— Венди. Венди. Венди. Венди. — Медленно, словно перебивая друг друга шептали несколько голосов. — Венди Дарлинг. Венди.

— М-м? — Сонно промычала девчонка с светло-каштановыми волосами, заплетенными в косу, некоторые кудрявые пряди, которые выпали из косы, находились на лице у голубоглазой.

Убрав мешавшие волосы, Дарлинг оглядела комнату, приподнявшись на локтях. Полная луна хорошо освещала помещение ночью, помогая девушке убедиться в том, что она все еще одна в комнате. Поняв, что ей просто показалось, Венди снова поспешила заснуть, убрав с кровати книгу, с которой провалилась в сон раннее.

Утром Венди проснулась, не вспомнив о странном ночном инциденте.

Завтрак в семье Дарлингов происходил строго по расписанию, к семи утра семнадцатилетняя Венди, пятнадцатилетний Джон и одиннадцатилетний Майкл, а также их отец, Мистер Дарлинг, сидели за столом, каждый был уже полностью готов к выходу на улицу. Когда Миссис Дарлинг самая последняя садилась за стол, разложив всем членам семьи еду, чета Дарлингов принималась не спеша завтракать, иногда обговаривая произошедшие вчера новости.

Обычно в восемь утра тарелки у всех были пустые, а дети, подрываясь с места, бежали в комнаты за рюкзаками, а после, на перегонки, возвращались ко входу. Чаще всего выигрывал Джон, Майклу же везло реже, а если точнее, то только дважды, когда старшая сестра и брат ему поддавались.

Часто за такие «гонки» Венди получала упреки от отца и грозный взгляд мужчины. Но изменять привычке Дарлинг не могла, она хотела насладиться каждым моментом, проведенным дома, ведь это был ее последний год в Сторибруке, следующей осенью девушке предстояло переехать в более крупный город, для учебы в институте.

Каждое утро отец семейства отвозил детей в школу, после чего сам направлялся на работу, в банк.

Как только дети покидали машину мистера Дарлинга, они расходились в разные стороны, к друзьям.

Путь Венди всегда держала к маленькой компании, состоящей из Алисы Лиддел и Златовласки, девушки дружили все их время пребывания в Сторибруке.

— Привет, Венди! — Помахала кудрявой подруга, попутно поправляя «золотые» косы, Алиса же просто стояла, улыбаясь.

— Доброе утро! — Дарлинг, по привычке, обняла подруг.

— Здравствуй, любимая. — Услышала голубоглазая задорный голос. В эту же секунду Венди Дарлинг почувствовала на своей талии руку, которую сразу же поспешила убрать.

— Ты чего! — Возмутилась Венди. — А если отец увидит? Или Майкл!

— Отец уехал, Майкл в классе. — С несколько луковой улыбкой темноволосый юноша увереннее приобнял девушку.

— Я рада твоей предусмотрительности, Август, но вдруг кто-то проболтается из толпы?

— Он же Пиноккио, сможет пригрозить им тем, что проткнет их своим растущим носом. — Выпалила Златовласка, показывая на себе как нос удлиняется, приложив палец к кончику носа, а после направляя палец так, как мог бы расти нос, после чего последовал смех трех подруг, молодой человек Венди лишь издал смешок.

— Все же нос у меня не растет, когда я вру, сейчас. — Уточнил Август.

— А они-то это откуда знают? — Ухмыльнулась Алиса. — Или ты думаешь, что звание одного из самых честных людей в школе тебе дали из-за того, что ты действительно никогда не лжешь? Все всё еще думают, что твой нос растет от вранья. Так что, пригрозить ты вполне можешь.

— Спасибо за совет, Лиддел. — Улыбнулся Пиноккио. — Ладно, я пойду. Не хочу распускать слухи. — Темноволосый короткостриженный парень, выделив последнее предложение, поспешил удалиться, незаметно для остальных оставив поцелуй на макушке Дарлинг.

— Деревяшка. — Пробурчала Алиса себе под нос.

Ноги у Венди оставались ватными еще долго, улыбка тоже какое-то время не сходила с лица девушки, она даже пропустила какую-то часть разговора подруг. Очнулась девушка только тогда, когда услышала звонок, оповещавший школьников о том, что до первого урока осталось 5 минут. Девчонки поспешили по классам.

Дарлинг крайне ответственно относилась к учебе, по всем предметам у девушки стояла отметка «отлично», правда, были у нее проблемы с физикой, но на этом предмете она сидела вместе с Августом, который крайне хорошо разбирался в этой науке, юноша часто помогал возлюбленной.

Когда уроки заканчивались, Венди с Джоном садили Майкла на школьный автобус, который довозил мальчишку до дома. Джон обычно уходил после школы либо гулять, либо шел на дополнительные занятия по истории, подросток обожал этот предмет, и дополнительный час рассказов о том, что происходило когда-то для него было «раем».

Венди же шла домой пешком с друзьями, так они всегда успевали обсудить то, что произошло сегодня, вчера, что произойдет завтра. Успевали договориться о будущих прогулках и о многом-многом другом.

Заходя домой, Венди обычно сразу шла делать уроки, чтобы успеть сделать все уроки и пораньше закончить с ними. После чего девушка либо садилась читать, либо шла смотреть телевизор, или же отправлялась гулять с друзьями, иногда Дарлинг под предлогом того, что она идет на дополнительные занятия по физике, уходила гулять с Пиноккио. Ни мать, ни тем более отец не примут отношения Венди с Августом, для них юноша был очередной показушник, живший не в благополучной семье, на самом деле у парня в семье все было отлично. Чудесные взаимопонимание со старым отцом, в их доме никогда не было слышно криков. Джепетто одобрял отношения своего сына с Венди, двое часто сидели дома у Августа, разговаривая с отцом Пиноккио. Он был приятным мужчиной.

Сегодня Дарлинг осталась дома, погода в Сторибруке была не спокойна, все небо затянуло тучами, на город находил туман и дул сильный ветер.

И до наступления темноты все было спокойно.

Венди сидела на подоконнике, смотря на вечерний, погрузившийся во тьму, Сторибрук, тяжелые капли дождя били по стеклу, иногда попадаю в комнату через открытую форточку, падая на девушку. Ближе к одиннадцати часам город засыпал, на что Дарлинг очень обожала смотреть.

— Милая, — Услышав голос, Венди повернула голову на входную дверь, там стояла Миссис Дарлинг, женщина уже была в ночнушке. — Советую тебе лечь спать, не зачитывайся долго.

— Хорошо, мам. — Дарлинг улыбнулась. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, девочка моя. — Одарив дочь легкой улыбкой, мама Венди закрыла дверь в комнату дочери, сама Венди же не слезла с подоконника, девушка планировала посмотреть на улицу еще немного.

Через пару минут Дарлинг подошла к шкафу, не включая свет, ее глаза уже привыкли к темноте, девушка планировала натянуть пижаму, она давно уже не носила ночных рубашек, теперь она считала их крайне неудобными.

— Венди. Венди. Венди. — Услышала девушка, идя к окну. Снова этот шепот из кучи голосов, которые перебивают друг друга.

— Что это? — В полголоса спросила себя девушка, осматривая комнату.

— Венди Дарлинг. Венди. Венди. — Девушка крутила головой, все еще осматривая комнату, пытаясь найти источник звука. Она даже посмотрела за входную дверь комнаты, думая, что над ней подшучивают братья, но там никого не было. — Венди. Венди. Венди. — Не утихал голос.

— Да что же это такое? — Снова тихо спросила себя голубоглазая, всматриваясь в темноту комнаты. Девушка в фиолетовой пижаме даже проверила телефон, она предположила, что что-то могло случайно нажаться в нем и позвонить кому-то. Но телефон был отключен.

— Венди Дарлинг. — Все тем же усмехающимся тоном шептали голоса. А самой Венди было не до смеха, она сжала от страха у себя телефон в руках, боязливо оглядывая комнату. — Забыла меня? Забыла меня? Забыла меня? — Неким эхом пронесся голос. Она чувствовала что он был рядом, но не могла его видеть.

Рука Венди медленно тянулась к лампе, стоящей неподалеку от нее, Дарлинг хотела увидеть источник звука, но одновременно с этим ужас от того, что она может увидеть, несколько сковывал ее. Но все же она пересилила себя, резко нажав на выключатель.

Яркий свет лампы озарил комнату. Дарлинг в комнате была одна, шепот стих.

— Неужели я свихнулась? — Прошептала Венди и медленно, осматривая комнату, подошла к кровати. Свет она не выключила.

Как только девушка легла на кровать, она поспешила закутаться в одеяло с головой, стараясь отгородиться от всего. Прокручивая у себя в голове все, что происходило последние пару минут, из глаз девушки невольно потекли слезы. Она считала, что сходит с ума, она пыталась представить, что ждет ее дальше, но все получалось размыто, из-за этого у голубоглазой разболелась голова. Иногда девушка выглядывала из-под одеяла, оглядывая комнату, но каждый раз не замечала в ней никого.

Венди сама и не заметила, как ближе к утру провалилась в сон.

Весь следующий день рассеянности Дарлинг мог позавидовать самый рассеянный человек, девушка со светло-каштановыми волосами часто забывала слова, чтобы вспомнить самую простую формулу и собраться, Венди приходилось использовать гораздо больше времени, чем обычно. В середине учебного дня кудрявая даже попыталась убедить себя в том, что это все было обычным сном, слишком реальным. Но снова прокручивая все то, что происходило ночью, Венди покрывалась мурашками от некого ужаса, она понимала, что это все было реально, но некоторая надежда, что это больше не повторится, все еще жила в девушке.

Алиса и Златовласка даже поинтересовались несколько раз насчет самочувствия подруги, на что та отвечала, что просто читала всю ночь и не выспалась. Август, увидев состояние любимой, даже предложил ей уйти с уроков, но Дарлинг не согласилась. Также родители Венди еще с утра предложили не идти в школу дочери, ссылаясь на ее болезненный вид, даже Майкл поинтересовался, все ли в порядке у сестры, ведь этим утром Венди не участвовала в «гонке».

Решив помочь подруге расслабиться, Алиса устроила ночевку у себя. Это была ночь перед воскресеньем, та ночь, когда можно было спокойно не спать долго, зная, что утром не надо рано вставать.

Ближе к вечеру Венди встретилась со Златовлаской, и девушки направились к дому семьи Лиддел, который находился недалеко от школы, по соседству с домом Пиноккио.

Сама голубоглазая блондинка жила с одной матерью, отец у девушки погиб еще в юном возрасте, под проклятием Алиса и Пиноккио были братом и сестрой, а их родители неблагополучной семейной парой, но как только заклятие спало, семья Лиддел-Мюррей разбежалась, родители остались в хороших отношениях, а дети… нельзя было назвать их отношения хорошими, но и сказать, что те были плохие, язык не поднимается.

Зайдя в дом к подруге, Алиса сразу же сказала девочкам некие правила, придуманные хозяйкой этой «вечеринки». Так как мать была на работе, Мисс Лиддел работала врачом, то три подруги могли расхаживать по дому в пижаме. Все поспешили переодеться. Через пару минут Алиса, одетая в голубую короткую ночнушку, уже разливала чай в приготовленные Златовлаской, которая была одета в длинные клетчатые красные штаны и широкую футболку с медведями, Венди же, на которой были одеты привычные фиолетовые пижамные шорты и большая фиолетовая футболка, взятая у отца, раскладывала еду на стол, которую Дарлинг с подругой принесли заранее.

Они бы так и просидели за столом на кухне, если Алиса, когда пару кружек чая уже было выпито, не сказала:

— Пойдемте наверх, в комнату? — С неким энтузиазмом произнесла она.

И все последовали за хозяйкой, в глубь дома. Зайдя в комнату Алисы, Венди и Златовласка от удивления при открыли рты.

Вся комната была подсвечена разноцветными гирляндами, светильниками. В углу на полу была куча подушек, пледов, на которые девушки поспешили разместиться, взяв ноутбук. Через пару минут каждая была увлечена просмотром фильма, который каждая давно хотела посмотреть.

Где-то в середине фильм остановили, Алиса предложила сходить за едой на кухню, а Златовласка пожелала отлучиться в ванную комнату. Венди оставили в комнате.

Первые пару Дарлинг рассматривала тускло-освещенную комнату подруги, вся она была сделана в светлых тонах, на кровати, покрывало которой было голубым, лежала мягкая игрушка в виде кролика, а на большом белом письменном столе располагалась просторная клетка, в которой жил белый маленький крольчонок. Венди любила наблюдать за зверьком, что и сделала сейчас, она подошла к клетке и смотрела на животное.

— Знай, что я везде. — Снова услышала девушка знакомый шепот. Опять как будто куча голосов перебивало друг друга, их слова отдавались эхом. Венди резко обернулась, опять стараясь всмотреться в темноту. Кролик Алисы сильно вжался в клетку, сильно ударившись во стенкам, Дарлинг на секунду повернулась к животному.

— Ты тоже это слышишь. — Скорее сама себе сказала кудрявая. После чего девушка услышала смех, казалось, будто это смеется сам дьявол. Такой громкий, грозный, страшный.

Самой темной частью комнаты оказалось пространство около входной двери, куда взгляд Венди и был устремлен. В какой-то момент юной девушке начало казаться, что что-то стоит в той темноте, для начала ей показалось, что это было похоже на какую-то дымку, сгусток тумана, который двигался в одном месте, в одну секунду Дарлинг показалось, что оно начинает обретать очертание человека. Все это время кудрявая стояла, не дыша, не двигаясь, просто смотря в одну точку, на ее лице замерла гримаса невероятного ужаса, но когда в тех очертаниях девушка заметила улыбку, которая ничего хорошего не выражала, девушка, издав писк, кинула первое, что попалось под руку — подушку.

Правда, сгусток тумана рассеялся до того, как подушка долетела до него. Открывшаяся дверь прошлась прямо сквозь дымку, после чего она исчезла. На ее месте сейчас стояла Златовласка, держась за ручку двери. Ей-то в лицо и прилетела подушка.

— Ах так! — Прикрикнула она, на лице девчушки сразу появилась несколько лукавая улыбка, она, схватив подушку, побежала на Венди, размахивая ей, Дарлинг тоже взяла «оружие» и принялась «сражаться», из головы сразу вылетел тот ужас, представший перед ней. Сейчас голубоглазой следовало защищаться, а не зажиматься в углу под столом, стараясь отгородиться от всего. Вскоре к «драке» присоединилась Алиса.

Оставшаяся ночь прошла без происшествий.

Уже днем знатно отоспавшаяся Венди отпрашивалась у родителей на прогулку с подругой.

— Ты всю ночь провела с Алисой и Златовлаской, зачем надоедать девчонкам? — Чопорно листая газету, отвечал Мистер Дарлинг.

— Так я… — Венди старалась говорить как обычно, а не мямлить перед отцом, придумывая ложь на ходу. Джейсон Дарлинг даже отвлекся от прочтения газеты и уже смотрел на дочь с чуть приподнятыми бровями.

— Так ты что? — Чуть строже спросил он.

— Так я и не с ними иду гулять! — Чуть громче обычного с воодушевлением сказала Венди. — С Руби, Красной Шапочкой.

— Не слишком ли она взрослая для тебя?

— Да не-нет, она попросила меня помочь кое с чем. Так что, можно?

— Иди уже. — Тяжело вздохнув, ответил Мистер Дарлинг, чуть подкатив глаза. — Только не долго!

— Спасибо. — Венди, чмокнув отца в щеку, побежала к выходу из дома, а затем на всех парах летела в порт.

Девушка думала, что так быстро еще не бежала никогда, она уже опаздывала больше чем на полчаса. Пару раз Дарлинг даже чуть не попала под машину, а один раз голубоглазая скинула чью-то безделушку с подоконника, нечаянно задев сумкой.

— Здравствуйте, мистер Голд. — Впопыхах поздоровалась Венди с выходившим из свой лавки ломбардщиком, он лишь кивнул на приветствие. Мужчина был не самых молодых лет, очень уважаемый в городе, правда, уважали мистера Голда только из-за страха перед самим мужчиной. Все же, быть самым могущественным Темным магом несет свои преимущества и недостатки.

— Смотри не споткнись. — С усмешкой произнес старик.

Весь Сторибрук в этот пасмурный день кучу раз услышал «Простите», «Извините» от Венди Дарлинг.

Через пару минут девушка уже была в порту, ода все еще бежала на самую отдаленную лавочку, там, где она стояла, обычно проходило мало людей, если вообще проходили.

На той самой лавочке сидел Пиноккио, нервно постукивая ногой по земле, оглядываясь. Увидев «летящую» к нему Венди, на лице юноши появилась широчайшая улыбка, он расставил руки, готовясь обнять кудрявую. Та же, не мешкая ни секунды, обняла любимого.

— Извини, что так долго. — Прошептала Венди с улыбкой на лице.

— Ничего страшного, главное, что ты тут. — Август поцеловал Венди в лоб, чуть приобняв за плечи. — Как выкрутилась на этот раз? — Усмехнулся мальчишка.

— Я, хах, сказала отцу что буду помогать Руби. — Поправляя бордовую юбку и черную кожаную куртку, улыбаясь, сказала Дарлинг. — Ну, куда пойдем?

— Куда и всегда. — Пожав плечами, Пиноккио взял возлюбленную за руку и направился к обрыву, находящемуся на самом краю города, не далеко от порта.

Сам Пиноккио обожал рассматривать лицо Венди, он не пялился, ни в коем случае, его взгляд был наполнен любовью и нежностью. Постоянно. Иногда он любил проводить рукой по круглому лицу девушки, подолгу смотреть в большие глаза кудрявой, описывая их цвет ей, обожал трогать и вдыхать запах волос голубоглазой. Он обожал в ней все, как и она в нем. Они могли часами сидеть на том самом обрыве, обнявшись, смотря на океан. Им даже разговаривать было не обязательно. Они все понимали без слов.

Когда настали сумерки, ребята поняли, что им следовало бы идти домой, ведь если Венди не будет до полной темноты, то скандала не избежать, а если еще узнают, с кем она была, то Дарлинг даже думать не хотела о последствиях.

Окольными путями девушка с парнем добрались до дома Дарлингов, где Пиноккио с Венди и попрощались.

Дарлинг вернулась как раз вовремя, Миссис Дарлинг в этот момент раскладывала еду на ужин.

Только кудрявая зашла на кухню, отец посмотрел на часы, а после, кинув взгляд на дочь, кивнул ей.

— Как там Руби? — Спросила мать семейства, садясь за стол, Миссис Дарлинг всегда располагала теплой лучезарной улыбкой, которая досталась Венди после.

— Она хорошо, вся в работе. — Пролепетала Венди только что придуманную ложь, стараясь как можно быстрее набить рот едой.

— И чем ты ей помогала? — Поинтересовался Майкл, с забитым ртом, который уже успел заляпаться едой.

— Майкл, дорогой, сколько раз я тебя учила не разговаривать с набитым ртом. — Несколько наставнически произнесла женщина, подавая сыну салфетки.

— Прости. — Наспех произнес блондин, вытирая рот. — Так что? — Снова обратился он к сестре.

— Надо было помочь в расфасовке продуктов для кафе, а также прибраться в номерах. — Теперь Венди говорила медленно, четко. Она за это время уже успела продумать свою ложь.

— Возьмешь меня в следующий раз? — Воодушевился Майкл. Джон же сидел молча, он чудесно понимал, что его сестра лжет, ведь мальчику в очках было известно о тайных отношениях сестры. Поняв, что старшая сестра не сможет ответить ни отрицательно ни положительно, Джон решил придти на выручку к кудрявой.

— Давно ли в тебе проснулась любовь к уборке? — Саркастично подметил каштанововолосый.

Если Майкл и Венди были похожи на мать, у обоих были светлые волосы, только у младшего Дарлинга они были еще и не кудрявые, и ровные носы, то Джон рос полной копией отца. Чуть горбатый нос, темные не сильно кудрявые волосы, карие глаза.

Поправив полукруглые очки, Джон продолжил:

— Или ты просто хочешь просто провести время с Красной Шапочкой? — Джон шаловливо заиграл бровями, смотря на младшего брата. — А-а-а-а-а, — Протянул он. — Ты покраснел, мелкий! — Улыбаясь, похлопал по плечу младшего брата Джон. У Майкла действительно появилась краснота на щеках.

— Ну знаешь, Майкл, в истории много случаев, когда жена была старше мужа. — Улыбаясь во все 32 зуба, вставила Венди.

— Да-да, знаешь же, что у обожаемой мамой Шакиры разница с мужем в 10 лет! — Поддакивал Джон. — А у вас с Руби… Сколько лет ей? — Поинтересовался у Венди очкарик.

— А она как раз-таки на 10 лет старше нашего Джона. — Шутливо коснулась пальцем до носа младшего брата кудрявая.

— Да, — Посмеялся отец семейства. — Все в твоих руках, малыш. — Потрепал по голове изрядно покрасневшего сына Мистер Дарлинг. — Ладно, — Пропершил горлом отец семейства. — Давайте уже есть. Пообсуждаем ваши любовные интересы позже. — Ухмыльнулся Мистер Дарлинг, принимаясь за еду. Венди, услышав про любовный интерес немного содрогнулась, что заметил только Джон, тот ободряюще кивнул сестре, как бы говоря, что все будет хорошо.

Когда ужин закончился, Дарлинги разошлись по всему дому, кто в гостиную, кто в комнаты, кто-то занял ванную комнату.

Венди же направилась в свою комнату, взяв книгу и удобно устроившись на кровати, включив свет предварительно, девушка принялась читать. Прошедший час за чтением пролетел незаметно. И голубоглазая так и продолжила бы читать до ночи, если бы не одно событие.

В доме выбили пробки. Все комнаты погрузились во тьму.

— Все равно время позднее, — С неким странным воодушевлением говорил Мистер Дарлинг, идя по коридору второго этажа. — все спать раньше лягут сегодня, а свет верну завтра утром. — На ходу зевая, подытожил мужчина.

— Спокойной ночи, дети. — Все тем же милым голосом промурлыкала Миссис Дарлинг.

— Спокойной ночи! — Послышалось из комнаты братьев.

— Спокойной. — Прошептала Венди, со страхом осматривая комнату, ведь она чудесно понимала, что появится с приходом темноты.

Когда рука девушки уже потянулась за телефоном, чтобы включить фонарик, началось то, что наводило сильнейший страх и панику на кудрявую.

— Венди. Венди. Венди Дарлинг. — Снова шептали голоса, перебивая друг друга. А сама Венди снова бегала глазами по комнате, в это же время стараясь нащупать телефон. — Не стоит забывать. Не стоит забывать. Не стоит забывать.

— Ч-что забывать? — Шепотом, заикаясь от страха спросила девушка, на что лишь снова услышав тот дьявольский смех, пробирающий до дрожи костей. Венди наконец нащупала телефон и как можно быстрее взяла его.

— Меня. — Уже четко произнес шепот. В этом слове присутствовала одновременно какая-то харизма, злость, усмешка.

В этот миг Венди успела включить фонарь и осветить какую-то часть комнаты. Она снова убедилась, что в комнате одна.

— Не стоит вечно смотреть вперед, опасность может подкрасться и сзади. — Говорил насмешливый шепот ей прямо на ухо. Это заставило девушку резко обернуться, все еще держа фонарь перед собой.

Но как только она повернулась, нечто выбило телефон из ее рук, после чего гаджет полетел прямо в стену, где разбился.

От шока и страха Дарлинг приоткрыла рот, на глазах начали накатываться слезы. А комната снова заполнилась дьявольским смехом, от которого Венди поспешила избавиться, зажав уши, но ничего не вышло. Девушке показалось, что смех стал еще громче.

— Мне это все кажется. — Прошептала девушка осматривая комнату, уши она все еще зажимала. — Это все плохой сон. Это нереально. Это просто не может быть настоящим. — Сдавливая истерику и пытаясь сдержать слезы говорила сама себе кудрявая. На что снова услышала усмешки.

— Еще как реально. Реально. Реально. — Снова появился шквал голосов, каждый опять словно перебивал друг друга. — Это теперь твоя реальность. Твоя реальность.

Твоя реальность. — Опять эта усмешка в голосе. Венди чувствовала, что если так и продолжится, то юная девушка скоро слетит с катушек.

— Нет. — Прошептала она, слезы уже ручьями скатывались по ее щекам, голос дрожал. — Нет-нет-нет-нет-нет! — Уже чуть громче сказала она. И тот дьявольский смех не прекращался. Венди чувствовала чье-то присутствие, чье-то дыхание, но она не видела никого и ничего в своей комнате.

В какой-то момент у девушки щелкнуло в голове, что ей стоит выйти из комнаты, выйти на улицу, встать под фонарь, на свет, что та и поспешила сделать.

Но вот одна незадача, дверь оказалась заперта. А все попытки девушки ее открыть сопровождались тем же смехом шепота, который становился все громче и громче.

Шепот то звал девушку по имени каким-то усмехающимся тоном, то просто смеялся. И это все дико давило на Венди, она уже не могла сдерживать истерику.

Дарлинг все отходила назад, осматривая комнату, пока не уперлась в угол. Там-то она медленно сползла на пол, обняв себя руками. Дрожа и плача от страха Венди так и просидела всю ночь в углу, слушая усмешки шепота.

На рассвете, когда комнату заполнил солнечный свет и шепот исчез, Венди заснула.

— И как долго ты собираешься ее мучить? — Усмехнувшись, поинтересовался юноша.

— Сколько понадобится. — Ухмыльнувшись, ответил другу парень, смотря на спящую в углу девушку, отображение которой показывалось в стеклянном шаре.

И такое продолжалось почти каждую ночь. О нормальном сне девушка забыла.

Этот самый «шепот» сам выключал свет в комнате девушки, не давая ей его включить, а также запирал двери. Венди стала ощущать его физически, иногда она чувствовала чьи-то касания, чье-то дыхание прямо ей в спину.

Сама девушка стала гораздо рассеяннее, она часто забывала самые обыденные вещи, она часто спала на уроках, на обеде. Также Дарлинг обзавелась синяками под глазами, которые косметика, которая была у голубоглазой, не могла замазать полностью. Многообразие нарядов кудрявой заменили темные джинсы и черная толстовка, волосы у нее теперь всегда были распущены.

Друзья и родители Венди сильно стали переживать за девушку, однажды отец отвел дочь к местному психологу, Арчи Хопперу, но на приеме девушка не рассказала ничего врачу, она не хотела, чтобы кто-то ее считал сумасшедшей, кроме нее самой. Врач лишь развел руками после пары посещений, доктор Хоппер списал все это на возраст, на сильное увлечение чем-то, из-за чего девушка не спит ночами.

В школе ухудшились оценки. Из-за сильной рассеянности девушка заваливала тесты, пару раз из-за того, что Венди уснула на уроке, ее посылали к директору, но Дарлинг постоянно удавалось выкрутиться. В школе даже пустили слух, что кудрявая связалась с наркотиками, из-за этого девушка похудела и именно из-за этого ухудшилось состояние самой Дарлинг. Но это были лишь слухи.

Не верили в них только друзья Венди, которые наперекор родителям продолжали общение с подругой, не отвернулся от голубоглазой и Август, тот старался поддерживать отношения с девушкой, даже сплотился с Алисой и Златовлаской ради того, чтобы хоть как-то помочь Дарлинг. Друзья часто вытаскивали на уличу кудрявую, допоздна с ней гуляли, как-то заставляли есть, даже когда девушка отказывалась. И как же рады они были, когда видели улыбку на лице Венди Дарлинг.

Сама Венди была сломлена, запугана. Она часто убегала из дома по ночам, до прихода «шепота», тогда она спала на одном из деревьев, которое находилось вблизи фонаря. Но такое случалось редко. Скоро рассекретили вылазки девушки, в последствие чего родители поставили решетки на окнах в комнате Венди, а комнату стали запирать на ночь, сами того не осознавая, заточая свою дочь в ловушку.

Иногда Дарлинг старалась заснуть раньше, чем «шепот» начнет болтать, но она просыпалась посреди ночи всегда. Ее будил либо какой-то шорох, либо что-то падало с полки, а затем кудрявая и не успевала заснуть.

Жизнь девушки превратилась в сплошной кошмар.

Иногда ее спасало неожиданное приглашение на ночевку, а иногда ее спасали члены ее семьи. Бывало такое, что-либо родители, либо кто-то из братьев зайдет посреди ночи в ее комнату и остается там на пару минут. Тогда и шепот замолкал, Венди пыталась заснуть в эти моменты, иногда это выходило, и девушка продолжала спать до утра, а иногда… не получалось.

Очередным утром, Венди спросила у родителей, может ли к ней придти на ночевку Златовласка, чему Мистер и Миссис Дарлинг были только рады, они только одобряли общение их дочери с подругами.

Раньше Венди редко звала подруг домой, она боялась, что шепот начнет докучать и их тоже, но после была уверенна, что это только ее ноша, никто больше ее не возьмет. И так пару раз в месяц Дарлинг принимала гостей.

До того как на окна поставили решетки, к Венди по ночам часто заглядывал Пиноккио, их встречи, конечно, были тайными. Парень следил, чтобы голубоглазая засыпала, что чаще всего происходило в его объятиях, а после, под утро, уходил. Ему это не предоставляло никаких проблем, Август был из тех людей, кому 2–3 часа было достаточно, чтобы чувствовать себя бодрым хотя бы первую половину дня. Но как только на окнах появились решетки, тайный встречи прекратились.

Вечером Венди и Златовласка проводили Алису на автобус до города. Там девушка должна была доехать до аэропорта, а после лететь в родной для блондинки Лондон, который также был родным городом Венди Дарлинг, Лиделл переехала в Сторибрук на три года раньше кудрявой, в семь лет.

— Венди, — Говорила Алиса, приобняв подругу за плечи, ее лицо выражало полную серьезность, как и тон. — Пиши мне. Каждый день. Я очень волнуюсь за тебя, ты же знаешь.

— Обязательно. — Легко улыбнулась Дарлинг и обняла подругу. — Привези мне какой-нибудь кусочек Лондона. — Шепотом попросила Венди.

— Не сомневайся. — Улыбнулась Алиса, еще сильнее обняв голубоглазую.

Когда Алиса попрощалась со Златовлаской, девушка с матерью сели в автобус, пока он не отъехал так, что его перестало быть видно, Венди и Златовласка стояли и махали подруге, смотрящей на них в окно до последнего.

После чего девушки поспешили домой к Дарлингам, на улице уже темнело.

По дороге им встретился Август, юноша шел с наушниками в ушах и гитарой, висевшей за плечами.

— Хэй! Гитарист! — Прикрикнула Венди, помахав пареньку, тот подняв голову и вытащив наушник, начал смотреть на темную улицу, ища источник звука. Увидев возлюбленную, его губы расплылись в улыбке, Август поспешил к девушкам.

— На улице прохладно, а ты в одной футболке. — Упрекнул любимую Пиноккио, снимая с себя кофту, под которой оказался легкий свитер.

— Мне совсем не холодно. — Отнекивалась Дарлинг, не принимая кофту парня.

— Знаю я, давай, надевай. — Накинул на плечи кудрявой верхнюю одежду, а после обняв девушку. — Лас, здравствуй. — Обратился темноволосый к Златовласке.

— Да-да, привет. — Быстро протараторила девушка. Она почему-то прожигала взглядом паренька, что тот, конечно, заметил, но спросить не решился.

— Откуда вы так поздно? — Спросил парень, все еще приобнимая девушку.

— Мы провожали Алису, она должна в Лондон лететь, у них семейный съезд на днях. — Пролепетала Дарлинг.

— Вот оно как. — Усмехнулся Пиноккио. — Ну ладно, время позднее, не буду задерживать. — Он, поцеловав Венди и улыбнувшись, продолжил свой путь, отдаляясь от девушек.

— Подожди! — Прикрикнула Венди. — А кофту?

— При встрече отдашь! — Выкрикнул в ответ Август, даже не обернувшись.

— Хорошо. — Прошептала, расплывшись в улыбке, Дарлинг.

Девушки быстро дошли до дома Венди, около него кудрявая спрятала кофту Пиноккио в свой рюкзак.

Зайдя в дом, Миссис Дарлинг пригласила девушек за стол, как раз-таки в этот момент семья Дарлингов садилась ужинать.

За едой как всегда обсуждались новости прошедшего дня, Златовласка активно участвовала в разговорах.

Через какое-то время после ужина подруги поднялись в комнату голубоглазой, где, устроившись на полу, начали смотреть фильмы.

— Знаешь, — Начала задумчиво Венди после просмотра фильма. — смотря все эти фильмы, где у главного героя куча друзей, родители тоже как друзья, — Полушепотом продолжала кудрявая. — мне иногда начинает казаться, что я совсем одна. Абсолютно. Что вокруг меня нет никого, кому я могла бы рассказать все, полностью довериться… Мои родители, например, от них я скрываю человека, которого люблю, — Все это время кареглазая подруга внимательно слушала Дарлинг. — да и он… и вы не все знаете. Последний месяц меня все чаще и чаше посещают такие мысли. Будто я одна в этой толпе людей, которые меня окружают.

— Нет. Нет. Нет. Нет. — Снова появился тот устрашающий шепот, его неожиданное появление заставило вздрогнуть голубоглазую, Венди начала мотать головой, смотря в темные углы своей комнаты. Златовласка даже поинтересовалась у подруги, почему та резко вздрогнула, но Венди словно завороженная смотрела в темноту, не отвечая. — Ты больше не одна. Не одна. Не одна. Не одна. — Продолжал шептать голос. — Когда наступит «тьма», я дам свет звезде. Я дам свет звезде. Когда наступит «тьма». «Тьма». «Тьма». Дам свет звезде.

— Слышишь шепот в темноте? — Резко, чуть громче, чем обычно, спросила Венди подругу.

— Нет. — С неким испугом и шоком ответила Златовласка, смотря на подругу.

— Она и не услышит. Не услышит. Не услышит. — Усмехаясь, шептал голос.

— Т-ты что, слышишь голоса? — С ужасом на лице спросила кареглазая.

— Не-ет. — Резко закачала головой Дарлинг. За чем последовал тот адский смех шепота.

— Не лги. Не лги. Не лги. — С усмешкой в голосе шептало нечто.

