Наверное, сказала она себе, это и есть час тёмных сил. Он наступает, когда дети и взрослые крепко-крепко спят, а ведьмы и чудовища выходят из своих укрытий, и тогда весь мир принадлежит только им — так ей когда-то объясняли.

Лунный луч волшебно блестел на её подушке. Софи решила встать и плотнее задёрнуть шторы, чтобы убрать щёлочку.

В приюте тебя могли наказать за то, что ты встал ночью с кровати, когда уже погасили свет. Даже если тебе понадобилось в туалет, это не оправдание — всё равно накажут. Но сейчас рядом никого не было, Софи точно это знала.

Она потянулась за очками в стальной оправе, которые лежали на стуле возле кровати. У них были очень толстые стёкла. Без очков Софи почти ничего не видела. Она надела их, выскользнула из-под одеяла и на цыпочках прокралась к окну.

Девочка уже даже ухватилась за край шторы — но ей вдруг ужасно захотелось посмотреть, как выглядит мир, когда в нём хозяйничают тёмные силы!

Софи прислушалась. Ни звука. Мёртвая тишина.

Любопытство взяло верх. Софи быстро нырнула под штору и высунулась наружу.

В серебряном лунном свете деревенская улица, которую она так хорошо знала, показалась ей совсем другой. Дома стояли сгорбленные и скрюченные, как в страшной сказке. Всё кругом было залито бледным, молочно-белым, призрачным светом.

Напротив находился магазин миссис Рэнс, где Софи часто покупала пуговицы, нитки и резинку. Он выглядел загадочным и таинственным — будто ненастоящим.

От магазина взгляд девочки скользнул к следующему дому, потом к следующему.

Вдруг она похолодела. По противоположной стороне улицы кто-то шёл.

Кто-то тёмный…

Высокий и чёрный…

Кто-то очень высокий, чёрный и тощий.

Шума никакого не последовало, но Софи поняла, что содержимое трубы теперь оказалось в спальне малышей Гучи.

Интересно, что это могло быть?

Великан вытянул трубу из окна, склонился к своему чемодану. А потом вдруг обернулся и посмотрел в её сторону.

В лунном свете Софи увидела длинное, бледное и морщинистое лицо с огромными ушами, острым, как нож, носом и двумя блестящими глазами, которые смотрели прямо на неё. В них было что-то дьявольское, свирепое.

Софи взвизгнула и отпрянула от окна. Потом кинулась со всех ног к своей кровати, запрыгнула на неё и укрылась одеялом с головой. И затаилась — тихо-тихо, как мышка.

На этот раз Софи вскрикнула, но из-под тяжёлой руки великана её никто не услышал. Сжавшись в комок, девочка почувствовала, как её подняли вместе с одеялом и простынёй и вытащили в окно.

Вряд ли среди ночи тебе придёт в голову мысль ПОСТРАШНЕЕ! Теперь послушай, что было дальше.

Самое ужасное, что Софи, хотя она не могла ничего видеть, прекрасно понимала, что с ней происходит.

А происходило вот что: в час тёмных сил чудовище (или великан) с огромным длинным, бледным и морщинистым лицом поднял её с кровати и прямо в одеяле вытащил через окно на улицу.

Потом великан взял одеяло, как котомку, за четыре угла, и Софи оказалась внутри. Другой рукой он подхватил чемодан и трубу и побежал что есть мочи.

Софи, не помня себя от страха, всё-таки успела высунуть голову за край одеяла, свисавший между двумя углами, и оглядеться. Мимо неё проносились деревенские дома. Великан мчался по Хай-стрит так быстро, что его чёрный плащ раскинулся у него за спиной, словно птичьи крылья. Каждый его шаг был длиной с теннисный корт.

Они миновали деревню и теперь неслись по залитым лунным светом полям. Живые изгороди, отделяющие одно поле от другого, великану не мешали. Он легко через них перешагивал. Когда на его пути появилась река, он и через неё перешагнул.

Софи присела на корточки внутри одеяла и снова выглянула наружу. Она раскачивалась у ноги великана, как мешок с картошкой. Они промчались над полями, над реками. Вдруг в голову Софи закралась страшная мысль: великан бежит так быстро потому, что сильно проголодался и хочет поскорее добраться до дома и съесть её на завтрак!

Неужели они летят через океаны? Похоже на то. Она снова присела в одеяле на корточки и стала прислушиваться к завываниям ветра. Ветер всё стонал и стонал. Казалось, прошло много времени.

Вдруг вихрь прекратился, теперь великан уже не летел, а бежал с громким топотом. Софи высунулась из одеяла, чтобы осмотреться, и разглядела густые леса и бурные реки. Великан определённо замедлил свой бег и теперь двигался с более нормальной скоростью — если, конечно, манеру передвижения великана, который несётся галопом, можно было назвать «нормальной». Он перешагнул десятки рек, прогромыхал, как гигантская погремушка, по дремучему лесу и теперь мчался, перескакивая через голые холмы, по пустыне, которая будто возникла из другого мира. Земля в пустыне была ровной и жёлтой. Кругом валялись синие валуны и стояли, как скелеты, засохшие деревья. Луна давно исчезла. Занималась заря.

Софи, всё ещё выглядывая из одеяла, вдруг заметила впереди большую отвесную скалу. Скала синела на фоне пронизанного рассветными лучами неба. Окаймлённые золотом облака клубились вокруг ярко-красного восходящего солнца.

Великан, тяжело дыша, остановился прямо перед скалой. Его огромная грудь вздымалась и опускалась. Он решил перевести дух.

Неподалёку Софи увидела круглый камень величиной с дом. Великан протянул руку и откатил его — легко, словно футбольный мяч. На месте камня появилась чёрная дыра: она была такая громадная, что великану даже не пришлось пригибать голову, чтобы войти. Он шагнул в пещеру, держа Софи в одной руке, а трубу и чемодан — в другой.

Очутившись внутри, он обернулся и прикатил камень на прежнее место. Теперь вход в пещеру был укрыт от посторонних глаз, свет не мог проникать внутрь, и стало черным-черно, как ночью.

Софи почувствовала, что её положили на землю, а потом великан и вовсе выпустил одеяло из рук. Его шаги прогрохотали где-то рядом и стихли. Софи сидела в темноте и дрожала от страха.

Вот сейчас великан её и съест. Прямо сырой. Или сначала сварит? Или зажарит? А что, если он бросит её, как кусок ветчины, на сковородку с кипящим маслом?

Вдруг в пещере загорелся свет и озарил всё кругом. Софи заморгала и стала оглядываться по сторонам.

Она увидела огромное помещение с высоким каменным потолком.

Стены были увешаны полками, на которых стояли ряды стеклянных банок. Банки были всюду. Они занимали каждый уголок. Посреди комнаты стоял стол метра три с половиной высотой, а рядом с ним стул.

Великан снял чёрный плащ и повесил его на стену. Под плащом у него оказалась рубашка без воротника, старый грязный кожаный жилет с оторванными пуговицами и такие же старые и выцветшие зелёные брюки, которые явно были ему коротковаты. На голых ногах великана красовались нелепые сандалии: кроме дырки для пальцев впереди, у них зачем-то ещё были дырки по бокам. Софи в ночной рубашке, сидя на корточках на каменном полу пещеры, разглядывала великана сквозь толстые стёкла своих очков в стальной оправе. Она дрожала как осиновый лист, а по спине её пробегали мурашки.

— Ха! — великан, потирая руки, шагнул к ней. — Кто это к нам пожаловал?!

Его голос громом прокатился по всей пещере.

— Так вот, — продолжал великан, — все человеконасекомые имеют разный вкус. Жители Панамы на вкус пресные, как панамы.

— Почему — как панамы?

— Не больно-то ты сообразительная, как я погляжу. — Великан подвигал своими огромными ушами. — Я думал, людишки-плутишки все очень умные, а у тебя голова пустая, как старая тыква.

— Вы любите овощи? — Софи решила повернуть разговор в более безопасное русло.

— Ты пытаешься сменить тему, — сурово сказал великан. — Мы сейчас говорим о том, что у каждого человеческого экземпляра свой вкус. А человек — вовсе не овощ. У него две ноги, а у овоща ног нет.

Софи больше не спорила. Меньше всего ей хотелось разозлить великана.

— Человеческие экземпляры имеют разный вкус и запах. Например, жители острова Сардиния пахнут сардиниями.

— Вы хотите сказать, сардинами? — поправила его Софи.

— Сардинии и есть сардинии, и не цепляйся к словам! Вот тебе ещё пример. После того как съешь дублинца, на языке остаётся противный привкус шерсти, как бывает, когда в рот попадёт шерстинка от овчонки. Вокруг пасётся много овец, поэтому жители Дублина по вкусу напоминают овчонки.

— Вы хотите сказать, дублёнки? — уточнила Софи. — У них вкус дублёнок?

— Опять ты цепляешься к словам? Прекрати! — взревел великан. — Мы же говорим о серьёзных вещах! А ты не даёшь мне высказаться.

— Пожалуйста, пожалуйста! — испугалась Софи.

— У французов из Франции вкус французских бульдогов.

— Правильно, — живо согласилась Софи.

— Вот и неправильно! — хлопнул себя по ноге великан. — Французы из Франции похожи на собачьи консервы, потому что они напоминают по вкусу лабрадоров!

— А тогда какой вкус у жителей Лабрадора? — спросила Софи.

— Французских бульдогов, — торжественно сказал великан.

— Вы ничего не путаете? — осторожно поинтересовалась Софи.

— Я всегда всё путаю. Я такой перепутаник! Но другие великаны ещё путанее меня. И один из них всегда бегает ужинать в Веллингтон…

— В Веллингтон? — переспросила Софи. — А где это?

— У тебя сонные мухи вместо мозгов! — возмутился великан. — Веллингтон находится в Новой Зеландии. Жители Веллингтона напоминают по вкусу веллингтоны — по крайней мере, так уверяет тот великан, который их обожает.

— Какой-какой у них вкус? — не поняла Софи.

— Сапог-веллингтонов! Забыла? Резиновые сапоги у вас в Англии называют веллингтонами, в честь герцога Веллингтона.

— Как это я запамятовала, — притворно удивилась Софи.

Девочка решила, что разговор слишком затянулся. Если уж ей суждено быть съеденной, то делать нечего. Но тогда пусть лучше её сразу проглотят, чем держат в таком напряжении.

— А вы каких людей больше любите есть? — спросила она, вся дрожа.

— Я?! — завопил великан.

От его громового голоса зазвенели все банки на полках.

— Чтобы я пожирал людей?! Другие великаны — да! Но чтобы я?! Нет уж, это все остальные великаны каждый вечер пожирают человеческие создания. А я со странностями. Я хороший и добрый великан-перепутаник. Я один такой в Стране Великанов. Я Большой и Добрый Великан. Я — БДВ! А тебя как зовут?

— Cофи, — ответила девочка, от радости не веря своим ушам.

— У нас тут Страна Великанов, — объяснил БДВ. — Здесь все великаны.

Это было кошмарное зрелище! На загорелых великанах не было никакой одежды, кроме грязных набедренных повязок, похожих на короткие юбки. Великаны были просто громадины, каждый гораздо мощнее и выше Большого и Доброго Великана, у которого она сидела на руке. И все — страшные-престрашные! У многих вперёд торчали гигантские животы. А чего стоили их длинные руки и огромные ступни! Великаны сидели слишком далеко от неё, лиц было не разглядеть; но, может, это и к лучшему, подумала Софи.

— А чем там они заняты? — спросила она.

— Да ничем. Валяют дурака и ждут наступления темноты. А потом понесутся туда, где живут люди, чтобы поймать себе кого-нибудь на ужин.

— То есть в Индию? — уточнила Софи.

— Костипогрызём помчится в Индию, — согласился БДВ. — А те, кому нравятся резиновые сапоги, — в Веллингтон. А кто любит панамы — в Панаму. У каждого великана есть любимые охотничьи угодья.

— А в Англии они охотятся?

— Ещё как! Они говорят, у англичан такой замечательный вкус кукурзянки!

— Я не знаю значения этого слова, — сказала Софи.

— Значение не имеет значения. Не всегда же я прав. Иногда я могу ошибиться и сказать что-то не то.

— Неужели все эти страшные великаны сегодня ночью собираются есть людей? Правда?!

— Они каждую ночь закусывают людишками, — ответил БДВ. — Все, кроме меня. Вот почему тебя ждёт душераздирающий конец, если ты попадёшься кому-то из них на глаза. Тебя проглотят, как кусок пирога с яквой, одним шматком!

— Но ведь нельзя же пожирать людей! — вскричала Софи. — Почему их никто не остановит?!

— И кто, по-твоему, мог бы их остановить? — спросил БДВ.

— А почему бы вам не попробовать? — cпросила Софи.

— Ни за что на свете, даже если свистнет свин, я этого не сделаю! — вскричал великан. — Они такие свирепогромные! Каждый в толщину в два раза толще меня, а в вышину в два раза выше!

— Это как минимум, — согласилась Софи.

— И это ты ещё видишь их издали. Подожди! Вот подойдём ближе… У каждого из них рост не меньше пятнадцати метров. А силища!.. Сплошные крысцы и моллюскулы. Я один у них такой маленький. Коротышка. Семь метров для Страны Великанов — что для тебя мушиная зефирка!

— Не расстраивайтесь, — успокоила его Софи. — По мне, так вы ого-го какой великанище! У вас один палец на ноге — как здоровенный батон колбасы.

— Больше, — похвастался довольный великан. — Каждый мой палец с кусок хрюшокорока!

— Сколько там всего великанов? — спросила Софи.

— Девять, — ответил БДВ.

— Это значит, — сказала Софи, — что где-то в мире каждую ночь пропадает девять человек, которых съедают заживо.

— Больше, — сказал БДВ. — Всё зависит от размера человеческого экземпляра. Японцы, например, очень маленькие, поэтому одному великану, чтобы наесться, требуется как минимум шесть штук. Другие — норвежцы или янки — покрупнее, значит, можно обойтись двумя-тремя, чтобы набить брюхо.

— Неужели эти отвратительные великаны разгуливают по всему свету?! — изумилась Софи.

— Во все страны наведываются. Кроме Гренландии: гренками сыт не будешь, да и белых медведей побаиваются — они ведь что твои собачонки! А вообще выбор страны зависит от настроения. Если великану жарко, он мчится на север, чтобы слопать эскимоса и охладиться. Эскимос для него — как для тебя эскимо.

— Понимаю, — кивнула Софи.

— Если же великан мёрзнет и дрожит от холода, то, скорее всего, навострит лыжи и помчится в Турцию, чтобы сходить в турецкую баню, самому погреться да заодно проглотить пару горяченьких турок, прямо с пылу с жару.

— Ужасно! — вздохнула Софи.

— Ничто так не согревает великана, как пригоршня пышущих жаром турок из турецкой бани, — заметил БДВ.

— А если вы опустите меня на землю и я немножко среди них погуляю, то они и меня съедят? — спросила Софи.

— Проглотят, как кусок лошадёнка! Ты ведь крошечная! Они тебя и жевать не будут. Поднимут одним пальцем да и слижут, как мушиную зефирку.

— Пойдёмте, пожалуйста, обратно. Мне даже смотреть на них противно!

— Сны, — сказал он, — загадочные явления! Они летают в воздухе вокруг нас, как блестящие мыльные пузыри, и ищут спящих людей.

— И их можно увидеть? — cпросила Софи.

— Не сразу.

— Тогда как вы их ловите, если не видите?

— Ага. Вот мы и подобрались к самому большому секрету.

— Я никому не скажу!

— Верю, — кивнул БДВ.

Он закрыл глаза и погрузился в свои мысли. Софи терпеливо ждала.

— Когда сон, кружась, пролетает по воздуху, он издаёт тихий, жужжащий, гудящий звук. Но этот звук такой серебряный, такой нежный, что человеческие экземпляры его не слышат.

— А вы — слышите? — спросила Софи.

БДВ показал на своё огромное ухо, похожее на колесо грузовика, и подвигал им в разные стороны. И гордо улыбнулся.

— Видишь, какое у меня ухо?

— Конечно, — сказала Софи. — Его трудно не увидеть.

— Возможно, оно кажется тебе странным, но поверь, оно совершенно ушикальное! Это не такое ухо, на которое можно чихать!

— Я и не думала на него чихать! — воскликнула Софи.

— Мои уши позволяют мне слышать даже самый тишайший звук!

— Вы хотите сказать, что слышите то, чего я не слышу?

— По сравнению со мной ты глухая тетеря! — вскричал великан. — Ты своими ушами слышишь один шум, а я слышу тайный шёпот мира.

— Например? — сказала Софи.

— В твоей стране я слышу шаги божьей коровки, когда она ползёт по листу.

— Правда? — изумилась Софи.

— И её шаги мне кажутся гулкими, как поступь великана, — бум, бум, бум.

— Боже мой! — воскликнула Софи. — А что ещё вы слышите?

— Слышу, как муравьи перемуравьиваются между собой, когда копошатся в земле.

— То есть вы слышите, как они между собой переговариваются?

— Каждое слово, — гордо ответил БДВ. — Хотя не могу похвастаться, что хорошо понимаю их муравзык.

