В книге рассказано о событиях необычных, можно сказать, удивительных. Директора 17 московских школ вместе с учениками, по 10 ребят из каждой школы, отправились во время октябрьских школьных каникул в многодневный поход по горам Краснодарского края. В пути было много приключений и масса трудностей, и легко понять гордость юных туристов, вышагивающих день за днем рядом с директором: «У нас общие цели, общие тревоги, общие радости». Но стоит представить себе и восторг директора, который в походе во время отпуска имеет возможность ближе узнать своих подопечных. Создатель проекта #директорВпоход, автор книги Матвей Шпаро, будучи всемирно известным путешественником и имея огромный опыт в сфере детского туризма, смело вводит в педагогический лексикон понятие «спроектированное путешествие» и дает возможность крупным руководителям во время этого путешествия передать свой управленческий опыт подрастающему поколению.
V 1.0 by prussol
© М. Шпаро, 2021
© ООО «Паулсен», макет, 2021
Несколько лет назад мой хороший друг, директор московской школы Павел Северинец, отправился со своими учениками в водный поход по Карелии. Сначала я не придал этому особого значения. Но позже, идя
Современным директорам полезно быть чуть-чуть поближе к детям, и совместное путешествие «директор + школьники» может стать отличной возможностью, особенно если путешествие хорошо продуманное и правильно смоделированное.
Я тоже директор, возглавляю государственное бюджетное учреждение «Лаборатория путешествий», ежегодно вожу на лыжах молодежные группы на Северный полюс. Эти путешествия – нечто совершенно особенное, что вырывает из повседневной рутины, нудного круговорота бумажных дел и приближает тебя к тем, ради кого ты, собственно говоря, работаешь. Можно, идя по маршруту, поравняться
Вопрос о том, каким должно быть современное активное путешествие, – далеко не простой. Слово «поход» вызывает определенные ассоциации, но, думаю, пора пересмотреть традиционные, устоявшиеся взгляды на детский туризм. Возможно, они мешают нам развиваться дальше и привлекать новых последователей. Убежден, что во время путешествия нужно давать детям определенный объем знаний, технических навыков, но самое главное – предоставлять им возможность самим реализовывать свою мечту и достигать цели. Побывать на Северном полюсе – это победа, и все дети, что шли со мной, азартно к ней стремились. Поэтому лишать их возможности сделать что-то для достижения своей цели – неправильно. Можно посадить их на саночки и отвезти на полюс. Я, как профессиональный полярный путешественник, говорю: организовать это не очень сложно. А вот сделать так, чтобы молодые люди сами достигли цели, – сложнее, интереснее и, главное, гораздо полезнее.
В книге, которая предлагается вашему вниманию, рассказ, с одной стороны, о конкретном проекте, а с другой стороны – о результатах многолетней работы. Потому что проект #директорВпоход стал не рядовым достижением двух организаций – учреждения дополнительного образования «Лаборатория путешествий» и сети детских лагерей «Большое Приключение». Это некая вершина,
Поскольку вся моя жизнь так или иначе была связана
Сегодня программы «Лаборатории путешествий» и детских лагерей «Большое Приключение» представляют собой стройную систему – обоснованную, хорошо методически проработанную, но к этому вела долгая дорога, и, мне кажется, полезно было бы рассказать о ней. В свое время, изучив опыт многих людей, отсеяв лишнее и взяв самое основное, я и мои коллеги смогли в значительной степени продвинуться в своей работе, добиться неплохих результатов. И теперь хотелось бы, чтобы специалисты, работающие в сфере воспитания, могли взять что-то полезное и ценное из нашего опыта, идти вперед, совершенствоваться, развиваться. Активный туризм – это «золотое дно» современной педагогики, и чем больше разработчиков и новаторов будет в этой области, тем лучше для всех – для детей, родителей, учителей, руководителей образовательных организаций, для нашей страны в целом.
Строго говоря, первыми по этой дороге пошли, конечно, не мы. Наши корни, наша основа основ – это золотой стандарт советского туризма. Недавно отмечалось знаковое событие: 40 лет назад команда лыжников под руководством моего отца Дмитрия Шпаро покорила Северный полюс. Все участники той легендарной экспедиции были классическими представителями замечательной школы советского туризма.
Они начинали ходить в походы еще в школе, со своими учителями. Кто-то на Урале, под Нижним Тагилом, кто-то в Семиречье в Казахстане, кто-то в Подмосковье. Все они стали людьми, принесшими много пользы обществу, стране, – не только и не столько тем, что покорили полюс, сколько своей основной деятельностью: кто-то как ученый, кто-то как гидростроитель, кто-то как врач. Но именно в походах шлифовались их личностные качества – сила духа, сила воли, выносливость, трудолюбие, смелость, умение помогать друг другу. Сейчас всем им больше 70, но они работают, а те, кто уже ушел от нас, работали и на больничной койке, до последнего. Таких людей воспитывал советский туризм, и это прекрасно.
И все же, я думаю, раньше люди ходили в походы с детьми чуть иначе. Они «не заморачивались» и не формулировали какие-то особые воспитательные и образовательные цели, они путешествовали
Я хорошо помню, что, когда в детстве ходил на лыжах из Опалихи в Подрезково или сплавлялся (на осенних каникулах, в ноябре!) по речке Пра в Рязанской области, наша задача была в первом случае – пройти от Ленинградской железной дороги до Рижской, а во втором – добраться из Спас-Клепиков до Брыкина Бора. Все! Встали – пошли, сели – погребли. Могли происходить невероятные вещи: от тяжести рюкзака ребята валились в снег или руки замерзали настолько, что весло из них нельзя было вырвать. Мы преодолевали себя, общались, приобретали навыки совместной работы. Но наши старшие наставники не проговаривали это, не внедряли в наше сознание, потому что это «само собой разумелось».
Так вот, мое убеждение: если ты акцентируешь внимание на некоторых принципиальных моментах, если анализируешь их вместе с детьми и уж тем более если ты проводишь несколько специально продуманных занятий или упражнений на развитие социальных компетенций, то эффект от путешествия будет на порядок выше.
Если вспомнить ту же самую Рязань, ноябрьские походы, речку Пра, которая покрывается первым льдом… Это, конечно, настоящее испытание для подростка – байдарочный поход на осенних каникулах. Тебе холодно, мокро, постоянный дискомфорт, и ты все равно гребешь, идешь к цели, помогаешь слабым, преодолеваешь дикую усталость ради успеха всей команды. И если бы вечером у костра проводилась беседа о событиях дня, если бы некоторые истины были озвучены и зафиксированы в сознании, то, может быть, я бы многое понял в 15 лет, а не в 25–30. Все-таки, чтобы чему-то научиться, ты должен не только сделать, но и понять, что ты делаешь, а
Я думаю, детский туризм должен идти к тому, чтобы стать явным (не подспудным, а именно явным!) методом развития важнейших социальных навыков. Должны появляться новые идеи, методические разработки, программы, которые будут нацелены на то, чтобы дети получали необходимый опыт для дальнейшей жизни.
Мир идет именно к этому. Очевидно, что какие-то профессии отмирают; то, чему ты учишься сегодня, – конкретные знания, умения и навыки – может не понадобиться завтра. Ты должен уметь адаптироваться к быстро меняющейся обстановке, должен оперативно принимать решения, находить контакт с новыми людьми. Если тебя выгнали с одной работы, ты должен не отчаиваться, а искать другую работу. Для новой работы недостаточно тех знаний, которые ты уже получил, – нужно пойти куда-то учиться заново. Наряду с предметными знаниями успешность человека будет определяться наличием каких-то других навыков. И путешествия такие навыки дают. Я в этом абсолютно уверен.
Советские традиции туризма прекрасны, но могут быть значительно обогащены. Для этого стоит обратиться к зарубежному опыту. В 16 лет я оказался в лагере «Видживаган» в Америке. (В ту пору были популярны международные обмены: русские дети поехали в Миннесоту, американские – на Кавказ.) Лагерь поразил меня не меньше, чем вся Америка, вместе взятая. Самое главное – работа
Сам лагерь «Видживаган» – небольшой, рассчитан на одновременное пребывание 100–150 человек, но групп, путешествующих вокруг, огромное множество. Существовал специальный скользящий график, что давало превосходный эффект. С каждой группой шел один инструктор. Мне понравилось, как с нами работал инструктор Том. Прошла четверть века, а я до сих пор его помню. Примечательно, что из России нас приехало 10 человек, но мы не путешествовали вместе, нас распределили по одному – по двое в разные группы. Конечно, это было очень умное и правильное решение. Приезжие не варились в собственном соку, а погружались в новую атмосферу, новую культуру, новое общение. И вот я и мой друг попали в группу к Тому и еще трем американцам. Меня поразило, какое огромное количество времени, особенно по вечерам, Том проводил в беседах
Я тогда думал: вот удивительно – с одной стороны, мы путешествуем, а с другой стороны, каждый момент этого путешествия работает на то, чтобы мы становились более самостоятельными, ответственными, помогали друг другу.