— Я не сумасшедшая. — Издала нервный смешок Венди. Подруга Дарлинг все еще с ужасом наблюдала, как подруга резко дергается и поворачивает свою голову в бок, в темноту, а после, вздрагивая, так же резко возвращает свой взгляд на Златовласку. Девушка даже начала пятиться от «сумасшедшей» подруги.

— Я… я отойду ненадолго. — С ужасом в голосе прошептала Златовласка.

— Лас! — Со слезами на глазах несколько отчаянно прикрикнула Венди. Ее подруга с боязнью повернулась, крепко взявшись за ручку двери. — Не говори никому. Пожалуйста. — На что Златовласка лишь кратко кивнула.

— Пока, Венди. — Прошептала так, что Дарлинг не услышала, кареглазая и скрылась из комнаты Дарлинг.

Как только дверь закрылась, Венди подползла к двери, начав с боязнью подслушивать то, что расскажет Златовласка.

Разговор происходил около комнаты девушки, на лестнице.

— Неужели уже уходишь, Златовласка? — Услышала Венди все тот же заботливый тон матери. Еще девушка уловила голос отца, но не разобрала, что тот сказал.

— Да, мне идти надо… мне э-эм позвонила мама, сказала что нужна срочно помощь. — Неумело скрывала свою ложь девушка.

— Так может тебя довезти до дома? — Предложила Миссис Дарлинг.

— Нет, спасибо, я сама дойду, меня встретят. И… Мистер Дарлинг, можно вас на секунду? — В Этот момент Венди сильно напряглась, сильно сжав кулаки, сдавив пижамные шорты. В этот момент в мыслях у кудрявой было только «Не соглашайся», «Уйди», «Отец, не надо». Но Мистер Дарлинг, конечно, согласился.

— Знаете, — Несколько смущенно говорила Златовласка, девушка не шептала, но говорила достаточно тихо, но Дарлинг была уверена, что братья, комната которых находилась прямо перед комнатой Венди, тоже подслушивали. — У Венди есть некоторые… проблемы.

— Что за проблемы? — С невероятной серьезностью в тоне спросил Мистер Дарлинг, Венди была уверена, что лицо ее отца сейчас было не менее серьезное, чем тон.

— Она… она скрывала от вас кое-что. Дело в том, что у Венди… роман. Тайный.

— С кем же? — Скептически спросил отец семейства, но сама Дарлинг догадывалась, что услышав о «тайном романе» мужчина закипал изнутри.

— Пиноккио… — Медленно, с запинками, произнесла кареглазая.

— Этот оборванец! — Прокричал Мистер Дарлинг. — Она! С ним! Да быть не может!

— Сами посмотрите. — Спокойным тоном произнесла уже бывшая подруга Венди. За ее словами последовал щелчок телефона. У девушки остались фотографии двоих влюбленных.

По щекам Венди тонкими струйками текли слезы, девушка слушала и понимала, что ее жизнь медленно разваливается.

Неожиданно послышался тот самый адский смех.

— За что это со мной? — Спросила Венди, на секунду повернув голову в темноту.

— Я бы лучше сейчас задавался другим вопросом. — С усмешкой произнес шепот.

— Каким же? — В отчаянии спросила Дарлинг, перестав улавливать разговор за дверью. — Моя жизнь прямо сейчас рушится за дверью. Из-за тебя! — Немного прикрикнула Венди, поднимаясь на ноги, отходя от двери в темноту. — Почему только я тебя слышу? Почему она тебя не услышала? — Венди указала пальцем на дверь. В голосе девушки мешалась ярость с отчаянием.

— Она слышит голоса. — Услышала Венди за дверью уверенный голос Златовласки. — Поэтому я и ухожу сейчас. С ней что-то происходит, Мистер Дарлинг, и я думаю, это из-за Пиноккио.

— Пиноккио? — Переспросила шепотом Венди. — Да что за чушь ты несешь?! — Выкрикнула Венди и как можно быстрее направилась к двери, чтобы выйти из комнаты. Но не тут то было, раздался щелчок. Дверь заперли. — Эй, ты! — Окликнула Венди шепот. — Открой мне дверь! Зачем ты ее запираешь?! — Все это время следовали жалкие попытки дергать ручку, когда девушка без надежды осела на пол под дверью, она снова услышала смех с одной стороны и голос Златовласки и отца с Другой. — Открой мне дверь, сейчас же! Мне надо прекратить эту ложь! — Снова выкрикнула Венди, смотря в темноту.

— А я ее и не закрывал. — Спокойной произнес шепот, но после снова разразился смехом.

После этих слов Венди вскочила с пола и понеслась к окну, утирая слезы с глаз.

Она дергала железные решетки, пытаясь сорвать их с окон, но у девушки ничего не выходило. Все это происходило под дикий смех шепота.

В какой-то момент Дарлинг осела на кровать, желая, чтобы это все скорее закончилось.

Но все только начиналось.

Послышался щелчок дверного замка и дверь открылась. На пороге стоял разъяренный отец. В темноте было плохо видно его лицо, но Венди догадывалась, что оно было красным и перекошенным от ярости.

— Так ты все это время мне врала?! — Начал кричать Мистер Дарлинг.

— Давай это все просто закончим. — Безжизненным голосом сказала Венди.

— Нет, дорогая моя, не закончим! — Мужчина подскочил к кровати дочери и одним движением поднял ее на ноги. — Как ты могла врать мне! Скажи мне, как? — Отец тряс Венди, держа девушку за плечи. — Так врать о чем? О тайном романе с Пиноккио! Ты вообще в своем уме, встречаться в таким оборванцем?

— Он не оборванец! — Прикрикнула Венди на отца.

— Да как ты смеешь кричать на меня! — Тут произошло то, чего никто из семьи Дарлингов не мог ожидать. Мистер Дарлинг дал пощечину дочери, от чего та быстро схватилась за щеку рукой, после чего еще почувствовала холодок, будто кто-то накрыл своей холодной рукой ее руку.

— Дорогой! — Услышала Венди встревоженное восклицание матери.

— А как ты смеешь бить меня! — Чуть тише прокричала Венди, стараясь сдерживать слезы.

— Так ты еще из-за этого придурка еще сходишь с ума! Голоса! Венди! Слышать голоса! Ты понимаешь, что это не нормально? — Кричал Мистер Дарлинг. — Не-нор-маль-но! — Это он прокричал на самое ухо девушке. — Поверь, ты больше не увидишь его. Никогда. Я об этом позабочусь!

— Что ты с ним сделаешь? — Прошептала Венди. — Не смей делать с ним ничего!

— Я слушал уже тебя много раз! Теперь пора снимать эту лапшу с ушей, Венди! Ты больше его не увидишь, я сказал!

— Тогда ты больше не увидишь меня! — Вскричала Венди и уже было собиралась выбежать из комнаты, как ее схватил отец и одним движением повалил на кровать.

— Еще чего! Разговор исчерпан! — Мистер Дарлинг как можно быстрее направился на выход, Венди сразу же вскочила с кровати и смотрела на уходящего отца. — Завтра утром едем к доктору Хопперу, расскажешь ему о своих голосах! А также в участок, разберемся с твоим Пиноккио! — После чего мужчина громко хлопнул дверью и запер ее.

— Никуда я не поеду! — На последок крикнула Венди, после чего осела на пол, девушка уже не могла сдерживать слезы и завывания от той душевной боли, которую она сейчас чувствовала.

— Ты одинока. Разбита. — Через какое-то время вернулся голос. Венди не нашла сил ему отвечать, лишь только кивнула на эти высказывания. — Я буду тем, кто тебя найдет.

Я буду тем, кто тебя примет. Я буду тем, кто поведет тебя за собой.

— Ты уже разрушил мою жизнь, что ты еще хочешь? — С отвращением прошептала Венди. — Убить меня? Давай!

— Я могу сделать лучше. — Несколько лукаво произнес шепот. Это заставило Дарлинг открыть глаза и чуть привстать, смотря в темноту.

— Что же? — Спросила девушка, утирая слезы с щек.

— Для этого скажи лишь одну фразу. — Девушка чувствовала этот «шепот» невероятно близко к себе, будто действительно кто-то шептал ей на ухо.

— Какую? — С явным интересом, уже не шепча, поинтересовалась Дарлинг.

— «Я верю». И все разрешится.

— Обещаешь? — С трепетом спросила голубоглазая.

— Обещаю.

— Я… — Несколько боязливо начала девушка. — Я верю.

В эту же секунду окна девушки будто что-то взорвало, стекла разлетелись по всей комнате, кудрявая вовремя успела присесть, спрятавшись за кроватью.

Через пару секунд, выглянув из своего «укрытия», Венди Дарлинг увидела, что решетки на окнах, стоявшие перед разбитыми окнами со стороны комнаты, начали гнуться, некоторые прутья даже начали отламываться, отдавая глухим звоном по деревянному полу.

— Что у нее там происходит? — Послышался раздраженный голос отца. Он направлялся к комнате, звеня ключами.

— Пожалуйста, быстрее. — Взмолилась девушка.

Через пару секунд отпала еще пара прутьев, образуя широкую брешь в решетке. Только Венди собралась подбежать к окну, чтобы вылезти из него и оказаться на улице, в комнату влетело нечто темное. У существа были желтые круглые глаза, оно парило в воздухе. В темноте его было плохо видно.

— Что это… — В этот же момент, не дав договорить девушке, нечто вылетело на лунный свет. — Тень. — Завороженно произнесла Дарлинг, смотря на гостя, который тянул ей руку. — Я… помню тебя, из детства.

— Ты вспоминаешь. — Услышала девушка несколько радостный шепот. Такой тон она слышала впервые. Но тут послышалось, что отец пытается открыть дверь, но он все никак в спешке не может попасть в замочную скважину. — Давай быстрее. — Наставническим, строгим тоном произнес шепот.

И Венди послушалась, она вложила свою руку в руку тени. Та, не теряя ни секунды очень быстро вылетела из комнаты девушки, крепко держа голубоглазую за руку.

Последнее, что увидела Венди в своем доме, это были испуганные лица всех членов семьи, которые открыли дверь как раз в тот момент, когда девушка только вылетела на улицу.

Венди Дарлинг, крепко уцепившись в руку Тени, быстро поднималась ввысь, наблюдая, как Сторибрук стремительно становится все дальше и дальше, а ее дом теряется среди других таких же маленьких домов…

Комментарий к Шепот

Спасибо, что прочитали)

Мне важны ваши отзывы!

Тень летела настолько быстро, что все, что удавалось видеть девушке, было размыто. Венди понимала, что они поднимаются все выше и выше, ее куда-то уносят, но вот Дарлинг понятия не имела куда.

— Куда мы летим? — Прокричала голубоглазая, ветер завывал в ее ушах от скорости полета, глаза тоже было сложно держать открытыми.

Вопрос девушки остался без ответа, но на секунду Венди удалось заметить, что на лице Тени появилась тонкая золотая полоска, которая была похожа на ухмылку.

— Закрой глаза, глубоко вдохни и задержи дыхание. — Снова наставнически произнес шепот, кудрявой ничего не оставалось, как послушать его. Перед тем, как закрыть глаза, девушка взглянула наверх, она с Тенью направлялась в открытый космос.

В какой-то момент стало тихо. Ни ветра, ни шума волн, ни других звуков. Тишина. Глаза Венди не решалась открыть, а также вздохнуть. Лететь тоже стало легче, ничего не тянуло ее вниз.

Через какое-то время противный писк в ушах начал заглушать тишину, он казался очень раздражительным для Венди, но девушка терпела, в голове сама себе Дарлинг говорила: «Еще чуть-чуть, потерпи, немного осталось, главное не разжать руку с Тенью, не хочу же я остаток своей жизни пробыть в открытом космосе».

— Можешь дышать и открыть глаза. — Снова появился шепот, Венди опять послушалась.

Открыв глаза, девушка увидела море, оно было темное, значит и очень глубокое, из-за этого Дарлинг еще сильнее уцепилась в руку своего «проводника». На дворе была ночь, все было не в густом тумане.

Неожиданно вдалеке начали проглядываться очертания острова, из-за темноты казалось, что это было просто черное пятно, окруженное дымкой. Но чем ближе Венди подлетала к суше, тем отчетливее видела очертания деревьев, высоких гор. Остров казался все мрачнее и мрачнее.

Глянув вниз, на воду, Дарлинг подметила, что Тень спускается все ниже и ниже. Также, пролетая над морской гладью, Венди увидела девушек с рыбьими хвостами — русалок, чья чешуя невероятно красиво переливалась. Их длинные волосы красиво струились под водой.

Больше рассмотреть Дарлинг не успела, Тень отпустила ее руку. Девушка летела прямо в воду. А плавать она не умела.

Как только тело Венди ударилось об воду, оправившись от удара, девушка начала беспорядочно дергать руками и ногами, стараясь держаться на поверхности, давалось ей это сложно, тело Дарлинг сковал страх, начала накрывать паника, вокруг себя она видела только всплески воды, и только иногда где-то вдали поскакивал Таинственный остров.

Но долго оставаться на поверхности она не могла. Морская пучина затягивала ее вглубь, кудрявая медленно погружалась под воду.

Когда девушка потеряла любую надежду на спасение, у отчаянной уже заканчивался запас воздуха в легких, Венди почувствовала, что что-то подхватило ее за руки и потащило наверх. И это «что-то» плыло очень быстро.

Как только Дарлинг подняли на поверхность, девушка начала откашливаться и жадно вдыхать ртом воздух.

— Расслабься. — Мягко и спокойно сказал чей-то женский голос. Девушка уложила голову голубоглазой к себе на плечо.

— Кто ты? — С хрипотой в голосе прошептала Венди, стараясь повернуть голову на свою спасительницу.

— Тш-ш-ш. — Девушка погладила по голове кудрявую. — Сейчас отдышись, не говори. — Полушепотом, спокойно и ласково говорила незнакомка.

Медленно девушка, державшая на плаву Дарлинг, начала плыть в сторону суши, но не напрямую, несколько наискось. Сразу же голубоглазая подметила, что спасшая ее девушка напевает какую-то песню. Ее голос был чарующий, манящий, прекрасный, слушая его, Венди даже прикрыла глаза от удовольствия, почему-то голос незнакомки успокаивал, «потерпевшей» удалось расслабиться.

Взглянув в какой-то момент на воду, Венди заметила около себя ярко-зеленый, переливающийся длинный хвост, что заставило девушку содрогнуться от страха, в голову начали лезть все рассказы о русалках, которые топят людей. Издав непонятный писк, Венди оттолкнула свою спасительницу, высвободившись из ее объятий, пение незнакомки сразу же прекратилось.

— Ты чего? — По тону было слышно, что спасительница волновалась, даже на секунду испугалась такого резкого движения.

Венди же тем временем бултыхалась неподалеку, стараясь отплыть от русалки, но получалось у девушки лишь идти якорем на дно. Девушка с хвостом рыбы сразу же подхватила голубоглазую, не дав той утонуть еще раз.

— Ты русалка! — Несколько восторженно, но с не скрытым страхом воскликнула Дарлинг, рассматривая русалочку.

Обитательница подводного мира обладала большими синими, словно вода в глубоких местах океана, глазами, большой невероятно доброй и приятной улыбкой, а также длинными ярко-рыжими, ближе к красному, волосами, которые вдобавок ко всему у русалки были еще и сухими.

— Ариэль. — Девушка вытащила одну руку из воды, все еще поддерживая Венди свободной рукой, для рукопожатия. На лице русалки все еще красовалась улыбка.

— Венди. — Несколько неуверенно пожала руку полу-рыбы полу-человека Дарлиг, зато русалочка интенсивно затрясла рукой, как только кудрявая вложила в ее руку свою. Теперь голубоглазая заметила, что у красноволосой на запястьях рук тоже есть небольшие плавники, они отдавали сине-зеленым цветом.

— Ну что, давай до суши тебя дотяну. — Все так же добродушно предложила Ариэль, подхватывая Венди за талию. — У меня осталось не так много времени. — Дарлинг подметила после этих слов, что девушка с рыбьим хвостом сильно ускорилась, и где-то через минуту девушки оказались в «пункте назначения». — Ладно, Венди, надеюсь, еще увидимся! — Помахав рукой, русалка скрылась под водой, сильно хлопнув хвостом по морской глади и окатив кудрявую брызгами воды.

Сама Венди же осталась на берегу, с некой опаской поглядывая то на темное море, то на темные джунгли. Девушка гадала, куда же она попала.

Виды острова, отголоски о котором находили место в памяти Дарлинг, ошеломляли, пугали и завораживали. Голубоглазой казалось это место несколько знакомым, вот только она не могла понять откуда.

Пару минут Венди Дарлинг не решалась сдвинуться с места, какой-то страх будто парализовал ее, она просто стояла, вертела головой и потирала руки, на берегу был довольно холодный ветер, из-за которого девушка, только вышедшая из ледяной воды, сильно замерзла.

— Хэй! — Выкрикнула Дарлинг, приложив руки рупором ко рту. Светловолосая понимала, раз ее позвал сюда шепот, за этим шепотом должен был быть человек. — Шепот? — Чуть тише и неувереннее сказала Венди, все еще с надеждой осматриваясь, надеясь заметить в джунглях очертания человека. — Кто-нибудь? — Уже с меньшей надеждой произнесла девушка. — Не верю, чтобы этот остров пустовал. — Пробурчала Дарлинг себе под нос, после чего стремительно направилась в сторону джунглей.

— Вера. — Услышала Венди мужской голос, говорящий с некой лукавостью и спокойствием, это заставило девушку остановиться. Голубоглазая крутила головой во все стороны, стараясь найти того, кто говорил. — Сильная штука. — Наконец кудрявой удалось заметить силуэт, он находился в паре метров от нее, в тени. Виднелись очертания высокого широкоплечего парня. И тут Венди поняла, что именно это человек, шептавший ей все это время. Сама не осознавая того. Дарлинг начала медленно идти к незнакомцу, она забыла о том холоде, что до сих пор ощущало ее тело. Мысли были направлены на силуэт в темноте. — Не стоит с ней шутить.

Незнакомец начал выходить из тени.

Сначала показался серый сапог до колена с бардовыми шнурками, а за ним и серо-зеленые штаны, после на свету показалась темно-зеленая рубашка, сшитая из чего-то плотного, местами она была порвана, на руках как-то криво и неровно обрезаны рукава чуть выше локтей.

Спустя пару мгновений на свету и оказалось лицо привлекательного юноши, которому по виду было 16–17 лет. В глазах паренька играл какой-то детский азарт, из-за приподнятой головы, несколько вздернутый нос казался еще более вздернутее, чуть пухловатые губы были сложены в самодовольную ухмылку. Юноша явно ожидал реакцию прибывшей девушки.

Около минуты подростки стояли, смотря друг на друга, если у бывшего «шепота» взгляд был спокойным, то Дарлинг смотрела несколько удивленно на юношу, эта ситуация все еще заставляла Венди не обращать внимания на сильный холодный ветер на побережье.

В какой-то момент на лице кудрявой заиграла улыбка.

— Питер! Питер Пэн! — Громче, чем ожидала, воодушевленно воскликнула голубоглазая и бросилась обнимать юношу.

На лице парня на секунду возникло удивление и сомнение, а после, растянув губы в улыбку, он уверенно и крепко обнял Дарлинг.

Когда парень с девушкой разорвали объятия, Венди уже ближе осмотрела Пэна от каштаново-рыжих немного кудрявых волос до носков ботинок.

— Ты ничуть не изменился — Усмехнувшись, произнесла голубоглазая. — Вот только я помню эту рубашку целой. — Венди похлопала по некоторым дырам на одежде юноши, тот еле заметно дернулся, когда девушка легонько ударила его, но быстро вернул самообладание.

— Да неужели? — Несколько задорно поинтересовался юноша, ухмыльнувшись.

— Я думала Нэвэрлэнда больше нет! — Все с тем же счастьем и воодушевлением воскликнула Венди. — А он все еще тут! — Дарлинг провела рукой по близстоящему дереву. — И ты жив! Я думала…

— Неверлэнд многое перенес с момента твоего отлета. — Уже серьезно говорил Пэн. — Это были действительно «темные времена».

— И поэтому ты тогда отправил меня домой? Ты знал, что произойдет? — С неким волнением в глазах уже интересовалась кудрявая. Питер кивнул.

— Этот остров часть меня, я его чувствую полностью, конечно я знал. — Внимательно смотря в лицо собеседницы все еще серьезно рассказывал Питер.

— Но как остров удалось спасти? — Невольно начав потирать себя руками, продолжала «заваливать» вопросами невзрослеющего мальчишку Дарлинг. — Я ведь лично видела, как Неверлэнд ушел под воду, разваливаясь!

— Все можно спасти, Венди, все. — С мягкой улыбкой говорил Питер. На секунду взгляд юноши упал на покрывшиеся мурашками руки девушки.

— У тебя, вероятно, много вопросов? — Поинтересовался Пэн, положив руку на плечо Венди, от чего холодок прошелся по всему её телу, от «ледяной» руки парня девушки стало еще холоднее. На вопрос Питера Пэна Дарлинг лишь кивнула.

— Давай ты передохнешь, согреешься, а завтра утром отвечу на все… Или почти все. — Усмехнувшись, после секундной паузы сказал Пэн. На что Венди снова кивнула.

Питер ни на секунду не отвел взгляд от глаз девушки, пока сама Венди наблюдала за тем, как вокруг подростком образуется круг из плотного фиолетового дыма, в кругу было тяжело дышать, в то же время внутри тела стало легко. В глазах девушки была какая-то неуверенность, трепет. Пэн же, ухмыляясь, наблюдал за реакцией девушки.

Когда дым рассеялся и возможность нормально дышать вернулась, Венди начала откашливаться от дыма, который будто заполнил легкие девушки. Юноша все это время стоял рядом.

— Неужели забыла, что надо задерживать дыхание при телепортации? — Все так же ухмыляясь промурлыкал парень.

— А я когда-либо это знала? — Ответила вопросом на вопрос девушка, осматриваясь.

Сейчас подростки находились в какой-то комнатке, стены которой были деревянные. Тут была кровать и комод, помещение было довольно маленьким.

— Поспи тут. — Кивнув на кровать, несколько монотонно произнес Питер, после чего, развернувшись, направился к двери. Дарлинг смотрела вслед «бывшему другу». Пэн застыл в проходе, повернувшись к девушке вполоборота. — В Неверлэнде нынче прохладно, можешь поискать что-нибудь в комоде. — А после секундной паузы добавил. — Спокойной ночи. — Несколько неуверенно сказал Питер Пэн перед тем, как закрыть и запереть дверь.

Как только Венди оказалась одна, девушка подошла к заколоченному окну. Через щели слышался вой сильного ветра, а также можно было заметить еще парочку деревянных домиков, стоявших на деревянных возвышенностях, еще Дарлинг удалось увидеть что-то похожее на навесы из веток и листьев, под одним то ли спали, то ли просто лежали двое мальчишек, они были одеты в темные накидки и темные штаны, если бы не их блеснувшие в тени клинки, кудрявая бы не заметила в темноте ребят, голубоглазая поняла, что находится в лагере потерянных мальчишек, о котором не помнила ничего, кроме названия. Через щели девушка больше ничего разглядеть не могла, усталость взяла верх над светловолосой, поэтому та направилась к кровати, которая из-за того, что девушка сильно вымоталась, казалась самой удобной и мягкой кроватью в мире.

Дарлинг ощущала спокойствие, ведь знала, что находилась среди «хороших друзей» в «родном ей месте».

Кудрявая быстро заснула и крепко проспала всю оставшуюся ночь.

Проснулась Венди сильно закутанная в тонкое одеяло и сжавшаяся в комочек.

В комнате было довольно прохладно, как и на улице.

Нехотя девушке удалось встать с кровати, но девушка все еще оставалась закутанной в одеяло, пытаясь согреться.

Сразу же кудрявая направилась к комоду, чтобы найти в нем что-то, что подходило к нынешней погоде.

Дарлинг вообще не узнавала погоду бывшего Неверлэнда, который был ей знаком. Яркое солнце и когда-то безоблачное небо были затянуты тучами, на улице все еще бушевал ветер, который был чуть слабее ночного.

Долго поиски одежды у голубоглазой не продлились, комод был почти пуст. В первом ящике находились украшения, которых девушка не взяла. В залежах золота затесалась резинка, которой Венди завязала кудрявые волосы. Во втором ящике находилась темно-темно фиолетовая накидка, которую девушка поспешила надеть на себя, сразу же стало несколько теплее. В третьем ящике лежало две пары штанов черного цвета, к удивлению кудрявой, они были по размеру девушки.

— Питер что ли постарался? — Спросила сама у себя Дарлинг, натягивая штаны.

В последнем ящике находилась пара ботинок, которые опять-таки подходили голубоглазой по размеру. Темно-коричневая обувь доходила до средины голени светловолосой.

Девушка, подойдя к входной двери, на мгновение застыла перед ней, тяжело дыша. Она настраивалась выйти, какое-то неведомое волнение и сомнение поселилось в ней.

— В детстве было легче. — Подумала девушка, закусив губу.

Вздохнув тяжело еще раз, Дарлинг медленно начала поворачивать ручку двери. И девушка буквально не дышала от волнения.

Выйдя на улицу, девушке открылся лагерь, в котором кипела жизнь.

— «Сколько же я проспала? — Подумала девушка. — Потеряшки же обычно не просыпаются рано.»

Несколько неуверенно девушка начала спускаться вниз по лестнице к земле, попутно осматривая лагерь, он сильно отличался от того, что помнила она.

В памяти Венди все было обрывками: она помнила большое темное дерево, которое несколько пугало девушку в детстве, вокруг дерева всегда был средний размеров костер, на котором мальчишки готовили, а также палатка для «сторожей».

Сейчас же картина существенно отличалась. Лагерь потерянных мальчишек располагался на небольшой полянке, посреди которой располагался костер, он был гораздо больше того, что помнила Дарлинг. Того устрашающего дерева на горизонте не было видно. Потеряшки теперь спали на улице. На деревьях были развешаны импровизированные гамаки из каких-то более подходящих кусков ткани, а некоторые гамаки были похожи на огромные листья, на веревках подвешенные за деревья.

Венди застыла на какое-то время на самой верхней ступеньке, осматривая окрестности, когда девушка, осматривая лагерь, поймала на себе взгляд одного из мальчишек, ее будто ударило током, минутный ступор прошел, и юная Дарлинг поняла, что на данную секунду на нее обращены взгляды всех потеряшек в лагере. Почти всех.

Каждый мальчишка был одет в темные брюки, сапоги и темную плотную рубашку, на некоторых были такие же темные накидки с капюшонами. До появления кудрявой, каждый чем-то занимался, кто-то разделывал мясо прямо на улице на импровизированном столе из камней и досок, кто-то копался в куче оружия, которое складировали под одном из самых больших деревьев на окраине лагеря, около которого, кстати, стояли двое «часовых», охраняя запасы холодного оружия. Некоторые точили палки, создавая подобие копьев, кто-то где-то по чему-то стучал молотком. Только эти стуки и заглушали тишину, пришедшую с появлением девчонки в лагере.

Венди пожелала уйти куда-то от этих пилящих взглядов, ну или хотя бы как-нибудь отвлечься от них и этой неловкой тишины. Именно поэтому светловолосая начала искать глазами хоть кого-то, кто был ей знаком.

Но, как назло, никого не нашлось.

— «Где же Болтун, Двойняшки, Кончик, Кудряш, Малышка и Чуточка? — думала Венди, смотря на присутствующих в лагере потерянных мальчишек. — Да и никого не видно их возраста. Неужели они… повзрослели? Нет-нет-нет, или еще хуже. Погибли?» — С неким ужасом перебирала всевозможные варианты Дарлинг, пока поселенцы лагеря все еще смотрели на девушку с неким интересом и недоумением.

— Чего встали, как вкопанные? — Из глубины лагеря послышался грубоватый возмущенный голос. У Венди на секунду проскочило в голове, что Питер Пэн объединился с пиратами, Капитаном Крюком, но после чего отогнала все эти мысли, ведь она со всеми пиратами когда-то покинула этот остров, когда он уже уходил под воду. — Давайте за работу, — Человек с грубым голосом пару раз интенсивно похлопал в ладоши. — Еще не время отдыха…

В паре метрах от Венди показался обладатель этого грозного баритона. Им оказался высокий парень, с длинными светлыми волосами, доходившими до конца подбородка его вытянутого лица, в волосах были вплетены перья. Несмотря на, вероятно, «высокую должность» в Неверлэнде, высокий нахмурившийся юноша был одет как и все остальные.

— Феликс? — Удивилась Дарлинг, на лице появилась легкая улыбка. — «Хоть кто-то знакомый!» — обрадовалась девушка. Высокого светловолосого юношу голубоглазая знала как лучшего друга, правую руку Питера Пэна, юноша часто ходил хмурым, но все же иногда на лице паренька проскакивала улыбка. Сейчас же он выглядел еще более хмурым, на лице блондина не было даже намека на улыбку. Но это не помешало Дарлинг подбежать к нему.

Девушка даже хотела обнять Феликса, она помнила, что при отбытии с острова они обнялись, вот только сейчас молодой человек оттолкнул ее.

— Ты чего? — Удивилась голубоглазая. На лице молодого человека застыл немой вопрос. — Это же я… — Дарлинг не договорила, ее внимание привлек шрам на лице юноши, он проходил вдоль всего лица: начинался на правой щеке и заканчивался сверху левой брови. — Ого… — Удивилась кудрявая и потянула руку к «отметине» паренька. — Как… откуда? — Но вопрос опять остался без ответа.

Феликс лишь отстранился. Блондин смотрел все это время на девушку с неким удивлением, отвращением. В руках от крепко сжимал копье.

— Да что с тобой? Раньше ты, конечно, не так много разговаривал, но я не помню такого, чтобы ты проглатывал язык! — Не скрывая удивления лепетала Дарлинг. Теперь-то точно внимание всего лагеря было обращено на девушку и паренька.

После паузы, длившейся пару секунд, паренек издал лишь смешок, но в этом смешке было столько «желчи», от чего у Дарлинг пошли мурашки по коже.

— Ну привет. — Несколько хрипловатым голосом, с ухмылкой начал говорить Феликс. Он внимательно смотрел на лицо Венди. А взгляд был лукавый, от него голубоглазой становилось не по себе. — Не думал, что ты…

— Не догадаешься, что мы играем в молчанку! — С неким задором произнес непонятно откуда появившийся Питер Пэн, дружелюбно постучавший друга по плечу. Тот непонимающе вскинул бровь. — Ну что вы все такие хмурые! — Питер встал около Венди, приобняв девушку за плечи и осматривая всех мальчишек в лагере. На лице парня все это время сияла улыбка. — Не вы же проиграли, а она! Знакомьтесь, это Венди Дарлинг. — Он легонько постучал рукой по плечу девушки, а после, свободной рукой сделал пару круговых движений и покивал головой.

Сразу же все потерянные, находящиеся в лагере, захлопали, завизжали, а после вовсе начали скандировать имя девушки.

— Сегодня! — Уже начал кричать Питер, чтобы все его услышали. — В честь прибытия первой потерянной девчонки! Мы все устроим празднество! Вечером! — После чего главный в лагере потерянных поднял кулак вверх, что за ним повторили все потерянные, крича вместе с этим «УРА!». И только один лишь Феликс стоял, не пошевелившись и не сказав ни слова, на его лице застыла гримаса непонимания и полного отречения от происходящего. Он смотрел только в глаза Питера Пэна и как бы спрашивал: «Что, черт возьми, происходит?». Венди Дарлинг же несколько застенчиво переводило взгляд от Пэна к потерянным и обратно. У нее были смешанные чувства: радость, смущение. — А сейчас, — Продолжил Питер уже более спокойно, когда все мальчишки успокоились. — Еще не вечер, так что за работу. — Питер пару раз хлопнул в ладоши, и буквально сразу же все потерянные мальчики вернулись к своим делам. Один лишь Феликс стоял посреди лагеря, как вкопанный. — Фел! Поболтаем чуть позже! — Питер кивнул головой другу, на секунду юноша стал серьезен, что крайне удивило Дарлинг. На это блондин лишь кивнул и удалился. — Надо освежить память об Неверлэнде, да, Венди? — Поинтересовался Пэн.

— Да, — Неловко усмехнулась кудрявая. — наверное.

— Так чего медлить! — Питер буквально молниеносно схватил светловолосую за руку и побежал из лагеря вглубь леса.

Дарлинг еле поспевала за ее «экскурсоводом». Парень уверенно бежал по густым темным джунглям, кое-где сворачивая. Через пару минут Венди уже выдохлась и бежала через силу, сильно сопя носом.

— Неужели уже выдохлась? — С каким-то наигранным удивлением спросил юноша, не переставая бежать, но все же снизив свой темп. Дарлинг попыталась ответить, но вместо четкого ответа получался какой-то странный набор звуков. — Держись крепче! — С азартом прикрикнул Пэн, после чего закинул девушку себе на спину с взлетел. Учащенное дыхание девушки не прекращалось, только если раньше оно было от изнеможения от бега, то теперь девушка сильно волновалась. У нее был страх по поводу того, что ее проводник упадет.

Сверху Неверлэнд казался таким же тусклым. Все та же темно-зеленая густая растительность, какая-то нагнетающая туманность. Выделялись только два ярко-оранжевых пятна — костры.

— Тот, что ближе к нам — костер потерянных мальчишк, а тот, что вдалеке, — Объяснял зеленоглазый, поднимаясь вверх к заволоченному облаками небу. — это костер племени краснокожих. К ним лучше не суйся одна. Английский там понимает только один и то слабенько, так что если будешь одна, то они примут тебя за врага и ждет тебя… не самое лучшее будущее, если это можно назвать будущим. — Усмехнулся Пэн. — Упс. Держись.

Девушка с юношей резко начали падать вниз. Дарлинг завизжала от страха, как можно крепче вцепилась в парня и зажмурила глаза. На лице Питера Пэна красовалась радостная улыбка, а в глазах все тот же азарт.

— Питер! Мне страшно! — Перестав визжать, прокричала девушка, ветер свистел в ушах. — Питер! Перестань, пожалуйста! — На что она услышала смех, с нотками ребячества. — Питер!

— Хорошо-хорошо. — Давясь смехом, Пэн замедлился, а после продолжил лететь также медленно, как и раньше.

— Не делай так больше!

— Неужели ты боишься летать, птичка? — Несколько удивленно поинтересовался зеленоглазый. — Птицы вот летают, не боятся.

