Мягкие коготки потрогали шею Игната. Он инстинктивно во сне дернул плечом — опять Муська спать не дает, играть лезет. Коготки прикоснулись снова. Игнат отмахнулся рукой, но вместо обиженного мяуканья услышал неясное утробное ворчание. Не понимая, что происходит, парень поднял веки. В сантиметрах перед лицом светились два огромных глаза и пасть, полная острых клыков. Игнат рефлекторно закричал, отпихнул чудовище и, сам не зная как, через секунду стоял в коридоре. Створки других кают начали открываться на шум, и парень запоздало осознал, что он еще вчера прибыл к месту службы на патрульный катер. Никакого чудовища, а уж тем более Муськи тут быть не может, а значит, просто кошмар. Вот стыдоба-то! Так опозориться в первые же сутки!

— Что происходит? — гаркнул капитан, а в коридоре, протирая глаза, толпился уже весь небольшой экипаж.

— Простите, — смущенно пробормотал Игнат. — Видимо, акклиматизация, кошмар приснился.

— А про что был кошмар? — дотошно уточнила миниатюрная японка-биолог, по-хозяйски заглядывая в открытую Игнатовскую каюту, словно от пугающего сна там могли остаться какие-то следы.

— Неважно, — отмахнулся и сконфуженно улыбнулся новый судовой доктор. — Со мной такое впервые, надеюсь, не повторится.

Однако японка, кажется, ее звали Марлен, не успокоилась:

— Случайно, не косматый зубастый монстр?

— А-а-а… откуда вы знаете? — растерялся еще больше Игнат.

— А вон не он прячется за шторкой иллюминатора? — хмыкнула девушка, беззастенчиво зашла в комнату и вынесла оттуда странное существо размером чуть больше кошки. Белый длинный мех превращал его в шар, уши были прижаты, а передние лапки испуганно закрывали глаза, как это делают малыши, играя в прятки.

— Э-э-э… Ну что-то общее есть, — покраснев и не зная куда деваться, пролепетал доктор.

— Мужчины! — всплеснула руками вторая девушка-пилот, ее Игнат сразу запомнил: Мира — длинноногая блондинка модельной внешности. Вообще непонятно, как такая красотка могла оказаться в космофлоте.

— Не бойся, Снежок! Познакомься с дядей Игнатом, — сюсюкая, как с маленьким ребенком, проговорила Марлен меховому клубку.

На удивление, после этих слов «чудовище» опасливо чуть сдвинуло лапки и внимательно посмотрело на доктора.

— Это… кто? — Игнату раньше не случалось встречаться с подобным существом.

— Опытный образец, — быстро отчеканил капитан. — Он не опасен, но пальцы в рот, если они тебе дороги, ему не суй. Отгрызет, не поморщится. Так, раз инцидент исчерпан, расходимся по каютам! А вы, доктор, если впредь не желаете видеть кошмары, запирайте переборку на замок.

— Есть и другие… опытные образцы? — тяжело сглотнул Игнат, представляя себе фабрику монстров.

— Есть, — не утешил капитан, — но те из лаборатории не выходят.

После этого он обнял блондинку за талию и скрылся с ней в капитанской каюте. «Так значит, они вместе», — мелькнула у Игната в голове несвоевременная мысль, и он, кинув осуждающий взгляд на молчавшего до сих пор брата-близнеца, зашел к себе. Петр следом.

— Не мог предупредить? — огрызнулся доктор, когда они остались наедине. — Я идиотом теперь выгляжу.

— Откуда я знал, что про Снежка тебя предупреждать надо? — искренне удивился Петр. — Ты что, всех гостей с Муськой знакомишь? И вообще, привыкай. Это космос. Тут постоянно что-то идет не так.

Сутками ранее на патрульном катере.

— Завтра зайдем на Капицу, обменяем доктора и поставим катер на профилактику. Ее положено делать не реже раза в два месяца, так что я договорился. Как твоего братца сюда вообще занесло? Всего одна мастерская согласилась выполнить официальный заказ космофлота. Как в дремучей тайге, ей-богу! — капитан искренне недоумевал, так как обычно планетарные доки готовы были перегрызться за подобные предложения.

Петр, которого вся команда еще через раз по привычке называла Игнатом, лишь пожал плечами. Его близнец кинулся выяснять отношения со своей пассией на Церебро и оттого не попал в патрульный рейс. Но где Церебро и где Капица! Хотя с вынужденным изменением маршрута капитан уже смирился. Как говорится, патрульному катеру пара миллионов световых лет — не крюк, но чтобы не оказалось желающих подремонтировать корабль космофлота…

Пока мужчины обсуждали этот факт, Мира представила процедуру обмена их подставного доктора на настоящего. Как это в фильмах обычно показывают? Серый день, двое идут навстречу друг другу по мосту. Тишина и напряжение. Оба останавливаются на середине, зачем-то переглядываются и продолжают путь. С тем, как Стивен был сперва зол на лжемедика, вероятно, так бы и вышло. Однако капитан за стечением дней смягчился, а Петр, похоже, решив, что сейчас все недовольство кэпа сконцентрировано на зажравшихся мастерских, подал голос:

— Сэр, разрешите мне, пожалуйста, остаться на катере до окончания рейса. Вы же вернетесь на Эреру, а экспедицию на планету динозавров наверняка тоже будут снаряжать оттуда, — и пока Стивен не успел ответить, спешно добавил: — Я обузой не буду! Возьму на себя часть планетарных исследований и отчеты стану готовить! Вы же знаете, я внимательный, ответственный и аккуратный!

— Какая самореклама, — хмыкнул механик, на чьем лице не проступило ни капли удивления.

Да что и говорить, Игнат (тьфу ты, Петр!) их, конечно, подставил, зато и помог потом изрядно. Да уже и ощущался членом команды. Даже жаль, что на самом деле в меде он так и не доучился и настоящим судовым доктором работать не мог.

Стивен, однако, сдвинул брови и, буравя горе-врача взглядом, угрожающе произнес:

— А тебе известно, что бывает за предложение взятки должностному лицу, тем более в космофлоте?

Петр резко побледнел и промямлил:

— Я же искренне… Просто помочь.

— … Их оставляют на катере, — неожиданно рассмеялся Стивен, и, довольный произведенным эффектом, встал наливать себе чай.

Команда за его спиной несколько недоуменно переглянулась. Нет, все знали, что капитан просто до зубной боли ненавидит писать отчеты, но то, что он улыбается в рабочее время, да еще и пытается шутить… эту заслугу, похоже, все приписывали Мире.

— Кому вообще пришло в голову, называть планету таким словом — Капиц? Это же сразу поставить на ней крест⁈ — возмутился Бобби, оскорбившись за их завтрашнее место посадки.

— Почему? — не поняла Марлен.

Все взгляды экипажа сошлись на механике.

— Ну «капиц» — это же по-русски holy shit, поганый финал, смерть? — уточнил Бобби, переводя глаза с Петра на Миру и обратно.

— С чего ты взял⁈ — аж икнул от удивления бывший доктор.

— Капец! — воскликнула пилот, до которой дошло первой. — То, что ты имеешь в виду, это по-русски — «капец»! А Капица, в честь которого назвали планету — великий ученый-физик. Бобби, признавайся, ты часть лекций в академии просто прогулял?

Механик без капли смущения скривил губы и почесал затылок:

— Не без этого. Странно… Насчет «капица» я был уверен. На моем прежнем судне служил русский механик, который так изъяснялся, что мне аж пришлось шпаргалку в комме завести. Вот вроде и на галакте говорит, но всю дорогу такие словечки вворачивает, что не понять. Причем одни и те же могут значить совершенно противоположное в зависимости от интонации. Хотите, покажу?

— Не надо! — хором произнесли Мира и Петр, уже поняв, о чем идет речь.

— Ну вот и не тыкайте в меня тогда вашим Капицей! Я располагал сведениями из достоверного источника!

— Сэр, а на время ремонта катера нам придется его покинуть? — перевела тему Марлен.

Стивен, который только что набрал в рот чай, смог лишь кивнуть. Зато встрепенулась Мира:

— И нас ждет сюрприз!

Все удивленно посмотрели на нее, но девушка не стала продолжать, предоставив возможность капитану порадовать экипаж.

— Я забронировал на два дня техосмотра отель Сан Палас на всю команду.

— Сан? — ошалело переспросила Марлен. — Это пляжный, что ли?

— Не просто пляжный, — счастливо вставила Мира, которая готова была в этот момент поменяться с японкой амплуа: начать подпрыгивать на стуле и хлопать в ладоши, — это пятизвездочные апартаменты на море!

— Да ладно… — ошарашенно проговорил Бобби.

— Мы не останавливались раньше в гостиницах, так что сэкономленный бюджет позволял, — пояснил Стивен.

— Да я не про то, — отмахнулся Бобби. — В этой дыре есть не только море, но и шикарные отели⁈

Марлен пожала плечами, подняв руки ладонями кверху, мол, вот поедем — и увидим.

Но Бобби уже унесся дальше в своих мечтах…

— Текила… Ром с колой и льдом… Горячие цыпочки в купальниках…

Утром после ситуации с «ночным кошмаром» Игнат очень несмело выбрался на планерку и завтрак. Еще ни разу на новом месте работы он себя так по-дурацки не зарекомендовывал. Сколько же теперь потребуется времени, чтобы настолько неудачное первое впечатление сгладить?

Однако команда восприняла его как ни в чем не бывало, и лишь брат задал странный вопрос:

— Ты почему в форме?

— А что, надо в плавках? — тихо огрызнулся доктор.

— Ну, не сразу, — вполне серьезно ответил Петр. — У тебя есть что-то легкое? Или могу одолжить.

Игнат уставился на близнеца, ища признаки шутки или розыгрыша, но тот был совершенно спокоен. Только тогда доктор внимательнее посмотрел на остальной экипаж. На механике надеты пляжные шорты с дурацкими рыбками, на девчонках — легкие платьица, и даже капитан сегодня щеголял в бежевых стильных бриджах. Что за черт? Он опять что-то упустил⁈

— Летим же на время техосмотра катера на курорт, ты что, забыл? — снова задал вопрос брат.

Елки зеленые! Точно! Об этом вчера шла речь на планерке! Однако врач так волновался из-за вступления в новый коллектив, еще и после выкинутого братом коленца[!Упоминаются события первой серии, для сюжета этой истории неважные.!], что, похоже, все пропустил мимо ушей.

— Я сейчас. Я быстро, — кинул Игнат, убегая в свою каюту.

Куда большее бы он обрадовался срочному вылету, однако и так ясно, что под его желания никто планы менять не будет. Ладно, он тихо посидит в номере отеля пару дней, авось все и обойдется. Сокомандники, конечно, могут решить, что он совсем сумасшедший, зато так явно безопаснее.

…Несколько часов полета, оформление, заселение, и вот Мира уже дефилировала к морю. Настроение было слегка подпорчено, так как свободны оказались только двухместные номера, а их шесть человек. Не селить же Марлен с кем-то из парней? Пришлось как в анекдоте: «Девочки налево, мальчики — направо». Естественно, в рейд с собой пилот не взяла ни крем для загара, ни соломенной шляпки, но сейчас быстро восполнила недостатки в магазине отеля. Цены здесь, правда, нещадно кусались, хотя ради такого случая можно и раскошелиться.

Второе разочарование ждало ее непосредственно на берегу. Раскинувшееся перед ними море было розовым. Густой пудровый цвет разливался вплоть до горизонта, едва колышась и напоминая кисель, столь не любимый Мирой с детства. Девушку слегка передернуло:

— Я, пожалуй, сначала позагораю, — решила она, проходя к ближайшему зонту со стоящими под ним шезлонгами.

Марлен, увидев реакцию подруги, тут же пояснила:

— Не волнуйся, вода так окрашивается, как правило, из-за водорослей Дуналие́лла и им подобных. Они вырабатывают бета-каротин и йод, так что купаться совершенно безопасно, даже полезно.

— Верю, — недоверчиво ответила пилот, для которой все, что связано с киселем, не ассоциировалось ни с чем хорошим. Тем более мама в детстве тоже убеждала в его полезности. — Но пока отдохну.

Марлен пожала плечами, стремительно скинула платье и вместе с парнями убежала в воду. Мира и Стивен остались на берегу вдвоем.

— Хорошо, — кивнул капитан, — ты тогда располагайся. Я сейчас схожу нам за напитками, чтобы не спечься на этой жаре, а потом сплаваю.

Его, похоже, экзотический цвет моря тоже ничуть не смутил.

Мира поставила объемную пляжную сумку на землю, открыла молнию до конца и шепотом, чтобы не услышали остальные отдыхающие, проговорила:

— Не захотел сидеть в номере, из сумки не высовывайся. Если что-то нужно — я или Стивен всегда будем рядом. Договорились?

В ответ послышалось одобрительное ворчание. Пилот сняла сарафан и с наслаждением вытянулась на лежаке. Легкий бриз ласкал кожу. Над головой раскинулось бескрайнее голубое небо без единого облачка. Пахло соленым морским воздухом и южным разноцветьем. Слышался легкий шелест волн, переплетающийся с детскими восторженными визгами, разговорами отдыхающих и музыкой из расположенного прямо на пляже кафе. Балдеж!

Наверное, Мира успела на пару секунд так раствориться в окружающей неге, что аж вздрогнула от раздавшегося рядом голоса:

— Тебя кремом помазать? А то белая совсем, сгоришь на раз-два.

Мира пораженно раскрыла глаза. Над ней стоял, улыбаясь, рыжий, довольно симпатичный парень лет восемнадцати-двадцати. Бойкий, нечего сказать!

Мира даже не успела открыть рот, чтобы как-то поостроумнее отшить наглеца, как появился Стивен с тремя бокалами. По всей видимости, он слышал граничащее с приличиями предложение парня, потому что сразу спокойно парировал:

— Молодой человек, я сам позабочусь о своей жене.

Рыжий обернулся, но совсем не смутился.

— Простите, я не увидел на девушке кольца.

— Последнее время оно ей жмет и токсикоз по утрам, — также невозмутимо продолжил капитан.

— Простите, — уже совершенно с другой интонацией бросил рыжий и ретировался.

— Эй, ты что на меня наговариваешь⁈ — наигранно возмутилась Мира.

— А что? — искренне удивился Стивен, расставляя напитки на низеньком столике. — Ты же сама не хочешь онлайн-регистрацию, иначе бы давно была при кольце.

— Да, я хочу нормальную свадьбу с друзьями и родственниками! Между прочим, один раз в жизни на такое пойти собираюсь!

— Между прочим, — и Стивен прервал фразу, чтобы наклониться и томительно-нежно поцеловать «жену» в губы, — в противном случае не стал бы даже предлагать.

И он, отстранясь, усмехнулся:

— Не успел отойти, а тут уже стервятники налетели!

Затем взял тюбик крема от загара и поманил девушку рукой. Мира лениво села на лежаке, подставляя Стивену спину:

— Ну не «-ки», а всего один!

— Всего! — хохотнул капитан. — Задержись я немногим дольше, пришлось бы, наверное, целую стаю отгонять.

И его руки мягко заскользили по Мириной коже, стараясь равномерно растереть крем. Когда мужские пальцы, медленно и едва касаясь, добрались до шеи девушки, Мира простонала:

— Сти-ив! Что ты творишь⁈

— Добиваюсь того, чтобы пока я пойду ополоснуться, ты ни о ком, кроме меня, и думать не могла.

— Я и так… только о тебе, — и Мира, повернув голову, поймала губы капитана. Они были упругие и горячие и пробуждали во всем теле недвусмысленное волнение.

— А дальше-то что? Комнаты же разные, — прошептала пилот, когда Стивен отстранился.

— Что-нибудь придумаем, — подмигнул капитан и, поднявшись с лежака, скомандовал, указывая на бокал с коричневой жидкостью, льдом и долькой лимона — Чай — мой, остальное сами поделите.

Мира засмеялась и кивнула. Из стакана воды и интересного напитка — сверху солнечно-желтого, а ко дну меняющего цвет на ярко-оранжевый, при этом украшенного маленьким бумажным зонтиком, колечком красного апельсина и листиками мяты, сразу становилось ясно, где чье.

Мира взяла воду и наклонилась к сумке:

— Снежок, пить хочешь? — позвала она.

Питомец, уютно распластавшись в форме звезды на мягком полотенце, принимал воздушные ванны и лишь отрицательно подергал носиком.

— Ну как хочешь, — заключила пилот, поставила стакан назад и взяла свой бокал.

Стивен к этому моменту уже разделся до плавок и отправился к морю. Мира посмотрела вслед на статную фигуру капитана — широкие плечи, узкие бедра и мускулистую спину, и хмыкнула. И этот мужчина-совершенство ее еще ревнует⁈ Приятно, черт побери!

Прохладная жидкость побежала по трубочке в Мирин рот, и девушка восхищенно выдохнула. Напиток был такой вкусный, такой легкий и одновременно тонизирующий, словно Стивен и без слов знал, чего бы пилот сейчас хотела. Кажется, настолько шикарного отпуска у Миры не случалось уже давно. А может, и никогда. Солнце расслабляло, копаться в памяти абсолютно не хотелось. Девушка отставила наполовину недопитый бокал, чтобы растянуть удовольствие, и снова глянула на море.

В противном киселе виднелось множество точек-голов, которые, казалось, сложно идентифицировать. Но Стивена, уже подплывающего к буйкам мощными размашистыми гребками, трудно было не узнать. Мира томно выдохнула и откинулась на лежак, предоставив тело солнцу и ветру, и, похоже, задремала.

Проснулась она от непонятных звуков борьбы. Представшая перед ее глазами картинка была, мягко говоря, странной. Стивен, с красиво стекающими по его телу каплям, видимо, только из воды, нагнувшись над сумкой, держал в одной руке Снежка, а второй пытался выдернуть у него изо рта трубочку, с которой капала коричневая жидкость. Капитанский чай оказался осушен больше чем наполовину.

— Брось, — засмеялась девушка. — Заварки, что ли, пожалел⁈ Хочешь, я схожу, возьму тебе еще один?

Стивен поднял на нее испуганные глаза:

— Мира, я же шутил! Это виски с колой! Для животных и маленькая доза этилового спирта может быть губительной!

Пилот подскочила как ошпаренная и, натягивая сарафан, спросила:

— Где Игнат?

— Где-то у буйков.

— К бесам Игната, летим в ветеринарку! — выпалила Мира, а затем выхватила у спешно одевающегося капитана сумку и побежала к стоянке аэрокаров.

Зелень вокруг, дурманящий аромат цветов и раскидистые пальмы ее разом перестали волновать. Хорошо хоть сюда они прилетели, использовав один свой аэрокар, а второй — такси. Иначе бы остались сейчас без транспорта!

Мира вынула из сумки и пристегнула ничего не понимающего йети на заднее сиденье. Снежок попытался возмущаться, и пилоту показалось, что язык у него уже заплетается. Много ли такому малютке надо⁈ Девушка, заблокировав задние двери, метнулась на водительское место.

Однако рядом, нависая над ней, тут же возник Стивен:

— Секс на пляже, — бросил капитан, смотря Мире прямо в глаза.

Тут, надо признать, пилот сильно растерялась. Ну, если бы об этом в экстремальной ситуации думал Бобби, она бы еще поняла. Но Стивен⁈ Неужели она так довела мужика⁈

— Что? — оторопев, переспросила Мира.

— Двигайся, говорю, на пассажирское место. Ты коктейль алкогольный выпила!

До Миры, наконец, дошел смысл слов, и она, кажется, даже слегка порозовев, переползла на правое сиденье. Надо же, оказывается, здесь вовсе не капитан, а она озабоченная. Ладно, сейчас это все неважно.

— Сколько нам до клиники? — уточнила девушка, стараясь успокоиться и мыслить здраво.

Аэрокар взмыл вверх и взял курс на ближайший городок.

— Если верить маршрутизатору — десять минут, — ответил Стивен.

Капитан, как всегда, был сдержан и собран, и это Миру немного приободрило. Хотя она уже знала, что и он волнуется. Иначе бы после того, как активировал автопилот, убрал бы руку со штурвала.

— Он же не умрет? — уточнила девушка, и они одновременно со Стивеном, обернулись назад.

Снежок кривовато улыбался в свои… Мира не удосужилась прочесть в энциклопедии, сколько у карликовых йети зубов. А глаза его так окосели, что складывалось впечатление, будто он смотрит одновременно в противоположные стороны.

— Не дадим, — твердо заверил капитан, снова беря ручное управление и наращивая скорость. За ее превышение в жилой зоне планеты наверняка придет колоссальный штраф, но деньги сейчас не играли роли. В конце концов, у Миры есть заначка, которую она откладывала на будущее, а жизнь бесценна.

Минуты через три аэрокар уже спикировал прямо к дверям ветлечебницы. В клинике, на счастье, никого из посетителей не оказалось, и у пилота мелькнула тревожная мысль — радоваться ли тому, что нет очереди, или расстраиваться: вдруг ее нет, потому что врачу не доверяют? Впрочем, выбирать было некогда, и Мира, заскочив в кабинет, скороговоркой вывалила на задумчивую женщину в летах всю суть их проблем, умолчав, правда, о деталях.

— Держите вашего питомца, чтобы не кусался и не царапался, — скомандовала врач, подходя к осоловевшему Снежку с тестером.

На забор крови, измерение давления и прочие медицинские манипуляции йети никак не отреагировал, а когда ему, закрепив к кушетке, поставили капельницу, принялся ворчать в разных тональностях, что весьма походило на неуклюжие песни мартовских котов.

— Снежок выживет? — дрожащим голосом уточнила Мира, почувствовав, как на ее плечо легла теплая рука Стивена.

Ветеринар перевела взгляд со всклокоченной пары на пациента и вынесла вердикт:

— В этот раз — точно да. Его организм на удивление бодро расщепляет токсины, и внутренние органы не пострадали. Но если ситуация повторится…

— Не повторится! Гарантирую! — выпалила Мира.

— Ну ладно, — смягчилась врач, аккуратно поправляя лапку со вставленной иглой, чтобы йети стало удобнее лежать. — Вообще, при таких случаях я обязана заявлять в полицию на жестокое обращение с животными…

У Миры непроизвольно отвисла челюсть и округлились глаза.

— Но, похоже, вы действительно волнуетесь за малыша, так что на первый раз выношу предупреждение и занесу это в базу как несчастный случай. Давайте документы.

— Простите, мы были на отдыхе, и коммы остались в номере, — перетянул внимание на себя Стивен, выдвигаясь вперед.

Ветеринар спешно отступила к столу и оттуда с долей ехидства проговорила:

— Почему-то я так и думала…

— В смысле? — уточнил капитан, стараясь держаться как можно приветливее.

— Будто вы не знаете, что содержание диких животных, кроме отдельных случаев, запрещено общегалактическим законом! А у вас, как вы только что признались, паспорт на питомца отсутствует!

Стивен сделал шаг в сторону врача, желая прояснить ситуацию:

— Понимаете…

— Не приближайтесь! — выставляя вперед руку и переходя практически на визг, вскрикнула дама, — Я уже вызвала полицию, и объяснять, каким образом к вам попало это несчастное безобидное существо, будете ей!

— Хорошо, — выдохнул капитан, отступив, — пока мы ждем представителей закона, я могу слетать за документами?

Врач великодушно кивнула, добавив:

— Но ваша девушка останется здесь! Так что имейте в виду — если решите скрыться, вся вина ляжет на нее!

Стивен, изо всех сил стараясь не нарушать скоростной режим, слетал в отель и обратно. До зубного скрежета хотелось ударить по газам, но ничья жизнь от пары десятков минут уже не зависела, а новые проблемы им ни к чему. И так день не задался.

К моменту его возвращения в клинику около нее уже парковался полицейский на аэроскутере. Стивен дождался пока мужчина выключит двигатель, снимет шлем, и обратился:

— Добрый день, офицер. Я так понимаю, вас вызвали по нашему случаю…

Полицейский, примерно ровесник капитана, окинул собеседника цепким взглядом и строго спросил:

— Незаконное владение диким животным?

— Давайте вернемся к тому, с чего началось это недоразумение. Вот, я успел привезти документы, — и Стивен предоставил офицеру служебное удостоверение.

Проверив данные и, видимо, испытывая пиетет к старшему по званию, полицейский сразу изменил тон:

— Значит, коллега!

— В каком-то смысле, — сдержанно ответил капитан.

Он с уважением относился к планетарным стражам порядка, но видел мало общего между их работой и рейдами патруля планет условно обитаемой группы.

— Так что и откуда вы притащили миссис Коупман?

— Карликовый йети с одной из планет оранжевого сектора. Как вы понимаете, у нас нет на него договора о покупке, и ветпаспорт мы еще тоже завести не успели, потому что Снежок, строго говоря, не животное…

На этом месте офицер, беспечно жующий сорванную тут же травинку, едва ею не подавился:

— То есть как? А кто⁈

— Он образец… простите, номер запамятовал, но завтра подниму в документах… временно изъятый из родной экосистемы с целью изучения начавшихся у этого вида мутаций, ставящих под угрозу выживание данной популяции. Если того требует ситуация, я предоставлю в ваше управление подтверждающие этот факт акт изъятия, исследовательские дневники, данные об экспериментах и методические рекомендации к ним. Все, естественно, строго регламентированное ЦАНГалом и уставом Космофлота. Согласно протоколу 661, предоставить научную информацию на электронных носителях я права не имею, так что мне потребуется некоторое время, чтобы подготовить копии-распечатки. Также, если хотите…

Глаза офицера уже увеличились до размеров куриного яйца, и на его физиономии читался нескрываемое глубокое уважение и… ужас. Видимо, он уже явственно представил себе неимоверный ворох бумаг, который будет навален на рабочий стол, и нескончаемые часы, проведенные в попытках выискать какие-то несоответствия в действиях подозреваемого.

