Бобо покраснел от стыда и стал просить прощения. Он пообещал больше не брать чужого, не жадничать и никогда никому не завидовать. Хохо сказал, что на первый раз прощает его, и они вместе поспешили к дому Бобо, который уже трещал по всем швам. Хохо погрозил гигантскому яйцу пальцем и произнёс:

Яйцо тут же начало уменьшаться. Оно делалось всё меньше и меньше, пока наконец не превратилось в обычное куриное яйцо. Волшебник Хохо спрятал его в карман, подхватил свою курицу под мышку и, кивнув на прощание соседу, отправился восвояси. А незадачливому гному пришлось заняться ремонтом. Вместо того чтобы лакомиться шоколадными яйцами, он принялся чинить стены и крышу, сколотил новый стол и застеклил разбитые окна. С тех пор Бобо больше не подглядывал за соседями и не зарился на чужое добро. А ещё он совсем разлюбил шоколад и никогда не покупал на Пасху шоколадные яйца.

Из-за туч вышла луна. В ночном саду было свежо. Мокрая лошадка ужасно замёрзла и дрожала как осиновый лист. Потом она громко чихнула: «А‐а‐а‐апчхи!!!» Похоже, она подхватила простуду! И вдруг рядом с ней кто-то сказал: «Будьте здоровы!»

Лошадка оглянулась и увидела в лунном свете крошечного человечка в рабочем кожаном фартуке, на плече он нёс лопату. Это был садовый гном. Он заботливо спросил:

– Послушай-ка, лошадка, ты не простудилась? Хочешь, я накрою тебя рогожей, чтобы ты согрелась?

Лошадка покачала головой и грустно ответила:

– Спасибо, но, боюсь, уже поздно. Я попала под дождь и вся вымокла, а потом продрогла на холодном ветру. Денни немного поиграл со мной и бросил в саду. Похоже, он совсем забыл про меня.

Садовый гном сердито покачал головой:

– Ах, бессердечный мальчишка! Он всегда из рук вон плохо обращается со своими игрушками. Никогда не убирает их, всюду разбрасывает, и потом они целыми днями валяются в саду, выцветают на солнце и мокнут под дождём. Как-то раз мне пришлось спасать марципановую мышку – пошёл дождь, и она чуть не размокла. Я считаю, что таким детям, как Денни, не нужно покупать игрушки. Они этого не заслуживают.

Лошадке было очень приятно, что садовый гном проявляет сочувствие. Ей захотелось сделать для гнома что-нибудь приятное, и она сказала:

– Гномик, а зачем тебе лопата? Ты, наверное, собрался поработать? Если хочешь, я помогу тебе – и заодно немного согреюсь.

– Замечательно! – воскликнул гном. – Ты действительно могла бы мне помочь. Я строю себе домик возле изгороди и каждую ночь убираю горы мусора. Дело продвигается очень медленно. Вот если бы ты разрешила мне погрузить мусор в твою тележку, а потом вывезла бы его на свалку, тогда я бы в два счёта достроил дом.

Лошадка ответила:

– Я бы с удовольствием, но вот беда – я стою на деревянной подставке, к которой снизу приделаны колёса, и поэтому не могу скакать туда, куда мне хочется.

– Ну, это дело поправимое! – ответил гном. – Сейчас я тебя освобожу!

Он отвинтил колёса, потом крепко ударил ногой по подставке, и она отлетела в кусты. Гном достал из кармана пузырёк с волшебной мазью, натёр ей лошадкины ноги, пробормотал какое-то заклинание и объявил:

– Вот теперь ты можешь скакать, прыгать и бегать, как настоящие лошади!

Лошадка рысцой пробежалась вдоль изгороди. Это было чудесно!

Гном и лошадка изрядно потрудились этой ночью. Лошадка вывезла несколько тележек мусора на свалку, которая находилась в поле за изгородью. Гном остался очень доволен: ему потребовалась бы целая неделя, чтобы окончательно расчистить площадку для строительства дома. Он ласково погладил лошадку и дал ей целый мешок овса: она изрядно проголодалась после тяжёлой работы.

– Пойдём ко мне, – предложил ей гном. – У меня тебе будет тепло, ты как следует отдохнёшь и согреешься. Я живу в норе в корнях старого орешника. Там уютно и безопасно.

Когда они пришли к норе, гном выпряг лошадку из тележки и провёл к себе домой. Лошадка отлично выспалась за день в прихожей у гнома, и на следующую ночь снова отправилась с ним на стройку. Вскоре они стали большими друзьями. Когда дом был достроен, гном принялся строить рядом с ним ещё одно небольшое здание, и лошадка поинтересовалась, что это такое.

– Это конюшня, в которой будет твоё стойло, – ответил гном. – Судя по всему, Денни окончательно позабыл про тебя. Зато я приглашаю поселиться рядом со мной и быть моей лошадкой – конечно, если ты захочешь.

Лошадка с радостью согласилась.

– Спасибо тебе, милый гномик! – растроганно сказала она. – Я с удовольствием буду работать для тебя и всегда возить туда, куда тебе понадобится.

Гномик тоже обрадовался, что у него теперь есть верный товарищ: он улыбался и все его морщинки так и лучились от счастья.

На следующий день гном куда-то отправился, а потом вернулся с несколькими банками краски – белой, коричневой, красной и синей.

– Сейчас я раскрашу тебя и твою тележку, – сказал он лошадке. – После того ужасного дождя вся краска облупилась и облезла. Я хочу, чтобы ты снова стала яркой и хорошенькой, словно только что из магазина!

И гном принялся за работу. Он покрасил лошадку коричневой и белой краской, так что она стала гнедой в белых яблоках. А затем он принялся за тележку и покрыл её синим цветом, а колёса сделал красными. Ах, какой красивой стала лошадка! Просто загляденье! Сам король не отказался бы взять её в свою королевскую конюшню!

Гном отправился мыть руки и велел лошадке стоять смирно и сохнуть на солнышке. Но едва он ушёл, как в саду появился – кто бы вы думали? Денни собственной персоной! Он сразу заметил деревянную лошадку с тележкой и от удивления застыл на месте. Неужели это и в самом деле его игрушка? Не может быть! Какая она хорошенькая! Что за прелесть эта гнедая лошадка в белых яблоках! А синяя тележка с красными колёсами… Да это же просто чудо! Денни побежал к игрушке, чтобы взять её и поскорее отнести к себе в детскую.

Лошадка тоже заметила Денни и страшно перепугалась. Неужели этот бессердечный мальчишка снова завладеет ею, чтобы поиграть полчасика и бросить? Нет, не бывать этому! И лошадка отчаянно заржала:

– Помоги-и‐и‐и‐ите!!! Спаси-и‐и‐и‐ите!!!

Услышав её голос, из дома выбежал гном. Он в одно мгновение прыгнул в тележку, дёрнул за вожжи и крикнул:

– Но!!!

Лошадка галопом помчалась вдоль изгороди по высокой траве. Увидев это, Денни вначале растерялся, а потом бросился за беглецами с сердитыми возгласами:

– Стой! Это моя лошадка! Моя игрушка!