— Прошу вас, расскажите ещё!

— Иногда в лунную ночь, — продолжал БДВ, — я поворачиваю свои уши вот так… — с этими словами великан развернул свои большие уши к потолку, — и ушмахиваю ими вот так. И тогда я слышу звёздную музыку, которая льётся с неба.

Софи поёжилась. Она сидела тихо-тихо и ждала, что ещё он расскажет.

— Именно мои уши поведали мне, что ты следила за мной из окна, — сказал БДВ.

— Я же не произнесла ни звука! — воскликнула Софи.

— Но на другой стороне улицы билось твоё сердце! — сказал великан. — Громко, как барабан.

— Пожалуйста, продолжайте, — попросила Софи.

— Я слышу растения и деревья.

— Они разговаривают? — удивилась Софи.

— Может, и не разговаривают, но они издают звуки. Например, если я захочу сорвать чудесный цветок и потяну его за стебель, пока тот не сломается, растение закричит от боли. Этот звук не спутаешь ни с каким другим.

— Неужели правда? Как это ужасно.

— Ну, если бы кто-то вдруг решил сломать тебе руку, ты бы тоже закричала.

— Не могу поверить!

— Думаешь, я забиваю тебе голову лягушками?

— То есть я могу… но это очень трудно.

— Тогда я больше ничего не буду тебе рассказывать! — вспылил БДВ. — Не хочу, чтобы меня обзывали великанщиком-обманщиком!

— Нет-нет, я вас совсем не обзываю! Я уже верю, честное слово! Продолжайте, пожалуйста!

БДВ посмотрел на неё с укором, но Софи выдержала взгляд.

— Я вам верю! — мягко повторила она.

Было ясно, что великан на неё обиделся.

— Я бы никогда не стал вешать тебе летучих мышей на уши!

— Конечно, не стали бы, — успокоила его девочка. — Но согласитесь, в такое очень трудно поверить сразу!

— Понимаю.

— Тогда, пожалуйста, простите меня и продолжайте.

Он помолчал ещё немного и потом сказал:

— То же самое происходит и с деревьями. Когда в ствол вонзают топор, я слышу холодящий душу звук, который доносится прямо из сердцевины дерева.

— Какой звук? — спросила Софи.

— Будто кто-то стонет. Такой же звук издают старики, когда умирают.

Он помолчал. В пещере стало совсем тихо.

— Деревья живут и растут так же, как мы с тобой. Они живые, как и все растения.

БДВ сидел на своём стуле очень прямо, сцепив руки перед собой. Лицо его засветилось, а глаза стали круглыми и блестящими, как две звезды.

— Я слышу великие и ужасные звуки, — сказал он. — Некоторые из них тебе лучше никогда бы не слышать, зато другие похожи на прекрасную музыку.

Мысли о возвышенном преобразили его, морщинистое лицо даже похорошело.

— Пожалуйста, расскажите мне о них ещё, — тихо сказала Софи.

— А как беседуют мышки-малышки! Они всегда болтают друг с другом, и я слышу их так же ясно, как сейчас собственный голос.

— О чём они разговаривают? — спросила Софи.

— Это только им ведомо, — сказал великан. — Пауки тоже любят поболтать. Возможно, тебе невдомёк, что пауки самые отчаянные паукуны-болтуны. Они так чудно поют, когда плетут свою паутину. Даже нежнее соловчайки!

— Кого ещё вы слышите? — поинтересовалась Софи.

— Гусениц. Они самые большие говорусеницы! — сказал БДВ.

— А они о чём говорят?

— Только об одном: кто из них станет самой красивой бабочкой. Это их изгусеницелюбленная тема.

— А сейчас сны вокруг нас летают? — полюбопытствовала Софи.

БДВ покрутил ушами в разные стороны, прислушался и покачал головой.

— Cейчас тут никаких снов нет, кроме тех, что закупорены в банках. У меня есть специальное место, где я ловлю сны. А Страну Великанов они посещают нечасто.

— Как вы их ловите?

— Так же, как ты бабочек, — ответил БДВ. — Сачком.

Он встал и прошёл в угол пещеры, где стоял шест с приделанным к нему сачком.

— Вот она, соноловка, — сказал он, сжав шест одной рукой. — Каждое утро я отправляюсь на соноохоту, чтобы наполнить свои банки.

Внезапно великан потерял интерес к разговору.

— Я проголодался. Пора подкрепиться!

— Вот он, препротивный шишгурец! — размахивая им, вскричал БДВ. — Я его не перевариваю, не пережариваю и ненаслышу! Только потому, что я отказываюсь есть человеконасекомых, как другие великаны, я должен есть мерзовкусные шишгурцы! Если я и от них откажусь, от меня останутся кожа да трости!

— Вы хотите сказать, кожа да кости? — спросила Софи.

— Сам знаю, что кости, — проворчал БДВ. — Пожалуйста, постарайся понять: иногда я перепутываюсь и передумываюсь, но всегда стараюсь изо всех вил выговаривать слова правильно.

Большой и Добрый Великан вдруг совсем сник, и Софи расстроилась.

— Извините, — сказала она. — Я не хотела быть грубой.

— В Стране Великанов никогда не было школы, в которой меня научили бы говорить правильно, — печально сказал БДВ.

— А мама не могла вас научить? — cпросила Софи.

— Мама? У великанов нет никаких мам!

— Простите, я не знала, — сказала Софи.

— Разве кто-нибудь когда-нибудь слышал о женщинах-великанах? — кричал великан, размахивая шишгурцом, как лассо. — На свете никогда не было женщины-великана и никогда не будет! Великаны всегда мужчины!

Софи показалось, что она чуть-чуть запуталась.

— В таком случае, как же вы родились?

— В том-то и дело, что великаны не рождаются! А появляются так же, как солнце и звёзды.

— А когда вы… появились?

— Откуда мне знать? Прошло столько лет, что не сосчитать.

— Вы хотите сказать, что даже не знаете, сколько вам лет?

— Ни один великан этого не знает, — сказал БДВ. — Я только знаю, что я очень, очень старый. Может быть, такой же старый, как Земля.

— А что бывает, когда великан умирает? — спросила Софи.

— Великаны никогда не умирают! — ответил БДВ. — Иногда совершенно неожиданно великан исчезает, и никто не знает, куда он делся. Но чаще всего великаны продолжают тикать, как гигантские часы.

Великан ещё немного подержал перед собой ужасный шишгурец, потом поднёс его ко рту и откусил большой кусок. Когда он начал жевать, поднялся такой грохот, будто в пещере кололи лёд.

— Какой кошмар! Как мерзовкусно! — причитал великан с полным ртом, роняя на Софи большие куски шишгурца, которые как пули отскакивали от столешницы.

Софи с трудом уворачивалась.

— Мучительно! Отравительно! Сама попробуй этот мерзовкусный шишгурец!

— Нет, спасибо, что-то не хочется, — сказала Софи, прыгая по столу вправо-влево и стараясь не угодить под кусок этого странного овоща.

— Теперь тебе самой придётся всё время его есть, так уж лучше побыстрее к нему привыкнуть! — сказал БДВ. — Давай, девочка-улиточка, попробуй!

Софи откусила кусочек.

— У-у-у! Нет! На помощь! — Она быстро выплюнула шишгурец и чуть не задохнулась. — Фу! Как лягушачья кожа или тухлая рыба!

— Ещё хуже! — Великан покатился со смеху. — Мне его вкус напоминает комарана или медузлика.

— Неужели мне придётся его есть?!

— Конечно, если не хочешь стать такой тощей, что тебя ноги ловить не будут.

— Вы хотите сказать, носить не будут? «Носить» и «ловить» — не одно и то же.

В глазах великана снова появилось прежнее трогательно-печальное выражение.

— Слова, — сказал он, — для меня неразмышиная проблема. Прошу тебя, будь со мной помягче и не перебулькивай! Я тебе уже объяснял: я точно знаю, что хочу сказать, но получается наобормот.

— Это со всеми бывает, — успокоила его Софи.

— Но не так, как со мной. Я часто спотыкаюсь!

— А мне кажется, вы красиво говорите!

— Ты и вправду так думаешь? — спросил великан, и его лицо просветлело.

— По-настоящему красиво, — повторила Софи.

— Для меня это самый лучший подарок на свете. Ты не прикнопываешься?

— Нисколечко! Мне просто нравится, как вы говорите.

— Ананасово! Шоколадно! Заикательно!

— Послушайте, — сказала Софи, — нам необязательно есть шишгурцы. В полях недалеко от нашей деревни растёт много замечательных овощей. Цветной капусты… Моркови… Почему бы вам не собрать для нас немного, когда вы в следующий раз отправитесь туда с визитом?

БДВ гордо вскинул голову.

— Я благородный великан! — сказал он. — Уж лучше я буду жевать мерзовкусные шишгурцы, чем воровать!

— Но меня же вы похитили!

— Если только совсем немножко, — сказал великан, нежно улыбаясь. — Ты ведь такая маленькая!

Бедный БДВ разволновался.

— Здесь н-никого н-нет, — заикаясь, сказал он. — Почему бы тебе не оставить меня в покое?

Кровушкипопьём наставил на БДВ палец величиной со ствол дерева.

— Ах ты, жалкий Недомерок! Ключный гайк! Мерзкая бутылочная бородавка! Ну-ка, где моё лакомство? — Он схватил БДВ за руку. — Ты мне поможешь! Вместе мы живо его отыщем! — кричал он.

БДВ хотел смахнуть Софи со стола, как только представится возможность, и спрятать у себя за спиной, но не успел. Софи выглянула из-за надкусанного шишгурца и увидела, что два великана направились в другой конец пещеры.

Внешность Кровушкипопьём испугала бы любого: красно-бурая кожа, волосатые грудь, руки и живот. На голове — тёмные спутанные космы. У него было противное бугристое лицо с маленьким носом-картошкой, а глаза зияли, как две чёрные дырки. От уха до уха тянулся гигантский рот, а здоровенные губы лежали друг на друге, как две бордовые сардельки. Между ними торчали острые, как скалы, зубы, а по подбородку стекали слюни.

Нетрудно догадаться, на что было способно это мерзкое существо, каждую ночь пожиравшее взрослых и детей!

Кровушкипопьём, продолжая крепко держать БДВ за руку, изучал ряды банок.

— Твои омерзительные банки! Что ты в них наливаешь?

— Тебе это неинтересно. Ты ведь только и ждёшь, чтобы проглотить побольше человеческих экземпляров!

— Я тебе покажу «неинтересно», чокнутый медузлик!

Софи подумала, что скоро вернётся Кровушкипопьём и начнёт шарить по столу, а спрыгнуть она не может — ведь до земли не меньше трёх с половиной метров! Она непременно сломает ногу. Пока что она скрывалась за огромным шишгурцом, но если великан возьмёт его в руки — всё кончено! Софи внимательно оглядела надкусанную часть. Склизкую мякоть шишгурца пронизывали зёрнышки — каждое величиной с дыню. Пригибаясь, чтобы великан её не заметил, Софи раздвинула несколько зёрнышек, и посреди шишгурца образовалась довольно большая нора. Туда она и залезла. И затаилась, свернувшись клубочком. Сыро, но ничего не поделаешь: главное — уцелеть.

Кровушкипопьём и БДВ подходили к столу. От страха БДВ едва держался на ногах: в любой момент негодяй может обнаружить Софи — и сожрать!

Неожиданно Кровушкипопьём схватил шишгурец. БДВ уставился на пустой стол. «Где ты, Софи? — в отчаянии подумал он. — Ты же не могла спрыгнуть вниз! Куда ты спряталась?»

— Так вот какую дрянь ты лопаешь?! — гремел Кровушкипопьём. — Ты хуже комарана, если поглощаешь такую пакость!

На какое-то время Кровушкипопьём даже забыл о девочке. БДВ решил ещё больше его запутать.

— Это восхихрюкальный шишгурец! Я готов есть его каждый день! А ты, Кровушкипопьём, когда-нибудь пробовал шишгурятину?

— Человеческие экземпляры гораздо сочнее, — сказал Кровушкипопьём.

— Фушь! — воскликнул БДВ.

С каждой секундой он чувствовал себя увереннее.

«Хорошо бы скормить ему хоть кусочек отвратительного шишгурца, — думал он. — От такого мерзовкуса Кровушкипопьём наверняка взревёт и кинется прочь из пещеры».

— А ты его прошишгуртируй, — посоветовал БДВ. — Только, пожалуйста, когда ты увидишь, какой он шишкусный, не пожирай его целиком, оставь мне на ужин хоть шишочек!

Кровушкипопьём подозрительно уставился на шишгурец своими поросячьими глазками.

Софи ни жива ни мертва сжалась в своей норке.

— Ты не прикнопываешься? — спросил Кровушкипопьём.

— Как тебе в голову могло такое прискакать?! — с чувством воскликнул БДВ. — Попробуй шишочек, и я уверен, ты запищишь от удовольствия и скажешь, какой шишкарный этот чудовощ!

При мысли о еде, за которой не надо никуда мчаться, слюна потекла изо рта Кровушкипопьём в два раза быстрее.

— Чудовощи очень полезны, — продолжал уговаривать БДВ. — Нельзя же всё время есть мясное!

— Ну ладно, разок можно попробовать. Но предупреждаю: если твоя шишгурятина окажется мерзовкусной, я тебе голову оторву, Недомерок!

Он схватил шишгурец и поднял его на немыслимую высоту, чтобы отправить в свой бездонный рот. Софи хотелось закричать, чтобы он этого не делал, но тогда её ждала неминуемая гибель. И она просто затаилась между семечками шишгурца.

Послышался жуткий хруст — это Кровушкипопьём отхватил огромный кусок как раз в том месте, где она сидела. Страшные жёлтые зубы клацнули в нескольких сантиметрах от неё. Стало совсем темно — Софи оказалась во рту великана. Там отвратительно пахло тухлым мясом. Она ждала, что его зубы вот-вот сомкнутся, и только молилась, чтобы ей не пришлось умирать долгой и мучительной смертью.

— О-о-ой!!! — вдруг завопил Кровушкипопьём. — Мерзззовкусссная шишгурррятина! Комараны и медузлики! — И выплюнул всё, чем успел набить рот. Куски шишгурца с Софи в придачу вихрем пронеслись по пещере.

Если бы Софи ударилась о каменную стену, она бы погибла. Но ей повезло, она застряла в складках плаща БДВ, потом упала на землю и от страха чуть не потеряла сознание. Еле-еле ей удалось заползти под подол плаща. Там она и затаилась.

— Ах ты мерзкий свинолис! Ах ты мелкий зебросвин!

Кровушкипопьём подскочил к БДВ и стукнул его остатком шишгурца по голове. Куски странного овоща опять разлетелись во все стороны.

— Что, тебе не понравилось? — c невинным видом спросил БДВ, потирая ушибленную голову.

— Он ещё спрашивает! Да это самый мерзовкусный мерзовощ, какой попадался мне под зуб! Только такие брыкобразы, как ты, способны глотать такую комаранью шишгурятину! А ведь мог бы, как все нормальные великаны, каждую ночь отлавливать чудненьких людогамбургеров себе на ужин!

— Пожирать человеческие экземпляры мерзостойно и отравительно! — с достоинством произнёс БДВ.

— А вот и нет! Наобормот, питательно и заикательно!!! — завопил Кровушкипопьём. — Сегодня я бегу в Чили за остренькими чилийцами! Знаешь, почему я выбираю чилийцев?

— Не имею ни малейшего мышатия! — гордо произнёс БДВ.

— Потому что мне надоели пресные эскимосы. Желаю чего-нибудь солёненького или остренького. А чилийцы по вкусу похожи на чилийские перчики!

— Как тебе не стыдно!

— А остальные сегодня собираются в Англию. Им хочется английских деток-котлеток! Они все так славно пахнут школьными учебниками и чернилами! Может, я ещё передумаю и тоже поскачу не в Чили, а в Англию вместе со всеми.

— Ты отравительный комаран!

— А ты — великанопозорище! Недовеликан! Ты медузлик несчастный! Зебросвин! Свинолис!

С этими словами Кровушкипопьём выскочил из пещеры. БДВ побежал к выходу и быстро прикатил тяжёлый камень на место.

— Софи! — прошептал он. — Софи! Где ты, Софи?

Cофи вынырнула из-под его плаща.

— Я здесь, — откликнулась она.

БДВ осторожно её поднял и посадил к себе на ладонь.

— Я так рад, что ты жива и птички-мотылёхонька!

— Я была у него в пасти! — сообщила Софи.

— Где?! — вскричал БДВ.

Софи рассказала ему, что с ней произошло.

— А я ещё уговаривал Кровушкипопьём полакомиться шишгурятиной!.. Девочка-улиточка! Как ты, должно быть, перебултыхалась!

— Да уж, мне было не до смеха.

— Бедная детка-зёрнышко! Ты только посмотри на себя! Вся в шишгурце!

БДВ начал заботливо её отряхивать и отчищать.

— Ненаслышу этих комараньих великанов! Знаешь, о чём я мечтаю?

— О чём? — спросила Софи.

— Мне бы хотелось их всех закукарекать куда подальше!

— Я с удовольствием вам помогу! Погодите, мы что-нибудь придумаем!

