Она пришла на встречу раньше назначенного времени, поэтому присела под деревом в ожидании начальника, задумалась и не заметила, когда он пришел.

— Ты Надя, верно? — Голос главы семьи вернул ее с небес на землю. У него была репутация непреклонного, но справедливого руководителя. — У меня есть к тебе несколько вопросов, — начал он. — Первый…

Надя отвечала на все вопросы и делала это уверенно, чтобы скрыть естественное волнение. Тест не показался ей сложным, потому что она с детства была обучена отвечать на каверзные вопросы смело. Не все вопросы были ей понятны, но Надя понимала, что не следует пытаться философствовать на тему управления семейством, если хочешь получить работу.

Когда босс удостоверился, что эта молодая представительница семейства сурикатов подходит на должность, он задал последний вопрос:

— Ты готова полностью отвечать за обучение детенышей всему, что им нужно знать о взрослении и защите жизни, пока они не научатся самостоятельно защищать себя?

У Нади было мгновение, чтобы ответить: «Да!» — и успешно пройти тест. И она успела.

Надя покинула встречу в приподнятом настроении, хотя не до конца понимала суть своей работы. Это немного беспокоило ее, однако Надя ни за что не призналась бы себе в этом.

Николас, старший брат Нади, работал начальником охраны. Он был целеустремленным, ориентированным на результат и очень дисциплинированным. Еще он был умен и красив… Неудивительно, что все подруги Нади были от него без ума.

Николас только что закончил утреннюю планерку с охранниками. Он быстро прошелся по расписанию, а под конец напомнил всем о необходимости быть более бдительными, чем когда-либо (по причине недавних тревожных новостей).

А новости были такие…

Один из охранников обнаружил кобру в дереве неподалеку от семейства, а в окрестностях пару раз пробегал шакал. Такие хищники никогда не прочь пообедать сурикатом. Охранники беспокоились, так как это был второй случай появления хищников за последние двое суток. Такое число хищников было крайне редким явлением для их земель. Но на этом их беды не заканчивались. Еще один охранник сообщил, что видел в небе нечто, что, по словам старейшины, было стервятником. Прежде семейство никогда не видело стервятников. Мысли Николаса все еще занимали едва услышанные вести, когда Надя подошла к нему, спеша поделиться своей радостью. Николас знал о собеседовании и был уверен, что Надя пройдет его. Он обнял младшую сестру. Не успев отдышаться после пробежки, Надя с восторгом начала говорить о новой должности и сразу же заметила: что-то тревожило брата.

— Ничего особенного, — солгал он, чтобы не волновать ее. — Это всего лишь работа.

Но Надя настояла:

— Какая работа? Ты начальник охраны, но я ни разу не видела, чтобы ты нас охранял.

Она улыбнулась своей шутке, и Николас засмеялся в ответ.

— Нет, я не охраняю. Ты действительно хочешь поговорить об этом? — спросил он, чувствуя, что отвлечься на несколько минут будет полезно. — Раньше ты не проявляла такого интереса.

— Сейчас не «раньше», — сказала Надя с обезоруживающей честностью. Она знала, что информация может ей пригодиться на работе. Друзья присели, и Николас начал рассказывать:

— Я составляю планы, сколько охранников нам нужно, и составляю ежедневный график. На протяжении многих лет наша община растет, нас становится все больше, и составление планов и графиков — важная задача. В случае моей ошибки некоторые посты могут остаться без охраны. И это может привести к… — Он покачал головой, чтобы не говорить «смерти сурикатов». Надя поняла. — Я нанимаю и тренирую охранников. Тем, у кого не получается, я помогаю найти другое применение. Отличная охрана — это важный элемент клана, и у нас он должен быть. Охранники-любители — всегда плохая затея.

Я утверждаю рабочий порядок для охранников, изучаю, как часто на нас нападают, когда и где. Мы ставим себе цели на год и достигаем их. Мы никогда не обманываем — не говорим, что мы якобы хорошо работаем, если это не так. Когда клан был маленьким, все могли видеть и понимать, что происходит, наблюдая друг за другом. Сейчас все по-другому…

Если с охраной какие-то проблемы, моя прямая обязанность — быстро решить их. Если я опоздаю…

Он снова покачал головой.

Надя пыталась выглядеть заинтересованной, однако «планы, графики, процедуры, исследования» — все это звучало очень… скучно. Николас увидел, что в ее голове идет какая-то борьба, но у него еще оставалось немного времени до следующей встречи, и он продолжил.

— Смотри. Для того чтобы клан надежно развивался, прежде всего нужны дисциплина и порядок, — сказал он, рисуя какие-то квадраты и линии на песке. — Самое важное — хорошая организация. И она начинается с наших двух руководителей — Альфа.

Как и во всех кланах сурикатов, эти функции выполняла пара, состоящая из мужчины и женщины. Они принимают все важные решения. Им подчиняются руководители Бета. Это шесть глав семей. У каждого из них под защитой от двадцати до тридцати сурикатов (наряду с главами нор и Николасом, начальником охраны).

— Все вместе мы следим за тем, чтобы выполнялась вся необходимая работа. Благодаря такой структуре все в клане знают, что, когда и как нужно делать.

Еще Николас рассказал, что недавно на них напали более десяти раз за месяц. Он показал ей, как отслеживать время с помощью прутьев (ветвей деревьев), установленных в одной из их нор. Надя была впечатлена.

— У нас коэффициент попадания менее одного из двадцати, — сказал Николас с гордостью, так как для клана сурикатов это был исключительно хороший показатель.

Надя, незнакомая с менеджерским сленгом, спросила:

— Что такое коэффициент попадания?

Николас продолжил:

— Это значит, сколько раз из общего числа нападений хищникам все же удается схватить или тяжело ранить кого-то из клана. Конечно, мы делаем все, что можем, чтобы коэффициент был как можно ниже. Этим измеряется работа охранников.

Надя с обожанием и гордостью смотрела на своего любимого брата, хотя ей казалось скучным сидеть и исследовать это. Конечно, виду она не подала.

Николас нарисовал еще один квадрат под главой семьи.

— Теперь это твое место — место старшей сестры, — с улыбкой объяснил он. Он нарисовал пять квадратов внизу. — А это — твои подопечные малыши.

Надя смешалась. Во-первых, ей не понравилось, что ее имя оказалось в этом поле, хотя она понимала, что это — результат ее повышения. Во-вторых, Надя не могла понять, каким образом в эту схему попали дети.

— Но ведь дети не работают, — запротестовала она.

— Неправильно, — возразил Николас. — Они работают. Их работа заключается в том, чтобы выживать. А твоя работа — научить их этому.

Николас посмотрел на солнце, а затем — на свою тень. Взгляд его был многозначительным, как у многих сурикатов.

— Я должен бежать на следующее собрание, сестренка. Я горжусь тобой.

Они обняли друг друга, и он ушел.

Мысли Николаса переключились на стервятника — существо, о котором он много слышал в детстве, но которого никто никогда не видел. Так человеческие дети только слышали о ведьмах, гоблинах и драконах, но никогда их не встречали.

«Сначала выучите правила, а потом…»

Надя не знала, чего ожидать от урока по подготовке к должности, и очень волновалась. Ей не терпелось начать учебу, ведь она хотела быть хорошей старшей сестрой. Конечно, Николас подошел бы к этому так же ответственно, думала она.

На обучении ее уже ждал глава семьи.

— Сегодня мы проходим правила для старших сестер и братьев. — И сразу же рассказал обо всех двадцати пяти.

Наде было предложено повторить правила, и она с первого раза назвала двенадцать из них.

— Для начала неплохо, — сказал начальник в своей обычной сухой манере, хотя на самом деле он был впечатлен новой студенткой.

Оставшуюся часть утра они подробно разбирали правила, пока Надя не запомнила почти все.

— Правило номер пять? — спросил шеф.

— Никогда не оставляйте детей без присмотра!

— Хорошо. Правило номер четырнадцать?

— Начинайте и заканчивайте каждый день песчаным душем!

— Хорошо. На сегодня достаточно, — закончил начальник.

Но Надя спросила:

— По поводу правила номер шесть: относиться ко всем малышам одинаково. Чем оно хорошо?

Начальник встал, собираясь уйти, и ответил:

— Потому что это даст лучшие результаты. Если будет время, я позже объясню. До встречи завтра в это же время.

Остальные дни подготовки почти не отличались от первого, что было крайне изнурительно для творческого ума Нади. Ответы на вопросы «почему» также были удивительно стабильными:

— Опыт показал, что это дает лучшие результаты! — И, хотя Надя подозревала, что ответ, вероятно, был правдой, он совсем не удовлетворял ее.

Когда Надя смогла безошибочно вспомнить все правила, она с некоторой надеждой в голосе спросила начальника, это ли конец обучения и можно ли приступать к работе.

— Нет, — последовал короткий и недвусмысленный ответ. — Это были только правила. Теперь тебе нужно изучать и практиковать процедуры.

Учитель увидел, что Надя напряглась, и пояснил:

— Правила говорят, ЧТО делать, но не говорят КАК. Из большинства процедур же мы узнаем, как лучше выполнять задачу.

Его тон ясно давал понять, что после жены правила и процедуры были его самой большой любовью.

Надя глубоко вздохнула и осторожно кивнула. Начальник увидел это и застучал свой правой лапой по твердой, сухой земле: это был первый раз, когда он потерял терпение со своим новым учеником.

— Хорошо, — вздохнул он.

— Каково правило номер четырнадцать?

— Начинай и заканчивай каждый день песчаным душем! — пулей ответила Надя.

— Хорошо, а как ты сделаешь песчаный душ? — прищурился он.

— Ну, я… — замешкалась Надя. Затем она рассказала свою версию того, как стала бы делать это.