— Не думаю, что они не боятся упасть. — Пробурчала Дарлинг, все еще крепко прижимаясь к Питеру Пэну.

— Мы и не падали. — Усмехнулся юноша. — Слезай.

Девушка распахнула глаза. Молодые люди уже не летели. Они стояли на поверхности одной из гор

— Аккуратнее. — Говорил Питер, помогая девушке вставать на ноги. — Когда долго не летаешь, бывает, что трудно после стоять какое-то время. — С какой-то нежностью и заботой Пэн поддерживал Дарлинг за талию, чтобы та не упала. Ведь ноги девушку действительно не держали какое-то время.

Питер Пэн привел Венди на одну из самых высоких гор острова, с которой открывался отличный вид на Неверлэнд. Дарлинг с восторгом подметила, что если подпрыгнуть, то можно легко коснуться облаков, которые все это время висели над островом.

Правитель острова старался освежить память девушки об острове, он показывал ей что-то, говорил что там происходило. Вот только кудрявая не вспоминала. Она могла помнить название места, но не помнить событий, происходивших там. Или помнить событие, но не помнить место. А иногда память вообще отказывалась воспроизводить то, что говорил зеленоглазый. И он нервничал из-за этого.

— Ну вот! «Место битвы»! Там мы сразились с пиратами! — Уже повысил голос юноша, тыча куда-то вдаль.

— Питер! — Девушка положила руки на плечи парня, тот сразу же замолчал, внимательно смотря на Дарлинг. — Мне очень жаль, что я не помню. — Выдавила из себя Венди, ей самой было трудно это говорить, ибо и для нее это был тяжкий камень для души. Ей было очень тошно от того, что она забыла. Пэн лишь покивал головой, по его лицу было заметно, что парню очень досадна эта новость.

— Тогда, может быть, — На лице юноши появилась легкая, все та же лукавая улыбка. — задашь мне пару вопросов, что бы освежить твою память? — Дарлинг ничего не ответила, лишь сильно начала кивать головой, ее губы расплылись в широкой, по-детски наивной улыбке. — Чего стоим в таком случае!

— А мы куда-то переместимся? — С нескрываемым интересом спросила кудрявая.

— В твое любимое место.

— Интересно. — Усмехнулась голубоглазая и подала руку уже подошедшему к обрыву, находившемуся около них, Питеру.

— Только, — Пэн резко притянул девушку к себе. — Этот ветер растрепал волосы. Туда, куда мы полетим, очень придирчивы к прическе.

Дарлинг буквально стояла в ступоре, пока Пэн заправлял выпавшие волосы из косы обратно в прическу, изредка с неизменной самодовольной ухмылкой поглядывая на недоумевающее лицо Венди. Для неё были неожиданы эти действия парня. Уж слишком аккуратно и нежно он это делал.

— Сойдет. — Через какое-то время сказал юноша. — Ну, а теперь, давай быстрее, — Питер посмотрел вдаль, где-то в море сверкнула молния. — Скоро начнется дождь, а надо успеть долететь.

— У тебя же нет крыльев. Неужели тебе будет трудно лететь? — Удивленно спросила Венди, садясь на спину парня.

— А какая разница? — Саркастично подметил зеленоглазый. — Я просто не хочу намокнуть. — Чуть прикрикнул он, стараясь перекричать раскат грома, прозвучавший неожиданно громко, от чего Дарлинг содрогнулась. — Неужели грома боишься? — Усмехнулся Пэн.

— Ни капли! — Если бы светловолосая не держалась руками за шею юноши, то та бы самоуверенно постучала руками себе по груди. Питер Пэн лишь кратко кивнул головой и усмехнулся, как бы говоря: «Посмотрим».

Главный на острове медленно оттолкнулся ногами от земли, после чего так же медленно и не спеша начал лететь куда-то, место назначения сейчас оставалось известно только ему. Дарлинг оставалось только гадать, смотря по пути на мрачные джунгли острова.

— Раз так медленно летим, — Тише, чем обычно начал говорить Пэн, из-за этого голубоглазой пришлось приблизиться к юноше, чтобы отчетливее все слышать. Только вот больше он ничего не сказал.

Питер Пэн неожиданно схватил ладони девушки, оторвав их от себя, после чего скинул кудрявую со своей спины, заставив светловолосую издать визг.

— Ты что делаешь! — Возмущенно вскрикнула она, вися в воздухе. Пэн только держал ее за ладони.

Иногда посматривая то вверх, то вниз, Дарлинг тяжело дышала, ей казалось, что старый друг детства сейчас скинет ее вниз с огромной высоты, после чего рассмеется и улетит, оставив ее Там.

Но такие мысли быстро улетучились.

— Ты же не против чуть полетать? — Усмехнулся Питер. — Или…?

— Я то не против! — Стараясь скрыть дрожь в голосе от страха прокричала Венди. — Но стоило предупредить!

— Зачем? — Подняв бровь, поинтересовался Пэн. — Спонтанность. Вот что хорошо.

— Но не всегда!

— А мне она всегда нравилась. — Уже в открытую начал смеяться Питер Пэн, смотря на то, как Венди от непривычки не чувствовать у себя под ногами твердой земли странно трясет ногами и извивается телом.

— Может закинешь меня обратно к себе на спину? — Надеясь выйти из этой неловкой ситуации, попросила Дарлинг.

— Нет, — Категорично ответил юноша. — Но в качестве… «извинений», я могу ответить на вопрос прямо сейчас. — Это предложение крайне заинтересовало девушку, она долго даже и не думала. Все это время у нее на языке крутился один вопрос, ответ на который она жаждала узнать.

— Только не урони меня, хорошо? — Посмеялась Венди, но Пэн ничего не ответил.

Он ждал того вопроса, который задаст девушка, из-за этого парень несколько напрягся. Венди тоже не была расслабленной, помимо полной пустоты на высоте у нее под ногами, сильный интерес и какой-то непонятный страх также сковали девушку, но, глубого вздохнув, она наконец спросила:

— Так что же все-таки стряслось с Неверлэндом?

И Питер Пэн разжал руки.

Комментарий к В Неверлэнде

Спасибо за прочтение:)

Надеюсь, что вам понравилось!

Дико извиняюсь, что так долго, я попытаюсь побыстрее написать следующую главу. Постараюсь, хах.

Спасибо огромное за ваше ожидание и ваши отзывы на прошлой главе!

До встречи:3

… Но Пэн сразу же схватил девушку за руки, ускорив полет.

— Испугалась? — Саркастично подметил он, Дарлинг ничего не ответила, на ее лице лишь появилась легкая улыбка из-за осознания того, что сейчас именно с тем Питером Пэном, которого знала еще с детства, который сумел так глубоко засесть в ее душе.

Дарлинг любовалась островом. Этот темный туманный пейзаж одновременно внушал какой-то страх, но в то же время являлся чем-то притягательным, чем хотелось любоваться все время. Но все же в голове у Венди были вопросы. Она никак не могла понять: как же солнечный остров с множеством ярких красок стал таким тусклым и пугающим? И голубоглазая сильно ждала момента, когда наконец-то сможет задать то, что сильно терзает ее. В душе были какие-то сомнения.

Пэн же все это время смотрел вперед, он был задумчив, ушел в себя. Таким девушка его уже видела, и она знала, что в данный момент лучше его не тревожить.

Каждую минуту кудрявая с ужасом подмечала, что от того острова, который был ей так хорошо знаком в детстве, не осталось ничего. Почти ничего. Успокаивали те всегда холодные руки летящего юноши, крепко державшие ее.

А увидев хоть что-то знакомое на острове, девушка не смогла сдержать улыбку. Вдалеке показались среднего размера гладкие скалы, образовывающие полукруг. Именно это место и звалось русальчьей лагуной, где маленькая Дарлинг могла пропадать часами, подглядывая за обитательницами этого места.

Питер залетел в одну из немногочисленных пещер в скалах, с нее открывался вид на всю лагуну, не смотря на то, что она находилась почти у воды. Там не было того завывающего ветра. Молодые люди могли нормально поговорить.

— Ну, — Начал Питер, усаживаясь на пол и облокачиваясь на одну из стенок пещеры. — я слушаю. — Парень с интересом смотрел на Дарлинг. Сама Венди на мгновение почувствовала себя неловко под столь внимательным взглядом, но после, взяв себя в руки, села напротив юноши.

— Ну, во-первых, — Начала она, в то же время девушка как-то нервно стала мять свои руки, что вызвало усмешку у юноши. — Как Неверлэнд удалось спасти? Я же лично видела, как он разделяется на две части, уходит под воду вместе со всеми!

— А как ты тогда спаслась? — Стараясь скрыть интерес спросил Пэн.

— Я уплыла с пиратами, — Удивившись такому вопросу, ответила кудрявая.

— Так вот как. — в полголоса сказал сам себе юноша.

— Ты же сам меня посадил на корабль, не так ли? — На что Питер лишь покачал головой.

— Детские воспоминания изменчивы, тебя пираты сами забрали. — Настукивая непонятный ритм рукой по своей ноге ответил Пэн, на лице его все так же оставалась неизменная улыбка.

— Ты не ответил на вопрос. — Непреклонно вставила свое слово Дарлинг, сложив руки на груди.

— А, точно. Это… было сложно. — Начал Пэн массировать виски, пытаясь лучше вспомнить. — Я смотрел, как они все задыхаются, а всех спасти не мог. Моя магия ослабевала вместе с островом. Из пятнадцати человек выжило только трое. Я, Феликс и Руфио.

— Руфио?! Он тут? — Слишком громко вскричала Венди. Она была в хороших отношениях с Руфио тогда. — Я его не увидела в лагере. — Лицо Питера сразу начало мрачнеть. — Что с… ним? — Боязливо поинтересовалась Дарлинг.

— Не важно. — Кратко отрезал юноша.

— Нет! Важно! — Настаивала на своем девушка, ей была интересна судьба друга.

— Тебя не должно волновать! — Вскочил Пэн и оказался около Венди. Он закричал так громко, что его слова эхом разнеслись по русалочьей лагуне, некоторые русалочки даже всплыли на поверхность. Правитель острова сразу же закрыл рот рукой и зажмурил глаза, отстраняясь от вжавшейся в стену напуганной девушки. — Извини. Я… я стараюсь избегать этой темы.

— Он погиб? — Шепотом, боясь услышать ответ, спросила Дарлинг.

— Он спасал меня. — Кратко ответил Пэн. — А остров. Мое сердце, вот что его спасло. Остров почти живой. Подводные воды — его вены, мое сердце — источник всего. А мозг — я. — Звучало это, как приговор для самого Питера.

— А из-за чего такой катаклизм произошел? — С трепетом интересовалась блондинка.

— Собственное сердце острова «приказало долго жить» — Саркастично подметил Питер.

— Хорошо… — Как бы подытожила Дарлинг. — У меня есть еще вопро…

— Пэн! — Послышалось снаружи.

— Черт. — Пробубнил себе под нос парень. — Извини, птичка, на сегодня «конференция» окончена. — Сказал Пэн и быстро вылетел из пещеры. Дарлинг же поспешила за ним, но резко остановилась у выхода. Сразу же за пещерой в скале был обрыв, а внизу вода. До земли кудрявая никак не могла достать. А след Питера Пэна давно остыл. Девушка осталась заточена в скалах без возможности оказаться на земле.

Но для нее это было в какой-то степени лучше. Зеленоглазый дал ей пищу для размышления. Не так много как хотелось девушке, конечно, но это было лучше, чем ничего. Но главный вопрос все же терзал кудрявую. Для чего же Пэн устроил все это? Зачем она понадобилась ему сейчас? И почему он призвал ее таким путем? Такие методы были явно не присущи старому Питеру, который был в воспоминаниях Дарлинг, да и сам юноша был более раздражителен, не осталось того детского задора в глазах, в них сейчас поселился азарт, который вовсе не смахивал на детский.

— Может это все из-за того, что ему пришлось пережить? — Вслух предполагала Венди, сидя на краю пещеры и мотая ногами.

— А что именно? — Послышался шорох воды и сладкий голосок русалочки.

— Ариэль! — Радостно воскликнула голубоглазая. — Ты откуда?

— Много русалок сплылось на крик Пэна, мы думали, что он кого-то хочет умертвить и сбросить в воду. А мы должны сразу устранять мертвых в воде. Такая наша работа.

— А Питер уже… убивал кого-то? — С некой осторожностью спросила Дарлинг.

— Да, умертвлял. Ему приходилось. — Просто, будто это было в порядке вещей, ответила красноволосая. — Мы вообще все удивлены, как тебе удается с ним вести беседы так долго! Ни одна русалка с ним больше минуты и не продержалась!

— Не верю. — Отрезала Венди. — Питер такой хороший, я не верю что он такой заносчивый с другими.

— А-а-а-а, — Протянула русалка, играя бровями. — Дела любовные с нашим «королям», да? — На лице появилась лукавая улыбка.

— Я… что? Нет! — Возмутилась кудрявая. — Мы с Пэном друзья детства! Ты чего, я и не думала даже об этом! У меня есть человек, которого я люблю. — Тяжело вздохнула Дарлинг, посмотрев на затянутое тучами небо. — И он остался там.

— Ты тоже отдалена от любимого. — Подытожила русалочка. — Я тебя понимаю.

— Эрик? — Уточнила Венди.

— Ты его знаешь? — Оживилась Ариэль, резко подплыв к девушке и схватив ледяными руками ее за ноги, что заставило содрогнуться Дарлинг. — Ты с ним виделась? Он что-то говорил обо мне?

— Нет, нет. Я… читала о вас в книжке. Сказка. Но там не было и слова о Неверлэнде! Почему ты не можешь просто уплыть отсюда? Да и как вас сюда вообще занесло?

— Скажи спасибо Капитану Крюку и его команде. Мы были оплатой за свободу пиратов. А уплыть… — Русалочка усмехнулась. — Без его разрешения никто пределы острова не покинет.

— Вообще никому это не удавалось?

— Нет, кому-то одному это удалось. Пэн тогда рвал и метал, но он умолчал кто и как. Остаются только гадать.

— Я совсем его не узнаю. — С грустью подметила Венди.

— Каким ты его помнишь? — С нескрываемым интересом спросила Ариэль.

— Добрым, понимающим, веселым. Он был хорошим, умным.

— Единственное от того, что ты помнишь, сейчас осталось в Пэне — ум. И мне очень интересно, что за игру он затеял с тобой.

— Я… я не думаю что что-то плохое. Если честно нет желания говорить об этом. — Пожала плечами Дарлинг, она все еще хотела верить, что Пэн все тот же. — Динь-Динь. Она тут? — Перевела тему Венди.

— Должна быть. Давно ее не видела, если честно. Я думаю, что она в лагере, либо около него. В своем домике.

— Она не изменилась так, надеюсь? Такая же маленькая, светящаяся феечка? — Было заметно изменения в лице Ариэль, она была явно шокирована вопросом.

— Ты очень удивишься, когда увидишь ее. — Усмехнулась русалочка. — Расскажи мне о том, откуда ты, пожалуйста.

Так девушки проболтали почти весь день. Разлучились они, когда уже стемнело. Тогда Ариэль позвали сестры. И девушки распрощались, желая встретиться как можно скорее снова. Русалочка поведала о подводном мире почти все, что знала. Дарлинг сильно интересовалась: как же волосы морских обитательниц остаются всегда сухими, а в столь ледяной воду они не чувствуют как такового холода, ведь люди даже одеваются потеплее, когда холодает. На что русалка сказала, что все дело в специальной слизи, которая помогает им во всем этом. Также русалка восторженно рассказывала о том, как ей однажды удалось обрести ноги и как же это было прекрасно! Венди же в свою очередь рассказала о наземном мире. В итоге девушки пришли к выводу, что в принципе их миры в большинстве своем схожи.

Но когда кудрявая осталась одна, она уже была готова заснуть в этой пещере.

— Соскучилась? — Резко, что Дарлинг аж содрогнулась от неожиданности, на входе в пещеру появился Пэн.

— Что такого серьезного могло произойти, что ты бросил меня тут? — Подметила Венди, сложив руки на груди. Не смотря на то хорошо проведенное время с новоиспеченной подругой, в душе у кудрявой засела обида.

— Да… — Питер почесал затылок.

— Не ври. — Отрезала голубоглазая, что вызвало тяжелый вздох у юноши.

— Ничего серьезного. — Он подлетел к Венди и сел подле нее. — Ты так оживленно болтала с русалкой, что я решил вас не трогать. — Пэн мягко взял девушку за руку, из-за чего она несколько опешила. — Простишь меня? — Он выдавил из себя улыбку.

— Я хочу есть. — На это Питер заулыбался еще шире, подхватил девушку и стремглав вылетел из пещеры.

Молодые люди прилетели в лагерь, где большинство потерянных уже спали. Около одного из деревьев уже было разложено покрывало, сделанное из листьев, на котором стояла еда. На дереве висел факел, который давал приглушенный свет.

Дарлинг ела молча, она думала, как бы задать тот вопрос, который сильнее всего терзает ее. Все это время Пэн не сводил с нее взгляда.

— Питер, — Тихо начала Венди, протирая рот куском ткани, который служил салфеткой. — Скажи мне, — Пэн явно заинтересовался, но нотки напряжения на его лице проскакивали. — Для чего все это?

— Это тебя русалка надоумила спросить? — После пары секунд молчания поинтересовался он, но кудрявая не ответила, она ждала ответа. — Ты скоро обо всем узнаешь. — Питер приподнялся, поцеловал в лоб голубоглазую и, усмехнувшись с того, как девушка слегка покраснела, щелкнул пальцами. Туман обволок девушку. Последнее, что она увидела, был улыбающийся Питер Пэн, желающий ей спокойной ночи. Но что-то было в той улыбке злое, предвещающее.

Когда туман рассеялся, девушка уже лежала в кровати, укрытая куском шкуры какого-то зверя.

— Утро вечера мудренее. — Прошептала себе под нос девушка и провалилась в сон.

В последующий месяц Дарлинг так и не удалось получить ответ на свой вопрос, но тем не менее доверие к Питеру Пэну росло. Каждый день молодые люди проводили много времени вместе. Зеленоглазый показал дорогу к русалочьей лагуне девушке, чтобы та не была столь зависима от него. Но он поставил ограничения. Девушке нельзя было ходить в одну зону лагеря, которая хорошо охранялась потерянными. Она не знала что было там. И однажды интерес взял верх. Но девушка была замечена и приведена к Питеру сразу же, где тот ее окрестил лишь разочарованным взглядом. Он говорил, что это опасное место и не стоит туда соваться. Но Дарлинг смогла разглядеть очертания клеток, в которых кто-то сидел. Но там, где они находились, было темно, и Венди не смогла разглядеть узников.

С Ариэль девушка виделась теперь не так часто. Питер отнимал большинство ее свободного времени, избегая темы о прибывании девушки на острове. Незаметно для кудрявой, зеленоглазый медленно ограничивал ее действия, попутно надевая розовые очки на нее. Но все же иногда девушки пересекались, и тогда их общение растягивалось на несколько часов. Сама русалочка как-то избегала тем о Питере Пэне. Она больше любила обсуждать свободные темы, узнавать о наземном мире. Обе девушки обожали мечтать. С некоторыми из потерянных Венди тоже сдружилась. С Феликсом все также общение не задавалось, а Динь-Динь ей так и не удалось увидеть, а на вопросы о ней Питер отвечал, что фея отправилась кое-куда по кое-каким делам.

Девушка все реже стала вспоминать о своей прошлой жизни. О родителях, братьях, друзьях, Пиноккио. Она все больше поддавалась Питеру, отдавала себя жизни на острове, играм, беззаботности. Иногда все же мысли об этом у нее закрадывались в голову. И тогда она замыкалась в себе. Она вспоминала всех и ей было больно. Чаще всего она находила утешение у Пэна. Он всегда ее выслушивал, но редко когда от него можно было услышать слова утешения. В его интересах было то, чтобы девушка скорее забылась. Забыла прошлую жизнь и с головой погрузилась в остров.

Пэн стал ей очень близок, иногда именно он позволял забыть ей всех, кто был дорог. Но больше всего он старался стереть Пиноккио из ее памяти, а девушка этого не видела. Питер был ей настолько близок, что ей бывало становилось страшно от того, к чему это может привести. Она любила его. Любила как брата, близкого друга, он стал ей семьей. Но ничем больше.

Однако, планы у Короля Острова на девушку были. И это было отнюдь не становление членом ее семьи.

Это были сумерки, большинство потерянных все еще бродило по острову, выполняя свою работу. Но некоторые медленно стягивались в лагерь.

Дарлинг в это время сидела под одним из деревьев и читала книжку, которую пару дней назад дал ей Пэн. Погода была ветреная и голубоглазая выбрала место, где ветер был не такой сильный, с неба время от времени срывался маленький дождик

— Надо поговорить. — Это серьезное предложение заставило Венди отвлечься от чтения. Перед ней стоял Пэн, протянувший руку девушке. Его лицо выражало невероятную серьезность, которую девушка еще у него не видела.

— Что-то серьезное случилось? — Взволнованно поинтересовалась девушка, вставая. Но зеленоглазый ничего не ответил, лишь схватил ее за руку и быстро пошел из лагеря.

По дороге Пэн увидел Феликса. Король острова окликнул его и кивнул, на что Феликс кивнул в ответ и быстро куда-то удалился.

Пэн, снова ринулся прочь из лагеря, таща за собой Венди. Но вопросы, задаваемые девушкой он не отвечал. Дождь усилился, на небе появилась молния. Остров заполнился раскатами грома. А Питер не останавливался, он почти бежал.

— Да что случилось?! — Вскрикнула Дарлинг, резко отдернув руку и остановившись, на что получила удивленный взгляд от развернувшегося и остановившегося Питера. — Куда мы так спешим? — Уже спокойнее спросила кудрявая, убирая мокрые волосы с лица.

Питер подошел к ней максимально близко, взял ее за плечи и прошептал:

— Ты все узнаешь. Надо уйти подальше, чтобы никто не услышал.

— Но зачем так быстро?

— Надо уйти чтобы нас не заметили, — Что-то зашуршало в кустах, Питер опять схватил Дарлинг за руку. — Бежим! — И они понеслись настолько быстро по лесу, насколько им позволяли силы.

— От кого мы бежим? — Задыхаясь, прокричала Венди.

— Ох, тебе лучше не знать, а еще… — Тут прямо в нескольких метрах от молодых людей ударила молния, что откинула их на землю, Питер прикрыл Дарлинг. — А еще лучше молчать, чтобы нас не нашли. — Уже шепотом продолжил он, все еще нависая над лежащей на земле девушкой, смотря по сторонам. В ее лице недопонимание происходящего мешалось со страхом перед чем-то неизвестным. Юноша вслушивался, внимательно осматриваясь по сторонам.

— Феликс? — Шепотом спросила голубоглазая, указывая в сторону, где заметила светлую макушку.

— Это не Феликс. — Быстро сказал Пэн, вскочив и подняв девушку. — Быстрей-быстрей-быстрей бежим! — Он снова схватил ее за руку и они побежали вперед. Теперь Венди ничего не спрашивала. Она даже не успевала следить за тем, куда они бегут, она просто доверилась Питеру Пэну.

В итоге молодые люди забежали в одну из пещер, вход в которую закрылся сразу же. Но бежать они не перестали. Дарлинг и Пэн неслись по узенькому проходу, забегая в разные коридоры, преодолевая развилки. Остановились они только когда забежали в какую-то маленькую комнатку. Тогда Венди без сил упала на пол, пытаясь отдышаться.

Питер через пару секунд подскочил к Дарлинг.

— Слушай, птичка, — Начал Он. — Остров, он… в опасности!

— Эти люди навредят потерянным? — Прервала Пэна Венди.

— Что? Это не люди, Венди, не люди. Потерянные… — Питер как-то странно повел головой. — Моя задача — спасти тебя.

— Питер… — Прошептала Дарлинг в одно время восхищаясь юношей, а в другое думая о том, почему именно он поступил так.

— Но, — Продолжил он. — Мне нужно кое-что от тебя. Что заставит их уйти с острова. — Голубоглазая с интересом слушала. — Понимаешь, раньше на острове была защита от их проникновения. Но мое сердце теряет силу, а значит теряет силу остров. Твое сердце, птичка, твое сердце может исправить ситуацию. — Питер говорил все крайне серьезно смотря прямо в глаза девушке.

— А без сердца я… — Кудрявая побоялась продолжить вопрос.

— Нет-нет, ты не умрешь. — На лице юноши все еще царила невероятная серьезность.

— Но это не может не понести последствий для меня. Какие будут? — Взволнованно интересовалась Венди.

— Ты… — Собираясь мыслями, начал Пэн. — Не сможешь покинуть остров. Никогда.

— Пит… — Юноша не дал договорить девушке.

— Тебе тут не будет плохо. — Продолжал он. — Я обеспечу тебя всем. Я заменю тебе всех. Семью, друзей. Возлюбленного. — Уговаривал он, но в голове у девушки все еще были сомнения. — Венди. — Упрашивал Питер. — Подумай, я спас остров однажды, на спасение во второй раз у меня просто не хватит сил. Я… — Не колеблясь ни секунды зеленоглазый впился в губы девушки. Но та ему не ответила, наоборот, пыталась оттолкнуть.

— Питер, — Сквозь поцелуй пыталась говорить девушка. — Питер. — Опять повторяла девушка., но парень не обращал внимания. — Нет! — Вот после этого юноша отстранился. На его лице разочарование мешалось с гневом.

— Нет? — Переспросил он. Его глаза больше не отливали добротой и теплотой. В них появилось что-то безумное, дикое.

— Я не могу. Мне нужно вернуться домой! — Девушка еще сильнее вжалась в стену после того, как Питер Пэн засмеялся. А его смех был никак иначе смехом демона.

— Домой значит. — Усмехнулся он и щелкнул пальцами. Тут же девушку окутали крепкие веревки.

— Питер? — В глазах девушки читалась надежда. Надежда на то, что это шутка. Но это не было розыгрышем.

— Питер-Питер. — Передразнил ее юноша и снова засмеялся. После чего поднялся, все еще пиля безумным взглядом Венди. — Я так долго играл этого… Питера Пэна из сказок для тебя. И что в итоге я получаю? Отказ? Отказ на все, что я предложил? — Она наклонился так, что его лицо было очень близко к лицу Дарлинг. — Нет никакого нападения на остров. Это все сказки. Сказки в которые ты так веришь. — На глазах девушки появлялись слезы. Ей было страшно. — Побереги слезы, это может быть твоя единственная вода. Если не смилуюсь. — Он усмехнулся. — С острова ты никуда не уйдешь. И будешь ты тут пленной или полноценной жительницей решать только тебе. — ОН сделал паузу, наблюдая за испуганной Венди, на его лице играла улыбка. Улыбка демона, убийцы, психа. — Твое сердце. Вот что мне нужно. — Шепотом сказал он. — Выманить его у тебя по-хорошему не вышло. Ну, что ж, сама виновата. Феликс! — Как бешеный закричал Питер, продолжая смотреть на напуганную плачущую девушку. Буквально через пару секунд из-за угла появился близкий друг Короля Острова.

— Я не понимаю. — Прошептала Венди. — За что ты так со мной?

— Я не знаю что тебе там намешали в твоих воспоминаниях. — Проигнорировал Вопрос девушки Пэн. Он взял какую-то бутылку у Феликса из рук и направился обратно к девушке. — Но подстроиться под то, что тебе внедрили было крайне легко. Помнишь, я говорил, что детские воспоминания крайне изменчивы? — Дарлинг лишь кивнула. — Тебе изменили. Почти обо всем. И я думаю, — Он кинул взгляд на Феликса, тот кивнул, после юноша взгляд вернул на кудрявую. — Самое время тебе «пролить свет» на то, где ты находишься.

Питер Пэн насильно открыл рот девушке и влил туда содержимое бутылки, после чего молниеносно закрыл ей рот рукой.

— Глотай. — Грубо и с какой-то угрозой сказал он. — Либо тебя заставить? — Улыбнулся он.

Дарлинг послушала и проглотила содержимое.

В ту же секунду на весь остров разнеслись истошные крики девушки.

Комментарий к Растерянность

Спасибо вам огромное за прочтение и ожидание!

Ну как вам глава?

Мне очень важны ваши отзывы!

Спасибо:3

Венди чувствовала ужасную боль в голове, будто что-то скребло внутри. Пытаясь уменьшить мучения, девушка неосознанно прижала руки к вискам, начав сильно сдавливать, будто хотела проломить себе череп, зарыться поглубже в мозг и достать оттуда «царапающегося монстра». Ее глаза были сильно зажмурены, а сама она лежала на полу около стены, сжавшись в комок. Она не слышала ничего, кроме своих криков и какого-то ужасного писка в ушах, который только усиливал головную боль.

Но в какой-то момент ужасное чувство покинуло Дарлинг и она почувствовала легкость. Слишком сильную легкость для живого человека, а, открыв глаза, девушка увидела лишь белый свет, окружавший ее.

— Неужели я умерла? — Думала кудрявая, медленно поднимаясь на ноги и убирая растрепанные полосы с лица. Ее голову заполняли многочисленные вопросы, она пыталась анализировать те действия Питера, но никак не находила объяснения его поступку.

Прибавилось больше вопросов, когда в следствие своих хождений голубоглазая напоролась на стену. Либо она была прозрачной, либо такой же белой, как и все тут.

Вдруг за ее спиной послышался какой-то стук, на который Венди быстро среагировала и обернулась на него. В паре метрах от нее стоял деревянный стул, и что-то подсказывало Дарлинг, что на него нужно сесть, и она как-то машинально это и сделала.

Сразу же на стене перед ней появилось изображение как на барахлящем телевизоре, но того неприятного звука не было, девушка, словно прикованная к стулу, оставалась сидеть.

Когда данный «катаклизм» продлился около минуты, она решилась наконец подняться со стула и попытаться найти выход из этой странной комнаты и попытаться разобраться, где же все-таки находится.

Но каково было ее удивление, когда она заметила, что абсолютно каждая стена покрылась этим изображением, даже пол и потолок.

Не понимая что происходит, девушка потерла свои глаза, думая, что странное изображение может пропасть.

И как только Венди убрала руки от лица, ничего на стенах не было. Самой непонятной комнаты не было.

Она стояла в своей старой детской комнате, которую делила с Майклом и Джоном. В Лондоне.

Дарлинг видела себя и братьев, они все были гораздо меньше, чем сейчас. Все трое сидели около окна и смотрели на вечернее небо.

— А вот там, — С возбуждением говорила маленькая Венди, указывая на небосклон, — живет Питер Пэн. Он всегда слышит, когда говорят о нем!

— Он слышит нас? — Спросил еще плохо говоривший Майкл. На вопрос малыша девочка лишь кивнула головой.

— Почему же он тогда не покажется и не поддержит разговор о себе любимом? — Скептически поинтересовался Джон, мальчишка давно увлекался наукой, а в сказки не веровал давно.

— Потому что он приходит только к тем, — Спокойно отвечала малышка брату. — кто верит, а таких дурачков как ты, Джон, он игнорирует! — С ноткой задора подытожила девочка, на что младший брат лишь вздернул нос.

— Наука говорит, что человек летать не способен и магии не существует! — Слишком заумным тоном говорил очкарик. — Не буду отвлекать от разговоров с несуществующим мальчишкой. Доброй ночи! — И Джон поспешил оставить старшую сестру и младшего брата, отправившись к своей кровати.

— Странный он, — Прошептала Майклу Венди. — Да, Питер? — Уже смотря в небо, поинтересовалась светловолосая, задорно усмехнувшись, Майкл продолжал заинтересовано разглядывать небо.

И снова комната стала белой, опять появился тот стул. Но Дарлинг не сдвинулась с места, она лишь уставилась в одну точку, осмысливая то, что видела.

— Но… — Начала шептать Венди, думая, что если она будет говорить мысли вслух, то, возможно, все-таки придет к какому-то заключению. — Джон же всегда верил в магию, да и стремление к науке к него появилось позже… Что же это такое?

На стенах снова появилось изображение, как на поломанном телевизоре. И опять через минуту Дарлинг оказалась в новом месте.

Снова их старая детская, вот только у окна одна девочка. Опять Венди, только уже постарше, в тот год она пошла в школу. Ее братья уже спали. На улице была зима, из открытого настежь окна дул холодный морозный ветер, но первоклашке это не мешало, она в который раз смотрела на небо.

— Здравствуй, Питер. Как там в Неверлэнде? — Около минуты маленькая Дарлинг ждала ответа, а после продолжила. — У меня все хорошо, нас отпустили на каникулы сегодня. Целых две недели, представляешь! — Она усмехнулась. — Ну да, две недели по сравнению с вечной свободой это ничто. Но я верю. Я верю, что когда-нибудь я смогу ощутить эту свободу!

И сразу же подул настолько сильный ветер, что девчонку чуть не сдуло, руки ее покрылись тонкой ледяной коркой, отчего малышка опешила и стояла как столб около окна, все еще смотря на небо.

— Питер? — Шепотом спросила она. — Питер, это ты? — На лице голубоглазой появилась улыбка, она подбежала к окну и, высунувшись из него почти полностью, встретилась с двумя ярко желтыми глазами. Испугавшись, первоклашка поспешила полностью вернуться в комнату.

Неизвестное последовало за ней, после чего нависло над маленькой девочкой, всматриваясь в ее лицо пару секунд, которые показались маленькой Дарлинг несколькими минутами. Напуганная малышка не могла вымолвить ни слова.

Темный силуэт, обладатель ярко-желтых глаз, направился к кроватям ее братьев.

— «Не могло же оно просто так прилететь,» — Думала все еще стоявшая на одном место девочка. — Ты от Питера Пэна? — Прошептала она, пытаясь привлечь внимание неизвестного. Нечто похожее на тень сразу же среагировало и в секунду снова стояло около Венди. — Ты не разговариваешь? — На что Тень покачала головой. — Это я звала Питера! — Громче, чем обычно, сказала Дарлинг, после чего гость плавно потянул ей руку.

Девочка сразу же взяла ее.

Вмиг тонкая корка льда на ее руках растаяла, а силуэт вылетел вместе с ней в окно. Оно громко захлопнулось за ними.

