— Получилось! — полный торжества возглас ректора развеял вялое течение мыслей.

Слабость накатывала волнами, мышцы скручивало от потери сил, но мне удалось распахнуть тяжёлые веки. И в тот же миг я столкнулась взглядом с лежащим рядом со мной на полу мужчиной. Чёрные глаза наполняла такая же растерянность, что довлела над моим сознанием. Длинные чёрные волосы кривыми линиями стекали по его бледному лицу. Молодой, лет двадцати на вид. Но как он здесь оказался? Ректор использовал ещё кого-то для ритуала?

— Что происходит? — прошелестела я непослушными губами.

— И мне интересно… — незнакомец приподнялся на руках и огляделся. Тугие мышцы рук напряглись под светлой кожей. И я решила про себя, что он только выглядит молодо. — Кто ты? Я тебя не знаю, — прищурился он, присматриваясь к ректору.

— Не знаешь. Я тот, кому ты отдашь свою силу! — самодовольно ответил ректор Люмирекс.

Силу? Но он же говорил о силе бога. Неужели незнакомец рядом со мной — бог?

— Забавно, — каркающе усмехнулся мужчина, перетекая на колени, и внезапно развернулся ко мне.

Хотя, казалось бы, его больше должен интересовать ректор.

Я задохнулась, когда сильная рука сомкнулась на моём горле и резко вздёрнула меня вверх. Мир перевернулся, головокружение усилилось от внезапной смены положения. Незнакомец привлёк меня к себе так близко, что я ощутила его прерывистое дыхание на своём лице и рассмотрела искры ярости в чёрных глазах.

— Не хочешь объяснить, что происходит?

— Нет… я ничего не сделала, — просипела, пытаясь упереться коленями в пол и отпрянуть от него. — Ничего не сделала…

От него веяло подавляющей мощью, опасностью и нереальной силой. Казалось, чуть сдавит пальцы — и сломает мне шею. Но я не хотела принимать на себя его гнев, я не совершила ничего плохого. Меня привели насильно. Ректор провёл ритуал.

— Какие плотные блоки, — незнакомец словно в неверии мотнул головой, отчего чёрные волосы разметались по его обнажённым плечам. — Решила забыть прошлое? Себя? Свои грехи? Думаешь, так всех спасёшь? — он сжал мою голову второй рукой и надавил пальцем на висок.

Перед мысленным взором замелькала вереница пугающих воспоминаний. Боль, смерть, насилие. То, из-за чего я не хотела вспоминать. И лишь образ незнакомца, которому я верила без оглядки, был единственным светлым пятном в калейдоскопе ужаса. Но если впереди смерть, лучше и дальше не помнить, принять конец свободной от прошлого. Чистой и наивной.

— Эмма? Тебе нравится это имя?

— Не смей! — не знаю, откуда взялись силы, но я сумела резко мотнуть головой, отталкивая руку мужчины от своего виска.

— Это твой выбор? — он нахмурился. Ярость ушла из его взгляда, сменившись подавленностью. — Прошлое не исчезнет, если его забыть.

Хватка на моей шее исчезла, и я обессиленно упала на пол, больно ударившись плечом. А мужчина встал и двинулся к ректору. Силы подводили, мне с трудом удалось приподнять голову, чтобы увидеть, как незнакомец пересекает окружающий нас стихийный барьер.

— Как ты… — ректор испуганно отпрянул. Лицо его побледнело от ужаса. — Как покинул ловушку? Это невозможно!

— Ловушка? Думаешь, стихии способны меня удержать? — усмехнулся он в ответ. — Закон нашего мира прост: убивший бога, получает его силу. Но ты не способен убить бога.

Мужчина вытянул руку в сторону, и его пальцы стиснули рукоять огромных размеров меча. Очень знакомого меча, таким же пользовался Скай, чтобы меня спасти. Подтянутую фигуру обхватил матово-чёрный доспех, тоже очень знакомый.

Взмах пугающего оружия, и в стороны ударили потоки магии. Пламя взъярилось, пожирая камень стен и пола. И лишь меня не коснулась разрушающая атака. Но я не знала, защита это стихий или решение самого бога.

Мужчина развернулся ко мне. Лезвие меча направилось на окружающий меня купол. Сердце задрожало в груди. Я зажмурилась, готовясь принять последний удар. Смерть не пугала, но умирать не хотелось.

— Прошу. Я не сделала ничего плохого.

— Хорошо, — ответил он внезапно. — Живи дальше… Эмма. Но не похоже, что добровольное неведение делает тебя счастливой.

— Это мне решать, — прохрипела я в ответ.

— Не тебе. Мне. Я позволяю тебе жить дальше. Мы теперь связаны, однажды встретимся вновь. Ты сама меня позовёшь. И посмотрим, что я решу тогда, — раздался словно издали его голос, и когда я открыла глаза, обнаружила себя в одиночестве среди пепла и дыма.

