— Красивый костюм, правда? — спросил Послушный Питер.

— Неправда, — буркнул Генри. — Отвратительный!

— Ты специально так говоришь — хочешь меня обидеть, — заявил Питер, прыгая по комнате. — Жду не дождусь, когда мы вместе пойдём выпрашивать сладости!

О нет! Генри будто дали под дых. Ну конечно! Его же отправят вместе с Питером! Ему, Генри, придётся ходить по улицам в компании розового зайца в горошек! На глазах у всех друзей и знакомых. Какой позор! Резкий Ральф будет дразнить его до старости. Мерзкая Маргарет придумает ему прозвище Зайка-попрошайка. О каких страшилках и жутких розыгрышах может идти речь, когда по пятам за тобой радостно скачет розовый заяц? Праздник будет испорчен, а имя его навсегда покрыто позором.

— Ты не пойдёшь в этом костюме! — в отчаянии воскликнул Генри.

— Пойду!

— Я тебе не разрешаю.

Послушный Питер сочувственно посмотрел на Ужасного Генри.

— Ты просто завидуешь.

Р-р-р-р! Ужасный Генри уже приготовился сорвать с брата нелепый костюм, но тут ему в голову пришла одна мысль.

Это будет неприятно.

Это будет унизительно.

Но он был готов пойти на что угодно, лишь бы не расхаживать по округе в сопровождении розового зайца.

— Знаешь что, — сказал Генри, — я сегодня очень добрый. Поэтому, так и быть, разрешаю тебе надеть мой костюм монстра. Он же всегда тебе нравился.

— НЕТ! — завопил Питер. — Хочу быть зайкой!

— Но хеллоуинский костюм должен быть СТРАШНЫМ! — напомнил Генри.

— Так мой костюм страшный! — за верил Питер. — Я буду подскакивать и рычать «ГРРРРРР!».

— Я могу сделать тебя по-настоящему страшным, — сказал Генри.

— Как?

— Садись — покажу. — Ужасный Генри подвинул брату стул на колёсиках.

— Что ты задумал? — с подозрением спросил Послушный Питер и отступил на шаг.

— Ничего. Просто хочу тебе помочь.

Послушный Питер не двинулся с места.

— Как ты сделаешь меня по-настоящему страшным? — осторожно спросил он.

— Я сделаю тебе страшную стрижку!

Послушный Питер схватился за свои кудри.

— Но… мне нравится моя причёска, — тихо пробормотал он.

— Сегодня же Хеллоуин! Ты хочешь быть по-настоящему страшным или нет?

— Э-э… я-я… э-э… — колебался Питер, но Генри уже усадил его на стул и взял ножницы.

— Только не состригай слишком много, — пискнул Питер.

— Не буду. Расслабься, вот увидишь, тебе понравится.

Ужасный Генри крутанул на пальце ножницы и приступил…

«Великолепно!» — похвалил себя Ужасный Генри, любуясь результатом своих трудов. Пожалуй, когда вырастет, он станет парикмахером. Да, точно! Генри тут же представил себе длиннющую очередь из желающих постричься в парикмахерской «Страшенные стрижки от мсье Генри». Жаль, что приходится расходовать свой талант на такую козявку, как Питер. И всё же…

— Шикарно выглядишь! — объявил Генри. — Нереально жутко. Заяц после ядерной катастрофы. Иди посмотри.

Питер подошёл к зеркалу.

— АААААААААААААААААААА!

— Что, сам испугался? — обрадовался Генри. — Круто же, правда?

— ААААААААААААААААА! — снова завопил Питер.

В комнату вбежала мама.

— ААААААААААААААААА! — завопила и она тоже.

— АААААААААААААААААА! — надрывался Питер.

— Генри! — прошипела мама. — Что ты наделал? Ужасный, ужасный ребёнок!

На одной половине головы у Питера топорщились редкие пучки волос, вторая половина была совершенно лысой.

— Я хотел сделать ему хеллоуинскую причёску, — попытался объяснить Генри. — Он был не против!

— Генри меня заставил! — захныкал Питер.

— Бедный мой зайчонок, — сказала Питеру мама. А потом сердито посмотрела на Генри. — Для тебя никакого Хеллоуина. Останешься дома.

Ужасный Генри ушам своим не поверил. Это было самое ЧУДОВИЩНОЕ, что только могло случиться.

— НЕТ! — завыл Генри.

И тут он вспомнил, что во всём виноват Послушный Питер.

— Я тебя ненавижу! — заорал Генри и кинулся на брата. Он превратился в медузу Горгону, опутывающую своими волосами-змеями очередную жертву.

— ААААААА! — заорал Питер.

— ГЕНРИ! — крикнула мама. — Всё, ты наказан!

* * *

Мама с Питером отправились собирать сладости.

Генри кричал, рыдал и умолял взять его с собой. Он даже надел свой костюм чертёнка — вдруг слёз будет недостаточно, чтобы рас топить каменные сердца взрослых.

Но нет. Его УЖАСНЫЕ, ЧЁРСТВЫЕ родители не передумали. Ну и ладно, они ещё пожалеют! Все ещё пожалеют!

Папа вошёл в гостиную с большим пакетом в руках.

— Генри, мне нужно поработать, поэтому дежурить у входа и раздавать угощения будешь ты.

Планы кровавой мести тут же вылетели у Генри из головы. Как так? Папа сошёл с ума? Поручил Генри раздавать сладости? Вот так наказание!

Ужасный Генри чуть не расплылся в улыбке, но сдержался.

— Вот тут угощения, — сказал папа. Он передал Генри тяжёлый пакет и строго добавил: — Только не забывай: это не для тебя.

«Ага, конечно», — подумал Генри и скромно ответил: — Хорошо, папа, как скажешь.

