарелку. Испытать его Алёша хочет? Силушкой помериться?

– Просто все привыкли, что из нас троих я... ну, слабее, что ли... – начал оправдываться Алёша.

– Если хочешь знать, – склонился к нему Добрыня, – я тоже иногда думаю с Ильёй силой помериться...

– А ну, пойдём проверим! – вступил вдруг в разговор Илья.

Богатыри друг за другом выскользнули за дверь.

Настасья хотела положить Добрыне в тарелку салат, но вдруг увидела, что место мужа пустое. Дверь в зал закрылась. Девушки обменялись недовольными взглядами. Никак их мужья опять что-то задумали?

С улицы раздались крики и хлопки. Все устремились к окнам.

Во дворе Добрыня вывел коней из конюшни. Троих поставил на широкую доску и легко поднял её. Илья усмехнулся и завёл на доску пятерых коней. И тоже легко поднял её. Алёша хохотнул и поднял доску, на которой стояли Добрыня с Ильёй с их конями.

Зрители зааплодировали.

Что сказать? Все молодцы! А почему? Да потому что вместе.

На этом вроде как и сказка заканчивается, но не совсем. Метеорит-то богатыри обратно развернули, а значит, динозавры не вымерли, а остались жить, изменились, приспособились. И теперь пасутся наравне с лошадьми.

Или это всё-таки парочка динозавров через Пуп Земли проникла?