Нить связи натягивалась, наполнялась силой. Я чувствовала, Скай близко. Он меня спасёт. Но ощущала я и кое-что ещё: вторую нить, болезненную, серую. Она вела в неизвестность. Вела… к богу?

/Эмма/

— Эмма, не обвиняй меня в своих проблемах. Я в таком же положении, что и ты. Связь мучит и меня! — прокричал Скай, вырывая запястье из моей хватки. Сердце сжималось от боли, он смотрел на меня, словно на врага. — Но в отличие от тебя я осознаю, что она не навсегда. Осознавал всегда и каждый раз пытался донести эту правду до тебя. Твоя вина, что ты не слышала мои предупреждения. Ты сознательно их игнорировала, поэтому не смей обвинять меня! Однажды мы освободимся. И я надеюсь к тому моменту сохранить свою жизнь и отношения с друзьями.

Он резким взмахом руки указал мне на дверь. Прогонял, обвинив в том, что мы оба не в состоянии контролировать. Но ведь и я не просила об установлении связи, не просила об ударе того мяча. Это произошло не по моей воле. И теперь у меня нет прошлого, нет ничего, за что можно ухватиться. Был только Скай, но у него своя жизнь. А произошедшее в храме в его понимании лишь ошибка, итог навязанного влечения. Видимо, и мне стоит относиться именно так, чтобы не обезуметь от сумасшедшей тяги к нему.

— Теперь я услышала, — сообщила, срываясь с места, и вылетела в коридор.

Пронеслась к своей двери и забежала в комнату. Слёзы полились из глаз, рыдания сжали горло. Мне было так больно. Скай оберегал меня, защищал, поддерживал, и я по глупости решила, это что-то значит. Но и то лишь эффект связи, ведь он не может относиться ко мне плохо, сам говорил. И что мне делать? Держаться от него подальше, как он и требовал, но находиться на безопасном для наших жизней расстоянии? И наблюдать за ним? Смотреть, как он радуется жизни, проводит время с Эмбер, когда у меня нет ничего и не будет из-за необходимости находиться рядом с принцем?

Часто всхлипывая, я прошла к балкону. Скай с Эмбер шли по дорожке среди деревьев. Он приблизился и поцеловал её. Как целовал меня в храме… Боль в душе усилилась. И впервые я пожелала, чтобы эта связь исчезла, воспротивилась ей, взъярилась воздействию. Ничего не почувствовала, боль осталась со мной, но, может, нужно больше попыток? Делать так постоянно? И это поможет? Или черта пройдена, и я успела влюбиться в Ская? Сделала то, от чего он предостерегал? Что же тогда делать? Продолжать противиться связи, убеждать себя в нелюбви к нему? Впрочем, есть ли у меня выбор? Всё лучше, чем сгорать от душевной боли, наблюдая за его счастьем со стороны.

Мне нужно думать о себе, нужно строить свою жизнь, нужно избавляться от навязанного. А ведь и учёбу в академии мне навязали, и что в итоге? Меня похитил ректор для опасного ритуала, который связал меня с пугающим незнакомцем невероятной мощи. Но перед этим мы со Скаем сами начали ритуал. Может, если есть способ связать супругов, есть и способ разъединить их души?

Эта мысль увлекла меня надолго. Слёзы кончились, я принялась расспрашивать Септимуса обо всём, что он знает про древний город. Вот только информация была закрытой, в открытых источниках размещались лишь труды просветлённых. И тогда я решилась связаться с Корой Стилуотер. Она внезапно обрадовалась моему звонку, извинилась за члена её ордена и мягко расспросила меня о произошедшем.

— Эндимион без сознания, он не приходил в себя, но, я предполагаю, он усмотрел в вас схожесть с саламандрами. Исходя из этого предположения, можно сделать следующее: возможно, вы можете вступать в резонанс с несколькими стихиями. Моя знакомая, самородок, для примера, легко входит в резонанс с рубинами, находит общий язык с обсидианами и способна контактировать с янтарём.

— Кто она? — заинтересовалась я.

— Это секрет. Самородки предпочитают скрываться. Но если подумать, самородки действительно схожи с саламандрами. Сомневаюсь, что каждый из древних одинаково хорошо владел всеми стихиями. Думаю, были главенствующие, — протянула она, глубоко задумавшись, и ушла в пространные рассуждения о представителях погибшей цивилизации. Мне с трудом удалось вернуть её к причине разговора. — Я не находила упоминаний разводов среди древних. Но меня и не интересовала эта тема. Призна́юсь, в храме любви была лишь пару раз, я специализируюсь в другой сфере. Но если желаете, вопрос можно изучить.

— Я бы хотела этого. Меня заинтересовал древний город. Скажите, как получить к нему доступ?

