В начале Господь создал небо и землю. Земля была бесформенной, и жила на ней одна только тьма.

Тогда Господь сказал: «Это – свет!» И появился свет. Так Господь отделил свет от тьмы и сотворил день и ночь. Так прошёл первый день.

Затем Господь сказал: «Это – звёзды посреди вод, чтобы отделить одну воду от другой!» И отделил звёздами верхние воды от нижних. Сверху было небо со своими светилами. Так прошёл второй день.

Господь сказал: «Пусть воды, что находятся под небом, соберутся и покажут сушу!» И появились моря и континенты. А затем Господь сказал: «Пусть на земле родятся деревья и травы, и пусть из семени каждого вида рождается плод».

И земля покрылась чудесными растениями, цветами и плодами. Так прошёл третий день.

Господь продолжил трудиться: «Это – большие светила, которые управляют сменой дня и ночи, времён года, лет и месяцев». И появилось солнце, управляющее днём, и луна, управляющая ночью. Так прошёл четвёртый день.

И снова Господь сказал: «Вот кто будет жить в воде и вот кто – на небе». Тогда моря наполнились рыбами и другими чудесными созданиями, а в небе появились птицы. Так прошёл пятый день.

Потом Господь сказал: «Вот кто будет жить на земле!» И планета наполнилась быками, коровами и лошадьми, дикими зверями, пресмыкающимися и насекомыми. Затем Господь сотворил мужчину и женщину – Адама и Еву. Он создал их по своему образу и подобию и сказал им: «Я даю вам всякую траву, которая рождает семя и плод, всякое живое существо, идите и живите на этой земле».

Шестой день.

На седьмой день Господь остановился отдохнуть. Он решил полюбоваться теми чудесами, которые сотворил. Седьмой день назвали днём Господним.

Было время, когда Господь наблюдал за людьми, и ему не нравилось то, что он видел: ссоры, войны, захват чужих территорий. Земля была местом, где люди боролись друг с другом и пытались друг друга перехитрить. Лишь один человек, казалось, живёт в мире со всеми. Этим человеком был Ной. Он безмятежно жил со своей большой семьёй и старался никому не причинять зла. Ной был настоящим праведником.

Тогда Господь призвал его и сказал: «Ной, пойди в лес и набери хорошей древесины, попроси помощи у твоих сыновей и сооруди большой ковчег, который сможет ходить по морю много дней. На этом ковчеге ты спасёшься от потопа, который накроет землю».

Ной взглянул на чистое безоблачное небо, но встал и сделал то, что сказал ему Господь. Он собрал древесину, придал ей нужную форму, продумал, как строить ковчег, и наконец соорудил его.

Работая, он строго соблюдал указания Господа: ковчег был трёхэтажным, с окнами на крыше и просторными помещениями для провизии.

Потом Господь сказал: «Возьми по паре от каждого вида животных, мужского пола и женского, от птиц небесных и скота до пресмыкающихся, заведи их в ковчег, а затем возьми твою жену, трёх твоих сыновей – Сима, Хама и Иафета – и жён твоих сыновей. Через семь дней начнётся потоп. Я буду лить дождь сорок дней и сорок ночей, пока вода полностью не накроет землю, и на ней не останется ни единого признака жизни».

Ной долго трудился, смолил свой ковчег, чтобы защитить его от воды, и раскладывал на нём еду и запасы для себя и животных. Потом он начал запускать их на борт. Это была долгая и трудная работа, но в конце концов он сумел разместить в трюмах все виды животных и пригласил в ковчег свою семью. А потом закрыл вход на корму и принялся ждать того, что предрёк ему Господь.

На седьмой день пошёл дождь, не прекращавшийся ни на минуту. Вода стала подниматься и заполнила поля, поглотила холмы и наконец накрыла вершину самых высоких гор. Ной открыл окошко в крыше ковчега и увидел, что повсюду простирается одна лишь вода. Всё было в точности так, как и сказал ему Господь.

Долгими днями ковчег плавал по воде в тишине. Потом поднялся ветер, и воды начали опускаться. Ковчег продолжал плыть, пока внезапно не остановился, сев на мель прямо на вершине горы Арарат.

Ной снова открыл своё окошко на крыше и выпустил ворона. Птица почти сразу же вернулась обратно, потому что не знала, куда лететь. Тогда Ной подождал ещё семь дней и выпустил голубя. Голубь летал весь день, но не нашёл, куда сесть, и вернулся в ковчег к вечеру. Ещё через семь дней Ной снова выпустил голубя, который вернулся вечером с веточкой оливы в клюве. Тогда-то Ной понял, что путь ковчега окончен, вода отступает и скоро они вновь коснутся земли.

Через семь дней они парами сошли с ковчега, и Господь сказал: «Идите и заполните каждый уголок земли. Живите в счастье, и больше не ссорьтесь друг с другом».

В то время на земле говорили только на одном языке. Общаться было очень легко, потому что все люди понимали друг друга и вместе чувствовали себя могущественными. Настолько могущественными, что могли прожить без Бога.

Однажды, спускаясь с горы, они оказались на огромной равнине, которая называлась Сеннаар. Оглянувшись вокруг, они сразу поняли, что место удобное и просторное, и потому решили: «Остановимся здесь и начнём обжигать кирпичи. Из них мы выстроим город. А посреди города воздвигнем высоченную башню – чтобы была видна издалека и показывала, как мы искусны и едины».

Они тут же принялись за работу и начали строить город с высоченной башней, но Богу не нравилась их гордыня, и он сказал:

«Я сделаю так, что они перестанут понимать друг друга, перепутаю их языки».

Так и случилось, и люди стали говорить на разных языках, изумились, что больше не в силах понимать друг друга, и пришли в ужасное волнение. Они не сумели завершить свою работу, потому что без конца ругались и перебивали друг друга, пока наконец не покинули тот город с его высокой башней, которая называлась Вавилонской и должна была свидетельствовать об их величии.

Их замысел обратился жалким провалом. Со временем башня рухнула, как рухнуло и единство: люди разбрелись в разные стороны, покинув равнину Сеннаар и отправившись жить в дальние края, рассеявшись по земле и говоря на разных языках.

Авраам был праведником и жил в мире. Однажды Бог призвал его и сказал:

«Иди, покинь свою землю и направься туда, куда я покажу тебе».

Авраам верил Господу и не стал терять времени. Он пустился в путь с женой Саррой и племянником Лотом, своими рабами, взяв с собой все свои богатства и скот. Это был смелый поступок, ведь караван отправился в неизведанные места, где его могли поджидать самые разные опасности. Авраам точно не знал, куда идёт, он просто очень верил Господу.

Но Господь сказал: «Я сделаю из тебя великий народ, и ты получишь моё благословение!»

Авраам и Сарра продолжили свой путь, пока не оказались в Ханаанской земле, на очень плодородной равнине. Именно там однажды вечером Бог снова заговорил с Авраамом и сказал:

«Вот земля, которая будет принадлежать тебе и твоим потомкам».

Но Авраам уже состарился, у него не было детей от жены его Сарры, они очень мечтали о ребёнке, но так и не сумели завести его. Он ответил Господу:

«Я уже стар, как же я смогу завести потомство, о котором ты говоришь?»

Бог ответил: «Ты верил в меня, а теперь взгляни на звёзды в небе. Сосчитай их. Сегодня я говорю тебе, что у тебя будет больше потомков, чем звёзд, которые ты можешь разглядеть этим вечером». Авраам почувствовал, что в сердце у него зарождается надежда.

Они жили в Мамре, и рядом с их шатром росли дубы. Как-то раз Авраам отдыхал в своём шатре, потому что солнце стояло высоко в небе, и было очень жарко. Он услышал шум и внезапно увидел, что к нему подошли трое. Трое чужеземцев. Он тут же вышел из шатра, чтобы встретить их как подобает.

«Располагайтесь в тени у дуба, выпейте немного воды. Сейчас я попрошу жену испечь вам хлеба, и вы продолжите свой путь, когда утолите голод, жажду и восстановите силы».

Путники согласились остановиться, и пока они ели и пили, один из них сказал:

«За этот год у тебя родится сын».

Сарра была в шатре, но услышала слова того чужеземца и не смогла удержаться от смеха, потому что знала: она уже слишком стара, чтобы родить сына. Но путник словно прочёл мысли Авраама и Сарры и добавил, обращаясь к Аврааму:

«Для Бога нет ничего невозможного. Когда через год я снова пройду этой дорогой, я увижу, как ты баюкаешь своего сына».

Так и случилось на самом деле: у Авраама и Сарры родился сын, о котором они так мечтали, и они назвали его Исааком.

Бог исполнил своё обещание, и Авраам был счастлив, потому что теперь он мог заботиться о своём потомстве.

Всякий раз, глядя на своего сына, Авраам думал о Господе и обо всём том, что он сказал ему: Гос-подь сдержал свои обещания.

Исаак рос здоровым и сильным, и жизнь их протекала спокойно, но однажды Бог обратился к Аврааму:

«Завтра рано утром возьми своего сына и поднимись на гору, построй там алтарь и принеси мальчика в жертву».

Авраам не понял, в чём причина такой жестокой просьбы, и думал о ней всю ночь, но снова сказал себе: «Господь сдержал обещание и всё это время заботился о нём наилучшим образом, а значит, он не мог быть настолько жесток, чтобы уничтожить всё.» Он должен был снова довериться Господу.

Так что спозаранку он взял ослика, нагрузил его дровами и провиантом, разбудил Исаака и направился на гору, которую указал ему Бог. Исаак кротко следовал за ним.

Добравшись до вершины, они собрали алтарь из камней и развели огонь. Исаак знал, что для жертвоприношения Богу нужен алтарь, а дрова нужны, чтобы разжечь огонь, но чего-то не хватало; он спросил у отца: «А где же ягнёнок для жертвоприношения?». Авраам не ответил и с преисполненным горя сердцем схватил Исаака, чтобы привязать его к дровам. В это мгновение раздался голос Господень:

«Нет, Авраам, не трогай Исаака. Я не хочу, чтобы с ним что-нибудь случилось: теперь я знаю, что ты – человек веры». Авраам поднял глаза и увидел, что совсем рядом гуляет баран; он быстро поймал его и принёс в жертву вместо Исаака. Он воспрял духом, понял, что Бог подверг его испытанию. И Бог заговорил снова: «Теперь, когда я могу тебе доверять, я благословляю тебя и благословляю потомство, которое произойдёт от твоего сына и от сыновей его сыновей».

Отец и сын спустились с горы налегке с сердцем, ещё сильнее преисполненным надежды.

Настало время для Авраама найти Исааку жену. Авраам не хотел, чтобы его сын женился на женщине из Ханаанской земли – места, где они жили, – потому что там не верили в их Бога. Он предпочитал, чтобы избранницей Исаака стала девушка родом из тех краёв, откуда они когда-то пустились в путь, и поручил своему самому пожилому и верному рабу отправиться туда и отыскать подходящую невесту.

«Если ни одна девушка не захочет пойти с тобой, ты волен вернуться, но я уверен, что ангел Господень отправится за тобой и поможет тебе в этом деле».

Раб взял десять верблюдов, небольшой сундук с украшениями и двинулся в путь. Добравшись к вечеру до городских ворот, он остановился у колодца и вверил себя Богу своего хозяина Авраама, сказав:

«Господь, помоги мне в этом выборе, сделай так, чтобы сегодня сюда, к колодцу, подошла та девушка, которую я ищу. В этот час девушки, должно быть, приходят черпать воду. Если найдётся среди них та, что предложит напиться и мне, она подойдёт Исааку».

Вскоре подошла девушка по имени Ревекка. Она набрала воды и предложила попить путнику и даже его верблюдам. Она была нежна и прекрасна; из разговора с ней раб узнал, что она родственница Авраама, внучка Нахора, брата хозяина. Выходило, что она очень ему подходит, так что раб подарил ей кольцо и спросил, может ли он пойти к ней домой поговорить с её отцом.

Когда отец Ревекки узнал, что её выбрали в жё-ны Исааку, он спросил у дочери, что она думает: «Хочешь пойти?» Девушка ответила «да», нежно улыбаясь. Тогда отец благословил её, а раб приготовился сопровождать невесту в Ханаан.

Они отправились в путь, но на подходе к лагерю Авраама увидели, что навстречу идёт человек.

«Кто это?» – спросила Ревекка у раба.

«Это Исаак, сын моего хозяина Авраама, твой жених», – ответил раб. Ревекка полюбила его с первого взгляда и спустилась со своего верблюда. Потом подошла к нему и, как было принято в то время, накрыла своё лицо вуалью. Этот жест означал, что с этой минуты она связана с одним-единственным мужчиной, Исааком. Юноша понял значение жеста и в свою очередь полюбил эту девушку и сразу же пригласил её зайти в шатёр его матери Сарры и отца Авраама. Благодаря этому союзу род Авраама и в самом деле получил своё продолжение.

У Исаака и Ревекки родились два сына-близнеца: Исав и Иаков. Характеры у близнецов были очень разные. Исав был крупный, мускулистый, косматый юноша и прекрасный охотник; по утрам он вставал спозаранку и целый день проводил на охоте. Иаков был более кроток и спокоен, он часто оставался в лагере. Исаак больше любил Исава, потому что тот возвращался домой, нагруженный дичью, и был его первенцем – а значит, тем, кому суждено было унаследовать семейные богатства. Ревекка же предпочитала Иакова, который проводил с ней весь день. В те времена именно первый сын был тем, которого всякий отец благословлял на смертном одре. Первенцу отдавалось предпочтение.

Однажды Исав вернулся с охоты очень усталым и увидел, что его брат Иаков только-только приготовил прекрасный чечевичный суп; он подошёл и спросил: «Можно мне немного, пожалуйста? Умираю от голода».

Иаков ответил: «Да, я дам тебе моего супа, если ты уступишь мне своё первородство!» Исав так устал и изголодался, что не стал долго раздумывать и сказал: «Хорошо, хорошо».

Тем временем Исаак состарился и знал, что ему недолго остаётся жить и что совсем скоро нужно будет дать перворождённому сыну своё благословение. Он позвал Исава и сказал ему: «Сходи в последний раз на охоту для меня и распорядись, чтобы твою добычу приготовили, я съем её и потом благословлю тебя».

Ревекка услышала эту просьбу мужа и тут же отправилась известить Иакова, который, пока брата не было, взял двух козлят, приготовил их и отнёс отцу, притворившись Исавом. Исаак не заметил обмана, потому что Ревекка обо всём позаботилась: она одела Иакова в козлиную кожу, чтобы он казался таким же косматым и крупным, как Исав. Так что Исаак дал Иакову своё благословение.

Так за миску чечевичной похлёбки первородство перешло к Иакову, избранному Господом.

Дело в том, что однажды ночью, направляясь в Харран в поисках жены, Иаков остановился на привал и положил голову на камень. Он уснул и увидел во сне длинную-предлинную лестницу, которая вела прямо на небо, и по той лестнице поднимались и спускались прекрасные ангелы Господни. Затем, во сне, Иаков услышал голос, который объяснил ему:

«Я – Господь, Бог Авраама и Исаака, отца твоего. Сейчас ты лежишь на земле, которая будет твоей и потомков твоих, я буду с тобой всюду, куда бы ты ни пошёл. Я твой Бог».

Когда Иаков проснулся, он вспомнил о своём сне и понял, что Господь обращался именно к нему. Он выбрал его, и теперь Иаков хотел служить Господу. Он взглянул на камень, на котором спал, и сделал из него памятник в благодарность Господу. Знак, напоминающий о его обещании.

Иаков продолжил свой путь и пришёл в Харран; у городских ворот он встретил прекрасную девушку, которая вела за собой стадо овец. Её звали Рахиль. Он влюбился в неё с первого же мгновения и решил поговорить с её отцом Лаваном. Тот сказал ему: «Я дам тебе в жёны мою дочь, если ты будешь служить мне семь лет».

Иаков был твёрдо уверен в своём решении и согласился, хотя плата была невысокой: так сильно он мечтал об этой девушке. Семь лет он пас скот и усердно трудился, так что Лаван был очень доволен им, но на седьмой год представил ему жену – как тогда было принято, с накрытым вуалью лицом.

Молодые поженились, и только после этого Иаков поднял вуаль и увидел, что перед ним не Рахиль, а Лия, старшая сестра его возлюбленной.

Разгневанный, он тут же помчался к Лавану и возмущённо сказал ему:

«Ты обманул меня! Я просил у тебя в жёны Рахиль!»

Но Лаван спокойно ответил:

«Не годится, чтобы младшая дочь выходила замуж прежде старшей! Но если ты отработаешь на меня ещё семь лет, получишь и Рахиль».

Иаков согласился и наконец добился права взять в жёны и свою возлюбленную Рахиль. Лия родила ему много сыновей, а Рахиль – ни одного, хотя он по-прежнему больше любил именно её. Потом и Рахиль наконец забеременела, и родился Иосиф. Он стал для Иакова любимым сыном. Впоследствии Рахиль родила ещё одного сына – Вениамина. Но это произошло гораздо позже.

После рождения Иосифа Иаков решил попросить у тестя разрешения покинуть его дом вместе со всей семьёй. Лаван ответил отказом. Они поругались, и Иаков сказал ему:

«Я прожил с тобой двадцать лет, работал на совесть, зарабатывая ничтожно мало, я преумножил твои стада и женился на твоих дочерях. Несмотря на то, что ты не раз обманывал меня, несмотря на твою скупость, я всё ещё здесь с тобой. Если бы Господь не был со мной, сейчас я оказался бы с пустыми руками».

Услышав эти слова, Лаван понял, что не может больше удерживать Иакова, и позволил ему уйти с жёнами, детьми и множеством богатств.

Иаков пустился в путь, но его тревожила ещё одна вещь: он боялся, что брат его, Исав, всё ещё сердится на него из-за той миски чечевицы, которая стоила ему первородства. И в самом деле, оказалось, брат идёт ему навстречу с вооружённым отрядом. Тогда он придумал способ успокоить его. Иаков очень боялся брата и поэтому решил отправить ему навстречу рабов и преподнести в дар свои стада, отобрав для этого своих лучших животных. Затем он также перевёл жён и семью на другой берег реки Иавок и разбил для них там лагерь в надежде, что брат, увидев их, остановится и умерит свой гнев.

Тем вечером он остался позади – один, взволнован и обеспокоен. В темноте Иаков вдруг услышал, как кто-то приближается к нему. Иаков не понял, кто это, но они схватились и долго боролись друг с другом. Иаков получил удар в бедро и с тех пор навсегда охромел. Внезапно незнакомец воскликнул: «Отпусти меня!»

Но Иаков ответил:

«Не отпущу, если не благословишь меня!»

Тогда незнакомец спросил: «Как тебя зовут?»

«Иаков»

«Что ж, с этого момента имя тебе будет Израиль, потому что ты боролся с Богом и людьми и одержал победу».

Только теперь Иаков понял, кто этот незнакомец! Это и вправду был Бог, который благословил Иакова и исчез.

Господь дал ему другое имя, а получить другое имя означало начать что-то новое. С того момента у Иакова началась новая жизнь. Его детям суждено было стать потомством Божьего народа. Двенадцать сыновей Иакова основали двенадцать племён, которым суждено было образовать народ Израиля.

Одержав победу в схватке с Богом, Иаков перешёл реку, чтобы встретиться с братом Исавом. Он увидел, как брат бежит к нему со всех ног, бесстрашно прошёл через свои стада, и встал перед ним на колени. Исав обнял его с огромной теплотой. Иаков почувствовал, как сердце его преисполняется радости, потому что убедился, что Исав уже простил брата.

Иосиф – предпоследний из двенадцати – был любимым сыном Иакова. Они жили бедно, их единственным богатством был скот. Иосиф целыми днями пас стадо вместе со своими братьями. Однажды вечером, вернувшись домой, он нашёл подарок от отца: тунику с длинными рукавами. Для них такая вещь была по-настоящему ценным даром. Братья очень завидовали Иосифу, потому что отец так заботился только о нём, а об остальных – нет. Однажды на пастбище Иосиф рассказал братьям об одном своём сне, отчего их зависть только усилилась. Он сказал: «Мне снилось, что мы ходили в поле собирать сено, и мой сноп был высок и стремился прямо в небо, а ваши, стоя вокруг, кланялись моему». Иосиф не замечал, что братья смотрят на него со злобой. И через несколько дней рассказал им ещё один из своих снов: «Послушайте: в этот раз мне снилось, что солнце, луна и одиннадцать звёзд окружили меня и кланялись». Он рассказал этот сон в присутствии отца, который упрекнул его: «Что это ещё за сон? Может, ты думаешь, что твоя мать и я сам должны тебе кланяться?» Братья ничего не сказали, но ревновали и завидовали всё сильнее и сильнее.

Настал следующий месяц, и однажды братья ушли со стадом, а Иосифа пожилой отец оставил было дома, но затем позвал и сказал ему: «Пойди найди своих братьев, проверь, в порядке ли стадо, и возвращайся ко мне с вестями. Они направились в сторону Сихема». Иосиф послушался, надел свою тунику и пустился в путь. Однако, придя в Сихем, он не нашёл там ни братьев, ни скот. Увидев на дороге человека, он расспросил его, и тот ответил:

«Я видел пастухов со стадом, которые шли в сторону Дофана, ступай, поспеши, и ты увидишь там их шатры!»

Иосиф отправился в путь и нагнал братьев. Но не успел он подойти близко, как они, завидев его приближение, стали обсуждать, как убить его: так сильна была их ненависть к Иосифу.

«Убьём его и бросим в какой-нибудь из этих рвов. Скажем отцу, что на него в пути набросился свирепый зверь!»

Когда Иосиф подошёл к ним, они схватили его и сняли тунику. Ещё немного, и они нанесли бы ему гибельный удар и бросили в ров.

Только Рувим, один из одиннадцати братьев, воспротивился этому плану. «Давайте не будем проливать кровь, бросим его в ров, не убивая!» – сказал он, на самом деле думая, что сможет тайком вернуться и спасти брата. Остальные прислушались к Рувиму и бросили Иосифа в ров живым.

Затем братья собрались искать подходящее место для лагеря, но тут поблизости показался караван измаильтян с верблюдами, гружёнными маслами и специями, который направлялся в Египет. Тогда Иуда сказал: «Может быть, мы сможем продать его этим купцам». И они продали его за десять серебряных шекелей. Измаильтяне вытащили Иосифа изо рва и увезли его прочь.

