© Пржевальская Л. К. (наследники), Пржевальский Н. М., текст, 2024

© ООО «Паулсен», макет, 2024

Николай Михайлович Пржевальский – личность известная. О нем написаны биографические, научно-популярные и художественные книги весьма внушительных объемов; опубликованы пространные статьи и краткие заметки; о нем сняты художественный, документальный, художественно-документальный и мультипликационный фильмы. Ему посвящали героические стихи, и его же делали героем анекдотов и шуточных баллад.

В медийном пространстве его представляли то эпическим героем, богатырем, то шпионом и человеконенавистником, то личностью великодушной, щедрой, с открытой душой и сердцем, то жестоким завоевателем азиатских народов и «уртай амбанем – сердитым генералом».

Единственное, в чем сходились все – и хвалители, и хулители, – это то, что он был знаменитым путешественником, хотя и здесь градация оценок деятельности простиралась от «гениального путешественника всех времен и народов» до «он где-то по Сибири кочевал».

Канонический образ путешественника сложился уже при его жизни. Во времена всемирной славы Пржевальского критика в его адрес, высказанная в весьма мягкой форме, была явлением редким. Смерть гениального путешественника не изменила высоких оценок, данных ему современниками. Имя Пржевальского не было предано забвению и после 1917 г. О нем много говорил и писал его ученик, путешественник П. К. Козлов, в 1939 г. советская общественность широко отметила 100-летний юбилей Пржевальского, а в 1989 г. – 150-летний. Об экспедициях всемирно известного путешественника сообщали учебники географии, по которым учились советские школьники, и поэтому советские люди слышали и что-то помнили о Пржевальском.

Наступили новые времена, и, хотя по-прежнему много говорилось и говорится о научных открытиях знаменитого Пржевальского, появились публикации, в которых обсуждалась не только научная, но и другая деятельность путешественника. Теперь Пржевальский выступал не столько путешественником, сколько военным, генералом, разведчиком. Научные изыскания, как считали авторы этих публикаций, маскировали истинные, военные задачи его экспедиций. Пржевальского называли основоположником нового, активного вида разведки, а также основателем борьбы с китайским бандитизмом.

«Мысль о разведчике» не была новой. Ранее, в публикациях 1938–1941 гг., встречались фразы типа: «Пржевальский понимал, что выступает не только как ученый-путешественник, но также как военный разведчик». Но после того, как было указано, что некоторые авторы слишком увлекаются военной (разведывательной) деятельностью известного путешественника, разговор на эту тему прекратился на многие десятилетия.

В ряде работ Пржевальского называли ярким геополитиком; сюда же некоторые авторы нередко подверстывали его «конкистадорство» и агрессивность.

Другой пласт публикаций касался поисков путешественником таинственной Шамбалы и снежного человека – считалось, что это было истинной целью экспедиций Пржевальского.

Авторы еще одной серии журнальных и газетных статей горячо обсуждали личную жизнь Пржевальского (нежелание жениться, «отцовство» и внезапную смерть).

Авторы всех публикаций по-прежнему много писали о самих путешествиях, активно использовали цитаты из Пржевальского и настойчиво пропагандировали свое видение личности путешественника.

Сам Пржевальский написал немало. Он ярко и занимательно рассказывал о своих путешествиях в книгах и статьях, нередко участвовал в полемике, яростно отстаивая свой взгляд на вопросы войны и мира с Китаем, тяжелого положения российских казаков и крестьян, а также азиатских народов – китайцев, корейцев, тибетцев, монголов.

Пржевальский написал огромное количество личных писем и докладных записок. Все или почти все из написанного Н. М. Пржевальским доступно для прочтения. Он наговорил по разным поводам так много, что сегодня легко можно надергать «из Пржевальского» цитат, которые подтвердят любую точку зрения автора, пишущего о путешественнике.

Что же это за явление – Пржевальский? Ученый или военный, путешественник или разведчик, просто великий охотник, азартный игрок, писатель-любитель, непьющий офицер, обуреваемый жаждой власти, или, наконец, первый исследователь природы Центральной Азии?

Может быть, это человек-стихия, которого пытаются уложить в прокрустово ложе привычных понятий?

Анализируя написанное о Пржевальском, можно увидеть, что в большинстве случаев авторы пересказывают своими словами выбранные ими места из биографического очерка первого биографа Николая Михайловича Пржевальского военного историка Николая Федоровича Дубровина. До сего времени, спустя 130 лет, более полного и документально подтвержденного материала о Пржевальском так и не написано.

Конечно, за прошедшие годы появились публикации, авторы которых использовали некоторые архивные материалы, не охваченные Дубровиным, писали о спутниках и родственниках путешественника, коллегах и знакомых. Но вопросов «по Пржевальскому» меньше не становилось.

Стоит лишь чуть перевести дыхание от чтения и, не довольствуясь полученными объяснениями, задаться простыми вопросами, как тут же становишься в тупик. Например, откуда известно, что его предком был запорожский казак, с чего это Николай Пржевальский выбросил классный журнал с двойками, если сам учился отлично, почему вдруг решил идти в армию, если не любил армейской службы, и т. д., и т. п.

О многом, вероятно, с их точки зрения незначительном, авторы публикаций о Пржевальском ничего не написали. Например, сообщив, что Пржевальский участвовал в подавлении Польского восстания 1863–1864 гг., никто из них не уточнил, в каких военных операциях против повстанцев отличился Николай Пржевальский и какой наградой были отмечены его успехи. Также осталось неясным, в чем состояло его участие в Манзовской войне 1868 г. Мало известно о том, когда и какие разведывательные донесения он посылал в Главный штаб и как эти данные были использованы в политике России.

Нам по прочтении большого количества литературы о Пржевальском захотелось не только выяснить некоторые подробности его жизни, но и понять, каковы его военные заслуги, чем он талантливее других путешественников и что он сделал для науки, для России. Хотя, казалось бы, об этом говорится во всех публикациях о Пржевальском.

Не претендуя на исчерпывающую полноту знаний о Пржевальском и не соперничая с его лучшим биографом Н. Ф. Дубровиным – впрочем, как и с другими авторами, внесшими огромный вклад в копилку знаний о великом путешественнике, – мы решили опубликовать о Николае Михайловиче сведения, полученные из архивных документов, монографий, статей и прессы прошедших лет. Следуя старой истине, что все познается в сравнении, мы сопоставили эти данные с информацией о людях, с которыми он учился, служил, работал, общался, дружил, переписывался. Мы обращали внимание на то, какие книги он читал, кроме специальной литературы, каких авторов хвалил или ругал, кем и чем восхищался. Мы пытались, насколько возможно, понять личность Пржевальского и оценить его военные, научные и прочие заслуги, сравнив достижения Николая Михайловича с успехами других людей, занимавшихся аналогичной деятельностью.

Мы будем фрагментарно излагать материал о его жизни и путешествиях, зафиксируем внимание лишь на отдельных моментах гимназической поры, варшавского периода и т. д.

Наибольшее внимание мы уделим участию Пржевальского в Польской и Манзовской войнах, его пребыванию на Дальнем Востоке, работе в Главном штабе; обсудим вопрос о целях и спонсорах его путешествий в Центральную Азию, остановимся на взаимоотношениях Пржевальского и прессы. Расскажем о полемике по китайскому вопросу, поговорим о Шамбале и снежном человеке. Отдельная, заключительная глава будет посвящена происхождению рода Пржевальских.

Работая над очерком о выдающемся географе, биографе Н. М. Пржевальского Э. М. Мурзаеве[1] и над переизданием книги Н. М. Пржевальского «Путешествие к Лобнору и на Тибет»[2], я обратил внимание, что биография великого путешественника по мере вхождения в новый век приобретает все новые и новые черты и оттенки. И как любая личность, отдаленная от современников временем, художественной и политической конъюнктурой, она обрастает мифами, субъективными суждениями и даже откровенными фальсификациями в угоду тем или иным сиюминутным целям. Даже с завидной регулярностью возобновляется интерес к его географическим открытиям и маршрутам путешествий, а в связи с интродукцией некоторых элементов так называемой Большой игры в Центральной Азии в наше время имя Н. М. Пржевальского всплывает по разным случаям.

В России уже в XXI в. отметили его 175-летие, установили еще один памятник в 2017 г. в Смоленске и бюст в национальном парке «Смоленское Поозерье», а к 180-летию – мемориальную доску на стене гимназии, где учился Н. М. Пржевальский. И каждый раз находились новые факты из биографии, новые ее оттенки и оценки.

И вот ожидаемая книга потомков великого путешественника – Л. К. Пржевальской и Н. М. Пржевальского. Она была в некоторой степени анонсирована одним из авторов после его выступления на юбилейном заседании к 175-летию Н. М. Пржевальского в Московской штаб-квартире Русского географического общества, где рассказывалось об учебе, друзьях и сослуживцах, военных, службе великого путешественника и тех, кто уже по линии братьев продолжал род Пржевальских. Эта малоизвестная и местами противоречивая сторона его жизни оказалась притягательной для разного рода спекуляций и субъективных оценок. Поэтому появление этой книги очерков очень актуально, и она, несомненно, найдет своего читателя.

О чем же эта книга?

Во-первых, о новых штрихах к портрету Н. М. Пржевальского – успешного военного, генерала, разведчика, одного из основоположников нового, активного вида внешней разведки и, говоря современным языком, – о создании им основ борьбы с терроризмом. Действительно, начиная с 30-40-х годов прошлого века в литературе появлялись позитивные оценки этой деятельности Пржевальского и некоторых его сослуживцев по Генеральному штабу. Офицеры-географы достойно несли эту службу, укрепляя рубежи нашей родины и усмиряя геополитические интересы Англии и других стран в Центральной и Восточной Азии.

Во-вторых, об объективной оценке геополитических достижений офицера-географа, его стратегическом мышлении, проявившемся в разных регионах, где ему пришлось служить и путешествовать. Конечно, все военные географы, служившие при Генеральном штабе, были по определению стратегами, заботились о расширении и укреплении рубежей своей страны, участвовали в ее географическом описании и изучении малоизвестных районов, проводили перепись населения, создавали новые карты.

В-третьих, о том, как уживались в нем ученый, военный, путешественник, разведчик, охотник, азартный игрок, писатель. Например, один из самых опытных биографов, Н. Ф. Дубровин, был военным историком, и, конечно, его усилиями уже были сделаны первые шаги в сторону «военной биографии» Пржевальского. Но долгое время мы не имели представления о его не менее талантливых и выдающихся современниках-сослуживцах, которые на географическом поприще становились генералами и также оставляли свои имена на картах неизведанных до них земель. Мы совершенно не знаем, что посылал путешественник «с дороги» в Генеральный штаб. Не путевые зарисовки и не описания фауны, как можно думать. Как все это использовалось в той, на наш взгляд, довольно успешной государственной внешней и внутренней политике Российской империи.

В-четвертых, о малоизвестных спутниках и родственниках путешественника, коллегах и знакомых. Мы по-новому погружаемся в тайны рода Пржевальских, что называется, разбираемся с родословным древом, понимая, что многое в этом могучем человеке именно оттуда, из истоков рода.

В-пятых, о малоизвестных страницах жизни Пржевальского и его окружения, с акцентами на почти не освещенные в биографических работах этапы, например, на варшавском периоде, на его участии в Польской и Манзовской войнах, пребывании на Дальнем Востоке, работе в Главном штабе.

Наконец, в-шестых, авторы делают очередную попытку разобраться в происхождении рода Пржевальских.

Нас ждет увлекательное чтение о великом человеке, чья жизнь многообразна, полна загадок и тайн, удивительных зигзагов судьбы и приключений, но всегда – пример верности присяге, достойного служения своей стране, научного подвига!

А. А. Тишков,

член-корреспондент РАН, заслуженный деятель науки РФ,

член ученого совета Русского географического общества

Если сегодня спросить у людей, изучавших жизнь путешественника или просто слышавших о нем, отчего умер Пржевальский, то чаще всего ответ будет таким: умер от брюшного тифа, которым заразился, выпив сырой воды. Так же отвечает и интернет. Так долгое время считали и мы, прочитав биографический очерк Н. Ф. Дубровина, написанный о Н. М. Пржевальском в 1890 г.

Дубровин – «вдвойне товарищ Н. М. по Императорской Академии наук и по Военно-ученому Комитету Главного штаба». Опираясь на материалы, «собранные ближайшим другом покойного, генерал-лейтенантом Ф. А. Фельдманом», он так ярко, красочно и убедительно повествовал о путешествиях Н. М., «тяжелой страннической жизни во имя науки и славы России» и смерти от брюшного тифа, что усомниться в достоверности прочитанного было невозможно.

Братья путешественника, Владимир и Евгений, дали высокую оценку труду Дубровина.

В ответ Н. Ф. Дубровин поблагодарил Евгения и Владимира за хороший отзыв о его книге «Н. М. Пржевальский»[580].

Итак, родственники путешественника не усомнились в диагнозе «брюшной тиф».

По мере того как из документов, писем и других бумаг мы узнавали о деятельности Николая Михайловича, о предках рода Пржевальских, о жизни родственников, друзей и лиц, мало знакомых путешественнику, появились сомнения в правильности некоторых высказываний Н. Ф. Дубровина.

В семейном архиве Пржевальских отсутствуют многие документы, связанные с великим родственником, – семьей брата, Владимира Михайловича Пржевальского, они были подарены ИРГО в Петербурге.

Архив Российского географического общества (НА РГО) – неиссякаемый источник сведений о путешественнике; в нем есть и документы, связанные с его смертью. Это письма Роборовского, Козлова, Фельдмана, Королькова, Крыжановского, телеграммы Колпаковского из Омска и Роборовского из Каракола[581]. Но основной документ о смерти Пржевальского мы обнаружили в Российском государственном военно-историческом архиве (РГВИА). В деле содержался подробный («физиологически детальный») отчет врача Крыжановского о течении болезни и смерти Н. М. Пржевальского.

Диагноз – возвратный тиф – ставился на основании совокупности фактов (в том числе и того, что еще несколько человек из экспедиционного отряда заболели недугом с теми же признаками). Этот диагноз подтвердили еще три врача: Мансветов, Велепольский и Барсов.

Из письма Роборовского Фельдману, находящегося в том же архиве, следовало, что врачи «определили смерть от желчного тифоида. Это местный брюшной тиф с осложнением – в момент смерти всегда разливается желчь».

Удовлетворившись объяснением далекого от медицины Роборовского, что «возвратный тиф – это местный брюшной тиф с осложнением», мы не удивились, прочтя его телеграмму Географическому обществу, в которой он писал, что Н. М. скончался от брюшного тифа (см. цв. вклейку):

Однако в телеграмме начальнику Генерального штаба Роборовский написал, что Пржевальский умер «от возвратного тифа»[583].

В это же время Степной генерал-губернатор и командующий войсками Омского военного округа генерал Г. А. Колпаковский[584] послал телеграмму Военному ведомству о том, что генерал Пржевальский скончался в Караколе от возвратного тифа[585] (см. цв. вклейку).

Газеты и журналы Петербурга, Москвы и др. городов немедленно сообщили о смерти путешественника от возвратного тифа:

Перечень публикаций, в которых сообщалось, что причиной болезни и смерти являлся возвратный тиф, можно продолжить. Но были и другие сообщения, не столь конкретные.

«По объяснению доктора, был брюшной тиф. Температура высокая – ее не выдержало ожиревшее сердце. Понижать ее было невозможно, ибо сейчас же являлось кровотечение»[591]. Про возвратный тиф, он же тифозная горячка, желчный тифоид[592], или «местную разновидность брюшного тифа» Роборовскому рассказали врачи. Может быть, в то время врачи-практики еще не обладали такими же знаниями, как врачи-ученые, поэтому для них брюшной и возвратный тифы были только разновидностями, а не болезнями, вызванными разными возбудителями. Однако различия в протекании болезни этих двух тифов врачи хорошо понимали[593]. То же самое, но с бо́льшими подробностями В. И. Роборовский рассказал редактору «Русской старины» М. И. Семевскому. На воспоминания Роборовского опирался Н. Ф. Дубровин.

Стенографическая запись устного рассказа в редакции «Русской старины» (1891):

Николая Михайловича перевезли в глазной барак в городе.

Утром 18 октября у Николая Михайловича был первый пароксизм, его трясло, а он смеялся: «Не могу, – говорил он, – удержаться – и не холодно, а трясет».

Скончался путешественник в 9 часов утра 20 октября 1888 г.

Письмо Я. И. Королькова Софье Алексеевне Пржевальской от 26 декабря 1888 г.: «Накануне смерти (19 октября 1888 г.) он выглядел почти здоровым, рассказывал о Петербурге и деревне. Казалось, что ему полегчало». Когда на другой день Корольков приехал в больничный барак, то во дворе застал Роборовского и Козлова в слезах, около тела Н. М. стояли «старики» в слезах. «Горе было здесь общим и искренним»[595].

Об этом печальном, трагическом событии Н. Ф. Дубровин написал следующее:

Далее Н. Ф. Дубровин приводит цитату из воспоминаний В. И. Роборовского (не ясно, на какие воспоминания он ссылается, поскольку они были опубликованы в 1892 г., а книга Н. Ф. Дубровина – в 1890 г.): «В ночь с 15-го на 16-е число Николай Михайлович спал неспокойно, температура тела значительно повышалась, чувствовал он хуже, но выйдя из юрты и увидев на косогоре сидящего черного грифа, не вытерпел и выстрелил в него. К величайшему восторгу бывших неподалеку киргиз, гриф покатился убитым. Притащили его к юрте; Николай Михайлович рассматривал его, расправлял крылья и перья и любовался ими».

И вновь Н. Ф. Дубровин: «На следующее утро [17 октября] В. И. Роборовский немедленно поехал в город и привез оттуда Ив. Ив. Крыжановского… Доктор тщательно осмотрел его и выслушал [скорее всего, имеется в виду – выслушал трубкой. – Авт.].

При исследовании оказалось: цвет лица с самым незначительным желтоватым оттенком; язык сухой, живот очень большой и вздутый, толчки сердца и пульс слабые. [„Четыре дня у одра болезни Н. М. Пржевальского“. Записки доктора И. И. Крыжановского. – Примеч. Н. Ф. Дубровина]

Прописав лекарство [Хинин? – Авт.], доктор обещал заехать на следующий день…

Болезнь не поддавалась лечению, и доктор предложил ему возвратиться в город и поместиться в каком-нибудь доме…

Николай Михайлович соглашался переехать в дом, но с тем условием, чтобы отыскали ему помещение вне города и притом такое, возле которого можно было расположить весь отряд, багаж и верблюдов. Таким условиям удовлетворял вполне глазной барак каракольского лазарета…

В 9 часов утра 18 октября доктор Крыжановский получил записку с верховым казаком, что у больного с 8 часов утра идет носом кровь и не останавливается…

Лишь только сделалось несколько легче, как Николай Михайлович изъявил желание переехать в барак…

После обеда ему сделалось опять хуже, появилось кровотечение носом и температура поднялась до 40 градусов Цельсия…

В 0:30 часов… больной дремал и изредка бредил. Приходя в сознание и видя себя окруженным своими спутниками и людьми ему близкими, он говорил им совершенно твердым голосом о своей близкой смерти… Пожалуйста, доктор, не анатомируйте меня» (Дубровин, 1890, с. 463–467).

Ранее об этом никто не упоминал. Позднее на этой фразе будет построена не одна конспирологическая (заговорщицкая) и другие невероятные версии болезни.

Заметим, что Н. Ф. Дубровин сообщил только о двух врачах, Крыжановском и Барсове, и не сказал, какой диагноз поставили каракольские военные врачи. В начале повествования об этой трагедии он написал, что «Река Чу, на которой охотился Н. М., протекает по местности болотистой, известной своим вредным для здоровья климатом. Среди киргизов, живущих в той местности, всю зиму 1887 г. свирепствовал сильнейший тиф [Какой? Брюшной или возвратный? – Авт.]». Дубровин также отметил, что Пржевальский «пил во время охоты воду из реки Чу, которая даже и туземцами считается вредною в сыром виде». Таким образом, биограф Пржевальского конкретно не сказал, что путешественник заразился брюшным тифом. Это читатель соединил две фразы и сделал вывод – брюшной тиф.

Так чем отличается возвратный тиф от брюшного? Обратимся к медицинской энциклопедии и инфекционистам, специалистам по тифу.

Длительное время тифом называли целую группу заболеваний, которые протекали с высокой температурой тела и нарушением психики. Потом ученые медики выяснили, что есть разные возбудители и, соответственно, разные тифы, а именно сыпной, брюшной и возвратный.

Если первые две болезни сегодня людям хорошо известны, то возвратный тиф в основном знаком только медикам и тем, кто интересуется медициной.

Брюшным тифом заражаются через содержащие бактерии Salmonella typhi пищу, воду (жидкости), а также фекалии, мочу, грязные руки и пр. (алиментарным путем).

Возвратным тифом человек заболевает от укуса зараженного клеща или когда раздавливает зараженную вошь[596] на расчесанном участке тела. Возбудителями возвратного тифа являются бактерии спирохеты рода Borrelia.

Сыпным тифом заболевают также после укуса зараженной вши[597] и втирания в расчесы содержимого ее кишечника. Но эта вошь заражена бактериями из группы Rickettsia prowazekii.

Возможно ли было в XIX в. определить у больного тот или иной тиф без проведения бактериального анализа? Да, это можно было установить по ряду признаков течения болезни и эпидемиологической обстановки.

Общие признаки – лихорадка (повышение температуры тела). Лихорадка характеризуется не только повышением температуры, но и изменениями во всех органах и системах. Больных беспокоят головная боль, разбитость, чувство жара, сухость во рту. При лихорадке усиливается обмен веществ, учащаются пульс и дыхание. При резком повышении температуры тела больные ощущают озноб, дрожь. При высокой температуре тела кожа становится красной, теплой на ощупь. Быстрое снижение температуры сопровождается обильным потом.

Брюшной тиф. Температурная кривая состоит из фазы нарастания температуры (длящейся около недели), фазы разгара (до двух недель) и фазы падения температуры (около недели). Больные брюшным тифом резко заторможены физически и интеллектуально. Движения становятся замедленными, они безучастны к происходящему. При попытке заговорить с ними дают односложные ответы после длительной паузы либо не отвечают вообще. В период разгара болезни находятся в состоянии тяжелейшего ступора, не узнают близких. Цвет лица становится бледным (иногда встречается покраснение кожи).

Возвратный тиф. Для возвратного тифа характерно чередование приступов лихорадки (подъемов температуры) с периодами нормальной температуры тела. Отмечается желтушность кожных покровов. О различных типах лихорадки, протекающей при этих болезнях, и сравнении их с лихорадкой, которая наблюдалась у Пржевальского, поговорим позднее. Сейчас сосредоточимся на поведении больного путешественника.

Н. Ф. Дубровин, сославшись на воспоминания Роборовского, написал, что 16 октября Пржевальский убил черного грифа, сидящего на косогоре. Хотя в опубликованных воспоминаниях Роборовского, в том числе и в письме Фельдману, про грифа ничего не сказано.

Если учесть, что 10 октября Николай Михайлович послал из Каракола телеграмму брату, получалось что и спустя шесть дней у него оставалось незамутненное сознание, зоркий глаз и твердая рука, то есть отсутствовала «физическая заторможенность».

Из Каракола (написано: из Каракуля) в Москву. Арбат, дом Пржевальского.

«Снаряжаемся в Караколе. Выступаем отсюда около 10 ноября. Все благополучно.

Пржевальский».

Каракольская почтовая станция.

Ясность ума Пржевальский сохранял до последнего часа: всех узнавал, давал распоряжения, как и где его похоронить, завещал свое имение родственникам, рассказывал полковнику Королькову о Петербурге и деревне, ругал спутников за слезы, волновался, что Роборовский не идет спать и т. д.

Таким образом, даже на взгляд человека без медицинского образования очевидно, что поведение Пржевальского было совершенно не типичным для больного брюшным тифом.

Что же о болезни Пржевальского думали врачи, которых попросили высказать свое мнение спустя столетие после смерти путешественника, в 1994 г.?

И в 2019 г. М. М. Храмцов, доктор медицинских наук, заведующий кафедрой инфекционных болезней, профессор Смоленского государственного медицинского университета, писал: «Как врач по инфекционным болезням, без точных анализов, по отрывочным воспоминаниям современников Пржевальского, далеких от медицины, я не могу дать диагноз болезни 130-летней давности. Единственное, что можно утверждать, – это отсутствие болезни „брюшной тиф“ по описанному случаю во время болезни Пржевальского: момент выздоровления и убийство птицы. Здесь полная неясность, т. к. во время тифозной болезни человек не имеет сил даже поднять руку, а не то чтобы встать и стрелять из ружья» (Крячун, 2019, с. 5).

Внешний вид Пржевальского, «цвет лица с самым незначительным желтоватым оттенком» был характерен для больного возвратным, а не брюшным (бледный цвет лица) тифом.

Итак, у Н. М. был возвратный тиф, но с осложнением, носящим название желчного тифоида (N-паратифобацилез), когда к тифу присоединилась сальмонеллезная инфекция[599]. Среди множества сальмонелл только сальмонеллы тифи вызывают брюшной тиф. Не исключено, что «сальмонеллезная инфекция» объясняет слова Роборовского о болезни Пржевальского как о «местной разновидности брюшного тифа».

Мы считаем, что сегодня нет причин сомневаться в диагнозе каракольских врачей – возвратный тиф, поставленный на основании совокупности фактов, в том числе и того, что еще несколько человек из экспедиционного отряда заболели болезнью с теми же признаками.

Почему-то большинство пишущих о смерти путешественника утверждают, что из членов отряда заболел только один он. Это, как видно из письма Роборовского Фельдману, не соответствовало действительности: «Многие из солдат старых тоже было заболели, но теперь поправились уже».

К сожалению, Всеволод Роборовский не назвал имен «старых солдат», то есть тех, кто уже участвовал в предыдущих экспедициях Пржевальского, и не уточнил, когда они заболели – раньше или позже Пржевальского. К счастью, они выздоровели, скорее всего, без помощи врачей.

Болезнь Пржевальского, как писал Роборовский, была «заразительной», тем не менее казаки, солдаты и Роборовский с Козловым постоянно общались с ним: заболел ли позже кто-нибудь из них? (Роборовский с Козловым не заболели.) И не мог ли Пржевальский заразиться от ранее заболевших членов своего отряда?

Спустя 130 лет А. Д. Крячун решил доказать смерть Пржевальского от возвратного тифа. В книге «Пржевальский. Трудный путь к истине», подаренной правнучатому племяннику путешественника в день юбилея великого предка, Крячун описал и сравнил «температурные кривые» и симптомы болезни Пржевальского с симптомами брюшного и возвратного тифов по 25 показателям.

Фрагмент сравнительной таблицы симптомов болезней. Симптомы: 3. у Пржевальского; 4. при брюшном тифе; 5. при возвратном тифе

Температурные кривые: а. больного брюшным тифом; б. больного возвратным тифом; в. Н. М. Пржевальского

Три «показателя Пржевальского» (носовое кровотечение[600], нехватка воздуха, отсутствие сыпи на теле) не совпали с «показателями возвратного тифа». Девять «показателей Пржевальского» не соответствовали признакам брюшного тифа.

Доказывает ли сопоставительная таблица симптомов наличие у Пржевальского возвратного тифа, сказать затруднительно. Но А. Д. Крячун считает, что доказывает. «Строго говоря, для данных симптомов [Н. М. Пржевальского] точную и вполне идентичную рубрику в отделе инфекционных болезней трудно подыскать» (из письма доктора исторических наук М. К. Басханова А. Д. Крячуну) (Крячун, 2019, с. 43).

Может быть, температурные кривые помогли определить болезнь Пржевальского?

Классические температурные кривые брюшного и возвратного тифов, приведенные в книге А. Д. Крячуна, существенно отличаются.

Температурный график, построенный «по хронологии дней и состояния Н. М.», по мнению А. Д. Крячуна, «четко вписывается в образец „типовой температурной кривой“ возвратного тифа, скопированной из Большой медицинской энциклопедии» (Там же, с. 44–46).

На наш взгляд, «кривая Пржевальского» мало похожа на типовую «кривую возвратного тифа».

Какие еще доказательства в «пользу возвратного тифа» привел А. Д. Крячун? Инкубационный период. Начало болезни.

Период инкубации для брюшного тифа составляет от трех суток до двадцати одного дня (в большинстве случаев от девяти до четырнадцати суток). Для брюшного тифа Крячун принимает во внимание инкубационный период в девять – четырнадцать дней и категорически отрицает возможность трехдневной инкубации, которая, по его мнению, «противоречит всем медицинским канонам».

Инкубационный период возвратного тифа длится от трех до пятнадцати дней, чаще семь – восемь дней. Если не фиксировать внимание на словах «чаще и в большинстве случаев», то получается, что по инкубационному периоду один тиф от другого трудно отличить.

Возможно, эти два тифа отличаются началом болезни?

Возвратный тиф начинается остро, температура тела с ознобом повышается до 39–41 °C и держится на высоком уровне с незначительными суточными колебаниями. Больные жалуются на головную боль, на нестерпимую боль в икроножных мышцах, пояснице, суставах, по ходу нервов. При пальпации икроножных мышц боль усиливается. Рано появляется тупая боль в левом подреберье. Нередко наблюдаются носовые кровотечения, возможны бессонница, бред, возбуждение, менингеальные симптомы. Сознание сохранено.

При брюшном тифе лихорадка прогрессирует медленно. Максимальное повышение температуры (до 40 °C) наблюдается к пятому – седьмому дню заболевания. В начале болезни отмечаются тошнота, снижение аппетита, слабость, раздражительность, головные боли.

В некоторых случаях заболевание может начинаться уже на вторые сутки, остро, с резкого повышения температуры и тяжелой интоксикации.

А. Д. Крячун пишет, что «первоначальные симптомы обеих болезней [брюшного и возвратного тифов] также мало отличаются друг от друга». Заметим, что это верно только в том случае, когда брюшной тиф начинается с резкого повышения температуры.

Началом недомогания Пржевальского А. Д. Крячун считает 8 октября, когда путешественник ехал с казаком в Каракол, и, по высказываниям казака, «генерал сильно устает, ему жарко».

«10 октября – у Пржевальского вид нездорового человека… 14 октября… принял хинин, 15 октября – температура повысилась до 40°… 17 октября жаловался на боль под ложечкой, тошноту, рвоту, отсутствие аппетита, жажду, боль в ногах и затылке, тяжесть в голове. Носом шла кровь, 18 октября жаловался на боль в затылке и нехватку воздуха. 19 октября температура 41°. Носом шла кровь» (Крячун, 2019, с. 28–30).

Как видно из этих данных, лихорадка, наблюдавшаяся у Пржевальского, прогрессировала медленно, что характерно для брюшного тифа.

Если считать началом болезни 15 октября, когда Пржевальский пожаловался на нездоровье, измерял температуру, считал пульс и говорил о тифе с навестившим его штабс-капитаном, то болезнь будет похожа на возвратный тиф. Получается, что в данном случае объяснять вид тифа протеканием начала болезни – весьма ненадежный показатель.

Как мы поняли, основным доказательством правоты А. Д. Крячуна явилось письмо к нему М. К. Басханова. Профессор-востоковед М. К. Басханов ссылался на уездного каракольского врача И. И. Крыжановского (не приводя ссылки – ее мы нашли в РГВИА[601]), который заявил, что «между киргизами Каракольского уезда свирепствовала эпидемия возвратного тифа и именно желчного тифоида» (Крячун, 2019, с. 43)[602], и поэтому он склоняется «к этому предположению [высказанному Крячуном? – Авт.], что болезнь покойного Пржевальского можно и с большой вероятностью назвать возвратным тифом» (Там же).

«Все вернулось на круги своя!» Правильный диагноз – возвратный тиф, осложненный желчным тифоидом, был поставлен каракольскими врачами! Мы тоже считаем, что Пржевальский болел возвратным тифом.

На первый взгляд кажется – не все ли равно, от какого тифа погиб Пржевальский? Однако у многих вызывает удивление, почему он выпил сырой воды из реки, когда первая заповедь путешественника – «не пей воды сырой». По мнению А. Д. Крячуна, «биографы Пржевальского, писавшие об этом, дискредитировали Н. М. как руководителя экспедиции перед всем человечеством» (Крячун, 2019, с. 26).

Брюшным тифом заражаются через воду, возвратным заболевают от клещей и вшей. Другими словами, чтобы заболеть возвратным тифом, не обязательно пить воду из реки Чу.

Кстати, о Чу! Крячун, побывавший в тех местах, написал, что эта река горная, с быстрым течением. «Исток ее находится в 200 км от места, где охотился Н. М., и в пути она подпитывается множеством родников и речек, истоком которых являются ледники хребтов Терской Ало-Тоо и Киргизского» (Там же, с. 34, 35).

Так, в конце концов, пил Пржевальский воду из реки Чу или нет? Дадим слово свидетелям.

1. Дневник Пржевальского.

«4, 5 октября. Вечером поехал с Роборовским на станцию Константиновскую (19 верст от Пишпека) на фазанов (Phas. Mongolicus), которых здесь очень много.

Вечером и утром я убил 15, Роборовский 1. Несмотря на октябрь, днем очень жарко; листья еще не осыпаются с деревьев, хотя на некоторых начинают желтеть».

(Пржевальский не пишет о солдате, который, по словам Дубровина, нес мешок с убитыми фазанами.)

Пржевальский в своем дневнике о том, что пил воду, ничего не написал.

2. Письмо Роборовского управляющему делами Военно-ученого комитета Главного штаба генерал-лейтенанту Ф. А. Фельдману от 22 октября 1888 г.

«Уже совсем вечером Николай Михайлович пришел усталый и вспотевший на станцию, напился холодной воды и лег спать. Утром перед отъездом домой (т. е. на бивак в Пишпеке) мы снова поохотились».

Роборовский в письме о том, что Пржевальский пил воду из реки, ничего не сообщил.

Но в последующих своих воспоминаниях он ярко и красочно рассказал об арыке (может быть, это была редакторская правка?).

3. Воспоминания В. И. Роборовского, опубликованные в журнале «Русская старина».

«Отправились с ним в разные места, он в одну сторону, а я в другую.

Когда мы сошлись вечером после охоты, то он говорил, что ужасно устал и сильно вспотел (это случилось с ним первый раз на охоте), так что напился из арыка.

„Выпил я из арыка гадости, говорил он, вот придем домой, выпьем запивка“ (Так называли мы жидкий чай с лимонною кислотою, с сахаром или с клюквенным морсом. Мы всегда брали это питье в дорогу, чтобы не пить сырую воду).

Действительно, придя на бивак, Н. М. выпил более бутылки этой запивки, потом подали самовар, мы поели баранины, которую Н. М. запил полстаканом белого вина, и легли спать. Ночью он вставал, ему казалось жарко, он вышел во двор. 5 октября 1888 г.

Рано утром мы опять пошли на охоту, вернулись часов в 11. Пишпек, 6 октября».

Теперь, по словам Роборовского, Пржевальский выпил воду из арыка.

4. Дубровин, ссылаясь на воспоминания все того же Роборовского, поведал следующее.

«5 октября. На охоте он пробыл почти целый день и вернулся домой уже поздним вечером. Днем было настолько жарко, что, будучи одет в одном кителе, он так вспотел, что китель и белье были буквально мокры. К тому же он пил во время охоты воду из реки Чу, которая даже и туземцами считается вредною в сыром виде.

Придя на станцию, Н. М. застал готовый самовар, но, по привычке, выпил холодной запивки две бутылки. Потом выпил стакан чая с пол стаканом белого ташкентского вина и, поужинав жареным мясом, лег спать. Ночью ему показалось жарко, и он приотворил окно».

Дубровин написал, что Пржевальский пил воду из реки Чу.

Чему верить? Заметим, что источником информации во всех случаях был Всеволод Иванович Роборовский. Он был в шоке от смерти Пржевальского, поэтому сразу не вспомнил, говорил ли путешественник о выпитой им грязной воде, или Роборовскому «мысль о воде» внушили позже? Заразная вода была нафантазирована, чтобы объяснить болезнь «брюшной тиф»? Но тогда «фантазеры» не учли, что брюшным тифом можно заразиться не только через воду, но и пищу, и, как говорится, бытовым путем. В последнем случае источником заразы могут быть зараженные люди (киргизы, казаки, солдаты и др.).

Очень хорошо, что А. Д. Крячун привлек внимание к причине гибели путешественника и опроверг бытующее мнение о том, что Пржевальский умер от брюшного тифа, выпив сырой воды.

Пржевальский скончался от возвратного тифа, которым можно заразиться от клещей, вшей и зараженных людей. Отметим еще раз, что возвратный тиф «считается заразительным; поэтому тело Н. М. не позволили поставить в церковь, пока гроб не запаяли в другой металлический гроб».

А. Д. Крячун рассмотрел лишь один способ заражения. Он считает, что Пржевальский заболел возвратным тифом от укуса аргасового клеща. Это случилось, когда путешественник «как любознательная натура не мог не походить по развалинам, образовавшимся после землетрясения г. Верного». «Возможно, среди развалин и прицепился к Пржевальскому роковой клещ, который во время соприкосновения впрыскивает обезболивающее средство, и человек не чувствует укуса» (Крячун, 2019, с. 40).

Действительно, укусы иксодовых клещей (живут в лесной зоне и переносят энцефалит) безболезненны. Укус аргасового клеща, переносчика возвратного тифа, довольно болезненный. Первым признаком клещевого возвратного тифа служит возникновение в месте укуса клеща «первичного аффекта, представляющего собой мелкую папулу в окружении геморрагического ободка». Другими словами, организм на болезненный укус аргасового клеща может отреагировать аллергической реакцией. Сначала на пораженном участке возникает темно-красное пятно, затем на нем появляется вздутие с жидким кровянистым содержимым. При этом место укуса сильно чешется, а область вокруг него покрывается сыпью. Такая реакция вызвана тем, что слюна данного паразита весьма токсична. Трудно представить, что путешественник не обратил внимание на укус такого клеща.

Зачем Пржевальский поехал в Верный? Поехал по делам, жил в бараке в саду губернатора. Было ли у него время, чтобы «походить по развалинам», в которых могли прятаться аргасовые клещи?[603]

Из дневника Пржевальского.

«27 сентября. Поехал на почтовых из Пишпека в Верный за китайским серебром и ради выбора нескольких казаков. Со мной Роборовский, Нефедов и наш новый переводчик Сташков [а не вдвоем, как вспоминал Роборовский].

28 сентября. В 2 часа пополудни приехал в Верный.

29, 30 сентября, 1, 2 октября. Пробыли в Верном. Поместились отлично: в бараке в саду губернатора.

2 октября. Утром выехали из Верного. Дорогою по станциям были выставлены из киргизских волостей верблюды. По-прежнему очень плохи, так что из 500 выставленных я выбрал для экспедиции только 7.

Перед вечером приехали в Пишпек[604], куда уже прибыл из Ташкента весь наш багаж».

Мы предлагаем рассмотреть еще один источник заражения – платяную вошь, которую можно подцепить где угодно и от кого угодно. Это так называемый эпидемический (вшивый) возвратный тиф[605].

Как не вспомнить слова Басханова, что «между киргизами Каракольского уезда свирепствовала эпидемия возвратного тифа».

Вшивый (эпидемический) возвратный тиф переносится больным тяжелее, чем клещевой (эндемический), и длительного, прочного иммунитета, в отличие от клещевого, после перенесенной болезни не возникает. Если полагать инкубационный период трехдневным, то заражение путешественника произошло в Караколе, возможно, на квартире, где он остановился, или при контакте с зараженными казаками, солдатами, киргизами и др., когда покупал верблюдов, выбирал спутников и пр.

