Прошла пятница, а за ней выходные.

– Смотри, Мальвина с Лилей! – закричал Петя Саше, стоя у окна в коридоре. – Похоже, вместе в школу идут.

Саша выскочил из класса, и они вдвоём выбежали на лестницу. Лиля шла, опустив голову и низко натянув капюшон тёмного худи. Молча скользнув мимо ребят, она слегка повернулась, и мальчики увидели её опухшее, заплаканное лицо. Полная, загорелая Нина Борисовна погладила девочку по голове и пошла к учительнице.

– Ты чего, Лиль? – испуганно спросил Петя. Он никогда не видел, чтобы Лиля так сильно расстраивалась. Лиля мотнула головой и молча прошла к своей парте. Ребята тоже сели.

– Что случилось? – тихим серьёзным голосом спросил Саша, наклонившись вперёд, к Лилиной спине.

Мария Валерьевна в это время охнула и, бросив короткий взгляд на класс, вывела Нину Борисовну в коридор. Лиля повернулась к ребятам.

– Папу арестовали, – резко сказала она, глядя на Петю. – Ты был прав, кто-то украл дорогущую монету у дяди Фреда. Он это обнаружил не сразу, а только вчера, в отеле, когда надо было везти монету в музей. Тут же позвонил моему папе. Тот перерыл весь дом, но ничего не нашёл. И его арестовали как вора.

– А почему полиция решила, что это он? – уточнил Саша.

– Оказалось, что он давно мечтал приобрести эту монету для музея… И вообще, дядя Фред не очень приятный: противный такой старикан, хвастун. Папа часто с ним спорил и даже поругался один раз. – Лиля мрачно уставилась куда-то поверх Сашиной головы, губы у неё задрожали. – Но папа всё равно не стал бы воровать, он честный.

Петя сидел ошеломлённый, не зная, как подбодрить подругу.

– Нужно найти настоящего преступника, – решительно сказал Саша. – Вспоминай, кто был в квартире и не происходило ли чего-нибудь странного.

Лиля посмотрела на него с благодарностью, вытерла рукавом глаза и кивнула. Петя даже позавидовал, что не ему пришла в голову такая крутая идея.

– Все пришли к семи часам, – начала она. – Стефан, дядя Марк с женой, потом дядя Фред, ещё двое дяденек из Китая и старушка из Австрии. Ну, и мои мама с папой. За стол меня не пустили, поэтому я была в своей комнате. И в гостиную никто не заходил.

– Хм, – задумался Саша.

В это время в класс заглянула Мария Валерьевна.

– Дети, у меня серьёзный разговор, поэтому открывайте учебники и прочитайте две страницы нового урока. Будем обсуждать и пересказывать.

Все застонали, а Лиля охнула:

– Было неожиданное! Когда Светлана понесла пирог, отключили свет. На чуть-чуть, я только успела встать и к двери подойти.

– А откуда ты знаешь, что Светлана несла пирог? – тут же спросил Саша. Петя им прямо восхищался: другу не хватало только усов и трубки, чтобы выглядеть настоящим сыщиком.

– Потому что хлопнула дверца духовки, очень громко, а потом сразу отключился свет. Когда я выглянула в коридор, свет замигал и снова загорелся, а Светлана подходила к гостиной с пирогом в руках.

– А где в это время были монеты? – неожиданно для себя спросил Петя.

– Их уже посмотрели, потому что чемоданчики стояли в комнате для гостей. Я видела, как их туда относили.

– Значит, монеты оставались без охраны? – тут же вцепился в новую информацию Саша.

Лиля покачала головой:

– У нас в холле два охранника сидели, и ещё каждый чемоданчик со специальным кодом, надо его знать, чтобы открыть. К тому же все чемоданчики были на месте. Это уже в отеле дядя Фред открыл свой, а монеты нет.

– Кто-то знал код, – задумчиво произнёс Петя. – И отключил свет, чтобы быстро открыть чемоданчик, взять монету и уйти.

Саша пристально посмотрел на него и очень серьёзно сказал:

– Похоже, Петя, ты главный подозреваемый. Слишком много знаешь обо всём этом деле.

Петя испуганно уставился на друзей.

– Да шутит он, – отмахнулась Лиля, а Саша заулыбался. – Но, Петь, ты, наверное, прав. Хотя не понимаю, там же не было никого, кто мог отключить электричество, проникнуть в дом, украсть монету и скрыться.

– А зачем скрываться? – многозначительно поднял брови Саша. – Можно остаться в квартире.

– Ты думаешь, что это кто-то из гостей? – выдохнула Лиля. – Или нет… Света? Вообще-то у неё была куча времени, чтобы спрятать монету.

– Или передать её сообщнику, – подхватил Петя. – Тому, кто отключил свет.

– Нет, из квартиры она не выходила, – покачала головой Лиля. – Мыла посуду, потом собирала мои вещи. Утром папа меня повёз в школу, так Светлана ещё была дома.

– Она могла ночью выйти. Или выкинуть монету в окно, – предположил Петя. – А духовкой специально громко хлопнула, чтобы сообщник отключил свет.

– У неё вчера последний день работы был, – тоскливо протянула Лиля. – Ищи её теперь.

– Как всё ловко получается, – задумчиво произнёс Саша. – Она появилась вместо Нины Борисовны, которая именно в это время решила уйти в отпуск. Почему?

– Ну, Борисовна давно собиралась в отпуск, предупреждала в агентстве по няням, чтобы ей искали замену. Вот они Свету и прислали. Она была там самая лучшая по отзывам. Долго работала за границей и в Москве много где.

– Надо проверить, может, она появлялась в окружении дяди Фреда, – подал идею Саша.

– Точно! – воскликнул Петя. – Там она и узнала код замка. Камеру где-нибудь установила и подглядела.

– Правильно! Надо скорее папе позвонить! Нина Борисовна! – закричала Лиля и, подхватив рюкзак, выскочила из класса.

Мальчики только переглянулись.

Потом Петя спохватился и крикнул вдогонку:

– А можно мы твои игры возьмём поиграть?

Лиля только рукой махнула.

После уроков они снова играли во все игры подряд, Петя даже выиграл в «Угадайку» один раз. А перед уходом домой к нему подошла Маша и протянула сжатую в кулачок руку.

– На, – сказала она, раскрыв ладошку. Там лежала Петина пуговица.

– А как же твой секретик? – спросил он.

– Ну, я нашла другой кругляшок, – смущённо ответила Маша и добавила тихо, словно оправдываясь: – Всё равно этот не блестящий.

– Тогда хорошо, – кивнул Петя, забирая пуговицу. – Спасибо.

– И тебе.

Петя положил пакет с играми обратно в шкафчик возле аквариума и вышел из класса. Когда он одевался, пришла эсэмэска от мамы: «Я опаздываю, подожди меня немножко, можешь булочку купить».

Петя вообще-то и сам мог дойти до дома, но мама волновалась за него и не хотела, чтобы он ходил один. Поэтому пришлось стаскивать куртку, снова переодевать сменку и идти в столовую – хорошо, что она ещё не закрылась.

Пока жевал сосиску в тесте, Петя представлял, как Светлана мчится на автомобиле в аэропорт, а за ней полиция с мигалками. Как её ловят в самый последний момент, а им с Сашей выносят благодарность за правильную версию. Он даже заёрзал на стуле, так это было приятно предвкушать.

Доев сосиску, он вышел из столовой. Все уже разошлись, около гардероба было пусто, только Мария Валерьевна разговаривала с какой-то темноволосой женщиной в очках от солнца. Учительница ахала и вздыхала. Пете стало интересно, и он подошёл поближе.