Он хорошенько встряхнул бутыль, и её содержимое сильно зашипело.

— А почему ваш клубнипекс неправильно шипит? — спросила Софи.

Действительно, вместо того чтобы подниматься вверх, пузырьки скопились внизу и бомбардировали дно бутылки.

— Что значит «неправильно шипит»?! — возмутился БДВ.

— В наших шипучих напитках пузырьки всегда поднимаются вверх и лопаются.

— Как раз вверх и неправильно! — вскричал БДВ. — Зачем пузырькам пищать вверх? Фу, какая фушь!

— Почему? — удивилась Софи.

— Она ещё спрашивает! — БДВ взмахнул здоровенной бутылью, словно дирижёрской палочкой. — Она не понимает, как она лягушачно спотыкается, когда говорит, что пузырьки пищат не вниз, а вверх!

— Сначала вы утверждали, что я говорю чушь, а теперь хотите сказать, что я ошибаюсь? — вежливо поинтересовалась Софи.

— Ты всё правильно поняла! Это лягушачья фушь!

— А почему пузырьки не должны взлетать вверх?

— Сейчас объясню, но сначала скажи мне: как называется ваш клубнипекс?

— Один — кока-колой, другой — пепси-колой, а вообще-то у нас много разных напитков.

— И пузырьки всегда поднимаются вверх?

— Конечно!

— Но это ужастрофа!

— Будьте добры, объясните всё по порядку.

— Постараюсь, если будешь внимательно слушать, — сказал БДВ. — Хотя у тебя вместо мозгов сонные мухи, поэтому вряд ли ты что-то поймёшь.

— Я попробую, — примирительно сказала Софи.

— Ладно, слушай. Когда вы пьёте свою кола-коку, она ведь попадает в живот? Я правый или левый?

— Конечно, вы правы!

— И пузырьки тоже попадают в живот?

— Допустим…

— А это значит, что они сначала запищат в горле, потом во рту и потом с ужасным взуком выпрыгнут наружу.

— Так часто бывает. Ну и что? По-моему, ничего страшного!

— А по-моему, это отмутительно! Великаны себе такого никогда не позволяют!

— А ваш напиток… забыла, как он называется?

— Клубнипекс.

— Так вот, если вы пьёте клубнипекс и пузырьки идут вниз, звук ведь получается ещё хуже… он получается совсем неприличный, — сказала Софи, слегка покраснев.

— Почему неклубничный? — удивился БДВ. — Настоящий бурзофук! — вскричал БДВ, улыбаясь во весь рот. — Бурзофук! Мы, великаны, всё время бурзофукаем. Бурзофуканье — признак счастья! Музыка для наших ушей! Неужели ты хочешь сказать, что у вас бурзофукать неклубнично?

— Очень неприлично.

— А разве ты сама никогда не бурзофукаешь? — спросил БДВ.

— Все бурзофукают, как вы это называете, — сказала Софи. — Короли, королевы, президенты, знаменитые кинозвёзды и малыши. Но там, где я живу, даже говорить об этом считается неприличным.

— Как гиппопотамно! — воскликнул БДВ. — Если все бурзофукают, почему бы об этом не поговорить? Cейчас мы глотнём немного клубнипекса, и ты увидишь, что будет, — сказал БДВ и сильно взболтал бледно-розовую жидкость, которая вспенилась и зашипела.

Он вытащил пробку и шумно глотнул.

— Восклубнительно! Обожаю!

Вдруг БДВ замер, и на его лице появилась восторженная улыбка. Неожиданно раздался ужасно громкий и неприличный звук, от которого, как от взрыва, задрожали стены и зазвенели все банки на полках. Но самое удивительное наступило, когда великан, словно от взрывной волны, ракетой взлетел в воздух.

— Ух! — вскричал он, снова опускаясь на землю. — Вот оно, бурзофуканье!

Софи весело рассмеялась.

— А теперь сама попробуй! — вскричал БДВ, поворачивая к ней горлышко бутыли.

— Разве у вас нет чашки?

— Никаких чашек. Только бутылка.

Софи открыла рот, и БДВ очень осторожно влил ей немного восхитительного клубнипекса. Ох, как ей понравилось! У напитка был изумительно тонкий привкус ванили и малины со сливками. А какими замечательными показались ей пузырьки! Она почувствовала, как в животе они весело запрыгали и полопались. Необыкновенное ощущение! Как будто внутри неё сотни людей танцевали джигу босиком, и от этого было ужасно щекотно!

— Как здорово! — воскликнула она.

— Сейчас увидишь! — пообещал БДВ и захлопал ушами.

Софи почувствовала, что пузырьки опускаются всё ниже и ниже, и вдруг… раздался взрыв, словно зазвучали трубы, от которых всё кругом тоже зазвучало, зазвенело и загремело.

— Браво! — завопил БДВ. — Для начала совсем неплохо! Давай ещё глотнём!

В конце концов игра им наскучила, и они уронили бедного БДВ на землю. Он был ни жив ни мёртв. Пнув его несколько раз для порядка, великаны закричали:

— Беги, великанчик-тушканчик! Поглядим, какой ты шустрый!

И БДВ помчался прочь. А что ещё ему оставалось? Великаны швыряли камни ему вслед. БДВ еле уворачивался.

— Прочь, крошка-великошка!

— Беги, великашка-букашка!

— Улепётывай, великузлик-медузлик!

— Уматывай, великанчик-комаранчик!

Наконец-то БДВ удалось удрать! Великаны исчезли из виду. Софи высунула голову в дырку кармана.

— Мне их игра не понравилась, — пожаловалась она.

— Да, швырятельное у них сегодня настроение! Прости, что доставил тебе столько неприятностей.

— Что вы! Вам было не слаще! Неужели они хотели сделать вам больно?

— От них не знаешь чего ждать! — вздохнул БДВ.

— А как они ловят людей, чтобы потом их съесть?

— Обычно они протягивают руку в окно спальни и хватают их прямо с кровати, — сказал БДВ.

— Как вы меня?

— Но я-то тебя не съел!

— А как ещё они их ловят? — cпросила Софи.

— Иногда великаны плавают в море, как рыбы, высунув только головы на поверхность… А потом вдруг из воды вылезает волосатая рука и хватает кого ни попадя прямо с пляжа.

— И детей тоже?

— Даже очень часто. Маленьких деток-горбуветок, которые строят замки из песка. Детокпожуём говорит, что малыши не такие жёсткие, как их бабушки.

Так они беседовали, пока БДВ мчался на всех парах по равнине. Теперь Софи стояла в жилетном кармане и держалась за его края, как за балконные перила. Голова и плечи девочки были снаружи, и сильный ветер трепал ей волосы.

— А как ещё они охотятся на людей? — спросила она.

— У каждого свой способ. Кровькапкап предпочитает притвориться раскидистым деревом. В сумерках он стоит в парке и держит большие ветки у себя над головой — ждёт, когда какое-нибудь счастливое семейство захочет устроить под ним пикник. Пока они раскладывают продукты, он следит за ними сверху… а потом нападает! И уж наедается досыта.

— Какой ужас! — воскликнула Софи.

— А Мигомпроглотим обожает город. Он устраивается поудобнее между крыш и поджидает того, чей аромат ему покажется особенно приятным… И хвать! Просто наклоняется и хватает бедного прохожего, как мартышка орех. Ему нравится самому выбирать себе человечков к ужину — он говорит, это будто меню в ресторане читаешь.

— А разве люди его не замечают?

— Никогда! Великаны же охотятся в сумерках. Кроме того, у Мигомпроглотим очень ловкая рука.

— Но если люди исчезают каждую ночь, почему они не бьют тревогу?

— Мир такой большой, стран много, а великаны стараются не бегать всё время в одни и те же страны. В общем, извеликаниваются как могут.

— Но всё равно, не может быть, чтобы…

— Не забывай, что люди исчезают повсюду и без великанов. Они сами убивают друг друга гораздо чаще, чем их пожирают мои собратья.

— Но люди не едят друг друга!

— Великаны тоже, — сказал БДВ. — И они не убивают друг друга, как люди. Великаны не слишком ушикательны, но друг друга не убивают. И тигродилы не убивают других тигродилов. И мяучелы не убивают себе подобных.

— Они мышей ловят, — сказала Софи.

— Да, но не мяучел! — заметил БДВ. — Только человеческие экземпляры убивают своих.

— А разве ядовитые змеи не убивают друг друга? — cпросила Софи. Она отчаянно пыталась припомнить хоть одно существо, которое вело бы себя так же безответственно, как человек.

— Нет, даже ядовитые змеи так не поступают. Даже страшные тигры и козлобаки не трогают друг друга — ты когда-нибудь об этом думала?

Cофи притихла.

— Не понимаю я человеческих экземпляров, — заключил БДВ. — Вот ты сама человеческое зёрнышко, и ты говоришь, что великанам неклубнично убивать и поедать людей — я правый или левый?

— Конечно, вы правы!

БДВ кивнул.

— А человеческие экземпляры без конца уничтожают других людей. Стреляют друг в друга, кидают бомбы с самолётов. Человеконасекомые убивают своих!

И БДВ был прав! Безусловно прав. Софи задумалась: чем же люди лучше великанов?

— При всём при том, — сказала она, защищая человеческий род, — я считаю несправедливым, что великаны отправляются каждую ночь на ловлю людей. Люди никогда не причиняли им зла.

— И каждый бедный поросёнок так говорит, — ответил БДВ. — И удивлённо всхрюкивает: «Я никогда не причинял человеку зла! За что же он меня хочет съесть?!»

— Боже мой!.. — совсем растерялась Софи.

— Человеческие экземпляры сами придумывают себе правила, — продолжал БДВ. — Но правила, которые они устанавливают, не устраивают ребяток-поросяток. Я правый или левый?

— Вы правы, — согласилась Софи.

— Великаны тоже живут по правилам, которых не понимают человеческие экземпляры. Каждый придумывает правила для себя.

— Но вам же тоже не нравится, что кровожадные великаны каждую ночь поедают людей.

— Не нравится, — твёрдо сказал БДВ. — Потому что правила должны быть правые, а не левые! Тебе удобно в моём кармане?

— Очень! — ответила девочка.

Тут БДВ вдруг развил бешеную скорость, его скачки` сделались гигантскими. Пейзаж опять слился в мутное пятно, и Софи пришлось спрятаться поглубже в карман, чтобы сохранить голову на плечах. Она сидела на корточках и прислушивалась к завываниям ветра, который врывался через дырку в кармане и трепал подол её ночной рубашки.

На этот раз невероятный полёт БДВ продолжался недолго. Видимо, ему надо было преодолеть какие-то серьезные препятствия — горы, океаны или пустыни, — но как только они остались позади, он вновь сбавил скорость до своего обычного галопа. Софи выглянула наружу, чтобы полюбоваться видом.

Теперь они мчались по какой-то пасмурно-бледной стране. Солнце скрылось за туманной дымкой. С каждой минутой становилось холоднее. Местность казалась пустынной, плоской и бесцветной. Туман густел. Наверное, это Страна Призрачных Туманов, подумала Софи. Даже трава под ногами была какая-то пепельно-серая, а не зелёная. Вокруг не было ни единого живого существа, и они мчались в полном безмолвии: в тумане слышался только топот БДВ.

Наконец он остановился и сказал:

— Добрались.

БДВ достал Софи из кармана и поставил на землю. Ей было зябко босиком и в ночной рубашке.

— Где мы? — спросила она, с любопытством оглядывая клубы тумана.

— Мы в Стране Снов, — ответил БДВ. — Отсюда берут начало все сны.

— Давай сюда банку! Да поскорее!

Когда второй сон оказался под крышкой, БДВ приложил банку к уху.

— Ох, нет! — вскричал он. — Только не это! Лучше позавтракать мушиными личинками, а пообедать комараньими штиблетами!

— Что случилось? — перепугалась Софи.

— Бугриный акул! — горестно крикнул БДВ. Его голос был полон возмущения. — Спасите наши уши! Уберите козявок-пиявок!

— О чём вы? — Софи видела, что БДВ всё сильнее расстраивается, но не понимала почему.

— За что мне такие лягушения? Зачем я проделал весь этот путь? Для чего? — причитал он, размахивая банкой. — Что я поймал?!

— А что вы поймали? — спросила Софи.

— Бугриного акула! — вскричал БДВ. — Отвратительного, омерзительного, крысо-жабо-бугрительного! Это не просто плохой сон! Это настоящий кошмар!

— Боже правый! — расстроилась Софи. — Что же нам теперь делать?

— Я его никогда не выпущу! — пообещал БДВ. — Если он вылетит из банки, какой-нибудь малыш увидит самый окрысительный сон-кошмар. Этот бугриный акул ужастрофически опасен. Я его взорву, как только мы допрыгаемся до дома.

— Ночные кошмары ужасны, — признала Софи. — Один раз у меня был ночной кошмар, и я тогда проснулась в холодном поту.

— От этого акула ты проснёшься в замёрзшем порту, а вместо кораблей у тебя зубы встанут дыбом! От бугриной лягушатины кровь превратится в сосульки, а кожа завернётся в кожаные стружки, которые поползут по полу, как ужи-ужастики!

— Неужели и вправду всё так плохо?

— Хуже не взлетает! — воскликнул БДВ. — В этом кошмаре, что сидит в банке, перемешались бугриный акул, бурый орл и быстрорыл. Я так рад, что успел закрутить крышку! Ах ты, мерзкий бугрострёныш! Больше тебе не напугать милых деток-конфеток!

Софи, присмотревшись к банке, неожиданно воскликнула:

— Ой, там что-то шевелится!

— А ты думала?! Перед нами наиужаснейший бугрострёныш.

— Вы мне говорили, сны невидимы!

— Это только пока их не поймаешь, — сказал БДВ. — А мы его поймали, поэтому мы его и видим.

Внутри банки пульсировал красноватый контур полупрозрачного существа, похожего на шарик из желе. Странное существо билось о стекло, постоянно изменяя форму.

— Оно так бьётся, так рвётся наружу! — Софи покачала головой. — Того и гляди, разобьётся на кусочки!

— Чем хуже сон, тем больше он злится, оказавшись в плену, — объяснил БДВ. — Он ведёт себя так же, как дикий зверь, попавший в клетку. Если зверь злобный — обязательно устроит кобра-рам! А если мирный, как медузлик или цыплоконик, он будет сидеть тихо. Вот и сны так же. Этот бугриный акул — прямо буйный. Смотри, как он бушует.

— Страшный! — Софи даже поёжилась.

— Не хотел бы я увидеть бугриного акула злющей тёмной ночкой! — сказал БДВ.

— И я бы не хотела.

БДВ начал складывать банки обратно в чемодан.

— Мы уже уходим? — удивилась Софи.

— Я слишком расстроился из-за бугрострёныша, — пожаловался БДВ. — Хватит, наловились. На сегодня соноохота отменяется!

Софи забралась обратно в карман жилета, и БДВ на всех парах помчался домой. Вынырнув из тумана и снова оказавшись на жёлтой равнине, они увидели вдалеке остальных великанов, которые лежали, неуклюже развалившись, и крепко спали.

Софи увидела, как бугриный акул пронёсся по лицу Мясазаглотнём и на какую-то долю секунды завис над ним, а потом исчез. Возможно, струёй воздуха его затянуло прямо в великанский нос. Девочка не успела всё как следует разглядеть.

— Пора укукарекивать! — прошептал БДВ, отбежал на несколько сотен метров и, остановившись, пригнулся к самой земле. — Сейчас увидишь небо в медузах!

Им не пришлось долго ждать.

Раздался устрашающий рык, и всё тело Мясазаглотнём, все шестнадцать метров, вдруг приподнялось над землёй и снова с грохотом вернулось на прежнее место. Великан, лёжа на спине, стал извиваться и подскакивать самым немыслимым образом. Софи было страшно на него смотреть.

— Ох! Ах! Ой! — рычал Мясазаглотнём.

— Он пока спит, — объяснил БДВ. — Бугриный акул начинает действовать.

Софи было совсем не жалко противного великана, который поедал детей, как сахар.

— Поделом ему! — сказала она.

— Спасите! — хрипел Мясазаглотнём. — Он бежит за мной! Сейчас схватит!

Великан забился в конвульсиях — а когда такое происходит с громадинами вроде Мясазаглотнём, зрелище, доложу я вам, не для слабонервных.

— За мной гонится Джек! — вопил великан. — Злобный, страшный Джек! Он меня догонит! Забодает! Заглотит! — Мясазаглотнём катался по земле, извиваясь, как огромная змея. — Отпусти меня, Джек! Боооольно!

— О каком это Джеке он говорит? — спросила Софи.

— Джек — единственный человеческий экземпляр, которого все великаны боятся, — объяснил ей БДВ. — И трепещут перед ним. Потому что все знают: Джек — знаменитый победитель великанов.

— Спасите! — вопил Мясазаглотнём. — Пощадите маленького великанчика-тушканчика. Он приближается! Бобовый черенок! Он подбирается ко мне! Убери свой бобовый черенок! Прошу тебя, Джек, умоляю, не прикасайся ко мне!

— Нам, великанам, точно не известно, кто такой этот Джек. Единственное, что мы знаем: он знаменитый победитель великанов, и у него есть какой-то очень страшный бобовый черенок, который ему нужен, чтобы нас убивать.