Но куда ему было догнать гнома и лошадку! Ведь их ноги были намазаны волшебной мазью! Они быстро скрылись с глаз, и Денни больше никогда не увидел свою игрушку.

Мальчик долго думал о том, что произошло, и наконец понял, что лошадка очень обиделась на него и не захотела к нему вернуться.

– Я сам виноват, – вздохнув, проговорил про себя Денни. – Я бросил её в саду под проливным дождём, а потом и вовсе позабыл про неё. Гном имел полное право взять её себе. Он научил её бегать и скакать, он кормил её, ухаживал за ней и покрасил её свежей краской. А я оказался плохим хозяином. Что ж, это послужит мне уроком. Впредь я буду заботиться о своих игрушках, а не то их разберут себе гномы, феи и эльфы, а я останусь ни с чем!

Денни сдержал своё обещание. Он больше никогда не бросал игрушки в саду, вечером всегда аккуратно складывал их в ящик и даже научился их чинить. Но вернуть деревянную лошадку и тележку ему так и не удалось. Лошадка осталась с гномом, который взял её с собой в Волшебную страну. Если ты когда-нибудь попадёшь туда, то конечно же встретишь там этих двух неразлучных друзей.

Матушка Хаббард на мгновение задумалась, а потом, лукаво улыбнувшись, произнесла:

– Мы перехитрим Острошапку! У меня в буфете есть точно такая же коробочка, в которой когда-то лежали мои мятные леденцы от кашля. Давай-ка я положу её в корзинку, которую ты, Пэдди, понесёшь в зубах. А коробочку с колдовским порошком я спрячу в карман. Мы проведём ведьму, вернём коробочку хозяину и получим СКАЗОЧНОЕ ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ!

Так они и сделали. Пэдди взял в зубы корзинку, в которой лежала пустая коробочка из-под мятных леденцов, и пошёл впереди, а матушка Хаббард – за ним, пряча в кармане волшебную коробочку Многодума. Не успели они завернуть за угол, как прямо перед ними словно из-под земли выросла Острошапка.

Глаза её страшно сверкали, лицо зеленело от злости. Она, словно змея, зашипела на матушку Хаббард:

– Сегодня утром твой негодный пёс-с‐с‐с утащ-щ‐щ‐щил мою коробку! С‐с‐с‐сейчас же отдайте мне её, не то я превра-щ-щ‐щ‐щу вас в жука и каракатицу!

Пэдди и матушка Хаббард сделали вид, будто ужасно испугались. Пэдди выронил корзинку, из которой выкатилась красная коробочка. Острошапка тут же схватила её – и была такова! А умный пёс и его хозяйка тихонько рассмеялись и пошли себе дальше – прямо к дому мудрого Многодума.

Волшебник очень обрадовался, увидев заветную коробочку.

– Да, это мой колдовской порошок! – вскричал он, открыв красную бархатную крышечку. – Ведьма стащила его у меня, но мне никак не удавалось уличить её в воровстве. Представляете, что бы произошло, если бы Острошапка воспользовалась им? Достаточно одной щепотки, чтобы эта злодейка выросла до небес и стала самой ГИГАНТСКОЙ ВЕДЬМОЙ на всём белом свете! Кто знает, каких бед она могла бы натворить!

Матушка Хаббард и Пэдди рассказали ему, как ловко они провели злую ведьму. Слушая их историю, мудрый Многодум смеялся до слёз. Наконец он промокнул глаза и сказал:

– Спасибо, мои дорогие, за вашу помощь и отвагу! А теперь вам полагается СКАЗОЧНОЕ ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ!

С этими словами добрый волшебник достал из-под плаща парчовый мешочек, туго набитый золотом.

– Здесь ровно сто золотых монет, – объяснил он, – и теперь вы, матушка Хаббард, сможете купить на них всё, что пожелаете!

Матушка Хаббард так и сделала. Она купила себе новое кресло, в котором так уютно вязать по вечерам, сидя у камина. А ещё – новую тёплую шаль и красивую шляпку. Каждое утро она пьёт кофе с густыми сладкими сливками, а для Пэдди у неё полным-полно аппетитных мясных кусочков и сахарных мозговых косточек. Добрый пёсик теперь всегда сыт и часто приглашает на угощение соседскую кошку.

– Я советую вам переночевать в детской, – сказал он. – Я боюсь, как бы жабы снова не заявились сюда, когда я уйду.

Итак, фея и храбрый полицейский вернулись в детскую, где их ждал самый тёплый приём. Фею напоили топлёным молоком, угостили шоколадными конфетами. Игрушки выслушали рассказ о вторжении жаб и подвиге полицейского и единодушно решили, что гостье лучше остаться у них на ночлег. Фея очень обрадовалась.

– Мне так нравится у вас, – сказала она. – Вы все такие милые и добрые, с вами так весело! Я бы с удовольствием поселилась у вас навсегда.

– За чем же дело стало? – воскликнул полицейский. – В кукольном доме мы выделим вам отдельную комнату с кроваткой, столом и стульчиками. Оставайтесь с нами! Мы все очень обрадуемся!

На том и порешили. Фея легла в игрушечную кроватку, укрылась атласным одеяльцем и сразу уснула. А наутро Гвендолен, девочка, которая жила в детской и была хозяйкой игрушек, решила сделать уборку в кукольном домике. Она вынула оттуда всех кукол и наконец добралась до той комнатки, где ночевала волшебная гостья. Полицейский, который как раз в этот момент выглянул из кукольного ящика, успел шепнуть фее:

– Замрите и притворитесь, что вы – кукла!

Фея так и сделала. Гвендолен открыла дверцу комнаты и очень удивилась, заметив в кроватке прелестную новую куколку!

– Мама, мама! – крикнула девочка. – В кукольном доме объявилась новая кукла! Она такая красивая! Как ты думаешь, откуда она взялась?

– Понятия не имею, – ответила удивлённая мама. – Может быть, тебе подарила её тётя Дженни? Как же ты могла забыть про такую чудесную куклу? Это самая красивая из всех твоих игрушек!

Гвендолен весь день играла с новой куклой. Фее очень понравилась девочка – она была доброй, очень любила свои игрушки и во всём слушалась маму и папу. Когда наступила ночь и Гвендолен уснула в своей постельке, все игрушки ожили и собрались вокруг феи.

– Как вам замечательно удалась роль куклы! – восхищённо сказал полицейский. – Вы прирождённая актриса! У вас настоящий талант!

Фея улыбнулась и ответила:

– Просто мне очень понравилось быть игрушкой. По-моему, это гораздо лучше, чем быть феей. Нет ничего приятнее, чем радовать детей. Пожалуй, я останусь здесь навсегда. Я стану куклой, буду жить в кукольном доме и играть с милой Гвендолен.

И все игрушки дружно крикнули:

– Ура! Да здравствует новая кукла!

Фея до сих пор живёт у Гвендолен в детской. То-то удивилась бы девочка, если бы узнала, что её любимая, самая красивая кукла на самом деле – настоящая фея!

– Но это не шарф. Это мой хвост! – обиженно сказала обезьянка.