— Обычно направляет академия. В вашем случае было пожертвование со стороны алмазного дома и поддержка просветлённого Люмирекса. Но ради самородка я бы могла взять вас в ученики и позволить вступить в орден просветлённых. Но по мне вам важнее завершить академию.

Вот только в академии Скай, и после начала ритуала тяга к нему стала невыносимой.

Именно поэтому, завершив общение с Корой, я связалась с королевой Галатеей и сообщила ей о желании уйти от покровительства алмазного дома, покинуть академию и вступить в орден просветлённых. Разговор занял несколько часов, за которые прозвучало много здравых возражений. В первую очередь меня ограничивала связь, мы не знали, на сколько можем отдалиться со Скаем. Но именно это могло сделать меня пленницей при принце, если связь не удастся разорвать. Я уже обречена находиться при нём и наблюдать за его жизнью со стороны, потому и желаю найти выход.

Впрочем, эмоции улеглись, пришли сомнения. Один из просветлённых пытался использовать меня для древнего ритуала, а Коре известно о моей особенности. Я рисковала попасть на новый ритуал. Но прозвучало нечто заманчивое, мне предложили перевести средства по договорённости за молчание, если соглашусь продолжить учёбу в академии. И я поняла, что именно деньги могут облегчить мою жизнь.

Перевод оформили к вечеру, и я сразу отправилась на поиски Брайса. К тому моменту стемнело, потому он находился в своей комнате в здании факультета огня. Но мне пришлось поплутать, чтобы её найти.

— Неожиданно, — хмыкнул он, когда открыл мне дверь.

Предстал в простой тунике и штанах. Алые волосы были небрежно отведены от лица.

— Я хочу купить мой рубин, — сообщила прямо, решив избежать долгих предисловий.

— И вправду неожиданно, — усмехнулся он, опираясь плечом на косяк двери, и чуть склонился ко мне. — Хочешь купить свой рубин, значит, и я сразу должен его продать?

— Он украден у меня, и тебе он не нужен. Я могу восполнить твои траты. У меня есть деньги.

— У меня тоже. Я и не заметил этих трат, — хищно оскалился он. — Ревела, что ли?

— Это… это неважно, — пробормотала я, растерев пальцем веко. — Брайс, пожалуйста, мне нужен мой рубин. И все мои камни. Я хочу их выкупить.

Он прищурился, обдумывая мои слова.

— Ладно, заходи, обсудим, — он посторонился, приглашая меня в свою комнату.

Сомнения заклубились в душе. Скай просил меня держаться подальше от Брайса, он же говорил, насколько неправильно оставаться наедине с мужчиной. Но я здесь, чтобы освободиться от болезненной связи, потому отбросила прочь все опасения и перешагнула через порог. Дверь закрылась за моей спиной, запирая меня в полутьме комнаты с Брайсом.

/Брайс Крауден/

— Располагайся с комфортом, Эмма, разговор будет долгим, — шепнул я, подталкивая девушку под талию, чтобы внести её ауру в систему безопасности, и склонился к светлой макушке

От Эммы пахло дождевой свежестью и лилиями. Приятно. Отец говорил, от матери тоже пахло лилиями. Поэтому он ненавидит эти цветы.

— Куда мне можно сесть? — она твёрдым шагом прошла в комнату и огляделась.

Я не ждал гостей и до её прихода валялся и рисовал, потому по кровати были разбросаны карандаши, пачка с углями и альбомы, а стул стоял на балконе.

— Да прямо сюда, — я подхватил альбомы, сверху накидал остальные вещи и забросил их на полку. — Начнём, пожалуй, с того, откуда у тебя деньги и хватит ли их на такую покупку.

— Это так важно? — спросила она тихо, скромно присаживаясь на кровать, и пригладила подол простого чёрного платья.

— Мало ли, вдруг украла, — я предпочёл пройти к столу и присесть на него.

— Не украла, — насупилась она, словно маленькая девочка.

Она и вела себя временами словно ребёнок, не помнила, казалось бы, естественных вещей. В ином случае я бы не стал с ней возиться, но отец просил выяснить, какие интересы у алмазного дома к самородку и в идеале перетянуть её в орден. А мне и самому было любопытно, как связана эта странная девчонка с принцем Скаем и что в ней такого важного.

С первым удалось справиться быстро. Как выяснилось, Эмма лишилась памяти из-за Ская, напоролась на его мяч. Звучало бы странно, но там явная подстава. Из случайностей, судя по всему, только почти смертельный удар о скамейку и потеря памяти. А вот достоверно выяснить, почему алмазный дом оберегает Эмму, не получилось. Договор о неразглашении с ней явно заключили, оттуда у неё и деньги. Выходит, дело либо в её универсальности, либо в чувстве вины самого Ская. И я бы держался этой версии, если бы не последние события. Зачем самородка и принца вдруг вне распределения рабочих мест отправили за пределы купола?