Нас совершенно не удивило его раздражение по поводу городской каракольской жизни, которое выдается как начало болезни, и его желание перебраться из города на простор. В Верном и Пишпеке он с отрядом жил в юртах на окраине городов, чему был очень рад. Вообще, поездка в последнее путешествие представлена литературным гением Дубровина как цепь событий и высказываний, предшествующих гибели Пржевальского. Он плакал, покидая Слободу, говорил «прощай» вместо «до свидания», завидовал молодому и полному сил Роборовскому, рассуждал о смерти. Он устал на охоте, жаловался на жару, хотя всем остальным было не жарко, у него было плохое настроение, когда он представлял свою жизнь «на покое», наконец, у него выпал зуб. Он посмотрел на себя в зеркало и увидел себя страшным и старым, поэтому побрился и приоделся.

Конечно, Пржевальский погрузнел и не был в отличной физической форме, сказалась городская «сидячая жизнь». Конечно, он был намного старше своих товарищей, Роборовского и Козлова. Но мечтал ли он, по предположению А. Д. Крячуна, как настоящий воин, «умереть на поле брани» (Крячун, 2019, с. 53–54). «Предчувствие последней дороги, после которой не будет продолжения, заставило Пржевальского самому поднести спичку к мосту, который он сжег, чтобы не возвращаться. И сгорел вместе с ним, успев произнести свое завещание преданным людям, которые пойдут вослед ему» (Там же, с. 54). Сказано сильно, но как это перевести на обычный язык? Пржевальский окончил жизнь самоубийством, задумав это сделать в последней экспедиции? Прекратил сопротивляться болезни, так как хотел умереть, и болезнь предоставила такую возможность?

И это совершил человек «ясно осознанной цели», по определению А. П. Чехова, не скептик, не мистик, не психопат или пессимист[606]. Это сделал человек, получивший немалые государственные средства на экспедицию, взявший с собой почти 30 человек, 120 верблюдов и 30 лошадей и др. Это человек, о планах которого уже оповестили мировую общественность. И все это только для того, чтобы умереть «на руках отряда»?

Может быть, о намерении свести счеты с жизнью он обмолвился в своем дневнике? Или в дневнике он написал о предчувствии скорой кончины?

«Август 24. В четыре часа по полудни почтовый поезд Нижегородской дороги повез меня в „пятое“ путешествие по Центральной Азии. Радость великая! Опять впереди – свобода и дело по душе. Но для успеха его необходимо прежнее счастье, которое не отвернется и ныне от меня.

…Средства материальные экспедиции ныне еще шире, чем были у нас при „четвертом“ путешествии. Снаряжение также более широкое: уже теперь везем мы с собою 300 пудов клади, да столько же, если не более, вероятно, прибавится в Караколе, куда мы теперь направляемся».

Записи последующих дней сообщали, что из Нижнего Новгорода до Астрахани они плыли на пароходе «Фельдмаршал Суворов», потом на небольшом пароходике достигли устья Волги и пересели на морской пароход «Великий князь Константин». Затем на пути следования были Петровск (Махачкала), Баку, Узун-ада. В начале морского пути Пржевальского и Козлова «постигла морская болезнь», но в целом «переезд через Каспий был совершен отлично».

3 сентября. «В полдень пришли в Узун-ада. Окрестности – голые сыпучие пески. Отлично выкупался в море. Жарко как летом. В 6 часов вечера двинулись по закаспийской железной дороге. Ночь наступила превосходная – теплая и лунная».

4, 5, 6 сентября. «Ехали по Закаспийской железной дороге. Эта дорога (1340 верст) – совершенное чудо в пустыне. Словно в сказке несешься в вагоне по сыпучим пескам или по бесплодной и безводной галечной равнине».

7, 8, 9, 10 сентября. «Утром приехали в Самарканд. Поместились у Николая Ивановича [Толпыго]. Отдыхаем хорошо. Фруктами превосходными объедаемся. По наружности [русский город] много походит на Верное. В туземном городе мы осматривали мечеть, в том числе и ту, где находится могила Тамерлана».

Как видно, записи путешественника весьма жизнерадостны и не содержат никаких предчувствий или даже намеков на желание Пржевальского «умереть на посту».

«Правда, которую не докажешь документами», – как написал А. Д. Крячун (то есть самоубийство), – не единственная оригинальная гипотеза гибели Пржевальского. Среди «недоказательных правд»: убийство Пржевальским грифа, священной птицы, преднамеренное отравление медленно действующими ядами и случайное отравление при лечении иссык-кульским корнем (аконитом). Есть еще особое мнение журналистки Ирины Кашиной, что причиной смерти было онкологическое заболевание, лимфогранулематоз, которым давно страдал Пржевальский.

Несколько слов о журналистке И. Кашиной и «стародавней болезни Н. М.».

В конце 1990-х годов она пришла в дом М. В. Пржевальского, внучатого племянника путешественника, где мы с ней и познакомились.

В первые же минуты Ирина Кашина заявила, что ее главная миссия на земле – донести до людей правду о гибели Пржевальского. Потом она рассказывала об англичанах, которые хотели отравить путешественника, но современные врачи не подтвердили этой версии Кашиной. Затем она долго повествовала о болезни, которой Н. М. страдал во втором путешествии, о наказании его местными божками за то, что он взял рога марала с могилы святого. По мере рассказа она все более возбуждалась. Мы в то время были не в теме причин гибели путешественника и знали только про брюшной тиф, о других версиях ничего не слышали. Наконец, Кашина поведала о своем открытии истинной причины гибели Пржевальского, которую подтвердили медики.

Журналистка и современные врачи установили, что Пржевальский страдал лимфогранулематозом, то есть, по словам Кашиной, раком крови. Вот эта болезнь и есть истинная причина его гибели, о чем к моменту встречи с потомками его брата И. Кашина опубликовала несколько статей[607]. Ксерокопии этих статей она подарила авторам этой книги.

Кашина отдала нам также бумагу «К экспертизе характера смерти Н. М. Пржевальского», подписанную профессорами В. Л. Поповым и Ю. В. Лобзиным, в которой отвергалась возможность отравления мышьяком, а «сама гипотеза об отравлении представлялась надуманной, поскольку в последней экспедиции Н. М. не пересекал границ Тибета, а находился в районе реки Чу близ Бишкека».

Это заключение, кроме того, отвергало причину смерти Пржевальского от брюшного тифа. Эта часть экспертизы нами цитировалась ранее.

Среди других причин врачи-инфекционисты упоминали сепсис, давнее терапевтическое заболевание, возможно, сахарный диабет, либо патологический процесс в гепато-панкреато-дуоденальной зоне, в том числе цирроз печени, опухоль печени или поджелудочной железы, панкреатит.

Заключение специалистов[608] было датировано 22 июня 1994 г., и в нем ничего о лимфогранулематозе не сообщалось.

Второй бумаги, где, по словам Кашиной, подтверждалась версия о лимфогранулематозе, мы не видели, так как она ее «случайно не захватила». Журналистка не принесла эту бумагу-экспертизу и при второй нашей встрече.

Заключение члена-корреспондента Российской академии медицинских наук профессора Н. С. Потекаева и заведующего кафедрой кожных и венерических болезней Московской медицинской академии им. И. М. Сеченова профессора О. Л. Иванова мы увидели в статье И. Кашиной, опубликованной в «Медицинской газете». Это заключение было сделано на основании дневниковых записей Пржевальского во время второго путешествия.

Заметим, что дневниковые записи, в которых Пржевальский упоминал о заболевании кожным зудом, относились к сентябрю – ноябрю 1877 г., то есть за 11 лет до смерти.

«Вероятнее всего, что Пржевальский страдал генерализованным кожным зудом, обусловленным первичной полисистемной патологией» (цирроз, опухоль печени, сахарный диабет), – заключили медики.

Как дополнение к вышесказанному (первичная системная патология) авторы упоминали лимфогранулематоз. «Дополнительно необходимо отметить, что подобные явления на коже могут быть обусловлены также лимфогранулематозом». Врачи не исключали и чесотку. Медики сетовали, что «отсутствие квалифицированного описания кожных изменений, а также необходимого клинического обследования не дает возможности более определенно высказаться о диагнозе кожного поражения». «Однако с уверенностью можно сказать, что причиной смерти послужило не кожное, а общее заболевание». Таким образом, врачи не поставили диагноз – лимфогранулематоз. Они упоминали о нем как о болезни, характеризующейся зудом. К слову, зуд – частый симптом многих заболеваний (диабет, подагра, желтуха, нарушение функций эндокринных желез, почек, печени, ожирения и т. д.).

К экспертизе характера смерти Н. М. Пржевальского

Диагноз длительной болезни Пржевальского под названием «лимфогранулематоз» поставила журналистка Ирина Кашина, приписав врачам то, чего они не говорили. Кашина допустила ошибку, рассуждая о лимфогранулематозе как раке крови, хотя это – рак лимфы, что следует из самого названия болезни. «Смерть наступает при явлениях общего истощения». В то время как в последние дни жизни путешественника не отмечалось его резкого похудения.

Почему из всех возможных болезней, сопровождающихся зудом, Кашина выбрала лимфогранулематоз? Чтобы поговорить «о наследственной склонности организма к злокачественным процессам», так как, заметила Кашина, «нелишне вспомнить также, что матушка Н. М. Пржевальского скончалась от рака желудка».

В статье, опубликованной в «Медицинской газете», вывод о «раковом заболевании крови» звучит осторожно, далее в других статьях он становится категоричным: «Итак, на поверхности лежал ответ: лимфогранулематоз или по-простому – рак». «Настоящая сущность его болезни оказалась выявленной путем посмертной медицинской экспертизы, спустя 107 лет после его смерти: диагноз – лимфогранулематоз».

Мы проанализировали все статьи Кашиной, посвященные смерти путешественника, написали возражения, заключив, что журналистское предположение о том, что причиной смерти Пржевальского являлся лимфогранулематоз, может существовать только в виде не слишком убедительной гипотезы (январь 1998 г.). Этот текст мы вручили Ирине Кашиной, после чего связь с журналистской прервалась.

Прошли годы, и оказалось, что «дело Кашиной» живет, но пока не побеждает. В 2006–2007 гг. Ирина Кашина продолжала писать об этом в интернете. Статьи Ирины Кашиной (Вишневской) есть в архиве РГО в фонде Пржевальского[609]. К сожалению, версию гибели Пржевальского от лимфогранулематоза принимают за истину весьма уважаемые люди (Тишков, 2007, с. 9; Михновский [Электронный ресурс])[610].

Еще одну, сказочно-мистическую, версию смерти путешественника, «жертвы грифа», «запустил» А. Митрофанов в 2003 г.: Пржевальский умер потому, что убил священную птицу, грифа. «Вскоре после охоты Пржевальский слег. Кто-то считал, что это тиф. Кто-то – что обычная простуда. Кто-то подозревал расстройство лимфатических желез. Болезнь была загадочна» (Митрофанов, [Электронный ресурс]). И у А. Митрофанова нашлись «последователи».

«Пржевальский, выйдя из юрты и увидав на косогоре сидящего черного грифа, не вытерпел и выстрелил в него. Притащили убитого грифа к юрте. Николай Михайлович рассматривал его, расправлял крылья и перья и любовался ими. Гриф, на радость ученым, удался на славу и был с удовольствием съеден. Но киргизы этой радости не разделяли. Они были уверены, что Пржевальский убил священную, неприкосновенную птицу» (Крылов [Электронный ресурс]).

В истории с грифом явно просматривается старинное верование о том, что гриф – священная птица. Так считали многие древние народы. В Вавилоне, Ассирии, Древнем Египте главные божества изображались с головой грифа. Одна из египетских богинь носила имя Мут, что в переводе означало «гриф». У римлян гриф считался священной птицей бога войны Марса.

В 1888 г. смерть Пржевальского не вызвала появления каких-то иных, кроме официальных, объяснений причин его гибели, зато нынешние публикаторы не поскупились на «изъяснения загадочной смерти» путешественника. «Вскрытие не производилось, объяснение смерти заболеванием брюшным тифом выглядело весьма предположительно. Данное обстоятельство позволяет выдвинуть иную гипотезу смерти великого путешественника, которую на сегодняшний день нельзя ни подтвердить, ни отрицать – отравление медленно действующим ядом» (Колесников, 2008).

А. Д. Крячун в своей работе (c. 42) сравнил симптомы болезни Пржевальского с симптомами при отравлении кадмием, мышьяком, цианидами, таллием и быстро действующим ядом аконитом. Совпадение наблюдалось лишь по четырем – девяти признакам из 23 симптомов, что явно не подтверждало версию об отравлении.

Но вернемся от версий о смерти к последним дням жизни и похоронам Н. М. Пржевальского.

18 октября Пржевальский наконец согласился переехать в лазаретный барак, стоявший на окраине города.

«Это было кирпичное здание, сухое и теплое, с хорошим полом и печкой, стены были немедленно выбелены, пол вымыт, и барак протоплен с открытыми окнами. На дворе было поставлено несколько юрт для Роборовского, Козлова и людей отряда. Для верблюдов нашлось чистое, ровное место, а для вещей хороший двор. Все место было обсажено ивой и орошалось несколькими арыками, проведенными из р. Караколки» (Дубровин, 1890, с. 465).

В бараке Роборовский с Козловым соорудили постель для больного, то есть сложили несколько войлоков в углу комнаты, так как Николай Михайлович не любил спать на кровати, и занавесили вход. В 3 часа ночи 20 октября у Пржевальского был сильный жар, постоянная жажда, он потел. Около его постели собрались члены отряда, врач Крыжановский и фельдшер, которым Николай Михайлович был очень доволен и говорил, что «если я выздоровею, то выхлопочу ему награду».

В 4 часа утра Николай Михайлович почувствовал себя лучше, спутники из барака ушли, Козлов с врачом легли на войлоках в другой комнате; остался в бараке и Роборовский. Но Пржевальский попросил его уйти, сказав, что «мне совсем хорошо, а если из-за меня не спят, то и я не могу уснуть».

Каракольский лазарет. 1889 г.

В 5–6 часов утра у него неожиданно поднялась температура, о чем Крыжановский тут же сообщил отряду. И все в тревоге вернулись в барак. Пржевальский начал бредить, потом, придя в себя, решил встать. «Мы хотели помочь ему, но он вырвался из наших рук, твердо встал на ноги, совершенно ясно посмотрел вокруг на всех нас». «Теперь, – сказал он, – я лягу» (Роборовский, 1892, с. 673).

В 9 часов утра 20 октября Н. М. Пржевальский скончался.

На следующий день Петр Козлов отправил письмо Владимиру Михайловичу, родному брату путешественника.

Петр Кузьмич писал, что Николай Михайлович «на руках своих спутников (нас двоих и старого гренадера) умер! Нечего и говорить, как это явление отозвалось. Подробно расскажем при свидании. В 10 часов вечера 19 октября Н. М. в периоды полного сознания говорил с нами: „Я никогда не боялся смерти, суждено умереть и погибну. Погрести меня на берегу Иссык-Куля. Слободу не продавать. Передать ее в род Пржевальских. А именно Владимиру Владимировичу“. Сегодня пойдем выбирать место на берегу Иссык-Куля. Больше писать не в силах»[611].

План окрестностей Каракола с указанием места захоронения Н. М. Пржевальского

Владимир Михайлович в двух телеграммах, присланных в Главный штаб, просил «доставить дорогой прах в Москву». Брат по матери, Николай Иванович Толпыго, в своей телеграмме в Главный штаб писал, что «считает необходимым похоронить в Азии»[612].

24 октября вечером в Главный штаб (Петербург) пришла телеграмма «от Государя императора, который решил, что нужно похоронить на Иссык-Куле».

26 октября вечером в Караколе получили телеграмму от командующего войсками Омского военного округа Г. А. Колпаковского о решении императора Александра III исполнить волю покойного и похоронить Н. М. Пржевальского на берегу Иссык-Куля.

Место последнего упокоения Н. М. Пржевальского «выбрали семейным советом» (Роборовский, Козлов, Нефедов, Иванов, Бессонов, Телешов, Дорофеев и Протопопов) вместе с уездным начальником, полковником Корольковым.

27 октября в половине девятого утра тяжелый гроб, для которого вместо дрог был «приспособлен полевой лафет», вынесли из лазаретного барака.

«Перед бараком выстроились: 5-й Западно-Сибирский линейный батальон с хором музыки и батарея артиллерии. После обедни и отпевания печальная процессия двинулась за город к месту погребения. Провожавших было очень много. И даже дамы все 12 верст шли пешком. Всю дорогу пели певчие, сменяемые хором музыки. Стояла прекрасная погода, солнце глядело по-летнему, и в пальто идти было жарко» (Дубровин, 1890, с. 468).

«Впереди с образом шел Бессонов, по бокам – почетные унтер-офицеры Нефедов и Телешов. Роборовский с Козловым со свечами шли за гробом, за ними Иванов с остальной командой отряда, за отрядом народ и горожане»[613].

«Возле могилы войска выстроились, зайдя вперед, и пропустили с должною почестью печальную процессию. Колесница-лафет сделала заезд к могиле. Спутники-товарищи приняли с нее последний раз на свои руки бесценный прах и понесли по покатости вниз к склепу. Залпы орудий и пехоты грозно разнесли грустную весть по озеру и окрестным горам. Началась служба.

Священник кончил, бросил горсть земли, и на краю могилы стал сначала полковник Корольков, сказавший теплое слово, а потом доктор И. Крыжановский, говоривший сквозь слезы и заставивший плакать всех, окружавших могилу».

«Местные дамы сделали прекрасный венок из искусственных цветов, солдатики сделали огромный венок и гирлянду из ели, родной ели, которую так любил покойный» (Дубровин, 1890, с. 468).

Ярослав Иванович Корольков

Из речи подполковника Я. И. Королькова:

«20 октября настоящего года будет, бесспорно, причислено к числу скорбных дней всем образованным миром… Высоконравственная личность и доброта сердца с одной стороны, а с другой железная воля и энергия, естественно, не могли не произвесть сильного впечатления и на жителей посещенных Николаем Михайловичем стран и не только познакомили дикарей этих мест с именем русским, но внушили чувство глубокого уважения к этому дорогому всем нам имени.

Господа! На нашу долю выпала честь упокоить на нашей земле прах великого русского работника. Не только Россия, весь мир, которому известно имя Пржевальского, будут смотреть на эту могилу… Это возлагает на каракольцев озаботиться не только о сохранении самой могилы, но еще и об украшении ее…

Да в мире почиет прах твой, великий работник славы Отечества нашего! Мы предадим потомкам нашим воспоминание о тебе как об одном из достойнейших сынов нашей Родины святой».

Иван Иванович Крыжановский

Из речи доктора И. И. Крыжановского:

«Провожая теперь славного путешественника в другую загробную жизнь, мы имеем полное право сказать ему на прощанье нашу земную обыденную фразу: „До приятного свидания“. И скажем это потому, что, хотя телесный его образ и скроется скоро из глаз наших, но внутренний дух его, обессмертивший себе всемирную ученую славу, никогда для нас не умрет.

Покойся мирным сном в той части нашей земли, для изучения которой ты принес в жертву все свои силы и самую жизнь» (Дубровин, 1890, с. 600–602).

«По окончании речей склеп[614] был заделан, засыпан землей и на нем водружен большой черный крест, убранный венком из цветов и с прибитой на нем небольшою доскою. На ней Роборовский написал:

„Путешественник Николай Михайлович Пржевальский. Родился 1839 года марта 31. Скончался 1888 года октября 20-го“».

Могила Н. М. Пржевальского. 27 октября 1888 г.

«Задушевное желание покойного было исполнено: тело его осталось навсегда у подножия Небесных гор» (Дубровин, 1890, с. 468–469).

28 октября 1888 г. в Казанском соборе в Петербурге были отслужены обедня и панихида в девятый день по кончине Н. М. Пржевальского.

Сообщение о торжественном собрании ИРГО

9 ноября состоялось торжественное заседание Императорского русского географического общества, посвященное чествованию памяти Н. М. Пржевальского.

Сообщение о панихиде в Казанском соборе

Сохранять память о Н. М. Пржевальском для грядущих поколений помогают огромные научные достижения великого путешественника.

Спасская церковь. Вид со Спасского переулка. Смоленск, 1919 г.

Храм Георгия Победоносца. Смоленск, 2012 г.

Памятный камень на месте усадьбы Отрадное родителей Н. М. Пржевальского. 2016 г.

Часовенка с одной иконой на кладбище (проект А. Р. Карпова). Село Лобково, 2018 г.

Темно-бронзовая медаль на Владимирской ленте для участников Крымской войны, не бывавших в сражениях

Светло-бронзовая медаль в память усмирения польского мятежа 1863–1864 гг.

Портрет Н. М. Пржевальского. Художник Н. Ф. Яш

Орден св. Станислава 3‑й степени без мечей и с мечами

Дворец примаса в Варшаве, в котором располагалось юнкерское училище. 1870-е годы

Паспорт Н. М. Пржевальского, визированный в Кяхте

Паспорт Н. М. Пржевальского, визированный в Пекине

Китайский паспорт Н. М. Пржевальского

Паспорт Н. М. Пржевальского для экспедиции в Китай. 1870 г.

Наш бивуак на Лоб-Норе. Фото В. И. Роборовского

Посвящение племяннику В. В. Пржевальскому на книге Н. М. Пржевальского «От Кяхты на истоки Желтой реки». Вероятно, одна из последних дарственных надписей на книге, сделанная рукой Пржевальского за два месяца до смерти

Наши походные жилища. Рис. В. И. Роборовского

Верблюд, навьюченный ящиками с коллекциями. Рис. В. И. Роборовского

Личный походный набор Н. М. Пржевальского

Шахматы Н. М. Пржевальского

Страницы из личной записной книжки Н. М. Пржевальского

Личная походная подзорная труба Н. М. Пржевальского в кожаном футляре с надписью: «От Государя Наследника Цесаревича Николаю Михайловичу Пржевальскому. Июль 1883 г.»

Фрагмент статьи о Н. М. Пржевальском. Журнал «Нива», 1876 г. № 20

Телеграмма В. И. Роборовского в ИРГО о смерти Н. М. Пржевальского

Телеграмма Г. А. Колпаковского в Военное ведомство о смерти Н. М. Пржевальского

Карта путешествий по Центральной Азии. Крышка альбома, подаренного Н. М. Пржевальскому Городской думой Санкт-Петербурга в связи с избранием его почетным гражданином города

Золотая медаль в честь Н. М. Пржевальского

Лхаса. Вид с севера

О. Б. Павлов. Путешественник Н. М. Пржевальский. 1950‑е годы

Семья Пржевальских на юбилейных торжествах, посвященных 150-летию со дня рождения Н. М. Пржевальского. Слева направо: Валерий Борисович Титов-Пржевальский, Роман Валерьевич Титов-Пржевальский, Зоя Васильевна Титова (Батечко-Пржевальская), Людмила Константиновна Пржевальская, Николай Михайлович Пржевальский, Николай Владимирович Пржевальский, Иосиф Флавианович Пржевальский, Михаил Владимирович Пржевальский. Смоленская область, поселок Пржевальское. 12 апреля 1989 г.

На крыльце дома-музея Н. М. Пржевальского. Слева направо: Л. К. Пржевальская, Е. П. Гавриленкова, Т. М. Комарова (урожд. Пржевальская). Смоленская область, поселок Пржевальское, 2002 г.

Запуск поезда метро «Акварель», с экспозицией, посвященной 170-летию РГО. В центре: Н. М. Пржевальский, А. В. Семенов-Тян-Шанский, А. А. Чернобровина, Н. Н. Миклухо-Маклай. Москва, 2015 г.

Л. К. Пржевальская у скульптуры лошади Пржевальского – символа зоопарка. Прага, 2018 г.

Л. К. Пржевальская в Научном архиве РГО. Санкт-Петербург, 2015 г.

Н. М. Пржевальский в Научном архиве РГО. Санкт-Петербург, 2015 г.

Мы с сожалением расстаемся с нашим героем. Собирая сведения о путешественнике, мы познакомились со многими знаменитыми гражданскими, военными и политическими деятелями середины XIX века, оставившими заметный след в российской истории. Николай Михайлович Пржевальский выделяется из этой когорты как блестящий исследователь, прославивший российскую науку и по праву стоящий в одном ряду с М. В. Ломоносовым, Д. И. Менделеевым, И. П. Павловым, И. И. Мечниковым.

В чем секрет Пржевальского? Как ему удалось преодолеть невероятные трудности пяти экспедиций и жесточайшие испытания, выпавшие на его долю? И как он сумел не потерять при этом ни одного человека? Как мы поняли, это результат тщательной подготовки экспедиций, подбора надежных товарищей и спутников, беззаветной преданности своему делу, страсти к путешествиям.

Эти составляющие успеха выкристаллизовались в результате многолетних экспедиций, именно об этом Николай Михайлович написал в своей книге «От Кяхты к истокам Желтой реки» в главе «Как путешествовать по Центральной Азии». Пржевальский соединил в себе качества руководителя, друга и учителя, поэтому мы с уверенностью можем утверждать, что «Н. М. Пржевальский – делатель судеб». Из 16-22-летних юношей, окончивших гимназию (в том числе и экстерном) или юнкерское училище, он смог вырастить и воспитать пытливых исследователей природы и военных, достигших значительных званий и отмеченных наградами.

Мы вправе считать, что он заслуженно стал основателем всемирно известной исследовательской и географической школы Н. М. Пржевальского, наиболее выдающимися представителями которой являются Петр Козлов, Всеволод Роборовский, Михаил Певцов. Он единственный из путешественников издал написанные прекрасным литературным языком книги о своих экспедициях. Его огромные зоологические и ботанические коллекции, подаренные Зоологическому музею и Ботаническому саду, до сих пор остаются непревзойденными.

Надеемся, мы смогли убедить читателя, что род Пржевальских происходит от витебских конных мещан, а не от запорожских казаков. Что богатырский рост, красота, здоровье и выносливость унаследованы им от деда Алексея Степановича Каретникова. Наконец, что Николай Михайлович «сделал себя сам», преодолев многочисленные жизненные трудности и препятствия. Итог его деятельности – мировое признание, награды и членство в академиях многих европейских стран, выбитая в его честь медаль.

Оказалось, Николай Михайлович Пржевальский обладал притягательной силой: его дела и поступки влюбили нас в эту личность. Его высказывания, дневники, письма, описания путешествий проникнуты страстным желанием открыть новое, исследовать неизвестное, донести до людей тайны природы.

Жители Центральной Азии считали Н. М. Пржевальского колдуном и волшебником, а современники в России и за рубежом – легендарной и выдающейся личностью. Отрадно, что эта оценка, дополненная и скорректированная новыми данными, остается и в наше время. Свидетельством тому служат книги, статьи, фильмы, выставки, конференции, посвященные путешественнику.

Нам весьма созвучны слова Антона Павловича Чехова, которыми мы и хотим закончить послесловие: «один Пржевальский стоит десятка учебных заведений и сотни хороших книг. Идейность, благородное честолюбие, имеющее в основе честь родины и науки, делают его в глазах народа подвижником, олицетворяющим высшую нравственную силу».

Авторы выражают благодарность работникам архивов НА РГО, ЦГАМ, РГАДА, РГВИА, ГАСО, ГАРФ, РГИА СПб, ГАИО за предоставление ценных сведений.

Мы глубоко признательны за сотрудничество и помощь создателю Дома-музея Н. М. Пржевальского в пос. Пржевальское Евгении Павловне Гавриленковой, ее сыну Геннадию Васильевичу Гавриленкову, заведующей Домом-музеем Ирине Анатольевне Майоровой и его сотрудникам, советнику директора Музейно-мемориального комплекса Н. М. Пржевальского в Караколе (Киргизия) Джумакан Мамбетовне Мамбетовой, первому заместителю исполнительного директора РГО Илье Анатольевичу Гурову, заведующей Научным архивом Русского географического общества в Санкт-Петербурге Марии Федоровне Матвеевой.

Также хотим выразить благодарность директору Смоленского Государственного музея-заповедника Татьяне Васильевне Орловой, главному хранителю музея Дмитрию Петровичу Алексееву, директору Государственного архива Смоленской области Анжеле Валерьевне Барковой, председателю Смоленского отделения РГО Михаилу Николаевичу Артеменкову, заместителю председателя Смоленского областного краеведческого общества, советнику-эксперту Департамента Смоленской области по культуре Надежде Владимировне Деверилиной, краеведу Татьяне Васильевне Кудрявцевой, директору национального парка «Смоленское Поозерье» Александру Семеновичу Кочергину, доценту кафедры физической географии СмолГУ Анатолию Семеновичу Кременю, доценту кафедры библиотечно-информационной деятельности и музеологии Смоленского государственного института искусств Татьяне Николаевне Ладожиной (Жаровой), главному научному сотруднику Смоленского научно-образовательного центра Ларисе Юрьевне Мажар, ученому секретарю Зоологического музея МГУ имени М. В. Ломоносова Наталье Николаевне Спасской.

Мы благодарны нашим ближайшим родственникам Татьяне Михайловне Комаровой (урожденной Пржевальской) и ее дочери Ирине Юрьевне Шалаевой за предоставление фотографий и документов из семейного архива, нашим сыновьям Всеволоду Николаевичу и Константину Николаевичу и их супругам Елене Алексеевне и Татьяне Сергеевне за моральную и финансовую поддержку. Дополнительная строка признательности – нашему сыну Константину Николаевичу Пржевальскому за неоценимую помощь в поиске, атрибуции, сканировании иллюстраций для книги; внучке Анастасии Всеволодовне Пржевальской – за постоянное внимание к нашей работе, критические замечания и ценные советы; Елене Константиновне Солдатовой (урожденной Коркуновой) – за конструктивные советы по структуре книги, Марии Вячеславовне Капустиной – за активное обсуждение названий разделов и подзаголовка книги; Александру Николаевичу Толпыго – за сведения о роде Толпыго.

Искренняя глубокая благодарность и поклон нашим предкам: Любови Николаевне Пржевальской, сохранившей значительную часть семейного архива, ее сыновьям Николаю Владимировичу, Владимиру Владимировичу и Михаилу Владимировичу, составившему в 1986 г. первую родословную Пржевальских; Евфалии Сергеевне Пржевальской, сделавшей машинописный набор его труда.

Послужной список Н. М. Пржевальского[709]

Акимов Василий Петрович (1835–1886) – генерал-лейтенант, с 1857 г. – начальник Варшавского юнкерского училища, в 1874–1877 гг. – командир Самогитского полка. С 1879 г. – начальник Павловского военного училища. Участник Русско-турецкой войны 1877–1878 гг., за отличие в которой был награжден золотой саблей с надписью «За храбрость» и орденами Св. Владимира 3-й ст. с мечами и Св. Станислава 1-й ст. с мечами (Формулярный список, 1882, с. 91; Некролог, 1886).

Александрович Юрий Осипович (1819–1894) – польский ботаник, профессор Варшавского университета, директор Ботанического (1864–1878) и Помологического садов (1864–1886); декан физико-математического факультета Варшавского университета.

Анучин Дмитрий Николаевич (1843–1923) – русский географ, антрополог, этнограф, археолог, музеевед, основоположник научного изучения географии, антропологии и этнографии, заслуженный профессор Московского университета. В 1902 г. ввел в оборот термин «антропосфера».

Байков Николай Аполлонович (1872–1958) – полковник, натуралист, исследователь Маньчжурии, писатель, художник.

Барабаш Яков Федорович (1838–1910), генерал от инфантерии (1906). Окончил Александровский Брестский кадетский корпус, выпущен поручиком (1858). Штаб-офицер для особых поручений при командующем войсками Восточно-Сибирского военного округа (Иркутск), полковник (1874), начальник Иркутского юнкерского училища (1875), начальник штаба войск Приморской области (1875–1882), генерал-майор (1883), военный губернатор и наказной атаман Забайкальского казачьего войска (июнь 1884 – февраль 1888), военный губернатор Тургайской области и командующий расположенными на ее территории войсками (1888–1899), генерал-лейтенант (1894), оренбургский губернатор и наказной атаман Оренбургского казачьего войска (1899–1906).

Баранов Иосиф Гаврилович (28 марта 1835 – не ранее 1888) – генерал-майор (1878). Воспитывался в Полоцком кадетском корпусе, после его окончания поступил на службу в Полоцкий пехотный полк поручиком (август 1853). Участник Крымской войны 1853–1856 гг., штабс-капитан (1855), выпускник Академии Генерального штаба (1861), капитан (1863), старший адъютант управления войск Приморской области (1866), подполковник (1869). начальник штаба командующего войсками Южно-Уссурийского края (май – июль 1869), полковник (1872), начальник штаба войск Приморской области (1872), начальник штаба 38-й пехотной дивизии (1876), участник Русско-турецкой войны 1877–1878 гг., генерал-майор (1878), военный губернатор и командующий войсками Амурской области (с сентября 1880), военный губернатор и командующий войсками Приморской области, наказной атаман Уссурийского казачьего войска (1881–1888).

Безобразов Владимир Павлович (1828–1889) – экономист, статистик, публицист, редактор, педагог, преподаватель политической экономии и финансового права, академик Санкт-Петербургской академии наук, секретарь ИРГО. Один из ярких представителей блестящей плеяды русских экономистов эпохи либеральных реформ при императоре Александре II.

Белоха Порфирий Николаевич (1816–1890) – педагог. В 1845 г. получил приглашение преподавать географию в первом кадетском корпусе в Петербурге и с этого времени перешел на службу по военно-учебному ведомству. Здесь он был сначала преподавателем, а затем наблюдателем за преподаванием географии и, наконец, инспектором корпуса. Составленный им учебник географии, получивший широкое распространение и бывший лучшим руководством по этому предмету, вышел в 1862 г. и выдержал при жизни автора 17 изданий, разойдясь в количестве 200 тыс. экз. (Исторический вестник, 1890, с. 358). Учебник всеобщей географии (45-е изд., переработанное Соколовым) вышел в 1912 г.

Бельцов Владимир Алексеевич (1836–1897) – русский военный инженер, генерал-лейтенант. 1849 – вступил в службу, 1853 – окончил Главное ИУ. Подпоручик (1853). 1855 – окончил офицерские классы Главного ИУ. Строитель форта Петровский (1855), поручик (1857), строитель батарей в устье р. Амур (1859). Участник экспедиции на Дальнем Востоке под руководством В. М. Бабкина. Именем Бельцова назван открытый (1860) остров в Японском море. Штабс-капитан (1862), капитан (1865), начальник Николаевской инженерной дистанции на Амуре (с 1869), подполковник (1869), помощник начальника инженеров Восточносибирского военного округа (с 1870), полковник (1873), начальник Киевского крепостного инженерного управления (с 1874), генерал-майор (1883), начальник инженеров Виленского военного округа (1884), генерал-лейтенант (1893).

Бедряга Яков Владимирович (1854–1906) – зоолог-герпетолог. Жил за границей, в Италии, Франции. Печатал свои работы на иностранных языках. В его обработке опубликован раздел «Земноводные и пресмыкающиеся» (Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского…, 1898, 1907, 1909, 1912).

Беневский Аркадий Семенович (1840–1913) – военный и государственный деятель, генерал от инфантерии, помощник приамурского генерал-губернатора, временно и. д. приамурского генерал-губернатора (1891).

Бильдерлинг Александр Александрович, барон (1846–1912) – генерал от кавалерии (1901), начальник Николаевского кавалерийского училища (1878–1890). Автор памятников П. С. Нахимову, Э. И. Тотлебену, В. А. Корнилову в Севастополе.

Бихнер Евгений Альфредович (Александрович) (1861–1913) – зоолог, автор большой научно-популярной сводки «Млекопитающие» (1902–1906), ученый хранитель Зоологического музея.

Бокль Генри Томас (Buckle; 1821–1862) – английский историк, автор «Истории цивилизации в Англии», шахматист.

Борисоглебский Константин Аркадьевич (1861–1920) – инженер-архитектор. После окончания Института гражданских инженеров (1888) – техник Астраханского губернского правления (1888–1900). С 1890 г. работал в Семиречье младшим архитектором, в 1896–1902 гг. – архитектором строительного отдела. Автор проекта первого металлического моста в Казахстане, системы арыков, магистральных каналов, большого количества зданий гражданской и промышленной архитектуры. Самая известная его работа – Свято-Вознесенский кафедральный собор в г. Верный (совр. Алматы). Губернский архитектор Строительного отделения Курского губернского правления (1902–1908), главный архитектор Баку (1909–1913).

Бремзен Александр Густавович (1824–1881) – генерал-майор, командир 38-го пехотного Тобольского полка (с 1870), командир 1-й (1874–1877), 2-й (1877–1880) бригады 3-й гвардейской пехотной дивизии.

Бюцов Евгений Карлович (1837–1904) – дипломат. Почти два десятилетия провел в Японии и Китае: консул в Хакодате на Хоккайдо (1865–1869), поверенный в делах в Китае (1869–1871) и Японии (1871–1873); одновременно генеральный консул в Иокогаме, посланник в Пекине (1873–1883), Греции (1884–1889), Иране (1889–1897), Швеции и Норвегии (1897–1904).

Васильев Василий Павлович (1818–1900) – российский ученый-синолог, буддолог, санскритолог, академик Петербургской академии наук (1886), декан восточного факультета Петербургского университета (1878–1893).

Велепольский Александр, граф (1803–1877) – маркиз На-Мирове-Гонзаго-Мышковский, польский общественный деятель. Получил высшее юридическое образование в университетах Вены и Геттингена, вернулся на родину доктором философии. Благодаря своему происхождению и родственным связям занял видное место в польском дворянском обществе; однако очень скоро стал крайне непопулярным в нем человеком. С 1861 г. помощник наместника Царства Польского великого князя Константина Николаевича по гражданской части и вице-председатель Государственного совета. В июле 1863 г. уехал в отпуск и бежал за границу.

Венцлав Агриппа (ок. 1525–1597) – деятель литовской культуры второй половины XVI в., обучался в Лейпцигском (1545), Краковском (1548), Виттенбергском университетах. Писал (на латыни), критиковал крупных магнатов, предающихся азартным играм. Свои сочинения он подписывал Lithuanus или Litwin. Имя Агриппа, римское по происхождению, соответствовало амбициям его отца, причислявшего свой род к итальянцам.

Венюков Михаил Иванович (1832–1901) – генерал-майор, географ, этнограф, историк, общественный деятель. Исследователь Дальнего Востока (сделал описание и составил подробные карты Уссурийского края и Сихотэ-Алиня, доказал возможность судоходства по Амуру, принимал участие в закладке Хабаровска и Благовещенска). Первым из европейцев изучил Тибетское нагорье, по заданию Военного министерства совершил экспедиции по Японии, Китаю, Турции, Северной Африке, Южной и Центральной Америке. В течение двух лет был секретарем Императорского Русского географического общества, редактировал Известия ИРГО (1873–1875). В 1875 г. участвовал в работе Международного географического конгресса в Париже. Действительный член Императорского Русского географического общества, а также географических обществ в Париже, Женеве, Лондоне, член Парижского топографического общества, С.-Петербургского общества естествоиспытателей и Общества исследователей Амура в Хабаровске.

Верещагин Василий Иванович (? – 2014) – ветеран Великой Отечественной войны, служил в 5-й Оршанской дивизии, в 128-м гвардейском полку (1944–1945). Жил в Караколе. Совместно с Каракольским советом ветеранов активно участвовал в парадах и мероприятиях, посвященных Дню Победы. Проводил уроки патриотического воспитания молодежи. 27 декабря 2014 г. каракольцы простились с В. И. Верещагиным.

Веревкин Михаил Лаврентьевич (1825–1896) – архивист и историк. Сын священника. С 1847 г. учитель латинского языка Витебского духовного училища.

В 1853 г. перешел на административную службу, в течение 10 лет был столоначальником Полоцкой духовной консистории, с 1864 г. служил в Витебском губернском правлении. С 1888 г. архивариус Витебского центрального архива древних актовых книг.

Верховский Евмений Ильич (1803–1839) родился в сельце Хуторе, крещен в церкви с. Лобкова. Похоронен в Московском Покровском монастыре (Верховская, 2010, с. 106).