Начальник оборвал ее:

— Довольно близко, но не совсем то. Песчаный душ можно сделать более простым способом. Сначала…

И он объяснил. Опыт всех лет показал, что был только один — лучший и единственный — способ, который работал. Так сурикаты делали всегда.

Свой монолог начальник закончил вопросом:

— Понятно?

— Абсолютно понятно! — прозвучал ожидаемый ответ (произнося это, Надя услышала саму себя). — А если у меня есть идея того, как улучшить наш способ выполнения чего-либо, я могу просто попробовать? — решила попытать счастье Надя.

— Ну, вообще-то… нет, — осторожно сказал начальник. — У нас есть группа старших братьев и сестер, ответственных за правила и процедуры. — Говоря это, он знал, что Наде все покажется медленным и обременительным. — Они встречаются каждый месяц, чтобы пересматривать правила и процедуры и обсудить идеи и предложения по улучшению. Улучшения полезны и даже необходимы! Ясное дело. Но… По ряду причин ты не можешь просто сказать: «Попробуйте то, что, как мне кажется, будет лучше».

Надя молчала.

Глава семьи продолжал:

— Запомни это. Как бы ты себя чувствовала, если бы в результате твоей прихоти один из подопечных малышей пострадал? — Его брови поднялись. — Такое случалось.

Конечно, Надя была в ужасе от мысли о возможности случайного нанесения вреда малышу.

— На сегодня это все, — сказал учитель. — До завтра.

Он ушел, оставив Надю в смешанных чувствах.

С одной стороны, она знала, что способна с легкостью изучить все эти правила и процедуры. С другой — она чувствовала, как в ней растет внутренний протест: ее энтузиазм по поводу будущей работы рухнул с отметки 100 до 80, а затем и вовсе до 60. Она решила, что, прежде чем он совсем не исчез, нужно снова поговорить с Николасом.

В прошлую встречу, когда Надя вслух удивилась необходимости таких вещей, как квадраты, планы, исследования, правила, процедуры и тому подобное, Николас только улыбнулся, скорее с любовью, чем снисходительно, и спросил, как дела в клане. Это был его способ прекращения разговора, потому что правильным ответом всегда была фраза «все в порядке».

— Как твои успехи в учебе? — Николас внимательно посмотрел на Надю. — Тебе не нравятся все эти правила? — спросил он.

— Я знаю, что они необходимы. Я не глупая. Но они кажутся такими… — Надя искала правильное слово, — ограничивающими! — Затем добавила: — А как же радость и переживания экспериментов, новых идей?

Николас немного помолчал, прежде чем ответить.

— Некоторые вещи важнее, чем творчество и веселье, Надя. Эти правила и процедуры нужны для того, чтобы общество нормально функционировало — чтобы мы жили так, как живем сейчас. — После паузы он продолжил: — Чтобы твои малыши выучились, выжили и стали успешными в этом жестоком мире.

Слова Николаса подействовали: сознание прояснилось. Надя хотела хорошо выполнять свою новую работу. И если правила, процедуры и все остальное — это то, что требовалось, то она примет их.

Ее учитель заметил изменения в ней на следующий же день. Надя перестала задавать вопросы. Вместо этого она быстрее и лучше запоминала то, что ей говорили. Через несколько дней глава семьи сообщил руководителям Альфа, что Надя готова и в скором времени приступит к новым обязанностям.

Теперь Надя увидела клан другими глазами. Она внимательно наблюдала за тем, как сурикаты убирают норы, роют новые каналы, охраняют и кормят детенышей, поддерживают в чистоте залы судебных собраний, охотятся, ухаживают за больными и ранеными и разрешают споры. Теперь ей казалось, что это удивительно: как жизнь сурикатов удачно складывалась день за днем, неделя за неделей. Послание ее брата, как она теперь поняла, заключалось в том, что именно планы, линии, квадраты, процедуры и другие вещи, которые он называл менеджментом, были причиной такому размеренному укладу жизни. (Или это он так сказал, чтобы убедить ее.) Если это было правдой (а Надя уже начала верить в это) — менеджмент был действительно эффективным.

И все же творческая натура в Наде сомневалась: ей казалось, что чего-то точно не хватает. Но чего?

Сначала он поручил двум своим охранникам найти способ сократить время на ответную реакцию. Затем назначил двух других высвободить ресурсы для создания одного или, в идеале, еще двух смотровых пунктов. Решение о том, где лучше всего разместить новых охранников, он взял на себя.

Один сотрудник Бета отреагировал так быстро, как того требовала ситуация. Двое других же, судя по всему, проводили большую часть времени в поисках оправданий, почему в случившемся не было их вины.

В течение следующих дней количество нападений стервятников увеличилось. И дождь, как специально, все не приходил.

В целом, пока сурикаты питаются сочными насекомыми и рептилиями, им не требуется много воды. Но при долгом отсутствии дождя найти наполненную водой пищу становится сложнее, чем обычно. Чтобы найти влагу для выживания, маленьким сурикатам приходится рыть почву все глубже и глубже. И они прекращают любую другую деятельность, например, размножение. Перестать заводить потомство означает сокращение потребностей в еде и воде.

В клане стало беспокойнее, чем обычно. Альфа/Бета встречи стали болезненными. Мара продолжала требовать больше информации о проблемах с водой и продовольствием. Но ни у кого не было полных сведений (или времени на их поиски).

— Мне нужны ваши предложения, как мы будем измерять запасы продовольствия и уровни потребления в будущем, — прорычала она на собрании сурикатов. Мара указала на троих глав семейств: — Вы можете подготовить мне доклад к следующей встрече?

Руководители Бета достаточно хорошо знали Мару и понимали, что в единственным верным ответом было слово:

— Конечно.

Николаса бесило то, что они совсем не прогрессировали. Он считал, что немного больше сотрудничества между Альфа и Бета, меньше времени на выяснения того, кто прав, а кто виноват, было бы очень кстати. Но даже тогда… Что-то из этого было просто природой сурикатов, подумал он.

Сейчас он работал еще больше, чем раньше. После нескольких бессонных ночей Николас чувствовал себя уже не таким сильным и уверенным в себе.

Надя обнаружила, что помимо беспокойства о детенышах и ежедневных делах ее заботят и более масштабные вопросы. Откуда вновь может возникнуть стервятник? Никто не мог сказать точно. Он был молниеносным и мог появляться в одно мгновение, размышляла она. Может ли засуха подтолкнуть его к расширению охотничьей зоны? По мере сопоставления фактов эта тревожная мысль росла и довлела в ней. Если это было правдой, то стервятник мог быть только первой новой появившейся угрозой. Могут ли вскоре прийти новые хищники?

Айо мечтал стать Великим Охранником с первого дня поступления на службу к Николасу. Некоторые из его друзей видели в работе просто долг или обязательства, которые им нужно было выполнять как членам клана. Но для Айо работа значила гораздо больше. Когда он выполнял ее, он был на 100 процентов сосредоточен. В свободное от работы время он обдумывал лучшие способы охраны и возможности ее выполнения. Он не мог не думать об этом — так сильно он был помешан на охране.

Айо возвращался со своего поста, когда встретил свою лучшую подругу Надю. Они с детства любили проводить время вместе, хотя были совершенно разными: Надя была общительной и любопытной, а Айо всегда сконцентрирован и не особо коммуникабелен.

Айо произнес своим глубоким, резковатым голосом:

— Пойдем, я покажу тебе кое-что, — и повел ее за собой. Хотя мысли Нади были заняты путаницей в клане, она все равно пошла за ним без вопросов.

Сурикаты подошли к самому большому дереву из всей округи.

— Идем наверх, — сказал он и запрыгнул на дерево, вонзив свои острые когти в кору и оказавшись на несколько футов выше Нади.

— Я не смогу взобраться на дерево, — возразила она.

— С чего ты это взяла? — спросил Айо.

— Я никогда этого не делала, — сказала Надя, сразу же осознав бессмысленность своего ответа.

Через несколько минут они были примерно в тридцати футах от земли.

— Выше я не полезу, — твердо объявила Надя.

— Тебе не обязательно это делать. Оглянись вокруг! — сказал Айо.

Они сидели рядом на толстых ветках и смотрели на бескрайнюю местность.

— Ого! — не смогла удержаться Надя. Это было самое удивительное из всего, что она делала и видела за долгое время.

Следующие тридцать минут Айо неутомимо рассказывал о том, как они могут преобразовать охрану.

— Отсюда можно обнаружить опасность быстрее, чем с земли, что дает нам большой запас времени для реакции. Можно увидеть приближение этого ужасного стервятника гораздо раньше! Так ведь?

«Да, действительно», — подумала Надя. Это замечательная идея. Им нужно было срочно поговорить с Николасом.

Совещание, исследование, целевые группы, политика, кадровое обеспечение, планирование…

Руководители Альфа теперь проводили на совещаниях гораздо больше времени, чем обычно. Они долго разговаривали между собой о некоторых Бета, которые, по их мнению, толком не работали. Затем о тех, кем можно было бы их заменить. А также о том, как им лучше справиться с неизбежной драмой — сообщением плохих новостей неквалифицированным сотрудникам.

Каждый день утром и после обеда руководители Альфа встречались с Бета. В итоге они решили:

• пересмотреть свой метод борьбы со змеиными атаками. Текущий процесс, разработанный за многие годы практики, состоял из семи шагов. После двухчасового обсуждения была создана группа из тех, кого попросили закончить эту работу;

• полностью пересмотреть организационную структуру. Два главы семьи выступили против с логическими обоснованиями устранения охранников и работников нор и перевода этих задач по семьям. Начальник нор предложил вместо этого объединить норы и охрану и отдать под его руководство;

• обсудить первое предложение недавно созданной группы исследований по добыче и потреблению пищи. Последнее предложение имело больший смысл, но требовало двадцати трех исследований;

• изучить новый учебный план обучения/практики всего клана четырем сигналам тревоги и соответствующим действиям.