— Алмазный дом перевёл? — предположил я.

Эмма нахмурилась и кивнула.

— Ты продашь мне камень, Брайс?

— А кто мне говорил, что предпочитает алмазы?

— Я передумала, — Эмма упрямо вскинула аккуратный носик, серебряные глаза вспыхнули недовольством. — Это мой камень, Брайс.

— На данный момент он мой, — я потянул ящик стола, подхватил рубин и бросил его Эмме.

Она легко поймала его и счастливо зажмурилась, наслаждаясь моментом резонанса. Серые волосы окрасились в алый. Даже общая бледность ушла: на щеках загорелся румянец. От неё прошла волна жара. Красиво.

— Сколько я тебе должна? — Эмма распахнула алые глаза и присмотрелась к моему лицу.

— А Скай и алмазный дом разрешат тебе носить рубин? — насмешливо поинтересовался я.

Судя по всему, девушка расстроилась из-за появившейся сегодня записи или поссорилась со своим принцем, потому и принеслась ко мне. Её влюблённость была очевидна. Впрочем, и Скай не выглядел равнодушным к подопечной. Обычно его взгляд обращён только к невесте. Но даже если он заинтересовался Эммой или и вовсе влюбился, стать парой они не смогут, у алмазного дома договорённости с рубиновым. Видимо, до растерянного сознания самородка дошла суровая правда жизни.

— Их мнение не имеет значения, — ответила она твёрдо.

А вот это уже интересно.

— Рассказывай подробнее, раз пришла. Не хочу отдавать ценный рубин, чтобы он потом пылился у тебя в ящике.

— Как у тебя? — отбила она.

— Я планировал его подарить своей новой девушке, — широко улыбнулся. — Подыскать ту, что сможет вступить с ним в резонанс.

— Он мой, — выдохнула сердито Эмма. — Я отказалась от покровительства алмазного дома. Хотела покинуть академию, но… мне некуда идти. А в академии не выжить без камней. Мне нужно найти и выкупить свои либо подобрать новые. Поэтому я здесь.

— Тебе нужна моя помощь, — заключил я довольно.

Надо же, и делать ничего не пришлось. Скай потерял Эмму, и она сама ко мне прибежала. Осталось рассказать ей о безрадостных перспективах жизни самородка без покровителя и предложить вступление в орден. Отец будет доволен. Надеюсь, она интересует его только как перспективный маг.

— В поисках камней, — ответила она тихо.

— Ты не понимаешь, Эмма, — рассмеялся я, скрестив руки на груди. — Алмазный дом тебя защищал на правовом поле, а Скай по инерции в академии. Теперь ты осталась сама по себе. Самородок может заинтересовать многих. Да что тебе рассказывать? Тебя же только пытались похитить. Предположим, ты засядешь в академии, но и здесь ждут неприятности. Тристан не просто облил тебя супом, он объявил травлю. Заявил, что короли академии больше не будут тебя защищать, Эмма.

— Я смогу себя защитить, — произнесла она внезапно уверенно.

— Для этого тебе нужны хотя бы камни, — напомнил я о насущном. — И тебе снова необходим я.

— Ты… к чему-то ведёшь, Брайс? — нахмурилась она.

Похоже, начинала соображать.

— Да, ты верно поняла. Ты теперь вне домов, значит, тебя и некому защитить. Но есть ещё ордена. В частности, орден добытчиков, куда я могу помочь тебе попасть.

— А орден просветлённых может защитить?

— Снаружи вполне, но не внутри академии, — я развёл руками, указывая на себя. — Перед тобой член ордена добытчиков, который сможет защитить тебя в академии. Условия ты помнишь.

— Ты помнишь мой ответ. Я не буду с тобой спать, Брайс, — заявила она ожесточённо, подскакивая с места.

— Да? — неискренне удивился я. — Мне показалось, месть Скаю — первая из причин твоего появления на пороге моей комнаты.

— Месть Скаю? — смутилась она.

— Весь день в сплетнях академии запись поцелуя Ская и Эмбер, — я вытащил из кармана версо, открыл общую сеть академии, отыскал самую обсуждаемую тему и развернул артефакт экраном к Эмме.

Она гулко выдохнула и отвела взгляд.

— Я решил, поэтому ты плакала. Или успела позже поругаться со Скаем?

— Он помолвлен, — произнесла она, растерев пальцами веки. — Я плакала по другой причине.

— Лучший способ избавиться от чувств — переключиться на кого-то другого, — я вернул версо в карман, соскользнул со стола и прошёл к Эмме. — Ты войдёшь в орден, станешь моей девушкой. Так ты и обретёшь защиту как в академии, так и за её пределами. Что скажешь?