Как только папа ушёл на кухню, Ужасный Генри тут же нырнул в пакет. Тяжёлый пакет, полный сладостей! Сейчас он выберет всё самое вкусное, а всякие несъедобные конфеты — лимонные и мятные — так уж и быть, оставит. Всё равно этих запасов ему хватит на неделю, не меньше!

Генри заглянул в пакет. И ужаснулся. Мандарины. Яблоки.

Каштаны в кожуре.

Теперь понятно, почему коварные родители поручили ему раздавать эти позорные угощения!

ДЗИНЬ-ДЗИНЬ!

Ужасный Генри медленно поплёлся к двери. Возле неё валялся его собственный ненужный и совершенно пустой мешок для сладостей.

Генри с досадой пнул его и открыл дверь.

— Чего тебе? — рявкнул Генри.

— Сладость или гадость, — прошептал Воющий Вильям.

Он был в костюме пирата.

Гадкий Генри протянул ему пакет с чудовищными угощениями:

— Глаза закрывай — наугад доставай.

Вот Вильям удивится, когда поймёт, какие бесполезные угощения предлагают в этом доме.

Воющий Вильям отставил свой мешок с конфетами, закрыл глаза и сунул руку в пакет, который протягивал Генри.

Он всё копался и копался, копался и копался, явно надеясь найти там что-то получше мандаринов.

А Ужасный Генри смотрел на мешок с конфетами, с которым пришёл Вильям.

«Ну же, Генри, смелее, — говорил ему мешок. — Да он даже не заметит».

И Генри не стал терять времени.

РАЗ! ХВАТЬ! ВЖИК!

Ужасный Генри схватил горсть конфет из мешка Воющего Вильяма и бросил в свой мешок, лежавший в прихожей.

Воющий Вильям открыл глаза.

— Ты что, взял мои конфеты?

— Нет, — соврал Генри.

Вильям заглянул в свой мешок и завыл:

— ААААААА! Генри взял…

Но Генри вытолкнул его на улицу и захлопнул дверь.

Тут же в коридор выбежал папа.

— Что случилось?

— Ничего. Вильям разревелся, потому что испугался тыквы, — сказал Генри и подумал: «Уф, чуть не попался. Надо брать поменьше».

ДЗИНЬ-ДЗИНЬ!

Это была Ленивая Линда с наволочкой на голове. С ней пришла Изумительная Индира, одетая пугалом.

— Сладость или гадость!

— Сладость или гадость!

— Глаза закрывайте — наугад доставайте, — сказал Генри и протянул пакет.

— О! Обожаю тянуть наугад! — взвизгнула Линда.

Ленивая Линда и Изумительная Индира поставили свои мешки, зажмурились и запустили руки в пакет.

ХВАТЬ! ВЖИК! ХВАТЬ! ВЖИК! ХВАТЬ! ВЖИК!

Ленивая Линда открыла глаза.

— Генри, у тебя самые ужасные угощения, — сказала она, с отвращением разглядывая каштан, который вытянула из пакета.

— Мы к тебе больше не придём, — заявила Изумительная Индира и всхлипнула.

«Вот жалость-то!» — подумал Генри.

ДЗИНЬ-ДЗИНЬ!

Это был Бочка Берт в костюме робота.

— Салют, Берт, хорошие конфеты собрал? — спросил Генри.

— Не знаю, — ответил Бочка Берт.

Но вскоре Генри сам всё выяснил.

У Бочки Берта оказалась куча классных конфет. Очень, очень много! И у Мерзкой Маргарет тоже. И у Скучной Сьюзан, и у Дружелюбного Джоша, и у Трудолюбивого Теда.

Мешок Генри стремительно наполнялся.

ДЗИНЬ-ДЗИНЬ!

Ужасный Генри открыл дверь.

— ГРРРР! — прорычал Стриженый Заяц.

Мешок с конфетами! Сейчас мама его увидит!

— Ой-ой-ой! — завопил Генри. — Боюсь-боюсь! Спасите!

И бросился прочь от Стриженого Зайца, прижимая к груди мешок с конфетами. Он пулей влетел в свою комнату и затолкал мешок под кровать. Уф, успел!

— Не бойся, Генри, это я! — крикнул Послушный Питер.

Ужасный Генри спустился вниз.

— ДА ЛАДНО? Никогда бы не подумал.

— Правда? — удивился Питер.

— Честное слово.

— В этом году кругом дают одни сладости, — пожаловался Послушный Питер. — Фу!

Ужасный Генри протянул ему папин пакет.

— О! Мандаринчик! — обрадовался Питер. — Вот здорово!

А мама строго посмотрела на Генри и сказала:

— Надеюсь, ты сделал выводы.

— Конечно! — ответил Генри, косясь на огромный мешок Послушного Питера. — Удача сама придёт, надо только подождать!

И уж на этот раз им точно придётся остаться. Ха-ха! Да, родители ему достались на редкость злобные и упрямые, но Генри уже давно научился с ними справляться. А вот от няни можно ожидать чего угодно. С ней много мороки. Но как только удаётся её хоть чуточку приручить и показать, кто в доме хозяин, она почему-то сбегает и больше никогда не возвращается. По-настоящему хорошая няня должна разрешать не ложиться хоть всю ночь и есть сладкое сколько влезет. Увы, Генри ещё ни разу таких не встречал.

— Как же нам найти няню? — вздохнула мама. — Вечеринка уже завтра. Кажется, я всех обзвонила. Может, кто-то ещё остался?

— Ну должна же хоть одна согласиться! — отозвался папа. — Давай подумаем.

Мама задумалась.

Папа задумался.

— Как насчёт Бекки? — вдруг спросил папа.

У Генри сердце ушло в пятки. Он даже бросил фотоальбом Питера, в котором пририсовывал брату усы и рога. Может, он ослышался? Только не Бекки! Бешеная Бекки! Только не она!