Начальники, подталкиваемые Марой, с недавних пор командовали и контролировали подчиненных больше, чем когда-либо. А почему бы и нет? У Мары было больше опыта, она очень много знала. Она постоянно говорила, говорила, говорила, хотя, вернее сказать, орала, визжала и кричала. Судя по всему, ей самой было трудно работать без отдыха, но она пересиливала себя и ожидала не меньшей вовлеченности от других. Следствием ее давления стало то, что Бета и многие другие в клане находились в состоянии постоянного стресса. Внезапно им пришлось затрачивать на свою работу больше сил, и она становилась все более изнурительной.

В клане недоумевали: зачем так часто собирается начальство? Самые беспокойные и недоверчивые за неимением какой-либо связи со старшими распространяли грязные слухи. Любая новая стратегия, появляющаяся у Альфа, была по-настоящему понятна только полудюжине сурикатов. Остальные же не имели о встречах никакого представления.

Тем временем растущая проблема с питанием делала жизнь еще труднее.

Сурикаты — спортивные животные. Они круглый год выглядят так, будто ходят каждый день в тренажерный зал, — у них совсем нет жира. И все же это не очень хорошо: так как они не могут запастись жиром совсем, даже один день без пищи является для них проблемой, два дня — серьезной проблемой, а три дня без пищи могут быть уже фатальными. По мере того как они больше времени тратили на поиск еды, все больше сурикатов начали заботиться только о себе. Сильные начали отнимать у слабых. Когда руководители Альфа узнали об этом, они приказали руководителям Бета удержать свои семьи, охранников и остальных сурикатов от попадания в жестокий режим «выживает сильнейший». Лекции, которые руководители Бета читали другим, давали некоторый эффект, но не устраняли проблему насовсем. В своем отчаянии сурикаты стали просто более скрытными в своих действиях по самозащите.

Последняя соломинка

Айо спустился с дерева, на котором он держал пост охраны. Его смена закончилась, и прибыл сменщик.

— Тебя хочет видеть Николас, — сказал ему сурикат.

«Наконец-то!» — подумал Айо. Он отчаянно пытался поговорить со своим боссом, чтобы рассказать о своем открытии, но Николас то был на собраниях, то разговаривал с другими Бета или был занят еще чем-то. Хотя Айо не ел весь день, он был радостно взволнован. Теперь он мог поделиться своей идеей с Николасом.

Прежде чем Айо раскрыл рот, чтобы начать свой рассказ, утомленный и недружелюбно выглядящий Николас произнес:

— Айо, я получил отчет других охранников о том, что ты нарушил процедуры охраны. Это правда, что ты забирался на дерево на посту?

Айо не позволил ни словам, ни тону Николаса обескуражить его, и ответил с такой же твердостью:

— Да, это правда. Когда я там, наверху, я могу видеть дальше и…

— Стоп! — Николас резко прервал его. — Охранники не должны оставлять свои посты ни при каких обстоятельствах! Мы так не делаем. Никогда! И ты это знаешь! О чем ты думал? Твоя недисциплинированность крайне разочаровывает и в данных обстоятельствах непростительна. Нам нужна полная уверенность в том, что охранники выполняют свою работу. Я вынужден буду привлечь твое дело к рассмотрению на местном совете, чтобы найти тебе другую работу. Тебе больше нельзя служить охранником.

Айо не верил своим ушам.

— Николас, я нашел способ охранять гораздо лучше…

— Айо, твои благие намерения больше не имеют значения. У меня нет времени обсуждать этот вопрос. Мне очень жаль. — Николас развернулся и вышел.

Айо был потрясен. Он споткнулся и рухнул рядом с кустом. Он не знал, что ему делать дальше: кричать или плакать.

Когда Надя услышала, как вел себя ее старший брат — герой, она была ошеломлена. Она попыталась найти Николаса, но ей сказали, что он на совещании. И она осталась с Айо.

Расстроенные, смущенные и унылые, они долго общались, пока Айо не замолчал, уставившись в никуда. Затем он сказал:

— Надя, я не могу так жить. Я не могу ничем помочь. Я потерпел неудачу. Это безумие. Я покидаю наш клан и найду другой. Такой, где, может быть, я смогу быть чем-то полезным.

Надя выглядела испуганной.

— Я буду не первым, кто уйдет, — продолжал он. — Лучший копатель нор и еще двое других ушли еще вчера.

До Нади уже дошли слухи, что Зубери, один из тех, кто роет норы, и несколько его очень способных друзей покинули клан.

Айо был дороже всех сердцу Нади после Николаса. Она не могла себе представить, как ее друг, практически не знающий ничего, кроме охраны, выживет в пустыне один.

— В таком случае, — пробормотала она, — я пойду с тобой!

Несколько дней она обдумывала это решение. Другие кланы сурикатов, думала она, должны были иметь схожие проблемы. И что они в таких случаях делали? Ведь наверняка должен быть как минимум один клан, нашедший выход из положения, да? Кто-то должен был узнать его и затем передать это знание своим друзьям и семье.

Она рассказала о своем необычном замысле Айо. Они обсудили это и решили: действительно, почему бы им двоим не стать этими «кто-то»?

Надя снова отправилась искать Николаса, правда, на этот раз с намерением сообщить ему о своем с Айо решении уйти. Он, как всегда, торопился и не слишком прислушивался, пока она говорила.

— Николас, ты слушаешь? — крикнула она громче, чем собиралась. — Я ухожу.

Он перестал рассматривать свой длинный список вещей, которые ему нужно было сделать, и взглянул на свою сестру.

— О чем ты говоришь? Ты же не серьезно, да? Что-то не так, Надя?

— Все не так! — сказала она. — Клан разваливается, а единственное, чем занимается наше руководство, — болтает и кричит, и я устала от этого.

И тут она излила все свое разочарование, накопленное за последние несколько недель:

— Мне надоело смотреть, как ты загоняешь сам себя в могилу. Я устала наблюдать, как некоторые из нас заботятся только о себе. Я не хочу больше слушать бесконечные выяснения, кто виноват. Я устала от того, что никто не слушает тех, у кого есть новые идеи, выходящие за рамки того, что вы все считаете лучшим и единственным способом. Мне больно смотреть на то, как тех, кто хочет помочь, отправляют сидеть на своем месте и молча ждать приказа. А руководство, включая тебя, действует так, как будто вы даже не замечаете всего этого.

Она рассказала, что они с Айо отправятся на поиски других кланов, более успешных в борьбе с угрозами, а затем попробуют внедрить полученную информацию у них дома. Николас уставился на нее так, будто она говорила на каком-то непонятном ему языке.

— Все наладится, — сказал он не совсем уверенным тоном. — За последние несколько дней мои охранники успешно разработали целый ряд схем. Да ты и сама знаешь, что у нас есть сильные стороны, которые помогали нам добиваться успеха в течение многих лет.

Надя устало кивнула. Ей больше нечего было сказать.

— Бродить сейчас по пустыне очень опасно! — сказал Николас. — Ты знаешь это.

— Да, я знаю, Николас, — сказала она. — Здесь, в клане, нет никакой надежды на лучшее. А без надежды жить невозможно. Конечно, может быть, мы с Айо не найдем клан, живущий лучше нашего, но я в это не верю. Стоит попробовать.

У сурикатов есть уникальная способность полностью закрывать свои уши — подарок природы, чтобы защитить свои головы от песка, когда они роют норы. Надя видела, что в этот момент уши ее брата были плотно закрыты.

Она обняла Николаса, прежде чем отстраниться, а затем быстро развернулась и побежала, так чтобы он не увидел ее слезы. Она провела последние часы после обеда, передавая другой старшей сестре ответственность за ее детенышей и размышляя.

Это было невыносимо. Совсем недавно она верила в то, что в клане все идеально, что такой подход к управлению кланом был поистине удивительным, а теперь оказалось, что он абсолютно не справлялся с возникающими проблемами.

Это квадраты, планы и правила не могли справиться с… чем? Со стервятником? Надя понимала, что это не так. За этим всем пряталось нечто большее. Речь шла о новых проблемах, для борьбы с которыми у них не было установленных решений. С наступлением перемен в «сурикат-менеджменте» прибавилось лишь разговоров и криков от начальства, но это не помогало. Отвергались творческие идеи, такие как у Айо, потому что это было не так, как сурикаты привыкли делать. В то же время способ, который уже так давно хорошо работал, на сей раз не помог.

На закате Айо и Надя ушли.

Сурикаты выкрикивали свои мысли. Таму записывал каждую идею на земле. Тут прозвучало еще одно предложение. Таму еще не успел записать его на земле, как прозвучало другое — улучшенная версия первого. Владелец первой идеи на мгновение затих, а затем улыбнулся и решительно кивнул.

Когда у Таму было записано семь предложений и идей больше не возникало, он попросил других проголосовать. Нужно было встать рядом с идеей, которая понравилась больше всего. Все, кроме двоих сурикатов, собрались на трех вариантах. Таму предложил сосредоточиться на этих трех, и остальная группа с готовностью согласилась. Он попросил своих коллег по клану объяснить, что именно им понравилось в выбранном предложении (одном среди трех). Затем он спросил у других, с какими потенциальными проблемами, на их взгляд, можно было столкнуться при воплощении каждой из этих идей.

Дискуссия обозначила предпочтения сурикатов и ликвидировала те идеи, что им не понравились. Надя наблюдала за всем этим, не отводя глаз, которые наверняка напоминали со стороны два огромных блюдца. Никогда раньше она не видела ничего подобного.

— Можем ли мы воплотить все три идеи? — спросил Таму в конце.