— Что не смогу с тобой спать, — она хмуро заглянула в мои глаза. — Воспоминания из прошлого. Они не позволят. Поцелуи и близость для меня связаны с болью.

Её заявление обескуражило. Выходит, что-то она да помнит, но не самое приятное. В случае симпатичной и безродной девушки-самородка можно предположить разное, вплоть до изнасилования.

— Это ты пока думаешь, что не сможешь, но мы же не пробовали, и я тебя не тороплю, — постарался улыбнуться как можно мягче. — Станем парой, будем проводить время вместе. Уверен, скоро ты в меня влюбишься, и это мне придётся от тебя отбиваться.

Эмма приоткрыла рот в недоверии и прыснула.

— Не могу представить, — качнула она головой.

— Можно и поспорить, — я чуть склонился к ней. — Что думаешь?

— То есть спать не нужно, если я не захочу? — спросила она подозрительно.

— Не нужно, — закатил я глаза. — Но ты захочешь меня.

Да уж, отец, как всегда, удружил. Придётся обхаживать самородка и жить на голодном пайке, когда половину девчонок академии даже не нужно звать, сами прибегут. Но это даже интересно. Эмма странная, зато симпатичная и милая. Стоит быть честным с собой, мне её чуточку жаль. Пропадёт ведь с подачи Тристана или раньше её утащит какой-нибудь извращенец.

— Я думаю… — она замолчала, когда из её кармана раздался голос версо-духа.

— Эмма, звонит Валериус Ригор.

Надо же, сам безопасник связывается поздним вечером с потерявшим покровительство самородком.

— О, это, наверное, важно, — она поспешила достать артефакт и ответить на вызов.

— Мисс Марс, — протянул безопасник. — Не поделитесь, почему мне звонит король Каэлан с обвинениями в вашем уводе из алмазного дома?

— А вы бы могли меня увести? — задумчиво отозвалась она и подняла ко мне взгляд. — Я не одна, мистер Ригор. Можно с вами связаться через пятнадцать минут?

— Да, хорошо, — вздохнул он и прервал вызов.

— Валериус не защитит тебя в академии, — сообщил ей прямо, отступая.

— Я отвечу завтра, Брайс. Можно?

— Иди, — махнул рукой, указывая на дверь.

Надо ли сообщать отцу, что самородок интересует и Ригора?

— Спасибо, Брайс, — она протянула мне рубин.

— Оставь. Завтра вернёшь, если решишь отказаться от своих камней.

— Я надеюсь, ты согласишься его продать, — она сунула рубин в карман платья и двинулась в сторону выхода, но у самой двери приостановилась. — Ты говорил о мести Скаю. Как месть ему и твоё покровительство связаны?

— Скай предпочитает тебе другую. Любому дракону не понравится, если влюблённая в него девушка легко от него откажется и будет счастлива с другим. Мы хищники территориальные, и Скай считает тебя своей территорией.

— Кажется, поняла, — пробормотала она и выскользнула за дверь, оставляя после себя в комнате запах дождя и лилий.

И во что я снова ввязываюсь из-за отца?

Я договорился о встрече с Эммой до завтрака у фонтанов. Похоже, подружки просветили её по поводу важности внешнего облика, потому что выглядела она аппетитно в зелёном форменном платье, явно сшитом по её меркам. Коричневый пояс подчёркивал тонкую талию, короткий подол открывал длинные ноги в ботинках на невысоком каблуке. Но больше всего радовал цвет её волос и глаз. Алый ей шёл.

— Я не опоздала? — она присела рядом со мной на скамейку и закинула ногу на ногу.

Проблема с опухшими веками решилась, Эмма научилась пользоваться и косметикой, либо просто вспомнила. На губах алела помада, щёки серебрились блёстками.

— Нет, я пришёл раньше, — закинув руку на скамейку за её спиной, развернулся к ней и поддел пальцами алую прядь её волос. — Вижу, ты не передумала. Не боишься? Скай будет в бешенстве.

— Уверена, он отнесётся спокойно, — ответила она, нахмурив лоб. — Мне кажется, ты ошибаешься… ну… по поводу территории. Он только обрадуется, что я двигаюсь дальше.

— Я знаю его дольше твоего, — отбил весело. И прекрасно вижу, что разочарование не поубавило восторгов Эммы в отношении Ская. Но ничего, скоро она остынет и переключится на меня. — Ты не ответила.

— Валериус сказал, что в ордене добытчиков безопасно, если я буду обычным членом и стану держаться подальше от твоего отца.

— Разумно. «Валериус»? Вы так близки?

Мне бы кто позволил держаться подальше от отца…

— Он первый, кто объяснил мне, как здесь всё устроено. И он посоветовал мне уйти под покровительство алмазного дома.

— Впервые слышу о приступе доброты у Ригора, — хохотнул я. — Значит, всё, решила? Ты со мной? — и протянул ей руку.