— Кого-кого? — дрожащим голосом переспросил Генри.

— Не притворяйся, будто не расслышал, — сказал папа. — Я предложил Бекки.

— НЕТ! — завопил Генри. — Она ужасная!

— Никакая она не ужасная, — отозвался папа. — Она просто… строгая.

— Всё равно больше никого нет, — сурово заявила мама. — Сейчас позвоню ей.

— Но она же чудовище! — простонал Генри. — Она уложила Ральфа спать в шесть вечера!

— А я люблю ложиться в шесть, — вмешался Послушный Питер. — Детям нужно много спать, ведь они растут.

Взвыв, Ужасный Генри бросился на брата. Он превратился в Чудовище из Чёрной лагуны, готовое утащить под воду очередную глупую жертву.

— А-а-а-а-ай! — завопил Питер. — Генри дёрнул меня за волосы!

— Генри, сколько можно?! — возмутился папа. — Немедленно прекрати! Мама разговаривает по телефону!

Генри понял, что теперь его спасёт только чудо. Может, Бекки занята. Может, она откажется. Может, она давно померла. Он столько всего слышал о Бекки!

Она велела Трудному Тоби пере одеться в пижаму в пять часов и сделать все уроки. Она отключила компьютер Дубине Дейву. Она заставила Мерзкую Маргарет мыть полы. Да уж, во всём городе не было няни хуже Бешеной Бекки!

Генри рухнул на ковёр и завыл. Мама прокричала в трубку:

— Значит, ты согласна, Бекки? Ой, как хорошо! Нет-нет, это телевизор. Прости за шум. До завтра!

— НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ! — проревел Генри.

* * *

Дзынь! Дзынь!

— Я открою! — крикнул Послушный Питер и вприпрыжку побежал к двери.

Генри распластался на ковре.

— Не хочу няню! — вопил он.

Дверь распахнулась, и в дом вошла настоящая великанша, самая противная, самая безобразная, самая гадкая девушка из всех, что когда-либо встречал Генри. У неё были ОГРОМНЫЕ ручищи. У неё была ОГРОМНАЯ голова. У неё были ОГРОМНЫЕ зубы. Казалось, она завтракает слонами, обедает крокодилами, а в перерыве совсем не прочь перекусить маленькими мальчиками и девочками.

— У вас есть что-нибудь на ужин? — прорычала Бешеная Бекки.

Папа отступил назад.

— Да-да. Бери, что хочешь в холодильнике.

— Не переживайте, возьму, — заверила Бекки.

— Убирайся домой, ведьма! — взревел Генри.

— Мальчики ложатся спать в девять, — громко объявил папа, стараясь перекричать Генри.

Осторожно обойдя Бекки, он перепрыгнул через Генри и выскочил во двор.

— Не хочу няню! — завопил Генри.

— Веди себя хорошо, — тихо сказала ему мама и, переступив через него, вышла из дома.

Дверь закрылась.

Ужасный Генри остался один на один с Бешеной Бекки.

Он сердито уставился на неё.

Она сердито уставилась на него.

— Мне про тебя много рассказывали, сопливая козявка, — рявкнула Бекки. — Но когда я сижу с детьми, они становятся шёлковыми.

Генри перестал кричать.

— Ну, это мы ещё посмотрим, — пробормотал он.

Бекки свирепо оскалилась. Генри отскочил назад. «Лучше держаться от неё подальше», — подумал он, бросился в гостиную и включил телевизор.

Ух ты! «Мутант Макс»! Супер! Такая чудесная передача кому угодно поднимет настроение! Пожалуй, можно сперва посмотреть «Макса», а потом уж всерьёз взяться за Бекки.

Но тут в гостиную зашла Бекки и схватила пульт.

Щёлк!

«Тра-ля-ля-ля! Тра-ля-ля! Ля-ля!»

На экране какая-то омерзительная парочка в блёстках танцевала танго.

— Вообще-то, — сказал Генри, — я смотрю «Мутанта Макса».

— Подумаешь! — отозвалась Бекки. — А я — бальные танцы.

Хвать!

Генри перехватил пульт.

Щёлк!

«Это мутанты, мутанты, мута…»

Хвать!

Щёлк!

«Тра-ля-ля-ля! Тра-ля-ля! Ля-ля! Ля-ля-тра-ля-ля! Тра-ля! Тра-ля-ля!»

Ужасный Генри принялся танцевать, изгибаясь и размахивая руками во все стороны.

— Прекрати, — процедила Бекки.

Генри протанцевал туда-сюда перед телевизором, заслоняя экран и распевая во всё горло:

— Тра-ля-ля-ля! Тра-ля!

— Последний раз предупреждаю! — прошипела Бекки.

Тут в гостиную зашёл Послушный Питер.

Он уже надел свою голубую пижамку с кроликами, почистил зубы и расчесался. Питер протянул Бекки коробку с китайскими шашками.

— Сыграешь со мной партию? — спросил он. — А потом я пойду спать.

— Нет! — рявкнула Бекки. — Я смотрю телик! Закрой рот и убирайся отсюда!

Питер испуганно отскочил.

— Но я думал… Я ведь уже приготовился ко сну и…

— Делать мне больше нечего, кроме как играть с тобой! — взревела Бекки. — Знаете, что? Идите спать! Оба!

— Я так рано никогда не ложусь! — возмутился Генри. — Я хочу досмотреть «Мутанта Макса»!

— Да и меня в это время не укладывают, — робко вмешался Питер. — Сейчас как раз идёт одна передача о природе…

— Марш в кровать! — крикнула Бекки.

— Ни за что! — завопил Генри.

— Р-р-р-р-р! — зарычала Бекки.

* * *

Ужасный Генри и сам не понял, как такое произошло. Будто огромный огнедышащий дракон загнал его по лестнице в спальню. И вот Генри уже лежит в пижаме под одеялом, а на часах всего семь вечера.