— Нет! — прозвучал ясный ответ почти всех в группе.

— Готовы ли вы поддержать идею, которая наберет большинство голосов?

— Да! — последовал громкий ответ группы.

Сурикаты проголосовали еще раз и выбрали единственного победителя. Это была идея «Поделись пищей».

Сама концепция была простой, но воплотить ее в жизнь было непросто. «Поделись пищей» означало, что вы больше не едите сразу то, что нашли. Вы съедаете только минимум, необходимый для выживания суриката, а все излишки нужно собирать в одно место, чтобы они достались нуждающимся. Концепция простая, но довольно радикальная для мира сурикатов.

— А как насчет второй идеи? — спросил Таму.

Кто-то предложил запомнить ее и вернуться к ней в случае, если «Поделись пищей» не сработает. Группа, похоже, согласилась. Затем они посмотрели на Лену, которая улыбнулась и кивнула в ответ.

— Нам понадобятся несколько добровольцев, — сказала она, — которые возьмут на себя руководство проектом. Они помогут всем остальным понять, как именно это делать, а затем воплотят проект в жизнь. Кто хочет помочь?

Поднялось пять рук.

— Очень хорошо, — сказала Лена. — Давайте поблагодарим Таму за очень продуктивное обсуждение.

Все так и сделали, и собрание закончилось.

Когда участники клана разошлись, ведущая собрания подошла к трем новичкам.

— Привет, я Лена. А вы кто?

Они представились и кратко рассказали ей свою историю. Лена слушала, не прерывая их. Когда они закончили свой рассказ, она сообщила им, что будет рада, если они присоединятся к клану. Они ответили, что примут это за честь.

— А как насчет стервятника? — спросил Айо. — Он здесь тоже бывал?

— О да, — сказала Лена. — Он не причинил никакого вреда, хотя, безусловно, пытался. Каждый из нас выполняет функции тех, кого обычно в кланах называют охранниками. Когда один из нашей группы увидел стервятника, он громко закричал, чтобы мы все услышали, успели запрыгнуть в норы и таким образом спастись. После первой атаки Сату возглавил группу, которая думает над идеями обеспечения еще большей безопасности. Если хотите узнать подробности, вам нужно поговорить с ним — он будет только рад. Мы не видели стервятника уже довольно давно. Наверное, есть другие места, где он может питаться с меньшими усилиями и разочарованиями.

Тут Лену позвал какой-то другой сурикат, и, вежливо попрощавшись, она отправилась посетить одного из членов группы, который был болен.

У Нади было так много вопросов, что она не знала, с чего начать. Первым делом они с Айо и Мэттом нашли немного еды и отдохнули. Когда она проснулась, то сразу же спросила у местных сурикатов, как назначить встречу с Леной, получив в ответ лишь удивленные взгляды.

— Просто поговори с ней, — отвечал ей каждый. Что Надя и сделала.

Этому клану было всего несколько месяцев. Он был основан Леной и еще несколькими сурикатами. Они ушли из более крупного клана, потому что не могли принять их методы управления, и отныне жили по своим правилам.

Чтобы Надя смогла понять их систему управления, Лена предложила ей присутствовать на первом совещании. Оно было посвящено программе «Поделись пищей». Надя так и сделала.

Таму немного припозднился — к его приходу группа уже удобно расположилась под тенью большого дерева, где находилось их место собраний.

— Извините, что опоздал, — сказал Таму.

— Не проблема, — ответил кто-то. — Мы как раз обсуждали, кого бы нам назначить руководителем группы.

Таму почувствовал, что все смотрят на него. Их взгляды были дружелюбными и воодушевляющими. Тем не менее он немного смутился.

— Вы хотите сказать?.. — спросил он.

— Да, Таму, — сказал один сурикат. — Мы бы хотели, чтобы ты возглавил команду. Как ты на это смотришь?

В его голове пронеслось много тревожных мыслей, но это был счастливый момент. В его прежнем клане он не играл никакой важной роли. А после того, как его семья распалась, он долго бродил по равнине в поисках нового дома, и ему было страшно и одиноко.

— Я согласен, — вырвалось у него. Многие из присутствовавших захлопали в лапы.

Оставшееся время они подробно обсуждали идею совместного использования продуктов питания. Они хотели помочь каждому из клана увидеть преимущества этой концепции, а также замотивировать ответственных воплотить это в жизнь как можно скорее.

— Разве мы не можем просто отдать приказ разделить пищу? — предложил один нетерпеливый новичок. Но другой сказал:

— В нашем клане никто не имеет права приказывать другим, что им делать. У нас так не принято.

Новенький дважды моргнул. В свете того, что он уже узнал после присоединения к группе, он не был слишком удивлен. И тем не менее это был довольно странный способ действий.

Обсуждение того, как можно было бы на практике применить идею «Поделись пищей», затянулось, пока кто-то наконец не предложил:

— Нас в клане всего пятнадцать вместе с новенькими, а тех, кому понравилась идея «Поделись пищей», — пятеро. Что, если мы впятером просто начнем делиться своей добычей, чтобы показать пример другим?

В отсутствие какой-либо лучшей идеи они пришли к заключению, что такой вариант стоило попробовать. Так они и сделали.

На следующий день они сели полукругом и сложили все, что поймали, на тарелку. Кто-то из их команды сделал ее из полого куска дерева, украшенного листьями. Через некоторое время появилось несколько любопытных сурикатов, наблюдающих за этой очень странной сценой. Некоторые из них были довольно голодными.

На следующий день на том же месте собралось уже восемь сурикатов, чтобы поделиться едой. А еще через день их было десять. Надя подумала, что те, кто хотя бы раз поел из тарелки, на следующий день будут усердней стараться добыть пищу, чтобы принести ее на общий обед. Никто не вел учет — об этом даже речи не было; однако оказалось, что сурикаты находили больше еды, чем до введения режима обмена пищей.

Встретившись впятером, сурикаты из команды «Поделись пищей» отметили свой успех. Лена присоединилась к ним, поздравив всех с удачно реализованной концепцией и творческими достижениями. На общих собраниях, при всех, она как бы невзначай упоминала, как сильно гордится теми, кто приходит на общий обед и делится своей добычей.

Наде очень нравилось все, что она видела. Буквально через несколько дней два детеныша из клана приняли ее за старшую сестру и всем своим видом показывали, что хотели бы проводить с ней как можно больше времени. Она была бы счастлива быть старшей сестрой, но сначала решила проверить, кто был официально ответственен за малышей. Оказалось, что таковых не было (как и не было здесь «работы» в том смысле, в каком она ее знала). Не было начальников или охранников. Не было глав семейств. Должностей в этом клане просто не существовало. Один сурикат-доброволец, следивший за детенышами и помогающий им расти, пригласил Надю сотрудничать с ним. Они стали время от времени встречаться и делиться тем, что работало, а что нет в воспитании малышей.

Тем временем Айо изучал местность для выявления наилучших постов охраны. Он быстро нашел полдюжины вариантов того, как улучшить охрану. Некоторые из младших сурикатов восхищенно слушали и наблюдали за ним. Они попросили его обучить их навыкам охраны, и он с радостью согласился.

Мэтт осмотрел норы и обнаружил, что они были не самой лучшей формы. Когда он сказал об этом Лене, она просияла улыбкой и попросила его найти несколько добровольцев, чтобы вместе взяться за решение проблемы. Чем он и занялся.

Тем временем Таму буквально наткнулся на потенциально грандиозную идею. Она пришла к нему в форме гигантской (для него) кучи слоновьего навоза.

Погрузив в нее лапу, он заметил в куче сотни, если не тысячи мелких белых жуков. Очистив некоторых из них в песке, он рассмотрел их и попробовал с серьезным хмурым лицом. Но тут его лицо просветлело — как ни странно, они оказались довольно вкусными и сочными. Затем его озарило: а если они наберут слоновьего навоза и создадут из него нечто вроде продовольственной фермы? Они с легкостью могли бы разводить там насекомых в дополнение к их добыче. Может ли это стать решением проблемы нехватки продуктов питания?

Таму рассказал о своей идее остальным. Лишь немногие восприняли с энтузиазмом идею поедания крошечных существ (добытых сами понимаете откуда). Еще меньше оказалось тех, кто согласился помогать формировать шары из этого навоза, катить их к выбранной площадке и создавать ферму. Тем, кто не проявил энтузиазма, сказали:

— Хорошо, вам не обязательно участвовать.

И большинство не стали этим заниматься. Но несколько добровольцев, пожелавших предпринять попытку, решили воплотить задумку в жизнь.

Таму сообщил об этом Лене, и в ее обычной приподнятой манере она воодушевила их попробовать: стараться, учиться и совершенствоваться.

Многое предстояло еще открыть и узнать об этом амбициозном фермерском проекте. Свой первый «урожай» добровольцы добавили к тарелке общего питания. Поначалу осторожничая, все больше и больше сурикатов приходило попробовать, и им нравилась их новая пища.

Надя очень внимательно наблюдала за всем этим. Она была поражена очень многим: скоростью, с которой новые важные идеи рождались, поддерживались и создавались, энтузиазмом, степенью сотрудничества и уровнем энергичности. В уме она постоянно сравнивала это с тем, что она знала всю свою предыдущую жизнь. Это было чем-то совсем иным, но как оно отлично работало! Ее любопытная натура продолжала размышлять:

— Но по какой причине? Каким образом так получилось?

И она пошла к Лене за ответами на свои вопросы.

— Лена, что объединяет этот клан? Что позволяет ему быть таким… — Надя искала слова типа «вовлеченным» и «творческим».

После некоторого раздумья Лена нарисовала круги на песке, которые людям напомнили бы Солнечную систему: с Солнцем, планетами и несколькими лунами.