— Но меня забирал Питер… — Все так же шепотом говорила Венди, которая опять стояла в белой комнате. Неужели это… — Не успела она договорить, как стены начали преображаться в новую локацию. Уже без предшествующего телевизионного барахления.

Картинка началась с того, что на маленькой высоте тень отпустила руку малышки, та полетела на землю, сделав несколько кувырков по мокрому песку после. Когда юная Дарлинг поднялась на ноги, тени уже и след простыл. Только девочка хотела поругаться на улетевшее нечто, как в удивлении открыла рот и начала осматриваться.

Перед ней предстал Неверлэнд. Такой же туманный и мрачный. Такой же устрашающий.

— Э… эй! — Пыталась крикнуть девочка, но вместо этого вышел полушепот. На пляже, на которым она сейчас оказалась, завывал сильный, холодный ветер, который чуть ли не сдувал малышку. — Кто-нибудь? — Все тем же полушепотом говорила Венди. — Питер Пэн?

— Неуверенно окликнула она любимого книжного героя.

— Здравствуй, девчонка, — Неожиданно послышался коварный полушепот за спиной девочки, та сразу же обернулась и увидела сидящего перед собой юношу. Он выглядел так же как и тот, кто встретил уже взрослую Дарлинг. Это был тот самый Питер Пэн, которого первоклашка так жаждала увидеть. Вот только он отличался он ожиданий малышки, больше всего в глаза бросалась дьявольская зловещая улыбка и взгляд, полный нездорового азарта.

Все то время, пока Дарлинг смотрела на Питера, она не могла дышать. От некого страха не могла выговорить ни слова, лишь смотрела на того, кого так мечтала увидеть. Детское сердце предвещало недоброе.

— Что ты знаешь о месте, куда прибыла? — Как-то спокойно говорил несколько кудрявый юноша, но его глаза будто прожигали малышку насквозь. После вопроса он ничего не говорил, лишь ждал своего ответа. А юная Венди собиралась мыслями.

— Я… — Начала мямлить она. — Это Неверл… Неверленд. Тут живут индейцы и потерянные маль… мальчишки.

— Вот то-то и оно! — Несколько повысил голос Пэн, на лице снова появилась та устрашающая улыбка. Такой резкий всплеск эмоций заставил девочку вздрогнуть от неожиданности. —

Мальчишки. А ты, — Он оценивающе посмотрел на малышку. — не мальчик. А девчонкам тут не место. — Грозно прошептал он последнюю фразу. — Ну так уж и быть. — Он резко поднялся на ноги. — Раз ты уже тут, разнообразишь наши будни, — С неким задором начал говорить Питер. — Найдешь лагерь — хорошо. Не найдешь — встретишь смерть, что, возможно, еще лучше. Удачи. — Щелкнув пальцами, Питер Пэн растворился в воздухе, оставив девочку одну.

Паника начала медленно наполнять девочку, к глазам подступали слезы, тело становилось тяжелой ношей. Ей было обидно, страшно. Она захотела домой в первые минуты своего пребывания на острове. Поняв, что нужно что-то делать, Венди Дарлинг начала осматриваться. В темные джунгли идти никак не хотелось, но сама малышка понимала, что сделать это надо.

Только она сделала первый шаг к устрашающему месту, как откуда-то издалека послышался крик, но это не было похоже на крик о помощи. После вдали зажегся яркий оранжевый свет.

— Индейцы! — Прошептала себе под нос маленькая девочка и устремилась к свету костра, не заметив карту, которую Питер оставил на песке…

Комментарий к Часть I. Воспоминания

Продолжение следует…

Да, я решила разделить главу с воспоминаниями на две части(а может их и больше будет, посмотрим), ибо если бы я писала все одной главой, то вы бы ждали… ухххххх еще месяца два. Так что все для вашего же блага.

Спасибо за прочтение и ожидание)

…Мокрый песок и сильный ветер затрудняли бег девочки, но та не сдавалась. Придерживая подол ночнушки, она стремительно продвигалась вперёд, смотря на огромный костёр, который становился с каждым мгновением все ближе и ближе. В её голову не могло прокрасться ни мысли, там царила только цель: добраться до индейцев, те должны помочь. Юная Дарлинг не замечала тех ужасных погодных условий. Она шла вперёд.

Спустя пару минут показались те голые скалы, которые окружали лагерь индейцев. Девчонка думала, что тот находится на возвышенности, но ошибалась. Краснокожие расположили своё жильё недалёко от океана, который окружал остров, возвышенности окружали его, но сам он на возвышенности не стоял.

Крики жителей этого места уже стихли, слышны были тихие спокойные разговоры.

Венди робко выглянула из-за одной из скал, осматриваясь.

Человек пятьдесят индейцев хаотично расселись около костра, ужиная чем-то из деревянных тарелок. На каждом жителе этого лагеря была кожаная одежда, на некоторых красовались пончо крупной вязки. У многих были собраны волосы, мало кто имел короткие стрижки.

Скалы образовывали большой несплошной круг, по периметру которого располагалось множество палаток.

Пока Дарлинг рассматривала новое для неё место, она и не заметила, как вышла из-за скалы, заставив устремить на себя взгляды всех обитателей лагеря индейцев.

Встал один из самых огромных мужчин лагеря. Его мускулистое тело было разрисовано кучей узоров хной, на голове было нечто похожее на большую шляпу с перьями.

Сделав пару шагов, мужчина оказался около Венди, он внимательно осматривал девочку, а после спросил что-то на непонятном ей языке, но его тон звучал настолько грозно, что малышка от страха вжалась в близлежащий камень.

Посмотрев на новоприбывшую, мужчина, оказавшийся вождем племени, обернулся назад, к индейцам, и начал что-то говорить им, голос так грозно уже не звучал. Когда в разговоре Дарлинг услышала имя Питера Пэна, то тут же поспешила встрять:

— Питер Пэн! Питер Пэн! — Быстро и громко протараторила она, обратив опять на себя внимание всего лагеря. — Мне нужно найти его лагерь! — Сильно разволновавшись, прокричала девочка, для людей, не знающих английский, это прозвучало бы довольно угрожающе. Но какие угрозы может предъявить племени индейцев семилетняя девочка?

Поймав на себе множество непонимающих взглядов, Дарлинг повторила ещё раз более чётче, жестикулируя, пытаясь жестикуляцией раскрыть смысл своего предложения.

Спустя пару попыток, вождь индейцев понял то, что хотела донести девочка. Она догадалась по схожим жестикуляциям и сказанным вместе слова «Питер Пэн» и странное для неё слово «лагхерро». Активно закивав и растянув улыбку до ушей, девочка заинтересовано смотрела на вождя, который продолжал ей что-то объяснять. Но даже с кучей жестикуляционных движений девочка не поняла ничего.

Тогда вождю кинули большую толстую палку, которой вождь, по своей неосторожности, чуть не задел голубоглазую. Пока мужчина не отошёл с палкой к песку, юной Дарлинг казалось, что этой палкой он сейчас убьёт её, и из-за этого ещё сильнее, чем раньше, вжалась в камень, но она успокоилась, когда вождь подозвал её и начал что-то чертить на песке.

Сначала он нарисовал мальчишку, а рядом с ним флейту и перечеркнутые часы.

— Питер Пэн, — Со странным, хрипловатым голосом, похожим на гавканье, сказал вождь, указав на рисунок.

После мужчина нарисовал знак «равно», а затем стал чертить огромного, по сравнению с мальчишкой, дьявола. И после начал тыкать в рисунок палкой, как бы предупреждая девочку, с кем та хочет столкнуться.

— Не может быть. Питер Пэн хороший, я уверена, — Слишком наивно сказала Венди. На последней фразе она кивнула головой, что заставило мужчину подумать, что девочка все поняла и знает с кем хочет встретиться.

Затем вождь краснокожих стёр рисунок и начал изображать нечто новое.

Сначала он нарисовал рассвет, затем стрелку, после стрелки мужчина начертил четырёх человек и маленькую кудрявую девочку посередине, за этим последовала ещё одна стрелка, а за ней палатка, около которой был костёр, а вокруг них была «толпа» мальчишек.

— Завтра на рассвете вы меня отведёте в лагерь потерянных мальчишек? — Скорее сама себя спросила Дарлинг, а после, посмотрев на рисунки ещё раз, кивнула вождю, на что тот кивнул в ответ, и, приобняв малышку за плечи по-отцовски, пошёл к племени.

Он усадил её около себя и своей семьи, состоявшей из жены, хрупкой красивой женщины с шикарными черными волосами, и четверых детей, одной из которых была девочка примерно такого же возраста, как и Венди, она была очень похожа на мать, но кое-где присутствовали и те грубоватые черты отца.

— Тигровая Лилия? — С долей опаски поинтересовалась кудрявая, указывая на одногодку, на что дочка вождя, с некоторым недоумением в глазах, кивнула. — Я, — Голубоглазая указала на себя. — Венди Дарлинг, — Она протянула ей руку. Лилия с неловкостью её пожала.

Через пару минут Венди принесли посудину с какой-то кашей. Её Дарлинг с удовольствием съела.

После сытного ужина кудрявую отвели в специальную палатку, где она крепко уснула на всю ночь.

Когда Венди открыла глаза, то увидела, что с ней в палатке находится ещё один человек. Тигровая Лилия неловко сидела на стуле и смотрела на уже проснувшуюся блондинку. В руках она сжимала какую-то бумажку.

— Доброе утро, — Сонно потирая глаза, поприветствовала девочку Венди. Та что-то ответила ей на их языке.

Как только Дарлинг поднялась на ноги, дочь вождя неуверенно подошла к голубоглазой и неловко потянула бумажку. Венди, конечно же, её взяла и развернула.

На нем были нарисованы очертания семьи Тигровой, это кудрявая поняла по огромному мужчине с похожими узорами на теле, как у вождя, его руки были расставлены в стороны в приветственном жесте, он был окружён женщиной и четырьмя детьми, а перед ними стояла маленькая кудрявая девочка.

— Вы так гостеприимны, — Дарлинг прижала листок к сердцу, её губы растянулись в широкой улыбке. Она резко обняла краснокожую, и та неуверенно сомкнула руки на спине прибывшей. Венди была рада тому, что у неё уже появились друзья на острове которые ей если что помогут.

В палатку вошли четверо индейцев, у каждого было красивое накачанное тело, в руках они держали копья. На губах была натянутая улыбка, но у них в глазах виделась некая осторожность. Они показали на выход палатки, Лилия в свою очередь дружественно похлопала её по спине, показывая, что пора идти.

На черте лагеря стоял вождь племени, Тигровая Лилия, провожавшая все это время Венди, подошла к отцу. Оба помахали кудрявой на прощание, Дарлинг делала тоже самое, пока не скрылась в глуши джунглей, окружённая своеобразной охраной из четырёх индейцев.

— Как же так произошло, что все воспоминания в моей голове заменились? — спрашивала сама себя Венди, уставившись в белую стену. В её памяти эта встреча с индейцами происходила абсолютно по другому. Она думала, что к индейцам её привёл Питер, а оказалось, что это краснокожие проложили ей дорогу к Пэну.

Странные чувства наполняли девушку. Она чувствовала себя использованной, будто всю свою жизнь она жила в обмане. Отчасти это и было так.

— Друзья! — Торжественно начал король Неверлэнда. Питер Пэн осматривал кучку потерянных мальчишек, стоявших перед ним. Сам он приобнимал юную Дарлинг за плечи, девочка боязливо сжалась, плотнее прижавшись к бедру Пэна. На улице уже стемнело. — Думаю, вы заметили новоприбывшую, — Он мельком глянул на малышку.

— Девчонка, — Пробежался насмешливый шепоток по мелкому отряду парней.

— И поэтому, — Все так же властно, с задором говорил зеленоглазый. — Прошу, к дереву висельника! — На лице появилась та устрашающая дьявольская улыбка, а его рука резко раскинулась в направлении к тому самому дереву.

Мальчишки радостно загоготали и зашевелились. Их резкая оживлённость походила на празднование некого праздника чертями в ложе самого Сатаны.

С серьезными лицами оставались только двое человек. Девушка блондинка с растрепанным пучком на голове, одетая в темные одеяния, скорее выглядевшими как лохмотья, и парень, сидевший рядом с ней, он одет был ничуть не лучше неё, у юноши были пшеничные растрепанные волосы. На бёдрах у каждого в ножнах было оружие.

Абсолютно все медленно двинулись к назначенному месту.

Юная Дарлинг была настолько напугана, что не смогла вымолвить ни слова.

Следующим «кадром» шли радостные лица потеряшек с блестящими глазами, которые пытались выстроиться в очередь, но вскоре она переросла в какую-то невероятную толкучку, сопровождаемую диким хохотом.

Со стороны слышался плач, вскрики от страха, а также детские мольбы «Питер, не надо, пожалуйста, прекрати. Это не смешно!».

Венди была прикреплена к какому-то подобию огромного деревянного щита, на нем неаккуратно были расчерчены круги, сам он медленно крутился. Это все напоминало мишень для игры в дартс. А в самом центре была сама малышка.

В нее один за одним летели ножи, дротики, выструганные из веток, и прочее. Сам «король» наблюдал за этим с широчайшей улыбкой.

Сохраняли нейтральные лица только все та же девушка-блондинка и пшеничноволосый парень. Вскоре они поспешили удалиться.

Данное «веселье» закончилось, когда в паре миллиметров от лба Венди остановилась шпага в воздухе. Она была выпущена самим Пэном.

— Все, кончайте. Снимите ее! — Махнул Питер рукой, оставаясь на месте.

Двое потерянных поспешили снять с мишени полуживую девочку. Лицо ее было опухшим и красным, краснотой не отличались и заплаканные глаза. Из носа тонкой струйкой текла кровь, на руках и ногах были многочисленные мелкие порезы, ночнушка была порвана в паре мест.

Все потемнело

— Так вот откуда эти порезы, — Дарлинг, стоя в белой комнате, закатила рукава. Действительно, все ее руки были покрыты маленькими еле заметными белыми шрамами. — Неужел…

Не успела девушка прошептать сама себе, как комната вмиг сменила белый окрас на черный.

Спустя пару секунд помещение заполнилось истошными детскими криками. Это были ее крики, показывающие тот ужас, который девочка испытывала. Истошные, устрашающие вопли шли вперемешку в с просьбами о пощаде, мольбами прекратить и оставить ее в покое. Плачем о доме.

Слышались шлепки. Каждый удар Дарлинг чувствовала на себе. Щека и рука саднили.

Выслушивать эти крики казалось для нее невероятной мукой. Голова начала побаливать от такого громкого визга. Девушка осела на пол, зажимая уши.

А вот тому, кто был причиной этих криков, они вовсе не казались мукой. Он смеялся. Так дьявольски и зло, что от этого появлялись мурашки на коже.

По щеке Дарлинг потекла слеза.

Вдобавок к крикам на блондинку давила окружающая ее темнота.

Все резко затихло.

С некой осторожностью Венди открыла глаза и убрала руки от ушей. Комната снова белая.

Тишина.

Изображение снова начало окутывать стены.

Маленькая девочка бежала по темным джунглям. День это был или ночь: определить было невозможно. В Неверлэнде чаще всего царили сумерки, а в дебрях джунглей темнота была, словно ночью, постоянно.

Она бежала настолько быстро, что через пару минут такой «интенсивной пробежки» запыхалась, но скорость не сбавляла. Кудрявая часто падала, но быстро поднималась и бежала дальше.

Где-то вдали слышался громкий устрашающий рык какого-то животного.

Пелена из слез быстро набежала на ее глаза. Она испытывала животный страх. В голове чередовались слова: «Убежать. Спрятаться. Спастись.»

Но вскоре она могла лишь различать силуэты растений, веток. Бежать было сложнее,

она падала чаще, попутно пытаясь стереть слезы, делая путь себе более «ясным» буквально на пару минут.

Дыхание сбилось конкретно. Она задыхалась.

Вдруг кто-то резко схватил ее за руку и рывком повалил на землю чуть правее, чем бежала Дарлинг. Ей закрыли рот рукой и сильно прижали к себе, на что девчонка начала извиваться, пытаясь вырваться из рук неизвестного, а также пытаться как-то визжать, облизывать и кусать руку человека, сбившего ее с пути.

— Да это я! Успокойся! — Чуть повысил голос парень, резко повернув Венди к себе.

Сразу в глаза бросились медные глаза и пшеничные волосы. Обычно спокойный взгляд сейчас был крайне обеспокоенным, он крепко сжимал руки девочки. И так тонкие губы были еще сильнее поджаты. Юноша был напряжен.

— Руфио! — Неожиданно даже для себя вскрикнула голубоглазая и бросилась на шею к другу.

— Тш-ш-ш! — Зашипел кареглазый, приложив палец к губам. И продолжил шепотом: — Веди себя тихо, не хочешь же, чтобы он нашел нас? — Венди закивала. — Отдышись немного, будь готова бежать со мной по моей команде. Пора тебе валить с этого острова. — Руфио все это время судорожно осматривался по сторонам, насколько это им позволяла та яма, в которой они укрылись, прикрывшись большой веткой, изредка он глядел на испуганную Дарлинг. Она лишь кивала. — Все вопросы задашь потом. Если успеешь. А сейчас… Тихо! — Он прижал девочку к себе и быстро перешел из положения сидя в лежачее, машинально закрыв рот девочке.

Послышался топот, а также рычание, схожее с рычанием бешеной собаки.

Вскоре прямо над их «укрытием» остановилось нечто похожее на огромного черного волка. Он был темнее ночного неба, затянутого тучами, когда не видно звезд. Выделялись только глаза.

Два ярко зеленых глаза блуждали по округе. В них остался тот Пэновский азарт, но появилась животная сущность, которую человеческий взгляд передать не может.

Именно этим и был Пэн внутри: кровожадным волком.

Животное начало принюхиваться, прятавшиеся затаили дыхание.

Неподалеку хрустнула ветка. Волк громко завыл, после чего метнулся к источнику звука, удаляясь в противоположную сторону от Руфио и Венди.

Еще пару минут двое лежали, не дыша и не двигаясь. Юноша крепко прижимал девочку к себе.

Они смогли спокойно вздохнуть, когда над ними показался пучок белых волос.

— Он приближается к другому концу острова, — Быстро, с крайне серьезным тоном сказала

Динь, помогая Руфио поднять огромную ветку. — У нас минут тридцать, не больше. Но пираты уплывают раньше, мы успеваем.

— Давай, сестренка, — Руфио поднял Венди, помогая ей выбраться из ямы. — Отлично, — Он обратился к Динь-Динь, на его губах появилась легкая улыбка.

— Пираты? — С нескрываемым удивлением поинтересовалась Дарлинг. Она знала, что морские разбойники были явно лучше Пэна, их она не боялась.

— Все вопросы после. — Легонько постучал по плечу Руфио малышку. Пшеничноволосый и фея взяли кудрявую за руки.

Троица побежала настолько быстро, насколько могла. Все молчали, вслушиваясь в отдаленные завывания волка-Пэна.

Лица у потерянного мальчишки и Динь были напряженные, но ни капли страха на них не отражалось, чего не скажешь о их внутреннем состоянии. Но они скрывали это, чтобы еще больше не напугать Венди, и так напуганную до смерти.

Через какое-то время они оказались на пляже, где стоял единственный на всем острове корабль — Веселый Роджер. Около него расхаживал мужчина, нервно посматривая на часы. Блеск его начищенного крюка было видно издалека.

— Успеваем! — Радостно воскликнула Динь.

— Давайте быстрее! — Воскликнул Руфио.

Они ускорились.

Увидя бегущих подростков с Дарлинг, капитан судна радостно развел руки.

— Я думал уже без вас придется уплывать! — Он шуточно потрепал девочку по голове. — Готова к возвращению домой? — Он мягко улыбнулся.

— Домой? — Растерянно Девочка переспросила, удивленно смотря на друзей.

— Крюк, иди. Мы попрощаемся. Две минуты, — Попросила Динь, на что капитан лишь кивнул и быстро удалился. Только он ступил на борт, начал раздавать приказы команде, делая финальные шаги для отплытия судна.

Девочка повернулась к Динь и Руфио, те, переглянувшись, опустились на корточки перед малышкой.

— Венди, — Начала Динь. — Ты плывешь домой. — На лице Дарлинг появилась широкая улыбка.

— А вы? — Спросила она, ожидая лишь хороших новостей.

— Мы вынуждены остаться, — Выпалил пшеничноволосый, смотря на смятения Динь. — Это вынужденная мера, мы не можем покинуть остров, — Улыбка сразу исчезла с губ кудрявой. Читался немой вопрос: «Почему?». — Мы меченные, Венди. Он нас найдет, как бы мы не пытались скрыться, — Он взял ее за руки. — Лишь только у тебя есть еще шанс скрыться.

— Кстати об этом, — Сказала Динь, доставая из сумки какие-то бумажки, давая их голубоглазой. — Это заклинания. Они подписаны. Это, — Она ткнула в одну из бумажек. — надо читать, если Он вернется за тобой. А это, — Она указала на вторую бумажку. — Прочти,

когда зайдет вопрос о переезде у твоих родителей. Это поможет выбрать правильное место, — Фея мягко улыбнулась.

Но улыбки тут же пропали с лица подростков, как только не так далеко послышался вой.

— Венди, надо идти! — Быстро сказал Руфио. На глазах кудрявой появились слезы. — О Венди, — Он стер их рукой. — только не плач.

— Он же вас убьет, — Прикрикнула девочка, проглатывая слезы. — За то, что проворачиваете такое!

— Может оно и к лучшему… — Пробормотала Динь.

— Что? — Удивленно посмотрела Дарлинг на подругу, в глазах у Руфио читалось некое осуждение блондинки за сказанное.

— Ничего-ничего, — Пробормотала Динь, начавши обнимать девочку. Руфио сделал то же самое.

— Я буду скучать, — Прошептала Венди.

— Мы тоже, — В унисон сказали подростки.

Снова послышался вой неподалеку.

— Давай, беги. Крюк покажет, где тебе спрятаться! — Легко толкнув ее в спину, сказал кареглазый. Дарлинг поспешила на корабль, стирая с щек тонкие дорожки слез.

Капитан Крюк крайне оперативно проводил малышку в одну из самых отдаленных и незаметных кают. В ней не было окон, лишь кровать с подзорной трубой на ней, вероятно, забытой кем-то из матросов, да и только.

Оставшись одна, девочка нашла щель в основании корабля, заткнутой чем-то, которая открывала ей вид на медленно удаляющийся пляж с ее друзьями.

Когда веселый Роджер отплыл достаточно далеко, но пляж был еще виден, Дарлинг заметила, как к ее друзьям движется орава потерянных с Пэном во главе. «Король» был в ярости, это было видно по его красному лицу и сильно учащенному дыханию.

Тот быстро подошел к Руфио и замахнулся на него, Динь же потеряшки повалили на песок.

Что случилось дальше, Венди Дарлинг не видела.

Корабль взлетел, унося ее дальше от этого проклятого острова…

Комментарий к Часть II. Воспоминания

Всем привет!

Я ОЧЕНЬ ИЗВИНЯЮСЬ ЗА СТОЛЬ ДОЛГОЕ ОТСУТСТВИЕ! Спасибо за ваше ожидание:3

Благодарю за прочтение, надеюсь, что ничем вас в этой главе не разочаровала)

P.S. Следующая часть воспоминаний последняя, дальше уже пойдем прямо по основной истории:)

Будет очень приятно, если вы напишите отзыв и расскажете, что понравилось и что не понравилось. Буду признательна <3

… Очень быстро корабль поднялся на много метров вверх, все это время взволнованная малышка пыталась высмотреть что-то. Но напрасно, все вдали было в густом тумане, полностью закрывавшим обзор.

Осознав бесполезность этой щели с подзорной трубой, Венди отошла от своего «окна», оставив около него трубу. Она легла на кровать, уставившись в потолок. Ее гложило чувство какой-то вины, она выросла за это недолгое «путешествие». Нет, возраст ее не поменялся, а вот внутреннее содержимое было почти неузнаваемо.

Страх, вина, непонятное чувство горы на плечах — именно это давило на нее. Кудрявая чувствовала лишь какую-то боль внутри.

Она покидала остров, ставший буквально адом для нее, об этом ей будут напоминать всю жизнь многочисленные ссадины.

Девочка трепетно провела по рукам.

Тусклый свет в каюте медленно качающегося корабля несколько расслаблял ее.

Голубоглазая до конца не могла принять реальность, как и тогда, по прибытию на остров. Она направлялась домой, о котором так мечтала первые дни на острове. Пока могла о чем-то мечтать. Но Дарлинг не переставая думала о Динь-Динь, Руфио, даже этот мерзавец Пэн занимал место в ее голове. Она пыталась представить, что же сейчас происходит с ее друзьями, которые за столь недолгое время, показавшееся девчонке годами, стали ей второй семьей. Которые пожертвовали собой, чтобы лишь дать шанс на нормальную жизнь какой-то непонятно откуда появившейся в их жизни девчонке.

Эти двое, Динь и Руфио, были единственными лучами света в лагере потерянных, находившемся в постоянном мраке. Единственный канат, который мог бы вытащить всех из той пучины тьмы. Вот только тоненький канат не в состоянии противостоять ярко пылающему кроваво-красному пламени, топливо которому постоянно подает Пэн.

Ох, как бы Венди хотела, чтобы эти двое летели сейчас с ней. Она фантазировала на эту тему в «часы затишья»: как бы их встретила мама, а как бы братья были рады Динь-Динь! Как бы отец беседовал с Руфио. Как бы они все пошли в школу, начав жить нормальной жизнью.

Вот только такому не суждено случиться. Они остались на острове, в этих цепких руках Питера Пэна, сжимающих подростков настолько, что дышать невозможно.

А по какой причине они не смогли улететь?

«Мы меченные, Венди. Он нас найдет, как бы мы не пытались скрыться.»

Проговорила у себя в голове Дарлинг фразу Руфио. Да что ж за метки такие! Должен же быть способ их убрать, мы нашли бы способ… Обязательно…

Изнеможденная Венди сама и не заметила, как в порыве своих мыслей провалилась в глубокий сон.

Венди Дарлинг лежала посреди белой комнаты, закрыв глаза. Она внимательно слушала все мысли, заполнявшие когда-то голову, а по щекам катились слезы. Вспоминая, она чувствовала всю ту же боль, что ощущала когда-то.

Дарлинг понятия не имела, кто и когда стер ей память, но сейчас, вернув себе какие-то воспоминания, пожелала бы стереть их опять. И стирать снова и снова, пока в голове не исчезнет все о Неверлэнде, Питере Пэне, Пиратах, Индейцах. Руфио и Динь.

— Венди? — Послышался неуверенный голос Джона где-то вдали. Он был слишком глух, будто Дарлинг находилась под водой. — Не может быть… — Теперь удивленный тон брата прозвучал ближе, девочка слышала четче.

Голубоглазая не могла открыть глаза, тело ее было будто в невесомости, она не чувствовала ни его, ни то, что его окружает.

Послышалось какое-то копошение рядом, еле различимый шепот на другом конце комнаты двух мальчишек.

— «Может быть, я уже мертва? — Задала себе вопрос Венди в голове. — Может Питер перехватил корабль и убил меня?» — Спустя пару мгновений, как мысли пронеслись в голове, девочке стало страшно. Но страх не исходил от возможной смерти. Ей было страшно от ее мыслей, как легко она их воспринимает.

Обычно, чтобы выбить плохие мысли из черепной коробки, Венди трясла головой.

И обычно это срабатывало, голова очищалась. Она попыталась сделать это и сейчас.

Вышло.

Еле-еле голова закачалась из стороны в сторону. Это было первое, что она почувствовала и что могла сделать.

— Венди! — Послышался радостный крик младшего брата, за тем последовал топот, а сразу же после девочка ощутила прикосновение. Теплое.

Почувствовать тепло в Неврлэнде ей не удавалось, даже близкие друзья были холодны, почти как лед, не говоря уже о главаре.

Дарлинг попыталась открыть глаза, что медленно у нее получилось, сквозь тонкие щели она увидела лучи света, пробивающиеся сквозь лондонские тучи в окно.

— «Я дома,» — Подумала она, легко улыбнувшись. К ней начали возвращаться силы.

— Мама! Папа! — Послышался радостный вскрик Майкла, лица братьев, сидящих около нее,

она рассмотреть не могла, все было слишком размыто. Она заметила лишь удаляющийся силуэт синей маленькой пижамы со светлыми-светлыми волосами и белую ночную рубашку, а также длинноватые коричневые волосы, оставшиеся сидеть рядом с сестрой, не сводя с нее взгляда.

Пока Венди Дарлинг приходила в чувства, Джон все время сидел около сестры, не сводя с нее взгляда, в голове мальчишки не укладывалось, что вот, вот она его исчезнувшая сестра! Он довольно сильно изменился, кудрявая даже не сразу узнала его размытый силуэт.

Она-то ведь не знала, что отсутствовала чуть более года…

— Венди? — Шепотом, изумленно произнесла миссис Дарлинг. Она застыла в проходе на пару мгновений, но после Мэри Дарлинг бросилась к ребенку. — Джон! Джон иди сюда! — Кричала женщина, вытирая слезы с щек. — Венди, о, дорогая Венди, — Знатно исхудавшая с момента исчезновения дочери, Мери начала расцеловывать и обнимать малышку.

На крики жены быстро прибежал Мистер Дарлинг. Мужчина сразу подбежал к своей семье, но, увидев дочь, сразу встал в ступор, смотря на нее, как на русалку. На глаза сразу появлялись слезы, но чопорный мужчина не давал волю им. С последней встречи с дочерью в нем можно было заметить изменения: раннее коренастый мужчина стал значительно худее, а на черных волосах появились редкие седые пряди.

— Пр… — Попыталась Венди начать говорить, но вышел некий шепот, перемешанный с хрипотцой. Говорить было невероятно сложно, будто бы в горле была куча стеклянных осколков. — Прости… те, — только и смогла вымолвить она, как сразу же провалилась в сон.

— Счастье было недолгим, — Сказал, тяжело вздохнув, Мистер Дарлинг, лицо его выглядело чуть свежее, нежели по возвращении Венди, но все же оставалось таким же осунувшимся.

В зале Дарлингов, самой большой комнате в доме, был приглушенный от старенькой лампы свет, шторы были задернуты, оставив лишь мелкую щелочку между собой, в которой просвечивались огни ночного Лондона.

Миссис Дарлинг сидела на диване, укутавшись в плед, с нескрываемым разочарованием смотря на мужа, она ничего не говорила, лишь глядела прямо в глаза такого же нерадостного супруга.

— Сколько ни води ее к этому психологу, ничего! — Голос его был больше схож на полушепот, но присутствовала в этом голосе и некая ярость, он не хотел разбудить спящих детей, но разве можно разбудить не спящего?

Мальчишки были в комнате, стараясь как можно тише продолжать беседы.

Венди редко можно было заметить, ведущей разговоры с братьями. Она перестала понимать их, за то довольно долгое время ее отсутствия поменялось слишком многое, чего она не могла принять, именно поэтому, потеряв по большей части единомышленников, Дарлинг и тут осталась одна.

Девчонка каждую ночь, прокручивая в голове то, что происходило, читала заклинание, которое ей дала Динь, на случай, если за ней прилетят. Спустя месяц ей не нужно было пробегать глазами по тексту: кудрявая знала все наизусть.

Вот было только одно НО.

За ней никогда не возвращались.

Некая паранойя настолько охватила малышку, что она без какой-либо причины принималась проговаривать магические слова.

— «На всякий случай, — думала она. — чтобы не было поздно.»

В момент разговора родителей, Венди Дарлинг сидела, притаившись, за тумбочкой, стоявшей около входа в комнату, внимательно вслушиваясь в шепот Мистера и Миссис Дарлингов, к счастью, темные деревянные двери оставались открытыми.

— И что ты предлагаешь? — Даже слишком спокойно поинтересовалась Мэри. Женщина была «пуста» после тяжелого дня, она прилагала максимум ласки к дочери, стараясь «растопить» ее «замерзшую душу». Но напрасно, девочка оставалась холодной, безэмоциональной, асоциальной. Полной противоположностью себя до Острова.

— Я не знаю, — Отец семейства, сказав обреченно, плюхнулся на диван, рядом с женой, прикрыв лицо с парой морщин ладонью. — Если бы она еще сказала, где была все это время на самом деле, дали бы тогда показания полиции. Неверлэнд, — С горечью усмехнувшись, сказал он. — никогда не мог бы подумать, никогда…

Миссис Дарлинг обняла сидевшего рядом мужа.

Можно было поклясться, что мужчина бы начал плакать, если бы не та манящая идея, неожиданно пришедшая ему в голову.

— Давай уедем отсюда! — Громче, чем обычно, вымолвил он, вскочив с дивана. На лице его жены можно было увидеть множество вопросов, быстро заполнявших ее голову.

— Куда? — Поинтересовалась она. Женщина была согласна чуть ли ни на все, чтобы помочь любимой дочери.

— Не знаю, — Голос мужчины сразу оживился, он принялся ходить по комнате, думая, почесывая затылок. — Чем дальше, тем лучше, я думаю, это должно помочь, ведь…

Юная Дарлинг даже не стала дослушивать отца. Голубоглазая быстро достала из кармана клочок бумажки со вторым заклинанием, пергаменты с заклинаниями — единственные вещи, с которыми малышка не расставалась ни на секунду.

Быстро раскрыв свернутое «спасение», Венди увидела две колонки. В одной красивым каллиграфическим почерком было написано что-то на непонятном девочке языке, а в другой буквами, больше схожими с печатными, накалякано на уже понятном английском языке. Еще ниже, в углу, было написано «НА АНГЛИЙСКОМ ЧИТАЙ БЫСТРЕЕ И ПАРУ РАЗ ДЛЯ ЛУЧШЕГО ЭФФЕКТА.»

И Дарлинг принялась тараторить, заклинание-то она давно знала, ведь не раз практиковалась в его чтении про себя.

— Когда схлестнутся мнения два, — Начала она. — И люди не покинут родного ковра, К ним в голову прибегнет спасательный круг. Его имя прозвенит в голове — Сторибрук.

И около минуты продолжала тараторить полушепотом Венди, пока родители продолжали дискуссию.

Закончила малышка, когда зазвонил телефон в зале.

Затаив дыхание, она принялась слушать.