— Я попробую, — пожала она плечами и, проигнорировав мой жест, поднялась со скамейки. — Ты сам говорил, встречи ни к чему не обязывают, они для взаимного удовольствия. Значит, я могу побыть твоей девушкой и уйти, если мне не понравится.

— Так нечестно, ты используешь мои же слова против меня, — я тоже поднялся и всё равно взял её за руку. — Ладно, давай пробовать. Тем более, ты избила мою прошлую девушку и в любом случае должна загладить свою вину.

— Я её не избила, просто ударила, — возразила Эмма, но хоть не стала вырываться, позволила вести её в сторону академии.

Сегодня мы произведём фурор. Предвкушаю веселье. Впрочем, вряд ли оно перекроет разочарование ответом Эммы. Она брала паузу на размышления. Наверняка с подачи Ригора. И что он вечно во всё лезет?

— Брайс, как выкупить мои остальные камни?

Каждый из нас думал о насущном, Эмму интересовало только собственное усиление.

— Сегодня пойдём в «Бездну», тот ресторан. Поищем торговца.

— В последние выходы из академии мне не везёт, — посетовала она.

Несмотря на взгляды и шепотки встречающихся на пути драконов, шла с ровной спиной и вела себя невозмутимо. Будто и вовсе никого не замечала.

— Ты будешь со мной. Меня не рискнут трогать.

— Скай принц, но его тронули.

— Не рискнут, поверь мне.

И вот мы вошли в столовую. Показалось, с нашим появлением воздух загустел, и разговоры чуть стихли.

— Скай говорил, твой отец… кхм… связан с нелегальными делами, — кажется, Эмма пыталась подобрать мягкую формулировку, чтобы не назвать моего родителя «преступником».

Но он намного выше и опаснее этого понятия.

— Да, о нём многое говорят, он во главе богатейшего ордена. Через него проходят все камни даже раньше, чем попадают к королям. Поэтому с нами комфортно. Такого простого члена ордена, как ты, не должно волновать, что происходит наверху.

— Наверное, ты прав, — кивнула она, вместе со мной подходя к раздаточной.

— Как быстро самородок переметнулась под Брайса, — почти неслышно отметил стоя́щий рядом Тристан, обращаясь к Закари.

До этого Эмма будто ничего не замечала, а здесь напряглась и сердито прищурилась. Я ожидал, что просто промолчит, а она схватила поднос, притворно неловко им взмахнула и поддела поднос нефритового короля академии. Тарелка с супом накренилась, и на зелёном пиджаке Тристана разлилось жирное пятно.

— Осторожнее, — широко улыбнулась Эмма в ответ на бешенство в его глазах.

Пытаясь не расхохотаться, я закрыл девушку своей спиной.

А она с сумасшедшинкой. Люблю такое. Возможно, я зря ворчу, и с ней будет весело.

Тристан с Закари ушли, а мы остались у раздаточной.

— Что нужно от поступающего члена ордена? — задала следующий вопрос Эмма, принявшись набирать себе еду.

Быстро забыла о стычке с Тристаном, её по-прежнему больше волновало собственное благополучие.

— Небольшой взнос, присяга нашему покровителю — богу земных недр Тектону.

— Присяга богу? — внезапно посмурнела она. — Ты веришь, что он перешёл с нами в новый мир?

— Это лишь традиция, Эмма, — закатил я глаза.

А она вдруг посмотрела назад. Я проследил её взгляд и усмехнулся под нос. Алмазный принц сидел с ровной спиной, выглядел невозмутимым и тоже смотрел на Эмму. Но я знал Ская достаточно, чтобы понимать, насколько он взбешён. Эмма поспешила от него отвернуться.

— После присяги тебя примут в орден, передадут данные в академию, — продолжил я, делая вид, что не заметил этого обмена взглядами. — На работу тебя будут отправлять по нуждам ордена. После завершения обучения продолжишь работу там в зависимости от выбранной специальности. Ты, кстати, на кого планируешь обучаться?

Судя по выбору блюд, предпочитала острое и тортики. Любопытное сочетание.

— Пока ничего не планировала, Брайс, — как-то горько рассмеялась она. — Выжить бы. Но… мне кажется, я умею хорошо драться.

— Ну, в боевое идут и девчонки, — пожал я плечами.

Её откровение особо не удивило, но заставило напрячься. Задание отца могло связать меня с наёмницей. Впрочем, ордену нужны все, даже убийцы.

— Пока звучит удобно и неопасно, — заключила она, присаживаясь за столик, к которому я её подвёл.

— Естественно. Орден — официальная организация. Может, хватит надумывать себе всяких ужасов?

— Может, и хватит, — тускло улыбнулась она. — А чем занимаешься ты в ордене? Ты будто старше остальных, но до сих пор в академии. Соглашение сфер же касается только принцев и принцессы городов?