Веселовский Константин Степанович (1819–1901) – академик, экономист. Окончил курс в Царскосельском лицее, служил в Министерстве государственных имуществ. В 1852 г. избран Академией наук в адъюнкты по статистике и политической экономии, в 1855 г. – в экстраординарные, а в 1859 г. – в ординарные академики. С 1857 по 1890 г. состоял непременным секретарем Академии. С 1857 г. редактировал «Журнал Министерства государственных имуществ». Автор более 120 научных работ.

Влангали Александр Егорович (1823–1908) – действительный тайный советник, географ, геолог, историк-экономист, дипломат, посланник в Китае (1863–1869, 1870–1873) и в Италии (1891–1897), член Государственного совета, в 1882–1891 гг. товарищ министра иностранных дел.

Гебра Фердинанд фон (Риттер фон Гебра (Хебра) (1816–1880) – австрийский врач, основатель дерматологической научной школы, один из основоположников дерматологии.

Гельмерсен Петр Александрович (1838–1877) – окончил Николаевскую академию Генерального штаба (1860). Служил в лейб-гвардии Гатчинском полку, в Генеральном штабе (1861–1877), чиновником для поручений VII класса при начальнике Главного штаба (на 1 ноября 1873). В 1861 г. в чине поручика Генерального штаба был командирован в Восточную Сибирь. В 1863 г. служил поручиком в управлении Генерального штаба в Иркутске; снарядил небольшой караван и под видом купца совершил поездку из Урги в район озера Хубсугул, пройдя это расстояние за 55 дней (Бойкова, 2014, с. 24). В мае 1864 г. посетил гавань Посьета, побывал в корейской деревне Тизинхе (1865) и написал «Записку о корейцах, желающих принять русское подданство». Предлагал применить к корейцам льготы, предусмотренные «Правилами для поселения русских и инородцев в Амурской и Приморских областях» (ГАИО. Ф. 24. Оп. 11/3. Д. 24. Л. 27–31).

Герценштейн Соломон Маркович (1855–1894) – зоолог. В 1875 г. получил в Санкт-Петербургском университете степень кандидата естественных наук. С 1879 г. занимал должность ученого хранителя Зоологического музея Академии по отделению ихтиологии. По поручению Академии разработал коллекции центральноазиатских рыб, добытых экспедициями Пржевальского, Потанина, Певцова и Грум-Гржимайло. Три выпуска «Научных результатов путешествий Н. М. Пржевальского» (1888–1891) признаны в литературе всех стран образцовыми научными сочинениями.

Георгиевский Сергей Михайлович (1851–1893) – китаевед. Окончил историко-филологический факультет Московского университета (1873) и факультет восточных языков Петербургского университета (1880). С 1890 г. – профессор Петербургского университета. Один из первых русских китаеведов, занимавшихся изучением истории Древнего Китая. В магистерской диссертации «Первый период китайской истории (до императора Цинь-Ши-Хуан-Ди)» (1885) описал политическую историю чжоуского Китая. В докторской диссертации «Анализ иероглифической письменности китайцев как отражающей в себе историю жизни древнего китайского народа» (1888) и в книге «О корневом составе китайского языка в связи с вопросом о происхождении китайцев» (1888) стремился показать образ жизни древних китайцев, истоки древнекитайской культуры. В ряде работ касался проблем духовной культуры Китая, моральных принципов конфуцианства.

Горлов Александр Павлович (1830–1905) – генерал-лейтенант (1880), военный агент в США (с 1868), и в Великобритании (с 1873), инспектор местных арсеналов и совещательный член Артиллерийского комитета (с 1882). В 1886 г. по состоянию здоровья вышел в отставку.

Грум-Гржимайло, братья: Григорий Ефимович (1860–1936) – путешественник и естествоиспытатель; Михаил Ефимович (1861–1921) – военный, путешественник, изобретатель; Владимир Ефимович (1864–1928) – ученый, изобретатель и инженер-металлург.

Гумбольдт Александр фон, барон (Humboldt; 1769–1859) – немецкий географ, натуралист и путешественник, один из основателей географии как самостоятельной науки; создал такие научные дисциплины, как физическая география, ландшафтоведение, экологическая география растений. Благодаря исследованиям Гумбольдта были заложены научные основы геомагнетизма.

Дарвин Чарлз (Darwin; 1809–1882) – английский натуралист и путешественник, высказавший идею о том, что все виды живых организмов происходят от общих предков и эволюционируют со временем. Основным механизмом эволюции видов Дарвин назвал естественный отбор. Позднее развивал теорию полового отбора. Ему принадлежит одно из первых обобщающих исследований о происхождении человека, работа «Выражение эмоций у человека и животных», создание модели возникновения коралловых рифов.

Добровольский Владимир Михайлович (1834–1877) – генерал-майор, герой Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. После окончания Николаевской академии Генштаба Добровольский в 1860 г. был переведен в Генеральный штаб подполковником и вскоре был назначен начальником штаба 7-й пехотной дивизии.

В 1863 г. в качестве помощника начальника Радомского отдела принял участие в усмирении Польского мятежа, получив за отличия чин полковника и орден Святого равноапостольного князя Владимира 4-й степени с мечами и бантом (1864). Убит под Плевной.

Дыбовский Бенедикт Тадеуш (1833–1930) – польский и российский географ, зоолог, медик, лингвист, общественный деятель.

Ельский Константин Михайлович (1837–1896) – белорусский путешественник, зоолог, географ и геолог.

Исаков Николай Васильевич (1821–1891) – генерал-адъютант, генерал от инфантерии. Участвовал в нескольких экспедициях на Кавказ, в Венгерской кампании и в обороне Севастополя. Попечитель Московского учебного округа (1859), главный начальник военно-учебных заведений (1863–1881). При его деятельном участии, под высшим руководством военного министра Д. А. Милютина, состоялось полное преобразование этих заведений. В 1870 г. выступил с инициативой создания в Санкт-Петербурге музея прикладных знаний, для которого было отведено здание Соляного городка. Первый директор Московского публичного музеума и Румянцевского музеума (1862–1863), много сделал для перевода Румянцевского музея в Москву.

Касторский Николай Егорович (1775–1814) – полковник. Поступил на службу в Фельдъегерский корпус при его формировании в 1797 г. рядовым фельдъегерем и сразу зарекомендовал себя с положительной стороны. За ревностное исполнение служебных обязанностей в 1798 г. произведен в чин подпоручика, а спустя несколько месяцев – поручика; назначен командиром Фельдъегерского корпуса. В 1802 г. произведен в капитаны, а спустя три года за отличие по службе – в майоры, став, таким образом, первым штаб-офицером в Фельдъегерском корпусе.

Кафаров Петр Иванович – см. Палладий.

Кесслер Карл Федорович (1815–1881) – зоолог, член-корреспондент Петербургской академии наук; декан физико-математического факультета (1856–1862) и ректор (1867–1873) Петербургского университета.

Клейн Лев Самуилович (1927–2019) – известный советский и российский ученый, историк, антрополог, археолог, филолог, доктор исторических наук. Профессор Санкт-Петербургского государственного университета, преподавал в Западноберлинском, Венском, Копенгагенском, Вашингтонском (Сиэтл) и других университетах мира. Один из основателей Европейского университета в Петербурге.

Колпаковский Герасим Алексеевич (1819–1896) – генерал-губернатор Степного края, командующий войсками Омского военного округа. Один из инициаторов хлебопашества и лесоразведения в Юго-Восточном Казахстане. Активно способствовал подготовке научных экспедиций Н. М. Пржевальского.

Комаров Александр Виссарионович (1830–1904) – генерал от инфантерии (1891), участник Кавказской войны и Туркестанских походов, начальник Закаспийской области (1883–1890).

Корольков Ярослав Иванович (1833–1933) – полковник, уездный начальник, командир горной батареи, занимался исследованиями климата и ледников Прииссыккулья. Действительный член ИРГО. Создал первую в Прииссыккулье метеорологическую станцию (1881). Его именем назван один из ледников Тянь-Шаня.

Корсаков Михаил Семенович (1826–1871). Образование получил в школе гвардейских подпрапорщиков, по окончании которой был зачислен в штаб лейб-гвардии Семеновского полка. В 1849 г. определен в Иркутск на должность чиновника особых поручений. Начальник казачьего отделения Главного управления Восточной Сибири (1852), командующий войсками, сосредоточенными в устье Амура (май 1855), военный губернатор Забайкальской области и наказной атаман забайкальских казаков (декабрь 1855), генерал-майор (1856), генерал-лейтенант (1864). В 1860 г. переведен в Иркутск и возглавил Совет при генерал-губернаторе, а после отставки Н. Н. Муравьева-Амурского занял его место, став самым молодым генерал-губернатором в России (1861–1871). Член Государственного совета (1870).

Крускопф Максим Петрович – гидрограф, штурман парусно-паровой шхуны «Находка», участник Манзовской войны, лейтенант на шхуне «Алеут» (Ершов, 2017).

Крячун Александр Дмитриевич (род. 1951) – геодезист, альпинист. Более 30 лет проработал в изыскательских экспедициях в Средней Азии. В настоящее время – художник, писатель, краевед, биограф смолян-первопроходцев Н. М. Пржевальского, П. К. Козлова и С. С. Четыркина. Член Союза писателей и РГО (с 2014).

Куторга Степан Семенович (1805–1861) – русский зоолог и минералог, ординарный профессор Императорского Петербургского университета (с 1837), действительный статский советник (с 1856). Куторга был популяризатором естественно-исторических знаний; его статьи в «Библиотеке для чтения» и «Журнале Министерства народного просвещения» знакомили читателей со многими животрепещущими вопросами естественных наук.

Кювье Жорж (Cuvier; 1769–1832) – французский ученый, основатель палеонтологии. Согласно его теории, все структуры и органы связаны между собой, а их функции и строение зависят от питания, окружающей среды, размножения. Кювье, а также Л. Агассис, Р. Оуэн, А. Броньяр, изучая ископаемые останки, указали на постепенность в появлении организмов: простейшие формы предшествуют более сложным.

Лауниц Михаил Васильевич (1843–1911) – генерал от кавалерии; начальник 1-й кавалерийской дивизии.

Леонтьев Александр Николаевич (1827–1878) – генерал-лейтенант. Из дворян Тамбовской губернии. Окончил Пажеский корпус (1845), Императорскую военную академию (1849), начальник Николаевской академии Генерального штаба (1862–1878).

Лобанов-Ростовский Дмитрий Иванович (1758–1838) – князь, генерал от инфантерии (1807), министр юстиции (1817–1827).

Лыкошин Александр Иванович – брат помещика Вяземского уезда Владимира Ивановича Лыкошина (Макаров, 2023, с. 201). Лыкошины – дворянский род, происходящий от Ильи Григорьевича Лыкошина, польского шляхтича; его сын Борис поступил в русское подданство и жалован поместьем (1662). Род Лыкошиных внесен в VI часть родословных книг Новгородской и Смоленской губерний. Из этого рода народный артист СССР К. Ю. Лавров.

Лушников Алексей Михайлович (1831–1901), сын селенгинского купца 3-й гильдии, окончил русско-монгольскую школу в Кяхте, работал в торговой фирме Нерпина и Ременникова, затем, «начавши торговлю с более чем скромным капиталом», стал «крупным капиталистом». Он был старшиной купечества (1867, 1880), городским судьей, занимался общественно-просветительной деятельностью. Создал первую в Забайкалье картинную галерею. Был членом ИРГО, отделение которого открылось в Кяхте в 1894 г. В доме Лушникова в Кяхте (ул. Транспортная, 15) в разные периоды бывали путешественники Н. М. Пржевальский, Г. Н. и А. В. Потанины, Д. А. Клеменц, П. К. Козлов, В. А. Обручев, американский путешественник Дж. Кеннан и другие. В этом доме родился будущий академик, основоположник отечественной агрохимии Д. Н. Прянишников (1865).

Максимович Карл Иванович (1827–1891) – русский ботаник, академик Петербургской академии наук. Среднее образование получил в петербургском училище Св. Анны, высшее (1845–1850) – в Дерптском университете у А. А. Бунге. По окончании учебы определен помощником директора Дерптского ботанического сада, в 1852 г. перешел в Петербург консерватором в Императорский ботанический сад. Адъюнкт Санкт-Петербургской академии наук (с 1859). В должности главного ботаника Императорского ботанического сада (с 1869) занимался обработкой собранных материалов и коллекций, поступавших от Пржевальского, Потанина, Певцова и др. Издал восемь выпусков Diagnosis plantarum novarum asiaticum (лат.) (1876–1893). Директор Ботанического музея (с 1870). В 1871 г. избран экстраординарным, а затем и ординарным академиком.

Малашенко Максим Михайлович (р. 1976) – скульптор. В 2003 г. окончил Московский государственный художественный институт им. В. И. Сурикова (мастерская М. В. Переяславца). Стажировался в Творческих мастерских Российской академии художеств (руководитель – В. Е. Цигаль). С 2015 г. работает в Студии военных художников имени М. Б. Грекова, и. о. декана факультета скульптуры Московского института им. В. И. Сурикова (2009–2011). Автор памятников актерам В. Зельдину, Л. Филатову, врачу И. Маяцкому, писателю С. Писахову, поэту М. Волошину, спортсмену А. Прокуророву.

Мальт-Брюн Виктор Адольф (Malte-Brun; 1816–1889) – французский географ, секретарь Парижского географического общества (с 1860), автор капитального описательного труда «Иллюстрированная Франция».

Марков Евгений Львович (1835–1903) – писатель-путешественник, литературный критик, этнограф, выдающийся крымовед (Марков, 1875).

Матюнин Николай Гаврилович (1849–1907) – дипломат и разведчик; пограничный комиссар в Южно-Уссурийском крае (1880–1895), и. д. консула в Корее (1889), поверенный в делах в Сеуле (с 1898) и коммерческий агент в Корее и Маньчжурии. Несколько его работ напечатаны в «Сборнике географических, топографических и статистических материалов по Азии»: о поездке в Нингуту в сентябре 1878 г.; о поездке от Полтавского караула, через г. Нингуту до г. Хунчуна в начале 1881 г.; об отношениях Кореи к иностранным государствам; о китайцах и маньчжурах, проживающих на левом берегу Амура.

Мещеринов Григорий Васильевич (1827–1901) – генерал-адъютант, генерал от инфантерии. Из старинного дворянского рода Калужской губернии. Образование получил в школе гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров, откуда выпущен 10 августа 1845 г. по 1-му разряду с занесением на мраморную доску. Окончил Академию Генерального штаба (1848). Участник Крымской войны 1853–1856 гг. В 1866 г. назначен помощником начальника Главного штаба. Во время Русско-турецкой войны (1877–1878) неоднократно совершал поездки в Болгарию в действующую армию. Западно-Сибирский генерал-губернатор (1881–1882), командующий войсками Казанского военного округа (1882–1901).

Милютин Дмитрий Алексеевич, граф (1816–1912) – генерал-фельдмаршал (1898), военный министр (1861–1881), почетный член Петербургской академии наук (1866).

Минквиц Александр Федорович (1816–1882) – генерал-адъютант, генерал от инфантерии; начальник штаба войск в Царстве Польском (с 1862). При подавлении Польского мятежа был ближайшим помощником генерал-фельдмаршала графа Ф. Ф. Берга. Помощник главнокомандующего войсками Варшавского военного округа (с 1873), командующий войсками Харьковского военного округа (с 1877), член Военного совета (с 1878).

Никольский Александр Михайлович (1858–1942) – герпетолог, академик Украинской академии (1919). Окончил Петербургский университет, доктор зоологии, работал в Зоологическом музее Академии наук (1896–1903), ординарный профессор Харьковского университета (1903). Написал по пресмыкающимся и амфибиям книгу Herpetologia Rossica, получившую от Петербургского общества естествоиспытателей премию им. К. Ф. Кесслера. «Он знал многих зоологов своего времени и оставил интересные воспоминания о деятелях науки конца XIX и начала XX вв. Рукопись эта не была издана и хранилась у родных покойного. Нам она доставлена благодаря любезности киевского зоолога Бориса Николаевича Мазурмовича», – публикатор рукописи Б. Е. Райков (Из воспоминаний зоолога…, 1966).

Обручев Николай Николаевич (1830–1904) – генерал-адъютант, генерал от инфантерии (1887), управляющий делами Военно-ученого комитета (1868–1881), начальник Главного штаба (1881–1904), почетный член Петербургской академии наук, профессор.

Огнев Георгий Александрович (1925–2009) – скульптор, член Союза художников СССР, член Центрального правления Общества дружбы России и Монголии. Автор памятника Н. М. Пржевальскому в пос. Пржевальское Смоленской области.

Одюбон Джон Джеймс (Audubon; 1785–1851) – американский натуралист, орнитолог и художник-анималист, автор труда «Птицы Америки» (1827–1838).

Островский Войцех-Альберт Иванович (1809–1911) – генерал-майор, участник Севастопольской обороны 1854–1855 гг. Командир Полоцкого пехотного полка (с 1854), полковник (1855). Продолжал командовать Полоцким полком до 1863 г., когда из-за болезни оставил строевую службу. В архиве РГО сохранились пять писем Альберта Островского к Н. М. Пржевальскому (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 178).

Павлов Олег Борисович (1921–2014) – живописец, график, монументалист, кандидат искусствоведения, член Союза художников СССР, заслуженный деятель искусств РФ. В 1941–1945 гг. – военный художник Студии военных художников имени М. Б. Грекова. Преподавал в Московском полиграфическом институте, позднее в МГХИ имени В. И. Сурикова. Разработал термофосфатную технику живописи. Работы художника находятся в Малоярославецком музее.

Палладий, в миру Петр Иванович Кафаров (1817–1878) – архимандрит, синолог. Составитель китайско-русского словаря. Окончил Чистопольское духовное училище, учился в Казанской духовной семинарии и в Санкт-Петербургской духовной академии. 11 августа 1839 г. пострижен в монашество с именем Палладий. 16 августа рукоположен в сан иеродиакона и назначен членом Пекинской духовной миссии. Участник (1839–1949) и начальник 13-й (1849–1859) и 15-й (1865–1878) Российских православных миссий в Пекине. Изучал китайский, тибетский, монгольские языки, историю Китая. Совершил по предложению Географического общества экспедицию в Уссурийский край с целью этнографических и археологических исследований (1870–1871). Золотая медаль ИРГО (1873), орден Св. Анны 1-й ст. (1873). Возвращался в Россию морским путем, 5 декабря 1878 г. прибыл в Марсель, где на следующий день скоропостижно скончался от сердечного приступа. Прах перенесли из Марселя в Ниццу и захоронили на русском кладбище Кокад.

Парфенов Гавриил Васильевич (1897–1967) – коренной смолянин, краевед, археолог, организовал в Смоленске при библиотеке на Рачевке клуб юных историков и музей (ок. 1923), ставший в 1927 г. музеем губернского общества краеведения. По его инициативе краеведческое общество в январе 1929 г. пригласило П. К. Козлова выступить с лекцией в Смоленске, где состоялось его чествование в связи с 65-летием. В Смоленске в государственном архиве и музее-заповеднике хранятся дневники, документы, фотографии и др. материалы Б. Ф. Поршнева, в том числе часть писем академика П. К. Козлова (Кролик, 2001).

Плеске Федор Дмитриевич (1858–1932) – академик, орнитолог. Воспитывался во 2-й Санкт-Петербургской классической гимназии и в Петропавловском училище. В 1878 г. поступил на физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета, который окончил в 1882 г. В 1890 г. избран адъюнктом Императорской академии наук, в 1893 г. – экстраординарным академиком. В 1897 г. оставил академию. Ученый хранитель Зоологического музея Императорской академии наук по орнитологии (1886–1890) и его директор (1893–1897).

Повало-Швейковский Евграф Михайлович (? – 1888) окончил юнкерскую школу и служил прапорщиком в Звенигородском полку. Н. М. Пржевальский знал Евграфа с его детских лет, так как тот был сыном соседки по имению, Александры Евграфовны. Тем не менее Николай Михайлович попросил Пыльцова разузнать о Евграфе у местных жителей. Пыльцов дал Евграфу хорошую характеристику, хотя тот не был охотником и не имел нужных для путешествия познаний. «Водки он совершенно не пьет. Его очень хвалят в имениях, а главное, он очень добр и имеет прекрасное сердце. Он кончил курс по первому разряду. Только… он не охотник» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 210. Письмо М. А. Пыльцова от 4 ноября 1875 г.). Е. М. Повало-Швейковский и Н. М. Пржевальский скончались в один год (Чулков, 1996).

Повало-Швейковский Павел Михайлович (1787–1862) окончил Морской корпус в Петербурге, выпущен гардемарином (1805); мичман (1808), капитан-лейтенант (1819). Владелец (с 1818) села Лобкова. Жена – Анна Гавриловна, урожд. Безобразова. Имел пятерых сыновей, один из них – Михаил. Линия Михаила от Павла Михайловича: Михаил Павлович – Михаил Михайлович – Евграф Михайлович (Верховская, 2010, с. 74).

Позднеев Алексей Матвеевич (1851–1920) – выдающийся монголовед, ординарный профессор по кафедре монгольской словесности Петербургского университета. Совершил в Монголию две продолжительные поездки, из которых привез обширный этнографический и архивный материал. Директор Восточного института во Владивостоке (1899–1917); позднее преподавал в Петербурге на восточном факультете Петербургского университета.

Поляков Иван Семенович (1845–1887) – зоолог, антрополог и этнограф. Родом из казаков Забайкальской области; хранитель Зоологического музея при Академии наук (1879). Совершил научное путешествие вместе с П. А. Кропоткиным на Олекму (1866). Будучи студентом, по поручению ИРГО ездил на восточный берег Онежского озера для проведения зоогеографических работ (1871). В восточной части Олонецкой губернии нашел следы каменного века и собрал сведения о быте местного населения (1873). Ездил с научной целью в Березовский край (1876), в Мариинский округ Томской губ., на оз. Балхаш (1877), на о. Сахалин (1881), в Японию (1882–1885). Награжден Серебряной и Малой золотой медалями ИРГО. Его именем названы мыс и река в Поронайском р-не, поселок в Холмском р-не Сахалинской обл. В Чите установлена (1996) посвященная ему мемориальная доска (худ. Н. М. Полянский).

Попов Лазарь Константинович, псевдоним Эльпе (1851–1917) – журналист, сотрудник газеты «Новое время» (1883–1900), популяризатор науки. В своих работах не ограничивался изложением существовавших представлений, а подвергал их анализу, критике, т. е. фактически был теоретиком как естествознания, так и гуманитарных наук и искусства.

Поршнев Борис Федорович (1905–1972) – историк, философ и антрополог, заместитель руководителя комиссии по изучению «снежного человека» (1958). В 1974 г. в СССР была опубликована (с большими купюрами, сделанными по идеологическим соображениям) наиболее известная его книга «О начале человеческой истории (проблемы палеопсихологии)».

Радзивилл Христофор по прозвищу Перун (1547–1603) – сын Николая Радзивилла Рыжего, военный и государственный деятель Великого княжества Литовского; воевода троцкий, подканцлер и гетман Литовского княжества, староста борисовский, жолецкий, князь на Дубинке и в Баржах (1581).

Семевский Михаил Иванович (1837−1892) – русский историк, журналист, общественный деятель. Гласный Петербургской городской думы (1877−1885), издатель (с 1870 до конца жизни) и главный редактор (с 1877) журнала «Русская старина».

Семенов-Тян-Шанский Петр Петрович (до мая 1906 г. – Семенов) (1827–1914) – русский географ, ботаник, статистик, экономист, путешественник, государственный и общественный деятель. Вице-председатель Императорского Русского географического общества (с 1873), президент Русского энтомологического общества (с 1889), почетный член Императорской Академии наук (1873) и Академии художеств (1874), сенатор 2-го (крестьянского) департамента Правительствующего сената (с 1882), член Государственного совета (c 1897), член Русского горного общества (1900). Действительный член всех российских университетов. Почетный член Витебской губернской ученой архивной комиссии. В 1856–1857 гг. исследовал Тянь-Шань, недоступный до этого для европейцев, составил впервые схему орографии и высотной зональности горной системы. Инициатор ряда экспедиций в Центральную Азию.

Сердечный Яков Антонович (1838–1906?) – действительный статский советник, доктор медицины, практикующий врач в Главном управлении уделов. На его визитке, хранящейся в фонде Пржевальского (НА РГО. Ф. 13. Д. 101), указан адрес: Надеждинская, д. 9, кв. 10 в Петербурге. В 1892–1905 гг. жил по адресу: Пушкинская, 18. Научные работы: «О разнице в действии хлористого натрия и хлористого калия на усвоение и выделение извести организмом» «Фармакология алкоголя».

Симон Эжен (Simon; 1829–1986) – французский дипломат, консул в Китае и Австралии. Много путешествовал по Китаю и хорошо знал быт этой страны. Его поражала чрезвычайная плотность населения в сравнении с Европой и то, что это население могло прокормить себя, обеспечить достойное существование, а главное, благодаря невероятному трудолюбию возделывало даже самые труднодоступные участки земли, строило сады на плотах, покоящихся в водах озер, искусственно повышало плодородие почв, дававших огромные урожаи.

Срезневский Вячеслав Измайлович (1849–1937) – действительный член ИРГО (с 1876), секретарь ИРГО, ученый-филолог и технический деятель. Окончил курс в Санкт-Петербургском университете по историко-филологическому факультету. Учредитель V отдела (светопись и ее применение) Императорского русского технического общества (1878), редактор журнала «Фотограф» (1881–1884), автор первого русского справочника по фотографии (1883). Сконструировал (1883) специальную камеру («походный аппарат») для Пржевальского, который должен был удовлетворять условиям: «Днем сильнейшие жары, вечером и ночью холод, проникающая всюду пыль, тряска дорогою, необходимость не задерживаться в пути для съемки». Небольшой по объему аппарат Срезневского вместе с 30 стеклами размером 3 × 2 дюйма и весом ок. 9 фунтов помещался в двойной футляр для ношения через плечо.

Старицкий Константин Степанович (1839–1909) – контр-адмирал, ученый, гидрограф, исследователь морей Дальнего Востока, член ИРГО, член Русского технического общества, вице-председатель Астрономического общества.

Степанов Михаил Петрович (? – не ранее 1894), генерал-майор (1894), помощник начальника отделения Главного управления казачьих войск, помощник начальника отделения Главного штаба (1885). Вышел в отставку с чином генерал-майора с мундиром и пенсией (1894).

Тачановский Владислав Казимирович (Taczanowski; 1819–1890) – российский зоолог. Окончил люблинскую гимназию (1838). Чиновник особых поручений при радомском губернаторе для составления зоологических коллекций Радомской и Люблинской губерний (1852), хранитель Зоологического кабинета при Варшавском университете (1855). Командирован Варшавским учебным округом в Париж для изучения способов набивки и препарирования животных (1857). Поездка в Алжир (1866–1867). С 1871 г. стал получать коллекции, которые составлялись К. Ельским, а затем И. Штольцманом в Перу и Кайенне, В. Дыбовским и B. Годлевским в Восточной Сибири. Член Петербургского общества естествоиспытателей, Общества испытателей природы при Харьковском университете, Орнитологического общества в Берлине, Французского зоологического общества, Зоолого-ботанического общества в Вене, Зоологического общества в Лондоне, Академии Гиппоны в Бонне. Автор более 60 работ (на русском, немецком, французском и польском языках).

Тачановский Эдмунд (Taczanowski; 1822–1879) – познанский помещик, бригадный генерал, командующий всеми повстанческими соединениями в Калишком (ныне территория разделена между Великопольским, Нижнесилезским и Лодзинским воеводствами) и Мазовецком воеводствах. В апреле – августе 1863 г. совершил рейд, проведя сражения под Пыздрами, Игнацево, Злочевом, Сендзеевицами, Крушиной. В сентябре 1863 г. бежал сначала во Францию, а затем в Турцию для установления связей с польскими диаспорами за рубежом и привлечения добровольцев.

Телешов Пантелей Прокофьевич (1857–1925), казак, подхорунжий; атаман Кударинской станицы (1892). Полный Георгиевский кавалер (1902), награжден тремя медалями «За усердие», в т. ч. золотой шейной. Участник географических экспедиций в Китай, Монголию, возглавляемых Пржевальским, Потаниным, Козловым. Участник Китайского похода (1900–1901).

Тизенгауз Константин (Tyzenhauz; 1786–1853) – польский ученый, орнитолог, участник экспедиций в Карпаты, Бессарабию, на побережье Черного моря. Автор известных трудов: «Основы орнитологии», «Общая орнитология, или Описание птиц всех частей Света», «Каталог птиц и млекопитающих Великого княжества Литовского и Царства Польского». Основатель орнитологического кабинета в Виленском (Вильнюсском) университете.

Титов (? —?) – прапорщик 4-го Сибирского линейного батальона, командированный с Уссури для описания Уссурийского залива, поступил в состав местных Владивостокских войск и, кроме службы по устройству защиты этого порта, участвовал во время Манзовской войны в нескольких экспедициях, предпринятых из Владивостока в глубь края (Старицкий, 1873, с. 24).

Тихменев Михаил Павлович (1834–1890), генерал-майор. Окончил Ярославскую гимназию и начал военную службу унтер-офицером Угличского егерского (пехотного) полка (1852). Участник Крымской войны (1853–1856). Причислен к Генеральному штабу (1855). Начальник штаба войск Приморской области (1865–1868), полковник (1866), командующий войсками Южно-Уссурийского края (апрель – июль 1868). «За водворение порядка в Южно-Уссурийском крае, нарушенного манзами и китайскими разбойничьими шайками» награжден орденом Св. Анны 2-й степени с императорской короной и мечами (1868). Генерал-майор (1873), участник Русско-турецкой войны (1877–1878), военный губернатор Приморской области и командующий войсками (июнь 1880 – май 1881), первый почетный гражданин Хабаровска. Вышел в отставку в 1883 г. Указом Сената был записан во II часть дворянской родословной книги Ярославской губернии.

Тьер Луи Адольф (Thiers; 1797–1877) – французский политический деятель и историк. Автор трудов по истории Великой французской революции. В 1845 г. появились первые тома его Histoire du Consulat et de l'Empire, 20-й том которой вышел лишь в 1862 г., 21-й, содержащий указатель, – в 1869-м.

Ушаков Александр Клеоникович (1803–1877) – генерал от инфантерии, начальник Радомского военного отдела. Участник Русско-турецкой (1828–1829), польских (1831 и 1863) войн, Венгерской кампании (1849), сражался на реке Черной (1855). Будучи членом Генерал-аудиториата Военного министерства (с 1864), много потрудился над проектированием и приведением в действие военно-судебной реформы.

Фельдман Федор Александрович (1835–1902) – генерал от инфантерии (1901), военный агент в Вене (1876–1881), управляющий делами Военно-ученого комитета, член Комитета по мобилизации войск, заведующий офицерскими курсами восточных языков при Азиатском департаменте (1881–1896).

Фламмарион Камиль Николя (Flammarion; 1842–1925) – французский астроном, известный популяризатор астрономии.

Фуругельм Юган Халтусович (Иван Васильевич, Johan Hampus Furuhjelm; 1821–1909) – адмирал (1865), старший флагман Балтийского флота и командир Сибирского флота и портов Восточного океана, главный правитель Русской Америки, военный губернатор Приморской области (1865–1870), старший флагман флота на Балтийском море (1872), командир Ревельского (Таллинского) порта (1878–1880). В его честь названы остров в заливе Петра Великого, мыс на о. Сахалин и гора на о. Баранова у берегов Северной Америки.

Ченгеры Ксаверий Осипович (1816–1880) – генерал-лейтенант, военный начальник Келецкого, Опатовского и Сандомирского уездов. Первым узнал о формировании отряда польских повстанцев (мятежников) под предводительством Давыдовича и разбил его. Затем разгромил войска диктатора мятежников Лангевича, за что получил похвалу императора и чин генерал-майора. Помощник начальника 7-й пехотной дивизии (с 1863), командующий 37-й пехотной дивизией (с 1866) В 1871 г. произведен в генерал-лейтенанты с утверждением в должности начальника дивизии.

Черницкий Дмитрий Иванович (1812–1880) – генерал-лейтенант, 3-й обер-квартирмейстер, затем помощник начальника штаба Варшавского военного округа.

Чихачев Петр Александрович (1808–1890) – географ, геолог, путешественник.

Исследовал Алтай и Малую Азию.

Шашков Серафим Серафимович (1841–1882) – публицист. В 1860 г. послан в Казанскую духовную академию, откуда был исключен за участие в панихиде по убитым бездненским крестьянам. Переехал в Петербург и начал печататься в «Веке», «Искре» и «Современном слове». В 1868–1873 гг. – в ссылке в Шенкурске. Писал на разнообразные темы общественно-исторического характера. Несмотря на вынужденные скитания, был одним из деятельных сотрудников ряда журналов: «Наблюдатель», «Русская мысль», «Слово» и главным образом – «Дело», к радикально-демократическому направлению которого он примыкал.

Шерр Иоганн (Sherr; 1817–1876) – немецкий историк, публицист, беллетрист.

Шишмарев Яков Парфентьевич (1833–1915) – генеральный консул России в Монголии. С 16 лет начал работать в учреждениях Кяхты. Служил у губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева-Амурского (1855), принимал участие в Амурских экспедициях, в переговорах при заключении Айгунского и Пекинского договоров. Секретарь и переводчик российского консула К. Н. Боборыкина в Урге (1861), затем управляющий консульством, и. о. консула, консул, генеральный консул России в Монголии (до 1911). Организовал школу переводчиков в Урге, многое сделал для развития русско-монгольской торговли. Скончался в Петербурге в 1915 г. «Я с Шишмаревым условился управлять Толпегами за 300 р. в год, и более ничего. Конечно, это малая плата. Но я и этим очень доволен» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 210. Л. 44. Письмо М. А. Пыльцова Н. М. Пржевальскому).

Штакельберг Адольф Федорович (1808–1865) – тайный советник, член Совета министра внутренних дел, председатель Комиссии для пересмотра фабричного и ремесленного уставов, заведовал временными больницами Петербурга. Член совета ИРГО (с 1862); оставался в этой должности до дня смерти. С 1864 г. – казначей ИРГО (Известия ИРГО, 1865, с. 77–81).

Штраух Александр Александрович (1832–1893) – академик, директор Зоологического музея в Петербурге (с 1879), секретарь Петербургской академии наук (с 1890), находился в переписке с Н. М. Пржевальским.

Шульгин Иван Петрович (1794−1869) – русский историк, академик; тайный советник, профессор, декан и ректор Императорского Санкт-Петербургского университета (1836–1840).

Эльпе – см. Попов Л. К.

Энгельгардт Михаил Александрович (1861–1915) – русский писатель, литературный критик, публицист, социолог. Написал биографии Кювье, Дарвина, Гумбольдта, Гарвея, Лайелля, Коперника, Пастера, Лавуазье, Пржевальского; его книги изданы в «Биографической библиотеке» Павленкова.

Этолин Александр Адольфович (?-?) – капитан-лейтенант. Заведующий морской частью Владивостокского порта (1867). Командир поста Владивосток, командир шхуны «Алеут» (1868).

Аладьина Т. Скайфиши. Летающие рыбы // Экспресс-К. 2009. № 400. 18 июля.

Александрова-Осокина О. Н. Поэтика дальневосточного пейзажа в книге Н. М. Пржевальского «Путешествие в Уссурийском крае» // Вестник Московского государственного областного университета. Серия: Русская филология. 2019. № 3. С. 71–82.

Алексеев М. Н. Военная разведка России: в 2 т. Кн. 1. М., 1998.

Аллер С. И. Руководство к отыскиванию жилищ по Санкт-Петербургу или прибавление к адресной книге: указатель жилищ и зданий в Санкт-Петербурге. СПб., 1824.

Алфавитный список лиц, удостоенных наград ИРГО со времени его основания по 1896 г. СПб., 1897.

Алфавитный список политических преступников, лишенных по суду прав состояния, имущества коих подлежат конфискации в казну, по 1-е октября 1864 года. СПб., 1865.

Андреев А. И. Неизвестная страница из истории Большой игры // Ариаварта. 1999. № 3.

Андреев А. И. Природой очарованные странники. Пржевальский и его ученики // Природа. 2016. № 4.

Андреев А. И. Тибет в политике царской, советской и постсоветской России. СПб., 2006.

Андреев А. И. Ученый и разведчик В. И. Роборовский: по тропам неведомой Азии // Наука из первых рук. 2019. № 4 (84).

Андроников И. Л. Избранное: в 2 т. М., 1975. Т. 1.

[Анонимный автор]. Монголия и страна тангутов. Трехлетнее путешествие в восточной нагорной Азии Н. Пржевальского. Том 1. СПб., 1875 // Дело. № 4. 1875. С. 170–179.

[Анонимный автор]. Н. М. Пржевальский как личность // Русское богатство. 1888. № 12. С. 182–186.

Анучин Д. Н. Николай Михайлович Пржевальский. (21 октября 1888 г.) [Некролог]. М.: Тип. «Рус. Вед.», 1888а, с. 4.

Анучин Д. Н. О людях русской науки и культуры. М., 1952, с. 65–89.

Анучин Д. Н. Памяти Н. М. Пржевальского // Русские ведомости. № 293, 294, 297, 300. СПб., 1888б.

Анучин Д. Н. Памяти Н. М. Пржевальского // Русские ведомости. № 236. СПб., 1898.

Асанова С. А. Смыслы российского присутствия в Центральной Азии на примере Кульджи // Вестник ВолГУ. Серия 4. Т. 25. № 5. 2020. С. 64–71.

А-Туран. Прекрасная мати-пустыня [Электронный ресурс] // Центр Льва Гумилева. URL: https://www.gumilev-center.ru/prekrasnaya-mati-pustynya (дата обращения: 07.07.2022).

А. П. Чехов – Ал. П. Чехову. 21 октября 1887. Москва // Переписка А. П. Чехова: в 2 т. М., 1984. Т. 1.

Б. Д. Николай Михайлович Пржевальский // Нива. 1876. № 20. С. 345–347.

Балалаев С. Ю. Тибет-Кайлас. Священные долины. М., 2012.

Барабаш Я. Ф. Наше соседство с Китаем на берегах Тихого океана // Новое время. 1888. 13 января.

«Биржевые ведомости». 1870. № 327.

Бихнер Е. А. Лошадь Пржевальского в обработке В. В. Заленского. Критическая заметка. СПб., 1903. С. 1–40.

Блаватская Е. П. Тайная доктрина: в 3 т. Т. 1. М., 2005.

Бойкова Е. В. Российские военные исследователи Монголии (вторая половина XIX – начало ХХ в.). М., 2014.

Болтунов М. Разведка «под крышей». М., 2015.

Боркин Л. Полузабытый путешественник Центральной Азии генерал-майор М. В. Певцов (1843–1902) // Троицкий вариант. 2018. № 24 (268). 4 декабря.

Бурцев И. Что известно о снежном человеке. Снежный человек – мифы и факты // Discovery. № 5. 2009.

Буссе Ф. Ф. Значение хунхузов для Южноуссурийского края // Голос. 1880. № 35.

В. Научный обзор. Николай Михайлович Пржевальский и его заслуги в деле географических открытий // Русская мысль. Кн. V. 1890.

Вальская Б. А. Неопубликованная рукопись Н. М. Пржевальского «О сущности жизни на Земле» // Доклады Восточной комиссии ГО СССР. Вып. 4. Л., 1967.

Васильев В. П. Современное положение Азии и китайский прогресс // Восточное обозрение. СПб., 1883. № 11.

Великий русский географ Н. М. Пржевальский. М. 1939.

Верещагин В. В. Из записной книжки // Искусство и художественная промышленность. 1899. № 4/5.

Верещагин В. В. Повести. Очерки. Воспоминания. М., 1990.

Верховская Л. А. Родословная дворян Верховских. М., 2010.

Весь Петербург. Справочник. 1894, 1898, 1912, 1916.