Капица была планетой довольно цивилизованной, так что Стивен не сомневался, что большую часть дня, после обязательных физических тренировок, полицейские попивают чай с бутербродами и играют в какую-нибудь ерунду на коммах. Вряд ли происшествия, даже такие как пустяковые, как сейчас, здесь были частым явлением.

— Не надо, не надо, коллега! Я, конечно же, вам верю и ни на минуту не сомневался! — взмолился мужчина. — У меня только одна просьба: давайте все же зайдем внутрь и проведем видимость разбирательства? Понимаете, миссис Коупман… очень дотошная. Однажды ей случилось выявить у себя на осмотре контрабандистов. Двое приезжих по поддельным документам пытались получить ветпаспорта для вывоза с планеты десятка перламутровых норок. Тогда за бдительность она получила грамоту от полицейского управления и внушительную награду от общества защиты диких животных. Вот с тех пор… ее бдительность порой переходит все разумные границы. Обещаю, все проведем быстро! Чистая формальность!

Стивен с пониманием кивнул и направился за полицейским внутрь. Бедная Мира в ожидании, наверное, уже вся издергалась. Но, как он и предполагал, решить вопрос с глазу на глаз с представителем порядка оказалось проще, нежели в присутствии врача с манией преследования.

Капитан, конечно, изрядно блефанул — на Снежка у них имелся один-единственный акт взятия на борт в качестве образца, и то Стивен понятия не имел, какую аргументацию для такого «вмешательства в экосистему» выдумала Марлен. Однако, как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского. К шипучему напитку мужчина был равнодушен, зато свой утраченный коктейль с виски рассчитывал все-таки на ночь получить. Тем более, раз впервые за столько дней ему придется ночевать вдали от Миры. А ведь он уже успел подзабыть, как это.

Все время, пока Стивена не было, Мира тихо сидела на краю кушетки со Снежком и молчала. Йети, видимо, утомившись петь — закемарил. Он ровно дышал, с характерным присвистываем на выдохе, и эти «фь-ють», «фь-ють» давали пилоту знать, что с ее любимчиком все в порядке. Однако периодически девушка прикладывала руку к мягкой грудке питомца, чтобы убедиться — маленькое сердце бьется четко и в нормальном ритме.

Ветеринар же занималась чем-то в своем терминале и делала вид, что Миры не существует. Хотя девушке казалось, что когда она не смотрит, вредная докторисса бросает в ее сторону многозначительные взгляды из разряда: «Все вы у меня попляшете!» Впрочем, к Снежку дама отнеслась с неподдельной добротой и вниманием, и за это Мира была ей искренне благодарна.

Прошло не менее получаса, пока дверь наконец распахнулась, и на пороге кабинета появился полицейский, а следом за ним сразу вошел капитан. Мира с облегчением выдохнула. Со Стивеном, в сложившейся ситуации, она себя чувствовала намного спокойнее и уверенней. Лучше, если общаться с представителями властей Капицы будет он, а то как бы пилот не ляпнула чего лишнего.

— Доброго дня, миссис Коупман! — официально проговорил капицец.

Или капицианец? А может, капицелянин? Тьфу! «Мира, ты вообще, о чем думаешь? Тут какая-то мегера пытается Снежка „изъять“, а ты в филологические изыскания ударилась⁈» — отругала себя девушка, стараясь поймать взгляд Стивена и определить по нему дальнейшую стратегию.

Ветеринар гордо повернула голову от терминала и отрапортовала.

— Доброго, офицер Орвьер! Кажется, эти молодые люди незаконно содержат инопланетное животное.

— Вынужден вас разочаровать, — все тем же нейтральным тоном, без намека на шутку ответил полицейский, — но я уже проверил: у капитана Брауна на содержание этого образца… то есть зверя, имеются все необходимые разрешения. Оплата процедуры произведена? Других претензий нет? Тогда отметьте вот здесь, — и мужчина протянул радетельнице за права животных небольшой мобильный терминал.

— Минуточку, — недовольно отрезала миссис Коупман, отодвигая от себя устройство, словно ей страшно хотелось, чтобы нарушения таки имели место, — а как же момент жестокого обращения? Вы готовы закрыть на него глаза⁈

Мужчина, видимо, ничего об этом еще не зная, немного растерялся и вопросительно обернулся к Стивену. Однако капитан не успел открыть рот, как Мира, испугавшись, выпалила:

— Офицер, на самом деле произошел несчастный случай!

Со Стивена станется взвалить всю вину на себя, а взыскания в случае чего ему прилетят ощутимые. Так что пилот, обрадовавшись, что полицейский перевел взгляд на нее, продолжила:

— У меня сегодня выходной. Я пошла в кафе и взяла алкогольный коктейль, чтобы расслабиться, — в этот момент пилот, поняв, что всецело завладела вниманием офицера, добавила в голос несчастных ноток, поднадула губки и несколько раз выразительно хлопнула ресницами, словно собираясь вот-вот разрыдаться. — Сидела я, значит, смотрела по сторонам, а потом оборачиваюсь… Снежок выбрался из сумки и уже допивает мой коктейль…

— Видите, какая безответственность! — вставила миссис Коупман.

Но Орвьер, уже проникшись симпатией к расстроенной длинноногой блондинке, парировал:

— Досадная случайность. К тому же, я думаю, разовая?

— Да, да! Больше никогда не повторится! — горячо подтвердила Мира.

— Ну вот, значит, ограничимся предупреждением!

— А зачем она вообще его потащила в подобное место⁈ — возмутилась ветеринар.

— Я не брала! — не сводя взгляда с Орвьера, с мольбой, словно призывая полицейского в свидетели, заверила пилот. — Снежок тайно забрался в мою сумку!

— И вы не обратили внимания, что она потяжелела килограмм эдак на семь? — ехидно поддела миссис Коупман.

— Ох, — и Мира потупила глазки, — женская сумка, это же такое дело: семь килограмм туда, семь килограмм сюда… Все нужное. Кто бы их считал!

Орвьер наконец оторвал взгляд от девушки и, повернувшись к столу, снова пододвинул терминал к даме:

— Все! Инцидент исчерпан! Подписывайте миссис Коупман, а то у меня достаточно оснований, чтобы вообще данный вызов оформить как ложный. И тогда в следующий раз не думаю, что к вам кто-то поспешит приехать.

Ветеринар поняла, что проиграла, поджала губы и, всем своим видом выражая недовольство, оставила-таки в мобильном устройстве отпечаток пальца.

Капельница как раз закончилась. Мира, аккуратно завернув дрыхнущего без задних лап Снежка в полотенце и даже вежливо поблагодарив врача, поспешила наружу. Однако от открытой дверцы аэрокара ее окликнул полицейский. Пилот передала свою ценную ношу Стивену, и пока тот пристегивал йети на заднем сиденье, подошла к офицеру.

— Я понял, что вы одна из команды патрульного катера, но так и не услышал вашего имени… — проговорил Орвьер с приятной улыбкой.

— Мирослава.

— Жорж. Как вы смотрите, чтобы завтра заменить неудачный поход в кафе, на более приятный в ресторан?

— Простите, завтра я уже обязана вернуться на катер. Служба.

— Тогда… может номер комма?

— У нас рейд восемь месяцев в году, и связь бывает редко. Боюсь, в этом нет смысла. Простите, и спасибо за помощь.

Мира неловко улыбнулась и поспешила к своему аэрокару. Кажется, в попытке разрешить ситуацию она слегка переусердствовала.

Как только в машине защелкнулись двери, Стивен сразу поднял ее в воздух, включил автопилот и с легкой усмешкой, под которой Мире почудилось затаившееся напряжение, проговорил:

— А у тебя, оказывается, скрытые актерские таланты! Такой потенциал!

— Брось, — отмахнулась пилот, улыбаясь в ответ. — Я так перепугалась, что Снежка отберут, а на тебя измывательство надо ним или вообще похищение повесят, что у меня чисто инстинктивно включились… женские штучки.

— Да уж, не хотел бы я оказаться на месте Орвьера…

— Стивен! — неожиданно воскликнула Мира, которую осенила догадка. — Ты что думаешь, что я и тобой так манипулирую⁈

— Нет, — слишком быстро и категорично ответил капитан. — Однако… не особо приятно было наблюдать, как ты применяешь это… женское «джиу-джитсу».

Мира лишь пожала плечами:

— На войне все средства хороши, ведь так? А миссис Коупман, кажется, против нас развернула форменную боевую операцию. Вот, скажем, если бы в кабинете вдруг начал падать потолок, ты бы попытался его удержать, чтобы нас со Снежком спасти?

— Допустим… — осторожно ответил Стивен, еще не понимая, к чему девушка клонит.

— Ну вот — ты мужчина и физически сильный, в критической ситуации применил свою… суперспособность. А я женщина, слабая, но…

— Соблазнительная? — со смешком поддел капитан.

— Хитрая! — исправила Мира. — И в критической ситуации применила свою суперсилу.

— Ну ладно, убедила, — покладисто согласился Стивен. — На этот раз притворюсь, что ничего не видел. Но только на этот!

Пилот вместо ответа придвинулась и медленно поцеловала капитана в губы.

Стивен же быстро перехватил инициативу, и вот уже Мира оказалась на его коленях, тающая перед капитанским натиском, как мороженое в жаркий день. И именно в этот момент раздался требовательный вызов с комма.

Пилот метнулась на свое сиденье, а капитан со вздохом разочарования включил видеоконтакт.

— Сэр, у нас… странное происшествие, — почесав макушку, встревоженно произнес возникший на экране Бобби. — Кто-то похитил Петра.

Пахло пластиком и дорогим освежителем воздуха для аэрокаров. Петр, в полном непонимании, что происходит, открыл глаза. Он лежал в довольно тесном помещении, похожем на места в лайнерах массовых межпланетных перевозок или капсульных отелях. Однако, судя по ощущениям и слабому гулу двигателя, это было не первое и не второе. Скорее — полугрузовой аэрокар.

Его тело кто-то заботливо закрепил, чтобы не нахватал на поворотах синяков и шишек. Шишек! Одна такая, наверное, вскочила на затылке и сейчас нещадно ныла. Петр захотел ее ощупать, но руки, уже порядком затекшие, оказались чем-то связаны за спиной. Скорее всего, тем же транспортировочным скотчем, который, слегка приподнявшись, парень увидел и на ногах.

Что за дурдом тут происходит⁈ Если бы ребята решили подшутить, то точно не стали бы лупить по голове. Петр напрягся и постарался восстановить ход событий.

Приезд в отель, купание, отдых на шезлонгах, поздний обед в пляжном кафе и потом, разморенный релаксом, он направился в их с Бобби номер. Хотелось принять освежающий душ и немного вздремнуть до ужина. Душ Петр, впрочем, принял. Громкий стук в дверь его застал уже в халате, сушащего голову феном.

— Простите, что потревожил… Мистер Капель? — с приветливой улыбкой уточнил молодой мужчина в униформе «Сан Паласа». Видимо, один из администраторов.

— Да.

— Ваш капитан просил срочно подойти к будке охраны на стоянке аэрокаров.

— Зачем? — опешил Петр.

— Откуда же мне знать, — дружелюбно развел руками сотрудник отеля.

Действительно! Более глупого вопроса в данной ситуации трудно и придумать. Петр благодарно кивнул, закрыл дверь и кинулся быстро одеваться. Он встречался со Стивеном по дороге в номер. Тот как раз прилетал за коммом, так как прямо с моря был вынужден сорваться со Снежком в ветлечебницу. Возможно, там потребовалась какая-то помощь?

Капитана, однако, около будки охраны не оказалось, да и сама она пустовала. Зато рядом прогуливался крепкий джентльмен в строгом костюме. «Какой же кошмар, так одеваться на жаре!» — было последней мыслью, проскочившей в голове Петра до того момента, как парень очнулся связанным.

Получается… его похитили⁈ Вот прямо нарочно не придумаешь! Он не миллионер. На Капицу прилетел только вчера, так что, скажем, быть свидетелем какого-то преступления не мог. Долгов у Петра не имелось. Врагов тоже. Да кого вообще мог заинтересовать простой палеонтолог⁈

Аэрокар приземлился. Открывшаяся багажная дверь давала узкий обзор на парковку внутри здания. Тот же самый бугай молча погрузил пытающегося задавать вопросы Петра на плечо и зашагал к лифтам. Из того положения, в котором парень висел, невозможно было увидеть ничего, кроме ткани костюма и мелькающих стен. К тому моменту, когда его наконец, сгрузили посреди обширного кабинета в стиле хай-тек, парня уже изрядно шатало и мутило. Незакаленный вестибулярный аппарат давал о себе знать.

К счастью, Петра чуть толкнули, и он, не удержавшись на ногах, осел в появившееся откуда-то кресло. Взгляд понемногу начал фокусироваться, и парень увидел сидящего во главе стола тучного мужчину с властным лицом в дорогих очках. Визави поморщился, но это, как выяснилось, относилось не к Петру:

— Неужели нельзя было как-то… поцивилизованнее? — недовольно проговорил он все еще стоящему рядом с парнем амбалу. — Развяжите ему руки и дайте воды. Человек аж зеленый!

Охранник, или кем он там являлся, кинулся исполнять, а хозяин кабинета между тем продолжил, обращаясь уже к похищенному:

— Дорогой мой Петр! Что же вы меня так подводите? — мягко пожурил он Капеля. — Мы же с вами вроде бы все обсудили, обо всем договорились, и тут такая ребяческая выходка!

— П-простите, — пробормотал Петр, аккуратно потрогав голову в месте удара и непроизвольно поморщившись, — я не знаю ни кто вы, ни о чем говорите.

— Ой, только не надо ломать комедию! Впрочем… — мужчина несколько минут буравил взглядом лицо Петра и, похоже, не найдя в нем признаков лжи, снова обратился к бугаю, — ты не переусердствовал ли?

Телохранитель смутился и что-то, неловко извиняясь, промямлил.

— Ясно, — недовольно бросил хозяин. — Проводите господина Капеля в его комнату, но в этот раз приставьте к дверям охрану. Ему надо отдохнуть и поужинать, а завтра с утра, когда, я надеюсь, — в этот момент он зловеще сощурил глаза, и охранник побледнел, — память вернется — мы снова поговорим. И смотрите! Чтобы со всем уважением там! Как-никак это мой будущий зять!

Когда аэрокар капитана сел на парковке отеля, Бобби с Марлен его уже поджидали.

— Чушь какая-то, — первое, что сказал Стивен, вставая на твердую землю. — Кому наш динозавровед мог понадобиться? Вы всю территорию осмотрели?

— Всю, — подтвердил Бобби, — но хуже другое. Мы вынудили служащих отеля показать нам записи с камер, а тут вот…

Механик активировал изображение на комме. На экране возникла парковка, будка дежурного и прогуливающийся около нее крупный мужчина в костюме. Внезапно в кадре появился Петр, также направляющейся к охране. Камера, как назло, была установлена так, что ближайшие несколько минут оба мужчины находились в «слепой зоне». Потом в кадре опять возник бугай, севший за штурвал черного аэрокара, тут же покинувшего стоянку. Петра нигде видно не было.

— Думаю, его погрузили в улетевшую машину, — резюмировал Бобби, выключая запись.

— Или он просто ушел оттуда другим путем, не просматриваемым камерой, — парировал Стивен, сам, однако, думая, что уж больно ловко оказался припаркован аэрокар бугая, словно точно знал, где отсутствует видеонаблюдение. — А что говорит дежурящий на парковке сотрудник отеля?

— А вот тут самое любопытное, — вставила до этого молчащая Марлен. — В это время будка пустовала. Якобы кто-то позвонил и вызвал сотрудника в отдел по персоналу. Пока он туда ходил, выяснял, кому и зачем понадобился, — все и произошло.

— О-чень интересно, — проговорил капитан, осматривая стоянку. — Номер машины при увеличении выяснить не получилось?

Бобби отрицательно покачал головой.

— А где, собственно, Игнат? Его что, судьба родного брата не волнует? — возмущенно поинтересовалась Мира со спящим Снежком на руках.

— А… мы что-то про него не подумали, — сконфузилась Марлен.

Пришла очередь изумиться капитану:

— То есть доктор даже не в курсе пропажи близнеца⁈ А сам он где? Вы вообще уверены, что на записи Петр, а не Игнат?

— Э-э-э, — Бобби почесал затылок, — вообще-то мы давно не видели ни одного из них. Но доктор после обеда плавал со мной с аквалангом, а потом вроде как ушел в вашу комнату.

Вся команда, не сговариваясь, ринулась в сторону корпуса, проверить на месте ли Игнат.

Стивен быстро отсканировал карту-ключ, и ватага ввалилась в небольшой номер, застав одного из близнецов сидящим на кровати. Парень был заспанный, видимо, вскочил от хлопка двери и с трудом понимал, что происходит.

— Ты кто? — требовательно бросила Марлен, выставив вперед указательный палец на манер дула пистолета.

— Игнат, — обалдевшим голосом ответил парень.

Команда переглянулась.

— Выходит, я все же прав, — констатировал Бобби.

А Стивен прошел вперед, сел на свою постель и, внимательно глядя в заспанные глаза доктора, зловеще спросил:

— Ничего не хочешь сказать нам, Игнат?

— Про что? — вообще растерялся новый член команды, оглядывая сослуживцев по очереди.

— Петра похитили, — решила «намекнуть» Мира, в какую сторону требуется думать.

— Похитили⁈ — на лице доктора начала проступать мыслительная деятельность и румянец. — Не волнуйтесь, ему ничего не угрожает. Во всяком случае не так чтобы… опасное.

— Ах ты ж! — разозлилась Марлен и отвесила по лбу Игната звонкий щелбан. — Быстро отвечай, во что втравил нашего медика!

— Хм-м-м… так-то он не настоящий медик, — тихо поправил стоящий позади японки Бобби.

Марлен, не сводя цепкого взгляда с Игната, потирающего покрасневшую точку на лбу, ершисто ответила механику:

— Ну и что! Не настоящий — зато свой и проверенный. А этот… еще вообще неизвестно кто!

— Я Игнат Капель! Врач высшей категории! Все документы вчера же предоставил, — и парень, похоже, опасаясь, что команда его линчует, с надеждой глянул на капитана.

— Допустим, — весомо подытожил Стивен. — Тогда давай рассказывай, за какие твои грехи могли похитить брата.

— Какие там грехи! — понуро отмахнулся доктор. — Я всего лишь принял экстренные роды!

Десять дней назад

Встреча Игната на Церебро с возлюбленной, говоря сухим канцелярским языком — «не принесла должного результата». Инесса была непреклонна — желала подписать контракт на работу фэшн-моделью и возвращаться на «унылую» Эреру не собиралась.

С другой стороны, в разгар «семейных» баталий пришло сообщение от брата. Оказалось, что закинутая без всякой надежды заявка на службу в космофлоте одобрена. Что это за отношения такие будут — она на Церебро, Игнат восемь месяцев в году в рейдах… Что его ждет при таких сроках и специфике Инессиной работы? Верно — рога. Может, и хорошо, что они не успели расписаться?

Обо всем этом доктор размышлял на перелете к Гермесу, откуда по пути его должен был забрать катер патруля. Но судьба снова вмешалась в планы: один из встречных кораблей подал сигнал бедствия. Нет, к счастью, никакой трагедии там не произошло, во всяком случае пока. Просто у дочери хозяина судна начались раньше срока роды. Малыш лежал неправильно, и их штатный медик не рискнул оказывать помощь. Как потом оказалось, до такой степени струсил, что предпочел закрыться у себя в каюте и напиться.

Игнат не был акушером, но какого только опыта у него не накопилось за время работы в планетарной службе спасения! Да и совесть ему бы не позволила отказаться. Как потом жить с мыслями, что ты, возможно, мог спасти две жизни и не стал даже пробовать? Поэтому, за неимением лучшей кандидатуры, Игнат подтвердил свое согласие, и его переправили шлюпом с пассажирского корабля на частное судно. Имелась, конечно, небольшая неувязочка — путешествовал парень по паспортной карточке брата, нечаянно ее прихватив, улетая, вместо своей. А диплом, лицензия и все прочие медицинские документы были выписаны на его настоящее имя. Но в той ситуации кто бы стал в этом разбираться!

Так и вышло. Игната приняли как короля. Отец роженицы, оказавшийся главой одного из крупнейших кланов Капицы, приказал, чтобы все распоряжения доктора выполнялись быстро и беспрекословно. Молодая женщина была уже измучена многочасовыми схватками, так как этот… недомедик не рискнул ей даже сделать безопасного обезболивающего. Отец ребенка находился тут же, держал жену за руку, но больше никакой пользы принести не мог. Еще через короткие промежутки времени то и дело кто-то из родственников заявлялся справиться, как идут дела.

— Покиньте помещение все, кроме супруга и еще одного человека с любым медицинским образованием, если такой есть, — распорядился Игнат.

Хозяин сперва удивленно на него воззрился, а потом командным жестом махнул всем в сторону выхода. А сам, прежде чем уйти, по-свойски поделился с врачом:

— Вы уж помогите, пожалуйста! Мы и билет вам обратный купим, и все оплатим по повышенному тарифу. Понимаете, у меня две взрослые дочери, и больше я детей не планирую. А значит, этот мальчик станет новым главою клана. Понимаете, какое это важное событие?

Игнат понятия не имел, как и что функционирует в обществе с клановой структурой, однако кивнул. Все его мысли уже концентрировались на родовспоможении и его различных вариантах. Каждый из них имел свои плюсы и минусы.

— Мы будем ждать объявления об этом важном событии в кают-компании. Софи вас туда проводит, — добавил глава клана и наконец удалился, позволив медику делать свою работу.

Софи оказалась молоденькой студенткой ветеринарного института, но в целом девушкой сообразительной, расторопной и непугливой. Этого Игнату было достаточно. Как оказалась, ситуация не была вопиющей — судя по данным аппаратуры, малыш был некрупным и кислородного голодания пока не испытывал. Если учесть, что операцию кесарева сечения Игнат ранее проводил только на тренажерах и животных, он принял решение принимать роды естественным путем. В итоге, когда каюту огласил заливистый младенческий плач, сердце самого врача ухало уже так увесисто, что он едва смог заглушить этот звук.

Убедившись, что и с женщиной и с малышом все в порядке, Игнат выдохнул и, оставив маленькую семью одну, последовал за Софи в кают-компанию. Ею оказался небольшой конференц-зал, битком набитый людьми, но все они молчали. Десятки глаз оказались уставлены на Игната, и доктор слегка растерялся, но, увидев вопросительный взгляд хозяина, взял себя в руки и громко произнес:

— Мальчик. 3 килограмма, 48 сантиметров. Полностью здоров. Мать тоже чувствует себя нормально.

По залу разнесся вздох облегчения и радостные реплики. Хозяин расплылся в широкой довольной улыбке и встал, чтобы принимать поздравления.

— Ох, мое сердце так стучит, того и гляди выпрыгнет! — проговорила невысокая девушка, очень похожая на роженицу, видимо, сестра.

Игнат, которого напряжение, наконец, тоже начало отпускать, посмотрел на нее и улыбнулся:

— Признаться, и мое колотится в унисон.

И тут вдруг в помещении неожиданно снова наступила вопиющая тишина. Брови девушки отчего то недовольно сдвинулись, а уже через минуту врач вместе с ней оказался стиснутым в объятьях гостеприимного хозяина, сыплющего поздравлениями. Вся кают-компания взорвалась счастливыми криками и даже аплодисментами. Забавный народ, на Эрере так новорожденных детей не приветствуют.

— И? — первой задала вопрос Марлен после рассказа Игната.

— Что «и»? — слегка огрызнулся доктор. — Опрофанился я. Уже потом узнал, по прилете на Капицу. Оказалось, что наши с Бетси фразы, если они звучат вот так вместе, обозначают по местным традициям признание в любви. После этого неминуемо следует заключение брака.

— Что за дичь? — ужаснулась японка. — Ты иномирянин и мог не знать об их обычаях!

— Я и не знал! — почти вскричал Игнат, всплеснув руками.

— Незнание закона не освобождает от ответственности, — хохотнул Бобби, но, поймав на себе четыре осуждающих взгляда, замолчал и снова напустил серьезный вид.

— В общем, попытался объяснить хозяину судна тет-а-тет, что недоразумение вышло. Он мужик умный, однако со своими понятиями. Утверждает, поскольку я при всем цвете клана это брякнул, то пути назад нет. «Я, — говорит, — и сам не в восторге, впрочем, парень ты башковитый и рукастый. Дам денег, откроешь клинику на Капице, все честь по чести будет. Иначе, считай, весь род оскорбил, а после такого вообще не живут».

— А что, эта Бетси старая и страшная? — снова вставил Бобби.

— Почему⁈ Нет, — удивился Игнат. — Лет двадцати. Девяносто-шестьдесят-девяносто, хотя при невысоком росте это… значительно выпуклее выглядит.

— А, так ты ее уже и обмерил, — подмигнул механик.