– Неужели? А почему твой хвост пришпилен к тебе такой смешной железной брошкой? – поинтересовался эльф.

– Это не брошка! Это английская булавка! – объяснила обезьянка. – Дети нечаянно оторвали мне хвост во время игры, и теперь мне приходится закреплять его булавкой, чтобы он не потерялся.

– Ах, значит, твой замечательный хвост снимается и надевается? – восхитился эльф. – Милая, дорогая мартышка! Прошу тебя, пожалуйста, отстегни свой хвост и одолжи его мне – всего лишь на несколько часов! Я буду обращаться с ним очень аккуратно и верну тебе его в целости и сохранности!

Эльф так трогательно упрашивал мартышку, умоляюще сложив свои крошечные ручки, что та не выдержала. Она расстегнула булавку, сняла с себя хвост и протянула его эльфу. Тот подпрыгнул от радости, чмокнул обезьянку прямо в коричневый носик и радостно воскликнул:

– Спасибо тебе, мартышка! Какая ты добрая и щедрая! Позволь мне пригласить тебя к нам на бал! Это совсем рядом – вот там, по ту сторону изгороди, где стоит большой старый пень, обросший зелёным мхом!

От изумления обезьянка не смогла вымолвить ни слова, а проказник-эльф уже схватил её за лапки и тащил за собой, весело тараторя:

– Как чудесно и весело будет у нас на балу! Ты увидишь всех лесных и полевых жителей – гномов, эльфов, фей, лесовиков, гоблинов и даже старую тётушку кикимору! Кузнечики и стрекозы будут играть для нас весёлую музыку, а мы станем танцевать до упаду! А те, кто устанет плясать, могут подкрепиться цветочным нектаром, сладкой пыльцой и вареньем из одуванчиков и лепестков розы!

Когда они оказались возле старого пня, плюшевая обезьянка не поверила своим глазам. Что за чудеса! Здесь были тысячи и тысячи крошечных существ – фей, гномов, эльфов, малюсеньких уродливых гоблинов и зелёных бородатых лесовиков. Все они смеялись, болтали, танцевали и веселились. Увидев эльфа и обезьянку, они сбежались поближе и с любопытством стали разглядывать необычную гостью. Очутившись в центре внимания, обезьянка ужасно смутилась.

– Мне так неловко, что я без хвоста, – шепнула она своему крылатому другу. – Что может быть безобразнее бесхвостой обезьяны?

– Ну что за глупости! – воскликнул эльф. – Слушайте все! Это моя подружка, игрушечная обезьянка. Гадкая жаба утащила моё летнее пальто, а эта милая мартышка любезно одолжила мне свой великолепный плюшевый хвост, чтобы я мог закутаться в него, словно в длинный шарф, если мне вдруг станет холодно. Не правда ли, у этой обезьянки просто золотое сердце?

И все эльфы, феи, гномы, гоблины, лесовики и даже старая тётушка кикимора дружно прокричали:

– Да здравствует обезьянка – золотое сердце! Гип-гип-ура! Гип-гип-ура!

Они окружили мартышку и стали качать её, высоко подбрасывая в воздух. А потом танцы и веселье возобновились. Когда маленький эльф отправлялся плясать, он вешал мартышкин хвост на спинку стула, а во время перерыва закутывался в хвост, словно в длинный тёплый шарф. Мартышка не спускала глаз с хвоста: она боялась, как бы в этой суматохе он не потерялся. Когда бал закончился и эльф собрался домой, обезьянка попросила его вернуть хвост.

– Я собираюсь пойти с ним к женщине, что живёт в домике за изгородью, – объяснила она. – Говорят, та женщина – белошвейка. Я надеюсь, она сможет пришить мне хвост обратно.

– Не волнуйся, дорогая обезьянка, – ласково сказал эльф. – Тебе вовсе не надо ходить к белошвейке. Я могу помочь тебе – ведь я эльф, а значит, волшебник!

– Правда? – недоверчиво спросила обезьянка.

– Смотри же! – ответил эльф.

Он хлопнул в ладоши, и к нему тут же слетелись все его приятели эльфы. Крылатые крошки окружили обезьянку и начали водить вокруг неё хоровод, громко распевая заклинания. А потом эльф приложил хвост к обезьянке, громко крикнул: «Раз! Два! Три!» – и хвост прирос на место, словно никогда и не был оторван.

– Вот так чудо! – восхищённо воскликнула обезьянка.

Она подёргала себя за хвост. Он держался крепко. Счастливая мартышка поблагодарила маленьких волшебников и побежала домой. Она едва успела вернуться в детскую до рассвета. Игрушки вначале не поверили своим глазам, когда увидели хвостатую мартышку. А потом они не поверили своим ушам, когда та рассказала им о чудесах, что приключились с ней этой волшебной летней ночью.

Теперь обезьянка пользуется большим уважением всех игрушек. Ещё бы – не каждый хвост удостаивался чести послужить тёплым шарфом у настоящего крылатого волшебника эльфа!

Анна решила, что принцесса очень глупа, раз хочет остаться в бедной деревенской семье. Боясь, что Перонелла передумает, маленькая крестьянка поспешно согласилась и уже через минуту красовалась в шёлковом платье Перонеллы, а принцесса надела деревянные башмаки и скромное платьице из грубой ткани. Счастливая Перонелла помчалась к деревенскому дому Анны, откуда раздавался громкий плач маленького братика. Принцесса обожала нянчиться с детишками, но во дворце, кроме неё самой, не было детей – одни взрослые.

В ту же минуту появилась старшая фрейлина. Она приняла Анну за принцессу и сейчас же принялась ворчать:

– Ах, негодная девчонка! Как ты посмела убежать из дворца? А ну-ка немедленно пошли домой! И где ты так испачкала новое платье! Я пожалуюсь на тебя твоей матери королеве!

С этими словами она ухватила Анну за руку и потащила её за собой во дворец.

Перонелла сказала правду. Старшая фрейлина действительно была несносной особой. Она всё время ворчала, шипела и без конца делала замечания: «Убери локти со стола! Не разговаривай с набитым ртом! Сядь прямо! Причеши как следует волосы! Как ты себя ведёшь? Я всё расскажу твоей матери королеве!»

Когда перед обедом в комнату принцессы на минуточку заглянула нарядная дама – её величество королева, старшая фрейлина тут же начала жаловаться ей на принцессу.

– Скверная, невоспитанная девчонка! – сердито сказала королева. – Разве ты не знаешь, что принцесса должна всегда вести себя прилично и быть послушной? Ты же не хочешь опозорить своих родителей перед иностранными гостями? Старшая фрейлина, оденьте принцессу к вечернему приёму. Кстати, там будет много разных деликатесов, но принцессе можно дать только пшённую кашу с молоком, потому что от заморских кушаний у неё может приключиться расстройство желудка.

С этими словами королева выпорхнула из детской, а старшая фрейлина принялась купать и наряжать Анну. Она злобно дергала её за руки, щипала за бока, тыкала острым пальцем в спину и шипела:

– Не сутулься! А ну-ка покажи, как ты умеешь делать реверанс? Да что это с тобой сегодня? Ты приседаешь как крестьянка, которая готовится доить корову, – словно бы тебя никогда не учили, как положено вести себя во дворце!