Софи невольно улыбнулась.

— Над чем это ты смеёшься? — слегка обиженно спросил БДВ.

— Я вам потом расскажу, — ответила Софи.

Кошмар так крепко завладел великаном, что всё его тело чуть не завязалось узлом.

— Не надо! — пищал он. — Я тебя никогда не ел! Никогда не поглощал человеческие экземпляры! Клянусь, я ни разу в жизни не пробовал человечины!

— Лжец! — воскликнул БДВ.

Тут вдруг мельтешащие в воздухе кулаки противного великана угодили прямо по губам его крепко спящего друга по имени Кровькапкап. В тот же миг его дёргающиеся ноги брыкнули храпящего Мигомпроглотим прямо в живот. Оба пострадавших великана немедленно проснулись и вскочили.

— Он стукнул меня по губам! — взревел разбуженный Кровькапкап.

— Он брыкнул меня в живот! — заорал Мигомпроглотим.

Оба великана подскочили к Мясазаглотнём и начали молотить его кулаками и ногами. Несчастный сразу проснулся. Из ночного кошмара он попал в кошмар наяву и с рёвом кинулся в драку. Всё завертелось и закружилось. Спящие великаны один за другим просыпались и тотчас начинали молотить друг друга кулаками. Вскоре все девять великанов совсем проснулись и вовлеклись в грандиозную потасовку. Они пихались, царапались, кусались, раздавали пинки налево и направо. Лились реки крови, ломались носы, градом летели выбитые зубы. Великаны ревели, визжали и ругались, и ещё долго над равниной носился шум битвы.

БДВ широко улыбнулся, не в силах скрыть своего удовольствия:

— Ах, как я люблю, когда всё кружится и клубничится!

— Они же убьют друг друга! — волновалась Софи.

— Никогда! Эти зверюги вечно друг на друга нападают. Но скоро стемнеет, и они помчатся в разные страны, чтобы набить себе желудки.

— Они грубые, грязные и плохо пахнут. Я их терпеть не могу! — сказала Софи.

По дороге в пещеру БДВ заметил:

— Видишь, можно и ночной кошмар обратить на пользу.

— Да, замечательно получилось! Вы молодец! — похвалила его Софи.

— Нет.

— А что же тогда?

— У человеческих экземпляров ведь тоже есть музыка, я правый или левый?

— Вы правы! У нас много разной музыки.

— Иногда люди сильно волнуются, когда слышат прекрасную музыку. У них медузлики по спине бегают, я правый или левый?

— Безусловно, правы.

— Значит, музыка ведёт с ними беседу! Она им о чём-то сообщает. Вряд ли они всегда понимают о чём, но им всё равно нравится.

— Да, похоже, так и есть, — сказала Софи.

— Благодаря ушикальным способностям я умею не только слушать музыку снов, но и понимать её.

— Что значит понимать? — спросила Софи.

— Я умею её читать. Она со мной разговаривает на своём языке.

— Так трудно в это поверить, — пожаловалась Софи.

— Держу пари, ты не веришь и в звёздных мухылястиков, и в то, что они прилетают с неба к нам в гости.

— Конечно, не верю! — воскликнула Софи.

БДВ пристально взглянул на неё своими огромными глазами:

— Надеюсь, ты меня простишь, если я скажу, что человеческие экземпляры считают себя очень умными, а на самом деле это отнюдь не квак. Они почти все неоченьки и небываченьки.

— Извините, я не совсем вас поняла, — сказала Софи.

— Человеческие экземпляры отказываются верить в то, чего они не могут увидеть своими моргалками. Но мухылястики-то — существуют! Я с ними часто встречаюсь и болтаюсь!

Он с досадой отвернулся от Софи и вновь погрузился в работу. Софи придвинулась ближе, чтобы прочитать, что он написал огромными, хотя и не очень ровными буквами:

ЭТОТ СОН ПРО ТО, КАК Я СПАС СВОЕГО УЧИТЕЛЯ. Я НЫРНУЛ В РЕКУ С ВЫСОКОГО МОСТА И ВЫТАЩИЛ УЧИТЕЛЯ НА БЕРЕГ. ПОТОМ Я СДЕЛАЛ ЕМУ ИСКУСАННОЕ ДЫХАНИЕ…

— Какое-какое дыхание? — удивилась Софи.

БДВ перестал писать, медленно поднял голову и снова внимательно посмотрел на Софи.

— Я тебе уже говорил, — сказал он, — что у меня не было возможности ходить в школу, поэтому я очень часто спотыкаюсь. Я в этом не виноват. Ты чудная девочка-умелочка, но согласись, ты и сама много о чём не ведаешь.

— Простите меня, пожалуйста, — устыдилась Софи. — Очень невежливо постоянно вас перебивать и поправлять!

Взгляд БДВ скользнул по лицу Софи, а потом вновь сосредоточился на заострённом конце карандаша.

— Скажите мне честно, — сказала Софи, — если бы вы вдули этот сон в мою спальню, неужели я бы в самом деле увидела, как я прыгаю в реку с высокого моста и спасаю своего учителя?

— И даже больше! Но не могу же я записать длинный-предлинный сон на малюсеньком листочке. А у него ещё есть снодолжение.

БДВ отложил карандаш, приставил огромное ухо к банке и с полминуты сидел и прислушивался.

— Да, — сказал он, серьёзно кивая головой, — этот сон очень хорошо продолжается и ушикательно заканчивается.

— А как? Расскажите мне, пожалуйста!

— Тебе приснится, что на следующее утро после счастливого спасения учителя ты придёшь в школу и увидишь, что все пятьсот учеников сидят в актовом зале вместе с учителями, а директор встаёт и говорит: «Я хочу, чтобы вы все трижды прокричали ура в честь нашей храброй девочки Софи, которая спасла жизнь нашего замечательного учителя математики мистера Фиггинса, который упал в реку с моста, с которого его случайно столкнула учительница физкультуры мисс Амелия Упскоч. Прошу всех три раза крикнуть ура». По его команде вся школа кричит как сумасшедшая: «Ура! Браво! Молодец!» — и когда потом ты перепутываешься, передумываешься, но всё равно не знаешь, как решить задачу, мистер Хиггинс берёт и ставит тебе десять баллов и пишет в твоей тетрадке: «Отличная работа, Софи!» А потом ты просыпаешься.

— Мне нравится этот сон! — воскликнула Софи.

— Конечно! Всем нравится золотая сонодзилла.

Он лизнул обратную сторону этикетки и приклеил к банке.

Софи посмотрела на банку и увидела там бледный контур какого-то переливающегося предмета, похожего на куриное яйцо, но удивительного бледно-зелёного цвета. Сон спокойно лежал на самом дне банки и тихонько пульсировал; казалось, будто он дышит.

— Он шевелится! — воскликнула Софи. — Он живой!

— А ты думала!

— Чем вы его кормите? — спросила Софи.

— Я его не кормлю, — ответил БДВ.

— Это жестоко, — сказала Софи. — Всему живому нужна еда. Даже деревьям и растениям.

— Северный ветер живой, — сказал БДВ. — Он движется. Треплет тебя по щеке, прикасается к рукам… Но ты же его не кормишь!

Софи примолкла. Этот странный великан всё время вносил сумятицу в её мысли — он открывал ей тайны, которые было слишком трудно понять.

— Сну ничего не нужно, — продолжал БДВ. — Если он добрый, то спокойно ждёт, когда его выпустят и он сможет кому-то присниться. А плохой сон вечно борется и бунтует, чтобы поскорее вырваться.

БДВ встал, шагнул к полкам и поставил банку к тысячам других.

— Скажите, пожалуйста, а можно мне взглянуть на другие сны?

БДВ задумался.

— Никто их раньше не видел, — сказал он. — Но, может быть, я разрешу тебе посмотреть на них одной моргалкой.

Он поднял её со стола, поставил к себе на ладонь и отнёс к одной из полок.

— Здесь я храню хорошие сны — сонодзиллы.

— Не могли бы вы поднести меня поближе? Я хочу прочитать, что написано на этикетках, — сказала Софи.

— На моих этикетках только краткое содержание, — сказал БДВ. — На самом деле сны гораздо длиннее. А этикетки нужны, просто чтобы я вспомнил, что там внутри.

Софи стала читать этикетки. Первая показалась ей довольно длинной. Она была закручена вокруг банки, и Софи пришлось поворачивать банку, чтобы прочитать надпись целиком:

CЕГОДНЯ, КОГДА Я СИДЕЛ В КЛАССЕ, Я ПОНЯЛ, ЧТО, ЕСЛИ ОЧЕНЬ ПРИСТАЛЬНО УСТАВИТЬСЯ НА УЧИТЕЛЬНИЦУ, МОЖНО ЕЁ УСЫПИТЬ. ПОЭТОМУ Я ВСЁ СМОТРЕЛ И СМОТРЕЛ НА НЕЁ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА ОНА НЕ УРОНИЛА ГОЛОВУ НА СТОЛ И НЕ ЗАХРАПЕЛА ГРОМКО-ПРЕГРОМКО. ВДРУГ В КЛАСС ВОРВАЛСЯ ДИРЕКТОР ДА КАК ЗАКРИЧИТ: «ПРОСЫПАЙТЕСЬ, МИСС ПЛУМРИДЖ! КАК ВАМ НЕ СТЫДНО СПАТЬ НА УРОКЕ! ЗАБИРАЙТЕ СВОЁ ПАЛЬТО И ШЛЯПУ И УБИРАЙТЕСЬ ВОН ИЗ ШКОЛЫ! ВЫ УВОЛЕНЫ!» ЧЕРЕЗ МИНУТУ Я УСЫПЛЯЮ ДИРЕКТОРА. ОН ПЛЮХАЕТСЯ НА ПОЛ, КАК ЖЕЛЕ, И ХРАПИТ ЕЩЁ ГРОМЧЕ, ЧЕМ МИСС ПЛУМРИДЖ. ВДРУГ Я СЛЫШУ МАМИН ГОЛОС: «ВСТАВАЙ! ЗАВТРАК ГОТОВ!»

— Смешной сон, — сказала Софи.

— Ещё бы! Обсмеячишься!

В другой банке Софи увидела сон — такой же красивый, как и предыдущий, нежно-бирюзового цвета, но, может быть, чуть покрупнее.

— У вас есть сны специально для мальчиков или для девочек?

— Конечно! Если мальчик увидит сон для девочки, он подумает: «Что за странный сон?»

— Это да.

— Девчоночьи сны вон там, — БДВ кивнул на соседнюю полку.

— А можно мне почитать сны для мальчишек?

— Пожалуйста! — сказал БДВ и поднял её к другой полке.

На этикетке сна для мальчика было написано:

Я СДЕЛАЛ СЕБЕ БОТИНКИ НА ПРИСОСКАХ. В НИХ Я МОГУ РАЗГУЛИВАТЬ ПО КУХОННОЙ СТЕНЕ И ПО ПОТОЛКУ. И ВОТ ИДУ Я СЕБЕ В БОТИНКАХ ВВЕРХ НОГАМИ ПО ПОТОЛКУ, И ВДРУГ В КУХНЮ ВХОДИТ СТАРШАЯ СЕСТРА И НАЧИНАЕТ, КАК ВСЕГДА, НА МЕНЯ КРИЧАТЬ: «ЭЙ, ЧТО ЭТО ТЫ ПО ПОТОЛКУ РАЗГУЛИВАЕШЬ?» А Я УЛЫБАЮСЬ ЕЙ В ОТВЕТ И ГОВОРЮ: «Я ЖЕ ГОВОРИЛ, ЧТО МНЕ ХОЧЕТСЯ ОТ ТЕБЯ НА СТЕНУ ЛЕЗТЬ? НУ ВОТ Я И ЗАЛЕЗ!»

— Глупый сон! — сказала Софи.

— А мальчишки так не думают! Это ушикально! Ну что, насмотрелась?

— А можно я ещё почитаю мальчишеские сны? — спросила Софи.

На другой этикетке было написано:

У НАС ЗАЗВОНИЛ ТЕЛЕФОН. ПАПА БЕРЁТ ТРУБКУ И, КАК ВСЕГДА, ВАЖНО ОТВЕЧАЕТ: «СЛУШАЮ!» ВДРУГ ЕГО ГОЛОС СТРАННО МЕНЯЕТСЯ, И ОН CПРАШИВАЕТ: «КТО? ЧТО?» А ПОТОМ ГОВОРИТ: «ДА, СЭР. ПОНИМАЮ, СЭР. НО ВСЁ-ТАКИ ВЫ ВЕДЬ, НАВЕРНОЕ, ХОТИТЕ ПОГОВОРИТЬ СО МНОЙ, СЭР, А НЕ С МОИМ МАЛЕНЬКИМ СЫНОМ?» ПОТОМ ПАПА КРАСНЕЕТ, ПОТОМ БЛЕДНЕЕТ И НАЧИНАЕТ СТРАННО ГЛОТАТЬ, КАК БУДТО У НЕГО В ГОРЛЕ ЗАСТРЯЛ ОМАР. И ГОВОРИТ: «ДА, СЭР! ОЧЕНЬ ХОРОШО, СЭР! СЕЙЧАС ПОЗОВУ, СЭР!» ПОТОМ ПОВОРАЧИВАЕТСЯ КО МНЕ И ГОВОРИТ УВАЖИТЕЛЬНЫМ ТОНОМ: «ТЫ ЗНАКОМ С ПРЕЗИДЕНТОМ США?» А Я ОТВЕЧАЮ: «НЕТ, НО ДУМАЮ, ОН ОБО МНЕ СЛЫШАЛ». ЗАТЕМ Я ДОЛГО РАЗГОВАРИВАЮ ПО ТЕЛЕФОНУ: «Я ОБО ВСЁМ ПОЗАБОЧУСЬ, СЭР. НЕТ, СЭР, ПО-ВАШЕМУ НИКАК НЕ ПОЛУЧИТСЯ, ВЫ ТОЛЬКО ВСЁ ИСПОРТИТЕ». У ПАПЫ ГЛАЗА ИЗ ОРБИТ ВЫЛЕЗАЮТ, И ТУТ Я СЛЫШУ ЕГО ГОЛОС: «ПРОСЫПАЙСЯ, ЛЕНТЯЙ, В ШКОЛУ ОПОЗДАЕШЬ!»

— Надо же такому присниться! Позвольте мне ещё почитать!

БДВ поднёс Софи к следующей банке:

ЛЕЖУ Я В ВАННЕ, И ВДРУГ МЕНЯ ОСЕНЯЕТ: ЕСЛИ Я НАЖМУ СЕБЕ НА ПУПОК, ТО СДЕЛАЮСЬ НЕВИДИМКОЙ. Я ВСЁ ЛЕЖУ И ОБ ЭТОМ ДУМАЮ — НИКТО МЕНЯ НЕ ВИДИТ, ДАЖЕ Я САМ. ВДРУГ ВХОДИТ МАМА И ГОВОРИТ: «ГДЕ ЭТОТ НЕСНОСНЫЙ МАЛЬЧИШКА?! ТОЛЬКО ЧТО БЫЛ В ВАННОЙ И УЖЕ УДРАЛ! ОПЯТЬ НЕ ВЫМЫЛСЯ КАК СЛЕДУЕТ!» И ТУТ Я ГОВОРЮ: «ВОТ ОН Я!» А МАМА НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЕТ И СПРАШИВАЕТ: «ГДЕ?» А Я ГОВОРЮ: «ЗДЕСЬ!» ТУТ МАМА КРИЧИТ: «ГЕНРИ! БЫСТРО ИДИ СЮДА!» ВБЕГАЕТ ПАПА. Я МОЮСЬ. ПАПА ВИДИТ МЫЛЬНУЮ ПЕНУ, НО МЕНЯ-ТО, КОНЕЧНО, НЕ ЗАМЕЧАЕТ И ТОЖЕ КРИЧИТ: «ТЫ ГДЕ, СЫНОК?» А Я ГОВОРЮ: «ЗДЕСЬ!» ОН СПРАШИВАЕТ: «ГДЕ?» Я ОТВЕЧАЮ: «ЗДЕСЬ!» ОН ГОВОРИТ: «СЫНОК! Я ИЗ-ЗА МЫЛА НИЧЕГО НЕ ВИЖУ! КРУГОМ ОДНА МЫЛЬНАЯ ПЕНА!» Я СНОВА НАЖИМАЮ СЕБЕ НА ПУПОК И ОПЯТЬ СТАНОВЛЮСЬ ВИДИМЫМ. ПАПА ОЧЕНЬ УДИВЛЯЕТСЯ И ГОВОРИТ: «ТЫ МАЛЬЧИК-НЕВИДИМКА?!» А Я ГОВОРЮ: «СЕЙЧАС ПОВЕСЕЛИМСЯ!»