Именно тогда я четко почувствовал разницу между нашими активными путешествиями и американскими. В наших походах все эти психологические моменты подразумевались, но не прорабатывались, не проговаривались. Хорошо, если ребенок думающий, внимательный, сознательный, он сам все проанализирует и сделает правильные выводы. Но много ли таких? Для большинства детей необходимо делать «паузу» – отводить определенное время для рефлексии, обсуждения, чтобы за бесчисленными внешними впечатлениями не пропало нечто очень и очень ценное – личные выводы. Выводы, которые помогут в жизни, станут базой для нового опыта и дальнейшего роста.
Прошли годы. В начале нулевых удалось создать наш карельский детский лагерь «Большое Приключение»; забот, связанных с его открытием и развитием, было немало. Долгое время руки не доходили до того, чтобы обстоятельно изучить зарубежный опыт, но, конечно, я понимал, что лагеря активного отдыха в США развиваются и процветают.
Хороший опыт необходимо заимствовать!
Не стоит изобретать велосипед, действовать многие годы методом проб и ошибок, особенно когда речь идет о детях.
Если где-то действует хорошо отлаженная система детского активного отдыха, то надо съездить туда и ознакомиться
Часто приходится слышать: «Какие у вас инструкторы замечательные, какие они цельные и уникальные!» Это действительно так, но это плод большой работы: отбора, обучения, повышения квалификации. И в основе всего лежит наш мощный документ, разработанный сильными профессионалами.
Впрочем, первое знакомство
Телефоны там забирают на все время участия в программе, и всеми деталями похода Вика делилась по возвращении. Переписка, кстати, разрешена и поощряется, но речь идет только о письмах, написанных от руки.
Ежедневно
Инструктор лишь изредка корректно задавал вопросы: «А как ты думаешь, где мы сейчас?
А сколько ты нам даешь еще на поиски дороги, темнеет вроде…» В результате ночевала их пятерка в этот день отдельно от всех остальных.
Однако программа выстроена четко, и то, что каждая подгруппа несет снаряжение, достаточное для автономной ночевки, обговаривается и организуется заранее, до выхода на маршрут. Самое забавное, на следующее утро обнаружилось, что ночевали они совсем не далеко от другой подгруппы – метрах в 500, не более. Пешая часть программы длилась 17 дней, а потом все участники пересаживались на рафты, чтобы 9 дней наслаждаться сплавом.
На протяжении всего пути готовили только на примусах – это один из принципов большой экологической политики: все путешествие подчиняется ряду жестких правил, за их невыполнение строго наказывают. Диких животных в Америке много, но идти в поход из-за этого не боятся, а просто тщательно готовятся. Каждая команда вооружена специальным спреем от медведей, на ночь продукты кладутся в сетку, запираемую на электронный замок со звуковой сигнализацией, заставляющей крупных животных держаться на почтительном расстоянии.
Когда вся команда пересела на рафты, инструкторский состав был обновлен: из прежних осталась только одна женщина – видимо, самый универсальный инструктор. Сплав на четырех рафтах, по словам Вики, мероприятие гораздо более простое, чем пеший поход: рюкзак плечи не давит, ноги не нагружены. Но от выполнения обязанностей ребят никто не освобождал: все должности были расписаны в табличке, размещенной на видном месте.
В программе присутствовал и образовательный компонент. В путешествие в обязательном порядке бралась библиотека – несколько книг (в пешем путешествии поменьше, в водном – побольше). По вечерам подводились итоги дня (ребята рассказывали о своих впечатлениях, задавали вопросы, решали организационные проблемы) и непременное чтение. Иногда книги подключались непосредственно к познавательному процессу по ходу путешествия. Например, инструктор знает, что в этот день группа обязательно пройдет мимо рощицы, где будут преобладать такие-то деревья. Он дает Вике книжку или статьи про эти деревья и просит подготовить небольшое сообщение. Группа приостанавливается на маршруте, и Вика выступает в роли экскурсовода. «А сейчас я вам расскажу об айдахской сосне…» – и далее: средняя высота, продолжительность жизни, где растет и т. д. Или, например, пристают рафты к берегу, и кто-то (заранее подготовившись) говорит: «Здесь неподалеку живет удивительный человек – он написал несколько учебников по математике. или спас троих детей из горящего дома. или сделал еще что-то выдающееся».
Эта поездка дала обильную пищу для размышлений. Впечатляли степень доверия к ребенку, отсутствие боязни сойти с маршрута и ночевать раздельными группами. И тут я вспомнил еще один урок – из бурной молодости. Я сменил одну школу на другую, ушел и из нее, сдавал выпускные экзамены экстерном, поступил в МГИМО. Через два месяца бросил. Просто институт, что называется, «не зашел»: не понравились атмосфера и люди. Понятно, что, какой бы сын ни был умный, чтобы он поступил в МГИМО в 90-е годы, родители должны были приложить определенные усилия. А если родители прикладывают усилия, им должно быть очень обидно, что ребенок не воспользовался предоставленными возможностями, и, по идее, ничего, кроме ора и наказаний, быть не могло. У меня этого не было, а был мудрый отец Дмитрий Игоревич, который сказал: «Матвей, есть возможность принять участие в российско-американской экспедиции на снегоходах – 1,5 тысячи километров по Чукотке, 1,5 тысячи километров по Аляске, по реке Юкон, о которой Джек Лондон писал свои рассказы». И вот я в феврале – марте оказался на Чукотке в Беринговом проливе, в первый раз увидел что-то
подобное. Я был одним из 10 участников, мне исполнилось только 17, но отношение ко мне было абсолютно такое же, как к любому другому члену команды. Я первый раз почувствовал, что со мной разговаривают на равных, что к моим словам прислушиваются, что от моего мнения что-то зависит и если я скажу что-то неправильно, то, может быть, эту неправильную точку зрения учтут, и в результате всем будет плохо. Один месяц, проведенный в экспедиции, разложил все по полочкам в подростковой голове.
Так, может быть, если дать подростку возможность хотя бы в течение одного дня принимать решения, определяющие жизнедеятельность целой группы людей, это тоже совершит переворот в его сознании? Может, он поймет, что жизнь – это не компьютерная игра, где все понарошку и можно пройти любой уровень заново. Если совершит ошибку, то почувствует негативные последствия во всей полноте (причем не только он сам, но и вся команда), но если примет правильное решение, то ощутит и успех во всей полноте. И то и другое будет полезно. Такие размышления и такой личный опыт лежали в основе будущих разработок большинства программ ГБУ «Лаборатория путешествий» и молодежных лагерей «Большое Приключение». #
В 2000 году был создан лагерь «Большое Приключение». Так появилась площадка, на которой можно было начинать первые осторожные эксперименты по изменению традиционных подходов к детскому туризму. И это было весьма своевременно: именно в начале нулевых общество столкнулось
Однако если в плане обеспечения безопасности любой технический прогресс нам только на руку, то в плане личностного развития детей все гораздо сложнее. Многие родители уже давно столкнулись с тем, что взросление в эпоху высоких технологий приводит к неоднозначным результатам. Я имею в виду не только очевидные минусы вроде компьютерной зависимости, но и некие подводные камни: несамостоятельность детей, их неспособность принимать решения и брать на себя ответственность, их ведомость и пассивность, нежелание мыслить и творить, индивидуализм и потребительское отношение к жизни и многое другое. Но ведь для людей, занимающихся активным туризмом, вполне очевидно, что именно походы могут решить большинство подобных проблем, стать палочкой-выручалочкой современной педагогики.
В путешествиях, в отрыве от дома и заботливых родителей, дети взрослеют на глазах, они становятся самостоятельней, и это вполне закономерно. Однако, как я уже сказал, надо было уходить от принципа «само собой разумеется» и переходить к целенаправленной работе. Для начала усилим путешествия за счет «дня самоуправления». Только «день самоуправления» – это все-таки игра, в путешествии все серьезней, и, прежде чем дать разрешение на проведение такого мероприятия, инструктор должен объективно оценить способности группы. Итак, наблюдая за своими подопечными на протяжении многодневного путешествия, за пару дней до конца похода инструктор принимает решение: сможет ли группа провести один день без его командования? Конечно, полностью устраниться руководитель не мог, поскольку отвечает за жизнь и здоровье детей, но стать наблюдателем или простым участником – вполне. Не всегда инструктор давал добро на самостоятельный поход: если в команде были конфликты или дети морально и физически были не готовы к подобному мероприятию, поход заканчивался в обычном порядке. Но в случае положительного решения команда выбирала себе предводителя и оставшуюся часть маршрута преодолевала под его руководством. Самостоятельный поход оказался хорошей находкой: зная о такой возможности, дети старались доказать, что они достойны доверия, и прикладывали больше усилий на маршруте. И потом это событие становилось кульминацией путешествия, экзаменом без экзаменатора: всем становилось ясно, способны ли они договариваться, работать на общий успех, команда ли они, одним словом.
Следующим шагом стало введение в новых программах должности «лидер дня». Каждый день дети выбирают человека, который на следующие сутки станет руководителем группы, будет прокладывать маршрут и принимать самые принципиальные решения. Инструктор становится наблюдателем и только в самых сложных ситуациях дает советы «лидеру дня». Такая система позволяла продвинуться вперед: если в самостоятельном походе только один человек из группы мог попробовать себя в роли руководителя, то
«Как часто люди просто садятся под деревом и отдыхают, восстанавливаются, размышляют, думают, рисуют, ведут дневник? Все наше время наполнено какими-то делами, шумом, суетой, загруженностью, это занимает почти все время бодрствования, оставляя ничтожно мало времени для того, что называется роскошью рефлексии».