Всё это конечно же было очень неприятно. Но Анна с нетерпением ждала приёма. Она думала, что там, наверное, будут танцы, песни, игры и чудесное угощение. Однако приём оказался ужасно скучным! Анне пришлось три часа сидеть смирно и время от времени подавать руку для поцелуя придворным, которые все как на подбор были толстыми и надутыми от важности. Наконец уселись за столы, которые ломились от разных яств. Но едва Анна протянула к ним руку, как старшая фрейлина больно ущипнула её и прошипела:

– А ты, моя красавица, будешь есть пшённую кашу с молоком! Больше тебе ничего нельзя, иначе у тебя будет расстройство желудка!

– Нет! Я ненавижу пшённую кашу! – крикнула Анна. – Я хочу конфет, мороженого и пирожных!

В зале вдруг стало очень тихо. Все замолчали, неодобрительно глядя на Анну, а королева строго сказала старшей фрейлине:

– Немедленно отведите её высочество в спальню и уложите в кровать. Принцесса, должно быть, нездорова.

Старшая фрейлина тут же увела плачущую Анну в детскую, надела на неё пижаму, уложила в большую постель под шёлковым балдахином и сердито приказала:

– Немедленно спать – а не то я пожалуюсь твоему отцу королю!

Девочка долго плакала в подушку, но ни король, ни королева не зашли к ней поцеловать её перед сном и пожелать доброй ночи: они были заняты на приёме с гостями. Анна почувствовала себя такой несчастной, одинокой и никому не нужной, что её сердечко сжалось от тоски.

«Я не хочу быть принцессой! – подумала она. – Это совсем не интересно. Я хочу домой, а Перонелла пусть возвращается к себе во дворец».

Анна соскочила с кровати, оделась, потихоньку выбралась из дворца и побежала к дому. Дверь была заперта, но девочка влезла к себе в комнату через открытое окошко. Принцесса Перонелла уже мирно спала в её кроватке, обнявшись с младшей сестричкой. Анна тихонько потрясла принцессу за плечо. Та проснулась и села на постели, изумлённо глядя на фермерскую дочку.

– Я вернулась домой, – сказала Анна. – А ты скорее одевайся и ступай во дворец.

– Нет, я не хочу во дворец, – ответила Перонелла. – Я хочу остаться здесь. Мне очень нравится ваш дом. А твоя мама – самая добрая и нежная на свете! Сегодня перед сном она посадила меня на колени и рассказала мне чудесную сказку.

– Да, мама всегда по вечерам рассказывает мне сказку, – подтвердила Анна. – Ну давай же скорей вставай и одевайся!

Перонелла покачала головой:

– Нет, я не хочу уходить отсюда! Твоя мама поцеловала меня на ночь и потеплее укутала одеялом. Моя мама никогда так не делает! А ещё я весь день играла с твоей сестричкой и присматривала за маленьким братиком. Я так люблю малышей! И твоя сестра мне тоже очень нравится. А завтра рано утром мы идём в лес за ягодами.

– Нет, в лес за ягодами пойду я! – топнула ногой Анна. – А ты сейчас же наденешь своё красивое шёлковое платье и вернёшься во дворец.

– Нет, я не хочу во дворец! – жалобно сказала принцесса. – У тебя такие замечательные родители. Сегодня за ужином мы ели яичницу, и твой папа разрешил мне съесть только желток, а невкусный белок съел сам. Мой отец никогда бы не разрешил мне оставлять белок от яйца на тарелке!

– Мой папа даже разрешает мне выковыривать изюм из булочки, когда мама не видит, – сказала Анна. – Слушай, Перонелла, ты собираешься вставать или нет? Одевайся! Тебе пора во дворец!

– Нет, я не хочу уходить! У вас на кухне уютно и тепло. Там так славно горит огонь в очаге и вкусно пахнет домашней едой. Знаешь, Анна, давай ты навсегда останешься принцессой, а я стану фермерской дочкой. Ты будешь ходить в нарядных платьях, спать на кровати под балдахином, у тебя будут пони и золотая карета. А я буду жить с твоей милой и доброй мамой, с чудесным папой, буду нянчить малыша – твоего братика и играть с твоей сестрой. Я буду помогать твоей маме готовить еду на кухне, а папе – полоть и поливать грядки в огороде.

– Нет! – крикнула Анна. – Я буду жить у себя дома. А ты возвращайся к себе во дворец.

– Как же так, Анна? – удивилась принцесса. – Ты ведь завидовала мне и жаловалась, что мне досталось всё самое лучшее, а у тебя ничего нет, кроме деревянных башмаков и старого платья. Теперь у тебя есть возможность превратиться в принцессу и поселиться во дворце с королём и королевой. Почему же ты отказываешься от своего счастья?

Анна покраснела от стыда и тихо проговорила:

– Прости меня, Перонелла! Я была глупой и скверной девчонкой. Я злилась и завидовала тебе, я отказалась дружить с тобой, хотя ты – хорошая, добрая девочка, и у тебя золотое сердце. Теперь я понимаю, что каждый должен быть на своём месте. Не надо пытаться выдавать себя за кого-то другого. Это всё равно не принесёт радости и счастья. Ты останешься принцессой, а я хочу быть той, кто я есть, – фермерской дочкой, простой крестьянской девочкой. Пусть всё остаётся как было.

Перонелла глубоко вздохнула и опустила голову.

– Как я и думала, – печально сказала она. – Конечно же было глупо надеяться, что ты захочешь отказаться от своих родителей, от этого уютного дома, от сестры и братика ради жизни во дворце. Я сейчас уйду, но мне бы хотелось иногда приходить сюда и навещать вас – если, конечно, ты не против.

– Конечно, приходи, когда у тебя получится сбежать от занудной старшей фрейлины, – засмеялась Анна. – Знаешь, Перонелла, я чувствовала себя бедной и несчастной, я жаловалась на несправедливость, но на самом деле у меня было всё, что нужно для счастья. Почему я не понимала этого? Наверное, потому, что мне мешали злость и зависть. Они словно два кривых зеркала, в которых весь мир кажется страшным и уродливым. Я больше не буду завидовать тебе. Давай лучше дружить и иногда играть вместе!

Девочки крепко обнялись, а потом Перонелла переоделась в своё нарядное шёлковое платье и вернулась обратно во дворец. Так они и подружились – маленькая принцесса и маленькая крестьянка. Когда принцессе удаётся сбежать из дворца, она навещает свою подругу. Они играют, нянчат малыша и ходят в лес за ягодами. Анна больше не завидует Перонелле. Ведь каждому из нас лучше всего быть на своём месте, верно?

Веселье продолжалось. Эльфы угощали Энни чаем, именинным пирогом и разными сладостями. Энни была в восторге: она много раз устраивала чаепитие из игрушечного сервиза для кукол, но понарошку. А здесь был всамделишный чай с молоком и сахаром и самое настоящее угощение! Хотя булочки и пирожные оказались совсем маленькими, но они имели необыкновенный вкус. Особенно удался именинный пирог – просто объедение! Сверху он был украшен взбитыми сливками, а внутри пропитан нежным шоколадным кремом.