— Кто ж так поздно, — Ворчал Мистер Дарлинг, делав свои пару шагов к телефону. — Дом Дарлингов, — Начал он, внимательно вслушиваясь в слова говорящего на другом конце голоса. Лицо медленно начало украшать некое озарение, воодушевление. Миссис Дарлинг, смотря на мужа, несколько волнительно оценивала ситуацию и с трепетом ждала заключения. — …Сколько?.. Когда выезжать?.. Можете сказать точные координаты? — Мистер Дарлинг только лишь задавал точные, конкретные вопросы, попутно что-то записывая в блокнот, несмотря на серьезный тон, на лице мужчины красовалась улыбка,

даже некое облегчение.

Разговор с незнакомцем длился около часа, все это время женщины семейства Дарлинг внимательно слушали мистера Дарлинга, дамы практически не дышали.

Венди не заметила, как около нее пристроились братья, тоже внимательно слушая отца.

Когда Мистер Дарлинг положил телефон, вся семья замерла в ожидании.

— Мы переезжаем, — Начал несколько задорно мужчина. — там точно помогут, — уверил он.

— Куда, дорогой? — Волнительно поинтересовалась его жена.

— Сторибрук…

И снова белая комната.

Венди Дарлинг сидела посреди комнаты, ровно, сложив ноги по-турецки. Она старалась анализировать все, что увидела, смешивать все это воедино. Принимать прошлое.

Оно было настолько волнительно для девушки, что та уже растерла себе руки настолько, что они были ярко-розовыми, покусанные губы изрядно покраснели, ладошки были мокрые.

Кудрявая и не заметила, как стул давно уже куда-то запропастился, вероятно, за ненадобностью.

— Точно, — Усмехнулась она тихо, под нос. — я же в своей голове.

Девушка вмиг закрыла глаза и попыталась представить, как рядом с ней сейчас окажется стакан воды и она наконец смочит пересушенное горло, но, открыв глаза, перед ней предстала новая картина прошлого.

Дарлинги едут на машине с полностью забитым багажником и такое же заполненной до отвала крышей.

— Мебель приедет позже, — С каким-то счастьем говорит отец семейства, мужчина вообще очень воодушевился за последний месяц, когда решались дела по переезду.

Даже какое-то ожидание смены обстановки помогало всем, особенно Венди. Девочка точно знала, что там, куда они едут, ей точно помогут.

Вот только каким образом?

Лишние вопросы сами отпали, когда показалась большая зеленая табличка «ENTERING STORYBROOKE», стоящая около дороги, окруженной большим густым, будто сказочным лесом.

Венди прибавилось еще больше душевного спокойствия.

— «Вот оно, — подумала она, еле-заметно улыбнувшись. — наконец-то!»

Легкая улыбка виновницы всех событий не осталась незамеченной. Никто ничего по этому поводу не сказал, но такая же улыбочка теперь красовалась на губах каждого Дарлинга в машине.

Ровная дорога сквозь лес вела все глубже и глубже в чащу, Мистеру Дарлингу начало даже казаться, что он, возможно, куда-то не туда свернул, но сомнения отпали, как только показалась очередная уже бежевая табличка, на которой красиво было выгравировано «WELCOME TO STORYBROOKE».

— О! — В порыве очередного наплыва счастья издал Мистер Дарлинг, чуть замедлив движение.

Лес, конечно, начал редеть, но никакого города не было видно. Вскоре отец семейства освободил машину и достал телефон.

— Мистер Голд, — Сказал мужчина важно, но с нескрываемым возбуждением. — мы на месте, встретите нас? — На что голос на другом конце трубки попросил подождать пару минут, пока за ними не приедут. Мужчины окончили разговор.

Спустя пару минут к машине Дарлингов подъехал поддержанный темно-темно-фиолетовый автомобиль, но из него никто не вышел. Водитель лишь посигналил, а после, развернувшись, поехал обратно, приезжие последовали за ним, увидев табличку, помещенную выше номеров, «Mr.Gold».

Дарлинги стоят посреди комнатки, по обстановке она сильно походит на комиссионный магазин. Полутемное помещение не самое маленькое по размерам, но множество полок чуть ли не до отвала забиты разными интересными вещицами. Тут Венди стало немного не по себе.

Девочка понимала: что-то должно произойти, что-то, что, вероятно, поменяет ее жизнь больше Неверлэнда. Но надежды оставались, что изменения будут в лучшую сторону.

Все приезжие были крайне напряжены, но с нескрываемым интересом периодически поглядывали то на товары, то на стоящего впереди мужчину — Мистера Голда.

Пригласивший Дарлингов был не самого высокого роста, чуть выше Миссис Дарлинг, его аккуратно постриженные волосы, с проблескивающей сединой, чуть ли не доставали до плеч. Лицо его можно было сравнить с мордочкой какой-нибудь рептилии, добавить чешую — вылитая змея! Мужчина, которому, вероятно, было под пятьдесят, был в строгом костюме, хорошо сидевшем на худощавом теле. Опирался на трость, легонько хромая при ходьбе.

Все шестеро человек стояли посреди комнатки молча пару минут, Мистер Голд внимательно рассматривал семью.

— Так вы, — Начал он спокойно, с легкой улыбкой. Даже его голос можно было сравнить с шипением змеи. Но что-то подсказывало малышке, что человек он не такой плохой. — Дарлинги? Те самые?

— Те самые? — Переспросил Мистер Дарлинг, мужчина с тростью кивнул.

— Вы же понимаете, что… — Мистер Голд явно пытался подобрать нужные слова, слышалась чрезмерная аккуратность в его речи. — ситуация не так проста, как кажется на первый взгляд, — Дарлинги кивнули. — Вы верите в то, что она вам рассказала? — Он указал на Венди, девочка, чуть съежившись под взглядом Голда, все же осталась стоять на месте, с надеждой смотря на мужчину.

— Если честно, — Как-то неуверенно начала Миссис Дарлинг. — Не особо.

— Тогда что ж вы думаете с ней такое? — Даже с какой-то насмешкой поинтересовался хозяин магазина.

— Психологи списали это на разыгравшееся воображение и сломленную психику после похищения, мы им доверяем, — Утвердил отец семейства.

— Но, раз вы им доверяете, — Голд отошел за прилавок, какая-то даже добрая насмешка не исчезала из его речи. — Тогда почему вы здесь? Почему не сдали ее в психушку? — Он начал рыться в одном из ящиков.

— Мы думали, вы поможете, — Уже с нескрываемой надеждой в глазах сказала Миссис Дарлинг.

— А почему, как вы думаете, я позвонил вам именно в тот момент, когда вы отчаявшись, не знали, что делать?

— Случайность, — Вбросил Мистер Дарлинг.

— Ну что же, дорогуша, случайности не случайны, скажу я вам, — Мужчина вмиг оказался около семьи, держа одну руку в кармане пиджака. А Дарлинги в ступоре смотрели на Голда.

— Венди, — Девочка медленно подняла глаза на «змею». — скажи, ты же знаешь, как так вышло. Что это не случайность, — Он чуть опустился. Девочка, привыкшая скрывать, не собиралась открещиваться от своей позиции и просто стояла. В глазах Голда читалось непонимание. — Ну же, — Прошептал он. — Ты же хочешь, чтобы тебе помогли. Давай, не бойся, — Мужчина с сединой протянул к девочке руку.

Но Мистер Дарлинг сразу же взял в охапку дочь и отодвинул от странного мужичка, пригласившего их.

— Ну, знаете ли, — С каким-то гневом, перемешанным с разочарованием, чуть ли не прокричал отец семейства. — Пока что ничего внятного, что может нам помочь я не услышал!

И ничего, кажется, не узнаем! Шарлатан! Дорогая, уходим! — Несколько раскрасневшийся мужчина поторопил свою семью, пока Мистер Голд лишь стоял, наблюдая. Его тонкие губы скривились в ухмылку.

Оставался где-то метр до настежь открытой входной двери, когда та сама с грохотом захлопнулась, также задернулись шторки на окнах сами по себе. Ошарашенная семейка обернулась уже улыбающемуся во все зубы Голду, тот с триумфом наблюдал.

— Что вам известно о Румпельштильцхене? — Поинтересовался мужчина, садясь на стол, из всех Дарлингов только Венди выглядела более менее расслабленной, как только Голд упомянул сказочного персонажа, девочка легко-легко улыбнулась. Она слышала о нем. Бывало, Руфио с Динь разговаривали о мужчине. По их рассказам он не так плох, как кажется…

— Ничего? — Он удивленно приподнял брови. — Ну тогда, у нас с вами будет куча времени для знакомства! — Его губы снова растянулись в широчайшей улыбке.

Какое-то время почти все Дарлинги простояли в ступоре. «Оттаяли» они лишь тогда,

когда маленькая Венди все же отдала Голду те бумажки с заклинаниями. И будто оторвала их от сердца, ведь на них остались последние зримые воспоминания о Динь и Руфио. Девочка думала, что мужчина после вернет ей куски пергамента, но зря надеялась.

Когда Дарлинги уже вошли в дело, но, честно говоря, до конца к них в голове не уложились мысли о магии, как и у всех, кто когда-то только начинает связываться с этим склизким делом, Мистер Голд попросил войти их в свой «кабинет». Это была маленькая комнатушка, отгороженная от магазина ширмой. Была очень схожа на кладовую. Хозяин лавки предложил приезжим присесть на твердый диван, накрытый покрывалом грязно-изумрудного цвета.

Ноги у семьи подкашивались от всей информации, и они, конечно, приняли предложение.

Далее Мистер Голд начал подробнее рассказывать о том, что сейчас происходит. Он оповестил, что абсолютно каждый в Сторибруке герой какой-либо истории, вот только память у каждого о «сказочном прошлом» исчезла из-за проклятия Злой Королевы, являющейся мером городка, в котором они сейчас находятся. И память о прошлом осталась только у двух человек в городе на данный момент. У той самой Злой Королевы и у Румпельштильцхена, которым Мистер Голд в прошлом и являлся.

После мужчина начал разбирать ситуацию Венди.

Он рассказал, что стоит верить каждому ее слову о Неверлэнде, о том, что там происходило. После этого острова дети часто перестают врать. Им это прививает Пэн. Именно страх движет сбежавшими, которых крайне мало. А если быть точнее, на данный момент времени одна единственная Венди, которую Питер Пэн, по непонятным причинам,

до сих пор оставил в живых и не тревожил. Это был первый случай за все время.

— И как же нам избавиться от ее замкнутости? — Взволнованно поинтересовалась Миссис Дарлинг, приобнимая Венди.

— Стать такими же, как и все, — Крайне серьезно произнес Голд. — Вам нужно стереть память.

— Но, как же мы, без воспоминаний? — Недоумевал Мистер Дарлинг. — Вы же просто нас вознесете в середину жизни без ничего!

— В том то и дело, — Уточнял Румпельштильцхен. — Придется вас вернуть в начало, когда Она, — Он указал пальцем на Венди. — только родилась.

— А как же… — Неожиданно подавшая голос голубоглазая посмотрела на братьев.

— Не волнуйся, они тоже родятся, как и суждено было.

— И я не буду ничего помнить о острове? — С каким-то возбуждением поинтересовалась маленькая Дарлинг.

— Только в качестве сказки, как и все дети. Не волнуйся, он тебя больше не потревожит, — Голд осмотрел всех Дарлингов. — Все будет хорошо, — Уверил их он. — Готовы?

На это лишь вся семья закивала. После Мистер Голд лишь поманил Дарлингов за собой, вдаль кладовки, все последовали за ним, пытаясь скрыть внутреннее напряжение.

В голове они прощались со всем, что имели сейчас, будто будут скучать по этому.

когда их память сотрется…

Вся компания подошла к черной двери, запертой на несколько замков. Пока Румпель отпирал ее, все Дарлинги лишь переглядывались. В глазах каждого читалась надежда. Надежда на лучшее.

— Проходите, — Поманил Голд семью в «секретную комнату», все поспешили в нее.

Черная дверь захлопнулась и заперлась изнутри.

Венди пробудилась, будто ее обрызгали ледяной водой.

По всему телу пробежали мурашки, к голове начала приливать кровь, дыхание было спертым.

Она была все в той же пещере, в которую ее привел Пэн.

Питер Пэн.

При появлении его имени в голове девушки, ей становилось по-настоящему жутко, тело сковывал ужас. Теперь она вспомнила все. Сейчас Дарлинг знала, где и с кем находится. С чем она связалась опять.

Встать она не могла, тело слишком ослабло, будто девушка пробежала многокиллометровый кросс, а ведь она это действительно совершила. У себя в голове, по ужасным воспоминаниям.

Голова… как же она дико болела у нее, но, пролежав на полу в пещере какое-то время, боль начала исчезать, силы возвращались.

Кудрявая все это время прокручивала у себя в голове воспоминания. Это было как важная находка, которую обычно не выпускают из рук, не представляя свое счастье.

Вот только Венди не могла понять: радоваться ей или плакать.

Через какое-то время сил хватило встать.

Приподнявшись, она вцепилась о одну из гладких светло-коричневых стен, пытаясь вернуть равновесие.

Вот только напрасно она потратила на это силы, ведь девушка вскоре упала снова, как только в голове прозвучал тот самый шепот. Его шепот.

В глазах опять потемнело, но она пыталась держать себя в руках, сдерживая наступающую панику.

— Ну что, Венди, — В шепоте слышался тот былой дьявольский задор. — Поиграем?

Комментарий к Часть III. Воспоминания

Всем доброго времени суток!

Спасибо огромное за поддержку! Благодарю за отзывы и +, это служит невероятной мотивацией!

Как всегда очень благодарна за прочтение моей работы.

Вот и закончился процесс восстановления памяти нашей Венди, что думаете?

Как вам вообще эта глава?

Надеюсь, не разочаровала:)

P.S. Ой не уложусь я миди, ой не уложуууууусь.

Надеюсь, фанфик на почти 400 страниц не растянется, как прошлый, который тоже изначально миди планировался апзхаха

… Тело Венди сразу же сковал страх. Снова.

Те ощущения, которые испытывала девушка, когда была младше, вернулись с большей силой. Этот шепот теперь приносил лишь ужас. В голове кудрявой не укладывалось: как в этом дьявольском шепотке она могла разглядеть лучи надежды? Да и по прибытию на остров в этот раз она не заметила ничего ужасающего в юноше.

Он слишком хороший актер, это она не посмеет теперь отрицать.

Голова медленно переставала болеть. Все это время Дарлинг сидела на полу, облокотившись на одну из стенок, медленно приходя в себя.

Шепота она больше не слышала.

— «Может быть, показалось?» — Думала она про себя в голове. — «Узнав столько о себе, мне лишь и остается сойти с ума.» — Она усмехнулась своим мыслям, это и заставило ее напрячься снова. — Нет, показалось, — Сказала она уже вслух, с облегчением вздохнув. — Пэн никогда не дает передышек.

— Да ты что, — Шепот появился резко, что заставило Венди вздрогнуть. Эта насмешка никуда не исчезла. — Поиграем? Поиграем? Поиграем? Поиграем? — Эта фраза будто эхом разнеслась по помещению. А Дарлинг боялась отвечать. Она-то знала — Пэн настаивает на игре, когда уверен в своей победе. А вот какова цена…

— Что тебе нужно? — Изнеможденно поинтересовалась девушка, закрыв глаза. Но снова услышала это предложение поиграть, разносящееся эхом. Прослушав такое «давящее» «Поиграем?» еще какое-то время, нервы кудрявой не выдержали. Она вскочила на ноги и повысила голос, благо, силы уже достаточно восстановились:

— Перед игрой обычно объявляют правила, Питер Пэн! — Кричала она, смотря куда-то в потолок. В ее голосе какая-то настойчивость была смешана с полной безысходностью, которую она изо всех сил старалась скрыть, что выходило крайне паршиво. И все залилось тем самым смехом, из-за которого кровь стыла в жилах.

— Правила после соглашения, — Четко прозвучал шепот Пэна, сейчас он был крайне серьезен. Смеха больше не было.

— Неужели ты мне предоставляешь выбор? — Попыталась съязвить Дарлинг, разведя руки в стороны, продолжая, крепко стоя на ногах, смотреть в потолок.

— Да, — Как-то загадочно ответил Шепот. — Ты либо играешь. Либо погибаешь.

— Да лучше умереть, чем находиться тут! — Снова прокричала Венди, а в ее голове крутилось: «Я нужна ему для чего-то, он не позволит мне умереть сейчас.» И в знак какого-то протеста Дарлинг уселась обратно на землю, ожидая. И спустя какое-то время снова смех.

— Ну посмотрим, как ты погибнешь в Его пасти, — И как в доказательство его слов начала рушиться одна из стен, образуя новый проход. Откуда-то из глубин нового коридора послышался кровожадный вой.

Венди Дарлинг сразу же подскочила на ноги, пятясь от того злополучного коридора. Упершись в очередную стенку и сжавшись, Венди пристально, не моргая начала смотреть в темноту коридора. Дыхание ее было спертым, редким. Иногда создавалось ощущение, что девушка вовсе не дышит. Из-за ужаса кожа ее стала чуть ли не мраморно белой. Страх настолько сковал ее, что она не могла сдвинуться с места.

Вой она больше не слышала, лишь изредка какие-то ерзания где-то далеко. Сейчас Венди не могла списать все на «показалось». Теперь она была уверена, что там кто-то есть. И этот «кто-то» жаждет ее крови сейчас.

«Лишние» мысли сразу же испарились, как только очень-очень далеко в темноте коридора сверкнули два ярко-зеленых глаза. Снова раздался вой и послышался топот. Это «что-то» бежало на девушку.

Дарлинг как кипятком ошпарило — Она схватила висящий в «комнатке» факел и молнией метнулась в коридор, где Зверя не было.

Все время своего «кросса» девушка почти не дышала — горький дым от пламени сильно затруднял дыхание, как бы далеко от своего лица она не относила факел, свою лепту внес звериный страх.

Все время ей казалось, что животное буквально дышит ей в затылок, пока она бездумно неслась по коридорам, пытаясь хоть примерно вспомнить, как Питер вел ее сюда. В голове она перебирала воспоминания об этих коридорах, насколько это было возможно в этой ситуации. Но мысли заполняло лишь одно — где-то она встречалась с этим монстром. Где?

Она рылась в своих вернувшихся воспоминаниях, борясь с теми приливами адреналина.

— Волк! — В порыве выкрикнула она. Девушка вспомнила его, Пэн столько пугал ее им! Вот не пришло в ее голову тогда одно: сущность этого волка на самом деле.

И она продолжала нестись по коридорам, слыша топот и редкий вой сзади, она чувствовала его дыхание где-то недалеко.

Но кое-что в один момент прервало эту бешеную беготню по душным темным коридорам. Венди забежала в тупик.

— Да кому нужны тупики в используемых «шахтах»! — Выругалась она полушепотом, рукой постуча по стене, имея скрытую надежду, что та сейчас упадет и откроется новый проход, как тогда в «комнатке». Но не все мечты сбываются. «Препятствие» оставалось на месте, а сзади слышались уже спокойные шаги и рычание волка.

На каблуках, с вконец уже сбитым дыханием от долгой беготни и ужаса, Дарлинг обернулась.

Медленно на нее наступал еле различимый во тьме Зверь, его зеленющие глаза были наполнены дикостью, бешенством. Венди издала тихий-тихий писк.

В паре метров от девушки волк остановился и начал пристально смотреть на нее. Они так и простояли какое-то время, смотря глаза в глаза друг другу. Внутри кудрявая просто умоляла животного развернуться и раствориться во тьме коридоров, или вывести ее прочь отсюда. Но это лишь внутренние мольбы о пощаде загнанного в угол человека.

Мысленно она уже начала прощаться со всеми, кто был ей дорог, когда волк резко бросился на нее.

Буквально в два прыжка его клыки были в паре сантиметров от лица Венди Дарлинг.

Девушка, удивив сама себя, умудрилась факелом ударить животного прямо в висок, чуть подпалив его шелковистую черную шерстку. Зверь отшатнулся и, бросив на девушку разъяренный взгляд, поспешил раствориться в темноте коридоров, как и молила Дарлинг.

— «Это все воображение и магия Острова», — тешила себя девушка, на ее лице самопроизвольно проявилась легкая улыбка. — Еще ничего не кончено, — Пробурчала она себе под нос и, посмотрев на несколько утихающее пламя, бросилась в коридоры, стараясь найти вспомнившийся ей ориентир — пробивающийся сквозь трещины в стене мох.

Напряжение чуть отступило, но расслабиться не получилось. Вдруг волк вернется.

Еще какое-то время Венди Дарлинг блуждала по коридорам, взволнованно посматривая на угасающее пламя. Она чудесно понимала, чем черевато остаться в полной темноте в лабиринте коридоров.

Но она не бежала, кудрявая предпочла спокойно идти, понимая, что карета ее на выходе из пещеры не будет встречать. Сегодня еще придется побороться.

Девушка пыталась припомнить, чего от нее хотел Питер, каков смысл ее пребывания на острове? Но в том порыве ужаса, который испытывала голубоглазая, когда Пэн раскрыл карты, Венди ничего не смогла запомнить.

Венди старалась прикинуть в голове, что же ее ждет дальше, к чему готовиться. Но Питер Пэн настолько непредсказуемый. В ее голове даже проскользнула мысль, что на входе ее будет встречать тот самый Пэн, которого она застала на острове до пещер, а все воспоминания лишь фальшь, но мысли были настолько мечтательны, невыполнимы. Она медленно начинала осознавать, куда попала.

Мозг убрал лишнюю информацию, когда Венди набрела на тот самый мох.

Отсюда Дарлинг помнила дорогу. Девушка поспешила вперед, боясь, как бы факел не погас…

Через какое-то время вдали начали пробиваться лучи света. Как раз тогда, когда от пламени факела оставался лишь тлеющий уголек. Чуть притормозив перед поворотом, который выводил ее на финишную прямую, Венди медленно пошла к выходу.

Девушка вся напряглась, дыхание снова сперто. Она будто ощущала кого-то за собой. Мысли снова вернулись к тому волку, но, каждый раз оборачиваясь и внимательно всматриваясь в темноту, она ничего не видела и ничего не слышала.

Оказавшись на улице, Дарлинг глубоко вдохнула, набирая в легкие свежий воздух.

На улице были сумерки, скоро Неверлэнд полностью погрузится во тьму, а игра все еще не закончилась.

— И что дальше? — Бормоча себе под нос, поинтересовалась Венди, осматривая местность вокруг.

К слову, ничего не поменялось: вокруг были все те же густые мрачные джунгли, листья на верхушках деревьев сильно трясутся. В самих джунглях никогда не было сильного ветра, в отличие от других частей острова, вихри даже задевали верхушки деревьев, но ниже них не спускались.

На вопрос Венди не было ответа. И девушка решила ждать — что-нибудь должно было произойти.

И произошло.

Вскоре Венди услышала свист, а после глухой удар, будто что-то вошло в землю, и, оглядевшись, Дарлинг заметила недалеко от себя стрелу, на которой было что-то прикреплено.

— «Надо играть по правилам, раз начала», — Думала кудрявая, оглядываясь и подходя к стреле.

На основании был кусок бумажки, крепко привязанный тесьмой. Немного потрудившись над узлом, голубоглазая наконец могла прочесть послание. Оно было крайне немногословно, лишь одно криво выведенное слово «БЕГИ».

И в этот раз Дарлинг не стала мешкать. Она понеслась вглубь джунглей, когда сзади послышались крики мальчишек и начался свист стрел.

Девушка не могла понять, откуда стреляют: горы стремительно оставались позади, на деревьях она никого не замечала, да и через ту гущу листвы и веток очень проблематично стрелять так метко, да и вскрики прекратились давно. Стрелы утыкались либо в землю около Дарлинг, либо в стволы деревьев рядом, но никак не протыкали тело голубоглазой, только изредка задевали, оставляя легкие царапины, из некоторых тонкими струями сочилась кровь. Часто они градом сыпались перед ней, когда та поворачивала, и перед ней образовывалась словно стена.

Сама же Венди бежала настолько быстро, насколько могла, девушка часто спотыкалась о непонятно откуда взявшиеся корни деревьев, иногда резко упиралась в колючие кусты, даже умудрилась скатиться кубарем с резко появившегося склона и, сказать честно, тогда она подумала, что этот овраг — ее шанс на краткосрочный отдых, ведь даже стрелы какое-то время не летели, когда она была там.

— «Наверное, я пропала из виду,» — думала она, пытаясь восстановить неприлично учащенное дыхание, но не тут то было, прямо перед ней со свистом в землю врезалась очередная стрела, но девушка была уже настолько измождена, что явно у нее не хватило бы сил взобраться вверх по склону оврага — она и сейчас еле встала, ноги были уже будто ватными. Она бежала на автомате, повинуясь ведению стрел. И решила Дарлинг продолжать бег по самому оврагу, не поднимаясь вверх, думая, что где-то должен быть склон поменьше.

Но высота склонов не менялась, бывало лишь становилась больше, и она продолжала бежать, уже чуть замедлившись.

На улице тем временем полностью стемнело, и дорогу девушке сейчас освещал лишь изредка пробивающийся свет луны и звезд. А стрелы летели, будто те, кто их посылал, могли видеть во тьме.

Когда Дарлинг окончательно выбилась из сил и могла бежать лишь трусцой, она увидела, что чуть дальше овраг завален ветками, между которыми невозможно пробежать, а склоны в том месте были настолько резки, что подняться по ним не было возможности. Девушка, судорожно оглядываясь назад, решила подойти и посмотреть к той куче веток — может там что-то было. Тем более стрелы перестали лететь — это было отличной возможностью перевести дыхание.

Буквально в паре сантиметрах от «лиственной стены» земля неожиданно пропала из-под ног девушки. Она покатилась вниз, издав испуганный вскрик…

Венди сразу же напряглась, стало невероятно страшно от непонимания того, что происходит.

Это выглядело, будто она катилась вниз по крутой горке, правда, поняла это Дарлинг не сразу — тут было еще темнее, чем на улице, а дышать в этом месте было практически невозможно, в туннеле было невыносимо жарко, создавалось ощущение, что девушка скатывается прямиком в ад.

— «Из одного ада в другой», — Проскочила в голове девушки мысль. Дышать становилось все труднее, спину начало сильно печь от постоянного трения. И так порванная местами рубашка начала тянуться и рваться еще сильнее.

Вскоре в конце туннеля появился свет, гораздо ярче звездного, он был будто от огня. Венди напряглась еще сильнее, понимая, что игра еще не окончена.

Когда туннель оборвался, Дарлинг резко влетела во что-то, прикрыв глаза от той яркой вспышки света. Раскрыв глаза, того яркого света уже не было, девушка обнаружила перед собой деревянные прутья, окружавшие ее. Сейчас она находилась в клетке, путь из пещеры, словно по волшебству, загородился решеткой тоже. И кое-что заставило девушку замереть в ужасе.

Клетка находилась на одном из гладких склонов гор, похожие были в русалочьей лагуне, а под ней — вода. Высота была огромной.

Правда, чтобы это рассмотреть кудрявой пришлось прильнуть к самому краю клетки: на полу были разложены доски, а на них невероятное количество кроваво-алых лепестков.

— Что это значит? — Шепотом спросила сама себя Венди, перебирая шелковые на ощупь лепестки, попутно осматриваясь. Выхода отсюда не было, что заставляло напрячься еще сильнее. Она думала, что по-любому ее не будут держать тут все время. Что-то должно произойти, эти лепестки явно не награда за выигранную игру.

У Питера Пэна еще никому не удавалось выиграть.

Спустя пару секунд лепестки, находящиеся в руках Дарлинг начали будто плавиться, что вызвало вскрик девушки, которая сразу же поспешила убрать из рук густую красную жидкость, но это было словно капля в море. Лепестки все уже превратились в тягучую алую водянистую массу, которая сильно затрудняла движение голубоглазой, которая сразу же начала ерзать, будто стараясь скрыться от того, во что превратились лепестки. Они стали будто кровью… А может, это и была кровь?

На ее одежде: штанах, когда-то светлой красивой рубашке появились ярко красные пятна. Эта беда не обошла ее кожа. Лицо ее выглядело, будто девушка только что загрызла оленя своими же зубами. Ей казалось, что этой жидкости становилось все больше и больше, а клетка все меньше и меньше.

Эти волнения по поводу «крови» тут же испарились, как только клетка стремительно полетела вниз, в воду.

Девушка все эти секунды, словно завороженно, смотрела на приближающуюся гладь. Она не кричала, не паниковала, пытаясь выбраться. Она была загнана в угол, не знала что делать. Венди Дарлинг устала.

Как только клетка с девушкой столкнулась с водой, «кровь» медленно начала вымываться, оставляя красные разводы на глади. А Венди…

Она хваталась за верхние прутья, пыталась их как-то погнуть, ведь сейчас она понимала, что помочь может лишь себе сама. Но тщетно.

Когда вода дошла выше поясницы девушки, она только и могла, что ухватиться за те самые высокие прутья и всматриваться в темное небо, ожидая помощи от того, кого боялась больше всего. То место, где она сейчас тонула, было схоже на маленькое озеро, окруженное скалами, так что о помощи Ариэль она даже и не думала.

— Черт, черт, черт. Что же делать? — Все повторяла она себе под нос, борясь с подступающими от безысходности слезами. — Питер! — Начала кричать она срывающимся голосом, когда вода доходила уже до груди. — Питер Пэн! Питер, помоги! — Орала она, уже захлебываясь в слезах. Девушке было настолько страшно, что она была готова пойти на такое унижение — упасть в ноги тому, от кого так старательно оборонялась, к кому испытывала такой ужас. — Давай остановим игру? — Тараторила она, судорожно бегая глазами по небу и лесу. — Питер, давай закончим?! — А вода тем временем доходила уже до подбородка, кудрявая уже, насколько это возможно, прислонилась к прутьям, жадно дыша. — Я сдаюсь, Питер, я проиграла, — Как-то смиренно прошептала она, перед тем как сделать последний глоток воздуха и уйти под воду.

Ее клетка все так же медленно шла ко дну, а девушка, сильно зажмурив глаза, все еще мертвой хваткой держалась за деревянные решетки. Она не решалась перестать задерживать дыхание, она просто не была готова умереть сейчас, как бы не старалась уверить в этом окружающих. И себя.

А воздух медленно иссякал, паника и ужас нарастали.

Когда девушка уже не могла сдерживать дыхание, послышался смех. Тот же дьявольский, насмехающийся, но даже это не смогло заставить Венди продолжать оттягивать предначертанного. Она расслабилась, позволив воде медленно заполнять ее легкие.

Но буквально через пару секунд послышался щелчок, а за ним звук утекания огромного количества воды. Девушка резко вдохнула носом, но воздух встретился с преградой в виде воды, Дарлинг начала сильно откашливаться, ощупывая местность вокруг, не открывая глаз.

Она понимала, что все еще в клетке, но ни снизу, ни по бокам от нее ничего нет.

Когда она уже смогла дышать более-менее нормально, девушка открыла глаза, протерев их от воды.

Ее клетка была подвешена на толстой ветке какого-то темного дерева. Доски с пола пропали. Было холодно.

Рядом стоял факел, тускло освещавший местность вокруг.

Венди заметила неподалеку такие же подвешенные клетки. В двух из них она заметила движение. Два человека внимательно смотрели на нее, не проронив ни слова.

В них она узнала двух знакомых, с которыми давно разлучилась.

— …Динь? …Руфио?

Комментарий к Игра

Спасибо за ожидание и прочтение:)

Очень важны ваши отзывы! Что понравилось; Что не понравилось; Что не понятно; Что интересно — Пишите!

Надеюсь, вам понравилось!

P.S. Даже месяца с момента публикации последней главы не прошло, ничего себе апхах. Надо бы не занижать планку и закончить эту работу до экзаменов, а то уххххх как будет не хорошо.

Какое-то время старые знакомые так и сидели: молча, смотря друг на друга. Взгляды их передавали многое: ужас совмещался с радостью, непониманием.

Руфио решился первый проронить слово:

— Не может быть… — Прошептал юноша, прикрыв рот рукой. — Венди Дарлинг…

— Как? — Выбросила лишь одно слово Динь. Девушка сидела в полном шоке от происходящего, внимательно осматривая прибывшую, будто та была каким-то воображаемым существом, которое вот-вот должно было пропасть. Лучше бы оно так и было…

А сама кудрявая также безмолвно глядела на друзей. Она не знала, что говорить, как говорить. Будто стала немой.

— Я… — Наконец-то выдавила она, несколько прокашлявшись. Она ощущала некий стыд за то, что по своей же глупости вернулась в это место, ведь Руфио и Динь пожертвовали собой ради нее! — Я думала, вы мертвы, — Тихо сказала она, изредка поднимая глаза на друзей, те же не сводили взгляда с нее, улавливая каждый произносимый ею звук. — Когда я отплывала отсюда, я видела, как Пэн с потерянными вас настиг, — Дарлинг резко прильнула к прутьям клетки, уже перманентно уставив свой взгляд на «спасителей». — Я так счастлива, что вы живы! — Чуть громче, чем обычно, сказала она, а на губах появилась та детская, хорошо знакомая, улыбка.

— У нас несколько обратные чувства, — В неловкой усмешке произнесла Тинкербелл. Заметив вопрос во взгляде Венди, девушка поспешила объясниться. — Ты не подумай! Мы, безусловно рады тебя видеть, но… — Она потупила взгляд в пол, облизывая губы.

— Лучше бы эта встреча произошла вне острова, — Как нельзя серьезнее продолжил Руфио.

— Я понимаю… — Закивала грустно головой кудрявая. — Я все понимаю.

— Ты же не ради нас сюда вернулась? — Несколько грубо спросил очевидно наклевывающийся вопрос Руфио, Венди никогда на своей памяти не видела его таким серьезным.

— Нет-нет-нет-нет! Вы что? — Отнекивалась Дарлинг. Несколько неловко и эгоистично для девушки прозвучали данные выражения, она поспешила подправить сказанное. — В здравом уме сюда бы никто не вернулся! Даже за друзьями…

— Но тем не менее, — Продолжал свой допрос с пристрастием Руфио, сейчас он более переместился под свет факела, его лицо подсветилось: оно значительно исхудало, мягкие щеки сменились острыми скулами, также появилась пара царапин, шрамов. — Ты тут.

