Copyright © Кузнецова С., текст, 2026

© Гутиева Д. А., иллюстрации, 2026

© Баишева Н. А., илл. на обл., 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Что такое сны и откуда они берутся? Может, залетают в окно, а может, прячутся под подушкой, может, приманиваются на имбирное печенье или запутываются в ловце снов? Ночью сны, словно невидимое одеяло, охватывают дома, города и страны. А теперь тссс, давайте не спугнём сон Сони. Может быть, он раскроет нам свою тайну.

Соня выпила стакан молока с имбирным печеньем и залезла под одеяло.

– Соня, ты спишь? – Прежде чем мама вошла, девочка услышала звук колокольчиков на двери.

– Нет ещё, – слабо отозвалась Соня.

– Опять ты ела печенье прямо в кровати. – Мама забрала стакан и тарелку с прикроватной тумбочки.

– Да, так вкуснее.

– Теперь в кровати будут крошки, – вздохнула мама. – И приберись завтра в комнате, здесь просто бардак.

Но Соня не замечала беспорядка. Вещи в её комнате будто жили своей жизнью. Портфель с учебниками и тетрадями, которые из него высовывались, соседствовал с тапками. Сонины любимые розовые наушники с плеером и подушка как-то сами оказались на полу в центре комнаты. Просто Соне иногда нравится слушать музыку, лёжа на полу и закинув ноги на кровать. Хотя она её может слушать и стоя, и сидя, и двигаясь… В общем, где угодно, как и записывать слова понравившихся ей песен. Поэтому листочки и блокноты у неё лежали так же – где угодно.

Да, конечно, давно надо было убрать чашку из-под чая и фантики от мятных конфет. Но беда в том, что Соня всего этого не замечала. Она сутками могла смотреть в окно на парк напротив, слушать музыку и наблюдать за людьми, спешащими на остановку. Только Соня не любила скрипящие качели у дома, поэтому часто закрывала окно.

Понятие уборки у Сони сводилось лишь к тому, чтобы вовремя найти нужную ей вещь. И это иногда создавало проблему. Хорошо, она придумала повесить на стену верёвку, на которую прищепками можно крепить любимые песни. Тогда она могла хотя бы их быстро найти.

– Ага… – Соня взяла в руки блокнот и продолжила писать песню.

– Лучше бы ты так же уроки учила, как свои песни, – нахмурилась мама. – Всё, выключай свет и ложись спать.

Она поцеловала Соню и вышла из комнаты.

– Ох, легко сказать… – Соня поворочалась в кровати. – Хм… Интересно, если лечь поперёк кровати или развернуться, может, тогда приснится что-то хорошее?

Она переложила подушку на другую сторону, выключила светильник и натянула одеяло до самого носа. Соня изо всех сил старалась не закрывать глаза, чтобы не уснуть. Каждую ночь её одолевал один и тот же кошмар.

«И зачем люди спят? Было бы лучше вообще никогда не спать: и времени больше, и никаких дурацких снов! Вот слонам, оказывается, нужна всего пара часов сна в сутки. А птица фрегат может спать во время полёта. Хотела бы и я спать, пока сижу за партой. И вообще, откуда берутся сны?» – думала Соня, рассматривая неоновые звёзды на потолке.

И тут одна звёздочка моргнула ей, потом вторая, и вдруг всю комнату залило ярким светом! Соня растерянно захлопала глазами. Она оказалась перед прилавком магазина. За массивным кассовым аппаратом стояла девушка в строгих очках. Полки позади прилавка были заставлены разноцветными коробочками, вокруг которых летали светлячки. Возле прилавка ходили мальчики и девочки, одетые в пижамы и тапочки. Соня оглядела себя: она сама оказалась в пижаме, в которой уснула. Вот чудеса!

– Странно, где это я… – Соня осмотрелась по сторонам.

С потолка свисали ночники и светильники всех видов – плетённые из ивовых прутьев в форме полукруга, стеклянные в форме шаров и звёзд, металлические и глиняные с резными узорами в форме квадратов и овалов, обыкновенные лампочки на длинных шнурах, светильники с разноцветными стёклышками и множество других. И все они мирно соседствовали, создавая тёплый и обволакивающий свет. А с центра потолка свисал гигантский ловец снов – из макраме и со светящимся шаром внутри. Шар переливался голубовато-малиновым светом. Вдоль стен лежали подушки и среди них плюшевый мишка размером с Сонин шкаф.

«Как тут красиво», – подумала Соня.

– Проходи, не занимай очередь, если тебе не нужен сон, – сказал мальчик с маленьким плюшевым мишкой в руке.

– Сон? – Соня открыла рот от удивления.

– Девочка, что тебе? – Кассир смотрела на неё поверх очков. – Тебе уже выделили сон на сегодня.

Девушка-кассир нажала на кнопку на старинном кассовом аппарате. Он был выполнен из красного дерева и украшен коваными деталями из меди, серебра и золота. Рядом стояли песочные часы. На длинной стойке висела надпись: «Касса снов».

– Мне… э-э-э… – Соня задумчиво посмотрела вверх.

– Так, очередь не задерживай, мне следующий сон подавать. – Кассирша нахмурилась. – Проходи в свою комнату снов.

– Если будет такой же сон, как вчера, я отказываюсь засыпать! – выпалила Соня.

– У тебя есть сноврики?

– Н-нет…

– Тогда следующий.

– Я никуда не уйду и буду стоять здесь хоть всю ночь. – Неожиданно для себя самой Соня заупрямилась.

– Как это не уйдёшь? – Очки кассирши прыгнули выше бровей.

– Так. – Соня топнула ногой.

– Тссс. Тс… Иди сюда… – услышала она громкий шёпот.

Девочка посмотрела по сторонам и никого не увидела. Тут её кто-то тронул за ногу, и Соня аж подпрыгнула на месте. Из-под прилавка показалась голова мальчика с карамельными кудрями.

– Полезай сюда!

– Кажется, я уронила свой браслет, – сказала Соня и наклонилась, будто что-то рассматривая.

Заметив, что кассир отвлеклась на следующего в очереди, Соня опустилась на колени. Затем она осторожно подняла шуршащую скатерть и залезла под прилавок. Мальчик сидел с фонариком и что-то держал в руках.

– Толку от этого ноль! – заявил он Соне. – Все хотят спать, и в итоге ты тоже уснёшь. Так свой сон не получишь. Кстати, ты уже выбрала что-нибудь?

– Н-нет. Не совсем… Понимаешь, мне надоело каждую ночь смотреть один и тот же кошмар.

– Сначала нужно выбрать, что ты хочешь смотреть. – Мальчик внимательно посмотрел на Соню. – А не просто: дайте то – не знаю что или только не то, что знаю. Ты здесь в первый раз, да?

– Да, наверное… – Соня захлопала глазами. – Если честно, я вообще не понимаю, где я.

– Ты в Лавке снов! – ответил мальчик.

– В Лавке снов?..

– Да, чаще всего, если у тебя стоит сон на автовыборе, ты сразу проходишь в свою комнату и спишь, то есть смотришь сон. Но если ты очень хочешь поменять сон, то можешь попасть сюда! Для этого нужно совершить магическое действие – переложить подушку.

Соня пригляделась к мальчику: какого цвета у него глаза? В них загорались золотистые, зелёные и карие искорки.

– А почему только иногда можно выбрать сон?

– Потому что на выбор сна нужны сноврики. Вот такие монеты. – Мальчик достал кожаный мешочек, полный монет.

Соня взяла одну. Она оказалась ребристой на ощупь. На одной стороне были отчеканены луна и звёзды, а на другой – светлячок.

– Сноврики есть не у всех. – Мальчик забрал у Сони монету и убрал мешочек в карман. – У кого есть сноврики, могут выбрать сон.

– Но почему я не была здесь раньше? – Соня приподняла край скатерти и посмотрела на мир, где оказалась.

Она увидела перед собой длинную череду тапочек, носков и пару босых пяток. Вдоль стен Соня разглядела магические кристаллы разных размеров и цветов: фиолетовые, жёлтые, голубые… На подушках резвились дети, ожидая своей очереди. Соня заметила, что один мальчик уснул на подушках и к нему тут же подплыло зефирное облако. Оно подняло мальчика вместе с подушкой и отправилось с ним прямо по воздуху. Соня не поверила своим глазам. Или это летающая кровать?

– Не все могут попасть в Сновидению и в Лавку снов. Это происходит только с теми, кто хочет изменить сон! Побежали, я тебе всё здесь покажу! – Он собрался выползти из-под прилавка.

– Подожди, как тебя зовут?

– Лука!

– А меня Соня.

– Пойдём, только осторожно. Тебя могут проверить, почему ты не спишь, и отправить в твою комнату снов. Отвечай, что просто заблудилась. Давно им пора сделать навигацию для новеньких. Но персонала не хватает.

Дети осторожно выбрались из-под прилавка. После темноты Соня зажмурилась на секунду. Лука подал ей руку, помогая подняться. На свету мальчик выглядел не так таинственно. Соне понравились его лохматые кудри и пижама в красно-белую полоску. Ещё девочка заметила, что он был примерно её возраста и чуть повыше ростом. От света ламп его кудрявые волосы светились золотисто-рыжим цветом.

Ребята повернули за угол, и Соня увидела длинный-предлинный коридор с множеством дверей. Потолок здесь мерцал огнями, похожими на звёзды.

– Это и есть комнаты снов. – Лука кивнул в сторону коридора. – Даже не пытайся всё обойти, собьёшься со счёта. У каждого своя.

Соня с сомнением оглянулась на ближайшую дверь. Верить или не верить Луке – она ещё не знала. Но то, что она видела, пока не вписывалось ни в одну привычную для неё картину. Дверь как дверь… Хотя… Что же это? Рядом с дверью было установлено табло, горевшее зелёным цветом, но самое интересное было то, что на нём светилось имя Сони. Соня уже ухватилась за ручку двери, как Лука её вовремя остановил.

– Сначала правила! Правило номер один. – Лука поднял указательный палец вверх. – Никаких правил! Шучу, запоминай: главное правило Сновидении – тут можно всё. Всю ночь сидеть за игровыми автоматами, нырять в сладкую вату и объедаться конфетами – тебе никто ничего не скажет!

– Ого! – У Сони заблестели глаза.

– Второе главное правило Сновидении: сны не могут быть реальными, так же как реальность сном. Про сноврики ты уже знаешь…

– Да, но как же можно получить эти сноврики? – Соне уже не терпелось выбрать сон.

– Сноврики можно заработать. Для этого нужно зарабатывать в чьих-то снах, то есть приходить в их сны гостем. Либо можно убираться и помогать сортировать сны, за это тоже начисляют несколько сновриков. Либо своровать, но я тебе про это не говорил. – Лука отвернулся.

– А как это – зарабатывать гостем? – Соня приподняла брови.

– Смотри, на этом экране иногда загорается приглашение. – Лука тыкнул пальцем в экран. – Если отзовёшься на это приглашение, начислят несколько сновриков. Если ты попала в чужой сон без приглашения, главное – не смотри в глаза спящему. Остальные во сне – это массовка, ты тоже можешь поучаствовать, но по приглашению. Спящего можно узнать по мигающей звёздочке на руке. Она у всех загорается, когда мы спим. Когда звёздочка затухает, значит, нам пора просыпаться. Так обычно и происходит.

– То есть здесь нельзя спать сколько угодно? – Соня задумчиво рассматривала экран в комнату снов.

– Да, нужно успеть вовремя проснуться. Иначе потом невозможно будет выбраться из сна и вообще из Сновидении… – предупредил Лука.

– И что же тогда делать? – вздрогнула Соня.

– Я не знаю, со мной такого не случалось. Но лучше бы и не знать. Я видел, как сны схлопываются. И если из него не выбраться вовремя… – Лука держал эффектную паузу и сделал огромными глаза. – То…

– То? – Соня заволновалась ещё сильнее.

– То остаёшься в нём навсегда. – вполне буднично закончил Лука.

– Это как? – У Сони тут же пересохло в горле.

– Как-как… Не знаю! Знаю только, что этого ни в коем случае нельзя допускать. Все сны когда-то заканчиваются. – Мальчик вздохнул, но потом резко встряхнул кудрями. – Но зато как много всего остального интересного здесь! Ой, у тебя звёздочка скоро потухнет, значит, ты скоро проснёшься!

Соня увидела на своей руке браслет со звездой, которая действительно слабо горела. Только она хотела попрощаться или хоть что-то ещё спросить, как услышала свой противный будильник.

От неожиданности Соня чуть не свалилась с кровати.

– Ох, где же он? – Она пошарила по тумбочке рукой, не поднимаясь и не открывая глаз. – Как же ты не вовремя…

Может, попробовать снова уснуть?.. Будильник продолжал настырно звонить. Соня натянула одеяло на голову, но это не спасло.

– Соня, вставай. – В комнату заглянула мама.

– Доброе утро. – В дверной проём просунулась папина бородатая голова.

Разозлившись, Соня слезла с кровати. Будильник валялся под кроватью ещё со вчерашнего дня. Соня обречённо поплелась в ванную, выдавила из тюбика мятную пасту и застыла, держа щётку над раковиной. Сон… Сновидения? Лавка снов? Сноврики?

Паста шлёпнулась из тюбика мимо щётки.

– Так это был просто сон или Лавка есть на самом деле? – спросила Соня своё отражение в зеркале.

Она начала чистить зубы, даже не замечая, что на щётке нет пасты.

«Так, а если это была правда… Интересно, я должна помнить эту Лавку снов или нет? Лука… Жаль, если это было просто сном, мне бы хотелось с ним дружить. Как же мне хочется снова оказаться в Сновидении».

Соня умылась и нахмурилась, глядя на себя в зеркало. Затем она надула щёки и резко выпустила воздух. Потом она ещё немного погримасничала, думая при этом о том мальчике с карамельными кудрями. Прижав к груди расчёску, Соня распахнула дверь из ванной, позабыв, что секунду назад хотела причесаться.

– Соня, поживее. – Мама пронеслась, как ураган, мимо неё.

В отличие от Сони, мама очень быстро одевалась, буквально молниеносно. Она могла одновременно готовить завтрак, гладить костюм, делать укладку, наносить макияж, подбирать аксессуары к одежде, успевая полить цветы и закинуть корм рыбкам… Но Соня, по словам мамы, пошла в папу и была медлительна, задумчива и мечтательна.

– И намажь чёлку пенкой для укладки, а то торчит во все стороны, – так же на ходу бросила ей мама.

Соня скривила губы, но всё-таки послушала маму. Неделю назад она сама себе отстригла чёлку, и теперь та торчала ёжиком. Девочка снова зашла в ванную, открыла зеркальный шкафчик, где стояла пенка для волос, и обнаружила там свой любимый браслет из бисера с божьей коровкой. Соня считала, что он приносит удачу. Она удовлетворённо хмыкнула, надела браслет и пошла завтракать. Перспектива идти в школу не радовала. С другой стороны, чем быстрее этот день пройдёт, тем быстрее она ляжет спать и узнает, существует Лавка снов или нет.

– Нам пора выходить, а вы с папой ещё не завтракали. – Пронеслось очередное торнадо в облаке маминых духов, с сумочкой и красным шарфиком на шее.

Соня проглотила сырник почти не ощущая вкуса, хотя это была её любимая еда на завтрак, залпом выпила чай и пошла собираться. Утро прошло как во сне, или это ночь была наяву? Соня на автомате оделась, схватила портфель и шмыгнула в прихожую за родителями.

…Погода была унылая, не хотелось ничего повторять на уроке и тем более отвечать. Соня задумчиво сгибала и разгибала ластик, на неё это действовало как антистресс. Девочка не очень любила математику, ей частенько с трудом давались решения примеров и уравнений. То она перепутает сложение с вычитанием, то неправильно перепишет решение из черновика или поменяет цифры местами. Её сосед по парте, Миша, каждый раз разочарованно мотал головой, обнаружив, что списанный у неё ответ оказался неверным. Сейчас у доски отвечал как раз он. Соня ему искренне сочувствовала, наблюдая, как тот явно в замешательстве пишет число наугад. В это время в класс зашла заместитель директора.

– Здравствуйте, дети! – воскликнула она.

Соня поднялась со всеми остальными из-за парты. А Мише разрешили вернуться на место.

– Садитесь. – Заместитель убрала за ухо несколько выбившихся прядей из большого пучка волос и поправила очки. – Скоро у нас в городе будет проходить международный конкурс по вокалу. Конкурс очень важный и для города, и для поиска талантов. Каждой школе было предложено выдвинуть кандидатов – наиболее одаренных детей.

Соня ухватилась правой рукой за браслет с божьей коровкой.

– Все желающие могут заявить о своём участии. Мы рассмотрим поступившие заявки и выберем одного кандидата от школы. – Она обвела класс таким взглядом, с каким обычно учителя высматривают, кого позвать к доске.

– Только одного? – спросила Лера.

Лера была отличницей и старостой класса. Кроме того, она выступала с танцами и песнями на разных мероприятиях. Соня слышала, что её каждый год выбирали в школе для чтения стихов на Первое сентября и последний звонок.

– Вообще да, от каждой школы по одному кандидату. Хотя, минуточку… – Заместитель открыла папку, которую держала в руках, и, пролистав несколько страниц, замерла на одной из них, бегло просматривая содержание. – Так, жёсткого условия о количестве кандидатов нет, но есть общее ограничение по числу участников конкурса.

– И что это значит? – подал голос Вова с последней парты.

– Ну, что… – поправила заместитель очки. – Значит, если количество кандидатов от всех школ превысит возможное число участников, кого-то придётся отсеять. Но в принципе мы можем выдвинуть несколько певцов.

– Или певиц? – уточнила Лера.

– Или певиц, или музыкальную группу, если такая у нас в школе есть. – У заместителя выступил румянец. – Ещё есть вопросы? Мне другие классы нужно успеть обойти.

– А когда конкурс? – снова спросила Лера, в то время как у Сони язык прилип к нёбу.

– Приём заявок мы завершим через две недели. А сам конкурс через месяц, успеете подготовиться. От вас нужна отличная песня! Фотографию победителя мы поместим на доску почёта и напишем о нём на нашей страничке в Интернете. – Заместитель захлопнула папку и снова убрала непослушные пряди.

– Вот ещё награда, – сказал Вова с последней парты. – Кто ради этого будет стараться?

– Вова, что за разговоры! – прервала его учитель.

– Нет-нет, всё правильно. Я забыла сказать, призы будут для всех участников конкурса. Ну что ж, дерзайте! – Она улыбнулась и поспешила из класса.

В этот момент прозвенел звонок, и учительница вышла следом за заместителем. Ученики тоже повскакивали со своих мест. Половина класса тут же опустела: кто-то ушёл в столовую, кто-то просто вышел в коридор. А оставшиеся ребята принялись играть в телефоны.

Соня чертила круг на листочке, идти ей никуда не хотелось. Из-за того что ей до сих пор не удалось ни с кем особо сблизиться и подружиться из класса, ей часто бывало одиноко, и скрашивала она это время рисованием на черновиках и записями удачных фраз, пришедших на ум. Играть в телефонные игры она не любила, что уменьшало её шансы начать с кем-то общаться.

– Ну что, уже размечталась? – Лера подошла к ней непринуждённой походкой и взяла её линейку со стола.

– О чём ты? – Соня взглянула на неё исподлобья.

– Я о конкурсе, конечно! – размахивала она линейкой.

– Какое тебе… – начала Соня.

– Забудь! – Лера шлёпнула линейкой прямо перед носом Сони. – Ты не победишь. Не стоит даже подавать заявку.

– Отстань, Лер, – нахмурилась Соня.

– Нет-нет, тихуша-одиночка. Ты сейчас отсидишься, а потом вприпрыжку побежишь первая подавать заявку вместе с нашей классухой, которая тебя обожает. Подлиза!

– Отстань, говорю. – Соня попыталась встать, но Лера преградила ей дорогу.

– Девчонки, слушайте! Соня размечталась о конкурсе. – Лера повернулась к оставшимся в классе. – Она, наверное, забыла, как опозорилась на Первом сентября? Весь класс, да что там, вся школа ждала твоей песни. – Лера рассмеялась. – Хорошо, что я сгладила эту неприличную неловкость и спела песню за тебя. Ты хочешь так же опозорить всю нашу школу на конкурсе?