— Да нет же! — взмолился доктор. — У меня Инесса на Церебро!

— Ты ему про это сказал? — с сочувствием уточнила Мира.

— Естественно! Но он непреклонен: «Невеста не жена. Была одна — станет другая».

— Ладно, — отрезал капитан. — Хватит переливать из пустого в порожнее, ситуация ясна. Как будем вытаскивать Петра, есть идеи?

— Да тут один вариант, — горько выдохнул доктор. — Мне идти сдаваться и жениться. Иначе они окольцуют брата. На лицо-то мы одинаковые, так что о подлоге никто и не догадается.

— А давайте я на ней женюсь? — предложил Бобби. — У меня ни Инессы, ни обязательств. В отпуск буду возвращаться в нагретую постель. Девушки с формами в моем вкусе.

— Прикуси язык уже, Бобби! — не на шутку разозлилась Марлен, встряхнув своими черными волосами, забранными в забавные хвостики. — Тебе абсолютно любые девушки по вкусу! А Петра выручать надо, а не паясничать.

— Да я же серьезно! — возмутился механик.

— Не выйдет, — обреченно покачал головой Игнат. — Ты оскорбления не наносил, не тебе и отвечать.

— Погоди! — снова осадил всех капитан. — Но ты же от них как-то сбежал? Значит, был план?

— Да я просто сделал вид, что согласился и даже обрадовался. Прогулялся несколько раз с Бетси. Она тоже совсем замуж не рвется. Учиться хочет на Сохо улететь — отец не отпускает. Вот она мне и показала, как тайком выбраться из «штаб-квартиры» и попасть в космопорт. Думал, сразу улетим, а тут вон как вышло. Петра наверняка теперь охранять станут.

— Раньше рассказать не мог? — начала сердиться Мира.

— Как бы это выглядело⁈ Сперва фокус с братом, потом я появляюсь с проблемами. Думал, обойдется…

— Индюк тоже думал, — отрезала пилот. — Рисуй план, все, что помнишь про эту штаб-квартиру и как в ней можно найти Петра.

— Пойдем выкрадывать назад! — с энтузиазмом потер свои крупные ладони Бобби.

— Да вы что! — встрепенулся доктор. — Там отлично охраняемое двадцатиэтажное здание из стекла и бетона! Не говоря уже про то, что город и окрестности с потрохами их, клана Франко.

— Никто никуда не пойдет! — вынес вердикт капитан. — Мы члены космофлота и обязаны оставаться в рамках правового поля. Поскольку Петру ничего не угрожает, сейчас расходимся по номерам и спим. А завтра я полечу к господину Франко и буду общаться с ним как официальное лицо. Посмотрим, что сможем сделать.

И Стивен поднялся, показывая рукой экипажу, что всех просит на выход. Команда послушалась, задержалась только Мира со спящим на руках Снежком.

— Может, я его оставлю здесь? — предложил капитан, поправляя полотенце у мордочки йети.

— Не надо, он может разгуляться и мешать спать. А ты сейчас и так будешь лежать несколько часов с открытыми глазами, прорабатывая алгоритмы. Не знаю я, что ли…

— Ну хорошо, — улыбнулся Стивен и, нежно поцеловав девушку на сон грядущий, закрыл за ней дверь.

— Если все же придется жениться, я готов! — превозмогая заметное отчаяние, выпалил Игнат, вслед направляющемся в душ капитану.

Стивен лишь отмахнулся:

— Сиди уже. Герой-любовник…

Петр намного лучше ориентировался в живой природе, нежели в этажах высотных зданий, многочисленных лестницах, переходах и лифтах. Поэтому даже при том, что его проводили в комнату, совершенно не скрывая и не завязывая глаза, он и к кабинету тучного мужчины вернуться не смог бы. Не говоря уже про выход на улицу!

Наконец одна из дверей привела не в новый коридор, а в просторную комнату. В отличие от кабинета главы похитителей, декорирована она была вполне по-домашнему. Хотя нет, скорее — по-гостиничному. Уютно, но обезличенно. Зато огромные панорамные окна, как на родной Эрере!

Оставшись в одиночестве, палеонтолог внимательно осмотрелся: в правой части комнаты располагалась двуспальная кровать с тумбочками. Там же вдоль стены шли дверцы, по всей видимости, скрытого шкафа. Посредине помещения находилась длинная стойка, которую, судя по всему, предполагалось использовать и как кухонный, и как письменный стол, и над ней же крепился свернутый экран для вывода изображений с терминала. В оставшейся половине разместился огромный диван и небольшой чайный столик.

Почему-то, несоизмеримо с ситуацией, страшно захотелось есть. Петр прошел и пооткрывал все ящики. Те, что отпирались без ключа, не скрывали ни холодильника, ни буфета, ни какого-либо запаса продуктов. Парень подошел к окнам и тут же отшатнулся. На Эрере-то как на Эрере, только там не принято строить жилые здания со спальнями… где-то в небе. Петр окинул комнату взглядом вторично. Нет, совершенно точно он раньше в ней не был. Могло ли произойти такое, что между похищением в «Сан Паласе» и прибытием сюда происходило еще что-то, чего он не помнит? Все-таки тучный обратился к нему по имени… Голова болела, и это сильно усложняло мыслительный процесс.

Парень вернулся к двери и с надеждой дернул за ручку. Чуда не произошло — заперта. Тогда Петр постучал и попросил… отпустить его в кафе. Должно же оно быть в таком здоровом здании? А ничего лучше в голову больше не пришло. В ответ — тишина.

Похищенный вернулся к дивану и сел. Сколько его, интересно, собираются морить голодом? И главное, зачем Петр им нужен⁈ Что там пробормотал тучный — «будущий зять»⁈ Зять не фиг взять. А может… есть? Вдруг им с Игнатом обломилось какое-нибудь гигантское наследство от неизвестного дядюшки, ранее затерявшегося в глубинах космоса? Мафия же о нем прознала и решила женить, чтобы наследство, так сказать, «законно» изъять. А он потом в брачную ночь «нечаянно» выпадет из окна. Трупы же ни на что не претендуют?

В этот момент входная дверь неожиданно открылась, и долговязый тощий официант, зачем-то одетый в высокий поварской колпак, вкатил тележку, накрытую белоснежной скатертью и уставленную блюдами настолько, что для еды их бы пришлось снимать на другой стол. Хм… Это его так, что ли, пытаются задобрить и усыпить бдительность? Юноша оставил тележку около Петра, а сам отошел, встал чуть левее двери и замер, как часовой. Вот даже поесть спокойно не дадут!

Но стоило Петру чуть придвинуться к тележке, как скатерть поднялась, и из-под нее высунулось милое девичье лицо со стрижкой каре.

— Откати! Не видишь, что вылезать неудобно? — прошипела гостья недовольно.

Парень оторопело сдвинул столик на колесах, и девушка с грациозностью ассистентки фокусника, появляющейся из распиленного ящика, выбралась наружу. Она была невысокая и затянутая в узкий глянцевый комбинезон по последней клубной моде, что подчеркивало ее округлости. Которые, впрочем, и без подчеркиваний выступали очень выразительно.

— Ты как, дурик, здесь оказался? — задала она второй вопрос опешившему Петру, и, видимо, по-своему поняв его молчание, пояснила: — Камеру закрывает голова Энзо, поверь — проверено. Так что нас не видят, — а потом запустила руку за пазуху и извлекла оттуда небольшой диск, — и не слышат. Эта штука создает звуковые помехи. Так что ты здесь делаешь?

— Меня похитили из отеля «Сан Палас», — ответил Петр, выходя из ступора.

— Отеля? А что ты там делал⁈ Мы же договорились: я тебя вывожу до космопорта, запрыгиваешь в патрульный катер и тю-тю? — возмутилась брюнетка.

Пазл в голове палеонтолога наконец-то начал складываться.

— Простите, вы, вероятно, думаете, что я Игнат…

— Чего это вдруг? Я знаю, что ты Петр!

— Нет, я в том смысле, что он — это не я.

Девушка посмотрела на Петра чуть внимательнее:

— Не думала, что тебя папин бультерьер так сильно приложил. Мне вообще никакой муж не нужен, а уж со съехавшей крышей и подавно. Хотя… Ну-ка, встань и пройдись!

Парень выполнил пожелание.

— Черт! — шокировано вскрикнула гостья, плюхаясь на диван. — Ты и правда не он!

— Игнат мой брат-близнец, — терпеливо пояснил Петр, в надежде, что теперь-то они смогут нормально пообщаться, и он для себя все прояснит.

— Да уж! Женихи плодятся, как грибы после дождя! И что мне с тобой делать? Отец теперь везде понатыкал охраны. До свадьбы глаз не спустят.

Петр промолчал. Идей не было.

— Короче, какие я вижу варианты, — снова заговорила девушка, загибая первый палец, — мы женимся, ты меня забираешь на корабль и высадишь где-нибудь поближе к Сохо. Сразу развестись нельзя, а то по твою душу папа пришлет кого-нибудь. Но через годок-другой, думаю, нормально. Он контроль уже ослабит и не заметит… Второй вариант — ты ему расскажешь, что ты — не ты, приведешь брата, и меня окольцуют с ним. Отцу так-то все равно — родственники видели только твое лицо, а не документы. Ну и третий — ты отказываешься и завтра встретишь рассвет на дне Гудзона.

— Простите, где? — переспросил Петр, который никак не мог поверить, что все происходящее — правда, а не плод его воспаленного после удара мозга.

— Да есть тут у нас небольшой залив…

— Человечество расселилось по космосу, а ничего оригинального так придумать и не может, — вздохнул парень.

— Я, вообще-то, хоть и не оригинальных, но целых три идеи высказала, а ты только критикуешь! — обиделась собеседница и поджала губки.

В общем-то, она была хорошенькая, и ее напор Петру даже понравился. И в отличие от брата, парень был полностью свободен и… не чужд духу авантюризма:

— Ладно, я женюсь на тебе.

— Отлично! — оживилась девушка. — Разумеется — все фиктивно. Только скажи отцу, что в вашем роду не примут невестку без образования, так что после свадьбы — ты меня сразу в институт. И учти — если он меня не отпустит, я сделаю так, что и ты останешься. Так что будь убедительнее! Арриведерчи!

После этой тирады брюнетка переставила с тележки на чайный столик несколько накрытых крышкой блюд и, ловко согнувшись, нырнула в свое убежище под скатерть. Официант у входа сразу словно ожил и, выкатив столик в коридор, запер дверь. Петр же открыл одну из тарелок, приготовившись «отпраздновать» проводы холостяцкой жизни.

Когда Стивен выходил утром из гостиницы, ему вслед с открытым ртом смотрел весь персонал «Сан Паласа». Нет, парадную форму он с собой, конечно, на отдых не брал, но слетал за ней ночью на катер, пока обдумывал визит к главе клана Франко. И сейчас, в белом мундире, с капитанскими аксельбантами и настоящими боевыми орденами он, пожалуй, произвел бы впечатление на кого угодно. Стивен надевал парадный вариант только в случаях крайней необходимости. А уж награды и того реже. Не то чтобы был скромным, просто не любил привлекать внимание и выпячивать заслуги. Сейчас же ситуация, похоже, требовала и того и другого.

Капитан заранее полистал галасеть и в общих чертах составил впечатление, что этот Джакопо Франко из себя представляет. Потомок первопереселенцев в седьмом поколении, он все равно оставался винтиком той системы, которая сложилась на Капице изначально, когда территории поделили между двадцатью тремя кланами. Вот и сейчас глава каждого рода на своей земле оставался царем и богом. Все общепланетарные вопросы решались советом кланов, в который входили представители каждого рода. И хотя планета давно состояла в Обитаемой зоне и подчинялась общегалактическим законам, некоторые феодальные замашки у клановых верхушек сохранялись. Официально, естественно, вендетта была строжайше запрещена, хотя испано-итальянские корни нескольких кланов до сих пор давали о себе знать. И это при переговорах с Франко необходимо обязательно иметь в виду.

Джакопо принял Стивена как дорогого гостя. Капитан уже приготовился излагать доводы в пользу необходимости присутствия на патрульном корабле Петра Капеля и попытаться сторговаться на какой-либо компенсации, как глава клана его опередил.

— Сэр Браун! Мы как раз хотели приглашать вас и экипаж судна на свадьбу! Вот ваши карточки, — и он, грузно приподнявшись с элегантной софы, протянул Стивену стопку приглашений на церемонию. — Поскольку молодые приняли решение так скоропалительно, свадьбу пришлось организовать не с тем размахом, ну уж что поделать!

— Спасибо! Однако, при всем уважении, сперва я хотел бы поговорить со своим подчиненным. А вчера неожиданно его на месте не оказалось.

— Ну так вы же отпустили команду в увольнение, разве нет? — с улыбкой поддел Джакопо.

Обо всем-то он уже в курсе!

— Отпустил. Но права на расторжение контракта не давал. Вы, вероятно, не знаете армейских тонкостей, — Стивен слегка выделил слово армейских, так как на планетах космофлот, являющийся силами галактического правопорядка, не слишком отличали по спецификам подразделений. — Однако, при всем моем и Петра желании, он не сможет покинуть службу ранее окончания контракта. То есть в лучшем случае через два года.

— Да, я в курсе! — закивал визави, заботливо пододвигая к капитану чашку с исходящим паром ароматным кофе. — Поэтому и торопимся. Завтра свадьба — послезавтра вылет. Все будет по графику!

«Черт побери, да что ж им этот Петр дался? — досадливо подумал Стивен. — Может, Франко вообще все изначально подстроил, чтобы скажем… скрыть крамольную беременность дочери? Удобно же — свадьба была, запись в галабазе есть — дурного никто не заподозрит, а зять где-то там, среди звезд, и никакого спроса. С другой стороны, ляпнуть ту самую злосчастную фразу он же Игната не вынуждал…»

— И все-таки я хотел бы пообщаться с Петром. Сейчас и наедине. Вы же не против?

— Пожалуйста, — пожал плечами Джакопо. — Я как раз хотел сходить посмотреть, как идет подготовка. Можете общаться без проблем, это моя личная гостиная, и тут нет прослушки.

Глава клана встал и, махнув головой телохранителю следовать за ним, удалился. На несколько минут капитана оставили одного. Стивен осмотрелся. Про видеонаблюдение он, конечно, не поверил, хотя и заметных записывающих устройств в глаза не бросалось. В любом случае ему нужно понимать сложившуюся ситуацию, так что придется как-то маневрировать.

Наконец дверь открылась, и зашел Петр. Выглядел он неплохо, разве что чуть более растерянным, чем обычно.

— Я знаю все подробности ситуации, — сразу поставил точки над i капитан, чтобы не выдавать существование Игната. — Ты действительно собираешься жениться по доброй воле?

Петр смущенно улыбнулся:

— Да, я подумал, что это хорошая идея. Только у меня к вам… большая просьба.

— Слушаю, — напрягся капитан, думая, что сейчас ему предстоит расшифровать фразу с двойным дном.

— У Бетси нет образования, кроме школы, а мои родные никогда не признают невестку-неуча. Можно ей с нами полететь до Эреры? Пока я буду в рейдах, жена поступит в институт и наверстает упущенное.

Стивен задумался. Никого подвоха в просьбе он не увидел, кроме разве что излишней щепетильности Капелевских родственников, которая в современном мире вряд ли могла быть правдой. Но еще один путающийся под ногами пассажир на катере⁈ Впрочем, космофлот своих не бросает, а палеонтолог уже вроде как не чужой.

— Хорошо, — сухо ответил капитан. — Только всю ответственность за жену полностью берешь на себя!

Петр с облегчением закивал.

— И, — Стивен окинул фигуру парня в бриджах и цветастой футболке, — у тебя есть что надеть на церемонию, или привезти?

— Есть, — снова сконфузился Петр, словно в сложившейся ситуации действительно виновен он, а не нелепая случайность. — Мне доставили из магазина целую коллекцию для выбора и сейчас подгоняют по фигуре.

Капитан кивнул и, попрощавшись, вышел. Было ясно, что раз Петр согласился, Франко его из своих цепких лап не выпустит, пока родня не убедится, что к клану отнеслись с полным почтением. Впрочем, они же собирались отдохнуть? Вероятно, девчонки и Бобби обрадуются возможности повеселиться.

С этими мыслями Стивен, вернувшись в «Сан Палас», и направился к Мире.

— О! Мой! Бог! — проговорила она, впуская капитана в номер и завороженно на него глядя.

— А мне казалось, что это заблуждение мы развеяли уже много недель назад, — хохотнул Стивен, которому, однако, такая реакция была очень даже приятна. — А где Марлен?

— Ушла прогуливать Снежка. Стив! Тебе так идет этот мундир! — проговорила Мира, подступая к капитану почти вплотную. От ее запаха и самого факта присутствия рядом внутри мужчины все снова завибрировало.

— Петр женится по собственной воле, а нас завтра ждут на свадьбу, — и капитан показал карточки, развернув их веером и стараясь сохранять невозмутимость.

— Здорово! — ответила пилот, понижая голос и делая еще небольшой шаг вперед. Ее грудь вжалась в мундир Стивена, и его самообладание, проверенное десятками боев, снова дало трещину.

Он резко обнял Миру и впился в ее губы поцелуем. Пусть знает на будущее, что бывает, если его дразнить.

— Стив, Марлен может вернуться в любой момент, — вяло сопротивляясь, прошептала пилот.

Капитан, не отрывая губ, на ощупь нашел защелку дверного замка и повернул его.

— Значит, подождет в коридоре, — хрипло пробормотал он, поднимая девушку на руки и неся к кровати.

На катере с самого утра стояла кутерьма. Сначала вернувшаяся из «отпуска» команда принимала работу, потом взялась активно готовиться к торжеству, на которое была приглашена в полном составе. За исключением Игната, конечно, о существовании которого клану Франко знать не полагалось.

— Доктор, ты не расстраивайся, мы тебе кусок свадебного торта умыкнем! — с энтузиазмом объявила Марлен хмурому парню, норовящего прошмыгнуть между стоящими в проходе механиком и биологом.

— Спасибо, я не ем сладкое, — бросил тот и поспешил скрыться в своей каюте.

Мира подозревала, что Игнат просто расстроен тем, что спровоцировал скоропалительную женитьбу брата. Хотя, положа руку на сердце, ну в чем тут его вина?

Воспользовавшись привлеченным к доктору вниманием, Мира тоже попыталась незаметно просочиться мимо балагурящей пары. Но не тут-то было.

— Стой! Ты куда это? — поймала ее японка за рукав.

— А… вы куда? — выкрутилась пилот, не успев придумать лучшего ответа.

— Кэп едет с Бобби за костюмом. Парадный мундир ему оказался почему-то мал, — и биолог панибратски похлопала механика по животу, кстати, совершенно плоскому.

Однако Бобби все же делано оскорбился:

— Ничего подобного! Слегка подраскачался — это да. Ну и не надевал его года два…

— Удачи! — кивнула Мира и попыталась продолжить путь.

— Минуточку! — снова ей преградила дорогу Марлен, — А ты в чем пойдешь?

— В форме, — устало выдохнула пилот, уже представляя, что за этим последует.

— Ты что⁈ — горячо возмутилась биолог. — Каждый день, что ли, на свадьбы ходишь?

— Действительно! — поддержал ее Бобби. — Красивые девушки должны надевать красивые платья.

И он, подмигнув Мире, хлопнул с Марлен рука об руку. Спелись, голубчики!

— Надевай золотое, которое купили на Валиноре! — распорядилась японка. — И приходи ко мне в каюту делать прическу и макияж. Вдвоем сподручнее!

— Не боитесь, что в золотом меня еще быстрее, чем Петра, украдут, и останетесь без пилота? — зловеще прищурилась Мира.

К спорящим как раз подошел капитан.

— Нет! — категорично отрезала Марлен. — У тебя вон два каких телохранителя будет, — и она кивнула на Стивена и Бобби.

— А от тебя кто будет женихов отбивать? — схватилась за последнюю соломинку Мира.

— Сама справлюсь, — гордо задрала маленький носик Марлен. — Я знаю карате, яйки-до… и много других страшных слов! — и она, изобразив в воздухе руками какую-то «мельницу» и пародию на удар, отправилась к себе в каюту.

— Я иногда очень сомневаюсь, сколько ей лет, — хмыкнул Бобби.

— Некрасиво указывать женщине на ее возраст! — бросила не остывшая от перепалки с подругой Мира.

— Да я, наоборот, думаю сколько она себе в паспорт дополнительно пририсовала, — засмеялся механик и направился к выходу.

Стивен, прежде чем последовать за ним, притянул Миру к себе и, поцеловав в щеку, прошептал на ухо:

— Мне бы было приятно увидеть тебя в золотом…

И поспешил за Бобби. Ну что тут скажешь — Стивен использовал запрещенный прием. Теперь без вариантов. Мира вздохнула, зашла в свою каюту и сняла с вешалки «то самое» эльфийское платье.

Снежок, наблюдавший за ее действиями со столика, издал протяжный выдох. Мира обеспокоенно обернулась. Йети же, увидев это, приложил одну лапку ко лбу и, раскинув остальные, шмякнулся на спинку и закрыл глаза. Вот и где только нахватался такого⁈

— И ты, Брут, — слегка обиженно проговорила девушка, беря со столика сумочку с косметикой и аксессуарами для волос. — Еще бы язык вывалил!

Йети, поняв, что он забыл эту важную деталь, тут же послушался и протиснул к уголку рта довольно короткий розовый язычок. Пилот прыснула, и все напряжение с нее как рукой сняло. Ну в платье, так в платье. В конце концов, страшные слова она не хуже Марлен знает. А также приемы преподаваемого в академии курса самообороны и ближнего боя.

Подруга уже поджидала Миру, рисуя перед зеркалом фирменные стрелки, делающие ее глаза, как она сама говорила, «более азиатскими». На столике была навалена гора из средств для макияжа всех мастей — тонального крема, теней, туши, помад, консилеров, пудры, карандашей для бровей и губ…

— Ты ограбила косметический магазин⁈

— Пф-ф, — фыркнула Марлен, чуть отводя подводку от века, чтобы не смазать линию, — да тут даже на лоток не наберется. Все только самое необходимое.

Мира пораженно рассмотрела ассортимент и задумчиво выудила из кучи баночку с белой субстанцией, похожей на грим:

— А это для театра Кабуки?

Марлен, как раз закончила с глазами и, развернувшись, отобрала у пилота находку:

— Ты не тем занята! Выкладывай свои запасы на кровать, посмотрим, что из них пригодится. А потом садись вот на стул, буду делать тебе прическу.

— Может, просто аккуратный пучок? — предложила пилот, однако покорно занимая указанное ей место.

— Ми-ра! — протянула японка, как будто такой способ улучшал доходчивость информации. — Мы идем на свадьбу к главе клана! К одному из двадцати трех самых влиятельных людей планеты! А ты… «пучок».

— Не к нему, а к дочери! И вообще, это мероприятие фиктивное!

— Он-то не знает! Так что нужно выглядеть на все сто! — прокомментировала Марлен, начав что-то изобретать из длинных русых волос пилота.

Снежок, который к этому моменту уже забрался на столик, осмотрел «сокровищницу» и пару раз чихнул от запахов, теперь сосредоточился на разглядывании творения биолога. Марлен что-то неустанно скручивала, закалывала, поднимала… Время шло и шло, и Мира, сидящая к зеркалу спиной, начала нервничать от какого-то предчувствия. Тем более что восхищенный взгляд Снежка стал медленно трансформироваться в шокированный, а потом йети и вовсе начал прихихикивать.

— Все! — с чувством выполненного долга произнесла довольная Марлен, и пилот обернулась, чтобы наконец на себя посмотреть.

— Эт-то… это что за вавилонская башня? — заикаясь, уточнила Мира.

На ее голове возвышалась сложная многоярусная конструкция в японском стиле с прикрепленными к волосам заколками в форме цветов.

— Бункин-но такасимада, — с радостью пояснила биолог. — Нравится? Я подумала, что на европейке это будет смотреться очень оригинально!

— Эм-м… Оно, конечно, красиво, но я не хочу выделяться вообще, тем более настолько!

— Ладно уж, садись назад, — грустно выдохнула Марлен. — Соберу тебе банальную улитку.

После того как с образом Миры было закончено, биолог под смешки мельтешащего вокруг девушек йети попыталась соорудить что-то оригинальное и себе. В итоге ее выбор вернулся к повседневной прическе из двух шишек со свисающими из них хвостами.

Сборы, однако, истратили так много энергии и времени, что подруги решили перекусить. А вернувшись, замерли на пороге. Точнее, замерли уже потом. А сперва Марлен громко завизжала и схватилась за щеки.

Складывалось впечатление, что в каюте в отсутствие девушек произошел взрыв. «Штучки», ранее образовывающие гору на столике, теперь равномерно устилали всю каюту, причем баночки и тюбики оказались открыты, пудра витала в воздухе и слегла припорашивала кровать, а тенями были нанесены на пол непонятные руны. Посреди этого великолепия красовалось… нечто.

Шерсть на его голове была вымазана разными цветами, а щеки, превращая мех в сосульки, покрывал слой жирных румян. По всему телу, не исключая уши и конечности, висели многочисленные заколки в виде цветов и птичек, гребешки со стразами и различные бантики. Довершал образ рот: вокруг него, словно чудовище только что кого-то загрызло, густо лежал слой алой помады, за котором блестели два ряда острых белоснежных зубов. Бр-р-р! И только восторженные черные глазенки выдавали в существе того, кто еще полчаса назад звался Снежком.