Виноградов Б. К. Всеволод Иванович Роборовский (1856–1910) // Вышневолоцкий историко-краеведческий альманах. № 7. 2003. С. 127–162.

Возросла ли военная мощь Китая после Японско-китайской войны 1894-95? // Новое время. 1900. 27 сентября.

Воинственное настроение Китая по отношению к России // Новости. 1886. № 113. 26 апреля (8 мая).

Волков С. Н. Мифы Центральной Азии: Шамбала и Агарти. 2003.

Волков С. Н. Тибет. На крыше мира. В поисках легендарной Шамбалы. Среди песков и мифов Центральной Азии. М., 2008.

В Отрадном посадили деревья [Электронный ресурс] // Смоленское областное краеведческое общество. Дата публикации 13.06.2017. URL: http://smolenskkraeved.ru/novosty/news_post/v-otradnom-posadili-derevya (дата обращения: 07.07.2022).

Вся Москва. Адресная и справочная книга. 1884, 1886, 1897, 1900, 1905, 1910, 1912, 1913, 1915, 1917.

Высочайшие приказы о чинах военных. 6 декабря 1898 г. // Разведчик. 1898. № 428.

Гавриленков В. М. Русский путешественник Н. М. Пржевальский. М., 1974.

Гавриленков В. М. Русский путешественник Н. М. Пржевальский. Изд. 2-е, доп. М., 1989.

Гавриленкова Е. П. Дом великого следопыта // Вокруг света. 1987. № 8 (август). С. 34–36.

Гавриленкова Е. П. До свиданья, Слобода. Смоленск, 2007.

Гавриленкова Е. П. Здесь будет мое гнездо // Памятники Отечества. 2002. № 55. С. 123–128.

Гавриленкова Е. П. Неизвестные страницы биографии Н. М. Пржевальского. Смоленск, 1999.

Гавриленкова Е. П. Неизвестные страницы жизни Н. М. Пржевальского. Смоленск, 2011.

Гатагова Л. Хроника бесчинств. Немецкие погромы в Москве в 1915 г. // Родина. 2002. № 10. Спецвыпуск «Россия и Германия. XX век». С. 126–131.

Гейденштейн Р., Шлихтинг А., Штаден Г. Записки о Московской войне (1578–1582). Рязань, 2005.

Гельмерсен П. А. Заметка о Корее // Известия ИРГО. Т. V. СПб., 1869.

Георгиевский С. М. Вторичный совет Пржевальскому. Письмо в редакцию газеты «Новое время». 1887а. 19 октября.

Георгиевский С. М. Два исследователя китайской империи // Вестник Европы. Кн. 8. СПб., Август. 1887б.

Гескет С. Военные действия в Царстве Польском в 1863 году: начало восстания (янв., февр. и первая половина марта). Варшава, 1894.

Голованов Я. Этюды об ученых. М., 1976.

«Голос», 1880, № 176, 27 июня (9 июля). Внутренние новости. Хроника.

Голубев В. Гигантские черви убивают людей // Аномальные новости. 2008. № 33.

Гумилев Л. Н. Чего стоит мудрость? // Газета Ленинградского университета. 1987. 21 ноября.

Деверилина Н. В. Почтенной старины хранимые страницы. Смоленск, 2019.

Демин В. Н. Загадки Русского Севера. М., 1999.

Дергачев В. А. Геополитика. Русская геополитическая энциклопедия. 2010–2022 [Электронный ресурс] // Интернет-портал «Институт геополитики». URL: http://dergachev.org/Russian-encyclopaedia/index.html (дата обращения 07.07.2022).

Джунковский В. Ф. Воспоминания: в 2 т. Т. 2. М., 1997.

Дневник генерал-фельдмаршала Дмитрия Алексеевича Милютина 1879–1881 / под ред Л. Г. Захаровой. 2-е изд. М., 2010.

Дневник последнего путешествия Н. М. Пржевальского в 1888 г. // Известия ВГО. Т. 72. Вып. 4–5. М.; Л., 1940.

Дубровин Н. Ф. Николай Михайлович Пржевальский. Биографический очерк. СПб., 1890.

Дубровская Д. В. Судьба Синьцзяна. М., 1998.

Ершов Д. Хунхузы: необъявленная война. Этнический бандитизм на Дальнем Востоке. М., 2017.

Есаков В. А. М. И. Венюков за рубежом остается с Россией // Российские ученые и инженеры в эмиграции. М., 1993.

Жарова Т. Николай Михайлович Пржевальский – ученый, путешественник и… библиотекарь. Край Смоленский. 2011. № 10. С. 38.

Журнал заседания Совета ИРГО от 4 января 1864 г. // Записки ИРГО. Кн. 1. СПб., 1864. С. 16–17.

Журнал общего собрания ИРГО от 5 февраля 1864 г. // Записки ИРГО. Кн. 2. СПб., 1864.

Журнал общего собрания ИРГО 4 декабря 1891 г. // Известия ИРГО. С. 608.

Записки Всеобщей географии для юнкерских училищ. Курс младшего класса. Составил штабс-капитан Пржевальский, действительный член ИРГО, преподаватель Варшавского юнкерского училища. СПб., 1867.

Захаренко И. А. История географического изучения и картографирования Дальневосточного пограничного пространства России и Китая (середина XVII – начало XX в.): дис… д-ра географ. наук…, 2009.

Зеленин А. В. Путешествия Н. М. Пржевальского: с рисунками и картами / составил по подлинным сочинениям А. В. Зеленин. СПб., 1900.

Зильберштейн И. С. Акварельная повесть Николая Бестужева // Смена. 1977. № 1202. Июнь.

Зимин И. В. Детский мир императорских резиденций. Быт монархов и их окружение. М., 2010.

Знаменитый русский путешественник Николай Михайлович Пржевальский / под ред. Ф. А. Тарапыгина. Изд. 4-е. СПб., 1911.

Иванов А. Ю. Проблема урегулирования приграничных вопросов между Россией и Кореей (1860–1885 гг.) [Электронный ресурс] // APIRcenter. 2012. 11 мая. URL: https://ru.apircenter.org/archives/657 (дата обращения: 07.07.2022).

Известия ВГО. Т. 72. Вып. 4–5. М.; Л., 1940.

Известия ИРГО. Т. I. СПб., 1865. № 1. С. 77–81.

Известия ИРГО. Т. V. СПб., 1869. № 1.

Известия ИРГО. Т. VI. СПб., 1870. № 1.

Известия ИРГО. Т. VI. СПб., 1870. Отд. I.

Известия ИРГО. Т. XV. СПб., 1879а. Вып. 1. В журналах заседаний от 8 декабря 1878 г. (с. 72) и от 8 января 1879 г. (с. 88).

Известия ИРГО. Т. XV. СПб., 1879б. Вып. 1. Рубрика «Мелкие известия».

Известия ИРГО. Т. XVI. СПб., 1880. Вып. 1.

Известия ИРГО. Т. XVII. СПб., 1881. Вып. 1, 5.

Известия ИРГО. Т. XXVII. 1891. Вып. VI. СПб., 1892.

Из воспоминаний внучки В. И. Роборовского Л. Н. Анисимовой от 26 марта 1996 г. // Удомельская старина. Краеведческий альманах. № 24. Октябрь 2001 г.

Из воспоминаний зоолога А. М. Никольского // Из истории биологических наук. Вып. 1. М.; Л., 1966, с. 79–103.

Именной указ, данный Правительствующему Сенату 1 Января 1865 г. [Электронный ресурс] // Ордена, медали и нагрудные знаки Российской империи, СССР и Российской Федерации. URL: http://cris9.auers.ru/rossimperia_polscha1863.htm (дата обращения: 07.07.2022).

Императорская Николаевская военная академия [Электронный ресурс] // Русская императорская армия. URL: http://www.regiment.ru/reg/VI/A/1/1.htm (дата обращения: 07.07.2022).

Исторический вестник. Год первый. Т. II. Май, 1880. X. Смесь. Грустные вести о Н. М. Пржевальском.

Исторический вестник. 1890. Декабрь.

История полувековой деятельности ИРГО. 1845–1895. Ч. 3. СПб., 1896.

Каталог зоологической коллекции, собранной Н. М. Пржевальским в Центральной Азии. СПб., 1887.

Катровский А. П., Мажар Л. Ю. Смоленск в фокусе географии: земля и люди // Вопросы географии. Сб. 151. М., 2020. С. 513–541.

Кашина И. О причинах гибели великого путешественника Николая Пржевальского // Медицинская газета № 19. 1995. С. 16.

Кирсанов В. Русские геи, лесбиянки, бисексуалы и транссексуалы. Краткие жизнеописания выдающихся россиян и современников. Тверь, 2005.

Класен Вильям [Электронный ресурс] // Стереоскоп. URL: https://stereoscop.ru/photograph/klasen-vilyam (дата обращения: 14.08.2023).

Клейн Л. Другая сторона светила. СПб., 2002.

Клизовский А. Основы миропонимания новой эпохи. Минск, 1996. С. 225.

Козлов П. К. Николай Михайлович Пржевальский, первый исследователь природы Центральной Азии. СПб., 1913.

Козлов П. К. Памяти В. И. Роборовского // Новое время. 1910. 4 сентября.

Колесников А. А. Гениальный путешественник. Из переписки Н. М. Пржевальского с Я. П. Шишмаревым // Наше Наследие. 2008. № 85.

Колпакиди А. И., Прохоров Д. П. Очерки истории российской военной разведки. М., 1999.

Комаров В. Л. Памяти В. И. Роборовского // Известия Императорского СПб Ботанического сада. СПб., 1911. № 4–5.

Кравклис Н. Гениальный разведчик // Смоленская газета. 2010. № 92 (667). 10 августа.

Кравклис Н. Жизнь и путешествия Петра Кузьмича Козлова. Смоленск, 2006.

Краткий исторический очерк развития и деятельности Ведомства путей сообщений за сто лет его существования (1798–1898). СПб., 1898.

Крестовский В. В. В дальних водах и странах // Русский вестник. 1885. № 5. С. 367.

Кролик И. Д. Смоленск: Энциклопедия. 2001. Т. 1: Персоналии.

Кропоткин П. А. Записки революционера. М., 1988.

Крылов А. Н. Гибель Н. М. Пржевальского [Электронный ресурс] // Проза.ру. URL: https://www.proza.ru/2012/03/29/1640 (дата обращения: 07.07.2022).

Крячун А. Пржевальский. Трудный путь к истине. Смоленск, 2019.

Кудрявцев Н. А. Государево око: тайная дипломатия и разведка на службе России. М., 2002.

Кудрявцева Т. В. Неизвестный автограф Н. М. Пржевальского // Сб. материалов VIII научно-практической конференции «Смоляне на службе Отечеству». Смоленск, 2020.

Кулагин П. В., Кулагин Г. Е. Памятник [Электронный ресурс] // Мир путешествий и приключений. URL: http://www.outdoors.ru/book/namore/alm1967-68/1967-13.php (дата обращения: 07.07.2022).

Лаппо И. И. Великое княжество Литовское: в 2 т. Т. 1. СПб., 1901.

Лаппо И. И. Конные мещане Витебские в XVI ст. // Сб. статей, посвященных Василию Осиповичу Ключевскому его учениками, друзьями и почитателями ко дню тридцатилетия его профессорской деятельности в Московском университете. М., 1909.

Линдер И. Б., Чуркин С. А. Истории специальных служб России Х-ХХ вв. М., 2005.

М. Д. О Китае и его армии // Новое время. 1887. 23 декабря.

Майборода В. В. Коммерческая разведка и контрразведка: учебное пособие для студентов высших и средних учебных заведений. М., 2001.

Макаров А. И. Установление источников по истории смоленских дворянских родов Лыкошиных, Жегаловых в фондах отдела рукописей Российской государственной библиотеки // Родословные земляческие чтения «От семьи и рода – к единству нации». Сб. XIV. М., 2023.

Марков Е. Л. Барчуки. Картины прошлого (автобиографический роман). СПб., 1875.

Марков С. Н. Великий охотник. Смоленск, 1946.

Марков С. Н. Избранные произведения: в 2 т. Т. 1: Люди великой цели. Великий охотник. М., 1980.

Маслов А. А. Страна мудрецов [Электронный ресурс] // РГО Новосибирск. URL: http://www.rgo-sib.ru/book/kniga/37.htm (дата обращения: 07.07.2023).

Матюнин Н. Г. Наши соседи на Крайнем Востоке // Вестник Европы. 1887. № 7.

Мельников Л. Русские ищут Шамбалу // Наука и религия. 2003. № 7. С. 12–14.

Мередих В. Ф. 165 лет Кексгольмского гренадерского императора Австрийского полка. 1710–1875. Варшава, 1876.

Милютин Д. А. Воспоминания генерал-фельдмаршала графа Дмитрия Алексеевича Милютина. 1860–1862. М., 1999.

Милютин Д. А. Дневник генерал-фельдмаршала Д. А. Милютина. 1873–1875. М., 2008; 2010.

Минаев И. Н. М. Пржевальский. Некролог. Изв. ИРГО. 1888. Т. 24. № 3. С. 231.

Митрофанов А. Жертва грифа [Электронный ресурс] // Первое сентября. 2003. № 85. URL: https://ps.1sept.ru/article.php?ID=200308515 (дата обращения: 07.07.2022).

Михановский В. С. Хоть на край земли, хоть за край… Н. М. Пржевальский [Электронный ресурс] URL: Pereklichka. Livejournal.com./1404026.html (дата обращения: 07.07.2022).

Моисеев В. А. Россия и Китай в Центральной Азии. Барнаул, 2003.

Молчанов А. Русско-китайские дела. Никольск на Уссурийской железной дороге // Новое время. 1900. Октябрь.

Мурзаев Э. Н. М. Пржевальский. М., 1953.

Н. М. Пржевальский и его путешествие в Среднюю Азию. (Писано со слов Н. М. Пржевальского.) // Всемирная иллюстрация. Еженедельный иллюстрированный журнал, Т. XXV. № 9. СПб., 1881.

Н. М. Пржевальский // Русский биографический словарь. Т. 14. СПб., 1905. С. 763–783.

Надаров И. П. Хунхузы в Южно-Уссурийском крае // Военный сборник. 1896. № 9.

Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии. Отдел ботанический. Т. 1. Вып. 1. Flora Tangutica / обработал К. Максимович, орд. проф. Академии наук. СПб., 1889; Т. 2. Вып. 1. Перечень растений Монголии и прилегающей части Китайского Туркестана. Обработал К. Максимович. СПб., 1889.

Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии. Отдел зоологический. Том 1. Ч. 1. Млекопитающие / обработал Евг. Бихнер. Вып. 1. СПб., 1888; Вып. 2. СПб., 1889; Вып. 4. СПб., 1890; Вып. 5. СПб., 1894; Т. 1. Ч. 2. Копытные / обработал акад. В. В. Заленский. Вып. 1. СПб., 1889; Вып. 2. СПб., 1890; Вып. 3. СПб., 1894; Вып. 4. СПб., 1905; Т. II. Птицы: [в 4 вып.] обработали Ф. Д Плеске, В. Л. Бианки. СПб., 1889–1905; Вып. 3. СПб., 1894. С. 81–192; Вып. 4. СПб., 1905. С. 193–360; Т. III. Ч. 1. Земноводные и пресмыкающиеся / обработал Я. В. Бедряга. Вып. 1. СПб. 1898; Вып. 2. СПб., 1907; Вып. 3. СПб., 1909; Вып. 4. СПб., 1912; Т. III. Ч. 2. Рыбы / обработал С. Герценштейн. Вып. 1. СПб., 1888; Вып. 2. СПб., 1889; Вып. 3. СПб., 1891.

Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии. Отдел метеорологический. Маршруты и метеорологические наблюдения / обработал А. И. Воейков. СПб., 1895.

Невский архив: историко-краеведческий сборник. Вып. 6, 2003.

Некролог // Новости. 1886. 20 сентября.

Николаев Н. Белокожие мумии Урумчи // Вокруг света. 2000. № 4.

Николай Михайлович Пржевальский и Смоленский край. Библиографический указатель / сост. В. И. Карпеченкова, Т. Н. Ладожина. Смоленск, 2015.

О военных силах Китая. Дополнение к статье «Возросла ли военная мощь Китая после Японско-китайской войны 1894-95?» // Новое время. 1900. Октябрь.

Овчинникова Т. Н. П. К. Козлов – исследователь Центральной Азии. М., 1964.

Отечественные записки. 1870. Т. CXCIII. С. 22–27.

Отечественные записки. 2002. № 3.

Отчет ИРГО за 1874 г. СПб., 1875.

Отчет ИРГО за 1891 г. СПб., 1892.

Пальшина И. Браконьерство – это система // АиФ в Восточной Сибири. 2010. № 47. 24 ноября.

Памяти А. М. Лушникова // Восточное обозрение. 1901. № 141. 27 июня.

Памяти Н. М. Пржевальского. СПб., 1889.

Панарин И. Информационная война и геополитика. М., 2006.

Панарин И. Мир после кризиса, или Что дальше? СПб., 2011.

Пассек В. В. Мемориал «На службе Отечеству». М., 2019.

Пиотровский С. Осада Пскова глазами иностранцев. Дневники походов Батория на Россию. Псков, 1897.

Плаксин В. С. В Южно-Уссурийском крае и на Дальнем Востоке // Русская старина. Книга IX. Сентябрь 1891.

Плаксин В. С. Приморская область Восточной Сибири // Военный сборник. 1869. № 12. С. 177–206.

Подушков Д. Отряд специального назначения полковника Генштаба Пржевальского // Братишка. 2003. № 3. С. 50.

Позднеев А. М. Третье путешествие Пржевальского // Журнал Министерства народного просвещения. Апрель 1884.

Покровский В. И. Первое юнкерское училище в России // Исторический сборник. 1915. № 10.

Покровский В. И. Первое юнкерское училище в России // Армия и флот. № 1 (149). 2002.

Поршнев Б. Ф. О реликтовых гоминоидах. М., ВИНИТИ, 1963.

Поршнев Б. Ф. Загадка «снежного человека»: современное состояние вопроса о реликтовых гоминоидах. М., 2012.

Пржевальская Л. К., Пржевальский Н. М. Владимир Михайлович Пржевальский. М. 2016.

Пржевальская Л. К., Пржевальский Н. М. Первый дворянин рода // Смоленское дворянство. 2008. № 9. С. 5–8.

Пржевальская Л., col1_0 Пржевальский – делатель судеб. К 175-летию великого русского путешественника // Мценское наследие. 2014. Вып. 1. С. 29–41.

Пржевальский М. В. Родословная Пржевальских: машинописная рукопись. 1988.

Пржевальский М. В., Пржевальский Н. М. Родословные очерки. Род Пржевальских // Смоленское дворянство. Вып. 5. 2001.

Пржевальский Н. М. Автобиографический рассказ // Русская старина. 1888а № 11.

Пржевальский Н. М. Воспоминания охотника // Журнал Коннозаводства и Охоты. 1862. № 8.

Пржевальский Н. М. Дневник второго путешествия в Центральную Азию // Известия ГО СССР. Т. 72. Вып. 4–5. М.; Л., 1940.

Пржевальский Н. М. Записки всеобщей географии по программе юнкерских училищ / сост. д. чл. Рус. геогр. о-ва Н. М. Пржевальский; доп. преп. географии в Варш. пехот. юнкер. уч-ще И. Л. Фатеев. 2-е изд. Варшава: Тип. Варш. жандарм. окр., 1870–1871. [Вып. 1]. 1870а. [6]. IV. 148 с.: черт.

Пржевальский Н. М. Из Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки. Третье путешествие в Центральной Азии. СПб., 1883а.

Пржевальский Н. М. Как путешествовать по Центральной Азии // Сб. географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып. 32. СПб., 1888 б. С. 142–233.

Пржевальский Н. М. Монголия и страна тангутов. Т. I. СПб., 1875; М., 1946; 2007а.

Пржевальский Н. М. О возможной войне с Китаем: сб. географических, топографических и статистических материалов по Азии. Выпуск 1. СПб., 1883б.

Пржевальский Н. М. Опыт статистического описания и военного обозрения Приамурского края, 1863.

Пржевальский Н. М. Ответ на критику о Китае. Письмо в редакцию // Новое время. 1887а. 14 октября.

Пржевальский Н. М. От Кульджи за Тянь-Шань и на Лоб-нор. М., 1878; 2007б.

Пржевальский Н. М. От Кяхты на истоки Желтой реки. Четвертое путешествие в Центральной Азии 1883–1885. СПб., 1888в.

Пржевальский Н. М. Письмо в газету «Новое время». 1888 г. 22 февраля.

Пржевальский Н. М. Письмо в редакцию // Новое время. 1887б. 4 ноября.

Пржевальский Н. М. Путешествие в Уссурийском крае. 1867–1869 гг. СПб., 1870а.

Пржевальский Н. М. Путешествие к Лобнору и на Тибет. М., 2007в

Пржевальский Н. М. Современное положение в Центральной Азии. М., 1887в.

Пржевальский Н. М. Уссурийский край. Новая территория России // Вестник Европы. 1870б. Т. III. № 5. С. 235–267; № 6. С. 543–583.

Про музей и про людей. Ч.2. Московские адреса Пенского [Электронный ресурс] URL: https://bettybarklay.livejournal.com/107097.html (дата обращения: 07.07.2022).

Пряников П. Игра для избранных. Гроссмейстер Юрий Авербах о роли шахмат в СССР [Электронный ресурс] // Русская жизнь. 2008. 1 февраля. URL: http://rulife.ru/mode/article/509/ (дата обращения: 07.07.2022).

Путем Пржевальского / сократил и обработал В. А. Панов. Биографич. очерк Н. Г. Струдзюмова. М.Л., 1941.

Путешествия Пржевальского. Путевые записки / сократил и обработал В. А. Панов; под ред. и с биогр. очерком Н. Г. Струдзюмова; рис. А. Комарова. М.; Л., 1941.

Редько А. П., Балалаев С. Ю. Тибет-Кайлас. Мистика и реальность. М., 2009.

Рейфилд Д. Заметки об Англии. Глава «„Едоки“ опиума» // Филиппова М. М. Английский национальный характер. М., 2007.

Река времен. Книга истории и культуры в 5 кн. Кн. 4: Русский провинциальный некрополь. М., 1996.

Рекогносцировка Геок-Тепе генералом Скобелевым в июле 1880 г. // Военно-исторические примеры к курсу тактики старшего класса военных училищ. М., 1904.

Роборовский В. И. Николай Михайлович Пржевальский в 1878–1888. Воспоминания Всев. Ив. Роборовского // Русская старина. 1892. № 73. Гл. I–IV.

Роборовский В. И. Путешествие в Восточный Тянь-Шань и в Нань-Шань // Труды экспедиции Русского географического общества по Центральной Азии в 1893–1895 гг. М., 1949.

Рогозин Д. Барон Жолток. История одной России. М., 2011.

Розанов В. В. Люди лунного света. Метафизика христианства. 2-е изд. СПб., 1913.

Русская старина. 1888. Ноябрь. Примечание редакции.

Сакальский А. Л. Известия Сибирского отдела ИРГО. 1870. Т. I. № 2–3. С. 73–79 (Раздел «Библиографические заметки»).

Сапунов В. Б. Тайны снежного человека. Между человеком и зверем. М., 2007.

Сборник сочинений офицеров Николаевской академии Генерального штаба. Книга первая / изд. под ред. проф., подполковника Макшеева. СПб., 1862.

Сборник сочинений офицеров Николаевской академии Генерального штаба. Книга вторая / изд. под ред. проф., подполковника Рехневского. СПб., 1863.

Селищев А. С. Русские и корейцы: опыт первых контактов (1854–1884). СПб., 2013.

Симон Ж. Срединное царство. СПб., 1886.

Сластин А. В. Н. М. Пржевальский. Русский путешественник – военный разведчик Российской империи. Воронеж, 2017.

Соколов А. Секреты Галерной, 31 // Петербургский дневник. 2011. № 5 (320). 14 февраля.

Сорокин Г., Гаврюшин М. Наш человек в Тибете // Всероссийское военное обозрение. Вып. № 4. 2004.

Список дворян, внесенных в дворянскую родословную книгу Полтавской губернии. Полтава, 1898. С. 717.

Список капитанам армейской пехоты по старшинству на 1 сентября 1901 г. Ч. 2. СПб., 1901.

Список подполковникам по старшинству. Ч. I–III. Составлен по 15 мая 1913 г. СПб., 1913.

Старицкий К. С. Гидрографическая экспедиция в Восточный океан в 1865–1871 гг. // Морской сборник. 1873. № 1. С. 23–27.

Степной бюллетень. 2019. Отдельный выпуск.

Столетие Фельдъегерского корпуса, 1796–1896. Исторический очерк / сост. Ген. штаба полк. Николаев. СПб., 1896. 398 с.

Сумароков Л. И. Сумарокова О. Л. Евразийские хроники Н. М. Пржевальского. Бишкек, 2019.

Схиммельпеннинк ван дер Ойе Д. Навстречу восходящему солнцу: как имперское мифотворчество привело Россию к войне с Японией. М., 2009.

Схиммельпеннинк ван дер Ойе Д. Неизвестный Пржевальский // Ариаварта. 1997. № 1. С. 207–226.

Схиммельпеннинк ван дер Ойе Д. Несостоявшийся Кортес // Родина. 2006. № 6.

Тверские губернские ведомости. 1855. № 19.

Тимонова Е. Лошади Пржевальского // National Geographic. Национальные парки. 2016. № 149. С. 114–125.

Титов В. Б. Военно-служилые люди Пржевальские. М., 2012.

Тихменев Н. М. Манзовская война // Военный сборник. 1908. № 2–7.

Тишков А. А. Люди нашего племени. М., 2012. 276 с.

Тишков А. А. Путешествие к сердцу Тибета // Пржевальский Н. М. Путешествие к Лобнору и на Тибет. М., 2007. С. 5–24.

Ткачев С. В., Ткачева Н. Н. Первые социографические исследования на Дальнем Востоке России // Социологические исследования. 2017. № 5. С. 118–126.

Удомельская старина: краеведческий альманах. Октябрь 2001. № 24.

Ученая экспедиция г. Пржевальского // Голос. 1874. № 9.

Фатеев А. Н. История одного призвания. Путешественник Пржевальский. Прага, 1945.

Фокин С. В. Российская школа геополитики // Геополитика: учебник / под общ. ред. В. А. Михайлова. М., 2007.

Формулярный список // Исторический очерк Николаевский академии Генерального штаба. СПб., 1882.

Хисамутдинов А. А. Харбин: «Перелетные птицы» (1-я половина XX века). Владивосток, 2017 [Электронный ресурс] URL: https://evols.library.manoa.hawaii.edu/bitstream/10524/56919/Harbin%20birds.pdf (дата обращения: 07.07.2022).

Хмельницкий С. И. Николай Михайлович Пржевальский, 1839–1888. Л., 1950.

Чижков А. Б., Гурская Н. Г. Смоленские усадьбы. Смоленск, 2009.

Чижков А. Б., Зорин А. А. Калужские усадьбы. М, 2007.

Чулков Н. П. Русский провинциальный некрополь. М., 1996.

Шахмагонов Н. Ф. Тайный дар Царя Освободителя: [Александр II и Елена Каретникова] // Чудеса и приключения. 2006. № 9. С. 2–3.

Шашков С. Мои «личности» с г. Пржевальским // Дело. СПб., 1875. № 6. Рубрика XVIII.

Шевченко А. Генерал Н. М. Пржевальский – русский геополитик и патриот. Круглый стол // Государственная служба. 2009. № 2. С. 98–103.

Шеманский А. Д. Бой на Кушке и его 18-летний юбилей. СПб., 1910.

Шендерова А. Интервью с Д. Рейфилдом. «Весь компромат Чехов собрал на себя сам» // Коммерсантъ. Власть. 2010. № 3 (857). 25 января. С. 40.

Штульберг А. По следам пропавшей экспедиции // Простор. 2006. № 2. С. 166–170.

Шувалов А. Путешествия внутрь себя [Электронный ресурс] // Наша психология. 2012. 3 июля. URL: http://www.psyh.ru/ (дата обращения: 07.07.2022).

Щигленко Е. Увидеть Лхасу // Geo. 2007. № 4. С. 167–182.

Энгельгардт М. Н. Пржевальский. Его жизнь и путешествия. СПб., 1891; М., 2008.

Ядринцев Н. М. Воинствующая политика и изучение Китая // Восточное обозрение. 1887. № 42.

Якоби П. Н. Николай Михайлович Пржевальский // Русская старина. 1889. № 5.

Gaunitz Ch., Fages A., Hanghøj K. et. all. Ancient genomes revisit the ancestry of domestic and Przewalski's horses // Science. 6 Apr. 2018. Vol. 360. Issue 6384. P. 111–114.

Baranowski B. Organizacja wojska polskiego w latach trzydziestych I czterdziestych XVII wieku. Warszawa, 1957.

Baranowski B., Bortnowski W., Lewandowski W. Dzieje wojskowosci polskiej do 1831 roku. Warszawa, 1949.

Herbarz szlachty witebskiej. Kraków. 1898.

Rayfield D. The Dream of Lhasa. The Life of Nikolay Przhevalsky. London, 1976.

Schimmelpenninck van der Oye D. Toward the Rising Sun. Russian Ideologies of Empire and the Path to War with Japan. Illinois, 2001.

ГАИО – Государственный архив Иркутской области

ГАРФ – Государственный архив Российской Федерации

ГАСО – Государственный архив Смоленской области

ИМУ – Императорский московский университет

ИРГО – Императорское русское географическое общество

НА РГО – Научный архив Русского географического общества

РАНХиГС – Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации

РГАДА – Российский государственный архив древних актов

РГВИА – Российский государственный военно-исторический архив

РГИА – Российский государственный исторический архив

ЦГАМ – Центральный государственный архив Москвы

ЦГИА СПб. – Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга

Тишков А. А. Люди нашего племени. М.: Институт географии РАН, 2012. 276 с.

Тишков А. А. Путешествие к сердцу Тибета // Пржевальский Н. М. Путешествие к Лобнору и на Тибет. М.: Дрофа, 2007. С. 5–24.

РГИА. Ф. 1343. Оп. 27. Д. 6459. Л. 6; ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 1716-а. Церковь № 30. Запись № 17; ЦГАМ. Ф. 4. Оп. 8. Д. 1130. Л. 68; ГАСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 123. Л. 10.

День дурака (День смеха, День юмора) стали отмечать в Древнем Риме, по другим версиям, в Средневековье. В России история праздника 1 апреля связана с императором Петром I.

«Но уже в отце Николая Михайловича можно усмотреть признаки физическаго вырождения. В лице Алексея Степановича Каретникова мы видим несомненно даровитую личность, который через дочь свою передал Николаю Михайловичу некоторые свои черты. Поэтому в браке Елены Алексеевны с отцом Николая Михайловича можно видеть обновление выродившейся дворянской семьи путем смешения с членом выдающейся фамилии из низшего сословия» (Зеленин, 1900, с. 16).

Здесь и далее: подчеркнутые фамилии – см. раздел «Персоналии».

Возможно, что это был Аггей Васильевич Абаза (1782–1852), который служил по таможенному ведомству с 1790 г.

Чиновники особых поручений должны были решать нештатные ситуации.

Во время служения по таможенному ведомству Каретников почти каждый год, начиная с 1817 г., получал денежные награды в размере от 200 до 900 руб.

На следующий год указом Николая I от 27 февраля 1828 г. П. Д. Завилейский был назначен в Грузию исполняющим должность начальника Казенной экспедиции Верховного грузинского правительства.

В августе 1827 г. было принято Положение об устройстве пограничной таможенной стражи, в соответствии с которым она приобретала характер регулярного вооруженного формирования с единообразной структурой, действующего по образцу армейского подразделения. Вооружение пограничной стражи, ее обмундирование и организация повседневного быта были сведены к единому образцу.

Здание Таможни (сегодня Институт русской литературы) расположено на набережной Макарова.

Напротив дома МВД был дом Министерства просвещения, в котором позднее расположилось Императорское русское географическое общество, имевшее своим действительным, затем почетным членом путешественника Н. М. Пржевальского, внука А. С. Каретникова.

Канцлером российских императорских и царских орденов в 1819–1826 гг. был А. Л. Нарышкин.

РГИА. Ф. 1343. Оп. 43. Д. 1501 б. 1831 г.

Мы не знаем дату рождения Елизаветы Каретниковой, но известно, что она скончалась в 1840 г. Мы располагаем послужными списками А. С. Каретникова, отца Елизаветы, и Н. С. Завадовского, ее мужа. На основании этих косвенных данных можно предположить, что Елизавета родилась в 1803 г., вышла замуж в 1820 г. уехала в Екатеринодар в 1830 г.

Известно, что третьей женой Никиты Акинфиевича Демидова (1724–1789) была Александра Евтихиевна (1745–1778), дочь купца Евтихия Ивановича Сафонова (ум. 1773). Если предположить, что Александра Евтихиевна Демидова была сестрой Ксении Евтихиевны Каретниковой, то дочь Каретниковой, Александра, в своих рассказах могла заменить девичью фамилию матери на фамилию мужа тети. Нам кажется наиболее вероятным, что Ксения Евтихиевна была связана родственными отношениями с московскими купцами Федором Алексеевым, Яковом Егоровым, Яковом Черниковым или их женами, крестными старших сыновей.

Екатерининский канал (канал Грибоедова). Екатерингофский проспект (проспект Римского-Корсакова), шедший частично вдоль канала и начинающийся от Садовой улицы, оканчивался нынешней площадью Репина, расположенной в Коломне (районе Петербурга), у Старо-Калинкина моста. Здесь начиналась дорога на Петергоф, к Финскому заливу, о чем напоминает установленный в 1782 г. по проекту архитектора А. Ринальди верстовой столб. Район Коломна расположен между Крюковым каналом, Мойкой, Пряжкой и Фонтанкой. Екатерининский канал делит Коломну на две части – Малую и Большую.

Указан только один дом Каретникова по адресу: 4-я Адмиралтейская часть, Екатерингофский проспект, № 132 (1822) или № 79 (1824).

РГИА. Ф. 1343. Оп. 43. Д. 1501 б. 1831 г.

Свидетельство: «Сим свидетельствуется, что города Санкт-Петербурга Морского Богоявленско-Никольского Собора в метрической книге под № 9 значится: Адмиралтейского ведомства у рещика Алексея Каретникова и жены его Ксении Евтихиевой родился сын Александр 1800 г. 5 января. Крещен 8 января 1800 г. Священник – Иоанн Стефанов Веселовский, что ныне протоиерей. Восприемники: московский купец Федор Алексеев, московского купца Якова Егорова жена Анастасия Алексеева» (РГИА. Ф. 1343. Оп. 43. Д. 1501 б. 1831 г. Л. 5).

Свидетельство: «Сим свидетельствуется, что города Санкт-Петербурга Иоанна Предтечи церкви, что при пажеском Императорском корпусе, у фельдъегеря Алексея Каретникова законный сын родился Гавриил 1804 г. 17 марта. Крещен 21 марта 1804 г. Священник Николай Полиевтов. Восприемники: московский купец Федор Алексеев, московского купца Якова Черникова жена» (РГИА. Ф. 1343. Оп. 43. Д. 1501 б. 1831 г. Л. 6).

Гавриил Алексеевич Каретников, коллежский секретарь, скончался 8 февраля 1860 г. от сильного излития крови. 55 лет. Погребен на кладбище села Полуева Рославльского уезда (ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 2585. Церковь № 46. 1860 г.)

Там же. Л. 7.

ГАСО. Ф. 48. Оп. 2. Д. 1506. Церковь № 39. 1876 г.

Александра Алексеевна Каретникова-Потемкина родилась 27 ноября 1810 г., скончалась 17 ноября 1893 г. (Река времен…, 1996, с. 351).

ГАСО. Ф. 48. Оп. 2. Д. 1546. Церковь № 15. 1877.

Свидетельство: «Сим свидетельствуется, что города Санкт-Петербурга Покрова Богородицы церкви в Большой Коломне в метрической книге под № 201 значится, что у таможни унтер-инспектора Алексея Каретникова родился сын Сергей 1812 г. 7 июля. Крещен 11 июля. Священник Борис Васильев. Восприемники фельдъегерского корпуса майор Николай Егорович Касторский; фельдъегерского корпуса фельдъегеря Александра Марковича жена Татьяна Яковлева» (РГИА. Ф. 1343. Оп. 43. Д. 1501 б. 1831 г. Л. 8).

Каретников, кол. асс. по Ивановской ул. № 14 – Московская часть, 3 кв. № 392; Каретников, отставной прапорщик по Офицерской ул. № 47 – 4 часть, I кв. № 33 (Аллер, 1824).

ГАСО. Ф. 55. Оп. 1. Д. 18. Л. 1-18. 1845.

РГИА. Ф. 577. Оп. 37. Д. 3130. Обнаружено Н. В. Деверилиной.

Александре Евграфовне также принадлежало сельцо Грудинино, доставшееся по наследству от брата Якова Евграфовича Воеводского. Этим сельцом позднее владела дочь Александры Евграфовны, Елизавета Михайловна (Деверилина, 2019, с. 269).

ГАСО. Ф. 63. Оп. 1. Д. 74. Л. 81–81 об.; Д. 77. Л. 3; Деверилина, 2019, с. 273. В 1904 г. в сельце Кимборове был только господский двор, в котором проживало 15 мужчин и 17 женщин; в деревне Кимборове было 17 дворов, 41 мужчина и 51 женщина (Деверилина, 2019, с. 268).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248.

В настоящее время между домовладениями № 12 и 16 стоит забор. Это место называют КЭЧ (квартирно-эксплуатационная часть), без номера (сведения от краеведа Т. В. Кудрявцевой). Спасская улица теперь – улица Реввоенсовета, Спасоцерковная улица – Мало-Штабной переулок, Георгиевский переулок – переулок Реввоенсовета, Георгиевская (Егорьевская) улица – улица Фурманова; Спасский переулок закрыт.

Новое здание духовной семинарии, обозначенное на карте 1915 г., было построено к 1891 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248.

Там же. Д. 250.

Братья путешественника, родные по матери: Николай и Ипполит Толпыги.

А. А. Потемкина, тетя братьев Пржевальских.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 196. Письмо А. А. Потемкиной Н. М. Пржевальскому.

Родилась 27 ноября 1810 г., скончалась 17 ноября 1893 г. Похоронена на кладбище с. Лобково Смоленского уезда.

ГАСО. Ф. 48. Оп. 2. Д. 1546. Церковь № 15. 1877.

Храм Георгия Победоносца г. Смоленска построен в 1782 г. усердием священника Петрашевича. В церкви св. Георгия живут студентки Центра подготовки церковных специалистов (ЦПЦС). Там же они ежедневно собираются на совместные утренние и вечерние молитвы, несут различные послушания. 21 октября 2019 г. состоялась конференция, посвященная 170-летию со дня основания Смоленского епархиального женского училища и 30-летию со дня возобновления его деятельности. Доклад директора ЦПЦС Е. В. Полянской был посвящен истории развития Смоленского духовного училища со времени открытия в 1849 г. до нашего времени. О том, каких успехов достигли преподаватели и студенты отделений ЦПЦС (регентского, иконописного, лицевого шитья), слушатели узнали из докладов заместителя директора ЦПЦС О. М. Маковцовой, а также заведующих отделениями – Т. М. Белякиной, О. В. Шадриной.

Большую роль на этапе получения разрешения на строительство, выбора места размещения памятника сыграло взаимодействие светской и духовной властей: заместителя губернатора Смоленской области П. В. Хомайко и митрополита Смоленского и Дорогобужского Исидора. Особую благодарность заслуживает Н. В. Деверилина, заслуженный работник культуры РФ, заместитель председателя Областного краеведческого общества, неутомимо и плодотворно трудившаяся с первого до последнего дня создания памятника. Существенную финансовую помощь оказало Смоленское отделение РГО (председатель А. П. Катровский) и Национальный парк «Смоленское Поозерье» (директор А. С. Кочергин).

