Разговор в химчистке:

— Мосье, в надежде на то, что зимний сезон закончился, я решила отдать в химчистку два зимних полушубка.

— О, мадам, мы тоже на это очень надеемся! Но говорят, что в ближайшее время снова похолодает.

— В любом случае, местный холод меня не испугает, я выросла в Сибири.

— Говорят, у вас там живут медведи.

— Конечно, они ходят по улице каждый день.

— Серьезно?

Моя история изучения иностранных языков — это история многих удач и многих трудностей. Я не помню, как и когда я увидела в первый раз английский или французский алфавит, но очень хорошо помню, что моя учительница английского языка не любила меня и что учительница французского ходила на шпильках, несмотря на свой преклонный возраст.

Шел одиннадцатый год моего обучения в школе. Была весна, мы все готовились к ЕГЭ, мечтая поступить в лучшие вузы страны. За окном по-прежнему лежал снег, который не собирался таять, несмотря на то что на календаре был апрель, — такова особенность суровых условий жизни на Крайнем Севере. Через несколько лет я узнала, что весь мир верит в то, что в России холодно везде и всегда — не только на Крайнем Севере.

Мы сидели в кабинете № 22 и делали пробные тесты ЕГЭ по английскому языку. Обстановка была оживленная, все обсуждали ответы, и наша учительница молча смотрела на нас, как будто боясь перебить наш аппетит к успешной сдаче экзамена. На ее уставшем учительском лице была добрая улыбка, которая выглядела немного неестественно из-за недавно сделанного татуажа губ.

Я сидела рядом со своей лучшей школьной подругой, которая любила у меня списывать любые ответы вне зависимости от предмета. Мне никогда не жалко было делиться с ней, потому что у нее был iPod, на котором можно было слушать Coldplay[1] даже во время уроков. Словом, у нас был отличный дружеский симбиоз, который вполне устраивал обе стороны.

— Так, вы наговорились? — спросила наконец учительница английского языка. На ее вопрос, однако, никто не отозвался, и ей пришлось спросить снова:

— Одиннадцатый класс, вы наговорились?

Все продолжали спокойно разговаривать, уже позабыв про английский язык и с удовольствием обсуждая все, что не касалось учебы. Я молча сидела, глядя по сторонам, и в какой-то момент мой взгляд пересекся с Сашей, с которым у меня была долгая, но несчастная история любви. Саша влюбился в меня, когда мы были в девятом классе, но я не отвечала ему взаимностью.

Когда прозвенел звонок, наша терпеливая учительница заговорила очень громким голосом, но на общем фоне он показался тихим и незаметным:

— Так, сдайте, пожалуйста, ваши работы и идите разговаривайте в коридор. У меня голова от вас разболелась!

Мы послушно начали один за одним вставать и складывать бланки для подготовки к ЕГЭ на учительский стол, создавая вокруг него небольшое столпотворение. Когда я вернулась к своему месту, кто-то начал уже выходить из класса, открыв дверь небольшого кабинета под номером 22. Из коридора слышался шум других учеников, торопившихся покинуть классы, чтобы насладиться переменой. Не спеша, я собрала вещи в свою черную школьную сумку и одной из последних вышла из кабинета, облегченно вдохнув воздух, который показался свежим и свободным от английского языка.

Изучение языка мне давалось нелегко, несмотря на то, что я много и упорно занималась. Я давно смирилась со своей неудачей, но сдаваться не собиралась и все так же упорно продолжала читать, переводить, делать упражнения и считать ошибки, которых всегда было много. Сегодня я догадываюсь, в чем же была основная проблема: у меня не было достаточно практики. Когда я говорю практика, то имею в виду любой живой способ соприкосновения с реальным языком: просмотр сериалов и фильмов в оригинале, общение с друзьями-иностранцами по переписке, просмотр новостей иностранных каналов. По незнанию или по глупости я пренебрегала всеми этими живыми методами улучшения английского языка, довольствуясь множеством книг с упражнениями, которые были у меня в наличии. Я не спорю, что это были очень хорошие книги и что не каждый мог позволить себе приобрести их, но язык — это живое средство общения, поэтому его изучение не может ограничиваться книгами с упражнениями.

Моя ошибка состояла еще и в том, что я не понимала, что любой тест — это система, причем ограниченная. Она ограничена не только объемом слов и конструкций, но и правилами игры, хорошее знание которых дает большие шансы на успех. Чем больше уходило в прошлое мое школьное обучение, тем больше я понимала, что тест, который, по сути, является проверкой знаний языка, является еще и проверкой знаний правил теста. А правила теста — это значительно меньшая система, чем сам язык, который проверяется.

С абсолютно такими же проблемами я столкнулась и в процессе изучения французского языка. Когда в возрасте двадцати одного года я приехала учиться во Францию, то с ужасом обнаружила, что совершенно не способна общаться с французами на их родном языке. Сначала было очень страшно находиться во Франции, но спасала мысль о том, что через несколько месяцев я смогу вернуться в родную страну, в которой меня понимают. Однако судьба распорядилась иначе: через год я вернулась во Францию, чтобы продолжить обучение. В моем личном дневнике есть очень интересная запись на эту тему:

С Майклом я познакомилась в тот период свой жизни, когда жила в Ницце. Вернее, с ним меня познакомил адвокат родом с Корсики, бабушка которого была коренной уроженкой Крыма. Я до сих пор с улыбкой вспоминаю, как этот адвокат называл меня разными русскими женскими именами каждый раз, когда я бывала в его офисе. Поначалу эта игра мне казалась совсем не смешной, но со временем я к ней привыкла, а в какой-то момент она даже начала меня забавлять. Его обращения звучали обычно естественно и непринужденно, без единого признака того, что он забыл мое настоящее имя:

— О, доброе утро, Светлана, как твои дела?

— Наташа, ты не могла бы подать мне эту папку?

— Катерина, ты хорошо сегодня выглядишь!

— До скорой встречи, Мария!

Я уже не помню, при каких обстоятельствах этот адвокат мне дал контактный номер Майкла, с которым я быстро договорилась о встрече. Зато я помню, к своему стыду, что я опоздала на эту встречу как минимум на тридцать минут, ничуть, однако, не разозлив его этим. Когда я наконец-то пришла, он сидел спокойно на террасе кафе, наслаждаясь послеобеденной погодой. Рядом с маленьким столиком, за которым он сидел, стоял его велосипед, на сиденье которого лежал шлем. Я почему-то сразу представила его в нем, и мне очень захотелось засмеяться, но я не стала этого делать, чтобы не ухудшать ситуацию, которая и так была испорчена моим опозданием.

Майкл оказался американцем по происхождению, переехавшим в Ниццу несколько лет назад. Мне удалось завязать с ним прочное знакомство, и наше общение продлилось до тех пор, пока я не уехала из Ниццы и не покинула ассоциацию, в которую он меня вовлек в тот самый день, когда мы общались, сидя за столиком, рядом с которым стоял его велосипед.

Он был очень позитивным человеком, открытым для общения и готовым поддержать любую инициативу. Помню, как мы как-то ехали в машине, и он мне сказал:

— В этой жизни нужно всегда говорить «да» — нельзя отказываться от возможностей, которые жизнь тебе предоставляет через людей.

Когда я написала ему, что хотела бы поговорить с ним о России, он просто предложил созвониться на выходных. В том, что он мне рассказал, нет сарказма, поэтому создается впечатление, что его слова были абсолютно правдивыми. Но я бы осмелилась с этим поспорить, поскольку, в общем и целом, можно сказать, что в каждой жизненной истории, рассказанной любым человеком, есть своя правда. Разве существует одна-единственная абсолютная правда?

— Я американец и вырос в Америке в период восьмидесятых годов, — Майкл начал спокойным голосом свой рассказ. Он отлично говорил по-французски, но в его речи всегда четко слышался американский акцент, который он совершенно не скрывал. — В те времена телевидение являлось основным средством массовой информации и играло решающую роль в формировании нашего взгляда на события, происходящие за пределами Америки. Пожалуй, именно в этот период я начал впервые что-либо узнавать о России и русских.

При попытке возродить воспоминания юношества в моей голове возникают затуманенные течением времени образы телепередач и репортажей, снятых в период холодной войны, сюжетом которых являлась Россия. Если верить этим воспоминаниям, жизнь в России была в те времена непростой. Основной причиной формирования такого восприятия я бы назвал кадры, на которых появлялись люди с серьезными и строгими лицами, среди которых часто мелькали персонажи в одежде с военной атрибутикой. Я бы даже сказал, что лица этих людей были для меня холодными, поскольку они не выражали никаких радостных эмоций. Так, в условиях холодной войны я получил первое представление о холодных русских.

Немалой популярностью во времена Холодной войны в Америке также пользовались фильмы, посвященные противостоянию двух мировых держав. В них ярко демонстрировались атрибуты советской власти, что превратило советскую символику в неотъемлемую часть образа России. Вполне объяснимо, почему под влиянием таких фильмов у меня сформировалось представление не только о холодной, но и воинственной России.

Однако мое первоначальное представление о России претерпело со временем существенные изменения. Сегодня я бы уже не стал называть русских людей холодными или воинственными, несмотря на тот факт, что подходящего эпитета, позволившего бы охарактеризовать русский народ, я пока не нашел. Во время моей поездки в Россию, о которой я расскажу позднее, я открыл для себя совершенно другую страну, реальный образ которой отличался от картин, увиденных на американском телевидении. Скажу лишь, что для меня русский народ по-прежнему остается загадкой.

Помню, что на уроках в лицее нам тоже немало рассказывали о России. Думаю, что школьная программа уделяла достаточно много внимания этой стране в силу влияния внешнеполитического курса США на образование. Мне кажется, что понятия «СССР» и «Россия» не различались американскими преподавателями и образ России выставлялся часто на первую позицию по сравнению с другими странами, входящими в состав СССР. Я совершенно не думал об особенностях формирования нашей образовательной программы, и мне было просто интересно узнавать о том, что Россия — большая страна с холодным климатом, что реки в Сибири текут в обратном направлении, поскольку замерзший лед блокирует их нормальное течение, что Россия была вынуждена импортировать хлеб, несмотря на обширность территорий.

Смена политического режима и приход к власти президента Бориса Ельцина повлекли за собой волну нового потока информации о меняющейся и нестабильной России. Помню, что образ президента новой России, появляющегося в телевизионных кадрах в нетрезвом виде и, более того, с красным носом, сыграл немалую роль в формировании стереотипа о России как о пьющей стране.

Неспокойные для России девяностые годы принесли с собой также немало слухов о многочисленных происходящих там беспорядках. Средства массовой информации, включая телевидение и печатные издания, пестрели историями о приближенных к власти организованных группах бандитов и различных мафиозных структурах, ведущих бизнес по своим правилам и безнаказанно творящих беззаконие. Этот новый образ бандитской России значительно разнился с той информацией, которую мы видели и слышали во времена существования Советского Союза. В результате такой контрастной смены эпох период девяностых годов представляется мне как время абсолютного беззакония и бандитизма, во время которого сформировалась каста русских олигархов.

Здесь я позволю себе прервать рассказ моего знакомого. Думаю, вам было бы интересно знать, кем является олигарх в глазах западного человека, поэтому расскажу об этом образе более подробно.

Русские олигархи — это люди, которые, воспользовавшись нестабильной политической и экономической ситуацией в стране, смогли стать миллиардерами в очень короткий период времени. Достигнуть успеха этим людям удалось не совсем законными способами, а если быть точнее, нетрадиционными для западной экономики методами ведения бизнеса. Учитывая этот факт, в западном мире русские олигархи имеют репутацию людей, имеющих нескончаемые проблемы с правосудием и вечно прячущих свое состояние от уплаты налогов. Еще одной отличительной чертой русских олигархов я бы назвала склонность к безмерной трате денег.

— На пересечении девяностых и нулевых годов мне посчастливилось поехать в Москву, чтобы воочию увидеть текущую российскую действительность и лично пообщаться с русскими людьми, — продолжал рассказывать Майкл. — К моему удивлению, уже в самолете мне удалось приобрести нового друга в лице молодого русского парня, который был со мной предельно открыт, дружелюбен и общителен. После приятно проведенного в самолете времени мы договорились о том, что обязательно встретимся, хотя эта договоренность не была воспринята мной всерьез. Однако, к моему немалому и приятному удивлению, на следующий вечер этот молодой человек приехал за мной в отель, чтобы познакомить меня с Москвой и своими друзьями.

Как оказалось, он был сыном состоятельного человека. Приехал он за мной на шикарном дорогом автомобиле с водителем. Когда я сел на заднее сиденье машины, то обнаружил, что по соседству с моим местом лежит настоящий автомат, похожий на те автоматы, которые я видел в фильмах и репортажах о России. Сказать, что я был удивлен и шокирован, когда увидел его, значит, ничего не сказать. Думаю, ты можешь представить всю силу эмоций, нахлынувших на меня в тот момент, когда я понял, что сложные для восприятия и устрашающие кадры о бандитских историях вдруг превратились на моих глазах в реальность. Но, несмотря на такое неоднозначное начало моего путешествия в Россию, эта поездка подарила мне возможность открыть для себя страну с доброжелательными и гостеприимными людьми.

После того как мой знакомый забрал меня из отеля, он повез меня в очень хороший и дорогой бар. Там я смог познакомиться с его друзьями, тоже выходцами из состоятельных семей, с которыми он, в свою очередь, познакомился во время обучения в частном университете в Швейцарии. Так я узнал о том, что многие представители русской состоятельной молодежи уезжают учиться за границу и что богатые русские люди готовы так просто принять в свой круг общения иностранного гостя.

Однако на этом мои новые знакомства не прекратились, и в ходе моей поездки мне удалось пообщаться с представителями разных социальных классов. Заранее скажу, что я был несколько удивлен, обнаружив, насколько гостеприимными оказались люди, принадлежащие к разным социальным нишам. И богатые, и бедные русские оказались совсем не холодными, какими они были представлены в западных средствах массовой информации, а скорее добродушными людьми.

Во время моей поездки мне легко удавалось заводить знакомства с местными жителями, которые часто охотно приглашали меня присоединиться к ним иногда прямо на улице. Благодаря таким спонтанным встречам я не только смог убедиться в том, что русские действительно много пьют, но и узнал, что не меньше этого они любят танцевать. Атмосфера праздника была не только в барах, но и на улице. Порой вечера, проведенные с недавно приобретенными русскими знакомыми, заканчивались рано утром на улице допиванием остатков алкоголя, после чего мои знакомые благополучно шли на работу, несмотря на количество выпитой накануне водки.

— А как люди относились к тому, что ты иностранец?

— Я был поражен их доброжелательностью: они с легкостью приобщали меня к своей повседневной жизни, нимало не смущаясь тем, что я был временным иностранным гостем. Они с радостью представляли меня своим друзьям, приглашали на кофе или просто-напросто общались со мной. Помню, что благодаря кому-то из своих знакомых мне даже удалось попасть на курсы английского языка в Москве. Думаю, вы прекрасно понимаете, что мне, как носителю английского языка, ознакомительная экскурсия на такие курсы была особенно приятна.

— А какое впечатление на тебя произвела сама Москва? Если честно, я не очень люблю этот город, в отличие от большинства людей…

— Москва мне запомнилась разнообразными контрастами. Мне кажется, что увиденная мною Москва ярко отражала изменения, волнующие всю страну. Было заметно, что тень эпохи Советского Союза еще висела над страной в виде массивных зданий и построек ушедших времен, сохранившихся в центре города, таких как, например, гостиница «Украина». Вместе с тем очень часто рядом с такими зданиями можно было увидеть палатки, продающие еду быстрого питания и абсолютно не вписывающиеся в общую архитектуру города.

Подземная Москва мне понравилась ничуть не меньше, и ее красота могла бы смело посоревноваться с надземной частью города. Правда, я помню, что увидеть ее можно было лишь преодолев длинные эскалаторы, требующие большого терпения. Но это меня не пугало, и я с удовольствием спускался в метро, в очередной раз любуясь им.

— А как тебе москвичи?

— Ты знаешь, разнообразие Москвы — это и разнообразие людей. Я почему-то думал, что русские люди — высокие блондины, а приехав в Москву, быстро понял, что это совсем не так. Еще с детства мне известно, что Россию населяет большое количество национальностей, многие из которых проживают в ее восточной части. Однако у меня сложилось такое впечатление, что этот факт является далеко не общеизвестным, и многие люди даже не представляют все разнообразие культурного богатства России. Моя поездка в Россию позволила мне лишь убедиться в том, что русские люди — это скорее собирательное понятие, потому что они похожи на совокупность разнообразных национальностей.

Таковым было мое знакомство с Россией, которое позволило мне, с одной стороны, убедиться в некоторых стереотипах об этой стране, а с другой стороны, изменить свое видение.

К сожалению, на сегодняшний день у меня нет возможности общаться с большим количеством людей русской национальности. Это даже может показаться парадоксальным, поскольку Лазурный берег, где я проживаю в настоящий момент, является одним из самых популярных европейских регионов среди русских. Когда я переехал на Лазурный берег Франции в 2000-х, то был впечатлен количеством слухов и новостей о русских олигархах, покупающих огромные виллы и разъезжающих на дорогих автомобилях. Поверить в убедительность этих слухов было достаточно легко, поскольку дорогие виллы и автомобили были и остаются неотъемлемой частью курортной жизни Лазурного берега.

У меня сложилось впечатление, что русское сообщество остается очень закрытым, а для интеграции в него необходимо знать русский язык.

— Ты пробовал когда-нибудь начать учить русский язык?

— Нет… Репутация русского языка как одного из самых сложных языков в мире меня пока что останавливает. Хотя я часто слышал об обратном эффекте для русских, изучающих иностранные языки: как правило, русские люди талантливы в изучении иностранных языков, они им легко даются, чего не скажешь об иностранцах, с трудом изучающих русский язык.

Он внезапно замолчал, и я подумала о том, что ему больше нечего сказать. Я дала ему немного времени на раздумье, а затем задала один из самых банальных вопросов:

— А тебе понравилась еда в России?

— Не знаю, русская кухня осталась для меня загадкой. Не думаю, что я смогу когда-нибудь полюбить сушеную рыбу и дешевое русское пиво.

Пожалуй, Майкл прав, что Россия может быть очень разной: она разная в силу богатства своей культуры, она разная, потому что ее большая территория охватывает несколько географических поясов, и, наконец, Россия разнообразна своей историей, поскольку в любые эпохи, смена которых иногда происходила несколько раз за один век, Россия обновлялась и приобретала разное лицо.

После разговора с Майклом я еще раз поняла, насколько образ России успел поменяться за последние десятилетия: менялась страна, менялись рассказы о ней, появлялись и исчезали стереотипы. Однако она сумела остаться страной-загадкой, нераскрытой тайной, о которой все говорят вокруг, а понять ее сущность не могут.

Был спокойный вечер поздней осени. Мы с подругой медленно спускались с холма, на котором возвышался наш университет. В отличие от французов, которые спешили домой, мы медленно шагали, утомленные последней лекцией, полной сложных французских цифр. Мы настолько устали, что у нас не было ни сил, ни желания разговаривать. Я подняла на несколько секунд голову вверх, чтобы посмотреть на вечернее небо, окрашенное в красные оттенки и молчаливо висевшее над нами.

Вдруг мы услышали, как кто-то за нашей спиной крикнул: «Девочки!». Голос был женский, и он звучал так, как будто звал кого-то. Слово «девочки» настолько необычно звучало на фоне французской болтовни, что оно словно разрезало воздух.

— О, братья-славяне где-то рядом, — сказала я уставшим голосом, но моя подруга никак не отреагировала.

Через несколько секунд мы снова услышали «девочки», на этот раз уже за нашей спиной, и стало понятно, что кричавшая девушка звала нас. Я обернулась первой и увидела быстро идущую за нами высокую девушку с мелированными волосами.

— Девочки, привет, вы русские? — спросила она.

Мы остановились, и я ответила:

— Да, а как ты поняла?

— Да господи, услышала, как вы по-русски разговаривали!

Ее звали Оксана, и она говорила с украинским акцентом, поэтому ее «господи» звучало больше как «хосподи». Я с самого начала заметила, что у нее была очень интересная манера общения, а после того, как она выдала фразу «да от нее толку, как от ракушки», Оксана меня просто покорила. Она переехала во Францию в семнадцать лет и жила там уже несколько лет.

Мы обменялись контактами, стали часто пересекаться в университете, записались вместе на танцы, и чем больше мы общались, тем больше мне казалось, что Оксана говорит все то, о чем думает, никак не фильтруя свои мысли. Такая открытость мне была по душе, поскольку я ценю откровенные и душевные разговоры, которые тут же забываются. Не зря, наверное, друзья — лучшие психологи.

Я сразу почувствовала, что Оксана — творческая натура, открывающая для себя мир в состоянии полной свободы от предубеждений и клише. Она никогда не любила безосновательно вешать на людей ярлыки, и в ней всегда искрилась вера в то, что каждый человек наделен неповторимой личностью: ее можно было бы назвать исследователем мира людских личностей, карта которого не имеет государственных границ. Если честно, я немного ей завидую, и я бы с удовольствием однажды взглянула на мир ее глазами. Наверное, этот мир был бы населен людьми, существующими здесь и сейчас, вне зависимости от их происхождения — это был бы мир настоящего момента без связи с прошлым и без перспектив на будущее.