— Капиц! — произнес Бобби, только что появившийся вместе с капитаном за спинами девушек.

— Это же он с нас пример брал, — ошарашенно произнесла Мира. — Тоже поехать на свадьбу хочет.

Словно подтверждая ее мысли, оскал «монстра» дополнительно расширился. И тут неожиданно вперед протиснулся Стивен и присел перед Снежком на корточки. Конечно, даже так он возвышался над ним, как гора над булыжником, но все-таки становилось проще разговаривать, глядя в глаза.

— Хочешь ехать с нами на праздник? — серьезно спросил капитан.

— Какая там стадия, когда с животными разговаривают? — едва слышно прошептал Бобби над ухом Марлен, на что она, не оборачиваюсь, слегка двинула механику локтем в живот.

Стивен имел тонкий слух, только какой смысл на Бобби реагировать? Тем более, когда стоящий напротив «монстр» понял вопрос и радостно закивал.

— Тогда вот это все, — и капитан аккуратно, чтобы не обидеть Снежка, дотронулся до одного из цветков, — придется убрать. А также быстро искупаться и высушиться феном. Понимаешь, — и Стивен указал сначала на себя, а потом на йети, — мы — мужчины, а мужчины не красятся и заколок не носят.

Питомец посмотрел внимательно на Стивена, потом — на стоящего в дверях Бобби и… снова закивал. Команда быстро, в восемь рук, поснимала со Снежка все украшения, и Марлен с Мирой утащили его мыться. Для питомца специально на Валиноре была приобретена ванночка, так что теперь этот процесс стал значительно удобнее.

В итоге, когда все четверо людей вышли к аэрокару, Снежок, распушившийся от теплого воздуха и сейчас напоминающий меховой шар, гордо восседал у Миры на плече — белоснежный, как ему и полагается.

— И все-таки даже мужчина может себя кое-чем украсить, — неожиданно сообщил ему Бобби и, сняв черный галстук-бабочку, водрузил его на питомца.

Йети в момент задрал носик еще выше, словно ему только что прикололи орден за особые заслуги.

— Так и скажи, что ты не привык носить галстук, и он тебе шею жмет, — шепотом, чтобы Снежок не услышал, бросил капитан.

— Кэп, не палите контору, — в том же тоне ответил механик, садясь в аэрокар.

…Свадьба проходила без эксцессов. Не то чтобы они ожидались, но когда «история любви» начинается с похищения жениха — ничего нельзя исключать. Мероприятие проходило в огромной подвесной галерее, которая, как мост, соединяла два многоэтажных здания. Все стены сооружения были прозрачные, а территория засажена вечнозелеными деревьями. Прямо-таки висячие сады Семирамиды во плоти!

В хорошую погоду купол над парком открывали, а в плохую здесь по-прежнему можно было прогуливаться и отдыхать, глядя, как струи воды огибают стеклянную крышу. Сегодня светило солнце, поэтому собравшиеся гости вместо душного храма сидели на скамьях на свежем воздухе, выслушивая длинную речь священнослужителя. Петр считал себя православным, Бетси — католичкой, однако такие «смешанные» браки давно никого не смущали. Какого священника нашли — тот и провел обряд. И каждый остался при своей вере. Удобно.

Франко обещание сдержал и позвал только самых близких. Их набралось человек триста. Петр выглядел роскошно, правда, снова смущенным. Невеста… тоже ничего, впрочем, женскую красоту Стивен объективно оценить не мог. Около него сидела Мира и затмевала великолепием всех женщин вселенной вместе взятых. Да, вероятно, это был лишь взгляд влюбленного, но, глядя на то, как мужчины сворачивают в их сторону шеи, капитан для надежности ни на шаг от девушки не отходил.

После официальной церемонии состоялся банкет, поздравления, танцы — ничего такого, чтобы Стивен ранее не видел. Похоже, самой оригинальной здесь оставалась традиция делать предложение, из-за которой их доктор и влип.

Под конец торжества в зал на специальной тележке ввезли огромный торт. Стивен откровенно удивился. Обычно из таких, только бутафорских, выскакивали приглашенные на мальчишник стриптизерши. Тут же свадьба уже шла к концу, и такой демарш смотрелся бы… скажем так, странно. И здесь всю гигантскую конструкцию в человеческий рост действительно покрывал крем и украшения из мастики. Однако по специальному сигналу верх торта отскочил, и из него в синее небо вылетела стая белых голубей. Красивая традиция. По парку, заставленному столиками с гостями, пронесся возглас восхищения. Видимо, голуби все-таки были не традицией, а, наоборот, «фишкой» призванной удивить. Впрочем, на этом действо с тортом не закончилось.

Нижний его ярус высотой в пару ладоней неожиданно затрясся, и из него, к ужасу собравшихся раскидывая кремовые брызги во все стороны, выскочил Снежок. Хотел, видимо, повторить «голубиный» сюрприз, но взлететь не смог. Зато взлетели со своих мест Мира и Марлен. Девушки кинулись к йети и очень быстро вынесли его из зала.

Стивену пришлось с умным видом сообщить, что это древняя традиция его семьи, таким образом благословлять на счастливый брак. А тех, на кого попали кремовые брызги, и вообще в ближайший год ждет какой-то весомый прибыток или благополучие. Капитан врать не любил, однако, когда делал это сейчас, чувствовал легкое мстительное удовлетворение, что сумел отплатить «поборнику традиций» Франко его же монетой.

После проделки Снежка Мира с Марлен на пару оттирали его бумажными полотенцами в дамской комнате, а следом пытались отмыть свои вымазанные кремом платья. Но водолюбивый йети, не умеющий просто так ждать, умудрился снять кран, подсоединенный на гибком шланге, и помочь девушкам в «постирушке». В итоге обе сотрудницы космофлота выглядели как мокрые, общипанные курицы. Хорошо хоть из-за свадьбы в коридорах почти никого не было, кроме охранников, шокировано глядящих им вслед. Так, короткими перебежками, чтобы не попасться никому на глаза и дополнительно не опозориться, девушки добрались до своего аэрокара.

Плюхнувшись внутрь, Марлен принялась хохотать, а Мира нешуточно сердилась. Вот как объяснить этому мохнатому егозе, что он делает что-то не то? Вообще непонятно, как там сейчас капитан станет спасать положение. Промолчать-то в такой ситуации нельзя. А с Франко станется потребовать не только компенсацию за испорченный торт, но и моральный ущерб…

К счастью, Бобби со Стивеном не заставили себя ждать. Оба выглядели вполне позитивными, даже довольными, а в руках механика еще и поблескивала большая коробка с тортом.

— Нам дали с собой? — удивилась Мира.

— Там всем раздавали, — с готовностью пояснил Бобби. — У них традиция такая. Торт есть полагается дома, в то время как… свое сладкое, в общем, у молодоженов.

— Правильно, Бобби! Не надо выражаться при ребенке!

— Марлен! Снежок — животное! — возмутился механик.

— Сам ты животное! — наигранно надулась японка, тиская питомца. — А Снежок — пусечка!

— О-о-о-о, — только и проговорил Стивен, который пристегнул ремень и успел повернуться к Мире. — Вы его что, в фонтане отмывали?

— Типа того, — буркнула пилот, мечтающая уже добраться до катера и переодеться в сухое. — А что это у нас? Конвой на хвосте? — добавила она, заглядывая в экран заднего вида.

— Нет, это наших молодоженов сопровождают. И насколько я слышал, охране приказано дождаться отбытия катера, чтобы убедиться, что Бетси с мужем благополучно улетели.

— Бетси⁈ — раздалось хором, но с разными интонациями.

Капитан хмуро пояснил:

— Мы подбросим ее до Эреры. Это было непременное условие, иначе пришлось бы здесь оставить и Петра.

— М-да… А его бросать нельзя, — понимающе вздохнула биолог. — Мы в ответе за тех, кого приручили.

До патрульного катера Мира вела аэрокар вручную, хотя могла и выставить автопилот. Заразная оказалась у Стивена привычка. Зато и неплохо помогала. Позволяла создать иллюзию, что девушка все контролирует. А успокоиться ей сейчас было ох как надо.

Наконец аэрокары влетели на территорию космопорта, однако перед катером их ждал новый сюрприз — придремавший на аэроскутере офицер местной полиции.

— Этому-то что от нас надо? — думая, что говорит себе под нос, бросила Марлен.

— А давайте не будем выяснять? — шепотом предложил Бобби. — Я его сейчас тихонько отгоню подальше, и взлетим.

Капитан сурово взглянул на механика:

— Мы — патруль космофлота, а не зайцы-безбилетники.

После чего подошел к скутеру и потряс парня за плечо. Тот встрепенулся, дезориентированно посмотрел по сторонам, потом, видимо, осознав, где он, быстро приосанился и одернул китель. Совсем молодой, наверное, только после учебки.

— Капитан катера М184? — начал он с некоторым вызовом в голосе.

— С кем имею честь? — сухо вопросом на вопрос ответил Стивен.

Оппонент сбился, видимо, запоздало вспомнив, что по правилам ему полагалось сначала представиться самому. А может, просто допроснулся и увидел капитанские ордена.

— Офицер Транзетти, — произнес он уже совсем с другой интонацией. — Дело в том, что приписанный к этому судну аэрокар под вашим управлением, позавчера превысил скорость в курортном секторе в три раза…

— Вину признаю, у нас была чрезвычайная ситуация. А разве штрафы в таком случае не списываются безакцептно со счета?

Парень покраснел, как будто это он натворил что-то противозаконное:

— Нет, сэр. По закону планеты такое нарушение наказывается тремя сутками тюремного заключения или отработкой.

— Я не могу оставаться здесь трое суток, у нас плотный график. Что там с отработкой?

— Там… городской парк, — еще тише пробормотал полицейский, — И он большой. Вы и за трое суток не управитесь, не то что быстрее.

— Но можно же отработать всей командой? — первой нашлась Марлен.

— Да пожалуйста! Это правилами не воспрещается! — обрадовался парень, что сами же нарушители нашли выход из этой неловкой ситуации.

К разговаривающим как раз присоединились молодожены.

— А что, нельзя решить вопрос как-то иначе? — с высокомерием уточнила Бетси, грозно подступая к полицейскому.

Офицер еще больше растерялся:

— Что вы имеете в виду?

— Сейчас узнаешь! — грозно заверила невеста, успевшая, правда, уже переодеться в дорогой брючный костюм ярко-вишневого цвета.

Она отошла от собравшихся и принялась кого-то набирать по комму. Мира даже не сомневалась, что «принцесса» побежала за помощью к папочке. Нет, пилот, конечно, была бы сейчас рада любой поддержке, хотя выбранный Бетси способ решать проблемы вызывал у нее глубокую антипатию. На удивление, после эмоциональной, но непродолжительной беседы Бетси вернулась поникшей:

— Во сколько надо быть у парка?

— Не позже девяти тридцати, — выпалил полицейский, явно мечтающий как можно скорее закончить с таким неприятным заданием.

— Хорошо, мы будем, — быстро ответил капитан и, открыв с комма катер, жестом пригласил девушек вперед.

— Что, папа отказался заступаться? — пытаясь скрыть усмешку, поинтересовалась Марлен у идущий рядом Бетси.

Та недовольно скривила симпатичное лицо, но ответила:

— Говорит, что «он не для того подписывал эти законы, чтобы самому их нарушать».

Поднявшись в катер, «жених» поспешил показать Бетси ее каюту. Последнюю, кстати сказать, остававшуюся до недавнего времени свободной на корабле. Весь экипаж знал, что брак фиктивный, и притворяться дальше смысла не было. Правда, еще, видимо, не отойдя от застольного театра, Петр попытался поцеловать жену на сон грядущий, только та оперативно захлопнула перед его носом дверную створку.

Мира сидела в пилотском кресле, а вокруг снова раскинулась бескрайняя чернота с вкраплениями звезд. Вот теперь она на своем месте. Рядом капитан, Марлен, Бобби и… Игнат. Насчет последнего немного непривычно, как человека они его еще узнать не успели, но все равно… правильно, что ли. От отдыха, каким бы он замечательным ни был, уже захотелось отдохнуть.

Петру с Бетси мест в кабине не хватило, но, может, это им и на пользу? Проведут вдвоем какое-то время, вероятно, получше познакомятся. Палеонтолог не скрывал интереса к фиктивной жене, чего не скажешь про девушку. Мире почему-то казалось, что бежит та с планеты вовсе не с целью поступить в университет и учиться, учиться, учиться, а просто слинять из-под папиного надзора и жить на широкую ногу. Тем более ее личный счет теперь ощутимо пополнился приданым и свадебными подарками, о чем «принцесса» зачем-то похвалилась всему экипажу. Решила показать Игнату, какая она выгодная невеста? Так доктор знал, от чего отказывается, да и Бетси сама его вывела к космопорту, вроде как не стремясь замуж. Все эти подковерные игры были слишком для Миры. Она не любила их ни распутывать, ни тем более в них участвовать. Слава богу, в ее жизни все понятно — штурвал под руками, любимый мужчина рядом, больше нечего и желать.

А вчерашний день пилот и вообще вспоминала с улыбкой. Ровно в девять тридцать утра весь их небольшой коллектив, «забыв» Игната, которого для Капицы не должно было существовать, но прихватив Бетси (вышла замуж — пускай отдувается), стоял перед воротами городского парка. Если они хотели улететь, то за предстоящий день экипажу требовалось окопать деревья, собрать листья, в общем — навести порядок. Судя же по забору — территория была огромная. Но, при входе в парк их ждал очередной сюрприз. На этот раз удивительный и приятный.

С лопатами, граблями, тяпками и прочим доисторическим инвентарем (из техники нарушителям скоростного режима полагалась только газонокосилка) стоял почти весь «цвет» клана Франко во главе с Джакопо.

— Папа? — шокированно пропищала Бетси. — Ты же отказался помочь⁈

— Я отказался нарушать закон! — поправил один из самых влиятельных людей планеты, обнимая «зятя» и крепко хлопая его по спине. — А прийти на выручку молодоженам — это разве не то, для чего нужна семья?

Потом был очень позитивный день труда на свежем отдыхе, с заводными песнями, прибаутками и положенными для второго дня свадьбы подначками молодоженов. А также пикник на свежем воздухе под запах свежескошенной травы и ароматов потрясающей домашней выпечки, которую принесли с собой «гости». А к концу дня Мира и вообще чуть не прослезилась. Искренне. Потому что «наказание» вышло очень душевным и «домашним», не то что вчерашний чопорный праздник. Пилоту даже стало слегка совестно, что они в какой-то степени обманывают всех этих людей. Впрочем, Франко сам их загнал в такие условия…

До TOI-700 d оставалось еще дней пять полета, и Мира их рассчитывала потратить на изучение предполагаемого места посадки. В первоначальном рейдовом плане планеты не значилось, но пришла срочная директива, требующая туда заглянуть. Патрульный катер Брауна оказался ближайшим, так что ничего не попишешь.

Когда-то очень давно TOI-700 d рассматривали как возможный новый дом, но, добравшись до нее, исследователи остались разочарованными. Да, у планеты имелась атмосфера и вода, но это воодушевляло лишь в первую волну колонизации. А после открытия Сохо, Тигарден-Би, Эреры, Кеплера 442-Би и других планет, чьи условия жизни ничуть не уступали земным, никто уже не хотел выделять гигантские средства и заморачиваться освоением «сомнительных объектов».

Однако планета находилась внутри Обитаемой зоны, и происходящее на ней касалось всей цивилизации. Так что пришедший по душу патруля сигнал о TOI-700 d проигнорировать не представлялось возможным. Паршиво, что сообщение оказалось несколько корявым, и по нему было совершенно не понять, чего именно стоит ждать. Природных катаклизмов? Пиратского гнезда? Вмешательства незаконных переселенцев? Придется быть готовыми ко всему.

Мира настроила автопилот и отправилась на кухню глотнуть кофе, чтобы «активировать» мозг перед приемом информации. И что она тут застала?

Снежка, сидящего на стуле, с зажатой в руке надкусанной, но (невиданное дело!) не съеденной еще целиком морковкой. Блестящие глаза карликового йети не мигая смотрели на экран «фальшокна». Сейчас там демонстрировался эпизод из какого-то мультфильма про рыжего кота.

Мира подошла к питомцу и помахала ладонью перед его мордочкой. Тот даже не обратил на нее внимания, а лишь сдвинулся на стуле, чтобы возникшее препятствие не мешало просмотру.

— Та-а-ак! — сурово проговорила пилот. — Это кто у нас тут подрастающее поколение зомбирует⁈

Виновник, как по мановению волшебной палочки, как раз зашел в камбуз.

— Отлично ж я придумал, да⁈ — хохотнул Бобби, кивая на мохнатого приятеля и не замечая сведенных Мириных бровей.

— Отлично⁈ — возмутилась девушка, поставила руки в бока и начала медленно наступать на амбала.

— А что не так-то⁈ — искренне удивился механик. — Сидит тихо. Развивается.

— В чем именно он развивается⁈ Ты ему поставил программу для стимулирования логики? «Читаем для малышей» или, может, «Познаем мир вместе с Шокотушей?»

— Нет, — чуть отступив и почесав затылок, растерялся Бобби. — Просто мультики…

— Не просто мультики! А мультики, в которых кот устраивает всякие пакости и подлянки! Тебе что, наша жизнь на катере показалась слишком скучной?

— Эх, черт, не подумал! — сообразил, наконец, механик, в чем проблема, и кинулся к терминалу.

Йети жалобно заворчал и поднял на Миру свои милые черные глазенки.

— Даже не проси, — отрезала пилот, несмотря на жалобно-умоляющий взгляд, которому очень хотелось сдаться. — Сейчас мы с тобой пойдем в спортзал, а потом я сяду и лично составлю список образовательных программ. Странно, что такая идея мне раньше в голову не пришла.

Впрочем, с чего бы? Детей у Миры пока не было, питомцев, по сути, тоже. Так что придется учиться вместе со Снежком.

Как это обычно и бывает в перелетах — дни превращаются в одну ленту, разбитую на рабочее и свободное время чисто условно. Впрочем, как и на понятия «день и ночь». Дежуришь, ешь, спишь, ходишь в душ и тренажерный зал, изучаешь карты и ищешь информацию в сплошном потоке. Во всяком случае, так это ощущала Мира. Стивен и Марлен, когда работали в лаборатории, особенно если там шли эксперименты, могли по паре корабельных суток бодрствовать, а потом столько же отсыпаться. Их биоритмы, вероятно, были сбиты значительно сильнее. Капитан, правда, никогда не спал больше семи часов подряд, и их-то считая какой-то роскошью, а не необходимым условием для здоровья организма.

Естественно, не привыкшая к такому сумбурному графику Бетси (а еще больше к тому, что занять себя нечем, а развлекать некому) скоро заскучала. В первый день Бобби, по-павлиньи распушив перед девушкой хвост, провел ей полномасштабную экскурсию по катеру. Правда, всю картину портил присоединившийся к ним Игнат.

Доктор без задней мысли интересовался, «где здесь что», с любопытством оглядывал и багажный отсек, и машинное отделение, и в шлюз со скафандрами тоже пожелал заглянуть. Так что «свиданием» это рандеву было назвать сложно.

Дальше внимание девушки пытался привлечь законный, хотя и фиктивный муж. Однако Бетси, быстро устав слушать про эры развития земли, динозавров и какие возможности открывает обнаруженная в начале рейда планета Меропа, ретировалась в лабораторию.

Оттуда после засовывания носа в несколько не предназначенных для этого пробирок Марлен ее с треском выставила. В кабине около Миры, где все время висел «черный экран» и ничего не происходило, оказалось еще скучнее, чем в компании динозавров, а в машинный отсек к Бобби Стивен запретил спускаться ради соблюдения техники безопасности.

И вот тогда Бетси всех удивила, вызвавшись готовить обеды. Причем речь шла не про загрузку синтезатора, а про настоящую еду из теста и мяса. Ради такого случая Игнат выделил ей по списку приличный запас продуктов, а весь экипаж затаился в предвкушении. Причем неоднозначном: если парни всерьез мечтали наесться чего-то вкусного, то Мира с Марлен лишь скептически поджали губы. Ну, откуда такой принцессе, как Бетси, уметь готовить⁈

Но когда все отправились на «спорный» прием пищи, у японки и составляющего ей компанию Снежка настала очередь дежурить в кабине, так что «на чьей стороне правда» ей предстояло узнать последней.

Однако надо признать, что, когда экипаж ко времени обеда вошел в камбуз, в воздухе витал очень даже привлекательный аромат, а по тарелкам уже были разложены аккуратные бруски лазаньи.

— Приятного аппетита, — поприветствовала всех «хозяйка», занявшее место во главе стола, так, чтобы взгляды входящих волей-неволей попадали сперва на нее.

Надетый на Бетси укороченный латексный топ алого цвета с глубоким декольте, хотя и идеально сочетался с оттенком ее кожи, все-таки куда больше подходил для посещения клуба, нежели для их маленького камбуза. Впрочем, Мире было ясно как божий день, что и пассажирка это понимает, но очень стремится обратить на себя внимание. Только вот чье? «Мужа», похоже, можно вычеркивать из списка. Бобби? Он вроде и так на свой манер очарован. Неужели все-таки Игната⁈

Мира бросила на их медика, эстетично с ножом и вилкой поглощающего лазанью, беглый взгляд и сама себе пожала плечами. Кажется, это дохлый номер. Его отношения со сбежавшей невестой напоминали кота, засунутого в ящик Шредингера, и к новым он явно был не готов.

— Спасибо, что захватили меня на Эреру, — словно невзначай поблагодарила Бетси, первой вставая из-за стола и направляясь с пустой тарелкой к очистителю.

И Мира снова была уверена, что фраза произнесена с тонким расчетом перевести фокус зрения команды от лазаньи к ее…

Кроме топа на Бетси красовались латексные же и мега короткие шортики, которые Мира не рискнула бы надеть даже в клуб. А пассажирка сейчас в них качественно нагнулась к очистителю, демонстрируя свои нижние девяносто во всей красе. В другой ситуации пилот бы, может, и расхохоталась, так забавно выглядели эти потуги соблазнения, но, глянув на немую сцену за столом, Мира и сама оторопела. Игнат растерянно замер с недонесенной до рта вилкой, лицо Петра приобрело цвет костюмчика жены, а про отпавшую челюсть и расширившееся как под гипнозом глаза Бобби даже говорить противно. И лишь обыкновенно каменные черты капитана остались непоколебимы.

— Бетси, — строго позвал он, предварительно, даже не поворачивая головы, слегка хлопнув механика под подбородком, отчего у последнего челюсть, клацнув зубами, закрылась.

— А? — девушка повернула лицо к столу, не меняя позы, зато оставляя, в добавление ко всему, якобы удивленно приоткрытые губы.

— Катер — это служебное пространство, и даже в свободное время на нем действует дресс-код. Ваша же одежда здесь допустима только для тренажерного зала.

— Ой, простите, — и «принцесса» распрямилась, чуть выпячивая грудь и принявшись обмахивать себя рукой. — Просто во время готовки здесь так жарко…

Мира услышала словно со стороны, как скрипят ее зубы. Сейчас-то диалог шел напрямую со Стивеном. С ее Стивеном! Впрочем, капитан еще более холодным голосом ответил:

— Справа от вас панель, видите? На ней крупная зеленая кнопка — это как раз кондиционер. Запомните. И спасибо, лазанья вышла вкусной.

— Я сейчас переоденусь, извините, — выпалила Бетси затрясшимися губами и выскочила из помещения.

— Ну зачем вы так категорично, сэр, — вступился за «жену» Петр, вставая со своего места и рассчитывая, видимо, пойти успокоить и подбодрить девушку. — Можно же было просто не заметить, а потом сделать внушение наедине.

— Можно, — кивнул капитан. — Но я не потерплю провокацию нездоровой обстановки и хочу, чтобы все это усвоили.

И он, поднявшись вслед за Петром, вместе с ним покинул камбуз. За столом остались сидеть только Игнат, Бобби и собственно Мира. И вот в этот самый момент в одном из отсеков кухни, где хранились продукты, раздался непонятный грохот и возня. Внутри пилота все похолодело. В каждом космопорту катер проходил обязательную дезинсекционную и дератизационную обработку, хотя Мира знала, что все равно бывали случаи, когда грызуны умудрялись пробраться на борт.

Первое, что после этого шума выхватил взгляд Миры — лежащая на разделочном столе скалка, с помощью которой Бетси готовила листы для лазаньи. До этого момента Мира даже не подозревала, что у них на катере есть подобный «инвентарь». Опережая парней, пилот вскочила, схватила скалку и приготовилась отражать нападение.

— Погоди! — выскочил перед ней Бобби и попытался забрать кухонную утварь. — Я лучше сейчас бластер принесу! А то вдруг там какой-нибудь Чужой.

— Не-а, — рассудительно отмела этот вариант вошедшая в камбуз Марлен.

Она, подобно Снежку, грызла откуда-то взятую морковку и задумчиво смотрела на дверцу хранилища:

— Если бы там сидел Чужой, меня бы сожрали первой — это всем известная киностатистика.

— Неси, — запоздало согласилась Мира, которую предъявленный факт не убедил.

И скалку девушка из рук не выпустила. Да, у нее, в общем-то, и свой бластер лежал в сейфе, но использовать исконно женское оружие в данной ситуации казалось более надежным.