Девочка и пятеро эльфов пировали и веселились, но вдруг Энни услышала мамин голос:

– Дочка! Ты где? Пора домой!

– Мама зовёт меня пить чай! – воскликнула Энни. – Что же делать? Я уже напилась чаю и наелась пирога и сладостей! Я не хочу идти домой, я лучше останусь с вами.

– Что ты, Энни, – возразил старший эльф. – Если мама тебя зовёт, нужно идти. Мы допьём чай, вымоем посуду, аккуратно сложим её в коробку и оставим здесь, возле изгороди, так что после ужина ты сможешь забрать её, договорились?

– Договорились! – радостно кивнула Энни. Она попрощалась с эльфами, поблагодарила их за приглашение на чудесный праздник и покатила коляску с куклами к дому, где её уже ждала мама.

– Скорей, дочка, мой руки и садись за стол, – поторапливала она Энни. – Чай остынет! Я испекла сегодня твои любимые кексы!

– Спасибо, мамочка, но я не хочу есть, – ответила Энни. – Я только что была на дне рождения у маленького эльфа. Он и его друзья угощали меня мятным чаем и именинным пирогом!

Мама рассмеялась:

– Что за фантазии! Должно быть, ты задремала в саду на жарком солнышке, вот тебе и приснился сон!

– Нет, мамочка! – ответила Энни. – Это был не сон! Я вправду была в гостях у эльфов! Растяпа ёж опрокинул их стол и разбил все чашки и тарелки, поэтому мне пришлось одолжить им свой кукольный сервиз. Когда я уходила, они пообещали мне вымыть посуду, сложить её в коробку и оставить у изгороди, чтобы я могла забрать её сегодня вечером после ужина.

Выслушав рассказ Энни о дне рождения эльфов, мама покачала головой:

– Ну конечно же тебе всё это приснилось, милая дочка. Пойди-ка в детскую и проверь, на месте ли твой сервиз? Я уверена, что он как ни в чём не бывало лежит себе в ящике для игрушек.

Энни допила чай и побежала в детскую. Она заглянула в ящик с игрушками – но сервиза, разумеется, там не оказалось! Вечером после ужина Энни вместе с мамой вышли в сад. Возле изгороди они нашли коробку с сервизом. Девочка открыла крышку. Чисто вымытые чашки, блюдца и тарелки были аккуратно сложены на место, а между ними завалилась веточка душистой мяты.

– Вот видишь, мамочка! – воскликнула Энни. – Эльфы выполнили обещание! Они вымыли посуду, сложили её в коробку и оставили на условленном месте.

– Вот так чудеса! – удивлённо сказала мама. – Получается, что ты и в самом деле побывала на дне рождения у эльфа! Жаль, что ты не взяла меня с собой. Мне тоже хотелось бы пойти туда!

Наверное, и ты, дружок, тоже не отказался бы от приглашения на день рождения к эльфу, правда?

– Ах! Ах! – в испуге закричал гном. – Кастрюля становится всё больше и тяжелее! Что же мне делать? Что делать? Как мне снять её?

А кастрюля между тем всё увеличивалась и увеличивалась. Страшная тяжесть пригибала Нипли к земле: вначале ему пришлось встать на четвереньки, потом сесть, а потом и вовсе лечь!

Наконец Нипли целиком оказался под кастрюлей. В кромешной темноте и глухой тишине бедный гном ужасно перепугался.

– Что же мне делать? Как мне выбраться отсюда? – в страхе пробормотал он. – Бедный я, несчастный! Я всего лишь хотел поужинать, но из-за этой ужасной штуки я, похоже, останусь и без ужина и без завтрака! Кто мне поможет? Кто меня вызволит отсюда?

Накрыв Нипли с головой, кастрюля перестала расти. Гном с надеждой подумал: «Может быть, теперь она начнёт уменьшаться?» Но кастрюля и не думала делаться меньше. Она спокойно стояла себе на месте, и незадачливый лакомка гном понял, что она не намерена выпускать его наружу. В отчаянии он барабанил по стенкам и днищу кастрюли и громко кричал:

– Помогите! Спасите!

Но помочь было некому. Наступил вечер, и на глухой лесной тропке не было прохожих. Наконец гном выбился из сил. Он свернулся под кастрюлей калачиком, закрыл лицо руками и тихонько заплакал.

Между тем фея Дамадоза вернулась домой вместе с подругой, феей Каракозой, которую она пригласила к ужину. Дамадоза сразу обнаружила пропажу кастрюли. Она огорчённо покачала головой:

– Вот досада! Я собиралась угостить тебя яблочной пастилой и бланманже из одуванчиков! Ну, ничего, не стоит расстраиваться. У меня в буфете есть немного свежего сельдерея, горсть орехов и баночка варенья из лепестков розы. А сейчас я заварю нам душистый чай с мятой и мелиссой!

Но фея Каракоза озабоченно сказала:

– Мне кажется, прежде чем садиться за стол, нужно постараться отыскать вора. Неужели ты не хочешь вернуть свою волшебную кастрюльку?

Дамадоза улыбнулась:

– Не беспокойся! Ты правильно сказала: моя кастрюля – волшебная. Я не сомневаюсь, что она сумеет за себя постоять. Честно говоря, не завидую я этому воришке!

И феи уселись ужинать, обсуждая разные сказочные новости и чудесные происшествия. Потом фея Каракоза отправилась домой, а фея Дамадоза улеглась в кроватку и сладко уснула.

А бедный Нипли всю ночь не сомкнул глаз. Земля была сырой и холодной, не было видно ни луны, ни единой звёздочки, потому что огромное днище кастрюли полностью закрывало небо. Гному хотелось есть и пить, а ещё – поскорей попасть домой и забраться в тёплую постельку. Он проклинал ужасную кастрюлю и свою несчастную судьбу.

Наконец в лесу настало солнечное погожее утро, и на лесной тропинке появилась весёлая компания эльфов.

– Смотрите! – закричали они. – Откуда здесь взялась эта огромная кастрюля? Кто мог её сюда принести?

Эльфы попробовали поднять кастрюлю, но у них ничего не получилось. И тут вдруг из-под кастрюли раздался жалобный голос:

– Помогите! Выпустите меня отсюда!

Крошки эльфы узнали голос гнома Нипли. Они окружили кастрюлю, раздумывая, как ему помочь. Один из эльфов воскликнул:

– Да ведь это волшебная кастрюля феи Дамадозы! Только она почему-то выросла в несколько раз. Летим скорее к Дамадозе, она нам поможет!

– Нет! Не надо! Не говорите ей ничего, пожалуйста! – испуганно крикнул Нипли.

Но эльфы не слушали его. Всей гурьбой они кинулись к фее, которая только что уселась в уютное кресло с чашкой ароматного утреннего кофе. Она вовсе не удивилась, услышав рассказ эльфов.

– Так я и думала, что утром кто-нибудь придёт сюда и скажет мне, где моя кастрюля, – усмехнулась она. – Уверена, что воришке крепко от неё досталось!