Когда Рувим, который не видел, как брата продали купцам, вернулся ко рву, то увидел, что там никого нет. Он заплакал и пришёл в ужас, а затем побежал к остальным сказать, что Иосиф исчез. Они же взяли его тунику, закололи козлёнка и испачкали её козьей кровью, а затем вернулись домой. Когда Иаков спросил о своём любимом сыне, братья ответили, что нашли только его окровавленную тунику и что с ним, должно быть, что-то приключилось в пути. Отец пришёл в отчаяние и долго носил траур по любимому сыну.

Тем временем купцы добрались до Египта и продали Иосифа Потифару, чиновнику и военачальнику фараона.

Иосиф был красивым и умным юношей и сумел заслужить в доме Потифара столь сильное уважение, что ему доверили вести всё хозяйство. Жена Потифара стала заглядываться на него, заметив его красоту. Она предлагала ему свою близость, но Иосиф отказывался: «Ваш муж, мой хозяин, очень мне доверяет, и я отнюдь не хочу обманывать его доверие». Но как-то раз она осталась одна дома и вынудила Иосифа подойти поближе. Иосиф попытался освободиться и сумел убежать, оставив свою одежду у неё в руках. Когда Потифар вернулся домой, жена рассказала ему: «Этот раб-еврей, которого ты привёл к нам домой, надругался надо мной: вот его одежда в доказательство!»

Потифар разъярился и приказал своим стражникам как можно скорее найти Иосифа и бросить его в темницу.

Так Иосиф оказался в темнице за тяжкое преступление, которого не совершал, но не пал духом и вскоре даже подружился с начальником тюрьмы. Вскоре в эту же темницу бросили ещё двух узников – пекаря и виночерпия фараона. Начальник тюрьмы приказал Иосифу служить им. Однажды утром он увидел, что оба очень печальны, и спросил: «Что с вами, друзья?»

Один из узников ответил: «Нам приснились странные сны, но здесь нет никого, кто растолковал бы их… Мы так никогда и не узнаем, что с нами случится». Услышав эти слова, Иосиф подумал, что у Господа есть замысел для каждого человека и что он сумеет объяснить этим двум друзьям значение их видений.

Виночерпий принялся рассказывать: «Мне приснилась лоза с тремя ветвями, с которой я срывал виноградины и выдавливал из них сок в драгоценную чашу фараона». Тогда Иосиф сказал: «Вот что означает твой сон: спустя три дня фараон вызовет тебя, и ты снова станешь служить ему, как и раньше, и кубки твои будут полны вина. Об одном прошу тебя: когда предстанешь перед фараоном, расскажи ему обо мне, скажи, что я несправедливо заключён здесь».

Пекарь услышал, что Иосиф увидел в этом сне доброе предзнаменование, и потому поспешил рассказать и свой собственный: «Мне приснились три корзины, полные хлеба и булок. Я нёс их на голове, но на верхнюю корзину набросились птицы, которые склевали весь хлеб». Иосиф истолковал и этот сон: «Три корзины – это три дня. Тебя тоже вызовет фараон, но только затем, чтобы повесить, и твоё тело оставят птицам!» Булочник пришёл в ужас, но спустя три дня произошло именно то, что предсказал Иосиф. Булочник погиб, а виночерпий вернулся ко двору фараона, но об Иосифе он позабыл.

Двумя годами позже фараону приснился необычный сон: он как будто оказался на берегу Нила и увидел, как из реки выходят семь жирных упитанных коров, а за ними – ещё семь, только совсем тощих. И тощие коровы внезапно съели жирных.

Несколько дней спустя фараону приснился новый тревожный сон: семь зрелых, налитых колосьев проросли из одного-единственного стебля, а затем внезапно из него же проросли ещё семь пустых, которые поглотили зрелые колосья.

Фараона очень обеспокоили эти сны, и виночерпий вспомнил об Иосифе: «Господин мой, когда я сидел в темнице, там был раб-еврей, который очень хорошо истолковал мой сон и сон твоего булочника, это было невероятно!» Фараон тут же повелел позвать Иосифа и рассказал ему о своих снах. Тогда Иосиф сказал:

«Ваши сны, фараон, говорят об одном. Господь Бог извещает вас, что впереди семь лет изобилия, за ними последуют семь лет голода, которые уничтожат эту страну, если к ним как следует не подготовиться».

«Что же мне в таком случае следует делать?» – сразу же спросил фараон.

«Вам нужно найти просвещённого человека, который возьмёт на себя управление страной и назначит чиновников, которые будут собирать и хранить на складах пятую часть каждого урожая, и тогда, когда наступит голод, у людей останутся запасы. Только так ваша страна может спастись».

Фараона и всех его советников поразил этот совет.

«Поскольку Бог показал тебе всё это, не существует человека более пригодного для этой работы, чем ты». И фараон назначил Иосифа визирем Египта, пожаловал роскошные одежды и надел ему на палец перстень со своей руки.

Настали годы изобилия, и Иосиф собрал большие запасы зерна. Настали голодные годы, и Иосиф раздал сбережённое зерно. Многие люди из соседних стран приезжали в Египет за помощью. Иаков тоже сказал своим сыновьям: «Отправляйтесь туда, там есть хлеб, там вы сможете выжить». Он послал туда всех своих сыновей, кроме самого младшего, Вениамина, потому что боялся, что с ним что-нибудь случится.

Когда братья пришли к Иосифу, чтобы купить зерна, они не узнали его. Он же сразу понял, кто это, но сделал вид, что не знаком с ними. Они простёрлись у ног его, а он вспомнил о своих первых юношеских снах и затем обрушился на них с обвинениями: «Вы посланы в Египет специально, чтобы разведать, где эта страна уязвима!» Братьев взяли под стражу. Они попытались убедить Иосифа, что он ошибается, и объяснили, что все они – дети одного и того же отца, что один из них остался дома, а ещё одного уже нет в живых. Показав им своё могущество, он произнёс: «Хорошо, в таком случае оставьте здесь одного из вас, возвращайтесь домой с зерном и приведите другого брата в доказательство. Только так я пойму, что вы не опасные лазутчики». Тогда Рувим прошептал остальным: «Это несчастье обрушилось на нас, потому что мы причинили зло нашему брату, я вам говорил, а вы меня не слушали». Он говорил на своём языке, думая, что Иосиф его не понимает; на самом же деле он всё понял и вышел, чтобы они не увидели, что он плачет; затем он вернулся и отослал братьев прочь, оставив в темнице Симеона.

Когда братья добрались до дома, они открыли мешки с зерном и увидели там деньги, которые брали с собой в Египет, чтобы заплатить за зерно. Взволнованные, они всё рассказали отцу. Тот разгневался и воскликнул: «Как же так? Вы уже лишили меня одного сына, а теперь и последнего хотите забрать?» Он и слушать ничего не желал.

Прошло время, и снова наступил голод. Тогда Иаков сказал сыновьям, что им нужно снова отправиться в Египет, чтобы купить зерна. Они ответили, что без Вениамина в путь не выйдут, потому что не хотят оказаться в тюрьме. Тогда старик-отец наконец согласился, и все десять братьев пустились в дорогу. Придя в Египет, они сразу же вернули деньги, найденные в мешках, рабу Иосифа, сказав, что получили их, по всей видимости, по ошибке. Тот ответил, что всё было сделано в точности так, как приказал хозяин. Затем к ним вышел Симеон, и братьев пригласили на обед в дом Иосифа. За трапезой Вениамину всякий раз подносили порцию в пять раз больше, чем остальным. Иосиф был растроган, но никому этого не показывал. Затем он приказал своим рабам наполнить мешки гостей провизией и оставить им деньги, а самому младшему положить в мешок свою серебряную чашу. Рабы выполнили приказ.

Братья попрощались с Иосифом и отправились в путь, но как только они вышли за городские ворота, стражники остановили их, чтобы осмотреть мешки: «Кто-то похитил серебряную чашу нашего господина, если это один из вас, вам придётся ответить за эту кражу!» Они снова отвели братьев к Иосифу и проверили их мешки. Когда чаша оказалась у Вениамина, братья вздрогнули от ужаса: «Умоляем тебя, господин, не сажай нашего брата в тюрьму, если мы не вернём его домой, наш отец умрёт от горя, лучше брось в темницу всех нас!» Тогда Иосиф не смог больше сдерживаться и признался: «Я Иосиф, брат ваш!» Они испугались, что теперь им всем грозит верная смерть, но он добавил: «Не тревожьтесь: на самом деле это Господь пожелал, чтобы со мной всё это случилось, чтобы я оказался здесь, смог принять вас у себя и спасти от голода. Сейчас я отправлю вас назад с провизией, чтобы вы и ваши семьи смогли пережить грядущие пять лет засухи. Только расскажите мне о моём отце, здоров ли он?» Братья ушам своим не верили и отвечали ему робко, но в конце концов приняли дары, запасы еды, ослов, нагруженных товарами, и вернулись к Иакову.

«Иосиф жив! Он визирь Египта! Это он дал нам всё это!»

Иаков ответил: «Одно для меня важно: что мой любимый сын жив. Я хочу увидеть его!»

Он начал готовиться к поездке, но послал вперёд себя сына Иуду, чтобы известить Иосифа. Тот же, услышав об отце, повелел запрячь свою колесницу и выехал ему навстречу. На полпути он встретил его караван, медленно продвигавшийся в сторону Египта. Иосиф сошёл с колесницы и помчался к Иакову. Отец сжал его в объятиях и сказал:

«Теперь, увидев, что ты жив, я могу и умереть спокойно».

Настало время, когда еврейский народ оказался в Египте в неволе. Однажды фараон обеспокоился тем, что живущие в рабстве евреи, несмотря на свой тяжёлый труд, становятся всё более многочисленны. Тогда он повелел убить всех новорождённых сыновей этого народа.

Как раз в эти дни дочь одной женщины-еврейки родила мальчика. Старшая сестра убедила мать спрятать его, чтобы младенца не убили солдаты. Они скрывали ребёнка три месяца, но потом были вынуждены уложить его, спящего, в корзинку из тростника и пустили её по реке.

Чуть ниже по течению купалась со своими прислужницами дочь фараона; она заметила корзинку в воде. Сестра мальчика спряталась в тростнике, она видела, как дочь фараона взяла ребёнка и сразу же сказала: «Он такой маленький! Хочу взять его себе». Тогда девушка вышла из зарослей и обратилась к дочери фараона: «Ваше высочество, хотите, я найду вам кормилицу для этого младенца?» Та согласилась, и девушка побежала за матерью малыша, которая вскормила его, так никому и не рассказав, что это её сын. А Моисей рос здоровым и сильным под охраной дочери фараона.

Когда он вырос, то решил вернуться к своим братьям-евреям, трудившимся под контролем египтян, которые то и дело избивали их. Разгневанный, он подошёл к одному из египтян, ударил и убил его, а тело спрятал в песке. Через несколько дней он снова пришёл к своим братьям и увидел, как они ссорятся. Потеряв терпение, он спросил: «Почему вы дерётесь?» Человек, стоявший рядом, ответил: «Ты, убивший человека, теперь берёшься нас судить?» Моисей понял, что о его провинности узнали многие, испугался и бежал в пустыню, подальше от города.

Там он провёл много времени и стал пастухом. Он работал на старика, у которого было семь дочерей, женился на одной из них и долго жил в мире и усердном труде.

Однажды, когда Моисей пас стадо, он отошёл немного дальше, чем обычно, и пришёл на гору. Там он увидел перед собой большой горящий куст, который пылал, пылал, но всё никак не сгорал. Он подошёл, чтобы рассмотреть куст поближе, и услышал голос Господень, который обращался к нему:

«Моисей, я твой Бог, Бог Авраама и Исаака. Я увидел, что мой народ живёт в рабстве, притесняемый египтянами, и ты должен освободить его, вывести из этой страны и привести в землю, где течёт молоко и мёд». Моисей слушал его в страхе. «Иди и обратись к фараону, освободи свой народ!» Моисей попятился и сказал: «Господь, но ведь это слишком трудное дело для такого, как я! И как же я могу убедить фараона освободить мой народ, я ведь не мастер говорить речи. Мой брат Аарон умеет это делать гораздо лучше меня». Но Господь прервал его и сказал: «Я буду с тобой. Возьми Аарона, но поговори с фараоном. Иди же, собери старейшин Израилевых и скажи им, что Господь освободит их». На это Моисей ответил: «Но ведь они не поверят мне», а Господь спросил его: «Что у тебя в руке?». «Жезл», – сказал Моисей. «Брось его на землю», – приказал Господь. Моисей послушался, и при ударе о землю жезл превратился в змея. «Ты будешь творить чудеса, потому что я буду с тобой».

Моисей оставил своё стадо и вернулся к братьям, поговорил со старейшинами и пошёл к фараону со своим братом Аароном. Но фараон, услышав их просьбу, рассмеялся, а затем разгневался и заставил еврейский народ трудиться ещё тяжелее.

Моисей и Аарон снова пришли к фараону и принесли жезл, чтобы показать, что посланы Богом. Они бросили его на землю перед фараоном, и жезл превратился в змея. Тогда фараон позвал своих колдунов и чародеев, и они тоже превратили свои жезлы в змеев, но змей Моисея поглотил всех остальных. Однако и это знамение не убедило фараона освободить евреев. Тогда Господь решил, что его сердце совсем ожесточилось, и ему придётся послать Египту более сильные знамения, чтобы переубедить правителя. И вот на землю египетскую обрушились семь ужасных бедствий, семь необъяснимых и неожиданных злосчастий: вода реки Нил превратилась в кровь, и вся рыба в ней умерла; потом из Нила вышли несметные полчища жаб, которые заполонили все близлежащие поля и уничтожили все посевы; затем в Египте появились бесчисленные стаи мошек, которые изводили всякое живое существо; вслед за ними настал черёд пёсьих мух, потом на землю обрушился град, за ним – нашествие саранчи, и наконец над всей страной повисла густая тьма. Эти ужасающие бедствия поражали египтян, но не касались евреев. Однако сердце фараона всё это не трогало: он по-прежнему отказывался освободить живущий в рабстве народ и даже позвал Моисея, чтобы сказать ему, что больше не желает его видеть. Тогда Господь решил послать ему самое сильное и ужасающее знамение.

Ангел Господень спустился на землю египетскую, чтобы убить всех новорожденных мальчиков. Он прошёл по стране и сразил насмерть множество младенцев, обходя дома евреев, потому что Моисей предупредил их заранее, что на ужин в тот вечер нужно съесть ягнёнка и помазать его кровью свою дверь. Есть нужно было наспех и тесто для хлеба не квасить: с тех пор этот пресный хлеб называют мацой. Все они были готовы пуститься в бегство в любую минуту; позднее в память о своём спасении они стали отмечать праздник Пасхи. Это название означает «проход мимо». Египтянам же та ночь принесла огромное горе: даже фараон лишился своего первенца. Тогда он наконец решился, призвал к себе Моисея и попросил его уйти из Египта. Египтяне одаривали сынов Израилевых золотом и давали им еды в дорогу, боясь, чтобы с ними не приключилась ещё какая беда. Той ночью рабство наконец закончилось, как было угодно Господу.

Еврейский народ, ведомый Моисеем, отправился в путь, чтобы покинуть Египет и выйти из рабства. Вместо того, чтобы пойти самой короткой дорогой, сыны Израилевы двинулись вглубь пустыни, потому что Господь сказал им: «Египтяне подумают, что вы бродите безо всякой цели и не знаете пути. Сделайте, как я вам говорю, потому что я с вами: встаньте на ночь лагерем на берегу моря».

Некоторые забеспокоились, и кто-то сказал Моисею: «Что же мы делаем? Ты привёл нас в пустыню на смерть? Лучше было бы остаться рабами в Египте». Моисей настаивал на своей правоте, и Господь снова сказал ему: «Я покажу своё величие, потому что фараон пожалеет, что отпустил вас, и попытается забрать вас себе, но я встану между вами».

И в самом деле, правитель Египта решил, что ему жаль терять столько рабов и рабочей силы, так что он созвал своих лучших солдат и сам взошёл на колесницу, чтобы пуститься в погоню за народом Израилевым.

Когда евреи услышали вдали грохот приближающегося египетского войска, они встревожились ещё сильнее, но Господь сказал Моисею: «Протяни свой жезл над водами морскими и встань во главе своего народа: воды разойдутся, и вы сможете пройти». Моисей сделал, как ему было сказано, и тут же поднялся восточный ветер, разделивший воды, и посреди двух водяных стен образовалась полоса суши. Его народ двинулся в путь, но египтяне приближались, и когда сыны Израилевы благополучно дошли до противоположного берега, преследователи тоже вступили на сушу посреди вод морских. Тогда Господь снова обратился к Моисею: «Теперь, когда все твои люди перешли море, обернись и протяни руку над водами». Моисей подчинился, и воды вернулись на место, потопив колесницы, солдат и всё войско вместе с фараоном. В тот день Израиль спасся и увидел могущество Господа своего.

После спасения и перехода через море народ долго скитался по пустыне. Моисей был исполнен радости и пел Господу хвалу:

Они шли в поисках воды и еды: дождя не было много дней, и засуха давала о себе знать. Места вокруг были совсем дикие, и жить в них было трудно даже людям, привыкшим спать в шатрах и довольствоваться малым. Очень скоро они забыли, что спаслись из рабства, и снова начали жаловаться Моисею: «Ты привёл нас туда, где нет ни воды, ни пищи, мы все умрём с голоду!» Он же всякий раз отвечал: «Не на меня ропщете, на Господа ропщете!» Но Господь всё слышал и однажды сказал Моисею и Аарону, брату его: «Я освободил их из египетского плена и позабочусь о них: скажите моему народу, что по моей воле с небес упадёт пища, в которой они нуждаются. Пусть возьмут себе столько, сколько нужно, чтобы насытиться».

На следующее утро, выйдя из своих шатров, сыны Израилевы увидели на земле нечто белое и зернистое, похожее на иней: манну. Никто не знал, что это такое, но Моисей объяснил, что она съедобна и что это как раз та самая пища, которую Бог послал им с неба. Несколько дней они утоляли свой голод, а на шестой день взяли двойную порцию, чтобы в субботу отдохнуть и отблагодарить Господа за эту пищу. Но это продолжалось недолго, потому что вскоре народ снова возроптал на Моисея – на сей раз из-за того, что не было питьевой воды. И он ответил: «Почему вы жалуетесь мне? Разве не видите, что испытываете Господа?» Те же, однако, не умолкали: «Ты вывел нас из Египта, а теперь мы умрём от жажды!»

Моисей обратился за помощью к Господу, и тот, терпеливый, как и всегда, сказал: «Возьми свой жезл, иди к горе Хорив. Там ударь по скале, и из неё польётся вода. Не бойся, твой народ утолит свою жажду». Моисей сделал в точности то, что сказал ему Бог, и из скалы забила струя воды, которой хватало всем. Пока они пили, Моисей продолжал повторять им: «Господь всегда с нами».

Путь к Израилю был всё ещё далёк, и в дороге через пустыню Господь творил и другие чудеса, чтобы помочь своему народу, но сыны израилевы раз за разом снова забывали о них, сетуя на свои беды. Господь же всё равно продолжал оберегать их.

Дойдя до Синайской пустыни, евреи встали лагерем у подножия горы. Там Господь вновь обратился к Моисею:

«Ты убедился, что я всегда с вами, теперь же скажу тебе, что если вы будете соблюдать Союз со мной, то станете избранным народом. Настало время сказать им, чтобы подготовились: они должны каяться три дня, вымыть свою одежду и освятить себя, потому что на третий день я явлюсь им на горе. Мы заключим наш Союз». Моисей сделал, как ему было сказано, и на сей раз народ подчинился ему и занялся приготовлением. На третий день на вершине горы засверкали молнии и раздался гром, и все, охваченные страхом, обратили взгляд наверх. Потом Моисей был призван взойти на гору, и когда он добрался до вершины, Господь обратился к нему:

«Это десять слов о жизни, закон Господень».

И показал ему Скрижали Завета – две каменные плиты с высеченными на них словами:

Я – Господь, Бог твой!

1. Да не будет у тебя других богов, кроме меня.

2. Не произноси попусту имя Божье.

3. Помни день субботний, чтобы святить его.

4. Почитай отца и мать.

5. Не убивай.

6. Не распутствуй.

7. Не кради.

8. Не давай ложных показаний.

9. Не желай жены ближнего твоего.

10. Не желай завладеть имуществом ближнего твоего.

Моисей провёл на горе сорок дней и сорок ночей, и Бог подробно объяснил ему, как соорудить Ковчег Завета, чтобы хранить в нём Скрижали, как подготовить жертвенный алтарь и светильник с семью стволами для семи свечей. Всё это станет Домом Господним – местом, где народ сможет молиться и почитать его.

Но тем временем сыны Израилевы, оставшись у подножия горы и не дождавшись появления Моисея, начали терять терпение и думать о другом. В конце концов они собрали свои золотые и серебряные украшения, переплавили их на огне и изготовили золотого тельца, чтобы поклоняться ему. В то время многие народы почитали самых разных идолов, вот и они решили поступить так же.

Тогда Господь сказал Моисею: «Возвращайся в лагерь, потому что твой народ уже забыл обо мне». Моисей спустился с горы и обнаружил, что все они поклоняются золотому тельцу. Не в силах поверить увиденному, он так разгневался, что швырнул Скрижали Завета о скалу. Они разлетелись на тысячу кусочков, но его ярость была столь сильна, что он схватил золотого тельца и разбил его тоже. А потом сказал: «Вы совершили огромную ошибку, теперь мне придётся снова подняться на гору, чтобы просить прощения у нашего Бога».

Моисей провёл на горе ещё сорок дней и сорок ночей. Он попросил прощения у Господа за свой народ и заключил Союз с Богом. Моисей снова высек десять заповедей на двух каменных плитах. Когда он спустился с горы, сыны Израилевы увидели, как он изменился: от лица его исходило такое сильное сияние, что ему приходилось накрывать его покрывалом, чтобы подойти поговорить с ними. Тогда на-род принялся за сооружение Ковчега Завета, согласно тем указаниям, которые Моисей получил от Господа. Они поместили его в шатёр, украшенный пышнее прочих. Женщины приносили свои самые драгоценные ткани, свои лучшие украшения, а мужчины работали по золоту и искали лучшие породы дерева. Для Аарона Господь избрал роль священника, а племени Левитов поручено было заниматься шатром.

В первой части шатра было выделено помещение, где установили светильник и алтарь-жертвенник, а в глубине, в деревянном ковчеге, располагались Скрижали Завета. Этот шатёр стал сердцем всего лагеря; входя в него, Моисей мог снимать с лица покрывало. Господь спускался на шатёр в виде облака, и когда облако поднималось, народ понимал, что настало время сняться с места и снова отправиться в путь.