– Не волнуйтесь, всё будет в порядке, – услышал он слова темноволосой и замер на месте. Он узнал этот голос.

– Светлана, – прошептал он и отступил за угол. В голове его кружились и разбегались мысли.

«Зачем она пришла в школу, когда её ищут? Для чего отвлекает Марию Валерьевну здесь, внизу?»

– Да чтобы забрать кое-что из класса, – воскликнул он, развернулся и помчался по лестнице наверх. Он бежал так быстро, что не вписался в поворот и врезался в завхоза. Тот охнул, попытался ухватить Петю за руку, но не успел.

– Ты чего носишься, Пётр? Ну-ка стой!

Но Петя уже мчался дальше. Завхоз побежал следом.

Около своего класса Петя притормозил, тихонько подкрался к двери, приоткрыл её и осторожно заглянул внутрь.

Он сразу его увидел – высокого, крепкого мужчину в плаще и кепке. Тот стоял около аквариума и рылся в шкафчике.

– Эй, вы кто? – крикнул Петя. – Чего там роетесь?

Мужчина от неожиданности дёрнулся, надвинул кепку ниже на глаза и бросился к двери, держа в руках Лилин пакет с играми.

– Вор! – завопил Петя во весь голос. – Держи вора!

В дверях получилось небольшое столпотворение, потому что незнакомец, оттолкнув Петю, с ходу врезался в завхоза, который как раз добежал до класса.

– Да что же это такое! – завопил завхоз, второй раз подряд получивший удар по рёбрам. Он вцепился в мужчину мёртвой хваткой. На их крики прибежали директор и несколько учителей. Преступник, видя, что окружён, перестал сдерживаться, стукнул завхоза в нос и помчался вниз по лестнице, прыгая через несколько ступенек.

Его поймали на парковке. Оказывается, там преступников уже поджидала полиция. Тут же подъехали ещё две полицейские машины с включёнными мигалками. Всё как и мечтал Петя!

Когда преступников увезли, из второй машины вышли двое полицейских: один – худой и высокий, второй – низенький и плотный. А потом, к Петькиному изумлению, Лиля с Евгением Сергеевичем.

– Ого! – закричал Петя и подбежал к ним. – Вас освободили, да?

– Да, – улыбнулся Лилин папа. – А вы молодцы. Работали на одной волне со специалистами.

– Оказывается, полицейские давно следили за Светой и знали, что это она украла монету. А папу арестовали понарошку, чтобы не вызвать у неё подозрений, – добавила сияющая Лиля.

– Ясно, – кивнул Петя. – Вы поняли, куда Света спрятала монету, и выследили вора.

Худой милиционер ка́шлянул.

– Вообще-то мы знали только то, что монеты нет в квартире и что она не у преступников, иначе они давно бы пустились в бега. Но воры почему-то не спешили уезжать. Мы следили за всеми местами, где Светлана бывала в последнее время. И сегодня её сообщник появился здесь, – пояснил он. А потом хи́тро спросил: – А вы знаете, где монета?

Петю внезапно осенило.

– В игре про сокровища, – выпалил он. – Среди других монеток.

– Мы же несколько раз в неё играли! – воскликнула Лиля. – Я ничего не заметила.

– На это Света и рассчитывала, – важно объяснил Петя. – Для тех, кто не разбирается, все монеты одинаковые.

– Ну, рассчитывала она, скорее всего, на то, что в старые игры никто не полезет и она спокойно вынесет их из дома, – предположил Евгений Сергеевич.

– Вот она испугалась-то, когда я пакет взяла с собой в школу, – рассмеялась Лиля. – Помню, она ещё отговаривала его брать. Типа, игры старые и никому не интересные.

В это время на поясе у худого зашипела рация.

– Монеты в игре нет, – сказал кто-то. – И преступники понятия не имеют, куда она делась.

Лиля зажала рот рукой и испуганно посмотрела на отца, а Евгений Сергеевич тяжело вздохнул.

– Не повезло, – только и произнёс он.

– Как нет? – воскликнул Петя. – Она должна быть там! Зачем же тогда им воровать игры?

Полицейский хмуро сказал:

– Потому что, по словам преступников, спрятали они её именно туда. Но кроме «бесполезных блестяшек», как они выразились, ничего внутри не оказалось.

Петя вдруг часто заморгал и плюхнулся на скамейку. А потом начал смеяться, да так сильно, что никак не мог успокоиться. Все смотрели на него с сочувствием.

– Петь, да ладно тебе, – Лиля наконец подошла и потрясла его за плечо. – Не волнуйся так.

Евгений Сергеевич присел с ним рядом.

– Все мы по-разному переживаем стресс. Но в данной ситуации…

Петя вдруг вскочил, схватил Лилю за руку и потянул в сторону школьного крыльца.

– Да вы не понимаете, – все ещё широко улыбаясь, объяснил он. – Я знаю, где монета!

Все неуверенно двинулись следом за ними – по ступенькам на крыльцо, мимо гардероба к лестнице, снова по ступенькам и через холл к их классу. Дверь всё ещё была распахнута.

Петя прошёл к последней парте у окна, попросил Евгения Сергеевича снять с подоконника горшок и стал осторожно пальцем разгребать рыхлую землю.

– Кажется, тут… или нет, левее, – бормотал он, тыкая пальцем в разные углы. – Или… Вот!

Он протёр что-то пальцем и посмотрел на остальных. Все склонились над горшком, едва не стукнувшись лбами.

Там, под кусочком прозрачного пластика, в окружении увядших цветочков и красных камешков, в самом центре маленькой композиции лежала тёмная монета с неровными краями.

– Это она! – закричал Евгений Сергеевич, оттаскивая Петю за плечо. – Она!

Он бережно достал монету.

– Это ты её спрятал? – с интересом спросил Петю полицейский.

– Нет.

– А кто?

Петя подумал и, улыбнувшись, ответил:

– Это секрет. Секретик с кругляшом.

Зрители уже слегка расслабились, и в зале даже послышались отдельные голоса: «Петя, жги!»

Петя важно поклонился и достал из кармана три карты. Вставшая было Наталья Львовна снова села.

– Вот перед вами три карты, самым важным среди них будет король червей, вот он, – начал Петя бодрым голосом. Он показал короля, а за ним две крестовые тройки. – Теперь я кладу короля вот сюда, его совсем не видно, но если потрясти…

Петя хорошенько потряс карты – и внезапно перевёрнутый рубашкой вверх и зажатый между тройками король открылся.

Все завопили от восторга. Все, кроме мастера иллюзий. Он немного поаплодировал, но потом подошёл, взял карты и повторил фокус – только чуть быстрее. Сразу стало ясно, что трюк ему известен. Зал снова смолк.

Наступила очередь мастера. Он немного подумал, затем принялся яростно рыться в карманах, так что из них полетели платки, носки и цветы. Зрители захихикали. В конце концов мастер достал две резиночки. Он показал их Пете, потом зрителям, растянул на руках, покрутил между пальцами, и вдруг – хлоп! – одна резиночка пропала. Испарилась.

Петя чуть не расхохотался от облегчения. Конечно, он знал этот трюк. На глазах изумлённой публики он перекрутил резинку, чтобы казалось, что их две, а потом резко отпустил перекрут – и на пальцах осталась одна резинка. После чего гордо посмотрел на мастера иллюзий.

Тот ухмыльнулся. Он даже не выглядел расстроенным.