Эльфы проводили Дамадозу туда, где лежала её кастрюля. Подойдя к ней, фея постучала по днищу и строго сказала:

– А ну-ка, признавайся, кто там?

– Эт-т‐т‐о я, Н‐н‐н‐нип-п‐пли… – заикаясь от страха, пролепетал гном. – Я вовсе не думал красть твою кастрюлю, Дамадоза. Я хотел только позаимствовать её на часик-другой, чтобы приготовить ужин. Я собирался сразу же её вернуть, честное-пречестное слово! Но твоя кастрюля мне помешала. Она накрыла меня с головой, и я никак не мог выбраться из-под неё.

– Моя кастрюля преподнесла тебе хороший урок! – ответила фея. – Думаю, теперь ты понял, что нельзя без спросу брать чужие вещи. А чтобы ты как следует это запомнил, я, пожалуй, оставлю тебя сидеть здесь весь день до самого вечера!

– Нет, не надо! – взмолился бедный Нипли. – Пожалуйста, выпусти меня! Я больше никогда ни у кого ничего не возьму, не попросив разрешения!

– Ну так и быть, – смягчилась фея. – На первый раз я тебя прощаю. – И с этими словами она дотронулась до красной кастрюли своей волшебной палочкой.

Кастрюля снова стала маленькой, и гном наконец-то очутился на свободе. Увидев его заплаканную чумазую физиономию, фея и эльфы дружно расхохотались, и Нипли, весь красный от стыда, стремглав помчался домой.

С тех пор он никогда не берёт чужие вещи. А ещё Нипли не прикасается к кастрюлям. На кухне у него нет ни одной, даже самой маленькой кастрюльки, а картошку и яйца он варит в чайнике.

– На что ты загляделась, голубушка? – поинтересовалась тётушка Тантрум.

– Это же мой зонт! – воскликнула фея, указывая на красный зонтик.

– Вздор! – ворчливо отозвалась тётушка Тантрум. – Месяц назад мне продал его за один фунт гномик, который частенько продаёт зонтики в нашем городке.

– Как за один фунт? – негодующе всплеснула руками фея Дамадимпль. – Это просто мошенничество! Я купила его за семь фунтов пятьдесят центов!

– Вот как? – улыбнулась тётушка Тантрум. – Выходит, я сделала удачную покупку.

– Боюсь, что так! – грустно сказала фея. – А расскажи мне тётушка, каков из себя этот гном, что продал тебе мой зонтик?

Тётушка Тантрум глубоко задумалась.

– Ну-у‐у… – протянула она. – Он был маленький… и толстенький…

– Ах, тётушка! – с досадой воскликнула фея. – Все гномы – маленькие и толстенькие. Может быть, ты ещё что-нибудь вспомнишь? Во что он был одет?

– На нём был зелёный кафтан и ярко-жёлтый шарф.

– Вот как! Значит, это был гном Рибби!

Фея Дамадимпль, негодуя, топнула ногой.

– Хорош сосед! Сначала берёт у меня взаймы зонтик, а потом, вместо того чтобы вернуть его, продаёт его моей же собственной тётушке! Ах, негодник! Ах, обманщик! Ах, воришка! Ну, погоди же! Ты у меня поплатишься за это! Я пожалуюсь своему дяде, волшебнику Глубокомыслу, который живёт в нашей деревушке. Пусть хорошенько проучит его! Похоже, наш гном решил, что он хитрее всех на свете. Так вот, Глубокомысл ему покажет, что на всякого хитреца довольно простоты.

Вернувшись в деревню Тише-Мыши, фея Дамадимпль поспешила к Глубокомыслу и рассказала ему о проделках коварного гнома. Выслушав её историю, Глубокомысл неодобрительно покачал головой.

– Этого воришку непременно надо проучить. Не волнуйся, племянница, ступай домой. Я что-нибудь придумаю и постараюсь не только наказать, но и перевоспитать Рибби.

Глубокомысл быстро придумал хитрый план, как заманить жадного Рибби в ловушку. С помощью простенького колдовства волшебник сделал великолепный зонтик – ярко-голубой с ручкой в форме собачьей головы. Волшебник оставил его у себя в прихожей на самом видном месте и приоткрыл дверь, чтобы его было видно c улицы. Глубокомысл был уверен, что Рибби сразу заметит чудо-зонт.

Так и вышло. Проходя мимо дома волшебника, Рибби увидел прекрасный зонтик. Он остановился как вкопанный и восхищённо пробормотал:

– Что за красота! Что за изумительный цвет! А ручка – просто вылитая голова собаки, точь-в‐точь как живая! Пожалуй, такой зонтик можно будет продать в городе не за один, а за целых три… нет, даже за четыре фунта! Я непременно должен добыть этот зонтик. Как бы мне упросить волшебника, чтобы тот одолжил мне его?

Прошёл вторник, миновала среда, и в четверг, как положено, в деревне пошёл дождичек. Как только на землю упали первые капли, Рибби выскочил на улицу и бегом помчался к дому волшебника. Дверь была, как всегда, приоткрыта, и Рибби отлично видел висевший на вешалке в прихожей ярко-голубой зонтик с собачьей головой.

Гном позвонил и, когда волшебник спросил: «Кто там?» – жалобно заныл:

– Это всего лишь я, бедный гномик Рибби! Сегодня утром я отправился гулять в лес и забыл зонтик. Начался этот ужасный дождь, и я вымок до нитки. Теперь я подхвачу простуду или даже грипп, если кто-нибудь из добрых соседей не одолжит мне зонтик, чтобы я мог дойти до дома!

– Ох-хо-хо! – проговорил Глубокомысл, выйдя в прихожую. – Да ты и впрямь промок так, что на тебе сухого места нет! Ну что же, Рибби, я, так и быть, одолжу тебе свой зонт. Но учти: ты НЕПРЕМЕННО должен мне его вернуть не позже завтрашнего утра, чтобы с тобой не случилось никаких неприятностей. Ты понял меня?

Гном кивнул и поспешно пообещал, что он конечно же обязательно вернёт Глубокомыслу его зонтик завтра утром, а лучше даже сегодня вечером, что он обещает и клянётся и даёт честное-пречестное слово, что он всегда-всегда отдаёт чужие вещи и не было случая, чтобы кто-нибудь когда-нибудь пожаловался на него.

– Ну хорошо, – сказал волшебник, протягивая ему ярко-голубой зонт с собачьей головой. – Возьми и не забудь про своё обещание!

Рибби торопливо схватил зонтик, раскрыл его и, пританцовывая от радости, направился домой. Он получил то, что хотел. Как легко удался его план! Разумеется, он не собирался возвращать зонтик, наоборот, он решил, что вскоре отправится в город и постарается продать его как можно дороже. Он вовсе не думал о предупреждении волшебника и опасался только одного: как бы тот не передумал, не окликнул его и не велел немедленно вернуть зонтик.

А волшебник, посмеиваясь в густую белую бороду, смотрел ему вслед. Как легко гном попался в ловушку! Глубокомысл провожал его взглядом, пока Рибби не скрылся из поля зрения.