Народ Израилев ещё долго шёл по пустыне, и однажды, остановившись в оазисе Кадес, Моисей послал двенадцать человек вперёд, на разведку местности. Он хотел знать, насколько ещё далека обещанная им некогда земля и как лучше привести туда свой народ. Много дней они ждали и начали уже думать, что двенадцать разведчиков не вернутся, когда они наконец показались вдали. Назад вернулись все, гружённые виноградом, сладчайшим инжиром и гранатом.

«Мы видели чудесную землю, тёплую и плодородную, но на ней живут другие народы!» – рассказали они.

Услышав такие вести, многие встревожились и снова зароптали, говоря: «Ну вот, мы прошли такой путь, и всё напрасно! Эта земля занята». Но Моисей не утратил своей веры: он был убеждён, что обещание Господне по-прежнему в силе, и потому всякий раз отвечал: «Не бойтесь, с нами Бог».

Они надолго задержались в этом месте, разбив там лагерь. Каждый день спорили и ссорились, и Моисею приходилось просить Господа простить их. Господь гневался, но затем соглашался с Моисеем и снова смирял свой гнев. Вот только Моисей был уже очень стар, и однажды Господь призвал его на гору Нево и сказал ему: «Останься здесь и посмотри вниз: это земля Ханаанская, которую я пообещал твоему народу». Пожилой Моисей преисполнился веры и безмятежности; там, поблизости от своего Бога, он и умер.

Народ же остался один в оазисе у подножия горы. Люди были растеряны и нуждались в новом предводителе. Господь в сердце своём уже выбрал одного из двенадцати разведчиков, праведника по имени Иисус Навин. И однажды он сказал ему: «Собери всё своё мужество: знаю, у тебя его немало. Теперь тебе предстоит вести твой народ к обещанной земле, но не бойся: я не оставлю тебя, как не оставил Моисея». Иисус Навин был не из тех, кто сетует по всякому поводу, и верил в Господа. Он и в самом деле стал предводителем еврейского народа. Но доверие людей ему всё ещё предстояло заработать. Тогда Бог произнёс: «Иди, переведи свой народ на ту сторону реки Иордан. Если будешь соблюдать десять заповедей закона Божьего, тебе нечего бояться. Но будь внимателен: первыми в воду должны войти священники с Ковчегом Завета, а народ пусть идёт следом».

Река Иордан была последним препятствием, отделявшим их от Ханаанской земли.

Иисус Навин приказал народу расположиться, как указал ему Господь, и когда священники вошли в воду с Ковчегом Завета, воды реки Иордан расступились, пропуская их по суше, как и воды Красного моря.

Когда все перешли реку по сухому участку, священники вышли из русла реки, и воды вернулись на место. Тогда Господь снова обратился к Иисусу Навину: «Теперь возьми из реки двенадцать камней, по одному на каждое племя Израилево, и установи их на берегу в знак вашего прохода и совершённых здесь деяний Господних». Камни были установлены, а народ благополучно перешёл через реку. Все увидели, что Иисуса Навина, как и Моисея, ведёт Господь, и начали относиться к нему с доверием. Он же сказал им:

«Когда дети и внуки спросят вас об этих камнях, вы расскажете о том, что сделал для нас Господь и как он позволил нам перейти реку по суше. Тогда и наше потомство поймёт, что Господь всегда с нами».

Народ Израилев встал лагерем в Галгале; они уже пришли на обещанную землю, и им предстояло занять её. Недалеко оттуда стоял город Иерихон – большой и хорошо укреплённый, с высокими неприступными стенами. Как же захватить этот город? Евреи не были народом воинов, они не владели военным делом и не умели штурмовать крепости. И тогда Господь вновь обратился к Иисусу Навину и дал ему нужные указания:

«Сделайте, как я вам скажу, и Иерихон окажется у вас в руках», – сказал Господь.

Они должны были шесть дней обходить вокруг города, у подножия его стен; впереди должны были идти священники с Ковчегом Завета. Ещё им нужно было взять с собой семь труб, сделанных из бараньих рогов, – они издавна пользовались этими инструментами, чтобы передавать сообщения на большом расстоянии, так что раздобыть их было несложно. И вот, с семью трубами в руках, они принялись ходить вокруг стен Иерихона. На седьмой же день им нужно было сделать семь полных кругов и передать трубы священникам, чтобы они задули в них одновременно.

Настал седьмой день, и семь раз обошли они вокруг города; затем, когда священники остановились перед высоченными стенами и громко задули в трубы, стены Иерихона рассыпались, как чёрствый хлеб. Сыны Израилевы вошли в город – в точности так, как и предсказывал им Господь. Это было невероятное зрелище, и все поняли, как важно для Израиля верить в своего Бога.

Так избранный народ вошёл на Ханаанскую землю и обосновался там. Каждое из двенадцати племён заняло по одной области, и в каждой был назначен судья, управлявший ею.

Но вскоре многие позабыли о Господе и о десяти заповедях его. Некоторые даже начали общаться с соседними народами, поклонявшимися другим богам, и заимствовать их обычаи. Так началось долгое и непростое для Израиля время, когда ему грозила окончательная гибель.

У доброго человека по имени Маноах и его жены не было детей. Однажды им явился ангел и сказал: «У вас родится сын, который будет посвящён Богу. В знак этого особого положения вы никогда не должны стричь ему волосы». И вот у счастливых родителей родился сын, и его назвали Самсоном. Со временем мальчик обнаружил, что обладает сверхчеловеческой силой, которая как раз и происходила от его длинных-длинных волос.

Однажды он встретил на дороге льва и сумел расправиться с ним голыми руками. А когда филистимляне, воевавшие с Израилем, поймали Самсона, чтобы узнать, в чём секрет его силы, он сумел высвободиться из цепей, разорвав их, словно пеньковые верёвки. Потом он познакомился с девушкой по имени Далила и полюбил её. Они проводили много времени вместе, и филистимляне попросили Далилу разузнать, в чём секрет силы Самсона, в обмен на украшения и драгоценности. Девушка хотела разбогатеть и согласилась; она стала расспрашивать Самсона. Тот сначала не отвечал, но в конце концов поведал ей тайну своих волос.

Далила рассказала об этом филистимлянам, и ночью они подослали человека остричь ему волосы. Утратившего свою легендарную силу Самсона поймали и посадили в темницу. Он очень тяжело переживал из-за предательства Далилы и страдал в тюрьме, почти потеряв зрение из-за пыток.

Но однажды филистимляне собрались на праздник, и кто-то велел привести Самсона, чтобы ещё раз унизить его. Тот вошёл в зал, окружённый величественными колоннами. Ослепший и обессиленный, он выглядел так жалко, что филистимляне смеялись над ним. Но его волосы отросли, и он попросил у Бога вернуть ему на время былую мощь. Господь услышал Самсона, и он уверенно поднялся на ноги, упёрся руками в две опорные колонны и вырвал их из земли, словно молодые побеги. Дом рухнул в клубах пыли, погребая под собой всех тех филистимлян, которые так потешались над Самсоном.

У вдовы по имени Ноеминь было две невестки; её муж и сыновья умерли из-за голода и войны. Жили они тогда в земле Моав, но однажды Ноеминь решила вернуться в свой родной город Вифлеем. Она позвала невесток и сказала: «Возвращайтесь и вы домой, начните жизнь с начала».

Одна из девушек обняла свекровь и немедленно отправилась в путь, а вторая, Руфь, сказала: «Я не оставлю тебя одну, ты – моя семья, и твой Бог – мой Бог. Пойду с тобой туда, куда и ты». Ноеминь поблагодарила её за такое великодушие, и они направились в Вифлеем. Добравшись до города, они оказались без еды, и Руфь решила пойти в поля собирать колосья, оставшиеся за жнецами. Так в то время поступали те, у кого не было работы и кому нечего было есть. Девушка весь день трудилась на поле богатого землевладельца по имени Вооз. Вечером он спросил у своих работников: «Кто та женщина?» Они ответили, что она работала без передышки целый день, чтобы раздобыть немного пищи для себя и для пожилой Ноеминь, которая пришла вместе с ней. Вооз приходился Ноеминь родственником, он был честным и великодушным человеком. Поведение Руфи произвело на него большое впечатление; понаблюдав за ней ещё какое-то время, он пригласил обеих женщин в свой дом к ужину и увидел, что Руфь всегда сначала подавала еду Ноемини, а только потом брала свою порцию. Тогда Вооз сказал ей: «Ты добра и прекрасна, Господь заботится о тебе и воздаст тебе: хочешь стать моей женой?»

Руфь взглянула на Ноеминь и согласилась. Вскоре она вышла за Вооза, и вся община приняла её с радостью. У Руфи и Вооза родился сын Овид, а у того – Иессей, отец Давида.

Анна, одна из двух жён Елканы, долго молилась Богу о сыне, и однажды её молитвы были услышаны. Она назвала мальчика Самуилом, что означает «услышанный Богом», и в знак благодарности посвятила его Господу. Поэтому ребёнок рос в храме, при священнике Илии. Анна и Елкана каждый год приезжали навестить его. Самуил рос добрым и мудрым человеком. А ещё в храме жили сыновья Илии, которые воровали жертвенное мясо и не годились для того, чтобы служить Богу. Поэтому Илия предпочитал приглядывать за Самуилом и постепенно учил его быть хорошим священником.

Как-то ночью, пока они оба спали рядом с Ковчегом Завета, Самуил услышал зов, обращённый к нему. Он тут же проснулся и вскочил на ноги со словами «Вот я!» Илия спал, и юноша разбудил его; тот, ещё сонный, заверил Самуила, что не звал его, и попросил вернуться ко сну. На следующую ночь Самуил снова услышал своё имя и встал. Он опять разбудил Илию, который терпеливо объяснил юноше, что зов этот, наверное, послышался ему во сне, и посоветовал снова лечь спать. На третью ночь Самуил снова услышал, что его кто-то зовёт, и опять разбудил Илию. Тогда пожилой священник понял, что к Самуилу обращается Бог, и посоветовал ему: «Если ты снова услышишь, как тебя кто-то зовёт, отвечай: “Да, Господь мой, вот я!”»

Самуил снова уснул и услышал зов; как и учил его Илия, юноша произнёс: «Вот он я, Господи, слушаю тебя». С той поры Господь часто говорил с ним, и Самуил стал одним из его пророков. Пророки слушают слово Божье и передают его послания народу Израиля.

Самуил был особенным человеком: очень мудрым. С юных лет ему было предначертано стать священником Господним. Все называли его пророком, и народ верил его словам.

Однажды к Самуилу обратились с просьбой найти Израилю царя: у всех других народов был правитель, а Израиль постоянно воевал с филистимлянами и другими соседями. Старейшины хотели, чтобы кто-то их защищал. Господь предупредил Самуила: «Царь возьмёт себе мужчин для своего войска и потребует обложить налогами урожаи». Но народ продолжал просить о том же. Тогда Бог послал Самуила на поиски царя. Господь уже знал, что в племени Вениамина есть юноша по имени Саул, сильный и смелый. Однажды Саул пошёл искать пропавших животных из своего стада и ушёл так далеко, что оказался на земле Самуила. Самуил ждал его, потому что Господь предупредил его заранее: «Первый человек, которого ты встретишь сегодня, будет править моим народом и победит филистимлян». И когда Самуил увидел Саула, он привёл его к людям и вылил ему на голову елей, тем самым помазав его на царство Израильское. С того дня Саул защищал свой народ и неизменно одерживал победы.

«Да здравствует царь Саул!» – восторгался народ.

Но вскоре Саул забыл о Боге и перестал исполнять его волю. Тогда Самуил обратился к нему с упрёками, а Саул ответил: «Но я же совершил столько жертвоприношений Богу! В чём же ты меня обвиняешь?» Самуил же сказал: «Послушание гораздо дороже, чем тысяча жертв». Саул рассердился, схватил пророка за одежду и в порыве гнева порвал её. Тогда Самуил сказал: «Вот, Господь отрывает тебя от Израиля так же, как ты сейчас оторвал у меня этот лоскут одежды». С того дня Господь решил, что Израилем будет править другой царь.

Самуила очень беспокоило, что Саул – царь, которого он помазал на царство, – больше не верен Господу, но вскоре Бог успокоил его, сказав, что они найдут нового царя и что ему, человеку уже довольно пожилому, нужно отправиться в Вифлеем и взять с собой лошадь, чтобы принести её в жертву. Там, сказал Самуилу Господь, он и найдёт нового царя. В Вифлееме его встретили со всеми почестями, как пророка, а Иессей представил ему всех своих сыновей одного за другим, лелея в сердце надежду, что избранник – один из них. Но Господь сказал Самуилу, что никто из стоящих перед ним – не помазанник Божий. Тогда пророк спросил Иессея: «Нет ли у тебя других сыновей?» Тот ответил: «Да, остался самый младший, но он сейчас на пастбище!». Он был уверен, что младший сын слишком мал, чтобы стать царём. Но Самуил попросил позвать его, и Давид прибежал с улыбкой. Он был мальчиком доброго нрава, любил петь, приглядывая за овцами. «Вот он, помазанник Божий», – сказал Самуил. Все очень удивились, и тогда пророк добавил: «Люди смотрят на силу и наружность, Бог же смотрит на сердце!», – и помазал его елеем.

В те дни бушевала война с филистимлянами, и царь Саул выстроил своё войско, чтобы дать им отпор. В рядах солдат неприятеля был великан, наводивший на всех ужас; он был закован в броню и потрясал остро наточенным копьём. Он отправил израильтянам гонца с такими словами: «Я хочу устроить поединок: выберите кого-нибудь из ваших, и если он одолеет меня, все филистимляне станут вашими рабами. Если же победа будет за мной, вы покоритесь нам!» Среди солдат Саула был и Давид: он пришёл принести еды своим старшим братьям, которые отправились воевать. Юноша узнал о полученном вызове и, увидев, что никто не готов его принять, пошёл к Саулу и сказал «Я выйду с ним на бой!»

Царь рассмеялся и ответил, что Давид слишком юн и неопытен. Но тот, задетый за живое, ответил: «Защищая своё стадо, я боролся со львами и медведями, и к тому же я знаю, что Господь будет со мной». Услышав эти слова, царь Саул согласился, и Давид вышел на схватку с великаном. Вооружённый до зубов исполин рассмеялся, увидев его, но Давид подобрал с земли камень, вложил его в свою маленькую пращу и поразил противника прямо между глаз. Великан замертво рухнул на землю. После этого героического поступка Давид прославился и попал ко двору царя. Многие восхищались им, и Саула охватила зависть к нему и ко всему полюбившему его народу. Он даже сказал, что хочет убить его, и относился к Давиду с огромной подозрительностью. Тот, однако, не стал убивать пожилого царя, даже когда ему представлялась возможность это сделать, и в конце концов Саул погиб в сражении с филистимлянами.

После смерти Саула старейшины Израиля утвердили Давида своим царём. Он доблестно сражался на поле брани и дошёл до города Иерусалима, стоявшего на холме. Там он решил воздвигнуть свой дворец, и Иерусалим стал столицей царства. Ковчег Завета тоже перенесли в город, и по этому случаю там прошёл большой праздник с песнями, танцами и царским угощением для всех желающих. Давида очень любили. Он играл на лире и пел молитвы, обращённые к Богу: псалмы. Он пел хвалу Господу, сделавшему его, простого пастушка, царём, и воспевал Иерусалим, который принесёт народу мир и безмятежность.

Потом царь решил, что должен построить дом для Ковчега Завета, который всё ещё хранился в шатре. Он поговорил об этом с Нафаном – пророком, который жил в то же время, что и он, – и тот сказал, что это хорошая идея. Ночью, однако же, Нафан услышал голос Господень, который сказал ему: «Скажи Давиду, что я всегда буду с ним, но сейчас не время строить для меня дом. Об этом позаботятся его потомки». Когда Нафан передал эти слова Давиду, тот не расстроился, а выполнил волю Божью, почтя за огромную честь, что его потомству суждено царить. Поэтому Ковчег Завета оставили в шатре, а царь жил в своём огромном дворце в центре города.

Затем Давид совершил чудовищную ошибку. Он заметил прекрасную женщину, которая жила напротив его дворца: Вирсавию, жену Урии, одного из солдат Давида. Царь без памяти влюбился в неё и захотел вступить с ней в близость. В то время израильтяне могли иметь несколько жён, и Давид захотел жениться на Вирсавии. Тем самым он нарушил закон Божий, который предписывает не брать себе чужую жену. Но они любили друг друга, и после свадьбы у них родился сын, которого назвали Соломоном. Давид очень дорожил Вирсавией и не хотел делить её с Урией, поэтому он пошёл ещё дальше и написал одному из своих генералов, который командовал отрядом, где служил Урия, и приказал ему поставить его в первые ряды при атаке. Урия подчинился приказу и вскоре погиб в сражении. Давид же добился, чтобы Вирсавия принадлежала ему одному. Пророк Нафан тем временем наблюдал за происходящим; он не смог промолчать и указал царю на то, что тот поступил плохо.

«Я нарушил правила Господни!» – согласился Давид, наконец-то осознавший свою ошибку. Слова пророка потрясли его. Он раскаялся в своих поступках.

Долгие дни царь провёл в отчаянии: он перестал есть и спал на земле, пока Господь не простил его. Тогда Давид снова запел одну из своих молитв Господу:

Омой меня, и буду белее снега,

сердце чистое сотвори во мне,

и уста мои возвестят хвалу твою.

Когда царь начал стареть, дети задумались о престолонаследии. Особенно рьяно проявлял себя его сын Адония, который начал собирать верных себе людей, чтобы взять власть. Вирсавия узнала о его заговоре и поспешила напомнить Давиду, что Божий избранник – их сын Соломон. Имя «Соломон» происходит от слова «шалом», которое означает «мир», и к тому же Нафан уже говорил, что именно этому сыну суждено стать царём после Давида. Пожилой царь не стал терять времени и повелел помазать Соломона елеем. Оставшуюся часть своей жизни он провёл, давая хорошие советы сыну, которому суждено было править после его смерти.

Его стихотворения – псалмы – это хвала миру и любви к справедливому и верному Богу.

Тот, кто правит в мире,

Подобен утреннему свету,

когда рождается солнце,

безоблачным утром,

когда трава сверкает от капель росы.

Молодой царь Соломон готовился взяться за управление царством, опираясь на советы своего отца, царя Давида, который нанёс поражение оставшимся народам, угрожавшим Израилю. Царство стало обширным и могло не опасаться внешних врагов. Задачей Соломона было поддерживать единство и мир в стране. Однажды ночью Господь явился ему во сне и сказал: «Соломон, проси меня о чём хочешь!» Молодой царь подумал немного и затем ответил: «Я ещё молод и неопытен, поэтому прошу тебя дать мне мудрость, чтобы отличать добро от зла и управлять моим народом наилучшим образом, как мой отец».

Господь не ожидал такого ответа и тут же отозвался:

«Ты удивил меня: я думал, ты попросишь богатства, силы и долголетия – того, о чём просит большинство людей, – или побед в сражениях с любыми врагами. Тебя же беспокоит та ответственность, которую ты несёшь как царь. Это делает тебе честь, и я решил одарить тебя мудростью. Но дам я тебе и то, о чём ты меня не просил: богатство, силу и долголетие».

Так и случилось: Соломон правил по законам Господним, народ любил и уважал его, а его правление было долгим и мирным.

О мудрости Соломона ходили легенды, и как-то раз пришли к нему две женщины, чтобы он рассудил их. Подходя к царю, они ссорились и кричали друг на друга. Соломон велел им говорить по очереди, чтобы разобраться в том, как разрешить их спор. Первая сказала: «Мы с этой женщиной живём в одном доме, и у каждой родился ребёнок. Каждая видела, как рожала другая. Но однажды ночью она задавила своего младенца во сне. Поняв, какое приключилось горе, она пришла ко мне и положила вместо моего живого сыночка тело своего, мёртвого. Проснувшись, я сразу поняла, что это бездыханное тело рядом со мной – не моего сына, и догадалась, что произошло».

Соломон спокойно попросил вторую женщину рассказать свою версию событий, и она сказала: «Нет, всё было не так, вот мой ребёнок, живой и здоровый. Это она задушила своего и теперь хочет забрать моего!»

Соломон помолчал минуту, подумал, а потом позвал своих стражников и сказал: «Возьмите живого ребёнка и разрежьте его пополам, чтобы у каждой из этих женщин было по половине».

Услышав эти слова, одна из матерей пробормотала: «Да, поделите его надвое, мы обе будем довольны!»

Другая же вскочила в отчаянии: «Нет, молю вас, не режьте его. Не убивайте, не убивайте его! Лучше отдайте ребёнка ей, только не убивайте его».

Тогда царь поднялся на ноги, остановил солдат и сказал: «Вот настоящая мать: та, что молит сохранить сыну жизнь. Приказываю отдать ребёнка ей!»

Так мудрость царя помогла установить истину и свершить справедливость.

Потом Соломон решил исполнить замысел, изначально принадлежавший его отцу: построить храм для Господа. И за семь лет он воздвиг дом Божий. Это было очень изящное сооружение, предназначенное для хранения Ковчега Завета. Величественная постройка была из белого камня, но внутри камень был отделан самыми драгоценными материалами: кедровыми досками, эбеновым деревом, листами золота. За большой входной дверью следовала череда дворов с фонтаном посередине, а за ней располагалось пер– вое, пустое помещение, служившее вестибюлем. Далее шёл зал с алтарём для жертвоприношений, семисвечник и двенадцать хлебов – символ двенадцати племён Израилевых.

И, наконец, сердце дома, самый заповедный и потаённый зал под названием «Святая святых». Туда мог входить только первосвященник, лишь раз в году. Этот зал был отделан лучше прочих: здесь, на величественном алтаре, стоял Ковчег Завета.

Когда храм был окончен, царь устроил пышный праздник, охвативший весь город и весь окрестный народ. И когда все собрались вокруг здания храма, Соломон взмолился Богу:

«Это твой дом, Господи. Когда придёт человек помолиться сюда, в этот храм, будь он нашей веры или другой, услышь его и помоги ему».

Потом он столь же торжественно обратился к своему народу и сказал: «Что же касается нас, мы всегда должны помнить, что Бог с нами и что мы должны соблюдать его закон, чтобы жить в мире и гармонии».

Соломон продолжал укреплять свою мудрость: читал, занимался наукой, писал. Он разбирался в ботанике и зоологии, любил искусство. Соломону приписывают два псалма и большую часть библейской книги Притчей.