Фольварк (хутор) Скуратово, застенок (немереная земля, прилегавшая к покосам, лесу и т. д.) Романово и усадьба (помещичий дом с пристройками) Замерзино. // В начале XX в. владения Пржевальских входили в Бабиничскую волость Витебского уезда Витебской губернии. При советской власти Скуратово было в составе Вороновского сельсовета Витебского района Витебской области. Во время Второй мировой войны родовое гнездо и семейное кладбище Пржевальских были уничтожены.

Отец Кузьмы, Томаш (по-русски Фома), получил Скуратово от своего отца Мартына в 1778 г., будучи уже подданным Российской империи.

Кроме владений в Старицком уезде Алексей Кузьмич также владел имениями Карпово и Котлово в Ржевском уезде (продал их в 1855 г.) и Козлово в Ушаковской волости Зубовского уезда (ГАТО. Ф. Р-476. Оп. 1. Д. 15. Л. 300; Тверские губернские ведомости, с. 227).

РГВИА. Ф. 400. Оп. 12. Д. 5547. Л. 22–32; Ф. 400. Оп. 9. Д. 3255. Л. 423–437; Ф. 409. Оп. II. Д. 28141. Л. 113 (п./с. 323–471, 323–513). 1879 г. Недвижимость 100 десятин земли в Тверской губернии Старицкого уезда. Родовое имение.

Иван Демьянович Толпыго – второй муж Елены Алексеевны Пржевальской-Толпыго, урожденной Каретниковой.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 200. Письмо Елены Михайловны Пржевальской-Гольм брату Николаю Михайловичу. 21 июня 1867 г. Петербург.

Формулярный список и медицинское свидетельство старшего доктора динабургского военного госпиталя (Дубровин, 1890, с. 4).

РГАФ МФ. Ф. 406. Оп. 4. Д. 3776-с. Л. 1–4. (Невский архив, вып. 6, 2003, с. 322).

В 1833 г. император Николай I провел реформу армейской пехоты, в результате которой каждый армейский полк получал расформированные пехотные, карабинерные, морские и егерские полки. 23 мая 1833 г. в Риге состоялся последний высочайший смотр упраздняемых морских полков, после которого Николай I решил все-таки сохранить о них хотя бы внешнюю память. 24 мая император повелел Невскому и Софийскому пехотным полкам отныне называться морскими. Эти полки по-прежнему входили в состав 1-й пехотной дивизии.

«Главной причиной неуспешного выздоровления был колтун, усиливавший болезни других органов» (Дубровин, 1890, с. 4). Колтун (Plica polonica) – сбившаяся в клубок прядь волос, напоминающая войлок, образуется при воспалении сальных желез на голове. В прежние времена считался особой болезнью, присущей некоторым местностям (например, берегам Вислы, Познани) и народностям.

ЦГАМ. Ф. 4. Оп. 8. Д. 1130. Л. 68; РГИА. Ф. 1343. Оп. 27. Д. 6453. Л. 3; РГАФ. МФ. Ф. 406. Оп. 4. Д. 3776-с. Л. 1–4; Дубровин, 1890, с. 3, 4.

Имение, вероятно, располагалось рядом с деревней Митюли. Жители этой деревни относились к Даньковскому приходу, т. е. были прихожанами церкви, построенной Юрием и Афанасием Швейковскими в селе Даньково.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 137. Письмо В. М. Пржевальского А. В. Каульбарсу. 1889.

ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 1669. Церковь № 30. Запись № 2. 1838 г.

Алексей, возможно, был родным братом Авксентия Карловича Згоржельского – деда по материнской линии В. Н. Добровольского, ученого, этнографа, лингвиста.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248. Письма Е. А. Пржевальской-Толпыго сыну Николаю Михайловичу Пржевальскому.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Письма Н. И. Толпыго Н. М. Пржевальскому.

РГИА. Ф. 577. Оп. 37. Д. 3130; Деверилина, 2019, с. 262, 272.

«Вводный лист» Мирового судьи 1881 года декабря 13 дня; «удостоверение» Л. А. Глинки на продажу имения в селе Слобода Н. М. Пржевальскому в 1881 г. Документы хранятся в доме-музее путешественника в пос. Пржевальское.

По другим сведениям, во владение имением А. И. Пыльцова была введена 30 ноября 1874 г. К ней перешло 386 десятин земли (Деверилина, 2019, с. 263). В 1881 г. она прикупила 354 дес. при д. Поляны Смоленского уезда (ГАСО. Ф. 63. Оп. 1. Д. 59. Л. 136 об.; Деверилина, 2019, с. 264). В 1904 г. она продала 25 дес. 430 сажен Маланьинскому товариществу (ГАСО. Ф. 63. Оп. 1. Д. 445). В 1907 г. у А. И. Пыльцовой было 403 дес. 1540 саж. Ценность земли 66 054 руб. 63 коп. (ГАСО. Ф. 10. Оп. 24. Д. 1564. Л. 348). Найдено Н. В. Деверилиной.

«Похищено 40 штук рогатого скота, 22 лошади, 18 овец, 20 свиней, 40 индюков. 30 уток, 15 гусей, 50 курей, две пролетки на резиновом ходу, одна коляска, линейка, тележка, 8 одиночных саней… Из хозяйственных орудий: две косилки, две жнейки… 15 железных борон, 6 плугов, 3 бочки керосина… В доме расхищено все имущество. Унесены даже рамы… расхищена вся мебель, рояль, картины, зеркальные шкафы, умывальники и проч. Увезены все мелочи. Перечень разграбленного: шуба на пуху, крытая черным сукном… мех белый тибетский, мех кенгуру с клеймом Хлудовой; 2 барашковые муфты, пальто черное суконное на ватине, черное плюшевое на шелковом подкладе куплено за границей и т. д.».

ГАСО. Ф. 47-Р. Оп. 1. Д. 2288. Л. 122. Найдено Н. В. Деверилиной.

ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 1766. Церковь № 30. 1840 г. Запись № 25. Владимир.

Там же. Д. 2005. Церковь № 21. 1844 г. Запись № 5. Евгений.

Там же. Д. 2133. Церковь № 54. 1846 г. Запись № 13. Елена.

Старинная церковь (1650–1660) в Лобкове была перестроена Павлом Михайловичем Повало-Швейковским в 1832 г. По сведениям на 1897 г. «в церкви в селе Лобкове четыре престола: в главном холодном храме – Рождества Пресвятой Богородицы, святителя Николая Чудотворца и святых мучеников Бориса и Глеба; в придельном теплом храме – во имя Божией Матери „Всех скорбящих радости“. Прихожан – 1310 мужчин и 1387 женщин. Расстояние селений – 1–8 верст. В приходе 2 земские школы, учащихся до 125 человек».

«Обложная болезнь» – дифтерия, фолликулярная ангина. Гнойные формы воспаления миндалин, тонзиллита. Диагностировалась по обильному налету на слизистой горла, т. е. налет «обложил».

ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 1881. Церковь № 11. 1842 г. Запись № 7. Алексей Степанович Каретников.

«Последний месяц своей жизни он [Павел Алексеевич Каретников] был совсем без памяти, никого не узнавал и хорошо сделал, что, не делая больших хлопот, умер покойно. А на похоронах все были пьяны, начиная со священника и всего причта» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248. Из письма Е. А. Пржевальской-Толпыго Н. М. Пржевальскому от 30 апреля 1877 г.).

Там же. Оп. 2. Д. 1506. Церковь № 39. 1876. Запись № 72. Павел Алексеевич Каретников.

Свидетельство: «Сим свидетельствуется, что города Санкт-Петербурга Владимира Божьей Матери церкви, что в придворных Слободах, в метрической книге под № 230 значится, что у фельдъегерского корпуса фельдъегеря родился сын Павел 1808 г. 10 августа. Крещен 14 августа. Священник Самсон Платонов. Восприемники фельдъегерского корпуса майор Николай Егорович Касторский; фельдъегерского корпуса фельдъегеря Александра Марковича жена» (РГИА. Ф. 1343. Оп. 43. Д. 1501 б. 1831 г. Л. 7).

«Водяная» (водянка) – асцит (скопление жидкости), сопутствующее заболевание при болезнях почек или печени, связанное с отеками (печени, почек, сердца и др.).

ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 2133. Церковь № 54. 1846 г. Запись № 44. Михаил Кузьмич Пржевальский.

ЦГАМ. Ф. 4. Оп. 8. Д. 1130. Л. 68; РГИА. Ф. 1343. Оп. 27. Д. 6453. Л. 3; РГАФ МФ. Ф. 406. Оп. 4. Д. 3776-с. Л. 1–4. Михаил Кузьмич Пржевальский; Дубровин, 1890, с. 3–4.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248. Л. 24. Письмо Е. А. Пржевальской-Толпыго от 17 января 1874 г.

НА РГО. 13. Оп. 2. Д. 248. Письмо В. М. Пржевальского брату Николаю от 24 сентября 1879 г.

Все указания путешественника были исполнены. Позднее, во время войны 1941–1945 гг., могила и памятник были разрушены, затем усилиями Евгении и Василия Гавриленковых место упокоения Макарьевны на кладбище в Слободе (Пржевальском) было восстановлено. Ежегодно ее могилу навещают многочисленные туристы, приезжающие в дом-музей Н. М. Пржевальского.

Деятельность гимназии началась более 225 лет назад с учреждения народного четырехклассного училища (1786), имевшего 48 учеников и четырех преподавателей; директор Петр Львович Мицкий; затем в течение 35 лет (1799–1834) – Лев Федорович Людоговский. 22 сентября 1786 г. в бывшем доме наместнического правления на углу нынешних улиц Б. Советской и Козлова «с необычайным торжеством» было открыто всесословное и бесплатное главное народное училище. Затем в 1804 г. на базе народного училища открылась четырехклассная гимназия, для поступления в которую необходимо было знать всю программу приходского (один год) и уездного (два года) училищ. В 1833 г. гимназия стала семилетней, потом восьмилетней (1875).

В. М. Гавриленков писал, что «братья жили в маленькой квартирке, нанятой на Армянской улице [ныне ул. Соболева], недалеко от Надвратной церкви». // (Гавриленков, 1989, с. 11.) Он имел в виду Одигитриевскую церковь, устроенную в проездных воротах Смоленского кремля (1728). Но братья Пржевальские жили в доме напротив другой Одигитриевской церкви (1764), которая стояла в начале склона Козловской горы (на пересечении современных улиц Ленина и Докучаева).

Собственноручная черновая записка, оставшаяся в бумагах Н. М., от 6 февраля 1862 г. Дубровин, 1890, с. 14; НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 3.

Очевидно, Николай Михайлович говорил об Александре Ивановиче Лыкошине, директоре гимназии в 1847–1852 гг.

П. Н. Якоби учился в гимназии с Пржевальскими в 1850–1853 гг., затем служил 8-м стрелковом батальоне в Житомире, позднее – в Киеве в штабе Киевского ВО. Он встретился с Н.М. в вагоне поезда Московско-Брестской ж/д, в августе, как написал Якоби, 1888 г. Оба ехали до станции Голицыно. Н.М. ехал к брату Евгению и его семье на новоселье в имение Подосинки. Это было, по нашему мнению, в середине июня 1888 г., так как сохранилась датированная 18 июня фотография племянницы Елены, подаренная Пржевальскому в имении Подосинки. В августе 1888 г. Н.М. отбыл в экспедицию.

Знакомые и друзья Николая Михайловича вспоминали, что, прочитав один раз книгу, он ясно представлял каждую ее страницу: текст, шрифт текста, геометрический чертеж, формулы и т. д. и мог без запинки воспроизвести содержание любой страницы. Этот «дар представления» всегда выручал его при ответах в гимназии, а позднее в Николаевской академии Генерального штаба. «Если бы, – говорил впоследствии Пржевальский, – преподаватели в гимназии или академии, догадавшись, переменили во время ответа буквы на чертеже, я наверняка все бы спутал и провалился самым пошлым образом» (Дубровин, 1890, с. 12–13).

Д. П. Зезюлинский не прерывал связь с семьей Елены Алексеевны Пржевальской-Толпыго. Как-то раз, находясь у нее, он написал письмо Николаю Михайловичу, в котором называл себя «одним из наставников Ваших, может быть, более всех других помнящий и любящий Вас». В письме он рассказал Николаю о своей обиде: «Просил о пенсии, которая и назначена мне, но половинная, а какая, сказать совестно: 80 рублей в год, тогда как я служил верой и правдой 28 лет. Не обидно ли? Другие, может быть, в нашем звании только считались, а получают за 20 лет полную пенсию, а я за 28 только половинную. Но Бог не без милости, и я не унываю». Об этом же он написал Владимиру в Москву и просил похлопотать о пенсии. Позднее Николай из писем матери узнал, что Владимир выхлопотал Дмитрию Зезюлинскому полный пенсион. Из письма Д. П. Зезюлинского стало известно, что он занимался с Александрой, сестрой Пржевальских по матери, до этого вел занятия (с детьми?) у помещика Аненкова в с. Полуеве, а теперь собирался к своим родным в Стодолище. В конце письма Зезюлинский заклинал Николая, когда тот вернется из уссурийского путешествия, «отыскать меня и представиться, чтобы я лично удостоверился в Вашем благополучном возвращении и испытал сладостные ощущения, которые испытывают люди, искренне любящие и бескорыстно преданные» (6 марта 1869 г.) (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 83).

Ранее было отделение, готовившее к коммерческой деятельности.

Заметим, что при окончании гимназии днем рождения Николая Пржевальского было указано 1 апреля, а не 31 марта, как писали позднее.

«Владимир Пржевальский, получивший на окончательном испытании более 4½баллов, хотя и удостоен выдачи аттестата с правом поступления в Университет без вторичного испытания, но так как он имеет от роду только около 15 лет, то Совет гимназии предоставляет исполняющему должность директора войти к его Превосходительствуг. попечителю Московского учебного округа с особым представлением о разрешении ему выдать аттестат с правом вступления в университет без вторичного испытания, а потому определением о сем записать в журнале» (ГАСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 123. Л. 27).

ГАСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 123.

ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 25. Д. 618. Л. 9

Там же.

Письмо к матери из Белева от 3 декабря 1855 г. (Дубровин, 1890, с. 23).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248.

Там же. Оп. 1. Д. 3. Рукопись Н. М. Пржевальского «Поступление в Академию Генерального штаба». 1862.

Унтер-офицер в сводно-запасном Рязанском пехотном полку 18-й сводной дивизии (11 сентября 1855 г.). Переведен в 7-й запасной батальон Белевского пехотного полка (24 апреля 1856 г.). Юнкер (7 июля 1856 г.). Произведен в офицеры. Прапорщик в Полоцком пехотном полку (24 ноября 1856 г.). Подпоручик (27 мая 1861 г.).

Полк стоял в Варшаве, откуда Пржевальского командировали в Москву, чтобы принять партию ружей и пистолетов (Пржевальский, 1888, с. 532).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 1.

Гумбольдт А. Космос: Опыт физического мироописания. СПб., 1862. Ч. 1; Риттер К. Землеведение. География стран Азии, находящихся в непосредственном сношении с Россией: Восточный, или Китайский Туркестан. Вып. 1. СПб., 1869; Лаплас П. Изложение системы мира. СПб., 1861. Т. 1; Гартинг П. Очерки природы. М., 1860; ГартвигГ. Чудеса подземного мира. СПб., 1863; «Вестник естественных наук», сборник «Природа» и др.

В феврале того же года в Петербурге зоолог и путешественник Н. А. Северцов (1827–1885) прочитал публичную лекцию «Изменяемость животных видов», в которой изложил свои взгляды на изменчивость видов и теорию видообразования. Он планировал прочитать четыре лекции в пользу «недостаточных» студентов, но слушатели ушли уже к концу первой. Не удалось Северцову также опубликовать полностью свой курс в печати. В журнале «Русское слово» за 1860 г. появилась только первая лекция, содержавшая исторический очерк вопроса об изменяемости видов животных. Статья эта напечатана не под тем названием, под которым Северцов читал лекцию, а под заглавием «Зоологическая этнография». Когда Северцов читал лекции в Петербургском университете в феврале 1860 г., он еще ничего не знал о теории Дарвина. Убежденным дарвинистом Северцов сделался в 1870-х годах. В 1875 г. Северцов посетил Ч. Дарвина, советовался с ним по поводу обработки своих коллекций.

Первое обстоятельное изложение дарвиновского учения было опубликовано в журнале «Библиотека для чтения» (1861, № 11, 12). Популярная и четкая форма изложения этой статьи сразу же сделала доступным учение Дарвина широкому кругу русских читателей. В 1864 г. в российских журналах вышло около десятка популярных изложений дарвиновского учения, в том числе и известная статья К. А. Тимирязева «Книга Дарвина, ее критики и комментаторы». В научных кругах и прессе началась активная дискуссия.

Все виды живых существ, населяющих Землю, никогда не были кем-то созданы. Возникнув естественным путем, органические формы медленно и постепенно преобразовывались и совершенствовались в соответствии с окружающими условиями. В основе преобразования видов в природе лежат такие свойства организмов, как наследственность и изменчивость, а также постоянно происходящий в природе естественный отбор, который осуществляется через сложное взаимодействие организмов друг с другом и с факторами неживой природы; эти взаимоотношения Дарвин назвал борьбой за существование. Результатом эволюции является приспособленность организмов к условиям их обитания и многообразие видов в природе.

Ныне систематики не выделяют его в самостоятельный вид, а относят к виду Ovis ammon, имеющему большой ареал распространения в Центральной Азии.

«Противоположно всем своим собратьям описываемый вид держится в крайне бесплодных и безводных местностях. Только в распадках холмов и кое-где по ущельям растут здесь хармык, бударгана да изредка лук. Вероятно, поедая эти весьма сочные растения, зверь может подолгу обходиться без воды; притом, несмотря на скудность корма, оба добытых самца аргали были очень жирны. Посвоему характеру новооткрытый аргали мало осторожен, потому что не преследуется человеком. Конечно, местные монголы не прочь бы были полакомиться вкусным мясом описываемого зверя, но убить его, по крайней мере взрослого самца, решительно не могут из своих фитильных ружей. Действительно, выносливость на рану всех вообще горных баранов очень велика, но аргали Дарвина в этом отношении, кажется, перещеголял своих собратий: помещенный на приложенном рисунке самец был пробит пулей из берданки в самое сердце и все-таки еще бежал в гору около трехсот шагов» (Пржевальский, 1883, с. 453).

По воспоминаниям бывшего юнкера В. И. Покровского, опубликованным в 2002 г. в журнале «Армия и флот», Николай Михайлович якобы в это время был поручиком Могилевского пехотного полка 7-й пехотной дивизии и состоял дежурным офицером в Житомирском юнкерском училище, открытом в 1860 г. В то время Н.М., по словам автора воспоминаний, готовился к поступлению в академию и часто приходил в библиотеку, где его и встречал юнкер этого училища В. И. Покровский. «Сколько мне помнится, характер Пржевальского был замкнутый, отношение его к нам, юнкерам, носило чисто официальный характер, такие же отношения были у него и к сослуживцам по училищу; да и немудрено, сердце его не было согрето ни взаимной любовью женского существа, ни дружбой товарищей. Одна наука являлась для него целью, идеалом и содержанием всей его жизни, и этой науке он отдал все свои физические и духовные силы, энергию своего большого ума, воли, и сама-то смерть его произошла в походе его экспедиции» (Покровский, 1915, 2002). Однако это не подтверждается ни воспоминаниями Н. М. Пржевальского, ни его послужным списком. Очевидно, что бывший юнкер В. И. Покровский принял какого-то другого Пржевальского за Николая Михайловича.

II РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 1692. Л. 10–15.

Медаль Пржевальского «В память войны 1853–1856 гг.» была передана 12 апреля 1974 г. М.В., Е.С., Н. М. Пржевальскими на постоянное хранение в Дом-музей путешественника. Однако ее поместили в фонды областного музея в Смоленске с условием временного использования в экспозиции Дома-музея Н. М. Пржевальского.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 3.

Петербургско-Варшавская железная дорога – четвертая железная дорога, построенная в Российской империи в 1852–1862 гг. Она первой связала Российскую империю с Западной Европой. Современный адрес Варшавского вокзала: набережная Обводного канала, д. 118.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 3.

Эту фотографию обычно датируют 1856 г., когда 17-летний Пржевальский получил чин прапорщика.

Записка А. А. Большева (Дубровин, 1890, с. 480–481).

Письмо А. Беневского от 25 января 1874 (Дубровин, 1890, с. 45).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 14. 1869 г. Рукопись Н. М. Пржевальского «Опыт статистического описания и военного обозрения Приамурского края». 132 л.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 190; Дневник последнего путешествия…, 1940, с.462.

Май 1863 г. (выпуск без экзамена с правами 2-го разряда, по случаю военных действий; в порядке старшинства): Козлов Павел Александрович, Глуховской Александр Иванович, Скалон Дмитрий Антонович, Назимов, Альбрандт, Горяйнов Алексей Алексеевич, Никифораки Антон Николаевич, Желтухин Петр Владимирович, Эрнрот Адольф Карлович, Грунт Петр Александрович, Лесли Дмитрий Николаевич, Спокойский-Францевич Степан Степанович, Елчанинов Георгий Иванович, Островинский, Савич Александр Степанович, Лебедев, Шавров, Бодаревский Иван Максимович, Шелковников Борис Мартынович (Бегбут Мартиросович), Севастьянов, Петрулевич, Минятов, Фрейтаг Аркадий Александрович, Антушевич Касьян Юстинович, Крупенский Николай Федорович, Пржевальский Николай Михайлович. // Осень 1863 (в порядке старшинства выпуска): Гончаров Степан Осипович (1-йразряд, с малой серебряной медалью), Томич Петр Иванович (1-й разряд), Моршин Александр Васильевич, Зеленый Александр Семенович, Брофельд Мартимер Вениаминович, Жданов Николай Александрович, Лабунский Александр Юлианович, Нарбут Василий Федорович, фон дер Лауниц Михаил Васильевич (1-й разряд), фон Таубе Георг Фердинандович, Щурский Константин Михайлович, Боголюбов Иван Андреевич, Лыко Марцелий Викентьевич, Радзишевский Павел Иванович, Новицкий Владимир Петрович, Стог Михаил Демьянович, Кружилин Василий Алексеевич, Иванов Владимир Аполлонович, Гутовский Михаил Станиславович, Гизетти Антон Людвигович (2-й разряд), Каде Фридрих Генрихович, Шкуринский Семен Афанасьевич, фон Витторф Владимир Павлович, Скрябин Михаил Павлович, фон дер Лауниц Василий Емельянович, Милорадович Петр Михайлович, Комаров Леонтий Валерианович, Михеев Александр Дмитриевич, Гржимайло Александр Игнатьевич, Туфеско Леон Константинович, Вихман Петр Карпович, Троицкий Петр Архипович (Императорская Николаевская… [Электронный ресурс].)

Письмо помощника начального Главного штаба генерала Мирковича от 28 октября 1882 г. (Дубровин, 1890, с. 374).

7-я пехотная дивизия Варшавского военного округа: 25-й пехотный Смоленский генерал-адъютанта графа Адлерберга полк, 26-й пехотный Могилевский полк, 27-й пехотный Витебский полк, 28-й пехотный Полоцкий полк, 7-й стрелковый батальон.

28-й пехотный Полоцкий полк квартировал: штаб, 1-я, 2-я, 4-я роты – Петроков; 3-я рота – Бабы; штаб, 5-я, 7-я роты – Опочно; 6-я рота – Белячев, 8-я рота – Сулейов. Это места нахождения 1-го, 2-го батальонов. 3-й батальон – Варшава. 7-йстрелковый батальон – Мехов и окрестности, 7-я артбригада – Кельцы, Радом.

Радомская губерния вместе с Келецкой и частью Петроковской входила в Радомский военный отдел.

1-й период – 10 января – середина марта; 2-й период – с марта до конца 1863 г.; 3-й период – с конца 1863 до марта 1864 г.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 1692. Л. 10–15.

Медаль Пржевальского «За усмирение польского мятежа 1863–1864» была передана 12 апреля 1974 г. М. В., Е. С., Н. М. Пржевальскими на вечное хранение в Дом-музей путешественника. Сегодня (2023) медаль находится в фондах областного музея в Смоленске.

Светло-бронзовая медаль. Право на получение этой медали предоставляется: а)всем генералам, штаб – и обер-офицерам, а также строевым и нестроевым нижним чинам войск, пограничной стражи, упраздненных ныне трех Малороссийских конных казачьих полков Черниговской и Полтавской губерний и конной сотни милиции Динабургского и Режицкого уездов, которые в течение 1863−1864 гг. участвовали в военных действиях против польских мятежников в Царстве Польском и в Западном крае, равно как и тем из них, которые хотя и не принимали участия собственно в военных действиях, но находились во время усмирения мятежа при тех же войсках для исполнения других служебных обязанностей… // Темно-бронзовая медаль. Медаль эта выдается на усмотрение главных начальников в Царстве Польском и Западном крае: а) Лицам, состоящим на службе как в военном, так и в гражданском ведомствах, принимавшим особенно полезное участие в административных распоряжениях Правительства в Царстве Польском и Западном крае (Именной указ… [Электронный ресурс]).

Родство – многоюродный. РГИА. Ф. 1343. Оп. 58. Д. 524. Л. 155 об. – 161.

Только к зиме 1864 г. все основные отряды повстанцев были разгромлены, но отдельные группировки их продержались в лесах до половины апреля 1865 г.

Лауниц М. Беглые заметки из воспоминаний моих о покойном товарище Н. М. Пржевальском // Дубровин, 1890, с. 40.

Шадов был заштатным городом Шавельского уезда Ковенской губернии Российской империи, ныне – Шедува в Шяуляйском уезде Литвы.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 241.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 11.

Там же. Оп. 2. Д. 3. Л. 1.

Там же.

Лауниц М. Беглые заметки из воспоминаний моих о покойном товарище Н. М. Пржевальском // Дубровин, 1890, с. 40.

С 1869 по 1873 г. Акимов был командирован из Варшавы в Петербург в комиссию, состоявшую при Главном управлении военно-учебных заведений, для совещаний об учебной части юнкерских училищ.

С 10 мая 1874 г. Акимов был командиром Самогитского эрцгерцога Карла полка.

То, что И. Л. Фатеев из дворян Курской губернии, написано в его послужном списке. Однако в Интернете есть сообщения, что Иосиф (Иоасаф) Львович Фатеев был из полтавских дворян и имел братьев Александра, Леонида, Николая, Платона и сестру Марию. Фатеевы внесены в родословную книгу: часть 2, литера Н, с.933. Указ Герольдии об утверждении в дворянстве от 28 мая 1843 г. № 2454.(Список дворян…, 1898, с. 717).

В мае и июне 1862 г. обнаружены политические преступные действия нескольких офицеров в войсках, расположенных в Царстве Польском. 16 (28) июня: поручик Арнгольдт, подпоручик Сливицкий и унтер-офицер Ростковский расстреляны на гласисе [фр. glacis – «скат», «откос»] Новогеоргиевской крепости. Офицеры, отслужившие панихиду по расстрелянным, дали показание, что вовсе не имели в виду сделать какую-либо демонстрацию; что панихиду отслужили не в знак сочувствия к преступлению, а как религиозный долг умершим товарищам по воспитанию. Государь, по докладе ему этого дела, повелел, не предавая офицеров суду, выдержать их под арестом шесть недель, затем возвратить их в те полки, где числятся, без дозволения продолжать курс в академии, и обойти при первом производстве в следующие чины (Милютин, 1999, с. 362–363).

В этой местности учащиеся академии летом проводили практические работы по геодезии. Пржевальский провел съемку (1862 г.) так плохо, что мог быть отчислен из-за неудовлетворительной оценки (Дубровин, 1890, с. 29).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 9, 10. «Краткая записка о прохождении службы помощника начальника отделения Главного управления казачьих войск майора Иоасафа Львовича Фатеева».

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 1, 2.

Пржевальский Н. М. Записки всеобщей географии по программе юнкерских училищ / сост. д. чл. Рус. геогр. о-ва Н. М. Пржевальский; доц. преп. географии в Варш. пехот. юнкер. уч-ще И. Л. Фатеев. 2-е изд. Варшава: Тип. Варш. жандарм. окр., 1870–1871. [Вып. 1]. 1870. [6]. IV. 148 с.: черт. Пржевальский Н. М. Записки всеобщей географии по программе юнкерских училищ / сост. д. чл. Рус. геогр. о-ва Н. М. Пржевальский; доц. преп. географии в Варш. пехот. юнкер. уч-ще И. Л. Фатеев. 2е изд. Варшава: тип. Варш. жандарм. окр., 1870–1871. [Вып. 2]: Политическая география Европы, 1871. С. 149–306.

«Из них безвозмездно дано 50 экземпляров, именно: в центральный комитет – 8, Бобровскому – 9 (он сам потребовал для раздачи в Петербурге, начальству), начальникам училищ – 16, Минквицу – 1, учителям, товарищам, рецензенту – 16. Переплет книг, представленных начальству, – 7 р. 50 к., всего – 45 р. Выручено от училищ за 906 экземпляров – 679 р. 50 к. От Кафанчикова за 10 000 экз. – 675 р., всего – 1354 р. 50 к. Итого 1309 р. 50 к.» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 141).

За издание для юнкерских училищ учебника географии всемилостивейше пожаловано 500 руб. – 1872 г. 8 августа. См. «Краткую записку о прохождении службы помощника начальника отделения Главного управления казачьих войск майора Иоасафа Львовича Фатеева».

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 142.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 77−78.

Там же. Л. 89.

Там же. Л. 99 об.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 107.

Там же. Л. 108.

Там же. Л. 119.

Там же. Л. 126.

Там же. Л. 130 об.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 138, 139.

Там же. Л. 151.

Там же. Л. 3.

Там же. Д. 289. Л. 7.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 289. Л. 9.

Там же. Д. 264. Л. 7.

Торговый дом Jachimek i Sosnowki в Варшаве существовал с 1861 г. и примерно до 1880-х годов. В 1883 г. Ян Яхимек скончался, а Торговый дом «Я. И. Сосновский» благополучно в 1911 г. отметил свое 50-летие, но уже под руководством сына Яна Сосновского Бронислава Теодора (Я. Сосновский умер в 1905 г., а его сын Б. Сосновский – в 1942 г.). Фирма широко рекламировалась в России и выпускала каталоги на русском языке.

Там же. Л. 67.

5 штук часов: 1 – 54 р., 2 – 30–60 р. и 3 – 28–56 р. Итого 170 р. 2 одеяла – 27р. (одно 12 р., одно 15 р.), 2 пуда дроби – 12 р.), бурав. и выдувал: 2 – 40 р. 2 ножа – 5-50 р. Степану и за пересылку – 2 р., итого 218 р. 90 к. Эклону выдано 10 р. серебром. Заметим, у меня остается Ваших денег 71 р. 10 к. К ним Вам придется дослать для уплаты Сосновскому; но ему заявлено, что «деньги он получит после того, как Вы испробуете достоинство ружей» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 75).

«В мае месяце 1867 г. были высланы Вам деньги за… занятия в размере 87р. 12к. Собственно Вам следовало 95р., но из них по Вашей записке выдано было мною 7р. Пыльцову и 88к. уплачено за пересылку. Деньги были отправлены в штаб округа в Иркутске, который деньги эти сдал в казначейство в партикулярную… ибыла выслана квитанция. Но судя по Вашим письмам и рапорту – Вы эти деньги еще не получили» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 2).

Там же. Л. 30.

Там же. Л. 37.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 95–99.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 119.

Там же. Л. 122–125.

Там же. Л. 126.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 137. «Гораздо лучше, еслиг. критик вместо непрошеных советов и голословных указаний сам сделает описание доблестей той западной китайской армии, за которую так сильно ратует».

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 147, 148.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 139. Л. 81.

Там же. Л. 118.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 27.

Там же. Д. 139. Л. 103.

Там же. Д. 264. Л. 13.

Там же. Л. 16.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 35, 40, 41.

Там же. Л. 132.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 154.

В 1890 г. в Отчете по составлению при Императорском русском географическом обществе капитала имени Н. М. Пржевальского, опубликованном в Известиях ИРГО, среди жертвователей упоминались И. Л. Фатеев – 5 р., а также ФатеевИ.А. – 10 р., Фатеевы Наташа и Андрюша – 6 р. (Известия ИРГО, 1892, с.101).

Там же. Д. 243. Письма В. К. Тачановского Н. М. Пржевальскому (1870–1887).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 289.

Докладная записка генерала Черницкого от 12 марта 1866. Архив Главного штаба. Дело канцелярии № 82 // Дубровин, 1890, с. 45.

Докладная записка генерала Исакова от 7 мая 1866. Архив Главного штаба. Дело канцелярии № 82 // Дубровин, 1890, с. 46.

Отношение генерала Минквица в Главный штаб от 20 октября 1866. № 6, 532 // Дубровин, 1890, с. 46.

Письмо генерала Черницкого от 22 октября 1866 г. за № 6, 502 // Дубровин, 1890, с. 46.

Другими словами, Главный штаб – это высшая руководящая инстанция (если не считать Военного министерства). «Как бы дополнением к приказам по военному ведомству служат циркуляры Главного штаба, посредством которых разъясняется иногда дух законов, иногда объявляются административные порядки применения на практике военных законов».

Обязанности офицеров заключались: 1) в составлении дислокаций, маршрутов и диспозиций для боя и для движения; 2) в производстве военных обозрений, съемок, рекогносцировок; 3) в вождении колонн на театре войны вообще и на поле боя в особенности; 4) в избрании, совместно с военными инженерами, позиций и пунктов для крепостей и распоряжения и различные сведения, признаваемые полезными для военного ведомства.

Генерал Леонтьев в письме генералу Мещеринову от 7 ноября 1866 // Дубровин, 1890, с. 47.

Приказ по Генеральному штабу от 17го ноября 1866 // Дубровин, 1890, с. 47.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 1692. Л. 10–15. Полный послужной список Генерального штаба генерал-майора Пржевальского. Составлен 3 ноября 1888 г.

Этот список рыб приводится в изданиях 1949 г. и последующих лет без указания, что он предоставлен Пржевальскому Дыбовским. Интересно, что в этом списке есть рыба Толпыга (фамилия второго мужа Елены Алексеевны, матери путешественника). Сегодня эту рыбу чаще называют толстолобиком – рыбой-прыгуном.

Письмо Фатееву от 26 мая 1867 г. Из Иркутска // Дубровин, 1890, с. 52–53.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 289. Письма Ягунова.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 3.

Там же. Л. 12.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 7.

Там же Л. 43.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 46.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 289. Письмо Н. Я. Ягунова М. А. Пыльцову. Без даты.

Там же. Д. 264. Л. 63.

Там же. Д. 289. Письмо Н. Я. Ягунова Н. М. Пржевальскому от 18 марта 1873 г.

«Тогда, как я была в Варшаве, то офицеры мне сказали, что его хоронили товарищи на свой счет, да я слышала, что Вы тоже дали на похороны 50 рублей, но куда это так много для бедного человека. Остаюсь всегда с уважением преданная Вам М. Ягунова» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 290).

Письмо Н. М. Пржевальского И. Л. Фатееву от 18 мая 1876 г. // Дубровин, 1890, с. 199–120.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 62.

Там же.

Н. Я. Ягунов. Прапорщик с 18 ноября 1872 г. из порт-юнкеров сего полка. Утонул 6 июня 1875 г. Исключен умершим 2 июля 1875 г. (Мередих, 1876, с. 116). Н. Ф. Дубровин писал, что Н. Я. Ягунов был поручиком, но ссылок на документ не привел.

«Не знаю, что и думать, мой дорогой Коля, 2 месяца к тебе я посылала письмо, а ты мне не отвечаешь. Я уверена, что ты много имеешь занятий, но все же можно и мать, и болящего брата утешить. Вот уже 5 месяцев как он не встает с постели. Месяц я уже оставила службу и живу с ним в номере, ожидаю, когда будет конец, и верно дурной. Он уже едва выговаривает слова, и я едва его перевожу; и то он постоянно тебя поминает и даже видит тебя, говорит во сне с тобой; напиши нам, хоть одну строчку, что с тобой, и как ты живешь, здоров ли ты был это время и что твое путешествие? Когда поедешь, не можешь ли ты заехать в Москву из Смоленска, всего 3 р.». 23 марта 1874 (?) 6 часов вечера. Москва (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 290. Л. 3).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 290. Л. 7, 8.

«Недавно в Петербург перебралась на жительство М. П. Ягунова, хлопочет устроиться в каком-нибудь приюте для престарелых, но это очень трудно устроить по причине множества кандидаток, за которыми хлопочут люди с ‹нрзб.› Живет иглой и случайной работой. Нас она навещает и сегодня пробыла весь день. Очень просит Вам кланяться» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 137).

Там же. Д. 264. Л. 12.

В Дальнегорске Кавалеровского района Приморского края родился (1951) и жил Анатолий Васильевич Лимаренко, муж Тамары Васильевны Коркуновой, двоюродной сестры одного из авторов этой книги – Л. К. Пржевальской.

НА РГО. Оп. 2. Д. 132. 47 л.

Там же. Д. 41. 50 л.

Главные материалы путешествий Николая Михайловича содержатся в серии «Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии» (изд. РГО). Опубликованы: Отдел зоологический: т. I – млекопитающие, ч. 1, обработал Е. Бюхнер (1888), ч. 2 – копытные, обработал В. Заленский (1902); т. II – птицы, обработал Ф. Д. Плеске (Вып. 1–3, 1889–1894); Вып. 4, обработал В. Бианки (1905); т. III, ч. 1 – земноводные и пресмыкающиеся, обработал Я. В. Бедряга (Вып. 1–4, 1898–1912); ч. 2 – рыбы, обработал С. М. Герценштейн (Вып. 1–3, 1888–1891). Отдел ботанический: т. I и II, обработал К. И. Максимович (1889). Отдел метеорологический, обработал А. И. Воейков (1895).

Мы цитируем письма Венюкова Пржевальскому 1877–1888 гг., приведенные в работе доктора географических наук Василия Алексеевича Есакова (1924–2016), профессора, заслуженного деятеля науки РСФСР, почетного члена Русского географического общества (Есаков, 1993).

По записке Венюкова доклад сделал известный геолог, начальник горной школы Добрэ (Дубровин, 1890, с. 378).

Н. М. Пржевальский скончался перед выходом в пятое путешествие в Центральную Азию. В заседании Парижского географического общества Венюков сообщил о кончине Николая Михайловича и прочитал простой, прекрасно составленный некролог. На этом заседании Пржевальского назвали «самым смелым из новейших русских путешественников» (4 ноября 1888 г.) (Дубровин, 1890, с. 476).

Тизинхе, Янчихе и Сидеми, неподалеку от Новгородского поста.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 118.

Там же. Д. 14. 132 л.

Там же. Д. 57–60.

Этот рассказ есть в книге и статье, посланной в «Вестник Европы», но отсутствует в сообщениях и статьях, напечатанных в «Известиях Географического общества». Не обсуждает этот случай и Н. Ф. Дубровин.

Гельмерсен получил решительный отказ со стороны пуса (начальника города) Кыген-Пу (Юн Хеп), который ссылался на то, что, согласно корейским законам, въезд иностранцам на территорию Кореи запрещен. Однако пуса передал предложение российской стороны об установлении торговых сношений между пограничными жителями обеих стран губернатору провинции Хамген Ли Ю Вону. Губернатор по приказанию из Сеула передал пуса, что «при появлении русских торговых людей местные пограничные власти должны принять от них бумаги и тотчас доставить их в губернский город, а русским предложить ожидать на границе» (Иванов, 2012).