Возможно, банальная мысль. Однако мы слишком часто игнорируем простые истины, а они могут оказать большое позитивное влияние на нашу работу. Рефлексия – это как раз то, что мне особенно понравилось в американском лагере. Все происходящее анализируется, делается необходимая пауза, чтобы произошедшее закрепилось в сознании ребенка правильным образом. Тема рефлексии нашла развитие в наших программах, и об этом будет еще сказано, но сейчас речь о дневниках, ведь это тоже разновидность рефлексии.
Мы просили инструкторов вести записные книжки и заносить в них наблюдения за каждым ребенком и всей группой, описывать текущие события, особенно подробно останавливаться на конфликтах и проблемах, делать педагогические и организационные выводы. Читая записи инструкторов, я часто натыкался на поучительные истории. А когда была введена должность «лидер дня», посыпалось много откровений, связанных с тем, как дети проявляли себя в роли руководителей. Приведу несколько ярких примеров.
когда ребенок становится «лидером дня», он, помимо того что пытается организовать весь процесс в целом, сам чаще берется за какие-то задачи, особенно те, что посложнее.
Конкретный пример: мальчик Игорь – «лидер дня», группа приходит на стоянку. За спиной остался очень сложный переход, под сильнейшим дождем, ребята пришли на стоянку усталые, замерзшие и мокрые. В такой ситуации крайне важно все делать быстро – ставить лагерь, разводить костер, готовить еду… Но дело происходит в Краснодарском крае, местность гористая, и стоянка в виде ровной площадки около источника воды – редкость. Поход за водой – иногда целое мероприятие, и, к несчастью, в тот раз было именно так. Спуск к воде мокрый и грязный, по глинистому месиву нужно было идти вниз, а потом
И это не исключительный случай. Мы регулярно наблюдаем, как у детей, назначенных «лидерами дня», просыпается активность, они берутся за дела, от которых обычно всеми силами хочется отвертеться. Ребенок, поставленный во главе команды, чувствует особую ответственность.
Задумайтесь, насколько здорово еще в детстве осознать и принять мысль, что руководитель – это не тот, кто сидит в кожаном кресле и покрикивает на остальных. Это человек, на котором лежит большая ответственность за все происходящее.
В походе руководитель в том числе тот, кто ползет
Случаев, подобных вышеописанным, было довольно много. Дети начинали проявлять себя как лидеры, открывались с совершенно неожиданной стороны. Но ведь, согласитесь, это не просто путешествие! Мы заранее продумали и создали условия, которые помогли детям раскрыться. В данном случае – ввели должность «лидер дня» и поставили перед ребенком задачу: провести группу по маршруту, определить, где она будет делать привал, что приготовить на обед и т. д., то есть поруководить всем процессом, а инструктора попросили «самоустраниться». Так постепенно родилось понятие «спроектированное путешествие». Поскольку данное название не является общепринятым педагогическим термином, остановлюсь на нем поподробнее.
Спроектированное путешествие целенаправленно выстраивается под решение какой-либо психолого-педагогической задачи. Например, развитие навыков управления временем (тайм-менеджмент), раскрытие лидерского потенциала, формирование навыков проектной деятельности, работы в команде и т. д. Я убежден, что благодаря путешествиям можно решить практически любую психолого-педагогическую задачу, раскрыть и развить любые стороны личности.
При этом увеличение туристского опыта способствует получению опыта, связанного
Важное отличие наших спроектированных путешествий от стандартной работы
В путешествии все по-настоящему: не надо ни во что играть, не надо придумывать специальных трудностей и препятствий. Задача организаторов только определить, насколько предлагаемая реальность будет сложной для участников. Можно, например, покорить Эльбрус – это будет трудное путешествие, а можно сделать легкий трекинг в предгорьях Кавказа. Причем я думаю, что сложность пути должна все-таки чуть-чуть превышать реальный опыт участников, тогда все процессы становятся более интересными и увлекательными и приносят больше пользы. Скажем, я люблю играть в настольный теннис, но только
Очень важный феномен активного туризма – работа в группе. Я являюсь принципиальным сторонником мини-групп, когда каждый ребенок «как на ладошке» и у него есть максимальная возможность проявить себя. Поэтому следующим шагом после введения должности «лидер дня» стало деление группы из 10 человек на две пятерки.
Работа в мини-группе дает огромное поле для анализа. У каждого ребенка появляется своя траектория движения к поставленной общей цели (которая сформулирована при проектировании путешествия), и эта траектория корректируется не столько инструктором, сколько другими участниками.
Работа в мини-группе, плюс реальные сложности, плюс последовательность упражнений на достижение поставленной психолого-педагогической цели дают удивительное сочетание, которое, безусловно, определяет уникальность спроектированного путешествия.
Необходимо отметить, что сам процесс обучения в путешествии должен быть продуман, структурирован. В уже упомянутой книге Дж. Кейна, М. Каммингс и Д. Стенчфилд
В любом путешествии множество возможностей для осмысления полученного опыта – это факт, но только совсем не факт, что дети эти возможности видят. Если в повседневной жизни их не учат обдумывать и анализировать происходящее с ними, то почему они начнут это делать в походе?
И тут мы снова приходим к понятию «спроектированное путешествие»: давайте такие возможности искать, вводить как полноценный элемент программы. Ведем дневники, делаем паузы после каждого упражнения «Веревочного курса» для обсуждения и анализа, вводим творческие и художественные элементы программы, и наконец, важнейший момент – вечерняя «свечка». Забегая немного вперед, скажу, что педагоги с большим опытом работы – директора московских школ – отмечали, какую огромную силу воздействия на детей имеет вечернее обсуждение всего произошедшего за день. Конечно, «свечка» – не наше изобретение, это довольно распространенный прием психологической работы в детских лагерях. Но в том и видится одна из задач: использовать лучшие методические разработки и наших, и зарубежных специалистов для достижения целей спроектированного путешествия.
Следующий важный момент – перенос полученных в походе навыков в дальнейшую жизнь. Речь идет, конечно, не о технических навыках вроде вязания узлов или установки палатки, а о тех социально значимых умениях, которые ребенок смог усвоить: например, планировать свое время, договариваться с товарищами по команде, заботиться об окружающих людях. Без этого «переноса навыков в жизнь» наша работа теряет большую часть смысла, а отследить данный процесс довольно сложно. Но все-таки обратная связь существует: нам пишут и звонят благодарные родители, часть детей приезжает в лагерь по второму, третьему, четвертому разу. Если речь идет о школьных группах, то поддерживаются контакты
При всех тех замечательных перспективах, которые открывает перед нами усовершенствованный детский туризм, есть ряд трудностей, если не сказать сильнее – препятствий.
Наше общество с предубеждением относится к походному отдыху. Ушло время, когда активный туризм был популярен, когда сформировалась целая походная культура. Со своими ценностями, своими авторитетами, своими песнями, книгами и фильмами. Это было очень важное и ценное достояние советского общества, но оно в значительной степени утрачено, приходится его восстанавливать, но приспосабливая к потребностям сегодняшнего дня.
Для того чтобы сделать проект, который смог бы сдвинуть существующую ситуацию с мертвой точки, надо было учесть целый ряд факторов. Главное – кого нужно привлечь к участию, чтобы был не просто пиар, не просто одноразовый эффект в СМИ, а реальный, ощутимый результат. Чтобы возродиться, детскому туризму нужны союзники, адепты, харизматичные лидеры, которые поведут за собой. И тут я вспоминаю свое общение
Но все это «взрослые» доводы и причины, а что дети? Понравится ли им подобная затея? При разработке любых мероприятий я всегда стараюсь поставить себя на место ребенка. Была бы мне, 15-летнему Матвею Шпаро, интересна такая программа, захотел бы я отправиться в путешествие
Истоки подросткового бунта в том, что молодой человек чувствует себя взрослым, а к нему относятся как к ребенку. Он хамит, крутит пальцем у виска: «Вы что?! Я хочу гулять столько, сколько хочу. Я лучше знаю, когда мне готовиться к ЕГЭ, услышьте меня, я буду сам принимать решения!»
Протестуя, доказывая свою независимость, подросток может наделать глупостей: отсюда «зацеперы», «синие киты» и т. д. А мы предлагаем реальную, причем подконтрольную, альтернативу.