– Один-один, – завопил Максим из третьего ряда. – Петя, вперёд!

Второй трюк Петя чуть не провалил. Всё потому, что не проверил резинки, которыми были скручены несколько коробочек – одна в другой. Монетка должна была проскользнуть внутрь, а резиночки – слететь и закрыть ей проход, но всё вышло кривовато, и мастер легко объяснил, в чём фокус. Хотя зрители всё равно кричали и подбадривали Петю изо всех сил.

Ничего, он сейчас угадает фокус мастера, и они снова будут на равных.

Но всё вышло иначе.

Мастер достал из кармана сложенную вдвое верёвку, на которой болтались большие бусины. Он завязал крепкие узлы, потряс бусинами, а потом хлоп – и бусины разлетелись в стороны, а верёвки так и остались висеть.

– Ну, знаешь этот фокус? – спросил мастер у Пети, который стоял открыв рот.

Этот фокус Петя совсем недавно раз сто пересмотрел на канале неулыбчивого дядьки, но так и не догадался, в чём тут дело.

– Наверное, они у вас как-то хитро скреплены под бусинами, – тихо предположил Петя. Это всё, что он придумал, замедляя видео и разглядывая верёвки на экране своего компьютера.

Кон Тики внимательно посмотрел на него и кивнул:

– Примерно так. Ну что же, в этом раунде я победил всего лишь с перевесом в пол-очка.

Зрители снова завопили, выкрикивая слова поддержки, но Петя стоял понурый. Мастер иллюзий знал гораздо больше, чем Петя, – это понятно. И сейчас, когда прошёл запал и поугасла гордость за свои знания, Петя ощутил неловкость и даже лёгкий стыд. Тем более мелькнуло подозрение, что стоящий перед ним фокусник – тот самый. Неулыбчивый мастер, ролики которого он засмотрел до дыр.

– Давайте сейчас вы первый покажете трюк, – предложил Петя. Ему очень хотелось подтвердить своё предположение.

Мастер иллюзий кивнул. Он взял небольшой столик из стоявшего в углу реквизита, поставил на него коробку, предварительно показав, что на дне ничего нет. Потом достал из кармана верёвку и большое кольцо. Дал его подержать Пете. Кольцо оказалось металлическим и сплошным, без разъёма.

– А теперь следите за кольцом! – велел мастер Кон Тики.

Он положил верёвку в коробку так, что концы свисали с её краёв. Потом бросил туда кольцо. Пошептал заклинание и – раз! – вытащил верёвку с висящим на ней кольцом.

Все охнули. Петя тяжело вздохнул.

– Я не знаю, как вы это сделали, – тихо произнёс он. – Я видел этот трюк в интернете, но так и не понял…

Мастер иллюзий кивнул. Поклонился зрителям и приглашающим жестом позвал Петю показать свой трюк.

У Пети оставался в запасе фокус с картами, но сейчас он казался слишком простым и глупым.

Петя вышел вперёд и засунул руки в карманы. В одном из них лежала монета – и в памяти всплыл самый первый трюк. Папин.

– Это наш семейный фокус, – громко сказал Петя и показал всем монету. Он покрутил её в пальцах, подбросил и приоткрыл карман, чтобы монета упала туда. По пути он должен был ловко перехватить её пальцами и отправить в рукав, но монета скользнула мимо – он на миг коснулся её пальцами – и на глазах у всех провалилась в карман.

Петя похолодел. Он испуганно глянул на мастера, потом окинул взглядом зрителей, но делать было нечего: все ждали окончания трюка. С трудом заставив пальцы шевелиться, Петя вывернул карман.

– Вау! – закричал Максим, который аж перегнулся через ряд, наблюдая за Петиными манипуляциями. – Я же видел, что она туда упала!

Монеты в кармане не было. Петя потряс карманом, потом показал другой карман – монеты не было и там.

Мастер Кон Тики, внимательно следивший за трюком, спросил:

– В рукаве?

Петя помотал головой, снял пиджак и потряс его. Ничего. Он снова надел пиджак и шагнул в сторону. Монета выскочила из-под ноги и звонко прокатилась по полу. Зрители ахнули.

Мастер иллюзий наклонился, поднял монету и внимательно её осмотрел. Потом взял микрофон и произнёс после небольшой паузы:

– Предлагаю ничью!

Такого шквала аплодисментов школа не слышала никогда. Марк предлагал Петю качать, девчонки вопили, а Саша подошёл и лично поздравил друга.

– Прекрасный батл! – на сцену выскочила Наталья Львовна, довольная тем, что всё хорошо закончилось. – Спасибо нашим мастерам.

Кон Тики поклонился, потом пожал Пете руку и ушёл за сцену.

К Пете тут же подскочили ребята, чтобы сфотографироваться с ним. Они просили показать монету и другие приспособления для фокусов. Петя вертелся, смущённо улыбался и совершенно не знал, куда девать руки, поэтому сунул их в карманы пиджака.

И вдруг обнаружил дырку.

В подкладке того самого кармана, куда упала непослушная монета.

Он просунул в дырку палец и нащупал пояс брюк. То есть монета провалилась через карман в брючину и выскочила снизу. Это не было чудом или иллюзией – обычная случайность.

Радость сразу куда-то испарилась. Петя растолкал ребят, огляделся по сторонам и, помедлив секунду, решительно направился за сцену. Постучав в дверь кладовки, которую во время концертов обычно использовали в качестве гримёрки, он осторожно приоткрыл её.

Кон Тики складывал вещи в большой чёрный чемодан.

– Здравствуйте, – зачем-то сказал Петя. – Я… я хотел бы извиниться. Понимаете, монета… в общем, у меня в кармане дырка. И она провалилась туда, а потом в брючину. Я сам не знал. Так что, наверное, надо объявить, что вы победили.

Он с несчастным видом замер в дверях. Мастер иллюзий обернулся и пристально посмотрел на него.

– Лучше бы ты извинился за то, что бурчал всё моё выступление, – сухо заметил он. – Ты не представляешь, как сложно творить иллюзию, когда в зале вот такие «знатоки» сидят.

Петя совсем сник.

– Да, я… Извините. – Ему хотелось объяснить, что он не всегда так себя ведёт. – Просто я должен был тоже выступить после вас, как ответ школы. Но учительница забыла сказать директору, а Наталья Львовна отказалась вносить меня в программу сегодня утром. Вот.

Фокусник некоторое время разглядывал опустившего голову Петю, потом сказал:

– Ладно, проехали. Но совет на будущее: относись с уважением к любому выступлению. Это же очень тяжело – следить за руками и вдобавок поддерживать интерес зрителей.

Фокусник снял маску и, устало вздохнув, присел на стул.

Петя поднял голову и, не в силах сдержаться, закричал:

– Ага, я так и знал! Это вы КТ83. Я все ваши видео посмотрел!

Мужчина ухмыльнулся.

– Ну и как тебе?

Петя, чувствуя себя увереннее, прошёл в кладовку и встал около чемодана.

– Здо́рово! Только вы не объясняете ничего, ну, или мало. И ещё не улыбаетесь. Мрачный вы какой-то. Мы с мамой всё удивлялись, как вы можете выступать перед зрителями, совсем не улыбаясь. Кстати, а что значит КТ? Кон Тики?

– Константин Тикунов, так меня зовут, – слегка обалдев от такого развёрнутого ответа, сказал фокусник. – То есть я кажусь мрачноватым?

Петя энергично закивал. Потом, заметив, что фокусник молчит, быстро добавил:

– Но трюки у вас классные. Особенно с верёвкой. Можете рассказать?