Ведь как ни крути, а происхождение людей, лежащее в основании их жизненных историй, является не чем иным, как прошлым. И несмотря на то, что отрицать причинно-следственную связь между прошлым и настоящим представляется практически невозможным, восприятие людей такими, какие они есть перед тобой здесь и сейчас, — вполне реальный метод общения, для использования которого необходимо уметь абстрагироваться от прошлого.

Как-то раз, еще в самом начале нашего знакомства, когда мы обсуждали нашу жизнь с родителями, Оксана начала открыто делиться своими воспоминаниями, покуривая тонкую сигарету:

— В моей семье есть русские и украинские корни. Могу с уверенностью сказать, что в моем роду преобладают украинские корни, а из родственников по прямой линии русской является только прабабушка. Но назвать себя чистой украинкой я не решаюсь. Кроме того, среди моих дальних родственников также есть и русские, и украинцы. Несмотря на такое сплетение русских и украинских корней, у нас никогда даже не затрагивался вопрос о разделении по национальному признаку. Я не привыкла разделять людей на русских и украинцев или же судить о них, исходя из их национальной принадлежности. Люди были всегда для меня прежде всего людьми. — Оксана замолчала на несколько секунд, чтобы сделать затяжку, а затем продолжила свои размышления. — В школе мы учили русский язык и русскую культуру. По сути, мы получали русское образование, и границы разделения русской и украинской культуры практически стирались. У меня никогда даже не возникало мысли о том, что русские какие-то другие. — Оксана снова сделала затяжку. Она опустила взгляд на пепельницу, а затем посмотрела на меня, как будто ожидала какой-то реакции, но я молча сидела и слушала. — Единственное, я помню, что была еда, которая считалась русской, а не украинской — я имею в виду национальную кухню. Помню, например, что если в магазине продавались пельмени, то они всегда назывались либо сибирскими, либо красноярскими, либо как-то по-другому, но с обязательной ссылкой на какой-нибудь российский регион. Поэтому пельмени воспринимались на Украине всегда как традиционное русское блюдо. Помню еще, что в моем окружении всегда считалось, что пироги — это тоже чисто русское блюдо и что на Украине, в отличие от России, готовят и едят только пирожки. А так, в принципе, я жила на Украине с идеей о том, что мы — соседские страны с некоторыми культурными различиями.

Несмотря на открытость и дружелюбность Оксаны, я долго не решалась спросить ее в лоб о стереотипах о России. Мне почему-то казалось, что этот вопрос может ее обидеть, учитывая ее размышления о близости культур России и Украины. Но однажды я все-таки решилась на это. Услышав мой вопрос, Оксана сначала немного удивилась, а потом дипломатично ответила:

— В общем-то оснований для того, чтобы я как-то интересовалась или задумывалась над стереотипами о русских людях до переезда во Францию, у меня не было. Да и в принципе я никогда не видела смысла в стереотипах в отношении кого-либо. Этой точки зрения я придерживаюсь до сих пор, несмотря на то, что во Франции мне пришлось столкнуться с немалым их количеством. У каждой страны, как у всего на этом свете, есть свои недостатки. Мне просто не хочется всех стричь под одну гребенку.

— То есть твое мнение поменялось с переездом во Францию?

— Я росла в среде, в которой соединение двух культур было естественным и жизненно необходимым явлением, поэтому вопрос о существовании стереотипов в отношении русских людей мне был абсолютно незнаком, — продолжала увиливать от ответа Оксана. — Оглядываясь сегодня на свою прошлую жизнь, я понимаю, что до момента переезда в моей голове даже не возникало мысли о том, что существуют какие-то стереотипы о русских и что эти стереотипы очень часто приписывают украинцам.

— Ну, а когда ты переехала, как ты поняла, что стереотипы вообще существуют?

— Наверное, потому, что иностранцы, ну, я имею в виду европейцы, очень часто принимают меня за русскую и начинают рассказывать мне о стереотипах. Конечно, это немного странно, и мне не всегда приятно слышать то, что говорят в мой адрес, когда думают, что я русская. На мой вопрос, почему стереотипы о русских должны обязательно относиться и ко мне, я получаю, как правило, встречный вопрос: «А разве Украина не является частью России?». То есть получается, что разницу между двумя странами я прочувствовала на себе, только когда оказалась во Франции и начала слышать в свой адрес не очень приятные для себя комментарии о России или о странах Восточной Европы в целом. Если честно, иногда мне кажется, что у людей просто нет мозгов! — откровенно выпалила Оксана.

— И что тебе говорят? — спросила я в надежде, что мне удалось поймать хороший момент для откровенного разговора.

— Наверное, самым ярким примером является стереотип о том, что все славянки приезжают в Европу только для того, чтобы выйти замуж за иностранца, получить благодаря этому вид на жительство или гражданство и остаться жить за счет своего мужа. Получается, что славянок, живущих в Европе, считают легальными проститутками, которых легко привлечь с помощью денег. То есть создается образ продажных женщин, готовых на все ради получения денег и красивой жизни. Если честно, мне уже не один раз приходилось слышать неоднозначные предложения от мужчин во Франции. Причем мои прямые отказы воспринимались чуть ли не с обидой и сопровождались комментариями о том, что я должна легко на все соглашаться и не выпендриваться, как любая среднестатистическая славянка. Такая нелицеприятная репутация славянок сочетается с мнением о том, что женщины славянского происхождения самые красивые. Я бы даже сказала, что существует некий общепринятый образ красивых женщин из Восточной Европы, которые обязательно должны быть голубоглазыми блондинками. Хотя на самом деле все славянские девушки разные и могут быть красивыми или страшными, имея при этом разный цвет волос или глаз. Я знаю, например, что в России живет много национальностей и есть много красивых девушек, имеющих типичную азиатскую внешность. Но почему-то во Франции мужчины об этом не знают и привыкли воспринимать славянок как красивых продажных голубоглазых блондинок.

Если продолжать тему отношений между мужчинами и женщинами, могу добавить еще, что слышала от французов, что и на Украине, и в России нет такого равенства полов, как в Европе. Очень часто слышала о том, что в наших странах семейные отношения строятся по принципу патриархата. Говорят, что мужчины берут инициативу в свои руки, ухаживают за девушками, то есть ведут себя как настоящие мужчины с большой буквы. Мне лично кажется, что русских мужчин можно назвать богатырями, у них статная внешность, их хочется назвать именно мужчинами, а не мальчиками. Слушай, можно, я покурю? — вдруг спросила Оксана. — А то я начала нервничать, когда заговорила о мужчинах.

Не дожидаясь моего ответа, Оксана тут же взяла из пачки тонкую сигарету, закурила ее и вдруг неожиданно призналась:

— Конечно же, я постоянно встречаюсь со всеми известными стереотипами о России! Не знаю даже, есть ли смысл много о них рассказывать, потому что, мне кажется, о них знают абсолютно все. Могу все-таки их перечислить, потому что без них рассказ о стереотипах о России будет неполным. Во-первых, русские имеют репутацию людей, которые не боятся холода. По мнению иностранцев, в России очень холодный климат, чуть ли не вечная зима, а люди всегда очень тепло одеты, чтобы защититься от сурового холода. Если представить внешний образ типичного русского глазами иностранца, то это человек, одетый в фуфайку, с шапкой на голове, закутанный большим теплым шарфом. Многие даже удивляются тому, что русским может быть холодно во Франции, и считают, что им должно быть жарко везде за пределами их страны. Во-вторых, иностранцы считают, что вся Россия заселена медведями. Когда я говорю «заселена», то употребляю это слово в буквальном смысле, то есть я хочу сказать, что, по мнению многих французов, медведи живут не только в лесах, но и ходят по улицам городов. Как бы это странно ни звучало, но люди действительно так думают и на полном серьезе говорят об этом. Наконец, всем известен стереотип о том, что русские люди употребляют очень много алкоголя, в особенности водку. Постоянно слышу отзывы о том, что русские — алкоголики, что они постоянно и много пьют, что все они умеют сами делать водку, поэтому им даже не нужно ее покупать каждый день. Правда, так говорят не только о русских, но и о людях других славянских национальностей, в том числе украинцах. Кстати, на Украине к этому стереотипу относятся совершенно спокойно и часто шутят о том, что и в русских, и в украинских селах люди сами гонят самогон и жить без него не могут. Если честно, мне не очень нравится этот разговор, поэтому мне не так-то просто говорить на эту тему.

— Да ладно, я не собираюсь тебя судить, — попыталась я успокоить Оксану.

— Ну, смотри, а то перестанешь еще потом быть моей подругой!

— Что за глупости!

— Ну, ладно, скажу тебе все, что думаю на эту тему. Я слышала от иностранцев, что русский язык некрасивый. Только не обижайся! Я уже говорила тебе, что стараюсь не думать о стереотипах и избегать по жизни всякого рода клише. Все равно в каждой стране есть свои особенности, все люди разные, и несправедливо их судить по их национальной принадлежности и в целом называть их на этом основании плохими или хорошими.

— Да нет же, я не собираюсь обижаться, мне интересно тебя слушать!

— Ну ладно, некоторые иностранцы говорят, что русский язык агрессивный, неприятный и даже как будто похож на гавканье. Встречалась с мнением о том, что на слух русский язык похож на немецкий, хотя эти языки принадлежат к разным языковым группам и имеют, на мой взгляд, разное произношение.

Если честно, некоторые отличительные признаки русских я со временем начала замечать сама. Например, я часто встречалась с русскими, которые считают, что Россия — самая лучшая страна на свете и пытаются это демонстративно всем показать. Я согласна, что патриотизм — это хорошая вещь и что все люди должны гордиться своей страной. Но, мне кажется, что у некоторых русских патриотизм проявляется в какой-то преувеличенной форме, которая принимает иногда даже оскорбительный характер по отношению к другим странам. Помню, что, когда я работала в баре в Ницце, у нас часто бывали клиенты, которые приезжали на отдых из России. Так вот, очень часто среди русских встречались люди, которые старались дать всем понять, что они из России, что они самые лучшие, что они могут делать все, что захотят. Некоторые даже приходили в футболках с русской символикой или портретом Путина и говорили, что у них самый лучший президент в мире. Такое поведение выглядело не очень красиво и совсем неуместно, особенно учитывая то, что такой патриотизм, как мне кажется, является раздутым и совсем необоснованным, потому что каждая страна разная, в каждой стране есть свои плюсы и недостатки, и к тому же есть страны с намного лучшим экономическим развитием, чем в России.

Еще я заметила, что среди русских часто встречаются люди, которые совершенно не имеют собственного взгляда на политическую или экономическую ситуацию и просто повторяют идеи, которые были им внушены господствующей в стране идеологией. Когда общаешься с такими людьми, складывается впечатление, что они абсолютны не способны думать по-своему или развиваться. Они как будто следуют общепринятым в России клише об иностранцах, при этом считают себя самыми правыми и самыми умными, не уважают существование других культур и не пытаются понять других людей. Я не говорю о том, что все русские, с которыми я общалась вели себя таким образом, но встречались и такие. От некоторых своих знакомых я тоже слышала о том, что многие русские очень привязаны к политической идеологии современной России и открыто демонстрируют свой патриотизм. Это не значит, что ты так делаешь, я говорю в общем.

— Да я понимаю!

— Это хорошо, — сказала, хитро улыбнувшись, Оксана. — Но мне все равно уже нечего добавить, поэтому давай сменим тему. Я и так выложила тебе все, что думаю, хотя мне было непросто это сделать. Я все равно больше не могу ничего добавить на тему стереотипов о России и русских людях. Я даже не уверена, что все, что я рассказываю, интересно.

Но Оксана зря переживала, потому что мне всегда было интересно разговаривать с ней, потому что она говорила с душой, с эмоциями. Она рассказывала о стереотипах о России с такой интонацией, что я могла почувствовать, что ей действительно приходится иногда брать на себя их ношу.

И все-таки я уверена, что Оксана не любит всякого рода предубеждения. Бесконечный поиск новых человеческих личностей позволяет ей избежать стереотипов, однако ставит ее нередко в положение, при котором она сама становится их невинной жертвой. Упоминание невинности здесь совершенно не случайно, поскольку многие стереотипы, с которыми ей приходится сталкиваться, порой не имеют к ней никакого отношения.

Стереотипы о России и русских людях пришли неожиданно в жизнь Оксаны вместе с переездом во Францию, в результате чего можно четко определить момент их возникновения. Само собой напрашивается разделение жизни на два периода: жизнь без стереотипов и жизнь после появления стереотипов. Безусловно, такое разделение не стоит воспринимать как абсолютное, поскольку оно не сыграло никакой решающей роли в жизни Оксаны. Однако его констатация не только возможна, но и важна, поскольку она позволяет показать, насколько переезд в другую страну способен повлиять на восприятие мира и внести в жизнь людей совершенно неожиданные препятствия.

Однажды я отдыхала на пляже одного из городков Лазурного берега Франции. Был приятный, на радость жаркий майский день. Чувствовалось, что это только начало курортного сезона: туристов было немного, официанты были не уставшими, внимательными и вежливыми, море пахло свежестью, а от еще не прогревшейся морской воды немного сводило ноги. Когда настал момент закрытия пляжа, я все еще обсыхала на солнце перед тем, как покинуть море, и в этот момент ко мне подошла девушка примерно двадцати лет. Во время короткого разговора с ней выяснилось, что ее звали Кенза и что она приехала с друзьями из Туниса учиться во Францию. В тот вечер они отдыхали и искали способы приятно провести время. Она предложила мне присоединиться к их компании, но согласиться сразу же на ее предложение я не смогла, поскольку это никак не совпадало с моими планами. Однако понимая, что мне, возможно, больше никогда не выпадет шанс пообщаться в непринужденной обстановке с группой молодых студентов из Туниса, я предложила ей созвониться позже.

Встретились мы через несколько часов в квартире, которую снимал один из ее друзей. Оказавшись там, я окунулась в расслабленную обстановку выходного вечера студентов, которые собрались просто для того, чтобы отдохнуть. По словам одной из девочек, все они когда-то учились в одном лицее в Тунисе и вместе приехали для учебы во Францию, хотя и учились в разных университетах. Чувствовалось, что между ними существовала тесная связь долгой дружбы с устоявшимися личностными отношениями.

В комнате было прибрано, но стоял не очень приятный запах. Ребята курили травку, и от этого воздух постоянно наполнялся дымом. Поскольку я была очень просто принята в их компанию, они спокойно делали это при мне и даже настояли на том, чтобы я попробовала сделать несколько затяжек, когда я призналась, что никогда в своей жизни не пробовала ничего крепче, чем сигареты или кальян. Они уверяли меня в том, что травка поможет мне плодотворно проработать всю ночь, так как это является всем известным средством для вдохновения творческих людей. К сожалению, после встречи с ними я продержалась за написанием лишь пару часов, но наутро заметила, что спала в ту ночь крепко.

У меня быстро получилось найти с ними общий язык, и наш интерес в общении был взаимным. Думаю, что открытость молодежи при общении со мной объясняется не наличием у меня какого-либо специального таланта, а просто-напросто тем, что я выгляжу младше своего возраста. Видимо, внешнее восприятие действительно играет большую роль при установлении первого контакта с людьми.

Мы потратили на разговор чуть больше двух часов, в течение которых я спрашивала их о том, что они знают о России. Не скажу, что я услышала много нового о том, какими русские люди кажутся современному миру, но сам контекст этого общения был интересен. Очень часто самые лучшие вещи в нашей жизни случаются спонтанно. Можно много думать и планировать, разрабатывать стратегии и просчитывать каждый шаг, строить многолетние планы, следовать разработанным методам, изучать прошлый опыт и делать для себя выводы, стремиться избегать ошибки, но при этом не получать впечатляющего результата. А иногда одной силы мысли достаточно, чтобы стечение обстоятельств предоставило нам шанс получить то, что мы ищем годами. Кто-то называет это удачей, кто-то — интуицией, а кто-то такие шансы упускает.

Однажды мне выпала удача пообщаться с женщиной, которая занималась проведением тренингов для людей и компаний, испытывающих трудности в достижении своих целей. По ее словам, очень часто люди сами закрывают доступ к достижению своих целей путем излишней концентрации на деталях и строгого исполнения каждого этапа заранее продуманного плана. Согласно одной из используемых ей методик, поставленная цель должна иметь приоритет над средствами ее достижения, которые кажутся нам наиболее правильными и эффективными. Получается, что для достижения момента, когда можно почувствовать себя сильным и успешным, нужно сначала признать свое человеческое бессилие и принять течение обстоятельств. Но не стоит думать, что речь идет о ведении бездумного образа жизни в слепом поиске удачи. Идея состоит в сознательном и осмысленном восприятии происходящих ежедневно событий и умении их использовать и инвестировать в свое будущее. Иными словами, концентрация на цели позволяет избежать рассеивания своей энергии на бесполезные вещи и направлять ее в нужном русле. Не решусь заявить, что эта концепция является абсолютно верной и единственно правильной, поскольку моя жизненная философия строится на настоящий момент на идее о том, что все в этом мире может быть подвергнуто сомнению. Мир имеет свойство развиваться и меняться, пусть даже темпы этого развития могут значительно отличаться, в зависимости от временных и географических критериев. Но используемая этой женщиной методика оказалась мне близка тем, что она допускает возможность возникновения в нашей жизни неслучайных случайностей.

Признаюсь, что, когда меня одолевало желание поговорить с иностранцами о России, я совсем не думала о том, чтобы отправиться на Лазурный берег Франции для поисков студентов из Туниса. Тот факт, что я оказалась именно в том самом городе, на том самом пляже, в то самое вечернее время и привлекла к себе внимание именно тех молодых ребят, которые тоже наверняка никогда не прилагали никаких усилий для того, чтобы однажды провести вечер с девушкой из России, является одновременно простым и ярким примером случайного стечения обстоятельств, в результате которых родились эти строки. Я прекрасно понимаю, что малейший страх той девочки познакомиться со мной или мой страх присоединиться к их компании мог бы разрушить всю ситуацию, и я бы никогда не оказалась в той комнате на четвертом этаже в сумраке табачного дыма в окружении шестерых молодых ребят из Туниса.

Их открытость и непринужденность обстановки позволили мне собрать общее о том, что говорят, видят и слышат о России в Тунисе, и я была рада тому, что у каждого был свой ответ на мой вопрос, а одно мнение дополняло другое.

Поначалу я пыталась задавать наводящие вопросы или организовать высказывание мнений по кругу, но это выглядело ненужным. Разговор шел сам по себе, ребята постоянно друг друга перебивали, спорили, высказывали разные мнения, показывали мне фотографии русских девушек в Инстаграме и видео на ютубе. В итоге я позволила создать им свою историю о русских так, как они могли это сделать.

В самом начале нашего разговора невысокий парень с темными волосами по имени Мохаммед выпалил интересную фразу, которая звучала следующим образом:

— Русские либо очень богатые, либо очень бедные!

Выяснилось, что Мохаммед ничего не знал и не слышал о России до поездки туда со своим русскоговорящим знакомым, в семье которого есть русские корни. Он и смог организовать хорошее путешествие, благодаря которому они посетили Москву и Тверь.

— Это было несколько лет назад, — рассказывал Мохаммед. — Со времен той поездки я стал узнавать много другой информации о России через интернет, как все это сейчас делают. Моя поездка в Россию была лишь первым знакомством с этой страной. Я с удовольствием храню в памяти воспоминания о ней. Но я вижу в интернете столько фотографий и видео, что моя картина России уже, наверное, поменялась с тех пор. Ты знаешь, с течением времени и под влиянием распространяемой информации сложно сохранить эмоции и впечатления именно в том виде, в каком они были получены.

Из потока его слов я поняла, что, в его представлении, у русских людей открытая душа и они быстро становятся друзьями с разными людьми, в том числе с иностранцами. Русские произвели на него впечатление гостеприимных людей, свободных в общении и легко идущих на контакт. Однако это заявление вызвало достаточно активный спор среди его друзей, так как в разговор вступили другие парни и начали утверждать, что мы очень закрыты в себе и не любим общаться с окружающими. Кто-то начал приводить в пример университетского преподавателя из России, который всегда был неприветлив и очень часто злился на студентов. Кто-то начал вспоминать своих русских однокурсников, с которыми всегда было приятно проводить время во время вечеринок.

Затем обсуждение переключилось на американские фильмы с участием русской мафии и русских шпионов, в которых такие персонажи выглядели как лысые, сильные и злые мужчины, занимающиеся нелегальным бизнесом и зарабатывающие на этом большие деньги. Один из парней, который сидел в углу и постоянно крутил косяки, начал утверждать, что русские все время нервные и агрессивные.

В конце концов кто-то напомнил всем о том, что в Тунисе постоянно отдыхают туристы из России, а тунисцы очень любят русских за то, что они, как и тунисцы, умеют отдыхать. В результате мнения разделились, и мы сошлись на том, что русские могут быть разными.

Продолжая делиться своими воспоминаниями о поездке в Россию, все тот же Мохаммед рассказал, что самое большое впечатление на него произвели две вещи: красивые девушки и цены на водку. О русских девушках он говорил с настоящим восторгом:

— В России очень красивые девушки. Это что-то невероятное! Когда ты идешь по улице в России и видишь русскую брюнетку, ты просто не можешь оторвать от нее глаз, потому что ее красота безупречна. Русские девушки — просто неземные создания, они идеальны!

Что же касается водки, то его очень поразило ее количество в магазинах и тот факт, что бутылка водки может стоить дешевле, чем бутылка воды. Он видел русских людей, которые пили очень много водки, и ему показалось это нормальным, учитывая низкие цены на нее. В этот момент несколько ребят добавили, что русские туристы, которые отдыхают в Тунисе, пьют очень много алкоголя, вне зависимости от времени суток, часто даже утром. Особенно мне запомнилась следующая фраза одного из парней:

— Русские не пьют нормальный алкоголь, они пьют только водку… Целый день!