Соня перестала дышать, горло сдавило, а щёки запылали.

– Да тебя даже никто не допустит до конкурса. Поняла? Забудь! Ты всё равно не сможешь спеть на сцене!

Лера с такой силой кинула на стол линейку, что от неё отлетел кусочек. Соня изо всех сил старалась не расплакаться. Она вскочила из-за стола и хотела уже убежать. Но вдруг резко остановилась.

– А в-вот и смогу, – пискнула она.

– Чего-чего? – Лера насмешливо уставилась на неё.

– А вот и смогу, говорю! – воскликнула Соня.

– Ах, значит, сможешь. – Лера прищурилась. – Тогда давай поспорим!

– Не буду. – Соня помотала головой.

– Ну конечно, и сразу на попятную! – Лера удовлетворённо заулыбалась.

– Ну ладно! Если не веришь, давай поспорим! На что? – Соня вскинула голову.

Тут прозвенел звонок и из коридора вернулись ребята. Услышав Сонину последнюю фразу, они тут же затихли.

– На твой новенький син-те-за-тор! – ликуя, пропела Лера.

– Но мне его только что подарили! – Соня часто заморгала.

– Ну и что, спор должен быть честным. Каждый готов будет отдать что-то ценное. Для тебя это синтезатор. А для меня это… так уж и быть – телефон. Он у меня очень ценный и тоже новенький. Но ты всё равно его не увидишь, – рассмеялась Лера, при этом глаза её вовсе не улыбались.

Зашла учительница, и Лера тут же села на своё место. Ребята шушукались и оглядывались на Соню, но, когда началась самостоятельная работа, все на время позабыли о произошедшем. Только Соня не переставала думать о споре. Она с досадой закусила губу. «Что же я наделала? Что я скажу родителям, если придётся отдавать синтезатор?»

Этой ночью Соне, как назло, не спалось. Она ворочалась с боку на бок и успела переложить подушку восемь раз подряд. Девочка начала терять надежду, что снова попадёт в Лавку снов.

Соня крепко зажмурилась и для верности натянула на голову одеяло. Ничего не помогало. Тогда она со вздохом встала и прошлёпала босыми ногами к подоконнику. Девочка взяла свои любимые наушники и снова залезла в кровать. Музыка подействовала на неё умиротворяюще. Мысли плавно текли в такт медленной мелодии. Соня уже не чувствовала нетерпения и обеспокоенности после бурного дня. Она представила себя в старом доме, среди знакомой обстановки: там в углу стояло кресло, слева шкаф с зеркальной дверкой, а на стене – фотообои со сказочным домом. Соня обожала его рассматривать. Жаль, что здесь, несмотря на новый ремонт и модные обои, разглядывать перед сном нечего. Хотя… Соня устремила взгляд наверх к неоновым звёздам, в темноте они мягко подсвечивали потолок. «Как будто небо над головой, – зевнула Соня. – Да, здесь тоже по-своему уютно». Глаза стали слипаться, и девочка провалилась в сладкую дрёму.

– О, привет! Ты всё же пришла? – раздался знакомый голос.

Соня помотала головой. Она снова оказалась в Лавке снов! В кассу толпились дети, а среди подушек сидел Лука, закинув руки за голову.

– Привет! – воскликнула Соня. – Так это всё-таки был не сон?

– Ну это как сказать, – шутливо ответил Лука.

– А почему тут только дети? – Соня шлёпнулась на подушку рядом с Лукой.

– Потому что у взрослых свои Лавки снов. – Лука зевнул и потянулся. – Здесь много этажей. Мы на этаже, где сны для детей. Чем старше, тем выше этаж.

– Опять иностранец! – донёсся недовольный голос кассирши.

– Отправь его в свой магазин! Вот ещё, смотреть в словарик, а вдруг ты его неправильно поймёшь?! – ответила ей напарница.

– Поставлю ему универсальный сон без слов и отправлю замечание дежурному, чтобы проконтролировал его сон в следующий раз, – решила кассирша.

– Обычная история, – прокомментировал Лука.

– Какой же сон тут можно выбрать? – спросила Соня, усаживаясь рядом с мальчиком.

– Как, разве я тебе не говорил? Тут можно всё, выбрать любой сон, даже сон мечты! Представляешь? ВСЁ ЧТО УГОДНО!

Лука разжал ладонь, на ней лежало несколько сновриков.

– Хочешь посмотреть на райский водопад?

– Конечно хочу! – Глаза у Сони загорелись.

– Сейчас, подожди минутку!

Лука вскочил с подушек и зашагал к кассе, как раз в это время очередь рассосалась. Он положил на прилавок несколько сновриков и попросил нужный сон. Мальчик обернулся и подмигнул Соне. Со своего места она зачарованно наблюдала за работой старинного кассового аппарата: сначала кассирша клацнула по его клавишам, и те с щелчками отскакивали вверх после нажатий, потом она опустила рычаг с правой стороны, и аппарат издал металлический скрежет, а потом звякнул: «дзынь», снизу у него выскочила монетная панель, куда кассирша положила сноврики, а рядом с рычагом вылезла чековая лента. Казалось, аппарат раздулся от важности выполненной работы. Лука вернулся к Соне, держа заветную коробочку.

– Пошли, я приглашаю тебя гостьей в свой сон! – Он протянул ей руку.

Соня ухватилась за неё и поднялась. Они вместе побежали в коридор сновидений.

– Тут тихо, не будем никому мешать. – Лука приложил палец ко рту, как только они оказались в коридоре сновидений. – А вот и моя дверь!

Соня с удивлением вытаращилась. Дверь была резная, из зелёного светящегося камня, с изображением джунглей и зверей. Соне стало боязно и в тоже время интересно узнать, что же за дверью. Лука нажал на кнопку рядом с табло и сделал пригласительный жест.

– Добро пожаловать в мой сон! – Лука распахнул дверь, и девочка вошла.

– Ого! Что это? Где это мы? – Соня открыла рот от удивления.

Сразу со входа они оказались в джунглях. Яркий солнечный свет на секунду ослепил Соню, но скоро она привыкла и начала осматриваться. Их окружал тропический лес, густо заросший кустами, деревьями и свисающими лианами. Со всех сторон слышались голоса разных птиц и животных. Где-то вдалеке ребята услышали рычание. Соня вздрогнула.

– Не бойся, тут безопасно! Я так загадал! – Лука снова ей подмигнул.

– Здесь всё настоящее?! – воскликнула Соня, дотрагиваясь до листьев деревьев.

– Конечно! Хочешь кокос?

– Да, неплохо было бы.

– Сейчас, три минуты!

Лука потряс пальму, и к нему в руку тут же упал мохнатый фрукт. Мальчик взял камень, приложил к нему другой, побольше размером, и со всей силы ударил по кокосу.

– Готово! Можно пить. – Лука улыбнулся во весь рот.

– Вот это да! Где ты этому научился? – спросила Соня, принимая из его рук кокос.

– Тут всему можно научиться. Это мой любимый сон, я часто сюда прихожу.

Они двинулись вглубь леса по тропинке.

– И что ты тут делаешь? – Соня отпила глоток.

Это оказалось самое настоящее кокосовое молоко со сладко-освежающим вкусом.

– О! Тут есть чем заняться! Я придумал полосу препятствий: сначала нужно прокатиться на лиане, потом подняться до верха пальмы и скатиться с неё, как с горки, затем пройти по висячему мосту над пропастью и прыгнуть в водопад. Ну, а когда мне скучно, я что-нибудь мастерю. Например, недавно я сделал домик на дереве. Вон он. – Лука указал на чащу леса, и Соня разглядела среди густой листвы уютную хижину с соломенной крышей.

– Класс! Это просто невероятно, хотя я боюсь высоты, но хочу попасть в этот домик. А тут есть тигры или крокодилы? – вдруг испугалась она.

– Есть, но бояться нечего, в моём сне они не опасны, потому что мы друзья!

Тут из-за пальмы им навстречу вышел тигр зелёно-голубой расцветки. Лука потрепал его по голове и тот заурчал.

– Ого, вот это да! – сказала Соня, но гладить тигра, даже такого необычного, не стала.

Следом появился леопард, он был чёрного цвета с фиолетовыми пятнами. Рядом с ними на ветку приземлился ярко-оранжевый тукан. На удивление, кокосовое молоко не заканчивалось, хотя и жажду оно тоже не утоляло. Соне стало жарко. Среди деревьев она увидела качели, привязанные к лианам, и присела на них. Ветер развевал её волосы, Соня прикрыла глаза от солнечных бликов и начала петь. Просыпаться от такого сна совсем не хотелось. Она проверила браслет на руке – звёздочка ярко горела.

– Идём, я тебе ещё кое-что покажу, – позвал её Лука.

– Иду, – отозвалась Соня.

Они вышли по тропинке к открытой площадке. С неё открывался чудесный вид на долину, залитую солнцем. Соня услышала рокот.

– Что это?

– Идём поближе.

И тут она увидела водопад. Вернее, догадалась, что это он. Водопад широким каскадом спускался со склона горы, на которой они сейчас находились. Над водой поднимались радужные блики.

– Ого, вот это да! Хотелось бы посмотреть на этот водопад поближе, – сказала Соня.

– А давай прыгнем с него! – воскликнул Лука.

– Прыгнуть, ты серьёзно? – У Сони даже голова закружилась от этой мысли.

– Конечно серьёзно, в жизни на такое никогда не решишься, а здесь можно всё. Пошли со мной! – Лука протянул Соне руку.

Соня медлила. Страх зацепился за неё маленькими колючками и пересиливал даже желание попробовать.

– Ну! Давай же, Соня! Не бойся! – легонько тянул девочку Лука.

– Я… я… не знаю… – промямлила Соня.

– Давай насчёт три! – Они стояли уже у края, брызги водопада долетали до их лиц, а солнечные блики от воды слепили глаза.

– Но только держась за руки, – кивнула Соня. – Я всё-таки не такая смелая, даже во сне.

– Ну хорошо. – Он крепче сжал её ладонь. – Раз, два… Готова?!

– Не спрашивай, считай, – шепнула она.

– Три!

Соня почувствовала, как легко она оттолкнулась носками от края и полетела вместе с Лукой вниз. Они парили, словно птицы, а вокруг была захватывающая картинка. И было ни капельки не страшно. И тут Луку с Соней внезапно потянуло вверх. Они оказались пойманными в гигантскую сетку.

– А-а-а! Что это?! – Лука потянул сетку руками в разные стороны.

– Я не знаю. – Соня оглядывалась по сторонам.

– Гигантский паук! – крикнул Лука, показывая пальцем. – Что он делает в моём сне?

– Лука, прости! Я не хотела… Меня давно преследует паук во сне. Это тот самый кошмар, от которого я не могу избавиться. Но как же он пробрался в этот сон?

– Если тебя постоянно кто-то или что-то преследует, то недостаточно поменять сон, чтобы избавиться от этого. Это значит, что-то случилось наяву, а не во сне. Блин, как же… Так, придумал!

Лука вытащил из кармана перочинный ножик и перерезал паутину. Дети упали в воду.

– Поплыли! – Лука помог Соне. – Скорее, нам надо выбираться, пока паук не вернулся.

Им повезло, что они оказались недалеко от берега. Ребята быстро доплыли и выбрались из воды. Соня оглянулась:

– Почему же он меня преследует?

Вместо ответа она услышала звук будильника.

Соня открыла глаза. На лице у неё что-то лежало.

– Прочь, прочь, фу!

Соня в ужасе отбросила от себя что-то лохматое, испугавшись, что это паутина. Но оказалось, что это просто ловец снов с яркими голубыми перьями и бусинами такого же цвета. Он висел у девочки над изголовьем кровати и, видимо, ночью упал на неё.

– Этого мне не хватало, когда мне уже прекратит сниться этот ужасный паук? – Соня подобрала с пола ловец и подвесила его на прежнее место.

Сегодня был выходной. Наконец не нужно торопиться в школу, да и вообще куда-то идти. Соня села на любимый подоконник, включила наушники и стала слушать музыку. Мелодии сливались у неё в душе со всем, что она видела и чувствовала. Когда ей сильно хотелось передать свои мысли и ощущения, к ней приходили слова песен.

Поначалу Соня не особо придавала этому значения, потому что чаще всего текст выходил корявый. Но постепенно у неё стало получаться всё лучше и лучше. И теперь она уже набрала целый альбом своих песен. Было бы только перед кем выступать…

Как-то Соня приглашала домой своих друзей, но это было ещё в старой школе. Она устроила мини-концерт, и всем ребятам очень понравились её песни. Но как только Соня начинала думать о сцене, у неё тут же пропадал голос и она не могла ничего толком испол- нить.

А теперь она с семьёй и вовсе переехала в другой район. Соня сменила школу и осталась без друзей. Она бы с удовольствием ходила к кому-нибудь в гости после уроков или приглашала к себе домой. Но только вот никто особо не собирался с ней дружить. В основном потому, что против новенькой класс настроила староста Лера. И чего только Соня не делала, стараясь понравиться. И свои новые фломастеры приносила ей порисовать, и звала в гости. Но Лера невзлюбила её.

Родители поддерживали Соню, но на первое место они ставили учёбу. Они считали, что пение – это несерьёзное занятие.

Соня незаметно для себя запела:

Она взяла ручку и быстро записала текст. Затем оторвала лист и повесила его на верёвку у изголовья кровати.

Соня удовлетворённо вздохнула. Эта песня идеально подойдёт для конкурса.

– Ну вот, теперь можно идти завтракать, – сказала она.

– Привет! – воскликнула Соня, сразу заметив Луку в полосатой пижаме в очереди к кассе снов.

– Привет, давно тебя не видно было… – отозвался Лука.

– Мне никак не удавалось попасть в Лавку снов. – Соня подошла поближе к нему.

– Ты забыла переложить подушку? – удивился Лука.

– Да нет, я нарочно её не перекладывала. Ты знаешь, я просто… просто думала, что я опять что-нибудь испорчу с этим пауком. Как твой сон в прошлый раз. – Соня взлохматила чёлку, которая и так топорщилась.

– Ничего ты не испортишь, с чего ты взяла вообще? Я, кстати, не боюсь пауков! – заявил Лука.

– Правда? – Соня удивлённо подняла брови.

– Конечно, они вовсе не страшные, даже такие большие. – Очередь продвинулась, и Лука шагнул вперёд. – Наоборот, у меня появилось желание сражаться и победить. Да что, в конце концов, такого страшного в нём? Всего лишь паутина, паутинка, паутиночка – ветер дунет, и улетит.

– Ну вот ещё, ты так легко об этом говоришь? – Соня тоже передвинулась, чтобы идти рядом с Лукой.

– Да, так всё и есть. Просто тебе нужно понять, почему он снится тебе постоянно. – Лука упёр руки в бока. – А за меня можешь не волноваться. Мне как раз стало скучно, будет чем заняться. Я сейчас сяду за разработку плана поимки твоего паука.

– Ты мне правда поможешь? – Соня смотрела на него во все глаза.

– Конечно! Я же говорю, мне это даже интересно. В общем, давай так, – воскликнул он, – в следующий раз мы идём в твой сон вместе, и я его буду ловить. Не он нас, а мы его.

– Давай… – Соня улыбнулась ему.

– А пока я буду разрабатывать план по его поимке, ты можешь уже выбрать сон, а может, и несколько, смотря что ты выберешь. – заметил Лука.

– Что ты имеешь в виду? – спросила девочка.

– Ты же была гостьей в моём сне, поэтому тебе начислили несколько сновриков! – радостно заверил её Лука.

– Правда? – уточнила Соня.

– Да, – кивнул он, – проверь свой мешочек.

Тут Соня заметила, что теперь у неё на поясе висел такой же кожаный мешочек со сновриками, как и у Луки. Соня высыпала его содержимое на ладонь и пересчитала.

– Всего пять сновриков.

– Целых пять сновриков! – Лука поднял указательный палец вверх. – Вставай в очередь вместо меня.

– Ну ладно, вдруг хватит. – Она повела плечами.

В это время как раз подошла их очередь. Соня неуверенно огляделась, она ещё ни разу не покупала сон. На стене висел каталог, и девочка прочла его содержание:

Сон-развлечение – три сноврика

Добрый сон – четыре сноврика

Сон-приключение – пять сновриков

Сон-воспоминание – семь сновриков

Сон-мечта – пятнадцать сновриков

Вещий сон – двадцать сновриков

Там же ещё были сон-фантазия, необычный сон, сон на индивидуальный заказ, сон-страшилка и другие разнообразные сны.

– Выбрала что-нибудь? – спросила её кассирша.

– Да… – Соня помедлила. – Вообще-то, мне бы хотелось сон-мечту. Но… У меня не хватает сновриков.

– Сколько же у тебя есть? – уточнила кассирша.

– Сейчас… – Соня высыпала содержимое мешочка на прилавок. – Вот, пять сновриков.

Кассирша внимательно на неё посмотрела:

– Ничего не могу сделать, сон-мечта почти самый дорогой. Ты можешь выбрать что-нибудь другое. Например, сон-приключение или сон-развлечение.

– Хм… – Соня задумалась.

– Держи. – Лука высыпал на монетницу все свои оставшиеся сноврики.

– Но у тебя же ничего не останется! – удивилась Соня.

– Ну и что? На хороший сон не жалко, я потом что-нибудь придумаю. – Он тряхнул карамельными кудрями.

– Спасибо! – Соня вся просияла. – Я счастлива!

– Так, пробиваю? – спросила кассирша без эмоций.

– Да! Да! – в два голоса сказали Лука с Соней.

– Держи. – Кассирша протянула коробку девочке. – Хорошего сна!

– Ура! Я побежала в свою комнату снов! – Она схватила коробку и помахала Луке.

– Давай, – слабо отозвался Лука.

Соня заметила, что Лука тычет носком тапочка в пол. Она только сейчас подумала, что он в этот раз был не таким уж и весёлым.

– А хочешь пойти в мой сон гостем?

– Серьёзно? – обрадовался Лука.

– Ну конечно серьёзно! – заверила она.

– Вообще-то, я собирался начертить план поимки паука… – нахмурился мальчик.

– И не нужно, потом сделаешь! – Соня была рада отблагодарить Луку за то, что он ей помог купить сон-мечту. – Я была в твоём сне, теперь ты в моём побываешь. Надеюсь, тебе понравится.

– Тогда ладно, пошли.

Соня взяла Луку за руку, и они вместе зашагали в коридор снов.

– Как здорово! Вау! Где мы? – воскликнул Лука, когда они зашли в комнату снов девочки.

– Мы во сне моей мечты! – улыбнулась Соня.

Ребята оказались в большом зале, где стояло не меньше ста рядов сидений, а впереди была сцена. Зрители устроились в креслах, зал уже почти полностью собрался. На сцене стоял Сонин синтезатор.

– Здорово! Что ты заказала? – спросил Лука.

– Сейчас узнаешь, мне нужно на минуточку…

Соня быстро прошла в гримёрную комнату. На вешалке висели разные платья: все Сониного размера. Девочка выбрала фиолетовое. В зеркале отражалась очень красивая Соня. Щёки у неё слегка покраснели от волнения и предвкушения.

Если во сне можно всё, то она больше всего на свете хотела бы выступать на сцене со своими песнями. К ней заглянул конферансье.

– Соня, твой выход!

– Иду!

Соня вздохнула и направилась на сцену. Теперь всё волнение как рукой сняло. Она вышла на центр сцены, встала перед микрофоном и больше ни о чём не думала, только о своей песне. Тут заиграла приятная мелодия. Соня посмотрела на полный зрительный зал. Кто-то даже пришёл с растяжками «Соня, мы тебя любим».

И девочка запела. Слова лились легко и плавно, слова сливались с мелодией, и в этот момент Соня почувствовала себя абсолютно счастливой. Она же верила, что сможет выступить на сцене, и вот её мечта сбывалась! Но не успела закончиться песня, как вдруг все зрители повскакивали со своих мест с криками ужаса.

– Да что же это… – Соня тоже перестала петь.

И только тут она увидела, как от входа к ней направлялось мохнатое чудище с восемью лапами и чёрными глазами.

– Опять он, – шёпотом сказала Соня, но от страха не могла сдвинуться с места. Паук остановился возле неё.