После событий 1866 г. центральные власти Кореи ужесточили пограничный режим с Россией. По указанию центрального правительства начальнику Кыген-Пу Юн Хепу было поручено укрепить обороноспособность границ, и в апреле 1867 г. он организовал подразделение из 164 отборных стрелков. К весне 1869 г. вдоль р. Туманган располагались 37 пограничных постов.

Юн Хеп. Так назван градоначальник Кенхына (Иванов [Электронный ресурс]).

В 1869 г. в российские пределы убежали от корейской власти ок. 2 тыс. чел. (по др. данным – ок. 7 тыс.). Надо было приостановить поток беженцев, и российские офицеры Трубецкой и Дьяченко выехали в Кыген-Пу, где состоялся первый раунд переговоров с начальником (пуса) округа, который уверил их в своем желании прекратить переселение и обещал «ласково принять возвращающихся». Тем не менее эмиграция продолжалась. Второй раунд переговоров был оформлен, если так можно сказать, более торжественно. И. д. пограничного комиссара Южно-Уссурийского края князь Трубецкой официальным письмом уведомил власти Кыген-Пу, что «российское правительство находит нужным принять решительные меры к прекращению зла», но «желает принять эти меры по соглашению с корейским начальством». Затем в сопровождении полковника Дьяченко, переводчика Хан Ингука и конвоя из 12 нижних чинов и пограничного караула Трубецкой вновь прибыл в Кыген-Пу, где был «весьма дружелюбно» встречен властями. Их угостили обедом. В благодарность за угощение Трубецкой отдал пуса свои золотые часы, которые тому очень понравились. После продолжительных переговоров пуса письменно обещал не подвергать вернувшихся беженцев «никакому наказанию и принять благосклонно».

Мы с особым интересом знакомились с материалами о взаимоотношениях царской России и Кореи, читали отзывы Н. М. Пржевальского о корейцах. Авторы учились в МГУ имени М. В. Ломоносова с кореянкой Элойзой Юн, были знакомы со многими представителями корейской диаспоры в Москве, которые внесли большой вклад в налаживание дружеских отношений между СССР (и новой Россией) и КНДР и Республикой Корея.

Полностью эти Замечания приведены в Примечаниях к статье Н. М. Пржевальского «Инородческое население в южной части Приморской области» (Известия ИРГО, 1869, с. 201).

А. Кояндер в письме Н. М. Пржевальскому от 26 апреля 1878 г. // Дубровин, 1890, с. 235.

В разделе: Журнал общего собрания ИРГО от 1 апреля 1870 г.

Председателем Сибирского отдела ИРГО (Иркутск) с 1859 г. был генерал Болеслав Казимирович Кукель (1829–1869), являвшийся одновременно начальником штаба сибирских войск. С 1869 г. – генерал Леонид Петрович Софиано (1820–1898), генерал от артиллерии, начальник артиллерии Восточной Сибири. Многие члены Сибирского отдела считали (1867) Пржевальского самонадеянным и хвастливым молодым человеком. Но по словам генерал-майора В. И. Липинского, члена Сибирского отдела, «в уверенности этой сказывалась сила гения» (Письмо В. И. Липинского к Ф. А. Фельдману от 22 ноября 1888 г. // Дубровин, 1888, с. 51).

Ходили слухи, что члены Сибирского отдела собираются написать «неумолимую» рецензию на книгу Пржевальского. После напечатания рецензии, говорили «иркутские заправилы», Пржевальский навсегда потеряет репутацию в ученом и литературном мире.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 245. Из письма М. П. Тихменева от 22 декабря 1870 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 20. Из письма В. А. Бельцова от 15 февраля 1871 г.

Там же. Д. 122. Из письма А. А. Кропоткина от 21 апреля (3 мая) 1871 г.

Хунхузами в Уссурийском крае называли китайских разбойников, грабителей и вообще убийц. В этом смысле слово «хунхуз» приобрело право «гражданства» среди русских жителей Амурской нашей окраины. То же понятие подразумевалось под словом «хунхуз» и в соседней Маньчжурии. «В числе китайцев, наводнявших Маньчжурию, были преступники, спасавшиеся от преследований закона; люди, бросившие свои дома и семейства, вследствие разорения от кутежей и игры в карты, вообще люди порочные. Они под влиянием безысходной нужды обращались в разбойников и грабителей, известных под именем хун-ху-цза, или хунхузов» (Надаров,1896).

По Пекинскому договору русско-китайская граница проходила от слияния рек Шилки и Аргуни до устья Уссури, далее по рекам Уссури и Сунгача через озеро Ханка к реке Тур (Беленхэ), от ее устья по горному хребту к устью реки Хубиту (Хубту) по горам до реки Туманган (Тумэньцзян).

Аскольд – остров в заливе Петра Великого Японского моря, в 50 км к юго-востоку от Владивостока и в 40 км к западу от Находки. Назван по имени парусно-винтового фрегата Российского императорского флота, принимавшего участие в гидрографических исследованиях у побережья Приморья.

Послужной список И. Г. Баранова: «Начальник штаба командующего войсками Южно-Уссурийского края (май – июль 1869 г.)». Однако почему-то год указан 1869-й, а не 1868-й. Штаб был расформирован в июле 1868 г. Послужной список Н. М. Пржевальского (РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 1692. Л. 10–15) – см. Приложение.

Ныне город Хабаровск.

Письмо братьям Владимиру и Евгению от 25 января 1868 г. ст. Буссе // Дубровин, 1890, с. 69.

Письмо Тихменеву от 1 февраля 1868 г. Хабаровка // Дубровин, 1890, с. 70.

Письмо Тихменеву от 1 февраля 1868 г. Хабаровка // Дубровин, 1890, с. 70.

Сводный батальон состоял из стрелков 4, 5, 6-го батальонов и учебной стрелковой школы, недавно открытой в Хабаровке.

В распоряжении М. П. Тихменева находились три парохода для плавания по Амуру и три мелкосидящих судна (телеграфных парохода) для перевозок по Верхней Уссури.

Для полного очищения края от хунхузов и разоружения манзовской милиции отправились военные отряды офицеров Маркова, Дьяченко, Пфингстена, Холевинского, Флоренского, Садовникова, Каблукова, Маевского, Баранова, Горяинова, Дубинина, Милютина, Молоствова, Терновского, Буяковича, Лаубе, Шелихе.

«До настоящего времени [цитируемое донесение от 2 июня] одно население Сучанских манз, как извещает наблюдающий лейтенант Старицкий, отвергает предложение разбойничьих шаек, и вместо того сформировало отряд около 400 человек, который уничтожает и даже представляет русским пойманных разбойников. Доверять этому нипочем не следует, – прибавляет, однако, осторожный и хорошо знающий манз Дьяченко, – остается обстоятельство это уяснить отрядам, которые, вероятно, будут и на Сучане» (Тихменев, 1908, № 6, с. 57).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 141. Первое донесение Пржевальского от 13 июня 1868 г.; второе – от 23 июня 1868 г. Эти же рапорты, с небольшими сокращениями, приведены в работе Н. М. Тихменева (1908, № 7, с. 39–42).

Там же. Письма Н. М. Пржевальского к М. П. Тихменеву. 5 писем. Приложен рапорт Н. М. Пржевальского на имя командующего войсками Южно-Уссурийского края от 23/VI 1868 г. (НА РГО. Ф. 13. Оп. 3. Д. 46).

«Цель эта была достигнута одновременным движением отрядов по тем направлениям, где можно было рассчитывать на присутствие оставшихся еще разрозненных мелких шаек или где жили оседлые манзы… Всем рекогносцировочным отрядам были даны инструкции однообразного характера. Отряды должны были беспощадно истреблять встреченных с оружием в руках и сопротивлявшихся манз. Отдельно стоявшие фанзы, а равно и находившиеся в них все припасы, при невозможности воспользоваться последними, должны были быть сожжены» (Тихменев, 1908, № 7, с. 31, 36, 37).

Ли Гуя спасло вмешательство высших чинов русской администрации. В начале июня 1868 г. в пост Камень-Рыболов прибыл на пароходе генерал-губернатор Восточной Сибири М. С. Корсаков, отменивший наиболее суровые распоряжения М. П. Тихменева. Ли Гуй, вернувшись после ареста в Пинсау, не только продолжил деятельность в качестве манзовского старшины, но и удостоился награды от нового генерал-губернатора Восточной Сибири Н. П. Синельникова – ему был пожалован «почетный кафтан» (РГИА ДВ. Ф. 1. Оп. 2. Д. 790. Л. 3). В декабре 1875 г. старшина оказался под подозрением в связи со слухами о готовящемся восстании цемухинских манз. Отряд, посланный к месту событий из Владивостока, обнаружил на р. Цемухэ концентрацию вооруженных китайцев, среди которых был и Ли Гуй. Последнему удалось объяснить свое присутствие необходимостью поддержания порядка (Ю Хай, Ли Гуй и Лин Гуй [Электронный ресурс]).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 141.

«В 2 часа пополудни 13 июня отряд подпоручика Каблукова прибыл на Сучан в деревню Хани-Гуй и остановился там в ожидании моего прибытия из Пинсау» (второе донесение Пржевальского).

«Сегодня, т. е. 13-го утром ко мне присоединился отряд Шелихе, который прошел из Лоренцовой по рекам Май-хэ и Циму-хэ» (второе донесение Пржевальского).

«За время следования по Дауби и Сучанy я продовольствовал отряд реквизицией, согласно Вашему приказанию, но потом получил личное приказание от адмирала уплачивать за все забираемое» (из второго донесения Н. М. Пржевальского).

НА РГО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 141.

Дело Ли Гуя касалось застарелой проблемы правового положения уссурийских китайцев, десятилетиями проживавших на российской территории, но рассматривавшихся цинскими властями в качестве китайских подданных. Этому способствовала официальная подсудность манз китайским судебным органам, установленная Айгунским, Тяньцзиньским и Пекинским договорами.

Из Хабаровки Пржевальский 18–20 июля послал письма В. П. Акимову, дяде П. А. Каретникову, братьям Владимиру и Евгению, матери, И. Л. Фатееву. НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 3, 96, 204, 248; Оп. 1. Д. 127, 128.

Письмо Пржевальского В. П. Акимову от 18 июля 1868. Хабаровка // Дубровин, 1890. с. 76.

«Между тем народ, где бы то ни было, и на Уссури, конечно, тоже, представляет труднейшую почву для исследований [выделено нами. – Авт.], а поэтому и сведения о нем требуют более правильной оценки. Как внимательно мы ни искали хотя одного отрадного слова о населении Уссурийского казачьего батальона, хотя одного сведения, говорящего в пользу его экономического быта, характера и нравственности, мы не нашли ничего. Из заверений автора следует, что все население (5258 человек), как одна единица, обладает следующими качествами: „небывалому человеку даже трудно поверить, до какой степени доходит разврат Уссурийского населения. Мужья везде торгуют своими женами, матери дочерьми“». Сакальский приводил много нелицеприятных (в том числе нелицеприятных в прямом смысле: «бледный цвет лица, впалые щеки, по большей части невысокий рост и общий болезненный вид» казаков) выдержек из книги Пржевальского и, опровергая эти высказывания, писал, сколько сделали за десять лет эти казаки в Уссурийском крае (28 станиц, три церкви, лазарет, освоили 2350 десятин земли, имели 4832 головы разного скота и т. д.) и при этом еще несли государственную службу (Сакальский, 1870).

«Ибо не только для решения таких крупных социальных и экономических вопросов, как колонизация и поднятие уровня экономического быта народа, но даже для простого описания этого быта нужно, кроме подготовки, полное исключительное занятие избранным предметом, чего в этой части труда Пржевальского вовсе нет. Прекрасная книга много теряет от этой примеси… Нам остается, – добавлял Сакальский, – еще сказать о внешности издания. Это объемный том в 355 страниц, с приложениями, изданный самим автором [выделено нами. – Авт.] очень опрятно, без крупных опечаток. К книге приложена хромолитографированная, хорошо исполненная карта Уссурийского края. Цена 2 рубля 25 копеек не особенно высока» (Сакальский, 1870).

«Хотя Пржевальский более зоолог, орнитолог и ботаник, чем путешественник, всесторонне обозревающий страну и ее жителей, но все же в сочинении его характеристика Уссурийского края в естественном отношении менее важна, чем очерк страны в экономическом отношении и описание состояния в ней нашей колонизации в настоящее время» («Отечественные записки», 1870, с. 22–27).

«В них (апатии и лени) переселенцы столь же мало виноваты, как и в смертности, свирепствующей между ними, и в том вырождении, которое неминуемо ожидает их в будущем, очень близком. Причины же бедственного положения русских колонистов, которые в большом количестве назвал Пржевальский, относятся лишь к ошибкам местной администрации… что же касается злоупотреблений второстепенных деятелей и ближайших исполнителей, то о них Пржевальский не упомянул ни слова» («Отечественные записки», 1870, с. 22–27).

«Деревушки, получившие громкие названия Владивостока, Золотого Рога, Графской (беднейшей из всех), вероятно, не являлись бы тогда насмешкою над действительностью и не наводили бы на очень грустные мысли» («Отечественные записки», 1870, с. 22–27).

В примечаниях к статье было написано, что «статья есть извлечение из Медико-топографического описания Приморской области Восточной Сибири, составленного дивизионным доктором, статским советником Плаксиным и представленного им в Главное медицинское управление». Но эта работа «по обилию, важности и новизне [выделено в примечаниях] собранных в нем материалов могла бы быть с пользой напечатана в каком-либо общелитературном журнале». Редакция «Военного сборника» оценила «отчетливое описание Приморской области как почтенный труд доктора Плаксина».

«Вследствие письма Вашего ко мне от 19-го сего октября, препровождаю при сем 72 рубля, полученные мною за статью мою, каковые деньги имеете употребить по своему усмотрению. Помянутая статья составляет, в большей части своей, извлечения из разных источников, главным же образом из академической тетрадки Вашей, то означенные деньги я всегда считал не по праву мне принадлежащими, и если держал таковые у себя до сих пор, так единственно потому, во-первых, что решительно не знал, как мне поступить в этом случае, и во-вторых, по выезде из Николаевска надеялся Вас встретить в Иркутске и лично об этом переговорить, ибо я был убежден, что с появлением моей статьи в печати – на что я совершенно не рассчитывал и в виду не имел, чтобы статья моя была напечатана, – Вы не оставите этого дела без протеста» (Из письма Плаксина от 21 октября 1870 // Дубровин, 1890, с. 104).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 109. Письмо Плаксина и рапорт Пржевальского.

«Друг Ваш, Плаксин, по поводу Вашего сообщения в штаб написал громадную статью. Подобную ерунду не примут нигде для печати. Жаль, не могу прислать Вам подлинную статью его, Вам бы посмотреть. Л. П. Софиано просил меня Вам не посылать» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 20. Л. 2. Письмо В. А. Бельцова от 15 февраля 1871 г.).

Цит. по: Дубровин, 1890, с. 90.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 96. Л. 6.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 191. Л. 7.

ЦГАМ Ф. 418. Оп. 310. Д. 781. Л. 33. Указ, данный уволенному от службы штабс-капитану Михаилу Александровичу Пыльцову № 9066 от 22 сентября 1877 г. из Главного штаба.

Мы не занимались родословием дворян Пыльцовых и составили некоторое представление об этой семье по немногим сведениям, полученным из писем Михаила Александровича Пыльцова и его родителей путешественнику Пржевальскому. Аглая Александровна Пыльцова вышла замуж за Ивана Николаевича Кузьмина (1873). Отец Аглаи Пыльцовой штабс-ротмистр Александр Александрович Пыльцов и мать Вера Александровна Пыльцова жили в селе Губине Усманского уезда. Мать Аглаи была крестной ее сына Николая (1874).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 127.

Там же. Д. 128. Л. 32.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 128. Л. 32.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 128. Л. 33.

Там же. Л. 43.

Там же. Оп. 2. Д. 264. Л. 8.

Там же. Д. 210. Л. 8.

НА РГО. Ф. 18. Оп. 3. Д. 552. Л. 88.

Там же. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248. Л. 15.

Там же. Д. 264. Л. 140.

Там же. Д. 203. Л. 17.

Там же. Д. 210. Л. 74.

Там же. Д. 250. Л. 5.

«Пыльцов Михаил Александрович, спутник Н. М. Пржевальского. Скончался [вместо этого слова крест] 1898, 50 л. (Ялта, Иоанно-Златоустовское кладбище.)» (Река времен…, 1996). Выше по склону, над храмом Святого Иоанна Златоуста, размещалось кладбище, одно из самых первых в Ялте. Хоронить здесь начали в 1830-х годах. Могила М. А. Пыльцова не сохранилась. Его фамилии нет и на мемориальных досках, установленных на кладбище.

Метрические книги церквей города Смоленска за 1874 г. и церкви села Лобково Смоленского уезда за 1874 г. на хранение в ГАСО не поступали, и подтвердить дату бракосочетания А. И. Толпыго и М. А. Пыльцова не представляется возможным.

«А. И. хотела писать к тебе и просить тебя шафером за ней. Я уверен, что ты нам в этом не откажешь» (12 апреля 1874 г.).

«Я никогда бы не решился жениться на девице, с которой я не был бы уверен, что я буду счастлив. Я с Александрой Ивановной могу сказать, что я буду счастлив уже потому, что между нами нет большой противоположности, т. е. как она, так и я по образованию своему равны и средства наши одинаковы. А неравные средства большей частью бывают причиной семейного несчастья. Она имеет доброе сердце, хороший характер тебе более известен, чем мне. Любить, мы любим друг друга искренно, в этом, я уверен, и есть наша любовь, основанная только на дружеских основаниях, а не на каких-нибудь выгодах» (20 апреля 1874 г.).

1 января 1876 г. родился Николай, 1 мая 1877 г. – Елена, 15 июля 1878 г. – Софья, 28 августа 1881 г. – Наталья Пыльцовы.

«Анатолий, по-моему, хороший мальчик, он еще совсем юный, и он, может быть, заменит тебе меня, как бы я был доволен за него, если бы он мог быть на моем месте. О нем уже и говорить нечего» (12 апреля 1874 г.).

«Дома избавлен тиранства болен от вас научите что делать немедленно Усмань выслать вещи бумаги. Анатолий». Телеграмма Пржевальскому. Петербург. Офицерская, д. Иванова, 23 из Хворостянки. 19 октября 1874 г. (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 209. Л. 1). // Мать братьев Пыльцовых в письме Пржевальскому писала, что «меня просто поразило возвращение Анатолия, тем более что он очень болен. Быть может, на него не хорошо повлиял климат. От души сожалею, что Анатолий не мог Вам быть таким же преданным спутником, как Миша. Это его несчастье и наше горе» (8 ноября 1874 г.). «Примите мою искреннюю благодарность за недостойного мальчика Анатолия. Он не мог оценить Вашего внимания к нему по своему неразвитию. Он разбил свою блестящую будущность по своему необразованию. Простите ему во имя Вашей любви к брату его Мише. Благодарю провидение, что оно связало нас родством и счастьем нашего сына Миши. Извините меня, старуху, за откровенность, и еще прибавлю, если есть на земле совершенство, так это Вы [Выделено в тексте]» (22 января 1875 г.) (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 213. Л. 2, 3). // Михаил Пыльцов пытался утешить родителей, сильно переживавших проступок сына и потерю заманчивых перспектив. Михаил писал Пржевальскому: «Была в Тамбов поездка. В Хворостянке я встретил на станции сестру, Николая и Анатолия. Он так был поражен моим приездом, с ним чуть дурно не было. Он ехал к сестре на именины, в курс я их водил только пять минут. Но Анатолий просил меня по секрету, чтобы я просил у тебя извинений за него, что он пред тобою виноват, но я ему успел сказать несколько слов. Дома я устроил все очень хорошо, отца и мать в ‹нрзб.› уверил, что Анатолий это сделал только из того, чтобы его не прогнали из дома» (3 февраля 1875 г.).

«Евграф водки не пьет, а главное, что он очень добр и имеет прекрасное сердце. Мне он тоже очень нравится. Свое мнение лично я хотел, чтобы он с тобой ехал. Он тебе был бы хороший помощник во всем, и в хозяйстве, и в работах. Только он не охотник» (4 ноября 1875 г.). «Евграф будет тебе хорош. Я, как узнал, он много видел горя, два года он провел в казармах с солдатами, не имеет почти ни гроша денег, поэтому он так хорошо и кончил курс, что узнал, как трудно быть солдатом» (13 ноября 1875 г.).

«Ни снимать птиц, ни стрелять, ни делать съемки – ничего не умел делать бедный Евграф. Дал ему прогонные и жалованье – всего 800 р., причиной возврата везде выставил болезнь» (Пржевальский, 1940, с. 511).

НА РГО. Ф 13. Оп. 2. Д. 210. Л. 59.

Во владение имением А. И. Пыльцова была введена 30 ноября 1874 г. К ней перешло 386 десятин земли (Деверилина, 2019, с. 263).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 210. Л. 18.

Там же. Д. 212. Л. 1. 22 октября 1874 г.

Там же. Д. 248. Л. 20.

Но на окончание строительства дома не хватило 250 руб., которые Пыльцов с болью в сердце просил у Пржевальского, опасаясь, что денежный долг плохо повлияет на их дружбу. «Я боюсь одного, чтобы ты не подумал, что я пользуюсь твоей добротою, чрез что и вся любовь может поколебаться. Но поверь, что для меня писать это письмо… нервная лихорадка» (19 мая 1875 г.) (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 210. Л. 37).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 210. Л. 51.

Там же. Л. 63.

«Мих. Алекс. тоже сделал покупку или, лучше сказать, пустился на аферу: он заложил Отрадное за 10 000 и на 6000 купил у жида имение Поляны возле Грудинина. Все это случилось зимою 1879–1880 гг. Насколько выгоден подобный оборот – покажет нынешний год, знаю только, что в новом имении Мих. Алекс. лесу нет и лугов, кажется, не особенно много. Земли по всей окружности около 600 десятин» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Л. 4).

Там же. Д. 250. Л. 6.

«Я теперь живу в Ямполье, взял у Е. Н. Семичева заведовать всеми его имениями. Конечно, это не Бог знает какая находка, но при моем положении и это счастье…» // «Я только вернулся из Калужской губернии Мещевского уезда, был там в одном из имений Е. Н. Вот прекрасное имение по своему дикому положению» (20 января 1883? г.). // Последний адрес М. Пыльцова известен нам из его письма от 9 февраля 1886 г.: «…Целую крепко, преданный тебе вечно М. Пыльцов. Адрес мой Станция Суборовское Орловско-Витебской ж/д. Дубровка».

В XIX в. Семичевы владели усадьбами в Смоленской и Калужской губерниях. Евлампий Николаевич Семичев, гвардии ротный, и его сын Николай Евлампиевич, коллежский советник, подполковник, имели усадьбу в деревне Мокрое Жиздринского уезда Калужской губернии. Брат Е. Н. Семичева, Михаил Николаевич, и его супруга Екатерина Богдановна владели поместьем в д. Слизнево Мещовского уезда той же губернии. В деревнях Ямполье и Поляны Починковского уезда Смоленщины находились усадьбы Н. Е. Семичева и его жены Екатерины Никаноровны, в д. Носково Краснинского уезда – подпоручицы Е. Б. Семичевой, в д. Грязенять Рославльского района – полкового квартирмейстера И. М. Семичева и его вдовы П. В. Семичевой (Чижков, Гурская, 2009; Чижков, Зорин, 2007; Про музей и про людей… [Электронный ресурс]).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 203. Л. 17.

Там же. Д. 196. Л. 28.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 274. Письмо Чебаева и Иринчинова от 5 октября 1873 г. из Троицкосавска.

«Дело» – ежемесячный журнал революционно-демократического направления, орган разночинного радикализма. Издавался в Санкт-Петербурге в 1866–1888 гг.

«Голос» – политическая и литературная газета, выходившая в Санкт-Петербурге ежедневно в 1863–1883 гг., издатель-редактор А. А. Краевский.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 3. Д. 13. Черновик письма Пржевальского от 10 мая 1875.

В 1866–1880 гг. редактором «Дела» был Григорий Евлампиевич Благосветлов (1824–1880).

«Как-никак, а теперешнее „Дело“ (1883) сильно изменилось против „Дела“ благосветловских времен. Нет теперь в „Деле“ того залихватского тона, той бесшабашной удали относительно всевозможных, хотя бы самых трудных вопросов, какими отличалось старое „Дело“. Бедный Петенька [Петр Никитич Ткачев (1844–1882), литературный критик журнала „Дело“, эмигрант], не останавливавшийся, как Вам известно, ни перед чем, когда требовалось „выругать“ и „доказать“, что Л. Толстой бесталанный писатель…» // (Из письма К. М. Станюковича А. Л. Эльсницу от 22 марта 1883 г., Петербург).

Цит. по: Дубровин, 1890, приложение 8 (к с. 204), с. 560.

Дорога до начала путешествия: Москва – Нижний Новгород – Пермь – Омск – Семипалатинск – станция Алтын-Эмельская – Верный – станция Хоргос – переправа через р. Хоргос – Кульджа.

Протяженность маршрута вычислена авторами исходя из цифр, приведенных в (Мурзаев, 1953, с. 16).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 59.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 3.

Там же. Д. 264. Л. 56, 65, 72.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 264. Л. 81.

Там же. Л. 87.

Архив АН СССР. Петербург. Ф. 50. Оп. 2. Д. 208. Л. 38.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 128. Л. 32.

Там же. Л. 41.

Там же. Д. 196. Л. 3 об.

20 апреля 1881 г. за № 203. Бланк: Министерство военное. Главный штаб. Часть Азиатская Генерального штаба полковнику Пржевальскому. // «Начальник Главного штаба изволил разрешить Вам уехать на предстоящее лето и осень до ноября месяца в деревню, в Смоленскую губернию для описания совершенных Вами последних путешествий в Центральную Азию, на Лоб-Нор и в Тибет. Вместе с тем Его сиятельство, вследствие Вашего ходатайства, изволил разрешить взять с собой в Смоленскую губернию состоящего в Вашем распоряжении подпоручика Роборовского, а подпоручика 7-го Самогитского полка Эклона откомандировать к своему полку на предстоящие лагерные сборы и для приготовления к установленному экзамену, о чем вместе с сим сообщается начальнику 2-й Гренадерской дивизии. Помощник начальника Главного штаба генерал-адъютант Обручев» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 141).

Там же. Д. 219. Л. 1.

Там же. Д. 264. Л. 120.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 128. Л. 129.

Дислокация Самогитского полка – г. Москва, Покровский плац, Покровские казармы.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 203. Л. 22.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 249. Л. 39.

«Отец Жужу (Эклона) заболел недавно воспалением легких, смертельною в его лета болезнью; брат Ваня тоже болен: сошел было с ума, но теперь немного поправляется. Павия – в солдатах, отбывает воинскую повинность» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Л. 18). // Мать Эклона несколькими годами ранее скончалась от рака желудка. Отец Эклона, Людвиг Людвигович Эклон, 1814 г. р., был лаборантом в химической лаборатории в Академии наук в Петербурге (1855–1861) (Архив Академии наук. Петербург. Ф. 4. Оп. 005. Д. 35. Л. 302–303 (сост. в 1862); Д. 76. Л. 463–466 (формулярный список составлен в 1862 г., дополнен в августе 1882 г.); Ф. 4. Оп. 004. Т. 1. Д. 683). // Брат Федора Эклона – Павия Людвигович (Павел Леонтьевич) Эклон – работал в Главной телеграфной конторе, повышался в чине, жил по разным адресам в Петербурге: Забалканский, 76 (1894), Черная Речка, 13–15 (1898), Гаваньская, 56 (1912). Его сын, Михаил Павлович Эклон, работал в Николаевской главной физической обсерватории на Опочинина, 47 (Весь Петербург, 1894, 1898, 1912, 1916). // Брат Федора – Иван (или Михаил) Эклон лечился в Городской больнице Святого Пантелеймона для душевнобольных (ЦГИА. СПб. Ф. 48. Оп. 1. Д. 5489. Личное дело Эклон М.). // Сестра Надежда, в замужестве Львова, имела сына Владимира Владимировича, фото которого в младенческом возрасте и письма сестры и отца Эклона есть в архиве РГО (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 136). // Наверное, Федора Леонтьевича следовало называть Фридрихом Людвиговичем; возможно, по национальности он был датчанином.

Там же. Д. 250. Л. 18–20.

«Да! Чуть было не забыл об одном весьма интересном совпадении: через неделю после свадьбы Эклона в Смоленске совершилось бракосочетание Катеньки Карташевой. Два сердца, некогда столь близкие одно другому, одновременно и окончательно разорвали всякую связь с прошлым, предали забвению все воспоминания о минувшей страсти, оба игрока в шашки, уединенных прогулок и пр., и пр. В этом нельзя не видеть руку судьбы! Итак, К. К. вышла замуж за помещика Яблонского, имеющего небольшое поместье у полустанка Пересветово между Духовской и Каменной Московско-Брянской ж./д.» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Л. 22).

Там же. Д. 202. Л. 1.

Семейный архив Пржевальских.

Эклон – подпоручик, Сретенка, Селивестов пер. д. Тяжеловой (Вся Москва, 1884, с. 44); Поручик, Срет. ч., 2-й уч. по Сильвестову пер., д. Тяжеловой (Вся Москва, 1886, с. 41).

«Выбор пал на ефрейтора 7-го гренадерского Самогитского полка Зиновия Смирнова, которого указал мне мой товарищ по гимназии и по третьему путешествию с Н. М. Пржевальским ротный командир того же полка Ф. Л. Эклон, и которого прекрасно снарядил в путь командир полка генерал-майор Мациевский» (Роборовский, 1949).

Эклон – шт. – кап., помощник пристава, Городской участок, Ипатьевский пер., Городской полиц. д. (Вся Москва, 1897, с. 253); шт. – кап., помощник прист. Гор. Уч., Подколокольный, д. Расторгуевых (Вся Москва, 1900, с. 376).

Эклон Федор Леонтьевич: кап. пристав 2-го уч., Пятницкой части. Б. Ордынка, д. Митиной, тлф. 65. Член Благотворительного об-ва при Моск. градонач. и столичн. полиции (Вся Москва. 1910, с. 499); пдплк., пристав 2-го уч. Пятницкой части, Садовники, д. 73 (Вся Москва, 1911, с. 653); пдплк., пристав 2-го уч. Пятницкой части, Зацепский Вал, д. 9, кв. 6 (Вся Москва, 1912, с. 605); пдплк., пристав 2-го уч. Пятницкой части, Зацепа, 2. Т. 65 (Вся Москва, 1913, с. 664); пдплк., пристав 2-го уч. Пятницкой части, Зацепский вал, 10 (Вся Москва, 1915, с. 573; 1916, с. 582); Леонтьев Федор Леонтьевич, пдплк., пристав 2-го уч. Пятницкой части, Зацепский вал, 10 (Вся Москва, 1917, с. 1115). В последнем случае Эклон назван Леонтьевым. В справочниках «Вся Москва» после 1917 г. нет ни Эклона, ни Леонтьева.

В то время В. Ф. Джунковский был товарищем министра внутренних дел.

Рабочие ворвались в контору фабрики Циндаля и убили управляющего Карлсена. Затем рабочие направились к фабрике «Винтер и Ко», взяли владельца и его жену и увели в полицейский участок. Пошли на фабрику Жиро, разгромили мастерскую Гаркера, затем пошли на фабрику Шрадера, избили сына владельца и убили четырех русских женщин. В 9 часов вечера в места беспорядков прибыли сильные наряды полиции и воинских чинов и стали разгонять буянов ногайками (Джунковский, 1997, с. 559).

Это привело к тому, что милиция оказалась не в состоянии воспрепятствовать сползанию страны в хаос и анархию. Ситуация усугублялась всеобщей амнистией (ею воспользовались не только политзаключенные, но и уголовные элементы, которые стали массово наниматься на службу в милицию, преследуя свои криминальные интересы), а также созданием вооруженных отрядов, подконтрольных Советам (Красная гвардия, отряды «рабочей милиции»).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 105.

Пржевальский приехал в Отрадное, встретился с юношей и убедился, что тот хороший человек с отличным здоровьем и, получив выправку в юнкерской школе, «сможет управляться с казаками». «Под моим [Пржевальского] же руководством он, как и Эклон, будут делать все, что нужно. Обдирать шкурки и собирать растения не мудрено научиться, только бы человек сам по себе был хороший – это вещь первой важности». Но, как показали дальнейшие события, быть только хорошим человеком, лично преданным Пржевальскому, оказалось недостаточным. Пржевальский через месяц отправил Е. М. Повало-Швейковского домой. Эту историю оба тяжело пережили. Однако обид и претензий не было, и хорошие отношения между ними сохранились на многие годы, о чем свидетельствуют письма Евграфа к Пржевальскому, сохранившиеся в архиве Географического общества (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 189. 26 писем Е. М. Повало-Швейковского за 1875–1881 гг.).

Заман-беку Н. М. Пржевальский подарил свою книгу о Четвертом путешествии (Кудрявцева, 2020, с. 139–144).

Чебаев отправлен в январе 1878 г. из отряда за пьянство (Пржевальский, 1940, с. 598). Вместо него приехал Калмынин (Там же, с. 603).

«Он хоть и глуп, но верен нам, – условие весьма важное. В своей же глупости Абдулка сам сознается и говорит, что голова у него все равно что тыка (тыква)» (Там же, с. 581–582).

Из Докладной записки таранчинца Джаркентской волости и уезда Абдуласити Юсупова Туркестанскому генерал-губернатору В. М. Успенскому. Цит. по: Штульберг, 2006.

Из архива музея Пржевальского в Караколе.

Записка Н. М. Пржевальского о предполагаемой экспедиции в Тибет. 24 августа 1878 г. // Дубровин, 1890, приложение 14 (к с. 262), с. 579.

Н. М. ждал 16 суток ответ из столицы Тибета, Лхасы. Получил отказ в «год Земли и Зайца, в 11 луне 3 числа». В бумаге, выданный лхасскими ламами, Пржевальский (на тибетском языке) назван «амбань Николай Шибалисики», его помощник Федор Эклон – «тусулачи Акэлонь». Роборовский в паспорте не был указан, так как паспорт был выдан в прошлую экспедицию, в которой числился Швейковский – «тусулачи Шивийковсики».

В. И. Роборовский родился в Петербурге 26 апреля 1856 г., учился в Петербургской Введенской гимназии, окончил Гельсингфорское пехотное юнкерское училище (Н. М. Пржевальский и его путешествие…, 1881, с. 166). В 20-летнем возрасте Роборовский начал службу рядовым на правах вольноопределяющегося 3-го разряда 145-го пехотного Новочеркасского Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича (будущего Императора Александра III) полка. Через три месяца, в феврале 1877 г., его командировали на учебу в Гельсингфорское пехотное юнкерское училище. В феврале 1878 г. присвоили звание унтер-офицера, в апреле – портупей-юнкера, затем – прапорщика. В конце апреля 1878 г. он вернулся в свой полк (РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 8. Л. 3020; Виноградов, 2003).

Н. М. Пржевальский в письме И. Л. Фатееву от 4 декабря 1878 г. // Дубровин, 1890, с. 270.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 128. Л. 32, 34, 41.

«…Еграи, принадлежащие вместе со своими собратьями голыками к тангутской породе. Притом обе эти орды, вероятно, представляют собою часть тех севернотибетских кочевников, которые известны под общим названием сок-па» (Пржевальский, 1883, с. 236).

Иван Иванович был сыном воспитанника Петербургской Императорской медико-хирургической академии, лекаря Калужского пехотного полка, участника Отечественной войны 1812 г. Ивана Михайловича Роборовского. О самом Иване Ивановиче Роборовском, кроме того, что он жил в Петербурге и владел имением Андреевское, располагавшимся на южной окраине деревни Тараки, что входила в состав старинной Овсищенской волости Вышневолоцкого уезда, ничего неизвестно. Скончался он во время первого путешествия сына (Виноградов, 2003).

РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 8. Л. 3020. Цит. по: Виноградов, 2003.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 28.

Из Докладной записки таранчинца Джаркентской волости и уезда Абдуласити Юсупова Туркестанскому генерал-губернатору В. М. Успенскому. Цит. по: Штульберг, 2006, с. 166–170.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 58.

Там же. Л. 20.

Там же. Л. 7.

Там же. Л. 28, 27.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 5, 6.

Там же. Л. 3.

Там же. Л. 77.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 114.

Там же. Л. 94.

Там же. Л. 47.

Там же. Л. 50.

Там же. Л. 88.

Сестра Роборовского, Любовь (?), вышла замуж за вышневолоцкого дворянина Алексея Мальковского, умерла в молодом возрасте 19 июля 1887 г. в д. Тараки (НА РГО, Ф. 18. Оп. 3. Д. 552. Л. 44). После нее осталась дочь Евгения Алексеевна, по первому браку – Мельницкая, по второму – Алексеева. Е. А. Мельницкая была последней землевладелицей в Тараках, имела 15 десятин земли и шесть соток под имением, один деревянный дом с тесовой обшивкой и крышей из дранки-лучинки, баню и огород. Другая сестра Роборовского, Мария Ивановна (в замужестве Сипачева) рано овдовела, жила в Тараках и преподавала в школе в д. Сменово, владела имением и вела хозяйственные дела (Виноградов, 2003).

У Роборовского было три сестры: Любовь, Елизавета и Мария.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 73.

«Германский подданный из Шверина Вильям Генрих Карл (Василий Иванович) Класен, фотограф, в справочнике на 1875 г. упоминается как владелец двух мастерских в Петербурге: в доме Лингена на углу Кадетской линии и Двинского переулка и в доме 34 на 7-й линии Васильевского острова. На 7-й линии работала мастерская „Класен, Штегеман и Ко“, в которой совладельцем Класена был Константин Штагеманн. Как долго компаньоны работали вместе, неизвестно. В ноябре 1881 г. за фотографические работы для Императорского Эрмитажа Вильям Класен был удостоен звания „Фотограф Двора Его Императорского Величества“ с правом поместить на вывеске государственный герб. В январе 1896 г. ученик и помощник Вильяма Класена Николай Каминский стал владельцем мастерской в доме 7 на Кадетской линии» (Класен Вильям [Электронный ресурс]).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 115.

Там же. Л. 113.

Там же. Ф. 18. Оп. 3. Д. 552. Л. 40.

Семейный архив Пржевальских.

Позднее для экспедиции Роборовского «из Главной физической обсерватории были получены для Люкчюнской метеорологической станции спиртовой термометр и часы Флеша, Владимир и Евгений Михайловичи предупредительно разрешили мне пользоваться в экспедиции инструментами, принадлежавшими лично покойному: малым универсальным инструментом Брауэра, буссолью Шмалькальдера, гипсотермометрами Бодена и многими книгами, оставшимися после смерти Н. М. Пржевальского» (Роборовский, 1949).

Там же.

Там же.

С семьей Ивана Евграфовича Ададурова (1841–1907) Пржевальские были знакомы более 20 лет. И. Е. Ададуров – инженер, председатель правления Рязанско-Уральской железной дороги (1869–1884 и 1887–1907), председатель правления Московско-Казанской железной дороги (Пржевальская, Пржевальский, 2016, с. 143, 181).

Там же.

«Часы отдыха я с удовольствием проводил в радушных, всегда относившихся ко мне самым родственным образом, семьях двух братьев покойного Н. М. Пржевальского – Владимира Михайловича и Евгения Михайловича Пржевальских» (Роборовский, 1949).

«Вазы и чашки, привезенные Роборовским, уже некуда ставить» (13 декабря 1891 г.). «Отец был в Петербурге, обедал у Роборовского. Отец очень хвалит квартиру Роборовского» (20 декабря 1891 г.) (Письма С. А. Пржевальской сыну Владимиру // Семейный архив Пржевальских).

«После панихиды на дорогой нам могиле Николая Михайловича Пржевальского, укрепленные духом, полные сил, энергии и надежды на счастливый успех предприятия, выступаем в трудный, славный путь 15 июня» (Роборовский, 1949).