«Ты взрослый? Хочешь принимать решения? Пожалуйста, принимай! Сколько угодно, целый день. Вот тебе карта, вот компас, а это – группа людей, за которых ты отвечаешь. Каким путем ты их поведешь, туда они и придут. И что у них будет на обед, тоже решишь ты». И таким способом ребенок на практике постигает, что обратная сторона медали под названием «я – самостоятельный» – это ответственность за свои действия. И тут в зону твоей ответственности попадает еще и директор школы, это очень круто. В том числе это и адреналин, которого так ищут многие подростки. И кроме того, если я с человеком ем кашу из одного котелка, то в дальнейшем получаю некоторые особые права на общение
Словом, как ни посмотри, проект обещал быть интересным, содержательным и открывающим новые перспективы. Но реальность не просто оправдала мои ожидания, а многократно их превзошла. #
Когда на странице в Фейсбуке было объявлено о старте проекта #директорВпоход, на меня обрушился поток комментариев и более 40 директоров сразу сказали: мы хотим, мы будем участвовать, мы пойдем! Это удивило. Ведь для того чтобы включиться в такой необычный проект, нужна большая смелость. Смелость покинуть уютное кожаное кресло и сделать шаг навстречу детям. Путешествие всех сближает, но оно же всех уравнивает – если мокро, то мокро всем, если трудно, то трудно всем. Директор встает на один уровень
Чем уникально путешествие? Оно изначально содержит условия, которые ты не можешь изменить и которые от тебя не зависят. Если два дня идет дождь и надо пройти 20 километров, то тут нет вариантов, ты должен идти, неважно, директор ты или ребенок. Если ты – директор, это только усугубляет ситуацию. Ты прекрасно знаешь, что, когда все закончится и дети вернутся в школу, они будут все вспоминать и рассказывать одноклассникам, родителям, другим учителям. Что они ответят, когда друзья их спросят: «Как там наша Лариска? Сдулась?» Не думаю, что директора понимали это изначально, что они до конца осознавали, на что шли.
Мне вспоминается, как мы ходили на лыжах на Северный полюс
Итак, желающих попробовать оказалось неожиданно много. Однако есть требования логистики, которые определяют, что называется, пропускную способность проекта – только восемь директоров и восемь школ. Восьми командам предстоит отправиться в путешествие в горный район Краснодарского края; им нужно обеспечить необходимый уровень безопасности и качественное снаряжение. Всего порядка 100 человек одновременно.
Выходит, надо отобрать из 40 заявок 8. Когда мы обсуждали это с Марианной Владимировной Лебедевой, руководителем ТемоЦентра Департамента образования города Москвы, она предложила провести туристское испытание – пусть директора пройдут через определенные трудности. Мнение Лебедевой было мне по душе. И даже не столько потому, что вступает в действие принцип отсева – «пройду – не пройду», сколько из-за того, что человек может действовать по принципу: «Пройду, узнаю, что да как, и приму решение». Мне казалось, что испытание должно быть максимально приближенным к тому, что может встретиться в походе. Директор должен почувствовать (или вспомнить), что такое рюкзак, причем тяжелый рюкзак – килограммов 20, понять, как ориентироваться по карте… Конечно, в полной мере смоделировать путешествие в условиях города трудно, но мы решили проложить дистанцию в 2–3 километра в лесной зоне парка «Сокольники».
Чем ближе был день испытания, тем больше приходило писем со словами, что в силу разных причин – обучение, командировка, здоровье и т. д. – на испытание человек не придет. Таким образом, факт испытания, того, что нужно переходить от слов к делу, сам по себе производил отбор. Ко дню икс команда желающих сократилась вдвое, в итоге пришло 20 заявок. Тем временем «Яндекс» неизменно показывал, что будет дождь. В субботу – ясно, в понедельник – ясно, а в воскресенье – дождь. При этом, как потом выяснилось, основная масса дождя пришлась на территорию парка «Сокольники» именно
Настал час испытания. Рюкзаки были тяжелые – реально тяжелые, шел дождь, и он усилился, когда все надели рюкзаки, вынырнули из-под тента и направились к своим контрольным пунктам. В какой-то момент я испугался, что директора не оценят предложенную мной программу, но… они все возвращались довольные и счастливые!
Промокшие насквозь, они радовались тому, что оказались в одном месте друг с другом, и это было очень искренне. Вот эта искренность является самым ценным в нашем проекте.
Конечно, кто-то из них не прошел отбор, стал девятым, десятым и т. д., но наше маленькое приключение всех очень сплотило.
Дальнейшая подготовка к путешествию проходила не в столь экстремальных условиях, однако была не менее интересной и насыщенной. Инструкторы «Лаборатории путешествий» разошлись по школам – проводить занятия по начальной турподготовке для детей, однако хотелось, чтобы проект #директорВпоход был интересен всем: и детям, и директорам, и инструкторам, на всех своих этапах, чтобы каждая его составляющая обогащала людей новыми впечатлениями. Я снова обратился к своему опыту, вспомнив выступления перед различными аудиториями в качестве мотивационного спикера.
Деятельность эта для нашей страны относительно новая, но довольно интересная и полезная. Не хотелось бы, чтобы возникли ассоциации
Хорошая мотивационная лекция не может быть рассчитана на огромную аудиторию, она должна дать людям возможность задуматься, что-то проанализировать, сопоставить, сделать собственные выводы на будущее. Меня приглашают в серьезные бизнес-коллективы, ставят вполне конкретную задачу: например, сделать акцент на зависимости результата проекта от усилий каждого, или проиллюстрировать необходимость ответственного отношения к работе, или рассказать о важности критического мышления. Вспоминая свои полярные экспедиции, поражаешься их многогранности: всегда можно вспомнить массу ярких ситуаций, иллюстрирующих самые разные темы, предложенные мне как лектору. Мои в хорошем смысле «конкуренты» в этой деятельности – космонавты, им приходится долго жить и действовать в экстремальных условиях, и их часто приглашают поделиться полученным опытом.
На подобных мероприятиях я люблю рассказывать историю про то, как мы
А для этого, как мне кажется, надо немножко оторваться от того бытового уровня, на котором ты застрял, и взглянуть на ситуацию с некой высоты. Тогда у тебя появится возможность увидеть новые пути, которые позволят тебе развиваться, позволят сделать несколько более продуктивных шагов.
Каждый раз, когда мы ставили лагерь и располагались на отдых в палатке, встречный дрейф относил нас
Практически любые сложные ситуации из серьезной экспедиции можно спроецировать на обычную жизнь. Конечно, лекция, выступление это не само путешествие. Но слушатели в той или иной степени становятся соучастниками, они сопереживают, проникаются, делают свои выводы. Поэтому эффект от такого рассказа, несомненно, есть и довольно заметный. Собственно, иначе люди, занимающиеся развитием бизнеса, не стали бы организовывать подобные мероприятия.
Что-то похожее мне хотелось провести и для участников первого заезда проекта #директорВпоход. Для этого были приглашены два очень интересных, многого добившихся в жизни человека. Первый – это известная актриса театра и кино Алиса Гребенщикова, второй – спортивный психолог, мастер спорта по парусному спорту Александра Решетова.
Мы обсуждали тему лидерства, правильного управления коллективом, а многочисленные слушатели в зале задавали вопросы и высказывали свое мнение. Поначалу речь шла просто об ответственности каждого человека за свой вклад в общее дело. Ведь неважно, какую должность ты занимаешь, – от твоих действий зависит общий успех. «Тот, кто подает реквизит в театре, может "сломать" всю постановку», – сказала Алиса. «Тот, кто закупает продукты для путешествия, может поставить под угрозу жизнь участников экспедиции, – добавил я, – исторических примеров масса». Хороший исполнитель – важнейшая фигура в любом деле и, может быть, не менее важная, чем хороший руководитель. И тотчас встал вопрос: а нужно ли руководителю быть сперва хорошим исполнителем, уметь подчиняться? Или можно сразу встать во главе какого-то дела и начать управлять процессом? Слово взяла Александра Решетова. Она сказала, что на паруснике в команде есть люди, которые вытягивают канаты, сворачивают и разворачивают паруса, а есть рулевой. Вроде простая задача – рулить, но он должен понимать, чувствовать, знать, а успеют ли ребята, вытягивающие веревки, их накрутить или раскрутить, когда ты поворачиваешь лодку. Даже на этом совсем банальном уровне хороший рулевой – тот, кто до этого научился хорошо работать с веревкой. Потому что тогда он все понимает не на уровне «как там в методичке написано». Он знает, что происходит, когда веревка скользкая или сильно намокла или когда она промерзла. Он учитывает многие факторы внешней среды, испытанные на собственной шкуре. Мне кажется, это отличный пример.
В путешествиях мы учим детей быть лидерами, стоять во главе команды, управлять ею. Но, похоже, не до конца понимаем весь потенциал своих проектов. Может быть, самое важное – то, что в спроектированных нами
путешествиях ребенок один день руководит, а следующие несколько дней подчиняется, выполняет указания других лидеров – своих товарищей. И еще большой вопрос, в какие дни он сделает самые правильные выводы.
Встреча получилась яркой, теплой и запоминающейся. Все-таки важно, когда люди публичные, узнаваемые приходят к детям и делятся опытом, размышлениями.