Руки у Сони похолодели, кровь отхлынула от лица, голова закружилась.

– Что, Соня, спела ты свою песенку, – сказал паук. – Больше не получится. Голос твой забираю себе, прощай.

– Нет, – послышался её шёпот.

Соня пыталась изо всех сил крикнуть, но у неё ничего не выходило. В конце концов она расплакалась и проснулась.

Соня лежала в своей кровати, всё лицо её было мокрым от слёз. Девочка откашлялась, чувствуя, что горло саднит от неприятной боли, а голос совсем сел. На крик в её комнату зашла мама. Она оглядела дочь, потрогала её лоб и покачала головой:

– Соня, кажется, ты заболела. В школу сегодня не пойдёшь.

– Что случилось? – В комнату к дочери заглянул папа.

– Соня заболела, наверное, ангина. – Обернулась к нему мама.

– Я не могу болеть, мне нужно готовиться, – осипшим голосом сказала Соня.

– К чему? – спросила мама.

– Почти через три недели выступление, я же говорила, – прохрипела Соня и тут же чихнула.

– Вот вылечишься, и будешь выступать, а пока самое главное – твоё здоровье. Сейчас я тебе сделаю чай и дам лекарства, а ты лежи.

– Но я не больна, – возразила девочка. – У меня украли голос.

– Да? И кто? – в два голоса спросили мама с папой.

– Паук, – просипела дочь.

– Паук? Тебе, наверное, просто приснился страшный сон. – Папа погладил дочь по голове. – Вот у тебя и лоб горячий, тебе нужно отдохнуть. Ты слишком болезненно относишься к этому выступлению.

– Ох, никто меня не понимает. – Соня накрылась одеялом с головой. – Как же я подам заявку на этот конкурс, если даже песню не могу записать?

– Лариса Ивановна, здравствуйте. Я не смогу подать заявку на конкурс, – прохрипела в трубку Соня.

– Здравствуй, Соня! Твоя мама уже сообщила, что ты заболела.

– Да, у меня совсем пропал голос, – шмыгнула Соня.

– Соня не волнуйся, лечись. Скоро ты полностью поправишься и сможешь петь, – сердечно сказала классная руководительница.

– А как же теперь конкурс?

– Соня, мы подадим заявку без записи твоей песни. Надеюсь, нам пойдут навстречу. Ты, главное, не волнуйся.

– Но как же так?

– Я верю, у тебя есть все шансы, ты очень талантливая девочка.

– Спасибо вам большое, до свидания.

– До свидания, Соня.

Соня слонялась весь день по дому, не зная, чем заняться. Из-за мыслей о пауке заснуть не удавалось. Она покормила рыбок, посмотрела телевизор и даже убралась в своей комнате, чему вечером несказанно обрадовалась её мама. Но у девочки совсем упало настроение. Папа предложил всем вместе сходить в кино, как только Соня выздоровеет. И если обычно Соня была в восторге, то тут только пробурчала: «Да, давайте…»

– Знаешь, мне кажется, это выступление очень много для неё значит. – Услышала Соня вечером разговор родителей на кухне.

– Я вижу и знаю, но это же просто увлечение.

– А может, не просто? – сказал папа. – Что, если это её призвание?

– Не знаю… Пусть сначала выучится, а потом будет призвание…

– Хорошо, но она очень скромна.

– Она очень скромна, сцена не для неё.

– А вдруг мы чего-то не понимаем?

От этого разговора Соня расстроилась ещё больше. Она села, как обычно, на подоконник. «А может, просто отказаться от участия в конкурсе, и всё? И не будет никаких проблем и переживаний?» Почему-то Соне понравилась эта мысль, она была похожа на успокаивающий уютный плед или на вкусный зефир. Но что-то всё-таки не давало ей покоя.

Ну допустим, если она откажется от участия в конкурсе из-за пропавшего голоса, то Лера не заберет её синтезатор. Ведь Соня не специально не сможет участвовать в конкурсе. Можно будет не переживать о том, что у неё ничего не получится или что её песня никому не понравится. Кроме того, у родителей будет меньше волнения и хлопот с ней. В общем, получается, что, если она откажется от конкурса, всем будет только легче?

В это время за окном послышалось скрипучее лязганье качели. Соня поморщилась и тут же встала с подоконника. Нет, она должна вернуть голос или хотя бы попытаться! Нужно попасть в Лавку снов и поймать паука, который украл её голос. Голос… Нет, ангина тут ни при чём. Если Соня не пустится на поиски вора, то никогда больше не сможет петь.

– Привет! Как раз тебя жду! – Лука радостно вскочил с подушки. – Ты очень вовремя!

– Привет, – хрипло ответила Соня. – Лука, мне нужна твоя помощь. Я совсем без голоса, а у меня в школе скоро вокальный конкурс…

– Да уж! Я всё видел, этот ужасный паук отобрал у тебя голос. Ну, ничего. Главное, не раскисай. – Лука жестикулировал и расхаживал взад-вперёд. – Сегодня есть прекрасная возможность заработать сноврики.

– Да, но… – Соня помотала головой.

– Подожди. – Лука остановился. – Я додумал план поимки паука, смотри.

Мальчик тряхнул кудрями и победно раскрыл перед Соней большой лист бумаги. Глаза у Луки светились. Соня наклонилась над чертежом: слева были нарисованы ряды зрительного зала, справа – сцена. Над ней висел шар с водой, рядом располагалась ловушка. Сам паук был нарисован в центре зала, а пунктиром Лука показал направление его движения, которое заканчивалось в клетке-ящике.

– Вот, смотри, прямо за сценой будет ловушка – её можно накрыть декорациями, тогда паук ничего не поймёт. Придётся тебе постоять в качестве приманки, но не бойся. Как только он подойдёт к тебе, я выстрелю из рогатки в шар с водой. Как известно, пауки страшно боятся воды. Тот ринется убегать и угодит прямо сюда, в этот ящик. Мне его ещё предстоит смастерить. Но чтобы поймать паука, тебе нужно попасть в сон-воспоминание. Иначе не знаю, где мы будем его искать.

– Да, отличный план, но сновриков-то совсем не осталось. – Соня проверила мешочек.

– К сожалению, у меня тоже, и я ни подарить, ни одолжить не могу, – вздохнул Лука. – Но… Их можно заработать!

– Конечно, я согласна! – Соня аж подпрыгнула от радости.

– Тогда иди на кассу, а я займусь ловушкой.

– Но…

– Иди-иди, не бойся. А то вся ночь пройдёт.

Чуть спотыкаясь, Соня подошла к кассам. Над ними висела табличка: «Перерыв на пересчёт». Кассирши невозмутимо болтали и на девочку не обращали внимания.

– Смотри, появился новый производитель, – сказала одна другой.

– Ох, ну наконец-то! У прошлого постоянно попадались бракованные сны. Тут выстраивалась целая очередь из недовольных. Одной девочке на радостном сне-воспоминании о дне рождения приснилась Баба-яга. И не просто Баба-яга, а Баба-яга в самом её плохом настроении. Она распугала всех детей на празднике и в одиночку умяла трехъярусный торт.

– Какой кошмар!

– Да, кстати о кошмарах, те тоже попадались. Бедные дети плакали по ночам и не высыпались. И меня за это лишили премии, а я, между прочим, не виновата.

Кассирша цокнула языком:

– Надеюсь с этими снами такого не случится. Я очень люблю свою работу, но, если так и дальше продолжится, перейду в отдел ночных фей! Там поспокойнее…

– Не переживай, комиссия из Сновидении провела ревизию и вывезла все старые сны. Их списали и отправили в утиль. Будут только новые. Разумеется, это не касается снов-воспоминаний. От них никуда не деться.

– Да, только вот Кладовая снов ими переполнена.

– На прошлой неделе часть снов-воспоминаний забрали в архив, и место освободилось.

– Знаю-знаю, будь я управляющей, то я бы вообще отказалась продавать воспоминания. Зачем они? Сны-фантазии куда популярнее, да и интереснее.

– Да, это точно! Какие там декорации, костюмы!

– Девочка, чего тебе? – Наконец одна из кассирш обратила внимание на Соню.

– Здрасьте, – замялась та, – мне бы, пожалуйста… Мне бы хотелось заработать сновриков.

– А, это ты вовремя, как раз уйма неразобранных снов приехала, – улыбнулась ей кассирша. – Пойдём, всё покажу.

Она открыла прилавок, чтобы Соня могла пройти, и проводила её в Кладовую снов. Соня, открыв рот, огляделась. Деревянные полки, шкафы и ящики были украшены искусной резьбой. Соня дотронулась до одной из полок, и та сразу засветилась мерцающим неоновым светом.

– Ой! – Соня тут же одёрнула руку, и свет погас.

– Не пугайся, так работает волшебная навигация в Кладовой снов. Если ты взяла какой-то сон с полки и не вернула на место, она загорится зелёным светом.

Соня пригляделась. Повсюду летали светлячки.

– Светлячки помогают найти нужные сны и лучше нас ориентируются, где и что лежит, – объяснила кассирша. – Все сны спрятаны по коробкам, иначе они могут сбежать. Не переживай, тут всё просто, каждый сон имеет своё обозначение. Смотри, на коробке со сном стоит буква или символ. Справа у нас полки с буквенным обозначением, а слева и прямо – с символьным. Тебе нужно найти полку с нужной буквой или знаком и положить туда коробку, – сказала кассирша, и Соню тут же окружило облако светлячков.

– А это что? – Соня заметила на полках висящие амулеты.

– Это для охраны снов. Знаешь, сны очень капризны, могут сбегать. Потом приходится их искать, ловить, в общем, хлопотно с ними. И вот, чтобы они не капризничали, мы используем амулеты. Они их успокаивают.

– А что будет, если сон, ну… сбежит?

– Надо его найти и вернуть в коробку. Поэтому ни при каких обстоятельствах не заглядывай внутрь.

– Почему?

– Нельзя, и всё, – кассирша нетерпеливо вздохнула. – Мне пора. Если нужна будет помощь, позвони в колокольчик. Вот он, на столе.

Кассирша ушла, и Соня осталась одна. Компанию ей составляли только светлячки. Как только дверь за кассиршей закрылась, кладовую осветили тысячи светильников. Они не только свисали с потолка, но и стояли на полках, парили в воздухе и лежали на полу. Соня огляделась и поняла, что Кладовая снов просто огромная. В центре располагалась винтовая лестница, её ступени покрывала красная ковровая дорожка. Вдоль стен сплошь были полки, заставленные коробками с лентами. Соня принялась за работу и так увлеклась, что совсем позабыла о времени.

– Что тут? Сны-наоборот, сны-напоминания, вещие сны… Ого! Так, это сон с буквой «А».

Соня поднялась по ступенькам. Мягкий ковёр скрадывал звуки её шагов. Девочка нашла нужную полку и положила коробку со сном на отведённое ей место. Амулет над ним сразу зашевелился.

Потом пришёл черед сну со знаком лилий. Соня задумалась, куда же его положить. Знаки подсвечивались на полках зеленоватым светом. Но чем больше Соня вглядывалась, тем больше у нее всё путалось перед глазами. Тут к ней подлетели светлячки. Девочка проследила за ними. Они покружили на месте и светящимся облачком остановились возле дальней полки.

– Ого, спасибо, какие вы классные!

Светлячки окружили Соню и начали водить хороводы.

– Так, всё-всё, хватит, – хрипловато засмеялась Соня. – Нам нужно разобрать ещё много снов, так что не отвлекаемся.

Светлячки выстроились в шеренги и распределились по комнате. Соня усмехнулась. Работа оказалась очень интересной. Скоро Соня всё-таки устала и присела отдохнуть. Светлячки слетелись вместе и сделали фигуру в виде гамака.

– Нет-нет, мне пока не до сна, – сказала Соня. – А вот если…

Соне вдруг нестерпимо захотелось узнать, что внутри коробки. Как выглядит сон? Она осторожно приоткрыла створки коробки. Та взмыла вверх, потом упала, что-то прошелестело возле уха Сони, амулет зашатался в разные стороны, и зазвенел колокольчик.

Тут же прибежала кассирша:

– Что случилось?

– Я… я не знаю, как так вышло. Я хотела глянуть только одним глазком. Мне стало очень любопытно, что за сон в коробочке. Но не успела я даже открыть её, как та вырвалась у меня из рук. Кажется, сон сбежал…

– Говорила же! Ох, что это был за сон?

– Это был сон со знаком звезды…

– Ох, беда на мою голову… Это один из самых редких снов!

– Но я… – залепетала Соня, лицо её запылало. – Я найду сон, обещаю! Я всё верну!

Соня опрометью выбежала из Кладовой.

Соня как ужаленная выскочила из-под прилавка кассы и огляделась по сторонам. Глаза щипало от досады. «Мне доверили такое дело, а я! Дурацкое, дурацкое любопытство! Из-за него одни проблемы…» В конце зала она заметила несколько мальчишек, они что-то разглядывали и оживленно болтали. Девочка подошла к ним и тут же увидела Луку, довольно демонстрирующего им клетку из толстых сучьев и веток. Заметив Соню, пижамная толпа мальчишек тут же разошлась. Но Лука не расстроился: восхищение и уважение в глазах мальчишек заменит восторг в глазах у Сони, и он снова окажется на коне.

– Лука, мне снова нужна твоя помощь! Сон сбежал, – протараторила Соня.

– Сам сбежал? – уточнил мальчик.

– Ну, нет… Не совсем, это я его выпустила, и он сбежал. – Соня посмотрела на носки своих тапочек, из них торчали уши кролика.

– Подожди, ты хоть взгляни, какую клетку я соорудил для твоего монстра! – Лука даже слегка обиделся.

– Замечательная клетка. – Девочка едва посмотрела в сторону сооружения из палок. – Давай потом про неё. Мне нужно найти сон!

Взгляд у Сони был почти умоляющий, и Лука, встряхнув кудрями, сказал:

– Ладно, у меня тоже такое было. Ужасно интересно, как выглядят сны в коробках, правда? Нужно спешить, чтоб успеть за ночь. Побежали!

Он схватил Соню за руку. Они вместе выскочили за дверь Лавки и оказались на небольшом крыльце. За ним простиралась сплошная пустота. У Сони даже закружилась голова, а по спине пробежался холодок.

– Что же ты стоишь? – Лука дёрнул её за руку.

– Но тут же некуда наступать! – Соня смотрела на пропасть под ногами, и у неё стучали зубы. – Ты с ума сошёл?

– Просто сделай шаг, – твёрдо произнёс Лука. – Поверь мне.

Соня зажмурилась изо всех сил, глубоко вздохнула и шагнула. Нога тут же наступила на что-то мягкое.

– Что это? – удивилась она.

– Облачность Сновидении, – спокойно ответил Лука. – Сновидения находится в воздухе. И когда ты хочешь куда-то пойти, под ногами тут же появляется облако. Не забывай, мы во сне, и с тобой ничего не случится.

– Да, только уже случилось, паук отнял мой голос, – насупилась Соня. – Он исчез и в реальной жизни, понимаешь?

– Извини, это не тот случай.

Они бежали, и под ногами тут же образовывалась дорожка из облаков. Соне уже не было страшно, но на всякий случай она не отпускала руку Луки. От их бега во все стороны поднималась белая облачная пыль.

– Смотри, – Лука чуть замедлил бег и показал влево, – это гигантское Хранилище снов, здесь сны всего человечества.

Соня увидела вдали очертания здания в виде огромной полусферы. Купол светился и переливался всеми оттенками зелёного и фиолетового.

– Кроме Лавки снов тут ещё что-то есть? – стала оглядываться Соня.

– Конечно. Мы в Сновидении, здесь нет пределов! Там Архив снов. – Теперь Лука показал направо, где тоже светился купол здания, но уже меньшего размера. – Отсюда сны не возвращаются. А нам нужно попасть к Маяку, это прибежище для всех заблудившихся снов.

– А впереди что?

– Это Река снов.

– Но мы же в облаках?

– Мы в Сновидении, и тут может быть всё. Надо поторапливаться, сейчас отвяжем облачную лодку.

Они как раз подошли к берегу. У кромки воды оказался небольшой причал с привязанными лодками. Те слегка колыхались на волнах. С одной стороны носы лодок были сильно изогнуты и нависали над основанием. Из-за этого они были похожи на полумесяцы. Ребята запрыгнули в лодку.

– Всё, теперь можно немного отдохнуть, – чуть запыхавшись, сказал Лука. – По течению лодки плывут сами. А Маяк мы не пропустим, его видно издалека.

И тут Соня заметила, что лодкой и правда не нужно было управлять. Она плавно и бережно отплыла от берега, а затем устремилась вперёд по течению.

Облака вокруг принимали причудливые формы – людей, деревьев, домов. Соне то и дело мерещилось, что она вовсе не в Сновидении, а в настоящем мире. Или это и есть настоящий мир, а там – нереальный? Да, там больше проблем. Мама не любит её музыку, в школе постоянно задирает Лера. Надоело!

Она подумала: «Так пить хочется, умираю просто. Интересно, можно зачерпнуть воду из реки? Наверное, можно. Здесь же нет заводов, которые всё отравляют».

Лука лёг на спину, закинув руки за голову и, кажется, слегка задремал. Соня посмотрела на него, но не стала будить. Она наклонилась и зачерпнула полную ладонь прозрачной воды. Вкуснее Соня не пробовала. Только в детстве, наверное, когда ездила с родителями в заповедник и пила там ключевую воду из родника. Вода была прохладной и очень приятной.

Тут проснулся Лука:

– Ну что? Мы ещё не доплыли?

– Куда?

– До Маяка.

– До какого маяка?

– Ты что, забы… А ты случайно не пила воду из этой реки?

– Да, а что? Очень вкусная! Как, кстати, тебя зовут?

– Блин! Блин! Блин! – Лука стукнул себя по лбу. – Я не предупредил тебя. Кто попьёт воду из реки, потеряет память.

– Ну и что? – Соня миролюбиво улыбалась.

– Так, как тебя зовут? – спросил Лука.

– Не помню.

– Сколько тебе лет?

– Не знаю.

– Что ты ела на завтрак?

– Э-э-э, какая разница? Посмотри, такие облака красивые.

– Хммм…

– Ну и что плохого в том, что я ничего не помню?

– Дело не только в памяти… Кто забыл свою реальную жизнь, не сможет проснуться. – Лука досадливо потряс головой. – Второе название Реки снов – Река забвения. Ну что же я раньше не сказал об этом…

– И как мне всё вспомнить? – без капли огорчения спросила Соня.

– Понимаешь, я этого не знаю, – замялся Лука. – Я почти всё знаю об устройстве Сновидении. Но этим я никогда не интересовался.

Он проверил браслеты у себя и у Сони, звёздочка горела ровным светом. Лука повертел головой в разные стороны: «Должен быть какой-то выход, думай».

– Можно попробовать найти ответ в библиотеке, в книге снов. Но это слишком долго… – рассуждал он вслух. – Может, попросить ночного сторожа нам помочь?

– Ночной сторож, а кто это? – без интереса спросила Соня.

– Он отвечает за порядок здесь. Вообще, лучше на глаза ему не попадаться, но сейчас нам нужна помощь.

– А где он живёт?

– Он должен являться на любой беспорядок и шум. – Глаза Луки снова загорелись. – Идея! Устроим облачную грозу! Давай сделаем огромное облако и попросим светлячков зажечь искру.

Лука направил лодку к берегу и остановил её, сделав гребок вёслами в обратную сторону. Затем они с Соней начали собирать облака, что оказалось совсем несложно. Очень быстро у них получилась целая туча. Чтобы она не улетала, Лука придумал сделать петлю на верёвке и закинул её в середину облака. Осталось найти светлячков. Быстрее всего их можно было привлечь миганием фонарика. Пока Лука удерживал тучу, Соня приманивала светлячков. Те слетелись почти мгновенно. Лука попросил их помочь сделать искру в облаке, и скоро действительно разразился гром.

– Так! Что за шум, что за хулиганство? – прогремел голос рядом с детьми.

Соня задрала голову: вспышка молнии озарила огромного филина. Размахивая крыльями, он завис над ними. Тут начался дождь. Филин приземлился рядом с детьми, отряхнулся и через мгновение превратился в бородатого упитанного человека, полностью облачённого в серую форму. На шее у него висел серебристый бинокль, а за поясом блестел серый жезл.