— Я пропустил два года учёбы по личным причинам, — ответил расплывчато.

Отец рисковал залететь за решётку, а мне пришлось затаиться. Признаться, жаль, что его не посадили. Я бы ощутил долгожданное освобождение из-под его гнёта. Но когда мне так везло?

— А, понятно, — кивнула Эмма. — Во сколько пойдём вечером?

— Я тебе напишу на версо, — хмыкнул я. — Но не думай, что купишь камни и сбежишь. Вместе поужинаем в ресторане. Раз я трачу на тебя вечер, постарайся скрасить его хорошим разговором и красивым платьем.

— Ладно, — она подозрительно сощурилась.

И что снова надумала? Смешная.

В кармане пиликнул версо. Я извлёк его и поморщился.

«Есть разговор. Это важно», — кратко сообщал отец.

«Я занимаюсь самородком. Не дёргай меня», — так же кратко ответил я.

Бесит, когда он вспоминает о моём существовании.

— Всё в порядке, Брайс? — с внезапным участием в голосе спросила Эмма.

А ещё она добрячка. Это тоже приятно, но неуместно в нашем зубастом обществе.

— Да. Порядок, — подтвердил я. — Обязательно надень туфли вечером.

Если нельзя трогать, хоть посмотрю. Юбки и каблуки ей очень идут.

— Хорошо, — кивнула она и улыбнулась. — Надеюсь, мои камни никто не купил.

— Я тоже.

Версо вновь пиликнул, отражался контакт отца, но я проигнорировал сообщение. Отвечу завтра.

/Эмма Марс/

— А ты, подруга, время зря не теряешь, — Виола поравнялась со мной в шаге и подхватила меня под руку.

— Давно академия так не кипела, — на второй моей руке повисла жутко довольная Гвинет.

Стоило попрощаться с Брайсом перед первой парой, как меня нагнали подруги, а с ними и неудобные вопросы.

— Привет, девочки, — радостно улыбнулась. — Хорошо выглядите. Как всегда.

— Ты тоже, — рассмеялась Виола, поправив уложенные аккуратными спиралями изумрудные волосы. — Но хватит уходить от главной темы дня. Вы с Брайсом встречаетесь?

— Да, — на миг задумавшись, подтвердила я.

Вчера Валериус подкинул здравую мысль, он советовал не торопиться с выбором.

«Девушки, особенно симпатичные, могут себе позволить заигрывания, мисс Марс, и улыбки вместо ответов».

«А я симпатичная, мистер Ригор?».

«Вы — да, — усмехнулся он. — Осталось обрести немного хитрости. Или это она и была? Вы напросились на комплимент».

— Прошлая его девушка, как её… — наморщилась Виола. — Неважно, она установила рекорд, продержалась целый месяц.

— Не влюбись по глупости, Эмма, — криво ухмыльнулась Гвинет. — С Брайсом невозможно ничего серьёзного.

— Я понимаю. И это… скорее союз. Я думаю вступить в орден добытчиков.

— Тогда всё становится на свои места, — заключила Виола. — Молодец, Эмма, быстро учишься. Но почему ты не пришла ко мне? Изумрудный дом бы взял тебя под защиту, — и обиженно надула губы, подчёркнутые коричневой помадой.

— Не хотела устраивать тебе неприятности с алмазным домом. Мы подруги, зачем вмешивать… эм… политику?

— Да, ты права, — светло улыбнулась она. — Ни к чему нам это.

— И вправду, быстро учишься, — почти неслышно шепнула Гвинет.

Не знаю по поводу быстрого обучения, я лишь пыталась балансировать среди непростых знакомых. Возможно, Скай был прав, когда советовал мне найти самую тихую девушку академии для дружбы, но у меня не получилось. И я убедилась, какие сложные у меня друзья, когда позже после пары нагнала Джета и Рори. Они решили, что я нырнула под крыло Брайса из-за денег. Пришлось им рассказывать о моём уходе из-под покровительства алмазного дома и о поисках похищенных у меня камней, с которыми помогает рубиновый.

Друзья сменили гнев на милость и вновь сидели со мной на парах, а потом утащили и на обед. К нам за стол внезапно подсел Брайс. В первый раз видела, чтобы Джет и Рори теряли дар речи. Рубиновый к тому же был не один.

— Здесь сидим? Ладно, — хмыкнул незнакомый сапфировый, занимая место рядом с Брайсом.

— Познакомимся с твоей девушкой, — заключил изумрудный, опускаясь на стул рядом с ним. — И узнаем, что там за слухи вокруг ректора.

Я так устала выдавать выученную версию…

— Это Двэйн и Рикстер, — пояснил Брайс. — Мои друзья.

— Приятно познакомиться, — улыбнулась я. — Рори и Джет — мои друзья.