Шорох, постукивание и другие «потусторонние» звуки возобновились. Бобби, впрочем, не заставил себя ждать, явился вооруженным, и, командно махнув рукой, чтобы все отошли подальше, открыл отсек.

Вместо крысиного короля или Чужого из хранилища вывалился… Снежок в водолазном костюме. Нет, на самом деле это, конечно, был не костюм, а лишь надетая на голову в качестве шлема прозрачная пластиковая банка, похожая на аквариум.

— Я же думала, йети с тобой в кабине! — возмутилась Мира, глядя на биолога.

— А я — что он спит у тебя в каюте, — пожимая плечами, равнодушно парировала Марлен и снова откусила морковку.

— А я вообще, похоже, не думал, — почесал затылок Бобби и загоготал.

Игнат, до этого молча наблюдавший за происходящим дурдомом и к нему еще не привыкший, подошел к хохочущей компании.

— А что за банка на Снежке?

— Там, кажется, хранились желейные рыбки, — промокая выступившие от хохота слезы, ответил механик. — Видимо, решил половить их и застрял.

Игнат заглянул в хранилище. От попыток питомца снять с себя «шлем» там было все перевернуто, но рассыпанных конфет не оказалось.

— Значит, он съел все! — вслух огласил доктор то, что и без него экипаж уже понял. — Надо наблюдать, чтобы не началось аллергической реакции. Только сперва, конечно, освободить.

Идей по выуживанию Снежка из плена сразу предложили много, так как простым легким человеческим усилием аквариум сниматься не спешил. А оторвать голову общему любимцу все побоялись. Так что Мира выбрала самое логичное и гуманное, на ее взгляд. Перевернула питомца и полила ему голову со стороны затылка и с боков растительным маслом.

Лайфхак сработал, и липкий, зато счастливый йети отправился с Мирой и Бобби купаться, пока Игнат ушел в лазарет готовить капельницу. Все-таки промыть кровь заранее доктору показалось проще, чем потом заниматься экстренным спасением. Тем более с учетом того, что Капель — врач высшей категории, но не ветеринар же!

Отдраив питомца в четыре руки (меньшими усилиями никак не получалось, слишком йети был шебутной и скользкий), механик с пилотом наконец выдохнули. В наступившей тишине Мире вдруг пришла в голову странная мысль. Ей было известно, что тут делает она и Марлен, как на борту очутились братья Капель, и даже за что, после всех его заслуг, в патруль сослали капитана. Однако оставалась непонятной история такого, казалось бы, «прозрачного» парня, как механик.

— Бобби, а как вышло, что ты служишь в патруле? — в открытую задала вопрос Мира.

— С младенчества мечтал. Можно сказать, грезил! — хохотнул механик.

— Бобби, я серьезно! Про всех уже знаю, один ты, как темная лошадка. Только не рассказывай, что пошел в патруль по глубинному призванию души.

— Что ты, Мирок! В патруль можно лишь загреметь!

— Ну, и⁈

— А вот рассказать не могу, — тяжело вздохнул механик. — Иначе капитан от меня мокрого места не оставит.

— Что, тайна такая зловещая⁈

— Да нет, просто ты тогда будешь много знать и скоро состаришься. А зачем кэпу старая невеста⁈

Мира огляделась по сторонам, размышляя, чем бы в эту наглую улыбающуюся ряшку запустить. Но, как назло, увидела только Снежка. Использовать «пострадавшего» как метательный снаряд — девушка все-таки усовестилась и лишь тяжело вздохнула. Это же Бобби, что с него взять. Лучше она попытает на эту тему Стивена. Не может быть, чтобы капитан не знал полного досье на своих подчиненных. Во всяком случае, не такой капитан, как их.

— Стив, а как Бобби оказался в патруле? — полюбопытствовала Мира на подлете к TOI- 700 d.

На мостике сегодня дежурила она, но капитану, как это часто случалось перед высадкой куда бы то ни было, не спалось, и он тоже коротал время в кабине. Конечно, перетрясать межпланетку в поисках подсказки «что день грядущий нам готовит» можно и в лаборатории, и в личной каюте, однако около девушки ему было приятно даже просто находиться. Зачем себе отказывать в маленьком удовольствии?

— Мир, у меня от тебя нет секретов. Про себя — все что угодно. Тайна же Бобби — не моя тайна, — оторвав взгляд от экрана и посмотрев в Мирины глаза, ответил Стивен.

— Но ты знаешь? — продолжала допытываться пилот.

— Конечно, он же член экипажа!

Мирино лицо вдруг побледнело:

— И про меня знаешь?

Стивен читал основную версию в личном деле: положение четыре, параграф два-один — как единственный ребенок в семье в течение пары лет девушке полагалось участвовать в операциях минимальной степени риска, для получения опыта. Впрочем, на Земле один ребенок был правилом с редкими исключениями, и при распределении обычно этот пункт никто «не замечал».

— Догадываюсь, — хмыкнул он. — По логике, варианта всего два — слишком опекающие родители, хотя, это я уже понял, не твой случай, и кому-то наступила на хвост во время учебы.

— Так и есть, — кивнула Мира, отводя взгляд и делая вид, что всматривается в черноту за иллюминатором. — Хорошо, я поняла. Спрошу у Бобби напрямую.

Стивен почувствовал, что пилот хочет свернуть разговор, и от этого как-то… занервничал? Нет, он был безмерно благодарен стечению обстоятельств, приведших девушку на его катер, однако теперь капитана заинтересовало и что именно произошло. Как у человека давно служащего, у него имелись связи и в академии, и даже в руководстве космофлота. Он никогда бы не стал их задействовать ради себя, но Мира — другое дело. Впрочем, сперва надо разобраться с маячащей на экранах TOI- 700 d.

Из космоса планета очень напоминала Землю, с тем «ма-леньким» нюансом, что на одной ее стороне все время стоял день и жуткая жара, а на другой — ночь и холод. С темной стороны все время дули ветра, создавая на стыке обширную зону с комфортными двадцатью градусами по Цельсию. Здесь-то и аккумулировалась вся жизнь на планете.

Патрульный катер занял низкую орбиту, запустил все доступные ему методы диагностики и приготовился ждать какого-то сигнала. Что здесь могло быть не так? Да все что угодно! Однако уже шел второй час полета, а планета по-прежнему своего секретика не выдавала: геомагнитная обстановка — стандартная, сейсмическая активность стандартная, состав атмосферы в пределах нормы. Так и придется тратить больше времени, опускаться ниже, осматривать TOI на предмет незаконного заселения или, не дай бог, пандемии.

В одном районе уловили не совсем характерную активность живых существ. Фауна на планете не отличалась большим разнообразием видов, но, пожалуй, венцом творения здесь были копытные — копу́ны, сильно смахивающие на обычных антилоп. Правда, беговые навыки им природа подарила не для того, чтобы спасаться от хищников, а скорее с целью «догонять пищу». Леса на TOI- 700 d росли жиденькие, а вот травы, похожей на земное перекати-поле, здесь «росло» в избытке. Поэтому копу́ны обычно не паслись стадами, а сбивались в них только в брачный сезон.

По расчетам Стивена, и Марлен их подтвердила, для последнего еще было рано, однако животные перемещались большими группами, словно от чего-то спасаясь. Однако следов пожара, землетрясения или какого-то другого природного катаклизма экипаж не заметил. Одним словом, требовалось брать аэрокар и лететь присматриваться к планете поближе.

— Лечу я, Бобби и Игнат. Форма экипировки — легкий скафандр, под него надеть бронежилеты. Бластер и пистолет с транквилизаторами. Без моего приказа стрелять только транквилизаторами. Марлен остается координатором на корабле, — скомандовал Стивен, направляясь к шлюзовой камере.

— Но кэп, там же условия близкие к земным, зачем скафандр-то? — попробовал воспротивиться Бобби, однако тут же осекся под тяжелым взглядом капитана и побежал экипироваться.

Мира догнала Стивена у дверей каюты и, воспользовавшись тем, что они в коридоре одни, попросила:

— А можно мне тоже? Я никогда не была этой на планете, мне интересно.

Стивен задумался. С одной стороны, одному из пилотов предписывалось всегда оставаться на катере, с другой — Мира может настроить экстренный беспилотный вылет на крайний случай, а планета довольно безопасная. Стоит ли так буквоедствовать?

— Хорошо, — кивнул капитан. — Только в бронежилете и ни шагу из аэрокара без разрешения.

Лицо девушки озарила такая потрясающая улыбка, что Стивен не смог сдержать ответной. Хотя в глубине души уже знал, что разрешение непременно выйдет ему боком.

В скафандрах в аэрокаре было тесновато. Но Мира молчала как мышка — и так на птичьих правах. Данные на костюмах и с приборов, установленных на борт аэрокара, никаких вредных примесей, радиации или же несовместимых с жизнью вирусов и бактерий не обнаруживали. Случай же со спасением йети научил пилота подчиняться приказам безоговорочно, впрочем, Стивен их никогда не отдавал бездумно.

Капитан велел лететь на высоте около километра, это позволяло осматривать довольно большие участки. Все члены экипажа старательно смотрели в окна в надежде обнаружить что-то, игнорируемое приборами. И это произошло. Скачущее во весь опор стадо вдруг отчего-то кинулось врассыпную, звери заметались по жухлой степи и нырнули в редколесье, что для короля местной степи копу́на было свойственно настолько же, насколько земным котам устраивать заплывы.

— Черт! — хором проговорили Бобби и Стивен, наверное, уже активировавшие встроенные в шлемы бинокли.

Мира с трудом удержалась, чтобы не проделать то же. Как пилоту ей надлежало следить за тем, что происходит непосредственно вокруг, а не где-то там.

— Мира, держи аэрокар на этой точке, — приказал Стивен. — Как раз хорошо видна и площадка, и подлет к ней. Думаю, эти сволочи считают себя здесь в безопасности и вряд ли будут таиться и озираться, но на всякий случай опускаться пока не будем.

— Вы думаете, тут есть кто-то помимо этих двоих? — уточнил Бобби.

— Наверняка. Кто-то же должен пугать животных, задавать вектор перемещения.

— Могли заранее разложить взрывпакеты или установить ультразвуковые отпугиватели, или…

— Бобби, доверься моему чутью, — сухо выдохнул капитан. — Слишком сложный план — самим загонять, потом перемещаться в предполагаемое место «сбора», чтобы дождаться и поиграть в тир. Куда проще и результативнее посадить одного в аэрокар. Думаю, скоро мы его дождемся.

— Но, сэр, — непривычным для него тихим голосом проговорил механик, — пока мы сидим в засаде, эти уроды там могут перекрошить полстада.

— Там что, охотники? — ахнула Мира, по контексту диалога уловив смысл.

На Земле подобный промысел остался только в текстах детских сказок, и убийство любого животного, кроме случаев явной самозащиты, жестко каралось. Пилоту и в голову не приходило, что где-то может быть не так.

— Браконьеры, — исправил Стивен, все еще продолжая вглядываться в даль.

Игнат неожиданно зло цыкнул, и Мира ждала, что немногословный врач что-то да скажет, но заговорил снова Бобби.

— Может, пока караулим, высадите нас с Игнатом, и мы арестуем прохвостов? Вот если снизиться и облететь самым краем леса, то наш аэрокар останется незамеченным, уверен — Мира справится, — не слишком надеясь на успех, предложил механик, показывая в окно на местности свою идею.

Но капитан, которого, похоже, расстрел невинных животных волновал больше, чем по нему это было видно, неожиданно согласился.

— Мира, давай вон к тому уступу, как Бобби предлагает. Только пойдем мы с ним, а вы с Игнатом взлетайте и следите за квадратом. По любым изменениям докладывать по внутренней связи.

Мира еще толком не успела набрать высоту, как появился долгожданный гость. Выкрашенный пятнами в маскировочный цвет аэрокар шел так низко от поверхности, что его немудрено было проворонить. Игнат тут же передал капитану картинки со своего бинокля. Теперь, когда все участники собрались, внизу полным ходом шло задержание. Жаль, Мире нельзя переключиться на бинокль или тем более услышать суть разговора, хотя все обходилось без стрельбы, и то хорошо. Девушка наблюдала за событиями через два стекла — шлема и аэрокара — и нетерпеливо ждала момента, когда уже можно будет спросить разрешения спускаться.

Неожиданно что-то изменилось, пилот даже не успела осознать, что именно произошло. Аэрокар качнулся и стремительно сверзился с высоты нескольких метров. Шум в ушах. Удар, выбивающий воздух из легких. Темнота.

— Галактический патруль! Медленно положите оружие на землю и отступите от него на два шага. Вы задержаны по обвинению в браконьерстве, — раздался над степью твердый, хорошо поставленный голос капитана, усиленный в несколько раз возможностями скафандра.

Вышедших из леса гостей до этого момента охотники не видели. Двое парней, хорошо экипированных, с современными ружьями, так увлеклись стрельбой по мечущимся мишеням, что, пожалуй, к ним можно было бы подойти вплотную и похлопать по плечу. Только что выбравшийся из аэрокара «загонщик» быстро ухватил расстановку сил и уже метнулся назад к машине, как Стивен выстрелил. Окно аэрокара сразу осыпалось мелкими осколками, а испугавшийся браконьер тут же поднял руки и отступил, быстро сообразив, что нарываться не стоит.

Охотники же с непониманием уставились на появившихся неизвестно откуда на необитаемой планете вооруженных мужчин в скафандрах. Слова «галактический патруль», видимо, им тоже многого не сказали, так как оружие они по-прежнему держали в руках и только рассеянно переводили взгляд со своего загонщика на гостей.

Совсем молодые парни, отметил про себя Стивен, лет двадцати, не больше. Адреналина, значит, захотелось. С такими надо аккуратно — еще без мозгов, и чувство самосохранения очень поэтому притуплено. Хорошо, что Мира с Игнатом в аэрокаре, а то эти желторотики и пальнуть с перепугу могут. Расстояние между ними невелико, большой вопрос, выдержит ли бронежилет. Стивен мысленно выругался, а в аэрокар отправил тихую команду «не вмешиваться».

— Молодые люди, — снова заговорил он, — последуйте примеру вашего старшего товарища и положите оружие на землю. Так я гарантирую, что никто не пострадает.

— А почему мы вообще должны вам доверять? — с вызовом бросил тот, что ниже ростом. — Может, вы никакой не патруль, а пираты?

Стивен вывел в воздух голограмму с данными удостоверения:

— Пожалуйста, сканируйте, проверяйте.

Второй парень, более растерянный, тут же открыл комм, быстро считал сведения, пошел красными пятнами и откинул в сторону ружье, как будто оно начало жечь руки. После этого горе-браконьер принялся нашептывать что-то приятелю, на лице которого по-прежнему сохранялось лишь недоуменно-брезгливое выражение.

— Ну, допустим, — бросил он уже в сторону Стивена и Бобби, — а какие вопросы? Лицензия на отстрел у нас имеется! Покажи им! — скомандовал он «загонщику», стоящему в равном удалении и от своих парней, и от патруля с ладонями, убранными на затылок.

— На корабле лицензия осталась, — промямлил загонщик, не поднимая на патруль глаз.

Самое паршивое, что более наглый парень бластер из рук так и не выпускал. Черт, вот где надо было нарушать правила, а не вестись на улыбку Миры! Положили бы всех троих со спины транквилизаторами, и все бы прошло куда как проще. Правда, выстрели патруль без предупреждения, пусть даже снотворным, задержанные могли бы потом накатать кляузу, обвинить служащих космофлота в превышении полномочий или нападении и, скорее всего, вышли бы сухими из воды, доставив кучу проблем экипажу.

— Я не знаю, кем вам приходится этот мужчина, но сказанное им — стопроцентная ложь, — снова заговорил Стивен, стараясь придать голосу мягкости и понимания. Пусть этот вооруженный недотепа сообразит, что их обдурили, а значит, он, пострадавшая сторона и всю ситуацию можно решить миром. — На планетах оранжевого сектора запрещена охота. Вы сможете подать на него обвинение в мошенничестве, а сами, скорее всего, отделаетесь штрафом и предупреждением. Необходимо только положить оружие и дать показания.

Парень подзавис, видимо, пытаясь переварить все услышанное, а потом открыл комм и с превосходством выплюнул:

— Сколько?

— Сколько чего? — уточнил Стивен, естественно, понимая о чем речь, но очень стараясь держать себя в руках.

— Бабла нужно отстегнуть, чтобы вы свалили и сделали вид, что нас не встречали?

— Если бы я даже захотел, то не мог бы это сделать, — холодно отрезал Стивен. Ох, как же он люто ненавидел людей, считающих, что все в мире можно получить за деньги! — Наш разговор сейчас пишется на камеру шлема и сразу же транслируется на катер. Да и штраф оплатить будет дешевле. Скольких вы убили копун?

Ответить парень не успел, так как сзади Стивен услышал движение и резко развернулся, занимая позицию вполоборота, чтобы видеть боковым зрением и охотников, которых они с механиком держали на прицеле и…

От ближайших деревьев на них смотрел еще один браконьер. Крупный, вооруженный, злорадно ухмыляющийся, но что хуже всего — он держал перед собой Миру. Ткань ее скафандра местам разорвалась. Забрало шлема открылось и было покорежено, видимо, из-за удара. Девушка находилась в сознании, однако взгляд — какой-то отрешенный. Стивен видел такой у контуженных. Как до нее, черт побери, добрались и что с Игнатом? Впрочем, об этом потом. К голове Миры был приставлен бластер.

— Бросайте стволы, мужики. Тогда ваша конфетка останется жива, — прохрипел амбал. — Неужели перестреляем друг друга из-за пары… — и он кинул взгляд на поле, где проходила охота, — … десятков сайгаков?

В голове у Стивена, словно в первоклассном терминале, за секунду обсчиталось множество дальнейших сценариев. Шанс, что им сохранят жизнь после сдачи оружия — минимален. Вероятность, что браконьер успеет прожечь Мире мозги, если капитан сделает вид, что сдается, и выстрелит на опережение — тоже есть. Стивен решил положить бластер и выиграть этим время. В конце концов, у него еще припрятан пистолет с нейротоксином. Пусть освободит девушку, а потом разберутся. Капитан медленно, чтобы не спровоцировать противника, опустил бластер на землю и уже почти распрямился, как в грудь резко ударил выстрел. Дух сразу выбило, жар в момент залил все внутренности, Стивен хотел встретиться глазами с Мирой, но не успел, свалившись, как подкошенный, лицом вниз. Сверху была стрельба, мельтешение, суета, только капитан даже не мог повернуть голову. Дыхание не восстанавливалось, сознание же пока работало как часы. Надо приказать мышцам расслабиться. Несмотря на адскую боль, втянуть воздух. Он сможет. В этот момент, когда начало казаться, что кислород вот-вот начнет поступать, вокруг наступила тишина, и кто-то перевернул его тело.

Мира почувствовала, что ее куда-то тянут. Где она? Почему так подозрительно тихо? Пилот с трудом открыла глаза. При ударе о скалу, несмотря на ремни, девушка, похоже, стукнулась головой о сминающийся каркас аэрокара. Шлем повело, и он автоматически отщелкнулся. Хорошо, что планета была с кислородосодержащей атмосферой, а скафандры лишь мерой предосторожности. В противном случае Мира бы даже не пришла в себя.

В ушах стоял звон, а тело ощущалось манной кашей, которую размазали по тарелке. В плавающей перед глазами картинке она увидела разбитый патрульный аэрокар. Вероятно, по ним из чего-то выстрелили, иначе бы машину так не искорежило при падении. Задняя часть вообще оказалась оторвана и выглядела грудой металлолома. Игнат! С ней в аэрокаре находился доктор! Быть может, его выкинуло при столкновении? Тщательнее присмотреться пилот уже не смогла, так как ее беспардонно обхватили одной рукой под мышки и куда-то поволокли, будто сломанную куклу. Мира постаралась выкрутиться или хотя бы повернуть голову, чтобы понять, кто ее спаситель и спаситель ли это. Мышцы работали, однако неимоверная слабость сковывала тело. Между тем тащивший ее мужчина почувствовал, видимо, эти робкие потуги и назидательно тряхнул пленницу:

— Не рыпайся, и все будут живы! — злобно прошептал незнакомый голос, но ветер донес эту фразу словно откуда-то издалека.

Но она услышала их! Пусть так приглушенно, однако услышала! Мира закрыла глаза, чтобы не рассеивать внимание заторможенно работающего мозга на ненужные раздражители, и попыталась сосредоточиться на звуках. Шелест листьев, осторожные шаги похитителя, чей-то разговор невдалеке. Стивен! Один голос точно принадлежал капитану. Пилот попыталась вслушаться и разобрать смысл сказанного, но тут ее неожиданно подтянули, поставили на ноги и, прижав к голове дуло бластера, потребовали у Бобби со Стивеном опустить оружие.

Силы потихоньку начали возвращаться к девушке, она уже осмотрела поле, оценила ситуацию и, заметив, что капитан наклоняется, чтобы положить бластер, приняла решение. Сейчас амбал расслабится — противники же обезврежены, а ее, полуживую, никто во внимание не берет. А зря! Мира собрала силы, чтобы, как только ствол отодвинется от ее виска, резко дернуться вниз и перекинуть браконьера через себя, но… не успела. Капитан еще полностью не распрямился, как амбал выстрелил. Осознано и хладнокровно, прямо в область сердца.

Что происходило дальше, Мира помнила, словно на перемотке. Все вокруг, ранее почему-то замедленное — стократно ускорилось, а приглушенные звуки и краски, словно полыхнули внутри резко усилившейся громкостью и яркостью. Мира кинулась к Стивену, одновременно понимая, что ее почему-то не удерживают, и замечая боковым зрением, как браконьеры чуть ли не одновременно падают от выстрелов Бобби и… Игната. При этом каким-то образом доктор оказался около капитана раньше, перевернул его, открыл шлем и принялся расстегивать скафандр и бронежилет.

Пилот рухнула около капитана и поймала своим взглядом его. Ярко-зеленые глаза Стивена смотрели на нее осознанно и несколько виновато. Он был жив. Жив! Но… не дышал.

Скорее на рефлексах, нежели обдуманно, Мира набрала полные легкие воздуха, быстро зажала капитану нос и выдохнула в рот все до конца. Затем отстранилась, чтобы набрать вторую порцию, в ужасе, даже не будучи медиком, понимая, что массаж сердца делать нельзя, а до посадки катера Стивен просто не дотянет. Однако глаза капитана моргнули, и пилот заметила, как его грудная клетка начинает едва-едва подниматься. Он тянул в себя воздух, миллилитр за миллилитром, но Мира не спускала глаз с любимого лица, готовая прийти на помощь в любую секунду, если это понадобится.

Их катер сел совсем близко, хотя этот момент девушка и упустила. То, что ситуация вокруг изменилась, Мира осознала, когда рядом появились оба близнеца с аэроносилками. Парни переложили уже дышащего, хотя и с трудом, капитана на них, и лишь потом Мира встала и огляделась. Четверо браконьеров лежали рядком в отключке. Бобби предусмотрительно надел на всех наручники, впрочем, пилот в тот момент даже кровожадно пожалела, что Игнат с механиком выполнили приказ и стреляли исключительно транквилизаторами. Потом представила, что ответил бы на ее мысли капитан, и усовестилась. Они — закон. И если станут действовать так, как бандиты, то чем будут отличаться от бандитов?

Бобби с Марлен ходили по полю, делали съемку и складывали убитых копунов в мешки для трупов. Хочешь не хочешь, а теперь им придется везти с собой не только арестованных, но и тела их жертв. В трюме патрульного катера имелся довольно большой холодильный отсек, только у пилота все равно оставались сильные сомнения, что вся эта «добыча» туда поместится. Дальше Мира решила, что на планете обойдутся без ее участия, и поспешила в лазарет. Понятно, что Игнат никого не пустит внутрь, пока капитан в сканере и проходит полный осмотр, но узнать о его состоянии девушка желала первой. Да и невыносимо было чем-то заниматься здесь, не зная, что со Стивеном там.

Когда шлюз открылся и Игнат позволил Мире войти, Стивен уже сам сидел на выдвижной кушетке сканера. Форменный комбинезон был расстегнут и спущен до бедер, а на груди расползалась гигантская гематома.

Пилот не смогла сдержаться и ахнула, капитан же только поморщился и прохрипел:

— Все в порядке.

Говорить у него пока не слишком хорошо получалось.

— Я уколол обезболивающее, — начал полушепотом рассказывать Игнат, подойдя к Мире, — но вообще, можно считать, что капитан в рубашке родился. С такого расстояния шансы выжить-то были минимальны, а обошлось, к счастью, вообще без повреждений. Не считая трещины в одном ребре. Ну и пострадавшие от удара ткани, конечно, будут досаждать какое-то время. Я предлагал регенералку, однако сэр не соглашается. Может, ты его убедишь?

— Слух у меня тоже не пострадал, — грозно выдавил из себя Стивен.

А Мира, лишь улыбнувшись доктору, отрицательно покачала головой:

— Это не в моих силах. Капитан не желает превращаться в осьминога.

— Что? — не понимая, переспросил Игнат.

Мира многозначительно хмыкнула и прошла к одевающемуся Стивену.