– Это и есть ночной сторож, – шепнул Лука, вытирая со лба капли дождя.

Тот взмахнул жезлом, и гроза тут же прекратилась.

– Почему вы не смотрите свои расчудесные сны? Так вы разбудите и других. Непорядок. – Ночной сторож сурово нахмурился, от чего его кустистые брови собрались у переносицы. – Ну ничего, разберёмся.

– Нам нужна помощь. – Лука толкнул Соню локтём. – Она попила воды из Реки снов и потеряла память, что нам теперь делать?

– Что вам теперь делать? – Ночной сторож выпучил глаза на детей и по-птичьи склонил голову на бок. – Не знаю, но мы разберёмся. Проследуйте со мной.

Сторож обернулся к ребятам, и не успели они охнуть, как перед ними всё исчезло, а сами они оказались в тёмной комнате с одним маленьким окошком.

– О нет… Он нас арестовал! – Лука первым понял, в чём дело. – Я тут как-то уже был, один раз.

– Как арестовал? – Глаза Сони расширились. – Ты же говорил, он мне поможет!

– Ну, говорил, но я же не знал, что он так поступит… Подожди, я попробую ему ещё раз всё объяснить. – Лука стал барабанить по входу.

– Ну что, продолжаем хулиганить? – В двери открылось маленькое окошко. – Вы нарушители и будете сегодня сидеть здесь, пока не закончится время ночного сна. Нельзя нарушать чужой покой.

– Извините нас, пожалуйста, – начал Лука. – Мы не хотели ничего нарушать, но так вышло, что она попила воды…

Его прервал звон сирены.

– Опять, – сказал ночной сторож. – Что за ночка такая сегодня выдалась, одни нарушители. Сидите тихо, я приду, и мы вместе разберёмся, что не так.

Сторож ушёл, и в комнате стало тихо.

– Как хорошо, что я теперь тут не один, – вдруг услышали ребята радостный голос за стенкой.

– Меня Антипом зовут, а вас? – спросил мальчик за стеной.

– А я не знаю, как меня зовут, – затараторила Соня. – Так получилось, что я попила воды из Реки снов, и вот… Теперь ничего не помню.

Девочка вглядывалась во тьму, гадая, кто с ними говорит. По голосу было совершенно непонятно, хулиган это или нет, может, он попал сюда так же случайно, как они сейчас. Лука подозрительно нахмурился и молчал.

– Да, досада. – На этот раз голос Антипа прозвучал чуть угрюмее.

– Как теперь всё вспомнить – неизвестно. Вот мы думали, что сторож поможет, но он только арестовал нас, и сколько его теперь ждать… – продолжила Соня и огорчённо подёргала ручку двери.

– Не будем мы его ждать, я знаю, как отсюда выбраться. – Лука взял фонарик и посветил в замочную скважину.

Затем он достал из кармана пижамы перочинный ножик и маленький прут.

– Никогда не знаешь, что и где тебе пригодится, – ответил Лука на вопросительный взгляд Сони. – На, посвети мне.

Соня держала фонарик, пока Лука сосредоточенно мастерил ключ или то, что на него похоже. Мальчик за стеной притих, видимо, не понимая, что придумали его соседи по несчастью. Скоро Лука удовлетворённо хмыкнул: «Готово». Он вставил своё изобретение в замочную скважину, осторожно провернул его, так, чтобы не сломать, и дверь со скрежетом растворилась. Дети выскочили из заточения.

– Какой ты молодец! – не удержалась от похвалы Соня.

– Ловкость рук и никакого мошенничества, – сказал просиявший Лука.

Они уже хотели было бежать, но их остановил голос.

– Подождите! – сказал Антип. – Не уходите! Выпустите и меня отсюда, я вам очень помогу.

– Я о тебе наслышан, ты расхититель снов, – нахмурился Лука.

– Ну да, ну и что… – отозвался тот.

– То, что помогать тебе мы не будем, – твёрдо ответил Лука.

Соня подошла к двери, за которой сидел Антип, и заглянула в маленькое окошко. На полу, обняв колени, сидел мальчик, примерно такого же возраста, как и она. Он поднял голову к свету, и Соне показалось, что тот зло усмехнулся. Но через секунду он подмигнул ей.

– Я знаю, как можно вернуть память после реки, – сказал Антип.

– И как же? – спросила Соня, дёргая за рукав Луку.

– Сначала выпустите меня, – упрямо сказал мальчик.

– Вдруг ты нас обманешь? Ты и так злостный нарушитель, воруешь чужие сны и никогда не возвращаешь. – Лука не обратил внимание на дёрганье своего рукава.

– Хорошо, я вам скажу, как вернуть память, но вы меня тут же выпустите. Сторож вам вряд ли поможет, – усмехнулся Антип.

– Ладно, – тряхнул кудрями Лука. – Говори.

– В общем, есть тут одно место, называется Тайная комната, там есть магический Голубой камень. Он непростой. Это камень будущего, прошлого и настоящего. Он вернёт ей память.

– И как туда попасть? Я никогда не слышал о такой комнате, – нахмурился Лука.

– Так уж и быть, я помогу вам туда попасть. Выпускайте меня поскорее.

Лука с Соней огляделись. Всё небольшое убранство сторожки составлял массивный стол, стул, шкаф с открытыми полками, на которых теснились папки и журналы. На стене висели часы с кукушкой, неумолимо отсчитывая секунды и минуты ночи. Неожиданно в полной тишине послышался треск и скрежет. Соня вздрогнула, успев подумать, что это сторож возвращается. Но тут из часов раздался бой, сопровождавшийся вылетающей кукушкой. Соня с облегчением вздохнула. Самым интересным ей показалось то, что птица оказалась настоящей. Она без всякого механизма вылетала и щебетала на своём языке, а затем залетала вновь внутрь часов. Лука только пожал плечами, у входной двери он заметил полку с ключами. Рядом с ней висел большой фонарик. Из-за него дети не сразу заметили полку.

Лука схватил ключи и начал один за другим вставлять в замочную скважину. Подошёл третий. Дверь распахнулась, и Антип выскочил из заточения. Расхититель снов оказался худым и высоким. Длинная чёлка слегка закрывала его лицо. Было непонятно, радуется он или злится.

– Не стоит тут задерживаться, за мной, – скомандовал Антип.

Дети выбежали. Антип свистнул, приставив пальцы ко рту. Тут же перед ними оказалась облачная упряжка.

– Это же упряжка доставщиков снов? – выпалил Лука.

– Ну да, – самодовольно улыбнулся Антип, запрыгивая в упряжку. – Наверняка вы на такой ещё ни разу не катались.

– Не катались, – эхом повторили Лука с Соней.

Облачная упряжка напоминала сани, только вместо полозьев и запряжённых лошадей – огромное облако, на котором сани и летали.

– Ну вот, как скучно вы живёте. Запрыгивайте, сейчас мигом домчим! – Антип протянул руку Соне.

Девочка с восторгом ухватилась за протянутую руку и плюхнулась на сиденье. Лука повёл плечами и нарочито спокойно сел следом. Антип дёрнул вожжи, облачная упряжка тут же взвилась в воздух.

– Ты её украл? – не удержался от вопроса Лука.

– Не украл, а одолжил. Сны я тоже не ворую, а одалживаю, – ответил Антип.

– Но ты их не возвращаешь, – возмутился Лука.

– Конечно! Слишком много времени уйдёт, если всё потом возвращать. Но я не прячусь ни от кого, а оставляю записку: «Взял взаймы». А кому надо, тот и сам заберёт.

Тем временем облачная упряжка быстро домчала их до места. Антип потянул на себя вожжи.

– Ну всё, вот она – Тайная комната, – сказал Антип. – Прощайте.

– Спасибо, – сказали Лука с Соней и выпрыгнули из упряжки.

Не успели они попрощаться с расхитителем снов, как тот уже умчался со скоростью самого быстрого ветра.

– Вот это да! Как быстро она летает, – удивилась Соня.

– Да, скорость у упряжки развивается от энергии ночных батареек.

Лука обратил внимание, что звёздочки на браслете у него с Соней начали бледнеть, а это значит, что скоро им просыпаться. Что же станет с Соней?

– Скорее, – с волнением сказал он.

Над куполообразным зданием разливалось разноцветное сияние. Дети зашли внутрь. Стены, двери и потолок Тайной комнаты были сделаны из разноцветных камней. В центре комнаты стоял Голубой камень, размером напоминающий двухметровую башню, и наполнял всё сиянием, которое распространялось и за пределами комнаты. Свет от камня исходил мягкими волнами и, отражаясь от разноцветных камней вокруг, превращался в лучи разных оттенков: жёлтый, фиолетовый, зелёный.

– Как это работает? – спросил Лука. – Ты что-нибудь вспомнила?

– Нет, – сказала Соня.

– Так, может, расхититель наврал нам? – Уперев руки в бока, Лука начал расхаживать по комнате.

– Может, это как-то связано с местом, с рекой? – предположила Соня.

– Давай возьмёмся за руки, закроем глаза и представим то место на реке и лодку. – Лука остановился и взял Соню за руки.

Через минуту они открыли глаза.

– Ничего? – спросил Лука.

– Ничего, – вздохнула Соня.

– Может, тебе нужно дотронуться до камня? – спросил мальчик.

Соня протянула руку. Стоило ей только слегка коснуться камня, как она тут же оказалась вместе с Лукой в лодке. На неё смотрела она сама из прошлого, а рядом с ней спал другой Лука, тоже из прошлого.

– Что? Ещё одна я и ещё один Лука? – спросила Соня в лодке прибывших. – Что происходит?

– Не пей воду, – заголосили Лука с Соней из будущего.

– Что? Почему? – вытаращилась на них другая Соня.

– Ты потеряешь память и не сможешь вернуться домой. Мы из будущего.

– Вот это да… Ладно! – только и успела сказать Соня из прошлого.

Всё снова исчезло, и ребята опять оказались посреди Тайной комнаты.

– Я всё вспомнила, – ошарашенно произнесла Соня. – И теперь мне кажется, что ничего и не забывала. Так странно…

– Да уж, – сказал Лука. – Смотри, вот что ещё необычно: наши с тобой браслеты со звёздами снова ярко горят, будто ночь только началась.

– Может, это из-за камня? – Соню пронзила догадка. – Как сказал тот расхититель, камень всё соединяет: прошлое, будущее и настоящее. Мы вернулись в прошлое, в тот момент, когда я пила воду. Может, время, которое прошло после этого, вернулось нам?

– Может! Тогда мы ещё успеем поймать и вернуть твой потерянный сон. Пойдём, Маяк-то уже рядом.

Соня с Лукой подошли к пристани и прыгнули в первую же лодку. Она плавно отплыла от берега и, ускорившись, направилась в сторону устья.

– Теперь всё в порядке. Эх, Соня, ну и напугала ты меня. – Лука вздохнул. – Сейчас нам нужно наверстать время и успеть попасть на Маяк, поймать сон и вернуть его до рассвета.

– А если мы не сможем поймать пропавший сон? – задумчиво спросила Соня.

– Сон может погулять и вернуться сам, а может совсем пропасть. А вот ты не сможешь попасть в Лавку снов, – серьёзно ответил Лука.

– Как? Совсем? – Соня заёрзала на скамейке.

– Как-то раз со мной тоже такое случилось. Ну очень уж мне захотелось посмотреть, как выглядит сон. – Лука смущённо нахмурился. – Когда кассиры отвлеклись, я пробрался в Кладовую и заглянул в одну из коробок. Ничегошеньки не увидел. Сон сбежал, а я потом не мог попасть в Лавку снов целый месяц!

– Целый месяц? Как же я верну свой голос? Как выступлю на конкурсе? – У Сони задрожали губы.

– Давай не будем о плохом, – оптимистично сказал Лука, но сам при этом нахмурился.

Тут Соня заметила, что берега стали выше, местами они вздымались острыми, как скалы, рёбрами. Впереди послышался рокот воды, усиливающийся при приближении. Лодка всё стремительнее набирала скорость, подпрыгивая на волнах. Лука сидел спокойно и прямо, но Соня на всякий случай покрепче уцепилась за края лавки. Река резко расширилась, вплывая в устье, соединявшее её с морем. Здесь поток воды буквально бурлил, волны напрыгивали одна на другую, заплёскивая лодку. Соня по-настоящему испугалась. «Ага, ничего не может случиться», – вспомнились Соне слова Луки. Руки заледенели от воды, лицо намокло от брызг, а лодка казалась лёгким пёрышком, которое сейчас унесёт в водоворот к морскому чудищу. И вдруг нос лодки резко вздыбился вверх, потом плюхнулся вниз, и всё стихло. Лодка на мгновение замерла, а затем медленно и степенно вплыла в морскую гавань.

Соня ахнула от захватывающей красоты. Небо очистилось, и из-за облаков показались яркие звёзды и луна. Наступила пронзительная и умиротворяющая ясность. Посреди бескрайнего простора воды мерцала лунная дорожка. Волны спокойно и лениво накатывали на облачный берег.

Соня только раз видела море по-настоящему. Родители возили её отдыхать на южное побережье. Это были целых десять чудесных дней: купание, горки, мороженое, послеполуденный сон в тени кипарисов. Но после отдыха всё резко изменилось: они переехали в другой район, ей пришлось сменить школу и лишиться друзей… Соня вздохнула. Вид моря напомнил ей время, когда у неё всё было хорошо и она была абсолютно счастлива.

– А вот и Маяк! – обернулся Лука в лодке.

– Ого, вот это да! – от удивления Соня даже всплеснула руками.

Маяк, как великан, уверенно и величаво стоял на возвышении. Сигнальные огни наверху его башни освещали всю долину уютным желтоватым светом. Маяк ярко выделялся своими полосами. Верх был выкрашен в бирюзовый цвет, середина в белый, а низ – в красный. К Маяку слетались и светлячки, они казались звёздами, кружащими вокруг башни.

– Какое волшебное место, – зачарованно протянула Соня.

– Маяк освещает дорогу всем заблудившимся, к нему летят все потерянные сны. – Лука уверенно грёб в сторону берега.

– А там что за дом? – показала рукой девочка на небольшое жилище рядом с Маяком.

– Там живёт смотритель Маяка. Если сон не найдётся, пойдём к нему. Он очень добрый и помог мне в прошлый раз. – Лука причалил лодку и первым выпрыгнул из неё.

Лодка покачивалась на волнах, и Соня расставила руки для равновесия, но всё равно чуть не упала, выбираясь на берег, и Лука придержал её за руку. Пройдя полоску песчаного пляжа, ребята направились к башне. Под ногами также появлялись облака, но идти вверх оказалось труднее. Соня то и дело спотыкалась, падала и останавливалась. Наконец они пришли к Маяку. Оказалось, он привлекал внимание не только снов, но и птиц. Их стаи кружили тут повсюду.

– Это сонные чайки. Они нагоняют тоску и сон, надо спешить. – Лука обернулся к Соне.

Та лишь кивнула. Крики чаек в свете луны и Маяка и правда рождали странное чувство внутри: смесь тревоги и дремоты. У двери в Маяк стояло несколько сачков, и Лука тут же объяснил:

– Их оставили, чтобы ловить сбежавшие сны. Как видишь, сачков много, значит, сны часто сбегают, – усмехнулся он.

Они с Соней взяли по сачку.

– Как я поймаю этот сон? – Соня озиралась по сторонам.

– Если увидишь голубоватое облако с разноцветным свечением – сразу лови. Давай разделимся, ты пойдёшь налево, а я направо. – Лука развернулся и медленно пошёл вокруг Маяка, то и дело останавливаясь и приглядываясь.

– А-а-а, кажется, я нашла его, вон он! – сказала Соня.

– Тише, так ты его спугнёшь!

Сон залетел за Маяк со стороны моря. Соня первая добежала до него, и как только голубоватое облачко с разноцветным сиянием зависло в воздухе, сразу замахнулась сачком и поймала его.

– Замри. – Лука достал из-за пазухи коробку, которую заранее прихватил из Лавки снов. – Так, а теперь аккуратно приподними край. Ага, вот так. Ну всё, сон на месте! – Лука снова убрал коробку за пазуху. – Всё, поплыли назад, нужно спешить!

Спускаться с утёса, на котором возвышался Маяк, оказалось легче, чем подниматься. Ребята вприпрыжку побежали вниз, а потом просто скатились по облакам прямо к лодке.

– В обратную сторону придётся грести самим. Лодки плывут сами только по течению. – Лука взялся за вёсла и оттолкнулся от облачного берега.

Соня оглянулась. Вдали, на правом берегу, показалось светящееся голубоватым поле.

– Что это?

– Долина сонных цветов. Здесь выращивают будущие сны. Они растут и зацветают только при лунном свете. – Лука слегка откинулся назад, делая взмах вёслами.

– Как хочется на них посмотреть. – Соня ещё раз оглянулась, долина сонных цветов манила её. Девочка всегда хотела узнать, откуда берутся сны, и теперь была близка к разгадке.

…Вскоре впереди показалась уже знакомая Лавка снов. Соня выпрыгнула из лодки первой. За ней выбрался Лука, неся за пазухой сбежавший сон. Коробка не шевелилась. Сон в ней притих и не сопротивлялся возвращению. Ребята вбежали в Лавку очень вовремя. Уже через несколько минут луна скрылась и над рекой забрезжил рассвет. Кассиры не стали ругать Соню, так как она сумела вернуть сбежавший сон, но строго сказали:

– Больше так не делай. Сны нельзя упускать.

– Почему? – Соня сделала круглые глаза.

– Это очень и очень плохо, нас могут даже уволить. – Кассир сделала строгое лицо. – Сны – это наша работа. А если кто-то остался по нашей вине без сновидений, значит, мы не справляемся с обязанностями. Кроме того, абсолютно каждый сон имеет значение: может, там есть подсказка, чтобы решить проблему наяву, или уже готовое решение. Не представляю, что было бы, если бы потеряли сон Менделеева?! Это же катастрофа! Он бы не открыл свою химическую таблицу, а она ему явилась во сне! Так что, деточка, сны очень и очень важны.

Не успела Соня ответить кассирам и поблагодарить Луку за помощь, как её браслет заморгал, и она проснулась.

– Ох, вот это сон… – Соня села в кровати. – Сны нельзя упускать…

Голос по-прежнему был сиплый, и даже после пробуждения девочка чувствовала себя вялой и разбитой. «Вот дурында! Всю ночь гонялась за сном вместо того, чтобы искать паука. Интересно, мне хотя бы заплатят за то, что я успела разобрать в Кладовой?» Она увидела верёвочку с текстами своих песен и тут же зарылась лицом в подушку.

– Доброе утро! Ну и разоспалась ты сегодня, Соня. – Зашла в комнату мама. – Уже полдень.

– Доброе утро, – хрипло отозвалась та, вылезая из подушки. – Мне такое приснилось… Но паук так и не вернул мой голос.

– Какой ещё паук? Надо лечиться, а не сочинять ерунду. На вот, градусник, и открой-ка рот. – Мама нахмурилась. – Хм… Горло совершенно не красное, и температуры больше нет. Наверное, ты охрипла от пения. Я говорила не надрываться.

– Ну мама, опять ты мне не веришь… – вздохнула Соня. – Не надрывала я горло! Наоборот, я очень тихо пою, а голос пропал, потому что…

– Тихо или громко ты поёшь, а соседка с нижнего этажа жалуется. – Мама ходила по комнате и раскладывала разбросанные Соней вещи. – С тех пор как мы переехали, она уже третий раз приходит.

– Ну и кому ты веришь? Как я могла петь, если у меня даже голоса нет? Нет! Ты не слышишь? – возмутилась Соня.

– Прекрати. Это всё от нервов. Новый дом, новый класс, вот у тебя и пропал голос, – ласковым голосом сказала мама. – Доченька, я всё понимаю, тебе сейчас нелегко. Но ты и сама пойми нас с папой, мы целыми днями на работе, а вечером приходит соседка и начинает жаловаться, говорит, музыка гремела на всю мощь.

– Это неправда… – От досады у Сони защипало в глазах.

– Может, тебе просто скучно или одиноко? После школы ты одна дома сидишь… Вот и придумываешь небылицы, паука вон какого-то приплела. – Мама закатила глаза. – Хочешь, заведём собачку? Или кошечку. Так советовала моя подруга. Я уже поговорила с папой, и он не против.