И ВОТ Я ВЫЛЕЗАЮ ИЗ ВАННЫ, НАДЕВАЮ ХАЛАТ И ТАПОЧКИ, ОПЯТЬ НАЖИМАЮ НА ПУПОК, СТАНОВЛЮСЬ НЕВИДИМКОЙ, ИДУ В ГОРОД И ГУЛЯЮ ПО УЛИЦАМ. НУ КОНЕЧНО, НЕВИДИМЫЙ — ТОЛЬКО Я САМ, А НЕ ТО, ЧТО НА МНЕ НАДЕТО. КОГДА ЛЮДИ ВИДЯТ ХАЛАТ И ТАПОЧКИ, КОТОРЫЕ ПЛЫВУТ ПО ВОЗДУХУ, ПОДНИМАЕТСЯ ПАНИКА И ВСЕ ВОПЯТ: «ПРИЗРАК! ПРИЗРАК!» ПОЛИЦЕЙСКИЕ УЛЕПЁТЫВАЮТ. ТУТ Я ЗАМЕЧАЮ, ЧТО ИЗ ПАБА ВЫХОДИТ МОЙ УЧИТЕЛЬ ПО АЛГЕБРЕ, МИСТЕР ГРАММИТ. Я ПОДЛЕТАЮ К НЕМУ И ГОВОРЮ: «У-У-У!» И ТОГДА ОН ГРОМКО-ПРЕГРОМКО ВИЗЖИТ И УБЕГАЕТ ОБРАТНО В ПАБ. ТАК ЕМУ И НАДО!

— Очень странный сон, — говорит Софи и сама вдруг нажимает себе на пупок, чтобы посмотреть, что будет, но ничего не происходит.

— Сны очень таинственные существа! — говорит БДВ. — Человеческие экземпляры их не понимают. Самые головастые профессора — и те не понимают! Ну что, насмотрелась?

— А можно ещё один? Ну пожалуйста, вон тот!

Софи стала читать:

Я НАПИСАЛ КНИГУ ДА ТАКУЮ ИНТЕРЕСНУЮ ЧТО НИКТО НЕ МОЖЕТ ОТ НЕЁ ОТОРВАТЬСЯ. С ПЕРВОЙ ЖЕ СТРОЧКИ ТЫ ПОНИМАЕШЬ ЧТО НЕ УСПОКОИШЬСЯ ПОКА НЕ ДОЧИТАЕШЬ. ВСЕ ХОДЯТ ПО ГОРОДУ И ДРУГ НА ДРУГА НАТЫКАЮТСЯ ПОТОМУ ЧТО УТКНУЛИСЬ НОСОМ В КНИГУ И НИЧЕГО КРУГОМ НЕ ВИДЯТ. ЗУБНЫЕ ВРАЧИ УМУДРЯЮТСЯ ЧИТАТЬ ПОКА ЛЕЧАТ ЗУБЫ НО ПАЦИЕНТЫ НЕ ВОЗРАЖАЮТ ПОТОМУ ЧТО САМИ ЧИТАЮТ МОЮ КНИГУ В ЗУБОВРАЧЕБНОМ КРЕСЛЕ. ВОДИТЕЛИ ТОЖЕ ЧИТАЮТ И ИЗ-ЗА ЭТОГО ПО ВСЕМУ ГОРОДУ ПРОИСХОДЯТ АВАРИИ. ХИРУРГИ ЧИТАЮТ МОЮ КНИГУ ВО ВРЕМЯ ОПЕРАЦИЙ НА МОЗГЕ. ПИЛОТЫ ТОЖЕ ЧИТАЮТ И ВМЕСТО ЛОНДОНА ЛЕТЯТ В ТИМБУКТУ. ФУТБОЛИСТЫ ЕЁ ЧИТАЮТ НА ПОЛЕ А ЧЕМПИОНЫ ПО БЕГУ ПРЯМО НА ОЛИМПИЙСКОЙ ДИСТАНЦИИ И ВСЕ ХОТЯТ ЗНАТЬ ЧТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ. Я ПРОСЫПАЮСЬ ОЧЕНЬ ДОВОЛЬНЫЙ. Я САМЫЙ ЗНАМЕНИТЫЙ ПИСАТЕЛЬ В МИРЕ! НО ПОТОМ ЗАХОДИТ МАМА И ГОВОРИТ ЧТО ОНА ВЧЕРА СМОТРЕЛА МОЮ ТЕТРАДЬ ПО АНГЛИЙСКОМУ И ЧТОБЫ Я ПЕРЕПИСАЛ УПРАЖНЕНИЕ ПОТОМУ ЧТО С ЗАПЯТЫМИ У МЕНЯ ПРОСТО УЖАС.

— На сегодня хватит, — сказал БДВ. — Тут миллиарды-тыщи снов, но у меня уже рука устала тебя держать.

— А вон там что за сны? Почему у них такие маленькие этикетки?

— Потому что каждый день мне приходится возиться с огромным числичеством снов, и не могу же я писать и писать длинные этикетки. Я пишу маленькие, чтобы просто было понятно, о чём речь.

— А можно посмотреть?

Бедному БДВ пришлось нести её и к этим банкам, и Софи быстро прочитала:

Я КАРАБКАЮСЬ НА ЭВЕРЕСТ ВМЕСТЕ СО СВОЕЙ КОШКОЙ.

Я ИЗОБРЕТАЮ МАШИНУ, КОТОРАЯ ЕЗДИТ НА ЗУБНОЙ ПАСТЕ.

Я МОГУ ЗАСТАВИТЬ СВЕТ ВКЛЮЧАТЬСЯ И ВЫКЛЮЧАТЬСЯ ПО МОЕМУ ХОТЕНИЮ.

МНЕ ТОЛЬКО ВОСЕМЬ ЛЕТ, НО Я ОТРАСТИЛ СЕБЕ ДЛИННУЮ-ПРЕДЛИННУЮ БОРОДУ, И ВСЕ МАЛЬЧИШКИ МНЕ ЗАВИДУЮТ.

Я МОГУ ВЫПРЫГНУТЬ ИЗ ЛЮБОГО ОКНА И СПОКОЙНО СПЛАНИРОВАТЬ НА ЗЕМЛЮ.

У МЕНЯ ЕСТЬ РУЧНАЯ ПЧЕЛА, КОТОРАЯ В ПОЛЁТЕ ВМЕСТО Ж-Ж-Ж-Ж ИГРАЕТ РОК-Н-РОЛЛ.

— Я не могу понять, — сказала Софи, — как вы вообще научились писать?

— А! Я всё ждал, когда ты наконец меня об этом спросишь!

— Если учесть, что вы не ходили в школу, у вас неплохо получается.

БДВ пересёк пещеру, открыл в стене маленькую дверцу и вытащил из потайной ниши старую потрёпанную книгу. По человеческим меркам — самый обычный размер, но в его огромной руке она выглядела как почтовая марка.

— Однажды я вдувал сон в комнату одного мальчика и увидел, что эта книжка преспокойненько лежит у него на письменном столе. Мне так захотелось, чтобы у меня была такая же! Ты ведь меня обнимаешь?

— Вы хотите сказать, понимаешь?

— Да-да, только я её не украл!

— А как же она у вас оказалась?

— Я взял её поиграть! На время.

— И сколько прошло времени?

— Всего лет восемьдесят, не больше, — сказал БДВ. — Скоро верну!

— Понятно, — кивнула Софи.

— Зато я уже сто раз её перечитывал и научился по ней писать. Это самый заглатывающий рассказ в мире!

Софи взяла книгу и прочитала вслух название:

— «Николас Никльби».

— Книга Даля Чиккенса, — сказал БДВ.

— Кого-кого? — спросила Софи.

Вдруг снаружи раздался страшный топот.

— Что там такое? — забеспокоилась девочка.

— Это великаны мчатся за добычей.

Он быстро спрятал Софи в карман, поспешил к выходу из пещеры и откатил большой камень в сторону.

Из своего укрытия Софи увидела, как девять великанов на всех парах промчались мимо пещеры.

— Куда сегодня? — крикнул им вслед БДВ.

— В Англию — за чудными маленькими англичашками!

— Я, — прокричал Девочкойзакусим, — знаю дом, где хихикают леденцовые девчонки. То-то наемся досыта!

— А я, — откликнулся Мигомпроглотим, — знаю, где хулиганят остренькие солёные мальчишки. Протянул руку — и угощайся на здоровье!

Вскоре великаны исчезли из виду.

— О чём они говорили? — спросила Софи, вылезая из кармана. — Что это за дом, в котором хихикают девочки?

— Школа для девочек. Он будет ими закусывать.

— Какой ужас! — воскликнула Софи.

— А мальчишек он наловит в школе для мальчиков.

— Мы должны им помешать! — сказала Софи. — Скорее, нельзя сидеть сложа руки!

— Ничего у нас не выйдет. Мы беспомощнее цыплокоников.

Он сел на синий камень у входа в пещеру, достал Софи из кармана и поставил рядом с собой.

— Пока они бегают, можешь погулять — тебя никто не тронет.

Солнце зашло, и стало довольно холодно.

— Английская королева, — сказала Софи. — Она не акула.

— Ну… — задумался БДВ.

— И козлобакой не назовёшь, — продолжала Софи, — и тигродилой…

— А Мясазаглотнём спит и слышит, как бы поскорее её заглотить, — сказал БДВ и усмехнулся.

— Кого, королеву? — ужаснулась Софи.

— Мясазаглотнём говорит, что ещё не пробовал королев. Он думает, что у них умопросветлительный вкус и аромат.

— Как ему не стыдно! — возмутилась Софи.

— Но он говорит, что её охраняет слишком много солдат, поэтому он пока не отважился к ней подступиться.

— Пусть только попробует! — воскликнула Софи.

— Ещё он говорит, что мечтает сожрать хоть одного гвардейца в красивой красной форме, но боится, что меховая шапка застрянет у него в горле.

— Вот и пусть подавится! — сказала Софи.

— Мясазаглотнём очень осторожный великан.

Софи примолкла, но ненадолго. Вдруг она сказала дрожащим от волнения голосом:

— Придумала! Честное слово, придумала!

— Что?

— Ответ! Бежим к королеве! Это замечательная идея! Мы ей всё расскажем про этих людоедов, а уж она найдёт решение, это точно!

— Расскажем-то мы расскажем, но разве она нам поверит?

— Конечно, поверит.

— Я ведь тебе уже объяснял, — вздохнул БДВ, — человеческие экземпляры вообще не верят в великанов.

— Тогда мы не будем ей ничего рассказывать! — воскликнула Софи. — Она сама всё увидит — во сне!

— Ещё чего припрыгала! Сны, конечно, интересно смотреть, но кто же в них верит? Веришь, только пока его смотришь. А как просыпаешься — тут же говоришь: «Хорошо, что это был только сон!»

— Об этом не беспокойтесь. Я всё устрою.

— Ничего у тебя не промяучится, — упрямо сказал БДВ.

— Получится, обязательно получится! Позвольте мне задать вам один важный вопрос: вы можете сделать так, чтобы человек увидел ровно то, что вам нужно?

— А ты думала! — гордо ответил БДВ.

— А вот если я захочу увидеть сон, как я лечу в ванне с серебряными крыльями, — тогда как?

— Надо подумать, — сказал БДВ.

— Но каким образом вы сможете это сделать? У вас же в коллекции нет похожего сна.

— Нет, но я могу его замесить.

— Как?

— Как тесто для торта. Если ты положишь в тесто всё, что требуется, у тебя получится восклубнительный, заикательный, ушикальный торт! Вот и со снами то же самое…

— Продолжайте, — попросила Софи.

— У меня тыщи-миллиарды снов на полках. Я правый или левый?

— Вы правы.

— У меня куча снов про ванны, ворох снов про серебряные крылья и целые стаи снов про полёты. Нужно только их правильно перемешать — и получится сон, где ты летаешь в ванне с серебряными крыльями.

— Вот как, — сказала Софи. — Я не знала, что их можно перемешивать.

— Сны любят, когда их перемешивают, — ответил БДВ. — Им очень одиноко никому не сниться и томиться в стеклянных банках.

— А у вас есть сны об английской королеве? — спросила Софи.

— Конечно, — сказал БДВ.

— И о великанах?

— Ещё бы.

— И о том, как великаны поедают людей?

— Cколько угодно!

— И про маленьких девочек вроде меня?

— Проще коровы! Всех банок не перебить!

— И вы сможете замесить их по моему рецепту? — спросила Софи, всё больше увлекаясь.

— Смочь-то смогу, только как нам это поможет? По-моему, ты сильно спотыкаешься.

— Погодите. Слушайте меня внимательно! Я хочу, чтобы вы вдули сон в спальню королевы, пока она спит. Вот как мы поступим…

— Подожди пол-утки! — воскликнул БДВ. — Как мы туда доберёмся? Опять ты говоришь лягушачью фушь!

— Потом объясню, — сказала Софи. — Пожалуйста, послушайте! Я хочу, чтобы вы замесили сон… Вы меня слушаете?

— Очень вживательно.

— Хочу, чтобы королеве приснилось, что однажды ночью девять великанов помчались в Англию. Пусть их имена ей тоже приснятся! Будьте добры, повторите их!

— Мясазаглотнём, Кровушкипопьём, Анукаобними, Костипогрызём, Детокпожуём, Мигомпроглотим, Девочкойзакусим, Кровькапкап и Мальчикизмяснойлавки.

— Пусть она увидит во сне их противные имена! Пусть узнает, как в час тёмных сил они крадутся по всей Англии и вытаскивают бедных малышей прямо из постелей!

Софи задумалась.

— Они их сразу проглатывают или уносят их с собой?

— Обычно сразу, как попкорн.

— Пусть она и это увидит. А потом пусть ей расскажут, что как только они наедятся до отвала — снова убегут к себе в Страну Великанов, и никто их там не найдёт.

— И всё? — спросил БДВ.

— Нет, не всё! Потом, тоже во сне, королеве надо объяснить, что есть такой БДВ, который может рассказать, где живут эти огромные чудовища, чтобы она могла отправить туда свою армию, поймать их и раз и навсегда покончить со злом. И ещё… Это очень важно: пусть она увидит, что есть на свете маленькая девочка по имени Софи, и эта девочка как раз сейчас сидит у неё на подоконнике и может ей рассказать, где прячется Большой и Добрый Великан.

— А где он прячется? — спросил БДВ.

— Мы это попозже обсудим. Как вы думаете, сможет королева увидеть такой сон?

— Конечно, — ответил БДВ.

— Она, конечно, проснётся и подумает, какой ужас ей приснился и как хорошо, что это был только сон. А потом она поднимет голову от подушки, откроет глаза — и кого увидит?

— Да, кого она увидит?

— Маленькую девочку Софи, которая будет сидеть у неё на подоконнике, но уже взаправду.

— А могу я узнать, каким брыкобразом ты очутишься у неё на подоконнике?

— Вы сами меня туда посадите, — сказала Софи. — Самое главное тут вот что: если кому-то приснилась маленькая девочка, а потом он увидел эту девочку по-настоящему — значит, это такой сон, который сбывается.

— Кажется, начинаю понимать, куда ты гонишь… — сказал БДВ. — Если королева поверит в ту часть сна — она поверит и в остальное?

— Правильно! Но сначала мне самой придётся её в этом убедить.

— Ты хочешь, чтобы ей приснился БДВ и чтобы он тоже поговорил с королевой?

— Безусловно! Ведь только вы сможете ей рассказать, где найти остальных великанов.

— Но я не хочу, чтобы её гвардейцы стреляли в меня из ружей!

— Солдаты стоят на карауле только перед дворцом, — объяснила Софи. — За дворцом — огромный парк, там солдат нет. Парк ведь окружён забором с острыми пиками, чтобы люди туда не залезли. А вы через этот забор просто перешагнете.

— Откуда ты всё так хорошо знаешь о королевском дворце? — спросил БДВ.

— В прошлом году я жила в другом приюте, в Лондоне, и нас часто водили туда на прогулку.

— Ты мне поможешь найти дворец? — спросил БДВ. — Я ни разу в жизни не крался по Лондону.

— Обязательно! — заверила его Софи.

— Я боюсь Лондона.

— И напрасно! — воскликнула Софи. — Там много маленьких улочек, где в час тёмных сил почти нет людей.

БДВ нежно поднял Софи и посадил себе на ладонь между большим и указательным пальцем.

— А королевский дворец — большой? — спросил он.

— Огромный, — честно ответила Софи.

— Как же мы тогда найдём её спальню?

— Об этом вы должны позаботиться, — сказала Софи. — Вы же в этом деле большой специалист.

— А королева точно не посадит меня в зоопарк вместе с козлобаками и зеброглотами?

— Ни за что не посадит! Вы станете героем! И вам больше никогда не придётся питаться шишгурцами.

Софи увидела, как глаза великана расширились от предвкушения, он даже облизнулся.

— Правда? Не придётся есть мерзовкусные шишгурцы? Ты не прикнопываешься?

— В Англии вам их не достать, даже если очень захотите. Люди их не выращивают.

Этот последний довод возымел действие на великана. БДВ вскочил.

— Когда ты хочешь, чтобы я замесил этот необыкновенный сон?

— Прямо сейчас, немедленно.

— А когда мы увидим королеву?

— Cегодня же, если всё получится!

— К чему такая спешка?

— Если нам не удастся помочь сегодняшним детям, то по крайней мере мы спасём завтрашних. Кроме того, я ужасно проголодалась. Уже целые сутки у меня во рту не было ни крошки!

— Тогда приступим прямо к телу, скорее! — и БДВ устремился обратно в свою пещеру.