Гном конечно же не вернул зонтик ни завтра, ни послезавтра, ни через неделю. Он держался подальше от волшебника и избегал встреч с ним. Когда Рибби замечал Глубокомысла на улице, то старался сразу юркнуть в ближайшую лавку или спрятаться в кустах и дождаться, пока тот пройдёт мимо. Он ни за что не хотел отдавать волшебнику чудесный зонтик с собачьей головой.

Прошло три недели, и Рибби решил, что пора отправляться в город Тут-и‐Там продавать зонтики. «Я уверен, что Глубокомысл позабыл про свой голубой зонтик, – подумал Рибби. – Он ведь очень рассеянный, как и все старички».

Итак, ночью Рибби достал из подвала все скопившиеся у него зонтики, сложил их в большую сумку, взял под мышку зонтик волшебника и отправился в Тут-и‐Там. На рассвете он вошёл в город и принялся расхаживать по площадям и улицам, выкрикивая:

– Дешёвые зонтики! Прекрасные зонтики! Лучшие в мире зонтики! Налетай, покупай, не зевай!

Рибби быстро продал все зонтики, которые лежали у него в сумке. Остался только ярко-голубой зонтик с собачьей головой – зонтик волшебника. Рибби, который хотел продать его подороже, направился к дому городского колдуна и, встав у него под окнами, принялся расхваливать свой товар. Наконец колдун вышел на крыльцо, но, едва взглянув на зонтик, отпрянул в ужасе и прошептал:

– Купить этот зонтик? Ни за что! Он ведь живой!

– Что за глупости! – презрительно фыркнул Рибби. – Как может зонтик быть живым? Зонтик – такой же неодушевлённый предмет, как дверь или, скажем, скамейка!

– А я говорю тебе, что этот зонтик живой! – нахмурившись, убеждал колдун и погрозил гному пальцем: – Меня не проведёшь! – И с этими словами он захлопнул дверь прямо перед носом у незадачливого торговца.

Рибби посмотрел на ярко-голубой зонтик, потом на его ручку в форме собачьей головы, и чем внимательнее он вглядывался, тем сильнее им овладевало странное чувство. Определённо, что-то было не так с этим зонтиком, и особенно с этой ручкой. Собачья голова действительно очень напоминала живую. Что это? Неужели показалось? Похоже, голова повела ухом и сморщила нос. Рибби протёр глаза и снова взглянул на голову. На этот раз ошибки быть не могло! Собачья голова оскалила зубы и сердито зарычала.

О, ужас! Увидев собачьи клыки, гном до смерти перепугался. Он бросил зонтик и пустился наутёк! Однако стоило зонтику коснуться земли, как с ним случилось чудесное превращение. У него выросли четыре лапы, ручка-голова увеличилась, а тонкий острый носик превратился в собачий хвост! Это была то ли собака с телом как у зонтика, то ли зонтик с собачьей головой, лапами и хвостом. Странное существо с громким лаем помчалось по улицам города, к изумлению жителей, которые показывали на него пальцем и громко кричали:

– Смотрите! Глядите! Зонтопёс! Настоящий зонтопёс!

А зонтопёс мчался всё быстрее и лаял всё громче, стараясь догнать убегающего Рибби. Его зонтиковое тело громко хлопало на ветру, крепкие чёрные лапы так и мелькали, хвост вытянулся струной, а из пасти свисал длинный ярко-алый язык.

– Эй, берегись! – кричали жители.

Они поспешно прятались по домам и запирали калитки и двери, чтобы спастись от зонтопса. Но тот не обращал на них никакого внимания: он преследовал Рибби.

Перепуганный гном мчался по городу, боясь оглянуться. Он не видел погони, но слышал, что заливистый лай зонтопса становится всё ближе и ближе.

«Ах я несчастный! – думал он. – Как же мне спастись от ужасного зонтопса? Не в добрый час я решил присвоить зонтик волшебника! Зачем, зачем я не вернул его обратно хозяину? Глупец я, глупец! Как я сразу не догадался, что у меня не получится безнаказанно надуть чародея!»

А зонтопёс тем временем почти догнал Рибби. Щёлк! – хищная зверюга укусила гнома за пятки! Щёлк-щёлк! – и острые зубы зонтопса вырвали клок из новеньких зелёных штанов, которые Рибби недавно купил на вырученные от продажи зонтиков деньги.

– Ой-ой-ой!!! – громко заверещал гном и припустил вверх по улице с такой скоростью, что даже зонтопёс не мог угнаться за ним.

На бегу Рибби подпрыгивал, размахивал руками, вертел головой и громко сопел, словно паровоз, так что все жители города, выглядывавшие из окошек своих домов, стали громко смеяться. Зрелище и впрямь было презабавное.

Рибби всё время смотрел по сторонам в надежде найти открытую дверь и юркнуть туда, но все двери оказались плотно закрыты и крепко заперты. Бедняга почувствовал, что скоро выбьется из сил. Не мог же он в самом деле бежать весь день, до вечера? Он задыхался, по нему ручьями лил пот. А зонтопёс наслаждался погоней. Нет ничего приятнее для охотничьей собаки, чем погоня за дичью. Зонтопёс страшно соскучился, пока ему приходилось смирно висеть в прихожей у волшебника, а потом тихонько лежать в кладовой у гнома. Он был рад возможности размять лапы и во весь опор мчался за толстеньким коротышкой. Вот сейчас, сейчас он поймает его! Зонтопёс подпрыгнул, зубы его снова щёлкнули, и в пасти у него остался кусочек гномова жёлтого шарфа.

– Ай!!! – крикнул Рибби, высоко подпрыгнув от страха. – Негодный пёс! Фу! Фу, тебе говорят! Не смей рвать мои брюки! Не трогай мой шарф! Пошёл прочь!

Зонтопёс улёгся на землю и стал жевать отгрызенный кусок шарфа, и гном, воспользовавшись этим, бросился наутёк.

– Только бы мне добраться до дома! – задыхаясь, твердил он. – Только бы скорей оказаться дома!

Он уже покинул город и бежал по лесу прямо к родной деревне Тише-Мыши. Оказавшись в лесной чаще, он остановился и прислушался. Лая не было слышно. Похоже, зонтопёс отстал. Гном с облегчением вздохнул и стал торопливо пробираться к дому. Только бы удалось незаметно пройти мимо соседей и побыстрее очутиться у себя!

Но едва он вышел из лесу и оказался в деревне, как снова услышал за собой лай и топот собачьих лап. Это был проклятый зонтопёс! Бедный Рибби опять кинулся бежать со всех ног. Он вихрем промчался по улице, а все соседи показывали на него пальцами и кричали:

– Смотрите! Смотрите! Зонтик преследует Рибби! Так ему и надо! Будет знать, как брать чужие вещи!

Рибби бежал к своему домику, а зонтопёс гнался за ним, хватая зубами за пятки. Каждый раз, когда он кусал бедного гнома, тот от боли и страха высоко подпрыгивал, смешно вскидывая ноги, и это ещё больше смешило всех соседей.