– Нет, мне не нужна кошечка или собачка, как ты не понимаешь? Ты никогда меня не понимаешь! Я хочу петь! – Голос Сони задрожал от сдерживаемых слёз.

– Петь? Ну так пой. Кто тебе мешает? Мы купили, как и обещали, синтезатор. Он очень дорого стоит. А ты? Ты убежала с двух концертов. – Мама помолчала. – Я считаю, доченька, что это просто не твоё.

– Мама, хватит. – Соня отвернулась и наконец дала волю слезам.

Она так хотела, чтобы её поняли и поддержали… А может, мама права, не стоит заниматься тем, что не получается? Но так много Сониных друзей из старой школы говорили, что её песни нравятся и что ей надо продолжать петь. Да и она сама ни о чём другом не мечтала. Только прийти поскорее из школы, запереться в комнате и слушать музыку. «Ха, соседке я помешала, как бы не так. Я же слушаю музыку только в наушниках! Она придумывает, а мама ей верит. Соседка просто хочет, чтобы мы съехали. Столько лет в этой квартире никто не жил…»

– Ну ладно, хватит разговоров, иди умываться. Завтрак на столе.

И мама вышла. Две недели до конкурса, а голоса так и нет. Соня села на подоконник и положила голову на колени. Ей так нравился их старый дом, школа, в которой у неё было много друзей. Сейчас так не хватало их поддержки… Соня обещала приезжать в гости, поначалу они созванивались каждый день, но постепенно у ребят появлялось всё больше новых тем для разговоров: что случилось в школе, кто как оделся на маскарад, кого выгнали с урока, куда они пойдут гулять… И в гости приезжать совсем не получалось. В будни родители работали, а в выходные занимались покупками в строительных магазинах и обустройством в новом доме.

Как-то раз друзья сами навестили Соню, приехали с огромным тортом и восторгались квартирой и Сониной комнатой. Действительно, раньше девочка могла только мечтать о своей комнате, да ещё и такой уютной, как сейчас. Но на старом месте Соне не было так одиноко… Здесь она почти всё время проводила одна, подолгу смотрела в окно, наблюдала за спешащими людьми, слушала музыку. Иногда ей приходили в голову слова песен, и она тут же их записывала. Уже накопилась целая стена новых текстов, только что толку, если петь Соня не может.

– Я же говорила, что это паук украл мой голос, – прохрипела она вслух, сползла с подоконника и поплелась в ванную комнату.

– О, доброе утро, Соня-засоня. – Папа улыбнулся, увидев её.

Соня любила, когда папа улыбался. От этого очки у него приподнимались, и весь он сразу становился несерьёзным.

– Привет, папуль. – Дочь постаралась растянуть губы в улыбке.

– А кто это у нас такой расстроенный? – проницательно глянул папа. – Мама сказала, ты почти выздоровела.

– Да, но ты же слышишь, какой у меня голос? Таким скрипом можно всё жюри распугать… – Соня села за стол и стала теребить любимый браслет с божьей коровкой.

Мама как раз заходила на кухню и, услышав реплику дочери, выразительно закатила глаза.

– Сонечка, ну это же не последний конкурс? Голос вернётся и будет лучше прежнего! – Папа снова улыбнулся, но Соня только поморщилась.

– А если нет? Что, если голос не вернётся? – Соня взяла чашку с чаем и исподлобья глянула на маму.

– Такого быть не может, – уверенно заявил папа.

– Есть ещё рисование, игра в шахматы, танцы, теннис… И без пения можно прекрасно жить, – сказала мама с нажимом.

– Мама, ты опять! – Соня дёрнулась и расплескала чай по столу.

– Ну вот, как всегда! Займись чем-то полезным, хватит летать в облаках, – рассердилась мама, вытирая тряпкой стол.

– Я сама, – схватила тряпку Соня.

– Ну что ты сразу отодвигаешь пение, – папа заступился за дочь. – Может, у нас будущая звезда растёт, будем на её концерты ходить, слушать цветы и собирать овации. Бррр, наоборот! Собирать цветы и слушать овации.

Мама с Соней рассмеялись. Казалось, даже воздух на кухне расширился и стало легче дышать. Комната наполнилась светом, ароматом только что поджаренных тостов, кофе и корицы.

– Делами, конечно, тоже надо заниматься. Тем более навёрстывать пропущенные уроки. А как только голос вернётся, сходим и запишемся в вокальную студию. – Папа заговорчески подмигнул дочери.

– Ты серьёзно? – Глаза у Сони заискрились.

– Конечно серьёзно, я недавно видел где-то объявление и сразу подумал о тебе.

Соня вскочила из-за стола и чмокнула папу в бородатую щёку:

– Ладно, я к себе, учить уроки.

– Вокальная студия? – услышала Соня за спиной.

Ей даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, с каким выражением лица мама это произнесла.

– А что? Соседка не будет больше к тебе приходить жаловаться, Соня займётся любимым делом, может, с кем-нибудь там подружится – одни плюсы.

Соня вернулась в свою комнату, села за стол и открыла учебники. Но мысли то и дело возвращались к конкурсу. Нужно скорее заработать сноврики для того, чтобы купить сон-воспоминание. Она должна встретиться с пауком и забрать голос. Только как это сделать и успеет ли она?

Лавка снов была переполнена. Дети сновали из очереди в коридор снов, а оттуда выходили другие и снова вставали в кассу. Некоторые слонялись без дела или лежали на подушках, обсуждая сны. Первым делом Соня проверила сноврики, высыпав содержимое кожаного мешочка. На ладошке оказалась целая горка монет.

– Один-два-три… Ого, мне хватает на сон-воспоминание! Ура! – Девочка аж подпрыгнула от радости. – Надо найти Луку.

Она огляделась по сторонам, но мальчика в полосатой пижаме нигде не было видно. «Может, он во сне? Наверняка не ждал меня так рано». Соня наблюдала за прибывающими детьми. Её внимание привлёк мальчик в ярко-жёлтой пижаме, на футболке у него красовался одинокий синий кроссовок. Он стоял один возле стены, чуть поодаль от подушек. Очередь в кассу то и дело увеличивалась, заставляя ребят тесниться в ней. Кое-кто даже начал толкаться. Один из стоящих в конце очереди задел того мальчика.

– Подвинься, – шикнул он.

– Извини, – смутился мальчик в жёлтой пижаме.

Соне показалось, что мальчик очень расстроен и не знает, куда себя деть. Конечно, было бы проще пройти мимо него. Но Соне захотелось помочь. Она знала, как это важно, когда рядом в нужный момент оказывается помощь и поддержка.

– Эй, привет! Почему ты не подходишь за своим сном? – обратилась к нему Соня.

Очередь ещё больше оттеснила мальчика, и он вжался в угол.

– Я… Мне… Я просто не тороплюсь, всё равно приснится ерунда, – пролепетал тот.

– Иди сюда, – махнула ему Соня и показала под прилавок, где она сама впервые познакомилась с Лукой.

Мальчик удивился, но всё-таки последовал за Соней. Здесь оказалось темно и не так шумно. Из-под скатерти были видны тапочки и чьи-то босые ноги. Соня зажгла фонарик. Мальчик немного успокоился и посмотрел на неё со смесью внимания и любопытства.

– Меня зовут Соня, а тебя?

– Я Ро… Роберт.

– А почему ты не хочешь засыпать? Не всегда же ерунда снится. Сны и выбирать можно: приключения, воспоминания, мечты… Если сноврики есть.

– Я не то чтобы не хочу засыпать. Скорее, я знаю, что мне приснится, а потом просто настанет следующий день, и всё. И так день за днём… – он робко водил пальцем по полу.

– Ну что ты, это неправда. Каждый день происходит что-то интересное, – сказала Соня.

– Да, но не в моём случае. Уже не произойдёт то, что мне нужно… Я не смогу её увидеть. – Роберт сложил руки на груди и опустил голову.

– Кого? – терпеливо спросила Соня.

– Мою маму… – вздохнул Роберт. – Она сейчас работает в другом городе.

– Она же вернётся? – Соня даже на какое-то время позабыла про паука и свой украденный голос.

– Да, вернётся, но в следующий раз я увижу её почти через год… Моя мама работает учёным. Сейчас она отправилась в очень важную экспедицию. Раньше она уезжала всего на пару дней, потом на несколько недель. А теперь я не вижу её месяцами… – Он всхлипнул.

– С кем же ты сейчас живёшь? – Соня хоть и часто ругалась с мамой, но представить себе не могла жизни вдали от неё.

– С бабушкой и дедушкой, – ответил Роберт. – Они, конечно, очень хорошие и любят меня, но… мне всё равно не хватает мамы.

И мальчик поведал Соне, что он всегда жил без отца. И поэтому отъезды мамы казались ему катастрофой. Бабушка и дедушка заботились о нём, водили его в музеи, галереи и на разные занятия. С дедушкой он любил строить крепости из лего, а с бабушкой – слушать сказки. Роберт часто слышал, что его мама учёный и её работа очень важна. И он чувствовал себя совсем неважным по сравнению с такой работой. Ещё у мамы в экспедициях часто не было связи, и Роберт часами мог ждать звонка, прослушивая по много раз её прошлые голосовые сообщения. Он скучал. Из-за этого плохо спал по ночам, иногда просыпался и плакал. Бабушка как могла успокаивала его, приносила тёплое молоко, накрывала пледом и долго-долго убаюкивала сказками и рассказами.

– Если бы мне сказали, что сегодня мне приснится мама, я бы побежал в кровать вприпрыжку, – закончил Роб свой рассказ и отвёл подозрительно заблестевшие глаза от Сони.

– Подожди, я знаю, что надо делать. Пойдём со мной.

Они вылезли из-под прилавка. Роберт зажмурился от света, а когда открыл глаза, не сразу заметил Соню. Когда увидел, она уже с кем-то разговаривала и махала ему. Роберт подошёл к ним.

– Знакомьтесь! Лука, это Роберт. Я про него тебе только что рассказала. Нам нужно отправить его в воспоминание.

– Сколько у тебя есть сновриков? – поинтересовался Лука.

– Кажется, совсем немного, я не считал. – Роберт высыпал содержимое мешочка.

– Да, негусто, – почесал затылок Лука. – Для сна-воспоминания не хватает. И у меня ничего не осталось, даже добавить нечего. Эх…

– Тогда я поделюсь, – заявила Соня.

– Но ты же тогда не сможешь купить свой сон-воспоминание, – зашептал Лука ей на ухо. – И вернуть голос!

– Да, я это понимаю, но… – У Сони внутри боролись смешанные чувства: с одной стороны, она только и мечтала о том, как бы поскорее вернуть голос и выступить на конкурсе, с другой – ей невыносима была мысль о том, что она не поможет мальчику в разлуке с мамой. – Если сейчас мы не выкупим ему сон-воспоминание, его отправят в архив, и Роберт не увидит маму ещё год… Это ужасно. Я должна ему помочь.

Лука внимательно посмотрел на Соню:

– Ну, раз ты этого хочешь, пойдёмте к кассе.

Очередь уже уменьшилась, перед Робертом оказалось всего два мальчика. Шум и гомон, стоявшие в Лавке, стихли. Соня без размышлений передала сноврики Роберту, и тот совершенно преобразился. Только что хмурое лицо просияло, глаза радостно заблестели, а губы расползлись в нерешительной улыбке.

– Спасибо, – взглянул он на Соню. – Это всё, о чём я мог мечтать.

Получив свой сон, Роберт со всех ног бросился в коридор снов. Ребята даже не обиделись.

– Как ты думаешь, он будет доволен сном? – Соня села на подушки.

– Он точно будет счастлив, а вот что делать с тобой? – Лука устроился рядом. – Кстати, голос не вернулся к тебе наяву?

– Пока нет. – Она теребила браслет с божьей коровкой. – Я даже подумала просто отказаться от конкурса.

– Нет, ты должна выступить, ты же сама говорила, что больше всего любишь петь. – Лука тряхнул кудрями. – Ведь не будет другой такой Сони, которая споёт так же, как ты.

– Спасибо, жаль, что мы можем видеться только во сне. – Соня взяла его за руку.

– Да, жаль, я бы обязательно подружился с тобой наяву. Ну ладно, мне надо бежать в свой сон, да и тебе – в свой. Иначе нам не начислят сноврики. – Он вздохнул. – Придётся опять их копить.

– Да, до следующих снов! – Соня вскочила с подушек, и ребята помахали друг другу.

Как же не хотелось идти в школу после долгой болезни. Соня выключила будильник, но продолжила лежать. Кто вообще придумал школу?! Из-за неё нужно рано вставать, долго сидеть на уроках, писать контрольные работы и носить скучную форму… Соня накрылась одеялом с головой.

– Соня, пора вставать, – из гостиной донёсся голос мамы.

– Иду, – без энтузиазма отозвалась Соня, но продолжила лежать.

– Соня, так ты опоздаешь. – Теперь мама стояла возле Сониной кровати, подняв одеяло.

– Да встаю я, встаю. – Соня поплелась в ванную.

Там она посмотрела на себя в зеркало: пижама со звездой на голубоватом фоне, растрёпанные волосы и потухший взгляд. Соня начала чистить зубы, размышляя о том, что в старую школу она бежала вприпрыжку. Её там всегда ждали друзья, и уроки благодаря им пролетали незаметно. А сейчас… Сидеть полдня среди одноклассников, которые с тобой не разговаривают, а некоторые ещё и дразнят – настоящее мучение.

Соня так же без настроения села завтракать. Папа с мамой что-то оживлённо обсуждали, кажется, куда можно поехать на Сонины каникулы. Но сама она слушала вполуха, не проявляя интереса. Зачем куда-то ехать? Лучше ей там не будет. Соня откусила кусок тоста и запила его чаем. Родители возили её к пяти разным врачам, ей делали прогревания, кварцевания, полоскания. Ничего не помогало. Голос не возвращался. Никто не знал, что с ней.

Соня надела куртку, натянула шапку и хотела было уже выйти за дверь. Но её остановила мама, заставив надеть ещё и шарф, который дочь искренне не любила. В этот раз она не стала спорить, вдруг это повлияет на голос. Дорога до школы занимала десять минут медленным шагом. Соня от скуки считала шаги, но сбилась на пятидесяти. Вокруг всё казалось серым и неуютным.

В школе жизнь бурлила, первоклассники бегали по коридору, сбивая с ног не успевших увернуться. Старшеклассники шли медленно и степенно, обмениваясь репликами и прыская от смеха.

Опустив плечи, Соня вплелась в класс. Сопротивляться не хотелось. Девочка думала, если тихо себя вести и не выделяться, её никто не заметит и она спокойно отсидит уроки. Сегодня их было целых шесть! И шансы, что к ней не будут приставать, растаяли сразу. Как только Соня села за парту, подплыла довольная Лера:

– Ну что, тихоня, так и будешь отсиживаться дома? Не поможет, я от тебя так просто…

– Отстань, – огрызнулась Соня, доставая учебник и тетрадь из рюкзака.

– Ой, а что это у тебя с голоском? Неужто ты и правда болела? – Лера взяла Сонину ручку и начала ею вертеть.

– Не твоё дело. – Соня посмотрела на неё исподлобья.

– Тихоня решила ответить, – процедила Лера. – С таким голоском тебя с позором выгонят со сцены. Вот умора будет! Специально посмотрю твоё выступление с первого ряда, вряд ли с другого места можно будет хоть что-то услышать.

– Посмотрим, как ты сама сможешь выступить! Певица из тебя так себе. – Соня с силой грохнула учебник на стол, глаза у неё засверкали.

Соне с трудом дались последние слова. Неконфликтная и добрая по характеру, она совсем не умела защищаться. Но сейчас через силу сказала последнюю фразу, чтобы Лера наконец отстала от неё. Неужели не видно, ей и так плохо.

Но Лера, похоже, только и хотела, что вывести Соню из себя:

– Что, голосок прорезался? Хотя нет, не прорезался, захрипел. Забудь о конкурсе. Все знают, что лучше меня за школу никто, поняла, никто не выступит. Это мой конкурс.

Леру дёрнула за рукав другая девочка, но она не обратила внимания:

– Вся школа любит меня и будет за меня болеть, а за тебя – никто не придёт.

– Так, что тут происходит? – В класс зашла учительница. – Лера, что за разговоры? Сядь на своё место.

Лицо Леры исказила злобная гримаса, но на учительницу девочка посмотрела уже с вежливой улыбкой.

– Извините, Лариса Ивановна, я просто хотела поддержать Соню, – невинным тоном сказала она.

– Так уж хотела поддержать? А мне показалось, что ты только что запугивала новенькую, говорила, что за неё никто не придёт болеть. Разве нет? – Учительница села за стол и строго посмотрела на Леру.

– Нет, что вы, Лариса Ивановна. Я имела в виду, что, наверное, ей будет неприятно, что за неё никто не будет болеть, и я сама предложила поддержать её выступление в первом ряду.

– Очень надеюсь, Лера, что так и будет. Я всегда вас учила, что нужно помогать друг другу. А на конкурс обязательно придёт весь класс, и мы поддержим как Соню, так и тебя. Всё будет по-честному. Так, класс?

– Да, – дружно ответили ученики.

Ребята любили и уважали Ларису Ивановну, и никто не посмел бы теперь пропустить конкурс, а тем более не поддержать Сонино выступление. Лера покраснела и опустила голову, будто смотрела в тетрадь.

Урок начался, но Соне было тревожно. Ощущение, что класс её не принимает, давило ещё сильнее. Все знают, что поддержка должна быть добровольная, а не потому, что так велел учитель. Цифры и буквы плыли перед глазами Сони. Она совсем не поняла новую тему по математике и делала ошибки по русскому языку. Всё-таки Соня отстала от ребят. Учительница пока её не спрашивала, но девочка чувствовала себя в тупике. И только на уроке рисования она немного расслабилась и, отпустив все плохие мысли, водила кистью по бумаге.

После уроков в раздевалке к Соне подошла Маша, которая сидела за партой впереди неё.

– Сильно отстала? – Девочка застёгивала куртку.

– Да… – отозвалась Соня. – Русский-то я подтяну, а вот математика…

– Там ничего сложного на самом деле. Хочешь, пойдём ко мне домой, вместе сделаем домашку? – предложила Маша.

– Да, только мне нужно спросить маму, – обрадовалась Соня.

– Ага, позвони ей. Кстати, у меня сегодня мама дома, она нам может помочь. Раньше она и сама была учителем, – доверительно сообщила Маша.

Соне разрешили пойти к однокласснице, и она с удивлением обнаружила, что совершенно не заметила дороги до Машиного дома. Всё время они непринуждённо и легко общались на разные темы. Соня рассказала, что совсем не хотела менять школу, но родители не смогли бы её возить и забирать из другой части города. И что сейчас новый класс её не особо жалует.

– Не переживай, у нас не такой уж плохой класс. Правда, Лера задирает, просто она, ну-у-у… хочет быть главной в классе. – Маша перешагнула лужу на асфальте. – Мне кажется, ей самой несладко живётся.

– Что ты имеешь в виду? – глаза у Сони округлились.

– Ну-у-у, я часто слышу, как по телефону её ругает мама. Она у неё какая-то важная шишка. Ну, неважно, я не специально её подслушивала. Так вышло. Ну вот мы и пришли. – Маша достала ключи с брелоком-сердечком и открыла дверь.

С домашней работой девочкам действительно помогла мама Маши, предварительно накормив обедом. Дома Соня привыкла сама себе разогревать еду, а иногда и готовить её. Родители бывали допоздна на работе. И тут, дома у новой подруги, Соня растаяла от неожиданной заботы.

– У мамы на работе простой, – сказала Маша. – Не знаю, что это, но пока она дома. Мама переживает, а я очень рада, хоть это и временно. Хочешь в шашки сыграть?

Маша поставила тарелку с сушками, и обе с удовольствием их грызли, играя в шашки. Потом они ещё успели погулять во дворе. На улице было по-весеннему тепло и ясно. Когда начало смеркаться, девочки разошлись по домам.

Грусть и тоска немного отступили. Вернувшись домой, Соня сразу схватила любимый блокнот с пайетками и русалкой на обложке. Слова текли рекой, она только и успевала их записывать. Получился сразу куплет и припев. Соня попыталась их напеть, но хриплый голос всё испортил.