Бешеная Бекки выключила свет.

— Даже не думай вставать! Если я тебя увижу, услышу или почую, ты сильно пожалеешь! Пока я в гостиной, а ты тут, никто не пострадает.

С этими словами она вышла из комнаты, захлопнув за собой дверь.

Генри замер от удивления. Он, Ужасный Генри, гроза нянь, кошмар учителей, мучитель братьев, оказался в кровати в семь вечера.

В семь вечера! На два часа раньше обычного! Возмутительно! Генри слышал, как в соседнем доме вопит Мерзкая Маргарет. Как разъезжает туда-сюда на трёхколёсном велосипеде Малявка Майк. Никто не ложится спать в семь вечера. Даже малявки!

Хуже того, Генри вдруг очень захотелось пить. «Ну и что, что она запретила мне вставать с кровати? — подумал он. — Я хочу пить! Сейчас спущусь на кухню и налью себе воды. Это МОЙ дом, и я могу делать тут, что хочу!»

Но почему-то Генри не мог встать с кровати.

«Так и помру от жажды, — думал он. — Мама с папой вернутся и увидят, что я превратился в высохшее ископаемое насекомое. Вот тогда-то Бекки достанется!»

Генри всё так же неподвижно лежал в кровати.

«Давайте, ноги! Шевелитесь! Чего застыли? — Генри изо всех сил пытался подбодрить самого себя. — Надо всего лишь встать, спуститься вниз и налить воды».

Ну да, эта ненавистная няня велела Генри не вылезать из кровати, и что?

Подумаешь!

Да что она сделает?!

«Например, отрубит мне голову, и она покатится вниз по лестнице — бам-бам-бам», — подумал Генри.

Ой.

Пусть только попробует!

Ужасный Генри вспомнил о своих подвигах. Как из-за него учителя с воплями выбегали из класса. Как он разделался с Громадной Грозной Гретой. Как сбежал из дома и почти добрался до Конго.

«Вот сейчас встану и напьюсь воды!» — решил наконец Генри.

Топ-топ-топ.

Генри на цыпочках подкрался к двери и медленно её приоткрыл.

Скр-и-и-и-и-п.

Он приоткрыл дверь ещё чуть-чуть и бесшумно выскользнул в коридор.

А-А-А-А-А-А-А!

Бешеная Бекки сидела на верхней ступеньке.

«Засада! — подумал Генри. — Она устроила мне засаду. Теперь я точно погиб. Мне крышка. Утром найдут только мои голые косточки!»

Генри бросился назад в свою комнату и затаился в ожидании скорой расправы.

Тишина.

В чём дело? Почему Бекки ещё не разорвала его на мелкие кусочки?

Приоткрыв дверь, Генри осторожно выглянул в коридор.

Бекки по-прежнему сидела на верхней ступеньке, втянув голову в плечи и неподвижно глядя в одну точку.

— П-п-паук, — прошептала она, указав трясущейся рукой на большого мохнатого паука прямо перед собой.

— Какой огромный! — воскликнул Генри. — И волосатый! Отвратительный! Смотри, как он перебирает лапками!

— Замолчи! — завизжала Бекки. — Лучше спаси меня, Генри!

Ужасный Генри не зря считался бесстрашным главарём пиратской банды.

— Если я, рискуя жизнью, избавлюсь от этого паука, — протянул он, — то можно мне потом досмотреть «Мутанта Макса»?

— Да, — ответила Бекки.

— И не ложиться спать до прихода родителей?

— Да, — ответила Бекки.

— И съесть всё мороженое из морозилки?

— Да! — воскликнула Бекки. — Только убери скорее этого… этого…

— Договорились, — сказал Генри.

Он метнулся к себе в комнату и схватил банку с крышкой.

Бешеная Бекки зажмурилась, а Генри ловко подцепил паука банкой. Какой пушистый красавчик!

— Готово! — крикнул Генри.

Бекки открыла свои крошечные красные глазки.

— А ТЕПЕРЬ МАРШ В КРОВАТЬ, МОЛОКОСОС!

— Что? — удивился Генри.

— МАРШ В КРОВАТЬ! — повторила Бекки.

— Но мы ведь договорились… — начал было Генри.

— Ну и что? — Бекки презрительно фыркнула. — А теперь я передумала.

— Обманщица.

Он выставил перед собой банку и открыл крышку.

— Внимание! — крикнул он.

— О-о-о-о-о! — простонала Бекки.

Генри угрожающе шагнул к ней.

— НЕ-Е-Е-Е-ЕТ! — взвыла Бекки, отпрянув назад.

— Забирайся в ванную и не выходи оттуда! — приказал Генри. — А не то…

Бекки быстро заскочила в ванную и заперла за собой дверь.

— Если я тебя увижу, услышу или почую, ты сильно пожалеешь! — объявил Генри.

— Уже пожалела, — отозвалась Бешеная Бекки.

* * *

Ужасный Генри отлично провёл вечер перед телевизором. Он смотрел ужастики. Уплетал мороженое, конфеты, печенье и чипсы, пока ему не стало тошно.

Вж-ж-ж-ж-ж-ж.

А вот и родители приехали.

Генри бросился в свою комнату и лёг в кровать, а мама с папой как раз вошли в дом.

Они огляделись. В гостиной повсюду валялись фантики от конфет, крошки от печенья и стаканчики из-под мороженого.

— Ты сам предложил ей угощаться, — пробормотала мама.

— Ну да, — отозвался папа. — Но какая же она неряха!

— Ладно, ерунда, — весело сказала мама. — По крайней мере, ей удалось загнать Генри в кровать.

Тут в гостиную, пошатываясь, вошла Бекки.

— Надеюсь, еды хватило? — спросил папа.

— Нет, — ответила Бекки.