— И, сэр, — несмело проговорил доктор, понимая, что от пилота ответа не дождется, — спасибо, что приказали лететь в скафандрах и бронежилетах. Меня, конечно, вырубило при падении аэрокара, но без них, наверное бы, уже не очухался. Жаль только, не успел раньше догнать этого амбала с Мирой и усыпить. Тогда бы и вам так не досталось.

Стивен торопливо отмахнулся. Конечно, Игнат убеждал провести сутки под наблюдением в лазарете, но проблем, требующих внимания, еще оставалось слишком много. Захваченных браконьеров решили везти на Гермес, чьими гражданами они являлись. К тому же если через скрутку, то он был и ближайшей к TOI- 700 d планетой обитаемой зоны.

…Яхту браконьеров труда найти не составило — Бобби снял с «загонщика» комм, в котором, как и ожидалось, был сохранен и маршрут полета аэрокара, и ключи от шлюза. «Малышка» оказалась довольно навороченной и, к счастью для бандитов, не оснащенной запрещенным вооружением. Стивена это, правда, скорее огорчило. И не потому, что одним преступлением в списке охотников будет меньше:

— Всех бандитов к моменту их пробуждения необходимо разместить отдельно, чтобы не дать возможность выработать общую линию поведения, — принял решение капитан. — Яхту нам и так и так перегонять с собой как арестованное судно. Да, мы полетим сопло в сопло, однако я предпочел бы оставить тебя на вооруженном корабле.

Мира закончила академию с отличием и знала регламент проведения подобных операций как свои пять пальцев. Капитан не имеет права передавать командование патрульным судном кому бы то ни было, если он жив и в сознании. А значит, яхту придется пилотировать ей. На самом деле у Миры уже руки чесались сесть за штурвал этой «фифы» и посмотреть на нее в деле. Конечно, ужасно не хотелось расставаться со Стивеном пусть и на несколько дней, но служба есть служба, а они ведь сразу договорились, без всяких там поблажек в рабочих вопросах.

— Игнат и Бобби полетят с тобой, — подвел черту Стивен, как всегда, голосом, не подразумевающим возражений.

Но Мире такой расклад совершенно не понравился. Получается, что на катере Стивен останется лишь с Петром, Марлен и Бетси, которых (особенно двух последних), нельзя считать за боевые единицы. Плюс четверо пленных. Одного, и Мира предполагала, что это будет амбал, закроют в камере. У нее все-таки серьезная система защиты. Значит, трое других на время будут заперты в личных каютах экипажа. А это казалось совсем не надежным.

Да, Стивен изменил прошивку, и теперь, если на помещении стоял красный код, ни Снежок, ни даже владелец каюты не могли отпереть дверь. Переборка открывалась исключительно с личного комма капитана. Но все же…

На выручку Мире неожиданно пришел Бобби:

— Сэр, при всем моем уважении, по дороге на Гермес нам следует допросить подробно задержанных, а если вы останетесь на катере единственным правомочным это делать членом экипажа, то когда станете выполнять остальную свою работу? Тем более ваше состояние… несмотря вот на этот свирепый блеск в глазах…

— Бобби, ты сейчас договоришься, — практически прорычал Стивен, которому после обезболивающего ощутимо полегчало.

Но механик все же продолжил:

— … В общем, поскольку я не сомневаюсь, что вы не отмените приказ о временном переводе меня, Игната и Миры на яхту, предлагаю разделить браконьеров. Нам тут втроем допрашивать их и стеречь будет сподручнее. Да и помещений свободных явно больше.

Капитан на пару минут задумался, потом резюмировал:

— Хорошо. Забери «загонщика» и юнца, который ростом повыше.

— А почему не того, что наглее? Вот бы с кем я тепло пообщался! — на удивление мстительно прошипел Бобби. — Знаю я эту братию…

Но Стивен лишь бросил в сторону механика один из своих «фирменных» взглядов, и тот сразу отступил, выставив руки ладонями вперед:

— Понял! «Загонщика» и тихоню! Пошел исполнять!

Остальные члены экипажа тоже как-то быстро исчезли. Время и так было потеряно, а к перелету надо еще приготовиться. Мира со Стивеном остались одни.

— Может, Петра ко мне, а Игнат на катере? Вдруг он что-то проглядел там на сканере и тебе потребуется помощь? — не особенно надеясь на успех, предложила пилот.

Стивен лишь вопросительно выгнул бровь:

— Что-то я не понял, с какого момента приказы капитана у нас стали так бурно обсуждаться⁈

Мира сделала шаг вперед, аккуратно положила руки на широкие капитанские плечи и прошептала чарующим голосом, заглядывая в резко темнеющие изумруды:

— Может, с того, как ты стал для меня важнее всех?

Губы Стивена тут же нашли Мирины, и актуальность любых вопросов резко потеряла смысл. Ох, кто его научил так целоваться⁈ Во всем теле Миры в ответ на эти прикосновения поднималась горячая волна, и оно, игнорируя любые сигналы из мозга, начинало жить собственной жизнью — прижиматься, ластиться, отвечать и желать. Стремительно с каждой секундой желать все большего и большего!

Возращение в реальность было столь же внезапным. Капитан, кажется, задействовав силу воли, отстранился, шумно выдохнул через рот и подытожил:

— Люблю тебя, Мира. Но сейчас мы на службе. Я приказываю — ты выполняешь, и никак иначе, — и он, снова вернув лицу каменное выражение, поспешил наружу, к ожидающему аэрокару.

— У тебя же это первый допрос, да? — уточнил Бобби, когда Мира включила автопилот и они оставили доктора на дежурстве в кабине.

— Да, а что? — не поняла девушка.

— Тогда давай так: я общаюсь — ты молчишь. Если какие-то вопросы или что, потом задашь без камеры.

Пилот уже отсмотрела записи, сделанные при задержании, представляла теперь хронологию событий и кто есть кто из участников, но, если Бобби тревожит, что она может что-то напортачить…

— Ладно, — несколько удивленно согласилась Мира.

Почему-то ей показалось, что сослуживец… нервничает, что ли.

Но что может быть не так в этой процедуре? Патруль — не следователи, в их обязанность входит доставить подозреваемых, улики, предоставить видеозаписи операции и провести первичный съем показаний. На этом все. Тем более раз у Бобби это не первый допрос, с чего бы волноваться?

Пока пилот рассуждала, прохаживаясь по небольшому камбузу взад и вперед, механик привел высокого юношу и усадил его за стол напротив уже закрепленной на штативе камеры. В бодрствующем состоянии Мира видела браконьера впервые. Очень мягкие черты лица, русые волосы, собранные в хвостик на затылке, щеки, которых, похоже, еще и бритва-то не касалась. Сколько ему? Лет семнадцать? Растерянный взгляд, стеснительность в движениях… Как он вообще оказался во всем этом замешан⁈

— Кристиан, вы готовы отвечать на вопросы? Если «да», я сейчас включу камеру, и начнем. Помните, только от правдивости будет зависеть ваше будущее.

Парень кивнул, словно подавился воздухом, но Бобби словно этого не заметил и включил камеру.

— Ваше имя, возраст, место учебы или работы, гражданство

— Кристиан Ливани, — начал задержанный, рассматривая лежащие на столе собственные запястья в магнитных наручниках, — восемнадцать лет, гражданин Гермеса…

— Смотрите, пожалуйста, в камеру.

Парень поднял лицо и, окончательно тушуясь и краснея на глазах, закончил:

— Студент высшей гермесской академии управления и внешнеполитических связей.

— Расскажите, каким образом и с какими целями вы оказались на TOI-700 d.

— Мы купили сафари-тур и прилетели на планету на яхте организатора.

— Мы — это?

— Я и Спиро Аркас, мой сокурсник, — торопливо пояснил Кристиан, и, увидев удовлетворенный кивок от Бобби, продолжил.

— На Гермесе нет открытого пространства и диких животных, а тут представилась такая возможность. И я не дурак, проверил — у «Тишкари и К» действительно есть лицензия! Да и они нам ее показывали! — все больше начинал заводиться и нервничать парень.

— На какие услуги лицензия?

— Ну… на туристические.

— То есть между туризмом и охотой вы разницы не видите?

— Так у них и на охоту была! — взмолился парнишка. — Я ее даже в руках держал… откуда мне знать, что она поддельная⁈ К тому же ведь все пользуются их услугами!

— Кто «все»? — ровным голосом продолжил опрос механик.

Глаза Кристиана испуганно забегали:

— Ну… кто денег нашел на поездку.

— Имена.

— Й-а… не могу, — пробормотал задержанный, становясь малиновым и снова опуская глаза к рукам.

— Кристиан, вы подозреваетесь в совершении преступления. Все серьезно. Кто еще кроме вас пользовался услугами «Тишкари и К»? Как давно, насколько часто…

Парень еще больше сжался и отрицательно замотал головой:

— Я ничего не знаю. Просто обобщил…

Неожиданно для Миры Бобби выключил камеру и сердито бросил гермесцу:

— Кристиан, ты дурак?

Блондинчик поднял свое лицо, покрытое юношеским пушком.

— Я не предатель. Я не могу так.

— Если суд признает вас со Спиро жертвами обмана, то обойдетесь штрафами. Если следователь докажет соучастие — это реальный тюремный срок. Поэтому хватит ломаться, и называй имена. Стрелять же по беззащитным животным мог? Убивать?

— Я… Мне их жалко было, поверху стрелял, чтобы не зацепить. Честное слово, нам сказали, что сокращение популяции копунов — необходимая мера. Я лицензию…

— Не было никакой лицензии и быть не могло! — гаркнул Бобби так, что аж Мира подпрыгнула на месте и ошалело взглянула на механика, таким она его еще не знала. — У вас же академия управления, разве в ней не учат думать собственной головой?

— Вот я и думаю… — тихо, но твердо проговорил юноша. — Не знаю других имен. Хватит того, что мы со Спиро влипли.

Гнев Бобби резко сдулся, как развязавшийся воздушный шарик.

— Ну хорошо, — неожиданно примирительно произнес он. — Я сейчас включу камеру и начнем заново, как будто предыдущего разговора не было. Только хорошо думай, что говоришь. Второй раз я стирать запись не стану.

Парень, в поникшем лице которого появилась надежда, благодарно закивал.

У Миры уже было о-очень много вопросов, но она, памятуя предварительный разговор с Бобби, решила все-таки удержать их в себе до окончания допроса.

Со второй попытки Кристиан довольно толково рассказал, что «Тишкари и К» продали им «сафари-тур» на TOI-700 d, предложив в качестве особой услуги для VIP-клиентов охоту. От названной стоимости «путевки» у Миры в глазах потемнело, а Бобби, не удержавшись, присвистнул при включенной камере. Плату за риск браконьеры себе заложили отменную! Впрочем, туда, куда они отправятся, им деньги не помогут.

По окончании рассказа Кристиан, Бобби и Мира заверили видеозапись сканами отпечатков пальцев, тем самым подтверждая ее подлинность и добровольность предоставления информации. Потом механик повел гермесца назад в каюту, а Мира, не на шутку проголодавшись, принялась лазить по кухонным ячейкам в поисках чего-нибудь вкусненького или хотя бы биомассы для синтезатора. За этим делом и застал ее вернувшийся сослуживец.

— Мародерствуешь? — поддел Бобби, улыбаясь в своей обычной манере, что пока слабо вязалось в Мириной голове с его новым «образом».

— Стирать запись противозаконно, — вместо ответа сразу взяла быка за рога Мира. — Зачем ты это сделал, да еще и меня втянул?

Улыбка на лице механика вмиг растаяла.

— Доложишь? — сухо уточнил он.

— Конечно, нет! Но хотелось бы понимать твои мотивы.

— Мотивы, — задумчиво повторил Бобби, почесывая подбородок. — Нашла что-нибудь из еды? Тащи на стол вместе с чаем. И садись уж, так и быть, расскажу.

— В общем, о мотивах, — снова заговорил механик, бесстрашно намазывая на размороженный хлеб непонятную субстанцию коричневого цвета, на которой стояла маркировка «шпроты».

Шпроты, и даже паштет из них, данная субстанция напоминала весьма относительно, поэтому Мира не стала рисковать и предпочла натуральной пище «плов по-узбекски» из синтезатора. От плова там тоже было только название, но этим хотя бы точно нельзя было отравиться. Вот странно, не могли же браконьеры этим кормить туристов, после таких-то безбожных цен за услуги⁈

— Понимаешь, Мира… быть восемнадцатилетним парнем трудно…

Пилот захохотала в голос, однако потом поймала на себе неодобрительный взгляд механика.

— Прости. Продолжай. Очень уж неожиданную ты сентенцию выдал, не сдержалась. Так-то и девушкой непросто.

Бобби многозначительно пожал плечами:

— Допускаю. Но подобного опыта у меня нет, так что говорю о том, что знаю. Мы на каком-то подсознательном уровне кидаемся доказывать миру, что лучше или уж точно не хуже других. Что мы не беднее, слабее, глупее… особенно, что не слабее. И те, у кого есть базовые знания психологии и мозги уже вышли из-под власти гормонов, ловко умудряются этим пользоваться. Так всегда было… И наверное, так всегда будет. Парня я выгородил — да, потому что понял, почти сразу, как его увидел — этот чисто по возрасту врюхался. Просто… как там в анекдоте: «все побежали, и я побежал».

— Ну вот и была бы ему на будущее наука… — вставила Мира.

— Она и так будет, — необычно грустно выдохнул механик. — Гигантский штраф, разборки с родителями, неизвестно, как еще академия отреагирует… Ну жизнь-то целиком парню ломать зачем? Не сдал бы он остальных по доброй воле, а пытки и медикаментозные признания у нас запрещены законом. Пошел бы как соучастник по статье за браконьерство. А там, знаешь, ощутимые сроки. И куда потом? Без образования, с клеймом, с соответствующим отношением окружающих…

— Они стреляли в капитана, — заупрямилась пилот.

— Не «они», а амбал, что тебя захватил. Кристиан в тот момент был без оружия. Уверен, он и про убийство копунов не соврал.

— Ну, конечно, по следам на телах же не отличить, с какого именно бластера стреляли…

— Не отследить, — кивнул Бобби и внезапно посмотрел прямо пилоту в глаза, — но что тебе подсказывает интуиция?

Мира постаралась притушить злость к браконьерам и вспомнить все, что касалось Кристиана. Как он вел себя при задержании и после. Его взгляд, слова, мимику…

— Ну ладно, — выдохнула девушка, соглашаясь. — На злостного преступника он не похож. Пусть будет, как ты решил.

Бобби благодарно кивнул, и еще пару минут они пили чай в полной тишине. Потом Мира не выдержала и спросила:

— Ты же здесь именно поэтому, да? Что «все побежали»?

Бобби кинул на нее хитрый взгляд, явно собираясь чем-то парировать, но неожиданно произнес:

— Ладно, раз уж сам начал, расскажу. Я не учился в академии космофлота…

— Что⁈ — Мира так удивилась, что едва не выронила ложку.

— Не перебивай, а то передумаю.

Девушка тут же изобразила, что закрывает рот на замок и выкидывает ключ. Страшно хотелось узнать его тайну! Не ключа, конечно, а Бобби.

— Я заканчивал гражданский университет летного транспорта. Собирался обслуживать пассажирские лайнеры. Техника это мое, но в академию космофлота даже и не пытался поступать. Я ж откровенно понимал, что невеликого ума и большинство экзаменов просто не сдам. Собственно, меня и в университете-то держали только по двум причинам: рукастый, этого не отнять, а еще регулярно брал на всех соревнованиях первые места по борьбе. И вот до окончания оставалось меньше полугода, и на носу планетарная олимпиада среди вузов. От нашего должны были участвовать трое. А среди старшаков, у элиты курса, такая традиция перед выпуском, дебильная, конечно, впрочем, кто бы головой тогда думал… Короче, что-то вроде негласного первенства. Уже сам факт, что тебе предложили в нем поучаствовать, неимоверно крут. А отказаться… совсем, в общем, стремно. Раз ты супермеханик и мужик — докажи. Давался какой-то дом, заранее, конечно, проверялось, например, чтобы хозяева были в отпуске. И требовалось в него проникнуть в одиночку и угнать аэрокар. Естественно, завести его без кода и следов не оставить. Аэрокар предъявлялся компании и потом возвращался назад. Вроде как плевое дело — и овцы целы и волки сыты…

Бобби отвлекся на секунду глотнуть чая. Было видно, что рассказывать ему неприятно, но раз уж начал… Мира даже не дышала, боясь спугнуть момент. Собственно, она уже догадывалась, как примерно развивались дальше события, и тем больше ценила откровенность парня. Такое кому попало не рассказывают. Разве что друзьям, и то далеко не всем.

— Ну я провернул это все, а на пути назад меня тепленьким приняла полиция. Проникновение со взломом и угон аэрокара. Да еще и промилле в крови… Совсем чутка, ведь я не мог отказаться выпить за победу с парнями, — хмыкнул Бобби. — В общем, хороший срок светил, и с соревнований сразу сняли. Выиграл другой студент. Тот самый, из компании «избранных», что предложил пройти посвящение. Повезло в одном. Следователь нормальный попался и сказал, что есть вариант: у космофлота постоянная недоукомплектовка патруля. Жалование не ах, отношение среди коллег еще хуже. Но если я согласен, он может переговорить с представителем. На следующий день я уже подписал контракт, определивший пятнадцать лет моей жизни. Дело замяли, документы в порядке перевода приняли в академию. В ней-то я был всего раз, когда диплом получал. Зато, пока сидел в изоляторе под следствием, резко, сразу поумнел. И этот, — Бобби кивнул в сторону выхода с камбуза, — поумнеет. А если нет… То судьба редко второй шанс предоставляет. Сам будет виноват.

Первые сутки полета в кабине дежурил Петр, а Стивен пытался восстановиться самым простым способом — сном. Да Игнат оставил ему и витамины, и обезбол, и еще какие-то блистеры с таблетками… Капитан, кроме витаминов, ничего принимать не стал. У них на борту двое преступников. Точнее, один — явный — амбал, пытавшийся убить Стивена, в камере под замком. А второй — потенциальный — студентик. Если человек для забавы может вот так запросто убивать животных, то неизвестно, какие сюрпризы он преподнесет в будущем.

Студента пришлось временно запереть в каюте Игната. Свободных комнат не оставалось, а доктор въехал последним, так что ничего толком не успел распаковать, и его вещи вынести было удобнее, чем, скажем, у Бобби или тем более Миры. Так вот, с двумя преступниками на борту крепко спать категорически нельзя. А от обезбола запросто может отключить. Грудина все еще горела, и даже напряжение мышц при дыхании «аукалось», но капитан намазался кремом с анестезирующим эффектом и заснул. А проснулся только к обеду по корабельному графику, и то не потому, что мазь перестала действовать, а из-за храпа.

До этого сперва капитану снилось, что он один в лесу и случайно набрел на берлогу медведя. Тот, огромный, косматый и бурый, к несказанной радости Стивена, гуляющего по лесу без бластера — мирно спал. И так при этом немилосердно храпел, что сотрясались все окрестные деревья, а на милю вокруг не виднелось ни белок, на зайцев, ни даже завалящей полевки или ящерицы. Однако… где-то на границе сна и яви мужчина вдруг осознал, что лес и Потапыч иллюзорные, а вот храп-то вполне настоящий, раздающейся со стороны спины лежащего на боку капитана. Все сильнее пробуждаясь, Стивен попытался понять, где он и что происходит.

Единственная, кто делил с капитаном кровать за последние полтора года, была Мира. А она спала тихо-претихо. Так, что капитан иной раз просыпался и тревожно клал девушке ладонь на бок или спину, чтобы убедиться, дышит ли она вообще.

Стивен резко развернулся и, едва не вскрикнув от боли, прострелившей тело, сорвал с лежащего рядом одеяло. Храпуна это, впрочем, не разбудило. Слегка взъерошенный и свернувшийся клубком, словно кот, Снежок продолжал дрыхнуть. Наверное, искал Миру и, не застав ее ни у себя, ни у капитана, решил дождаться там, куда она, вероятнее всего, скоро придет. Стивен с легкой усмешкой выдохнул и накрыл йети снова, оставив, однако, снаружи его рот и нос. Марлен что-то говорила насчет того, что питомец простужен, хотя вообще непонятно, как это может приключиться с животным, плавающим среди льдин и трескающим ледяную рыбу. Ладно, пусть греется тут в тепле, Стивену же пора вставать.

К слову сказать, на вторые сутки капитан чувствовал себя не в пример лучше. Катер шел к Гермесу на автопилоте и постоянного вмешательства в управление не требовал. Арестованная яхта следовала за ним в зоне видимости радара, а задержанные, по личному методу капитана, «мариновались» в изоляции, получая лишь продуктовые наборы через окошко. В каютах имелись и выдвижные мини-уборные, на экстренный случай. Ими обычно никто не пользовался, но капитан, не желая давать задержанным возможность перемещаться по катеру пусть и с конвоем (ну честное слово, какой из Петра конвоир⁈), показал преступникам это чудо техники и даже выдал инструкции к нему.

Опрос Стивен запланировал к вечеру третьих суток, так что пока у него сохранялась свобода для маневра. Догнать отложенную исследовательскую работу, проверить составленные палеонтологом отчеты, немного, чтобы не занимать эфир, поболтать по видеосвязи с Мирой и соврать дотошному Капелю, что все лекарства выпиты, вколоты и рекомендации соблюдаются. На самом деле доктор им достался что надо, и капитан это оценил. Профессиональная подготовка у парня была на уровне, плюс способность не теряться в экстремальных ситуациях, плюс общий сдержанный нрав и немногословность — Стивен уже не сомневался, что они поладят. Вместе со здоровьем начало налаживаться и настроение. Через три дня Гермес, там быстро сдадут «арестантов» и вернутся на курс. Два плановых планетарных осмотра и дней через пятнадцать — здравствуй, Эрера и отпуск.

Капитан уже тайно от Миры выбирал курортную путевку на Тиграден-Би. Очень хотелось порадовать невесту сюрпризом — настоящим синим морем, изысканной кухней и комфортным номером с огромной кроватью на двоих. Может, они несколько дней вообще не будут его покидать, а значит, и интерьер, и удобства, и сервис должен быть на высшем уровне.

Воображение Стивена принялось рисовать, как именно они используют эту кровать, и джакузи, и возможно, даже шезлонги и перила на балконе, как до его обоняния из кухни донесся приятный запах выпечки. Ну надо же! Он-то думал, что после отповеди с одеждой Бетси там больше в качестве повара не появится. Неужели Марлен? Или Петр? Чья, черт победи, очередь сейчас дежурить в кабине? Все, надо срочно взять себя в руки и вернуться к командованию катером. Какие-то полтора суток провалялся раненым, и вокруг непонятно что происходит! Но сперва он все-таки заглянет на камбуз. Очень уж аппетитный оттуда доносится аромат…

Пицца. Так обворожительно пахла именно она. А около стола суетилась Бетси, на этот раз во вполне приличных брючках и футболке. Подражая Марлен, а может, просто чтобы прическа не мешала во время готовки, девушка собрала впереди свои недлинные волосы в несколько стоящих на голове хвостиков, и сейчас, в кухонном антураже с тарелками, смотрелась очень уместно и по-домашнему. Стивена даже слегка кольнула совесть, что он прошлый раз так жестко поставил Бетси на вид. Может, девушка и правда не имела никакого умысла, так фривольно одеваясь, в конце концов, на разных планетах разные нормы приличия. На некоторых, особенно жарких, люди и по улицам ходят топлес, и это в порядке вещей. Стивен, правда, сам таких мест не встречал, но слухи ходили.

— Как ваше ранение, сэр? — бойко поинтересовалась Бетси, наливая ему кофе и пододвигая тарелку с пиццей.

Надо же — двойной, сливки и без сахара. Запомнила откуда-то, как он любит.

В этот момент в камбуз заскочила Марлен. Вся на нервах, биолог схватила кусок пиццы, пролила себе на руку горячий чай, зашипела и только потом, словно увидев, что за столом она не одна, протараторила:

— Добрый вечер, сэр! Как ваше самочувствие?

— Я в полном порядке, — ответил Стивен обеим девушкам сразу. — А ты что такая всклокоченная?

Марлен, стремительно уминая пиццу, потянулась за вторым куском и пояснила:

— Опыты. Помните, те запланированные с Глизе 667 Ce? Все шло как по маслу, наблюдений, может, всего на сутки оставалось, а он мне их провалил!

Стивен даже не успел спросить кто, как Марлен погрозила кулаком в пространство:

— Попадись вот только мне, зараза белобрысая!

Вот, значит, оно как! Снежок, похоже, оказался у него под боком не в поисках Миры, а спасаясь бегством. Выдавать приятеля капитан, конечно, не собирался, поэтому с непроницаемым лицом просто поинтересовался:

— А что натворил?

— У меня стояли пробирки с разными средами и помещенными в них простейшими, так эта чупакабра насыпал туда печенья и сидел изучал — где утонет, где всплывет, а где сразу растворится. Дарвин, блин, облезлый…

Сидящая рядом Бетси не выдержала и рассмеялась. Тоненький такой смех, детский. Совершенно не в тему, Стивен вдруг пожалел палеонтолога. Они тут едят, болтают, а он, видимо, вторые сутки на дежурстве, раз капитан отсыпался, а Марлен спасала свой эксперимент. Да и жена интереса к Петру, похоже, не проявляет. Все, конечно, на катере знают, что брак фиктивный, но тот, кто не слепой, отчетливо видит, что парень из кожи вон лезет, стараясь обратить внимание Бетси на себя.