В компании была очень симпатичная девушка, которая ничего не слышала о стереотипах о русских, никогда не была в России и даже никогда не сталкивалась с ними в своей жизни. Но и это отсутствие конкретного мнения было составляющим компонентом той информации, которую мне удалось услышать. Любая информация, даже если она отрицательная, может быть ценной. В контексте моих поисков стереотипов встреча с человеком, который не смог ничего мне сказать в ответ, позволяет говорить о том, что люди, живущие без них, могут быть не мифом, а реальностью. В это сложно поверить, учитывая весь тот поток информации, который непрерывно движется в современном мире и влиянию которого каждый из нас ежедневно подвержен. Думаю, что понятие информационного вакуума является на сегодняшний день не просто несуществующим, а невозможным.

Кенза, благодаря которой эта встреча состоялась, говорила немного, в отличие от всех ее друзей.

— Россия — очень традиционная страна, — говорила Кенза, мечтательно глядя вверх. — Когда мне говорят об этой стране, в моей голове сразу же возникают образы русских женщин в сарафанах, платках с узорами и кокошниках, которые носят эту традиционную одежду каждый день. Я представляю, как эти женщины танцуют в русских костюмах национальные танцы под традиционную русскую музыку. Перед моими глазами предстают картинки Красной площади и Кремля — они мне кажутся главными символами России. А это правда, что Россия — патриархальная страна, что русские женщины не играют в обществе никакой важной роли: они домохозяйки, все время сидят дома, занимаются домом, готовят и убирают? — внезапно спросила Кенза.

Я не успела ей ответить, потому что Мохаммед, вдохновленный воспоминаниями о своем путешествии по России, решил поспорить с Кензой: он резко прервал ее в тот момент, когда она начала говорить о том, что русские женщины не работают и сидят дома. Он начал рассказывать, что во время поездки в Россию узнал, что, согласно статистике, в России проживает больше женщин, чем мужчин, поэтому среди работающего населения много представительниц женского пола.

— Мои русские однокурсники с гордостью рассказывали мне, что русские женщины знают свое место в обществе и позволяют мужчинам брать на себя инициативу и принимать решения, — уверенно сказал Мохаммед, оглядывая своих друзей.

— Я, конечно, не знаю, какие там в России женщины, но ходят слухи, что русские мужчины — неверные мужья и часто изменяют своим женам, особенно на отдыхе, — добавил высокий парень, сидевший рядом с Мохаммедом.

Я не побоялась мысленно отказаться от обобщения или систематизирования всего услышанного мною в тот вечер, поскольку это показалось мне бессмысленным. И, мне кажется, я приняла правильное решение, потому что неправильных решений не бывает. Человеческий страх часто является источником разрушения. Люди иногда кажутся всесильными, но на самом деле они часто боятся самых элементарных вещей. Кто-то боится проехать в общественном транспорте без билета, кто-то боится опоздать на встречу, кто-то боится вовремя не пообедать, кто-то боится скушать лишний кусок хлеба или вторую конфету. Этот список можно продолжать бесконечно. Если внимательно присмотреться к окружающим людям, то можно легко заметить, что, по большому счету, мы живем в обществе трусов, движимых не добрыми намерениями или вдохновленными мыслями, не интересными идеями и даже не осознанными желаниями, а просто-напросто страхом жить и ошибаться. В страхе потерять стабильность и призрак уверенности в завтрашнем дне люди хватаются за то, что им кажется наиболее простым и доступным, гонятся за легко и быстро получаемыми удовольствиями, боясь при этом выйти из своей зоны комфорта.

Возможно, что у нового поколения есть все шансы это исправить. Возможно, что со временем люди станут все меньше бояться чужого мнения, потери стабильного положения, смены обстановки или привычек. Возможно, что со временем правила станут проще, потому что человечество перестанет усложнять жизнь, а люди будут больше доверять друг другу. Хочется верить, что однажды больше не придется никому объяснять, что убивать — плохо, что чисто там, где не мусорят, и что людей не нужно будет больше пугать большими штрафами и тюремными заключениями в целях принуждения исполнения простых истин. На этой стадии поиска смысла мира могут, конечно, столкнуться две биполярные философии: одна, согласно которой мир безостановочно меняется, и другая, смысл которой заключается в том, что в этом мире ничто никогда не меняется, а если и меняется, то очень медленно.

Я стояла на французской улочке, без конца проверяя свой телефон в ожидании звонка. Только что стемнело, но остатки дневного тепла все еще согревали воздух, поэтому погода была приятной. И все же я не могла ей полноценно наслаждаться, так как переживала, что Оля и Луиджи не смогут быстро найти дом, в котором я снимала квартиру. Оля — моя подруга из России, Луиджи — ее парень из Италии. Пара с таким смешением национальностей не является редкостью, поэтому, когда около года назад Оля сообщила мне, что начала встречаться с итальянцем, я даже не удивилась.

В тот вечер я должна была впервые познакомиться с Луиджи лично. По рассказам Оли он был очень высоким и дружелюбным, прекрасно готовил итальянскую пасту и умел делать умопомрачительные торты. Я была очень рада их приезду и с нетерпением ждала их появления на горизонте улицы. Но они почему-то не появлялись, Оля не звонила и даже не писала, и я начала уже думать, что они все-таки потерялись.

Наконец я увидела Олю, которая приветливо махала, приближаясь ко мне. Рядом с ней шагал Луиджи, везя в каждой руке по чемодану, как настоящий джентльмен. Он был по-настоящему высок, так как рядом с ним даже высокая Оля казалась среднего роста.

— Привет-привет! — радостно сказала Оля по-русски и обняла меня, когда они с Луиджи подошли ко мне. Мы практически сразу перешли на английский язык, поскольку Луиджи не разговаривал по-русски.

Он произвел на меня приятное впечатление. Луиджи говорил на превосходном английском языке, и я не переставала повторять: «Оля, он так хорошо говорит по-английски! Я совершенно не слышу итальянский акцент!». Но Оля почему-то достаточно хладнокровно реагировала, отвечая: «Ну, он же уже давно не живет в Италии!». Зато Оля с гордостью рассказывала о том, что Луиджи постоянно готовит, не подпуская ее к плите. Нетрудно представить, насколько это делает ее счастливой, поскольку во времена нашего совместного московского студенчества она непрестанно повторяла, что хочет себе мужа-повара. Мы, конечно же, над Олей по-дружески смеялись, но ей все-таки удалось осуществить свою мечту: теперь у нее был не просто домашний повар, а повар-итальянец!

Посла того вечера, когда я стояла с телефоном на улице, мы встретились снова несколько лет спустя. Разговор о России между мной, Олей и Луиджи завязался сам собой, как это обычно случается, когда вместе собираются люди разных национальностей и обсуждают жизнь в разных странах.

— Я заметил, что пары из России, которые я встречал в кафе или ресторанах, были очень тихими и спокойными. Во время еды они практически не разговаривали. Этим они отличались от других пар, которые я видел в своей жизни, — сказал Луиджи и посмотрел на Олю в ожидании поддержки.

— Да-да, — тут же подхватила Оля. — Расскажи ей историю о русской паре, которая молчала весь ужин!

— Что за история? — поинтересовалась я.

— Один раз я где-то обедал или ужинал, — начал рассказывать Луиджи. — За соседним столиком сидела пара, которая не обмолвилась практически ни одним словом за все время, пока они ели. Я решил пошутить и сказал сидящему со мной другу, что готов поспорить, что эта пара из России. Как позже выяснилось, я был прав: эта пара, которая сидела и безмолвно ела, была парой русских. Похоже, что русские очень мало разговаривают между собой.

— Есть такое… — неуверенно поддержала я.

— О, а расскажи ей еще про еду!

— В смысле? — удивленно спросил Луиджи.

— Ну про борщ и картошку! — не унималась Оля.

— А, ну да, в Италии все люди почему-то думают, что люди в России кушают только борщ и картошку.

— Вообще-то борщ — это даже не русское блюдо, а украинское, — перебила Луиджи Оля, — но у них откуда-то появился стереотип о том, что борщ и картошка — это наша единственная еда в России. В общем, не знаю, почему они так думают.

— Наверное, так думают итальянцы, которые женятся на русских, — предположил с улыбкой Луиджи.

— Странно, что они на них женятся, потому что я постоянно слышу разговоры о том, что все русские девушки — проститутки, — недовольно сказала Оля.

— Ну, не все итальянцы так думают, — начал спорить Луиджи. — Например, у меня никаких стереотипов на этот счет нет. Я же встречаюсь с тобой, ты русская, но это никак не влияет на наши отношения.

— А может быть, Оля приворожила тебя! — попыталась я пошутить.

— Да, кстати, Луиджи, будь поосторожнее со мной! — засмеялась Оля. — Между прочим, когда я жила в Эдинбурге, мой друг из Эстонии рассказывал, что у него такое чувство, что все русские женщины очень близки к природе, что все гадания, привороты и так далее — это все наше родное. И русские женщины в этом очень сильны и хорошо во всем этом разбираются. Как он говорил, у нас много всяких примет, суеверий, и мы их хорошо знаем. Мы все гадаем на Рождество, чтобы предсказать будущее, например.

— Ты знаешь, — ответил ей Луиджи, — в Италии как-то вышла передача, в которой представили пять стереотипов о русских девушках. Эти пять стереотипов стали очень популярными в Италии, ведь о них рассказали по телевизору. Так, во-первых, многие итальянцы думают, что русские девушки рано становятся матерями и что они быстро снова приходят в форму после родов. Они быстро худеют и продолжают хорошо выглядеть. Во-вторых, русские девушки всегда сексуальны и любят соблазнительно одеваться. Они носят каблуки, короткие юбки, глубокие декольте, ярко красятся. В-третьих, русские замужние девушки терпят неверность. Они всегда прощают своих мужей, даже если те изменяют им, и спокойно к этому относятся. Мужчины имеют в браке полную свободу и могут делать все, что хотят. Русские жены будут все терпеть и никогда не бросят своего мужа. В-четвертых, по мнению итальянцев, русские девушки — идеальные домохозяйки. Их с детства учат вкусно готовить, стирать, убирать и т. д., поэтому они очень хорошие жены. В-пятых, русские девушки не устраивают скандалы. Они очень покорные, всегда говорят «да». Они не любят спорить, доказывать свою точку зрения, чего-то добиваться от мужа.

— Не все девушки, конечно, такие, но в этом есть доля правды. Как думаешь, Оль? — спросила я.

— Я не уверена насчет покорности, — в голосе Оли явно звучали нотки сомнения. — У нас на работе есть коллега из России, она из Сибири. Это очень рослая и статная женщина, которая много занимается спортом. Так вот, один мой коллега боится ее, потому что у него есть какой-то стереотип, что женщины из Сибири могут сделать все, что угодно. Мне кажется, он думает, что она способна побить его, если ей что-то не понравится.

Но я согласна, что русские девушки одеваются лучше многих европеек. Мы, например, любим носить каблуки, а в Европе каблуки — редкость. Когда я начала работать в Копенгагене, то по привычке все время ходила на каблуках. У нас же в России все женщины ходят на каблуках в офисах. А здесь это не очень распространено. И на работе мои коллеги-мужчины постоянно задавали мне много вопросов из серии «А как ты так быстро ходишь на каблуках?», «А ты не устаешь каждый день ходить на них?», «А ты всегда ходишь на каблуках?», «А ты знаешь, что ты становишься очень высокой, когда ходишь на каблуках?». Если честно, немного раздражает, когда постоянно слышишь такие вопросы. В итоге я все равно перестала носить каблуки, поэтому мои коллеги мне больше не задают такие вопросы.

Хотя, наверное, не все русские так уж хорошо выглядят. У меня, например, коллеги спрашивают, почему в России молодые девушки такие красивые, а с возрастом они превращаются в каких-то жаб. У нас просто недалеко от нашего офиса находится здание Всемирной Организации Здравоохранения. Там работает много русских женщин. Мне кажется, что они занимаются там разработкой каких-то международных стандартов. Не знаю почему, но все они выглядят примерно одинаково: это такие полные бабы бальзаковского возраста с непонятными прическами, очень странным цветом волос и очень необычным цветным макияжем. Короче, им где-то лет сорок пять, а выглядят они на все шестьдесят. Такое ощущение, что их собрали всех, как на подбор. Конечно, я бы не сказала, что у нас сейчас в России все женщины так выглядят. Это было очень распространено раньше. Когда я сейчас приезжаю в Россию, то вижу всяких женщин.

Некоторые еще говорят, что женщины в России все обкаченные силиконом и переколотые. Это я тоже, в принципе, сама заметила, не только по женщинам, но и по девушкам тоже. Наши бабы любят почему-то губы накачать, брови нарисовать, лицо перетянуть и так далее. Что скажешь, Луиджи?

— Когда я ездил в Россию, то заметил, что там много красивых девушек и некрасивых мужчин. Да, русские мужчины некрасивые, — повторился Луиджи. — И они все мне кажутся какими-то неприятными. Во время своей учебы и работы я сталкиваюсь иногда с выходцами из России или стран Восточной Европы. У меня сложилось впечатление, что все они очень самоуверенные люди. Возможно, потому что у них было строгое воспитание или потому что в этих странах другая методика преподавания. Как бы там ни было, они эгоистичные, очень прямые в общении, открыто говорят то, что думают, даже если это переходит все рамки приличия.

У нас есть профессор из Крыма. Было также несколько профессоров из Восточной Европы. С ними со всеми сложно работать. Студенты, которые приезжают из России, думают, что они самые умные, и не боятся показать это другим. Да, ты можешь быть умным, но совсем необязательно становиться из-за этого противным человеком. Русские почему-то все такие. Я бы назвал это, если честно, нехваткой воспитания и несоблюдением правил приличия. С вами очень тяжело работать, потому что вы создаете непростую рабочую обстановку. У вас конфликтный характер, вы агрессивны в работе и ведете жесткую конкурентную борьбу. В большинстве случаев это просто-напросто отравляет рабочую обстановку. Я, конечно, понимаю, что конкуренция может быть полезной и у каждого есть свои интересы, но для общего хорошего результата лучше сотрудничать, чем враждовать. А русские сложно идут на уступки, и с ними тяжело найти общий язык.

— Ну не знаю, — заговорила Оля. — Мой коллега-француз ездил не так давно в Россию. Он заметил, что у нас очень культурные и воспитанные люди, что многие читают в общественном транспорте, уступают друг другу место.

Хотя я часто слышала от иностранцев, что русские очень редко улыбаются. Я по себе тоже заметила, что раньше практически никогда просто так не улыбалась, а сейчас стала намного больше это делать. Когда я приезжаю в Россию, то по привычке первое время продолжаю так же постоянно везде улыбаться, и некоторые люди на меня иногда странно смотрят, как будто я какая-то ненормальная. Потом я со временем привыкаю к тому, что у нас не принято везде улыбаться. А когда возвращаюсь в Копенгаген, то снова начинаю постоянно улыбаться.

— Да, я тоже замечала за собой такое, — призналась я, немного посмеиваясь.

— Еще говорят, что мы не любим социализироваться, — продолжала свою мысль Оля, — ну, то есть, не так легко общаемся с незнакомыми людьми и не так легко заводим знакомства, как европейцы. У меня была однокурсница из Голландии, так вот она мне постоянно говорила, что она не может, как я, провести весь вечер с одним человеком. Когда она выходит потусоваться, то всегда общается со всеми подряд. Ей важно общение, просто нужно поговорить. Я так не могу. Я не стану сразу бежать со всеми знакомиться, когда приду в место, в котором никого не знаю. Я предпочитаю нормально поговорить с одним человеком, чем постоянно менять собеседника. Для меня это как-то странно. У меня даже сложилось впечатление, что европейцам важнее завести побольше друзей, неважно каких. Мне кажется, русские как-то стремятся завести дружбу в нормальном понимании. Я бы вот не сказала, что у меня прямо много друзей, но мне этого как-то хватает.

Хотя вот я заметила, что русские люди на вопрос «Как дела?» начинают реально рассказывать, как у них дела, и подробно делиться новостями из своей жизни. Нашими людьми этот вопрос не воспринимается, как просто вопрос, заданный из вежливости. Все иностранцы обычно стандартно говорят в ответ, что дела у них идут хорошо. Это все, что они отвечают, даже если дела у них идут очень хорошо или плохо. Такое ощущение, что они даже задают этот вопрос просто из вежливости, и им без разницы, что они отвечают друг другу. А ты что добавишь? — обратилась Оля ко мне. — Ты так сидишь, как будто скучаешь!

— Нет-нет! — начала я оправдываться. — Я тоже слышала много разных стереотипов о русских. Правда, не знаю, будут ли они все интересными или нет. Мне нужно подумать, чтобы вспомнить оригинальные стереотипы, потому что те стереотипы, которые мне сразу же приходят на ум, слышал, наверное, каждый. Например, почти все иностранцы, с которыми я общалась, говорили мне, что в России все пьют водку. Этим стереотипом никого не удивишь. Да, в основном я слышу распространенные стереотипы о водке, о морозах и о легких на развод девушках. Когда узнают, что я из России, сразу начинают задавать несуразные вопросы о том, ходят ли у нас по улицам медведи и бывает ли у нас лето.

— Ой, да, когда я училась в Венеции, — подхватила Оля, — то постоянно там слышала, что русскому человеку не может быть холодно. Из серии, что если ты из России, то тебе всегда и везде должно быть тепло, а если ты в Венеции и тебе холодно, то это идет против всякой логики. Только иностранцы почему-то не понимают, что холод в России и в Европе — две разные вещи. В Европе очень сыро, особенно в Венеции, поэтому холод чувствуется сильнее, чем в Москве, например. Я бы не сказала, что всегда суперлегко одевалась, даже если по прогнозу погоды была нормальная температура. Вечером часто носила теплую курточку, потому что из-за большого количества воды было очень сыро и холодно.

— Луиджи, а тебе было холодно, когда ты ездил в Россию? — спросила я заскучавшего Луиджи.

— Чтобы согреться, я пил водку, как настоящий русский мужик! — выпалил Луиджи, и мы хором засмеялись. — Я знаю, что русские мужчины много пьют, — продолжал сквозь смех Луиджи, — а когда они сильно напиваются, то часто дерутся. Я видел в интернете много видео с русскими пьяными мужчинами, одетыми в трико «Адидас». Если ты ужинаешь с русскими, то точно встанешь из-за стола пьяным, потому что они много пьют. Это я могу подтвердить по своему опыту. Вы — большие любители выпить.

— Ой, ты не единственный иностранец, который говорит, что русские пьют много водки, причем и женщины, и мужчины, — парировала Оля. — Хотя вот я очень часто видела иностранцев, которые напиваются намного сильнее. Правда, вот у меня такое ощущение, что многие из них просто не такие устойчивые к алкоголю, как наши люди. Иногда они приходят на вечеринку и после первого коктейля уже становятся никакими.

— Ой да! — подтвердила я. — Я тоже заметила, что многие иностранцы вообще не умеют пить, но при этом все время критикуют русских за алкоголь.

— Много, конечно, говорят глупостей! — ответила Оля. — Взять даже тех же моих коллег: чего только я не слышала в свой адрес… Ну, во-первых, они все думают, что я русский шпион, а во-вторых, я имела неосторожность рассказать им о своих уроках ОБЖ в школе, поэтому они все теперь думают, что я умею стрелять из автомата Калашникова. На самом деле я просто рассказала им, что наш учитель ОБЖ в школе в прошлом был военным. Видимо, он думал, что на уроках ОБЖ ничему интересному не может научить, поэтому учил нас собирать и разбирать автомат Калашникова. Я никогда даже не стреляла из него. Но после моих рассказов об этих уроках мои коллеги почему-то решили, что я теперь умею стрелять из Калашникова, и меня нужно бояться.

— Серьезно?! — сквозь смех спросила я, поглядывая на Луиджи, который тоже смеялся.

— Про КГБ тоже отдельная история, — продолжала Оля. — Короче, у меня в кошельке какое-то время была мелочь. Потом я должна была куда-то уехать, поэтому решила почистить свой кошелек на работе. Ну и так получилось, что у меня в кошельке была двухрублевая монета. С тех пор она так и лежала у меня на рабочем столе, и я даже, мне кажется, о ней уже забыла. Потом я как-то уехала в отпуск. И моя коллега из Америки решила приколоться, подойти к этим двум рублям и позвать меня. И как-то так получилось, что как раз в этот момент я написала ей в скайпе. Уже не помню, что мне от нее надо было. Но это было очень смешно. Теперь она и все мои коллеги думают, что в этом рубле есть устройство для прослушки всех разговоров и передачи их в Россию.

Иногда еще коллеги шутят про КГБ, когда я звоню по телефону в Россию, чтобы купить билеты на самолет. Там у авиакомпаний стоит автоответчик, который задает вопросы, и ему нужно четко отвечать, чтобы сказать, куда летишь, например. Ну и поскольку ты говоришь с машиной, ты отвечаешь, соответственно, кратко. И мои коллеги из-за этого стали прикалываться надо мной, что я звоню в КГБ и даю им по телефону разные секретные коды. Они вообще думают, что вокруг Копенгагена плавают подводные лодки русской секретной разведки. Не знаю, что наши лодки там забыли, но среди моих коллег откуда-то ходят такие слухи.