Выходя из школы, Петя заметил Сашу с Лилей: те стояли во дворе и ждали, пока наговорятся их родители. Петина мама была здесь же.

– Петенька, я и не знала, что ты такой фурор произвёл! – воскликнула она, увидев сына. – Что ж ты не написал, что будешь выступать?

– Да я сам не знал, – пожал плечами Петя. – Но получилось здо́рово!

И пока родители обсуждали, как полезны итоговые концерты, он повернулся к друзьям и тихо спросил:

– А почему вы со мной стали меньше общаться?

Лиля с Сашей переглянулись.

– С чего ты взя… – начала Лиля, но Саша остановил её и, поправив очки, смущённо объяснил:

– Понимаешь, ты стал говорить только о фокусах. Сначала это было интересно, а потом оказалось, что с тобой ничего больше нельзя обсудить.

Петя развёл руками.

– А почему вы мне не сказали, что я вам надоел своими фокусами?

– Ты бы обиделся.

– Ну и что, вы же меня знаете. Пообижался бы и потом пришёл в себя. А так я даже не замечал, что всем надоедаю. Вы же друзья.

– Ты прав, – серьёзно сказал Саша и протянул Пете руку. – Обещаю всегда говорить, если что-то не так. Мир?

– Мир, – улыбнулся Петя, и Лиля тоже положила сверху руку. – Кстати, меня мастер иллюзий такому фокусу научил…

– Не-ет, – завопили друзья, зажимая уши ладонями и разбегаясь в стороны.

– Да шучу, шучу, – хохоча, бросился догонять их Петя. – Давайте в выходные на аттракционы пойдём или в парк гулять.

Они бегали по двору, а майский тёплый ветер гонял у них под ногами пыль и белые лепестки черёмухи.

– Я подумал, чего ждать, пока все фотки принесут, и сам распечатал, – объяснил подошедший к Пете Наумов. Потом окинул взглядом фотографии. – Неплохо вышло, да? Удалось передать характеры.

– А по-моему, плохо, – коротко бросил Петя и пошёл к парте, даже не взглянув на Пашу.

Тот тоже в долгу не остался и весело крикнул вслед:

– Правда глаза колет?

Петя до конца уроков всё думал, чем же именно ему не понравились фотографии, ведь хорошо снято, чётко, крупным планом. Но чем больше он на них смотрел – даже на красивую Аню и умного Женю, – тем неприятнее ему становилось. Может, и правда он завидует?

Только выйдя после уроков во двор и оглянувшись на здание школы, над которым плыли в небе белые облака, Петя сообразил.

На фотографиях никто не улыбался. Не корчил смешные рожицы, не показывал язык, не глазел смущённо в камеру. Паша Наумов словно снял всех исподтишка – те моменты, которые снимать не нужно. На них красивая Аня выглядела надменной, Женя – заучкой, а Марк – глуповатым силачом.

– Неправильно это, – вырвалось у Пети. – Неужели никто не видит?

Ему очень хотелось обсудить это с Сашей, тот бы его понял, но друг заболел.

– Акклиматизация, – прогундосил он в телефон, когда Петя позвонил ему вечером. – После моря здесь холодно, вот я и простыл.

– Понятно, – ответил Петя и не стал рассказывать, как меняется их класс под влиянием новенького. – Выздоравливай.

В выходные Петя немножко пришёл в себя. Он решил, что поговорит с Пашей и убедит его снять фотографии. А ещё попросил маму написать в школьный чат, чтобы все принесли летние снимки.

– Здо́рово придумал! – похвалила мама. – А какую ты понесёшь?

Петя выбрал ту, где он с мамой и папой сидит на берегу, а сзади на них неожиданно накатывает большая волна, так что они кричат, хохочут и отмахиваются руками от морской пены. Эту фотографию Петя очень любил: она была летняя, сумасшедшая и весёлая.

– Супер! – одобрила мама его выбор.

В понедельник, подходя к классу, он даже достал из рюкзака фотографию: когда он смотрел на неё, становилось легко на душе.

– Это что такое? – Снимок вырвали из рук, и Паша Наумов шмыгнул в класс, держа фото над головой.

– А ну отдай!

Петя замешкался от неожиданности, но тут же побежал следом. Почти все одноклассники уже пришли.

Паша стоял у доски, прилепив к ней Петину фотку, и громко объяснял:

– Фокус сбит, горизонт завален. К тому же о чём нам говорит эта фотография? О том, что надо смотреть по сторонам, прежде чем улыбаться в камеру.

Всё это он сказал, подражая голосу и манерам Марии Валерьевны. Очень талантливо, в другое время Петя даже оценил бы. Но сейчас он стоял и слушал, как гогочут Огнецовы, хихикает Лиля на первой парте, хмыкает Женя и покатывается Марк.

– Хорошо, что мы свои фотки не принесли, – давясь смехом, пискнул Максим. – Вовремя Паша написал.

Внутри у Пети что-то сломалось. Он молча подошёл к доске, снял фотографию, порвал её на четыре части и выкинул в мусорку. После этого сел на место. Паша хотел что-то сказать, но не успел: вошла учительница.

– Доброе утро, все садимся на свои места. Паша, спасибо, что протёр доску. Начнём с проверки домашнего задания.

Паша сел на место, сильно толкнув Петю в бок. Тот покачнулся.

– Хочешь начать? – по-своему поняла учительница. – Давай.

Но Петя молчал. У него словно что-то застряло в горле. Как будто он хотел проглотить что-то неприятное, колючее и горькое одновременно, но у него не получалось. И теперь это что-то заблокировало ему горло, и голос просто не мог вырваться наружу. А может, даже не хотел.

– Петя! – позвала учительница. – Ты в порядке?

Он только смотрел на неё и моргал. Класс молчал.

– Давайте я отвечу, у меня как раз вопрос был по домашнему заданию, – быстро нашёлся Наумов, переключая внимание на себя.

До конца урока Петю больше не спрашивали. И на переменке никто с ним не разговаривал. В этот день только учитель физкультуры вызвал его лезть по канату – но на канат можно было забраться и без слов.

На мамины вопросы про школу и летнее фото он только хмыкнул что-то неразборчивое, а потом рано ушёл спать.

Утром во вторник Петя принял решение: пока не вернётся Саша, он будет молчать. Всё равно никому его слова не нужны, даже бывшим друзьям.

Подходя к школе, он иначе смотрел на знакомый двор, крыльцо и бегущих впереди первоклашек. Ему казалось, что теперь их разделяют астрономические расстояния. Что он, Петя, заключён в герметичной капсуле и в одиночестве летит сквозь огромный беззвучный космос, а тот его даже не замечает.

Хотя кое-кто в беззвучном космосе всё-таки его заметил.

– Сменка есть? – громко спросила охранница на входе.

Петя пожал плечами и полез за сменкой. Он мог поздороваться, сказать что-то смешное и даже приоткрыл было рот, но понял, что слова где-то очень глубоко, а сил их доставать из глубины нет.

Поэтому просто показал сменку и пошёл дальше.

В классе почти никого не было, только Света с Машей и Аней о чём-то шушукались, а Лёша дописывал домашку.

– В общем, Паша сказал, что нашей школе не хватает стильного флешмоба. Помните, Саша делал, так вот это детский сад, – верещала Света. – А Паша обещал придумать что-то с танцами и модными очками и причёсками. Точнее, его мама придумает. Она хореограф.

– Как здо́рово! – подхватила Маша, широко распахивая и без того большие голубые глаза. – Какая у него талантливая семья. Нам так повезло, что он к нам в класс попал.