Итак, отбор участников и подготовка к путешествию были закончены, и наступил кульминационный момент программы – путешествие. #
Как было сказано выше, в активном путешествии можно успешно обнаружить лидерские задатки в детях. Такие методы, как деление групп на пятерки, вручение руководства подросткам, дали хорошие результаты. Но следовало двигаться дальше: одно дело – обнаружить способности, дать ребенку возможность почувствовать свои силы, другое дело – обучить. И здесь получилась интересная штука: присоединяя к группе директора, мы таким образом включали в нее супертренера по управленческим навыкам. Современный директор московской школы постоянно обучается, аттестуется, повышает свою квалификацию как управленец. Существуют «управленческие среды» и другие мероприятия. И это хорошо, потому что способности к руководству, как и любой талант, сначала нужно обнаружить, а потом длительно и упорно тренировать. На Западе широко распространены приключенческие курсы для менеджеров, представляющие собой спроектированное путешествие
В проекте #директорВпоход путешествие строилось следующим образом. Есть группа из 10 детей, 1 директора и 2 инструкторов детского туризма. На вечерней «свечке» выбирались два «лидера дня» на следующий день. Группа делилась на две части по пять детей, к каждой подгруппе прикреплялся инструктор, и с одной из подгрупп (чаще на свое усмотрение с какой) оставался директор. Как делились группы, как выбирались «лидеры дня» – жестких правил не существовало. Чаще всего мы полагались на опыт и фантазию инструкторов. «Лидеры дня» могли назначаться в результате жеребьевки, а могли быть выбраны самими ребятами (естественно, тот, кто уже побывал «лидером дня», потом в выборах или жребии не участвовал, ведь попробовать должны были все дети). Группы делились тоже по-разному: например, дети тянули веревочки с узелками и без узелков или конфеты двух разных цветов. Результаты такой жеребьевки могли быть весьма неожиданными: случалось, что в одну из подгрупп попадали только девочки или только слабенькие участники. Другой вариант – когда два «лидера дня» по очереди набирают себе команды: ты – ко мне, иди направо, а ты – ко мне, иди налево и т. д. Сложный момент – распределение снаряжения и еды. Главная задача – чтобы в случае, если в конце дня подгруппы не встретятся, каждая из них могла существовать автономно, чтобы им хватило палаток, кострового оборудования, еды на сутки – двое. Как будет понятно из дальнейшего рассказа, такие ситуации действительно возникали и становились своеобразной кульминацией путешествия для некоторых групп.
Каждая подгруппа должна была пройти из точки А
Процесс управления коллективом имеет свою логику, свои внутренние закономерности, принципы и правила. Я не собираюсь распространяться об этом, но хочу показать на живых примерах, что в походе дети реально пробуют себя в роли руководителя, пытаются управлять командой и получают бесценный опыт.
Это не фикция и не голословная декларация. А если рядом
В нашем путешествии директора выбрали две линии поведения, две тактики работы с детьми: кто-то полностью «выключался» на маршруте в течение дня и только наблюдал, а на вечерней «свечке» анализировал произошедшие события. А кто-то по ходу путешествия делал замечания, давал подсказки и даже устраивал провокации. Нельзя сказать, что какой-то стиль лучше, какой-то хуже, какой-то правильный, а какой-то нет. Просто одни органично делали одно, а другие – другое, и в обоих случаях это работало.
Итак, путешествие как тренинг управленческих навыков. В этой главе слово главным героям книги – директорам московских школ, решившим стать участниками проекта #директорВпоход.
Одной из самых типичных и распространенных ошибок детей в роли руководителей было неумение делегировать полномочия и, соответственно, стремление сделать все самостоятельно. Эту ошибку отмечают абсолютно все директора, вернувшиеся из путешествий.
В походе же какие ресурсы? Прежде всего это палатки, спальные мешки и, конечно, пища и вода, которые мы
Все директора, возвращаясь из походов, говорили, что путешествие как управленческий тренинг – это хорошо работающая, эффективная методика. Причем это касается не только детей, но и самих директоров как руководителей. Одна из директоров сказала, что важная компетенция руководителя – передавать свой опыт и растить кадры. Она же предложила засчитывать это мероприятие директорам как курсы повышения квалификации. #
Не хотелось бы рисовать некую умилительную картинку: идет себе директор школы
Надо помнить, что директор московской школы – мегазанятой человек: несколько корпусов, объединенных в один комплекс, тысячи учеников, сотни сотрудников. Полноценно погрузиться в подготовку к походу получилось далеко не у всех, даже проанализировать информацию о том, что их ждет, порой не хватало ни сил, ни времени. Одна из директоров уже после похода призналась: «Мы не задумывались, будет ли это действительно поход или за нами будет команда сопровождения ходить, туалет носить». Кто-то слышал слова: «Приезжаете в базовый лагерь» – и представлял себе картину: стандартный детский лагерь с корпусами, кроватями, столовой.
Безусловно, директорам все заранее рассказывается и даже показывается в видеороликах. Но вот ведь парадоксы человеческого восприятия: каждый видит и слышит информацию и одномоментно редактирует ее. Кто-то представил себе палатку, в которой можно стоять в полный рост, кто-то подумал, что «вот это для детей, а для нас, директоров, что-то придумают», и только часть директоров восприняла информацию объективно, без домысливания. Надо отдать должное: все держали лицо, приняли правила игры и прошли маршрут до конца. Более того, все вернулись довольными и спрашивают о продолжении проекта.
Может возникнуть резонное предположение: если директор идет в поход, в группе не может быть сложных детей. Выбраны мотивированные, активные ребята – «цвет школы». Это верно лишь отчасти. Во-первых, речь идет о подростках – о возрасте, как известно, сложном. Во-вторых, это дети городские, большинство оказались в походе впервые. И наконец, в-третьих, не всегда группы набирались по принципу «лучшие из лучших». Предлагаем выдержки из инструкторского дневника. Характеристика группы на старте: «Грубое отношение друг к другу. Незаинтересованность, отсутствие целей. Быдловатость. Рассеянность. Безынициативность. Активность и потребность в общении как друг
Выписки из дневников других инструкторов: «Максимально косячный день. Сделаны практически все возможные ошибки. На полтора часа задержан выход группы, суета на маршруте, полная апатия на стоянке. Когда вопрос не касается работы, коммуникация на высоте: шутки-прибаутки, песни, болтовня. Но когда все мокрые и усталые и надо собрать дрова – начинаются грызня, конфликты. На "свечке" все откомментировали минусы и плюсы. В большинстве случаев комментарии были грамотны и четки. Уповаем на то, что будут сделаны правильные выводы».
Характеристика группы: «Держатся двумя группами – "М" и "Ж". Девушки ругаются по любому маленькому поводу. Каждая хочет оставить последнее слово за собой. Парни в этих разборках не участвуют. У них в мини-подгруппе мир и взаимопонимание. Девушки, если нужно делать, спорят, парни – делают».
Об одной участнице: «Маникюр важнее команды и всего на свете».
О группе: «Дисциплина, которой не было, упала до нуля».
Это только наиболее показательные выдержки. Но и их достаточно, чтобы понять: легко не было никому – ни директорам, ни детям, ни инструкторам.
Добавьте к этому, что директор – человек не железный, он может чувствовать себя плохо, болеть, он может ошибаться и сильно из-за этого переживать. Для директоров это тоже проверка на прочность. Проект позволил еще раз убедиться, что наши директора школ – замечательные, добрые и стойкие люди.
Из дневника
Татьяна Мансурова – директор, который в беседах после похода демонстрировала просто удивительную погруженность в личность каждого ребенка, отправившегося путешествовать
К сожалению, у нас получилось так, что человек, желая быть лидером, забывал о том, что за ним идут люди, что они физически могут уставать и не всегда готовы прощать ошибки. Коля был очень подавлен остаток дня, уходил обижаться в кусты, пытался привлечь к себе внимание. Надо сказать, что остальные дети повели себя достаточно зрело: они не объявляли ему бойкот, не делали демонстративных жестов, отношения остались прежними, но
Надо отдать должное инструкторам: они очень деликатно и грамотно проговорили на "свечке" всю ситуацию, подводили Колю к осознанию своих ошибок. Я думаю, они спровоцировали у Коли начало какой-то внутренней работы».
Выстраивание отношений с детьми – задача непростая, тем более если ты уже несколько лет не преподаешь и погружен в решение совершенно других проблем: нанимаешь на работу и увольняешь, распределяешь ресурсы, организуешь ремонты, контролируешь выполнение приказов… Этим и ценна наша программа – она приближает директора к детям, но этим она и сложна. Не всем было легко переключиться и сразу настроиться на нужную волну. Иногда инструктор мог пожаловаться: «Директор довольно отстраненно
Не всем удалось проникнуться сущностью программы и «выключить» в себе директора. Рассказывает
Другой инструктор описывал и более сложную ситуацию, когда директор вмешивался всегда и всюду, причем не советом, а готовым решением. Он мог брать инициативу на себя, даже когда дети устали и настаивали на ночевке, изо всех сил начинал мотивировать их идти вперед и был уверен, что он прав. Тогда инструктор оказывался в весьма сложном положении, потому что не имел права создавать конфликтную ситуацию, а решить проблему самому не всегда получалось. Трудно объяснить человеку, который привык командовать и принимать решения, что здесь его навыки очень нужны, но только в виде опыта и консультаций. В какой-то момент одна из групп вышла на прямой конфликт с директором, и все ребята стали демонстративно поддерживать одного мальчика – неформального лидера группы – даже в тех ситуациях, когда он был неправ. Тем не менее эта команда, несмотря на хроническое противостояние директору, отлично прошла маршрут, и 9 из 10 детей заявили о желании продолжать ходить в походы.
Был случай, когда директор специально начал провоцировать группу на конфликт, но он делал это грамотно и
Мы все время говорим о рефлексии по итогам дня или по итогам всего похода, имея в виду детей, но у директоров была своя собственная неслабая рефлексия!