Но под конец жизни у Соломона было много жён из других народов: это были моавитянки, аммонитянки, эдомитянки, сидонянки и хеттянки. Таким образом он демонстрировал величие своего царства и заодно заключал соглашения и устанавливал полезные связи с соседями.

Из-за этого царь отошёл от закона Божьего: каждая из его жён почитала других богов, и Соломон позволил каждой воздвигнуть алтарь в честь своих идолов. Он и сам стал служить сидонской богине Астарте, и аммонскому божеству Милькому. В это же время он построил на горе перед Иерусалимом жертвенник моавитскому божеству Хамосу и аммонитскому божеству Молоху.

Господь не раз укорял его и просил вернуться к своему закону, но Соломон не слушал его. Так он нарушил первую и самую важную из десяти заповедей: «Я – Господь, Бог твой, да не будет у тебя других богов, кроме меня».

Тогда Господь снова заговорил с ним: «Я предпринял не одну тщетную попытку, но ты не желал слушать меня. Поэтому отныне твоё царство больше не будет единым. Вслед за твоим правлением наступят распри. Я сделаю так, чтобы это произошло после твоей смерти, из уважения к твоему отцу Давиду».

В самом деле, лишь после смерти Соломона его сын Ровоам стал править южной частью страны, которую стали называть «Иудейским царством», а северная её часть, которую называли «Израильским царством», перешла в руки его раба по имени Иеровоам. И народ Изралия снова сделался слабым, разделённым и уязвимым.

Весть о великой мудрости царя Соломона разошлась по всему миру, и кое-кто так ею заинтересовался, что отправился в путешествие, чтобы познакомиться с этим царём и испытать его мудрость. Человек этот был необычный, родом из самого сердца Африки: царица Савская, которая славилась своей образованностью и утончённостью. Она прибыла из своего царства ко двору Соломона с длинным-предлинным караваном и привезла с собой верблюдов, ослов, прислужниц, рабов и множество золота, драгоценностей, благовоний и сокровищ – богатств из далёкой страны, каких свет не видывал.

Царица Савская была очень красива и изящна. Таких ярких одежд, причёски и украшений, как у неё, в Иерусалиме никогда не видели. Её великолепие потрясло весь народ и двор.

Она остановилась в царском дворце и некоторое время жила у Соломона, подолгу беседуя с ним и внимательно слушая то, что говорил ей царь, ведь он был не только мудрецом, но и поэтом. Соломону принадлежит больше трёх тысяч притч и свыше тысячи стихотворений.

Его притчи призывали к занятиям наукой и к миру. Воспевали мудрость и разум.

А ещё у него есть притча, обращённая против лени:

Пойди к муравью, ленивец,

посмотри на труды его, и будь мудрым.

Нет у него ни начальника,

ни приставника, ни повелителя;

но он заготовляет летом хлеб свой,

собирает во время жатвы пищу свою.

А также ещё одна против обманщиков:

Кто говорит то, что знает, тот говорит правду;

а у свидетеля ложного – обман.

Иной пустослов уязвляет как мечом,

а язык мудрых – врачует.

Коварство – в сердце злоумышленников,

радость – у миротворцев.

Не приключится праведнику никакого зла,

нечестивые же будут преисполнены зол.

Царица слушала его много дней, потому что Соломон, помимо этого, прекрасно разбирался в растениях и животных – четвероногих и птицах, пресмыкающихся и рыбах – и беседовал с ней о науке.

Но затем царица решила испытать царя, загадав ему несколько загадок. Соломон принял вызов. Повелел устроить пир, дал ей возможность насладиться роскошью своего двора, а затем передал ей слово, и они начала так:

«Скажи мне, мой царственный хозяин, можешь ли ты отгадать, что для богатых – роскошь, но кланяется, а для нищих – бедность? Приносит слёзы живым, но нужен для мертвецов».

Загадка была очень непростая, но Соломон подумал немного и затем ответил: «Думаю, ты говоришь обо льне: стебель у него высокий и лёгкий, ветер сгибает его, и кажется, что он кланяется; из собранного льна ткут тонкие ткани для богачей, а из грубых остатков делают мешковину для бедняков. Лён несёт за собой плач тех, кто теряет дорогих людей, потому что умерших заворачивают в льняной саван». Соломон отвечал спокойно и без запинки, и царицу поразила такая уверенность. Она встала и сказала: «Так значит, вести, которые дошли до моей страны, – правда. И надо признать, мне рассказали меньше половины того, что я увидела и услышала! Твоё царство великолепно, а твоя мудрость безгранична. Твой Бог заботится о тебе и дал тебе этот драгоценный дар. Счастлив ты и счастлив твой народ. Любовь вашего Бога сделает ваше царство незыблемым во веки веков».

Соломон в тот период своего правления был и в самом деле благодарен за всё то, что имел, и лучше всего об этом говорит одно из его самых прекрасных стихотворений. Это песня о любви, знаменитая по сей день, – «Песнь песней».

В ней восемь глав, в которых влюблённые мужчина и женщина разговаривают друг с другом, чередуя свои голоса. Их слова помогают понять, что их любовь – чудесный и совершенный дар и что вообще всё есть дар Божий.

Соломон прочёл царице и эту песнь.

Голос возлюбленного моего!

вот, он идёт,

скачет по горам,

прыгает по холмам.

Друг мой похож на серну

или на молодого оленя.

Возлюбленный мой начал говорить мне:

встань, возлюбленная моя, прекрасная моя, выйди!

Вот, зима уже прошла;

дождь миновал, перестал;

Возлюбленный мой начал говорить мне:

встань, возлюбленная моя, прекрасная моя, выйди!

Вот, зима уже прошла;

дождь миновал, перестал;

цветы показались на земле;

время пения настало.

Голубица моя,

покажи мне лицо твоё,

дай мне услышать голос твой.

глаза твои голубиные

под кудрями твоими.

Волосы твои – как стадо коз,

сходящих со склонов холма,

зубы твои – как стадо выстриженных овец,

выходящих из купальни,

из которых у каждой пара ягнят,

и бесплодной нет между ними.

Как лента алая губы твои,

как половинки гранатового яблока – ланиты твои

под кудрями твоими.

Положи меня, как печать, на сердце твоё,

как перстень, на руку твою.

Большие воды не могут потушить любви,

и реки не зальют её.

Ибо крепка, как смерть, любовь,

стрелы её – пламень Господень.

Царица Савская не осталась у Соломона навсегда, хотя действительно очень им восторгалась. Через некоторое время она решила, что пора возвращаться домой, и распрощалась с ним. Но также она решила оставить в Иерусалиме не только те дары, что привезла царю, но и всё то, что взяла с собой в путь, все свои сокровища. Поэтому вместе с золотом и украшениями она оставила ему ценнейшее сандаловое дерево, из которого Соломон повелел сделать музыкальные инструменты – лиры и арфы для певцов. Столько богатств, сколько в момент её отъезда, там отродясь не видывали.

Царица Савская привезла в Израиль восхищение со всего мира.

Израильское царство было в руках у Ахава, который поклонялся языческим богам. На землю обрушилась страшная засуха, а Ахав поклонялся божеству, которое, по его убеждению, должно было принести дождь. Дождя всё не было, и страна переживала очень тяжёлые времена. Илия, сохранивший верность Богу Израиля, попытался поговорить с царём, но тот не пожелал его слушать. Тогда Господь сказал Илии: «Уходи, отправляйся в пустыню, утоли жажду на берегах реки Иордан. И не бойся, вороны принесут тебе чем утолить твой голод».

Илия сделал так, как сказал Господь, и два ворона действительно принесли ему еды, пока он жил один в пустыне и на берегах реки. Ни жажда, ни голод не мучили его ни дня. Потом Господь снова обратился к нему: «Продолжай свой путь к Сарепте, ты встретишь там вдову, которая накормит тебя».

Засуха вызвала страшный голод. Народ был им изнурён, казалось, что всё потеряно, но Илия решил вновь последовать наставлениям Господним. После долгой дороги он дошёл до колодца у ворот Сарепты, сел рядом с ним и принялся ждать. Подошла женщина, и он тут же спросил её: «Есть ли у тебя что-нибудь утолить мой голод?» Женщина ответила: «Мне жаль, но у меня осталась всего одна ложка муки да капля масла, мне нужно заботиться о моём сыне». Она не знала, как оправдаться перед ним. Тогда Илия прервал её и добавил: «Не бойся, если ты испечёшь хлеба и для меня, Господь сделает так, чтобы у тебя было достаточно муки и масла, и дождь тоже вернётся».

Вдова слушала его в изумлении и затем решила принять Илию у себя дома и приготовить то немногое, что осталось от её запасов муки. Все трое наелись досыта, и в последующие дни в кадке с мукой и в кувшине с маслом всегда было из чего испечь нового хлеба. В точности так, как и говорил Илия.

Но вот однажды сын этой вдовы тяжело заболел и умер. Женщина была убита горем. Тогда Илия, который всё ещё гостил у неё, взял ребёнка на руки, уложил его в комнате на верхнем этаже и трижды простёрся над его телом, молясь Господу, чтобы он помог ему. «Мой Бог, верни сюда дух этого ребёнка. Умоляю тебя!» После тех молитв ребёнок вернулся к жизни, и женщину охватила необычайная радость. Обнимая сына, она сказала Илии: «Теперь я больше не сомневаюсь: ты пророк, Божий человек, который несёт нам его слова!»

Тем временем голод и засуха всё сильнее давали о себе знать, и Илию это очень беспокоило. Он был убеждён, что дело прежде всего в неверности Богу царя Ахава и его народа. Все они давно уже поклонялись Ваалу и другим богам. Илию не любили, как и других пророков, которые прятались в пещерах вне города, чтобы их не схватили. Среди тех, кто остался верен Господу, был человек по имени Авдей, служивший царю Ахаву. Илия попросил Авдея объявить царю, что хочет увидеть его. Тот в страхе ответил: «Не думаю, что это благоразумный поступок, они уже много дней ищут тебя». Но Илия получил от Господа приказ поговорить с царём и потому настаивал. Оказавшись лицом к лицу с Илией, Ахав воскликнул: «Ты и такие, как ты, виноваты в том, что наше царство гибнет!» Пророк же спокойно ответил ему: «Ты заблуждаешься, это ты отвернулся от Господа. Но быть может, не всё потеряно. Собери поклоняющихся Ваалу на горе Кармил. Я тоже приду туда со своими людьми». И царь принял этот вызов.

На горе собрались два лагеря: люди, верные Ваалу, и люди, верные Богу. Они соорудили каменный алтарь, как было принято в то время, и положили на него молодого телёнка в качестве жертвы. Потом Илия провозгласил: «Сейчас мы объявим, что это – жертва для нашего Бога. Вы предложите её Ваалу, мы же – Господу нашему Богу». Все приготовились, и Илия заключил: «Тот, кто зажжёт огонь на алтаре, покажет всем, что он и есть настоящий Бог».

Царь Ахав и все его люди согласились; столпившись вокруг алтаря, они принялись взывать к Ваалу, прыгая и ходя по кругу. Они звали его с раннего утра до позднего вечера, но ничего так и не произошло. Огонь не загорелся.

Тогда Илия принялся за работу: он выстроил алтарь из двенадцати камней, а вокруг выкопал неглубокую канаву, распорядившись, чтобы на алтарь вылили воды: она стекала и заполняла канаву. Затем он воззвал к своему Господу: «Бог Авраама, Исаака и Иакова, ответь мне и докажи народу, что ты – Господь!» В это мгновение с неба спустился огонь и воспламенил заготовленные на алтаре дрова. Все рухнули на колени и возгласили «Вот Господь Бог!»

Затем пророк преодолел последний участок подъёма, отделявший его от вершины горы, чтобы помолиться в одиночестве, и сказал своему рабу: «Посмотри в сторону моря». Раб отошёл туда, откуда можно было увидеть море на горизонте, потом вернулся к Илии и сказал: «Я ничего не вижу, на что мне смотреть?»

Илия снова сказал ему: «Пойди посмотри на море ещё раз». И раб подчинился, но, вернувшись, сказал, что там опять ничего не видно. Шесть раз он ходил и возвращался к пророку и наконец сказал ему: «Вот теперь я увидел облако, которое поднимается с моря! Только оно совсем маленькое».

Тогда Илия обратился к царю и сказал: «Поторопись, Ахав, иди поешь и попей, потому что скоро пойдёт дождь!»

Дождь пролился над всей страной, и засуха была побеждена.

Но жена царя Ахава, Иезавель, которая почитала Ваала, очень разгневалась на Илию и послала своих людей найти его, чтобы отомстить за это поражение. Тогда Илия бежал и спрятался в пустыне. Совершенно выбившись из сил, он уснул под кустом, а когда проснулся, увидел еду и флягу. Пророк снова пустился в путь и провёл один в пустыне сорок дней и сорок ночей. Потом он спрятался в пещере на горе Хорив; там, внутри, он услышал голос Господа, который спросил его: «Что ты здесь делаешь, Илия?» «Я попытался спасти твой народ, Господи, но они повернулись ко мне спиной, и теперь я остался один», – объяснил он. Тогда Бог сказал: «Выйди отсюда, и увидишь меня». Илия сделал, как велел ему Господь, и как только он вышел из пещеры, задул необыкновенно сильный ветер, но Господа видно не было. Затем он почувствовал ужасающее землетрясение, но снова не увидел Господа. Потом прямо перед ним разгорелся огромный пожар, но и в нём ничего не было. В конце концов он ощутил лёгкий ветерок, бриз. Там-то и был Господь. «Не бойся же, возвращайся, ты не один: Елисей будет с тобой».

Так Господь дал своему народу ещё один шанс.

Елисей, молодой крестьянин, оставил плуг, пошёл за Илией и стал пророком после него.

Народ Израиля нуждался в предводителе, потому что часто поворачивался к Богу спиной и забывал о нём. Тогда Господь выбрал несколько пророков, чтобы направлять послания своему народу. Исаия был избран наряду с Илией и Елисеем. Однажды ночью во сне он увидел огромный престол, на котором сидел Господь, облачённый в такую длинную мантию, что края её наполняли весь храм. Вокруг него летало множество ангелов, которые пели «Слава Господу!»

Это видение немного напугало Исаию: он думал, что так, как сейчас он, Бога можно было увидеть только при смерти! Но один из ангелов приблизился к нему и коснулся губ его горящим углём, говоря: «Вот, теперь ты очищен и можешь нести людям послание Божье».

Тогда Исаия начал говорить с народом, пытаясь убедить его снова начать соблюдать Союз с Господом.

Вот как говорил Исаия:

В другой раз Исаия объяснил, откуда явится этот Младенец:

Исаия говорил о том, чему суждено было случится много лет спустя: о рождении Иисуса.

Иессей был отцом великого царя Давида, и из его рода суждено было родиться Иисусу, которого также будут называть «сыном Давидовым».

Ещё одним пророком Господним был Иеремия. Бог сказал ему, что выбрал его ещё до рождения. Поначалу Иеремия боялся, что не умеет говорить, но Господь убедил его, и пророк стал передавать его послания народу, который всё чаще отворачивался и всё сильнее отдалялся от него.

Задача Иеремии была непроста, потому что никому не нравилось слушать, что ему нужно было рассказать: он говорил о врагах, которые вторгнутся в Израиль, и захватчиках, которые разрушат города.

Вот какие слова Божьи говорил он:

И ещё:

Иеремия был неудобной фигурой. Его даже преследовали и посадили в темницу за его слова, но он не сдавался и продолжал нести людям слово Господне. К сожалению, его слова сбылись, вавилоняне захватили Израиль, а Иерусалим был разрушен вместе со своим храмом.

Людей угнали в Вавилонское царство, как в давние времена египетского рабства.

Жил однажды очень праведный человек, у которого было много сыновей и богатств. Он хранил верность Богу и жил согласно его закону. Но как-то раз Бог сказал Сатане: «Видел ли ты, как праведен и добр Иов?» Сатана же ответил: «Слишком легко быть тебе верным, когда ты богат и всё идёт хорошо».

И вот, чтобы доказать, что Бог заблуждается, Сатана решил подвернуть Иова испытаниям.

Сначала он истребил весь его скот, затем похитил весь урожай с его полей и наконец сотворил самое страшное: пока его дети ели и пили за столом, налетел сильный ветер, который разрушил дом, и все они погибли. Иов был убит горем, но сказал: «Господь дал мне и Господь же взял у меня, я не стану терять своей веры в него!»

Тогда Бог сказал Сатане: «Видел ли ты, что Иов не утратил своей веры?» Но Сатана не желал сдаваться, и сделал так, что Иов заболел. Его тело покрылось язвами, и он был вынужден покинуть город и жить жизнью бродяги, одетый в лохмотья; но и на сей раз он не утратил своей веры.

Когда трое друзей спросили его, что же он такого натворил, за что ему выпало на долю столько несчастий, Иов ответил, что ему казалось, будто он всегда вёл себя порядочно, и не мог отыскать причину всех этих страданий. О ней, сказал Иов, нужно спрашивать у Бога.

Бог же и в самом деле ответил Иову, сказав: «Это я тебя спрашиваю: кто сотворил мир? Небо и звёзды? Кто положил краеугольный камень? Кто запер море? Ответь!»

Тогда Иов понял, что слишком возгордился, чувствуя себя праведником, и смиренно ответил: «Господи, я говорил о слишком больших вещах, ты – настоящее знание! Прости меня».

Бог не только простил его, но подарил ему вдвое больше богатств, чем было у него раньше, чтобы воздать ему за все его страдания и особенно за то, что в своих страданиях он ни на минуту не утратил веры. Иов прожил долгую счастливую жизнь.

Когда израильский народ жил в изгнании в Вавилонском царстве, Даниил выделялся умом и добротой. Его даже сделали правителем одной из областей, и царь Дарий очень его ценил.

Многие, однако, завидовали успеху этого юноши, и однажды другие чиновники предложили царю издать указ, запрещающий всем почитать кого бы то ни было, кроме самого царя, в течение тридцати дней подряд. Польщённый таким предложением, царь немедленно издал такой указ.

Зная об этом решении, Даниил всё равно продолжал молиться своему Богу трижды в день, и его завистники сразу же донесли на него. Они были убеждены, что легко избавятся от Даниила. Нарушителей закона в наказание бросали в ров со львами, и царю Дарию пришлось подписать приговор Даниилу, несмотря на свою к нему симпатию.

Даниила бросили в ров и закрыли вход в него большим круглым камнем.

Тем вечером царю кусок в горло не лез, а ночью он не смог сомкнуть глаз. Он был ужасно встревожен и всё думал и думал о Данииле.

На следующее утро царь Дарий, ещё сильнее опечаленный судьбой Даниила, выбежал из своего дворца, подбежал к яме и зашептал: «Даниил, Даниил! Скажи мне, что твой Бог спас тебя!» И Даниил появился цел и невредим, объяснив: «Бог, которому я молюсь каждый день, послал ангела, и он закрыл пасть львам». Царь был очень рад и переосмыслил случившееся: он даже издал другой указ, предписывающий почитать Бога Даниила – Бога, который спасает и освобождает.

Товит был праведником, который жил со своей женой и сыном Товией. Состарившись, Товит ослеп, и когда ему понадобилось взыскать долг в далёком городе, он попросил сына отправиться туда вместо него. Товия взял свою собаку и пошёл искать человека, который проделал бы весь этот путь вместе с ним. И нашёл товарища по имени Рафаил.

А в городе человека, задолжавшего его отцу, жила девушка по имени Сарра, и была она очень несчастна. Семь раз выходила она замуж, и всякий её супруг умирал, прежде чем провести с ней ночь. Люди верили, что это проклятие Сатаны, и Сарра молила Господа положить этому конец.

В пути Товия и Рафаил остановились на привал и вышли на берег реки. Когда Товия решил омыть себе ноги в воде, его укусила рыба. Рафаил сразу сказал ему: «Поймай её!» Юноша схватил рыбу, зажарил её мясо, а товарищ сказал ему: «Сохрани её печень, сердце и желчь, они могут пригодиться». Товия послушался, и они продолжили путь. Добравшись до города, они остановились в доме у Сарры. Товия сразу обратил на неё внимание, и Рафаил спросил: «Хочешь на ней жениться?» Товия кивнул, но затем вспомнил рассказы о проклятии и спросил Рафаила: «Как думаешь, это правда?» Товарищ тут же ответил: «Не бойся. Когда будете в вашей спальне, ты сожжёшь сердце и печень рыбы, и Сатана удалится».

Товия женился на Сарре и поступил так, как сказал ему Рафаил. Молодые вместе помолились Господу и провели спокойную ночь.

Родители Сарры были счастливы и благословили дочь, ставшую женой и уходившую с Товией. В обратной дороге домой, к пожилому Товиту, Рафаил снова дал Товии совет: «Положи рыбью желчь на глаза своему отцу». Товия сразу же сделал это, и его отец снова прозрел. Все в доме были вне себя от радости: и потому, что к Товиту вернулось зрение, и потому, что его сын вступил в союз с Саррой. И все хотели отблагодарить Рафаила, но тот сказал: «Я ничего не хочу для себя, только никогда не забывайте благодарить Господа и живите по его закону». Все поняли, что это был самый настоящий ангел и что он вернётся туда, откуда пришёл.

В то время персидский царь Артаксеркс искал себе жену. Каждый день он принимал у себя молодую девицу и оценивал её. У одного из живших там евреев, Мардохея, была красивая племянница; она осиротела и стала его приёмной дочерью. Есфирь явилась ко двору царя, и тот сразу же влюбился в неё – настолько она была красива.

Тем временем в городе несколько солдат захотели убить царя, и Мардохей услышал их разговор и сразу передал его девушке, которая рассказала обо всём Артаксерксу и тем спасла ему жизнь. Но её дяде за этот поступок не досталось никакой награды; больше того, однажды Аман, первый министр царя, потребовал, чтобы Мардохей преклонил перед ним колени. Тот ответил, что он еврей и склонит колени только перед своим Богом. Министр оскорбился и повелел арестовать Мардохея: он хотел, чтобы его приговорили к смертной казни!

Тогда Мардохей обратился за помощью к племяннице: «Спаси меня и весь народ твой, раз ты теперь царица!»

Есфирь колебалась: ей было страшно явиться к царю без приглашения, но в конце концов набралась смелости и пошла к нему. Оказавшись перед лицом царя, она почувствовала, что от ужаса силы оставляют её, но обеспокоенный царь поддержал её, обнял и спросил: «Чего тебе угодно, моя царица? Сейчас я мог бы даже подарить тебе половину своего царства!»