— Отличная пицца, Бетси. Отнеси, пожалуйста, Петру на вахту, и передай, что сменю его через час. В ночь дежурить буду я, так что он сможет отдохнуть.

А про себя подумал: «Похоже, старею. Вот уже и до сводничества докатился».

Когда Стивен пришел принимать пост, Бетси уже в кабине не было. Непонятно вообще, так запала на «мужнего» брата? Внешне же они не отличишь! Ладно, не его это дело.

— За время дежурства происшествий не случилось, — отчеканил Петр по уставу и потом обычным голосом, традиционно смущаясь, добавил: — Отчеты, сэр, готовы, ждут вашей визы, поэтому пока не отправлял. Задержанных кормим по корабельному графику. Яхта на радарах. Движение к пункту назначения строго по плану. Разрешите идти?

— Разрешаю, — кивнул Стивен и, садясь в ставшее уже родным капитанское кресло, окинул взглядом рубку. Не крейсер, конечно. Тосковал ли он по своей прежней жизни? Сперва очень. Когда тебе всего тридцать и карьера идет в гору, так резко оказаться выкинутым на обочину… Впрочем, еще в самом начале капитан задал себе правильный вопрос: если бы он точно знал, что его заход на холерную планету выйдет вот таким боком, посадил бы крейсер? Точно да. А значит, и жалеть не о чем. Это понимание примирило Стивена с действительностью.

Сейчас же, когда подобралась такая удачная команда, а в его судьбе появилось солнце по имени Мира, жизнь и вообще заиграла новыми красками. От сожалений не осталось и следа.

Стивен встрепенулся, вспомнил, что собирался заняться просмотром отчетов, и, вызвав документы на экран терминала, погрузился в их чтение.

— Можно мне посидеть в кабине? — неожиданно раздался над его ухом девичий голос.

Капитан поднял голову. Бетси выглядела какой-то расстроенной.

— Поссорились с Петром? — непонятно зачем спросил Стивен.

— Нет, — слегка удивленно отозвалась девушка, занимая соседнее кресло, забираясь на него с ногами. — Нам совершенно нечего делить.

Капитан кивнул и перевел взгляд обратно на отчеты. Однако не прочитал и пары строк, как Бетси снова заговорила:

— Я видела операцию на экране в режиме онлайн. И этот выстрел… Чуть с ума не сошла. Вы такой сильный, умный, красивый, и вдруг умереть… Это была бы чудовищная несправедливость…

Стивен икнул и, не зная, что сказать, просто бросил, не отрывая взгляд от отчетов:

— Спасибо.

— Мне кажется, что вот эти ситуации, когда от смерти отделяет буквально волосок, заставляют по-другому посмотреть на все вокруг. Организм как будто стремится убедиться, что он жив и требует ощутить полноту немедленно и как можно ярче, — Бетси легла животом на подлокотник своего кресла и, опираясь руками на капитанское, заглянула ему в лицо.

В ее янтарных глазах таилось неприкрытое желание, а по-кошачьи изогнутая спина и приподнятые полушария ягодиц слишком очевидно договаривали непроизнесенное вслух. Стивен в первую секунду опешил, а потом, с трудом сдерживая смешок, проговорил:

— Бетси, ты что, пытаешься меня соблазнить? Прости, явно не по адресу. У меня есть Мира.

Девушку, однако, это совершенно не смутило, и она, не меняя позы, а лишь слегка покачнув ягодицами, продолжила:

— Я не собираюсь вставать межу вами! Но вы такой… достойный и при этом горячий. Обещаю, она не узнает.

— Бетси, зачем я тебе? — по-учительски строго задал простой вопрос Стивен.

На щеках капицианки возник румянец, похоже, она решила, что разговор, наконец, пошел в запланированное ей русло.

— Я бы хотела, чтобы вы стали у меня первым. Сразу видно, что вы мужчина чуткий и опытный… — и она, словно стесняясь сказанного, отвела глаза в сторону, слегка прикусив пухленькую губку.

— А мне кажется, ты обманываешься, а еще вероятнее, обманываешь меня, — жестко отрезал капитан. — Маленькая избалованная принцесса привыкла получать все лучшее и сию секунду? Так вот, я тот трофей, который ты не поставишь на свою полку, — и капитан, разрывая взгляды, поднялся с кресла и указал рукой на выход.

Переборка на удивление оказалась закрыта. Вот же аферистка!

— Маленькая? — взбешенно воскликнула Бетси, вскакивая на ноги и резко стягивая с себя футболку, под которой, ожидаемо, ничего не было.

— Это маленькая? — тяжело дыша, девушка предъявила, похоже, самый весомый в ее глазах аргумент.

Ну да, грудь у нее была красивая — высокая, идеально стоящая, размера третьего, не меньше. Но Стивен… рассмеялся.

— Мне сложно понять, что происходит у столь юных девушек в голове, однако глупо предполагать, что стоит раздеться, и любой, капая слюной, поползет за тобой на край света. Надевай кофту и уходи. А если еще раз что-то подобное повторится, наплюю на свое обещание и высажу тебя в самой забытой богом колонии, где и межпланетки-то не будет. Доходчиво объяснил?

Бетси, тяжело дыша и раздувая ноздри, натянула майку и выскочила из кабины. Капитан устало покачал головой и сел обратно в кресло. Вот же ж сокровище Петру досталось, хорошо хоть фиктивно.

Мира впервые видела купола Гермеса с поверхности. Впрочем, что с поверхности, что из космоса, они представляли собой непередаваемое зрелище. Если бы объектам, как в древности, присваивали статус «чудес света», то купола их точно бы заслужили. Это были гигантские высокотехнологичные конструкции, внутри которых размещались города, шахты, а в последнее время и сельскохозяйственные угодья. Цельность купола могла стоить жизни сотням тысяч человек, поэтому гермесцы не только снабжали их непревзойденными системами защиты и диагностики, но имели и запасные варианты на каждый запасной вариант.

Например, старые купола, оставшиеся от первопоселенцев, не разбирали, а тщательно следили за ними и обслуживали даже тогда, когда сверху их перекрывал более крупный собрат. А на экстренный случай все государственные учреждения были снабжены автономными, «складными» конструкциями, которые в случае сигнала о малейшем повреждении «первой линии защиты» тут же раскрывались, защищая подведомственное здание. И, естественно, отдельные установки кислородоснабжения. И скафандры с регулярно проходящими проверку кислородными баллонами в каждом доме, точно по количеству членов семьи.

Гермес был первой планетой, которая стала производить на поток не только скафандры для беременных, но и скафандры «для матери и ребенка». Мира смотрела в иллюминатор и откровенно восхищалась не только постройками, но и этими людьми, которые уже четыреста лет, из поколения в поколение, доказывали, что домом может стать и вот такое место без атмосферы. Кстати, сколько раз до этого ей приходилось сталкиваться с коренными гермесцами в академии или где-то на практике, у них всегда были общие черты. Качества характера, которым можно было только позавидовать — организованность, целеустремленность и привычка всегда быть готовым ко всему.

Однако, «познакомившись» с браконьерами, она поняла, что даже здесь не все люди одинаковые. Что насколько бы ни были суровыми условия жизни, всегда найдется какая-то паршивая овца…

Стыковочный шлюз с шипением открылся, и из еще не успевшего окончательно рассеяться антисептического белого газа вышли трое вооруженных гермесцев с нашивками планетарной полиции на рукавах. Они тут же продемонстрировали свои служебные удостоверения и молча встали с двух сторон от входа. Мира уже знала, как будет происходить транспортировка. Подробнейшая инструкция на этот счет была им скинута еще перед посадкой, после того как военные и таможенные службы планеты дали «добро» на приземление.

Сначала Бобби вывел одного задержанного, и вместе с двумя полицейскими вся группа скрылась за переборкой. Спустя несколько минут створ снова открылся, и в пристыкованный к яхте аэробас переместились Игнат, Мира и оставшийся гермесец. Аэробас отличался от привычных пилоту, в частности, тем, что подобно спасательной капсуле он был абсолютно герметичен, снабжен собственной системой кислородоснабжения и стыковочным шлюзом.

Да-да, именно шлюзом. Космопорт Гермеса находился вне куполов, в безвоздушной зоне, и перемещаться по его, кстати, тщательно охраняемой территории могли только сотрудники в скафандрах, на аэрокарах, или вот такие специальные аэробасы для пассажиров и грузов.

Патрульных перевезли на катер, забрали с него двоих оставшихся браконьеров, а также изъятое у них вооружение, и удалились. Все записи, показания и прочее к этому моменту уже были переправлены в следственный отдел. Вся процедура, включая дозаправку катера, заняла около часа.

— Чтоб я так жил! — восхитился Бобби. — Да здесь обслуживание в десять раз оперативнее, чем на любой из известных мне планет!

— Ну так живи, — пожала плечами Марлен, не понимая, в чем проблема.

— Кэ-эп, а нам случайно за эту операцию медаль не полагается? — проникновенно уточнил Бобби, меняя тему.

— Полагается! Шоколадная! По прилету на Эреру я лично тебе коробочку их куплю, — выпалила Марлен, опережая Стивена.

— Лучше себе чупсов купи, — ехидно парировал механик. — А то ты без них какая-то злая.

— Я бы сказала, без чего злой ты, — отбрила Марлен, — но не буду при детях.

И кивнула в сторону Снежка, довольно уплетающего морковку и огурец, кусая попеременно из двух рук.

— А может, он уже не дите, а вполне половозрелая особь? — с сомнением глядя на йети, проговорил Бобби.

— Нет. Я все проверила по нескольким источникам. Данный вид живет порядка сорока лет, а репродуктивный возраст наступает примерно к пяти-семи годам. Тесты же, которые я провела, показывают, что Снежку не больше трех. По человеческим меркам это… — и Марлен, закрыв один глаз, уставилась в потолок, словно производила в уме сложные расчеты. — Где-то десять-двенадцать лет!

— А что мы вообще здесь перед шлюзом толпимся? — впервые с момента воссоединения команды подала голос Бетси. — Наша миссия же на Гермесе закончена, или я что-то неверно поняла?

— Вы — не знаю, — рассудительно ответил Игнат. — А я заказал дополнительные продукты.

— А у меня посылка, — не сговариваясь, хором выпалили Бобби и Марлен и удивленно переглянулись.

У Миры посылки не было. Как-то со всей этой браконьерской историей пилоту было не до закупок в мегаплейсах, а из других мест ей давно ничего не присылали. Поэтому она уже собиралась идти в кабину и готовиться ко взлету, как шлюз снова распахнулся, и вышедший из него посыльный, заглянув в портативный терминал, уточнил:

— Роберт Варден?

Мира, которая стояла ближе всего к мужчине, уже собиралась было сказать, что у них такого в штате нет, как механик выпрыгнул вперед и шустро поставил оттиск своего пальца на терминале.

Точно! Бобби — это же сокращенная форма имени! Три с лишним месяца летать с человеком и даже не знать, как того зовут! Мира сама себя постыдила и уже сделала шаг от двери, как гермесец вручил механику очень любопытную коробку. Сантиметров восемьдесят высотой, на ее боку было какое-то невнятное очертание человеческой фигуры. В Мирином детстве в таких коробках продавали роботов-кукол. Хотя… зная Бобби — это могла быть совсем иного рода кукла. Пилот снова мысленно одернула себя и сделала шаг к коридору.

— Мирослава Кипелова?

Девушка, еще не успевшая выйти из помещения, пораженно обернулась.

Посыльный, догадавшись, что именно она адресат, протянул Мире небольшую, напоминающую конфетную, коробку алого бархата. В ее углу приютилась бирка из двух белых голубков, сидящих внутри золотого сердца.

«Почта Гименея» всегда оформляла посылки в одном стиле и была мегаузнаваема и, кстати, очень недешева. Почему? Потому что бумажные письма в современном мире — это всего лишь понты. А понты всегда стоят дорого. Ее услугами, как правило, пользовались в двух случаях: или если кто-то хотел незаурядно объясниться в любви, или незаурядно же сделать предложение руки и сердца. Так что в таких коробочках, помимо писем, зачастую еще лежали кольца или какие-то другие ювелирные украшения. В общем — эксклюзив не для всех.

Мира искоса глянула на нечитаемое лицо капитана. Нет, между ними со Стивеном давно прозвучало ее «согласна», к чему вся эта мишура? Да и не настолько капитан романтик. Вообще большой вопрос, знал ли он про такую возможность. Но тогда кто?

— Это какая-то ошибка. Я не жду подобной посылки!

Курьер разулыбался:

— О, их много кто не ждет. В этом-то и заключается сюрприз!

И он подмигнул.

— Я не буду ее принимать! Отошлите отправителю, — внезапно занервничала Мира, бросая на коробку настороженный взгляд, словно опасалась, что из нее в любой момент выползет гадюка.

Лицо курьера помрачнело:

— Мэм, я всего лишь выполняю свою работу. Доставка посылки оплачена в один конец, тут точно указан номер катера и ваше имя, и отметка, что могу передать без подтверждения получения со стороны адресата. Так что вот.

Гермесец резко сунул коробку Мире в руки и продолжил:

— Игнат Капель? Вы, да? Пойдемте, там восемь ящиков, убедитесь, что все условия транспортировки соблюдены.

— Ого! Тайный поклонник? — подскочила между тем Марлен, у которой все на свете вызывало повод для оптимизма.

Мира развернулась и пошла к камбузу. Она еще и сама не могла понять, почему ситуация ее так задела. Кто бы ни прислал эту коробку, ей неинтересно!

Марлен перехватила пилота за руку уже около утилизатора:

— Ты что, с ума сошла? Там же украшения!

— Мне они не нужны, — отчеканила девушка, собираясь избавиться от презента, однако Марлен ловко ввинтилась между ней и аппаратом.

— Давай хоть одним глазком посмотрим, а? Ну что от тебя, правда, убудет? — и этот ее умоляющий взгляд.

Говорят, любопытство кошку сгубило. Вот однажды Марлен наверняка станет той самой кошкой. Но сейчас Мира сдалась под натиском подруги и ткнула ей в руки посылку.

Пломба была в момент сорвана, и крышка распахнута. Внутри в аккуратно обшитых атласом ячейках лежали элегантная типографская карточка с надписью «Прости, я очень виноват! По-прежнему тебя люблю!» и помолвочное кольцо.

Марлен присвистнула:

— Ну ни фига ж себе! Все еще не знаешь, от кого?

Мира прислушалась, желая убедиться, что они одни и через секунду никто на камбуз не заявится, и проговорила шепотом:

— Если это тот, про кого я думаю, то ничегошеньки о нем больше никогда в жизни слышать не хочу! Я Стивена люблю, а прошлое пусть остается в прошлом. Кольцо можешь взять себе или выкинуть, — закончила Мира и быстрым шагом удалилась из кухни.

Вылет прошел без эксцессов, разве что Стивен был более чем обычно суров и молчалив. Возможно, правда, это Мира себя накрутила. Странное состояние. Какой-то… урод прислал ей «извинялку», а она чувствует себя чем-то перед капитаном виноватой. Глупость какая! Девушка постаралась сконцентрироваться на работе, обсчете летной трассы, и это помогло. К ужину, выведя корабль на положенный курс и установив автопилот, она забыла об инциденте.

Тем более, у команды возникла новая тема для обсуждений. Когда все уже, кроме механика, сидели на кухне, Бобби появился в дверном проеме и, как фокусник, постучав схваченной со стола ложкой по металлической обшивке, произнес:

— Минуту внимания! Та-да-ам!

И, сдвинувшись вбок, показал руками на нечто, переступившее порог.

Это «нечто» сделало два неуверенных шага, качнулось и наверняка бы свалилось ничком, не подхвати его механик в последней момент.

— Ты… купил Снежку скафандр? — первой, снова обретя дар речи, выговорила Мира.

— Это не просто скафандр! — как ребенок, обиженно надулся Бобби. — Это «Гермес-687»! Встроенный кислородогенератор, внешнее и внутреннее переговорные устройства, камера с обзором 360 градусов, полный скрининг организма, выводимый на любой терминал в радиусе километра…

— Поняли-поняли! — перебила приятеля Марлен. — Только Снежку-то все это зачем?

Бобби слегка стушевался, опасливо глядя на капитана:

— Ну так… У нас же стоит плановый выход в открытый космос. Тренировочный. А Снежку в катере тесно и скучно. Он уже здесь все углы, включая технический отсек и вентиляцию, облазил. Можно, мы его возьмем с собой? За его безопасность лично отвечать буду!

За время на яхте Мира так соскучилась по капитану — по его запаху, прикосновениям, голосу вживую, а не «с той стороны» экрана, что ее аж скручивало от нетерпения. Как Марлен вообще умудряется переживать четырехмесячную разлуку⁈ При остальном экипаже пилот, естественно, четко выдерживала субординацию, хотя непроизвольно ловила себя на мыслях, что будет, когда они, наконец, останутся вдвоем.

Когда же она, прихватив пижаму и все необходимое, пришла в каюту к капитану, неожиданно вспомнила о дурацкой красной коробке и застыла столбом у входа. Стивен работал на терминале и лишь на секунду поднял глаза:

— Сейчас, уже заканчиваю.

Мира прошла и села рядом. Было ощущение, что в комнате все напитано каким-то нездоровым напряжением, плотным и вполне осязаемым. Девушка помолчала несколько минут, пока капитан не отложил работу и не притянул ее к себе за плечо.

— Ты… что-то хочешь у меня спросить? — несмело начала Мира, не зная, как преодолеть образовавшийся барьер.

— Мне есть о чем волноваться?

Девушка отрицательно качнула головой, по-прежнему не глядя в сторону капитана.

— Тогда нет, если ты сама, конечно, не хочешь о чем-то рассказать.

Мира, пожалуй, не хотела. Но еще меньше желала, чтобы Стивен что-то не так понял или додумал. Что бы она почувствовала, получи капитан подобное послание? Ведь определенно до нее у Стивена были другие женщины, и она ничего о них не знала.

— Мира, мне давно не шестнадцать, — неожиданно снова заговорил капитан, словно поняв ее чувства и сомнения. — Я отлично понимаю, что и в моем прошлом, и в твоем были другие отношения. Это на самом деле неважно. Важно только то, что мы делаем и чувствуем сейчас, и как видим наше будущее. Я — только совместно, а ты?

— Тоже, — сразу ответила Мира, наконец взглянув капитану в лицо. — Так ты на меня больше не сердишься?

— На тебя? — искренне изумился Стивен. — На тебя-то за что? Я на себя сержусь. Какой-то крендель умудряется сделать моей без пяти минут жене предложение, да еще так красиво, а я, идиот, даже помолвочного кольца до сих пор не подарил.

У Миры в эту секунду как стотонный груз с плеч упал. Желание продолжать разговор сразу пропало, и она, обняв Стивена за шею, с радостью и упоением его поцеловала. И сразу, в секунду исчезло все — сомнения, колебания, неуверенность и обида. Капитан отвечал с тем же жаром и желанием, что и всегда, и сразу становилось ясно, что все препятствия между ними несущественные или вообще надуманные. И чтобы это понять, оказывается, не требовалось ни объяснений, ни слов.

Утром все тело Миры ломило от приятного утомления. Недельная изоляция закончилась таким фейерверком, что девушка, с улыбкой глядя в хромированный потолок, подумала, что в расставаниях (только непременно кратковременных!) есть определенный сакральный смысл.

Ну а ближайшие две недели были плотно заняты попыткой догнать исследовательский график, заходом для осмотра на пару планет и другой рутинной работой. Свободного времени у Миры практически не оставалось, тем более что иногда приходилось «разгребать» за шалостями Снежка.

Например, занимаясь в один из дней в зале, пилот неожиданно услышала истошный крик Бетси. Мира кинулась в комнату девушки, на ходу успев передумать все, от сорвавшегося со стены терминала, нечаянно отрубившего при этом капицианке руки, до нападения вроде как несуществующих «инопланетян». На самом деле все оказалось куда безобидней: каюту Бетси, словно снегом, припорошило ровным слоем синтепона, а виновник беспорядка сидел в одной из не до конца распотрошенных подушек и с испугом взирал на орущую девушку.

Марлен успела вперед пилота, схватила питомца и, закрывая его собой, гаркнула:

— Чего кричишь? Испугала малыша! Подумаешь, пара подушек! Я вообще сплю без них! Мимических морщин, между прочим, меньше.

— Он… Он… — задыхаясь от ярости начала Бетси, — мне специально всякие пакости делает!

— Не говори ерунды, — вмешалась Мира. — Он просто маленький и познает вселенную!

— Точно! — поддержала японка. — А если хочешь, чтобы познавал вне твоей каюты — запирай замок.

— Он не только в каюте, — не унималась Бетси. Казалось, вот-вот и она начнет дышать огнем, как дракон. — Я вчера готовила пиццу, и всю ее пришлось выкинуть, как думаете почему⁈

— Эм… — Марлен вместе с Мирой, не слишком успешные в кулинарии, пожали плечами.

— Потому что он ее посахарил! Посахарил пиццу!!!

— Ну, Снежок видел, как ты готовишь, его заинтересовало. Откуда йети должен знать, что сахар — неподходящий ингредиент? — рассудительно пояснила Марлен.

— Да? — сузила глаза Бетси. — А соль в моей чашке с чаем тоже случайно каждый раз оказывается, стоит отвернуться?

На это и Марлен, и Мира не нашлись, что ответить, поэтому биолог просто предпочла утащить бедокура в безопасное место, а пилот — помочь Бетси убраться.

Было похоже, что йети действительно невзлюбил временного члена экипажа, только вот непонятно за что.

В открытый космос Мире предстояло выйти не впервые. Естественно, и на учебных занятиях, и на практике у них были отведенные для этого часы, однако сейчас почему-то девушка особенно волновалась. Может, потому, что выход планировался хоть и тренировочный, но настоящий, не учебный. По графику шел только Бобби — для внешнего осмотра исправности корабля, и Мира как человек, не делавший этого в последние полгода, и как… запасной механик, о чем пилот все время забывала. Как говорится, крепкого здоровья Бобби, потому что, если придется чинить ей… Не факт, что кораблю после этого потребуется что-то большее, чем передатчик для сигнала SOS и спасательная капсула.

Однако Мира честно каждую свободную минуту в последнюю неделю посвятила изучению регламента осмотра, зубрила чек-листы и дотошно наведывалась к Бобби, прося его объяснить то, что сама не понимала. Однако после объяснений механика все становилось еще запутаннее, и Мира, смирившись, решила, что просто все посмотрит «в деле».

Но больше всего повезло Снежку. Капитан, во что пилоту до сих пор не верилось, разрешил йети выход в открытый космос! На прямой Мирин вопрос наедине, «как он до такого дошел», Стивен посмеялся, пожал плечами и пояснил:

— Ни в одном положении Устава или пункте инструкции нет запрета для выхода йети в космос. А что не запрещено — то разрешено. Тем более, Бобби прав: гермесские скафандры самые надежные. Пусть Снежок порезвится.

Йети и правда пребывал в эйфории. Он «плавал», крутился через голову, и на его разомлевшую от счастья моську было приятно посмотреть даже сквозь стекло гермошлема. Мире же «порезвиться» не вышло. Ощущения от невесомости… странные. Ты вроде бы одновременно и паришь в вакууме, и в то же время любое направленное действие: шаг, захват скобы, разворот, перетяжка узлов, даже перецепка карабина на страхующих тросах — для всего этого приходится прилагать куда больше усилий, нежели на земле или в условиях искусственной гравитации. Снежку хорошо — летай себе и летай, как шарик на веревочке, наслаждайся свободой и восторгайся «пейзажами» и новыми ощущениями.

Мира же, пока они с Бобби выполнили обязательную программу, чувствовала себя, как человек, простоявший у станка без сна и отдыха несколько суток. Все мысли только и сводились к тому, чтобы добраться до каюты и свалиться спать.

Однако прежде чем вернуться внутрь, пилот все-таки остановила сослуживца:

— Давай повисим тут пару минут без дела. Просто… посмотрим на тишину.

— Поэтично сказано, — усмехнулся механик, зацепив карабин за последнюю скобу и расслабляя тело.

Космос, обступивший со всех сторон, завораживал и… немного пугал. Мира смотрела вдаль, как и многие-многие поколения людей до нее, но в отличие от них зная, что звезды, во всяком случае некоторые из них — вполне достижимы. Однако то первобытное ощущение себя даже не букашкой, нет, мыльным пузырем в масштабах мироздания, по-прежнему сохранялось. И Мира, очарованная вселенной вокруг, поделилась этими соображениями с Бобби.

Механик же воспринял все в традиционной для него манере:

— Мыльные пузыри, говоришь? Пф-ф-ф! Заметь — разумные мыльные пузыри! А это не одно и то же! Вон уже сколько галактик намылили! А то ли еще будет!

Впрочем, пилот бы удивилась, если бы Бобби рассуждал как-то по-другому. Романтика, если и жила внутри этого здорового весельчака, то всегда уступала место практичности. Поэтому пилот лишь улыбнулась и, пропустив Снежка вперед, влетела в шлюзовую камеру.

Наверное, если бы регламент позволял, Мира бы заснула прямо в отсеке со скафандрами, сразу после переодевания. Но как-то уж очень не хотелось показаться перед остальным экипажем слабачкой, так что, собрав последние крохи силы воли, пилот доползла до личной комнаты. Стивен сегодня дежурил в кабине, а в такие дни Мира обычно спала у себя. Не нравилось ей оставаться одной в капитанской каюте — как-то особенно холодно там без любимого и не спится. Так что пилот глотнула две капсулы «Компенса» — препарата, специально разработанного для людей, выходящих в открытый космос, чтобы избежать побочных эффектов, и отключилась.