— В центре, — сказала Лена, — у нас есть группа, которая собирается еженедельно, чтобы обсуждать наше основное направление: какими мы хотим быть в ближайшем будущем, а также главные проблемы, стоящие перед кланом. Думаю, что именно дух братства и сестринства объединяет и удерживает нас вместе. При таком подходе невозможно потерпеть неудачу, если только не отказаться попробовать.

— Все ли могут прийти на эти еженедельные собрания? — спросила Надя.

— Когда нас была всего дюжина, каждый мог. Теперь, когда к нам присоединяется все больше и больше таких же странников, как вы, я полагаю, что придет день, когда мы будем воодушевлять остальных оказывать нам помощь другими способами. Похоже, что не всем нравится напряженная работа, связанная с обдумыванием глобальных вопросов, не говоря уже о выслушивании мнения других — всех остальных.

Надя указала на планеты и Луну в схеме Солнечной системы:

— А что за круги тут повсюду?

Лена кивнула.

— Один относится к ферме насекомых, созданной Таму, другой связан с заботой о детях, которую начала ты. Последний организует деятельность по совместному использованию продуктов питания, теперь во главе с Алондой. — Она нарисовала несколько колец вокруг кругов. — За каждой из этих групп закреплен ряд мероприятий. Я не могу отслеживать их все. В общем, я даже не пытаюсь. Этими мероприятиями руководит… ну, это может быть кто угодно. Я часто удивляюсь, когда у кого-то возникает энтузиазм и концепция.

Как ты уже увидела, каждая группа сама выбирает своего лидера. А ты можешь присоединиться к любой группе, какой захочешь.

Надя посмотрела на схему и задумалась над словами Лены. Ей это было все в новинку, но она чувствовала важность такого управления.

Прямо перед наступлением сумерек появились еще два бродячих суриката. Они пришли из клана, который был разрушен стервятником и голодом. Как и Надя, они были удивлены увиденным и услышанным. После общения с Леной один из них немедленно отправился на поиски тех, кто еще остался в живых из его группы, чтобы привести их сюда.

Таким образом, клан Лены продолжал расти довольно быстро. Благодаря безопасности, питанию и хорошей поддержке вскоре появились несколько больших выводков потомства. Кроме того, информация каким-то образом распространилась по всей Калахари, и их клан нашли другие странствующие сурикаты. Группа, состоявшая из двенадцати участников в момент появления Нади, с удивительной скоростью выросла до двадцати, а затем до тридцати сурикатов.

Надя, Айо и Мэтт быстро стали значимыми участниками группы. Но, в отличие от Мэтта и Айо, которые нашли то, что они искали, Надя чувствовала, что ей нужно поскорее возвращаться домой и рассказать о том, чему она научилась:

О возможности лидерства со стороны любого участника, об энтузиазме, концепции, добровольности и творчестве при ПОЛНОМ отсутствии квадратов, линий, процедур и руководителей Альфа и Бета. О том, как возможно решать абсолютно новые и неизвестные задачи с поразительной скоростью.

Клан Лены продолжал быстро расти. Он достиг численности в пятьдесят участников… и тут начались проблемы.

Когда Николас оторвал свой взгляд от рисунков и задумчиво посмотрел вдаль, его сестра спросила:

— О чем ты думаешь?

Он повернулся к ней. Было видно, что он решает в эту секунду: стоит ли делиться тем, что было у него в голове. Надя твердо сказала:

— Сейчас не время обманывать свою младшую сестру, считая, что она не справится с правдой.

Николас глубоко вздохнул и произнес:

— Мои руководители Бета, не все, но многие, и еще как минимум один Альфа будут уверены, что такая система приведет к хаосу, что вполне логично. Они скажут, что ожидать от молодого, неопытного суриката высокой ответственности в выполнении важного проекта и надеяться, что он добьется в этом успеха, просто глупо. Они никогда не согласуют такую форму деятельности, — он указал на круги, — без ясного видения того, кто начальник, без определенных критериев, показывающих, добилась ли группа успеха или нет… Они…

Он остановился, когда увидел, что выражение лица его сестры стало очень грустным. Возможно, он совершил ошибку, поделившись этими мыслями с ней.

Надя глубоко вздохнула и закрыла глаза. Затем открыла их и спросила его:

— Наш клан процветает и растет? Насколько хорошо он справился с песчаной бурей? Хорошо ли вам спится по ночам и уверены ли вы, что ваши друзья и семья в безопасности? Живет ли клан в соответствии с вашими надеждами и мечтами? — Она сделала паузу и продолжила: — Если мы хотим других результатов, сможем ли мы получить их, действуя как раньше, но просто прилагая больше усилий?

Николас молча застыл, глядя в землю. Пауза затянулась. Затем его грудь расширилась от глубокого вздоха. Он посмотрел на сестру и сказал только:

— Нам нужно проделать очень большую работу.

В ту ночь они двинулись в путь, а на следующее утро прибыли в свой родной клан.

Пока Надя пыталась успокоить детенышей, радостно повисших на ней со всех сторон, Николас начал действовать. Он кратко рассказал о том, что услышал от Нади, трем старшим сурикатам: одному из руководителей Альфа — Моро и двум главам семей. Они больше других проявили интерес к его просьбе обратить внимание на его сестру. Всем троим было не просто понять то, о чем говорил Николас. Но они слушали.

После многих вопросов все посмотрели на Моро. Старший сурикат смотрел на огромную пустыню, казавшуюся бескрайней.

— Похоже, большинство участников нашего клана думают, что мы уже пошли на поправку и что через некоторое время жизнь войдет в привычное русло. — Он медленно огляделся по сторонам. — Но я такого не наблюдаю. Я вижу знаки — небольшие, но видимые признаки того, что мир меняется. И скоро изменится навсегда. И если это так…

На следующий день Моро поговорил со своей большой начальницей, Марой. Он попросил ее созвать на собрание всех представителей руководства уровня Бета и пригласить туда Надю. Мара восприняла его слова так, будто он упал, ударился головой и плохо себя чувствовал. Слушать молодую и неопытную, которая к тому же еще и покинула клан?! Однако при всей своей мягкости Моро стоял на своем. Наконец во избежание конфликта Мара, хоть и без энтузиазма, согласилась.

В результате Наде удалось рассказать Моро, Маре и всем руководителям Бета об идее совмещения в одном клане двух совершенно разных способов существования.

На некотором расстоянии от них стали собираться и другие взрослые сурикаты, пытаясь послушать этот совершенно непривычный для них разговор. Сначала их было несколько, потом дюжина, затем две дюжины; вскоре почти половина взрослых и даже несколько малышей собрались вокруг Нади и руководства. Оба руководителя Альфа были раздражены и готовы были разогнать толпу. Но Мара, хотя и сама была недовольна, не поддержала их.

Моро начал собрание следующими словами:

— Мы очень заботимся о каждом члене клана сурикатов. Мы не хотим больше допустить ситуаций, когда они снова могут подвергнуться риску внезапных нападений, голода или чего-то еще худшего. Нам нужно помнить, что мы не одни в этом мире. Есть много других, кто готов с удовольствием занять наше место, съесть нашу пищу или (да-да) съесть нас. Мы не можем спокойно жить дальше, выполняя свою повседневную работу (даже если лучше, чем раньше), и просто надеяться на успех.

Хотя Моро обращался к руководителям Бета и Маре, он уже заметил растущую толпу и осознавал, что все, что он говорил, слушала большая группа собравшихся.

— Как известно многим из вас, Надя путешествовала по округе и извлекла интересные уроки. Я прошу вас внимательно выслушать нас и помочь Маре и мне проанализировать эту информацию.

Николас нарисовал диаграмму с квадратами и кружками, и Надя начала рассказывать историю своего путешествия. Она говорила о кланах, с которыми она столкнулась, о встрече с группой Лены и о том, как они процветали, даже несмотря на угрозы новых хищников и отсутствие дождя. Затем она рассказала, как отсутствие тех очень полезных навыков, которыми обладал ее родной клан, создало ужасные проблемы сразу, как только процветающая группа выросла до определенных размеров.

При упоминании выражения «полезные навыки» некоторые из руководителей Бета и Мара со знанием дела утвердительно кивнули в ответ. Потом Надя рассказала о круге лидеров, энтузиазме, добровольности, готовности и способности создавать новое и изменять старое, о ферме насекомых и обмене добычей. Она рассказала, как этот клан процветал и рос, в то время как все остальные, в том числе ее родной клан, изо всех сил боролись за свои жизни в постоянно меняющихся условиях.

Согласие со стороны руководителей Бета и Мары сменилось непонимающими взглядами и подозрительностью.

В отличие от Мары, Моро внимательно слушал и иногда говорил «да». Но даже Моро не имел столько терпения, чтобы долго слушать, «что» можно или нужно сделать. Он начал подталкивать Надю к выяснению вопроса, «как» это сделать. Как они могли применить эти уроки для возможного продвижения вперед на практике, избегая неприемлемых рисков и так, чтобы это было понятно всем сурикатам?

— Почему бы нам не начать с фермы насекомых? — выпалила Надя. — В клане до сих пор дефицит пищи. — Надя видела, что эта ежедневная проблема действительно была актуальна. К тому же это было возможностью оказать большую помощь клану и продемонстрировать, что существуют и другие действенные методы.

Николас кивнул в знак согласия так, чтобы все увидели, и одарил свою сестру одобрительным взглядом.

Она рассказала о подробностях разведения насекомых. Кто-то был смущен услышанным, кто-то потрясен, но некоторые увидели в этом именно то, чем оно и было на самом деле, — потенциально чудесную идею.