Есфирь приободрилась и снова сделалась прекрасной и спокойной. Она сказала: «Прошу тебя, о царь, спаси от смерти моего дядю и весь народ мой». Артаксеркс сначала не понял, о чём она говорит, но потом Есфирь рассказала ему о Мардохее и Амане. Царя эта история потрясла, и он вышел на балкон своего дворца, чтобы поразмышлять. В это время Аман, который тоже был в том зале, подошёл к ней, чтобы попросить прощения. Он был высоким, крупным мужчиной, и нависал над ней. Артаксеркс вернулся, увидел его в этой позе и сразу подумал, что Аман хочет причинить царице зло. Царь велел своей страже арестовать его. Мардохея освободили, а Есфирь рассказала Артаксерксу, что это он спас ему жизнь от заговора солдат. Царь был счастлив, и благодаря Есфири народ Израиля обрёл свободу.

Однажды Господь заговорил с Ионой и сказал ему: «Отправляйся в город Ниневия и скажи его жителям, что творят они зло и должны измениться, если не хотят, чтобы я наказал их». Иона не хотел ехать, он боялся нести людям такие дурные вести. Он тронулся в путь, но направился в другую сторону. Добравшись до Яффы, Иона сел в порту на корабль, идущий в Фарсис.

В открытом море на судно обрушился страшный шторм, и моряки пришли в отчаяние: они были родом из разных стран и толком друг друга не знали. И решили они, что кто-то из них виновен в этой беде, и кинули жребий, чтобы понять, кто же это. Жребий пал на Иону, спавшего в трюме, и капитан сказал ему: «Это ты – причина этой бури? Что же ты сделал такого ужасного, что твой Бог так тебя наказывает?» Иона признался товарищам, что ослушался Бога. Капитан сказал, что нужно сбросить с корабля лишний груз, чтобы он не утонул, и Иона попросил бросить его в море. Едва он ушёл под воду, шторм утих, и сразу же вслед за тем Иону проглотила огромная рыба. В животе у этой рыбы Иона попросил прощения за свою ошибку и произнёс хвалу Господу.

Рыба выплюнула его на берег живым и здоровым. Когда Иона пришёл в себя, Господь снова обратился к нему с просьбой: «Иди же теперь в Ниневию, как я тебя просил». И тот послушно пустился в путь. Добравшись до города, он провозгласил послание Божье: «Ещё сорок дней, и ваш город будет разрушен!» Услышав эти слова, жители города были потрясены. Они раскаялись в своих грехах, постились сорок дней и, увидев это, Господь помиловал их.

Когда царём был Ирод, в храме Господнем служил священник по имени Захария. Человек он был уже пожилой, жену его звали Елисавета, детей у них не было. Однажды Захария собрался отнести благовония в первый из храмовых залов. Он вошёл туда один, пока снаружи стояли молящиеся. Положив благовония на алтарь, священник увидел, как к нему подходит ангел Господень. В испуге он сделал шаг назад, но ангел распахнул руки в знак того, что он пришёл с миром, и сказал: «Не бойся, Захария, я – Гавриил, и Господь послал меня передать тебе важную весть: он услышал молитвы твои и твоей жены Елисаветы. Скоро у вас будет сын, и ты должен назвать его Иоанном. На него будет возложена великая задача: именно он возвестит о приходе Спасителя».

Захария ушам своим не верил и воскликнул в ответ: «Но разве такое возможно? Мы уже не можем завести ребёнка, моя жена и я сам слишком стары».

Тогда ангел Гавриил заговорил вновь и твёрдо сказал Захарии: «Ты не веришь вести Господней? Раз так, быть тебе немым, пока не случится то, о чём я тебе объявил!»

Тем временем снаружи у храма люди начали волноваться и недоумевать, почему Захария не выходит. И когда он появился, они бросились расспрашивать его, что же происходило всё это время, но Захария утратил дар речи: он не способен был произнести ни слова.

Жене священника тоже пришлось привыкнуть разговаривать с ним на языке жестов, и через несколько дней она поняла, что ждёт ребёнка. Она была счастлива и сказала: «Господь преподнёс мне бесценный дар!» Елисавета тоже была убеждена, что Господь никогда не оставлял их одних.

Тем временем в Палестине, в городе Назарет, росла добрая девушка по имени Мария, очень почитавшая Бога. Она была обручена с плотником Иосифом, человеком старше её, но честным и очень праведным. В ожидании свадьбы Мария проводила много времени одна, ткала и убирала дом, и однажды ангел Гавриил явился перед ней, чтобы передать очень важную весть: «Приветствую тебя, Мария, благодати полная. Господь с тобою». Марию немного встревожил этот визит: почему ангел явился именно ей, самой обычной девушке?

Тем временем ангел продолжил: «Радуйся, Мария, потому что ты обрела благодать у Господа. У тебя будет ребёнок, и когда он появится на свет, ты назовёшь его Иисус. Он будет велик, Сын Божий. Он сядет на престол Давида, и его царству не будет конца». Мария поняла важность этих слов и прошептала: «Но как же такое возможно? Я ещё не жена Иосифа». Тогда ангел объяснил: «Святой Дух спустится к тебе. Ребёнок, который родится, будет Сыном Божьим. Для Бога нет ничего невозможного. Знай, что Елисавета, о которой все говорили, что она уже слишком стара, чтобы рожать детей, ждёт ребёнка».

Тогда Мария успокоилась и ответила: «Вот я, пусть Господь сотворит то, что сказал. Я готова». Она почувствовала зов своего сердца и ответила Господу «да».

Некоторое время спустя Мария поняла, что ждёт ребёнка, но всё равно отправилась в путь, чтобы навестить Елисавету. Ангел сказал, что она тоже беременна, и Мария чувствовала, что нужно её проведать. Когда она добралась до города и постучалась в двери дома Захарии и Елисаветы, которая не ждала её, но всё равно открыла дверь. Как только Елисавета услышала приветственные слова Марии, в её животе, который уже заметно вырос, что-то внезапно шевельнулось. Тогда она поняла, что Мария тоже ждёт ребёнка и что это Сын Божий. Она обняла и ввела её в дом с такими словами: «Приветствую тебя, Мария, благословенна ты между жёнами, и благословен плод чрева твоего, Сын Божий!» Мария улыбнулась Елисавете, и та продолжила: «Как только я услышала твой голос, ребёнок у меня в животе пошевелился. Будь же блаженна, потому что поверила в Господа!»

В этот момент Мария ощутила, как наполняется изнутри спокойствием и огромной верой в Господа, хотя то, что с ней происходило, было очень необычно. Ей предстояло стать матерью Сына Божьего. Тогда она произнесла песнь, которую по сей день повторяют с ликованием и верой:

Мария гостила у Елисаветы и Захарии три месяца.

Елисавета родила прекрасного мальчика. Родители были так счастливы, что решили устроить в доме большой праздник. Захария пригласил друзей и родных, чтобы показать им малыша. Все думали, что младенца назовут в честь кого-то из родственников, как тогда было принято, но Елисавета объявила, что ребёнка зовут Иоанном.

Гости так удивились, что обратились за объяснениями к Захарии. Священник, по-прежнему неспособный говорить, попросил принести дощечку и чёткими буквами написал: «Иоанн имя ему»; ведь это было то самое имя, которое указал ему ангел Гавриил. И в тот самый момент к нему вернулся дар речи. Захария был настолько счастлив, что стал благодарить Господа за всё то, что он сделал. Гости тоже слушали его с растущим изумлением и поняли, что этот ребёнок, должно быть, особенный. Захария говорил долго и изрёк своё пророчество, объяснив, что ребёнок в свою очередь станет провозвестником и пророком Господним, что подготовит ему путь, чтобы Сын Божий пришёл к людям, как солнце, восходящее, чтобы осветить живущих во тьме и вывести всех на дорогу мира. Захария объяснял, что Господь снова вернулся к своему народу, чтобы не оставлять его в одиночестве.

Иоанн рос сильным телом и духом; возмужав, он удалился в пустыню предаваться размышлениям и молитвам. Когда же почувствовал, что готов, он обошёл всю землю Иорданскую, проповедуя среди людей обращение к Богу.

Иосиф был плотником, который работал в Назарете. Все знали его как доброго и терпеливого человека.

Заметив, что его молодая невеста беременна, Иосиф пришёл в недоумение. Он был очень обеспокоен этим, но, будучи человеком праведным, не хотел отменять бракосочетание и подвергать женщину осуждению, как часто делали в таких случаях: закон Моисеев предусматривал страшное наказание за такой проступок! Иосиф же подумал, что лучше тайно отпустить девушку, никому об этом не объявляя: достаточно остановить помолвку! Однажды вечером он уснул в раздумьях, как поступить. Во сне ему явился ангел Господень, который сказал: «Не бойся, Иосиф, возьми Марию в жёны, потому что ребёнок, которого она ждёт – плод Святого Духа». Иосиф ворочался во сне, потому что понять его было очень непросто, но ангел продолжал говорить: «Ребёнок, который родится, будет сыном Божьим, ты примешь его как собственного сына и вырастишь. Назовёшь его Иисусом, что означает – Спаситель, потому что именно он спасёт мир».

Проснувшись, Иосиф понял, что сбывается именно то, о чём много раз говорили пророки. Мессию, Спасителя ждали давным-давно. И вот теперь он родится именно у Марии. Тогда Иосиф, как и Мария, сказал Господу «да» и решил взять свою невесту в жёны и заботиться о ней. И Мария стала жить с ним.

Когда о Иосифе говорят, что он праведник, имеют в виду гораздо большее: он с любовью, безмятежным спокойствием и радостью принял целиком и полностью ту тайну, которая свершается в его невесте, чтобы оберегать её.

В то время римский император Октавиан Август распорядился провести перепись всего населения своей империи. Каждый её житель обязан был записаться в своём родном городе, чтобы правители могли точно знать, сколько человек живёт в их царстве.

Иосиф был родом из дома царя Давида, а потому, хоть он и жил в Назарете, в Галилее, отметку нужно было поставить в Вифлееме. С собой следовало взять и семью, а именно Марию, которая вот-вот должна была родить. Путь предстоял неблизкий и утомительный, но уклоняться от переписи было нельзя: указ о её проведении был одним из самых важных. И вот Иосиф посадил Марию на ослика, взял еды в дорогу, и они отправились в путь. От Назарета до Вифлеема почти 150 километров, так что дорога заняла около десяти дней.

Когда они добрались до Вифлеема, обессиленные после долгого пути, солнце уже клонилось к закату. Оказавшись в городе, Иосиф и Мария сразу же обратили внимание на царившую там суматоху. Многие точно так же приехали сюда отметиться. Они взялись было искать место для ночлега, но Марии стало нехорошо: у неё начинались родовые схватки. К сожалению, ни у кого не было для них места, и в конце концов они удовольствовались хлевом у городских ворот и обустроили его, как могли, чтобы прилечь на привал.

Той ночью, прямо на соломе, среди зверей, согревавших их своим дыханием, Мария произвела на свет своё дитя, завернула его в пелёнку и уложила в ясли.

На окрестных холмах было множество пастухов, которые пасли там свои стада. Ангел Господень явился этим пастухам, осенив их ярким светом, и сказал им: «Не бойтесь, я несу вам добрую весть, большую радость: этой ночью родился наш Спаситель. Он родился в Вифлееме, в городе Давида. Идите, и вы найдёте там младенца, спящего в яслях».

Пока первый ангел объявлял им обо всём этом, с неба сходили новые и новые ангелы, которые пели: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» «Мир на земле людям, которых Он полюбил!» Пастухи проснулись все как один. Сначала они не поняли, в чём дело, но затем переглянулись и сказали друг другу: «Вперёд, пойдём же и посмотрим на этого младенца!»

Они отправились искать хижину, о которой говорил ангел, и, найдя её, замерли в молчании, глядя на сцену, открывшуюся их взгляду: Мария, Иосиф и младенец. Потом пришли и другие люди из ближайших домов; они услышали рассказ пастухов, послание ангелов. Все стояли неподвижно, любуясь младенцем и поднося ему скромные дары. Стоя там, перед этим младенцем, они чувствовали, как наполняются спокойствием изнутри. Мария баюкала своего ребёнка, слушала слова, которые шептали люди вокруг, и берегла в своём сердце то чудо, которое свершилось в эту ночь.

Пастухи долго говорили о рождении этого ребёнка, потому что сбылось пророчество, гласившее:

«И ты, Вифлеем-Ефрафа, мал ли ты между тысячами Иудиными? Из тебя произойдёт мне тот, который должен быть владыкою в Израиле и которого происхождение из начала, от дней вечных».

Итак, Иисус родился в Вифлееме, в Иудее, в эпоху, когда этой страной правил царь Ирод, союзник римского императора, которому он перечислял часть собранных со своих подданных налогов.

Новость быстро разлетелась и достигла земель настолько отдалённых, что некоторые восточные короли – мудрецы, знавшие о пророчествах, – увидели в небе чудесную звезду и сочли, что это знамение. Втроём они отправились в путь, следуя за звездой, чтобы найти ребёнка, спасителя мира. Добравшись до Иерусалима, они принялись расспрашивать: «Где царь Иудейский? Мы хотим навестить его и поклониться ему!» Узнав об этих расспросах, царь Ирод заподозрил неладное: он давно опасался, что кто-то захочет отобрать у него царство. Собрал Ирод мудрецов и спросил, где же он должен родиться, и кто-то ответил ему, что в Вифлееме, как предсказывал пророк Михей. Тогда Ирод велел позвать трёх волхвов и сказал им: «Идите в Вифлеем, спросите о ребёнке, а потом возвращайтесь и расскажите мне о нём, чтобы я тоже мог его навестить». На самом же деле Ирод не хотел его увидеть: он хотел его убить! Волхвы пошли в Вифлеем, а звезда указывала им путь. Когда она остановилась над хлевом, три волхва поняли, что они у цели, и вручили дары, принесённые из дома: золото, ладан и смирну. Золото было самым ценным металлом, который обычно предназначался царям, ладан использовали как благовоние во время служения Богу в храме, а смирна – клейкая смола – применялась при погребении мёртвых. Так что дары эти предназначались кому-то из смертных и, возможно, символизировали жертву Иисуса.

Трое волхвов побыли немного с младенцем, а когда настало время снова отправиться в путь, чтобы возвращаться домой, ангел предупредил их, что не стоит заезжать к Ироду, потому что намерения у него недобрые. Волхвы решили прислушаться к ангелу и выбрали другую дорогу, которая не шла через Иерусалим.

Когда Ирод увидел, что трое волхвов так и не вернулись, он сразу понял, что всё пошло не так, и понял, что его власть действительно под угрозой. Эгоистичный и жестокий, он был готов на всё, чтобы отстоять её. Несколько дней к разъярённому царю нельзя было даже подойти; он всё больше и больше тревожился, пока наконец не придумал новый способ избавиться от опасного царя-младенца: он приказал убить всех новорождённых мальчиков. Началось избиение младенцев. Это были жуткие дни для народа этой страны: погибло множество детей.

Иосифа снова вовремя предупредил ангел, явившийся ему во сне и сказавший: «Вставай скорее, бери Марию с ребёнком и беги в Египет. Ирод ищет Иисуса, чтобы убить его. Отправляйся в Египет и оставайся там в безопасности, пока я снова не вернусь к тебе с посланием». Проснувшись, Иосиф спокойно собрал Марию с малышом в дорогу. Они покинули страну в последний момент.

Иисус, Иосиф и Мария много лет жили в Египте. Затем ангел сообщил им, что опасность миновала, и Иосиф отвёз семью домой, в Назарет.

Во времена Иисуса Пасха была очень важным праздником: люди со все страны совершали паломничество в Иерусалим и приносили в храм свои дары: свежие фрукты, мацу, небольших животных. Так они вспоминали об освобождении из египетского рабства и о том, как Моисей привёл народ в обещанную землю. В двенадцать лет Иисус тоже отправился в такой поход со своей семьёй. Он пришёл в храм и совершил все традиционные пасхальные ритуалы.

Когда вереница паломников двинулась в обратный путь домой, Иосиф и Мария шли отдельно от Иисуса, но думали, что он где-то впереди или сзади со своими знакомыми. Так бывало, когда люди шли большими группами. Но время шло, а он всё не появлялся: они забеспокоились и принялись искать его впереди, сзади, спрашивая у всех, не видел ли кто его. Иисуса нигде не было.

Тогда Мария и Иосиф решили вернуться назад, в Иерусалим. Они очень волновались и почти бежали. Придя в храм, они увидели, как Иисус сидит среди священников и законников. Те задавали ему вопросы, а он мгновенно отвечал, слушал их и комментировал услышанное. Его ум и знания приводили всех в восторг. Они ушам своим поверить не могли. Потом Мария подошла к Иисусу и сказала: «Почему ты остался позади? Мы тебя всюду искали. Мы так волновались!» Иисус же улыбнулся ей и ответил: «Почему вы волнуетесь? Разве вы не знали, что мне нужно поговорить о вещах, которые касаются Бога, Отца моего?» Он остался в храме именно потому, что это был дом его отца.

Он был ещё слишком мал, чтобы начать проповедовать, а потому вернулся в Назарет и рос в доброте, благодати и мудрости.

Иоанн, сын Елисаветы и Захарии, долго жил в пустыне, а затем двинулся к реке Иордан. Он был пророком и проповедовал людям, говоря с ними убедительным и преисполненным силы голосом. Слушавших его Иоанн просил вернуться к Богу, довериться ему. Выглядел он необычно: худой, одетый в звериные шкуры, он питался корнями и насекомыми, которых находил в своей пустыне. Люди прислушивались к нему, потому что он возвещал приход Спасителя, Мессии. Некоторые думали, что он сам – тот новый человек, который нужен был им, чтобы спастись, но Иоанн говорил им:

«Не я – тот, кого вы ждёте, придёт тот, кому я даже ремни его сандалий завязать недостоин. Очиститесь и готовьтесь. Прямыми сделайте тропы, сравняйте горы с землёй!»

Он говорил пламенно, страстно, и люди понимали, что он делает это от сердца и просит подготовиться к прибытию Мессии. Было ясно, что Иоанн просит их измениться и зажить более чистой жизнью, в справедливости и любви.

Всеми этими речами Иоанн призывал людей смыть с себя прежнюю жизнь речной водой. Он заводил их в Иордан, давая возможность течению омыть их, и затем говорил, чтобы они выходили и начинали новую жизнь. Это было крещение.

Однажды среди ожидавших крещения появился и сам Иисус. Увидев, как он заходит в реку, Иоанн сказал: «Ты не нуждаешься в моём крещении». Иисус же ответил: «Окрести меня, прошу тебя». Иисус был Сыном Божьим, но теперь он жил среди людей и хотел делить с ними всё, чем жили они. Тогда Иоанн омыл ему голову водой, как и всем остальным до него, и в это самое мгновение небо потемнело, и раздался голос: «Ты мой сын, в тебе моё благоволение». А затем явился Дух в виде белой голубки. Те, кто присутствовал при этом крещении, поверили голосу Божьему.

Крестившись у Иоанна, Иисус уже был готов к своей миссии среди людей, но прежде чем начать, он решил, что нужно сделать ещё кое-что: уйти в пустыню на сорок дней. Он хотел побыть один с Богом, со своим отцом, молиться и готовиться к жизни на виду у всех, которая ждала его впереди. И вот, пока он был в уединении и мучился голодом, ему явился Сатана, дьявол. Он последовал за ним, желая испытать его: ведь дьявол не мог позволить, чтобы Иисус открыл людям любовь Божью к ним. Встретившись с ним, Сатана сказал: «Судя по всему, ты очень голоден. Раз ты Сын Божий, почему бы тебе не превратить эти камни в хлеб?» Но Иисус ответил: «Не хлебом единым жив человек, но всяким словом, сходящим с уст Божьих».

Дьявол не удовольствовался этим ответом и не сдавался: он отвел Иисуса к самой высокой точке храма и сказал ему: «Бросься отсюда вниз, твой отец спасёт тебя, он пошлёт ангелов, которые поднимут тебя и не дадут коснуться земли. Все те, кто увидит тебя, воскликнут “О чудо!” и поверят в тебя». Иисус очень рассердился, услышав эти слова, и ответил: «Я здесь не для того, чтобы учить людей просить чудес, а для того, чтобы познать любовь Бога-отца».

Сатана продолжал упорствовать и привёл Иисуса на вершину очень высокой горы. Оттуда открывался великолепный вид, и дьявол сказал Иисусу, указывая на окрестные земли: «Я дам тебе всё то, что ты видишь отсюда, если преклонишь колени передо мной». Он хотел, чтобы Иисус простёрся перед ним и воздал ему хвалу. Тогда Иисус вскричал: «Уходи прочь, Сатана! Закон говорит ясно: люби одного только Бога».

Лишь тогда понял Сатана, что уже не сможет ввести его в искушение, и ушёл.

С того дня Иисус начал путешествовать и разговаривать с людьми. Но вместе с собой он решил собрать нескольких друзей, сказав им: «Настало царство небесное, пойдёмте со мной разносить эту благую весть!» В то время он проходил Галилейское море и обращался прежде всего к рыбакам. Он говорил им: «Идёмте, я сделаю вас ловцами людей».

Симон и Андрей отложили свои рыболовные сети и пошли с ним. Затем встали ещё два брата, которые оставили свою лодку отцу и пошли с ним: это были Иаков и Иоанн. Потом, в Капернауме, Иисус выбрал мытаря – человека, который собирал налоги и потому не пользовался любовью большинства жителей города. Пошли за ним и ещё несколько простых людей, оставив позади всё то, что имели. Это были его друзья, глубоко верившие в любовь Бога к людям. Всего их было двенадцать, все они были очень преданны, последнего звали Иуда Искариот.

Однажды Иисус сопровождал свою мать Марию на свадьбу в Кану. Вместе с ним было несколько учеников. Все они уселись пировать, ели и пили, как это обычно и бывало на таких радостных торжествах.

Но внезапно Мария заметила, что что-то не так, и жених почему-то заволновался. Оказалось, что вино закончилось. Хозяин боялся ударить в грязь лицом перед своими гостями, потому что вино было символом праздника и в таких случаях должно было литься рекой, без него было никак не обойтись!

Тогда Мария подошла к Иисусу и прошептала ему: «Вина больше нет». Иисус сразу же откликнулся: «А что я могу сделать? Ещё не настало время». Но Мария знала, что Иисус не может допустить, чтобы свадьба оказалась загублена. Она была убеждена, что сын прислушается к ней, а потому улыбнулась молодожёнам, дала знак одному из служителей, чтобы он подошёл, и сказала ему: «Идите и сделайте, как он вам скажет».