– Всё, сегодня не до песен. Лучше подумать, как поймать паука.

В Лавке снов было снова оживлённо. Кассиры обслуживали очередь и в перерывах разбирали только что привезённые сны. Дети толпились кучками, кто у подушек, кто у кассы. Из Лавки на улицу почти никто не выходил, самое интересное детей поджидало во снах, а потому мало кого интересовало, что находилось за дверью.

Соня в очередной раз подивилась, какая особенная атмосфера царила в Лавке. Несмотря на обычный прилавок и кассу, здесь происходили чудеса: приключения, мечтания, воспоминания, фантазии и многое другое превращались в коробочки со снами. В воздухе витало ощущение таинственности и волшебства. Казалось совершенно непостижимым, как можно мысленно только загадать сон, а он уже тут, на ладони. И что в нём увидишь: океаны, моря, подводные лодки, острова, пираты, фонтаны, самые крутые горки, дельтапланы, аэростаты, ледяные или песочные замки… Тут всё превращалось в круговорот идей. Может, потому что в Сновидении нет пределов?..

Тут из ниоткуда появился Лука. Он тут же огляделся по сторонам и, заметив Соню, быстро подскочил к ней:

– Привет, у нас сегодня много работы, – деловито начал мальчик. – Предлагаю побывать гостями в чужих снах, чтобы заработать сноврики. Конечно, есть риск, что придётся всю ночь торчать в одном сне и мало заработать. Но если роли будут маленькими, можно успеть пройтись по пяти снам, а то и больше.

– Привет, отличный план, только вот… – замялась Соня.

– Только что? – Лука удивлённо посмотрел на девочку.

– Конкурс совсем скоро… Я думаю, я не успею… – нахмурилась Соня.

– Успеешь, вместе мы заработаем столько сновриков, сколько нужно для твоего сна! – Лука тряхнул кудрями.

Ребята отправились в коридор снов. Соня давно приметила, что двери в комнаты снов отличались: у кого они были яркими, у кого пятнистыми, у кого даже мохнатыми. Лука с Соней медленно шли по коридору, вглядываясь в светящиеся табло. Пока что не было ни одного приглашения, и ребята немного приуныли, но тут из серебристой двери, озираясь по сторонам, выскочил тот самый расхититель снов. Одет он был во всё чёрное.

– Привет, Антип! – воскликнула Соня.

– О! – От неожиданности расхититель даже подпрыгнул. – Неужели опять вы? Я уже думал, вас не встречу.

– И мы думали, что тебя не встретим, – буркнул Лука.

– Как всё прошло в прошлый раз? – Он подмигнул ребятам.

– Вообще, всё получилось, Голубой камень вернул нас в прошлое, – затараторила Соня. – И я сказала самой себе, ну той, что в прошлом: «Эй, не пей воду!» И потом я всё вспомнила.

– Да? А я до конца не верил, что получится с Голубым камнем… – отозвался Антип.

– Почему? – с неожиданной подозрительностью спросил Лука.

– Я забыл предупредить, что он помогает только людям с искренними намерениями, иначе… – принялся объяснять Антип.

– Иначе? – прищурился Лука.

– Да так, ерунда, – отмахнулся тот. – Пришлось бы поплутать во временном континууме, правда, во сне он очень запутанный. Ну что ж, всё хорошо, что хорошо кончается. Пока!

– Стой. – Лука преградил ему путь, выставив вперёд руку. – То есть мы могли застрять во времени, и ты об этом ничего не сказал?!

– Ну а зачем? Другого выхода у вас всё равно не было. Тем более, вы должны были сами во всём разобраться, – ухмыльнулся расхититель.

– Мы же тебе помогли, выпустили тебя из заточения! – возмутился Лука. – А ты нас обманул.

– Не обманул, а не сказал всей правды. – Антип бегло оглянулся на дверь, из которой он только недавно вышел. – Сновидения похожа на огромную игру: никогда не знаешь, что тебя ожидает дальше. В этом и весь интерес.

– Хм, ну и помощь от тебя. – Лука поморщился.

– Да ладно вам, да и чего вы такие кислые? – Расхититель переводил взгляд с Сони на Луку.

– Тебе-то какое дело? – буркнул Лука.

Но Соня решила поделиться:

– Мне очень нужно попасть в сон-воспоминание, чтобы поймать паука и вернуть голос. Но у меня не хватает сновриков… И времени у меня тоже мало…

– М-да, а вы занятные. Ну, так и быть. – Антип щёлкнул пальцами. – Есть у меня один вариант, как тебе помочь.

– Опять вариант с подвохом? – прищурился Лука.

– Пожалуйста, давай послушаем его, – попросила Соня. – Вдруг он нам поможет. Говори, Антип.

Антип демонстративно отвернулся от Луки и поглядел на Соню:

– Я помогу тебе одолжить этот сон. Но есть одно условие.

– С-согласна, – выдохнула Соня.

Лука насупился, но не стал отговаривать Соню.

– Вот как мы поступим, – Антип отвёл Соню чуть в сторону, чтобы Лука не мог их подслушать, и начал шептать ей на ухо план действий.

Соне предстояло отправиться в Кладовую, якобы чтобы помочь разложить сны по местам. Там она найдёт полку с изображением двух волнистых линий, где хранятся сны-воспоминания. Дальше Соне нужно будет мысленно загадать тот самый сон и приложить браслет со звездой к полке. Засиявший символ укажет на коробку.

– Дальше дело техники, – закончил Антип.

– Ага. Но там же сразу прозвенит колокольчик, и меня поймают! – Соня встревожилась, не зря Лука с таким подозрением отнёсся к идее расхитителя.

– В этом и вся хитрость. На место этой коробки ты положишь другую. – Антип достал из рюкзака коробку и протянул девочке.

– Лёгкая какая, – нахмурилась Соня.

– Да, она же пустая, – хмыкнул Антип.

– И никто ни о чём не догадается? – Соня пригляделась к Антипу, но ей трудно было понять, о чём он думает.

– Сразу – нет, только если в Кладовой будет ревизия, – пожал плечами тот.

– Кассиров же за это могут уволить… – Соня отвела глаза.

– Ну что ж, тебе нужен сон и, как я понял, срочно? Хотя ты можешь и не слушать меня, а делать всё по-честному, правда, долго… – Он слегка наклонился к Соне и договорил совсем тихо: – Не видать тебе тогда голоса.

– Нет, я пойду, – твёрдо сказала Соня. – А какое же твоё условие?

– Ты никому не расскажешь о том, как я ворую сны. Ну, вернее, беру их взаймы, – понизив голос, сказал расхититель.

– Даю слово, – кивнула девочка.

Соня попросила Луку подождать её в коридоре снов и, больше ничего не объясняя, вернулась в Лавку. Расхититель вышел следом за ней. Но когда она обернулась, того уже и след простыл. Соня пожала плечами и, сделав глубокий вдох, решительно подошла к кассе.

Очень скоро Соня вышла из Кладовой снов. Она укрылась пледом, будто замёрзла. На самом деле под ним девочка прятала коробку со сном. Позаимствовать её оказалось лёгким делом, но теперь в глубине души Соня чувствовала что-то тяжёлое и неприятное. Вместо радости и ликования она ощущала смутную тревогу и нерешительность. Ноги как-то пружинисто шагали, а руки слегка дрожали. Не так Соня себе представляла поимку сна. Теперь она, что же, тоже стала расхитительницей?

Соня остановилась на полпути в коридор снов и опустила голову. Её мучили сомнения. С одной стороны, ей хотелось возвратить коробку на место, а с другой – поскорее вернуть голос. Девочка обернулась к кассе. «Я обязательно принесу сон обратно, просто… не сейчас. Как только поймаем паука, я верну коробочку», – Соня решительно тряхнула головой. Хотя внутри всё равно поселилось скребущее чувство собственной неправоты.

Она нашла Луку там же, в коридоре снов. Мальчик выжидающе стоял, прислонившись спиной к стене и закинув руки за голову. Рядом с ним оказалась клетка из веток и палок, которую Соня уже видела в прошлый раз, но не успела как следует разглядеть. Конструкция ловушки выглядела внушительно. Было видно, что Лука постарался на совесть. Палки, зачищенные от коры и сучков, крепились друг к другу толстой джутовой верёвкой.

– Я добыла сон, – сообщила Соня, но не стала уточнять, как это сделала.

– Отлично, – отозвался Лука. – Загружай его.

От Сони не ускользнуло, что друг явно хотел сказать что-то ещё, но промолчал. По его взгляду было понятно, что он не одобрил её сообщничество с расхитителем. Соня упрямо свела брови и вставила коробочку в выдвижной приёмник рядом со светящимся табло с её именем. Признаваться Луке, что она украла сон, совсем не хотелось, хотя, скорее всего, тот и сам догадался.

Ребята зашли в комнату снов Сони и осмотрелись. В темноте ничего не было видно, но уже через секунду зажглись огни, и Лука с Соней увидели перед собой ряды зрительских кресел, за которыми была сцена.

– Скорее, надо установить ловушку! Я наберу воды и попробую подвесить над сценой, а ты пока готовься к выступлению, делай всё, как в прошлый раз. Когда паук вернётся, мы его поймаем. – Лука наклонился и волоком потащил ловушку к сцене.

Соня прошла в гримёрную. Поначалу до неё доносились шорох и кряхтение, но потом всё смолкло. Она не знала, сколько нужно времени Луке, чтобы подготовиться, а потому сидела как на иголках. Не выдержав неизвестности, Соня резко встала и вышла за дверь. Проходя мимо соседних гримёрных, она заметила, что там готовились к выступлению группы и квартеты. В конце коридора стоял конферансье, который изучал план выступлений. Как только он отвернулся к окну, Соня метнулась мимо и незамеченной проскочила за кулисы. Тут Соня огляделась. Сцена была небольшой, скорее для уютных камерных выступлений. Справа стоял красивый белый рояль, недалеко от него, ближе к центру, находилась клетка.

– Апчхи! Ну и пыли тут, – услышала она Луку.

– Будь здоров! – воскликнула Соня.

– Я же говорил, тебе нужно посидеть в гримёрке, – вскочил Лука с коленей.

– Да, но я подумала, вдруг тебе понадобится помощь. – Соня наблюдала за тем, что делал Лука.

По бокам сцены прятались карманы, как называли места для хранения декораций, инвентаря и не только. Здесь Лука и копался в поисках подобия покрывала для ловушки.

– А, вот, нашёл! – вскрикнул он. – Ну, раз ты здесь, помоги мне накрыть клетку.

Вместе они натянули блестящую ткань поверх ловушки. С виду она казалась обычной декорацией. Такую точно никто не заприметит, а значит, можно спокойно ждать выступления. Соня прислушалась. На зрительских местах и здесь на сцене стояла тишина. Девочка подумала, что в такие моменты и во время репетиций она абсолютно не волновалась и могла петь, танцевать, прыгать, не испытывая при этом никакого страха и стеснения. Но вот начнётся выступление, и у неё непроизвольно опять всё сожмётся внутри.

– Сделано. – Лука хлопнул в ладоши.

– А как же вода? – уточнила Соня.

– С этим всё оказалось проще, смотри. – Лука задрал голову и указал наверх.

– И что это? – не поняла Соня.

Соня посмотрела вверх. Под потолком она увидела сеть трубопроводов, совсем не примечательных на первый взгляд.

– Это водяные оросители, они срабатывают в случае пожара, – деловито объяснил Лука. – А я их запущу, когда паук выйдет к тебе на сцену.

– Класс, ты так много знаешь! – она в восхищении приложила руки к щекам.

– Ну… – Лука немного покраснел от похвалы Сони. – Я бы и внимания на них не обратил, если бы так часто не бывал на работе у дяди. Он у меня пожарный, вот у него-то я и насмотрелся.

– Здорово! – сказала Соня.

– Так, кажется, начинают собираться первые зрители. – Лука слегка приоткрыл занавес. – Тебе пора, удачи! Увидимся на выступлении!

– Да, удача не помешает! – тряхнула головой Соня.

В гримёрной она закрыла глаза и постаралась сосредоточиться на словах песни. Текст-то она выучила уже наизусть, но ей хотелось отогнать плохие мысли и занять их зубрёжкой. Скоро конферансье пригласил Соню на сцену, и та со вздохом последовала за ним. После объявления её имени и названия песни девочка вышла в центр зала, поклонилась и взяла микрофон в руки. Под светом софитов всё преобразилось, стало ярким и праздничным, а зрительские аплодисменты вселяли уверенность. Но, несмотря на это, на Соню накатили знакомые ощущения волнения и паники: в глазах поплыли круги, дыхание участилось, а охрипший голос, кажется, совсем сел. Что же делать? Когда заиграла знакомая музыка, Соня закрыла глаза, и тогда слова сами полились рекой. Правда, голоса она своего не услышала, над сценой прокатился шум, разом перекрывающий все звуки. Люди в панике вскакивали со своих мест, бросали сумки, вещи и бежали к выходу.

– Соня, спела ты свою песенку. – К сцене приближался паук.

На неё опять смотрело мохнатое чудовище с восемью лапами и чёрными глазами. В этот раз Соня его как следует разглядела. На голове у него была старомодная шляпа, а в одной лапе – трость. Глаза казались огромными, потому что все были в увеличивающих очках. Паук надвигался на девочку, перешагивая сквозь ряды, но заметно прихрамывая на одну ногу.

– А-а-а-а-а! – в ужасе закричала Соня, не в силах справиться со страхом.

Вдруг сверху хлынула вода. Она потоком накрыла девочку и паука. Тут же сработал звон пожарной сигнализации, а над ними начала опускаться тяжёлая штора, загораживая сцену от зрительного зала.

– Соня, беги! – кричал Лука, но девочка не слышала его. – Беги, Соня!!! В сторону! Беги за кулисы!

Соня заметила Луку, он стоял в первом ряду и отчаянно махал ей руками, но девочку словно парализовало. Паук в это время крутился в попытках понять, где источник воды и куда ему бежать, чтобы спрятаться. Шляпа у него съехала набекрень, и под ней показалась седая шевелюра.

– Что здесь происходит, а? – Паук устрашающе замахал тростью.

Заметив опускающуюся штору, он попятился назад, а потом резко развернулся и на всех восьми лапах ринулся через зрительный зал к выходу.

В ловушку он так и не попал.

Наконец звуки пожарной сирены стихли, а сверху перестало поливать водой. Концертный зал выглядел потрёпанным, будто корабль, попавший в сильную бурю. Соня закрыла лицо ладонями и горько заплакала.

– Не переживай, – подбежал к ней Лука. – Всё наладится.

Выглядел он растерянно, но по привычке успокаивал Соню. Тут кто-то присвистнул. Ребята озадаченно огляделись. У стены Соня уловила какое-то движение, и через секунду от неё отошёл расхититель. Всё это время он наблюдал за происходящим.

– Браво, такого шоу я давно не видел, – зааплодировал расхититель. – Правда, неудачного шоу, но у нас тут в Сновидении такая скукотища, что хоть немного повеселили меня. А ещё гооврят, что я неправильно живу, обманываю… Я, в отличие от вас, всегда прихожу к цели.

– Да, конечно, своровать, а ещё посмеяться над проблемами других – каждый может, – выкрикнул Лука.

– И что? – посмотрел на него Антип.

– А то, что ты и сам бы не смог поймать паука, – ответил Лука.

– Спорим? – зажглись глаза у расхитителя.

– Ну, спорим, – ответил Лука.

– Ха, я знаю, где ваш паук обитает. – Расхититель поднялся к ним на сцену, аккуратно перешагивая лужи. – Бывал там как-то мимоходом. Искал… Ну, неважно, что искал. Но предупреждаю, дорога будет тяжёлой. Основная сложность – это пройти сонное поле. Не хочу никого пугать, но я сам чудом там не остался.

– А почему так опасно это сонное поле? – Соня провела рукой по мокрым волосам.

– Помнишь, как ты попила воды из реки снов? – напомнил ей Антип.

– Д-да, конечно. – Соня переглянулась с Лукой.

– На сонном поле легко заблудиться и остаться там навсегда. – Расхититель обошёл ребят кругом и остановился возле Сони.

– Навсегда? – Девочка вздрогнула.

– Я же говорю, это очень опасно. Но другого пути нет. – Пожал плечами Антип.

– Я не сверну с этой дороги, мне нужен мой голос. – Соня даже притопнула ногой. – Но ты, Лука, тебе незачем так рисковать. Ты и так много сделал для меня. Я пойду вместе с Антипом.

– Начали вместе, вместе и пройдём испытание. Тем более, паук очень опасен, – заявил Лука.

– Нет уж, мы поспорили, что именно я справлюсь с пауком и помогу Соне. Так что оставайся в Лавке, – вынес своё решение расхититель. – Нужно подготовиться, пойдём, Соня.

– Не переживай за меня, Лука. – Соня скорым шагом спустилась по лестнице со сцены и, обернувшись, помахала другу.

Ей вовсе не хотелось расставаться с Лукой, тем более сейчас. Но она должна была вернуть голос сама, друг и так из-за неё много раз рисковал. Соня проверила браслет со звездой на руке – он горел ровным светом.

Соня с Антипом вышли из комнаты снов. Расхититель, не оглядываясь, двинулся по коридору. Соня, последовавшая было за ним, вдруг резко остановилась, развернулась и подбежала к приёмнику снов. Она извлекла коробку и, спрятав её за спиной, поторопилась догнать Антипа.

Вместе они зашли в Лавку.

– Подожди меня здесь, а я за фонариками в подсобку, – на ходу бросил Антип.

Соня кивнула, а сама, стоило расхитителю скрыться в подсобке, ринулась в Кладовую снов. Кассирам она сказала, что забыла поставить сон на место, а теперь вспомнила об этом. Беспрепятственно пройдя в Кладовую, девочка быстро нашла нужную полку с символом волны и водрузила коробку на место. «Фух, гора с плеч свалилась», – выдохнула Соня.

Вернулась она как раз вовремя – расхититель выходил из подсобки. Под мышкой он нёс сачки, а в руках – два старинных фонаря. Их медный каркас был украшен резьбой и стеклянными вставками. Соня видела похожие светильники, когда ходила с классом в музей. В такие раньше ставили свечу или поджигали керосин. Но эти пока не горели.

– Вот, держи. – Расхититель протянул один ей. – Мы пройдём мимо садов Сновидении, там и наловим светлячков.

– Хорошо, а зачем… – Договорить Соня не успела, Антип уже вышел за дверь.

Девочке ничего не оставалось, как поспешить следом. Она выскочила из Лавки и, как в прошлый раз, застыла в ужасе. Впереди разверзлась бездна. И хоть Соня и знала теперь, что стоит занести ногу, как под ней тут же появится облако, – она испугалась. И Луки рядом не было, чтобы подбодрить и поддержать её. Антип ушёл далеко вперёд. «Лука бы так не поступил», – поморщилась Соня. Она вздохнула и, представив, что друг рядом, решительно шагнула.

– Ну, где ты там? – наконец обернулся расхититель.

– Уже бегу! – Соня ускорилась, удивляясь лёгкости шагов по облакам.

Ребята успели отойти на приличное расстояние от Лавки, когда Соня спросила:

– А как же облачный экипаж, почему мы не полетели на нём? Тем более это быстрее.

– К сожалению, над сонным полем он не может лететь. Тут сильные гравитационные излучения, которые создают магнитные завихрения. Я уже всё испробовал, и знаю, что там можно только пройти. – Расхититель быстро шагал, размахивая фонарём.

Тут Соня увидела что-то, действительно напоминающее сады. Дорожка, по которой шли ребята, углублялась и терялась среди кустов.

– А вот и облачные сады Сновидении, – вскинул руку вперёд Антип.

Издалека деревья показались Соне покрытыми белым инеем и снегом. Сейчас же она разглядела, что это листва, белая и пушистая, как вата. Девочка наклонилась и увидела под ногами светлые листья клевера. Рядом с Соней по траве пробежали бельчата огненно-жёлтого цвета, они прыгнули на ветки куста с белоснежными цветами и бледно-голубыми ягодами.

– Не срывай, – коротко сказал Антип.

– Что, опять потеряю память? – Соня тут же отдёрнула руку.

– Нет, просто невкусно, – рассмеялся Антип.