Началось бурное обсуждение. Когда разговор начал переходить в негативное русло, Надя, почти повторяя Лену, сказала:

— Мы все любим наших собратьев слишком сильно для того, чтобы снова подвергать их голоду. — Она даже стояла так, что всем своим видом напоминала Лену. — Нам не нужно строить целую ферму или что-то совершенное. Просто то, что поможет многим из нас увидеть возможности этой идеи. — Ее лицо светилось глубоким состраданием и убежденностью. — Мы сможем это осуществить, если у нас будет достаточно желающих дать шанс нашему проекту. — Обратившись к руководителям Альфа и Бета, она очень уважительно добавила: — И «мы» начинается с вас.

Один Бета ответил довольно твердо:

— Но у нас все слишком заняты, мы не можем выделить вам кого-то из сурикатов для строительства фермы.

Надя одобрительно кивнула.

— Не страшно. Речь не идет о создании целой группы для строительства фермы, которая отнимет у вас ресурсы. Попробуем найти добровольцев, которые захотят работать над идеей создания фермы, не отрываясь от своей повседневной работы.

Бета закатил глаза, думая: «Неужели действительно найдется хоть один желающий это делать?!» Вслух же он сказал:

— Даже если вы правы и ваши добровольцы будут работать сверхурочно, в какой-то момент они обессилеют от истощения и оставят это дело. Таким образом, одновременно провалится ваш проект и они не смогут выполнять свою постоянную работу.

Надя ответила без промедления:

— Я видела в клане Лены, что если сурикаты уставали или были слишком заняты чем-то еще, то они отстранялись от дел, чтобы не перегореть. Через некоторое время на их место находились другие добровольцы. Ни Лена, ни Бета не оказывали на них давление, это была сверхурочная работа лишь до момента ее завершения. Думаю, вся разница в этом.

В разговор сразу же встрял другой Бета, разжигая полемику вопросами типа: а как насчет этого? и вот этого? и того? У Николаса возникло желание подойти к каждому из этих голосистых начальников и по очереди хлопнуть их по голове. Но он знал, что это не поможет.

К тому же в действительности помощь Наде была не нужна. Она знала, что права, и это было заметно по ее поведению. Окинув взглядом всех собравшихся, она обратилась к ним со следующими словами:

— Я не говорю, что нам никогда не придется сталкиваться ни с какими проблемами. Но если среди нас найдется достаточно тех, кто верит в возможность создать более здоровый, сильный и защищенный клан, мы возьмемся за этот проект независимо от обстоятельств.

Все собравшиеся завороженно уставились на нее. В образовавшейся тишине можно было услышать даже легкий шелест падающего с дерева листа. Это было совсем не похоже на то, как ведет себя юнец перед начальством. И перед ними была уже не та Надя, которую они знали совсем недавно. Она изменилась.

Но на Мару и большинство руководителей слова Нади никак не подействовали. Моро поднялся на ноги и твердо сказал:

— Я думаю, что она права насчет данной возможной перспективы. Мы несем ответственность за наших детей и будущее клана. И если это требует корректировки в работе или даже больших перемен, то принять меры — это наша обязанность. — Он сделал паузу, посмотрел на всех остальных и продолжил: — Легко ли подвергнуть сомнению новую идею? Особенно если это что-то совершенно новое? — Замолчав на мгновение, он добавил: — Конечно да.

Он развернулся, чтобы посмотреть на руководителей Бета и Мару.

— Разве не требуют новые обстоятельства новых идей для их разрешения? Возможно, даже совершенно иных идей? — После короткой паузы он закончил мысль: — Единственный логичный ответ — да.

Моро был далек от тактики поведения Лены, потому что они были абсолютно разными личностями, но все же в его голосе чувствовалась такая же сильная решимость, какая всегда была в ее речах.

Когда Моро поднялся, Николас и еще один Бета стали энергично подавать знаки согласия. Некоторые руководители выглядели так, будто уже готовы дать шанс на существование чему-то новому или, по крайней мере, не ставить никаких преград.

С обнадеживающей и вместе с тем подозрительной улыбкой Моро спросил:

— Кто хочет помочь с фермой насекомых?

Первыми подняли лапы Николас и глава семьи, который в свое время был учителем Нади. Но кроме них также подняли свои лапы еще около дюжины сурикатов, подобравшихся поближе к ним и слышавших весь разговор.

Моро выглядел немного удивленным, но довольным.

— Хорошо. — И добавил (что было ему совершенно не свойственно): — Если вам что-то понадобится, дайте мне знать. — И только после этого завершил обсуждение.

Настойчивость, лидерство, добровольность и победы

На следующее утро Николас пошел к Наде.

— Что ты будешь делать дальше? — спросил он.

Она покачала головой.

— Вы же не станете перекладывать все это на мои плечи?

— Нет, — сказал он. Его голос звучал немного оборонительно. — Я имел в виду другое. — Он сделал паузу, а затем продолжил: — В общем, возможно, ты права, я так и думал. Но я сейчас тебя понял. Чем я могу помочь?

— Расскажи всем, что ты в восторге от возможности устранить проблему голода и укрепить безопасность в клане. Скажи, что Моро, похоже, поддерживает эту идею. А тем, кто желает быть добровольцем в создании фермы насекомых, скажи подойти на собрание под деревом клана к полудню. Я сделаю то же самое.

Николас кивнул в знак согласия. Затем Надя спросила:

— Я волнуюсь за действия Моро; как ты думаешь, зачем он как будто бы нас поддерживает?

Николас думал о том же самом.

— Он очень заботится о клане и не может быть доволен тем, что происходит. Но то же самое можно сказать и о Маре. — Николас наклонил голову, явно задумавшись. — Единственный ответ, который приходит на ум: похоже, Моро просто интуитивно чувствует, что в этом что-то есть. Я не уверен. В любом случае давай пойдем и всем расскажем.

Так они и сделали. В полдень собралось семнадцать любопытных сурикатов, демонстрируя готовность претворить в жизнь идею фермы насекомых, а при необходимости внедрить любое другое новшество.

Надя спросила, кто хотел бы стать лидером (если нужно будет просто вести продуктивное обсуждение). Это смутило большинство из присутствующих, и они, естественно, выбрали старшего из двух руководителей Бета и попросили его взять ответственность на себя. Но тут Надя рассказала им историю о том, как Таму и Айо помогли группе разобраться в путанице, найти координатора и продолжить собрание…

Ежедневно сурикатам приходилось сталкиваться с новыми и новыми препятствиями. Руководители Бета, отвечающие за норы, постоянно приказывали двум своим сурикатам, активным добровольцам в создании фермы, прекратить этим заниматься и просто выполнять работу в своей норе. В итоге они сдались, но, как и предсказывала Надя, на их места быстро нашлись двое других добровольцев. Хотя сурикаты ушли из проекта, но истощения сил, о котором говорил один из руководителей Бета, не произошло.

Мара продолжала делать вид, что никогда не станет поддерживать этот проект. В то же время Моро каким-то образом удавалось не дать ей помешать строительству фермы. Но когда на территорию Моро/Мары с целью охоты начали вторгаться представители соседнего клана, она продуктивно перераспределила сурикатов, отдав туда почти всех, кто был занят на ферме. И снова нашлось несколько добровольцев, которые, работая почти без сна, не дали ферме замедлить свое развитие.

Добровольцы проявляли неуемную энергию: они занимались своей обычной работой, а каждую свободную минуту помогали на ферме. Надя с Николасом и сами трудились без отдыха. По какой-то причине еще один Бета начал вести себя так же, как Николас. Даже Моро хотя и в своей спокойной манере — без особых жертв или вдохновения, — но все же нашел в своем плотном графике время посещать фермеров хотя бы по несколько минут в день. Улыбка, похлопывание по спине — эти простые вещи давали удивительный эффект. Истории о визитах Моро распространялись по всему клану со скоростью ураганного ветра Калахари.

Когда из проекта, реализованного неожиданно быстро, начала поступать первая пища, добровольцы пригласили руководителей Альфа и Бета, а также всех остальных увидеть собственными глазами столь необычное для них событие. Это стало еще одним беспрецедентным шагом: у них не было заведено приглашать куда-либо начальство. Но многие руководители, включая Моро, прибывшего пораньше, пришли.

Ферма — даже в своей самой элементарной и начальной версии — удивила очень многих. Это только усилило доверие сурикатов Наде и Айо, их рассказы о новшествах стали более внимательно слушать. Обсуждение возможностей производства чего-то нового и значимого для клана только усилилось. Видимая самоуверенность тех, кто думал: «У нас все в порядке», ежедневно уменьшалась. Беспокойства и страхи по поводу будущего, которые не давали никаких полезных результатов, также уходили.

— Что дальше? — спросил Николас у своей сестры.

Надя задумалась.

— Было бы здорово, если бы с нами сейчас была Лена.

Николас посмотрел на нее строгим взглядом.

— Но ее нет. Поэтому я повторюсь: что дальше?

— Возможно, нужен круг добровольцев, как были у Лены, которые помогут нам руководить. Они — самый центр ее диаграммы. Думаю, у нас теперь достаточно заинтересованности и энергии, чтобы создать этот центр.

И это действительно было возможно. Рабочая группа из дюжины участников начала регулярно встречаться с Надей и Николасом. Когда Мара услышала об этом, она захотела прекратить несанкционированную деятельность, но Моро не дал ей этого сделать. Рабочая группа выбирала, куда теперь направить свой энтузиазм. Вместе с шестью сурикатами Айо взял на себя ответственность за новую идею по охране.

Опять же — было легче сказать, чем сделать, но Айо и его команда были неутомимы. Один старший сурикат, от которого никто не ожидал большой активности, добровольно вызвался вести проект песчаной бури. И, что невероятно, действительно стал заниматься этим очень обдуманно, будто у него открылось второе дыхание. Доверие в клане продолжало расти, поскольку члены добровольного круга лидеров рассказали своим друзьям и семьям о проектах и первоначальных успехах.