Софи поцеловала ему кончик большого пальца и сказала:

— Я знала, что вы мне поможете. Давайте поторопимся.

— Сон про маленькую девочку, — бормотал он. — А теперь сон про меня, про БДВ… Ну давай, находись! Где же ты прячешься? Куда я тебя засунул?

Так продолжалось более получаса, пока БДВ не отыскал все нужные ему сны и не переместил их в большую банку. Потом он поставил банку на стол. Софи молча наблюдала. Внутри огромной банки тихонько пульсировали шарики цвета морской волны, похожие на медуз. Шарики лежали друг на друге, но каждый пока оставался отдельным сном.

— Сейчас мы их перемешаем, — объявил БДВ.

Он подошёл к буфету, в котором держал бутылки с клубнипексом, и вытащил оттуда гигантский венчик для сбивания яиц, у которого надо было крутить ручку, и тогда брызги из-под его лопастей со свистом разлетались в разные стороны. Он опустил это приспособление в банку со снами.

— Ну, приступим! — сказал он и начал быстро-быстро крутить ручку.

Шарики цвета морской волны друг за другом лопались внутри банки, на дне появилась бирюзовая пена.

— Бедные! — сказала Софи.

— Они не чувствуют боли, — заверил её БДВ. — Сны в этом отношении не похожи на человеческие экземпляры или животных. У них нет мозгов. Они сделаны из сонных пеносливок.

Через минуту БДВ закончил работу. Теперь банка до краёв наполнилась большими блестящими пузырями, похожими на мыльные, но гораздо красивее.

— Смотри! Смотри! — сказал БДВ.

Верхний пузырь медленно оторвался от основной массы и вылетел из банки. Через секунду за ним последовал другой. Потом третий и четвёртый. Вскоре пещера наполнилась сотнями прекрасных пузырей, которые парили в воздухе. Это было восхитительное зрелище! Покружив под потолком, пузыри потянулись к открытому выходу из пещеры.

— Они сейчас вылетят! — прошептала Софи.

— Конечно! — сказал БДВ. — Это всего лишь маленькие частички снов, для дела они нам не понадобятся. Пусть возвращаются в Страну Снов, чтобы встретиться там с настоящими снами.

— Как всё это сложно, — пожаловалась Софи.

— Сны полны тайн и волшебства, — сказал БДВ. — Не пытайся их понять! Взгляни на большую банку: в ней — сон, который ты хочешь показать королеве.

Софи обернулась и в изумлении уставилась на огромную банку. Что-то ужасное колотилось за стеклом и изо всех сил пыталось вырваться наружу.

— Боже правый! Неужели это тот сон, о котором я говорила?

— Именно он, — гордо подтвердил БДВ.

— Но это же кошмар! — вскричала Софи. — Смотрите, как он бьётся — хочет вырваться наружу!

— Ну да, это бугриный акул, сон-кошмар.

— Но я не хочу, чтобы из-за нас у королевы были кошмары! — воскликнула Софи.

— А каким, по-твоему, должен быть сон, в котором великаны пожирают мальчиков и девочек?

— Только не таким!

— Послушай меня. Этот сон — о мальчиках и девочках, которых поедают великаны. Это самый отравительный на свете бугриный акул. Комараны и медузлики в одном кармане! Хуже, чем тот, что напугал сегодня днём Мясазаглотнём. Хуже и гораздо страшнее!

Софи уставилась на ужасный кошмар, который продолжал биться о стекло. Он был размером с индюшачье яйцо — крупнее всех остальных снов — и походил на медузу с красными крапинами внутри. Было что-то зловещее в том, как он колотился о стенки банки.

— Я не хочу, чтобы королеве снились кошмары, — сказала Софи.

— А я думал, твоя королева обрадуется, если благодаря её кошмару множество людей спасутся от жуткой участи и не попадут в пасть к противным великанам. Я правый или левый?

— Думаю, вы правы. Да, этому она будет рада.

— И потом, кошмар же закончится вместе со сном.

— А всё остальное, что королева должна увидеть, там тоже есть? Вы ничего не забыли?

— Когда я вдую этот сон в королевскую спальню, она увидит всех ужастиков-головастиков — всё, что ты заказывала.

— И как я сижу на подоконнике?

— Непременно!

— И про Большого и Доброго Великана?

— О нём я сочинил целую мушемотылящую историю!

Он схватил банку поменьше, одним махом перелил в неё содержимое большой банки и крепко закрутил крышку.

— Ну вот, теперь мы готовы. — БДВ открыл свой чемодан и сунул в него банку.

— Зачем вам брать с собой целый чемодан из-за одной банки? Вы же можете сунуть её в карман.

БДВ взглянул на неё и улыбнулся.

— Клянусь горбуветками, в твоей голове не только сонные мухи. Иногда ты кое-что соображаешь.

— Спасибо, добрый сэр, — сказала Софи, присев в реверансе на столешнице.

— Ну что, в путь? — спросил БДВ.

— Конечно! — воскликнула Софи.

При мысли о том, что они задумали, сердце её колотилось. Какая невероятно смелая затея! Может даже, их обоих посадят в тюрьму!

БДВ надел свой длинный чёрный плащ, взял трубу для вдувания снов, потом повернулся к Софи.

— Банка со сном у меня в кармане, — сказал он. — Ты готова сидеть с ней рядом?

— Ни за что на свете! Я отказываюсь сидеть рядом с такой жутью!

— Где же ты тогда устроишься?

Софи немного подумала и сказала:

— Будьте добры… Поверните, пожалуйста, одно ухо так, чтобы оно стало похоже на миску! Получится очень удобное место.

— А что, ушикальная идея! Заикательно!

Он развернул своё правое ухо раковиной вверх, поднял Софи и посадил её внутрь. Ухо великана было величиной с огромный чайный поднос, и в нём извивались такие же изгибы и желобки, как в человеческом ухе. Там было очень удобно.

— Надеюсь, я не провалюсь в ваше ушное отверстие, — сказала Софи, отодвигаясь от большой дыры, которая зияла рядом.

— Только поосторожнее там, а то у меня начнётся ушастая боль!

Сидеть в ухе великана было удобно ещё и потому, что можно было легко туда шептать.

— Ты меня щекочешь! — хихикнул великан. — Не ёрзай, пожалуйста!

— Постараюсь, — сказала Софи. — Мы готовы?

— Эй! — завопил великан. — Не делай этого!

— Но я ничего не сделала.

— Ты слишком громко говоришь, — пожаловался БДВ. — Ты забыла, что я и так всё слышу в пятьдесят раз громче других? А тут ещё ты кричишь мне прямо в ухо.

— Извините, — пробормотала Софи. — Я забыла.

— У тебя не голос, а пароходный дудок!

— Простите, пожалуйста. А теперь лучше?

— Нет, нет, такое впечатление, что ты стреляешь из погремушки.

— Как же мне с вами разговаривать? — прошептала Софи.

— Молчи лучше! А то мне кажется, ты кидаешь мне в ухо гремучих змей.

Софи постаралась шептать совсем тихо. Так, что она сама себя с трудом слышала.

— Теперь лучше?

— Уф-ф, гораздо! Вот сейчас я тебя очень хорошо слышу. Так что ты мне хотела сказать?

— Я хотела спросить — мы готовы?

— О да! Вперёд, на встречу с её королевским величеством!

Оказавшись снаружи, он опять закрыл вход в пещеру камнем и помчался галопом.

Иногда Софи выглядывала из своего укрытия и наблюдала за тем, как мимо со свистом проносился унылый пейзаж Страны Великанов. Они двигались с невероятной скоростью. БДВ подпрыгивал над землёй, как будто к ступням у него были приделаны ракеты. При каждом шаге великан взлетал метров на пятнадцать. Пока он ещё не перешёл на свою коронную скорость — когда ветер выл, земля сливалась в одно мутное пятно, а его ноги словно не касались земли. Он обычно разгонялся позднее.

Внутри уха было так тепло и уютно, что усталая Софи вскоре задремала, а когда проснулась — увидела, высунувшись из-за козырька, что пейзаж полностью переменился.

Теперь они мчались по зелёной холмистой местности. Было ещё темно, но луна светила всё так же ярко.

Вдруг, не снижая скорости, БДВ резко свернул влево. Впервые за всё путешествие он заговорил.

— Смотри туда! — Он указывал трубой куда-то вперёд.

Метрах в трёхстах от них во мгле неслось тёмное облако пыли.

— Это великаны мчатся домой после охоты, — сказал БДВ.

Только сейчас Софи их узнала. В лунном свете мимо них с топотом пронеслось стадо из девяти полуголых великанов: шеи вытянуты вперёд, руки согнуты в локтях. Ужаснее всего были их выпученные набитые животы. Великаны неслись огромными прыжками с чудовищной скоростью. Из-под гигантских ступней поднимались клубы пыли. Спустя десять секунд великаны скрылись из глаз.

— Много маленьких мальчиков и девочек больше не проснутся в своих кроватках, — мрачно сказал БДВ.

Софи стало плохо, но её уверенность в том, что они с БДВ всё делают правильно, ещё больше окрепла.

Примерно через час БДВ начал сбавлять скорость.

— Англия! — объявил он.

Несмотря на темноту, Софи разглядела внизу зелёные поля, окружённые аккуратно подстриженными живыми изгородями. Кругом высились лесистые холмы, иногда попадались дороги с мелькающими огоньками машин. Каждый раз, когда на их пути оказывалось шоссе, БДВ легко его перескакивал и двигался дальше. Ни один водитель ничего не заметил, разве что быстрый промельк тени над головой.

Вдруг в ночном небе встало оранжеватое зарево.

— Приближаемся к Лондону, — сообщил БДВ.

Теперь он бежал рысью и опасливо оглядывался. Повсюду были видны дома, но окна в них не светились. До утра было ещё далеко.

— А что, если нас заметят? — шепнула Софи.

— Меня никогда никто не замечает, — уверенно сказал БДВ. — Ты забыла, у меня ушикальный опыт: за столько лет вдувания снов в детские ни один человеческий экземпляр так меня и не увидел.

— Я увидела, — прошептала Софи.

— Да, — признал он. — Но ты пока единственная.

В следующие полчаса они не произнесли ни звука. Софи сидела в ухе БДВ, свернувшись калачиком. Мимо проносились дома, магазины… На улицах горели фонари… Изредка попадались прохожие, проезжали машины с зажжёнными фарами. Никто не замечал БДВ — будто его движения всех зачаровывали. Как ему это удавалось? Казалось, он сам превратился в тень, и она скользила — именно скользила, это самое точное слово, — от одного тёмного дома к другому.

Сливаясь с темнотой, великан в чёрном плаще бесшумно мчался по улицам ночного Лондона.

Даже если бы двум-трём запоздалым прохожим померещилась длинная тень, мелькнувшая в переулке, они бы не поверили собственным глазам и попытались отогнать назойливую мысль подальше: ведь стыдно видеть то, чего на свете не бывает.

Наконец Софи и БДВ добрались до огромного парка, где росло много деревьев и кустов. Через парк проходила дорога. Вдали блестело красивое озеро. Вокруг не было ни души. БДВ растерянно озирался.

— Что случилось? — очень тихо спросила Софи.

— Я перепутался, — грустно ответил великан.

— Всё нормально! — прошептала Софи.

— А вот и нет! У меня ничего не получилось! Я потерялся!

— Почему?

— Потому что мы летели в центр Лондона, а тут вдруг какие-то зелёные пастбища!

— Не переживайте! Это и есть центр Лондона. Мы в Гайд-парке. Я в этом уверена!

— Шутишь?

— И не думаю. Честное слово. Мы почти на месте!

— Ты хочешь сказать, мы долетели до королевского дворца? — воодушевился великан.

— Он через дорогу, — шепнула Софи. — Теперь моя очередь действовать!

— Куда дальше? — спросил БДВ.

— Прямо вперёд.

БДВ понёсся по безлюдному парку.

— Стоп!

БДВ притормозил.

— Видите вон тот перекрёсток сразу за парком? — прошептала Софи.

— Вижу.

— Это Гайд-парк-корнер.

Даже сейчас, когда до рассвета оставался ещё час, по перекрёстку двигалось множество машин.

Софи продолжала шептать:

— Посреди перекрёстка — огромная каменная арка со скульптурой всадника. Видите?

БДВ пригляделся.

— Вижу.

— Как вы думаете, если как следует разогнаться, мы могли бы перескочить сразу Гайд-парк-корнер, арку со всадником и газон на той стороне улицы?

— Проще простого! — фыркнул БДВ.

— Вы уверены?

— Конечно! — подтвердил БДВ.

— Только запомните — ни в коем случае нельзя приземляться посреди Гайд-парк-корнер!

— Не булькай! Для меня это просто, как сорок пять — пятьдесят!

— Тогда вперёд, — прошептала Софи.

БДВ пустился галопом и, как только добежал до решётки, отделявшей парк от улицы, взмыл в воздух. Одним гигантским прыжком он перемахнул через Гайд-парк-корнер и мягко, как кошка, приземлился на тротуаре по другую сторону.

— Отлично! — похвалила его Софи. — А теперь через ограду!

Они очутились перед высокой кирпичной стеной, усаженной острыми железными кольями устрашающего вида. БДВ вмиг преодолел препятствие.

— Вот мы и добрались! — радостно прошептала Софи. — Мы в саду за королевским дворцом.

Потом БДВ так же осторожно, словно градусник, вытянул трубу через окно.

— Как ты? Сидишь — не грустишь? — прошептал он.

— Да, — еле слышно ответила Софи.

Ей было очень страшно, но она решила этого не показывать. Она посмотрела через плечо вниз. Не упасть бы!

— А сон скоро подействует?

— Иногда нужен час, иногда больше. Некоторые сны долго раскачиваются, прежде чем присниться. Но в конце концов всё получается.

Софи промолчала.

— Я буду ждать в саду, — прошептал БДВ. — Как только понадоблюсь, зови, я тотчас приду.

— А вы меня услышите? — шёпотом поинтересовалась Софи.

— Не забывай про мои уши, — сказал БДВ и улыбнулся.

Неожиданно он нагнулся к девочке и нежно поцеловал её в щёку.

Софи чуть не расплакалась. Когда она повернулась, чтобы взглянуть на великана, он уже растворился в темноте сада.

Королева, сидя в кровати с газетой «Таймс» в руках, резко вскинула голову. Теперь наступила её очередь онеметь от удивления. Она не стала визжать, как горничная, — королевы никогда не визжат, они для этого слишком хорошо воспитаны. Но она побледнела и смотрела во все глаза на маленькую девочку в ночной рубашке, сидевшую, как птичка, на подоконнике.

Софи испугалась.

Как ни странно, королева тоже казалась испуганной. Понятно, что любой бы удивился, увидав утром на своём подоконнике маленькая девочку, которая неведомо откуда взялась. Но королева выглядела не удивлённой, а испуганной по-настоящему.

Быстрее всех опомнилась горничная, немолодая женщина в смешном чепце.

— Во имя всего святого, что ты здесь делаешь?! — сердито закричала она.

Девочка умоляюще посмотрела на королеву, словно ища защиты.

Королева смотрела на Софи. Можно даже сказать, глазела. Рот её величества слегка приоткрылся, глаза округлились, как два блюдца, а на знаменитом, довольно красивом лице отразилось глубокое изумление.

— Нет, ты мне объясни: как ты здесь очутилась?! — продолжала злобно кричать горничная.

— Не верю, — пробормотала королева. — Нет, не верю!..

— Я её сейчас выведу, мадам, — пообещала Мэри.

— Не надо, Мэри! — строго сказала королева.

Горничная растерялась.

Что это вдруг нашло на её величество? Наверное, шок.

— C вами всё в порядке, мадам? — cпросила горничная.

Когда королева вновь заговорила, её голос стал похож на странный прерывистый шёпот.

— Мэри, скажи мне правду. Там, на подоконнике, действительно сидит маленькая девочка — или я вижу это во сне?

— Действительно сидит, это ясно как божий день! Вот только ума не приложу, как она тут оказалась. Ваше величество на этот раз не спит.

— Но это было в моём сне! — воскликнула королева. — Маленькая девочка в ночной рубашке сидела у меня на подоконнике, и я с ней разговаривала.

Горничная в крахмальном переднике, сцепив руки на груди, беспомощно смотрела на свою госпожу. Что делать, как быть? Ей никто никогда не объяснял, как следует вести себя в подобных ситуациях.

— Ты… настоящая? — cпросила королева, разглядывая девочку.

— Д-да, ваше величество, — пробормотала Софи.

— Как тебя зовут?

— Cофи, ваше величество.

— А как ты очутилась на моём подоконнике? Нет, не отвечай! Подожди немного. Эту часть я тоже видела во сне. Мне снилось, что тебя посадил сюда великан.

— Так и было, ваше величество, — сказала Софи.

Горничная завопила от страха и закрыла лицо руками.

— Старайся владеть собой, Мэри, — строго сказала королева и обратилась к Софи: — Ты, верно, шутишь?

— Вовсе нет, ваше величество. Сейчас он ждёт в саду, когда мы его позовём.

— Правда?

Полнейшая нелепость происходящего, как ни странно, успокоила королеву.