На небе вспыхивали звёздочки, становясь всё ярче. Они так низко нависали, что Соня даже потянулась к ним. Но ничего из этого не вышло.

– В ближайшие дни будет звездопад, советую не пропускать это событие, это самое красивое явление года в Сновидении. – Расхититель поднял белую шишку и крутил её в руках.

– Серьёзно? И как это будет выглядеть? – заинтригованно воскликнула Соня.

– Ничего больше не расскажу, сама увидишь. Пойдём, нельзя задерживаться, нам нужно за светлячками. – Расхититель бросил шишку и двинулся вперёд по дорожке.

– Кстати, забыла спросить, а зачем нам светлячки? – зашагала за ним Соня.

– Путь в паучью пещеру лежит через сонное поле, там обитают забытые сны. – Антип увернулся от ветки. – Это сны, которые улетели, и о них забыли. Они не попадают ни в Архив, ни в Хранилище, не улетают к Маяку. Сначала они долго блуждают по Сновидении, а затем оседают на этом поле. Чтобы его пройти, у каждого должна быть лампа со светлячками. Я уже всё перепробовал, именно сияние светлячков обладает магической силой.

– Ого, как много нового! Лука про это не рассказывал… – отозвалась Соня.

– Я же говорю, твой Лука ничего не знает! – У него моментально испортилось настроение, и он сердито рубанул воздух.

– Давай оставим ваш спор, – предложила Соня.

– Хорошо, тем более я вижу светлячков. – Лицо Антипа стало непроницаемым.

Среди белых деревьев действительно летала блестящая стайка. Светлячки были настолько яркими, что деревья вокруг казались позолоченными. Соня застыла в восхищении. Ну как же красиво они летают, как будто танцуют в воздухе! Соня с Антипом замахали сачками и легко поймали несколько из них. Расхититель открыл створку фонаря и запустил в него светлячков. Соня повторила за ним, и светильники засияли ровным жёлтым светом.

Решив немного передохнуть, ребята сели под одно дерево. Соня прислушалась: шелест листвы, стрекотание цикад, кваканье лягушки, уханье совы… Светлячки продолжали летать, то роясь в самом низу, у облачной травы, то поднимаясь вверх. Взяв фонари, Антип с Соней с сожалением встали. Примятая трава под ними тут же поднялась. Сачки ребята оставили под деревом и отправились дальше.

– Всё хотела тебя спросить… – задумчиво протянула Соня. – А зачем ты воруешь сны?

– Ну-у-у… – Антип аж споткнулся от неожиданности вопроса. – Мне просто очень скучно жить по правилам. Я считаю, что они нужны только для того, чтобы их нарушать.

– А почему ты решил мне помочь? – Соня украдкой глянула на расхитителя.

– Ну, во-первых, чтобы утереть нос этому твоему Луке, а во-вторых… – загибал он пальцы. – Ты мне понравилась.

– Не говори так, Лука хороший, – ответила Соня.

– А я, значит, плохой? – Он с силой пнул камешек на пути.

– Я так не думаю, – покачала головой Соня. – Каждый имеет право на ошибку – так говорит мой папа. Но я считаю, что тебе нужно перестать воровать.

– Может быть, я и исправлюсь. Ради тебя! – И он зашагал ещё быстрее.

За разговорами они вышли из сада и двинулись дальше по пустырю. Здесь им встретились только светлые перекати-поле, которые то и дело попадались под ноги. Вдруг впереди Соня заметила что-то вроде белесой дымки.

– Вот мы и рядом. Это сонный туман над полем, – сказал Антип. – Если идти без фонарей, то можно остаться блуждать здесь навсегда.

У Сони перехватило дыхание, а ладони слегка вспотели. Скоро ребята вошли в туман, который сразу охватил их со всех сторон. Расхититель выставил руку с фонарём вперёд, и свет проложил перед ним путь. Соня последовала его примеру. Туман словно поглощал все звуки вокруг, не было слышно даже шелеста травы под ногами. Ребята тоже не разговаривали, только вглядывались перед собой.

Вскоре Соня почувствовала, что от росы у неё промокли ноги и от этого стало зябко. Очертания вокруг были настолько смазанными, что, если бы не волшебный свет фонарей, девочка вообще бы ничего не различила. Светлячки не просто освещали путь, но и рассеивали туман и мрак везде, куда попадали их лучи.

– Долго нам ещё идти? – поёжилась девочка.

Но ответа не последовало. Соня настороженно осмотрелась, расхититель как сквозь землю провалился.

– Антип! Антип, ты где?! Ну куда же ты подевался? – Она по-настоящему испугалась.

Вдруг из ниоткуда прямо перед Соней возник Антип, они чуть не столкнулись и теперь стояли друг против друга.

– Это не смешно! – выпалила Соня. – Предупреждать надо!

– Предупреждать о чём? – Антип озадаченно потёр лоб.

– Что ты пропадёшь. Очередная тайна Сновидении? – продолжила Соня.

– Ну что ты сразу накинулась на меня, я сам не знаю, как так вышло. – Антип убрал длинную чёлку с лица. – Кажется, я попал во временную дыру и оказался во вчерашнем сне.

– И как же ты вернулся? – Соня прищурилась.

– Я просто себя ущипнул. Видимо, дело тут не в тумане, а в чём-то ещё. – Антип выглядел озадаченным. – Так, надо осмотреться. А то кто-то из нас опять может пропасть.

Он поводил фонарём в разные стороны, затем присел на корточки, а потом вообще лёг на живот. Соня недоумённо за ним наблюдала. Тут Антип вскочил и выкрикнул:

– Я понял, здесь есть зеркальные временные дыры с отражением-обманкой. Со стороны их не видно, потому что они маскируются под окружающую обстановку. Но если приглядеться, их можно различить по блеску.

– А-а-а, я их вижу. – Соня наклонилась и показала на круглое пятно размером со сковородку.

– Ну вот, отлично! Надо внимательнее смотреть под ноги, – скомандовал Антип.

Пройти сквозь сонный туман было делом ответственным, но теперь добавилась задача не попасть в ловушку. Соня сжала ручку фонаря и, сосредоточенно глядя себе под ноги, двинулась вперёд. Антип шёл справа от неё. Свет от фонаря по-прежнему рассеивал туман, который как будто стал гуще в этом месте. Вдруг Соне послышался отдалённый крик чайки, она резко обернулась, задрав лампу, и безотчётно шагнула вперёд.

Тут же перед Соней всё заволокло тёмной пеленой, а в животе ухнуло, как бывает, когда катаешься на аттракционах. «Что происходит?» – в панике пронеслось у девочки в голове. В этот момент темнота растворилась, и Соня оказалась во дворе своего нового дома на качелях. Они со скрежетом раскачивались, а девочка, размахивая ногами вперёд-назад, увеличивала амплитуду движения. Вдруг она обнаружила, что сидит вовсе не на качелях, а на пони, и катается на нём по кругу. Тут заиграла музыка, к ней подбежали знакомые ребята, а за ними клоун с фонтаном воздушных шаров и в облаке мыльных пузырей. «Так это же мой день рождения! Да, точно, я помню этот день. После него я пошла в первый раз в школу», – Соня тряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения и попытаться размышлять логически. Видимо, она попала в ту самую временную дыру, про которую говорил Антип. Но сейчас ей было так хорошо, её окружали любимые друзья, вокруг было веселье, её поздравляли родители – зачем возвращаться? Можно немного побыть в счастливом сне, к чему куда-то торопиться, тем более она так устала… Клоун пригласил Соню поучаствовать в конкурсе, он приветливо махал ей, а ребята начали звать в один голос: «Соня, Соня, иди к нам!» Девочка поморщилась, сделала несколько шагов назад и ущипнула себя за руку. И опять всё заволокло тёмной дымкой, в животе ухнуло, и через секунду Соня вновь очутилась на Сонном поле.

Антип шагнул в её сторону со словами:

– Я уже думал, ты не вернёшься.

– Да, это был нелёгкий выбор, я попала в самый счастливый сон, и оттуда совсем не хотелось уходить, – со вздохом сказала Соня. – Пойдём, нельзя терять время.

Дальше ребята прошли участок с зеркальными временными дырами без приключений, и больше те им не попадались. Но туман не рассеивался, и Соне почудилось, что они просто ходят по кругу. От однообразия вида повсюду мысли у неё начали путаться, а перед глазами всё расплывалось. Вдруг они попадут в ловушку и никогда не выйдут из этого тумана? Дался ей этот голос!.. Соня встряхнула головой: «Так, ещё чуть-чуть надо продержаться. Если суждено добраться до этой пещеры, значит, мы её сегодня найдём».

Стоило ей так подумать, как туман враз растворился и ребята оказались на небольшой лужайке. Впереди высилась громада серых облаков в виде скал. Девочка задрала голову: «Хорошо хоть лезть вверх не придётся, выглядят эти скалы неприступными».

– Ну и местечко он выбрал, – сказала Соня. Ей не хотелось признаваться Антипу о минутной слабости, которая посетила её недавно в тумане.

– Не бойся, – впервые приободрил её Антип. – Паук весьма занятный и не такой уж и опасный, как вы думаете.

– Это ещё почему? – спросила девочка.

– Сама всё увидишь, – пожал плечами расхититель и первым зашёл в пещеру.

Соня шагнула следом. Сначала ребята просто шли по тёмному проходу, напоминающему тоннель. Фонари отбрасывали весёлые отблески на тёмные облачные камни. Соня потрогала выступ скалы и тут же отдёрнула руку. Он оказался колючим и холодным.

Девочка подивилась, какие разные облака в Сновидении: и пушистые, и волнистые, и жёсткие, как эти скалы, и упругие, как пружины. Скоро проход стал расширяться, а свод пещеры – подниматься. Кое-где висела паутина. Расхититель остановился и слегка толкнул Соню локтем.

– Ты чего? – насупилась та.

– Мы уже рядом, – прошептал он. – Предлагаю обсудить план дальнейших действий. Я знаю, где паук прячет всю свою добычу. У него целый склад. И если хочешь, мы можем просто забрать твой голос и уйти. Например, ты отвлечёшь паука разговорами, а я в это время пройду на склад.

– Хм. – Соня помотала головой. – Нет, лучше я всё сделаю по-честному. Если мы исподтишка заберём мой голос, паук так ничего и не поймёт.

– Эх, Соня, Соня, мне б твою веру в лучшее… – ответил Антип.

– Что ты имеешь в виду? – Соня с опаской убрала паутину, которая прицепилась к её плечу.

– Неужели ты думаешь, что паук изменится? – продолжил расхититель. – Он веками живёт в этой пещере, прядёт паутину и отнимает чужие таланты.

– А я думаю, каждый может измениться в лучшую сторону, – слегка пожала плечами она.

– Ладно, будь по-твоему, – согласился Антип.

Здесь пещера делала крутой поворот, и вскоре ребята оказались внутри огромного каменного зала. Соня огляделась. Сверху свисали облачные сталактиты, окутанные паутиной, словно гирляндой. По бокам пещеры и на полу были ковры с изумительными рисунками. По правую сторону зала высился шкаф с открытыми полками, которые сплошь были завалены пряжей и нитками разных расцветок, бутыльками с красками, спицами и коробками. А с левой стороны у стены стоял камин, перед ним уютно устроились широкое кресло-качалка с маленьким столиком и книгами и разбросанные по полу подушки. У дальней стены расположилась кухня с небольшими шкафчиками, полочками и плитой. Над ней висели засушенные пучки трав и кореньев. Там же стоял обеденный стол со стульями. В самом дальнем углу, с правой стороны, ажурная занавеска прикрывала нишу.

Тут Соня заметила паука – он сидел за деревянной прялкой с колесом. Такую Соня видела у родни в деревне и знала, что раньше на ней делали пряжу из шерсти. Паук сидел съёжившись, одной лапой нажимал на педаль, а ещё двумя без конца перебирал и поправлял толстую серую нить. Он не заметил появления ребят, видимо, потому что сидел спиной ко входу, и продолжил свою работу. Иногда он останавливался и поправлял шляпу, съезжающую ему на затылок, но затем снова принимался жать на педаль.

– Тьфу, опять неровно, – плюнул паук, и от него полетела не слюна, а тонкая нить паутины. – Ну как я закончу с этой пряжей за сегодняшнюю ночь? Кто тут?

Паук услышал шум и обернулся. Соню опять словно парализовало. «И зачем только я сюда отправилась?» – мелькнуло в голове, но она тут же отбросила эту мысль.

– Э-э-э, я Соня. Вы украли мой голос и должны отдать его, – слегка заикаясь пролепетала Соня.

Соня сжала браслет с божьей коровкой. Паук вскочил со стула так резко, что тот с грохотом упал, а девочка вздрогнула. Антип взял её за руку.

– Кто посмел меня здесь побеспокоить? – Очки у паука от резкого движения съехали вниз. – Да как вы вообще добрались до моей пещеры?

Соня заметила, что на пауке был тёплый стёганый жилет, а на лапах поверх вязаных носков – плюшевые домашние тапочки.

– Апчхи! – чихнул паук, и звук эхом разнёсся по пещере.

Тут же встрепенулись и взлетели с потолка сотни сонных летучих мышей и устремились вниз. Девочка наклонилась, а расхититель прикрыл её руками. Мыши снова поднялись к потолку.

– Ох, как они не любят, когда их будят, – проворчал паук. – Значит, это ты та самая девочка Соня, из-за которой я вымок в прошлый раз? Между прочим, зря вы так со мной… Теперь вот я простыл, а мне даже болеть нельзя.

– Почему вам болеть нельзя? – Соня смотрела на него теперь не со страхом, а с сочувствием.

«И вовсе он не такой ужасный, как я думала, – пронеслось у девочки в голове. – А вполне даже обычный – прядёт, вяжет, книги читает, простудился вот из-за меня… Может, и голос он не со зла забрал».

– Эхе-хе. – Паук прошёл к кухонному шкафу, достал микстуру и, поморщившись, выпил её. – Да вы проходите, проходите. Не стойте на проходе, там сквозняк. Потому что работать, кроме меня, некому… Даже на больничный не уйдёшь. Везде ваши бесполезные таланты пропадают, и мне одному приходится отдуваться.

– Как это – бесполезные таланты? И что у вас за работа такая? – удивилась Соня.

– Есть такая работа – пугать и отнимать таланты, которыми вы не пользуетесь. Я не всё подряд отнимаю. А только способности и таланты, которые вы забросили. У меня на это особое чутьё. – Паук поставил чайник на плиту. – Ты думаешь, это я забросил твой голос на склад забытых талантов? Нет, ты сама.

– Это неправда, я хочу… Хочу петь! – У Сони выступили слёзы.

– Эх, Соня… – Паук поставил на стол чашки, чайник и блюдца и приглашающим жестом указал на стулья. – Хотеть мало. Много вас таких… Нужно ещё и что-то делать для того, чтобы тебя услышали или увидели другие. Думаешь, мне моя работа нравится? Свалили всё на паука, потому что его боятся. Да я сам вас боюсь! Вот, забрался в пещеру, отгородился сонным полем, и тут нашли…

В это время засвистел чайник, и паук, отвернувшись от ребят, начал заваривать чай. Соня и расхититель переглянулись и сели за стол.

– Мне моя работа очень надоела. А я всего-то и хочу – сесть у камелька, выпить чашку чая с мятой и малиной и за вязанием носков рассказывать внукам разные истории. – Паук достал вазочку с печеньем и водрузил её в центр стола. – Как мне надоело вас пугать!

– А пугать вовсе не обязательно. – Соня приняла чашку с дымящимся чаем. – Можно ведь просто всегда смотреть хорошие сны. А вы будете плести и вязать замечательные вещи и учить этому внуков.

– Эх, было бы так просто… – прокряхтел паук. – Ненужные таланты необходимо забирать. Это часть равновесия и порядка всех вещей и явлений у нас в Сновидении. Неиспользуемые таланты и способности могут пригодиться другим, нечего им пылиться без дела. У меня их целый склад, но периодически мы отдаём их тем, кто в этом по-настоящему нуждается.

– А что, если вы будете не отбирать таланты для… Как его?.. Равновесия вашего, а помогать их найти? Может, не все знают, на что они способны? – Соня вскочила и стала расхаживать возле стола назад и вперёд.

– А что, идея отличная. – Антип с аппетитом откусил печенье.

– Идея отличная, идея отличная, – пробубнил паук. – А кто будет помогать их искать? Я только отпугиваю всех, да и не умею я помогать.

Придумать ничего не удавалось, и Соня в задумчивости теребила запястье. Вдруг в этот момент браслет с её руки оборвался и упал на пол, а божья коровка с него зависла в воздухе.

– Да она живая, – пролепетала Соня.

Божья коровка покружилась в воздухе по пещере, будто радуясь неожиданной свободе, а затем вернулась и села девочке на руку. Соня с удивлением обнаружила, что божья коровка не только ожила, но и увеличилась и стала размером с трюфельное печенье.

– А-а-а, можно мне? – спросила божья коровка.

– Тебе что? – Соня широко открыла глаза.

– Можно мне остаться работать в Сновидении? Я очень хочу помогать детям находить их способности и таланты. – Она снова взлетела и теперь зависла в воздухе напротив Сони.

– Но… как же я выступлю без тебя? Ты… ты же моя удача. – Уголки губ Сони поползли вниз.

– Не волнуйся, вся удача в тебе! И я буду за тебя болеть, только отсюда. – Крылышки её быстро-быстро взмахивали и от каждого движения от них летели блёстки. – А потом я навещу тебя во сне, и ты мне всё расскажешь.

– Нет, так нельзя, ты моя божья коровка. – Соня покрылась румянцем и топнула ногой.

Антип замер с печеньем в руке возле рта, а паук что-то неразборчиво промямлил и опустил взгляд. Божья коровка, только что начинавшая сиять, тут же погасла, крылья её опустились, и она приземлилась на стол. Соня молча смотрела на всех, сжав губы. А потом кивнула:

– Я поняла, насильно мил не будешь. Если ты хочешь свободы, то лети, я тебя больше не держу. Может, твоё истинное место – во снах.

– А твоё выступление? – спросила божья коровка.

– Я справлюсь, – твёрдо сказала Соня.

– Спасибо! – Божья коровка взлетела и закружила по комнате, описывая дуги и пируэты.

– Не за что, я всегда знала, что ты волшебная. А мне пора всё взять в свои руки. Я многое поняла, благодаря вам. – Соня пожала лапу пауку. – Оказывается, я так боялась не вас, и даже не сцены… Я боялась плохо выступить, боялась, что меня засмеют. И из-за этого сбегала с концертов. Это я сама лишила себя голоса.

– Да, Соня, ты поняла всё верно, но никогда не поздно начать. Раньше я не мог ни вязать, ни плести, у меня ничего не получалось. Теперь же вот, сами посмотрите: эти ковры – моя работа, а также тысячи скатертей, салфеток, шаров, носок и варежек… Скоро внуков буду учить, если всё получится у моей последовательницы, – подмигнул паук. – Главное, не сдаваться, и всё удастся.

Паук встал со стула, прошаркал к нише в стене пещеры, отодвинул ажурную занавеску и скрылся за ней. Через минуту он вернулся со свёртком и протянул его Соне:

– Держи! Это твой голос, возвращаю.

Соня протянула руку, и в этот самый миг браслет со звездой замигал, и… Девочка проснулась.

Солнце игриво пробивалось сквозь занавеску и крадучись пробиралось по подушке к лицу Сони. Девочка сладко потянулась, повернулась на другой бок и хотела ещё поспать, как вдруг резко открыла глаза и откинула одеяло.

– Блин! Блин! Блин! – Соня посмотрела на будильник. – Не может быть!

Она выпрыгнула из кровати, как ужаленная одновременно пятью пчёлами, и побежала в ванную. Оттуда, как преследуемая десятью пчёлами, она рванула через коридор на кухню. Потом, будто за ней гнался уже целый рой, она влетела в спальню. Родители уже ушли.

– Ну конечно, а меня разбудить забыли, я же всего лишь опоздаю на конкурс, – пробухтела Соня.

Девочка вбежала в свою комнату, суматошно соображая, что сделать в первую очередь. И тут только до неё дошло – голос! К ней вернулся её голос! Её любимый, настоящий и вовсе не скрипучий голос! Соня была вне себя от счастья.