«Сегодня ходила покупать венок, который пошлю на могилу Николая Михайловича (15 марта 1893 г.). Заказала фарфоровый венок, но ящик вышел так велик, что придется его перешивать и взять поменьше (23 марта 1893 г.)» (Письма С. А. Пржевальской сыну Владимиру // Семейный архив Пржевальских).

Внучка Роборовского Л. Н. Анисимова вспоминает: «Бабушка Лидия Александровна, урожденная Лапина, была родом из семьи бедной. Отец ее был заготовителем лекарственных растений и садовником в Ботаническом саду на Аптекарском острове в Петербурге. Жена его была из прибалтийских немок. Бабушка Л. А. училась в двух-четырехлетней школе. В 16–17 лет ее выдали замуж, но она быстро овдовела и вернулась в дом родной. Она помогала отцу в Ботаническом саду. Всеволод Иванович привозил свои коллекции из экспедиции в Ботанический институт, который находился там же, в саду. Там и увидел первый раз Лидию Александровну – это один вариант знакомства. Это мне помнится из рассказа бабушки» (Из воспоминаний внучки…, 2001).

Заметка написана в Берк-Пляже, департамент Па-де-Кале, Франция.

РГАДА. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 1118. Л. 92, 93 об. Фонд Остен-Сакена.

Цит. по: Дубровин, 1890, с. 375, 376.

Отряду Пржевальского пришлось два дня подряд в августе 1884 г. «отбивать нападение разбойников-тангутов», которых было в 20 раз больше, чем путешественников.

Китайцы избили переводчика Абдулу; может быть, это было как-то связано с его неожиданной женитьбой в Хотане. Н. М. велел Роборовскому провести «показательную прогулку с песнями казаков» по городу.

Ф. Л. Эклон неожиданно решил жениться и отказался от участия в экспедиции.

Николай Толпыго, увидев эту фотографию, заметил: «что касается охотников на Лоб-Норе (исключая Вас), то нет ли тут какой-нибудь фальши: что-то уж больно много дичи настреляли: как будто не по Сеньке шапка. Впрочем, может быть, Козлов и стал хорошим стрелком, хотя насколько помню, за ним прежде этого не замечалось». НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Письмо Н. И. Толпыго Н. М. Пржевальскому от 17 мая 1887 г. (Самарканд).

В 1872 г. его отдали в трехклассное церковно-приходское училище, которое в 1875 г. было преобразовано в городское шестиклассное.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 105. Письмо П. К. Козлова Н. М. Пржевальскому от 2 февраля 1883 г. (Москва).

Рапорт Н. М. Пржевальского в Главный штаб от 20 января 1886 г. // Дубровин, 1890, с. 420.

Дубровин, 1890, с. 437, 438; Дневник последнего путешествия…, 1940, с. 630, 631; Письмо И. Л. Фатееву от 10 ноября 1887 г. // Дубровин, 1890, с. 437.

НА РГО. Ф. 18. Оп. 3. Д. 552. Письмо Н. М. Пржевальского П. К. Козлову. Цит. по: Овчинникова, 1964, с. 8.

Архив ИРГО. Из письма Н. М. Пржевальского секретарю ИРГО барону Ф. Р. Остен-Сакену от 29 марта 1870 г. Цит. по: Дубровин, 1890, с. 90–91.

Из письма А. Е. Влангали графу Ф. П. Литке от 23 апреля 1870 г… Цит. по: Дубровин, 1890, с. 93.

Из рескрипта председателя ИРГО великого князя Константина Николаевича министру финансов М. Х. Рейтерну (1874) (Дубровин, 1890, с. 185).

Из сообщения статс-секретаря М. Х. Рейтерна великому князю Константину Николаевичу о покупке коллекции от 17 апреля 1874 г. (Дубровин, 1890, с. 186).

Но вовремя переведенных денег, вероятно, оказалось недостаточно, судя по тому, что Пржевальский занял 1120 руб. на полтора года у Зайсанского приставства для покупки продуктов в экспедицию. По возвращении в Петербург Пржевальский обратился к императору Александру II (23 мая 1878 г.) с просьбой выдать деньги – 1120 руб., которые он занял. Обращение написано писарем; в конце обращения стоит подпись: «Николай Михайлов Пржевальский руку приложил». Император просьбу утвердил, деньги выдали больше указанной суммы, так как была учтена оплата перевода (РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 438. Ч. 5).

В рескрипте министру финансов генерал-адъютанту С. А. Грейгу от 13 ноября 1878 г. НА РГО. Д. 21. 1878. Цит по: Дубровин, 1890, с. 268.

Во Всеподданнейшем докладе Главного штаба от 13 декабря 1878 за № 293 (Дубровин, 1890).

«Отпустить из Пулковской обсерватории два хронометра, а из артиллерийского ведомства три винтовки Бердана (одну пехотную и две казачьих), три револьвера Смита и Вессона, три ящика патронов Бердана и 1200 патронов для револьверов. Для стрельбы же птиц и зверей, собираемых в коллекцию, отпустить пуд винтовочного пороха» (Дубровин, 1890, с. 270).

Известия ИРГО. 1879а. Т. XV. Вып. 1. В журналах заседаний от 8 декабря 1878 г. (с. 72) и от 8 января 1879 г. (с. 88).

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40. Л. 4.

В составе вооружения были ружья и заряды к ним, пулемет «максим» с экипировкой, пули, заказанные в Англии для штуцера «ланкастер» и пр.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 87. Л. 12. Записная книжка путешественника Н. М. Пржевальского.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 90. Л. 9.

Там же. Л. 11.

«Я получил на днях официальное уведомление от президента Академии наук, что цесаревич пожертвовал 25 000 рублей на издание описания моей зоологической коллекции» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Л. 104. Из письма Н. М. Пржевальского В. Роборовскому).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 61. С. 7, 8.

«Интересно также, что к книге, хранящейся в церкви села Лобкова, где была первичная запись по поводу рождения, доступ был ограничен специальным распоряжением. Ее нельзя было взять, чтобы ознакомиться с записями. Музейные работники свидетельствуют, что подлинник этой метрической книги никогда, нигде и никому публично не был представлен [выделено нами. – Авт.]. В музее Н. В. Пржевальского в Смоленской области была лишь рисованная копия листа метрической книги с упомянутой записью о рождении. Но она, вполне понятно, не может служить документальным свидетельством, так как в ней не указан год заполнения, не читается месяц рождения и не понятно, какое поставлено число рождения. Подобные ограничения просто так не делаются. Следы запутывались умышленно» (Шахмагонов, 2006).

ГАСО. Ф. 48. Оп. 1. Д. 1716-а. Церковь № 30. 1839 г. Запись № 17. Николай.

РГИА. Ф. 1343. Оп. 27. Д. 6453; ЦГАМ. Ф. 4. Оп. 8. Д. 1130. Л. 68. Николай.

На всех фотографиях, кроме «уссурийской», Н. М. Пржевальский снят в военной форме.

Сначала (1865) было 7-е военно-ученое отделение Главного штаба, руководителем которого был назначен полковник Федор Александрович фон Фельдман (1835–1902), позже генерал от инфантерии и военный агент в Вене (1876–1881). Затем (1867) был создан Военно-ученый комитет (ВУК), в котором на базе 7-го отделения организовали канцелярию ВУК. Именно она вплоть до 1903 г. являлась центральным органом российской военной разведки. Первым ее руководителем стал генерал Н. Н. Обручев, правая рука военного министра Д. А. Милютина, а после него – генералы Ф. А. Фельдман (1881–1896), В. У. Соллогуб (1896–1900) и В. П. Целебровский (1900–1903) (Алексеев М., 1998, с. 60–61).

«В XIX в. разведывательную информацию собирали дипломаты, военные атташе, чиновники пограничных постов, купцы, миссионеры и т. д. Это была так называемая пассивная разведка. Пржевальского считают родоначальником активной, или „оперативной“ [здесь и ниже выделено авт.], разведки. Исследователь сам собирал информацию, искал контакты с населением, изучал и сопоставлял условия жизни, природу разных мест, вел картографирование территории и пр.» (Тишков, Вступление…, 2007, с. 23).

Кали́ка перехожий (сказочн.) – странствующий, нищенствующий (богатырь); паломник.

Пандит – специально обученный разведчик, засылаемый англо-индийскими властями в Тибет с территории Индии.

РГАДА. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 1621. Из письма секретарю ИРГО барону Ф. Р. Остен-Сакену от 29 марта 1870 г. Цит. по: (Дубровин, 1890, с. 91).

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 553. Докладная записка Пржевальского от 24 августа 1878 г.

Там же. Л. 3, 4.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 553. Л. 3, 4; Дубровин, 1890, приложение 14, с. 581.

Схиммельпеннинк прочел курс лекций «Русский ориентализм» в Сибирском университете (Красноярск).

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Главный штаб. Азиатская часть; Ф. 401. Военно-ученый комитет; Ф. 447. Оп. 1. Коллекция Военно-ученого архива. Китай.

РГВИА. Ф. 447. Оп. 1. Д. 8. 12 января – 28 апреля 1871. 11 л. Микрофильм; Д. 67, в котором находится отчетная карта путешественника Н. М. Пржевальского по Центральной Азии 1:4 200 000, 1 л. и 3 фотографии китайцев.

От 13 октября 1873 г. за № 6. Пржевальский писал, что «здесь везде можно проникнуть, только не с Евангелием под мышкой, а с деньгами в кармане, со штуцером в одной руке и с нагайкой в другой» (Дубровин, 1890, с. 161).

От 16 октября 1873 г. за № 10 (Дубровин, 1890, с. 179).

Город Кульджа (уйг., ула, каз. лжа) или Инин (Yíníng, кит., пиньинь), который дал название Кульджинскому краю, находился на северном берегу реки Или (отсюда другое название края – Илийский) в Восточном Туркестане. Кульджа расположен приблизительно в 100 км к востоку от сегодняшней границы Китая с Алматинской областью Казахстана.

Инсургенты (лат. insurgentes, ед. ч. insurgens – «повстанцы») – вооруженные отряды гражданского населения, противостоящие властям.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 438. Ч. 3. Донесение от 6 июня 1877 г. «О современном состоянии Восточного Туркестана. Плато Малый Юлдус в Тянь-Шане».

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 438. Ч. 3. Донесение от 6 июня 1877 г. «О современном состоянии Восточного Туркестана. Плато Малый Юлдус в Тянь-Шане».

Там же. Основное содержание дела составляет отчет, который 18 августа 1877 г. был послан в Петербург в два адреса: Географическое общество и Главный штаб.

Дунгане – одна из основных народностей, населяющих Китай (живут в Синьцзян-Уйгурском автономном районе КНР, а также в районах Шанхая и Гуанчжоу, провинциях Юньнань и Сычуань), за пределами Китая – в Киргизии и Казахстане. Дунгане исповедуют ислам.

Там же. Ч. 4. Предписание от 29 марта 1878 г.

Предписание помощника начальника Главного штаба полковнику Пржевальскому от 19 декабря 1878 г. за № 408 (Дубровин, 1890, с. 271).

Из письма Пржевальского российскому поверенному в делах в Пекине А. И. Кояндеру. Май 1880 г. Из города Гуй-де-тин на верхней Хуан-хэ. Цит. по: Известия ИРГО, 1880, с. 335–345.

У Пржевальского написано Напчу, а не Нагчу. Нагчу расположен на пересечении нескольких крупных караванных маршрутов. Первый (большой северный путь): Монголия – Цайдам – Лхаса; второй: Китай – Синин – Нагчу – Лхаса; третий: Сунг-пан-тьинг – Джекундо – Нагчу – Лхаса; четвертый: Тачиенлу – Чамдо – Нагчу – Лхаса; пятый: Ладак – Нгари – Нагтшанг – Намру – Нагчу – Лхаса. Нагчу считается одной из наиболее важных таможенных застав в Тибете, и все караваны, прибывающие с севера и северо-востока, останавливаются здесь, ожидая благоприятного ответа из Лхасы.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 553. Л. 302.

Там же. Д. 625.

Рапорт от 20 января 1886 г. (Дубровин, 1890, с. 420).

В Тибет вели три пути: из Кяхты, через Ургу, Куку-нор и Цайдам – это был самый надежный, уже несколько раз пройденный, но кружной путь, «нужно даром тащиться через Гоби»; из Зайсана через Хами, Са-чжоу и Цайдам – самый лучший, испытанный путь; из Каракола через Кашгар, Яркенд и Черчен – ближайший, но опасный из-за столкновения с китайскими солдатами. Пржевальский выбирает третий.

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40. Л. 4.

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40. В деле содержится подробный («физиологически детальный») отчет врача о протекании болезни и смерти Н. М. Пржевальского. Диагноз – брюшной тиф – ставится на основании совокупности фактов (в том числе и того, что еще несколько человек из экспедиционного отряда заболели болезнью с теми же признаками).

По мнению Кравклис (2010), «в экспедиции уходили те лица, которых назначал Милютин, оплачивал их Военно-ученый комитет Генерального штаба. Он был аналогом и прообразом той организации, которую сейчас именуют Главным разведывательным управлением – ГРУ».

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 20. Письмо В. А. Бельцова от 23 мая 1883 г. из Киева.

За 1872–1887 гг. Пржевальский адресовал в Главный штаб 24 докладных записки и рапорта (в том числе, например, о повышении в чине спутника, отправлении коллекции и т. д.). НА РГО. Ф. 13. Оп. 3. Д. 37. Черновики рапортов и донесений Н. М. Пржевальского. Если количество донесений разделить на число лет, в течение которых они были написаны, то получится 1,6 донесения в год.

Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии. Вып. 1. СПб., 1883. В нем были опубликованы две статьи полковника Н. М. Пржевальского: «О возможной войне с Китаем» (с. 293–306; написана в Урге 22 октября 1880 г.) и «Разбор пограничных районов: Притянь-Шанского, Ургинского и Амурского» (с. 307–317; написана в Петербурге 6 апреля 1881 г.), дополнения к обеим Пржевальский сделал 4 июня 1883 г. Также в сборник помещена «Краткая записка о путях, ведущих из Забайкальской области в г. Пекин, пройденных летом 1882 года поручиком Евтюгиным» (с. 322–345) с примечаниями Пржевальского.

«Вы желаете направиться в г. Гучен из Кульджи окольным путем, минуя Шихо и Манас. Каким бы из двух окольных путей ни направитесь, Вам не избежать столкновений с китайцами». Из письма М. В. Певцова Н. М. Пржевальскому от 23 июля 1877 из Омска. Цит. по: Дубровин, 1890, Приложение 13, с. 577. Сопоставив этот совет с другими данными, Н. М. пошел по северной стороне Тянь-Шаня, на г. Гучен и Хами. «Где можно будет, обойдем китайщину» (Дубровин, 1890, с. 242).

Первые экспедиции Н. М. Пржевальского курировала Азиатская часть Главного штаба // РГВИА. Ф. 400. Оп. 1. Д. 438; Ф. 400. Оп. 1. Д. 553.

Последнюю экспедицию Пржевальского направлял Военно-ученый комитет (РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40). ВУК изучал и развивал военное искусство и распространял военно-научные знания в академиях, училищах, кадетских корпусах. Например, на заседаниях ВУК решали вопрос о том, каким должен быть масштаб топографических карт азиатской части, рассматривали проект об офицерском классе при военно-топографическом училище и о прочтении курса мусульманского права для слушателей курса восточных языков, обсуждали сметы на издаваемые книги (РГВИА. Ф. 401. Оп. 5/929. Д. 360. Д. 361).

Подробнее см. Пржевальская, Пржевальский, 2011, 2013.

А. П. Проценко участвовал в военных действиях при завоевании Кокандского ханства, Л. Н. Соболев – Шахрисябского бекства, А. И. Глуховский – Бухарского и Хивинского ханств. Офицеры проявили личную храбрость и в этих операциях, и в других военных действиях. А. И. Глуховский получил орден Святого Георгия 4-й степени за штурм Ура-Тюбе, Л. Н. Соболев был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени за отличие в войне с Турцией 1877–1878 гг. Военная деятельность наших героев проходила не только в Азиатской России. Они были задействованы в военных операциях в Польше, Болгарии, Японии. В русско-японскую войну (1905) генерал от инфантерии Л. Н. Соболев участвовал в боях при Шахэ и Мукдене, генерал-лейтенант Н. И. Янжул сражался на Лян-дясаньском и Анпинском направлениях.

В русско-турецкой войне А. А. Шепелев и Л. Н. Соболев храбро сражались за освобождение Болгарии и были награждены орденами и медалями. Они же возглавили правительство Болгарии в первые годы после ее освобождения и внесли большой вклад в разработку законов ставшей суверенной страны. После присоединения к Российской империи новых территорий возникала необходимость проведения новых границ. В установлении границ России с другими государствами и налаживании добрососедских отношений с ними нередко участвовали чины Главного штаба. Например, Н. И. Янжул, который в начале своей военной карьеры состоял офицером для поручений при штабе Казанского военного округа, провел выгодную для России границу с Персией в Закаспийском крае и дипломатическими переговорами сумел фактически создать союз России и Персии против Великобритании.

Военными агентами (или атташе), числившимися в составе дипломатического корпуса, были А. А. Шепелев в Болгарии и Н. И. Янжул в Японии. Они наблюдали за маневрами, учениями и парадами войск, штудировали военную литературу и гражданскую прессу, изучали армию страны, в которой находились, составляли военно-статистические отчеты.

Военную рекогносцировку офицеры часто совмещали с научной. Скажем, А. П. Проценко изучил путь из Кастека через Буамское ущелье к Иссык-Кулю. Л. Н. Соболев описал Верховья реки Заравшан и озеро Искандеркуль. Естественно, что результаты проведенных научных исследований стали гораздо более значимыми после «замирения края». // А. А. Шепелев провел научную рекогносцировку Муссартского (Музартского) перевала Тянь-Шаня и составил карты Кульджинского края. А. И. Глуховский исследовал старые русла Амударьи (Даудандарью, Куньдарью, Узбой).

Офицеры, изучив места расположения противника и проведя топографическую съемку местности, указывали пути продвижения войск и возможности обеспечения их водой, пищей, фуражом, сообщали о настроении местного населения.

З. Л. Матусовский сделал аналогичные съемки в пограничной полосе китайских владений, тем самым определив совместно с китайскими уполномоченными нашу границу с Юго-Западным Китаем. Он организовал научную и торговую экспедицию в эту страну, сумел найти кратчайший путь в Западную Сибирь, провел обширную маршрутную съемку на протяжении 4267 км, собрал сведения обо всех чайных плантациях, а также составил гербарий растений, произрастающих в Китае.

Донесения русского военного агента в Китае полковника Шнеура о китайских войсках в Маньчжурии, о состоянии и числе укреплений на р. Пейхо, о необходимости укрепления районов России, граничащих с Китаем, и о стремлении корейского правительства выйти из-под вассальной зависимости от Китая и ориентации его на Россию (РГВИА. Ф. 447. Оп. 1. Д. 11); Донесения русского военного агента в Китае полковника Десино о заселении китайцами Хейлунцзянской провинции в Маньчжурии (РГВИА. Ф. 447. Оп. 1. Д. 13); Донесения русского военного агента в Китае подполковника Бодиско о мероприятиях китайского правительства по укреплению юго-восточной части Ляодунского полуострова, о количестве иностранцев, находящихся на службе у чжилийского губернатора, о заказах оружия на заводах Круппа и ввозе его в Шанхай, смотре войск в Тянь-Цзине, проложении телеграфного кабеля через р. Янцекьян и о проектах административных реформ в Мукденской провинции (РГВИА. Ф. 447. Оп. 1. Д. 15); Донесения русского военного агента полковника Вогака и русского посланника в Китае о проектах Морского министерства Китая по сформированию особых отрядов из маньчжурских войск для размещения в портах Южного и Северного Китая, о заключении телеграфной конвенции между Китаем и Россией по соединению их сухопутных телеграфных линий и военные сведения о китайском флоте, береговых укреплениях и крепостях (РГВИА. Ф. 447. Оп. 1. Д. 22).

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4. Д. 30. Л. 75.

Геополитика – наука о контроле над территорией, о закономерностях распределения и перераспределения сфер влияния (центров силы) различных государств и межгосударственных объединений. Относится к роду общественно-географических наук, являясь частью политической географии. Различают традиционную геополитику, новую геополитику (геоэкономику) и новейшую геополитику (геофилософию) (Дергачев [Электронный ресурс]).

Автор ссылается на архив: НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 14. Л. 246.

Конкистадор (исп. conquistador – завоеватель, покоритель), участники Конкисты, т. е. завоевательных походов европейцев (в основном испанцев).

Кортес (Cortés) Эрнан (1485–1547), испанский конкистадор, завоеватель Мексики.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 185. Цит. по: Дубровин, 1890, с. 413.

Записка посланника России в Китае Е. К. Бюцова. Цит. по: Асанова, 2020.

Из рапортов и писем Пржевальского из первого путешествия (Дубровин, 1890, с. 161).

Там же, с. 208.

2 апреля 1880 г. Цзо Цзунтан (главнокомандующий китайской армией) отправил в Пекин доклад, где сообщал правительству, что даже если и не его войска первыми откроют огонь в Илийском крае, он готов к любому повороту событий. // В случае войны планировалось вторжение в Или с трех сторон: восточным флангом армии должен был командовать генерал Цзин Шунь, в прошлом военный губернатор Или, за центральный путь отвечал генерал Чжан Яо, который нанес бы удар из Аксу по реке Текес, а наступление войск западного фланга возглавлял генерал Лю Цзиньтан, который должен был пройти из Уч-Турфана. Сам Цзо был намерен двинуть свои войска в Хами и осуществлять общее командование армией оттуда. 26 мая Цзо выехал в Хами, взяв с собой гроб с целью продемонстрировать решимость умереть за родину. Он получил указание от правительства самому не начинать враждебных действий, но имел санкции оказать противодействие в случае возможной «агрессии русских». Тогда же Цзо получил информацию от немецкого эмиссара Фоске, работавшего в компании «Тельге» в Шанхае, что русский национальный долг достиг 52 млн лянов. Из этого факта был сделан вывод, что с финансовой точки зрения русские будут не в состоянии вести долгую и крупномасштабную войну. // Русское правительство выслало к берегам Китая 23 корабля во главе с генералом С. Л. Лесовским. 28 августа русский флот, состоявший из двух броненосцев и 13 миноносцев, уже находился в Нагасаки. В самый пик кризиса, в августе 1880 г., в Или было расквартировано 14 батальонов войск, в Ташкенте – четыре и в Самарканде – три. В Туркестане не было регулярной кавалерии, но было около 20 казачьих сотен в Или, и по пять сотен в Ташкенте и Самарканде. Вдобавок к этому в Или были расположены четыре артиллерийские батареи, а в Самарканде и Ташкенте – по две. // Цзо Цзунтан убеждал свое правительство, что появление русского флота не может быть причиной для опасения, что в военных действиях против русских Китай сможет одержать победу, т. к. Россия, измотанная войной с Турцией, не в состоянии осуществить глубокий и длительный поход в Маньчжурию. Если бы русские все-таки решились на это, то Цзо остановил бы их контратакой с северо-запада: «Граница между Россией и Китаем имеет одинаковую протяженность для обеих сторон, – писал он, и если Россия вторгнется в Китай в одном месте, то Китай может вторгнуться в Россию в другом». // После Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. финансы России находились в плачевном состоянии, внутриполитическая ситуация в стране не благоприятствовала развертыванию новых военных действий в столь отдаленном районе, как Центральная Азия. Поэтому правительство России было готово к соглашению с Цинами, что привело к возобновлению русско-китайских переговоров, состоявшихся в Петербурге летом 1881 г. (Дубровская, 1998).

Торгоуты – один из монгольских народов, населяют Монголию, Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР и Калмыкию.

Закаспийский край находился в подчинении князя А. М. Дондукова-Корсакова, при котором была создана канцелярия во главе с генерал-майором А. А. Шепелевым. Они не боялись, что русско-афганское противоборство может привести к вооруженному конфликту с Англией. Шепелев вообще считал «влияние англичан в Афганистане довольно мизерным». Оба настаивали на военном разрешении конфликта (Шеманский, 1910).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 43. Цит. по: Дубровин, 1890, с. 426.

Письмо Пржевальского Роборовскому от 6 июня 1886 г. (Дубровин, 1890, с. 426).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 39. Л. 16 – указал Д. Схиммельпеннинк. Правильно: Д. 43.

Дунгане – народ, проживающий в Киргизии, Южном Казахстане, Узбекистане, Китае.

Здесь и далее при цитировании приведены номера страниц по указанной статье Н. М. Пржевальского.

Таранчинцы (мн. ч.) – тюркская народность в китайском Туркестане.

«Как отживший старик неудержимо движется к концу, понемногу превращаясь в ребенка, так культурные народы Азии, уже одряхлевшие умственно и нравственно, могут продолжать свое пассивное существование, но им уже никогда не возродиться» (Пржевальский, 1887в, с. 14).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Письмо Н. И. Толпыго от 17 мая 1887 г. Из Самарканда.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 185. Письмо Н. Ф. Петровскому, консулу в Кашгаре, от 14 марта 1886 г. Черновик.

Георгиевский сопоставлял тексты Пржевальского и подполковника Бутакова из статьи «Вооруженные силы Китая и Японии», которая, в свою очередь, была написана на материале из разных публикаций (Георгиевский, 1887б, с. 796–801).

«В бумагах Н. М. сохранилось много писем от разных лиц, печатать которые мы не имеем права и возможности, лиц, знакомых с Китаем и выражающих сочувствие к поднятому Н. М. вопросу» (Дубровин, 1890, с. 428).

Автор статьи обсуждал книгу нового русского путешественника И. Ф. Кудинова «В чужих краях. Путешествие в Монголии и Китае». Воззрения Кудинова и Пржевальского, по мнению автора, были тождественны друг другу. «Почти все китайские марсы почти так же заносчивы и задорны, как сверчки, хотя рыцарская добродетель отпущена каждым китайским воином чуть ли не на самый задний план… В настоящее время китайское войско представляет собой самое негармоническое смешение первобытного воина с солдатом новейшего фасона» (И. Ф. Кудинов).

«Известно, что по почину „Вестника Европы“ в последнее время уже во многих из наших выдающихся периодических изданий было выражено сомнение относительно правильности выводов Пржевальского на счет современного состояния Китая вообще, и в частности его военных сил». Далее автор разбирал книгу Кудинова, в которой мало фактов и много собственных рассуждений. Кудинов – приказчик, малообразованный человек, чурающийся китайцев, был в Китае 10 лет тому назад (Пржевальский, 1888 г).

Японско-китайская война 1894–1895 гг. была вызвана притязаниями Японии и Китая на Корею. В результате поражения 17 апреля 1895 г. в Симоносеки был подписан унизительный для Китая мирный договор.

В 1900 г. в Китае началось восстание, названное «Боксерским», целью которого было изгнать из Китая всех иностранцев. «Боксерам» удалось завладеть столицей Китая Пекином. Тогда русская армия вступила в Китай и взяла штурмом Пекин. Весь Северный Китай оказался занятым российскими войсками.

А. Молчанов считал, что китайский вопрос в Петербурге и на Дальнем Востоке – разные вопросы. «Русско-китайский бой отозвался жестоким ударом по всей экономической жизни Восточной Сибири, ставшей в зависимости от китайских рук» (Молчанов, 1900). Раньше все делали китайцы: землепашцы, прислуга и т. д. Сегодня, когда их нет, все подорожало, и цена за труд выросла до невероятных размеров.

Он из-за дунганского восстания 10 лет не имел возможности пробраться в Пекин, куда был послан далай-ламой с подарками для богдыхана. Не выполнив поручения, он не мог вернуться в Лхасу и жил на Куку-норе (Пржевальский, 2007а, с. 644–645).

«Нынешний Далай-лама – мальчик 18 лет, и, по рассказам буддистов, попал на престол следующим образом. Незадолго до смерти старого Далай-ламы к нему пришла молиться одна тибетская женщина, в которой святой прозрел мать своего будущего наместника. Тогда он дал ей хлеб и каких-то ягод, съевши которые, эта женщина получила зачатие. Далай-лама указал на нее как на мать своего преемника и вскоре умер. Действительно, когда ребенок родился, в ту же минуту из столба, которым была подперта юрта, потекло молоко, что и было знамением призвания и великой святости новорожденного» (Пржевальский, 2007а, с. 506–507).

В книге «Из Зайсана через Хами в Тибет» Пржевальский проводника называл Чутул (а не Чутун), а тибетского посланника Камбы-нансу (а не Камбы-нанту) и сообщал, что они скончались к моменту его третьего путешествия (Пржевальский, 1883а, с. 379).

Паспорт, выданный из палаты внешних сношений, был старым. Пржевальский получил его в 1876 г., когда в составе экспедиции значился Швейковский. Теперь был Роборовский.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 68. Л. 89 об., 90. Запись от 3 декабря 1879 г.

Из письма Н. М. Пржевальского от 1 февраля 1880 г. из Цайдама.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 12. Цит. по: Известия ГО СССР, 1940, с. 630–631.

Письмо И. Л. Фатееву от 10 ноября 1887. См. Дубровин, 1890, с. 43.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 3. Д. 12. Черновик письма Н. М. Пржевальского Г. Г. Даниловичу.

«Желая проникнуть в Лхасу, Пржевальский не делал ее исключительной и конечной целью своего путешествия. Но смотрел на него [путешествие] с более широкой точки зрения, более плодотворной для науки», – писал современник Николая Михайловича (Дубровин, 1890, с. 375).

Наин Сингх (1830–1895) прошел в 1873 г. из Ладака, мимо озера Тенгри-нор в Лхасу, сделал съемку своего пути, пундит под № 9. Сарат Чандра Дас (1849–1917) – индийский исследователь тибетского языка и культуры, получил известность благодаря двум путешествиям в Тибет в 1879 и 1881–1882 гг.; две недели в 1881 г. прожил в Лхасе и описал ее в «Путешествии в Тибет» (перевод с англ. СПб., 1904). Гомбожаб Цэбекович Цыбиков (1873–1930) был в Лхасе в 1899–1902 гг., автор книги «Буддист-паломник у святынь Тибета» (Пг., 1918). Петр Александрович Бадмаев (1851–1919) – врач тибетской медицины, под видом ламы побывал в столице Тибета Лхасе в 1898–1899 гг.; однако русским резидентом в Лхасе стал не он, а другой бурят – Агван Доржиев. См. также: Андреев, 2006.

Из лекции Н. М. Пржевальского (Блаватская, 2005, с. 6).

Например, о происхождении озера Куку-нор, которое, по легенде, находилось под землей в Тибете, там, где стоит Лхаса (Пржевальский, 2007а, с. 634–637). Эта легенда с некоторым добавлением про острова (Большой остров был принесен птицей из Нань-шаня, чтобы заткнуть отверстие, из которого изливалась наружу вода, способная затопить весь мир. Малый остров образован злым духом, бросившим скалу в эту затычку, чтобы вновь выпустить воду, но не попавшим в цель) рассказана еще раз в книге «Из зайсана через Хами…» (Пржевальский, 1883а, с. 317).

«В Черчене, как нам говорили, в настоящее время не более 30 дворов, но за достоверность подобного нельзя ручаться. От Черчена далее к юго-западу десять дней пути до большого оазиса Ная (900 дворов), откуда через три дня приезжают в город Керия, имеющий, как нам сообщили, до трех тысяч домов. Из Керии, через город Чжира (Чира), путь лежит в Хотан».

Гиперборея – легендарная северная страна, место обитания блаженного народа. По мнению философа и писателя В. Н. Демина, эта страна находится на Русском Севере. Более того, «среди упорных искателей и знаменитый наш путешественник – Николай Михайлович Пржевальский (1839–1888). Причем он придерживался откровенно северной версии, сближая Шамбалу в первую очередь со Страной счастья. Среди собственноручных записей Пржевальского сохранилась и такая: // „…Очень интересная легенда касается Шамбалы – острова, расположенного на краю Северного моря“ (выделено мной. – В. Д.)» (Демин, 1999, с. 75). У Пржевальского сказано, что остров находился в Северном море, а не на краю Северного моря, т. е. на Кольском полуострове, где В. Н. Демин обнаружил следы древней цивилизации.

В знаке Шамбалы изображается цветок лотоса, внутри которого находится усеченная пирамида с глазом внутри, а вверху треугольник – вершина пирамиды. Глаз – это всевидящее око Бога. А треугольник означал соединение трех принципов построения Вселенной: Лотоса, Аллаты (древнесемитская и шумерская богиня) и Бога. //

Знак Шамбалы

Снежный человек (хун-герес, йети, сасквоч, бигфут, энжей, авдошка, алмаст) – легендарное человекообразное существо, якобы встречающееся в различных высокогорных или лесных районах Земли.

Б. Ф. Поршнев написал, что записи в архиве ГО нашел ученый хранитель зоологического музея Императорской академии наук Валентин Львович Бианки (1857–1920), но автор не дал конкретных ссылок. (Возможно, НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 63. 25 с. Дневник Н. М. Пржевальского, веденный им во время первого путешествия в Центральной Азии: Алашань, Гань-су, Кук-Нор, Цайдам, Северный Тибет с июня 1872 по декабрь 1872. Записная книга № 3 в картонном переплете форматом 21 × 17.)

Эти записи были опубликованы Поршневым в ИМ. I. № 3 (Информационные материалы комиссии по изучению вопроса о «снежном человеке»: в 4 т. 1959). Изданы тиражом 450 экз. с грифом «для служебного пользования».

Ниже номера страниц после цитат приведены по изданию 2007 г.

«В своей книге „Монголия и страна тангутов“, c. 146–148 (изд. 1946), Николай Михайлович Пржевальский в точности описывает скайфишей [здесь и ниже выделено нами. – Авт.], некогда беспрепятственно летавших над казахстанскими степями. Великий путешественник рассказывает об увиденных им двух больших белоснежных змеях, парящих в воздухе. Причем одно из небесных существ сначала кружилось, а потом начало метаться из стороны в сторону, как бы пытаясь привлечь к себе внимание. После непродолжительного „танца“ змеи ненадолго слились в одно целое. Криптозоологи из разных стран утверждают, что именно таким образом проходят брачные игры скайфишей. Поэтому можно смело предположить, что исторической родиной этих необыкновенных животных считаются вовсе не США, а Казахстан. Ведь именно здесь они впервые были обнаружены. Не будем же мы ставить под сомнение компетенцию и авторитет известного ученого?!» (Аладьина, 2009). К сожалению, Пржевальский о белоснежных небесных змеях в небе Казахстана не писал.

«Об олгое-хорхое в Центральной Азии известно давно, но европейцы узнали о таинственном обитателе песков лишь во второй половине XIX века, когда о нем упомянул в своих записках известный путешественник и ученый Николай Михайлович Пржевальский» (Голубев, 2008).

Воспоминания И. Л. Фатеева (Дубровин, 1890, с. 373).

«Профессор Лондонского университета Дональд Рейфилд родился в 1942 г. в Великобритании. В юности преподавал русский язык австралийцам. В Москву приехал в 1960 г. Поверив мифу о самой свободной в мире стране, отправился в Казань – посмотреть город, о котором узнал из фильма Сергея Эйзенштейна „Иван Грозный“. Обратно в Москву его доставили под конвоем – Дональду пришлось просить прощения у чиновников КГБ за въезд в закрытый город. Через восемь лет он вернулся в СССР, сочинил и спел песню о Солженицыне и вскоре был отправлен домой. Однако через три года он приехал снова, уже как биограф Пржевальского» (Шендерова, 2010, с. 40).

Сестра Елена, волнуясь за Николая Михайловича, спрашивала в письме: «Что ты поделываешь со своим гер Робертом, не нашел ли он себе невесту?» 21 июня 1867 г. Петербург (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 200).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 140. Письмо Н. М. Пржевальского Я. П. Шишмареву. 20 марта 1879. Пост Зайсанский.

«Братья Владимир и Евгений оба женятся, в этом месяце их свадьба. Володя женится на Андреевой – молоденькой личности, а Евгений на купеческой дочке Сыромятниковой». Из письма Елены Пржевальской-Гольм от 21 июня 1867 г. Петербург (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 200).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 248. Письмо матери, Е. А. Толпыго, от 16 апреля 1874 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 201. Письмо невестки, М. Ф. Пржевальской, от 16 февраля 1875 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 198. Письмо дяди, брата отца, А. К. Пржевальского, от 10 сентября 1881 г.

Непонятно, почему Тася и ее сестра, вышедшая замуж за своего учителя Малахова, которого семье М. А. Богдановой-Нуромцевой рекомендовал Пржевальский, носили фамилию Нуромцевых, а не Богдановых. Среди дворян Смоленской губернии не числились дворяне Нуромцевы, что не удивительно. Отец Марии Алексеевны был олонецким губернатором, в этом краю родились его сыновья и дочери. Мария Алексеевна родилась в Петрозаводске и переехала в Смоленскую губернию, выйдя замуж за судью Илью Федоровича Богданова. Смоленские дворяне Богдановы записаны в 1-ю и 2-ю родословные книги. Нам не удалось найти в Смоленской губернии имения Синютина, якобы принадлежащего Нуромцевым. Известно Синютино – имение дворян Станкевичей на реке Угре, но оно находилось довольно далеко от Смоленска. Известно, что Мария Алексеевна Богданова (Нуромцева) умерла в 1902 г. и похоронена на кладбище в г. Вязьме. Возможно, ее имение было в Вяземском уезде. Сложилось впечатление, что в истории с Тасей странным образом скрестились разные сюжетные линии. Смерть невесты брата Евгения накануне его свадьбы, чайник – подарок Пржевальского к свадьбе Малахова, сохранившийся у его потомков, был похож на набор (с чайником-самоваром и кофейником), который Николай Михайлович подарил к свадьбе Пыльцовым, что известно из писем сестры Александры. «Ошурочки все хороши, и все доехали хорошо, кроме трех рюмок и двух стаканов, самовар и кофейник, и поднос тоже хороши. Теперь мы все пьем и чай, и кофе с Вашего самовара и кофейника, но дядька сказал, что кофе пить не выгодно, а лучше, говорит, спирт выпить отдельно, а кофе сварить на угольках» (22 октября 1874 г.) (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 212). // Разные ли это были «чайники-кофейники», дарить которые почему-то так нравилось Пржевальскому, или, возможно, к Малахову позднее попал чайник Пыльцовых, не известно. В деревне (Отрадное), как писала мать Николая Михайловича, «славным человеком и соседом» был дворянин Богданов, которого звали Павлом Александровичем, в то время как отцом Таси был Илья Федорович.

Слова племянника В. В. Пржевальского (Дубровин, 1890, с. 33).

Письмо А. М. Лушникову от 28 февраля 1886 г. (Дубровин, 1890, с. 422).

«Он был гомосексуал и близко не подходил к женщинам» (Шендерова, 2010).

«Недостатки его характера – вспыльчивость, известная доза нетерпимости и деспотизма, вследствие чего человеку независимому было бы трудно иметь с ним дело – свойственны большинству людей сильных, как бы самой природою предназначенных к господству над другими. Суровая школа, которую он прошел, упорная борьба, которую ему пришлось выдержать, грубая, пьяная среда, в которой провел он свою молодость, – разумеется, могли только укрепить и усилить эти недостатки» (Энгельгардт, 2008, с. 499).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 21. Письмо А. А. Бильдерлинга от 23 мая 1876. Тверь.

«Состав моей экспедиции весьма обширный: кроме Эклона со мною едет в качестве рисовальщика прапорщик Роборовский, препаратор Коломейцов, ездивший с Северцовым по Туркестану и с Потаниным в Северо-Западную Монголию. Всех памятнее Коломейцов, отставной унтер-офицер, человек простой и работящий. Эклон же и Роборовский вместе не стоят и половины Пыльцова, каким тот был со мною в Монголии» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 140. Письмо Н. М. Пржевальского от 20 марта 1879 г. Пост Зайсанский).