На пятом собрании круга лидеров сурикат по имени Пано появился с куском меха, набитым соломой. Мех был в форме круга с руками, ногами, головой и глазами и выглядел… очень даже мило.

Все уставились на него.

— Откуда это у тебя? — спросил один из сурикатов.

— Это сделала моя сестра, — сказал Пано. — Я не знаю как. Но то, что она мне сказала, очень интересно. Она говорит, что если дать это малышу, чтобы он обнял это, когда ранен или заболел, то он может быстрее поправиться. При этом меньше времени затрачивается на уход, кормление и все прочее, что требуется обычно больному со стороны семейной группы. Она говорит, что видела это много раз.

Все изумленно смотрели на чучело животного. Затем кто-то спросил:

— Но если это действительно работает, то почему никто из нас об этом не знал?

Пано пожал плечами.

Кто-то сказал:

— Это невероятно интересно. Я хочу поговорить с твоей сестрой, а затем попробовать развить идею, если найдется несколько помощников. Хорошо?

Круг лидеров обсудил эту странную идею. Не каждый сразу поверил в то, что это сработает. Но один из главных уроков, который извлекла эта группа, заключался в том, что не было необходимости достигать полного согласия всех сторон. Если кто-то находил хоть малую поддержку для воплощения идеи в жизнь, это могло значить, что она перспективна. Или, по крайней мере, это стоило попробовать.

Участница, которая попросилась возглавить реализацию проекта по исцелению, без проблем нашла еще нескольких желающих принять участие. В течение недели команда выяснила, как сделать еще шесть чучел животных, и, хотя ни одно из них не вышло идеальным и они не были абсолютно одинаковыми, все они получились приятными на ощупь и выглядели очень мило. Спустя еще две недели в целях выявить эффект от применения игрушек они без особого шума провели испытания на четырех больных и четырех раненых малышах. Все детеныши обнимали новых «друзей» днем и ночью. И все, кроме одного, поправились заметно быстрее! Команда отпраздновала успех.

Сначала несколько руководителей Бета полагали, что они единственные, у кого есть опыт и знания, необходимые для управления новыми сложными проектами. Но затем оказалось, что даже после многих лет следования правилам, процедурам, после приказов «просто делайте то, что вам говорят» и «у нас делают так» у подчиненных стало возникать много творческих идей. Энергия появлялась из непредсказуемых источников — новых необычных групп сурикатов. Со временем, после естественных взлетов и падений, созданные группы научились хорошо и по-новому работать вместе. К ним приходили идеи, которые не появились бы у отдельных сурикатов.

Многие из их новых достижений казались скромными и относительно легко выполнимыми. Но малое разрастается, если продолжать в том же духе. И хотя скорость развития была ниже, а конфликтов больше, чем хотелось бы Наде, новый способ управления набирал обороты.

Круг лидеров еженедельно встречался, чтобы общаться, определять направления, вдохновлять и отмечать успехи. Два самых старших суриката в этой группе, Николас и один глава семьи, начали регулярно встречаться с Моро, Марой и руководителями Бета, чтобы рассказывать о проделываемой работе. Это позволило немного успокоить Мару и двух Бета, которые все еще беспокоились, что порядок и дисциплина пострадают. И было похоже, что Моро с каждой встречей рос не только в своей убежденности в продуктивности таких встреч, но и как лидер в целом.

Моро и несколько Бета использовали то, чему они учились на совещаниях, вне собраний. Они начали уделять внимание добровольным действиям и лидерству со стороны сурикатов, которые не занимали руководящих должностей. Они стали иногда подходить к младшим сотрудникам и говорить ему или ей о том, как они гордятся тем, что они добились определенного успеха (даже если успех был небольшой). Когда они увидели эффект этих простых действий, то задались вопросом: «Почему мы не делали этого раньше?»

Не считая отдельных случаев, клан никогда раньше не видел столько воодушевления, энтузиазма и лидерства, проявляемого по различным вопросам со стороны столь многих сурикатов. Ежедневно они прикладывали усилия, чтобы повысить качество жизни каждого в отдельности и клана в целом, независимо от погоды, хищников или чего-то еще. В то же время стало ясно, что опасения начальников — что дисциплина и процедуры неизбежно пострадают — оказались напрасными. Получилось наоборот: с устранением всех лишних нагрузок и напряжения, свойственных работе руководителей — иерархии, процедур и остальной части традиционного способа управлять кланом, — они, похоже, стали лучше выполнять свою работу, обеспечивая безопасность, поддержание нор, кормление и управление семьями. Все это ежедневно хорошо выполнялось. И, конечно, некоторые измотанные руководители Бета и другие сурикаты стали меньше уставать и почувствовали себя гораздо счастливей.

Десятки сурикатов, которые никогда раньше не думали о себе как о лидерах, фактически становились ими — как большими, так и маленькими. Как правило, им это нравилось. Может, оттого, что жизнь стала более интересной и захватывающей. Для многих, как среди молодежи, так и среди стариков (даже для самого Моро), жизнь обрела цель и усилилась ее значимость.

Ферма продолжала расти. Ее успех помог сохранять ощущение «тихой гавани» и придал сурикатам убежденности в том, что нужно продолжать искать новые возможности. А благодаря тому, что ферма уже была знакома сурикатам по группе Лены, добровольцам удалось удивительно быстро найти регламентирующие документы и процедуры для ее хорошей работы. Ферма стала играть все более важную роль в обеспечении пищей теперь уже растущего клана. Спустя пять месяцев добровольцев попросили передать ее в управление начальнице уровня Бета, которая приняла теперь официальную ответственность за все функционирование работы. Анализ показал, что ферма производила 25 процентов продовольственного обеспечения всего клана при экономном использовании трудовых ресурсов. Для выполнения этой специализированной задачи было задействовано всего лишь семь сурикатов.

Тем временем работа с чучелами стала формально признанным проектом по исцелению, который объединил в тех, кто заботился о раненых и больных. Спустя некоторое время они обнаружили, что забота о пострадавших была уникальным навыком, подкрепленным научным способом, созданным сурикатами. Руководители Альфа решили создать новый вид профессии — опекунов — и назначить главного опекуна. Когда Николас рассказал Наде об этом решении, она была в восторге.

— Это поможет больным и пострадавшим. И это еще раз доказывает, что идея совмещения двух типов кланов — такого, как у Лены, и такого, как было раньше у нас, — вовсе не какой-то недостижимый идеал. — Она сияла от счастья.

Николас кивнул в знак согласия. Он несколько раз взглянул куда-то вдаль, очевидно думая о чем-то про себя.

— О чем ты думаешь? — спросила Надя.

— Я никогда раньше не поверил бы в то, что руководители Альфа, а тем более Бета согласятся на все эти новшества.

— Тогда почему же они согласились? — спросила Надя.

— Я не совсем уверен, — ответил Николас. — Твои истории о времени, проведенном в странствиях, были очень поучительными — они действительно помогли. Произошло резкое оживление. Энтузиазм был заразным, в хорошем смысле слова, как позитивный вирус, распространяющийся от одного суриката к другому. Я думаю, что мы, руководители Бета, меньше боимся потерять контроль, чем оказаться не в состоянии сделать что-то новое, что могут нам поручить. — Он снова сделал паузу. — И Моро сделал огромный шаг вперед. Я всегда уважал его. Но то, что он делает теперь…

Надя чуть не рассмеялась.

— Ты сказал: «Руководители Бета боятся»? Вы все действуете так, будто вас невозможно ничем никогда напугать.

Николас слегка улыбнулся.

— Да, но это приходит по мере выполнения работы. Нужно всегда действовать бесстрашно.

После сокращения численности клана до ста десяти во время кризиса год спустя группа выросла до двухсот членов и продолжает расти и сейчас, одновременно вкладываясь в будущее и хорошо функционируя каждый день. Хотя немногие из странников, прибившихся к клану, имели способности к размышлениям, некоторые (исходя из своего опыта) верно определили, что кланов, подобных этому, больше не было нигде в мире сурикатов. Только здесь соединились методы управления сурикатами с лидерством, подобным тому, что применяла Лена. Они стали пионерами.

Хотя об этом никогда не говорили вслух, была велика вероятность того, что следующей парой руководства уровня Альфа могут оказаться либо Надя и Николас, либо Надя и новый ответственный за норы — Айо. Надя тайно мечтала об этом, но не ради статуса, который она могла бы получить в этом случае (хотя, возможно, немного и ради статуса), но в большей степени ради того, чтобы помочь построить замечательный клан.

По мере распространения слуха об этом клане — это неизбежно происходит через странников — сначала на них реагировали с недоверием, затем немного с завистью, а затем с восхищением. И этот восторг только продолжал расти, поскольку клан расширялся, сохраняя при этом хорошее управление в условиях среды обитания в Калахари, не прекращавшей бросать им новые вызовы.

Это было действительно достойно восхищения.

Конец.

(Ну, почти.)

Практически все сообщества стремятся подняться «с нуля», работая в верхнем левом квадрате. Те, которые поднимаются, чаще всего перемещаются в верхний правый угол, когда они становятся больше. Они избегают принятия перемен: «Мы знаем, как это делать, наш успех доказывает это». Но все те же элементы, которые они добавляют, чтобы справляться с растущим масштабом: системы, структуры и политики, — все это легко убивает методы, которые создают скорость, гибкость и инновации (подобно тем, что применяла Лена). А потом организации падают в нижний правый квадрат. Те, кто не испытывает сильного конкурентного давления, часто так и остаются там, становясь аморфными, неповоротливыми, медлительными и стратегически негибкими. Когда сообщества подвергаются внезапным сильным вторжениям в их мир, они могут упасть в нижний левый угол. Там они априори обречены.