Однако буквально посреди глубокого, лишенного сновидений сна, Мира резко вскочила от заоравшей ни с того ни с сего в комме музыки. Во второе мгновение она уже поняла, что это будильник, и села на постели.

Так, будильник. Зачем она его заводила? Хороший вопрос. Зачем в рейде может пригодиться пробуждение посреди ночи? Разве что боишься заснуть во время вахты, однако пилот этим не страдала. Странно, ну да ладно. «Раз уж проснулась, пойду сделаю себе чай и Стивену кофе», — подумала Мира и, потянувшись на койке, вдела ноги в свои любимые тапочки с розовыми помпонами.

В коридоре катера было тихо и горело лишь дежурное освещение. Снежок, по всей видимости, остался с Марлен, а больше особенно шуметь тут некому — все люди взрослые и по ночам спят. Однако, подходя к камбузу, Мира почувствовала — что-то не так.

Девушка еще раз осмотрелась: шлюз в кабину запечатан. За все время Мириной службы на катере она такого не помнила. Зачем бы это Стивену понадобилось? Мира, сама не понимая почему, постаралась ступать как можно тише и, подойдя к переборке, приложила уху к прохладному металлу. Подслушивать, конечно, нехорошо, только пилот хотела понимать, что вокруг происходит. Может вообще, пока она спала, катер захватили. Малоправдоподобно, но все же… В кабине слышалась какая-то возня, частое дыхание и охи-ахи. Пилот оторопела. Стивен что, включил в капитанской рубке просмотр порно⁈

— Да, так хорошо! Да-а-а…

Мира отшатнулась от переборки, во рту сразу пересохло и, кажется, ее даже затошнило. Женский голос, изрекающий эти фразы, принадлежал Бетси. Ее характерный акцент невозможно было не узнать. Пилот глубоко вдохнула, задержала дыхание, потом выдохнула, используя один из широко известных способов обуздать панику.

То, что там Бетси, еще ни о чем не говорит. Стивен бы ни за что так не поступил с Мирой… И уж тем более не в кабине на дежурстве. Вдруг «молодожены» все-таки сподобились консумировать брак? Петр увлекся женой, это было видно невооруженным взглядом. Могла же и эта «знойная красавица» уступить, тем более что брак оформлен и терять как бы нечего.

Чтобы подтвердить свою догадку, Мира, забыв про чай и кофе, пошла назад по коридору до каюты Стивена. Постучала — тишина. Подозрения снова стали поднимать голову, словно кобра, готовящаяся к броску. Пилот еще раз постучала, может же капитан спать крепко? Изнутри ни звука. Кобра распушила свой капюшон, готовясь ужалить Миру. Может, не смертельно, зато точно очень тяжело и больно.

Пилот сделала несколько шагов по коридору и постучала в каюту Петра. Почти сразу с той стороны послышалась возня, шарканье подошвы, и в открывшемся проеме возник взъерошенный и заспанный палеонтолог:

— Э… Я… хотела «Компенс» спросить, куда-то свой засунула. Но уже вспомнила, что теперь не ты у нас медик. По привычке, — и Мира отступила к каюте Игната.

— Ну давай схожу дам, — предложил Петр. — Я еще не забыл, где что лежит…

Но Мира поспешила постучать к врачу:

— Не надо, спасибо. Доктор он — пусть работает.

Петр пожал плечами, мол, дело хозяйское, и пошел досыпать. Только захлопнулась его переборка, как открылась каюта брата. На него вообще Мира бы не подумала, но раз уж начала играть спектакль, придется довести его до конца.

— Я «Компенс» потеряла, — пробормотала она срывающимся голосом.

Яд от укуса воображаемой змеи вполне правдоподобно уже растекался по телу, вызывая слабость, отчаяние и нехватку воздуха.

— А… Сейчас.

И Игнат юркнул внутрь. Видимо, часть медикаментов он предпочитал держать у себя, чтоб не бегать лишний раз в лазарет. Мира оперлась одной рукой на стенку. Голова и правда начала кружиться от бомбардирующих ее мыслей. Стоит ли стучать к Бобби? А зачем? Все и так понятно, как белый день, Мира просто пытается схватиться за соломинку, потому что… слишком больно. Она доверилась мужчине второй раз. Ей казалось, что это серьезно, что и правда «насовсем». А получается…

— Вот, — прозвучал голос Игната, протягивающего упаковку.

— Спасибо, — с трудом промямлила Мира, отступила от двери и покачнулась…

— Ой, да ты бледная совсем! — переполошился Игнат, подхватывая девушку. — На побочку от выхода не похоже. Может, вы вместе с капитаном съели что-то? Не тошнит? Желудок не болит? Вспоминай, что захватили с Капицы из продуктов.

— Нет, все в порядке, — проговорила Мира, пытаясь высвободиться из рук и с трудом переваривая услышанные фразы.

— Давай я тебя тоже на капельницу положу, а? От греха подальше? С утра оба будете как огурчики!

— Оба? — еще не до конца осознавая смысл сказанного, переспросила Мира.

— Ну да. С капитаном. А с чего, ты думала, он с Бобби поменялся?

До пилота, наконец, дошел смысл, и она ринулась в лазарет.

— Да он вне опасности! — крикнул уже вслед Игнат.

Но сейчас все отошло на второй план. Космос, служба, любые слова. Стивен здесь, рядом. Он жив, почти здоров и ее не предавал! Не предавал… Как ей вообще в голову могли прийти про него такие гадкие мысли⁈

Мира заскочила в лазарет, упала на колени перед спящим на кушетке Стивеном и принялась жадно покрывать его лицо поцелуями. Капитан, естественно, проснулся, приобнял ее свободной от иглы рукой и между поцелуями со смешком спросил:

— Ты чего? Я умирать не собираюсь…

— Да просто… сон плохой приснился, — пробормотала Мира, радуясь, что в блеклом дежурном освещении не видно ее горящих щек.

— Понятно. Я в порядке, иди досыпай, а то завтра длинный рабочий день.

— Сейчас, еще пять минуток с тобой посижу, — и пилот закрыла глаза, пристроив свою голову к голове капитана. Было слышно его размеренное дыхание и ставший родным цитрусовый запах. Так хорошо и уютно. Так легко… Так сладко узнать, что все, что Мира себе навоображала, лишь плод ее буйной фантазии и непонятно откуда появившейся ревности. «А ведь люди так и разводятся, что-то себе надумав и ничего не прояснив», — промелькнуло в голове у девушки, прежде чем она погрузилась в сон.

А встрепенулась Мира лишь тогда, когда поняла, что по ее волосам скользит мужская ладонь. Стивен уже сидел рядом и, увидев, что она проснулась, тут же поднял девушку с пола к себе.

— Ну и что не ушла? Шутка ли, так всю ночь скрючившись проспать⁈ Давай я тебе дам выходной по состоянию здоровья?

— Вот еще! — вскинулась Мира. — Я отлично себя чувствую!

И ведь ни словом не погрешила против правды!

Капитан все-таки принудительно выдал Мире выходной на «акклиматизацию». Ну и ладно, как говорится, хорошо то, что хорошо заканчивается. Стивен рядом — любящий и любимый, до отпуска рукой подать, вот только какой-то червь сомнения, еще плохо логически объяснимый, но отлично интуитивно ощущаемый, подтачивал изнутри. Как любила говорить ее мама (интересно, что это вообще значит⁈): «Не выходит каменный цветок» — что-то не срасталось.

Череда непонятных совпадений: ночью — будильник, прозвонивший не вовремя; отравившийся Стивен; сцена, которую она застукала на капитанском мостике… Снежок, с чего-то вдруг невзлюбивший Бетси и развязавший против нее партизанскую войну. Чертово кольцо от адмиральского сынка.

Вот это прямо совсем неожиданно. Совесть замучила, что со злости подпортил Мире карьеру? Нет, совесть у таких давно отмерший орган. Тем более теперь, с высоты их со Стивеном отношений, Мира четко понимала — для Кантора она не была особенной. Лишь одной из целого потока вздыхающих по нему идиоток. Чего бы он вдруг взялся просить прощения, да еще присылать кольцо? Да и вообще широкие жесты не в его стиле. Вроде бы все упомянутое — отдельные фрагменты, но… почему-то у Миры оставалось ощущение, что она лишь упускает недостающее звено, нить, на которую нанизаны бусины.

Обуреваемая мыслями, пилот направилась в лабораторию к Марлен, чтобы переговорить с ней с глазу на глаз.

— Слушай, ты рассказывала, что твой жених служит главой охраны у какого-то богатенького Буратины?

— Можно и так сказать, — отчего-то напряглась подруга.

— Значит, у него наверняка есть всякие обширные связи, в том числе и с хакерами?

— Мира, к чему ты клонишь? — глядя прямо в глаза, уточнила японка.

— Можно как-то узнать, кто именно отправил мне посылку «Почтой Гименея»? Конфиденциально, конечно.

— Эм-м… Думаю, да. Но ты меня удивляешь и даже пугаешь. Я-то считала, что у вас со Стивеном все как в сказке.

— Марлен! Наши отношения с капитаном тут ни при чем! Обещаю, все тебе расскажу. Потом. Когда сама пойму. Так поможешь?

— Попробую, — согласилась японка.

Мира вернулась в свою каюту и честно попыталась заснуть, чтобы выделенное «на выздоровление» время не прошло напрасно. Впрочем, чем больше она думала, тем сильнее хотелось бодрствовать.

Кто-то явно завел в ее комме будильник. Ну не могло это произойти автоматически, у Миры незапамятных времен стояло только одно время побудки, даже на нерабочие дни. Комм всегда у Миры на руке, зато вчера, перед выходом в космос, она его сняла и оставила в отсеке со скафандрами. Туда, конечно, мог зайти кто угодно, кроме Бобби, который тоже «плавал» снаружи. Тот, кто завел будильник на три ночи, знал, что у Миры есть привычка, просыпаясь, ходить пить чай. И об этом, опять же, знают на корабле все. Однако тот, кто сознательно ее разбудил в это время, знал, что она не только пойдет за чаем, но и непременно обнаружит закрытую дверь в кабину.

Как говорят в детективах — надо искать, кому выгодно. Бетси хотела соблазнить капитана, и чтобы Мира их застукала? А капитану неожиданно стало плохо, и «принцесса» пустила в действие запасной вариант? Хотя с чего бы Стивену, с его бычьим здоровьем, стало плохо⁈ Может, потому, что капицианка заранее побоялась, что с капитаном такой фокус не пройдет, и надежнее «устроить» фальсификацию? Бетси как раз последнее время часто крутилась на кухне, и ей ничего не стоило подсыпать что-то именно в пищу Стивена. Причем, если бы капитан обнаружил изменение вкуса, то легко бы это удалось свалить на Снежка. Про посахаренную пиццу и соленый чай знала уже вся команда.

Постановка, конечно, со стороны выглядела слишком сложной, но ведь у Бетси почти получилось их рассорить! Как бы отреагировала нормальная девушка, услышав то, что услышала Мира? То-то и оно… А Бобби? Тоже хорош! Они ж вроде с Петром друзья… В общем, пилот, так как терпение не входило в список ее добродетелей, решила пойти… к Бобби и прояснить некоторые моменты.

Механик наудачу был в машинном отделении и совершенно один. При виде его в Мире почему-то поднялась бессознательная волна злости. Она подошла к копающемуся с какими-то железками парню и с ходу ядовито заявила:

— Думала, Петр тебе друг, а ты, значит, решил так, чисто по-дружески, воспользоваться правом первой ночи?

Бобби поднял на Миру расширившиеся от удивления глаза, но потом, видимо, сообразил, что ей откуда-то известно о ночном рандеву, и на удивление спокойно ответил:

— Ты отлично знаешь, что брак у Капеля фиктивный. А Петру я с самого начала сразу и в открытую сказал, что, без шуток, заинтересован в Бетси, так что кого она выберет, того выберет. Я соперничал честно.

Ого! Так Мира, оказывается, погруженная в свои дела, многое пропустила!

— И ты решил, что она выбрала тебя? — уже куда спокойнее уточнила пилот.

— Тот факт, что женщина приходит к тебе ночью на дежурство, закрывает дверь и раздевается, можно трактовать как-то иначе? Я не понимаю, к чему этот разговор, Мира? Ты нас застукала? Ну так я не школьник и оправдываться не собираюсь. Хочешь — доложи Стивену, что я грубо нарушил устав. Так сказать, «лишил невинности» капитанский мостик, — и Бобби, привычно хохотнув, взял следующую деталь и аккуратно прошелся по ее краю напильником, видимо, давая понять, что он занят и дальше разговаривать не намерен.

— Я, конечно, не скажу! — возмутилась Мира, в чьей голове вообще все перемешалось. — Черт с ней, с рубкой! Но вот лишить невинности чужую жену…

— Мира! — одернул девушку Бобби, снова подняв на нее глаза. — От невинности там давным-давно не осталось и следа, так что и тут, поверь, я Петру дорогу не переходил. И в любом случае наш любовный треугольник, прости, не твоего ума дело.

Пилот растерялась от непривычно резких слов парня, хотя, с другой стороны, признала, что скорее это она бесцеремонно вторглась на чужую территорию, да еще, по сути, и в подлости обвинила.

— Прости! Я вообще приходила не за этим, — пытаясь исправить ситуацию, проговорила Мира.

— Да? — усмехнулся механик. — А тогда зачем же?

— Хотела узнать, как получилось, что на посту оказался именно ты?

— Обычно. Марлен дежурила в предыдущую ночь. Значит, Стивена должен был заменить Игнат, Петр или я. Мне спать не хотелось, — и Бобби, отложив напильник, посмотрел Мире прямо в глаза. — Что вообще происходит?

И пилот, неожиданно для самой себя, под этим взглядом вывалила Бобби все, что знала. Все факты, домыслы, сомнения и даже то, что не рассказывала Стивену — как заподозрила его, а потом нашла.

— Не говори капитану, пожалуйста, — совсем расклеившись, закончила Мира. — Не хочу быть в его глазах ревнивой идиоткой…

Бобби задумчиво кивнул, а потом разочарованно добавил:

— Знаешь, твоя версия выглядит правдоподобно… Но если все так и есть, то идиот явно я. Ведь подсыпая что-то Стиву в еду, Бетси не могла знать, кто заменит капитана на мостике. То есть ей было все равно, с кем из нас троих…

— Петр уже знает?

— Нет. Бетси сказала, что лучше расскажет ему сама. Теперь же я думаю, надо ее опередить. А то мало ли в каком свете до него дойдет информация.

Мира кивнула и пошла наверх. До Эреры оставалось совсем немного, и к окончанию рейда стоило подготовиться. Впрочем, не успела она выйти из трюма, как ее перехватила биолог и зашептала:

— Вот ты где! Я уже весь катер обыскала! Есть информация, с чьего счета оплатили доставку посылки! Ни в жизнь не догадаешься!

— Бетси Франко-Капель? — устало уточнила Мира.

Марлен скорчила разочарованную гримаску:

— Ну вот. А я думала тебя удивить… Ну тогда ты мне скажи, что все это значит?

— Принцесса, похоже, положила глаз на капитана и очень старалась нас рассорить. Хорошо, что совсем скоро она улетит на Сохо, и, надеюсь, наши жизненные пути больше никогда не пересекутся. Не только ее со мной, но и ни с кем из команды.

…Эрера встретила патрульный катер ясной солнечной погодой и характерным именно для нее ярко-бирюзовым небом. Для Капелей и Марлен эта планета была родиной, хотя японка уже больше двух лет назад перебралась с женихом на Землю, о чем совершенно не жалела. Впереди команду ждал двухмесячный отпуск, и у каждого на него имелись свои планы.

Мира не знала, как прошел разговор у Бобби с Петром, внешне казалось, что парни общаются, как и обычно. Палеонтолог, несмотря ни на что, повез жену в космопорт Констанции, откуда стартовали рейсовые пассажирские лайнеры до Сохо. Может, просто хотел убедиться, что девушка действительно улетела. Мира же не сомневалась, что с такой беспринципностью и акульей хваткой эта особа нигде не пропадет.

Самого же Петра уже утвердили в состав Меропской экспедиции, которая улетала через пару дней. Предвкушение потрясающих открытий, похоже, значительно смягчило парню паршивое послевкусие от первого брака. И он горячо обещал прислать с места весточку, как только доберутся и появится связь.

Доктор же, даже не заезжая домой, взял билет на Церебро. Видимо, загадочная и роковая Инесса, о которой Мире было известно только имя, не отпускала сердце Игната.

Бобби, вся родня которого жила на Кеплере 442 б, планировал пару недель потусить на Эрере, а только потом отправиться проведывать родственников. И то, судя по списку в комме, кому он рассылал оповещение о прибытии, посещение всех Сумико, Рахмини, Николетт и Свет могло двумя неделями не ограничиться. Сердечную рану, если она и была, механик решил лечить проверенными средствами.

Марлен прямо у ворот таможенного контроля космопорта уже ждал крепкий парень с характерной военной выправкой и совсем юным счастливо улыбающимся лицом. Если бы Мира не знала, что Питеру под тридцать, то никогда бы в это не поверила.

Сами они со Стивеном уже завтра улетали в отпуск на Тиграден-Би, отдав Снежка биологу «на передержку». Купленная в совершенно потрясающее место путевка стала для Миры приятным сюрпризом, признаться, даже лучше кольца, которое капитан приобрел в ближайшем к космопорту ювелирном магазине, специально попросив такси остановиться.

Впрочем, после отдыха на море они договорились с Питером и Марлен встретиться здесь, на Эрере, и отправиться в небольшой поход в горы. Жених Марлен, тоже, оказывается, коренной эререц, обещал организовать настоящее туристическое путешествие с первозданной природой, палатками и рюкзаками. Мира уже предвкушала это приключение, но еще больше радовалась, что в ближайшие дни они, наконец, смогут остаться со Стивеном наедине.

Вода была приятной, освежающей, но не холодной. Необычно для реки, пусть и довольно спокойной, но берущей начало где-то вверху, в ледниках. Так здорово было окунуться, смыть с себя дорожную пыль и ощутить каждой клеткой восхитительную чистоту и свежесть собственного тела.

Из наступившего блаженства Миру выдернули прилетевшие прямо в лицо целой пригоршней капли воды.

— Ах ты ж, — возмутилась она и отплатила хохочущей Марлен той же монетой.

Скоро присоединилась и парни, и стало непонятно, кто за кого. Забавно, что усталость как рукой сняло. Может, и правда есть в Цихель-Ге какая-то чудодейственная сила. Все смеялись, толкались и брызгались, как дети. Впрочем, для обступившего берега векового леса и нависающих гор они и были не больше, чем детьми.

За водными процедурами компания совсем забыла о времени и поняла это лишь тогда, когда вокруг наступила ночь. В горах почему-то всегда темнеет быстрее. Снежок с удовольствием плавал, нырял, фыркал, и стоило немало труда изловить его и вытащить из родной стихии. Впрочем, закутанный в махровое полотенце, он тут же заснул.

— Можете не спешить и еще поплавать, — предложил Питер, забирая у своей девушки из рук сопящий кулек, — мы пока костер разведем.

И пара растворилась в темноте. Однако Мира уже тоже достаточно взбодрилась, так что обратно забираться в Цихель-Ге не планировала. Она дошла до пледа и хотела нагнуться, чтобы его поднять и свернуть, как почувствовала, что падает. Приземление же получилось крайне мягким, потому что Стивен ее поймал «в полете» и уложил на расстеленную материю. Что падала пилот тоже неспроста, а из-за аккуратно подставленной подножки, она поняла почти сразу, но даже не успела возмутиться, встретившись с обжигающим взглядом капитана.

В зеленоватом свете эрерского спутника малахитовые глаза Стивена казались особенно насыщенными и… выражали крайне недвусмысленное намерение.

— Стив, мы же на улице… — неуверенно-тихо проговорила Мира, тая от мягкого скольжения по ее плечу мужской руки, движение которой стягивало бретельку купальника.

На лице капитана заиграла хитрая кошачья улыбка:

— Помнится, кто-то фантазировал о сексе на пляже? — прошептал он, наклонившись к самым губам девушки. — Песчаный берег, река, небо, чем не пляж?

От его теплого дыхания и вызывающих мурашки вибраций голоса в голове Миры все стало путаться, хотя она все же едва слышно добавила:

— Марлен и Питер…

— Уверен, они нас сейчас тоже не ждут…

Поцелуй окончательно растворил в своей сладости любые сомнения. Пустынный берег, шелест листьев от легкого ветерка, раскинувшееся над головой бескрайнее черное небо. Мужчина и женщина вдвоем посреди этого почти первобытного мира… Было немного странно и дико, но и безумно будоражаще. Больше Мира не думала ни о чем, полностью отдавая себя во власть чувств и инстинктов.

Когда пара наконец вернулась от реки, то застала Марлен, подкладывающую дрова в только-только начинающий разгораться костер. Питер приволок откуда-то два небольших бревна, чтобы удобнее сидеть, впрочем, готовить команда уже ничего не стала. Просто заварила в котелке ароматный чай с какими-то местными травками и открыла консервы. Насыщение наступило быстро, но расходиться по палаткам не хотелось. В конце концов, они в отпуске, и вперед их никто не гонит, так что завтра можно дрыхнуть хоть до обеда.

Почувствовав общий настрой, Питер принес гитару и спел пару армейских песен. Его грубоватый, даже немного с хрипотцой голос для их исполнения подходил идеально. Мира уже знала, что парня после тяжелых ранений комиссовали из миротворческих войск, так что репертуар ее не удивил. Можно было, конечно, потребовать от Марлен скабрезные частушки, о которых она проболталась на Меропе, только общая атмосфера к ним сейчас не располагала.

— А давай песню первооткрывателей, — качнулась к сидящему в паре сантиметрах жениху Марлен, толкая его плечом в плечо.

Пальцы Питера снова ударили по струнам:

— На космических тропах нет горных цепей,

Ледников нет, стремнин и привычных преград…

Слова были Мире незнакомы — да и, шутка ли, столько планет, подразделений космофлота, планетологических институтов и экспедиций. Кто и когда придумал этот текст, наверное, кануло в Лету, но песня почему-то по-прежнему брала за душу, вызывая чувство сопричастности.

— Мы галактических широт старатели.

Планет безлюдных — первооткрыватели.

Здесь камнепады, бури и цунами…

Но человечество — пойдет за нами! — продолжал сильный голос Питера, а перед глазами Миры почему-то вставали картинки покрытого мхом и ржавчиной остова космического корабля на планете с динозаврами, величественные купола городов Гермеса и… как она ринулась к Стивену на TOI-700 d, еще не зная, жив ли он.

Мира вздрогнула от накативших воспоминаний, а капитан, решив, что она замерзла, тут же укутал их обоих в лежащий рядом на бревне плед. «Какая, однако, полезная вещь!» — хмыкнула про себя пилот, плотнее прижимаясь к Стивену и закрывая глаза. Питер пел уже что-то другое, но Мира не думала о словах, а с наслаждением вслушивалась в четкий и размеренный стук сердца любимого.

…Утро началось с чириканья птиц и витающего в воздухе потрясающего аромата кофе. Девушка потянулась, открыла глаза и обнаружила сидящего около нее улыбающегося Стивена с дымящейся кружкой.

— Я в раю? — смеясь, уточнила она.

— Типун тебе на язык, — возмутился капитан, — надеюсь, в ближайшие лет шестьдесят-семьдесят мы туда не попадем.

Мира села, взяла протянутый ей напиток и с наслаждением сделала горячий глоток. Неожиданно на комме Стивена сработал звуковой сигнал и высветилась метка стремительно заполняющегося почтового ящика. Неожиданно — потому что вроде как на время отпуска они договорились отключить все оповещения.

— Это Петр, — словно извиняясь, пояснил капитан. — Нам же всем интересно, что там на Меропе, вот я его комм в исключения и добавил.

— Экспедиция добралась туда? О чем пишет? — с любопытством спросила Мира, придвигаясь ближе, чтобы самой взглянуть на экран.

Но тут снаружи послышался вопль Марлен, носящий непонятную эмоциональную окраску. Мира со Стивеном резко подались к выходу из палатки, при этом кофе, возмутившись от пренебрежения, выплеснулся из кружки и наверняка ошпарил бы капитана, не будь Стивен уже с утра одет в экспедиционный комбинезон.

— Прости, прости, — машинально бросила Мира, выбираясь наружу.

И первое, что они увидели на поляне — биолога, которая застыла с расширившимися глазами и прижатыми к щекам ладонями, а по направлению ее взгляда…

— У-у-у… меня не двоится в глазах? Не галлюцинации? — непонятно у кого уточнила Мира.

— Думаю, нет, — первым вышел из ступора капитан. — Второй чуть мельче…

— Да это, похоже, девочка, — отмерла, наконец, и Марлен. — Видите, у нее пальчики белые, а не розовые!

На краю их небольшой полянки стояли два почти одинаковых карликовых йети. Тот, что на несколько сантиметров выше и толще, вероятнее всего, Снежок, выпихивал второго, стесняющегося и зажатого, вперед, видимо, желая его со всеми познакомить.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.