— Неужели? — удивился папа.

— Как прошёл вечер? — поинтересовалась мама.

Бекки посмотрела на неё в упор.

— Можно я пойду?

— Вы не могли бы посидеть с мальчиками в субботу? — с надеждой спросил папа.

— По-вашему, я совсем спятила? — завопила Бекки.

ХЛОП!

Бешеная Бекки со всей силы захлопнула за собой входную дверь.

Ужасный Генри, лёжа в кровати, простонал от разочарования.

Вот чёрт! Так нечестно! Как только ему удаётся приручить няню, она почему-то сбегает навсегда!

Мерзкая Маргарет показала язык.

Скучная Сьюзан показала язык.

Мерзкая Маргарет дёрнула Сьюзан за волосы.

— Ай! — вскрикнула Сьюзан. — Я с тобой не дружу! Ты злюка!

И тоже дёрнула Мерзкую Маргарет за волосы.

— Ой! — вскрикнула Маргарет. — Сама такая!

Обе обиженно надулись.

— Погоди-ка… — сказала вдруг Мерзкая Маргарет. — А вдруг это сделал…

Всего в двух шагах от палатки Маргарет в форте тайного общества «Красная Рука» Ужасный Генри, сидя на троне, вытер крошки со рта и рыгнул.

«М-м-м… — подумал он. — Нет ничего слаще, чем печенье заклятого врага».

Ветки у входа зашевелились.

— Пароль, — прошипел Ужасный Генри.

— Вонючие жабы.

— Заходи.

Часовой вошёл, и они с Генри обменялись тайным рукопожатием.

— Генри, а почему… — начал Послушный Питер.

— Как ты ко мне обращаешься, Червяк!

— Прости, Генри. То есть Ваше Высочайшее Королевское Величество, Властитель «Красной Руки».

— Так-то лучше, — одобрил Генри и, указав на пол, великодушно добавил: — Садись, Червяк.

— Почему это я — Червяк, а ты — Высочайшее Королевское Величество?

— Потому что я здесь командир, — ответил Генри.

— Но я тоже хочу титул получше, — не сдавался Питер.

— Ладно, — разрешило Высочайшее Королевское Величество, — будешь Господин Червяк.

Питер задумался.

— А можно Господин Великий Червяк?

— Так уж и быть. — Вдруг Генри на сторожился. — Червяк! Кто-то идёт!

Послушный Питер выглянул из куста.

— Враг близко! — предупредил он.

Топ-топ-топ — послышались чьи-то шаги и затихли у входа в форт.

— Пароль! — крикнул Генри.

— Собачья какашка! — ответила Маргарет и вломилась в крепость.

Следом вошла Скучная Сьюзан.

— Пароль неверный, — сказал Генри.

— Мы вас не пустим! — запоздало пискнул часовой.

— Ты стащил наше печенье, — заявила Мерзкая Маргарет.

— Да, Генри, стащил, — поддакнула Сьюзан.

Ужасный Генри потянулся и зевнул.

— Докажите.

Мерзкая Маргарет указала на рассыпанные по земле крошки.

— Вот! Крошки. Откуда они, а?

— От печенья, — сказал Генри.

— Ага! Признался! — взвизгнула Маргарет.

— От нашего печенья, — пояснил Генри и указал на жестяную коробку, на которой были нарисованы череп и кости.

— Громко плачут все вруны! От вранья горят штаны! — принялась дразниться Маргарет.

Ужасный Генри стал кататься по земле, хватаясь за попу.

— А-а-а-а! У меня штаны загорелись! Я горю! Зовите пожарных! — орал Генри.

Послушный Питер тут же по мчался к дому.

— Мама! Мама! У Генри штаны загорелись!

Маргарет и Сьюзан поспешили покинуть форт.

Ужасный Генри встал и захохотал во всё горло.

— Ха-ха-ха-ха! «Красная Рука» победила!

— Мы тебе ещё отомстим, — пообещала Мерзкая Маргарет.

— Ага, как же, — бросил им вслед Генри.

* * *

— Ты же правда не брал их печенье? — спросил на следующий день Господин Великий Червяк.

— Пф, скажешь тоже, — фыркнул Генри. — Возвращайся на вахту, часовой. Наш враг наверняка задумал ответное нападение.

— Почему всегда я несу вахту? — заныл Питер. — Так нечестно.

— Чьё это тайное общество? — строго спросил Генри.

— Твоё, — пробормотал Питер, чуть не плача.

— Вот именно. Если хочешь и дальше числиться временным членом моего общества, будешь делать, как я скажу.

— Хорошо.

— И не забывай: если ты будешь очень хорошо нести службу, я назначу тебя старшим часовым, а потом, может быть, и начальником стражи, — пообещал Генри.

— О-о! — Послушный Питер просиял и пошёл в караул.

«Раз с этим разобрались, пора перекусить», — подумал Ужасный Генри. В его жестяной коробке были припрятаны пять чудесных шоколадных печенек.

Генри взял жестянку… и замер. Почему в ней ничего не гремит?

Он встряхнул жестянку.

Ни звука.

Ужасный Генри сорвал крышку и завопил.

В коробке с черепом было пусто.

То есть печенья там не было. Но зато лежал листок, на котором был нарисован кинжал — мерзкий символ клуба Мерзкой Маргарет.

Ну он им покажет!

— Червя-я-як! — позвал Генри. — Быстро сюда!

Питер вошёл.

— В нашем форте побывал враг! — заорал Генри. — Ты уволен!

— У-у-у-у-у! — заревел Послушный Питер.

* * *

— Молодец, Сьюзан, — похвалила Мерзкая Маргарет, доедая печенье.

Щёки главы тайного общества были перепачканы шоколадом.

— Не понимаю, почему тебе достались три печеньки, а мне всего две, хотя это я пробралась во вражеский форт и стащила их, — недовольно сказала Сьюзан.