— Я не знаю, откуда у них в голове столько мусора о России! — сказала я возмущенно.

— Не знаю, — ответила Оля. — Они выдают иногда такие странные вещи! Научный руководитель моей дипломной работы рассказывал, что он был в России в 1994 году. И вот у меня такое ощущение, что он думает, что у нас как была разруха, так и осталась. Ну то есть похоже, что у него мнение о России не поменялось с девяностых годов, хотя любому понятно, что время идет и все меняется. И по новостям, мне кажется, много показывают репортажей о России, и можно заметить, что все изменилось и что такого бардака уже больше нет. Может, он новости не смотрит или просто не замечает, что в России уже все сто раз поменялось.

— Оля, — снова вступил в разговор Луиджи, — я много слышал о коррупции в России до того, как ездил туда, а когда я приезжал к тебе в гости, то понял, до какой степени она развита на всех уровнях. Один раз мне даже пришлось дать взятку в больнице, когда ты там лежала. Я оставил свой кошелек в твоей палате. Было уже поздно, и посещение пациентов было запрещено. Я подошел к дежурному, чтобы объяснить ситуацию и попросить его, чтобы он впустил меня только для того, чтобы забрать кошелек. Он плохо разговаривал по-английски, поэтому мне пришлось позвонить тебе, чтобы ты по телефону объяснила ему, в чем проблема, и когда ты перевела мне разговор, я понял, что для прохода в исключительном порядке мне нужно заплатить дежурному небольшую сумму в рублях. Я был в шоке и не ожидал, что у меня могут попросить взятку в больнице. Пришлось заплатить после того, как я забрал свой кошелек с деньгами.

— Луиджи, какое это имеет отношение к девяностым? — возмущенно сказала Оля.

— Я просто хочу сказать, что не ожидал, что у вас коррупция распространена в таких масштабах, — ответил Луиджи.

— Как будто ее нет в Италии! — продолжала возмущаться Оля. — В каждой стране люди ведут себя по-разному. Например, когда я училась в Эдинбурге, у меня тоже сформировались свои стереотипы об англичанах. Я заметила, что у них было иногда одинаковое поведение, которое я не всегда могла понять. Это, правда, наверное, немного не в тему, но я просто хочу сказать, что везде есть свои правила социального взаимодействия.

— Не спорю, но есть же какие-то общие принципы, которые должны соблюдаться в каждой стране, — настаивал Луиджи. — Ты же сама, например, рассказывала, что в России абсолютно не соблюдаются права человека.

— Ну, это, наверное, скорее всего, из-за того, что я учила в магистратуре права человека и мы много об этом говорили во время семинаров, — неуверенно ответила Оля.

— Хорошо, хорошо, я не собираюсь тебе ничего доказывать, Оля, — сказал ласковым голосом Луиджи, — я просто высказываю свое мнение. Я не так часто сталкиваюсь со стереотипами о России, а если и слышу о них, то не обращаю никакого внимания. Стереотипы, в принципе, никогда не играли какой-либо важной роли в моей жизни, поскольку я не привык воспринимать людей, исходя из предубеждений национального характера. Подобные разговоры ставят меня, если честно, в тупик.

И тут я подумала, что, возможно, ошибалась, когда думала, что весь мир заражен стереотипами. Но у меня тут же возникла мысль, что, может быть, напуганные разными статьями в интернете о международной и внутренней политике России, люди боялись откровенных разговоров. А может быть, некоторые люди просто предпочитают оставлять свои мысли при себе и не выпускать их за периметры своего сознания? Вопрос остается открытым, но, как бы то ни было, что бы люди ни придумывали и ни рассказывали о России, это никак не мешает мне общаться с ними на любые темы.

С Аранией я познакомилась во время учебы во Франции, и я очень благодарна судьбе за эту встречу. Эта девушка, красота которой поразила даже мою требовательную маму, отличается невероятной щедростью.

— Я люблю делиться с друзьями тем, что у меня есть! — сказала мне как-то Арания. — Это приносит мне настоящее удовольствие! Я не люблю, например, просто сидеть и кушать свою еду: мне нравится атмосфера, которая возникает, когда люди делятся ей друг с другом.

Помимо щедрости, Арания также наделена природной открытостью и дружелюбностью: мне кажется, она могла бы подружиться с любым человеком. Наверное, благодаря этим качествам у нее много друзей из разных стран, с которыми ей удается поддерживать отношения даже на расстоянии.

— В Таиланде люди не делают серьезных различий между русскими и жителями бывших стран СССР, в особенности по той причине, что все туристы из этих стран разговаривают на русском языке, — начала свой рассказ Арания на французском языке, когда я заговорила с ней о России. — Тайцы называют русскими всех людей, разговаривающих на русском и воспринимают их всех как жителей одной страны. Не делают особого различия тайцы и между русскими и жителями стран Восточной Европы: эти страны далеки от нас, мы мало о них знаем. Когда туристы приезжают в Таиланд из этих стран, они все кажутся нам похожими друг на друга: они говорят по-русски, а иногда их язык просто похож на русский, они все имеют похожую внешность. В общем, в Таиланде русскими называют не только русских. У тайцев есть свое понятие «людей из России» или «русских», которое, наверное, не совсем правильно. Я сама узнала об этом только со временем. В представлении тайцев достаточно быть высоким накачанным мужчиной со светлыми глазами, чтобы называться русским.

В Таиланде больше всего русских туристов на Пхукете и в Паттайе: в этих местах огромное количество русских, приезжающих на отдых.

— Да, я заметила это, когда ездила с друзьями на Пхукет, — вставила я.

— Моя мама работала какое-то время в Паттайе и делилась со мной своими рассказами о том, что она видела, — продолжала Арания. — Она работала в аэропорту, куда прибывало большое количество рейсов из России. Она рассказывала, что часто видела в аэропорту русских, которые возвращались в Таиланд после того, как их депортировали в Россию. У этих людей были проблемы с визами, они оставались в Таиланде дольше разрешенного им срока и не возвращались самостоятельно даже после получения штрафов. Мама замечала, что некоторые люди, которых полиция депортировала в Россию, снова появлялись через месяц на таможенном контроле, чтобы заехать в Таиланд с новыми визами. Видимо, они приезжали туда с туристическими визами и жили там до тех пор, пока их не задерживала полиция.

В Таиланде русские имеют репутацию мафии. Первое, что думают люди, когда ты разговариваешь с ними о России, — это русская мафия. В курортных зонах Таиланда много русских, которые остаются там жить и занимаются бизнесом. Насколько я знаю, собственниками большинства ночных клубов, баров, борделей являются русские. По крайней мере, так говорят все тайцы. Может быть, эти владельцы и не русские, а просто говорят по-русски, но в Таиланде не делают особого различия на этот счет и называют всех русскими.

Есть еще одна причина, из-за которой все русские мужчины нам кажутся мафией: в Таиланде показывали много американских фильмов с русскими персонажами, которые были представителями русской мафии, занимались торговлей наркотиками и женщинами. В этих фильмах было много эпизодов с большими русскими мужчинами со злыми лицами, которые зарабатывали много денег незаконными способами. Они боролись за лидерство с другими бандами, убивали своих врагов, участвовали в бандитских потасовках. Эти фильмы создавали впечатление, что все русские являются частью русской мафии, поэтому все тайцы воспринимают русских туристов именно так.

Если честно, до того, как я уехала из Таиланда, я думала, что все русские очень закрытые и необщительные. Мне казалось, что они мало разговаривают, как это показывалось в американских фильмах, в которых была русская мафия. Позже мое мнение изменилось.

— Почему?

— Когда я переехала жить во Францию, то какое-то время работала на пляже-ресторане, собственником которого была пара из Литвы. Они всегда много работали, часто допоздна, и у них было много русских клиентов на протяжении всего летнего сезона. Они хорошо ко мне относились, и мне нравилось у них работать.

Во время работы там я часто обслуживала русских клиентов, и у меня была возможность лично с ними пообщаться. В основном это были всегда одни и те же люди, поэтому у меня сложилось впечатление, что русские являются очень верными клиентами: если им нравится какое-то место, то они возвращаются туда постоянно. Хозяева ресторана говорили, что некоторые их посетители отдыхали у них несколько лет подряд, при этом они проводили все время на пляже и каждый раз тратили на отдых много денег. Они пили много алкоголя: несколько бутылок розового вина в день. Я очень любила этих клиентов, потому что они делали большие заказы и оставляли мне большие чаевые, поэтому я теперь думаю, что все русские люди такие же щедрые.

Русские клиенты были очень воспитанными и всегда уважительно со мной разговаривали. Я была поражена этим, потому что думала, что все русские люди суровые и грубые. Да, я поняла, что они имеют сильный характер и серьезную натуру, но они могут быть при этом общительными и приятными. Например, мужчины шутили со всеми, пытались выучить французские слова или говорить немного по-французски. Со мной они тоже много разговаривали. Мне показалось, что они всегда были очень самоуверенными, настаивали на своей позиции, могли открыто критиковать других, напрямую высказывали свою точку зрения.

— Это правда: среди русских много прямых и упрямых людей. Мне кажется, даже я такая! — засмеялась я, и Арания тут же подхватила мой смех.

— Я обратила внимание, что между мужчинами и женщинами было разделение, — возобновила свой рассказ Арания после того, как мы обе перестали смеяться и успокоились. — Можно даже сказать, что они отдельно друг от друга проводили время: мужчины оставались в компании мужчин, а женщины были между собой с детьми. Женщины мне показались холодноватыми и слишком серьезными. Им нужно было время, чтобы начать открыто общаться с людьми. Они всегда оставались вежливыми, как и мужчины, но не сразу становились открытыми и веселыми. В отличие от мужчин, женщины проводили все свое время с детьми, несмотря на то, что они были на отдыхе. Наверное, русские женщины очень привязаны к своим детям. Я заметила это еще раньше, когда встречалась с парнем из Бельгии, у которого бабушка по папиной линии была из России. Она произвела на меня впечатление женщины с сильным характером. У нее было собственническое отношение к своему сыну, то есть к папе моего бывшего молодого человека, и, по рассказам, у нее всегда были сложные отношения с женой ее сына.

После окончания работы на пляже-ресторане я уже не встречалась так часто с русскими, но у меня остались хорошие воспоминания: они произвели на меня впечатление серьезных и уверенных в себе людей. Как, например, ты!

Мы снова начали смеяться, после чего наш разговор начал постепенно менять русло, так как смех заставил нас вспомнить самые забавные и нелепые истории из нашего студенчества.

Мне было интересно послушать о стереотипах о русских туристах по нескольким причинам. Во-первых, это стереотипы о людях в их естественном состоянии. Как правило, люди на отдыхе сбрасывают с себя цепи, которыми им приходится себя оковывать в повседневной жизни. Отдых — способ расслабиться и отвлечься от рутинных забот. По этой причине я позволяю себе назвать стереотипы о туристах стереотипами о людях в их естественном состоянии. Конечно, не стоит понимать это выражение буквально и приравнивать, например, естественное состояние к животному состоянию. В контексте данной истории под естественным состоянием стоит понимать скорее состояние естественной свободы, когда человек меньше думает о различных правилах и ограничениях, которые приходится соблюдать на работе или дома. Когда человек отдыхает, у него есть возможность почувствовать себя свободным. Кто-то во время отдыха чувствует себя свободным от людей, кто-то обретает чувство свободы благодаря возможности не работать, кто-то свободен во время отдыха, потому что может больше заниматься своими хобби, кому-то удается почувствовать свободу за счет элементарной возможности много есть и пить, а кто-то свободно отдыхает, когда просто пропадает во сне.

Во-вторых, эти стереотипы можно назвать односторонними на том же самом основании, на котором их можно назвать стереотипами о людях в их естественном состоянии. Люди ведут себя по-разному в разных ситуациях и в разных состояниях. Когда мы судим о людях исключительно на основании их поведения на отдыхе, мы совершенно не принимаем во внимание их культуру общения в деловой среде.

В-третьих, поскольку туристические места часто собирают людей из разных стран, то стереотипы формируются в таких местах на фоне смешения, сравнения и контраста разных культур. Наверное, когда люди встречаются с большим потоком людей из разных уголков мира, они начинают замечать какие-то общие черты между людьми одной национальности. Думаю, что делают они это даже непроизвольно, чтобы как-то систематизировать предстающую перед глазами сложную картину. Рассуждать о стереотипах о людях разных национальностей легче всего местным жителям, которые на протяжении многих лет имеют контакт с приезжими из разных стран и располагают для этого солидным материалом. Пожалуй, в туристических местах есть все основания для рождения наиболее контрастных стереотипов.

История о злой красоте России была рассказана мне моим другом Адрианом, имеющим очень интересное происхождение, которое я никогда не встречала в своей жизни. В нем сочетаются греческие и австрийские корни, а четко определить свою национальность он отказывался или просто не мог. Встретить его мне посчастливилось во времена, когда ему было двадцать девять лет и он жил и работал в Люксембурге. Наше знакомство произошло при достаточно банальных для человека, живущего за границей, обстоятельствах.

Была зима 2018 года. Я переехала в небольшой город Мец на северо-востоке Франции, находящийся недалеко от границы с Люксембургом. Переехать в сам Люксембург у меня не было возможности за неимением вида на жительство, предоставляющего право проживать в этой стране. Я только начала работать в Люксембурге и никого не знала, кроме своих коллег. Желая расширить свой круг общения, я начала искать в интернете разного рода мероприятия, на которых можно было бы познакомиться с новыми и интересными людьми. Поиск не занял много времени, и через несколько недель я отправилась после скучного рабочего дня в бар, расположенный недалеко от центрального вокзала.

Будучи человеком, страдающим топографическим кретинизмом, я не отрывала глаз от экрана телефона, на котором было открыто приложение с картой города. Уже в который раз в своей жизни я была благодарна создателям новых технологий за то, что они избавили меня от страданий, связанных с поиском незнакомых мест в незнакомом городе.

Около половины восьмого вечера я оказалась наконец-то внутри просторного бара с незамысловатым интерьером. На входе меня встретили две девушки, на лицах которых автоматически появлялись европейские вежливые улыбки, как только они начинали с кем-то разговаривать. Девушки обратились ко мне на английском языке, попросив представиться, чтобы проверить наличие моей регистрации на мероприятие. В речи одной из них явно слышался акцент, по которому я сразу поняла, что английский не является для нее родным языком.

После того как мое имя было найдено в списке, меня попросили оплатить вход на мероприятие. Однако сделать это оказалось не так-то просто по причине двух обстоятельств: во-первых, оплата принималась только наличными деньгами, а во-вторых, как раз таки их у меня с собой и не было. С такой проблемой мне приходилось сталкиваться не раз, поскольку наличные деньги я не люблю уже давно.

Возвращаться на темную и холодную улицу совсем не хотелось, поэтому я тут же начала перебирать в своей голове все возможные способы решения моей проблемы. Немного поразмыслив и оценив окружающую обстановку, я отправилась к барной стойке. Мероприятие только началось, народу было немного, поэтому мне не составило никакого труда найти удобное место для разговора с барменом. Поскольку в Люксембурге основным языком общения в сфере обслуживания является французский, я обратилась на французском к первому молодому человеку, который подошел принять заказ:

— Добрый вечер!

— Добрый вечер, мадам! Что желаете заказать?

— У меня возникла небольшая проблема. Я не могу оплатить вход на мероприятие — они принимают только наличные деньги, а у меня с собой только карта. Возможно ли, чтобы я заплатила вам картой десять евро, а вы мне вернули эту же сумму наличными?

— Кто вам сказал, что такое возможно? Вообще-то мы так не делаем. Мероприятие проводится в нашем заведении, но у них отдельная касса. Мы не имеем никакого отношения к их проблемам с оплатой.

— Мосье, пожалуйста! — не унималась я. — Если вы мне откажете, мне придется искать банкомат на улице.

— Мне очень жаль, мадам, но это ваша проблема. Мне нужно спросить у менеджера. Возможно, он разрешит исключительно для вас.

— Спасибо! Я надеюсь, что он разрешит.

— Подождите немного, пожалуйста.

Через пару минут ко мне подошел мужчина лет сорока пяти и вежливо обратился ко мне:

— Добрый вечер, мадам! Какая у вас проблема?

— Добрый вечер, мосье! Мне нужно заплатить десять евро наличными за вход на мероприятие, а у меня только карточка. Могу ли я заплатить в баре эту сумму по карточке, чтобы вы мне вернули ее наличными?

— А вы не можете попросить, чтобы кто-нибудь заплатил за вас?

— К сожалению, нет. Я первый раз сюда пришла.

— Вы должны понимать, что обычно мы так не делаем. Но мы можем сделать для вас сегодня исключение.

— Спасибо огромное!

— Пожалуйста. Хорошего вечера! — Менеджер завершил разговор и тут же исчез.

Когда я наконец-то разобралась с оплатой, мне выдали бумажный бейдж и пригласили подняться на второй этаж бара, чтобы снять верхнюю одежду. Возле гардероба меня встретили с такими же по-европейски вежливыми широкими улыбками. Со мной заговорили на французском, атаковали вопросами о моей национальности и профессии, и в конце концов передали в руки мужчины испанского происхождения, который должен был представить меня остальным участникам мероприятия. Он аккуратно отвел меня в сторону и с довольным видом начал заводить разговор. Через несколько минут нашего общения я поняла, что он не собирается ни с кем меня знакомить и предпочитает не портить нашу компанию присутствием других людей. Однако в мои планы совершенно не входило потратить вечер на общение с одним человеком, поэтому, пытаясь скрыть свое легкое раздражение и не забывая держать на лице вежливую европейскую улыбку, я начала изучать боковым зрением стоящих рядом людей, чтобы осуществить план побега.

— Мосье, мне, конечно, очень интересно с вами общаться, но я бы хотела пообщаться и с другими людьми, — в конце концов я не выдержала, и моя русская прямота вышла из-под тени моей вежливой европейской улыбки.

— Вы, наверное, устали от моих вопросов?

— Меня не смущает, когда мне задают много вопросов, но я здесь ненадолго, так как мне нужно будет возвращаться домой на поезде, поэтому мне хотелось бы как можно скорее начать знакомство со всеми присутствующими.

— Ну зачем вам торопиться домой? Оставайтесь подольше, вам понравится вечер.

— Я не сомневаюсь, но мне завтра нужно рано вставать, чтобы ехать на работу. Я не люблю не высыпаться среди рабочей недели.

— Вы же такая молодая, зачем вам много спать?

Устав от его бесполезного флирта, я сделала вид, что мне стало очень смешно от его шутки, начала смеяться, отвернув голову в сторону. Поймав взгляд стоящего рядом парня, я обратилась к нему на английском: «Привет, ты откуда?». У нас начал завязываться разговор, а мосье из Испании, поняв, что мне удалось от него избавиться, без единого признака расстройства на лице быстро примкнул к какой-то группе людей.

В какой-то момент я заметила, что на второй этаж поднялся парень приятной внешности. Его неуверенный взгляд и нерешительность в общении заставили меня подумать о том, что он не знаком ни с кем из присутствующих, а его молодое лицо выдавало тот факт, что он был младше тридцати лет, что выделяло его из толпы всех присутствующих на тот момент людей.

У меня возникло желание пообщаться с ним, поэтому я тактично присоединилась к разговору компании людей, рядом с которой он встал. Это был Адриан, и именно он несколько недель спустя рассказал мне захватывающие легенды о России. Но в тот вечер наше общение ограничилось расспросами об имени, возрасте, стране происхождения, работе, причине выбора Люксембурга. Из всего того, что я услышала от него в тот вечер, мне почему-то врезалась в память только одна его реплика: «Мне нравится в Люксембурге, но мне бы хотелось иметь здесь больше друзей».

В какой-то момент нам стало неловко от того, что разговор не клеился, поэтому я предложила Адриану обойти бар, чтобы познакомиться с остальными. У меня оставалось уже немного свободного времени, поэтому торопливо завязывая поверхностные разговоры, я так же торопливо старалась завершить их. Адриан потерялся тем временем среди незнакомых мне людей, и мне пришлось потратить несколько минут, чтобы найти его перед своим уходом. Я предложила ему обменяться контактами, чтобы встретиться как-нибудь в другой раз.

Другой раз не заставил себя долго ждать. Проснувшись однажды воскресным утром, я долго лежала в постели, отдыхая после рабочей недели и думая, чем же себя занять в свой законно заслуженный выходной день. В конце концов я решила позвонить своей знакомой и предложить ей прогуляться по городу. Буквально через несколько минут после моего звонка мне начали приходить сообщения от Адриана, на которые я быстро отвечала:

— Привет, как дела?

— Привет, хорошо, собираюсь пойти прогуляться по городу. Как твои?

— Не знаю, чем заняться сегодня. В твоем городе есть куда сходить?

— Ну, я живу здесь недавно. Но могу точно сказать, что в центре очень красиво, я часто там гуляю на выходных.

— Если я приеду сегодня, ты сможешь показать мне центр города?

— Смотря во сколько. Я сейчас ухожу гулять с подругой.

— Подожди, я проверю расписание поездов.

Не дожидаясь, пока он проверит расписание поездов, я начала собираться и пошла в душ. Когда я вышла, то увидела сообщение:

— Мы можем встретиться на вокзале в два часа дня.

— Хорошо. Думаю, что я успею! — быстро ответила я.

— Ты уверена, что хочешь идти гулять? Прогноз погоды показывает, что сегодня очень ветрено.

— Я даже не смотрела его. Если честно, мне без разницы.

— Тогда я собираюсь. До встречи.

