Песни и стихи для детей дошкольного возраста
1.0 - scan, OCR, fb2 - zz99, 2024
ГУСЕЛЬКИ
ПЕСНИ И СТИХИ ДЛЯ ДЕТЕЙ ДОШКОЛЬНОГО ВОЗРАСТА
ВЫПУСК 55
Составитель В. ВОЛКОВ
ВСЕСОЮЗНОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО СОВЕТСКИЙ КОМПОЗИТОР
МОСКВА • 1978
Слова А. ДУБИНИНА, Музыка Г. САЛЬНИКОВА
Слова Н. БЕРЕНДГОФА, Музыка Ю. СЛОНОВА
Слова 3. АЛЕКСАНДРОВОЙ, Музыка А. ФАТТАХА
Слова Т. БАШМАКОВОЙ, Музыка В. ИВАННИКОВА
Слова Е. КАРГАНОВОЙ, Музыка В. ГЕРЧИК
Слова Л. КВИТКО, Перевод с украинского Е. Благининой
Музыка М. ГРАЧЁВА
Слова В. ВИКТОРОВА, Музыка С. СТЕМПНЕВСКОГО
Слова 3. ЯМПОЛЬСКОГО, Музыка К. МАЦЮТИНА
Р. Киплинг
Перевод с английского К. Чуковского
В некотором царстве, в некотором государстве, на Красном море, у самого берега, стоял Необитаемый остров. На острове жил парс, а у парса была шапка, и она блестела на солнце, как солнце. Только и было добра у парса, что шапка, да нож, да печка, — а вам эту печку трогать руками нельзя.
И вот один раз взял парс изюму, и муки, и воды, и слив, и сахару, и всякой всячины, смешал всё в кучу и сделал себе пирог, великолепнейший волшебный пирог в двадцать сантиметров длины, тридцать сантиметров ширины, и поставил его на печку: ему, значит, можно было подходить к этой печке. И так он пёк этот пирог, что тот зарумянился и дух от него пошёл восхитительный.
Но только парс открывает рот и хочет съесть свой пирог, смотрит — идёт Носорог; а у Носорога на носу рог, и глазки у него поросячьи, и манеры у него очень плохие.
В те времена Носороги носили шкуру в обтяжку, без единой складочки, и очень смахивали на деревянных, игрушечных, только были, понятно, крупнее. Всё же они и теперь невоспитанные, и прежде были невоспитанные, и всегда будут невоспитанные.
Носорог сказал:
— Угу!
И покинул парс пирог, и бросился к пальме, и, в чём был, полез на верхушку, а был он в одной только шапке, и шапка блестела на солнце, как солнце.
И ткнул Носорог его печку носом, и печка перевернулась вверх дном, и покатился пирог по песку, и поддел Носорог пирог на рог и стал его есть, а съевши, ушел в безлюдную, необитаемую пустыню, по соседству с островами Мазандеран, Сокотра и мысами Великого Равноденствия.
Тогда парс слёз с дерева, поставил печку на ножки и проговорил такое заклятие:
И, ах — это было неспроста!
Потому что прошло пять недель, и в Красном море наступила жара, и каждый стал сбрасывать с себя всю одежду. Парс сбросил с себя шапку, а Носорог шкуру, перекинул ее через плечо и пошёл купаться. Тогда ещё шкура у Носорога застегивалась на животе на три пуговицы и была похожа на резиновый плащ.
Встретив парса, Носорог ни слова не сказал о его пироге, потому что, повторяю, он был очень невоспитанный — прежде, теперь и всегда. Переваливаясь, он прямо полез в воду и стал пускать через нос пузыри, а шкуру оставил на берегу.
Идёт парс мимо и видит — шкура. Улыбнулся парс хитрой улыбкой — и раз, и другой. Потом трижды протанцевал вокруг шкуры, потирая от радости руки.
Потом он бросился к своему жилью и набрал полную шапку крошек, оставшихся от пирога. Парс только и ел что пироги, а крошек никогда не выметал. И он взял эту шкуру, и он смял эту шкуру, и потёр эту шкуру, и простёр эту шкуру, и набил ее снизу доверху засохшими, жёсткими, черствыми, колючими крошками и горелыми изюминками. Потом взобрался на свою высокую пальму и стал поджидать, чтобы Носорог вышел из воды и напялил свою шкуру на себя.
Носорог так и сделал. Он застегнулся на три пуговицы, и тотчас же его зацарапало, как царапают крошки в кровати. Ему захотелось почесаться, но от этого стало еще хуже. Грохнулся он тогда об землю и пошёл кататься по земле, и катался, и катался, и катался, и чем больше катался, тем больше донимали его крошки — и всё хуже, и хуже, и хуже. Кинулся Носорог к пальме и стал тереться об неё, и тёрся, и тёрся, и терся. И так долго он терся, и так сильно он тёрся, что натер себе на шкуре большую складку — одну над плечами, и другую складку на животе, где прежде были пуговицы (но он оттёр эти пуговицы прочь), и ещё натёр складки у себя на ногах. И это очень испортило его характер, но не избавило его от крошек. Крошки остались у него за шкурой и царапали как ни в чём не бывало. И он пошёл домой весь исцарапанный и ужасно сердитый. И с тех пор до сего дня у каждого Носорога очень толстые складки на шкуре и очень скверный характер, и всё потому, что за шкурой у него крошки от пирога.
А парс спустился с пальмы, нахлобучил шапку, блестевшую на солнце, как солнце, и ушёл с того места прочь по направлению к Оротаво, Амигдале, Верхним Долинам Анантариво и Болотам Сонапута.
Слова А. БРОДСКОГО, Музыка Т. ПОПАТЕНКО
Слова А. ПРОКОФЬЕВА, Музыка Л. БЕЛЕВЦОВА
Слова Б.СИЛЬВЕСТРОВА, Музыка Е. ТИЛИЧЕЕВОЙ
Слова В. МАЛКОВА, Музыка Г. СМИРНОВОЙ
Слова В. МАЛКОВА, Музыка С. АЛЕКСЕЕВА
Слова Г. ЛАДОНЩИКОВА, Музыка В. КУЛЁВА
Слова П. СИНЯВСКОГО, Музыка Н. ПЕСКОВА
Слова Н.БЕРЕНДГОФА, Музыка В. ВОЛКОВА
А. ТАРАСКИН
ГРОМ
П. ЧЕРНЯЕВ
ОВЕЧКИ
Владимир ШЛЕНСКИЙ
В. ЮРЧЕНКО
45 к.
ИБ № 755
ГУСЕЛЬКИ Выпуск 55
Редактор В. Корзин
Лит. редактор И. Лешкевич
Художник В. Сергеев
Худож. редактор Е. Гордиенко
Техн. редактор А. Мамонова
Корректоры Н. Маковская и Э. Юровская
Подп. к печ. 1/XII—77 г. Форм. бум. 60х901/8. Печ. л. 4,5. Уч.-изд. л. 4,5. Тираж 48 000 экз. Изд. № 4439. Зак. 1035. Цена 45 к. Бумага № 1
Всесоюзное издательство «Советский композитор», 103006. Москва. К-6. Садовая-Триумфальная ул., 14—12.
Московская типография № 6 Союзполиграфпрома при Государственном комитете Совета Министров СССР по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. 109088, Москва, Ж-88, Южнопортовая ул., 24.
© Издательство «Советский композитор», 1978 г.