– Да! Нужно будет попросить учителей, чтобы его оставили у нас. Надо письмо написать и всем подписаться.

– Все не подпишут, – сказала Аня и глянула в сторону Пети.

Но он молчал.

А в конце дня произошло странное происшествие.

Ваня поссорился с Марком, да так, что их еле разняли.

– А ну бери свои слова назад! – кричал Марк.

– Да чего я такого сказал? – отбивался Ваня. Даня в знак солидарности с братом наседал на Марка с другой стороны.

Выяснилось, что Ваня обозвал Катю рыжей шеф-поварихой и Марк за неё обиделся. Потому что, во-первых, Катя ему нравилась, а во-вторых, он сам любил готовить. Ваня утверждал, что ничего плохого в «поварихе» нет, а Марк злился, но не мог объяснить почему. Только твердил, что это неуважительно. Уже даже Катя попросила мальчишек прекратить ссору, потому что она не обижается, однако разрешил конфликт Паша. Он убедил Марка, что Ваня, наверное, просто не знает значения некоторых слов и вообще ничего плохого не имел в виду.

После того как ребята наконец помирились и пожали друг другу руки, все ещё больше захотели, чтобы Паша остался в четвёртом «А».

– Вот видишь, Паша классный, – кинула Пете на ходу Лиля. – Настоящий миротворец!

Петя мог бы возразить, что это именно Паша передал Марку про «шеф-повариху» и что звучало это действительно грубо и некрасиво, но не стал. Он словно погружался всё глубже в безопасное место внутри себя и совершенно не хотел вмешиваться в то, что происходило снаружи. Даже когда ему поставили первую в его жизни двойку и отвели к директору за то, что игнорировал учителя физкультуры. Даже когда ребята подошли и попросили подписать просьбу, чтобы Паша остался в их классе, он только покачал головой и уткнулся в тетрадку. Даже когда в пятницу утром Паша толкнул его в угол на лестнице, пнул коленом в живот и зло зашипел:

– У тебя ничего не выйдет. Меня всё равно оставят, а ты можешь из себя строить кого хочешь. Молчи себе на здоровье, пока самого не отправили в четвёртый «Б». А может, и из школы не выгнали.

Страшно Пете не было. Только грустно, что их класс оказался таким непрочным в дружбе и что он, Петя, не смог ничего объяснить ребятам. И самое главное, что Саша не будет с ним в одном классе и вообще всё никогда больше не будет как раньше.

Он вошёл в класс, поставил рюкзак около парты и сел на своё место. Привычно уткнулся носом в тетрадь.

– Два человека не подписали, – услышал он голос Максима. – Ну и ладно, и без них обойдёмся.

Петя сидел, низко опустив голову. Он услышал, как в класс вошла учительница, как нестройными голосами поздоровался с ней класс. Как её каблуки застучали по полу, всё ближе и ближе.

– Мария Валерьевна, у нас к вам просьба… – начал было Максим, но вдруг осёкся.

– Петя! – тихо позвала его Мария Валерьевна и, не дождавшись ответа, тронула за плечо.

Паша рядом ехидно хмыкнул и даже развернулся, чтобы было удобнее наблюдать.

Петя поднял голову и посмотрел в доброе лицо учительницы.

– Я хотела бы перед тобой извиниться, – вдруг сказала она. – Ты молчишь уже больше недели, а я даже не поинтересовалась, что с тобой происходит. Может, расскажешь?

– Его проект выставки летних фотографий зарубили, – выкрикнул неугомонный Максим. – И Сашу в наш класс не вернут… скорее всего.

– Почему? – удивлённо повернулась к нему учительница.

– Потому что мы бы хотели, чтобы с нами остался Паша. – Максим встал и торжественно вручил Марии Валерьевне письмо. – Вот, мы подписали.

Паша при этих словах скромно потупился и даже слегка покраснел, словно от смущения.

– Понятно. – Мария Валерьевна взяла письмо и просмотрела его. – Почти все подписали. Значит, вам нравится ваш новый одноклассник? Это хорошо. А чем именно?

– С ним интересно. Он классный. Хорошие фотки сделал, – застрочила Света.

– Умеет конфликты разруливать, – баском добавил Марк.

– Обещал флешмоб покруче Сашиного устроить.

– Весёлый.

– Модный.

– Много знает.

Все выкрикивали разное, учительница кивала, а потом спросила:

– А Саша Наумов чем вам нравился?

– Ну-у, он умный, – сразу сказал Даня. – Много знает научного, рассказывает всякие факты.

– Квест устраивал, – вспомнил Максим.

– И флешмоб, – пожала плечами Лиля.

Кто-то ещё что-то сказал, но, как оказалось, в целом ребята не знали, чем именно им нравится Саша.

– Он надёжный друг, – неожиданно сказал Петя, вставая. Голос у него звучал хрипловато, как после болезни. – Он всем помогает и никогда ни про кого не говорил плохое. Рядом с ним никто не гоняется за придуманным важным, потому что он рассказывает и делает настоящие хорошие вещи. И ещё… он никогда не стал бы никого фотографировать так, чтобы человек выглядел плохим и смешным.

Все замолчали и украдкой глянули на развешанные по стенам фотографии: сперва на свои портреты, а потом на снимки одноклассников.

– Просто ты неудачно вышел, – процедил Паша. Он старался, чтобы его голос звучал ровно, но всё равно срывался в угрожающий тон. – Я могу тебя переснять.

– Тогда надо всех переснимать, – твёрдо ответил, глядя ему в глаза, Петя. – У тебя же Даня с Ваней – смешные обжоры, Максим глупый, Света…

– А что я-то? – вдруг заголосила Света. – Мне тоже не понравилась моя фотка, я на ней кривляка какая-то. Но все же одобрили.

– Паша сказал, что это стильно, реалистично и что так сейчас фотографируют, – возмутился Максим. – А так мне тоже мой портрет не нравится. Чего я в ухе ковыряюсь, как дурачок?

Класс загудел.

– И никакой он не миротворец, – продолжил Петя.

– Как это? – подскочила Лиля. – Ваня же плохо про Катю сказал, Марк разозлился, а Паша их помирил. Ваня же сам подтвердил.

Петя молчал. Ему не хотелось становиться ябедой, он и так уже много сказал.

– Вообще-то я не говорил плохо про Катю, – вдруг почесал затылок Ваня. – Я назвал её шеф-поваром, потому что она готовит хорошо. А Паша поправил меня: говорит, что раз женский род, то «повариха». И сам смеялся, что смешно: шеф-повариха какая-то. Я не хотел Катю обидеть.

– А мне Паша другое сказал, – набычился за спиной Пети Марк.

– Видимо, у вас произошло недопонимание, – тут же вступила в разговор Мария Валерьевна. – Мы же много раз обсуждали, что сначала нужно разобраться. И не со слов других, а непосредственно с тем человеком, на кого ты обижаешься.

Учительница повернулась к Паше Наумову.

– В любом случае списки уже поменяли, и со следующей недели ты, Паша, переходишь в четвёртый «Б» класс. Буду ждать тебя в поэтическом кружке, если захочешь участвовать.

После уроков Паша первым вылетел в коридор, ни с кем не попрощавшись. Все остальные смущённо копошились, собирая рюкзаки, и не спешили выходить из класса.

– Ой, я даже рада, что он от нас перейдёт, – вдруг сказала Света. – А то у меня уже больше модных вещей не осталось. А с немодной мной он бы дружить не стал.