«В деревне без конца надоедает ежедневное строчение о IV путешествии. В ноябре рукопись этой книги будет готова, а в феврале или марте выйдет из печати и сама книга» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 140. Из письма Н. М. Пржевальского Я. П. Шишмареву. 16 мая 1887 г., с. Слобода).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 140. Из письма Н. М. Пржевальского Я. П. Шишмареву. // 16 мая 1887 г., с. Слобода.

Шишмаревы еще в 1884 г. проводили лето в Толпеках и по-прежнему думали о продаже имения, что следует из письма Н. И. Толпыго Пржевальскому: «На масляной был в Петербурге, заболел, успел побывать у Сердечного и Шишки [Шишмарева]. Шишка хочет продать свои Толпеки за 50 000 р. Шишмаревы будут проводить лето в Толпеках. Все сыновья продолжают учиться в гимназии. Самого Шишки [Шишмарева] не было. В феврале он уехал в Кульджу и должен вернуться только к лету». Письмо от 10 апреля 1884 г. (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250).

Запись от 8 марта 1874 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 140. Письмо Д. А. Милютина от 13 июня 1883 г. Симеиз.

«По некоторым непредвиденным обстоятельствам я должен покорнейше просить Вас, многоуважаемый Николай Михайлович, вместо четверга приехать к нам отобедать в пятницу в 5 часов. Само собой мы, разумеется, будем в сюртуках. Преданный Вам Д. Милютин». От 4 февраля среда 1881 г. // «Многоуважаемый Николай Михайлович! Не откажите, отобедать у нас в сей четверг в 6 часов без всяких церемоний с ‹нрзб.› и некоторыми дамами, Вам вовсе не страшными. Душевно Ваш. Н. Обручев. Само собой разумеется, сюртуки с погонами». От 4 сентября 1887 г. (НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 154. Л. 5).

«От Николая Николаевича Обручева и его жены Марии Николаевны на брак племянника, подпоручика Николая Афанасьевича Обручева с Констанцией Евгеньевной Тизенгаузен в церкви Главного штаба» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 100. Л. 20).

1. «От Федора Логгиновича и Елизаветы Николаевны Гейден на брак их дочери Марии с Александром Дмитриевичем Шереметевым (1881)». 2. «От Федора Логгиновича и Елизаветы Николаевны Гейден на брак их дочери Александры с Рауштраубергом» (1881) (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 100. Л. 19).

Возможно, это был пограничный комиссар Евгений Параффиус.

Из писем Швецова, Перевалова от 22 сентября и Пфифиуса от 25 сентября 1880 г., посланных в Ургу (Дубровин, 1890, с. 347).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 126. Л. 26. Из письма А. М. Лушникова, без даты.

Клавдия Христофоровна Кандинская (1847–1913), дочь кяхтинского купца.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 126. Л. 8. Из письма А. М. Лушникова. 4 января 1886 г. из Кяхты.

Там же. 42 л. Письма за период 1881–1888 гг.

Когда-то исполненный Бестужевым акварельный портрет Алеши Лушникова хранился у Веры Алексеевны Поповой, дочери А. М. Лушникова, в Москве. Она скончалась в 1927 г., где находится эта акварель сейчас – неизвестно. Одновременно или почти одновременно с портретом Алеши Лушникова художник написал Клаву Кондинскую (Кандинскую), дочь кяхтинского купца X. X. Кондинского, которая позднее стала женой Лушникова. Эта акварель находилась в Москве у Н. И. Стечкиной, внучки К. X. Кондинской-Лушниковой. Сегодня местонахождение этой акварели также неизвестно (Зильберштейн, 1977).

Один из авторов этой книги, правнучатый племянник путешественника, выпускник МГУ, доктор химических наук Н. М. Пржевальский, работает в РГАУ-МСХА им. К. А. Тимирязева и хорошо знаком с научными трудами Д. Н. Прянишникова, Н. Я. Демьянова и М. А. Лушникова.

См. главу «Вклад Н. М. Пржевальского в мировую науку».

Из дневника Козлова. 21 августа 1923 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Из письма Н. И. Толпыго Н. М. Пржевальскому от 17 мая 1887 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 139. Из письма В. И. Роборовскому от 20 июня 1886 г.

Там же. Д. 138. Из письма П. П. Телешову. Ноябрь 1886 г.

Там же. Оп. 2. Д. 244; Оп. 1. Д. 138.

Там же. Д. 19, 22, 75, 77, 86, 89, 151, 223 соответственно.

«Все эти люди, по замечанию полковника Пржевальского, были чрезвычайно полезными членами экспедиции; они своей энергией, смелостью, беззаветной преданностью своему начальнику много обусловили самый успех путешествия» (Н. М. Пржевальский и его путешествия…, 1881, с. 166).

«Прогнал Чебаева, делал все нехотя, пьянствовал» (Пржевальский, 1940; запись от 20 января 1878 г.).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 140. Из письма Н. М. Пржевальского Я. П. Шишмареву от 16 мая 1887 г., с. Слобода.

«В Зайсане я застал Коломейцова, которому Северцов не выслал ни копейки (за экспедицию в Туркестан). Бедный Коломейцов был кругом в долгу» (НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 140. Из письма Н. М. Пржевальского Я. П. Шишмареву от 20 марта 1879 г., пост Зайсанский).

От 16 сентября 1881 г. и 6 ноября 1886 г. (Дубровин, 1890, с. 368).

НА РГО. Ф. 18. Оп. 3. Д. 552. Л. 44. От 12 июля 1887 г.

По выходе из Дынь-юань-ина М. А. Пыльцов заболел «тифозную горячкою. Сильно в это время скребли меня кошки за сердце, – но чем я мог помочь, не зная ни аза-в-глаза в медицине» (из письма Н. М. Пржевальского И. А. Фатееву от 2 февраля 1872 г. из Пекина). // Во втором Тибетском путешествии В. И. Роборовский едва не утонул в р. Дяо-чю, пытаясь спасти баранов, сносившихся течением. В Хотане у него открылось кровотечение, но его «сильная натура сломила болезнь» (Комаров, 1911, с. 146).

Тургенев И. С. Бирюк / Охотничьи рассказы.

Тургенев И. С. Бежин луг / Охотничьи рассказы.

Габриэль Ферри – псевдоним французского писателя Габриэля де Бельмара (Bellemare, 1809–1852).

Эта встреча сыграла огромную роль в жизни Байкова. Николай Апполонович позднее вспоминал разговор с Пржевальским: «Ты интересуешься, убивал ли я тигров. К сожалению, нет. Много всякого зверя я стрелял, но тигров не удалось взять ни одного. Это ты сделаешь за меня, когда будешь путешествовать по тайге Маньчжурии или Уссурийского края». «Если ты так любишь природу и охоту, – говорил Н. М. Пржевальский, – советую тебе после учебы отправиться на Дальний Восток. Дивный край! Прекрасная охота! Тайга – что твои сельвасы Бразилии! Степи – пампасы Аргентины! Такой природы нет даже у нас на Кавказе и Туркестане! Жаль, что мне не удалось побывать там вторично!» (Хисамутдинов [Электронный ресурс]).

Слова, сказанные о своих героях Луи Анри Буссенаром (Boussenard; 1847–1910), французским писателем, который совершил много путешествий и публиковал (с 1877) остросюжетные романы, насыщенные географическим и естественно-историческим материалами. В 1911 г. в России вышло собрание его сочинений в 40 томах.

В 1849 г. в журнале «Современник» – одном из самых распространенных русских изданий того времени – была закончена публикация большого романа «Три страны света», написанного Н. А. Некрасовым совместно с Н. Станицким (А. Я. Панаевой). Название романа соответствовало географическому положению, которое занимала тогда Россия, уже имевшая владения в Азии, а до 1867 г. – и в Северо-Западной Америке.

«Так как нигде успех или неудача не принимают таких колоссальных размеров в устной передаче, как в Азии: распускаемые слухи действуют подавляюще на восточное воображение, соответственно, повышая или понижая дух противника» (Рекогносцировка Геок-Тепе…, 1904, с. 186).

Н. М. Пржевальский // Русский биографический словарь. СПб., 1905. Т. 14. С. 763–783. Словарь издан под наблюдением председателя Императорского Русского исторического общества А. А. Половцева.

В то время иногда употребляли термин «Средняя Азия», однако Пржевальский всегда писал – Центральная Азия: Синьцзян (Восточный Туркестан), Монголия, Тибет.

Не ясно, на основании каких данных это написано.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 130, в папке «Неизвестные авторы». Л. 20.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 130. Л. 19.

Там же. Д. 126. В деле находятся копии писем В. И. Роборовского Фельдману и врача Крыжановского о последних днях Николая Михайловича Пржевальского.

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40. Л. 189–195. 1888 г. Микрофильм. Фонд 401 – Военно-ученый комитет (1822–1903). Четыре дня у одра болезни покойного генерала Н. М. Пржевальского.

Фотография телеграммы: Сумароков, Сумарокова, 2019, с. 188.

Степное генерал-губернаторство как административно-территориальная единица было образовано в 1882 г. из Акмолинской, Семипалатинской и Семиреченской областей с центром в г. Омске.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 5. Д. 83. Колпаковский. Телеграмма из Омска от 22 октября 1888 г. (О смерти Н. М. Пржевальского).

Вестник Российского общества Красного креста. № 43. Воскресенье, 23 октября 1888 г., с. 371.

Известия Кавказского отделения ИРГО. 1887 (1888). Т. 9 (10?). 3. 2 (?), с. 473–493.

Новое время. 23 октября 1888 г., № 4545, с. 2.

Петербургский листок. 23 октября 1888. № 290, с. 4.

Памяти Николая Михайловича Пржевальского. Речь вице-председателя ИРГО П. П. Семенова. СПб., 1890, с. 11.

Письмо Роборовского управляющему делами Военного ученого комитета Главного штаба генерал-лейтенанту Ф. А. Фельдману. 22 октября 1888 г.

Точнее, это осложнение после возвратного тифа.

Письмо В. И. Роборовского генералу Фельдману было опубликовано в «Русском инвалиде», перепечатано в брошюре «Памяти Н. М. Пржевальского. 1889 г.».

В. Вышпольский (Велепольский), городской врач, изучал болезни в Иссык-Кульском уезде. Николай Матвеевич Барсов – старший врач лазарета, городской староста, коллежский советник, председатель городского сиротского суда, был страстным садоводом-любителем.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 123.

Окончательно роль вшей в передаче возвратного тифа была установлена Мэкки в 1907–1908 гг.

В 1908 г. Н. Ф. Гамалея доказал, что бактерии, вызывающие сыпной тиф, передаются вшами.

К экспертизе характера смерти Н. М. Пржевальского / Проф. Попов, начальник кафедры инфекционных болезней Санкт-Петербургской военной академии проф. Ю. В. Лобзин. 22 июня 1994 г. // Из семейного архива Пржевальских. Получено от И. Кашиной.

Желчный тифоид может протекать по тифоидному или септическому варианту. Тифоидной вариант характеризуется выраженной желтухой, профузным поносом, геморрагической сыпью, повышением температуры в период апирексии (отсутствия температуры). Септический вариант протекает с развитием многочисленных абсцессов (гнойное расплавление тканей) внутренних органов, миокардита, пневмонии, остеомиелита. При развитии желчного тифоида часты летальные исходы.

Есть две точки зрения: носовое кровотечение характерно для возвратного тифа, и нехарактерно.

РГВИА. Ф. 401. МФ. Оп. 4-228. Д. 40. 1888.Четыре дня у одра болезни покойного генерала Н. М. Пржевальского. Записки доктора И. И. Крыжановского.

Однако на с. 34 автор приводит письмо Басханова: «В пользу клещевого укуса говорит и тот факт, что других зараженных людей не наблюдалось ни среди состава отряда, ни среди местного населения». Из этого следует, что эпидемия возвратного тифа не свирепствовала. Получается, что одно утверждение противоречит другому.

Места обитания аргасовых клещей: гроты, расщелины, норы, трещины, пещеры, гнезда. Кроме этого, они очень любят обитать в домах и глиняных пристройках. Взрослая особь может передавать болезни своим личинкам. Когда паразит не может найти животное, за счет которого будет питаться, то нападает на людей, главным образом, ночью.

В Пишпеке уездный начальник Сергей Михайлович Махонин и городничий Константин Павлович Крупеников поставили за городом возле этапного барака четыре юрты. Одну для Пржевальского, другую для Роборовского с Козловым, одну для нижних чинов, одну для багажа (Дубровин, 1890, с. 457–458).

Возбудитель вшивого возвратного тифа Borrelia recurrentis морфологически не отличается от возбудителей клещевого возвратного тифа. Заражение вшей от больных тифом происходит только в лихорадочный период заболевания. В отдельных случаях заражение возможно через слизистую оболочку глаза в результате заноса спирохет пальцами, загрязненными гемолимфой раздавленной вши. До введения в практику антибиотиков для лечения применялись препараты мышьяка: сальварсан, новарсенол, которые вводили внутривенно во время приступа и в период апирексии с интервалом в 4–5 дней.

Это сделал человек-подвижник, смысл жизни которого – «подвиги, цели и нравственная физиономия доступны пониманию даже ребенка». Это сделал человек «простой и понятный». «Читая его биографию, никто не спросит: зачем? почему? какой тут смысл? Но всякий скажет: он прав» («Новое время». 1888. № 4548. 26 октября. Без заглавия и подписи). Авторство Чехова устанавливается на основании его письма к Е. М. Линтваревой от 27 октября 1888 г.: «Сегодня в „Новом времени“ (среда, 26-го окт‹ября›) есть мой короткий вопль по адресу покойного Пржевальского – образчик моих передовиц. Таких людей, как Пржевальский, я люблю бесконечно». Н. М. Пржевальский скончался 20 октября 1888 г.; «Новое время» 24 октября поместило некролог за подписью А. Елисеева. Статья Чехова, таким образом, не некролог в строгом смысле слова.

Медицинская газета. 1995. № 17, с. 16; № 19, с. 16; Россия молодая. 1995. № 8, с. 18–24; 1997. № 3, с. 34–42; № 4, с. 27–33; Тихий час. Екатеринбург. 1995(?) № 5, с. 12–15; № 6, с. 10–13.

Специалисты кафедры судебной экспертизы Санкт-Петербургской военной академии, в частности профессор В. Л. Попов, «который материалы для теоретической экспертизы направил по точному адресу – к инфекционистам» (Кашина И., 1995, с. 16).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Папка без обозначения дела (Д?). Статьи Вишневской-Кашиной: о Пржевальском – «Молодая гвардия», 1997. № 3, 4 («Отцовское дело»); о Козлове – «Вокруг света», 1989. № 7, 8 («Мечты о Лхасе»); НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 250. И. Вишневская. Пятая экспедиция Н. М. Пржевальского // Россия молодая. 1995 (ксерокопия), с. 7.

«В последней, четвертой, Пшева почувствует себя плохо и в окружении своих учеников и последователей скончается на берегу озера Иссык-Куль. Умрет великий путешественник и умелый разведчик от болезни, мало изведанной на ту пору – лимфогранулематоза, а попросту – рака лимфатических желез и кроветворных органов… Тогда это посчитали брюшным тифом: не той, мол, водички из болотца попил…» (Михановский [Электронный ресурс].

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 303. Письмо П. К. Козлова В. М. Пржевальскому от 21 октября 1888 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 126. Записка Ф. А. Фельдмана В. М. Пржевальскому.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 126. Из письма-копии В. И. Роборовского Ф. А. Фельдману.

«…Деревянный гроб обить железом и опустить в обложенный камнями склеп на трехметровую глубину, положить в походной одежде путешественника, без мундира, а на каменной плите кратко выбить – путешественник Пржевальский» (Колесников, 2008).

Российское географическое общество избрало Пржевальского почетным членом (3 декабря 1880 г.) и вручило диплом (14 января 1881 г.). Его избрали почетным членом Венского, Итальянского, Дрезденского географических обществ, а также Северо-Китайского отделения королевского Азиатского общества в Шанхае. Он стал почетным членом Петербургского общества естествоиспытателей и Московского общества любителей правильной охоты, Уральского общества любителей естествознания, Московского общества сельского хозяйства, почетным гражданином Петербурга и Смоленска.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 97.

Там же. Л. 3.

В 1882 г. почетными членами Московского университета стали начальник Николаевской академии, Генерального штаба генерал-адъютант М. И. Драгомиров и генерал-адъютант Н. Н. Обручев «во внимание к их ученым и служебным трудам и заслугам». ЦГАМ. Ф. 459. Оп. 2. Д. 4000. Л. 6.

ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 51. Д. 140. СФ.

Там же. Оп. 50. Д. 152. Л. 7.

Деньги, вырученные за лекции, были пожертвованы ИМУ и в Общество трудолюбия в Москве.

ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 51. Д. 140.

Ректор ИМУ заявил присутствию совета, что «известный путешественник и естествоиспытатель полковник Пржевальский желает прочесть в Университете в начале следующей недели две публичные лекции с благотворительными целями о третьем путешествии его в Центральную Азию. Угодно ли будет соглашаться на дозволение данного чтения?», – выписка из журнала заседаний Совета ИМУ от 13 марта 1882 г. ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 51. Д. 140. СФ.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 253. Л. 1. Письмо от 21 июня 1881 г., на бланке: М. Н. П. ректора ИМУ, № 1584. Москва.

ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 51. Д. 140. СФ.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 253. Л. 2. От 18 июня 1886 г. № 1550 на бланке: Министерство народного просвещения. Совета императорского московского университета. Москва.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 129. Л. 11.

Телеграмма Н. М. Пржевальского от 12 декабря 1880 г.

Подробнее см. раздел «Царственные особы и Н. М. Пржевальский».

«Академия наук не могла дать нам залу, – писал И. Е. Репин В. И. Сурикову, – ее занял Пржевальский, чтобы показать государю свою коллекцию. Мы наняли квартиру в доме князя Юсупова на Невском проспекте у Литейного проспекта, великолепная квартира: окна высотой более 4 аршин; можно выставить 500 картин». Письмо И. Е. Репина от конца февраля 1881 г.

Такие цены были в 1881 г. В 1887 г. вход в 1 рубль был только во вторник. Воспитанники учебных заведений, нижние чины и дети моложе 10 лет платили половинную стоимость. Собранные деньги были причислены к капиталу имени Пржевальского, основанному с высочайшего соизволения при Зоологическом музее. См.: Каталог …, 1887, с. 34.

Из письма К. С. Веселовского Н. М. Пржевальскому. № 1122 от 3 декабря 1881 г. //Дубровин, 1890, с. 361.

Зоологический музей возник на основе зоологической коллекции Кунсткамеры. Датой основания его считается 4 июля (по старому стилю) 1832 г. Музей возглавляли Ф. Ф. Брандт (1831–1879), А. А. Штраух (1879–1893), Ф. Д. Плеске (1893–1896), В. В. Заленский (1897–1906), Н. В. Насонов (1906–1921), А. А. Бялыницкий-Бируля (и. о. директора с 1923, директор – с 1927 года)

Архив академии наук, письма Н. М. Пржевальского: Ф. 50. Оп. 2. НА РГО. Три письма А. А. Штрауха: Ф. 13. Оп. 2. Д. 283.

Записка Пржевальского Академии наук от 25 марта 1874 г. // Дубровин, Приложение 7, с. 559.

В ответ Академия наук и Ботанический сад выразили свою признательность, избрав его почетным членом Академии наук и почетным членом Ботанического сада.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 130. Л. 26.

Именем Пржевальского названы растения: тимьян (Thymus przewalskii), рододендрон (Rhododendron przewalskii), бузульник (Ligularia przewalskii), шиповник (Rosa przewalskii), рябчик (Fritillaria przewalski), лук (Allium przewalskii), василистник (Thalictrum przewalskii), тополь (Populus przewalskii), мытник (Pedicularis przewalskii), зверобой (Hypericum przewalskii), орхидея (Gympocarpus przewalskii), горечавка (Gentiana przewalskii). Именем Роборовского – папоротник адиантум (Adiantum Roborowskii). Именем Пыльцова – герань (Geranium Pylzowi n. sp. – прежнее, G. Pylzowianum – современное), живокость (Delphinium Pylzowi).

Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии. Отдел ботанический. Т. 1. Вып. 1. Flora Tangutica. Обработал К. Максимович, орд. проф. Академии наук; Т. 2. Вып. 1. Перечень растений Монголии и прилегающей части Китайского Туркестана. Обработал К. Максимович. СПб., 1889; Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии. Отдел метеорологический. Маршруты и метеорологические наблюдения. Обработал А. И. Воейков. СПб., 1895; Научные результаты путешествий Н. М. Пржевальского по Центральной Азии. Отдел зоологический. Т. 1. Ч. 1. Млекопитающие. Обработал Евг. Бихнер. Вып. 1. СПб., 1888; Вып. 2. СПб., 1889; Вып. 4. СПб., 1890; Вып. 5. СПб., 1894; Т. 1. Ч. 2. Копытные. Обработал акад. В. В. Заленский. Вып. 1. СПб., 1889; Вып. 2. СПб., 1890; Вып. 3. // СПб., 1894; Вып. 4. СПб., 1905; Т. II. Птицы: [в 4 вып.]. Обработали Ф. Д. Плеске, В. Л. Бианки. СПб., 1889–1905; Вып. 3. 1894. С. 81–192. Вып. 4. 1905. С. 193–360. // Т. III. Ч. 1. Земноводные и пресмыкающиеся. Обработал Я. В. Бедряга; Вып. 1. СПб., 1898; Вып. 2. СПб., 1907; Вып. 3. СПб., 1909; Вып. 4. СПб., 1912; Т. III. Ч. 2. Рыбы. Обработал С. Герценштейн; Вып. 1. СПб., 1888; Вып. 2. СПб., 1889; Вып. 3. СПб., 1891.

РГАДА. Ф. 1385. Д. 1621. Л. 1-14.

Академик Ф. Д. Плеске подал в отставку в феврале 1896 г. вследствие острого конфликта с энтомологом А. П. Семеновым, сыном П. П. Семенова-Тян-Шанского. Плеске рассчитывал, что будет утвержден в должности директора музея, которую исполнял временно (после смерти А. А. Штрауха в 1893 г.). Он подозревал, что А. П. Семенов мешает ему в этом деле и даже метит на его место. Поэтому он всячески третировал Семенова и выживал его из музея. В Архиве Академии наук сохранились письма Плеске к великому князю Константину, который был тогда президентом Академии, полные жалоб на Семенова и Ковалевского. Последний, в свою очередь, был весьма невысокого мнения о Плеске как об ученом и человеке, о чем писал И. И. Мечникову. Решающим моментом в этой истории было выдвижение на пост директора музея, по инициативе Ковалевского, академика В. В. Заленского. В связи с этим Плеске окончательно решил оставить музей, заболев (действительно или дипломатически?) душевным расстройством (Из воспоминаний зоолога … Примеч. публикатора Б. Е. Райкова № 12).

«Когда мы ехали в экспедицию на Мурман, с нами ехал на Соловки и Н. П. Вагнер. На одной почтовой станции между Повенцом и Сумским Посадом мы остановились пить чай и разложили свои запасы. С. М. Герценштейн по крайней рассеянности и близорукости взял булку, принадлежащую Н. Вагнеру, и стал уже ее есть. Вагнер рассердился и громко обвинил Герценштейна в краже этой булки, прибавив кое-что об его национальности. Другой на месте Герценштейна швырнул бы ему эту булку в лицо, но Герценштейн сконфузился и стал извиняться, а мы – свидетели этого происшествия – не знали, куда девать глаза от стыда» (Из воспоминаний зоолога …, 1966, с. 87).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 1. Письма (черновики) Пржевальского в Академию наук (1878–1888); НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 50. Письма Герценштейна С. М.; НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 88. Письма Иностранцева А. (1874–1881); НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 101. Письмо Кесслера К. Ф. Приложен черновик письма Н. М. Пржевальского за 1874 г.; НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 132. Письма Максимовича К. И. (1870–1888). Приложен черновик Н. М. Пржевальского; НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 139. Письмо Миддендорфа А. Ф. (1887); НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 150. Письмо Мушкетова И. В. (1883); НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 188. Письма Плеске Ф. Д. (1887–1888).

Природа. 2018. № 7: А. Н. Тихонов (Зоологический музей РАН. Москва, с. 3–4); Н. И. Абрамсон (Зоологический институт РАН. Москва, с. 5–8); П. А. Косинцев, Н. А. Пластеева (Институт экологии растений и животных Уральского отделения РАН. Екатеринбург, с. 9–12); Н. Н. Спасская (Московский государственный университет имени М. В. Ломоносова, с. 13–15); П. Ф. Кузнецов (Самарский государственный социально-педагогический университет, с. 16–19).

В 1901 г. князю Э. Э. Ухтомскому привезли кобылу и жеребца лошади Пржевальского. Князь подарил их государю императору. Лошади содержались в царских конюшнях Царского Села. В этом же году два жеребенка и одна кобыла поступили в Московский зоопарк.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 122. Письмо А. А. Кропоткина от 1 октября 1870 г. Петербург.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 122. Письмо А. А. Кропоткина от 21 апреля (3 мая) 1871 г.

РГАДА. Ф. 1385. Оп. 1. Д. 1621. Л. 7, 8. Письмо Пржевальского Остен-Сакену 8 июня 1886 г.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 3. Д. 12. Л. 14. Из письма (черновик) от 8 июня 1887 г.

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40. Докладная от 3 июня 1888 г. военному министру с просьбой ходатайствовать перед Государем императором о дозволении посвятить книгу о четвертом путешествии Наследнику Цесаревичу.

Николай Михайлович также просил разрешения подарить книгу всем великим князьям (по каждому из которых была подана отдельная докладная). Разрешение на посвящение и дарения книги «От Кяхты на истоки Желтой реки. Исследования северной окраины Тибета и путь через Лоб-нор по бассейну Тарима», изданной в начале августа 1888 г., было получено.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 3. Д. 12. Л. 16.

Письмо К. С. Веселовского Н. М. Пржевальскому от 31 марта 1888 // Дубровин, 1890, с. 440.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 227.

Именные золотые: Константиновская (1846), Н. М. Пржевальского (1946), П. П. Семенова (1899), Ф. П. Литке (1873), А. Ф. Трешникова (2014), И. П. Бородина (2014), Н. Н. Миклухо-Маклая (2014), Ю. А. Сенкевича (2014), именная серебряная Н. М. Пржевальского (1891), Большая золотая медаль за ученые труды (1946), Большая золотая медаль Отделения Этнографии и статистики (1879–1930), Большая серебряная медаль (2014).

«Есть счастливые имена, – сказал непременный секретарь академии К. С. Веселовский, – которые довольно произнести, чтобы возбудить в слушателях представление о чем-то великом и общеизвестном. Таково имя Пржевальского… Имя Пржевальского будет отныне синонимом бесстрашия и энергии в борьбе с природой и людьми, и беззаветной преданности науке». «Вот прекрасный некролог для меня и готов, – повторял Пржевальский под сильным впечатлением этой речи, – теперь я знаю, что скажут после моей смерти…»

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 250. Письмо Н. И. Толпыго от 17 мая 1887 г. Самарканд.

Военный министр распорядился похоронить Пржевальского с военными почестями, а также просил «дать распоряжение о временном ограждении могилы и о представлении вслед за сим соображений, какой мог бы быть воздвигнут над могилой памятник Пржевальскому и какой потребуется на сие расход» (РГИА. Ф. 401. Оп. 4/928. Д. 40. Л. 142–142 об.).

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 123.

Там же. Оп. 2. Д. 304.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 304.

Там же.

РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/92. Д. 45. 1889 г.

«Дело о бараке» было начато временно командующим войсками генерал-лейтенантом Бобковым, которому, в свою очередь, поступило ходатайство «О мерах по увековечению памяти о смерти генерал-майора Н. М. Пржевальского» от временно и. д. начальника Каракольского местного лазарета (РГВИА. Ф. 401. Оп. 4/92. Д. 45. 1889 г.).

В 2010-х годах доску украли. В 2019 г. сотрудники Киргизско-российского славянского университета им. Б. Н. Ельцина при поддержке киргизских и российских пограничников восстановили мемориальные доски на камне, установленном на месте глазного отделения лазарета, в котором в 1888 г. 1 ноября по новому стилю скончался великий русский путешественник Н. М. Пржевальский. Одна доска на русском языке, другая на киргизском.

Из государственной казны было выделено 125 тыс. руб. серебром и объявлен конкурс на создание эскиза памятника (Сумароков, Сумарокова, 2019, с. 213).

«Договор Борисоглебский составил с Аркадием подходящий, не угрожающий всякими ужасными строгостями в случае чего. В нем было немало оговорок на новизну и трудности работы в горах, на коварную здешнюю погоду, на отсутствие мастеров и подъемных приспособлений и просто на неопределенность многих вопросов» (Кулагин П. В., Кулагин Г. Е. [Электронный ресурс]).

ЦГАМ. Ф. 179. Оп. 21. Д. 1050. Л. 45.

ЦГАМ. Ф. 179. Оп. 21. Д. 1050. Л. 45.

Московская губерния г. Богородск. Детинов – 3 руб., И. Елагин – 3 руб., Ламакин – 1 руб., Е. Арманд с семейством – 10 руб., наследники А. М. Куприянова – 2 руб., П. Ф. Елагин – 2 руб., А. Елагин – 2 руб. // Челябинск. М. И. Шихов – 15 руб., С. П. Степанов – 2 руб. // Егорьевск. Гор. голова Бардыгин – 10 руб., Егорьевское гор. общество – 10 руб. На выставке садоводства, проходившей в 1889 г. в СПб., пожертвовали деньги: вел. кн. Николай Михайлович – 500 руб., Бильдерлинг – 10 руб., кн. Голицын – 10 руб., барон Клодт – 15 руб., Ф. А. Фельдман – 10 руб., Бахрушин А. П. – 5 руб., Бильдерлинг А. А. – 25 руб., Бильдерлинг П. А. – 100 руб., Воейков А. А. – 25 руб., Гейден А. Ф. – 25 руб., Гейден Д. Ф. – 25 руб., Гейден Е. Н. – 25 руб., Каульбарс Н. В. – 25 руб., Козлов П. К. – 31 руб. 15 коп., Коншин И. Н. (Москва) – 100 руб., М. В. Лауниц – 10 руб., Остен-Сакен Ф. Р. – 50 руб., Протасов-Бахметев Н. А. – 100 руб., Роборовский В. И. – 224 руб., Роборовский Ф. – 2 руб., Я. А. Сердечный – 5 руб., Степанов М. П. – 5 руб., Толпыго Н. И. – 100 руб., Фатеев И. А. – 10 руб., Фатеев И. Л. – 5 руб., Фатеевы Наташа и Андрюша – 6 руб., Шереметева М. Ф. – 100 руб. // Отмечены также частные пожертвования русских из Берлина – 91 руб. 12 коп., русских из Брюсселя – 20 руб., Общества художников в Париже – 26 руб. 95 коп. и троих русских из Швейцарии – 35 руб.

ЦГАМ. Ф. 418. Оп. 64. Д. 481. Л. 4.

Впервые в состав бывшей экспедиции Пржевальского включили геолога, горного инженера К. И. Богдановича; число нижних чинов конвоя сократили до 12 человек.

Золотая медаль имени Н. М. Пржевальского присуждается за труды по картографии, геодезии, математической географии, геоморфологии, военной географии, за важные научные результаты путешествий в малоизвестные местности.

Дворянское собрание постановило: согласно предложению, сделанному в собрании гг. предводителей и депутатов дворянства депутатом дворянства Поречского уезда В. В. Нелидовым, поместить в одной из зал дворянского собрания портрет умершего известного путешественника Н. М. Пржевальского (Смоленский Вестник, 1895).

Двухэтажный деревянный дом на углу улиц Барсовской (ныне Октябрьской) и Преображенской (ныне Гебзе) (Сумароков, Сумарокова, 2019, с. 213).

Сегодня (2023) Джумакан Мамбетовна Мамбетова – советник директора музейно-мемориального комплекса Н. М. Пржевальского (Киргизская Республика). Она награждена Почетным знаком Федерального агентства по делам СНГ, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству «За дружбу и сотрудничество» (2013).

Презентация сайта состоялась в 2014 г. в дни празднования 175-летия со дня рождения Н. М. Пржевальского. Ее провели создатели сайта, профессора РАНХиГС при Президенте РФ: потомок рода Пржевальских доктор педагогических наук В. Б. Титов-Пржевальский и доктор политических наук А. В. Шевченко.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 303. Л. 1. Из письма П. К. Козлова В. М. Пржевальскому от 21 октября 1888 г.

Из письма В. М. Пржевальского сыну от 8 декабря 1891 г.

В. М. Пржевальский имел имение в Смоленской губернии Поречского уезда при селе Слободе (1916 десятин 800 сажен) (ЦГАМ. Ф. 114. Оп. 2. Д. 314. Л. 111).

Из письма В. М. Гавриленкова в газету «Рабочий путь»; частично опубликовано 5 февраля 1975 г.

Перечисление «многого другого» заняло бы немало места. Упомянем лишь чернильный прибор середины XIX в., состоящий из металлической подставки, стеклянной чернильницы с металлическими крышками, пресс-папье, металлического звонка, пепельницы, подставки для спичечной коробки и подсвечника (Акт от 16 ноября 1977 г.).

Акты приемки от 26 ноября 1971 г. и от 28 ноября 1988 г.

Глава семьи, Дмитрий Николаевич Загоскин, в то время был помощником заведующего ликвидационным отделом Центрального бюджетно-расчетного управления Наркомфина РСФСР. О том, чтобы за ним сохранились некоторые комнаты в их бывшем доме, хлопотал заместитель народного комиссара финансов С. Е. Чуцкаев и зав. отделом (Безруков?), написавшие письмо в Центральный земельно-жилищный отдел (Данные из семейного архива). Однако это не помогло.

Вряд ли А. В. Загоскина успела получить пенсию, поскольку вскоре скончалась (18 декабря 1942 г.) За 10 месяцев до ее кончины (25 февраля 1942 г.) ушел из жизни ее муж Д. Н. Загоскин.

Архив Совета Министров РСФСР. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 51. Л. 264–269.

В отделе по делам музеев Наркомпроса был организован подотдел Столичной охраны памятников искусства и старины (4-й подотдел), который фактически взял на себя функции комиссии при Моссовете.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 2. Д. 57.

Штуцер Express двухствольный малокалиберный был заказан у Чарльза Ланкастера на деньги (1000 руб.), собранные по товарищеской подписке для подарка Пржевальскому. К тому времени (1875) было изготовлено только три штуцера. «…С виду штуцер был очень прост, не имел никаких украшений, но стволы были математически выверены; калибр и пуля были как у Бердана, прицелов два: один на 130, а другой – на 400 шагов; патроны велики: раза в 1,5 длиннее, чем у Бердана». «Пржевальский был в восторге, благодарил А. П. Горлова…» (Дубровин, 1890, с. 195). Если у вас в руках двуствольный штуцер, то для производства второго выстрела нужно только нажать на второй спусковой крючок. Нет риска заклинивания, штуцеру нет равных при охоте на опасную дичь на близкой и средней дистанциях.

НА РГО. Ф. 13. Оп. Д. 57. Л. 5.

Там же. Л. 9.

М. Ф. Матвеева: «Я работаю здесь с 1971 года. Пришла в РГО из Института истории, где около трех лет была курьером и параллельно училась на вечернем отделении. Меня пригласил коллега, член этой организации, – как раз освободилось место в читальном зале. Более двадцати лет я проработала архивистом, а уже с 1995 года и по сей день руковожу Научным архивом РГО. Думала, что я здесь временно, но осталась почти на 50 лет. Сегодня у нас находится более 60 тысяч единиц хранения более чем из 140 личных фондов. Мне больше всего нравятся личные дневники и переписка путешественников, особенно Николая Михайловича Пржевальского. Мы все представляем его мужественным, сильным, смелым. А в переписке с мамой он совершенно другой человек – нежный и очень любящий сын. У нас в архивах есть и его переписка с людьми, которые сопровождали его в экспедициях. Когда читаешь эти рукописи, удивляешься, каким он был заботливым по отношению к своим спутникам. Через переписку можно понять, каким на самом деле был человек».

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 137. Письмо В. М. Пржевальского Александру Васильевичу (без указания фамилии, адреса и даты), вероятно, Каульбарсу, 1889.

А. Ф. Пржевальский «жил в Екатеринославской губернии, близ станции Лозовой, где имел по его словам большое имение (ходил в мундире, бывал за границей и, вообще, как видно по всему, был человек состоятельный)» – из письма В. М. Пржевальского.

НА РГО. Ф. 13. Оп. 1. Д. 137.

Там же.

Под его редакцией вышли выпуски 18–24 «Историко-юридических материалов». Вып. 17 редактировал совместно с князем Н. Мещерским (1888–1893).

Историко-юридические материалы. Вып. 20. Отдел 4. 1890. Предисловие XV. Буква Б; Выпуск 31. № 75, с. 412; Вып. 23. 1892. Предисловие, с. VIII. Отдел 6. Сноска а, с. 491.

«Идучи от замка Витебского, по левой стороне, после сеножати [покоса] пана Степана Тимофеевича Лускина, ловчего Витебского, и подле поля небощика [покойного] Ониски Перевальки» (Историко-юридические материалы. Вып. 23, 1892, с. 491).

Овдотья Онисковна Перевальчина и ее муж Федор Григорьевич Крупенич закладывали свое имение Мяделены в селе Топорнино, Витебского воеводства (Историко-юридические материалы. Вып. 31, 1901, с. 412).

В войне участвовали Ливонский орден, Россия, Швеция, Великое княжество Литовское, Королевство Польское (с 1569 г. – Речь Посполитая), Дания и на дипломатическом уровне – Священная Римская империя.

Польный гетман литовский – заместитель руководителя вооруженных сил Великого княжества Литовского. В мирное время великий гетман обычно был при дворе, занимался административными и стратегическими вопросами, а польный гетман находился «в поле», руководил малыми военными операциями, охранял границу. В Речи Посполитой было четыре гетманских титула: два для «Литвы» («Литовские гетманы») и два для собственно Польши, «Короны» («Коронные гетманы»).

В энциклопедии белорусской шляхты, изданной в 2001 г., написано, что «Карнила Анисимович Перавальский (ротмистр казацкий) набилитирован 16 ноября 1581 г. (ст. ст.) за военные заслуги при взятии Пскова». Это неверно, так как Карнила был награжден за Полоцк и Великие Луки, хотя дана награда была под Псковом 28 (а не 16) ноября ст. ст.

По словам председателя Историко-родословного общества в Москве С. В. Думина, список привилея от 10 ноября 1581, имеющийся в литовской метрике, подтверждает, что шляхетское звание Корнила получил под Псковом. В литовских метриках за этот год пока сведений не обнаружено (РГАДА. Ф. 389. Оп. 1. Д. 65–68).

«Текст печатается из рукописного текста перевода со славянского, как указано писарем, переводившим документ» – приписка в книге В. Б. Титова (2012). Нет даты перевода. В тексте, приведенном в книге, написано: «Карнила Онисимович Пржевальский» (РГИА. Ф. 1343. Опись и дело не указаны).

РГИА. Ф. 1343. Оп. 27. Д. 6453. Л. 3. Аттестат Витебского дворянского депутатского собрания от 16 апреля 1823 г., выданный Михаилу Казимировичу Пржевальскому.

По другим документам это были деревни Шишенская, Дуневская, Островская в Витебском воеводстве и Бобовая Лука и Сычев в Велижской волости. НИА РБ. Ф. 2512; Реестр определения дворянского рода разных лиц за 1838, 1841 гг. // Титов, 2012, с. 34.

Знаком *отмечены жены и мужья Пржевальских в 1-м браке, ** – во 2-м браке, *** – в 3-м браке, **отмечены дети от 2-го брака, *** – дети от 3-го брака.

РГВИА. Ф. 400. Оп. 21. Д. 1692. Л. 10–15.