– Честное-пречестное слово, я никогда ни у кого больше не возьму ни одного зонтика! – жалобно кричал Рибби. – Простите меня, я больше не буду! Пусть только волшебник заберёт свой собачий зонтик назад!

Наконец Рибби добрался до дома. Он перепрыгнул через изгородь, пробежал по дорожке к входной двери, ворвался в дом и поспешно захлопнул за собой дверь. Но не тут-то было! Ловкий зонтопёс успел юркнуть вовнутрь, и когда гном вошёл в кухню, то увидел там своего врага. Странный зверь сидел возле стола, скаля зубы и недовольно ворча. Завидев Рибби, он встал на задние лапы и стал попрошайничать, умильно поглядывая на хозяина дома.

– О‐о‐о‐о‐о!!! – застонал Рибби. – Неужели я никогда не избавлюсь от тебя?

Он попытался выбежать из кухни, но зонтопёс преградил ему дорогу. Наконец гном сдался. Он уселся на табурет и стал рассматривать непрошеного гостя. Зонтопёс снова встал на задние лапы и завилял хвостом.

– Ты хочешь есть? – спросил его гном. – Вот так чудо! Никогда бы не подумал, что зонтопсы бывают голодными. Ну-ка, подожди, приятель. У меня в кладовке лежит большой сочный кусок мяса. Попробую предложить его тебе. Может быть, тогда ты подобреешь и перестанешь хватать меня за пятки.

Рибби открыл кладовку, достал кусок мяса, положил его в миску и дал зонтопсу. Тот с урчанием набросился на еду.

С тех пор для Рибби настали трудные времена. Зонтопёс ни на шаг не отходил от него. Он был постоянно голоден. Хотя вместо туловища у него был зонтик, он ел и ел без остановки, а если Рибби не хотел кормить его, то начинал рычать и хватать гнома зубами за пятки. Рибби тратил все деньги на корм для зонтопса. Когда гном отправлялся в магазин, зонтопёс шёл за ним по следу. Все соседи показывали на них пальцами, смеялись и кричали:

– Взгляните-ка на гнома Рибби! Он снова идёт за кормом для своего странного зверя! Зачем он только держит дома это вечно голодное существо?

Несколько раз Рибби пытался бежать. Но каждый раз, когда он ночью потихоньку выбирался из дома, пёс каким-то чудом настигал его и начинал преследовать, кусая за пятки и хватая зубами за одежду. Наконец, после того, как пёс изорвал ему две пары штанов и вырвал огромный клок из нового кафтана, Рибби сдался и перестал вынашивать планы побега.

Каждую ночь гном без сна ворочался в постели, думая о том, что кладовка его опустела, денег не осталось, а соседи не хотят одолжить ему ни одного фунта, зная, что он никогда не возвращает взятое взаймы. Да Рибби и сам больше не хотел ничего ни у кого занимать. Кто знает, думал он, во что может обратиться та или иная вещь? Может быть, во что-нибудь такое, что будет пострашнее вечно голодного зонтопса!

Но где же всё-таки добыть денег? Рибби долго думал и наконец решил, что ему нужно устроиться на работу. «Но кто согласится взять меня? – с грустью размышлял он. – В деревне меня никто не любит и никто мне не доверяет, потому что я всегда нарушал обещания и присваивал себе чужие вещи. Ах, как же я был глуп! Зачем я вечно старался жить за чужой счёт и испортил отношения со всеми соседями?»

Прошло ещё несколько дней, и Рибби решился на последнее средство. «Я пойду к волшебнику Глубокомыслу и всё ему расскажу, – подумал гном. – Он единственный может помочь мне выбраться из этого ужасного положения».

Рибби шёл к дому Глубокомысла, понурив голову и тяжело вздыхая. Ему было ужасно стыдно. Волшебник открыл дверь и, увидев печального гнома, возле которого, виляя хвостом, сидел зонтопёс, весело рассмеялся. Он смеялся всё громче и громче, держась за бока:

– И‐хи-хи! О‐хо-хо!! А‐ха-ха-ха!!!

Он смеялся до тех пор, пока слёзы не покатились у него из глаз.

Рибби был очень удивлён.

– В чём дело? – спросил он волшебника. – Что вас так рассмешило, глубокоуважаемый Глубокомысл?

– Я радуюсь, что моя шутка удалась на славу, милый Рибби! – ответил волшебник. – Я специально сделал зонтик с собачьей головой, зная, что он наверняка тебе понравится и ты захочешь забрать его себе. Разумеется, я заранее знал, чем всё это закончится! Но тебе не на что жаловаться, дружок: я ведь предупредил тебя, что тебе придётся туго, если ты не захочешь вести себя честно. В итоге ты оказался пленником этого прожорливого зверя, который ходит за тобой по пятам, всё время требует еды, а если ему что-то не нравится, хватает тебя за пятки и рвёт на тебе одежду. Что же, надеюсь, ты получил хороший урок и больше не станешь зариться на чужое добро! Единственное, что меня удивляет, как ты выдержал так долго. Я был уверен, что ты придёшь ко мне за помощью гораздо раньше.

Рибби покраснел как рак.

– Мне было стыдно, поэтому я не хотел идти к тебе, Глубокомысл, – признался он. – Я обещаю, что больше никогда не буду присваивать чужие вещи. Мне жаль, что я обижал соседей, что я продавал зонтики, которые мне не принадлежали. Ты прав, почтенный Глубокомысл: пожалуй, я оставлю у себя зонтопса, чтобы он постоянно напоминал мне о том, что мне нужно быть честным.

– Нет, дружок, этого зверя я заберу себе, – ответил волшебник. – Из него получится отличный сторож. Любой, самый отчаянный грабитель бросится наутёк, увидев, что его преследует зонтопёс. А ты что собираешься делать, Рибби? Чем ты думаешь жить? Раньше ты всё покупал себе, продавая чужие зонтики, но теперь ты хочешь начать честную жизнь. Значит, тебе придётся устроиться на работу.

Рибби тяжело вздохнул.

– Я был бы рад любой работе, – сказал он. – Но никто не хочет иметь со мной дела. Никто не любит меня и не доверяет мне. Что же делать? Я сам виноват. Наверное, мне придётся переехать в другую деревню и попытаться начать там новую жизнь.

– Не расстраивайся, Рибби, – сказал волшебник. – Если хочешь, ты можешь поработать у меня. Мне нужен помощник, который будет присматривать за моим садом и огородом, окапывать деревья, поливать цветы, сажать овощи и полоть грядки. Это нелёгкий труд, но я уверен, что тебе эта работа понравится.

С тех пор гном Рибби работает у доброго волшебника. Целый день он занят то в саду, то в огороде. Но ему очень нравится его работа. Все в деревне теперь любят Рибби и стараются во всём ему помогать. Гном даже подружился с зонтопсом и сколотил для этого чудо-зверя просторную будку. Зонтопёс очень предан садовнику Рибби. Он больше не хватает его за пятки. Наоборот, завидев гнома, сразу начинает вилять хвостом и норовит лизнуть Рибби прямо в нос. Собаки уважают тех, кто зарабатывает на хлеб честным трудом.