— Оk. Напиши, когда будешь в поезде. До встречи.

Адриан оказался абсолютно прав по поводу погоды. К моменту, когда мы встретились у входа на вокзал, я начала терять способность двигать пальцами рук, перестала чувствовать пальцы ног, а красноте моего носа мог бы позавидовать любой Дед Мороз или Санта-Клаус. Прогулка оказалась непродолжительной: обойдя несколько моих любимых мест, расположенных в центре города, мы отправились на поиски кафе. Здесь стоит повториться, что мы отправились именно на поиски кафе. Дело в том, что во многих европейских городах не так-то просто найти открытое заведение в воскресный день, в особенности в послеобеденное время.

Если мои воспоминания мне не изменяют, мы около часа бродили по центру, прежде чем мое тело наконец-то почувствовало долгожданное тепло помещения. Адриан галантно предоставил мне право выбора столика в полупустом зале, и я, окинув взглядом сразу не понравившуюся мне обстановку, выбрала деревянный стол на четыре персоны возле окна. Видимо, из-за отсутствия большого количества посетителей нас не стали тревожить просьбой пересесть за двухместный стол, с чем мне не раз приходилось сталкиваться в европейских заведениях.

Здесь мне наконец-то удалось разговорить Адриана, чтобы побольше узнать о нем. Он оказался очень интересным рассказчиком, и два часа пролетели абсолютно незаметно. Я услышала рассказы о том, почему в Словакии живется просто, но неинтересно, как пройти три собеседования в трех разных странах за одну неделю, почему карьера мешает службе в армии, как в Люксембурге чудом снять квартиру без посредника. Во время разговора я четко поняла одну вещь: с ним ни в коем случае нельзя терять связь, чтобы однажды расспросить его о том, что он слышал о России и много ли он встречал в своей жизни русских.

Вскоре после того, как стемнело, я предложила разойтись. Адриан проверил в телефоне расписание поездов, рассчитал время, необходимое для того, чтобы дойти до вокзала и успеть на поезд, и сказал, что у нас есть еще десять минут для оплаты счета и завершения разговора. Конечно, фразы, которыми мы стали обмениваться после этой паузы, уже потеряли прежний интерес, и мы проговорили оставшееся время, просто чтобы не молчать.

По дороге домой я перекручивала в мыслях услышанную в тот день историю жизни Адриана и не переставала удивляться тому, какими прекрасными бывают судьбы людей и как замечательно, когда в них удается окунуться не через экран, а через рассказы первоисточника. Однако я немного переживала, что нам больше не удастся встретиться в такой же расслабленной обстановке, чтобы расспросить Адриана об известных ему стереотипах о России. Но переживания мои были напрасными: спустя полгода Адриан признался, что истинной причиной его приезда в тот день было вовсе не желание погулять и посмотреть город, а желание увидеться со мной, которое переросло в желание снова увидеться со мной.

Прошло несколько недель. Ничем не приметным субботним днем мы с Адрианом начали банальную переписку в социальной сети о том, как идут дела, что нового, кто чем занимается. Время было послеобеденное, а планов на вечер, как оказалось, ни у меня, ни у него не было. Решив, что данная ситуации может стать хорошей возможностью для разговора о России, я открыто написала, что хотела бы встретиться, чтобы поговорить на эту тему. Адриан быстро согласился, попросив лишь уточнить, в какое время я прибуду в Люксембург на поезде. Он даже не стал отправлять мне сообщения с вопросами, чтобы понять, зачем мне это нужно. Наверное, в тот день ему было настолько скучно, что он был согласен на любое развлечение.

Мы встретились у главного входа в центральный вокзал Люксембурга и пошли в сторону площади Парижа, до которой было всего десять минут пешком. Несмотря на то, что это был субботний вечер, на улицах было спокойно и безлюдно, и Адриан начал искренне жаловаться на то, что зимой в этом городе делать нечего, что живется там очень скучно, потому что на выходных все постоянно куда-то уезжают. На улицах действительно не было никаких признаков жизни, и во мне начали закрадываться сомнения, что он абсолютно прав.

В кафе на площади Парижа, в которое мы сели, было немноголюдно для субботнего вечера. Поставив Адриана в известность о времени отправления последнего поезда, я сразу же определила временные рамки нашего разговора и перешла к делу. Мне не хотелось терять ни секунды, чтобы полностью успеть задать все вопросы. Признаюсь, что мне очень повезло с собеседником, потому что Адриан был так же открыт и разговорчив, как в прошлый раз, когда мы с ним виделись, и он успел рассказать мне все, что думал и знал о русских.

Если обобщить все то, что я услышала в тот вечер, то можно смело нарисовать следующий образ: русские люди — странный и ужасный народ. Кажется, что это не самый лицеприятный образ, но весь парадокс состоит в том, что именно легенды о странных и ужасных русских заставляют весь мир так много говорить о них.

Спешу отметить, что Адриан никогда не был в России. Выходит, что он даже не имеет никакого реального представления о том, какой эта страна является на самом деле. Однако интересу, с которым он рассказывал мне о странных русских людях, можно только позавидовать. Его интонация была настолько убедительна, что не будь я русской, я бы начала наивно верить, что в России действительно живут вечно пьяные мужчины, женатые на вечно несчастных домохозяйках. Я слушала его рассказы открыв рот, который иногда приходилось прикрывать рукой для приглушения громкого смеха. Временами мне казалось, что он придумывал свои истории на ходу и едва в них верил сам, однако это не делало его рассказы менее интересными.

Надеюсь, что когда-нибудь судьба предоставит ему возможность поехать в Россию, чтобы оценить по достоинству все особенности этой страны, и неважно, будет ли это Москва, или Санкт-Петербург, или города просторной холодной Сибири. Возможно, это существенно изменит его представление о России и разрушит некоторые стереотипы. Мне бы очень хотелось встретиться с ним после такой поездки, чтобы послушать с интересом его рассказы о том, что его больше всего поразило и в какой степени изменилось его мировоззрение. Его размышления были бы для меня особенно интересны, поскольку он, как и я, прочитал немало русских классиков, в числе которых Достоевский и Толстой, и, мне кажется, он бы непроизвольно воспринял Россию под влиянием картин, возникших в его сознании в ходе прочтения произведений великих русских гениев.

Я старалась уловить все детали рассказов Адриана о странных и страшных русских. Он говорил почти не останавливаясь, и лишь под конец мне пришлось задать ему несколько наводящих вопросов. Мне даже показалось, что он испытывал большое удовольствие от этой игры в интервью. По крайней мере, он не переставал довольно улыбаться каждый раз, когда очередная сказанная глупость о русских доводила меня до громкого смеха.

— Я знаю, что у меня есть талант рассказывать истории и я мог бы писать книги, — выпалил Адриан через пару минут после того, как мы устроились за небольшим столиком.

— Так что же тебе мешает?

— Я же не русский — я не такой смелый, как ты.

— Я смотрю, тебе уже не терпится перейти к главной теме разговора.

— Конечно, я всегда готов.

— Мне нравится твой настрой.

— У меня всего-навсего талант и хорошее чувство юмора. Хотя что нового я могу тебе рассказать? Ты и без меня знаешь, что все мужики в России пьют, а любая девушка заслуживает ходить по подиуму. И про то, что у вас там вечная зима, знают во всем мире.

— Стоп-стоп, так дело не пойдет. Ты собираешь все сразу в кучу.

— Это как?

— Ну, может, я дам тебе немного времени подумать, с чего начать и как продолжить? Или тебе будет удобнее по-другому? Я не хочу сильно стеснять тебя, чтобы твой рассказ остался спонтанным.

— Конечно, он должен остаться спонтанным, я же такой прекрасный рассказчик.

— Хватит набивать себе цену! Давай перейдем на серьезный тон.

— Ладно, я постараюсь, хотя, мне кажется, мое чувство юмора должно разбавить твою русскую серьезность.

Посмотрев в стороны, сделав пару глотков пива из своего стакана и хитро улыбнувшись, он наконец-то начал свой саркастический рассказ.

— Ну вот скажи мне, кто не слышал о знаменитом стереотипе о том, что все русские люди пьют водку вне зависимости от пола, возраста и времени суток? Это же ясно и понятно всем, что Россия представляет собой не что иное, как сборище людей, для которых водка является продуктом, жизненно важным для выживания в тяжелых климатических условиях. Водка — это символ России.

— То есть ты все-таки решил начать именно с этого стереотипа? А откуда ты вообще его взял? Как ты о нем в первый раз услышал? Просто поразительно, насколько этот стереотип прижился в сознании человечества и как легко о нем говорят люди из разных стран.

— Я даже не могу объяснить, в какой момент и по какой причине в моей голове зародилась и прочно осела идея о том, что все русские — пьяницы. Я даже не могу понять, откуда она появилась, кто и в какой форме мне ее передал. Наверное, случилось это по той причине, что все окружающие меня люди так думали и говорили об этом с такой же непринужденной легкостью, как если бы обсуждали тот факт, что планета Земля круглая. Наверное, этот стереотип пришел ко мне вместе с неким коллективным сознанием моего окружения, влиянию которого я непроизвольно поддался. Времена менялись, я жил в разных странах, и мне уже сложно сказать тебе, как, где и при каких обстоятельствах стереотип о пьющей России появился в моей жизни. Но что самое интересное — я как будто всегда знал и помнил его. Мое призрачное представление о массовом алкоголизме русских людей сопровождало меня всегда.

Но ты знаешь, жизнь не раз предпринимала попытки разрушить этот стереотип, что приводило меня каждый раз в полное разочарование, потому что пьянство русских стало для меня притягательным мифом. Жизнь почему-то все время сводила меня с непьющими русскими, портящими все мои представления о русских-алкоголиках: она сводила меня не с теми людьми, о которых я мечтал. Мне кажется, что она специально сводила меня с ненастоящими русскими, с их подделкой.

В общей сложности за свою жизнь я имел возможность сблизиться с шестью русскими, один из которых никогда не принимал алкоголь, а другие пять пили только минеральную воду, пиво или вино.

— Подожди-подожди, а разве пиво и вино не алкоголь?

— Ну, не смеши меня! Ты же сама знаешь, что эти напитки не воспринимаются во многих странах как алкоголь! Так вот, чтобы как-то оправдать злую шутку, которую со мной сыграла судьба, я разработал собственную теорию о том, что все шестеро русских заранее знали о существующем в моей голове стереотипе и решили взять на себя миссию разрушить его, чтобы обрести таким способом уважение иностранцев. Кстати, о любви русских к уважению и власти я потом тебе подробно расскажу. Ты же попросила, чтобы в моих рассказах был порядок.

— Спасибо за твою внимательность!

— Всегда пожалуйста! А знаешь, кто был для меня самым большим разочарованием?

— Кто же?

— Один русский парень, который никогда не пил алкоголь. Если честно, я даже сомневаюсь, что он был русский. Я уверен, что с ним было что-то не так, раз он не пил алкоголь. В любом случае, он был самым большим разочарованием. Если я встречу еще шесть таких же русских, не пьющих водку, я обязательно поеду в Россию. И я буду очень расстроен, если узнаю, что русские не пьют, потому что окажется, что в течение долгого времени я жил в полном неведении реальности.

— Ага, значит, ты не любишь признавать, что ты не прав?

— Нет, конечно. Кому это нравится? Я упорно не теряю надежду, что однажды я приеду в Россию и смогу пить водку в сугробе вместе с толстым и волосатым русским мужиком. И я не сомневаюсь, что мне не составит никакого труда найти в России такого мужика, потому что я уверен, что они там везде. Очень хочется верить, что где-то там, в далекой России, меня ждет мой огромный пьяный русский друг, который сидит каждый день в сугробе и в одиннадцать часов утра начинает пить уже вторую бутылку водки. И у этого моего русского друга обязательно должна быть несчастная жена, которая без конца занимается уборкой дома и проливает ежедневно от безысходности тонны слез.

— То есть ты думаешь, что в России так везде?

— Конечно! Наверняка любой населенный пункт России, вне зависимости от места его нахождения, выглядит следующим образом: в каждом сугробе на улице сидит огромный пьяный мужик, а в каждом доме несчастная замужняя русская баба моет посуду. Тот факт, что у вас огромная страна с большим населением, меня абсолютно не смущает. Все настоящие русские люди живут именно так и должны жить так. Все остальное — неправда.

— Тебе стоит поехать в Россию…

— Возможно!

— Ты закончил свой рассказ про пьяных русских мужиков, сидящих в сугробах?

— Да.

— Тогда что у нас там с манией власти? Можешь поподробнее рассказать?

— Слышала когда-нибудь знаменитые цитаты Черчилля о России?

— Припоминаю, но, если честно, точно не помню.

— Так вот, когда я говорю о русских и власти, мне приходит на ум его высказывание о том, что русские восхищаются силой и презирают слабость. Я уже не помню его цитату дословно, но ее смысл примерно таков. И я считаю, что Черчилль был умным человеком и знал, о чем говорил, поэтому предпочитаю ему верить. К тому же мнение Черчилля абсолютно совпадает с моими мыслями о русских. Более того, оно совершенно не противоречит моему опыту общения с ними.

Думаю, что нынешний президент России Владимир Путин является ярким примером стремления русских быть сильными и властными. Когда я смотрю репортажи с его участием, во время которых он охотится с голым торсом на просторах Дальнего Востока России, то мне кажется, что он очень похож на Рэмбо[3]. Я бы даже назвал его этаким русским Рамбловским[4]. Так вот, этот самый Путин-Рамбловский является, по моему мнению, неким олицетворением идеала русского воинственного мужика, готового завоевать весь мир. Именно такой мужчина достоин уважения других людей.

— Ну, президент президентом, а причем тут все остальные мужчины, живущие в России?

— Мне кажется, что любого русского мужчину можно было бы назвать Рамбловским, ведь у них у всех всегда такой серьезный и грозный вид, независимо от социального и материального статуса. Ты не думай, что Рамбловским может и должен быть только Путин. Совершенно нет. Например, мой русский знакомый, который никогда не пил алкоголь, — настоящий Рамбловский. Он был просто невыносим в своем желании показаться властным и завоевать уважение. Во-первых, он очень не любил, когда я говорил ему, что делать. Во-вторых, его жутко раздражало, когда я давал ему советы, и он не мог понять, как я вообще осмеливался это делать. И в первом, и во втором случае мое поведение воспринималось просто-напросто как неуважение, хотя об этом не было и речи. Мне кажется, он искал повод, чтобы разозлиться на меня, а возможность поставить меня на место доставляла ему удовольствие. Наверное, я был жертвой его самоутверждения.

Кстати, этот вечно злой русский друг часто говорил мне о том, что русские девушки любят грубых и злых мужчин. По его рассказам, они охотнее выходят замуж за властных парней, чем за флегматичных романтиков, приносящих им каждый день в постель завтраки и букеты роз. Думаю, ты не забыла того сурового русского мужика, который пьет в сугробе водку с одиннадцати часов утра? По всей видимости, теория моего друга о популярности грубых парней среди прекрасных русских женщин является объяснением того, почему несчастные жены русских пьяниц не уходят от них и продолжают терпеливо мыть посуду, в то время как их мужья распивают на морозе водку. Ответ очевиден и прост: русские женщины остаются со своими мужьями, потому что они грубы и властны, а если они и бьют, то, значит, любят. Сложно, конечно, понять, почему цветам и подаркам несчастные русские женщины предпочитают грубость и неуважение. Русские мужчины любят, когда их уважают, но, как мне кажется, не очень любят уважать других, особенно своих жен.

Не могу точно сказать, пользовался ли мой вечно злой русский знакомый большой популярностью среди русских девушек, но, по всей видимости, он был уверен, что самоуверенность и грубость являются секретом успеха. Что же тогда русские люди понимают под любовью? Ответ на этот вопрос я пока не нашел. Пожалуй, задам его своему суровому русскому другу-пьянице, который ждет меня в сугробе: он, наверняка, сможет мне много поведать о русской любви.

Благодаря своей власти русские Путины-Рамбловские не только успешно удерживают возле себя своих несчастных жен, но так же успешно заставляют их работать. Я наполовину грек и часто вижу русских женщин, когда бываю в Греции. К сожалению, не могу сказать, что я видел исключительно загорающих на пляже красавиц, наслаждающихся жарким греческим солнцем и приятным морем. Как правило, русские женщины, которых я видел, много трудились на сложной работе, зарабатывая себе деньги на существование. И ты знаешь, я ведь никогда не встречал русских мужчин, работающих в Греции, и мне всегда было интересно, чем же они занимаются. Наверное, сидят в сугробах, пьют водку и отдают приказы своим женам ехать в Грецию зарабатывать деньги на водку еще до того, как она закончится. Этакое русское проявление мужской власти в семье.

— Да ты раскритиковал русских мужчин как только можно!

— А что, разве это не правда? Разве русские не любят власть? Да ты посмотри на карту мира! Стремление русских к власти довело ваш народ до того, что вы захватили самую большую территорию в мире. Только вот в погоне за количеством ваши предки, по-моему, совсем забыли подумать о качестве. Безусловно, невозможно недооценить все богатство природных ресурсов России, благодаря которым имена российских бизнесменов то и дело мелькают в статьях о богатейших людях мира. Но мне кажется, что никакое богатство ресурсов не спасет вашу страну от ужасной погоды. Я никогда не был в России, поэтому у меня не было возможности прочувствовать на себе вживую все прелести русского климата. Наверное, я должен быть благодарен за это судьбе, так как, судя по тому, что я слышал, в России всегда плохая холодная погода. Мне кажется, русские люди понимают, что наступило лето в тот момент, когда снег теплеет или хотя бы начинает таять. Неудивительно, что Россия не находится в списке самых популярных туристических направлений. Вот как вы там живете? Наверное, вы способны приспособиться к любым климатическим условиям?

— Скажем так, ко всему привыкаешь. Да и каждому нравится свое. У меня, например, есть знакомые, которые мечтают жить в стране, где зимой часто идет снег.

— Я не верю!

— Я не сомневаюсь! Так, давай сменим тему: говорить про погоду слишком банально. Расскажи еще что-нибудь. Я уже поняла, что в России живут грубые пьяницы, любящие власть. Чем еще дополнишь этот прекрасный образ?

— Так, дай подумать. А, я знаю! Все русские люди серьезные.

— Это комплимент?

— Воспринимай, как хочешь. Анализируя поведение моих русских знакомых, я прихожу к выводу о том, что они действительно никогда не смеялись. Остается только догадываться, делали ли они это намеренно или нет.

Вот смотри, русские мужики строят из себя людей, ищущих власть и требующих к себе большого уважения. Вполне логично предположить, что такие люди являются серьезными. По крайней мере, мне кажется, что данная логика полностью соответствует русскому менталитету. Мне лично сложно представить, чтобы огромный страшный Рамбловский, желающий захватить весь мир, был веселым и простоватым парнем. Хотя, безусловно, у каждого могут быть свои минуты слабости, которые у русских, вероятно, наступают только в моменты полного уединения, чтобы не рисковать потерей уважения окружающих людей. Насколько я понял, русские люди считают, что серьезность и уважение связаны напрямую: чем меньше ты смеешься, тем больше люди тебя уважают — и наоборот. Сильный и уважаемый русский человек не должен много смеяться.

Вот только мне кажется, что результат, которого добиваются русские люди, полностью отказываясь от смеха, расходится с их ожиданиями. На своем личном примере могу сказать, что серьезность русских никак не прибавляла им больше уважения в моих глазах. Они мне казались скучными. Возможно, они бы стали менее скучными под влиянием алкоголя, но, к сожалению, мне пока не выпадало счастья встретиться с пьющими русскими.

На самом деле это просто поразительно, как русским людям удается оставаться все время серьезными, несмотря ни на какие провокации. Наверное, это у вас в крови. Или в голове. Или просто-напросто в мимических мышцах.

В этот момент я не выдержала и начала истерично смеяться. Адриан довольно улыбнулся, как будто добился своего результата, и продолжил свой рассказ:

— Должно же быть какое-то объяснение тому, что русские никогда не смеются. Чтобы найти такое объяснение, мне пришлось разработать теорию о существовании специальной русской мимики лица, функционирование которой полностью исключает выражение позитивных эмоций, и в особенности смеха. Наверное, мозг русских людей построен так, что он неспособен посылать сигналы для начала движения мимических мышц, ответственных за выражение смеха.

Кстати, не стоит думать, что серьезность русских людей относится исключительно к мужчинам. Все русские женщины тоже очень серьезные.

— Но я ведь смеюсь!

— Мне, наверное, просто мерещится! Мой непьющий русский друг рассказывал, что русские девушки не любят шутки и обращают внимание только на серьезных парней. Наверное, парням из Западной Европы сложно встречаться с русскими девушками: они не такие брутальные, как русские парни. А если к этому прибавить еще и слухи о том, что русские девушки способны перепить любого европейца, то ситуация становится совсем безвыходной. Вот почему ты не заказала себе сегодня водку?

— Я не люблю ее и пью крайне редко.

— Ты меня расстраиваешь! Ты точно ненастоящая русская! Ты даже улыбаешься весь вечер!

— Почему я не могу улыбаться-то?

— На самом деле это хорошо, что ты улыбаешься. Значит, я нескучный рассказчик. Я же говорил тебе, что у меня талант! А может, тот самый волосатый русский друг, ждущий меня в сугробе с бутылкой водки, на самом деле веселый? Может, протрезвев, он посмеется вместе со мной над любыми жизненными неудачами?

— Ну, может быть. Ты сначала попробуй найти его в России.