— Это… крайне долгая история, — Начала Венди, неловко перебирая ткань рубашки пальцами. Она боялась посмотреть в глаза заточенных и увидеть в них неодобрение. — Все началось с того, что…

— Ох, я думал, ты отключишься! — Послышался откуда-то голос, полный задора и кощунства одновременно. Как только Динь и Руфио услышали его, то сразу запрятались в самые темные уголки своих клеток, эти двое буквально перестали дышать.

Питер Пэн медленно, вальяжно направлялся сквозь заросли к висевшим клеткам в сопровождении «свиты». На губах его все также играла дьявольская улыбка, не предвещающая ничего хорошего.

Он остановился, когда оказался прямо посреди клеток так, чтобы он мог хотя бы различить силуэты заточенных, а также чтобы узники смогли лицезреть его «во всей красе». Двое потерянных же, которые пришли с главарем, остались стоять, грубо говоря, на входе. Пэн пускал в этот сектор лишь доверенных лиц, чтобы избежать саботажа, ведь: «Кто знает, что у них может повернуться в башке, когда они ходят их подкармливать или просто прогуливаются рядом!», как говорил сам Король острова.

— Шиз! — Окликнул Пэн, смотря на клетку Руфио, юноша же никак не ответил: так и остался сидеть в тени. Питер рассмеялся. — Я слышал, как ты тут разговариваешь, — Зеленоглазый направился в сторону клетки «собеседника», внимательно всматриваясь в темноту. Как только он подошел к «месту обитания» заточенного, то резко вцепился в прутья руками. Венди была готова поклясться, что услышала треск. — Лучше бы ты так болтал тогда, — Прошептал главарь. — Болтал тогда со мной лучше, а не с ней! — Импульсивно выкрикнул Питер, резко указывая на Венди. Дарлинг даже резко содрогнулась от такого воспоминания о себе, издав тихий-тихий писк, будто Он указал на нее не пальцем, а пустил в ее сторону стрелу.

А этот писк не остался незамеченным, Пэн кинул на нее задорный взгляд, несколько ухмыльнувшись, но ничего не сказал.

— «Очередь до меня еще дойдет,» — Думала Венди. Девушка так и осталась сидеть неподвижно, крепко вжавшись в прутья клетки, будто те могли ее как-то спасти от надвигающейся «угрозы».

— Лучше бы ты меня тогда убил, — Послышался тихий, подавленный голос Руфио. Данное высказывание заставило Пэна расплыться в ярчайшей страшной улыбке.

— Лучше для кого? — Спросил Питер, приподняв бровь. — Не для меня уж точно. Предатели должны страдать, — Шептал он, растягивая слова, будто объяснял что-то маленькому ребенку, попутно медленно кивая головой. От такой картины у кудрявой пошли мурашки по телу. — Смерть — слишком большой подарок для вас, — Он секундно окинул взглядом клетку Динь, девушка не так сильно зарылась в темноту, в тусклом свете можно было заметить ее сжатые кулаки, а также лицо, выражение которого выдавало полнейшую ненависть, но в ее позе, мелких движениях и мимике можно было уловить тот ужас, который она испытывала перед стоящим впереди нее юношей.

Пэн резко, схватившись уже за две клетки руками, качнул их, заставив их обитателей нелепо кататься по всей площади своих «домов». Двое попытались схватиться за прутья, и, когда это у них получилось и они перестали кататься по клетке, Дарлинг увидела у них абсолютно изнеможденные гримасы. Сейчас они не отображали ни страха, ни ненависти. Пустые взгляды были устремлены в пол. В них не осталось ничего того, что знала и помнила Венди.

— А теперь, моя дорогая, — Питер резко направился к Дарлинг, его самонадеянный взгляд прожигал девушку. Она застыла, как статуя, смотря на приближающегося волка. — нам нужно переговорить. Вдвоем.

Пэн щелкнул пальцами и их двоих начал окутывать туман. Дарлинг начала бегать глазами повсюду, смотря как дымка обволакивает все. Питер же с нескрываемым ликованием смотрел на девушку, которая выглядела загнанной в угол овечкой.

Внутри девушки все стало так легко, будто появились те самые «бабочки в животе».

Когда туманность рассеялась, клетка голубоглазой пропала, она сидела в каком-то месте, очень напоминающим палубу старого корабля. Глаза будто покрылись какой-то пленкой, из-за которой девушка плохо видела, но она медленно проходила, давая четкость зрению.

Когда глаза стали хорошо видеть, кудрявая заметила в паре метрах от себя Пэна. Он сидел перед ней, присев на землю, смотря прямо в глаза.

— Долго же ты отходишь, — С усмешкой подметил он, присаживаясь поудобнее. Девушка порывалась резко вскочить на ноги, но Питер же просто выставил руку вперед, двигая вниз. — Тихо, тихо, — Успокаивал тот ее. — Сиди спокойно, — Говорил Питер. В этот момент он не использовал никаких магических способностей. Это «авторитет» и был той магией, заставляющей людей повиноваться ему. Что и сейчас сделала Венди.

Еще какое-то время они просидели молча. Пэн всматривался в лицо девушки, а та все время отводила неловко взгляд, изредка поглядывая на юношу, думая: ” Да когда ты уже прекратишь?!».

— Знаешь, — резко начал Он. Такой неожиданный старт речи заставил девушку вздрогнуть. — У всего есть жизнь. У птиц, зверей, насекомых. У деревьев есть жизненная сила, да даже, черт возьми, у воздуха. Он живет, пока ты его не вдохнешь. Он живет для того, чтобы ты его вдохнула. Даже эти доски, — Он постучал рукой по палубе корабля. — живут для того, чтобы мы с тобой сейчас сидели на них и говорили. Все на свете существует для чего-то, но предназначение не всегда становится понятным окончательно. Это скорее лотерея: придешь ты к пониманию своего смысла жизни, или так и останешься копошиться, как рыба в сетке, думая «А для чего все это?», — Его рассказ был крайне эмоционален, он активно жестикулировал, а Венди внимательно его слушала, она пыталась понять, к чему Пэн ведет. — Ты же тоже сейчас задаешься этим вопросом? — Дарлинг легонько кивнула, боясь лишний раз пошевелиться. Питера позабавила такая «загнанность», ведь он проводил параллель, как около часа назад девушка боролась, проявляла смекалку и напористость, а сейчас сидит, вжавшись в бочонок, стоящий позади нее. — А смысл есть, — Продолжил он. Пэн резко, грубо схватил руку Дарлинг и приложил ее к месту, где находится сердце, сделал он это так резко, что девушка, подавшись вперед, упала, но быстро приподнялась, встав на колени. — Слышишь? — Поинтересовался Питер, внимательно наблюдая за реакцией. Кудрявая лишь уставилась на свою руку, лежащую на грудной клетке юноши. Действительно, сердцебиения не было, но Венди ничего не ответила на вопрос, что подействовало крайне раздражительно на Короля острова.

Он выпустил ее руку, но также резко и грубо схватил ее за подбородок, поднимая ее голову так, чтобы их взгляды встретились. Он повторил свой вопрос уже менее любезно, сейчас Венди затрясла головой, показывая, что ничего не слышала.

Питер резко откинул ее назад, обратно к бочонку, а после подождал, пока та поднимется обратно в сидячее положение. Такие выходки навевали больше страха. Теперь предположение о бессердечности главного обитателя Неверлэнда были подтверждены, но девушка никак не могла представить, что все так буквально.

— Ты знаешь, что такое диалог? — Спросил юноша, лицо его выглядело по-детски обиженным, он также пилил взглядом девушку. Венди кивнула. — И что это?

— Э… э-это, когда люди гов-ворят, — Заикаясь, тихо произнесла девушка.

— А что у нас сейчас происходило? — Оживлял тот самый диалог парень.

— Точно н-не диалог, — Боязливо ответила на вопрос загнанная в угол.

— Когда ты была ребенком, с тобой было интереснее говорить, — Прошептал Пэн. — Да что ты заикаешься! — Вскричал он, резко поднявшись на ноги. — Хотел бы я тебя убить — ты бы была мертва!

— Тогда для чего я тут? — Уже более спокойно спросила Дарлинг, она поняла, что если не пересилит себя, то это еще больше разозлит Его. Эта большая уверенность в голосе заставила Питера ухмыльнуться. Юноша подошел к ней близко, сел рядом так, чтобы их лица находились максимально близко друг к другу. Они смотрели друг другу в глаза, Венди жаждала ответа, а Пэн — игры.

— Узнаешь, когда научишься вести диалог, не выдавливая из себя фраз, — Он посмеялся. — Неверлэнд не любит притворства. А сейчас, — Он щелкнул пальцами, Дарлинг отключилась. — спи крепко, девушка с сердцем.

Он встал и начал отдаляться от нее, оставляя Венди Дарлинг одну на ночной палубе корабля.

Проснулась кудрявая с дико гудящими мышцами.

Она была уже не на палубе того старого корабля, а в клетке, рядом в соседних каморках сидели Динь и Руфио, о чем-то тихо шепчась. Увидев проснувшуюся Венди, они прекратили разговор.

— Доброе утро, — Сонно, протирая глаза, поприветствовала друзей девушка. — Сколько я спала? — Поинтересовалась она. Как только ясное видение вернулась, девушка осмотрелась. — И как я тут вообще оказалась?

— Недолго, не знаем, мы спали, — Консервативно ответил Руфио, продолжая разговор с Динь, игнорируя Дарлинг.

Венди попыталась влезть в разговор товарищей, но те отгородились от нее словно каменной стеной.

— Да что ж такое! — В непонимании вскрикнула девушка, заставив таким резким поднятием голоса вздрогнуть друзей, те сразу приложили палец к губам, прошипев.

— Не кричи, ты чего! — Раздраженно прошептала Динь, после чего повернулась в Венди лицом. Дарлинг ахнула от ужаса.

На лице феи появилась пара синяков и порезов, вчера такого не было. Лицо Руфио было не лучше.

— Да что с вами такое? — Поинтересовалась Венди, перейдя на шепот, в ее тоне звучало явное возмущение. — Почему вы меня игнорируете?!

— Нам нельзя… — Начал было Руфио, но сразу же зажал рот руками, после чего отвернулся, сильно зажмурив глаза. Динь тоже поспешила отвернуться от девушки.

— Нет-нет-нет! Раз уж начали — договаривайте! — Убеждала их Дарлинг, вцепившись в прутья, смотря на спины друзей. Но те не реагировали. — Эй! — Вскричала она. — Да вы что? — Несколько обиженно спросила девушка. Поведение Динь с Руфио осталось неизменным. — Эй! Кто-нибудь! — Громко начала кричать Венди, это было настолько резко, что заключенные от неожиданности вздрогнули. — Потеряшки! Эй! — Кудрявая начала колотить, шатать прутья клетки, бешено озираясь, иногда кидая взгляд на шокированных товарищей. — Да вы оглохли все что ли?! — Она на пару секунд опешила, будто жаждая ответа, давая Динь и Руфио спокойно вздохнуть и уже ответить на ее вопросы, но те молчали, с опаской смотря на девушку. Дабы получить разгадки, Дарлинг решилась на крайность. — Питер! Питер Пэн! — Кричала она еще громче.

— Ты что творишь? — В гневе и диком ужасе прикрикнул Руфио, кинувшись на прутья своей клетки, как мог бы кинуться голодный лев, завидев около своей клетки предполагаемую пищу. Венди замолчала и отодвинулась от прутьев.

— Ты понимаешь, что сделала? — Прошипела Тинкербел. — Если он сейчас явится, то нам всем! — Она провела большим пальцем по шее.

— Я понятия не имею, что делаю, — В полголоса, с какой-то ноткой задора, начала уже спокойно говорить Венди. — Но я знаю, для чего, — Она снова приникла к прутьям. — И если вы не ответите на мои вопросы, я продолжу кричать, во что бы то не вылилось, — Перешла она на шепот, прожигая глазами заключенных.

— Хорошо, — Тяжело вздохнув, подытожила Динь. — Что тебе интересно? — На губах Дарлинг появилась победная улыбка.

— Что Пэн сделал с вами, когда вы меня спасли? — Всматриваясь в изувеченные лица, поинтересовалась Венди.

— Все, — Кратко ответил Руфио, но, увидев застывший вопрос в глазах собеседницы, поспешил продолжить. — Нас избивали, — Начал он говорить безжизненным голосом, глаза у него были пустые. Его пальцы загибались в такт произнесенным пыткам. — Топили, гоняли по острову, как шавок, морили голодом, подвешивали на мишени, попадая по нам стрелами, а после залечивая все так, чтобы мы оставались живы, но мучались, — Парень демонстративно приспустил кофту, обнажив глубокую отвратительную рану на плече. — Тебе еще что-то нужно? — Венди закивала головой. Парень тяжко вздохнув, пристраиваясь поудобнее, он помнил ту любознательность девушки и отлично понимал, что она не иссякла.

— Есть какие-то видимые изменения на острове?

— Мы, из клеток, конечно, можем заметить изменения острова, — Горько усмехнулся юноша.

— Есть, — Быстро проговорила, будто гавкнула Динь, Руфио на нее удивленно глянул, Венди лишь перевела полный интереса взгляд. — На северную часть острова, это за горами, где обитало множество дичи и съедобных растений, перестали ходить, конечно, это может быть связано с тем, что всех животных истребили, а растения вырвали, но, — Девушка придвинулась ближе к толстым прутьям клетки, максимально высовывая голову наружу, перейдя на шепот. — Он бы никогда не допустил опустения тех мест, Он заведомо создал запасы там неиссякаемыми, разработав определенный механизм. Также пропали потерянные, которые были назначены Хранителями того места, они не появлялись уже месяц в лагере, хотя ранее было намечено появление хоть одного каждые четыре дня.

— Откуда ты знаешь? — Не скрывая изумления, поинтересовался Руфио.

— Ты не забыл, что магию у фей полностью забрать нельзя? Мои сны все еще точны, как никогда, — Девушка подмигнула другу. Венди все это время внимательно слушала их. — Также южную часть, около индейцев значительно трясет по ночам, до них, конечно, не доходят катаклизмы, не тем не менее влияние на их жизнь они оказывают: огромные потоки воды затопили рассадники, землетрясение порушили дома смотрящих за садами. Неверлэнд больше не процветает, все становится хуже и хуже.

— Кстати об индейцах, — Вставил свое слово Руфио. — Не знаешь, что это? — Он достал из-за пазухи свернутый листок пергамента и протянул его к клетке Дарлинг, та еле-еле, кончиками пальцев, смогла захватить бумажку.

Раскрыв ее, стараясь как можно меньше шелестеть, девушка увидела знакомую картинку. Огромный татуированный мужчина, рядом с ним хрупкая женщина, они окружены четырьмя детьми. А перед ними маленькая кудрявая девочка — Венди Дарлинг.

Голубоглазая сидела, в изумлении смотря на рисунок какое-то время.

— Нет, не знаю, — Соврала она, попутно сворачивая рисунок, стараясь как бы «между прочим» засунуть пергамент в карман потертых штанов, но это заметили.

— Все ты знаешь, — Утвердительно высказался Руфио, стреляя глазами туда, где только что «испарилась» бумажка. — Откуда это? — Повторил он свой вопрос. Дарлинг тяжело вздохнула, понимая, что сознаться придется. Ей же все еще нужны союзники.

— Когда я только прибыла на остров в первый раз, я попала к индейцам, те меня радушно приняли, а когда я уже уходила в этот лагерь, Тигровая Лилия дала мне этот рисунок.

— Вот твое спасение, — Усмехнулся Руфио, показывая пальцем туда, куда Дарлинг засунула бумажку. — И наше, возможно, — Последние слова он прошептал так тихо, что услышал только он сам.

— У меня еще есть вопрос, — Осторожно начала Венди. — Что значит «мы меченные»?

Заключенные ничего не ответили, лишь переглянулись. Пару секунд спустя Динь кивнула другу, тот начал снимать грязную одежду, обнажая тощее изувеченное тело, некоторые раны до сих пор кровоточили.

Парень аккуратно сложил свои накидку и рубашку около себя и развернулся к Дарлинг спиной.

На всю его спину было выцарапано семь палок разной длины, кверху все были перечеркнуты еще одной ровной палкой, это нечто напоминало свирель Пэна.

Руфио поспешил одеться обратно.

— Посвящение, — Уточнила Динь. — Он делает так со всеми, кто пробыл на острове достойно какое-то время. Нож особый, он чувствует тех, на ком оставил увечья, поэтому с его помощью можно найти любого, чье тело ранило его лезвие. Кстати, он может и исцелить, но, — Она усмехнулась и продолжила с досадой. — от Него не дождешься.

— И у тебя есть? — Робко спросила Дарлинг, на это фея лишь кивнула, докоснувшись до плеча.

— Тихо! — Шикнул Руфио, смотря вглубь леса.

Что-то шуршало не так далеко от клеток, все заключенные напряглись. Вскоре из чащи джунглей вышел огромный черный волк. Тот самый, от которого кудрявая убегала в лабиринте коридоров не так давно.

Он медленно, вальяжно прошел между клеток, кровожадно зарычав пару раз. Окончательно остановилось животное около клетки Дарлинг, оно сильно толкнуло пристанище девушки пастью, но висевшая клетка осталась неподвижно, лишь дверь резко открылась.

Зверь встал так, что его спина находилась прямо перед «выходом», Дарлинг поняла: надо садиться на него. Но ее действия не так решительны, как мысли.

Девушка мялась на месте, боясь и носа высунуть на свободу, она кинула взгляд на Динь и Руфио, те лишь еле-еле, боязливо кивнули, говоря: «Давай!».

Сам волк стал ее подгонять, издавая короткий рык.

Задержав дыхание, девушка села на спину черному, как ночь, волку.

Тот незамедлительно рванул вперед, сквозь все кусты, ветки, которые неприятно ударялись о тело, оставляя легкие порезы.

Девушке ничего не оставалось, как всем телом прижаться к своему «проводнику» и просто надеяться, что все будет хорошо…

Комментарий к Информация

Всем доброго времени суток!

Я дико извиняюсь за долгое отсутствие, у меня были экзамены, и… сами понимаете)

Но сейчас все закончилось, и я пытаюсь вернуться в строй!

Спасибо за прочтение, надеюсь, глава не разочаровала!:3

Волк какое-то время бежал по острову, иногда заворачивая так резко, что бедная Венди чуть не слетала с него, в тот момент это было больше похоже на игру с быком в барах: когда забираешься на макет быка, а тот начинает раскручиваться, шатаясь из сторону в строну. Проводя такое сравнение в голове, Дарлинг точно знала одно: и там, и там в конце ждет падение. Вот только если с быка человек падает на мягкие маты, то тут предстояло еще погадать: на что упасть и как болезненно это будет.

Изредка, когда на пути встречались звери, Волк начинал рычать, а рык стоял такой, будто Он отгонял не безобидного олененка, а целую стаю таких же свирепых волков. Завидев несущееся Нечто, существа спешили скрыться в темных зарослях острова.

Венди и не заметила, как Зверь сбавил бешеную скорость и перешел на вальяжную ходьбу. Из положения лежа она села, все еще крепко держась за густую черную шерсть, осматриваясь. Они находились на одном из утесов Острова, с которого открывался вид на темные джунгли, длинный песчаный берег, а также на полукруг огромных гор. Смотря на эти массивные возвышенности, Дарлинг вспомнила то, что говорила Динь о исчезновении области за полукругом гор из планов Пэна; в кудрявой разыгрался интерес, она жаждала узнать, что же происходит, в голове пролетели вероятности исполнения плана, самым маловероятным вариантом она избрала обычный вопрос Королю, но он все же оставался в списке.

В центре обозреваемых джунглей она увидела свет, как она предположила, лагерь потерянных мальчишек, а ближе к окончанию этого полукруга скал — еще один свет, тот самый лагерь индейцев, в котором когда-то ей удалось побывать. Рука невольно потрогала карман, где хранился рисунок, подаренный ей давно. «Это может быть твоим спасением…» — прозвучал в голове голос Руфио.

Осматриваясь, она и не заметила, как Зверь обратно вернул человеческий облик.

— Ну что, вторая попытка поговорить? — Иронично подметил Питер с привычной ухмылкой на губах. От этого голоса у Венди сердце замерло, но девушка взяла себя в руки и резко развернулась, юноша стоял от нее на довольно приличном расстоянии, смотря прямо в глаза.

— Можно попробовать, — Пытаясь изобразить уверенность, ответила Дарлинг. Глаза ее не имели определенного ориентира: носились туда-сюда, как сумасшедшие, а руки, которые девушка скрепила сзади, сильно сжались, от нервности большие пальцы чесали указательные, ноги, словно каменные, стояли ровно.

— Как тебе остров? Уже в новоиспеченном обличии? — Питер начал медленно ходить кругами вокруг голубоглазой, все еще не сводя с нее ядовито-зеленых глаз.

— Негостеприимный, — Кратко отрезала Венди.

— Ох, я бы так не сказал! — Дернул головой Пэн. — Тебя не оставили гнить где-то в Трущобах острова, выделили клетку, носятся с тобой, чтобы ты не заскучала, — Перечислял он. — Негостеприимно, — Прошипел собеседник девушки. — А что для тебя гостеприимно? — С усмешкой поинтересовался он, стоя прямо за ее спиной.

— Семейное гостеприимство, — Дарлинг старалась отвечать как можно точнее и кратче, как бы поддерживая диалог, но не сильно его развивая.

— Семейное гостеприимство, — Полушепотом повторил Питер, его губы расплылись в ядовитой улыбке. После его слов, кудрявая поняла, что сказала, но он не дал ей исправиться, а сам продолжил говорить. — Я так понимаю, ты еще не точно осознала, куда попала, — Резко его рука оказалась на ее талии, а уха коснулось его дыхание. Девушка покрылась мурашками и еле заметно дернулась. А он заметил.

— Зачем? — Тихо произнесла она единственное слово, смотря куда-то вдаль.

— О! — Громко воскликнул парень, убирая руки от девушки, он снова оказался перед ней. — Вот это уже диалог получше, — Самодовольно уточнил юноша. — Помнишь, что я говорил о жизни? — Венди кивнула. — Так вот, остров тоже жив, — Он выждал паузу, стоя уже спиной к ней, но создавалось ощущение, что он один из тех, имеющих глаза на затылке, ибо, как только на лице Дарлинг появилась мина негодования, Пэн сразу снова усмехнулся. — Хочешь в этом убедиться?

— Я тебе верю, — Кратко отсекла его предложение девушка, опустив глаза в землю.

— А мне кажется, не совсем, — В тот же миг он резко взлетел, крепко ухватив собеседницу за руку, сжал он ее настолько сильно, что та тихо пискнула.

Буквально в какие-то секунды летящая парочка перепорхнула на одну из самых высоких вершин. Приземлившись, Питер Пэн встал позади Венди, обхватив щеки, стоявшей, как статуя, девушки, холодными руками.

Перед ними открывался еще более обширный вид на огромный, величественный Неверлэнд, это позднее время придавало ему шарма: спиралевидные облака сверху, которые, несмотря на темное время суток, можно было разглядеть; чарующие, но в то же время устрашающие джунгли, заволоченные дымкой, навевали одновременно и восхищение, и страх; мелькающие кое-где огоньки то ли светлячков, то ли светила факелов Потерянных наполняли это место какой-то неизвестной девушке магической атмосферой. В такой тихий, сверху волшебный остров можно было влюбиться, если бы так и остаться стоять на горе, не зная ни его обитателей, ни эти джунгли вблизи.

Король данного места медленно выжидал, давая девушке рассмотреть все, его руки все еще крепко держали ее голову, чтобы они не дай боже не устремила свой взгляд куда-то в другую сторону, отвлечась от того, на что ей давали смотреть сейчас.

Остров действительно жил: прямо на глазах могли увеличиваться деревья, на горах вырастали новые уступы, реки меняли направления, а животные, которые, вероятно, хранили ту временную идиллию, блуждали по тем местам, где когда-то могли случаться страшные напасти на людей… если их так можно было назвать.

Резко Питер развернул ее в противоположную сторону, предварительно закрыв глаза, добавив и так впечатлительной Дарлинг эффект неожиданности.

Освободившись от «оков темноты» рук юноши, кудрявая увидела перед собой полную противоположность того, что ей довелось узреть несколько секунд назад.

На этой стороне жизни не было. Никакой.

Голая земля была черно-угольного цвета. Это все, что увидела Венди перед собой.

Она и не заметила, как Пэн убрал руки от нее. Незаметно для себя, девушка двинулась вперед, у самого обрыва гор, которые на Той стороне были идеально-гладкие, черные, ее резко оттянул назад парень, сделал он это так сильно, что завороженная устрашающей картиной Дарлинг упала на землю.

— Хоть что-то если сунется туда — убьет, — Констатировал факт Питер.

— Что произошло? — Не отрываясь от неприглядной картины, спросила с явным интересом Венди.

— Это все реакция, — Начал Пэн, смотря вдаль Той стороны. — С появлением меня на острове жизнь тут немного пошла в расстрой, на что я, от сильной любви, — Как-то с иронией прозвучало из его уст. — отдал, для поддержания баланса, свое сердце. И, как видишь, — Он обвел рукой окрестности. — реакция, спустя столько времени, дала сбой.

— А меня-то ты зачем во все это посвящаешь? — От какого-то волнения Венди начала сжимать, перебирать в руках траву, на которой сидела. Она примерно понимала ответ, но ей нужно было подтверждение «из первых уст».

— Что для тебя значит «отдать сердце»? — Ответил вопросом на вопрос Пэн, он все еще не опускал глаза на девушку, в то время, как она пилила его своими оленьими глазками, наполненные смесью страха и сильнейшего любопытства.

— О-отдать с-сердце? — Тихо-тихо переспросила Венди, замерев, начав перебирать в своей голове возможные варианты ответа, ища самый выгодный, в это время Питер лишь молча стоял, все еще ожидая ответа. — Полюбить? — На секунду в голове Дарлинг всплыл Пиноккио, но она быстро прогнала образ, ибо сейчас воспоминания о жизни в Сторибруке только бы помешали.

— Ты утверждаешь или спрашиваешь у меня правильный ли ответ? — Холодно ответил юноша, но в лунном свете девушка разглядела на его лице улыбку. Но ответ Венди на его вопрос не дала: она сама не знала. Услышав лишь тишину, Питер Пэн цокнул языком, развернулся на каблуках сапог и пошел по направлению к Дарлинг, после чего сел перед ней. — Нынче в школах преподают историю искусства? — Неожиданно спросил он, выражение лица его было довольно серьезным, а Венди даже не стала гадать, почему этот вопрос был задан — она бы все равно не нашла ответ.

— Да, я дополнительно взяла себе этот предмет, — Ответила кудрявая, смущенно опустив взгляд вниз — Питер был слишком близко. Такая застенчивость лишь позабавила Короля острова. Он поднял руками ее лицо, чтобы взгляд прибывшей в Неверлэнд девушки был устремлен на него.

У Питера Пэна были правила и привычки, определенные устои и предрассудки. Мозг «свободного мальчика» воспринимал опущенные глаза вниз, как взгляд провинившегося человека. Сейчас он прекрасно понимал природу такого поведения девушки, однако, его «животные» инстинкты рассчитывали это несколько по другому. И с этим он ничего поделать не мог, такова участь человека, носящего в себе Зверя.

— Тебе известно о картине «У нее было сердце»? — С нескрываемым интересом поинтересовался Пэн. Конечно, Венди знала о ней, поэтому она тихо ахнула, ведь ее опасения подтвердились. Она поняла, что желает от нее Питер.

— Но девушка на картине же… мертва, — С ужасом сказала скорее самой себе эти слова. В голове Дарлинг начали всплывать ужасные картины, как у нее вырывают сердце, она падает замертво.

— А кто сказал, что я жив? — Иронично, с забавой спросил Питер Пэн, вызвав этим еще больший шок собеседницы.

Юноша вскочил на ноги и подал руку девушке, чтобы она поднималась тоже. Однако, Венди ее не приняла. Ее охватил неописуемый ужас, в голове все пролетал и пролетал вопрос «Я умру? Я умру? Я умру?». Все тело девушки будто окаменело, стало тяжелейшим грузом. Да, все время на острове она сталкивалась с угрозой смерти, но сейчас, когда я будто ставят перед фактом — ей уже не до шуток, не до геройств.

Она начала пятиться по земле, подальше от Пэна, в этот момент из ее головы пропали все гласные и негласные правила Неверлэнда. Она явно уже не помнила, что «от Пэна не скрыться», а «С острова не убежать»… тем более второй раз точно. Вылетела и самая главная истина: «Питер Пэн никогда не проигрывает».

В этот момент она была готова унижаться любыми способами, рушить все правила и законы. Сейчас в ее голове крутились лишь несколько фраз: «Я не хочу умирать», ” Это не реально», «Мама», «Папа». В этой агонии она уже перестала почти контролировать себя: она не замечала ничего вокруг — лишь пятясь и пятясь назад. Ее взгляд также был направлен на удивленного Питера, однако она его не видела. Все это время Пэн с удивлением наблюдал на «съехавшей с ума» Дарлинг, которая тихо-тихо начала шептать себе под нос что-то похожее на «нетнетнетнет».

В какой-то момент девушка начала все ближе и ближе подползать к обрыву, благо, обрыв был не «мертвой стороны». Когда уже оставалось несколько десятков сантиметров, Питер вскользь, с долей насмешки, посоветовал ей не упасть все-таки. И это словно на секунду «пробудило» Венди. Она вскочила на ноги, с ужасающимся взглядом глянула на Пэна и сказала:

— Я не умру! — Конечно, это было произнесено не так отчетливо, дрожащим голосом, ибо даже слезы уже начали появляться на ее глазах. Девушка даже тряслась, когда стояла.

На ее месте было бы лучше потерять сознание, очнуться на более менее мягкой кровати одной из больничных хижин, где она была бы одна, со «всеми удобствами», которые только мог предоставить Пэн. Ведь, действительно, отдача сердца, как рождение ребенка, требует хорошего здоровья.

Однако девушка, несмотря на головокружение, изредка появляющееся потемнение в глазах, выбрала побежать, проигнорировав все просьбы Короля острова подойти поближе, неважно, что в таком состоянии она ничего толком не слышала.

Она и понеслась вниз с горы, перепрыгивая трещины в земле, резкие сколы и щели. Она неслась вниз, как пуля. А Пэн лишь наблюдал.

— Дура, — усмехнулся он, смотря на довольно комичную для него картину, как девушка то кубарем скатывалась с горы, растрепав всю прическу, еще сильнее запачкав одежду, то, как кролик, прыгала на невероятное расстояние, но делала она это с такой легкостью, будто она перелетала эти расстояния. — Ну давай поиграем, птичка.

В этот же момент Питер громко-громко завыл и обратился в волка. Услышав вой, Венди попыталась ускорить свой и без того быстрый марафон. В ее голове снова начали всплывать фразы, одной из них была «Погоня — значит смерть в конце». Девушка была так напугана, что уже точно ничего не соображала. Она словно стала животным: овечкой, бегущей от волка.

А теперь эта картина была как нельзя реалистичной: за ней действительно гнались. Пэн был действительно в обличии волка. Она действительно была как овечка: кудрявая, белая от страха. Было очевидно, чьи силы превозмогают. Но юноша специально тормозил, ведь он мог догнать ее в 5 прыжков со скалы. Он любил игры, эта была очередной, захватывающей, с непонятным концом, ибо даже сам Пэн не знал, что будет в итоге: разорвет ли он ее на куски, оставив еще пульсирующее сердце, либо поглумится и бросит обратно в клетку до следующих приключений?

Никто даже и примерно не мог предположить, сколько шла погоня, для всех участников время будто замерло. На улице все еще было темно, даже никакого намека на скорый рассвет. Видеть в темноте девушке помогали изредка появляющиеся светящиеся цветы, однако это не сильно-то и помогало. Все равно Дарлинг никак не ориентировалась в этих дебрях. Тем не менее девушка смогла запомнить примерное направление в нужную ей точку.

Спускаясь с горы, девушка начала медленно приходить «в сознание», она понимала, что вытворила, но понятия не имела, как из этого верно выкрутиться, была уверена она в одном: останавливаться нельзя. Никто, кроме Него, не может прервать игру.

Венди выбрала бежать несколько наискось по зарослям джунглей. Девушка хотела плавно-плавно очутиться в лагере Индейцев, обогнув лагерь Потерянных мальчишек. Конечно, Дарлинг понимала, что потеряшки насильно ее не остановят, принеся Пэну прямо в руки, они ведь тоже знали правила игр, однако как-то задержать они ее могли. А ей это было не нужно.

Все время рука девушки ненароком проверяла карман, удостоверяясь в том, что рисунок все еще на месте. Венди не ставила слишком больших ставок на индейцев, но надежда оставалась. Она все еще думала, что островом правят две равноправные касты.

Адреналин кипел в крови двух подростков. Венди Дарлинг, несмотря на давно сбившееся дыхание и подкашивающиеся ноги, продолжала быстро бежать, а Питер Пэн… а что Питер Пэн? Казалось, этот чертенок никогда не устает, особенно во время игр. Его волчьи глаза всегда держали цель на виду, но близко его волчья натура не приближалась. Все же интерес играл невероятную роль в действиях Пэна, иногда затмевая его невероятно умную, разумную сторону. Этот случай был именно таким.

В данный момент Он и не думал ловить девушку, ему было интересно, куда же она решит бежать, насколько сильно ей завладеет страх. Он даже успевал представить примерные пути ее мышления: он был уверен, что она направится либо к русалкам, искать Ариэль, тут он был уверен в своей безоговорочной победе, ведь все русалки, которые не жаждут крови, в это время находятся глубоко под водой, они даже не догадались бы о том, что кто-то молит их о помощи; либо Дарлинг побежала бы в его лагерь, просить совета у своих давних друзей, которые уже и слово боятся выкинуть, лишь бы не мешать Его Величеству, это бы тоже завело Венди в ловушку. Однако не учел Питер Индейцев. Конечно, в голове у него промелькнул такой вариант развития событий, но он почему-то был уверен, что Она побоится нарушать покой таких почитаемых людей, тем не менее, он бы пошел за ней и туда. Индейцы тоже под его крылом.

Пункт о Русалочьей лагуне отпал спустя несколько километров после спуска с горы — Венди бежала в абсолютно противоположном направлении, да и Лагерь Потерянных мальчишек оказался вскоре позади. Теперь уже Пэн держался ближе.