Рассказывает
Кто-то полностью пересмотрел свой взгляд на современную молодежь, что стало отличным стимулом для дальнейшей работы. Наверное, лучше всех это выражено в признании Юрия Вержбицкого: «Наши дети, на
первый взгляд, свободолюбивые, непоседы, своенравные. Но это только на первый взгляд. Они – очень добрые ребята, с большой любовью друг к другу относились, очень искренне друг друга поддерживали. Вообще, могу сказать о них только хорошее, и, признаюсь, это хорошее я увидел только в походе. И это меня потрясло. Они – реально наше будущее, за которое можно быть спокойным. Это люди высоких моральных принципов, и поход раскрыл мою педагогическую слепоту по отношению к ним. Я думал, они более черствые и жестокие, но это абсолютно не так».
Для того чтобы поставить в путешествии красивую и яркую точку, мы организовали на вокзале торжественную встречу. Играл оркестр, на перроне ждали взволнованные родители… Казалось бы, маленькая деталь (по отношению к масштабу всего проекта) – встреча на вокзале, но из таких деталей и складывается общее впечатление от программы. Можно просто вывалиться из вагона в объятия родных – тоже неплохо, но можно выйти и почувствовать: то, что ты делал последние недели, ценится высоко. Проще говоря, ты – герой. Все – и директора, и дети, и инструкторы – были большие молодцы, и хотелось это подчеркнуть и тем самым – да! – сделать еще один вклад в копилку мотивации для их дальнейшей деятельности. Не помню, кому пришла в голову идея встречать всех участников проекта как олимпийскую сборную, и самое забавное – до сих пор не могу понять, почему нам пошли навстречу. Наше письмо восприняли как нечто само собой разумеющееся; мы просили зал, дополнительную охрану, и руководство вокзала все это предоставило. Пригласили оркестр. Транспаранты готовили родители. Им специально не сообщались номера вагонов, чтобы они стояли организованно в одном месте и были частью красивой церемонии. Родители послушно все выполняли. Случайные прохожие на Казанском вокзале останавливались, начинали аплодировать и становились частью прекрасной массовки. Все получилось ярко, эмоционально и отлично дополнило содержание программы.
Поскольку с директорами установились дружеские, я бы сказал, доверительные отношения, начались обсуждения, обмен впечатлениями и построение планов на будущее.
Разберемся, почему так. Во-первых, группа организаторов – «родители» проекта. Тут все понятно – «родители» проекта всегда заинтересованы в его успехе.
Во-вторых, следующая группа – директора, и чрезвычайно интересный вопрос, почему для них это крайне нужное и выгодное дело. У директоров возникают замечательные возможности. Первое – взглянуть на своих детей не со стороны управления, а со стороны сотрудничества. То есть превратить "вертикальную" историю в "горизонтальную". Двери моего кабинета всегда открыты для ребят, но
В-третьих, следующий стейкхолдер – дети. Для них это совершенно невообразимая история. У меня в школе около двух с половиной тысяч детей, и из них только десять человек получили возможность сходить в поход с директором, посмотреть на руководителя другими глазами и пообщаться
И, в-четвертых, отдельная группа – инструкторы "Лаборатории путешествий". Скажу (и это не только мое мнение, но и мнение многих директоров), что молодые люди, работающие инструкторами, абсолютно уникальны. Из чего складывается уникальность? Две главные составляющие: понимание самого туристского ремесла, как все правильно сделать, чтобы выжить в тяжелых условиях. Палатки, тенты и т. д., и т. д. – все это доведено до автоматизма. Вторая составляющая – тонкое и глубокое понимание психологии детских групп, что крайне важно. При этом, если бы не было второй составляющей, первая была бы "омертвелой кожей". Мне доставляло огромное удовольствие наблюдать, как наши инструкторы общались с детьми. Но, помимо этого, у нас шло и свое общение: я задавал инструкторам кучу вопросов, они тоже "пытали" меня: "А как можно стать директором московской школы, а почему это интересно, что необходимо пройти, какие трудности в такой работе?" Было видно, что для инструкторов я не просто сопровождающий, к которому они привыкли в обычных походах с детьми, а человек другого статуса, поэтому они очень старались сделать все от них зависящее, чтобы с их стороны проект был максимально успешным.
Итак, все группы людей, задействованные в проекте, были крайне заинтересованы в его успехе, поэтому на успех он был обречен».
Эта оценка, данная не на вокзале, а спустя какое-то время после похода. Она и взвешенная, и продуманная. А сразу по возвращении все просто кипели положительными эмоциями. «Эффект? Бомба!» – ответила на мой вопрос одна из директоров. Такие восторги были несказанно приятны нам как организаторам, но важно было еще проанализировать, что дал проект каждой целевой группе.
Есть известная фраза: «Поход – это маленькая жизнь». В дневниках детей я нашел ее в «усиленном» варианте: «Поход – это маленькая жизнь, способная вырастить большую личность». Как меняло путешествие детей? Что оно дало им, помимо управленческих навыков?
И я понял, что они потихонечку от полного непонимания, зачем это нужно, от неприятия перешли к состоянию, когда это стало определенной потребностью. Именно переход от неосознанной необходимости к осознанной потребности и есть главное мерило некоторого роста, который произошел с ребятами за поход».
После участия в проекте #директорВпоход многие дети буквально заболели туризмом. Показательный факт: абсолютно все школы, принимавшие участие в проекте, изъявили желание отправиться в летний поход
Изменения в детях не могли не затронуть родителей.
Учителя, поначалу
Произошло явное усиление туристской работы в школах, принимавших участие в проекте. В некоторых школах принято решение об организации туристского кружка, кто-то из директоров отправил своих сотрудников обучаться на инструктора детско-юношеского туризма.
Отдельно нельзя не рассказать следующую историю. Два директора проявили большую настойчивость и инициативность, они захотели организовать совместный зимний поход для детей и директоров и попросили «Лабораторию путешествий» о содействии.
Зимнее путешествие – это особая, непростая история. Ко всем походным трудностям добавляются низкая температура, снег, ветер, это точно не мероприятие для директоров – новичков в туризме. Но Павел Северинец и Алексей Пономарев – люди сильные и опытные, поэтому было решено попробовать. Поскольку ко всему стараешься подходить с тщательностью и скрупулезностью, плюс хочется не стоять на месте, развиваться, я решил использовать их завидную активность как повод усовершенствовать наши привычные зимние походы.
Конечно, климатические условия определяют многое. Одно дело, если температура воздуха +15°, как было в Краснодаре, и светит солнышко. Ты сел на бревнышко, посмотрел на карту, подумал, куда идти. Все благоприятствует тому, чтобы заниматься созидательной обучающей работой. Зимой в Карелии —15…—20°, и у тебя уже нет возможности сесть и раздумывать над картой. Здесь у всех много физической работы, она нужна еще и для того, чтобы согреться, это основа в зимнем походе.
В Карелии у нас есть свои собачьи упряжки, они участвуют в походах, и мне все время казалось, что мы сильно недооцениваем, недоиспользуем потенциал собак и упряжек в зимнем путешествии. Как все обычно проходит? Четырехдневный поход, группа идет на лыжах, рюкзаки достаточно легкие, поскольку упряжка везет весь общественный груз, туда садится один ребенок, инструктор управляет, и они двигаются к точке ночевки. Таким образом, собаки вроде бы путешествуют вместе с детьми, но, с другой стороны, ребенок в санях – просто пассажир, и это, конечно, немного не по-настоящему. В Америке в Миннесоте (а это северный штат, чем-то напоминающий Карелию) живет наш друг Пол Шурке, занимающийся молодежным туризмом. У него есть туры на собачьих упряжках, но система другая. На каждых санях сзади на полозьях стоит не один человек, а два, а в санях – только груз. Я подумал, это принципиальный момент: ребенок будет не пассажиром в санях, а каюром, будет реально управлять упряжкой. Тогда ощущения от путешествия будут абсолютно другие. И мы начали думать, как нам внедрить подобную технологию. Посмотрели видео на сайте у Пола, обратили внимание на сани, на их конструкцию и в течение месяца сделали новые специальные сани, на которых сзади на полозьях могут стоять два человека. Помимо этого, необходимо было придумать новую технологию путешествия. В голове возникла следующая картина: группа состоит из десяти детей и трех взрослых (два инструктора и один сопровождающий). Они становятся участниками своей, абсолютно настоящей, карельской лыжно-санной экспедиции. Мы даже название придумали: поскольку там все надо делать быстро, светового времени мало – «Время не ждет». И связали это
Рассказывает
В нашей группе был мальчик, который не ходил в осенний поход. Было интересно наблюдать, как он удивлен, что другие ребята так спокойно общаются с директором. Это же директор! Парень не понимал, как это с директором можно нормально разговаривать, он шутит, ему в ответ тоже бросают какие-то шутки, и он на это нормально реагирует. Ребята сказали: "Да ладно, чаще ходи в походы – и будешь нормально общаться, и никаких вопросов у тебя не будет". При этом у нас абсолютно адекватное общение. В школе мы решаем какие-то вопросы, можем собраться посоветоваться, никто не переходит никакие грани, не сваливается в панибратство.