– Так, сейчас я мигом соберусь и успею! – пританцовывая, почти пропела она.

Тут зазвонил телефон.

– Мама, почему вы меня не разбудили, сегодня же конкурс! – вместо приветствия сказала Соня.

– Дочь, вчера звонила и снова жаловалась наша соседка. Опять шум и музыка из твоей комнаты. Мне это надоело. Мы только заселились, а с соседкой одни неприятности.

– Мама, это неправда! – У Сони мигом на глаза навернулись слёзы.

– Всё, я устала это слушать, – вздохнула мама. – Будет взрослый человек врать? Интересно, зачем ей это?

– Мама, всё просто, она нас невзлюбила! – попыталась убедить её дочь.

– Я решила, – твёрдо сказала мама. – С меня хватит музыки, концертов и твоих слёз. На конкурс ты не поедешь сегодня.

– Нет, нет, нет, мамочка! – запричитала Соня.

– Да-да, денег на проезд мы не оставили, папа тебя не отвезёт, это наше общее решение. Сегодня приберёшься дома, а потом…

Соня выключила телефон и бросила его на кровать. Как несправедливо! Какая подлая соседка! А мама? Да как она могла так легко поверить и встать на сторону чужого человека?! А ведь Соня так боролась за свой голос…

Она села на пол и разревелась. Слёзы горячими струйками стекали по лицу. Всё волнение последних недель и дней, стеснение, недовольство жизнью на новом месте, учёбой в другом классе – всё вылилось наружу непрекращающимся потоком. Тут снова зазвонил телефон. Соня решила не отвечать, если это окажутся мама или папа. Но звонила классная, Лариса Ивановна:

– Сонечка, здравствуй! Ну как ты, готовишься? – В трубке было шумно, на фоне послышался звук сирены и гул транспорта. – Я уже подъезжаю, скоро класс буду собирать. Ты, наверное, на репетиции?

– На ре-пе-ти-ции, – медленно и по слогам повторила Соня.

– Вот и хорошо, увидимся, будем встречать тебя в зале, мы приготовили сюрприз! – бодро сказала учительница.

– С-спасибо. – Соня растерянно захлопала глазами.

Она вскочила с пола и снова заспешила в ванную, где шумно высморкалась и умыла лицо. Глаза покраснели и припухли. «Ну и что до этого? Главное, доехать». Вбежав в свою комнату, Соня дёрнула за ручки платяного шкафа. К выступлению у неё было куплено шёлковое платье, оно было пышным за счёт нескольких слоёв, но капризная ткань помялась, а времени погладить катастрофически не хватало.

Соня решительно схватила джинсы, футболку и, натянув их, снова глянула в зеркало. Конечно, она хотела сделать причёску, завить локоны, но сейчас всё стало неважным. Соня кое-как собрала волосы в хвост и надела любимые серёжки. Затем она запихнула в рюкзак блокнот с песней, мобильный телефон и деньги из копилки. Накинув прямо на ходу куртку и натянув кроссовки, Соня выбежала из квартиры.

На остановке она посмотрела маршрут и транспорт, который мог довезти её до центра. Получалось, ей нужно было либо дождаться автобус, который ходит с интервалом в сорок минут, и доехать на нём до места, либо добираться на других, но с пересадками. Соня выбрала второй вариант. «Так надёжнее», – решила она.

Солнце весело отражалось в лужах, люди спешили, заскакивали в маршрутки, не обращая внимания на Соню. Она тоже скоро увидела автобус с нужным номером и запрыгнула в него. По пути она пожалела, что не взяла наушники, чтобы послушать песню, но с другой стороны, она не пропустит объявление остановки.

«Так, до концерта ещё час, ехать мне примерно тридцать минут. Да, я не успела на репетицию, но на конкурс я попаду». Кто-то задел её плечом, когда поднимался с сиденья, Соня обернулась к выходящему и только сейчас заметила, что в проёме двери совсем не центр города. Куда она едет?

– А-а-а, извините, это разве не тридцать пятый автобус? – спросила она у рядом стоящей женщины.

– Да, тридцать пятый, – закивала та.

– А почему тогда мы едем не в центр? – У Сони пересохло в горле от волнения.

– Так ты перепутала, тебе нужен тридцать пятый с буквой «А», – подсказала женщина.

– А-а-а-а-астановите, пожалуйста! – крикнула Соня водителю автобуса.

– Не положено, – донеслось из кабинки.

На следующей остановке Соня выскочила из автобуса и в панике огляделась: совершенно незнакомый район, чужой сквер, мамы гуляют с колясками, ребёнок бежит за голубями… «Фух, заблудиться ещё не хватало!» Соня разозлилась на себя за то, что проспала сегодня, потом на родителей за то, что не разрешили ехать на конкурс, ну и на соседку заодно за то, что та нажаловалась на неё маме. Но что толку злиться? Соня снова достала телефон и проложила новый маршрут.

Приложение услужливо подсказало ей номера автобусов и примерное время в пути – пятьдесят минут. Получается, Соня уехала в обратную сторону. Теперь она ни за что не успеет! И тогда всё зря – поиски паука, чтобы вернуть голос; помощь учительницы, Луки и Антипа; подготовка песни… И конечно, она проспорит Лере и навсегда лишится синтезатора. Весь день складывался не в её пользу. А может, это знак, что петь на сцене – это вовсе не её призвание, и сейчас надо просто смириться и принять всё, как есть?! Вредность паука, спор с Лерой, обман соседки и непонимание родителей – не слишком ли много препятствий? Да и в конце концов, есть много чего другого, чем можно заниматься, как сказала мама, например, танцевать или рисовать…

Соня на миг представила жизнь без музыки и песен. И тут же пожалела даже об этих мыслях. Соня пела с тех самых пор, как начала себя помнить: по дороге в детский сад, на прогулках и во время игр, пока мама готовит и когда она с родителями едет куда-то. А потом она начала писать… О, каким это оказалось удовольствием – сочинять слова песен. И теперь у неё исписаны стопки тетрадей, альбомов, листов и блокнотов. А с тех пор, как родители купили ей наушники, она почти не расставалась с музыкой…

Тут подошёл нужный автобус. На этот раз девочка зашла и при входе уточнила у водителя маршрут. Дядечка с густыми усами подтвердил, что едет в центр, и Соня, заплатив за проезд, с облегчением плюхнулась в кресло. Солнце светило сквозь стекло и по-весеннему пригревало. Было здорово вот так ехать в автобусе, как взрослой. Смущало только, что она могла опоздать. Соня снова достала из рюкзака телефон и набрала классную:

– Лариса Ивановна, очень извиняюсь, но я не на репетиции. На самом деле я только еду и боюсь опоздать к регистрации участников. Можете попросить не исключать меня из списка?

– Ох, Сонечка, как же так? – запричитала учительница. – Списки со временем выступлений уже начали вывешивать. Правда, нам сказали, что это предварительная информация…

– Что же делать? – пискнула Соня.

– Так, не переживай, я сейчас попробую поговорить с организаторами, – заявила учительница.

Соня поблагодарила и положила трубку. Ехать спокойно она не могла и набрала ещё несколько раз учительнице. Но теперь её телефон был всё время занят, а потом вообще на нём сработал автоответчик. Соня вглядывалась в окно: дома, деревья, улицы, дороги и всё время спешащие люди. Девочка подумала о Луке, Роберте и Антипе – столько новых друзей у неё теперь в Сновидении, и все они ей помогли. Она не должна сдаваться.

Соня мысленно повторила слова песни, но сосредоточиться не удавалось. То она думала о сцене и сотне пар глаз, направленных на неё, и от этого внутри всё съёживалось; то мысленно возвращалась в Сновидению, где очень хотелось встретиться и поговорить с Лукой; то вспоминала об утреннем разговоре с мамой и её фразе «с меня хватит музыки, концертов и твоих слёз», от которой сжималось сердце.

Наконец объявили её остановку, и Соня поспешила на выход. Стоило спрыгнуть с последней ступени автобуса, как она тут же ринулась к концертному залу. Хорошо, хоть его не нужно было искать. Зал находился недалеко от остановки. Соня домчалась до входа за считанные минуты и, запыхавшись, ввалилась внутрь. Она хотела ринуться дальше по лестнице к гримёрным и найти организаторов, но её остановил охранник.

– Минуточку, – загородил он проход.

– Что случилось, я и так опаздываю! – задохнулась от возмущения Соня.

– Сначала сдайте верхнюю одежду в гардероб, – тоном, не терпящим возражений, сказал тот.

Соня закатила глаза, но всё-таки наспех скинула куртку и сдала её гардеробщику. Повернувшись, она снова ринулась к лестнице, но вновь услышала:

– А номерок? Вы забыли номерок! – звал её гардеробщик.

– А! – Соня стукнула себя по лбу.

Она сбегала и забрала номерок, но тут её снова остановил охранник:

– Может, у вас есть сменная обувь? Если нет, наденьте, пожалуйста, бахилы.

– Блин. – Соня досадливо поморщилась.

При входе она заметила грязные следы. Конечно, весна и слякоть, чего ещё ждать? Что будет в концертном зале, если все придут топать в грязной обуви… Соня смиренно натянула бахилы на кроссовки. Неожиданно она развеселилась, представив себя на сцене в таком виде. Конечно, дома она приготовила туфли, но забыла их взять. По сути, она провалила подготовку: ни платья, ни туфель, ни причёски. Осталось лишь провалить выступление…

– Извините, а конкурс уже начался? – Соня ухватилась за перила.

– Да уже минут пятнадцать назад, – невозмутимо ответил охранник.

– Спасибо… – Соня поплелась наверх, но её чуть не сбила с ног Лариса Ивановна.

– Сонечка, ну где же ты, давай-давай скорее. Я сделала всё, что смогла, беги к организаторам. Они согласились включить тебя в списки.

Они вместе поднялись, и учительница буквально втолкнула Соню в кабинет к организаторам. Тут девочка совсем растерялась: у кого-то рации, у кого-то запасные микрофоны, у кого-то списки – все серьёзные и деловые. Соня быстро взяла себя в руки и всё объяснила. Тётя со строгим, но добрым лицом пригляделась к ней, затем пролистала списки, что-то почёркала ручкой и махнула:

– Беги, готовься, у тебя будет пятнадцатый номер, идёшь сразу за группой «Плей-Плей».

– Спасибо-спасибо! – воскликнула Соня.

– Потом скажешь спасибо, беги уже и, – тётя укоризненно посмотрела на её растрёпанные волосы, – приведи себя в порядок.

Соня нашла учительницу, сообщила ей номер выступления и ушла в гримёрную. Там творилось что-то невообразимое: кто-то переодевался, кто-то делал причёски, а кто-то распевался и репетировал свой номер. У Сони закружилась голова от всего этого, и она пошла в следующую гримёрную. И только в третьей оказалось более-менее свободно и тихо. Не успела Соня присесть на стул, как тут же уловила неясное движение в свою сторону. Это оказалась Лера.

– Как, ты всё-таки пришла? А мне сказали, тебя не будет. Что неудивительно, всё равно сбежишь. Могла бы не позориться и не приходить, – ехидно заявила она.

– Да, наглости и самоуверенности тебе не занимать, а вот талант покажешь на сцене. – Слова так легко слетели с губ, что Соня не поверила, что это она сказала.

– Что? Да ты хоть знаешь, кто моя мама? Здесь всё жюри за меня проголосует, – процедила сквозь зубы Лера.

– Прямо всё жюри? – переспросила Соня.

– По крайней мере, председатель жюри, ах какая досада для тебя, давний-предавний друг моей мамы, – сложила на груди руки Лера. – Так что тебе ничего не светит.

– Это мы ещё посмотрим, – нахмурилась Соня.

Лера аж позеленела от злости, даже розовые блёстки на её лице в этот момент не могли смягчить мстительное выражение. Она выскочила из гримёрной, даже не закрыв за собой дверь.

Тут Соня услышала, как её кто-то тихо зовёт по имени. Она подошла к двери и обомлела. Нет, не может быть! Соня больно ущипнула себя за руку, да так, что выступили слёзы.

– Вы снитесь мне? – прошептала она.

На неё смотрели два мальчика, не менее удивлённые, чем она, но ещё и радостные.

– А мы всё думали, туда ли пришли, здесь или нет будет проходить твой конкурс, да и вообще, в этом ли городе, – заговорили они одновременно, перебивая друг друга.

Но потом слово взял Лука:

– По чистой случайности, мы столкнулись с Робом в клубе самоделок. Мы сначала тоже не поверили, но потом всё сошлось – Сновидения, сноврики, сон-воспоминание…

– Кстати, классный был сон – самый лучший на свете. – Роберт весь светился. – Соня, спасибо тебе, меня даже бабушка с дедушкой теперь не узнают. И вот, я попросил записать меня на секцию возле дома, чтобы не скучать по маме, и неожиданно встретился там с Лукой.

– А я просто случайно увидел объявление в лифте о наборе в эту секцию, а так как я люблю чинить, мастерить, в общем, делать что-то своими руками, то сразу захотел записаться.

– А потом мы подумали, – продолжил Роберт, – что если мы встретились, то можем и тебя найти. Мы поузнавали про вокальные конкурсы. Так и выяснили, что один будет проходить прямо сейчас и решили, что мы точно должны быть здесь.

– И вот мы тут! – улыбнулся Лука и тряхнул кудрями.

– Дорогие мои! – Соня со слезами обняла их двоих. – Наверное, я всё-таки сплю, я так счастлива!

– Да? А когда ты сидела у окна в гримёрке, по тебе этого было не сказать. Волнуешься? – спросил Лука.

– Ещё как. – Соня прислушалась. – Леру объявляют. После неё будет выступать группа, а затем мой выход.

– Ты справишься, – приободрил её Лука. – Кстати, к тебе вернулся голос?

– Да, и это было сложное приключение. Но паук оказался добрым, тебе бы он понравился, – поделилась Соня.

– Нет уж. – Лука передёрнул плечами. – Ты молодец, не побоялась пойти к нему.

– Да, только вот к выступлению не успела подготовиться… – И она провела рукой в воздухе по своему силуэту. – Все такие нарядные, а я…

– А что, мне нравится, естественный стиль, – сказал Лука. – Не переживай, просто будь собой.

Соня услышала Лерину песню, музыка была быстрая и задорная. Вдруг одноклассница замолчала, в выступлении возникла заминка. Затем Лера что-то сказала, и музыка стихла. Через несколько минут Лера в слезах пробежала мимо Сони и скрылась в гримёрной. Там девочка положила голову себе на руки и заплакала. В это время началось выступление группы «Плей-Плей».

– Следующая – Соня Андреева. Проходи за кулисы, – позвали девочку.

– Бегу, – отозвалась она.

– Твой выход, удачи Соня! Пойдём и мы в зал, болеть за тебя, – сказали ребята и скрылись в коридоре.

Соня решила сначала подойти к Лере:

– Что случилось?

– Отстань, тебе не всё ли равно?! – зарёванным голосом ответила та.

– Нет, мне не всё равно. Что случилось? – наклонилась к ней Соня.

– Я забыла слова, ясно? Сама не знаю, как так вышло… О! Ненавижу эти выступления! – выкрикнула Лера.

– Ты серьёзно? – удивилась Соня искренности последней фразы.

– Конечно, я вообще не хотела сюда ехать, это моей маме приспичило. А я… Я вообще не люблю петь. Больше всего я люблю танцевать… Какой позор… – сквозь слёзы говорила она.

– Да в классе тебя все любят, никто ничего не скажет, – попыталась успокоить её Соня.

– В классе меня не любят, а боятся. И вообще, при чём тут класс? Мама меня убьёт, если я не выиграю конкурс, а я просто забыла слова, понимаешь? Забыла… – Лера снова уронила голову на руки в безудержном плаче.

– Мне так жаль, правда. – Соня погладила её по спине.

– Соня Андреева, быстро на сцену! – скомандовал конферансье, и Соня на этот раз выскочила из гримёрной.

За кулисами у неё было две минуты выровнять дыхание и настроиться на свою песню. Музыку на флешке уже передала Лариса Ивановна. Слова песни Соня знала наизусть. Осталась самая малость – справиться со страхом. И… снять бахилы. Соня решила совсем разуться и выйти в носках, в конце концов, это подходило к смыслу песни.

– Следующий номер, Соня Андреева с песней «Полетаем с тобой во снах». Давайте поддержим её аплодисментами.

Соня глубоко вздохнула, широко открыла глаза и зашагала по сцене. Зал был залит светом, зрительные места все заняты, всё как в том сне… Сердце стучало так громко, что Соне казалось – его все слышат.

Тут все звуки смолкли и заиграла музыка. Соня закрыла глаза и начала петь. Первый куплет был спокойным, и она его исполнила вполсилы, и если в голосе и была дрожь, то совсем лёгкая. Когда начался припев, Соня широко открыла глаза и запела во весь голос. Она пела, не боясь и не стесняясь, так, чтобы её услышали, даже если плохо получится.

Песня лилась прямо из её сердца и летела по залу к каждому зрителю. Те как будто на время замерли, оказались там, в Сновидении: и летят, и скачут по облакам, и прыгают с водопада вместе с Соней. Девочка знала, что здесь, где-то в глубине зала, сидят Лука с Робом и слушают её песню, и только они могут понять её по-настоящему. Но если другие не смогут понять, то сумеют почувствовать. И Соня вложила в последний куплет все эмоции.

Песня закончилась. Соня поклонилась, улыбнулась и уже стала отходить от микрофона, как случилось неожиданное. Прямо на первом ряду она увидела своих одноклассников. Они держали каждый по листку с изображением одной буквы и вместе они складывались в слова: «Соня, молодец!». У Сони выступили слёзы, и она снова подошла к микрофону:

– Я хочу сказать огромное спасибо своему учителю Ларисе Ивановне, моему новому классу и всей школе, спасибо за поддержку и веру! А ещё моим друзьям Луке и Роберту, этой песни не было бы без вас!

Соня помахала и ушла со сцены. Остальная часть дня была точно как во сне. К Соне подходили ребята из класса и Лариса Ивановна, потом Лука с Робом, потом кто-то из организаторов конкурса… Домой Соня добралась поздно вечером, и её ждал не разбор полётов, почему она уехала без разрешения, а вкусный тортик с чаем. Мама сказала, что была неправа, и извинилась, что запретила дочери ехать на конкурс. Классная руководительница позвонила родителям после Сониного выступления и всё рассказала, а ещё прислала фотографии и видео.

Затем Соня уснула, будто провалилась в чёрную дыру. В этот раз снов не было, то ли от усталости, то ли потому, что она пропустила ритуал перекладывания подушки.

А на следующий день вывесили списки финалистов конкурса. Их можно было посмотреть в Интернете. Вечером планировался праздничный концерт с вручением подарков и дипломов.

– Соня, ты уже смотрела, кто победил? – затараторила Маша в трубку. – У нас весь чат класса на ушах с самого утра! Даже в каникулы встали пораньше, чтобы узнать финалистов конкурса. И – та-дам! – ты победила!

– Что? – ещё не проснулась Соня.

– Ты заняла первое место! Первое-припервое! – Маша сама уже готова была запеть от радости.

– Этого быть не может… – Соня сдула локон волос с лица и вяло зевнула.

– Может-может, сама посмотри, – подтвердила подруга.

– Ладно, я перезвоню, – и Соня положила трубку.

Она быстро открыла нужную страницу и прочитала: «Соня Андреева – первое место». Девочка запрыгала от радости чуть ли не до потолка, но потом, смутившись, остановилась – опять соседка придёт жаловаться. Соня упала на кровать и начала кататься из стороны в сторону, не в силах справиться с эмоциями. Вот так, за один день, сбылись все её мечты: у неё появились настоящие друзья, она не убежала со сцены и победила в конкурсе, а ещё помирилась с мамой. Так, а что со спором с Лерой? «Да ну этот спор!» – отбросила она все мысли.

Вечером был концерт и награждение. Родители Сони после работы приехали поздравить дочь с цветами. Финалистам подарили памятные призы, а Соне вручили сертификат на годовое обучение вокалу в лучшей студии города, чему девочка несказанно обрадовалась.

– Сегодня ночью звездопад в Сновидении, – шепнул Соне на ухо Лука, подловив её возле сцены.

Глаза Сони зажглись. Да, эту ночь в Сновидении она не могла пропустить.