— Конечно, найду.

— Ты начинаешь утомлять меня своими неимоверными рассказами. Как тебе только удается сочинять всю эту ерунду?

— Ну ладно, так уж и быть, расскажу что-нибудь хорошее.

— Дай угадаю. В России самые красивые девушки?

— Какая ты догадливая! Любой среднестатистический грек считает, что любая русская девушка выглядит как модель Victoria's Secret. Думаю, что русские мужчины могут смело этим гордиться, а иностранцы не без основания завидовать своим братьям-славянам. Хотя я не вижу никаких оправданий тому, что вашим огромным волосатым мужчинам, пьющим в сугробе водку, достались такие прекрасные девушки. Это просто-напросто несправедливо! Это даже эгоистично! Мало того, что этим пьяницам удалось захватить самую большую территорию нашей планеты, пусть даже с отвратительной погодой, так эти нахалы еще и умудрились распространить свою власть на женскую красоту. Надеюсь, что их власти хватит на то, чтобы ее сохранить и защитить, потому что, как сказал кто-то из российских писателей, красота спасет мир[5]. В общем, я уверен, что, если поеду в Россию, то на каждом шагу мне будут встречаться исключительно красотки-модели. Или медведи. Или пьяные мужики в сугробах.

В тот вечер Адриан здорово поднял мне настроение, и я возвращалась домой с улыбкой на лице, думая о том, что русский народ, возможно, не является единственной жертвой разного рода стереотипов. Невероятные и странные легенды о том, как живут люди в разных странах, можно услышать всегда и везде. И я уверена, что даже тот же Адриан, может быть, однажды расскажет мне много увлекательных историй о всех народах мира. Но это случится однажды.

Наверное, человеческая натура устроена так, что она постоянно нуждается в чем-то незнакомом и необычном. Если бы люди были лишены тяги к чему-то новому, то мир никогда бы не познал продукты эволюционного развития человечества. Пожалуй, самым ярким доказательством силы человеческого любопытства является изобретение средств массовой информации, создающих иллюзию получения достоверной информации о том, что происходит в разных уголках мира.

Я все еще жила в Меце, не имея возможности переехать в Люксембург и снимая однокомнатную квартиру с огромным балконом. Эта квартира находилась в многоэтажном доме, который несколько выбивался из архитектурного плана квартала, состоявшего из узеньких французских улочек со старыми, но очень хорошо смежными домами. Дом находился недалеко от вокзала, и это было удобно, так как мне приходилось добираться до Люксембурга на поезде. Я с удовольствием ходила по этим улочкам на вокзал и обратно, наслаждаясь спокойствием французской провинции и красотой разноцветных смежных домов, окрашенных, главным образом, в пастельные цвета.

До меня эту квартиру снимал молодой разговорчивый француз с типичным французским именем Жером. Он был высокого роста со светлыми кудрявыми волосами и работал в отделе продаж компании L'Oréal. По просьбе Жерома собственники квартиры попросили меня не убирать его имя с почтового ящика, чтобы он мог продолжать получать письма до тех пор, пока полностью не сменит адрес.

Как-то раз Жером написал мне, чтобы узнать, сможет ли он зайти вечером, чтобы забрать накопившиеся письма. Мы договорились, что он придет ближе к девяти вечера, но около шести часов он сообщил, что не сможет вернуться в Мец раньше одиннадцати из-за работы и спросил, смогу ли я отнести письма на его квартиру и отдать их Халеду, которому он сдавал одну комнату, чтобы побыстрее выплатить кредит на только что купленную квартиру. Поскольку Жером жил в десяти минутах ходьбы от моего дома, мне не составило никакого труда согласиться отнести письма.

Когда Халед открыл дверь в квартиру, я сразу по его внешности поняла, что он не был коренным французом. Я не ошиблась, поскольку после нескольких вопросов выяснилось, что он недавно приехал учиться в Мец из Марокко. Уловив открытость и разговорчивость Халеда, я решила завязать спонтанный разговор о России, во время которого он рассказал мне забавные истории о ней.

— Парни в моей стране очень любят русских девушек, — начал с улыбкой говорить Халед, — и многие из них мечтают жениться на девушке из России. В представлении марокканцев русские девушки являются красивыми блондинками с открытой душой. Они красивее марокканок, но при этом проще и менее требовательны. На красивой и хорошей русской девушке проще жениться, чтобы создать крепкую семью, чем на девушке из любой другой страны.

Среди парней в Марокко ходит легенда о том, что Россия — страна со сказочно красивыми невестами. Марокканцы любят Россию просто за то, что в ней живут красивые девушки. Марокканские мужчины очень ценят женскую красоту, и каждый из них мечтает иметь красивую жену. Можно назвать мечтой всех наших мужчин жениться на девушке из России, потому что они все красивые. «Поехать в Россию, чтобы привезти оттуда жену» — это идеальный план для многих марокканских парней, которые хотят завести семью. Среди моих друзей есть ребята, которые планируют однажды поехать в Россию за красивой девушкой, чтобы привезти ее в Марокко и жениться на ней.

Познакомиться с красивой девушкой из России проще, чем с девушкой из Западной Европы. Девушки из Восточной Европы, в целом, легче идут на контакт, чем, например, француженки. Когда я бывал в Восточной Европе, то заметил, что в ночных клубах легче знакомиться с красивыми девушками, чем, например, во Франции.

Если говорить только о русских девушках, то мне кажется, что они более открыты к нашей культуре. Они не отталкивают наших парней по той простой причине, что они из Марокко, часто выходят замуж за марокканцев, поэтому и пользуются у нас большой популярностью. Они очень легко привлекают к себе внимание марокканцев своей внешностью. Все русские девушки блондинки, а блондинок в Марокко практически нет. Их сразу видно на улице, так как мужчины у нас не привыкли видеть каждый день красивых блондинок. В Марокко тоже есть красивые девушки, но они очень требовательные. Красивые русские девушки менее требовательны и не такие материалистки, как красивые марокканки.

— Получается, что жениться на красивой девушке из России проще и дешевле, чем на красивой марокканке? — в лоб спросила я Халеда.

— Ну да, выходит, что так. В нашей стране строго соблюдаются многие традиции, и, например, для организации традиционной красивой свадьбы нужно много денег, за которую, по традиции, должен платить мужчина. Но не у всех марокканцев есть деньги на оплату большой традиционной свадьбы, а они все же хотят жениться на хорошей красивой девушке. Парни знают, что в России можно найти девушку своей мечты, которая будет готова переехать в Марокко, чтобы выйти за него замуж, которая будет хорошей женой и на свадьбу с которой не потребуется много денег. Поэтому те, кто не может оплатить традиционную марокканскую свадьбу, мечтают поехать в Россию, чтобы найти там хорошую жену, потому что в России много красивых девушек, на которых можно жениться, ничего не заплатив.

— А что ты еще знаешь о России, кроме того, что там можно найти хорошую невесту? — спросила я, рассмешив своим вопросом Халеда.

— Есть клише о русских, которые у всех на слуху. О них знают все. Любой из моих знакомых скажет тебе, что в России очень холодно зимой, потому что об этом все знают. Есть такие клише, которые просто существуют и в которые верят все. Я не знаю, как они появляются, но о них говорят все и очень часто смеются над ними. Когда мне говорят о России, я сразу думаю о водке и мне смешно от этого, потому что люди говорят, что водку в России пьют даже на завтрак.

В целом я вижу в интернете много информации про Россию: сейчас в новостях часто пишут об этой стране, много всего выставляют и в социальных сетях. Я видел много разных видео про странные ситуации в России, которые нигде обычно не происходят. В интернете, конечно, очень много впечатляющих видео, поэтому люди смотрят их и думают, что Россия очень необычная страна, в которой живут странные люди. Например, несколько лет назад в интернете появилась запись на скрытую камеру, на которой какой-то мужчина спрятался в почтовую будку для писем на улице и выталкивал письма, которые люди туда опускали. В какой-то момент к будке подошел мужчина и после того, как он увидел, что его письмо кто-то вытолкнул, то он достал из кармана пистолет и выстрелил внутрь. Мужчина, который сидел в будке, естественно, умер. Это видео до сих пор пользуется популярностью. Когда оно появилось в интернете, то очень впечатлило всех марокканцев. После этого видео многие стали смеяться, что с русскими лучше не шутить, иначе можно нарваться на человека с пистолетом. Многие мои знакомые в Марокко теперь думают, что в России люди ходят по улице с оружием.

— Интересно… Что еще показывают в интернете?

— Много всего! Есть стереотипы о русских, которые известны всем, потому что они появились из популярных американских фильмов. Я видел много таких с участием русской мафии, и мне кажется, что она очень похожа на итальянскую мафию, потому что состоит из сильных, накачанных, жестоких и строгих мужчин, которые много дерутся и убивают. Поэтому русские мужчины представляются нам серьезными и злыми.

— Ты бы хотел побывать в России? Или ты, наверное, боишься?

— Да нет, у меня есть друзья, которые учатся или учились в России. Они рассказывали, что водка в России стоит очень дешево и что ее можно купить везде, в любом магазине. Они все говорили, что русские могут пить в любое время дня, а пить после работы для них считается нормой. Водку пьют все: и мужчины, и женщины. Да, мне кажется, что русские действительно пьют много алкоголя. Я даже читал где-то в интернете или слышал от кого-то, что в России пиво не считается алкоголем. Его могут купить в магазинах даже школьники, оно продается в автоматах с водой и шоколадками, которые стоят в школах. Русские не считают пиво алкоголем, оно для них является обычным ежедневным напитком.

— А почему твои друзья решили поехать именно в Россию?

— Многие уезжают из Марокко, чтобы получить диплом о высшем образовании в российских университетах. Мои знакомые, которые учатся в России, рассказывали, например, что в России люди пьют много алкоголя и что мужчины часто дерутся, поэтому с русскими мужчинами лучше не шутить, иначе дело может закончиться дракой. Родственник моего друга говорил, что в России небезопасно ходить вечером по улицам, потому что на тебя могут напасть, а один раз он даже сам подрался с какими-то людьми на улице.

Молодые марокканцы часто уезжают в Россию, чтобы учиться в университетах. Обычно они едут туда, чтобы получить диплом врача, потом вернуться в Марокко и работать там. У нас тяжело поступить на медицинский факультет, поэтому приходится уезжать в другие страны, чтобы там учиться, если ты хочешь стать врачом. Многие едут в Россию, потому что в Марокко считается, что у вас недорогое и доступное для всех высшее образование. Я знаю, что в России можно купить диплом врача, вернуться в Марокко и начать работать. У нас даже есть стереотип, что если врач имеет российский диплом врача, то он точно купил его в России. То же самое говорят и о фармацевтах, которые учились в медицинских университетах в России. В Марокко все знают, что для поступления в российские университеты нет очень строгого отбора, поэтому там больше возможностей получить государственный диплом. Это хорошо, что высшее образование доступно всем: это упрощает жизнь, такая система всем дает возможность попробовать себя. И я знаю, что это правда, потому что у меня есть знакомые, которые так делали.

Но из-за климата не все уезжают учиться в Россию. Все знают, что в России, как и в любой другой северной стране, очень холодно. Этот стереотип касается не только России. Но там особенно холодно, потому что она находится в Сибири, где зимой сильные морозы, и выпадает много снега — по несколько сантиметров. Я слышал из новостей, что в России иногда так холодно, что даже закрываются школы. Такое случается, наверное, когда зимой температура опускается до -40 градусов. Хотя мне кажется, что там всегда так холодно. Я не знаю, как русские могут жить в таком климате, и не понимаю, как у них это получается. В моем представлении все русские люди очень тепло одеваются, чтобы не замерзнуть в таком холоде. Кстати, скорее всего, русские пьют так много водки, чтобы согреться на морозе. Когда русские уезжают из России в другие страны, им, наверное, нигде не холодно, потому что после их морозов любая другая погода должна казаться теплой. Из-за погоды многие марокканцы боятся ехать в Россию и предпочитают поехать учиться во Францию. Учиться там дороже, поскольку больше денег тратишь на жилье и еду, но во Франции теплее, чем в России.

Наш разговор оборвался, так как мне позвонил Жером, чтобы узнать, смогла ли я передать его письма Халеду. Когда я положила трубку и увидела время, то решила, что настало время завершить мою беседу с Халедом. Поблагодарив его за открытость, я попрощалась с ним и поспешила вернуться домой.

По дороге домой в моей голове не переставали крутиться слова Халеда о том, что марокканцы едут в Россию на охоту за женой. Наверное, Халед сам мечтал о том, чтобы однажды поехать в Россию и привезти себе оттуда красивую невесту. Я не переставала смеяться про себя, представляя, как марокканские парни гуляют, например, по Москве и, вместо того чтобы осматривать достопримечательности, пялятся на каждую проходящую мимо девушку, оценивая, смогла бы она стать хорошей женой. Хотя, может быть, русские девушки и являются одной из главных достопримечательностей России?

Когда я начала работать в Люксембурге, мне очень хотелось поскорее завести знакомства с коренными люксембуржцами по нескольким причинам. Во-первых, я понимала, что общение именно с местными жителями позволит мне окунуться в жизнь этой маленькой, красивой и чистой страны. Во-вторых, мне очень хотелось знать, что же думают жители Люксембурга о живущих в России людях.

Мое первое знакомство с жителем Люксембурга случилось в совершенно неожиданном для такой цели месте. Обычным зимним днем, сидя в офисе и отвлекаясь на несколько минут от работы, я искала культурные мероприятия в Люксембурге. В какой-то момент я наткнулась на объявление о проведении выставки картин российских художников из Санкт-Петербурга в Российском центре науки и культуры. Событие было запланировано на вечер пятницы, и я решила, что это будет неплохим способом завершить рабочую неделю. Я часто выхожу на подобные мероприятия одна, поэтому, когда мой коллега-француз, активно интересующийся Россией, в том числе русскими девушками, вежливо отказался составить мне компанию, я даже обрадовалась.

Был дождливый вечер. Я шла по мокрой улице в сером пальто, пытаясь найти нужное здание с помощью карты в интернете. Я первый раз гуляла по центру Люксембурга и с интересом смотрела на незнакомые здания. Вечернее освещение города было неярким, поэтому на улицах было сумрачно. Прохожие практически не встречались, и создавалось впечатление, что я шла по городу, в котором никто не живет. Но несмотря на это, я с первого раза влюбилась в квартал, по которому шла, и начала мечтать о том, как бы здорово было бы в нем жить. В тот момент я даже не предполагала, что я действительно однажды там поселюсь. Насколько все-таки непредсказуема наша жизнь, и как легко и неожиданно она иногда исполняет наши мимолетные желания — нужно всего лишь уметь ждать.

В Российском центре науки и культуры было оживленно. Среди присутствующих можно было увидеть людей разного возраста и статуса: в тот вечер я пообщалась с художниками, дипломатическими работниками и их женами, студентами. Беседы с пришедшими на выставку людьми, к сожалению, мало касались искусства, и можно было только предполагать, зачем они все туда пришли в пятницу вечером. Тем не менее обстановка была приятной, теплота помещения удачно сочеталась с запахом вина, и я просто наслаждалась спонтанными разговорами.

В какой-то момент круговорот знакомств занес меня в компанию молодого люксембуржца Алекса. Это был высокий парень около тридцати лет, внешне совсем не похожий на образ люксембуржца, который был у меня в голове. Мне почему-то казалось, что они все обязательно должны быть блондинами, похожими на эльфов, а этот рыжеватый парень с темноватой бородой сильно отличался от моего светлого образа.

В самом начале разговора Алекс рассказал мне о том, что когда-то встречался с русской девушкой и учил русский язык. Оставшийся интерес к русской культуре и желание снова начать учить русский язык привели его в тот вечер на открытие выставки российских художников. Не думаю, что в момент нашего знакомства цели общения у нас совпадали, и уж вряд ли он догадывался, что безобидная на вид русская девушка станет через несколько дней уговаривать его рассказать об известных ему стереотипах о России. Как бы там ни было, в тот вечер мы разошлись, просто обменявшись телефонами, и я была даже не уверена, что мы когда-нибудь увидимся с ним еще раз. Но, как покажет время, у нас получится стать неплохими друзьями, правда, на очень короткий срок.

Встретились мы в следующий раз примерно через месяц. Отправить Алексу сообщение было в списке чуть ли не самых важных дел после переезда в Люксембург, и мне не составило особого труда договориться о встрече. Забегая вперед, скажу, что мне так и не удалось вывести его на откровенный разговор о русских, но зато именно благодаря ему я познакомилась с человеком, который охотно поделился со мной своими мыслями на эту тему.

Встретились мы в «Кафе артистов». Признаюсь, что в тот вечер я была несколько лишней, поскольку Алекс собрал за столом своих бывших коллег-программистов, которые обсуждали непростую ситуацию в компании, из-за которой многие из них уволились. Мне пришлось приложить усилие, чтобы занять свое место среди них, так как, как это часто бывает при подобных встречах, все собравшиеся то и дело переходили к обсуждению работы. Но оригинальный интерьер, живая музыка, наполненные бокалы шампанского, выкуренные сигареты, разрисованная подставка для пива сделали свое дело, и в какой-то момент общение стало наконец-то взаимно приятным. По истечении некоторого времени утомленные рабочей неделей парни начали расходиться, оправдываясь большими планами на выходные, а оставшаяся часть компании последовала за Алексом в бар, в котором, по его словам, делали одни из самых лучших коктейлей не только в Люксембурге, но и в Европе.

В том баре хорошими оказались не только коктейли, но и обстановка. Примечательно, что Алекс с удовольствием отметил, что в этом заведении не ловила связь, что заставляло людей больше общаться друг с другом и меньше сидеть в телефонах. Если честно, меня всегда немного пугали люди, которые с яростью следят за тем, чтобы их собеседники не использовали мобильные телефоны. Я бы сравнила таких людей с ярыми сторонниками здорового образа жизни, которые порицают каждого, кто пьет даже слабоалкогольные напитки и осмеливается дышать запахом сигарет. Конечно, понять их точку зрения можно, учитывая плавное перемещение людей из сферы личностного общения в мир экранов мобильных телефонов. Но телефоны становятся сегодня настолько неотъемлемой частью ежедневной жизни людей, что бороться с их постоянным использованием кажется практически бессмысленным и невозможным. Есть вещи, которые приходится принимать такими, какие они есть, и лучшим протестом против их существования может быть попытка извлечь из них для себя наибольшую выгоду.

Когда время приблизилось к закрытию бара и стало ясно, что все расходятся по домам, я предложила Алексу не следовать примеру остальных и завершить вечер оригинальным способом. Учитывая время, которое часы показывали на тот момент, правильнее было бы даже сказать, что речь шла не о завершении вечера, а о начале субботнего утра. В три часа утра мы оказались, благодаря моим усилиям, в заведении с неоднозначной репутацией. Однако его посещение меня нисколько не смущало по той простой причине, что оно также славилось открытой всю ночь кухней хорошего качества. Возможность приятно покушать перед тем, как вернуться домой после веселого вечера, стоит многого.

Учитывая спонтанность ситуации, я привела в полную растерянность Алекса, который совсем не ожидал увидеть меня за поеданием большой порции пасты с сыром в такое время. Думаю, что это был хороший способ предупредить человека о моей спонтанности и неординарности. Судя по тому, что наше общение продолжилось, эти качества были им приняты.

Именно во время поедания этого необычайно раннего завтрака я решила, что настал самый подходящий момент завести беседу о разных стереотипах. Наверное, я надеялась, что необычайность ситуации произведет должный эффект и вызовет у моего знакомого интерес к разговору и желание развить его. Но все, чего мне удалось добиться, можно было бы назвать простым удивлением и шоком. Однако у меня все же получилось договориться о другой встрече, но она была отменена им буквально на следующий день.

Еще несколько дней спустя я получила от Алекса предложение присоединиться к компании молодых людей для посещения вечеринки в честь открытия летней террасы. На этой-то вечеринке я и повстречала другого люксембуржца, Макса, который был больше похож на светловолосого эльфа, наверное, по той простой причине, что его родители были родом из Швеции. Этот самый Макс и восполнил мою потерю собеседника, с которым можно было бы поговорить о России. Получилось это для всех неожиданно.

Будучи по натуре настойчивым человеком, я решила сделать последнюю попытку уговорить рыжеватого Алекса рассказать мне все, что он знает и думает о русских. Но, когда я завела разговор на эту тему, он громко заявил, что я бы могла спросить об этом любого из присутствующих люксембуржцев. Видимо, он до последнего не воспринимал меня серьезно и решил проверить, осмелюсь ли я задать тот же вопрос кому-нибудь другому. Однако его реакция меня нисколько не смутила, и я лишь окончательно поняла, что стоит прекратить тратить на него время. Решив, что настала возможность переключиться на кого-нибудь другого, я сразу же спросила только что прибывшего Макса, есть ли у него какие-либо идеи на эту тему и готов ли он со мной ими поделиться. Услышав положительный ответ, я немедля достала ноутбук, чем немало удивила всю компанию, поскольку обычно нормальные люди собираются вечером за бокалом вина не для того, чтобы доставать ноутбуки и конспектировать свои разговоры.

Оказалось, что за всю свою жизнь в Люксембурге Макс имел возможность познакомиться с несколькими русскими, среди которых было, между прочим, даже лицо высокого уровня. Но эти знакомства были немногочисленными и неблизкими. По его словам, русские, живущие в Люксембурге, остаются для него незамеченными, но всем известно, что они составляют немаловажную часть населения этой маленькой страны. Хотя подобную тенденцию он замечал и за шведами, живущими в Люксембурге:

— Ты знаешь, я часто слышу на улицах Люксембурга как шведов, так и русских, но очень редко общаюсь с ними, — сказал Макс.