– Молодец, что Сашу защитил, – подсела к Пете Лиля. – Как это ты его раскусил? А мы даже не поняли, что он над нами смеялся.

Петя пожал плечами. Он так привык молчать, что говорить лишний раз не хотелось. Но тут он вспомнил один вопрос, который хотел задать, и выбежал в рекреацию. Учительницу он догнал в конце коридора.

– Мария Валерьевна, – слегка запыхавшись, произнёс он. – А кто вам рассказал, что я молчу и со мной надо поговорить?

– А почему ты думаешь, что мне кто-то сказал? Может, я сама заметила.

– Нет, – уверенно заявил Петя. – Я же давно молчу, вы меня за это время несколько раз к доске вызывали и по домашнему заданию спрашивали.

Учительница грустно покачала головой. Видно было, что ей немножко стыдно за свою невнимательность.

– Это Саша? – предположил Петя. – Или Аня? Или, может, Катя с Олей?

– Не-ет, не они. Это… Лёша Курочкин. Сказал, что в классе творится что-то странное, плохие вибрации и что Сашино возвращение под угрозой, а твой голос перестал звучать. Он же музыкант, тонко чувствует такие вещи. К тому же он вместе с Сашей вас искал тогда на квесте – и теперь считает себя за вас ответственным.

– Ничего себе! – удивился Петя.

– Да, настоящий Маленький принц, – кивнула Мария Валерьевна и зашла в учительскую.

– Вот тебе и Курочкин, – развёл руками Петя, но сразу же обрадовался.

Если человек чувствует плохие вибрации, то его никакие модные тренды не обманут. А значит, четвёртому «А» классу ничего не угрожает.

– О, и малыша сюда привезли! – воскликнул Петя, заметив у входа в павильон знакомую зелёную коляску. Правда, теперь её катила бабушка. Придержав дверь, они пропустили женщину вперёд.

В павильоне помимо птиц обитали черепахи, и Петя с Сашей тут же вспомнили школьный аквариум и их красноухую черепашку, которую забрали домой братья Огнецовы.

– Ваня с Даней поехали к бабушке в гости, – задумчиво проговорил Петя. – Интересно, а с кем они черепашку оставили?

– С Олей, – ответил Саша. – У неё ведь такая же есть.

– Ребята, глядите, здесь пингвины, – вдруг помахала им рукой мама. – Правда, стекло у них такое грязное, что ничего не видно.

– Потому что пингвины – очень грязные птицы, – с умным видом заявил Петя. Словно в подтверждение его слов, проходящий мимо стекла пингвин повернулся к ним спиной и пустил из-под хвоста белую струю, ударившую в стекло и разлетевшуюся брызгами. Петя отскочил подальше, а старушка с коляской, стоявшая рядом, неодобрительно заохала.

– Идёмте лучше попугаев посмотрим, – предложил Саша. – У них почище.

Около попугаев собралась целая толпа. Белый какаду тряс хохолком и ел из миски, забавно поворачивая голову и что-то бормоча.

Пробившись поближе, Петя удивлённо заметил:

– А здесь опять папа…

Действительно, у стекла стоял мужчина всё с той же коляской. Он что-то сказал ребёнку, указывая на попугая, потом развернул коляску и двинулся к выходу.

– Наверное, они меняются, – предположил Саша. – Например, бабушка любит пингвинов и везёт ребёнка туда, а папа – к попугаям.

– Или бабушка устала и сидит где-нибудь в кафе, отдыхает.

– Кстати, ближе к выходу ещё пингвины есть, может, там почище, – вспомнила мама. И, быстро пройдя мимо попугаев – никто из них не выглядел так же задорно, как какаду, – они вышли на улицу.

– Моя версия была правильной, – сказал Саша. Около застеклённого пингвиньего павильона стояла уже знакомая бабушка с тёмно-зелёной коляской.

После этого Саше с Петей стало интересно, где они увидят папу, а где – бабушку. Они даже спорили, у каких павильонов кого встретят. Оказалось, папа предпочитал белых медведей, пауков и панд. А бабушка – жирафа и разных птиц. А потом они увидели папу в кафе: он взял кофе с пончиком. Коляска стояла около входа.

– Я тоже хочу пончик, – сказал Петя и встал в очередь. Саша присоединился к нему, а мама села за столик. Очередь двигалась медленно, и мальчики от скуки глазели по сторонам. Откуда-то сбоку в кафе вошла бабушка, глянула на меню, покачала головой и, протолкавшись между стоявшими в очереди посетителями, вышла. И покатила коляску по дорожке.

Петя с Сашей как раз успели взять пончики и наливали себе чай, когда снаружи послышался крик:

– Украли! Ребёнка украли! Подменили!

Бабушка в панике неслась по дорожке обратно к кафе, расталкивая прохожих. В её коляске с уже откинутым верхом раскачивался испуганный малыш в синей шапочке, периодически попискивая.

Бабушка промчалась мимо кафе в сторону павильонов.

Саша с Петей переглянулись.

– Странно, что она папу не позвала.

Они пошарили глазами по кафе. Мужчина уже съел пончик и, вытирая руки салфеткой, как раз выходил наружу. Сквозь широкие стеклянные двери они видели, как он огляделся, нахмурился, а потом завернул за угол.

Саша не выдержал:

– Нужно ему сказать, что бабушка пробегала. Он же не в курсе, наверное.

– Мам, мы быстро, – вскочил Петя.

– Только далеко не уходите, – попросила мама.

Ребята выбежали из кафе и тоже свернули за угол.

– Чудеса какие-то! – охнул Петя. Мужчина стоял около тёмно-зелёной коляски и одной рукой засовывал в сумку пакет с пончиками, а другой набирал текст в телефоне.

– Нашли? – спросил Саша. Мужчина поднял голову и с удивлением посмотрел на мальчиков.

– Что именно?

– Ну, коляску. В смысле, ребёнка. Ваша бабушка…

– Это шутка такая? – голос у мужчины зазвучал угрожающе. – Несмешно.

Он сунул телефон в карман и, сняв коляску с тормоза, направился в сторону выхода.

– Грубиян какой, – возмутился Петя, провожая мужчину взглядом. Саша тоже смотрел ему вслед.

На повороте коляска качнулась, и сидящий в ней ребёнок высунул голову.

– Шапочка! – ахнули друзья в унисон.

Шапочка на ребёнке была чёрная с синей полоской.

– Стойте! – закричали они и побежали за мужчиной. Тот, услышав их, прибавил было шаг, но потом остановился, решительно развернул коляску и сердито крикнул:

– А ну отвяжитесь! Я сейчас охрану позову.

– Да мы… да у вас, – пытался объяснить на бегу Петя.

– Я тебе дам «у вас»!

Крики испугали ребёнка, и он громко зарыдал, зажмурившись и широко раскрывая рот.

Услышав плач, мужчина замер… и вдруг присел на корточки около коляски.

– Ёлки-моталки, а это ещё кто? Где Данилка?

Спустя несколько мгновений они втроём, толкая коляску с орущим малышом, бежали назад к кафе.

Задыхаясь, мужчина выспрашивал:

– Как бабуля выглядит? И коляска такая же? Вот прямо такая же?

– Да, в точности. И сумка, и накидка, – подтверждал Саша.

– Говорил я жене, что не надо самую популярную модель брать: запутаемся. Вот и запутались!

Оставив маму присматривать за малышом, ребята вместе с мужчиной побежали к охраннику зоопарка.