— Так великан здесь, в саду? — с улыбкой cпросила она.

— Он хороший, ваше величество, и вам не надо его бояться.

— Рада это слышать, — ответила королева, продолжая улыбаться.

— Он мой самый лучший друг, ваше величество!

— Очень мило, — сказала королева.

— Он замечательный великан, ваше величество!

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — сказала королева. — Но почему вы со своим великаном решили прийти ко мне?

— Мне кажется, ваше величество, это вы тоже видели во сне, — спокойно ответила Софи.

Слова девочки застали королеву врасплох — она перестала улыбаться. Да, она и правда это видела! Во сне, в самом конце, её предупредили, что маленькая девочка и Большой и Добрый Великан придут к ней и расскажут, где искать отвратительных великанов-людоедов.

Королева приказала себе не терять самообладания и держаться спокойно, потому что так и до сумасшествия недалеко.

— Вы ведь видели это во сне, ваше величество? — cпросила Софи.

Горничная уже ничего не соображала, только испуганно таращила глаза.

— Да, — пробормотала королева. — Когда ты об этом заговорила, я вспомнила… я это видела. Но откуда ты знаешь, что мне снилось?

— Это долго рассказывать, ваше величество. Так я позову Большого и Доброго Великана?

Королева смотрела на девочку, а та в свою очередь очень серьёзно смотрела на неё. Её величество не знала, что и думать. Может, кто-то решил над ней подшутить?

— Мне его позвать? Он вам понравится! — продолжала уговаривать Софи.

Королева глубоко вздохнула. Она была рада, что сейчас, кроме старой верной Мэри, в комнате никого нет.

— Хорошо, — сказала она. — Зови своего великана! Нет, постой минутку! Мэри, возьми себя в руки и дай мне халат и тапочки.

Горничная выполнила обе просьбы своей госпожи. Поднявшись с постели, королева облачилась в бледно-розовый халат и тапочки.

— Теперь можешь его пригласить, — сказала она.

Софи повернула голову в сторону сада и позвала:

— БДВ! Её величество желает вас видеть!

Королева подошла к окну и встала рядом с Софи:

— Cлезь-ка с подоконника! Так недолго и свалиться.

Софи спрыгнула на пол и вместе с королевой встала у открытого окна. Горничная Мэри стояла сзади и всем своим видом — руки в боки — будто показывала, что она так просто не сдастся.

— Не вижу никакого великана, — сказала королева.

— Пожалуйста, подождите немного, — сказала Софи.

— Мне её выпроводить? — спросила горничная.

— Что ж, отведи её вниз и накорми завтраком, — сказала королева.

Но тут в кустах у озера раздался шелест, и оттуда появился великан.

Семиметрового роста, в чёрном плаще и с трубой в одной руке, он важно прошествовал по дворцовой лужайке прямо к окну.

Горничная вскрикнула.

У королевы перехватило дыхание.

Софи помахала ему рукой.

БДВ не торопился и был полон достоинства. Приблизившись к окну, у которого стояли Софи, горничная и королева, великан остановился и грациозно поклонился. Когда он выпрямился, его голова оказалась на уровне окна.

— Ваше величество, — сказал он, — я к вашим верблюдам!

И снова отвесил поклон.

Можно сказать, королева держалась чрезвычайно спокойно, учитывая, что она впервые в жизни видела великана.

— Мы рады вас видеть, — промолвила она.

Далеко внизу по лужайке шёл садовник с тачкой. Сначала он заметил перед собой великанские ноги. Потом его взгляд охватил великана целиком. Садовник вцепился в тачку, зашатался, сделал несколько неверных шагов, потерял равновесие — и рухнул на траву в глубоком обмороке. Впрочем, никто этого не заметил.

— О великая! — воскликнул БДВ. — О королева! О ваше королевское величие! О чесночная правдолюбительница! О правительница и левительница! Я пришёл к вам с моей подругой Софи, чтобы вас…

БДВ замялся, подыскивая слово.

— Чтобы что? — cпросила королева.

— Чтобы вас пасти! — сказал БДВ с сияющей улыбкой.

Королева задумалась.

— Иногда он странно выражает свои мысли, ваше величество, — сказала Софи. — Он никогда не ходил в школу.

— Тогда нам нужно его туда отправить! В нашей стране много прекрасных учебных заведений.

— У меня есть секреты, которые необходимо раскрыть вашему тигричеству, — сказал БДВ.

— Я их с удовольствием выслушаю, — ответила королева, — но только не в халате.

— Желаете одеться, мадам? — очнулась горничная.

— Вы завтракали? — спросила королева, обращаясь к девочке и БДВ.

— К сожалению, нет! — воскликнула Софи. — Со вчерашнего дня у меня во рту и маковой росинки не было.

— А я как раз собиралась позавтракать, но Мэри нечаянно уронила поднос, — заметила королева.

Горничная вздохнула.

— Но это не беда, еды во дворце хватит на всех, — королева улыбнулась великану. — Надеюсь, вы и ваша подруга согласитесь составить мне компанию?

— Мы будем есть мерзовкусные шишгурцы? — спросил БДВ.

— Что будем есть? — не поняла королева.

— Отравительные шишгурцы, — ответил БДВ.

— Я не совсем вас поняла, к тому же это слово показалось мне грубым… — Она повернулась к горничной: — Мэри, попроси накрыть завтрак на три персоны, и лучше всего в зале для балов. Там самый высокий потолок. К сожалению, — королева снова обернулась к БДВ, — вам придётся входить туда на четвереньках. Я попрошу кого-нибудь вас проводить.

БДВ наклонился и вытащил Софи из окна.

— Предоставим её тигричеству возможность спокойно переодеться, — сказал он.

— Нет, оставьте девочку со мной, — сказала королева. — Мы найдём что-нибудь и для неё. Нельзя же завтракать в ночной рубашке!

БДВ вернул Софи в спальню.

— А можно нам сардельки и яичницу с беконом? — спросила Софи.

— Полагаю, мы это устроим, — опять улыбнулась королева.

— Увидите, как будет вкусно! — сказала Софи великану. — С сегодняшнего дня — никаких шишгурцов!

— Расставьте их напротив рояля так, чтобы получился прямоугольник два с половиной метра на полтора, — прошептал мистер Тиббс.

Лакеи выполнили указание.

— А теперь принесите теннисный стол юного принца, — прошептал мистер Тиббс.

Это было сделано.

— Отвинтите ножки, — прошептал мистер Тиббс.

И это было сделано.

— Поднимите стол на часы, — прошептал мистер Тиббс.

Чтобы выполнить распоряжение, лакеям понадобилась стремянка.

Мистер Тиббс сделал шаг назад, чтобы полюбоваться новым предметом мебели.

— К сожалению, стиль не совсем классический, — прошептал дворецкий, — но с этим придётся смириться.

Впрочем, когда теннисный стол покрыли парчовой скатертью, сооружение стало выглядеть вполне прилично.

Именно в этот момент лакеи вдруг заметили, что мистер Тиббс впал в задумчивость. Все уставились на него в смятении. Дворецкий не должен задумываться и колебаться, даже если перед ним встала неразрешимая проблема! Он обязан быстро принимать решения.

— Ножи, вилки, ложки… — бормотал мистер Тиббс. — Наши приборы покажутся ему булавками…

Раздумывал он недолго.

— Скажите старшему садовнику, — прошептал мистер Тиббс, — что мне немедленно нужны новые, ни разу не использовавшиеся вилы и лопата. А вместо ножа мы возьмём саблю, которая висит в утренней комнате. Только её нужно как следует почистить. В последний раз ею пользовались, когда отрубали голову королю Карлу Первому. Возможно, на лезвии до сих пор остались пятна засохшей крови.

Когда всё было готово, мистер Тиббс встал в центре бального зала и оценивающим взглядом окинул результат. Не забыл ли он чего? Ах да. Кофейную чашку для господина высокого роста!

— Принесите мне, — прошептал он, — самый большой кувшин, какой только найдётся на кухне.

Великолепный кувшин на четыре с половиной литра тут же принесли и поместили на стол рядом с лопатой, вилами и саблей.

Для великана всё готово.

Потом мистер Тиббс велел лакеям придвинуть маленький изящный столик с двумя стульями для королевы и Софи к столу великана. Конечно, огромный великанский стол возвышался над королевским, но с этим ничего нельзя было поделать.

Едва приготовления закончились, как в зал, держа Софи за руку, вошла королева в кашемировом жакете и элегантной юбке. Для юной гостьи подобрали милое синее платье, которое когда-то принадлежало одной из принцесс. В качестве украшения королева выбрала в шкатулке на туалетном столике великолепную брошку с сапфиром и приколола её к лифу синего платья с левой стороны.

За её величеством и Софи следовал БДВ, которому пришлось втискиваться в дверной проём на четвереньках. Двое лакеев тянули его спереди, ещё двое толкали сзади, и в конце концов у них получилось. БДВ был в обычном наряде, но без плаща и трубы.

Ему пришлось согнуться, чтобы передвигаться по залу и не задевать головой потолок. Из-за этого он не заметил громадную хрустальную люстру и сильно ударился о неё головой. Раздался грохот, и на бедного БДВ посыпался град осколков.

— Комараны и медузлики! Во что я врезался?

— В люстру эпохи Людовика XV, — печально сказала королева.

— Он никогда раньше не бывал в гостях, — сказала Софи.

Мистер Тиббс нахмурился и отправил четырёх лакеев убирать беспорядок. Потом, высокомерно взмахнув рукой, он жестом показал великану, что можно сесть на комод, который установлен на рояле.

— Какое ушикальное место! — воскликнул БДВ. — Мне на нём будет съедобно-пресъедобно!

— Он всегда так странно разговаривает? — поинтересовалась королева.

— Да, ваше величество, — ответила Софи. — Он путает слова.

БДВ сел на комодорояль и с удивлением огляделся.

— Сбежать с ума! Какая заикательная комната! Мне нужен бинокль и телескок, чтобы всю её получше рассмотреть!

Прибыли лакеи, неся на серебряных подносах яичницу с беконом, сардельки и жареную картошку.

Тут мистер Тиббс понял, что, чтобы обслуживать великана за великанским столом, ему придётся карабкаться на самую высокую стремянку. Мало того, надо будет держать в одной руке большую тарелку с горячей едой, а в другой — огромный серебряный кофейник. Обыкновенный человек содрогнулся бы при мысли о том, какое испытание его ждёт. Но только не дворецкий! Мистер Тиббс поднимался всё выше и выше, и королева с Софи с большим интересом за ним следили — возможно, они втайне надеялись, что он потеряет равновесие и грохнется на пол. Но хорошие дворецкие никогда не падают!

Как акробат, удерживая равновесие на верхней ступеньке, мистер Тиббс налил БДВ кофе и поставил перед ним огромную тарелку, на которой лежали восемь жареных яиц, двенадцать сарделек, шестнадцать кусочков бекона и гора жареной картошки.

— Скажите, пожалуйста, ваше тигричество, что это? — спросил БДВ, глядя со своего великанского стула вниз, на королеву.

— Он в жизни не ел ничего, кроме шишгурцов, — объяснила Софи. — У них такой отвратительный вкус!

— Интересно, что это не привело его к отставанию в росте, — заметила королева.

БДВ схватил садовую лопату, служившую ему ложкой, сгрёб все яйца, сардельки, бекон и картошку и одним броском закинул еду в рот.

— Заикательно! Ушикально! Кто после такой еды станет есть шишгурцы?! Моргалки бы мои на них не смотрели!

Королева подняла голову от еды и нахмурилась, а мистер Тиббс уставился на носки своих башмаков и стал беззвучно шевелить губами, будто читая про себя молитву.

— Это мне всего лишь на один укус! Не найдётся ли в вашем буфете ещё чего-нибудь попрыгуче-спотыкательного?

— Тиббс, — сказала королева, демонстрируя королевское гостеприимство, — принесите джентльмену ещё дюжину жареных яиц и дюжину сарделек.

Мистер Тиббс выплыл из комнаты, бормоча про себя слова, которых дворецкие никогда не произносят вслух, и вытирая лоб белым носовым платком.

БДВ поднял огромный кувшин и отхлебнул из него.

— Ой! — крикнул он, выплёвывая жидкость, которая разлилась по всему залу. — Что за комаранью мокрость я только что выпил?

— Это свежемолотый кофе, приготовленный из пережаренных кофейных зёрен.

— Отравительно! Где клубнипекс?

— Что вы сказали? — удивилась королева.

— Заикательный и попрыгучий клубнипекс! — ответил БДВ. — Всегда нужно пить клубнипекс на завтрак, тогда потом всем вместе можно будет весело побурзофукать!

— Что он имеет в виду? — нахмурившись, спросила королева. — Что значит, бурзофукать?

Cофи изо всех сил старалась сохранить невозмутимый вид.

— БДВ, — сказала она, — здесь нет клубнипекса, а бурзофукать строго воспрещается.

— Что?! — вскричал БДВ. — Как нет клубнипекса? Почему нельзя бурзофукать? А как же восклубнительная музыка? И никакого бум-бум-плюха не будет?

— Ни в коем случае! — строго сказала Софи.

— Если он хочет спеть, пожалуйста, не останавливай его, — сказала королева.

— Он не хочет петь, — сказала Софи.

— Но он сказал, что желает исполнить нам что-то музыкальное. Послать за скрипкой?

— Нет, ваше величество. Он шутит.

На лице БДВ появилась хитрая улыбка.

— Послушай, — обратился он к Софи, — если во дворце нет клубнипекса, я и без него бурзофукну, если, конечно, хорошенько постараюсь.

— Нет, ни в коем случае! Я вас умоляю!

— Музыка очень полезна для пищеварения. Когда я приезжаю в Шотландию, во время обеда музыканты играют под моим окном на волынках. Сыграйте что-нибудь, пожалуйста, — попросила королева.

— Я получил разрешение её тигричества! — вскричал БДВ и так бурзофукнул, что в зале будто прогремел взрыв.

Королева подскочила от неожиданности.

— Бум-бум-плюх! Это лучше любых вопилок, правда, ваше тигричество?

Прошло несколько секунд, прежде чем королева окончательно пришла в себя.

— Пожалуй, игра на волынках мне нравится больше, — сказала она, не в силах сдержать улыбку.

В следующие двадцать минут целый отряд лакеев бегал на кухню и обратно за третьей, четвёртой и пятой порцией жареных яиц и сарделек для ненасытного, но довольного великана.

Когда БДВ проглотил семьдесят второе яйцо, мистер Тиббс робко подошёл к королеве, поклонился и прошептал ей на ухо:

— Повар приносит свои извинения, ваше величество. Он говорит, на кухне кончились яйца.

— А что случилось с курами?

— Ничего, ваше величество, — прошептал мистер Тиббс.

— Тогда велите им снести побольше яиц, — сказала королева и взглянула на БДВ. — Съешьте ещё тостов с мармеладом, пока приготовят следующую порцию, — предложила она великану.

— Тосты закончились, — прошептал мистер Тиббс. — И повар говорит, что хлеб тоже кончился.

— Пусть испечёт побольше хлеба! — сказала королева.

Во время завтрака Софи успела рассказать королеве о том, как она оказалась в Стране Великанов и что происходило дальше. Та слушала девочку в величайшем изумлении. Потом королева подняла глаза на БДВ, который в этот момент угощался бисквитным тортом.

— Большой и Добрый Великан, — сказала она, — вчера ночью негодяи, пожирающие людей, примчались в Англию. Не могли бы вы припомнить, куда они бегали позавчера?

Великан положил в рот огромный кусок бисквита и, медленно жуя, стал обдумывать вопрос королевы.

— Да, ваше тигричество, припоминаю… В сумерках они помчались в Швецию, чтобы полакомиться шведами. Они кисло-сладкие на вкус.

— Принесите телефон, — приказала королева.

Мистер Тиббс поставил аппарат на стол. Королева сняла трубку.

— Соедините меня с королём Швеции… Доброе утро, ваше величество, как у вас дела?

— Хуже не бывает, — ответил шведский король. — В столице паника. Два дня назад исчезли двадцать шесть подданных моего королевства. Никто не знает, что с ними случилось!

— Их съели великаны, — сказала королева. — Им нравится вкус шведов.

— В каком смысле… нравится вкус шведов? — cпросил шведский король в недоумении.

— Видите ли, у шведов из Швеции кисло-сладкий вкус шведской маринованной свинины. Так утверждает БДВ, — сказала королева.

— Не понимаю, о чём вы говорите, — раздражённо сказал шведский король. — Вряд ли стоит шутить, когда моих верных подданных пожирают, как попкорн!

— Моих тоже, — сказала королева.

— Кто, скажите на милость?! — воскликнул король.

— Великаны.

— Послушайте, — сказал король, — вы хорошо себя чувствуете?

— У меня было тяжёлое утро: сначала мне приснился кошмар, потом горничная уронила поднос с завтраком, а сейчас у меня на рояле сидит великан.

— Вам нужно вызвать врача, скорее! — вскричал шведский король.

— Со мной всё хорошо. Вынуждена закончить разговор. Спасибо, вы мне очень помогли, — и она повесила трубку. — Твой БДВ прав, эти девять великанов-негодяев действительно были в Швеции.