А Дарлинг все это время замечала бегущее за собой животное. Каждый раз, когда она вскользь оборачивалась — он следовал за ней. Это навевало невероятный ужас на девушку, но она пыталась держать себя в руках, не предаться забвению, как это было на горе. Теперь она начала понимать, что если бы Питер хотел — он бы ее уже давно поймал. Девушка начала уже думать, что в итоге та попадет не к индейцам, а в какую-то заранее спланированную Пэном ловушку. Так она думала, пока в сотне метрах от нее не начала показываться каменистая земля и откуда-то вдали не начали слышаться песни индейцев. Тогда девушка прибавила скорости, а в голове невольно появилась мысль: «Неужели я спасена?».

Но скорости добавила не только она. Питер уже начал выходить из себя из-за всей ситуации: и что он прогадал, и что Дарлинг так безрассудно себя повела. Он завыл. Так холодно, устрашающе, можно было подумать, что так воют от отчаяния, такого горького и сильного. Но отчаяние и Питер Пэн несколько несовместимые вещи.

Однако, Остров сработал против Короля в этот раз. Прямо перед носом у Волка резко начал разрастаться куст моршиповника — куста с ядовитым черным соком, сочащимся из его игл. Зверь резко остановился, с ненавистью посмотрел на появившееся растение и грозно, свирепо зарычал, этот рык разнесся на весь остров. Все поняли — творится что-то неладное.

А Венди это не остановило. Она продолжала бежать прямо к цели, снова нащупывая рисунок — все еще на месте.

Веселые песни индейцев закончились еще на вое. Все племя с каким-то интересом смотрела на темные джунгли. Это было объяснимо: так близко к их территориям уже давно не звучали такие угрожающие звуки. Юноши покрепче взялись за свои копья, а женщины с детьми невольно начали сдвигаться за спины своих защитников. В их головах начали проскакивать мысли о том, что этот подросток мог уже сойти с ума и организовать нападение на их лагерь, однако все понимали, что это будет ему крайне невыгодно, ведь как раз-таки индейцы снабжали мальчишек тем, что те не могли добыть на своих территориях: индейцы обладали шахтой с невероятно ценными ископаемыми. Тем не менее от Питера Пэна можно было ожидать все.

Ни одного облегченного вздоха в племени не последовало, когда на горизонте появилась бледная, напуганная, растрепанная девушка, все наоборот напряглись еще сильнее. Она выглядела, будто вышла из кошмаров, все понимали: ничего хорошего в связях с ней найти нельзя.

— Помогите мне! — Надрывалась Дарлинг, как только начала подбегать поближе. — Там Зверь! — Она уже была в паре метрах от кучи напряженных и напуганных индейцев. Они, как и раньше, не понимали ни слова, лишь с недоумением смотрели на нее, пытаясь скорчить грозные лица и отпугнуть предполагаемого врага. Тем временем Венди упала прямо на колени перед толпой, обводя их взглядом, полном мольбы. Невольно по ее грязной щеке начала катиться слеза, а руки потянулись в карман. В ту же секунду на нее были направлены все копья и факелы, они и не опустились, когда девушка достала скомканный кусок пергамента. Была она как под дулом пистолета и когда разворачивала его.

— Венди! — Послышался взволнованный голос Питер Пэна где-то сзади, после чего последовали быстрые шаги в сторону девушки.

— Возьмите, — Прошептала Дарлинг, вытянув руку и тряся рисунком в ней. Она понимала, что вот он — ее проигрыш, но все же какая-то часть сознания надеялась, что кто-то сейчас возьмет рисунок, узнает ее, схватит и спрячет за толпой. Однако все племя продолжало стоять, как вкопанное. Дарлинг сквозь слезную пелену глаз пыталась разглядеть знакомые очертания: Лилию, вождя. Но никого даже отдаленно похожего она не видела.

Как только руки Питера оказались на ее плечах, она одним движением скомкала рисунок и кинула в сторону индейцев. Безмолвная картина продолжалась, когда Дарлинг покорно встала, опустив глаза вниз.

— Ты как? Все хорошо? — Трепетно интересовался Пэн. А Венди ничего ему не ответила. Она уже успела познакомиться со стороной Питера-актера и прекрасно знала, что все, что сейчас произнесено им — наиграно, даже эти нежные аккуратные поддержки за плечи.

Питер Пэн объяснился с индейцами на их языке, он говорил четко, медленно, слышалась в голосе эта взволнованность. Не было ни ноты фальши. Под конец своих слов он неловко улыбнулся, после чего толпа напуганных индейцев начала успокаиваться, возвращаться на свои места. Снова лагерь наполнился разговорами.

А Король острова с его овечкой развернулись и медленно направились к чаще. Чем дальше становился очаг лагеря Индейцев, тем крепче сжимал Пэн плечи Венди. С каждой секундой становилось все больнее и больнее, казалось, что хрупкие кости девушки сейчас могут просто сломаться. А глаза Питера уже начинали полыхать гневным огнем, лицо кривилось от злости. Настоящий Питер Пэн начал «просыпаться».

Уходя, парочка и не заметила, как им в след осталась смотреть одна женщина: по виду она была не старше сорока лет, скромно одета, однако на порядок богаче своих соплеменников. Она осторожно подняла и развернула скомканный пергамент, а после долго всматривалась в нарисованное. Можно было поспорить, что та проронила бы скупую слезу, была бы она постарше на момент рисования этого рисунка. Сейчас женщина лишь с тоской смотрела на бумагу, тихо, отрывисто прошептав:

— Вен-ди.

А в это время Пэн уже тащил Дарлинг по джунглям, мертвой хваткой схватив рукой ее плечо, второй он расчищал путь, но это не совсем помогало: девушке все равно часто прилетали ветки в лицо, как бы она не отмахивалась. На теле, где и так почти не осталось живого места, появились новые ранки.

— Идиотка! — Воскликнул Пэн в один момент, пнув девушку вперед. Дарлинг прижалась к дереву, сильно ударившись о него спиной. — Как мозги могли даже такую идею родить, как пойти к индейцам! — Кричал Он. В это время Венди как восковая фигура с глазами, полными печали, смотрела на юношу. — Подумала, сможешь обыграть меня? — Он нагнулся к ней, прошептав. Сейчас и в его речи, и в его выражении лица проглядывало безумие. Он выглядел как псих. — Питер. Пэн. Никогда. Не. Проигрывает. — Прорычал он сквозь зубы. — А девчонкам в Неверлэнде не место. Понимаешь? — Он заулыбался. Для полноты образа ему сейчас не хватало сочащейся изо рта крови, и лежащего мертвеца в руках. — Я пошел на… невообразимую милость, принеся тебя сюда… во второй раз! А ты этого не ценишь? — Он провел рукой по линии ее скул, задержав руку на подбородке. — Ну что ж ты молчишь? Помнишь про диалог?

Раздосадованная, разбитая Венди Дарлинг сейчас бы все равно ничего не сказала: просто не смогла бы выдавить ничего из себя. Она лишь с глазами, полными гнева, посмотрела в лицо Пэна, после чего плюнула ему в лицо. Сразу после чего последовал громкий, смачный шлепок. Вся щека кудрявой сильно покраснела, а после этого Питер Пэн разразился смехом, как у психически больного.

— Какая ты все-таки забавная, — Игриво сказал он, смотря на все еще сидящую у дерева Венди. — Как быстро безысходность сменяется гневом! Как мгновенно появляется решительность! Не жалеешь? — А Венди ничего не ответила, лишь продолжая пилить его взглядом. Сейчас она даже сама себе боялась признаться, что ей было невероятно страшно. Но Питер это прекрасно понимал, и лишь рассмеялся еще раз. — Посмотрим, как ты запляшешь, когда в твоей памяти останусь только я. — Победно заключил Король Острова и начал вальяжно удаляться, щелкнув пальцами.

После этого щелчка кора дерева начала разрастаться, приковывая девушку к себе. Через пару секунд ее руки, ноги и тело было заточено под толстой, могучей корой черного дерева. Она осталась одна посреди темной чащи.

Слезы невольно начали катиться по ее щекам, Венди пыталась сдерживать всхлипы, но это крайне плохо получалось. Вскоре она бы завыла, как волк, если бы ей в голову не всплыли последние слова Питера Пэна.

— Посмотрим, как ты запляшешь, когда в твоей памяти останусь только я, — Шепотом повторила она, вдумываясь в смысл сказанного. — Никогда! — Закричала она так сильно, как только смогла в таком изнеможденном состоянии. — Никогда в жизни ты не будешь занимать единственным в моей голове! Никогда!

Она попыталась вырваться из древесного плена, но кора, казалось, была сделана из титана. Вскоре Венди покорно осела, расслабилась, и стала в слух, как молитву, говорить:

— Мама, папа, Джордж, Майкл, Август, Златовласка, — Лепетала она себе под нос, прорисовывая себе в памяти образ каждого, кого она называла. — Мама, папа, Джордж, Майкл, Август, Златовласка. Мама, папа, Джордж, Майкл, Август, Златовласка. Мама, папа, Джордж, Майкл, Август… Кто же еще?

Комментарий к Та сторона

Всем привет!

Тут ваш блудный автор вернулся с продолжением) Спасибо большое за ожидание, за оставленные комментарии, которые дали мне крайне большую мотивацию продолжить! Постараюсь загрузить продолжение быстрее, чем через полгода;)

Всегда буду рада вашим комментариям! Спасибо, что остаетесь со мной:)

Ах да, сегодня же 31 декабря. Всех с наступающим Новым Годом! (Или уже с наступившим, не знаю, когда вы это прочтете XD)

Венди даже не могла предположить, сколько она была в том «заточении», но, несмотря на все замедленные процессы, происходящие в теле человека, в Неверлэнде, Дарлинг начало одолевать чувство голода. Однако девушка не спешила кричать о помощи, она настолько выдохлась морально, что в голове все чаще и чаще всплывал вопрос: «А может все так и закончить?». Она пришла в тот тупик, из которого никак нельзя было выбраться, создавалось ощущение, что она скована высокими стенами, которые простираются на многие километры вверх, одно лишь давало девушке надежду — небо над головой. Каждую ночь она обозревала звезды, наблюдала за пролетающими где-то вдалеке кометами, а днем восхищалась чудесными голубыми оттенками, а также она находила занимательным рассматривание формы парящих облаков. Небо стало ее спасителем, тем, что еще как-то могло утешить девушку, прикованную к земле.

Иногда по ночам около нее скапливались толпы светлячков, которые приносили тот недостающий кудрявой яркий свет, а днями, бывало, около нее мог пробежать какой-нибудь зверек, а однажды подле нее лег олененок, не почуявший никакой опасности от обездвиженной девушки. Именно эти чудесные природные явления давали уже полностью изнеможденной Венди какие-то силы все еще открывать глаза, хотя желание испарялось у нее каждый день все больше и больше.

И, казалось бы, девушка найдет свою погибель в одиночестве, от чего она уже сама и не отказывалась. Вот только она никогда не была одна.

Питер Пэн мог показаться бесчувственным дьяволом, готовым свернуть шею любому ради своей цели. Однако он редко поддавался своим «адским» инстинктам.

Все у юноши в голове было хорошо структурированным алгоритмом, от которого он старался не отклоняться, используя все свои способности к ораторству, влиянию на людей. Но иногда попадались такие люди, как Венди Дарлинг, которые, несмотря ни на что, пресекали любые попытки манипуляции. Это вызывало интерес у Короля острова, но не как интерес влюбленного человека, а скорее интерес завоевания, ему хотелось подчинить голубоглазую своей власти. Именно поэтому она и была выбрана для этой игры, чтобы состязание было сложнее и интереснее. И в таких ситуациях, как сейчас, можно было подумать, что Пэн волновался за Дарлинг, которая сейчас ему была дорога, как обладательница такой нужной для него, для всего Неверлэнда вещи — сердца. Но он скорее волновался за ход игры, ведь выход из нее Венди — его проигрыш. А Питер Пэн никогда не проигрывает.

И он часто присылал к ней своих приближенных, а они в свою очередь докладывали ему о ее состоянии, бывало, он сам устраивался поудобнее в тени густой темной листвы на дереве и наблюдал за мающейся девушкой. Он прокручивал у себя в голове, как бы выйти из этой ситуации, если она решит выйти из этой игры при помощи смерти. Конечно, он бы не допустил этого, в его руках была магия, способная оживить человека, дать ему дополнительные силы, что он, честно говоря, иногда проворачивал с девушкой. Но еще одна особенность Питера Пэна — нетерпеливость. Он всегда хотел получить все и сразу, а ждать момента, когда девушка попросит у него помощи — слишком долго. Она была голова хранить молчание вечность. А остров не был готов прождать столько.

В один из таких вечеров размышлений на дереве около страдалицы, юноша решил, что, чтобы продвинуться дальше, нужно вернуться назад.

— Венди. Венди. Венди. Венди. — Медленно, словно перебивая друг друга шептали несколько голосов. — Венди Дарлинг. Венди.

— М-м? — Сонно промычала девчонка с светло-каштановыми волосами. Посреди ночи голодная пленница соображала еще хуже, чем днем. Она уже настолько поникла, что у нее не появилось то злосчастное чувство дежавю, которое, возможно, и остановило бы ее от этого рокового разговора. Она уже слабо помнила то, что происходило пару дней назад, не говоря уже о паре месяцев. Она все время покачивала головой, а руками старалась дотянуться до волос, будто бы у девушки было желание схватиться за них и выдрать с корнями.

— Что сейчас в твоей голове? — Поинтересовался шепот, он старался выговаривать все четко, медленно, стараясь стать как бы дурманящим туманом в мыслях девушки. Несмотря на такие старания он иногда ускорялся, сжевывая слова, казалось, что шепот был несколько волнительным, но его обладатель быстро брал себя в руки, продолжая идти по задуманному плану.

— Тараканы, — Чуть погодя, простонала сонная Дарлинг. Сонная она была не от недостатка сна, а скорее от его переизбытка. — Они крайне сильно пищат.

— Я их заглушаю?

— Да, — Как бы покорно сказала она, остановив свою голову и несколько расслабившись опустившись еще ниже, чем она сидела, насколько было было возможно в ее положении.

— Расскажи мне, что ты видишь внутри себя сейчас. Открой мне свое сознание, — Искушающе говорил таинственный для девушки шепот.

— Зачем? — Бросила в темноту вопрос Дарлинг, что вызвало у Пэна ухмылку на лице: «Даже сейчас она сопротивляется».

— Узнаешь, — Решил не раскрывать всего задуманного юноша и продолжил свою «партию».

— Ты мне поможешь? — Не могла угомониться девушка сыпать вопросами своего собеседника. — Ну не молчи же! — От нетерпения чуть прикрикнула девушка, отдав на это все возможные силы, у нее немного сжались кулачки.

— Чего ты действительно желаешь?

— Спасения, — Утвердила она, и, немного погодя, продолжила, — Ты сможешь мне дать это?

— Всегда, — На лице мученицы появилась легкая улыбка, будто предчувствуя скорое освобождение.

— Я загнана в рамки, — Начала полушепотом говорить она, сфокусировавшись полностью на своих мыслях и закрыв глаза. На мгновения она забыла об окружающем мире и окунулась с головой в разговор со своим первым собеседником за последние месяцы. — Вокруг меня стены. Огромные высокие стены. Они серые, на них нет выступов, за которые можно было бы ухватиться, чтобы выбраться, а сами они покрыты какой-то слизью, так что, даже облокотившись на них нельзя взобраться наверх, да и расстояние внутри слишком большое, так что по ним невозможно подняться. Они невероятно прочные, как бы я не пыталась, их не пробить, ни один камушек не откололся, ни одной царапины не появилось. — Она замолчала, так и не открыв глаза. Девушка лишь глубоко дышала, выражения лица было у нее крайне понурым. — Сначала я пыталась выбраться, теперь не хочу.

— Почему не желаешь вновь ощутить свободу?

— Я ее ощущаю. За границей этих стен меня ждет лишь изнеможение и зверство. Неужели не будет лучше, если я останусь здесь, в своей крепости, в безопасности… Хотя, кто знает, безопасно ли тут?

— А откуда может прийти опасность?

— Сверху. Я часто смотрю вверх, на небо. Это мое единственное утешение тут. Но и единственный страх.

— Чего же ты боишься?

— Небо — единственное мое соединение с миром за границами стен. Облака проходят через открытые местности, а после проплывают надо мной. Где гарантия, что кроме облаков ко мне не придет нечто другое из внешнего мира?

— Что именно? — Слушая эти ответы на вопросы, даже Пэн напрягся, он не мог предугадать точно, что может сказать Дарлинг. Эта девчонка сейчас являлась самой большой загадкой для него, поэтому он даже с каким-то трепетом ждал ее ответов. И сейчас должен был прозвучать самый важный.

— Я не могу точно описать, но у меня все еще присутствует страх, когда я вспоминаю нечто. Бывает, во снах я вижу силуэты, то ли юноши, то ли волка, они иногда сменяются. Это существо бежит всегда на меня, меняя облики, но никогда не добегает в своем полном виде. Всегда передо мной оказываются ярко-зеленые глаза, наполненные звериной яростью, они будто горят, как пламя в аду. Этот взгляд действительно сжигает все во мне. Но одновременно он какой-то манящий, хочется узнать побольше о нем, а одновременно и отпадает любое желание. Ведь, чтобы мне найти информацию, нужно выйти за пределы стен.

— И ты бы предпочла сидеть все время в заточении? — Питер Пэн не знал, что чувствовать. Он хотел, чтобы Дарлинг забыла все, что было до острова, чтобы он был единственным, кого она помнила, а, оказалось, она почти забыла и его.

Венди не ответила на вопрос, она лишь продолжила сидеть с закрытыми глазами, прерывисто дыша.

— Чтобы победить свои страхи, нужно встретиться с ними лицом к лицу.

— Как? — Спросила Венди, голос ее был полон невероятного любопытства, он даже прозвучал несколько громче, чем обычно. А у Питера снова появилась усмешка на губах: «Странная ты Дарлинг, то хочешь выбраться, то не хочешь.» Все шло по его плану.

— Выбраться из заточения стен.

— Как? — Повторила вопрос девушка, вернувшись в твердо-сидячее положение.

— Взлететь.

Девушка сразу же напрягла все свои мышцы, со стороны это выглядело, будто она старалась выбраться из заточения крепких стеблей дерева, однако она в тот момент пыталась взлететь. В ее голове полет был некой разновидностью физических нагрузок, она считала, что поступает верно, одна все попытки обратились в прах.

Такие бесполезные усилия вызвали у наблюдателя усмешку, в голове невольно всплыл момент, как она могла спокойно летать раньше, в детстве, а сейчас даже не может вспомнить элементарные правила, которые смогут помочь воспарить над землей.

На реабилитацию нужно было время, а после такого затяжного сидения в одной позе девушке не то что летать — она не смогла бы даже встать и пройтись, как раньше. И Пэн видел в этом свою оплошность, но такая оплошность открыла для него и новые возможности.

— «Гораздо легче управлять беспомощным ребенком, чем уже зрелым человеком», — Проскользнула в его прогнившем сознании такая мысль.

Сейчас девушка, действительно, больше походила на ребенка по своим возможностям, отличало ее лишь более взрослое осознание происходящего, но даже оно не могло быть использовано полностью из-за сильного переутомления, мысли девушки были почти полностью затуманены. И это «потерявшиеся в пространстве» сознание после стольких одиноких месяцев наконец-то нашла собеседника и помощника, обещавшего спасение. За ним оно готово было следовать, ища исцеление. Готово было пойти на все, лишь бы выбраться из этого болота, в котором, казалось, увязло настолько сильно, что пути на свободу не было.

— Попробуй расслабиться, не нужно напрягаться для этого, — Наставил шепот, хоть Питер Пэн и понимал, что самостоятельно девушка сейчас не способна взлететь, но видимость этой свободы создать нужно было. Венди послушалась своего куратора и снова обмякла на своем лежбище. — Подумай о чем-то хорошем, — Продолжал Шепот, внимательно наблюдая за подчиненной.

— О чем? — Неожиданно промяукала Венди. — В голову ничего хорошего не приходит, — Отчаянно подытожила она и снова начала напрягаться, теперь от досады.

— Давай сыграем в игру, — Увидев очередное напряжение, Питер решил перевести все в несколько другое русло. — Освободи полностью свое сознание. Оставь только меня там. Ни о чем не думай, лишь слушай шепот. — Девушка покорно последовала наставлениям юноши, тот терпеливо ждал. Когда девушка сидела спокойно, с закрытыми глазами, когда лишь ее плечи медленно опускались и поднимались от размеренного дыхания, Пэн понял, что может продолжить. — Хорошо, молодец, — Спокойно говорил шепот, пока Питер буквально просверливал девушку взглядом, от возможного предстоящего триумфа юноша напрягся, он чувствовал какое-то легкое волнение, но все же держал себя в руках, сейчас его действия должны быть подвластны мозгу, а не чувствам. — Нужно немного… перехитрить высшие силы, — Брови девушки на мгновение быстро всплыли вверх, лицо приняло крайне озадаченное выражение лица, но после быстро вернулось в положение той пассивной спокойности. — Преобразуй черный цвет в твоих глазах сейчас в желтый, оттенок не важен. Побудь сейчас художником настолько, насколько ты способна, — Питер продолжил внимательно наблюдать за пленницей, пока внутри нее происходили попытки развеять темноту внутри. Когда на губах девушки проскочила легкая улыбка, шепот продолжил. — Это твоя маска сейчас. Маска счастья. Не снимай ее, пока снова не приземлишься, а то можешь упасть, — Юноша достал из маленькой кожаной сумки мешочек, туго перевязанный сверху бечевкой. Содержимое было настолько ценно, что даже просыпавшийся грамм считался невероятной потерей.

Внутри была пыльца фей. Из-за плачевного положения острова ее запасы были ничтожно малы, они иссякали с каждым днем все больше и больше. С ними иссякала и сила Неверлэнда. С ней иссякал и сам Король Острова.

Набрав горсть золотой пыли, Питер сдул ее с руки, и она послушно тоненьким потоком полетела к девушке. Как только волшебный песок окутал ее, проник в ее тело, напитав кровь той магической силой, которую сейчас на острове могли ощутить лишь единицы, Дарлинг почувствовала невероятную легкость, ее вес будто стал равнозначен весу той самой пыльцы. Питер заставил прижимающие к дереву девушку коряги несколько расшириться, выпуская Венди из своих удушающих объятий. Она начала медленно взмывать над землей. Наблюдая за этим, у Питера Пэна появилась та самая улыбка, улыбка зверя, смотрящего на беззащитную добычу.

— Только не открывай глаза, магия может испариться, если ее заметить воочию, — Солгал девушке шепот, чтобы она так и осталась сейчас незрячей куклой.

Губы девушки растянулись в изнеможденной улыбке, сейчас ее «маска счастья» окрасилась в еще более яркие оттенки желтого, ведь полет может раззадорить даже самого грустного, загнанного человека, полет может буквально вернуть к нормальной жизни самое пассивное существо на планете. Настоящий полет. Фикция же давала лишь поверхностные ощущения, которые неопытный человек мог принять за искренние.

Вслед за девушкой взлетел и Питер. Самостоятельные полеты давались ему уже крайне трудно, поэтому он позволил себе использовать немного пыльцы фей, правда, даже настоящий полет не мог принести ему тот спектр радостных чувств, юноша чувствовал лишь перенасыщение, и это чувство легкости и беззаботной радости скорее раздражало. Полет он использовал лишь по необходимости, для более быстрых перемещений, все же невероятную эйфорию он получал от перевоплощения в волка, именно данное альтер-эго помогало ему почувствовать вкус жизни, это было для него в новинку, ведь Питер овладел этим навыком относительно недавно, поэтому еще не надоевшие ощущения помогали ему раскрасить темные будни на Острове. Но сейчас полет был единственным вариантом.

Медленно летя вслед за девушкой, Питер направлял ее тело в нужную сторону с помощью магии: прикоснуться к ней — провалить весь план. Невероятно напряженный Пэн сейчас крайне отличался от беззаботной нынче Дарлинг, которая легонько мотала руками и ногами, рассекая прохладный ночной воздух. То принесенное ей в данный момент радостное возбуждение отставило на задний план всю ту моральную и физическую вымотанность, мысли девушки сейчас не были наполнены переживаниями, страхами, силы не тратились на внутренее самоуничтожение. Только полет. Только свобода. Только легкость.

Услышав шум бьющихся друг о друга волн, девушка заулыбалась еще сильнее и как бы раскрепостилась еще больше. Раньше же, она бы съежилась в маленький комочек, зажмурила глаза и попыталась бы выключить все свою органы чувств, лишь бы не слышать то, что наводило на нее ужас: вода была неподвластна ей, и именно это сильное доминирование стихии и заставляло ее чувствовать себя маленькой беспомощной девочкой. Но сейчас все страхи не занимали столь важную позицию в ее голове.

Питер направлял их в самое отдаленное, закрытое для посторонних место Неверлэнда, находящееся в окружении острых морских рифов, одних из самых опасных обитателей подводного мира, а также место было защищено одними из самых сильных заклятий черной магии. Вот только последнее уже не приносило явной угрозы, в сравнении с прошлым.

Даже сам вид скалы, находящейся на острове, мог бы сразу ввести в ступор и вызвать невероятный ужас и сильное непонимание у простого смертного.

Питер Пэн и Венди Дарлинг держали курс к Скале Череп.

За весь полет никто не проронил ни слова. Девушка была увлечена звуками, которые долгое время не доходили до ее уха, новые, давно забытые ощущения, окутали ее настолько сильно, что она и вовсе забывала о ныне происходящих событиях. Питер же был слишком увлечен исполнением плана, и даже находящее ликование от вероятной очередной победы он убрал куда-то далеко-далеко в подсознание. Отвлекаться нельзя.

Почувствовав теплый песок под ногами, Венди неуверенно начала открывать глаза, аккуратно возвращая опору на ноги. Конечно, стоять без помощи магии у нее не вышло, и девушка упала на землю. От таких впечатлений у нее сбилось дыхание, и, восстанавливая его, Дарлинг, как только у нее сфокусировалось зрение, начала осматриваться.

Помещение выглядело как большая пещера круглой формы, с идеально ровными стенками, везде было золотистое освещение от хаотично развешанных везде факелов. Никаких отверстий, которые были бы похожи на вход тут не было, лишь две большие округлые дырки в одной из стенок, находящиеся высоко над землей, они открывали единственный вид наружу — из них было видно небо, темное, ночное.

В мыслях девушки тут же всплыл ее собственный «плен», которым она была окружена несколько месяцев. Только тут вместо травы был песок, а на гладких стенах были факелы. Все остальное такое же — пустое пространство. Перенос ее заточения в суровую реальность заставил съежиться на том же месте, закрыть глаза и сидеть неподвижно, надеясь, что когда она их снова откроет, это место волшебным образом сменится на другое.

— Венди, — Мягко позвал шепот, одурманивая голову девушки еще больше. — Венди Дарлинг, — Уже настойчивее окликнул не реагирующую пленницу Питер, но ответа до сих пор не последовало, она все еще сидела, сжавшись в комочек, закрыв глаза, еле дыша. — Ты забыла, для чего здесь? Для чего был начат этот путь? — Ответов на вопросы не последовало, но видно было, как Венди напряглась сильнее, стараясь пересилить себя, снова надеть маску счастья и выполнить задуманное. — Тебе страшно? — Безэмоциональный тон сменился на более мягкий. Девушка лишь еле кивнула и так опущенной головой, лицо все еще было спрятано в руках. — Помнишь, как ты надела на себя маску счастья? И как все получилось в итоге, — Начал приводить ее в себя шепот. — Давай немного сыграем снова, давай опять немного обманем высшие силы? Попробуй вернуть себе маску счастья, но не такую явную. Чтобы она была несколько бледнее, надо, чтобы она была на фоне, нашей основой. Постарайся, — Питер Пэн наблюдал за старающейся перебороть себя девушкой, примостившись в одном из отверстий Черепа. Он мог обозревать всю внутреннюю полость скалы, однако его сложно было заметить изнутри. Честно говоря, от волнения и сильного напряжения, которые король острова уже давно не испытывал, его бросило в легкий жар, несмотря на довольно прохладную ночь, на лбу выступили капли пота. Он с такой невероятной силой сжал один из выступов внешней стенки скалы, что костяшки на его кистях побелели.

Увидев, что Венди уже выпрямилась и теперь сидит на коленях, но все еще с крепко зажатыми глазами и все еще тяжело дыша, юноша решил продолжить, он понимал, что конец уже близок, от ожидания триумфа у него пересохло во рту. Он отгонял мысли, что победа уже у него в руках, которые все лезли и лезли в голову.

— «Пока не увижу воочию, выигрыш не засчитывается», — Размышлял он ранее, поэтому старался раньше времени не радоваться. — «Может случиться все, что угодно.»

— Теперь, — Продолжил шепот, все глубже и глубже погружаясь в мысли девушки, застревая там основательно. — Надень маску храбрости, маску бесстрашия, чтобы преодолеть свои страхи, нужно встретиться с ними, но не впасть в безумие от их вида. Держи себя в руках, — Закончил Голос, не спуская взгляда с девушки, сидевшей в пустом помещении, как отреченная. Но после своей речи Пэн не увидел ни одного нового шевеления. Венди как и сидела с закрытыми глазами, так и сидит. Недоумение зарождалось в сознании Питера, он не совсем понимал, почему она никак не реагирует. Только он хотел продолжить свою гипнотическую речь, как девушка своим хриплым от такого же сухого горла прошептала:

— Цвет? — Спросила она крайне безэмоционально, будто на автомате. От такого простого вопроса король Острова невольно усмехнулся. Разгадка пришла к нему сама.

— Облачи себя в доспехи, сделай себе стальные латы, которые не смогут прокусить ни клыки волка, не сможет сжечь тот взгляд, — Закончив это, Питер понял, что в виде девушки ничего так и не поменялось, он решил добавить запрашиваемую деталь к объяснению. — Светло серый, титан. Смешай немного с основой, но не полностью. Однородная масса ни к чему не приведет. Разделяй.

В этот момент Венди продолжила быть художником своего сознания под руководством таинственного, неизвестного для нее собеседника. Будь она в полном здравии сейчас, никогда бы не стала потакать советам какого-то шепота. Однако Питер всегда выбирал моменты ее моральной уязвимости, когда ей нужен был спасательный канат, и когда она была готова принять за него первого попавшегося прохожего. Она толком сама до конца и не понимала, что происходит и для чего, Дарлинг, скорее плыла по течению жизни, внушая себе, что борется, не падает духом, побеждает. Но она все ближе и ближе была к своему краху.

Происходившие события уже не вызывали у нее толком вопросов, она принимала все как должное, думала, что все идет так, как должно. Она думала, что обретает спасение и исцеление, но убивала свое «я» все больше и больше с каждым шагом на пути к триумфу Питера Пэна.

Когда она выстроила у себя в сознании необходимый градиент цветов, она на самом деле почувствовала себя всесильной, защищенной. Она была уверена, что ее счастье находится под титановой оболочкой, и что к нему есть доступ только у нее самой. Но были ли те цвета в ее сознании действительным отражением реальности?

Распахнув глаза, чуть поднабравшаяся сил девушка увидела, что все стены были окрашены рисунками волков, которые, она могла поклясться, двигались по эти стенам, медленно кружа вокруг нее, осматривая. В придачу к волкам на стенах хаотично были нарисованы ярко-зеленые, буквального ядерные, глаза, которые тоже сверлили ее взглядом, иногда моргая. Их взор ни на секунду не отпускал Дарлинг. Она сейчас была будто на расстреле, с невероятным количеством пушек, направленных на нее. Но со стен ничего не сходило.

Сдержав крик ужаса, девушка начала убеждать себя в своей силе, что она способна побороть все голыми руками, если это все резко решит сойти со стен. Сердце стучало настолько сильно, что, казалось, оно сейчас там разорвется, девушка чувствовала буквально каждую венку, пронизывающую ее невероятно пульсирующий орган, она ощущала циркулирующую внутри кровь. Этот ужас дал ей почувствовать себя живой, понять, что ее тело все еще функционирует и готово жить.

Дыхание было крайне спертым, дышалось тяжело, легкие были будто наполнены водой, попытки привести дыхательную систему в порядок были тщетны. Собрав всю силу в кулак, девушка начала медленно вставать на ноги, ощущая свое тело. Все это время голубые глаза судорожно бегали по ожившим рисункам, ни на секунду не останавливаясь ни на одном конкретном объекте. Найдя гармонию в теле, она абсолютно потеряла ориентир во внешнем мире. Все, казалось, крутится с бешеной скоростью вокруг нее, она будто находилась посреди огромной центрифуги. Вскоре все слилось в такую единую массу, что серый, белый и зеленые цвета начали смешиваться, образуя единый, переливающийся цвет, заполняя пространство странным приглушенным свистящим звуком.

Питер лишь мог гадать, что же сейчас было перед глазами девушки, он лишь с интересом наблюдал за ней. Как только она встала, на его губах появилась та дьявольская улыбка. Он был в паре шагах от победы.

— Продолжим? — С азартом поинтересовался шепот, на что девушка лишь легонько кивнула, вращаясь вокруг своей оси, стараясь успеть за кружением рисунков. — Для начала, остановись. Стань центром этой «Вселенной», не пытайся поспеть за ней. Пусть все вращается вокруг тебя, — Венди медленно остановилась, но взгляд ее все еще беспорядочно перебегал из одной точки в другую. Такое большое количество движений еще больше мешало сосредоточиться и так затуманенному сознанию девушки, ей только и оставалось, как слепо следовать наставлениям, как она думала, своего «спасательного круга». — Обернись, — Приказал ей шепот, Питер Пэн, задержав дыхание после, буквально приковал себя взглядом к запутавшейся девушке.

Покорно послушавшись, Венди увидела сзади себя поднос, со стоящей позолоченной чашей на нем. Над всей конструкцией висел маленький еле светившийся шарик, который несколько отсвечивал золотым, схожим по оттенку с пыльцой фей, цветом. Не услышав приказаний наставника, девушка, как вкопанная, стояла, смотря теперь только на неожиданно появившиеся вещи. Она сложил свои руки на груди так, как складывают обычно боксеры перед боем, такая необычная вещь вызвала некое опасение у Венди, но все снова приглушил шепот, который уже мешался с нарастающим шумом от кружащих рисунков.