– Скажите, пожалуйста, по громкой связи, что малыш в чёрной шапочке сидит в коляске около кафе, – попросил Саша охранника. Тот вопросительно посмотрел на мужчину.

– Коляски перепутали, – только и произнёс он.

Бабушка в сиреневом пальто привезла чужую коляску минут через пять после объявления. Она была заплаканной и, едва увидев свою коляску, бросилась обнимать внука.

– Вы извините меня, пожалуйста. Вы, наверное, перепугались. Простите меня, – снова и снова повторяла она мужчине, так что он в конце концов смутился и покраснел.

– Ха, ничего он не перепугался! Он бы так домой и уехал с чужим малышом, – возмущался Петя, когда они уже шли к метро. – Хорошо, что мы заметили.

– Да, вы молодцы. Спасение идёт по плану, – улыбнулась мама. – А ведь ещё только обед. Что же дальше?

– Дальше нам надо в клинику Меткого свозить, проверить чип, – осторожно сказал Петя. Мама могла не отпустить его так далеко, но обманывать не хотелось. – Может, ты с нами съездишь?

Мама задумалась, потом кивнула:

– Хорошо. Быстро съездим, а потом я в магазин.

Но ехать никуда не пришлось. Когда они зашли к Саше за Метким, оказалось, что Сашина бабушка уже свозила его к ветеринару.

– Я вашему Меткому случайно лапу ушибла, – виновато рассказывала бабушка. – Этот хулиган на пылесос напрыгивал и пытался укусить, я хотела его отогнать и ударила нечаянно. А пёс-то нежный, сразу заверещал, захромал. Пришлось везти. Заодно врач чип проверила, когда я сказала, что собаку мы нашли.

– Ну и? – в один голос спросили мальчики.

– Ну и нет у него чипа, – развела руками бабушка. Затем погрозила пальцем Меткому, который бодро выскочил в коридор. – И лапа оказалась в порядке. Наверное, притворялся.

– Как нет чипа? – огорчился Саша. – Что же делать?

– Можем ещё объявления повесить и другие клубы проверить, – предложил Петя.

– Не только клубы, но и приюты, – посоветовала мама. – Возможно, что его из приюта взяли. Очень уж он хитрый.

Меткий стоял в коридоре, склонив голову и высунув язык. Хвост его так и ходил туда-сюда.

Распечатав ещё пачку объявлений, Саша с Петей вышли во двор.

– Надо нам и старые тоже проверить или даже поменять. Их могло дождём размочить, – волновался Саша.

И волновался не зря.

Объявлений не было. Ни одного! И виной тому был никакой не дождь: кто-то сорвал их со столбов и досок вместе с клейкой лентой.

Четверг

На следующий день после посещения зоопарка и расклейки объявлений Петя чувствовал себя не очень хорошо. Засопливел нос, ноги стали тяжёлые, а голова горячей. Однако он ничего не сказал ни маме, ни Саше: как они закончат челлендж, если он свалится с простудой? Поэтому утром Петя выпил чай с мёдом и клюквой, надел шапку и шарф и побежал к другу.

Саша с Метким уже гуляли около дома. Пёс отважно бросался на ворон, но чуть что – прятался за Сашиными ногами. Точнее, за Сашиными тёплыми сапогами.

– Вот ты нарядился, – не сдержался Петя, оглядев друга. Саша надел не только тёплые сапоги, но и пуховик, обмотался шарфом и даже натянул перчатки. – Пока я спал, пришла зима?

– Простуда пришла, а не зима, – прогудел из недр пуховика Саша. Голос у него звучал хрипло. – Бабушка услышала, что я кашлял ночью, и заставила всё это надеть.

– Понятно. Я тоже что-то не очень, – шмыгнул носом Петя. – Но ничего. Челлендж продолжается. Что делать будем?

– Можем погулять немного, а потом в зоомагазин сходить, – предложил Саша, зябко потирая руки. – Нужно Меткому еды купить, а то я прочитал, что в обычной еде собакам витаминов не хватает. А те баночки уже закончились.

Они побрели по дорожке мимо мокрой детской площадки, мимо скамеек под кустами и магазинчика на углу. Потом дошли до сквера, где Меткий принялся останавливаться у каждого деревца. Саша едва придерживал поводок, не обращая внимания на пса: они с Петей обсуждали зашедшие в тупик поиски.

Внезапно Меткий встал в стойку, принюхался и с громким лаем бросился к стоявшей вдалеке скамеечке. Саша от неожиданности выпустил поводок, но тут же спохватился и побежал следом. Петя за ним.

– Лови его, он сейчас кого-нибудь укусит, – кричал Саша, хотя бежал впереди.

– Некого кусать, здесь пусто, – тяжело дыша, успокаивал его Петя.

Меткий свернул за скамейку и нырнул в кусты. Послышалось его рычание и чей-то стон.

Мальчики резко остановились и посмотрели друг на друга.

– Всё, нам конец. Похоже, он кого-то загрыз, – с ужасом прошептал Петя.

Саша постоял молча, потом собрался с духом и шагнул вперёд. Тут же на него выскочил Меткий, взвизгнул и снова скрылся в кустах. Стон раздался снова, на этот раз чуть громче.

Петя раздвинул ветки и заглянул в кусты.

Там прямо на мокрой траве полусидел-полулежал пожилой мужчина. Кепка у него свалилась с головы, видно было бледное лицо и закрытые глаза.

– Вы в порядке? – спросил Саша. – Он вас покусал?

Меткий крутился рядом и норовил лизнуть мужчину в лицо. Тот поморщился, приоткрыл глаза и пошарил рукой вокруг себя.

– Телефон, – шепнул он побелевшими губами. – Скорую.

– Ему же плохо, – испугался Петя, разглядывая неестественно бледное лицо мужчины. – У него, наверное, что-то с сердцем или давление.

Саша уже доставал из кармана телефон.

– У меня десять пропущенных вызовов, – он удивлённо поднял брови, но проверять вызовы не стал. Вместо этого набрал номер скорой и объяснил, кого они нашли и куда ехать.

Меткий уже не прыгал, а просто лёг около мужчины, положив голову на лапы.

– Вдруг это его хозяин? – прошептал Петя. – Смотри, как он к нему прижался.

– Ему просто холодно, – не согласился Саша и потянул за поводок. – Меткий, иди сюда.

Пёс, заметив, что Саша расстёгивает пуховик, вскочил и чуть не запрыгнул к Саше за пазуху. Теперь оттуда снова торчал только его нос.

Скорую Петя пошёл встречать один, Саша с Метким остались возле мужчины. Выйдя на дорогу возле сквера, Петя подумал, что если бы с ними не было пёсика, то они бы не заметили этого дядечку в кустах. И никто не заметил бы, потому что в этот холодный ноябрьский день здесь никого не было. Дядечка так бы и лежал там, бледный и слабый, долго-долго. Про то, что с ним потом могло случиться, Петя боялся даже подумать. Хотя разные страшные мысли всё равно лезли в голову.

Хорошо, что приехала скорая, и Петя побежал показывать дорогу.

– Молодцы, можно сказать, человека спасли, – похвалил их медбрат, огромный и сильный, как медведь. Дядечку уложили на носилки, погрузили в машину и быстро увезли.

Ребята остались стоять у кустов. Пете хотелось сказать, что на сегодня челлендж выполнен, но почему-то это казалось неправильным. Какой уж тут челлендж, если человек мог погибнуть.

Вместо этого Петя закашлялся, а потом бодро сказал:

– Ну что, в зоомагазин!