Большинство зрелых организаций сегодня — в правом нижнем углу. В неповоротливом, неизменчивом мире, возможно, они могли бы хорошо функционировать при малых размерах. Но такая «среда обитания» исчезает не только у наших друзей-сурикатов, но и у нас с вами.

Можно ли решить эту проблему путем возвращения к расположенному в верхнем левом углу миру лидерства, гибкости, инноваций и мира без правил и начальников? Для некоторых это очень заманчиво. Но если ваша компания не так уж мала, разве это не наивно? Единственное верное решение заключается в том, чтобы снова подняться, действуя в рамках структуры «лидерство + управление», расположенной в верхнем правом квадрате, где вы не убираете управление совсем, а просто добавляете лидерство в большом количестве.

Еще одно решение — бороться с обстоятельствами так, чтобы в конце концов вырваться из левого верхнего квадрата. Это сработает, особенно если вы блестящий лидер или предприниматель. Но почему такой результат не всегда будет «сценарием Лены»?

Сейчас мы только изучаем, что значит «перейти (и оставаться!) в верхний правый квадрат» нашей матрицы лидерства/управления. Многие люди пытаются интуитивно сделать именно это. В зрелых организациях чаще используют обучающие курсы в области лидерства, заботясь о том, чтобы обучение действительно касалось развития лидерства, а не только управления. Они добавляют к своим системам управления новые сетевые группы (помимо традиционных межведомственных целевых групп) более решительно и творчески. Они больше, чем раньше, пытаются привлечь трудовые ресурсы. Говорят больше о лидерстве и стараются открыто растить лидеров. Будем честны: мы не знаем идеального способа перехода в верхний правый квадрат для зрелой организации, находящейся в нижнем правом квадрате. Но мы знаем один рабочий метод: это то, что сделали наши друзья сурикаты.

Процесс представлен на диаграмме, показанной ниже.

Он создает своего рода «двойную структуру», которую Надя рисовала на песке, а затем превращала ее в жизнь, чтобы обеспечить высокую степень управления и лидерства. Это помогает организациям действовать эффективно и надежно, чтобы удовлетворить текущие потребности независимо от их размера и сложности, а также иметь дело с миром быстрых перемен со всеми его требованиями к скорости, гибкости и инновациям.

Двойная система также имеет важные вспомогательные преимущества, которые мы пока только изучаем. Например, в сегодняшней войне за таланты эта система может привлекать и удерживать одаренных молодых людей, которым нравится возможность свободно браться за интересные (и более значимые) задания в сравнении с тем, что было в их карьере раньше.

Вот как это работает:

1. Процесс начинается с пробуждения в каждом участнике большого коллектива чувства высокой важности, собственного потенциала или скрытых возможностей. Растет энтузиазм, воодушевление и эмоциональная вовлеченность. Надя с Николасом сделали это с помощью постоянно растущей группы других участников, особенно с помощью Моро. Благодаря неустанному сообщению о захватывающих возможностях, через обучение показывая, что воплощение в жизнь новых возможностей вполне осуществимо. То же самое мы видели и в реальных организациях.

2. Большая и значимая цель собирает в единую команду разносторонних людей разных уровней, устраняя разрозненность. Такие люди настолько жаждут обеспечить поддержку и координацию лидерства в новой сетевой системе, что они действительно готовы работать в обоих направлениях: в соответствии с их обычным положением в иерархии и дополнительно выполняя вторую работу в сети лидерства/инноваций. Опять-таки, подумайте о запуске проекта, в котором будут одновременно участвовать в работе и в обсуждениях старожилы и молодежь, инженеры и менеджеры продаж. В условиях высокого уровня бюрократии это кажется нереальным. Однако в жизни мы видели подобных Моро людей, набирающих такую группу, состоящую, как правило, из большого количества добровольцев, которые с энтузиазмом берутся за сверхурочную работу.

3. Эта группа (объединение разных по характеру участников) действует так же, как и все успешные начинающие предприниматели. Именно они понимают, как извлечь выгоду из возможностей. Она изучает мнения, в том числе руководителей Альфа и Бета, прежде чем выбрать проект. И, как правило, не берется за него до тех пор, пока не убедит своего Моро в том, что идея имеет потенциальную ценность.

4. Неустанные обсуждения предложений в сочетании с ощущением высокой важности помогают привлечь достаточное количество добровольцев. И это поразительно, чего могут достичь, например, 5 процентов сотрудников пятитысячной организации всего за несколько месяцев, если им создать правильные условия. Мы неоднократно наблюдали это.

5. Часто многие достижения заключаются не столько в изобретении чего-то совершенно нового, сколько в поиске того, что просто оставалось незамеченным другими (например, как в случае с нашими приятными мягкими игрушками — сурикатами, давшими толчок к осуществлению проекта по исцелению больных).

6. Успехи. Их нужно добиваться, о них нужно сообщать и их нужно праздновать. Это приводит к обновлению и развивает побудительную силу. В общем, как мы поняли, чем больше побед, пусть даже маленьких, чем раньше они достигнуты, чем эффективнее они отмечаются и чем больше празднуются, тем лучше.

7. При достаточном количестве побед внимание уделяется тому, чтобы не допустить снижения важности, а также выбору новых стратегических проектов и сохранению непрерывности всех процессов.

8. В какой-то момент крупные победы внедряются в иерархическую структуру, так же как это было с фермой насекомых у сурикатов, которая превратилась в новый департамент сельского хозяйства со своим начальником и персоналом. При получении реальных результатов добровольцы захотят передать проект в другие руки, а руководители уровня Альфа захотят внедрить его в иерархию на постоянной основе.

Большинство из вышесказанного было обнаружено много лет назад одним из нас — Коттером. Но сегодня, в мире быстрых перемен, основной метод вырос и развился в три особенно важных направления. Во-первых, это больше не «набор процессов», которые вы вынимаете из ящика для бумаг один раз каждые пять, десять или пятнадцать лет. В мире, который меняется все быстрее и быстрее, однажды начатые процессы должны работать непрерывно. Во-вторых, теперь требуется намного больше людей, чем прежде, не только для сотрудничества в осуществлении долгосрочных проектов высшего руководства, но и для поиска идей устранения всех организационных препятствий на пути к переменам, а также для того, чтобы побудить большие группы действовать по-новому, другими словами, чтобы растить лидеров. И в-третьих, чтобы сделать первые два пункта практически выполнимыми, необходимо, чтобы второй компонент работал в тесном сотрудничестве с традиционной управленческой иерархией (вроде того, как это бывает в очень успешной начинающей организации). Процессы, описанные выше, осуществляют все это, несмотря на тот факт, что зрелые организации склонны уничтожать или игнорировать все, что выглядит более демократичным, подвижным и инновационным.

Но как реально можно создать нечто лучшее, совместив два варианта, один из которых обладает надежностью и эффективностью, в то время как другой предлагает гибкость, скорость и инновации? Прежде всего, процессы, когда они внедряются, как описано выше, могут подавлять многие источники сопротивления, встроенные в управленческие иерархии. Процессы могут преодолеть невероятно мощный стереотип «у нас это делают не так». Ключом к этому является понимание большим количеством сотрудников высокой важности реальной возможности. Такое понимание должно быть не только интеллектуальным, но и эмоциональным. Обучение сотрудников также помогает, особенно на уровне руководителей Бета и Альфа. Но при этом очень важны победы, которые демонстрируют жизнеспособность и силу другой системы (так как действие, вдохновленное лишь словами, всегда ограничено, особенно когда вы имеете дело с чем-то новым и неопределенным). Так произошло с нашими сурикатами, и мы неоднократно видели это в последнее время в нашем человеческом обществе.

Если вы, как и большинство из нас, потратили свою жизнь, пребывая в организациях нижнего правого квадрата, у вас могут возникнуть десятки вопросов, ответы на которые потребуют нескольких сотен, а то и больше страниц. И это, очевидно, свело бы на нет преимущества маленькой книги. Но у нас для вас есть два других источника: традиционная профессиональная книга Коттера под названием «Ускорение перемен» и богатый выбор материалов, размещенных на международном веб-сайте Коттера.

Последнее предложение, как лучше понять эти идеи. Не ставьте эту книгу на полку. Передайте ее для чтения другим и обсуждайте потом с коллегами из вашего отдела, офиса, подразделения или фирмы. Те, кому удалось прочитать черновики этой рукописи, передавали их по кругу, делая копии еще до запланированных встреч (ежегодной сессии стратегического планирования) и до начала специальных сессий (группы из десяти человек за официальным обедом). Обсуждения, похоже, проходили в их естественном формате, начинаясь с комментариев к нашей истории про сурикатов и затем плавно перетекая к разговорам о конкретной организации. Где мы в этой матрице из четырех квадратов? Почему там? Каких последствий можно ждать? Существуют ли какие-то конкретные задачи, с которыми мы плохо справляемся, или возможности, которые мы упускаем, работая в своей обычной манере? Пытались ли мы что-то поменять? Что работало, а что нет? Каковы наши самые большие возможности? И так далее…

В свое время нам внушили идеи о контроле, проектных документах, целевых группах, структурах субординации, показателях и тому подобном, что так привычно для всей нашей работы. При таких обстоятельствах мы, естественно, боимся отбросить то, что мы знаем. И мы вас к этому вовсе не призываем. Мы предлагаем сложение, а не вычитание. Не стоит сдаваться на волю этого естественного страха перед новыми задачами, с которыми мы сталкиваемся.

Повышая важность новых возможностей, проводя обучение, оказывая поддержку сверху, создавая побудительную силу благодаря успехам проекта и тесно связывая между собой две совершенно разные системы, можно добиться тех же результатов, которых добились сурикаты. Мы видели успехи собственными глазами много раз.

Воистину, это может быть потрясающе.