Зимой все необычно, все другое. Лыжи, собаки, общая палатка, коттеджи, бани… Формируется совсем другой уровень ответственности: ты отвечаешь за собак, которых надо кормить и поить, за инвентарь – палки, лыжи нужно проверить, прежде чем выйти на маршрут. Ребята разные: кто-то ходил на лыжах, кто-то – нет, никто из них точно не управлял собаками. Плюс лыжи абсолютно особые – не горные, не беговые. При этом, если говорить об опыте каюра, есть в голове прекрасный образ: ты стоишь на санях, собаки бегут, ветер в лицо, здорово! А у нас первые два дня это вообще не работало! Светило солнце, было жарко, полозья саней прилипали, собаки не хотели тащить. Хаски – очень мудрые, они не сумасшедшие, они не тащат, когда тяжелые сани, когда подлип или когда рыхлый снег. Ты работаешь
Первые два дня, когда мы шли вдоль железной дороги, были настолько сложными, что, я думал, свалюсь где-то в снег. Солнце светит, ты одет непонятно во что, в принципе, можно все с себя сбрасывать. Ты толкаешь и толкаешь эти сани. Собаки останавливаются по поводу и без повода. Потом мы стали собираться быстрее, выходить раньше, перед лыжниками, чтобы пройти еще по утренней прохладе и чтобы не была разбита трасса. Придумали целую стратегию, и вторые два дня похода нам доставили просто дикое удовольствие. У нас получились замечательные фотографии – на них все довольные и счастливые. Но для этого надо было преодолеть себя.
Лыжникам, кстати, было ненамного легче. Конечно, в базовом лагере было два дня подготовки, мы там катались, спускались, поднимались, но если ты начинаешь
Зимнее путешествие – настоящее физическое и психологическое испытание. Например, как спать на снегу? Все в первый раз спрашивали:
– А как же мы будем спать на снегу?
– Возьмете свои теплые спальники и будете спать.
– Ну все равно страшно! Печки не будет?
– Печка у нас лежит, но мы ее ставить пока не будем.
– А мы не замерзнем?
И т. д.
Утром все просыпаются: "Боже, как же жарко, ужасно! А мы еще печку хотели. Не надо печки, и так тепло".
Была интересная история с одним молодым человеком. У него такой характер: ему обязательно надо быть самым решительным и самым востребованным. У него на редкость мотивированные папа и мама, мотивированная семья – все направлено на успех, все по принципу: "Давай, ты лучший!" Мальчик великолепно катается на горных лыжах, это его сильная сторона. Но в походе вовсе не горные лыжи, это особые ходовые лыжи со своей спецификой – креплениями, тактикой ходьбы. И вот наш парень заявляется на лидерство, но у него все время не получается по тем или иным причинам. То плохо застегнет крепление, и оно отрывается, то еще что-то. Но он все равно вылезал вперед и шел первым. В конце концов у него слетела одна лыжа, он стал на нее опираться, топать, ломая лыжню, но впереди всех. Ему все говорили: "Зачем ты это делаешь? Ты же тормозишь группу!" Но он не слушал. Когда он не смог залезть на какую-то горку, то пошли уже подтрунивания со стороны ребят: "Ну что же ты? Чего, не получается? Ты же у нас канадский профессионал!" И вот когда мы, наконец, дошли и разбили лагерь, у нас была просто невероятная "свечка". Началось
Говорили мы очень долго, подробно все разбирали. Обычно зима не время для длинных бесед у костра, но у нас получилось по-другому. Разговор строился примерно так: "Мы признаем твой определенный опыт, но тут есть и другие ребята
Еще любопытный момент. Когда мы возвращались из зимнего похода, у меня родились определенные мысли, как поменять проектную деятельность в школе, и первыми, кому я их озвучил, были ребята-одиннадца-тиклассники. И весь путь от базового лагеря до поезда мы это обсуждали, весь автобус спал, а мы разговаривали, насколько это эффективно и интересно, стоит делать или не стоит. В результате в нынешнем году полностью поменяли проектную деятельность. После похода у нас сформировалась "детская экспертная группа" по развитию IT-образования в школе. В ее составе есть ребята, ходившие в поход, при этом они добились высоких результатов в программировании, и к ним действительно можно обращаться как к экспертам.
Поэтому по возможности директору надо ходить с детьми в походы. Это и собственный выход из "зоны комфорта", и неформальное общение с ребятами, оказывающее влияние на развитие школы. И чем больше директоров пройдут через проект #директорВпоход, тем лучше. Они увидят, что это безопасно, интересно, в высшей степени полезно детям, не менее полезно школе. У нас дети-туристы – главные помощники на всех мероприятиях, потому что у них есть определенный организаторский опыт. Директора, по крайней мере, увидят туризм изнутри и не будут верить всяким страшилкам из СМИ».
Когда Павел Северинец, вернувшись из зимнего путешествия, рассказывал мне все это, я очень радовался и за него, и за его ребят. На самом деле они получили все то, ради чего, собственно, это затевалось: трудности, преодоление себя, единение участников, потрясающее общение друг с другом, с собаками хаски. И директор, и ребята сделали правильные выводы, туризм в школе получил дальнейшее развитие – словом, история вышла хорошая, красивая.
Безусловно, радует, что в отдельно взятой школе так замечательно идут дела
Объединяющее мероприятие решили провести накануне Нового года. Хороший повод – приближающиеся праздники, подведение итогов года, успешного и плодотворного, подарившего нам такой замечательный проект – #директорВпоход. Но как же не совместить приятное
Итак, мы организуем встречу
Сначала мы проговорили заявленные вопросы в «Лаборатории путешествий»
Когда все приглашенные директора собрались в зале, мы разделили их на четыре группы и посадили за четыре стола. Каждая группа носила красивое географическое название – например, «Байкал» или «Амур»… Я выступил в роли модератора, а две девушки заполняли полотно забавными яркими рисунками и серьезными лаконичными надписями. На обсуждение каждого вопроса давалось две минуты, принималось неограниченное количество ответов от каждой группы, но существовало специальное условие: ответы должны состоять максимум из пяти слов. Никаких объяснений, зачем и почему, просто четкая фраза.
Директора погрузились в обсуждения, выдавали множество идей, которые тут же визуализировались на плакате. Наверное, здесь много спорного, есть что-то ошибочное, но мы не ставили перед собой задачу создать программный документ, мы хотели получить максимум интересных идей, из которых что-то можно будет взять на вооружение.
Мероприятие прошло на 5 баллов. Мы добились поставленной цели: возникла общность, и во многом благодаря этому запустились второй и третий потоки проекта #директорВпоход.
Теперь хотелось бы подвести первые и самые главные итоги.
1. Совместное путешествие директора с детьми – это реальный управленческий тренинг для детей и в какой-то степени для самого директора. «Управленческий интенсив», «курсы повышения квалификации» – такие оценки давали сами директора проекту.
2. Поход произвел волновой эффект. Учителя, сотрудники, родители, остальные дети были поначалу удивлены, а потом и заинтересованы. Более того, информационная волна вышла за пределы Москвы, проект вызвал интерес в регионах, и поступили просьбы помочь организовать что-то подобное.
3. Началась работа по созданию положительного образа детского туризма в СМИ и в общественном мнении. Хорошие результаты дало активное сотрудничество
4. Локальный эффект, превзошедший все ожидания, – это сближение директоров с детьми, создание в школах команд единомышленников, готовых продвигать идеи директора в детской и родительской среде.
В целом проект #директорВпоход еще раз показал, что возможности обучения в условиях путешествия практически безграничны. Мы сами еще не осознаем потенциал этого замечательного метода работы
Не будем забывать, что путешествие, конечно, нельзя ограничить сухими рамками слова «тренинг». Оно неизмеримо больше, богаче, объемнее. Как уже говорилось, это маленькая жизнь
Когда мы готовили группу для похода в Карелию, позвонила ее мама и говорит: "Анна Витальевна, я очень переживаю. Кристина была с вами, под вашим крылом, а сейчас идете не вы, а преподаватель, который не вел у нее уроки". Я объяснила, что это уже не страшно, рассказала ей, как Кристина себя вела, как она выросла и как для нее важно сейчас сделать еще один шаг, чтобы закрепить свою новую позицию. Мама доверилась, ребенок идет. Мама разрешила ей стать взрослой».
И в завершение познакомлю вас
Все началось
Команда набралась довольно быстро: Никита, Айрат и Леша – настоящие спортсмены и силачи, смелая и выносливая Даша, энергичный и веселый Гриша, заботливая Катя и хозяйственная Лина, гитарист и певец Мераби, а еще настоящий медик – Сережа. Ну и конечно, наш директор – взрослый опытный руководитель. Казалось бы, настоящая команда мечты, лучше которой не придумать, однако мне вдруг стало нерадостно. Для каждого проект был не только общим, но и в какой-то мере личным делом, и именно в этот момент передо мной встал первый вопрос: «А я? Что собой в этой команде представляю я?» Мальчишки не дадут никого в обиду, Сережа подлечит наши царапины, Даша и Гриша поддержат и развеселят, Мераби сопроводит дорогу песней, а Катя
Когда за большими окнами автобуса в вечерних сумерках показались очертания гор, внутри меня все будто замерло. Я не знала почти никого из тех ребят, которые ехали вместе с нами, но уверена, что в тот момент мы все испытывали одни и те же эмоции: трепет перед новым и неизведанным, заставляющим сердце ненадолго замереть и потом снова биться, но уже в каком-то новом, раннее неведомом ритме. Это была первая насколько темная, настолько же и прекрасная ночь.