Иисус увидел в соседнем зале шесть вместительных терракотовых амфор для воды: их обычно использовали позже, чтобы гости могли освежиться. Тогда Иисус сказал служителю: «Наполните их все». Тот позвал остальных и сделал, как было сказано. Окончив работу, они вернулись к Иисусу, всё ещё не понимая, что он задумал. Иисус продолжил: «Теперь возьмите кубок, зачерпните в одной из этих амфор и затем несите распорядителю пира». Так называли человека, который следил за всем, что подают гостям, и заботился о том, чтобы всё было идеально. Отпив из поданного ему кубка, он воскликнул: «Вот это да! Вы придержали лучшее вино до этого часа, а ведь мы уже на середине трапезы». И от всей души похвалил молодых.

Иисус превратил воду в вино, и вино это оказалось лучше того, которое закончилось. Распорядитель пира удивился этому, потому что обычно бывало наоборот: лучшее вино подавали в начале праздника, а потом, когда гости были уже немного навеселе, переходили на вино подешевле.

Праздник шёл как нельзя лучше, и немногие заметили, что произошло: всё было сделано без лишнего шума и очень быстро. Но прислуга и ученики Иисуса прекрасно поняли, что он сотворил чудо. Первое из длинной череды чудес, которые ему суждено было сотворить, чтобы вернуть надежду живущим в горестях людям. В тот момент ученики убедились, что их учитель – особенный, а слуги поверили в него.

Однажды, некоторое время спустя, Иисус шёл с учениками по пшеничным полям, и они стали срывать руками колосья и есть из них зёрна. Это увидели несколько фарисеев (этим словом называли людей из религиозно-политического течения, которое отличало особенно строгое внимание к правилам); они тут же остановили их и сказали: «Что вы делаете? Это запрещено, сегодня суббота!» Дело в том, что суббота была выходным днём, когда запрещено было заниматься какой бы то ни было работой. Но Иисус спокойно ответил: «Разве вы никогда не читали, что сделал Давид со своими товарищами, когда был голоден? Он вошёл в храм Господень и взял жертвенные хлеба, чтобы накормить себя самого и своих солдат. Это тоже было запрещено! Прикасаться к ним имели право только священники храма». А в заключение он сказал: «Сын человеческий есть господин и субботы!» Фарисеи остались этим очень недовольны, но ученики поняли, что перед ними Мессия, который волен выходить за рамки людских правил.

Субботний день был для людей временем свободы, а не принуждения, как это видели фарисеи, основной заботой которых было тщательно рассчитывать разрешения и запреты.

Людей, которые шли за Иисусом и его учениками, собралось уже очень много. Они переходили из города в город, и в толпе были самые разные лица: матери с детьми, пастухи, простые крестьяне и даже образованные люди – как, например, Никодим. Толпа всё росла и росла, и однажды Иисус обратил внимание, как много с ним людей. Все ждали, что он обратится к ним. Тогда он поднялся на гору, чтобы его было хорошо видно даже издалека, и начал свою проповедь. Он произнёс речь о счастье, говорил о том, как быть счастливым, то есть блаженным. Иисус снова сказал нечто новое: чтобы быть счастливым, не обязательно нужно богатство или власть, нужно стремиться к другим вещам.

Иисус сказал:

Иисус ходил со своими учениками по городам Галилеи и останавливался поговорить с людьми. Его речи внушали огромную веру и доходили до сердца тех, кому жилось тяжелее всего. Смысл слов Иисус часто выражал в доступных для понимания образах. Вот одна из его важнейших речей, которая легла в основу христианской веры.

А ещё Иисус предостерегал их от того, как в то время вершилось правосудие:

Однажды в Капернауме Иисус остался дома, и часть людей вошла послушать, как он говорит, а большинство толпилось снаружи в надежде попасть внутрь или хотя бы услышать его речи. Среди прочих подошли к дому четверо с носилками, на которых лежал несчастный парализованный человек. Он был неподвижен, шевелил только глазами, и во взгляде его было отчаяние. Эти четверо попытались, как могли, подойти к дверям дома, где был Иисус, чтобы внести туда парализованного: они надеялись, что новый учитель сумеет сделать что-то для больного. Но толпа была настолько плотной и густой, что они совсем не могли пробиться.

«Уходите! Возвращайтесь в другой раз. Не видите, что здесь не пройти?» – говорил им кто-то.

В то время считали, что такие болезни, как паралич этого несчастного человека, есть кара небесная, потому что на совести таких больных некие прегрешения. Но это были всего лишь человеческие измышления, они не исходили от Бога. И четверо друзей того больного были твёрдо настроены сделать что-нибудь для него. Они знали, что Иисус рассуждает не так, как все остальные, и чувствовали, что стоит попытаться и показаться ему. Так что, не сумев попасть в дом через дверь, они не упали духом и придумали другой способ: подошли к дому с задней стороны и забрались на крышу. Разобрав в одном месте черепицу, они открыли себе отверстие достаточной ширины, чтобы спустить через него носилки. В это время в доме с потолка упало несколько соломинок, и многие посмотрели наверх. Хозяин дома, увидев дыру и небо в ней, забеспокоился, но не успел ничего сказать, потому что те четверо тем временем с большим трудом затащили носилки на крышу и затем потихоньку спустили их в дом через отверстие. Иисус наблюдал за всей этой процедурой; дождавшись, пока носилки коснутся пола, он улыбнулся, словно уже знал, что произойдёт. Улыбнулся он и четверым мужчинам, которые, закончив своё дело, заглянули в отверстие, чтобы посмотреть, как пройдёт встреча больного с Иисусом, и услышать его слова. Потом Иисус наконец сказал:

Однажды ближе к вечеру Иисус оказался на берегу Галилейского озера; он провёл весь день в пути, проповедуя. С ним по-прежнему была большая толпа, но Иисус отошёл в сторону и предложил своим ученикам:

«Переправимся на тот берег».

Пока он прощался с народом и готовился к отплытию, ученики взяли лодку. Многие из них были рыбаками и знали, как ею управлять. Вместе с ними отплыли две других лодки, но внезапно поднялся очень сильный ветер, и по озеру пошли огромные волны. Начался страшный шторм, и лодка Иисуса, к тому моменту оказавшаяся посреди озера, стала наполняться водой. Он тем временем устроился на корме, на подушке, и мирно спал, не обращая внимание на происходящее вокруг. И вот ученики разбудили его со словами: «Учитель! Смотри, мы тонем, мы все умрём, тебе что, нет до этого дела?»

Иисус сел и огляделся, а затем сказал волнам и ветру: «Успокойтесь!» И ветер немедленно стих, а волны уменьшились. На озеро вновь опустился покой. Тогда он повернулся к своим товарищам и сказал: «Почему вы так испугались? Как же вы маловерны!»

Ученики пришли в большое волнение и говорили друг другу: «Кто этот человек, способный подчинять себе ветер и волны?»

Они всё ещё так до конца и не поняли, кто такой Иисус.

Иисус производил большой переполох среди всех правителей страны. Одним из тех, кто сильнее всего проникся к нему недоверием, был царь Ирод Антипа; услышав новые вести о чудесах Иисуса и огромном количестве его последователей, он сказал: «Или это второй Иоанн, или Иоанн, который воскрес. Не хочу, чтобы он преследовал меня!»

Дело в том, что он арестовал Иоанна Крестителя и отдал приказ убить его, потому что тот произносил слишком горячие проповеди против властителей и слишком активно крестил народ в реке Иордан. Но смерть Иоанна случилась при странных обстоятельствах, она оказалась жестокой, и возможно, царь Ирод Антипа и сам был бы рад избавить пророка от гибели, но не сумел, испугавшись потерять лицо.

Вот как это было: царь очень разгневался на Крестителя, потому что в одной своих речей тот публично обвинил его в нарушении Закона, в том, что царь взял себе жену другого. Ирод Антипа и в самом деле женился на Иродиаде, жене своего брата! Так что Иродиаду тоже очень раздражали эти обвинения – настолько, что она желала пророку смерти. Однажды во время пира в царском дворце дочь Иродиады, Саломея, выступила с танцем. Девушка была молода, очень красива и великолепно танцевала. Так что по окончании её выступления царь Ирод, чтобы похвалить Саломею, сказал ей: «Ты так искусна, что я хочу исполнить твоё желание: проси же меня о чём хочешь».

Девушка, не знавшая, о чём попросить, колебалась и решила спросить совета у матери, Иродиады. Хитрая мать сразу почуяла, что, возможно, сумеет решить свою проблему, и не стала упускать этот шанс. «Попроси, чтобы тебе принесли голову Иоанна!» – сказала она Саломее. И девушка, не раздумывая, послушалась и сказала, что это и есть её желание. Царь же уже не мог взять назад своё слово, и пророка обезглавили. Его голову вынесли Саломее на серебряном блюде.

Узнав об этом страшном конце, Иисус очень опечалился и сказал своим ученикам, что хочет удалиться и побыть в тишине, чтобы помолиться в горе своём.

Однако вскоре он решил ещё истовее продолжить своё служение. Собрав своих двенадцать апостолов, что по-гречески означает «посланники», он решил поделить их на группы по два человека, чтобы они ходили по городам и селениям, неся людям его проповедь и исцеляя больных и нуждающихся. Он сказал, что им ничего не нужно брать с собой, кроме той одежды, которая уже на них, и сандалий. Обо всём остальном позаботится Господь. Все двенадцать так и поступили и сразу же отправились в путь.

Некоторое время спустя они вернулись и рассказали, что проповедовали и исцеляли, в точности так, как предвидел Мессия. Их принимали в домах, за ними ухаживали, и они никогда ни в чём не нуждались.

Тогда довольный Иисус сказал: «Пойдёмте, я отведу вас в уединённое место отдохнуть». Они хотели распрощаться с людьми, которые уже следовали за ними повсюду; измождённые, они даже не успевали поесть. Сев на лодку, они поспешили взяться за вёсла и отойти подальше от берега, но толпа двинулась в путь вдоль берега, чтобы выйти на противоположный: уйти от неё было невозможно. Тогда Иисус понял, что ему не миновать этого стада без пастыря, которое нуждалось в нём, и приблизился к берегу. Затем он начал проповедовать. Он говорил, говорил и сам не заметил, как наступил вечер; тогда апостолы сказали ему: «Солнце вот-вот зайдёт, людям нужно вернуться домой, но город слишком далеко. И они уже начинают мучиться голодом и жаждой».

Тогда Иисус спросил: «Что у них есть из еды?»

Апостолы поспешили проверить запасы и вернулись ещё более встревоженными:

«Мы нашли всего одного мальчика, у него есть пять хлебов и две рыбы, этого точно не хватит на всю эту толпу».

«Это мой обед», – объяснил мальчик.

Но Иисус, улыбаясь, попросил положить рядом с ним хлеба и рыбы, потом призвал своих апостолов успокоиться и приказал: «Усадите всех, пусть сидят группами и ждут».

Апостолы не понимали, что он делает, но молча сделали всё как он сказал. Тогда Иисус подошёл ко хлебам и рыбам, взял их и поднял к небу, произнёс благословение этой пище, поблагодарил Бога, как было принято, а затем преломил хлеба и рыбы. И чем больше он разламывал эту пищу, тем больше её оставалось на раздачу. Апостолы ходили взад-вперёд между группами людей, пока все не утолили голод, включая самого последнего человека, который сидел дальше всех. В тот вечер насытились больше пяти тысяч человек.

Затем они взяли корзины для рыбалки, найденные на берегу, и наполнили их оставшейся едой; набралось целых двенадцать корзин еды.

А в памяти у того мальчика запечатлелись движения Иисуса; он на всю жизнь запомнил ту мягкость, с которой тот раздавал всем хлеба и рыб.

С того дня не было больше Иисусу ни минуты покоя, он и шагу не мог ступить, чтобы огромная толпа не последовала за ним, стараясь прикоснуться к нему, заговорить с ним. Тогда Иисус сказал: «Вы сейчас ищете меня потому, что я утолил ваш голод, я дал вам хлеб. Но я говорю вам, что вы должны искать подлинный хлеб, хлеб, который не исчезает, который никогда не заканчивается».

В толпе раздались возгласы: люди не представляли себе, что существует такая чудесная пища. Они толком не поняли, что имел в виду Иисус. Кое-кто даже набрался храбрости и спросил: «Но где же нам найти этот чудесный хлеб?»

Тогда Иисус торжественно произнёс: «Я – хлеб жизни. Тот, кто придёт ко мне, больше не почувствует ни голода, ни жажды».

После того чуда Иисус удалился молиться в уединении, а апостолы снова сели в лодку и отошли от берега. Но вдруг начался шторм, и опустилась темнота. Они попытались вернуться назад, но не могли сдвинуться с места. Один из них поднял голову и как будто увидел что-то неподалёку на воде, но испугался и ничего не сказал остальным. Но вот кто-то внезапно закричал: «Призрак! Призрак!» – они были в ужасе. Затем раздался хорошо знакомый голос: «Это я, не бойтесь!» – это был Иисус, который шёл по воде.

Тогда Пётр спустился с корабля и направился к нему, преисполненный веры. Он шёл будто по песку, потом остановился на секунду, посмотрел на воду у себя под ногами и завопил:

«Господь, спаси меня!»

И начал тонуть.

Иисус пошёл к нему и поддержал его, говоря: «Маловерный! Почему ты усомнился?»

Когда все благополучно вернулись на лодку, ветер стих, и шторм успокоился. Тогда все опустились на колени со словами: «Ты взаправду Сын Божий!»

Жил у ворот Иерусалима человек, о котором все говорили, что он родился слепым. Проходя мимо, ученики заметили его и спросили у Иисуса: «На ком лежит грех, из-за которого тот человек слеп, – на нём самом или на его родителях?» Иисус же ответил «Ни на нём, ни на родителях», подошёл к этому человеку, взял немного грязи, смешал со своей слюной и положил ему на глаза. А потом сказал пойти умыть свои глаза в купальне Силоам, расположенной неподалёку. Человек подчинился и, умыв глаза, наконец прозрел. Люди, которые шли мимо, заметили, что к нему вернулось зрение, и стали спрашивать: «Разве ты не был слеп? Ты ли это или кто-то, похожий на тебя?» А тот отвечал «Это я!» и рассказывал, как Иисус исцелил его.

«Где же этот Иисус?» – спрашивали его тогда. Но он отвечал: «Я не знаю!»

Кто-то взял его под руку и отвёл к фарисеям, потому что день был субботний, и они тоже спросили у него, как он был исцелён. Тот в который раз повторил, что Иисус взял немного грязи и по-том сказал ему умыться в общественной купальне. «Кто бы это ни был, не от Бога этот человек, потому что сделал это в субботу!» – сказал один из фарисеев. Они даже вызвали его родителей, чтобы всё проверить, но те, испугавшись, сказали, что ничего об этом не знают. Тогда они снова обратились к исцелённому слепцу: «Мы знаем, что этот человек – грешник». «Грешник ли он, я не знаю. Одно знаю: был я слеп, а ныне вижу», – ответил тот. Они укорили его и сказали: «Значит, ты его ученик! Мы же – ученики Моисея! Потому что с Моисеем говорил Бог, а откуда этот человек, мы не знаем». Тот ответил: «Именно это и удивительно: что вы не знаете, кто он; ведь если он не от Бога, он не смог бы ничего сделать». А фарисеи ему: «Вот это дерзость! Ты нас берёшься учить?» И выгнали его прочь.

Иисус узнал, что его выгнали, и, встретив его, спросил: «А ты веришь в Сына Божия?» Тот спросил в ответ: «А кто он, Господи, чтобы мне верить в него?» Иисус сказал: «Ты видел его: он – тот, кто говорит с тобой». «Верю, Господи!» – ответил тот и преклонил перед ним колени.

Тогда Иисус сказал:

«Я пришёл в этот мир, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы».

Часто Иисуса обступало множество людей, и некоторые даже показывали ему своих детей. Однажды ученики попытались защитить его от этой толпы, и особенно от тех, кто приносил детей, потому что они всем мешали; но Иисус, услышав эти слова, немедленно остановил их, пропустил вперёд детей и сказал:

В другой раз он ещё лучше объяснил, как быть добрым христианином:

Иисус всегда спокойно объяснял, как жить эту новую жизнь:

«Помни: не суди, и не судим будешь; потому что каким судом судишь, таким и сам судим будешь, и какой мерой меришь, такой и тебе отмерится. Не разглядывай сучок в глазу у брата твоего, не замечая бревна в твоём собственном глазу. Ты был бы настоящим лицемером, поступая так! Так что сначала вынь бревно из твоего глаза, и тогда будешь видеть достаточно хорошо, чтобы вынуть сучок из глаза брата твоего. Но не бойтесь, потому что: просите, и будет дано вам; ищите, и найдёте; стучите, и отворят вам; задумайтесь: кто из вас, когда сын попросит у него хлеба, даст ему камень? Какой отец даст змею тому, кто просит у него рыбу? Итак, если вы, будучи людьми, умеете дать своим детям что-то хорошее, подумайте, сколько Бог Отец сможет дать тем, кто просит его!

Берегитесь лжепророков, которые приходят к вам и кажутся добрыми и покорными, словно овцы, но внутри они – хищные волки. Помните, что всякое хорошее дерево приносит хорошие плоды, а всякое плохое дерево – плохие плоды. Хорошее дерево не приносит плохих плодов, а плохое дерево – хороших плодов. Всякое дерево, не приносящее хороших плодов, срубают и бросают в огонь. Так, по плодам их дел вы узнаете их».

Толпы людей приходили даже из далёких мест, чтобы послушать его слова, многие приводили больных, несчастных родственников, просили помощи и ждали чудес. Многие хотели обратить свои сердца именно так, как говорил Мессия, кое-кто оставил всё, чтобы быть рядом с ним, но всё же не всем Иисус нравился. Эта новая жизнь, которую он проповедовал, пугала; она могла стать угрозой для системы. Книжники и фарисеи – те, кто управлял общественной жизнью в то время, кто всю свою жизнь вёл себя согласно Закону праотцов, кто скрупулёзно следовал правилам – например, о том, что в субботу необходимо отдыхать, – и кто выступал с речами о людях, которых следовало избегать, и о том, как поддерживать свою чистоту, смотрели на него с подозрением. Они думали, что он ослабляет их власть и их влияние на народ. Иисус говорил об этих господах как о самых обычных людях, ничем не отличавшихся от прочих, и этого они стерпеть не могли. Так никогда не бывало прежде! Поэтому у Иисуса стали появляться враги. Почти все они занимали религиозные должности и были людьми, облечёнными властью.

Однажды фарисей по имени Симон пригласил Иисуса к себе домой. Сев за стол, они принялись за еду, и в это время в зал вошла женщина. Все знали, что она грешница, и косо смотрели на неё. Женщина плакала; она встала на колени перед Иисусом и, взяв сосуд с драгоценным благовонным маслом, который был у неё с собой, открыла его и стала мыть ноги Иисуса своими слезами и смазывать их маслом. Хозяин дома возмущённо сказал: «Если бы ты и в самом деле был пророком, ты бы не позволил такой женщине, как эта, прикасаться к тебе!» Тогда Иисус сказал:

«Видишь ли ты эту женщину? Она моет мне ноги чем-то драгоценным. Ты же даже воды мне не дал для омовения ног, когда я вошёл в твой дом». Симон не нашёлся, что ответить. Тогда Иисус продолжал: «На этой женщине много грехов, но все они ей отпускаются, потому что она проявляет любовь». Все прочие за столом заволновались, а присутствовавшие там фарисеи воскликнули: «Да кто он такой, этой человек, позволяющий себе отпускать другим грехи?»

Много раз Иисус принимал самых невзрачных и отвергнутых людей, которые показывали, что хотят измениться, хотят любить в самом великом смысле этого слова. И очень часто фарисеи и книжники смотрели на него с подозрением, считая, что он опасный человек.

Уже очень многие знали, что есть этот Иисус, который проповедует, отпускает грехи и нередко исцеляет. Однажды, остановившись в Кесарии Филипповой, Иисус спросил у своих учеников: «Как вы думаете, кто я?» Ученики в некотором смущении ответили, что говорят люди: «Кто-то думает, что ты пророк, другие – что ты Иоанн Креститель».

Иисус настаивал: «Ну а вы-то как думаете, кто я?» Тогда Пётр ответил ясно и чётко: «Ты – Мессия, Сын Божий». Иисус обнял его и сказал: «Это не ты говоришь, Пётр, а Бог, который с тобой. Ты – Пётр, и на этом камне построишь мою церковь. Я дам тебе ключи от царства небесного, и всё то, что ты разрешишь на земле, будет разрешено на небесах!» Иисус хотел сказать, что выбрал именно его, Петра, в качестве предводителя всех остальных апостолов.

Некоторое время спустя Иисус взял с собой трёх своих друзей. Он выбрал Петра, Иакова и Иоанна и привёл их в спокойное место, вдали от толпы, которая уже следовала за ними повсюду. Они шли вверх и вверх и дошли до вершины горы. Там, наверху, Иисус остановился помолиться, немного вдалеке от них троих.

Внезапно апостолы увидели, как он меняется: его лицо осветил особый свет. Рядом с ним появились другие фигуры, и Пётр, Иаков и Иоанн поняли, что это Моисей, которому Бог вручил Скрижали Закона, и Илия, один из великих пророков. Они разговаривали с Иисусом и обсуждали то, что должно было произойти, – то, как Сын Божий спасёт людей.

Трое апостолов окаменели, но в конце концов Пётр сумел проговорить: «Иисус, здесь хорошо! Если хочешь, я могу поставить три шатра: один для тебя, один для Моисея и один для Илии». Но не успел он договорить, как с неба раздался голос: «Это сын мой возлюбленный, слушайте его!» Это был голос Бога. Тогда три апостола испугались и бросились на землю; они больше не смели смотреть на так преобразившегося Иисуса. Но он мгновенно приблизился к ним и сказал: «Вставайте, не бойтесь!»

Подняв взгляд, они узнали очертания знакомого им Иисуса. Затем они спустились с горы вместе с ним, и он сказал им: «Не говорите, что видели это. Я спасу мир, но, чтобы сделать это, мне придётся испытать страдания. От страданий я умру, а на третий день воскресну. Я говорю вам всё это, чтобы вы не боялись и верили в меня даже в самое трудное время».

Это были важные минуты для друзей Иисуса, которые ещё не знали, что их ждёт.

Иисус ходил, разговаривая с людьми, и чтобы растолковать им свои новые идеи о любви и мире, приводил конкретные примеры, рассказывал простые истории, герои которых были очень похожи на слушавших его людей, так чтобы все могли понять его: эти рассказы называются притчи.