— А почему ты редко общаешься со шведами? Ты же говоришь по-шведски.

— Не знаю, так получается. А у тебя много русских друзей в Люксембурге? — спросил Макс.

— Наверное, у меня получается так же, как у тебя. Я бы не сказала, что общаюсь исключительно с русскими.

В этот момент я немного призадумалась: хорошо ли это или плохо, когда в твоем окружении люди из разных стран? Должны ли иностранцы смешиваться, интегрироваться или им лучше сохранять свою идентичность? Макс сидел все это время молча в ожидании продолжения разговора, поэтому я начала размышлять вслух:

— Ты знаешь, я заметила, что иностранные сообщества часто оказываются закрытыми друг для друга. Возможно, это явление часто распространено среди проживающих за границей людей, вне зависимости от их национальной принадлежности. Наверное, ты прав насчет того, что мы можем слышать на улице и русских, и шведов, но никогда не общаться с ними. Интересно, а почему?

— Наверное, людям комфортнее общаться на своем родном языке, — предположил Макс.

— Да, не все могут свободно общаться с иностранцами на том же самом английском языке. Многое зависит от характера, от степени открытости людей.

Я снова задумалась: почему все люди умеют разговаривать, но почему человечество так и не научилось свободно находить общий язык? Почему под влиянием обстоятельств люди часто предпочитают оказываться в кругу людей, состоящем из выходцев их же страны. Нельзя сказать, что это свойственно всем, кто покинул свою страну, но это кажется вполне нормальным явлением. Возможно, причина заключается в том, что местное население тоже не всегда открыто для принятия людей, пришедших из другой культуры.

— Расскажи, как и когда ты первый раз познакомился с русскими? — спросила я, вспомнив о том, что нужно продолжать начатый разговор.

Макс оставался спокойным и не спеша продолжал отвечать на мои вопросы. Оказалось, что в течение какого-то времени он работал в Люксембурге в компании, у которой были поставщики из России. В своей ежедневной работе он сталкивался с русскими, которые редко хорошо говорили по-английски, что несколько усложняло выполнение поставленных задач. В таких условиях работы сложилось впечатление, что русские неохотно идут на контакт с иностранцами и испытывают сложности при общении с ними. Чувствовалось, что сотрудники компании-поставщика не только плохо знали английский, но и не желали и не прилагали никаких усилий, чтобы улучшить свои навыки. Но это было не единственным фактором, делавшим работу с русскими непростой и напряженной.

— Ты знаешь, русские — непростые партнеры, — подытожил Макс. — Им свойственна прямолинейность, они стремятся получить во всем максимальную выгоду. Русские хотят все или ничего. Они не знают, что такое середина. Для них есть либо белое, либо черное.

Последние слова Макса почему-то особенно врезались в мое сознание, поэтому я подтвердила:

— С этим, наверное, сложно не согласиться.

— Ты знаешь, я не единственный, кто считает, что с русскими тяжело вести переговоры, — продолжал Макс. — У меня есть друг, который работает на русского олигарха и который часто рассказывает о своем опыте работы с русскими. Он рассказывал мне, что русский бизнес очень специфичен и коррумпирован. Не знаю, правда это или нет, но он говорил, что для получения доступа к бизнесу в России нужно иметь хорошие связи с местными ключевыми лицами, которые часто покупаются, а не налаживаются. Еще помню, что он говорил, что русские ведут бизнес жесткими методами, не доверяя никому и стремясь всегда занять наиболее сильную позицию, и что они любят чувствовать свою власть над ситуацией и всегда стремятся установить ее. Я тоже это заметил, кстати. Мне кажется, что русским очень важно чувствовать уважение со стороны других людей и иметь возможность контролировать их. Почему ты улыбаешься? Я же говорю о серьезных людях! — спросил вдруг Макс.

— Не знаю, мне всегда становится смешно, когда люди начинают пугать меня страшными русскими, — отшутилась я. — Может, расскажешь что-нибудь еще?

— Ну, я могу тебе еще рассказать о том, что я думаю о русских инженерах.

— О, давай!

— Если честно, у них какие-то странные методы работы. Русские инженеры предпочитают основываться на опыте других специалистов, а не на математических подсчетах и формулах, как это принято делать в странах Западной Европы. Они вообще ни во что не ставят теорию! Свои стратегии получения определенного результата они строят не исходя из теоретических методов, а на основании уже полученного опыта при работе с похожими механизмами. Они как будто работают на основе метода проб и ошибок, а не путем следования заранее разработанным и строго определенным инструкциям. Это выглядит очень странно, но знаешь, что самое интересное? Их непонятная методика очень часто успешно работает, и русским специалистам удается добиться даже лучшего результата, чем их иностранным коллегам.

Я не могла больше себя сдерживать и начала смеяться.

— Сейчас я понимаю, почему ты смеешься, потому что меня это тоже веселит, — ответил он на мой смех.

Когда я немного успокоилась, то задала следующий вопрос:

— Давай перестанем говорить о работе. Тебе приходилось когда-нибудь общаться с русскими девушками?

— Ой, русские девушки абсолютно не имеют логики.

— Почему же это?

— Ты не думай, что это критика. Это комплимент, потому что я тоже нелогичный.

Называя русских девушек нелогичными, нелогичный Макс отметил, однако, что они отличаются мудростью, поскольку, в отличие от западных девушек, целью их общения с противоположным полом является не просто получение ярких и новых эмоций, а построение выгодных отношений с мужчиной, который сможет обеспечить жизнь всей семье.

— Интерес русских девушек к отношениям основывается не на легких чувствах, провоцирующих приятные эмоции, — рассказывал Макс. — Русские девушки предпочитают надежные отношения и будут до последнего бороться, чтобы сохранить их. Лично мне они кажутся собственницами, которые пытаются установить власть над мужчиной уже после нескольких месяцев отношений. Я даже слышал, что в России женщины готовы бороться за своих избранников и делают это, чтобы восстановить или укрепить свою власть над ними. В общем, мне кажется, что русским девушками свойственно бегать за парнями для создания и сохранения отношений или семьи, чего не скажешь о девушках из других стран, которые проще относятся к разрыву отношений и смене партнеров.

После этого Макс поделился со мной своими рассуждениями о том, что он видел в интернете, признавшись, что большое впечатление на него произвели видео, в которых демонстрируется существование в России советской культуры:

— «Советские патриоты» выглядят необычно на фоне бегущего вперед современного мира. Они впечатляют своей привязанностью к ценностям, которые кажутся устаревшими, и умением сохранять их путем верного соблюдения. В современную эпоху, когда коммунизм кажется исчезающей идеологией, эти самые «советские патриоты» создают впечатление людей, застрявших в прошлом. И судя по тем видео, которые я видел в интернете, таких людей в России на настоящий момент по-прежнему много.

— А ты видел какие-нибудь веселые видео о России? — спросила я осторожным голосом.

— Да, видел, — ответил он и начал смеяться. — Я видел красивые видео о Сочи. Русские, наверное, все ездят туда отдыхать: там тепло и зимой, и летом.

— А ты бы поехал туда отдыхать?

— Я никогда не был в России, — тактично увильнул он от ответа.

Мы живем в мире правил и границ. Кто сможет поспорить с этим? Мы находимся постоянно в пространстве ограничений. Круглые сутки. Круглый год. Всю жизнь. И речь идет не только о правилах в самом узком их понятии, то есть о писаных законах государства, но о любых ограничениях в целом, например, принципах морали или финансовых возможностях. А ведь это кажется абсурдным, поскольку мы живем в эпоху пропаганды свободы и уважения личности. Получается, что свобода и различные ограничения свободы являются сожителями в этом мире. И ведь человечество до сих пор не нашло ответ на вопрос, что является благом, а что — злом. Мне кажется, что бесконечность этого спора очевидна, учитывая разнообразие культур, теорий и убеждений в этом мире. И тем не менее, это не мешает людям продолжать этот спор.

В первый раз я столкнулась с проблемой правил в возрасте пяти лет, когда мы переехали с родителями из деревни в город. Столкновение это было связано с тем, что окружающая обстановка поменялась, хотя страна проживания осталась прежней и, соответственно, писаные законы остались прежними. Но это не помогло мне избежать нарушения других правил, а именно — правил ношения обуви на улице. Человек, который никогда не жил в деревне, вряд ли сможет полностью понять всю сущность проблемы. Даже мне, спустя много лет после этого события, едва удается понять, как так получилось, что я стала нарушителем такого очевидного для меня сегодня правила. А все потому, что многолетняя привычка жизни в городе и ношения обуви за пределами дома превратила для меня это правило в жизненную потребность.

Так что же произошло со мной, когда я приехала первый раз в город? Я вышла из машины и пошла босиком гулять по газону. Конечно, я была маленьким ребенком, и можно подумать, что данную оплошность я совершила по детской глупости. А если посмотреть на эту проблему с другой стороны? Если я пошла босиком, потому что мне не были знакомы правила города? Если я не была предупреждена о перемене правил или не понимала необходимости такой перемены?

Конечно, за несоблюдение этого правила ни я, ни мои родители не были никак наказаны. Однако это не мешает этой истории сохраниться на протяжении долгих лет в воспоминаниях моей семьи. А ведь это был мой первый протест против соблюдения правил, хотя, по отзывам мамы, я была в детстве очень послушным и примерным ребенком. Простая прогулка без обуви стала началом моей философии о небезупречности любых правил и несправедливости наказаний за их нарушение.

С первого взгляда может показаться, что моя философия не является новшеством. В современном мире очень много нарушителей, недовольных тем, что их наказывают, начиная от уличных воров и заканчивая политиками. Однако ее уникальность состоит в том, что нарушение правил я не связываю с темной стороной человеческой личности, а скорее с необходимостью каждому человеку стать уникальным и неповторимым, поскольку каждый из нас заслуживает остаться замеченным в этом мире. Сторонники стабильности и порядка не согласятся со мной, и я прекрасно их пойму. Правила — это общепризнанный способ управления людьми с целью защиты интересов и безопасности. Нарушители правил и законов — абсолютные враги общества, вносящие в него беспорядок и не уважающие его ценности. Но ведь правила — это стандарты, а абсолютное соблюдение стандартов препятствует развитию новшеств и уникальностей. Конечно, нарушение правил далеко не единственный стимул для творчества, особенно если речь не идет об очень строгих правилах. Но на сегодняшний день люди окружены таким количеством правил и стандартов, что отступление от них оказывается порой единственным методом прогресса. Здесь стоит еще раз уточнить, что речь идет не просто о писаных правилах в их узком смысле, а любых правилах в принципе, вне зависимости от их формы и содержания.

К сожалению, так получается, что человеческая натура требует установления правил для поддержания безопасности в обществе. Люди опаснее животных: помимо природных инстинктов, они движимы еще и разумом. Вряд ли на Земле насчитывалось бы такое количество жителей, если бы общество не знало строгих законов, запрещающих убивать и наносить ущерб здоровью людей. Каждый из нас — хищник. Кто-то охотится за дорогими автомобилями, кто-то — за вкусной пищей, кто-то — за красивыми девушками, а кто-то — за славой. И этот список можно продолжать бесконечно, поскольку человеческие желания разнообразны. И если представить, что ежедневно каждый человек от рассвета и до заката охотится за своей добычей, то становится не только страшно, но и понятно, почему человечество пришло к тому, что общество должно жить по законам. Чтобы выжить. Однако законов и правил стало столько, что они помогают нам выжить физически но в то же время убивают нашу индивидуальность. Получается, что для саморазвития необходимо одновременно нарушать и соблюдать законы, чтобы остаться человеком в полном смысле этого слова. И как бы парадоксально это ни звучало, человечество не достигло бы такого прогресса без нарушения законов, которые оно само же изначально создало для своего выживания. Законы жизненно важны и вредны одновременно.

Если же говорить о правилах в самом широком их значении, то есть выходя за пределы официальных правил и законов, то утверждение об обязательности их соблюдения может быть легко поставлено под сомнение. По сути, нарушение многих правил безопасно для жизни человека и не имеет серьезных негативных последствий для общества. Человек, не соблюдающий правила религии или этикета, не будет наказан государством, поскольку в современном мире эти правила не имеют такой серьезной ценности, как законы. И, тем не менее, он будет наказан негативным мнением окружающего общества, разрывом дружеских или семейных связей, потерей заработка. Наказания могут быть самыми разнообразными и, как правило, они наносят скорее психологический удар, который не каждый может отразить. И важно понять, что отражение этого удара совсем не означает победу. Возможно, этот самый удар является только началом борьбы длиною в жизнь.

Удавалось ли вам встречаться с правилом, которое было бы применимо ко всем без исключения? То самое «золотое правило», абсолютное соблюдение которого обеспечило бы установление порядка и гармонии в мире? Уверена, что все без исключения ответят отрицательно. И, по моему мнению, этот ответ будет логичным, иначе бы в современном мире не существовало бы такого огромного количества правил. Почему же их так много и все они разные?

Согласно всеобщим представлениям об организации общественной жизни, создание правил — процесс объективный, поскольку они должны обеспечить равноправие всех членов общества по отношению друг к другу и благополучие общества в целом. Те, кто верит в силу и полезность правил, часто утверждают, что они должны применяться ко всем без исключения и в этом состоит обоснование их справедливости. Однако сразу же необходимо отметить, что такой подход кажется утопичным. Правила не могут быть абсолютно справедливыми.

Дело в том, что человеческая личность удивительно разнообразна. Каждый человек уникален в силу возраста, характера, физических данных, эмоциональных особенностей, социального статуса и т. д. Критерии, по которым люди отличаются друг от друга, многочисленны и неограниченны, а уникальность, которая является результатом варьирования данных критериев, прекрасна. Таким образом, каждый человек по-своему уникален и прекрасен. В силу этого правило не способно учесть особенности каждого человека и изначально по своей природе является неэффективным. Правило становится не регулятором общественных отношений, а вредом обществу. Вредом не абсолютным, а относительным, поскольку для кого-то установленное правило может оказаться подходящим и принесет пользу. Если исходить из того, что количество лиц, для которых правило оказалось полезным, превышает количество тех лиц, для которых правило не принесло пользы, то может показаться, что такое правило является справедливым. Однако не стоит путать полезность и справедливость, полезность и объективность. Не стоит путать и краткосрочную полезность с полезностью в долгосрочной перспективе: то, что полезно сегодня, может оказаться противоположным через десять или двадцать лет.

Кажется, что решением для данной проблемы могло бы стать предписание исключений к существующему правилу. Такое решение кажется абсолютно логичным и полностью сопоставимо с необходимостью создания разумных правил, применимых ко всем. Однако и в данном случае эффективность правила не повышается. Учитывая многообразие человеческих личностей и разнообразие жизненных ситуаций, количество таких исключений может достигать бесконечности. Разве возможно предусмотреть все исключения? Нет. Можно предусмотреть некоторые исключения, кажущиеся наиболее необходимыми и насущными. Но невозможно предусмотреть все исключения, так как невозможно предусмотреть бесконечность. Таким образом, правило с исключениями также не позволяет учесть все тонкости и, в некотором смысле, даже подтверждает субъективный характер правила.

Но ведь возможно допустить, что предписанные исключения можно было бы заменить на исключения, предоставляемые в зависимости от конкретной ситуации. Спонтанность применяемых исключений могла бы позволить удостовериться в реальности происходящего и адаптировать правило путем его изменения или неприменения. Однако и в данном случае нет гарантии объективности, поскольку принятие решения осуществляется одним или несколькими лицами, являющимися обладателями той самой разнообразной человеческой личности. И какой бы ни был смысл правила, его адаптация будет субъективной в силу природы человеческой личности. Поскольку адаптация правила должна осуществляться человеком, то он, являясь по своей натуре субъективным существом, вряд ли станет источником объективного решения. Человек — жертва своих страстей и эмоций, каким бы бесчувственным он ни казался.

Исходя из того, что правила создаются человеком и применяются к человеку, то кажется невозможным избежать их субъективности и абсурдности. Дело в том, что очень часто создатель и объект правила находятся в абсолютно разном социальном, экономическом и эмоциональном положении. В результате то, что кажется хорошим автору правила, может оказаться бесполезным или вредным для того человека, на которого это правило направлено. Однако допустимо и то, что у автора правил более глобальное и перспективное видение ситуации, что предоставляет ему возможность создавать разумные правила. И даже если при взгляде невооруженным глазом может показаться, что то или иное правило является абсолютно бесполезным и несправедливым, то при подробном изучении его предпосылок и целей есть шанс обнаружить его целесообразность. Но здесь возникает уже другой вопрос: исходил ли автор правила из благих намерений? А следом возникают еще несколько вопросов… Какие намерения можно назвать благими? Можно ли эгоистичные намерения называть благими? Возможно ли существование благих намерений как в частных, так и в общественных интересах одновременно?

Говоря о справедливости правил, нельзя не упомянуть и о субъективности обстоятельств. В жизни каждого человека большую роль играет огромное количество факторов, формирующих течение бытия. Эти факторы не просто многочисленны, но можно даже сказать, что бесчисленны. Речь идет о факторах различного характера: социальных, экономических, политических, физических и т. д. Все мы рождены от разных родителей, в разных семьях, в разных странах и регионах, все мы наделены разными природными данными, как физическими, так и психологическими. В течение всей нашей жизни нам приходится сталкиваться с таким огромным количеством людей и обстоятельств, которые способны тем или иным образом повлиять на течение нашей жизни, что объективно определить ситуацию каждого человека становится практически невозможным.

Несомненно, с утверждением о субъективности обстоятельств можно легко поспорить. Ведь если рассматривать обстоятельства как конкретные факты, то ни о какой субъективности не может быть и речи. По сути, обстоятельства как таковые лишены непосредственного человеческого влияния и представляют собой отдельные элементы единого потока текущих событий. В этом смысле речь идет о голых фактах, представляющих реальность в том виде, в каком она есть на самом деле. Однако даже эта объективность обманчива, поскольку человечество обладает способностью изменить обстоятельства путем влияния на сознание других людей. Если быть точнее, люди способны изменить прошлое и настоящее путем замены объективной информации на новые и более удобные для них факты. Получается, что тот, кто имеет доступ к инструментам манипулирования информацией, правит ситуацией. Но всегда ли это так?

Когда мы просыпаемся утром, мы свободны от правил. Пробуждение человека по утрам можно сравнить с рождением или, если быть точнее, с перерождением. Момент перехода человека от состояния сна к реальности короток, но это тот самый уникальный момент, когда человек осознает, что он существует, но еще не способен контролировать себя. Это состояние можно назвать бесконтрольным и даже первозданным несмотря на то, что физическое рождение возможно только один раз в жизни. В чем же заключается эта первозданность? Первозданность заключается именно в свободе от правил. Если быть точнее, с научной точки зрения, первозданность абсолютно невозможна в силу законов природы, против которых человечество пока неспособно восстать. С психологической точки зрения состояние первозданности возвращается к нам ежедневно, однако в силу жизненных рутинных обстоятельств очень быстро теряется. Не случайно высказывание «Начать жизнь с чистого листа» привязывается к началу нового дня, ведь именно там сокрыта возможность оказаться вне привычных нам правил, к которым мы ежедневно привязаны, и отказаться следовать им, чтобы начать новую жизнь. Выходит, что начало жизни с нового листа является началом другой жизни по другим правилам.

Естественным образом возникает следующий вопрос: возможно ли начать новую жизнь без правил? Вопрос этот очень заманчивый, и наверняка многим бы хотелось дать на него положительный ответ. Однако, к сожалению, это невозможно, и причины для этого очень веские и очевидные. Вне зависимости от нашего происхождения, характера, рода деятельности, уровня дохода и любого иного показателя мы связаны нашей жизнью. Звучит парадоксально, но выходит, что мы сами являемся строителями нашей жизни, с помощью которой мы себя связываем. Свобода порождает несвободу. Несвобода толкает на борьбу за свободу. Жизнь в замкнутом круге.

Жизнь без правил невозможна, потому что правила — это метод функционирования общества, а их соблюдение является своего рода допуском в тот или иной круг общения. Здесь важно отметить, что не стоит ограничиваться понятием правила в его узком значении. Правила бывают разные, и если задуматься, то можно обнаружить, что их многообразие невероятно. Правила — это не только строгие ограничения, направленные на установление порядка. Правило может иметь и совершенно противоположное значение, неся в себе идею разрушения гармонии и мира. Так, излишняя эмоциональность может предрасполагать к себе одних людей и, напротив, отталкивать других людей. Иными словами, в зависимости от окружения, активное проявление эмоций способно сделать нас другом и врагом, успешным человеком и неудачником. И количество таких примеров может исчисляться тысячами, сотнями, миллионами, поскольку каждое наше малейшее действие может стать объектом правил. Если начинать анализ течения жизни с простых и повседневных нужд и забот, то несложно убедиться в том, что правила окружают нас повсюду, даже если мы этого не замечаем и воспринимаем многие вещи как должное. К примеру, всем кажется нормальным, что люди идут на работу в соответствующей одежде. Вряд ли городскому жителю придет в голову идея пойти на работу в ночной пижаме, какой бы комфортной она ни была. Возможно, однажды наступит день, когда такое действие будет в порядке вещей, подобно тому, как стало нормальным увидеть на улице женщину, одетую в брючный костюм. Время идет и правила меняются вместе с ним. Меняются возможные способы умывания, одевания, питания, передвижения, оплаты, передачи информации, общения, обучения, отдыха — сложно перечислить все аспекты жизни, которые подвергаются изменениям. Совокупность всех этих бесчисленных изменений порождает изменения правил. Важно сделать акцент на то, что эволюционные изменения являются именно предпосылкой для изменения правил, но не обуславливают их содержание. Если говорить о содержательной стороне правил, то речь идет об обратном процессе, при котором правила конкретизируют содержание и значение различных аспектов нашей жизни. Таким образом, в основе функционирования общества лежит сложный процесс формирования многочисленных правил, содержание которых находится в тесной взаимосвязи с непрерывным развитием человечества.