– Да, точно, – засуетился Саша. Наверное, ему тоже было не по себе. – Ещё мне кто-то звонил раз десять, надо ответить. Только телефон садится уже, из дома перезвоню.

– А что будем покупать? Индейку или курицу с овощами? Эй, Меткий, что ты больше любишь?

Меткий высовывал нос и ухо, смешно прислушиваясь к разговору, а ребята говорили и говорили. Всё-таки они очень испугались за этого незнакомого человека.

Только подходя к зоомагазину, Петя наконец произнёс:

– Он ведь выживет, правда?

– Не знаю, – тихо ответил Саша. – Должен. Мы его вовремя нашли.

– Да, Меткий у нас молодец. – Петя потянулся погладить пёсика и вдруг замер. Около зоомагазина, там, где они пару дней назад повесили объявление, стояла девочка. И не просто стояла, а сдирала их объявление. Девочку Петя узнал: это она торчала около кассы с заплаканным лицом.

– Стой, ты чего делаешь! – бросился к девочке Петя. Саша, которому тяжело было бежать с Метким под пуховиком, неуклюже заторопился следом.

Девочка обернулась на Петин крик, и… лицо её расплылось в улыбке. Размахивая объявлением, она побежала навстречу ребятам.

– По-моему, она ненормальная, – сказал Петя, останавливаясь. Саша врезался ему в спину, Меткий пискнул.

– Это же вы? Вы, да? – Девочка ткнула размокшим листом Пете в лицо. Тот отшатнулся.

– Что мы?

– Вы мою собаку нашли? – Девочка заглянула Пете через плечо, где сгорбился, пытаясь удобнее устроить Меткого за пазухой, Саша, и вдруг позвала: – Мэтти!

Саша почувствовал, как пёс оттолкнулся от него всеми лапами и одним рывком наполовину высунулся из пуховика. Увидев девочку, он заскулил, лизнул Сашу в щёку, потом снова рванулся вперёд.

– Нашёлся, – облегчённо выдохнула девочка. Саша вытащил пёсика из-под пуховика и протянул ей. Тот радостно облизывал девочке лицо и изо всех сил махал хвостом. Когда он слегка успокоился, то посмотрел на Сашу и гавкнул.

– Как же он сбежал? – сердито спросил Петя, чтобы скрыть дрожь в голосе. – Ты за ним не следила?

– Следила, – покачала головой девочка. – Но у нас были гости, и один из малышей открыл дверь на лестничную площадку. Мэтти и сбежал.

– Мэтти, – протянул Петя и вдруг улыбнулся. – А мы его Меткий назвали, потому что он всё метил. Почти угадали.

Девочка рассмеялась.

– А я вам звонила по номеру в объявлении, я ведь ещё вчера его увидела… вечером. И сняла объявления, чтобы никто больше не позвонил и Мэтти не забрал.

– Я бы перезвонил, – тихо, словно оправдываясь, ответил Саша. Он стоял рядом с Петей понурый и всё смотрел на пёсика. – Просто мы заняты были.

– Мы и чип искали, и по дворам гуляли и всех спрашивали, – подхватил Петя. – А Метк… Мэтти даже помог нам человека спасти… Ты далеко живёшь? Можем проводить.

Девочка посмотрела на ребят, потом на Мэтти, который то скакал вокруг её ног, то подбегал к Саше, и кивнула.

– Я рядом, в соседнем дворе. Идём. – Она протянула поводок Саше. – Хочешь повести?

Саша взял поводок, и они пошли. Стася, так звали девочку, рассказала, как облазила все окрестные дворы и спрашивала в зоомагазине про пропавшего пса. А ребят в прошлый раз заметила, но Мэтти под курткой не разглядела. Петя, в свою очередь, поведал всю историю Мэтти – от встречи с консьержкой до спасения мужчины в кустах.

– Спасибо вам большое, что не бросили Мэтти, – сказала Стася, когда они проводили её до подъезда. – Хотите иногда с ним гулять? А то у меня не всегда время есть.

Мальчики одновременно закивали.

Они договорились созвониться, и Стася с Мэтти ушли.

– Ну что, по домам? – спросил Петя, обнаружив, что у него почти сел голос и очень замёрзли ноги.

– Ага, – хрипло ответил Саша. – Завтра встретимся.

Пятница

Но завтра встретиться не вышло, потому что Петя проснулся совершенно осипший и с температурой. Мама осталась дома, напоила его чаем с мёдом, дала лекарство, и Петя вдруг понял, что очень устал. И сил на челлендж у него нет.

Когда спустя час позвонил Саша, Петя спал. А когда он позвонил Саше ещё час спустя, трубку взяла Сашина бабушка.

– Он заболел, температура высоченная, – пожаловалась она. – Дала ему лекарство, вот уснул.

Поговорить им удалось только днём, когда они оба наконец выспались.

– Ну что, – просипел Саша в трубку, – заболел?

– Да, – прохрипел в ответ Петя. – Температура.

– И у меня. Обидно. Я тут в окно видел Стасю с Метким… то есть Мэтти. Они мне помахали.

В трубке послышался странный звук, словно Петя сдавленно кашлял.

– Ты чего? – испугался Саша.

– Смеюсь. Они тебе оба помахали? И Мэтти?

Саша тоже закхекал.

Отсмеявшись, Петя с сожалением сказал:

– Жаль, что мы челлендж не закончили. Оставался-то всего один день.

– Может, ещё успеем, – неуверенно предположил Саша.

– Как? Лёжа в кровати, никому не поможешь!

Они помолчали.

Потом Саша спросил:

– А помнишь, как Меткий суп бабушкин ел? У него такая морда смешная была, мокрая.

– Конечно помню, – подхватил Петя. – Но мне больше понравилось, как он на тётку около ветклиники лаял.

Воспоминания хлынули потоком, и они говорили и говорили, вспоминали невнимательного папу в зоопарке и Сашину соседку с авокадовым маслом. В конце концов настроение у обоих поднялось и даже сил как будто прибавилось.

– Знаешь, мне кажется, челлендж мы завершили, – неожиданно сказал Саша, когда Петя уже попрощался.

– Как это?

– Смотри, тебе было грустно из-за болезни. И мне тоже. А вот мы поговорили, и теперь нам снова весело. Значит, мы помогли друг другу, правильно?

– Правильно, – обрадовался Петя. – Ура! Отличный челлендж получился.

– Понимаешь, когда она сказала, что даже если я забуду, то меня будут помнить, я сразу подумал про папу. Что он-то меня точно не забудет. Даже если я не позвоню ему один денёк… ну, получается, что необязательно мне одному помнить. Если я забуду, он вспомнит, а если он забудет – то я.

– Правильно. – Мама погладила Петю по голове. – А ещё есть я, и я тоже всё помню.

– Ну конечно, – прищурился Петя. – А кто забыл принести мне кубики для Кая в школу? Пришлось прямо перед спектаклем бежать.

– Так ты сам забыл их утром, – парировала мама. – Нужно было положить вместе с костюмом. Я тебе сто раз говорила.

Петя только рукой махнул.

– Давай лучше папе позвони́м.

Мама достала телефон и набрала номер.

Пока телефон гудел, отправляя звонок в далёкую Африку, Петя шепнул:

– Интересно, он помнит, что сегодня спектакль?

Но мама не успела ответить.

– Привет-привет, – раздался папин голос. – А я вот как раз вышел вам позвонить. Как спектакль прошёл?

Петя с мамой переглянулись, и Петя широко улыбнулся. Помнит!

– Пап, я тебе сейчас всё расскажу… – начал он и взял телефон из маминых рук.