Как-то раз он рассказал одну очень простую притчу о том, с чего начинается жизнь обычных людей, и о тех ценностях, которые лежат в основе жизни каждого из нас, – таких как строительство своего дома.

Многие следовали за ним и звали его Господом, но Иисус хотел быть уверен, что они следуют за ним до конца, и потому начал объяснять:

«Не все, кто зовёт меня “Господи! Господи!”, войдут в царство небесное, а только те, кто исполнит волю Отца моего, который на небесах. Любой, кто слушает эти мои слова и воплощает их в жизнь, подобен тому мудрому человеку, который построил свой дом на камне. Пошёл дождь, реки вышли из берегов, ветры подули и обрушились на этот дом, и он не рухнул, потому что был построен на камне».

Когда Иисус выходил из дома, снаружи его всегда ждала большая толпа. И вот однажды, будучи на берегу озера, он сел в лодку и стал рассказывать притчу тем, кто слушал его с берега:

И тогда ученики спросили его: «Почему ты рассказываешь эти притчи?» А Иисус ответил:

Однажды один фарисей остановил Иисуса на дороге и сказал ему: «Учитель, что мне нужно сделать, чтобы добиться вечной жизни?»

Иисус ответил ему:

И тот сразу откликнулся. «Конечно! Закон гласит: Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и ближнего твоего, как самого себя».

А Иисус ему:

Но тому было недостаточно, и он снова спросил: «Но кто же такой этот ближний?»

Тогда Иисус начал рассказ:

Фарисей ответил без тени сомнения: «Тот, кто позаботился о нём!»

Тогда Иисус сказал:

Однажды Иисус был среди нищих и мытарей – сборщиков римских налогов, которых все ненавидели за продажность. Мимо шли несколько фарисеев, которые в изумлении воскликнули: «Этот человек общается с ни-ми!» Тогда Иисус остановился и рассказал:

У одного человека было двое сыновей, один работал в его полях и не жаловался, другой же сказал своему отцу: «Я ухожу, дай мне то, что мне причитается». Тогда отец поделил своё наследство и отдал этому сыну его часть; тот немедленно ушёл прочь.

Он жил на широкую ногу и внезапно оказался без гроша в кармане. Тогда юноша пошёл искать работу, и в конце концов сделался свинопасом, а есть ему приходилось жёлуди. Жить стало настолько невыносимо, что он решил вернуться домой. Он сказал себе, что попросит прощения, что согласится жить в отцовском доме на правах последнего из его работников.

Но когда он приблизился к дому, отец стоял на пороге и увидел его издалека. Он побежал ему навстречу и обнял. Сын сказал: «Отец, я был неправ, я недостоин больше называться твоим сыном». Отец же, вместо того, чтобы ругать его, обратился к своим рабам и работникам:

«Скорее, принесите сюда лучшую одежду и оденьте его, наденьте перстень на руку и сандалии на ноги. Приведите и зарежьте откормленного телёнка, будем есть и веселиться, ведь это мой сын: он был мёртв, а теперь ожил, пропадал и нашёлся». И в тот вечер они устроили большой праздник.

Когда домой пришёл старший сын, работавший в поле, он услышал музыку и танцы и сразу же спросил у одного из слуг, что происходит. Тот ответил: «Вернулся твой брат, и отец твой приказал зарезать откормленного телёнка, потому что снова обрёл его живым и здоровым». Старший сын рассердился и пошёл прямо к отцу заявить о своём недовольстве: «Вот, я столько лет работаю на тебя, и ни разу ни в чём тебя не ослушался, а ты ни разу не дал мне даже козлёнка, чтобы я мог повеселиться с друзьями. А теперь, когда вернулся он, который истратил все твои деньги, ты зарезал для него откормленного телёнка!»

Тогда отец сказал ему: «Сынок, ты всегда со мной, и всё, что есть у меня, твоё; но нужно было устроить праздник и радоваться, потому что твой брат был мёртв и ожил, пропадал и нашёлся».

Вскоре Иисус заметил, что многие считали себя праведниками и презирали других. Это было совершенно недопустимо, поэтому он рассказал такую притчу.

Жест мытаря из этой притчи сохранился и в сегодняшней церковной службе: когда просят отпущения грехов, бьют себя в грудь, как он!

Иисус пришёл в город Иерихон, и в окружавшей его толпе был невысокий человек: его звали Закхей, и был он мытарем. Закхей хотел посмотреть и, быть может, даже прикоснуться к учителю, но у него никак не получалось из-за малого роста. Тогда он пробежал по улице вперёд и залез на смоковницу, чтобы увидеть Иисуса.

Когда Мессия дошёл до смоковницы, он сказал:

«Закхей, спускайся скорее, потому что сегодня мне нужно остановиться у тебя в доме».

Обрадовавшийся мытарь поспешно слез и принял его у себя.

Тем временем, однако, увидев, куда зашёл Иисус, все зароптали: «Он пошёл домой к мытарю!» Но Закхей, принимая у себя Господа, сказал ему: «Вот, Господи, я понял, что мне нужно делать: я отдам половину моего имущества нищим; и если я обманул кого, воздам вчетверо». Тогда Иисус ответил ему: «Сегодня спасение вошло в этот дом, потому что Закхей тоже сын Авраама; ведь я пришёл на землю найти и спасти тех, кто был потерян».

Это слышали многие, поэтому Иисус рассказал ещё одну притчу.

Одному богатому человеку предстоял долгий путь по делам. Он призвал рабов своих, выдал им десять талантов (монет того времени), сказал: “Пустите их в дело до моего возвращения” и уехал.

Вернувшись, богач вызвал к себе тех десятерых рабов, которым дал деньги, чтобы посмотреть, как они ими распорядились. Первый пришёл и сказал: “Господин, твоя монета принесла ещё десять монет”. Довольный хозяин ответил: “Хорошо, молодец! Раз ты показал себя верным в малом, получишь ещё десять”.

Потом пришёл второй и сказал: “Твоя монета, господин, принесла ещё пять монет”. И ему хозяин ответил: “Очень хорошо, ты тоже получишь ещё пять”.

Затем пришёл ещё один и сказал: “Господин, вот твоя монета, я сберёг её в платке; я так боялся потерять её и навлечь на себя твой гнев, ведь ты суровый человек”. Хозяин ответил ему: “По твоим собственным словам я осуждаю тебя, лукавый раб! Ты знал, что я суровый человек, почему же тогда ты не отнёс мои деньги в банк? К моему возвращению ты вернул бы их с процентами!”

А затем сказал остальным: “Отберите у него монету и дайте её тому, у кого их десять”. Кто-то заметил: “Господин, но у него уже их десять!” Тогда хозяин объяснил: “Говорю вам: всякому, кто имеет, будет дано; у того же, кто не имеет, будет отнято даже то, что есть у него”.

Сказав это, Иисус продолжил свой путь впереди других, поднимаясь к Иерусалиму. Он хотел показать, как важно не растрачивать дары Бога отца.

Друзьями Иисуса были, конечно же, двенадцать апостолов, но были и другие люди, которых он очень любил.

По дороге к Иерусалиму Иисуса пригласили в дом особенных для него друзей. Рассказывают, что Иисус встречался с ними не раз. В тот день они остановились в селе Вифании, недалеко от большого города, а друзья эти были Лазарь и две сестры его, Марфа и Мария.

Говорят, что Мария – та самая женщина, которая мазала ему ноги драгоценным благовонным маслом и которая вслед за тем глубоко уверовала в слова Учителя.

В Вифании Марфа и Мария радостно приняли Иисуса.

Мария сразу впустила его в дом, усадила его и села у его ног, как зачарованная, готовая слушать его слова и побыть с ним рядом.

Марфа тем временем хлопотала вокруг, заботясь, чтобы гостю оказали наилучший приём: чтобы он мог омыть ноги, чтобы ему было что пить и есть, чтобы было удобно. Она так беспокоилась, что, увидев, как сестра сидит себе спокойно, слушает и ничего не делает, сказала: «Господь, скажи что-нибудь моей сестре, которая оставила меня одну прислуживать тебе. Так не делается!»

Но Иисус нежно ответил ей:

Сёстры попытались встретить его так, как каждая полагала лучше. Мария выбрала самое главное. Слова Иисуса, обращённые к Марфе, – не упрёк: он просто хотел подчеркнуть, как это важно – слушать.

Потом Иисус продолжил свой путь, но он и правда очень привязался к тем троим из Вифании. И вот, спустя долгое время, когда он был уже далеко, донеслась плохая весть: Лазарь тяжело заболел, и казалось, что у него не осталось надежды выздороветь.

Иисуса потрясла эта страшная новость, и он решил немедленно вернуться в Вифанию. Но ученики удерживали его: «Не надо, не стоит тебе туда ходить, там тебя могут арестовать, ты же прекрасно знаешь, что много могущественных людей против тебя».

Это была правда, за Иисусом шло очень много последователей, но находились и те, кто считал его очень опасной угрозой для политической и религиозной системы страны. Иисус не ответил ученикам и всё равно решил пуститься в путь.

Придя в Вифанию, в дом своих друзей, он увидел там множество народу и сразу стал расспрашивать. Кто-то сказал: «Лазарь умер четыре дня назад». В эту секунду Марфа заметила его и выбежала ему навстречу, чтобы обнять. А потом прошептала: «Учитель, если бы ты был здесь с нами, я уверена, что Лазарь не умер бы!» Она была по-настоящему убита горем, но добавила: «Теперь, когда ты здесь, я уверена, что если ты попросишь Бога о чём-то, он тебя услышит!»

Тогда Иисус ответил ей: «Твой брат воскреснет!»

Марфа ответила: «Я знаю, что написано, что он воскреснет в воскресение, в последний день». Иисус добавил: «Я – воскресение и жизнь; тот, кто верит в меня, даже если умрёт, будет жить; всякий, кто жив и верит в меня, вовек не умрёт. Веришь ли ты в это?»

Марфа ответила без колебаний: «Да, Господи, я верю, что ты – Христос, Сын Божий, тот, кто приходит в мир».

Она побежала за Марией, своей сестрой, и тайком сказала ей: «Учитель здесь и зовёт тебя». Мария сразу же вышла из дома и пошла к нему. Иисус ещё не вошёл в Вифанию, он остановился там, где Марфа пошла ему навстречу.

Иудеи, собравшиеся у них дома, чтобы утешить их, увидев, что Мария поспешно встаёт и уходит, подумали, что она идёт плакать в склеп. Когда Мария пришла туда, где был Иисус, она бросилась ему в ноги, рыдая.

Увидев, как она плачет и как плачут пришедшие с ней иудеи, Иисус преисполнился глубокой скорби и, сильно взволнованный, спросил: «Где он?» Сёстры сказали: «Идём, Господь, мы покажем!» Иисус заплакал. Тогда иудеи заговорили: «Смотри, как он его любил! Разве он, открывший глаза слепому, не мог сделать так, чтобы и Лазарь не умер?»

Тем временем Иисус отправился к склепу, который ему показали. Он был далеко от центра села и представлял собой пещеру, вход в которую был закрыт камнем. Иисус попросил своих спутников: «Отодвиньте камень!» Мария, сестра умершего, предупредила его: «Господь, от него уже плохой запах: он там четыре дня».

Но Иисус ответил ей: «Не сказал ли я тебе, что, если будешь веровать, увидишь славу Божию?» Тогда несколько мужчин отодвинули камень. Иисус поднял глаза к небу и сказал: «Отец, благодарю тебя, что ты услышал меня. Я и знал, что ты всегда услышишь меня, но сказал это для людей, здесь стоящих, чтобы они поверили, что ты послал меня».

Сказав это, он громко воскликнул: «Лазарь, выходи!» И умерший вышел, обвязанный по рукам и ногам погребальными пеленами; лицо его обвязано было саваном. Иисус попросил: «Развяжите его, пусть идёт».

Он вернул к жизни своего друга Лазаря. Многие из тех иудеев, которые видели всё то, что совершил Иисус, изменили своё мнение о нём и уверовали. Но некоторые из них сразу пошли к фарисеям и рассказали им о случившемся.

Тогда первосвященники и фарисеи собрали совет и сказали: «Что будем делать? Этот человек много чудес творит. Если позволим ему продолжать, то все уверуют в него, и придут римляне и разрушат наш храм и нашу страну».

Затем один из них, по имени Каиафа, который был первосвященником в тот год, сказал: «Вы ничего не понимаете! Разве вам не ясно, что лучше нам, чтобы один человек умер за народ, и вся страна избежала гибели?»

Он сказал, что Иисус должен умереть за народ; и не только за народ – ведь этот поступок к тому же поможет собрать воедино всех рассеянных по земле детей Божьих.

И с того дня они решили убить его. Иисус решил больше не появляться открыто среди иудеев, а удалился в место недалеко от пустыни, где и остался вместе с учениками.

Приближался праздник Пасхи Иудейской, и Иисус шёл к Иерусалиму. Приближаясь к городу, он позвал двух своих учеников и дал им такие распоряжения:

«Идите вперёд, у городских ворот вы увидите хлев, и там будет привязан молодой осёл. Отвяжите его и приведите сюда». Увидев удивлённое выражение на их лицах, Иисус добавил: «Не беспокойтесь, если кто спросит вас о чём-нибудь, отвечайте, что осёл для Учителя. Вот увидите, всё будет хорошо».

Тогда двое учеников отправились вперёд и через несколько часов вернулись с ослом. Всё произошло так, как и сказал Иисус.

Они положили одежду на спину ослу; Иисус сел сверху. И оба отправились по дороге, которая вела с Масличной горы вниз, к городу.

Многие заметили, что Господь въезжает в Иерусалим, и сбежались ему навстречу ещё до того, как он проедет через ворота. Они хотели подготовить Учителю путь и устилали пыльную дорогу одеждой и пальмовыми ветвями, чтобы он въезжал по ковру, выстланному специально для него. Многие восхваляли его и Бога Отца.

Некоторые более подозрительные люди подходили к нему, говоря: «Скажи тем, кто следует за тобой, чтобы вели себя тише! Чтобы не кричали!» Но Иисус отвечал: «Даже если бы они умолкли, камни закричали бы: “Слава Господу!”».

И вот Иисус въехал в Иерусалим в окружении огромной толпы. И как только он проехал ворота, многие стали выходить из домов, чтобы поприветствовать его. Все вместе они пели такие слова: «Осанна! Осанна сыну Давидову, благословен тот, кто приходит во имя Господне! Осанна в вышине небесной!»

Его встречали, как царя, хотя он ехал на обычном ослике. Иисус возвещал любовь и мир, и образовалось шествие, которое направлялось в большой городской храм.

Песни этого дня были очень похожи на песни ангелов, разбудивших вифлеемских пастухов, но сейчас вокруг Иисуса были тысячи людей.

Войдя в храм, Иисус огляделся и увидел большую суматоху: там стояли сотни столов торговцев и менял, а люди ходили туда-сюда, покупая и торгуясь о цене выставленных на продажу товаров. Шум и крики были оглушительны. Иисус заметно рассердился, больше того – пришёл в ярость.

«Вы спутали Храм с рынком?» – спросил он. «Дом Отца – это место молитвы!» И с криком принялся опрокидывать скамьи торговцев, руша всё, что попадалось ему на пути.

Служители возмутились, но не дерзнули задержать его, потому что с ним пришло очень много людей. И дети вокруг него продолжали петь: «Осанна сыну Давидову!», а книжники и фарисеи возражали: «Ты не слышишь, что говорят эти дети? Как смеешь ты выставлять себя здесь, словно царь?» Тогда Иисус ответил:

Это были слова из псалма и Книга Премудрости Соломона.

Так Иисус покинул храм, но вскоре вернулся туда, и те, кто считал его врагом, тут же подошли испытать его и задать несколько вопросов. Они спросили у него:

«Откуда у тебя вся эта власть, которую ты берёшь на себя?»

В ответ Иисус сказал:

«Я тоже задам вам вопрос, и если сумеете ответить, я объясню вам, откуда моя власть. Что делал Иоанн Креститель с теми, кто слушал его? Он крестил их, и я спрашиваю вас, откуда было то крещение? От Бога или от людей?»

Вопрос был опасный, и те, кто услышал его, задумались: «Если мы скажем “крещение от Бога”, он может возразить: «Так почему же вы тогда ему не поверили”, если же ответим “крещение от людей”, нам потом придётся защищаться от толпы, которая теперь считает Иоанна пророком».

Так что через несколько минут они решили ответить: «Мы не знаем!»

Тогда заговорил Иисус:

«Вот и я вам не скажу, какой властью делаю всё это».

Иисус хотел ясно показать, что его действия – самый ясный ответ из всех.

Затем он рассказал ещё одну свою притчу:

«У одного человека был виноградник. Однажды ему нужно было отлучиться, он доверил работу виноградарям. Через некоторое время он послал одного из своих слуг за урожаем, но те побили его и отправили назад с пустыми руками.

Тогда хозяин послал другого слугу, но виноградари побили и его, и он тоже вернулся ни с чем. Он послал третьего, и того ранили и прогнали прочь. Хозяин не знал, что делать, и решил: “Пошлю моего единственного сына, может, к нему они отнесутся с уважением!”

Но виноградари, завидев его, решили: “Это наследник; убьём его, и наследство будет наше!” и действительно убили его. Что же сделает хозяин виноградника с этими двумя виноградарями? Придёт и прогонит их, а виноградник доверит другим!»

Иисус рассказывал эту притчу именно для тех книжников и фарисеев, которые хотели арестовать и убить его. Те слушали его и застыли в молчании, потому что боялись пришедшего с ним народа.

В другой день, всё там же, в храме, Иисус встретился с другими фарисеями, хотевшими уличить его, и они задали ему такой вопрос:

«Ты столько проповедуешь, никого не боишься и истинному пути Божию учишь, скажи нам, правильно ли, что мы платим налоги римлянам?»

Иисус улыбнулся и попросил показать ему римскую монету, которая была в обращении в этой стране в то время; взглянув на обе стороны монеты, он спросил: «Чьё изображение на ней?»

«Кесаря, римского императора», – ответили все.

И тогда Иисус сказал: «Дайте кесарю кесарево, а Богу – Божье».

Возразить им было нечего, так что уличить Иисуса снова не удалось.

Вокруг Иисуса всегда было много шума. Толпа следовала за ним, и первосвященники, фарисеи, книжники и старейшины всё время видели в нём угрозу. Они были бы рады арестовать его как можно скорее, но при такой толпе это было рискованно: приверженцы в ответ попытались бы защитить его, волнения выглядели бы как бунт, и римляне отреагировали бы на него насилием.

Тем временем Иисус во время проповедей часто говорил: «Я – пастырь добрый; а пастырь жизнь отдаст за своих овец». Люди не понимали его до конца. «Этот царь спасёт нас всех, как великий полководец. Почему он должен умереть?»

Но Мессия говорил: «Сын Божий должен страдать и умереть».

Тем временем его враги придумывали план и решили, что лучше схватить его ночью, когда вокруг нет этой толпы. Они проследили за ним и увидели, что он ходит молиться в уединённый сад на Масличной горе. Это всё равно был опасный план, потому что вокруг того сада стояли лагерем сотни людей. Как раз когда они обсуждали этот план, собравшись в глубине храма, кто-то пошевелился в тёмном углу. Это был один из двенадцати апостолов – Иуда.

«Но разве ты не один из его последователей, зачем ты помогаешь нам?» – спросил священник.

Иуда подошёл, кивнул и сказал:

«Я покажу вам, куда он ходит один. Сколько вы дадите мне, если я провожу вас?»

«Мы дадим тебе тридцать серебряных монет».

Иуда кивнул: «Я знаю, где находится сад, где он бывает один». Он взял деньги и с той минуты выжидал удобного момента, чтобы предать его.

До Пасхи оставалось совсем недолго, и Иисус попросил кого-то из учеников сходить выбрать место, где все они могли бы собраться, чтобы отметить праздник. Это был очень радостный момент, и никто из иудеев не стал бы отказываться от него. Когда они пришли туда, Иисус был очень печален и произнёс при свете лампы: «Этой ночью один из вас меня предаст».

Услышав эти слова, апостолы пришли в волнение:

«Не я ли это, Господи? Нет, я никогда тебя не предам», – убеждённо сказал Пётр.

«Не я!»

«И не я!» – говорили другие.

«Я ли это, Учитель?» – спросил последним Иуда.

«Ты это сказал!» – ответил ему Иисус и добавил: «Делай скорее то, что намерен!» Но Иуда отошёл.

Все остальные не поняли, что происходит, а Пётр и вовсе снова сказал: «О, я никогда не предам тебя, никогда, никогда!»

Тогда Иисус обратился к нему со словами: «Пётр, прежде, чем пропоёт петух, ты уже предашь меня трижды! Ты скажешь, что знать меня никогда не знал». Пётр смутился: как же он может сделать такое Господу своему?

Однако затем Иисус взял со стола хлеб, поблагодарил Бога Отца, преломил его и предложил каждому со словами: «Берите его все и ешьте, это моё тело».

Было очень трудно понять его слова.

Потом Иисус взял чашу с вином, снова поблагодарил Бога и сказал: «Пейте из этой чаши, это моя кровь, пролитая за всех ради отпущения грехов».

Апостолы сделали так, как он сказал, не вполне понимая, что именно происходит. Этими жестами Иисус хотел объяснить им, что его жертва, его смерть освободит мир и что он делает всё это из любви. Смысл этого жеста был в том, чтобы заключить новый союз с Богом Отцом и людьми, новый нерасторжимый договор.

Недаром именно эти жесты остались в памяти и после его смерти. Их повторяют апостолы, и по сей день их повторяют во время службы.

По окончании ужина Иисус подпоясался полотенцем и приготовил большой сосуд с водой. Когда всё было готово, он склонился, чтобы омыть ноги своим друзьям. Все они смутились, потому что обычно это поручали какому-нибудь рабу или ребёнку. А тут это делал сам Иисус: самый важный человек в комнате мыл ученикам ноги.

Закончив, он выпрямился и снова сел. Никто не решался заговорить. Все были так растеряны! Вероятно, они ждали, что он со своей привычной кротостью всё объяснит. Иисус и в самом деле заговорил: «Вы видели, что я сделал? Вы зовёте меня Учителем, и это действительно так, но если я, Учитель, сделал это для вас, значит, и вы всегда должны омывать ноги друг другу». Иисус сделал этот символический жест, чтобы показать, что все они должны любить друг друга, помогать друг другу, уважать друг друга. В заключение он сказал: «Вот моя вам заповедь: любите друг друга, как я любил вас».