Интересно отметить то, что в один и тот же период времени возможно одновременное существование правил, которые не только различны по своему содержанию, но порой даже противоречивы. При всей своей формальной объективности, они остаются субъективным понятием, что позволяет им иметь различное содержание. С первого взгляда может показаться, что разнообразие правил является нормальным и безобидным явлением, учитывая культурное разнообразие человечества. Однако, к сожалению, радикальная приверженность своим правилам может порождать жестокие конфликты. Нет никакого смысла отрицать, что разнообразие неизбежно порождает противостояние, которое может иметь благоприятные последствия. В споре рождается истина. Иными словами, мирное сосуществование различных правил порождает борьбу, способствующую развитию. Но не стоит забывать, что такое развитие возможно только при признании факта существования других правил, при понимании, что человечество живет в вечном поиске абсолютно истинных правил, при признании того, что каждый из нас является частью этого глобального поиска и имеет равные права на победу. Спор — это борьба, но не война. Истина появляется путем рождения, а не уничтожения.

Поиск истины — процесс неопределенный. Вряд ли человечество сможет когда-нибудь однозначно и окончательно определить, кто прав, а кто виноват. Но этот процесс является благородным, он требует постоянных интеллектуальных усилий и, тем самым, отличает человека от других обитателей животного мира. Поиск истинных правил позволяет постоянно выходить за ежедневные рамки и ограничения для познания новых границ, способствуя непрерывному развитию человеческой личности. Состояние поиска — это осознание относительности правил, рождающее стремление к познанию, интерес к жизни и наполняющие человеческую личность силой. В данном контексте относительность синонимична открытости и готовности адаптироваться к постоянно меняющейся действительности. Если правила лишить относительности, то человек лишится индивидуальности. Логика проста: строгий приверженец правил больше не ищет истину и не видит необходимости самосовершенствоваться путем саморазвития, лишая себя возможности сформировать собственную философию жизни.

Казалось бы, какая может быть связь между правилами и типичными представлениями иностранцев о России? Прежде всего, стоит понять, что такое стереотип. Убеждение? Ожидание? Предубеждение? Клише? Критика? Стандарт поведения? Разобраться в этом понятии одновременно просто и сложно. С одной стороны, стереотипами можно назвать представления людей о том или ином объекте или субъекте. С другой стороны, стереотипы нигде не записаны, поэтому четко определить их значение и смысловые границы достаточно сложно. В целом же, несмотря на их неопределенность, стереотипами можно назвать ожидаемые образы и модели относительно объектов или субъектов, которые возникают в нашем сознании под влиянием получаемой информации. Проще говоря, стереотипы — это наши представления о мире, с помощью которых мы создаем себе типичное видение событий.

Стереотипы касаются непосредственно людей. Не имеет даже смысла перечислять все существующие стереотипы о людях, поскольку их количество неизмеримо огромно. Можно начать со стереотипов о мужчинах и женщинах и закончить стереотипами о людях с кривыми пальцами ног. В моем случае особый интерес представляют стереотипы о людях разных национальностей, и в частности о русских людях.

Порой при общении с людьми складывается впечатление, что в их представлении мир является объединением нескольких однородных масс людей, разделивших между собой территорию планеты Земля. Эти однородные массы людей имеют похожие привычки, манеры поведения, способы проявления эмоций. В результате теряется идея об индивидуальности людей.

Безусловно, невозможно отрицать тот факт, что образ жизни людей может зависеть от региона или страны проживания. Однако кажется примитивным прикреплять к людям те или иные клише или стереотипы, исходя исключительно из их национальной принадлежности. Особенно примитивным это кажется, когда речь идет о людях, много путешествующих по личным или профессиональным причинам и постоянно расширяющих свой кругозор.

Если исходить из того, что каждый человек индивидуален, то стереотипы — это явление полностью противоположное индивидуальности, а значит, сложно применимое к человеческой натуре.

И все же, какая может быть связь между правилами и стереотипами иностранцев о России? Дело в том, что стереотипы являются сложившимся представлением о поведении людей, неким образом того, как они должны вести себя в той или иной ситуации. Поскольку речь идет о должном и ожидаемом поведении, то можно сказать, что речь идет о правилах поведения. Эти правила нигде не прописаны и не имеют обязательный силы, за их нарушение не последует административное или уголовное наказание. Они создаются самими людьми в их сознании путем отражения действительности, форма и содержание которой зависит от многочисленных факторов, формирующих образ жизни и окружение людей.

Стереотипы не только создаются людьми, но и передаются друг другу. Как болезнь. Как заразная болезнь. В принципе любая идея, быстро покоряющая сознание большого количества людей, имеет право называться заразной.

С развитием новых технологий и возможностью рассказывать о происходящих событиях в любом уголке мира массовое заражение недостоверной информацией стало нормальным и ежедневным явлением. Многочисленные фотографии и видеозаписи кажутся такими реальными, что им сложно не поверить, а сокращение срока передачи информации до нескольких минут или даже секунд создает иллюзию присутствия и полной достоверности восприятия. В результате способность критического восприятия информации теряется, а уровень наивности повышается. Более того, поток информации настолько интенсивен, а ее объем настолько огромен, что становится все сложнее и сложнее контролировать ее и подвергать анализу. Современный человек — потребитель информации, а поскольку сегодня на рынке информации имеется бесконечное количество бесплатных предложений, то ее потребление упрощается до невероятности и становится безграничным. Достаточно уметь читать и не быть глухим для того, чтобы быть информационным потребителем или даже превратиться в потребителя-жертву предоставляемой в общий доступ информации. Превращаясь в информационного потребителя, человек наивно потребляет ежедневно тонны информации, притекающей со всего мира. А чем более зрелищной эта информация является, тем охотнее она потребляется. Человек, напичканный информацией и часто лишенный возможности проверить ее достоверность, приходит к умозаключениям о жизни в других странах, которые затем формируются в стереотипы.

Сформировавшийся и существующий стереотип сам по себе не так-то страшен при условии, если его не воспринимать буквально. В стереотипе как таковом нет ничего плохого. Это одна из форм представления информации, которая не хуже и не лучше любой другой формы. Проблема стереотипа заключается даже не в самом факте его существования, а в том, как он применяется на практике. Он может стать и добром, и злом в зависимости от техники его применения.

Если рассматривать позитивную сторону стереотипа, то можно начать с того, что стереотип может стать своего рода предупредительным знаком при встрече с человеком из другой страны. В этом смысле стереотип может спровоцировать более внимательное и уважительное отношение к другой культуре и особенностям поведения ее представителей. Знание о существовании какого-либо стереотипа, именно знание, а не абсолютная вера в его содержание, могут подготовить ко встрече с непривычным образом мыслей или поведения, позволить быстрее отметить тонкости менталитета и упростить путь к поиску культурного компромисса для установления позитивного контакта. Кроме того, стереотип может стать предпосылкой для поиска информации о новой культуре, получения новых знаний, расширения круга общения. Своим необычным и провокационным содержанием стереотип может вызвать любопытство и желание узнать, как же все происходит на самом деле и что является причиной возникновения стереотипа. В этом смысле его можно сравнить со слухами или сплетнями. Есть люди, которые предпочитают им верить, легко впускают их в свой список тем для ежедневного обсуждения, даже особо не задумываясь над их содержанием, рассказывают их всем вокруг, обсуждают их, копаются в них, превращая эти самые слухи и сплетни о других в неотъемлемую часть своей жизни. А есть люди, которые психологически устойчивы к слухам и сплетням и воспринимают их нейтрально. Каково бы ни было отношение к ним, их объект вызывает к себе интерес, который может выражаться в действиях, направленных на поиск новой информации. Так же может происходить и со стереотипами. Люди могут по-разному к ним относиться: верить в них или нет, реагировать на них или оставаться нейтральными к ним.

Если же говорить об опасности стереотипа, то основная проблема заключается в нежелании людей подвергнуть его сомнению и добраться до первоисточника. Проблема является глобальной и может быть сформулирована еще проще: люди не хотят и не любят думать. В принципе этому есть свое объяснение. Очень часто большие достижения в современном обществе достаются не тем, кто думает, а тем, кто не думает или даже лишен способности думать. Интересно отметить, что это не мешает обществу развиваться и двигаться вперед по пути прогресса. Хотя является ли этот путь прогрессом или регрессом, остается вопросом. Ответ на этот вопрос человечество сможет дать через десятки лет, проведя многочисленные анализы ушедших в прошлое событий и написав очередные тысячи страниц истории на разных языках и в разных интерпретациях. Но в ожидании наступления этого момента мы остаемся частью одного мира, который движется вперед, меняется, страдает, радуется, умирает, рождается, творит и разрушает. И в этом потоке событий смешиваются люди из разных стран, такие одинаковые и разные одновременно. А в процессе этого смешения люди строят и разрушают связи между собой, борются за свое место под солнцем или ищут компромиссы, пытаются понять или исправить друг друга. Все это можно назвать одним простым словом — выживание. Чем мир не дикий лес, наполненный животными? Так вот в этом процессе выживания люди изобрели очередное сильнодействующее оружие — информацию, которая способна контролировать образ поведения и мышления огромных масс людей. Человек, научившийся управлять информацией, умеет управлять людьми и способен подчинить их себе, пусть даже если речь идет о небольшой группе. А учитывая количество потребляемой современными людьми информации, риски поддаться влиянию того или иного человека повышаются до невероятности.

Получается, что каждый из нас без исключения находится под влиянием того или иного источника информации, и в результате люди, связанные беспорядочными узлами информационных потоков, становятся заложниками друг друга. И среди этих потоков течет информация о том, что в какой-то стране люди такие, а в какой-то — другие, что в том уголке земли люди ведут себя так, а в другом — иначе. И люди начинают потреблять эту информацию и клеить друг на друга клише, не задумываясь о последствиях. А каковы последствия?

Последствия таковы, что информационная пелена превращает людей в слепцов, которые не способны пойти дальше заранее сформированного представления и заглянуть в глаза другого человека чистыми глазами, свободными от какого-либо влияния. Люди перестают воспринимать друг друга как людей, способных мыслить, развиваться, меняться, в результате чего возникающие между ними связи становятся фальшивыми и лишенными индивидуальности. В этом и заключается опасность стереотипа.

Если представить мир без стереотипов, то это мир, который просыпается каждое утро чистым и обновленным. Это мир людей, которые живут настоящим и будущим, но не прошлым. Это мир действительности, которая создается каждый день, каждый час, каждое мгновение под влиянием непрерывно происходящих событий. Действительность можно назвать продуктом жизни, который непроизвольно производится и потребляется людьми. И несмотря на то, что само понятие действительности кажется абстрактным и обобщенным, его содержание абсолютно субъективно, поскольку у каждого человека своя действительность. Исходя из такой модели существования мира, возможность появления и существования стереотипов снижается практически к нулю, поскольку человек абстрагируется от любого влияния и становится хозяином своих мыслей и, соответственно, своей жизни.

Конечно, такую модель мира легко назвать утопией, поскольку она предполагает полную свободу и независимость людей. Более того, она требует от них способности управлять своей жизнью, самостоятельности и смелости быть самими собой. Да, именно смелости, бесстрашия, способности не бояться и не поддаваться влиянию страха. Страх убивает многое. Самое страшное, когда страх убивает талантливых и гениальных людей. Речь идет о страхе в любом его проявлении, в том числе о страхе побороть стереотипы, которые существуют или в которые веришь, о страхе думать свободно и самостоятельно. Можно даже попробовать обвинить страх в том, что мир свободных людей — это только утопия. А можно просто принять этот мир таким, какой он есть. Или можно перестать думать, искать причинно-следственные связи, пытаться понять происходящее, можно прекратить строить предположения и гипотезы, планы и мечты по завоеванию мира. Нет ничего сложного в том, чтобы стать простым маленьким человеком, являющимся частью огромной управляемой серой толпы. Все-таки индивидуальная свобода существует, поскольку люди сами выбирают, по какому пути следовать: по пути толпы или по пути своей жизни.

Иногда я задумываюсь над тем, реален ли этот мир. Вопрос этот может показаться абсурдным, поскольку, отрицая реальность этого мира, мы, по сути, отрицаем реальность нашего существования. Не думаю, что найдется много сторонников для поддержки идеи о том, что мы существуем просто по той причине, что доказать обратное представляется практически невозможным. Но если подходить к данному вопросу с точки зрения разграничения реальности существования мира и реальности человеческого, то есть нашего с вами существования, то я бы назвала этот мир скорее фиктивным, чем реальным. Развивая эту мысль, я бы даже сказала, что мир представляет собой огромное смешение маленьких миров каждого человека, в результате чего говорить о какой-то одной реальной картине мира достаточно сложно. Выходит, что каждый из нас живет в своем маленьком мире, который кажется реальным, но является, на самом деле, условным по отношению к мирам других жителей нашей планеты.

Здесь хочется привести банальный пример для наглядной демонстрации возможности сосуществования разных миров в рамках одного небольшого периметра. Когда я переехала во Францию, то была поражена количеством людей, с огромным трепетом относящихся к обеденному перерыву, который должен начинаться не раньше и не позже, чем в двенадцать часов дня. Причем, стоит отметить, это касалось представителей совершенно разных социальных классов. Идея обеда в установленный полуденный час была распространена в таких масштабах, что после завершения обеда было сложно найти открытое хорошее заведение. В мире людей, привыкших к этому маленькому, но крепко устоявшемуся правилу обыденной жизни, казалось практически жизненно опасным не пообедать в предусмотренное для этого время. Помню, какое удивление у меня вызвала ситуация, когда в один из первых дней моего заселения в квартиру при встрече с консьержем нашего дома около полудня я услышала приветливое пожелание приятного аппетита. В тот момент мне казалось совершенно непонятным, почему он вдруг решил, что я собралась именно обедать. Только спустя какое-то время я поняла, что в маленьком мире этого человека есть негласное правило о том, что обедать нужно каждый день в четко положенное время. Интересно, что никакого административного штрафа или уголовного наказания за несоблюдение этого правила законом не предусмотрено, и, тем не менее, оно с огромным успехом соблюдается. Однако, вне зависимости от того, что я прожила во Франции несколько лет, в моем мире данное правило абсолютно не соблюдается и даже в некоторой степени отвергается. Если быть точнее, я бы сказала, что очень часто я не обедаю, а заставляю себя обедать. Но на самом деле, вопрос даже не в обедах, не в их количестве или частоте. Этот простой пример, взятый из обыденной жизни, является лишь демонстрацией того, насколько взгляды людей на самые простые вещи могут различаться. А ведь взгляды людей являются отражением их внутреннего мира. Соответственно, различие взглядов людей позволяет нам говорить о существовании различных миров. То, что в мире одного конкретного человека, проживающего в конкретный момент в конкретном месте и имеющего конкретную роль в обществе, является правильным, может иметь совершенно противоположное значение в мире другого человека, проживающего в тот же самый момент в другом месте и имеющего другую роль в другом обществе.

Однако, исходя из собственного опыта, могу отметить, что очень часто люди не только не осознают сам факт существования различных мировоззрений, но и рассматривают непривычный ход мышления или порядок действий как глупость или тупость. Пожалуй, нет ничего проще, чем считать и называть друг друга глупыми. Для этого не нужно прикладывать никаких усилий или тратить время на то, чтобы понять мировоззрение другого человека в самом широком его значении. Можно просто называть глупым все то, что кажется непонятным, странным или неочевидным вместо того, чтобы попытаться обнаружить причинно-следственную связь между происходящим и его контекстом. К примеру, вполне логично, что человек, выросший в среде, в которой большое внимание уделяется соблюдению правил приличия и вежливости, может воспринять как признак глупости и невежественности отсутствие у другого человека рефлекса здороваться или говорить «спасибо». Подобным же образом другой человек, в окружении которого стиль общения может быть охарактеризован как сухой и грубоватый, может посчитать глупым и ненужным тратить время на лишние правила приличия. В результате люди с разным менталитетом могут обвинять друг друга в глупости по причине их различного восприятия совершенно идентичных элементов окружающего мира. Получается, что все мы живем в одном мире, создавая при этом каждый свой собственный мир со своими правилами, которые могут совпадать или различаться от правил миров других людей.

Проводя аналогию с общеизвестным постулатом «У каждого — своя правда», вышеописанные идеи можно резюмировать следующим образом: «У каждого — своя реальность». Из этого огромного количества различных реальностей и формируется огромный человеческий мир, который по достоинству можно назвать богатым.

Общаясь с людьми разного происхождения и разного поколения, порой поражаешься разнообразию существующих представлений об одних и тех же вещах. Можно привести тысячи и даже миллионы примеров, касающихся понимания как простых материальных вещей, как, например, пища, погода, одежда, так и таких абстрактных понятий, как дружба, честность, злость, жадность.

Возьмем, например, такое понятие, как богатство. Вы когда-нибудь задумывались, сколько вам нужно было бы денег для того, чтобы стать богатым? Согласно вашему мировоззрению, каких людей можно называть богатыми, а каких — бедными? Являются ли для вас билеты на самолет в бизнес-класс дорогими или у вас вошло привычку покупать билеты только этой ценовой категории? Сколько, по вашему мнению, стоит хороший дом? Можете ли вы с легкостью потратить шестьдесят тысяч рублей на празднование вашего дня рождения? А хотите ли вы вообще быть богатым, и что это для вас значит? По вашему мнению, богатые люди экономят деньги или бросаются ими ежедневно на ветер? Или попробуем, к примеру, определить, что значит много работать. Нормально ли для вас работать допоздна? И что значит вообще работать допоздна? До девяти вечера или до двенадцати ночи? Как часто вы работаете на выходных и работаете ли вы на выходных? Что для вас значит начинать работу рано? Нужен ли вам долгий обеденный перерыв, чтобы передохнуть во время рабочего дня? Или вы привыкли работать без него? И ведь таких наводящих вопросов могут быть тысячи, а на каждый из этих тысячи вопросов можно получить бесконечное количество разных ответов, источником которых являются многообразные людские миры.

И получается, что в одном огромном мире существует огромное количество миров, которые движутся в потоке времени, сталкиваются, перемешиваются, разрушаются, возрождаются. Эти миры нельзя потрогать или увидеть, в этих мирах не существуют осязаемые материи, они витают в виде мыслей и энергии, подобно тысячам душ, находящихся в поисках своего назначения и стремления к какой-то цели. Движение этих миров и есть движение жизни в ее глобальном общечеловеческом значении.

Я бы не стала искать тождественную связь между такими понятиями, как реальность и материальность. Кто сказал, что право называться существующим имеет только то явление, которое доступно человеческим органам чувств? Скажем, мысль существует, она реальна, но ее сложно назвать материальной. И тем не менее, она способна повлиять на материальное состояние мира, получив выражение в виде человеческих действий. Но иногда мысль так и продолжает существовать в своем нематериальном состоянии. Такие мысли люди называют идеями, мечтами, стремлениями, целями, перспективами. Они существуют и помогают людям жить и стремиться к чему-то, каждое утро вставать, чтобы чем-то заниматься, развиваться или развивать других. Мысли реальны, они существуют рядом с нами, они сопровождают нас каждый день. Конечно, они так и могут остаться мыслями, но они существуют, и это просто форма их существования. Однако такое существование должно быть подпитано определенным контекстом, и этим контекстом и является тот самый индивидуальный мир каждого человека, поэтому и получается, что у всех свои мысли и свое представление мира. Никто не отрицает, что эти идеи могут совпадать среди маленького или большого количества людей, порождая новые философские течения, которые иногда даже приводят к революционным движениям.

Если мир каждого из нас реален, то почему же большой мир должен казаться фиктивным? Реальность множества индивидуальных миров должна создавать общую реальность мира. Но в силу невозможности проникновения в человеческие мысли, мир каждого из нас так и остается закрытым для чужого доступа. Наше мировоззрение — это наше индивидуальное и неповторимое сотворение мира на протяжении всей жизни. В каждом из нас живет жизненная сила, которая нами движет и позволяет нам выживать в потоке других жизненных сил. Все то, что мы открываем для доступа других людей — это лишь внешнее проявление внутреннего индивидуального мира, которое преломляется при столкновении с внешним проявлением миров других людей и деформируется через призму восприятия каждого человека. Именно поэтому и существует извечная проблема человеческого взаимопонимания, которая будет существовать до тех пор, пока человек будет развиваться и стремиться к своим целям. Все то, что мы получаем от других людей, можно назвать вторичным продуктом, производимым с одной-единственной целью — удовлетворить свои потребности и выжить. Это может звучать цинично, но это объясняет, почему каждый из нас эгоист в меру своих интересов. Это и вполне логично, иначе бы мир, наполненный бесцельными людьми, остановился и перестал бы двигаться вперед. Его бы просто-напросто не было, так как он перестал бы существовать, застыв в бесконечном бездействии. По этой причине мир и все, что в нем существует, кажется таким фиктивным.