— Ужасно! — сказала Софи. — Пожалуйста, остановите их, ваше величество!

— Прежде чем вызывать войска, — сказала королева, — я должна ещё кое-что проверить.

Она снова подняла глаза на БДВ. Теперь он ел пончики, отправляя их в рот по десять штук за раз.

— А великаны не говорили вам, куда они бегали три дня назад? — спросила королева. — Подумайте хорошенько, БДВ.

БДВ задумался.

— Хо-хо! — наконец вскричал он. — Вспомнил!

— И куда же? — спросила королева.

— Один из них помчался в Багдад, это совершенно точно. Пробегая мимо моей пещеры, Мясазаглотнём махал руками и кричал: «Бегу в Багдад пожевать людишек — папашу с мамашей и десяток детишек!»

Королева снова подняла трубку:

— Соедините меня с лорд-мэром Багдада. Если нет лорд-мэра, тогда с тем, кто у них там следующий по рангу.

Через пять секунд в трубке раздался голос:

— Султан на проводе.

— Послушайте, султан, — сказала королева, — не случилось ли три ночи назад в вашем городе чего-нибудь неприятного?

— В Багдаде каждую ночь происходит что-нибудь неприятное, — сказал султан. — Мы рубим головы, как вы шинкуете петрушку.

— Я ни разу в жизни не шинковала петрушку. Будьте любезны, скажите, не исчезал ли в ту ночь кто-то из жителей города, вместе с женой и детьми?

— Только мой дядя, халиф Харун аль Рашид, — сказал султан. — Ровно три ночи назад он исчез из постели вместе с женой и с десятью детьми.

— Что я говорил! — воскликнул БДВ. Благодаря своим замечательным ушам он мог слышать всё, что говорилось в трубке. — Это всё проделки Мясазаглотнём! В Багдаде он собирался полакомиться мамашей, папашей и их детками!

Королева положила трубку.

— Итак, ваша история правдива, — сказала она. — Вызвать ко мне главнокомандующего армией и главнокомандующего военно-воздушными силами!

— Думаю, наш друг великан знает, куда мчится, — заметил молодой пилот.

— К катастрофе! — выкрикнул маршал авиации.

Главнокомандующий военно-воздушными силами заметно дрожал от страха. Рядом с ним сидел главнокомандующий армией и дрожал ещё сильнее.

— Вы хотите сказать, что этих мест даже нет в атласе?! — уточнил он.

— Именно так! Видите? Вот самая последняя карта во всём атласе. Мы её уже час назад пролетели!

Он перевернул лист. Как и во всех атласах, последние страницы были пустыми.

— Значит, сейчас мы где-то здесь, — сказал он, тыча пальцем в пустую страницу.

— Где — здесь? — спросил главнокомандующий армией.

— Для того и помещают в атлас две пустые страницы, — с довольной улыбкой сказал пилот, — чтобы мы могли сами их заполнить. Для новых открытий!

Наклонившись к окну, генерал с тоской посмотрел вниз.

— Вы только взгляните на эту унылую пустыню! Все деревья засохли! Кругом одни синие валуны!

— Великан остановился, — сообщил молодой пилот. — Машет рукой, чтобы мы снижались.

Пилоты сбавили скорость, и вскоре все девять вертолётов приземлились в пустыне с жёлтым песком. Потом в каждом вертолёте открылась рампа, по которой съехал джип.

В каждом из девяти джипов сидели по шесть солдат с верёвками и цепями наперевес.

— Не вижу никаких великанов, — сказал главнокомандующий армией.

— Они сейчас спят, — ответил БДВ. — Если вы подлетите поближе на этих гудящих вертихвостах, все великаны проснутся, и уж тогда вам не поболеется!

— Вы хотите, чтобы мы продолжили путь на джипах? — спросил генерал.

— Да, но только очень-очень тихо. Никакого гула моторов! Никаких выкриков! Никакого беспорядка! Ничего такого вот этого!

БДВ понёсся вперёд вместе с Софи, которая сидела у него в ухе. За ним ехали джипы.

Вдруг раздался ужасный грохот. Главнокомандующий армией побледнел от страха:

— Пулемёты! Где-то впереди идёт бой! Поворачиваем назад! Уходим!

— Поросячья фушь! Никакие это не пулемёты!

— Как не пулемёты?! Я человек военный и, уж наверное, могу узнать пулемётную очередь!

— Да это великаны хрюкают! Они всегда так хрюкают, когда спят. Я великан и, уж наверное, могу отличить великанский хрюк от пулемётов!

— Вы уверены, что это так? — с тревогой cпросил главнокомандующий армией.

— Квак, и точка! — ответил великан.

— Продвигаемся, но осторожно! — скомандовал генерал.

Они проехали ещё немного и тут увидели великанов.

Даже на расстоянии великаны вызывали ужас, а когда джипы подъехали ближе, солдат прошиб холодный пот.

Девять уродливых полуголых негодяев-великанов в разных позах валялись на земле. Их храп напоминал артиллерийскую канонаду.

БДВ поднял руку, и джипы остановились. Из них высыпали солдаты.

— Что будет, если один из них проснётся? — спросил генерал, у которого от страха тряслись поджилки.

— Если один из них проснётся, он вас сразу проглотит. И квакнуть не успеете, — ответил БДВ, улыбаясь от уха до уха. — Одного меня оставят в живых, потому что великаны никогда не едят себе подобных. Софи тоже не успеют проглотить — в случае чего я её спрячу.

Главнокомандующие отступили на несколько шагов, быстро забрались в джип и приготовились удирать, если понадобится.

— Вперёд, мои солдаты! — крикнул из джипа генерал армии. — Смело вперёд! Выполняйте свой долг!

Солдаты, увешанные цепями и верёвками, молча поползли вперёд. Они дрожали, и ни один не осмеливался произнести ни слова.

БДВ стоял поблизости и вместе с Софи, сидевшей у него на ладони, следил за ходом операции. Надо отдать солдатам должное — они вели себя геройски.

Над каждым великаном работало шесть ловких, хорошо подготовленных парней. За десять минут солдаты связали восемь великанов, точно цыплят, причём те продолжали храпеть как ни в чём не бывало.

Девятый, Мясазаглотнём, доставил солдатам массу хлопот, потому что спал, подложив правую руку под бок, — из-за этого было невозможно связать ему обе руки.

С превеликой осторожностью шесть солдат, которые с ним возились, пытались вытащить огромную руку из-под туши. Но тут Мясазаглотнём приоткрыл свои поросячьи глазки:

— Кто это там, медузлики несчастные, тянет меня за руку? Это ты, Анукаобними?

Вдруг Мясазаглотнём заметил солдат и мигом проснулся. Он сел и огляделся. Увидев вокруг себя людей, великан с рёвом вскочил на ноги. Солдаты замерли на месте — у них не было с собой даже оружия! Джип с двумя главнокомандующими резво дал задний ход.

— Человеческие экземпляры! Что вы, мерзкие комараны, делаете в великаньей стране?! — завопил Мясазаглотнём.

Он схватил одного из солдат и поднял его над собой.

— Сегодня я поужинаю пораньше! — вскричал он, держа солдата на вытянутой руке, и зашёлся в приступе дикого хохота.

Софи, стоявшая на ладони БДВ, со страхом наблюдала за происходящим.

— Cделайте же что-нибудь! — закричала она. — Быстрее, пока великан его не съел!

— Опусти человеческого экземпляра на землю! — закричал БДВ.

Мясазаглотнём повернулся и уставился на БДВ:

— И ты тут, с этими противными людишками-комаришками? Кажется, до меня начинает добегать!

БДВ попробовал атаковать Мясазаглотнём, но огромный великан ростом в шестнадцать метров одним щелчком сбил его с ног.

Софи упала с ладони БДВ на землю. Голова её не переставала работать. Нужно что-то предпринять! Срочно! Вдруг она вспомнила про сапфировую брошь, которую королева приколола ей на грудь. Софи быстро её открепила.

— Я тебя буду есть ме-е-едленно! — сказал Мясазаглотнём солдату. — А потом проглочу ещё десять или двадцать малюсеньких солдатиков! Вы от меня не улизнёте! Я бегаю в пятьдесят раз быстрее!

Софи подбежала к Мясазаглотнём сзади, держа брошь в руке. Подобравшись к его волосатой ноге, она со всего размаха вонзила длинную иглу ему в лодыжку. Игла вошла глубоко в мясо да там и осталась.

Великан взревел от боли, выронил солдата и, высоко подпрыгнув, схватился за ногу.

БДВ, зная, какой Мясазаглотнём трус, решил воспользоваться моментом.

— Тебя укусила змея! — завопил он. — Я видел, как она тебя ужалила! Ядовитая гадюка! Это очень опасно!

— Спасите наши уши! — завопил Мясазаглотнём. — Плюйте в трубы! Меня укусила ядовитая гадюка!

Он плюхнулся на землю, мотая головой и обеими руками сжимая лодыжку. Вдруг он нащупал брошь.

— Зубы ядовитой гадюки! — кричал он. — Я чувствую их в своей подножке!

БДВ окончательно понял, что нельзя упускать такую возможность.

— Мы должны сейчас же вытащить ядовитые зубы! Иначе ты погибнешь! Я тебе помогу. — БДВ встал на колени перед Мясазаглотнём. — Ухватись покрепче за подножку обеими руками! — скомандовал он. — Это остановит яд и помешает ему подняться по ноге прямо к сердцу.

Мясазаглотнём обеими руками схватился за лодыжку.

— А теперь закрой глаза, стисни зубы, посмотри на небо и вспомни все молитвы, какие знаешь, пока я буду вынимать из тебя клыки ядовитой гадюки, — сказал БДВ.

Испуганный Мясазаглотнём сделал, как ему велели. БДВ дал сигнал одному из солдат, и тот немедленно подскочил с верёвкой. БДВ не составило труда накрепко связать великана по рукам и ногам, пока тот обеими руками держался за лодыжку.

— Я вытаскиваю зубы ядовитой змеи, — сказал БДВ, потуже затягивая узел.

— Давай быстрее, пока яд в меня не проник!

— Готово! Можешь смотреть!

Когда Мясазаглотнём понял, что его связали на манер индюка, он завопил так, что задрожали небеса. Он катался, извивался, корчился, пытаясь сбросить верёвку, но ничего не смог поделать.

— Молодец, БДВ! — воскликнула Софи.

— Это ты молодец! — сказал великан, улыбаясь девочке. — Ты нас всех спасла!

— Только, пожалуйста, верните мне брошку! Она принадлежит королеве.

БДВ вытащил красивую брошку из лодыжки Мясазаглотнём. Тот заревел. БДВ протёр брошку и вручил её Софи.

Любопытно, что во время этой кутерьмы ни один храпящий великан не проснулся.

— Когда спишь всего два часа в сутки, разбудить тебя в два раза труднее, — объяснил БДВ.

Главнокомандующий армией и главнокомандующий военно-воздушными силами снова выехали на джипе вперёд.

— Её величество будет мною очень довольна, — сказал генерал армии. — Наверное, мне дадут медаль. Что делаем дальше?

— Дальше едем к моей пещере, чтобы погрузить на джипы банки со снами, — сказал БДВ.

— Мы не можем тратить время на такую ерунду, — фыркнул генерал армии.

— Это приказ королевы, — сказала Софи.

Она опять сидела на ладони БДВ.

Девять джипов покатили к пещере БДВ, и операция по погрузке снов началась. Нужно было забрать пятьдесят тысяч банок, по пять с лишним тысяч на каждый джип. Работа заняла около двух часов.

Пока солдаты грузили сны, Софи и БДВ ушли в горы для выполнения одного секретного задания. Когда они вернулись, на плече у БДВ висел мешок размером с большой дом.

— Что там у вас? — потребовал объяснений главнокомандующий армией.

— Любопытному генералу на базаре ус оторвало, — ответил БДВ и отвернулся.

Когда наконец все драгоценные сны были погружены в джипы, БДВ сказал:

— А сейчас мы поедем назад к вертихвостам и поднимем на них ужасных великанов.

Джипы поехали назад к вертолётам и очень аккуратно, банка за банкой, погрузили на них пятьдесят тысяч снов. Солдаты вскарабкались на машины, а БДВ и Софи остались на земле. Потом все вернулись туда, где лежали великаны.

Воздушные машины зависли над связанными великанами. Это было незабываемое зрелище. Ещё интереснее было смотреть, как верзилы начали просыпаться под грохот моторов и как потом девять ужасных негодяев крутились и извивались, словно огромные змеи, пытаясь выпутаться из верёвок и цепей.

— Меня обвели вокруг рыльца! — ревел Мясазаглотнём.

— Зеброглоты! — вопил Детокпожуём.

— Обкомаранили! — гремел Костипогрызём.

— Я прокнопился! — рычал Анукаобними.

— Обмедузлили! — кричал Кровькапкап.

— Надо же было так втушканиться! — грохотал Девочкойзакусим.

— Не ползёт так не ползёт! — возмущался Мигомпроглотим.

— Так обкрокодилиться! — сокрушался Кровушкипопьём.

— Противные козлобаки! — недоумевал Мальчикизмяснойлавки.

Каждый вертолёт выбрал себе великана и висел прямо над ним. Из каждого вертолёта спустили стальные тросы с крючками на концах. БДВ быстро прикрепил тросы к цепям великанов: один крючок ближе к ногам, другой — к рукам. Потом очень медленно великанов подняли в воздух. Они рычали и вопили, но сделать ничего не могли.

БДВ вместе с Софи, которая удобно устроилась у него в ухе, галопом мчался в Англию. Вертолёты следовали за ним.

Это было завораживающее зрелище: девять вертолётов с подвешенными к ним извивающимися великанами. Самим великанам путешествие тоже, наверное, запомнилось надолго. Они не переставали возмущаться, но их рёв тонул в грохоте моторов.

Когда стало темнеть, пилоты включили мощные фары и направили их на БДВ, чтобы не потерять его из виду. Так они бежали и летели всю ночь и на заре прибыли в Англию.

БДВ, как всегда, придумал выход из положения:

— Я уже говорил, что великаны не едят себе подобных, поэтому я сам к ним спущусь и развяжу — вы и квакнуть не успеете.

Тысячи заворожённых зрителей, включая королеву, следили за тем, как БДВ на канате спускают в яму. Он быстро развязал одного великана за другим. Они стояли, разминая онемевшие конечности, а потом в ярости запрыгали.

— Зачем нас посадили в эту комаранью дыру? — рычали они на БДВ.

— Потому что вы пожираете человеческие экземпляры, — ответил тот. — Я всегда уговаривал вас этого не делать, но вы не обращали на меня ни мушнейшего внимания.

— Ах так! Тогда мы сожрём тебя! — завопил Мясазаглотнём.

БДВ схватился за канат, и его едва успели вытащить наружу.

У края ямы лежал огромный мешок, который БДВ привёз с собой из Страны Великанов.

— Что у вас там? — спросила королева.

БДВ сунул руку в мешок и вытащил оттуда странный предмет в чёрно-белую полоску величиной с человека.

— Шишгурцы! — закричал он. — Отравительные чудовощи, ваше тигричество, ими мы будем кормить противных великанов.

— А можно мне попробовать? — спросила королева.

— Не надо, ваше тигричество! Это мерзовкусно и окрысительно! — с этими словами он кинул шишгурец великанам. — Вот вам ужин! Угощайтесь! Откусите шматочек!

Он вытащил ещё несколько шишгурцов и кинул их в яму. Великаны внизу рычали и осыпали его проклятиями. БДВ рассмеялся:

— Так вам и надо!

— Чем же мы будем их кормить, когда шишгурцы кончатся? — спросила королева.

— Они никогда не кончатся, — сказал БДВ, — потому что я прихватил с собой целую кучу семян, которые с вашего разрешения отдам королевскому садовнику. Он их посеет, и тогда запас еды для этих ужасных великанов-кровопийц никогда не кончится.

— Превосходно! — сказала королева. — Вижу, вы и без образования любого заткнёте за пояс!

БДВ изъявил желание научиться говорить правильно, и Софи, которая относилась к нему как к родному отцу, сказала, что будет обучать великана грамоте каждый день. Она даже научила его писать слова и предложения. БДВ оказался способным учеником. Он стал большим книгочеем и в свободное время буквально проглатывал книги. Великан изучил всего Чарльза Диккенса (которого уже не называл Далем Чиккенсом), Шекспира и тысячи других книг. Он также начал писать очерки о своём прошлом. Прочитав их, Софи сказала:

— Всё это очень интересно! Возможно, в один прекрасный день вы станете настоящим писателем.

— Вот здорово! — воскликнул БДВ. — Думаешь, у меня получится?

— Обязательно! Почему бы вам не написать книгу о нас?

— Ладно, — сказал БДВ. — Попробую.

И великан начал писать. Он очень много работал и наконец дописал книгу до конца. Смущаясь, он показал её королеве. Королева прочитала книгу своим внукам, а потом сказала:

— Эту книгу надо напечатать и издать, чтобы и другие дети смогли её прочитать.

Её желание осуществилось, но так как БДВ был очень скромным великаном, он не поставил на обложке своё имя, а использовал псевдоним.

Но где же, спросите вы, книга, которую написал БДВ?

Она перед вами. Вы только что дочитали её до конца.