В городах таких просто не бывает. Там слишком светло из-за множества фонарей, там шумят соседи и машины. Здесь же была настоящая ночь, в которой царят темнота и тишина. И за сто ночей в городе столько звезд не увидеть… Тысячи сверкающих кристаллов, рассыпанных по темно-синему бархату. Картина, при виде которой пропадают всякие слова.
Однако ночь заканчивается, и на смену ей приходит утро.
Казалось бы, всего один день, а сколько всего мы успели! Мы учились ставить палатки, заготавливать дрова, разобрались в полученном снаряжении, подготовили выданные продукты к транспортировке, рассмотрели наш маршрут на карте и даже успели поиграть!
Конечно, я не питала иллюзий, что все будет даваться мне легко, однако подготовиться ко всему нельзя. Например, к тому, что полностью собранный рюкзак оказался весьма тяжелым, а потому, когда я попыталась взвалить его на плечи, у меня едва не подкосились ноги. Однако жаловаться или «включать заднюю» было уже поздно. И я пошла.
Первый день был самым тяжким. Так я не устала бы, пожалуй, и за неделю обычной жизни. Рюкзак тянул к земле, ноги заплетались, а дыхание сбивалось. И если я и давала себе какие-то обещания, что не сдамся, не буду слабой и не позволю никому о себе волноваться, то успешно нарушила их все до единого. Потому что я сломалась. В первый же день я допустила мысль: «Я хочу домой! Я устала! Заберите меня отсюда!» Я считала минуты до привала, не смотря по сторонам, а к окружающей красоте не испытывала ничего, кроме равнодушия.
Я сдалась. Проиграла, причем сама же себе.
И все же это было первым шагом к тому, чтобы найти себя настоящую.
Я сломалась, причем так, что треснул даже фундамент, однако это означало, что теперь можно построить что-то новое. И я начала строить.
Второй день дался на порядок легче первого, и, хотя тело еще пыталось качать права, умом я понимала, что могу гораздо больше. Просто нужна привычка. Тогда я осознала, как обычная жизнь в городе давит и тушит наши настоящие способности и возможности, и поняла, что теперь нужно просто заставить этот костер разгореться заново. Да, тяжело, но не смертельно, правда же? Значит, могу! Могу это и еще больше!
Остальные дни пролетели почти незаметно. Мы шли, веселились, пели, шли и снова шли. Это было так потрясающе, что не передать словами.
У нас не было телефонов и компьютеров, да и если бы были, то зачем они, когда нет сети? А об Интернете и говорить нечего. И все же нам не было скучно ни одной минуты того времени, что длился этот поход. У нас было нечто намного более ценное, чем просмотр любимого сериала или компьютерная игра, а именно – общение друг с другом, природа вокруг и километры, которые нужно пройти.
У нас были дела намного важнее всяких гаджетов, заботы, требующие нашего непосредственного внимания. Нам никто не указывал, что делать и как будет лучше для нас. Безусловно, инструкторы направляли нас, давали советы и помогали, но не более.
Конечно, не всегда и не все шло гладко… Например, проблемы с водой первые два дня заставили нас побегать. В прямом смысле. Сначала вылазки на разведку, а после уже ходки за самой водой. Усталость с непривычки сказалась на всех, и мы немножко расклеились к концу дня, заметно потеряв в производительности. На третий день вторая наша команда чуть не потерялась. Ребята заплутали и прибыли на стоянку гораздо позже, зато сколько было радости, когда мы наконец встретились! Наверное, именно в тот момент, когда я сидела в палатке с рыдающими от счастья и усталости девчонками и, обнимая их, уверяла, что теперь все нормально, я поняла, что вот оно. Вот что я могу сделать!
Возможно, у меня нет такой силы, чтобы взять вещи потяжелее, я не умею готовить или накладывать повязки, зато я могу поддержать своих друзей в трудную минуту! Конечно, для этого придется стать намного сильнее, чем сейчас, но теперь я хотя бы знаю, к чему мне нужно стремиться.
Именно поэтому на следующий день я едва ли не все время бежала впереди отряда, пела песни и не позволяла улыбке сходить
Самый яркий и веселый момент был в этот же день. Время было уже ближе к ночи, из-за чего в паре метров от костра начиналась непроглядная тьма. В эту-то тьму, естественно, вооружившись фонариками, и направились вниз по склону Даша
«Это самолет», – спустя полминуты вынес вердикт Коля – наш инструктор, а в следующую секунду грянул такой хохот, что если в округе медведи и были, то уж точно предпочли обойти нас за километр!
Последний вечер, проведенный в лагере, был чем-то поистине волшебным. Мы веселились, смеялись, танцевали, плакали, говорили друг другу слова благодарности. Домой мы возвращались не усталые и выжатые после этого весьма непростого путешествия, а совсем наоборот – полные сил и планов на будущее. Каждый из нас открыл в себе что-то новое и увидел не только свои сильные, но и, что более важно, слабые стороны.
Поход – это настоящая перезагрузка для любого человека, настоящий шаг вперед, шаг к самому себе. Поход – это собственное воображение вместо потока чужих мыслей из Интернета, бескрайние просторы вместо стен квартиры и громкие песни своим голосом, а не из наушников.
Иными словами, все то, что заставляет человека под совершенно другим углом посмотреть на свою жизнь и на самого себя. Поход – это способ разобраться в себе, набраться сил, вдохновения и новых идей.
Путешествуйте, не бойтесь трудностей, перемен и открытий. Не бойтесь искать, понимать и принимать себя настоящих. Выбирайте дорогу, которая вам по душе, стройте маршрут – и вперед!
Логично закончить книгу небольшим напутствием тем директорам, которые хотят принять участие в проекте #директорВпоход или просто подумывают отправиться
«Нужно четко представлять себе, зачем идешь в этот поход. Найти свой внутренний интерес, мотивацию именно в плане работы
«Я бы посоветовала как можно быстрей включиться в процесс, потому что у многих людей присутствует такое: „Ну это ж дети, сейчас посмотрю, подумаю, надо к ним привыкнуть, это все другое“. И тогда снятие барьера и погружение в коллектив оттягиваются до того момента, когда это станет необходимостью. Но если сразу настроиться на работу с ребятами и включиться раньше, то и детям будет приятней, и директору полезней».
«Если директор готов показать, что он обычный человек, он будет гораздо ближе детям. Например, я первый раз в походе и не умею укладывать рюкзак. Не стоит бояться, что ребята увидят не только ваши сильные стороны, но и слабые».
«Важно настроиться на поход. На то, что рядом будут дети, что им интересно быть рядом
«Не бояться. Даже если директор никогда не был в походе, это не повод отказываться. Потому что основное – это научить ребят организовывать общую работу и делегировать полномочия. А
Проект состоялся, принес пользу, и мы хотели бы многих поблагодарить:
Департамент образования и науки города Москвы и министра образования, руководителя департамента Калину Исаака Иосифовича; директоров школ, сломавших массу стереотипов и отправившихся в путешествие с детьми[1]:
Вегержинскую Альбину Леонидовну,
Вержбицкого Юрия Юрьевича,
Выдрина Дмитрия Владимировича,
Гончарову Ольгу Андреевну,
Зуеву Наталью Андреевну,
Исаева Дмитрия Викторовича,
Киселева Григория Робертовича,
Крымову Татьяну Владленовну,
Кузнецову Аллу Рафаилевну,
Куранину Надежду Михайловну,
Мансурову Татьяну Викторовну,
Мельникову Анну Витальевну,
Нилову Веру Андреевну,
Пономарева Алексея Леонидовича,
Благодарим инструкторов и других сотрудников ГБУ «Лаборатория путешествий» за энтузиазм, самоотдачу и любовь к своему делу: Горлину Елену, Баженова Родиона, Белую Дину, Изюрову Ингу, Католину Майю, Комлева Владимира, Кузнецова Кирилла, Куликову Анастасию, Лаврову Анастасию, Леутину Антонину, Лисицыну Ольгу, Лукьянова Андрея, Матвеева Константина, Мякинькова Павла, Пичко Алису, Ремизову Наталью, Рудову Анастасию, Рыжову Екатерину, Рыкова Антона, Савченко Николая, Трофимову Наталью, Усанову Дарью, Фомину Марину, Хрусталева Руслана, Чеботареву Елену, Чернышева Ивана, Якушенкову Марию, Мельникову Ингу – блогера.
Благодарим руководителя лагеря «Большое Приключение» Алексея Сейкина и заместителя руководителя Дарью Сейкину.
P. S. Главные события из тех, о которых рассказано в книге, состоялись в октябре 2018 года. Прошел год, и новые школьные команды во главе с директорами отправились в горы Краснодарского края. Восемь команд! Среди директоров были «новички»:
Васильев Артем Сергеевич,
Чуркин Дмитрий Сергеевич,
и шестеро уже опытных героев нашей книги:
Вержбицкий Юрий Юрьевич,
Зуева Наталья Андреевна,
Куранина Надежда Михайловна,
Мельникова Анна Витальевна,
Пономарев Алексей Леонидович,
Северинец Павел Александрович,
Должности указаны на момент осуществления проекта.