— Потому что я тут главная, — объяснила Мерзкая Маргарет.

— И всё равно я считаю, это нечестно, — пробормотала Сьюзан.

— Твоё дело, — бросила Маргарет. — А теперь я готова выслушать подробный отчёт.

— Бе-бе! Бе-бе-бе! — раздалось снаружи.

Сьюзан и Маргарет вылетели из палатки. Слишком поздно. Генри сорвал флаг их тайного общества и теперь прыгал с ним, страшно довольный собой.

— Сейчас же отдай! — завизжала Маргарет.

— Сама возьми.

Сьюзан бросилась к Генри. Тот отскочил в сторону.

Маргарет на него кинулась. Генри увернулся.

— Не поймаешь! Не поймаешь! — дразнился Генри.

— Ну держись, — сказала Маргарет и двинулась на Генри, но вдруг развернулась, перескочила через ограду в соседний сад и метнулась к форту «Красной Руки».

— Не смей! — закричал Генри и бросился за ней.

«Где, спрашивается, этот негодный часовой, когда он нужен?»

Маргарет сорвала флаг с черепом и костями и отбежала подальше.

Два командира стояли и смотрели друг на друга.

— Отдай мой флаг! — потребовал Генри.

— Отдай мой флаг! — потребовала Маргарет.

— Сначала ты, — сказал Генри.

— Нет, ты, — сказала Маргарет.

Ни один не двинулся с места.

— Ладно, на счёт три бросаем флаги, — объявила Маргарет. — Один, два, три… бросай!

Маргарет не выпустила из рук флаг Генри.

Генри не выпустил из рук флаг Маргарет.

С минуту они так и стояли.

— Жулик, — сказала наконец Маргарет.

— Сама такая, — сказал Генри.

— Не знаю, как у тебя, а у меня куча важных шпионских дел, — заявила Маргарет.

— Ну и иди. Никто тебя не держит.

— Отдай мой флаг, Генри.

— Не отдам.

— Ладно, — сказала Маргарет и крикнула: — Сьюзан! Неси ножницы.

Сьюзан побежала в дом.

— Питер! — крикнул Генри. — Червяк! Господин Червяк! Господин Великий Червяк!

Питер выглянул из окна.

— Неси ножницы! Скорее! — приказал Генри.

— Не принесу, — ответил Питер. — Ты же исключил меня из клуба, забыл?

И он захлопнул окно.

— Ну, Питер, тебе конец, — пригрозил Генри.

А Скучная Сьюзан уже принесла ножницы.

Маргарет взяла их и поднесла к флагу.

Генри даже не вздрогнул. Она не посмеет…

Чик!

А-а-а-а!

Мерзкая Маргарет отрезала уголок флага с черепом и костями. И приготовилась резать дальше.

А ведь Генри так долго трудился над этим прекрасным флагом! Придётся признать поражение.

— СТОЙ! — крикнул Генри.

Он бросил флаг Маргарет на землю.

Маргарет бросила его флаг.

Очень медленно оба наклонились, а потом быстро схватили свои флаги.

— Мир? — спросила Мерзкая Маргарет с довольной улыбкой.

— Мир, — хмуро согласился Ужасный Генри и подумал: «Я ей этого не прощу! Любой, кто оскорбит флаг «Красной Руки», ответит за это».

* * *

Ужасный Генри терпеливо ждал. Наконец стемнело, и из соседнего дома зазвучало противное бряцанье пианино. У Мерзкой Маргарет был урок.

Пора! Ужасный Генри выскользнул в сад, перебрался через ограду и подскочил к палатке.

Раз! Он схватил карандаши и журнал вражеского тайного общества.

Два! Забрал их табуретку.

Три! Взял вражескую жестянку для печенья.

Достаточно?

Нет!

Хвать! Он сорвал плакат с девизом тайного общества «Долой мальчишек!».

Вжих! Сгрёб их ковёр.

Ужасный Генри огляделся. В палатке больше ничего не осталось.

Но что, если…

Генри задумался. Может, не надо?

Надо!

Шлёп! Палатка сложилась. Генри прихватил и её тоже вдобавок ко всему награбленному.

Пыхтя и отдуваясь, спотыкаясь и пошатываясь, Генри доковылял до ограды и перевалился через неё вместе со всем добром.

Да, грабить тяжело. Но что поделаешь, такова пиратская доля. Зато как всё это будет здорово смотреться в его форте. Ковёр на полу, дополнительная жестянка для печенья… плакат можно исправить, чтобы получилось «Долой девчонок!», а форт надо переименовать в «Дворец Красной Руки».

Секундочку, а где форт?

Ужасный Генри пошарил в кустах.

Форт исчез.

Он поискал свой трон.

Трон пропал.

И даже жестянка для печенья ИСПАРИЛАСЬ!

Из темноты донёсся шорох. Ужасный Генри обернулся и увидел кое-что очень странное.

Форт «Красной Руки» стоял у сарая.

ЧТО?!

И вдруг он медленно пошёл вперёд. Да-да, покачиваясь из стороны в сторону, его форт медленно брёл по газону на четырёх тоненьких ножках.

Ужасный Генри рассвирепел.

Кто-то похищает его форт! Это возмутительно! Куда катится мир, если можно вот так запросто пробраться в сад и стащить чужой форт? Ну ничего, он положит этому конец!

Генри издал пиратский клич.

— АЙ-Я-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

— Ой-ой-ой! — завизжал форт.

Форт «Красной Руки» грохнулся на землю. Захватчики бежали.

— Я же просила пошевеливаться, ленивая ты улитка!

— Сама ты ленивая улитка!

ПОБЕДА!

Ужасный Генри забрался на крышу своего форта.