— Подойди туда, — Приказал Шепот.

Дарлинг маленькими, неуверенными шажками направилась в сторону подноса, не открывая взгляда от чаши. Светящийся шарик не внушал ей доверия, поэтому она даже старалась на него не смотреть, казалось, она думала, что как только ее взгляд упадет на него, шар мигом оживет и бросится на нее.

Сердце девушки застучало еще сильнее, оно билось, как бешеное, создавалось ощущение, что, могло бы сердце говорить, оно бы кричало диким криком, будто его режут. Голова Венди начала немного кружиться, она будто плыла в пространстве, рот оставался немного приоткрытым, но это не помогало дыханию. Какие-то странные, скручивающиеся ощущения появились внизу живота, как бывает при невероятном ужасе. Это неизведанное и наводило на нее тот трепет. Она думала, это необходимо, она думала, это исцеление.

Уже подойдя вплотную к чаще с зеленоватой жидкостью, видя в ней свое отражение: измученное, с большими синяками под глазами, с костями, обтянутыми кожей, с растрепанными волосами, — девушка стала покорно ждать приказаний.

— Опусти правую руку в чашу, — Настаивал шепот. — Вода ледяная, но ни при каких обстоятельствах не вытаскивай руку, пока я не повелю, — Уточнил он, и девушка, пару секунд поколебавшись, резко засунула туда руку, сморщив лицо.

Да, «вода» была ледяной, но по своей консистенции была еще какой-то вязкой и склизкой. Казалось, что ее конечность будто пожирает эта субстанция. Через какое-то время из-за этой леденящей прохлады руку начало неприятно колоть. Можно было подумать, от этой резкой прохлады девушка должна была хоть немного прийти в себя, «протрезветь». Но это еще больше погружало ее в какой-то сон. Все отходило на задний план в ее сознании, перед глазами только ее рука и чаща, а также свист в ушах. Все остальное было будто черным фоном.

— Медленно вытаскивай, — Снова вернулся в ее голову шепот, который звучал уже не так добродушно, как раньше. Нервы Пэна были на пределе.

Высвободив руку, Венди издала невольный вскрик от удивления. Ее рука стала прозрачной, оставив от себя лишь еле видимые очертания. От еще более нахлынувшего ужаса девушка закрыла рот рукой, на глазах начали появляться слезы.

— Положи руку на сердце, — Шепот уже даже не пытался шептать, как раньше. Сейчас это был обычный, грозный, устрашающий голос. Девушка послушалась. — Молодец, — Говорил в ее голове уже голос самого Питера Пэна, но Венди его не узнавала, продолжая слепо следовать. — Теперь… вытащи свое сердце.

— Что? — Переспросила Венди. — С-сердце? — Она оторвала взгляд от руки и начала смотреть куда-то вверх, но вокруг была лишь темнота.

— Твое сердце напитано страхом, надо его очистить, — Врал Питер с привычной ухмылкой на губах, пожирая взглядом девушку, облизывая губы. — А очистить в тебе не выйдет, — Простосердечно сказал он. — Так что вытаскивай! — Прикрикнул Пэн.

Девушка медленно, неуверенно начала проникать прозрачной рукой в свое тело. От тех неприятных ощущений они сильно поморщилась, это было не столько больно, сколько противно. Нащупав внутри сердце и легонько сжав его, девушка издала еще один резкий крик от неожиданной, резко нахлынувшей боли. Начав тянуть его наружу, Венди уже даже не пыталась сдерживаться. Ей было невероятно больно. Режущая боль пронеслась по всему телу, находя эпицентр в месте, где у людей сердце. Как только Венди Дарлинг вытащила из себя свою “душу”, все это сопроводилось звуком рвения, а также невероятной, неземной болью и ее сильными криками, она перестала быть человеком.

Крики прекратились, как только девушка увидела у себя в руках его — темно-красное пульсирующее сердце со всеми жилками, прозрачная рука начала приобретать более четкие очертания из-за стекающих тонких струек крови по ней. Сердце слегка светилось розовым цветом по краям. Смотря на эту картину, Венди уже не могла сдерживать истерику, она зажала рот свободной рукой. Даже она сама уже не могла слышать свои душераздирающие крики.

Превозмогая ломающую боль, Дарлинг, держа сердце в руках, покорно ждала указаний. Иногда в своей голове она успокаивала себя «Это все к лучшему. Дальше все будет хорошо»

— Сердце в шар, — Громко и как-то по диктаторски сказал Питер, с триумфом и улыбкой до ушей наблюдая за картиной. Крики были для него будто победными фанфарами, которые он так долго ждал.

Без лишних вопросов и любого замешательства, Венди резко протянула сердце в светящийся шар.

Тело девушки теперь обдало жгущей болью, ее будто заживо поджигали на костре. Без возможности стоять под такими пытками, девушка снова упала на колени, смотря на то, как шар быстро разрастается, поднимаясь вверх. Он с каждой секундой загорался все ярче и ярче. В какой-то момент внутренняя сила шара стала настолько могущественной, что Дарлинг, сидя в куче метров от сферы, почувствовала невероятный жар.

Вскоре вокруг шара начали образовываться кольца, которые быстро крутились вокруг воспарившего сердца девушки. Одно из колец отсоединилось от ярко-пылающей сферы и начало отлетать от нее, становясь все больше и больше в размерах.

Девушку отнесло ударной волной с того места, где она сидела. После послышался дьявольский смех Питера Пэна.

Далее в ее глазах была только темнота.

Комментарий к Маска

Спасибо большое за ваше ожидание, а также за прекрасные отзывы под прошлыми главами, это невероятно замотивировало меня и заставило улыбнуться:)

Ну что ж, мы верно движемся к концу;)

Надеюсь, вам понравилась глава, спасибо за прочтение:D

Буду рада услышать ваше мнение по поводу моей работы)

Легкие неуверенные движения. Сначала еле-еле зашевелились маленькие пальчики, после стопы, ладони. С губ начало срываться тихое мычание только проснувшегося человека, смешиваясь с сопением. Девушка лежала с закрытыми глазами, мир для нее пока что был черным полотном, а желание увидеть все воочию еще не появилось. Зато она ощущала.

Она чувствовала нечто мягкое и гладкое под ней, ткань, словно шелк, приятно касалась ее тела, развивая желание остаться в этом ложе подольше. Она ощущала так приятно ласкающие ее лучи солнца, теплый ветерок, играющий с ее растрепанными волосами.

— «Интересно, какого они цвета?» — Пронеслась мысль в голове проснувшейся.

Ни до пола, ни до стены она дотянуться не смогла. Создавалось ощущение, что она в пустом пространстве, где никого, кроме нее нет, где только теплый ветерок легонько щекотал девушку.

— «Нирвана?» — Всплыло в голове слово, а губы растянулись в улыбке.

Сделав глубокий вдох, она начала медленно открывать глаза, потягиваясь.

Над ней был навес из веток, через отверстия которого солнце и пробивалось к девушке, а сам гамак, на котором она расположилась, по оттенку походил на их листву окружающих деревьев.

— «Я зарылась в листве прямо как фея,» — Усмехнулась у себя в голове девушка, медленно приподнимаясь, с неподдельным интересом рассматривая окрестности.

Вокруг нее был лес, который ей сразу показался крайне необычным. Будто тропический скрестился со смешанным. Также взгляд привлекали цветы, их было не так много, но каждый бутон заставлял остановить на себе взгляд, все это из-за их форм и оттенков: цветок ярко-фиолетового цвета в форме треугольника, зеленый с ромбовидными листьями, сине-розовый с абсолютно разной длиной лепестков. Но были и обычные, привычные цветы, например, около некоторых деревьев росли маки, их было достаточно много в сравнении с другими растениями, что несколько удивило проснувшуюся. Эта картина настолько поразила девушку, что она застыла на месте, бегая глазами от одного цветка к другому, улыбаясь искренней детской улыбкой.

Любовавшуюся окружающим пейзажем отвлек чуть усилившийся ветер, который закинул на лицо недавно проснувшейся ее волосы. Она осторожно взяла локон и начала рассматривать.

— «Так я блондинка?» — Пронесся в голове риторический вопрос. Она была явно восхищена этим открытием. Убрав их со своих глаз, заправив за уши, девушка начала аккуратно спускать ноги с гамака, все еще осматривая окружающую местность. Все казалось таким знакомым и неизвестным одновременно.

— «Это рай?» — Возник очередной вопрос в голове. — «Если рай, то я умерла? А как тогда это произошло? Может, это сон? Если сон, то, когда я проснусь, где я окажусь?» — Куча по-детски наивных вопросов заполонило голову девушки, пока она не услышала шуршание под ногами.

Опустив голову и снова чуть приподняв босые ступни, она увидела кусок пергамента на земле, на котором каллиграфическим почерком были выведены слова. Волнение сразу заполонило душу девушки, какой-то возбужденный трепет ворвался в ее сердце и явно не хотел его оставлять свободным. Не отрывая заинтересованного взгляда от записки, она рывком подняла ее с земли, чуть не свалившись с гамака.

«Доброе утро, Птичка. Жду тебя по прямой у желтых лилий.»

— «Птичка?» — В удивлении подняла брови девушка, перечитывая предложения раз за разом. От некого разыгравшегося азарта на губах появилась широкая улыбка. — «Хорошо, буду Птичкой,» — Она быстро встала и побежала вперед, чуть приподняв подол ночнушки и наспех надев стоявшие рядом кожаные ботинки.

Девушка стремглав мчалась вперед, наспех перепрыгивая попадавшиеся под ноги могучие корни деревьев и убирая свисающие на ее пути лианы. Птичка оказалась не на шутку воодушевлена происходящей «игрой», она с трепетом бросала взгляды на округу, ища те злополучные цветы. Ее по-детски наивный интерес так заполонил сознание, что она даже не задумалась над тем, что совершенно не помнит, как выглядят лилии. Сейчас она больше полагалась на цвета. Она искала что-то желтое. Это была ее цель.

Какое-то время спустя проснувшаяся выдохлась. Она остановилась около одного из деревьев, облокотившись на него, переводя дыхание.

— «Я же бежала все время по прямой, — рассуждала она, бегая глазами по находящимся рядом растениям. — неужели это так далеко находится?» — недоумевала девушка.

Вдруг взгляд ее привлекло маленькое желтое пятно, затесавшееся в куче зеленых оттенков. На губах сразу появилась широченная улыбка, и Птичка понеслась туда.

Удача ей улыбнулась, сейчас она стояла перед несколькими кустами ярко-желтых лилий, внимательно смотря на них.

— Ли-ли-и, — Произнесла она по слогам, словно ребенок. Будто слышала это в первый раз.

— Красиво, правда? — Резко послышался спокойный мужской голос. Но даже в том тихом спокойствии можно было разглядеть нотки озорства.

Девушка резко повернулась на звук. Перед ней стоял зеленоглазый юноша с чуть кудрявыми русыми волосами. Он был выше нее, на открытых руках виднелись подкачанные мышцы. Но, несмотря на все это, Птичка никакого страха не ощущала. Она даже представить не могла этого чувства.

Несколько секунд встретившиеся молча смотрели друг на друга. В их взгляде читалось некое волнение, смешанное с радостью. Недавно пробудившаяся не могла понять, что же так сильно заставляет ее сердце биться, а улыбку впечатываться в лицо перманентно, как у статуи.

Резкая невероятная боль в области сердца. Яркий мир сменяется темнотой. Последнее, что она услышала, был взволнованный возглас юноши:

— Венди! — И быстрые шаги к ней. Больше ничего.

— «Ну же, давай, просыпайся,» — Пронесся нежный голос в голове у Венди. Она так и не смогла разобраться: относился ли он к человеку, державшему ее за руку, или же это были ее собственные попытки разбудить себя. Эта фраза стала гулом голосов в сознании девушки, она уже физически старалась вынудить себя проснуться, порвать эту нескончаемую колею темноты, лишь бы перестать слышать голоса. Когда Венди медленно начала приходить в сознание, она все же узнала в шепоте голос того самого юноши, с которым она встретилась около лилий.

Несмотря на то, что ранее голос молодого человека вселял веселье и легкость, сейчас же его он вызывал дрожь от ужаса глубоко внутри в душе девушки. Но она игнорировала это чувство, решив заглушить интуицию и поддаться течению жизни. Но для начала нужно было проснуться.

Сначала был легкий изнеможденный, тихий стон, за ним последовали неуверенные движения. В итоге девушка смогла скрипящим голосом прошептать:

— Пить…

Сидевший подле нее человек сразу же поднес к ней стакан воды, будто он был приготовлен заранее, после нежно приподнял ее голову. Он обращался с ней так аккуратно, как с новорожденным беспомощным младенцем. Сам же юноша не издал ни звука.

— Кто ты? — Все также тихо поинтересовалась девушка, не открывая глаз. Она чувствовала себя сейчас крайне обессиленной, но старалась собраться мыслями. Рука Венди снова находилась в ладонях юноши.

— Ты меня не помнишь? — Последовал встречный вопрос, голос ее собеседника был раздосадованным, девушке казалось, что он смотрит на нее с нескрываемой тоской и печалью. Знала бы она, что взгляд парня не изображал ничего: в глазах читалась полная безучастность и неискренность. — Меня зовут Питер. Питер Пэн. Мы раньше… а в прочем, не важно…

— Раньше — что? — Уже более живой голос прорезывался у Венди.

— Мы раньше были очень близки, понимаешь… ближе, чем обычные люди, — Продолжал Питер, уже внимательно наблюдая за реакцией девушки. Она должна была ему поверить. — Мы были вместе до последнего, пока… пока не произошел шторм, — Пэн говорил, запинаясь, делая вид, что подбирает слова, однако в этот момент он смотрел в окно, находящееся над кроватью Венди, он кивнул человеку, наблюдавшему со стороны улицы за происходящей картиной. Незнакомец поспешил скрыться. Юноша продолжил. — Мы плыли на корабле, когда это случилось. Бушующие волны бросали судно в разные стороны, пока мы не напоролись на острые, как лезвие, камни, они раздробили наш дом на воде. Всех разбросало в разные стороны. Только часть команды смогла добраться до этого острова, теперь, мы живем тут, — Закончил свой «книжный» рассказ Питер. Теперь он смотрел на девушку, которая начала медленно приподниматься. Молодой человек поспешил ей помочь, придержав за спину.

Открыв сонные глаза, Венди осмотрела комнату, в которой находилась сейчас. Построенные из дерева стены, песчаный пол. Кровать была соломенная, с наброшенной жесткой тканью на ней, одеялом служила чья-то шкура.

— Вы сами все это сделали? — Все еще внимательно осматривая комнату, поинтересовалась она.

— Да, у нас было много времени, мы создали небольшое поселение, — Лицо парня было озарено улыбкой, но в глазах читалось логичное беспокойство.

— Сколько времени… у вас было?

— Десять месяцев.

Такой факт прозвучал как приговор для ничего не помнящей. Целых десять месяцев она спала. Целых десять месяцев страдал ее благоговейный без нее!

Окончательно оклемавшись, парочка вышла из дома. Питер продолжал придерживать девушку, чтобы она могла уверенно идти, имея опору.

Появление Венди в лагере вызвало нескрываемое возбуждение среди его обитателей. Человек пятнадцать юношей бросили свои дела и подбежали к ней, озабоченно, внимательно смотря на Птичку. В толпе слышалось радостное «Она проснулась!», кто-то произносил «Венди-Венди» как заклинание. Внимание всех было направлено на девушку. Что ей, несомненно, льстило, ее щеки покрылись легким румянцем, а взгляд опустился к земле, появилась смущенная улыбка.

Такое стремительное развитие событий заставило ее проникнуться чувствами ко всем окружающим. Основываясь на рассказе Пэна, она почувствовала себя защищенной, будто находилась в кругу семьи. Она не могла слушать свои инстинкты и доверять интуиции. Этого всего будто не существовало в ней.

Ее эмоции и чувства зарождались исключительно в момент происходящих событий. Она не имела мнений ни на какой счет, не могла рассуждать о чем-либо. Ее сознание словно было чистым листом, Венди действительно сейчас являлась своеобразным младенцем, который легко мог подвергнуться влиянию каждого.

На вечер запланировали празднование. Пока все судорожно готовились к нему, девушка осталась сидеть в сторонке, наблюдая за всем: любуясь занятыми юношами, окружающей природой. Много времени они смотрела на небо: на проплывающие облака, на окрасившийся в яркие, необычные цвета закатный небосклон.

Ее сразу отгородили от любых занятий, сказав, что никакая помощь не потребуется. Она не смела воспрепятствовать.

— За Королеву-Венди! — Воскликнула вся свора, подняв импровизированные бокалы вверх.

Лагерь был слабо освещен факелами, изредка пролетающие светлячки добавляли видимости и своеобразной атмосферы. Основным светилом являлся костер, с геометрической точностью расположенный в центре поселения. Никто не подбрасывал в него дров, никто не заботился о том, чтобы огонь не погасал. Он будто это делал самостоятельно. А Венди такая необычность не смущала. Она не знала, как бывает по-другому.

Она даже не поинтересовалась, почему ее называют Королевой.

— «Раз так делают все, раз это поддерживает Питер, то это правильно,» — подумала она, все еще не убирая с лица вежливую улыбку.

Пила и ела она только то, что ей предложат окружающие и что утвердит кивком на вопросительный взгляд девушки Пэн. За это она получала одобрительные взгляды сидевших за столом юношей, что после вызывало у нее еще более широкую улыбку. Она была рада, что делает все правильно, что не получает осуждения. Она воодушевлялась тем, что ее принимают.

После началось веселье. Питер Пэн расположился на дереве недалеко от общего костра, достал музыкальный инструмент, похожий на несколько связанных трубок с проделанными в них отверстиями. Все обитатели лагеря собрались под этим деревом, внимательно смотря на предводителя. Венди они поставили перед всей толпой, несколько расступившись, дав ей свободное пространство.

Девушка завороженно смотрела на Вожака. Она ждала, что же будет дальше.

— Ну что, — Озорным голосом вскрикнул Питер, лукавым взглядом проведя собравшихся. — Поиграем? — С вызовом выкрикнул он, поднося музыкальный инструмент ко рту. Сейчас он внимательно, каким-то хитрым, заинтересованным взглядом смотрел исключительно на Венди.

Нежные, будто волшебные звуки флейты начали окутывать Птичку. Такой загадочный звук словно вводил ее в транс: она начала медленно покачиваться из стороны в сторону, перестала ощущать окружающий мир, сейчас ее мысли не были отданы мнению окружающих, она забыла и о себе. В какой-то момент ее захватила калейдоскопическая радость, она начала по-детски наивно, искренне смеяться, танцевать, прыгать. Она и не заметила, как начала кружиться вокруг костра со всеми остальными.

Лагерь был наполнен озорными криками, свистом и гомоном. Кто-то фальшиво подвывал флейте, кто-то отбивался от общего скопления и начинал танцевать отдельно. Некоторые несколько раз за малым не упали в костер, но, казалось, ярчайшее пламя нисколько не пугало их. Каждое их действие сопровождалось радостным взбудораженным криком молодых людей. И только Питер Пэн оставался серьезным, притаившись в тени дерева, хищно смотря на окружающих, по-животному пожирая взглядом Венди Дарлинг.

Ночь. Всевозможные шорохи притаились где-то в тени леса, боясь нарушить мертвую тишину в лагере. Листья деревьев не смели колебаться, ни одна травинка не могла пошевелиться, все обитатели леса давно уже убежали подальше от этого темного места оживлять те зоны, которые еще могли носить звание «живых». Хотя найти их теперь было довольно трудно.

Картинность этого лагеря разрушало только небо — смиренно плывущие облака на темном небосклоне и Луна — единственное, что не могло подвергнуться воле Короля, что имело право освещать все, что только сможет. Удивительно, как Он еще не отнял у Ночной Стражи неба эту возможность.

И никто даже и предположить не мог, что в этом будто заброшенном мраке еще бодрствуют две тени, имеющие человеческие очертания, которые, как и животные, поспешили убраться подальше от лагеря. Вот только не для «оживления» окружающего их мира.

— Ты не боишься, что она проснется? — Полушепотом поинтересовалась одна тень. — Неужели ты так уверен в том, что делаешь? — Хоть голос был тихим, можно было разобрать ороговевший мужской голос.

— Как может проснуться тот, кого уже нет? — Вторая тень говорила с вызовом и азартом. В отличие от собеседника, второй юноша разговаривал лишь несколько тише, чем обычно. Он не смотрел на своего приятеля, отдавая предпочтение немой картине леса.

— А если она наткнется на старых знакомых? — Продолжал задавать вопросы взволнованный юноша. — Если они ей все расскажут? — Тот, кого спросили лишь надменно фыркнул и бросил мимолетный взгляд на собеседника. Во тьме блеснула искра от его хищного взгляда. Он смерил им своего приближенного, вызвав у того мурашки.

— Ты действительно думаешь, что она им поверит? — Съехидничал тот. — Они даже не посмеют приблизиться к ней, а если они осмелеют и откроют рот… они знают, что будет, и, поверь, жертвовать всем ради Нее никто не будет.

— А ты пожертвовал, — Сыронизировал собеседник. Он ожидал снова получить испепеляющий взгляд, но после его фразы последовала лишь едкая усмешка.

— Все или ничего. — Отрезал «интервьюируемый». — Так я действовал всегда и всегда действовать буду. У меня была куда высшая цель, которой я с успехом добился. Очередная моя победа! — Воскликнул он, стукнув рукой по дереву. — Осталось только немного потерпеть. Рано или поздно она отдаст свое тело острову, как она уже сделала со своей душой. Тело идет за душой и никак не наоборот!

— А как же ты? — С плохо скрытым волнением спросил собеседник.

— А мне следовать не за чем…

Будни Венди Дарлинг походили на дни самого ленивого и незаинтересованного человека в мире. Она сидела на кровати, рассматривая лежащие на полу песчинки, бывало, она лежала и смотрела в потолок, рассматривая сложившиеся на деревянных досках узоры. Иногда Птичка специально затыкала уши, когда кто-либо проходил около ее домика, разговаривая о чем-то, ведь знала, что подслушивать нехорошо.

Выходила она на улицу только тогда, когда ее звали, помогала — исключительно тогда, когда просили. Некоторые удивленно ахали, когда девушка произносила хоть слово абстрагировано от диалога: когда с ней не заговаривали первыми. А это, как ей казалось, пагубное удивление она воспринимала как упрек. Она спешила тихо извиниться, опустить голову вниз и продолжить работу.

Однажды Венди зашла в уголок лагеря, проход в который был завален ветками. Девушка и сама не поняла, как она оказалась там, однако то, что там находилось, раскрыло в ней новое чувство: шок и остолбенение от него. Она увидела множество клеток, стоящих, как башенки, друг на друге в несколько рядов. Медленно пройдя около них, внимательно рассматривая потемневшие ветки, из которых «места для заключенных» были сделаны, она буквально перестала дышать от волнения.

Невероятное оцепенение настигло девушку, когда в одной из клеток она заметила клочок зеленой ткани и следы крови на днище и некоторых прутьях. Венди так и не поняла, почему почувствовала такую душераздирающую тоску. Какое-то время Дарлинг смотрела на этот клочок ткани, будто пытаясь что-то вспомнить, но в голове была лишь удушающая пустота, а по телу проходила колющая дрожь.

— Ты что тут делаешь? — Послышался сзади грозный и влаственный голос Питера. С момента своего пробуждения, Венди впервые услышала такой его тон.

Такое обращение вывело девушку из транса и она развернулась к юноше.

— Что это? — Ответила вопросом на вопрос Птичка, указывая пальцем на Ту Самую клетку. К своему удивлению, она подметила, что по ее щеке медленно скатывается горячая слезинка. Это был первый раз в ее нынешней памяти, когда она заплакала.

— Раньше мы тут держали скот, когда его было достаточно в этих краях, — Уже более нежно сказал Питер, медленно подходя к девушке. — Сейчас его уже гораздо меньше, поэтому эти клетки теперь без надобности. — Она «раскрыл» свои руки. — Ну же, не плачь, иди сюда.

Девушка поспешила в объятия юноши. Ее горло все еще было сдавлено неприятным комом, а внутри будто бы мешалась температура от волнения. Венди начинала реветь еще больше от непонимания происходящего.

Она снова слепо поверила Питеру Пэну, который незаметно для девушки увел ее от места для «скота». Не того скота, о котором подумала Венди Дарлинг…

Лагерь она никогда не смела покидать, у нее даже и мысли в голове не проскакивало, что можно уйти в глубь неизведанного леса. Однако пару раз ее охватывали воспоминания о том, как она пробудилась в чаще джунглей, где было море красивейших завораживающих цветов. Во времена, когда Питер Пэн поощрял ее своим присутствием наедине, она несколько раз пыталась попросить его показать ей то место еще раз, но что лишь получала холодную усмешку, но нежный теплый взгляд, смотревший прямо на нее.

В такие моменты юноша проводил рукой по ее волосам, аккуратно заправляя пряди за ухо, поглаживал ее плечо и руки.

— Хочешь от меня сбежать? — Шутливо спрашивал он, переводя свой голос на шепот, как олененок смотря на испуганное лицо Венди, которая отрицательно качала головой из стороны в сторону, чем вызывала широкую улыбку Пэна. Его забавлял ее наивный испуг. — Чуть позже, хорошо? Ты еще не совсем окрепла. — Уточнял он. — В лагере ты в безопасности, запомни это. Когда-нибудь я тебе обязательно покажу остров… когда-нибудь…

И эти разговоры давали Птичке надежду, вселяли в нее какую-то невероятную легкость и радость. Обещания человека, к которому она испытывала нежные чувства были для нее усладой, одними из самых желанных подарков.

Только одна вещь для нее была не подвержена контролю — пробуждение. Никто никогда не смел тревожить ее сон, все старались быть как можно тише, проходя мимо ее лачуги, если еще не были удостоверены в том, что «королева» проснулась. Никто даже и не подозревал, что, когда в домике Венди закрыты все окна и двери, ни один звук не мог проникнуть внутрь. До пробуждения Птичка была словно в вакууме: она никого не слышала и никто не мог уловить звуки изнутри.

Таким шумоподавлением иногда пользовался Питер, задерживаясь с Венди по ночам несколько дольше, чем обычно. В такие моменты девушка чувствовала себя действительно нужной и любимой. Когда юноша раскрывал свою ласковую сторону исключительно для нее, Дарлинг ощущала себя особенной, уникальной. Во времена близости двух молодых людей Птичка понимала, что ей не нужен ни выход из лагеря, ни свобода, мысли о которой у нее все же иногда проскакивали днем. Она осознавала, что не может даже представить свою жизнь, где не будет Питера Пэна. Именно такие моменты и вселили ей понятие слова «любовь». То понятие любви, которое хотел именно Он.

Самой сложной задачей для девушки было заснуть. Она не могла сделать это без присутствия «любимого» рядом. И дело было даже не в том, что ей было спокойнее уснуть около него — ей нужно было разрешение на отход ко сну. Венди могла пролежать всю ночь, игнорируя свои физические потребности, если ей не был отдан «приказ».

— Может быть, я ему для чего-то пригожусь? — Думала она. — А если с ним что-то случилось, поэтому он не пришел? Или он… забыл обо мне? — Такие наивные переживания девушки действительно выглядели по-детски. Но по-другому мыслить ей было чуждо. Чтобы перебить нагоняющие на нее волнения, она начинала воображать о другом. — А вдруг он мне готовит сюрприз вне лагеря? Вдруг сейчас распахнется дверь и он заберет меня вглубь леса? — Она могла пролежать всю ночь, смотря на входную дверь и ожидая Его.

Но, бывало, Питер не появлялся всю ночь, а после и весь следующий день. А Венди так и сидела в четырех стенах с закрытыми окнами и дверьми. Ее не смущал голод и наисильнейшая сонливость. Все ее мысли были заняты только Им.

Нередко потерянные мальчишки смотрели на нее с невероятным сожалением, но сделать они ничего не могли. Даже если в них пробуждалась человечность, появлялись намерения хоть как-то прибавить ее жизни красок, они разбивались о гранитную стену контроля Короля.

Однако однажды самым благодушным удалось договориться с Питером Пэном.

Это можно было списать на самое исключительное везение: трое ребят попали «на прием» к Пэну в нужное время, когда тот был в наилучшем расположении духа. Он даже не стал интересоваться конкретными мотивами такой сердечности, а просто дал им место, на которое потерянные могут сопроводить Птичку, а так же записку для нее самой.

И на следующий день Венди Дарлинг впервые за долгое время наконец-то покинула лагерь.

Девушку переполняли чувства невероятной эйфории и обиды одновременно. Венди была искренне счастлива увидеть что-то новое, давно забытое, однако до это дня она надеялась, что пойдет на прогулку вместе с Пэном. В таком смешанном настрое Птичка была всю дорогу, одновременно восхищаясь самыми, казалось бы, обычными вещами, но в голове крутились мысли «Почему не Питер?».

Всю дорогу ребята пытались ее разговорить на самые безобидные темы: расспрашивали ее о мыслях, касаемо лагеря, о впечатлениях об острове, позже ребята вывели девушку на рассуждения о вещах за пределами обыденности.

— Королева-Венди, вот о чем ты мечтаешь? — Поинтересовался идущий по правую сторону от девушки, мимолетно кинув на нее взгляд.

— Наверное, ни о чем, — Статично, но в то же время простодушно, пожав плечами, ответила Дарлинг. Она уже вошла во вкус беседы и начала активно и свободно разговаривать. Как раньше.

— Вообще ни о чем? — Удивился парень, прорубающий дорогу спереди.

— Я думаю, да, — Уже чуть менее уверенно ответила она. — Раньше я хотела прогулять по лесу, а сейчас… я не успела придумать новой мечты.

— Всем бы такие желания… — Задумчиво произнес «правый».

— А я вот мечтаю о торте… — Воображал потеряшка, идущий слева. По своим объемам он несколько выделялся из всех мальчишек.

— О чем бы тебе еще думать! — Сыронизировал «передний». Такая колкость не задела «левого», все трое лишь посмеялись с этого. Венди лишь неловко хихикнула, не понимая, действительно ли это фраза была смешная, но раз все смеялись…

По дороге девушка взглядом искала те самые лилии, ведь именно к ним она желала попасть все это время. Однако по дороге она заметила абсолютно все оттенки, кроме нужного. Птичка даже увидела растение с невероятно черными шипами, от которого мальчишки постарались держаться подальше и предупредили об этом Венди. Все, кроме светлого желтого…

Подходя ближе к месту, потеряшки завязали Венди глаза для «улучшения эффекта». Они пообещали ей, что-то, что она увидит, будет во много раз величественнее «каких-то там лилий», о которых она твердила дорогой.

Такое описание важных для нее цветов несколько задело девушку, но та, вспомнив, как довольно обидная колкость не расстроила «левого», посчитала правильным не принимать это близко к сердцу.

Видя перед собой только черный цвет, как на колючках того самого растения, Дарлинг осторожно двигалась вперед, полагаясь на окружающих ее ребят. Сразу чувствовались их осторожность и трепет в касаниях к девушке. Они так отличались от влаственных и уверенных прикосновений Питера Пэна.

— «Ах, если бы Питер был тут!» — Снова подумала про себя Птичка. Ее мысли то и дело возвращались к возлюбленному, который в тот момент и вовсе не думал о ней. Наверное.

Когда компания остановилась, потеряшки поставили Венди и немного отошли от нее, о чем-то тихо перешептываясь сзади.

Дарлинг в это время прислушивалась к окружающим ее звукам. Мирно шумели волны, чуть сильнее, чем обычно дул ветер. В воздухе витал аромат свежести и… свободы.

Наслаждения природой прервало ощущение. Щемящее устрашающее ощущение чьего-то пристального взгляда на нее. Девушка не чувствовала исходящей опасности от смотрящего, но ей было крайне неуютно, из-за того, что она даже и предположить не могла, кто сейчас сверлил ее взглядом. Она могла поспорить, что услышала тихий женский тяжелый вздох.

Всплеск воды. Теперь ей снова спокойно. Напряжение как рукой сняло.

— Можешь снимать повязку! — Послышался крик «переднего» потерянного. Насторожило Венди то, что кричали откуда-то далеко.

Она даже поколебалась какое-то время, думая, не показалось ли это. Но, не услышав больше ничего, Птичка сняла повязку.

Перед ней открылась невероятная картина.

Небо было окрашено в нежно-розовый цвет, который отражался на мирно плещущейся воде, которая своими морскими звуками придавала антураж спокойствия и умиротворения. Закатное небо медленно меняло свой цвет на персиковый, после на теплый-теплый желтый цвет, прямо как у тех самых лилий.

Она стояла на обрыве, с которого открывался вид чуть ли не на весь Неверлэнд, который окрашивался в цвета под стать небу. Живости пейзажу придавали парящие над островом птицы, которые своим прекрасным уникальным пением дополняли завораживающую картину.

— «Такие свободные, — Думала Венди, у который на глаза наворачивались слезы от такой невероятной красоты. Она стремилась как можно быстрее смахнуть их, чтобы не потерять ни секунды. Дарлинг хотела, чтобы этот момент длился вечно, однако счет уже шел на минуты. — Такие живые.»

Одинокий силуэт окрыленной девушки так и остался неподвижен еще долгое время. Она до самого последнего луча провожала уходящее от нее солнце, стараясь максимально впитать в себя все, что видела. Она желала сохранить этот волшебный пейзаж у себя в памяти навечно.

Она так и не заметила лежащую около ее ног свернутую записку, на верхней части которой еще можно было разглядеть» Дорогая моя Птичка, прими мои искреннейшие извинения за мое отсутствие в столь важный для тебя момент. Помни, только позови мой шепот и ощути меня…». Но вскоре ветер усилился и записка упорхнула, не привлекши внимания девушки ни на секунду…

Венди Дарлинг думала, видела ли она когда-нибудь такие дурманящие картины ранее, но ничего не приходило в голову. Она старалась как можно сильнее напрячь свою память и вспомнить хоть что-нибудь, хоть какую-нибудь крупицу прошлого. Сейчас она сильнее всего хотела разворошить свое сознание и найти там все возможное о том, что когда-то с ней происходило.

Она осознавала, что много всего забыла. Вот только, что?