Он давал свои последние наставления, потому что знал, что эта ночь станет для него последней перед смертью. Знал, что его ждёт, и печалился. Он ждал, что с минуты на минуту будет предан.

На небе уже стемнело, и после ужина Иисус вышел из зала, а следом за ним – все его ученики. Он направился к городским воротам, чтобы выйти из Иерусалима, а затем вышел на дорогу, которая вела в Кедронскую долину, и начал подниматься по тропе на Масличную гору. Луна освещала сухую землю. Пройдя немного, он обернулся и попросил учеников остаться на этом месте посидеть – всех, кроме Петра, Иакова и Иоанна. Он выбрал тех троих, которые были ближе всего его сердцу, чтобы пойти дальше вместе, и вошёл с ними в Гефсиманский сад. Там он опустился на землю, чтобы всю ночь бодрствовать и молиться Отцу. И попросил троих друзей бодрствовать вместе с ним.

Иисус закрывал себе лицо руками, молился тихо и разговаривал с Господом, говоря: «Прошу тебя, Отец мой, найди другой способ, сделай, чтобы всё случилось иначе». Он с ужасом думал о том, что ждёт его совсем скоро.

Затем он встал и пошёл к троим друзьям, но увидел, что они уснули. Тогда, опечаленный и мучимый горем, он разбудил их и сказал: «Как же так, вы не в силах бодрствовать со мной?»

Те очень устыдились и сели, чтобы не спать, как он о том просил.

Иисус снова сел молиться и произнёс: «Прошу тебя, Отец, пронеси мимо меня эту чашу». Чуть позже он заметил, что трое апостолов снова уснули. И продолжил молиться со словами: «Да свершится воля твоя, Отец. Да свершится воля твоя. Да свершится воля твоя, Отец».

Пока Иисус переживал эти страшные минуты, внизу, на тропе, отряд вооружённых солдат под командой первосвященников готовился настичь его и взять под стражу. Иуда шёл с ними и показывал дорогу.

«Тихо, чтобы нас не услышали!» – командовал священник.

«Я приведу вас в Гефсиманский сад, – объяснял Иуда. – Я подойду один и поцелую его. Так вы поймёте, кто это».

Они ещё немного пошептались, чтобы обсудить план до мельчайших деталей, и наконец пошли в гору.

У каждого была своя задача; Иуда вёл отряд.

Внезапно Иисус встал на ноги и разбудил троих апостолов со словами:

«Ну же, проснитесь, настал мой час!»

Иуда действительно уже остановил свой отряд и шёл через сад, направляясь прямо к нему. Подойдя совсем близко, он сказал:

«Учитель!» И поцеловал его.

«Ты предаёшь меня поцелуем?» – спросил Иисус, но Иуда не успел ответить, потому что солдаты мгновенно среагировали на его жест и схватили Иисуса.

Пётр попытался оказать сопротивление, достал из ножен меч и ранил одного из людей в отряде, но Иисус сразу же остановил его.

«Нет, не так должно случиться! Ты знаешь, если бы я хотел спастись, то позвал бы на помощь ангелов!» И исцелил рану того человека, прикоснувшись к ней.

Так его взяли под стражу и повели в сторону города.

Как только Иисуса арестовали, началась паника: все его друзья разошлись, царила страшная суматоха, и единственным, кто последовал за схватившими Иисуса солдатами, был Пётр. Он не терял его из виду, пряча своё лицо и скрываясь среди толпы.

Иисуса отвели в дом Каиафы, священника. Пётр не осмелился войти и спрятался в углу у дверей, стараясь услышать, что происходит внутри.

Просторные залы дома освещались факелами, и первосвященник ходил взад и вперёд перед простёртым у ног его узником, которого силой держали солдаты.

Раздавались выкрики вроде:

«Вор!»

«Предатель!»

«Богохульник!»

А затем голос Каиафы, который говорил: «Так значит, ты Сын Божий?!»

И Иисуса, отвечавшего: «Ты это сказал. И однажды ты увидишь, как он спускается с небес!»

Каиафа в гневе воскликнул: «Да как ты смеешь!», а затем обратился к тем, что наблюдали за этим зрелищем: «Никаких больше доказательств не нужно, чтобы сказать, что это обманщик, он говорит голосом Сатаны!»

И люди стали говорить:

«Приговори его к смерти!»

«К смерти!»

«Он должен умереть!»

Тогда Каиафа приказал: «Уведите его!»

В эти страшные минуты Пётр пытался понять, что происходит со схваченным Иисусом. Он прятался, не показывая лицо, но прислушивался изо всех сил. Как вдруг порыв ветра раздул пламя одного из факелов, освещавших дом Каиафы, и лицо Петра оказалось залито светом.

Тогда стоявшая рядом женщина воскликнула: «Этот человек – один из тех, кто был с ним, с Иисусом из Назарета!»

Пётр был в ужасе и сразу же ответил: «Нет, я не знаю того человека, не знаю, кто это».

Женщина, казалось, не поверила и пристально смотрела не него. Пётр отвернулся, и другой человек, который подошёл к нему на опасно близкое расстояние, сказал: «Да, я узнаю тебя, ты был с ним!»

«Нет, ты ошибаешься, это не так», – промямлил охваченный страхом Пётр. Но тут же вперёд вышел ещё один человек, ещё увереннее первых двух: «Я слышу по твоей речи, что ты из Галилеи, совсем как тот, другой!»

Пётр поднялся на ноги и твёрдо сказал: «Я не знаю этого человека!»

Ровно в то мгновение пропел петух, и Пётр увидел, что недалеко от него солдаты уводят Иисуса, то и дело грубо толкая его. Проходя мимо Петра, Иисус посмотрел ему в лицо, и он горько заплакал. Он предал его целых три раза до восхода солнца, о котором пропел только что петух. Пётр упал на землю и умолял простить его. Он был в полном отчаянии.

Всходило солнце, когда закованного в цепи Иисуса приволокли к римскому префекту Понтию Пилату. Он один имел власть приговаривать человека к смерти. Священники долго выступали перед ним, объясняя, что Иисус – подстрекатель, что он проповедует толпе и запрещает платить налоги кесарю императору. Ещё они сказали, что он провозглашал себя царём иудеев.

Иуда следил за ними издали и спросил одного из солдат: «Вы что же, ведёте его на смерть? Казните невиновного?» Ему ответили, что это уже неизбежно. Тогда молодой Иуда бросил на землю тридцать полученных монет и горько заплакал. Он спрятал лицо и укрылся в углу храма, отчаявшись и каясь. Затем выбежал и, не прекращая плакать, направился к холму за стенами города и повесился.

Первосвященники, собрав монеты Иуды, сказали: «Мы не можем положить их в сокровищницу храма, потому что ими оплачена цена крови Иисуса». Тогда они посовещались и решили купить на эти деньги «Землю горшечника», в которой хоронили чужеземцев. Вот почему с тех пор и по сей день называют её «Землёй крови». Тогда сбылось предсказание пророка Иеремии:

Пилат внимательно рассматривал Иисуса с той минуты, как его привели. И чем больше он смот-рел, тем меньше видел то, о чём говорили ему другие. Этот простой человек совсем не похож был на царя – напротив, он был кроток и смотрел себе под ноги. Тогда он попробовал спросить его: «Ты – царь иудеев?»

А Иисус ответил: «Ты это сказал».

Пилат задумчиво замолчал, и тогда снова вмешались священники: «Он проповедовал в Галилее, говорил, что он царь».

Тогда Пилат отстранился и сказал: «Этот человек из Галилеи? Тогда Ирод должен судить его!» Казалось, он испытывал облегчение, что освободился от него. «Судите его по вашему закону!»

Тогда солдаты снова схватили узника и поволокли его во дворец Ирода, который прибыл в Иерусалим на Пасху. Царю было очень любопытно, потому что он слышал об Иисусе: он долго разглядывал его, обращался к нему, но Иисус ни разу не ответил на его насмешки. Он даже надел ему на голову терновый венок, потому что тот провозглашал себя царём, и попросил его сотворить чудо, чтобы продемонстрировать своё могущество. «Сделай это здесь, среди всех, чтобы мы увидели, как ты велик!»

Ирод даже приказал надеть на Иисуса чистую изящную одежду, чтобы он походил на царя. Солдаты подчинились приказу, и все очень смеялись над ним. Иисус не сказал ни слова, и в конце концов его отослали обратно к Пилату.

Когда Пилат узнал, что даже Ирод не сумел объявить Иисуса виновным, то был очень этим раздосадован. Он никак не мог как следует обосновать приговор, и к тому же ему казалось, что этот человек оказывает на него странное воздействие. Он хотел как можно скорее прогнать Иисуса. Пилат сказал ему: «Разве я Иудей? Твой народ и первосвященники предали тебя мне; что ты сделал?»

На сей раз Иисус ответил: «Моё царство не от мира сего; если бы это было так, служители мои сражались бы, чтобы я не оказался в руках у иудеев; но моё царство не отсюда».

Тогда Пилат спросил его: «Так значит, ты царь?»

Иисус ответил: «Это ты говоришь, что я царь. Я на то родился и на то пришел в мир: чтобы свидетельствовать об истине. Всякий, кто ищет истины, слушает голос мой».

Пилат, не уверенный, что хорошо понимает, что говорит этот человек, спросил: «Что есть истина?»

И, произнеся это, снова вышел к иудеям и сказал так, чтобы все слышали:

«Ты знаешь, что я мог бы осудить тебя на смерть и даже приговорить к распятию на кресте, или же мог бы решить освободить тебя. У меня есть эта власть».

Но Иисус сказал ему: «У тебя есть эта власть, потому что она дана тебе свыше».

Значение этих слов Иисуса Пилату тоже было не вполне понятно. Этот человек казался ему зловещим: он не верил в того же бога, что и евреи, он был римским префектом и рассчитывал только на власть императора Октавиана Августа.

Может, этот Иисус имел в виду другую власть? Взгляд этого узника пугал его. И Пилат решил объявить:

«Я не нахожу в этом человеке никакой вины».

Но стоявшая за спинами священников толпа в гневе вскочила на ноги; раздались крики: «Распни его! Распни его! Распни его!»

«Почему я должен распять вашего царя?» – снова попытался спросить Пилат.

«Это не наш царь. Нет у нас царя, кроме кесаря!» – кричали в толпе. Эти люди были похожи на стаю разъярённых собак и легко сдаваться не собирались. Пилат оказался в действительно сложном положении.

«Если не осудишь этого человека, ты и сам станешь врагом кесаря!» – услышал он тогда.

Пилат ожесточился. Это было слишком суровое обвинение, и его досада тоже переросла в ярость.

Иисус у его ног был неподвижен, кроток, он выглядел ни в чём не виновным. Но ситуация уже развивалась в худшую сторону.

Тогда он решил спросить у народа: «Хотите, чтобы я освободил его или другого узника? Там есть ещё Варавва».

Дело в том, что в то время было принято, чтобы римский префект делал такой жест доброй воли по отношению к иудеям, отпуская кого-то и спасая его от смертного приговора.

Толпа не сомневалась: «Отпусти Варавву!» – воскликнули одновременно многие из людей.

И снова они прокричали «Отпусти Варавву!», чтобы облегчить себе душу.

Подходили новые люди и тоже кричали: «Отпусти Варавву!»

Изумлённый Пилат сказал: «Варавва – бунтарь и убийца. Вы уверены, что желаете ему свободы?»

«Отпусти Варавву!»

«Распни Иисуса!»

Пилат ушам своим не верил и велел своим рабам принести таз с водой и полотенце и сказал, погружая руки в воду и вытирая их полотенцем: «Я не хочу иметь ничего общего с этим приговором. Я умываю руки!» Такой жест был понятен всем. После этого он передал Иисуса солдатам и освободил убийцу Варавву.

Затем, однако, он распорядился приготовить табличку с надписью: «Это царь иудеев», чтобы её прибили ему на крест.

Священники заспорили: «Не стоит так писать. Нужно написать, что этот человек утверждает, будто он царь иудеев!» Но Пилат не желал больше слышать ни единого слова. Эта история потрясла его, и теперь он был в ярости. Настолько, что ушёл подальше от них и от всей той сумятицы, которая царила вокруг.

Солдаты проволокли Иисуса по улицам города. В толпе его то и дело толкали, кто-то плюнул в него. Они снова надели на него багряный плащ – одежду царского цвета – и терновый венок, а на плечи ему возложили огромный крест. Затем протащили его, закованного в цепи, до самой Голгофы – холма в форме черепа совсем рядом с городом. Там его должны были распять вместе с двумя разбойниками, которые уже висели на своих крестах.

Путь Иисуса был изнурителен, люди громко поносили его, и не раз он падал в изнеможении на землю. Какая-то женщина отёрла ему лицо, а человек по имени Симон Киринеянин пронёс за него крест какую-то часть пути, но большую часть дороги Иисус прошёл совсем один.

Когда его распяли на кресте, один из разбойников рядом с ним сказал: «Разве ты не бог? Почему же тогда ты не велишь своим ангелам освободить тебя?»

Второй разбойник тут же упрекнул первого: «Разве тебе не стыдно? Мы осуждены справедливо, а он ничего худого не сделал». А затем обратился к Иисусу: «Помяни меня, Господи, когда придёшь в царство твоё». Иисус взглянул на него и сказал: «Ты сегодня будешь со мною в раю».

Потом небо потемнело, словно перед сильной грозой, и Иисус сказал, обращаясь к Богу Отцу: «Всё совершилось!»

Страшная буря обрушилась на город, и все, включая первосвященников, пришли в ужас. Они думали, что настаёт конец света. Центурион – солдат, которому было приказано стеречь кресты, – воскликнул: «Воистину это был Сын Божий!»

Немного позже Иосиф из Аримафеи, богатый купец, который пришёл в город на Пасху, явился к Пилату, чтобы попросить разрешения снять тело Иисуса с креста. Обычно тела казнённых оставались висеть подолгу, но Пилат не стал возражать, и Иосиф взял тело Господне и отнёс в гробницу, которая находилась в саду. Вход в гробницу он закрыл большим камнем, чтобы её никто не осквернил.

Друзья Иисуса укрылись в комнате на первом этаже одного из домов. Среди них царила тишина, они не могли поверить, что всё кончилось. Пётр, всё ещё в отчаянии, что отрёкся от Христа, хотел умереть вместо него. Была с ними и Мария Магдалина. С первыми лучами солнца она вышла из дома и направилась к гробнице: ей хотелось быть поближе к Иисусу, чтобы помолиться. Придя на место, она увидела, что большой камень отодвинут в сторону, а гроб пуст. Тогда она побежала обратно, чтобы позвать Петра и Иоанна, которые пришли с ней к гробнице.

Ученики вошли внутрь и увидели пелены, в которые было завёрнуто тело Иисуса, но от самого тела не было и следа. Взяв с собой пелены, они вернулись в город. Мария же осталась одна и через какое-то время вошла в гробницу.

Там она увидела двух ангелов, сидевших на том месте, где лежала голова Иисуса, и ещё одного на месте, где были его ноги. Один из ангелов спросил: «Почему ты плачешь?»

Изо всех сил набравшись храбрости, женщина ответила: «Кто-то унёс Господа моего, и я не знаю, где искать его». И убежала прочь, потерянная. Увидев перед собой человека, она не заметила, что это Иисус, приняв его за садовника; он же спросил её: «Что ты плачешь? Кого ищешь?»

«Скажи, куда ты положил его?» – попросила она.

«Мария!» – сказал он, шагая ей навстречу; и тут Мария наконец-то узнала его.

«Учитель!» – воскликнула она, но он остановил её и сказал: «Отпусти меня, я должен подняться к Отцу моему. Ты же иди и скажи братьям, что я возвращаюсь к Богу, Отцу моему и вашему».

Мария сделала, как он сказал, и побежала в город: «Я видела его! Иисус воскрес!»

Поздно вечером два ученика Иисуса шли к селению Эммаус. Они вышли из Иерусалима и должны были пройти около одиннадцати километров. В дороге они обсуждали всё то, что произошло в последние дни: смерть Иисуса, страх, разочарование от того, кто должен был быть Мессией, Спасителем иудеев. Они были в большом недоумении и не понимали, как толковать эти события; послание Иисуса всё ещё жило у них на сердце, но уже подкрадывались мысли, что всё снова будет как прежде. Пока они беседовали, подошёл человек, который направлялся в ту же сторону, и присоединился к ним. Через какое-то время незнакомец спросил: «О ком вы говорите?»

Тогда ученики рассказали ему о недавних событиях, толкуя их в том же духе, что и в недавнем разговоре между собой. Но затем один из них остановился в изумлении:

«Ты единственный, кто ничего не знает о том, что случилось с Иисусом! Где же ты живёшь? Как такое возможно, что ты ничего об этом не слышал?»

«А что случилось?» – снова спросил незнакомец.

Ученики продолжили рассказ о том, как первосвященники арестовали, мучили и распяли Иисуса из Назарета. Того, кто должен был освободить их.

Наконец незнакомец отозвался: «Как же вы медлительны! Совсем не понимаете, что пророчества уже написаны! Мессия должен был претерпеть эти мучения перед славой!»

Те посмотрели на него так, словно он говорит на другом языке; они совершенно не поняли, что он имел в виду, но продолжили идти вместе с ним. Он же начал цитировать фрагменты из Библии и объяснять их с великой мудростью: он начал с Моисея, а затем процитировал всех остальных пророков. Он хотел показать, что все уже говорили, что Мессия должен отдать свою жизнь ради спасения мира.

Дойдя до селения, в которое шли, ученики пригласили незнакомца переночевать с ними. Все трое зашли в дом и сели ужинать. За столом незнакомый гость взял хлеб, преломил его, поблагодарил Бога и начал раздавать его всем сидевшим вокруг.

Только тогда поняли ученики, кто перед ними. Как будто упала пелена, всё это время покрывавшая им глаза и мешавшая увидеть и понять. Эти движения они знали очень хорошо.

Поняв, что с ними живой Иисус, они спешно вскочили и немедленно вернулись в Иерусалим, чтобы известить апостолов.

Апостолы всё так же сидели взаперти в той комнате, где укрылись после распятия. Они боялись ареста и ждали, пока буря утихнет. Ученикам пришлось потрудиться, чтобы им открыли в такой поздний час. Но затем, сумев наконец попасть внутрь, они рассказали, что Иисус жив и что он сам преломил с ними хлеб.

Можете представить себе радость, с которой его друзья встретили эту новость. Он явился Марии, а затем и Петру. Они обнялись и воспряли духом.

В эту самую минуту явился Иисус и сказал: «Мир вам!»

Это было неожиданно, и все перепугались, думая, что это призрак. Но Иисус успокоил их: «Почему вы пугаетесь? Это я сам, взгляните на мои ноги и руки. На них всё ещё следы от пыток и распятия».

Иисус настаивал, чтобы они подошли, и все потихоньку послушались и прикоснулись к его ранам. Но как же это мог на самом деле быть он, если двери и окна их убежища всё ещё были заколочены гвоздями?

В тот день с ними не было Фомы, одного из двенадцати. Когда же он вернулся и узнал о случившемся, то сказал: «Вы все его видели, а я – нет. Пока я не увижу своими глазами и не коснусь своими руками ран его, не поверю тому, что вы говорите!»

Он был упрямым человеком, а может, просто очень приземлённым.

Неделей позже все они сидели в той же комнате, в укрытии. Фома тоже был там, и Иисус явился снова со словами «Мир вам». Потом он подошёл к Фоме и сказал ему: «Вот, я здесь, протяни палец и прикоснись к рукам моим, к моему раненому ребру».

Фома подошёл к нему и упал на колени: «Господь Бог мой, это действительно ты!»

Он очень устыдился того, что говорил раньше, но Иисус отнюдь не выглядел обеспокоенным. Однако сказал, обращаясь ко всем: «Вы все поверили в меня, потому что видели. Теперь же я говорю вам: блаженны те, кто уверует, не видев!»

Эти слова были очень важны в связи со всеми последующими событиями.

Иисус снова являлся апостолам, когда они ловили рыбу и когда разговаривали о нём друг с другом. Не раз он возвращался к проповедям о том, о чём уже говорил им раньше, повторяя своё послание о любви и мире при всякой возможности.

Однажды он сделал так, что Пётр наловил огромное количество рыбы, и трижды спросил его: «Веришь ли ты в меня?» Петра удивила такая настойчивость, но потом он понял, что те три раза соответствуют троекратному же отречению от него в тот жуткий день ареста, перед тем, как пропел петух. Пётр больше не сомневался: ему первому суждено стать провозвестником Слова его.

В другой раз Иисус снова явился и той толпе, которая слышала о нём. Больше не оставалось никаких сомнений, что он воскрес. Все узнавали его по тому, что он говорил им, но затем он исчезал и возвращался.

Однажды Иисус сказал своим одиннадцати апостолам, что хочет собрать их на холме над Иерусалимом. Когда все собрались, он возложил руки им на головы и торжественно сказал: «Дана мне власть над небом, над землёй и над людьми, и теперь я говорю, что настал ваш черёд: идите по миру и несите всем Слово моё».

Апостолы заволновались, и он продолжил: «Не бойтесь. Я с вами до конца света».

На их плечи легла великая задача, которую надлежало выполнять с радостью и верой. Преисполнившись этой уверенности, они никогда не отступятся.

Потом Иисус предупредил их: «Оставайтесь в Иерусалиме, пока Святой Дух не сойдёт на вас».

Затем с неба спустилось облако, и Иисус исчез из виду, но тут же послышались голоса двух ангелов, которые говорили: «Не отчаивайтесь, Иисус вознёсся на небо, но однажды вернётся таким же образом, как ушёл».

Апостолы последовали указаниям Иисуса и задержались в городе, выбрав ещё одного апостола вместо Иуды: его звали Матфий.

Через пятьдесят дней после Пасхи все они собрались в той самой комнате, где им впервые явился Иисус. Была там и Мария, мать Иисуса, и женщины, всегда сопровождавшие её. Это был праздник Пятидесятницы, когда отмечали преподнесение Скрижалей Закона в дар народу Израиля.

Вечером, когда окна и двери были закрыты, раздался гром, и появились языки пламени, которые коснулись головы каждого из апостолов, одного за одним, и те почувствовали себя исполненными Святого Духа. Того самого, о котором говорил им Иисус.

С того момента апостолы могли говорить на разных языках и должны были выйти из дома, отправиться в дальние края рассказывать об Иисусе.

«Вы будете моими свидетелями», – сказал Иисус, прежде чем подняться на небо. И теперь они чувствовали, что сильны и готовы к своему служению. Господь был с ними через Дух свой – в точности так, как обещал Иисус.