Размахивая флагом, он отплясывал разбойничий танец и сам себе подпевал:

— Бе-бе! Бе-бе-бе!

Генри уже однажды видел Тошнотворную Тесс. Её стошнило прямо на него. Хорошо бы больше никогда с ней не встречаться. По крайней мере, пока она не подрастёт и её не посадят в клетку. Но увы. Генри придётся поехать к Полли и Полу и посмотреть, как Тесс окунут в ванночку с водой. А в это самое время Ральф с друзьями будут веселиться в «Волшебном мире слизи». Генри уже давно мечтал попасть в «Волшебный мир слизи». И сегодня вполне мог бы там оказаться. Когда ещё подвернётся такая возможность? Но нет. Теперь всё потеряно.

В комнату Генри заглянул Послушный Питер.

— Я готов, мама, — сказал он. Питер до блеска натёр ботинки, почистил зубы и хорошенько причесался. — Знаю, как это неприятно — ждать кого-то. Особенно когда спешишь.

— Спасибо, милый, — отозвалась мама. — Хоть один из моих ребят умеет себя вести.

Ужасный Генри с рёвом набросился на брата. Он превратился в голодного стервятника, который вонзил свои когти щи в дохлую мышь.

— А-а-а-а-а-а-ай! — завопил Питер.

— Генри, ну почему ты всегда так ужасно себя ведёшь?! — возмутилась мама.

— Меня никто не предупредил, что крестины сегодня! — воскликнул Генри.

— Нет, тебя предупреждали заранее, — возразила мама. — Ты просто пропустил всё мимо ушей.

— Как обычно, — добавил папа.

— А я знал, что мы едем именно сегодня, — встрял Питер.

— Не хочу к Полли! — завопил Генри. — Хочу к Ральфу!

— А ну-ка, быстро в машину! — приказал папа.

— Иначе никакого телевизора целый год! — предупредила мама.

Ой! Ужасный Генри перестал выть. Целый год! Что может быть хуже?

Он угрюмо спустился по лестнице и вышел из дома. Они хотят, чтобы он сел в машину? Отлично.

— Только не хлопай дверью! — попросила мама.

ХЛОП!

Отпихнув Питера от машины, Ужасный Генри забрался на заднее сиденье и устроился позади водителя. Питер схватил брата за ноги и попытался перелезть через него. Но…

Победа! Генри занял сиденье первым.

Генри любил сидеть за водителем и смотреть на спидометр.

Питер тоже любил сидеть за водителем и смотреть на спидометр.

— Мам, — захныкал Питер. — Сегодня моя очередь там сидеть!

— Нет, моя! — крикнул Генри.

— Моя!

— МОЯ!

— Мы ещё не отъехали от дома, а вы уже ссоритесь! — вздохнул папа.

— Будете сидеть за водителем по очереди, — решила мама. — Поменяетесь во время остановки.

Вжжжжжжж.

Папа завёл двигатель.

Двери заблокировались.

Генри понял, что теперь ничего не поделать.

Хотя… Надежда всё-таки есть. Пусть и совсем-совсем крошечная. Что там мама говорит, когда они с Питером ссорятся в машине? «Если не прекратите, я сейчас же развернусь и поеду домой!» А ведь Генри как раз и хочет домой! Значит, нужно всего лишь вести себя как обычно!

— Пожалуйста, поставьте диск со сказкой, — попросил Питер.

— Нет! Я хочу музыку! — потребовал Генри.

— А я — «Мышонок идёт в город», — не унимался Питер.

— А я — «Отбойных Каннибалов», лучшие хиты.

— Сказку!

— Музыку!

— Сказку!

— Музыку!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!

— Генри, перестань! — сказала мама.

— Пусть Питер от меня отстанет! Скажи ему! — крикнул Генри.

— Пусть Генри от меня отстанет! Скажи ему! — крикнул Питер.

— Отстаньте друг от друга! — велела мама.

Ужасный Генри сердито посмотрел на Послушного Питера.

Послушный Питер сердито посмотрел на Ужасного Генри.

Генри подвинулся. Медленно, сантиметр за сантиметром, он стал занимать место, на котором сидел брат.

— Генри пытается залезть на мою половину!

— Ничего подобного!

— Генри, отстань от Питера, — велел папа. — Сейчас же!

— Да я ничего такого не делаю! — возмутился Генри. — Мы ещё не приехали?

— Нет, — ответил папа.

Прошло полминуты.

— Мы ещё не приехали? — спросил Генри.

— Нет! — сказала мама.

— Мы ещё не приехали?

— НЕТ! — хором воскликнули родители.

— Мы выехали всего десять минут назад, — добавил папа.

Десять минут! Генри казалось, будто они едут уже несколько часов.

— Ну хотя бы четверть пути проехали?

— НЕТ!

— А половину?

— НЕТ!

— А долго ещё до половины?

— ГЕНРИ, ПРЕКРАТИ! — взорвалась мама.

— Ты меня с ума сведёшь! — сказал папа. — Помолчи немного и оставь нас в покое.

Генри вздохнул. Ну и скукота! Почему они не купят нормальную машину с видеоиграми, домашним кинотеатром и джакузи? Когда он станет королём, будет ездить только на такой.

Генри принялся тихонько напевать себе под нос.

— Генри, перестань мычать!

— Ну почему, почему ты ведёшь себя так ужасно?

— Но я же ничего не делаю! — возмутился Генри и задрал ногу.

— МАМ! — тут же взвыл Питер. — Генри пинается!

— Генри, ты пинаешь Питера?

— Нет ещё, — пробормотал Генри и тут же крикнул: — МАМ! Питер смотрит в моё окно!

— Пап! Генри смотрит в моё окно!

— Питер дышит мне в лицо!

— Генри дышит слишком громко мне назло!

— Генри смотрит на меня!

— Питер залез на мою половину!

— Скажи ему! Пусть перестанет! — хором заорали Генри и Питер.

Мама побагровела.

Папа побагровел.

— Ну всё! — заорал папа.

— Я так больше не могу! — заорала мама.

«Ура! — подумал Генри. — Сейчас мы наконец поедем домой!»

Однако папа не развернулся, а всего лишь заехал на площадку для отдыха.

— Давайте немного переведём дух, — сказала мама — она выглядела вконец измученной.

— Кто хочет в туалет? — спросил папа. Он выглядел ещё хуже.

— Я, — отозвался Питер.

— А ты, Генри?

— Нет, — сказал Генри.

Он не младенец и отлично знает, когда ему надо в туалет. Вот сейчас ему совсем не надо.

— Учти, Генри, больше мы останавливаться не будем, — объявила мама. — Так что, думаю, тебе лучше всё-таки сходить.

— НЕТ! — крикнул Генри, да так, что на него оглянулись почти все, кто был на площадке. — Я подожду в машине.

У родителей уже не было сил с ним спорить. Вместе с Питером они молча отправились в туалет.

Вот чёрт! Несмотря на все старания Генри, мама с папой явно не собирались поворачивать домой. Что ж, если не получилось их развернуть, то, может, удастся как-то задержать? Но как?

Внезапно Генри пришла изумительная, замечательная идея. Ну конечно! Что может быть проще? Теперь-то уж они наверняка пропустят крестины!

Родители с Питером вернулись в машину. На этот раз за руль села мама.

— Я хочу в туалет, — сказал Генри, как только они отъехали.

— Не сейчас, Генри.

— Я хочу в туалет! — завопил Генри. — Именно сейчас!

Мама вернулась на площадку для отдыха.

Папа повёл Генри в туалет.

— Я подожду тебя снаружи, — сказал папа. — Давай быстрей, а то мы опоздаем.

Опоздаем! Чудесное слово!

Генри зашёл в кабинку, запер дверь и принялся ждать. Ждать. И ждать.

Наконец он услышал, как папа сердито спросил:

— Генри! Ты что, в унитаз провалился?

Генри подёргал ручку двери.

— Замок заклинило, — пожаловался он. — Я не могу выйти!

— Попытайся открыть, — простонал папа.

— Я уже сто раз пытался. Боюсь, придётся позвать на помощь, пусть взломают дверь.

Наверняка это займёт не один час. Генри устроился поудобнее на унитазе и достал комикс.

— Просто пролезь под перегородкой в соседнюю кабинку, — посоветовал папа.

Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р! Генри готов был разреветься от отчаяния. Ну почему ему так не везёт?! Почему он заперся в туалете, где перегородки не до самого пола? Генри совсем не хотелось ползать по холодному кафелю. Вздохнув, он дёрнул за ручку и открыл дверь.

* * *

До конца поездки Генри вёл себя очень тихо. Он так расстроился из-за неудачи, что даже спокойно разрешил Питеру сесть за водителем. К тому же его начало укачивать.

Генри открыл окно.

— Мам, — тут же заныл Питер, — мне холодно!

Папа включил печку.

— Мне от печки совсем тошно! — возмутился Генри.

— Меня сейчас вырвет! — не унимался Питер.

— И меня! — простонал Генри.

— Мы почти приехали! — воскликнула мама. — Потерпите совсем чуть…

БУЭ-Э-Э-Э-Э.

Питера стошнило на маму.

БУЭ-Э-Э-Э-Э.

Генри стошнило на папу.

Машина остановилась перед домом Полли и Пола.

Мама с папой с трудом выбрались из машины и, пошатываясь, подошли к двери.

— Неужели добрались?! — проговорила мама, вытирая платье.

— Слава богу, целые и невредимые! — отозвался папа, вытирая рубашку.

Ужасный Генри уныло переминался с ноги на ногу чуть поодаль. Несмотря на все свои хитроумные уловки, он проиграл эту битву. И пока Резкий Ральф, Дубина Дейв и Дружелюбный Джош будут носиться туда-сюда, поливая друг друга зелёной слизью из бластеров, Генри придётся помирать со скуки в окружении занудных взрослых. Фу-у-у-у-у-у-у-у. Вот уж не повезло!

Дзынь-дзынь!

Дверь открылась.

На пороге стояла Противная Полли в халате и тапочках. Она держала на руках вонючего вертлявого вопящего младенца. Следом за Полли к гостям вышел Пол. На нём была грязная футболка, на которую явно только что срыгнула Тесс.

— Ой, — удивилась Полли.

Мама сделала вид, будто это не она только что выбралась из самых глубин ада, причём таких, о которых лучше помалкивать.

— А вот и мы! — радостно воскликнула она. — Как малышка?

— Слишком уж противная, — пожаловалась Полли.

— Слишком уж прыщавая, — пожаловался Пол.

Полли и Пол уставились на родителей Генри и Питера.

— А зачем вы приехали? — наконец спросила Полли.

— Как зачем? На крестины, — ответила мама.

— На крестины Тесс? — уточнила Полли.

— Так это же в следующие выходные, — заметил Пол.

Казалось, мама вот-вот рухнет в обморок. Папа явно собирался упасть рядом с ней.

— То есть мы перепутали дни? — прошептала мама.

— И нам придётся вернуться домой, а через неделю приехать снова? — прошептал папа.

— Ну да, — сказала Полли.

— Нет, только не это, — простонала мама.

— Нет, только не это, — простонал папа.

— БУЭ-Э-Э-Э-Э, — Тесс опять срыгнула.

— Ой! — взвизгнула Полли. — Мне пора!

И она захлопнула дверь.

— То есть мы вернёмся домой? — спросил Генри. — Прямо сейчас?

— Да, — прошептала мама.

— Ур-р-р-р-ра! — завопил Генри. — Ну держись, Ральф! Я уже еду!