Парни кивнули друг другу, скупо перебросились приветствиями и приступили к трапезе.

— Как у тебя дела? — заговорщицки протянул Брайс, подталкивая меня в плечо, словно пытаясь скрыть наше общение. Это выглядело забавно. — Никто не обижает?

— Пока нет. Думаешь, будут?

— Вспомни, как тебя ударили по голове, — ухмыльнулся он.

Я вздрогнула, воспроизводя в мыслях день, когда лишилась всего. Падение, удар, полёт, алмазный дракон надо мной. Захотелось обратить взгляд к столику королей, но пришлось одёрнуть себя. Брайс говорил о другом случае.

— Буду лучше следить за спиной, — кисло улыбнулась я. — Кстати, какой твой любимый цвет, кроме красного?

— Выбираешь платье? — просиял он. — Обожаю сочетание красного и чёрного. И красный отлично смотрится с бирюзовым. Но смотря какой выбрать оттенок красного.

— Ты любишь рисовать, — отметила я, и Брайс напрягся, будто я коснулся закрытой темы. — Значит, хорошо сочетаешь цвета.

— Не без этого, — ухмыльнулся он.

А наши друзья рассмеялись, принявшись обсуждать прошедшую недавно игру. Пока балансирование мне удавалось. Посмотрим, что будет дальше.

После пар я засела в комнате за учебниками, но после прихода сообщения от Брайса принялась готовиться к предстоящему походу в ресторан. Просьба одеться в платье и каблуки вызывала опасения, мне предстояло отправиться с рубиновым неизвестно куда. Успокаивало лишь, что друзья в курсе нашей встречи. Но всё равно я чувствовала нервозность.

Раньше со мной был Скай, он решал мои проблемы, а теперь приходилось двигаться наобум и без поддержки. Но я сама решила освободиться от него, не захотела оставаться привязанной к нему и обречённой со стороны любоваться его счастьем. Поступила на поводу эмоций, и теперь есть риск для жизни, сложности в академии и неопределённость с Брайсом. Самостоятельность опасна, зависимость болезненна. Кажется, правильного решения нет и никогда не будет.

Стук в дверь прервал мои внутренние метания. Я оторвала взгляд от отражения в зеркале и двинулась было открывать, но натяжение нити связи заставило остановиться. Там ждал Скай, а вместе с ним очередной сложный разговор. Наверное, самый сложный из всех за день. По крайней мере, для меня. Поэтому я трусливо решила отложить его на следующий менее тяжёлый день, вернулась к кровати и принялась надевать плащ.

Стук в дверь повторился.

— Эмма, открой. Я знаю, что ты там, — заявил Скай. Мне послышались нотки злости в его голосе. — Я не уйду.

Тяжело вздохнув, я приблизилась к двери, приоткрыла её, выглянула наружу и задохнулась ураганным ароматом Ская. Как же от него пахло… И я видела, он тоже замер, вбирая в себя мой запах. Вот только опомнился раньше меня.

— Эмма… — гулко выдохнул он, хватаясь за дверь, и грубо толкнул её, вынуждая меня отступить. — Что это всё значит? Ты отказалась от покровительства алмазного дома, и это ещё половина беды. Но начинать отношения с Брайсом… Чем ты думаешь? Я же предупреждал тебя о нём.

— Лучший способ избавиться от чувств, переключиться на кого-то другого, — пояснила я словами Брайса. — И он может дать мне защиту.

— Я всегда тебя защищал, Эмма, — пророкотал Скай сердито, входя в мою комнату.

Как же он был привлекателен с пылающими гневом серебряными глазами и поджатыми в недовольстве губами.

— Но от твоих услуг отказались, Скай, — у входа появился донельзя довольный Брайс. Он переоделся в чёрный костюм, волосы отвёл от лица назад. Выглядел привлекательно, но я с трудом оторвала взгляд от Ская. — От тебя в том числе. Ты в комнате моей девушки. Выходи, поговорим. А Эмма пока завершит сборы. У нас сегодня свидание.

Скай наградил меня сердитым взглядом, но покинул комнату. За мужчинами закрылась дверь. Я сразу подлетела к ней, прижалась ухом, пытаясь услышать хоть что-то, но в коридоре будто и вовсе никого не было.

— Септимус, а есть заклинания от прослушивания? — уточнила я расстроенно.

— Есть и много, — подтвердил мой эрудированный версо-дух.

— А подслушивания?

— Зависит от того, в структуру какого заклинания нужно вмешаться.

— Понятно, — расстроенно выдохнув, я поплелась к кровати, чтобы завершить сборы.

Брайс постучался ко мне через десять минут. Улыбался уже не так лучезарно, но не казался злым или раздосадованным.

— Впустишь меня к себе? — он протянул мне руку.

Засомневавшись на миг, я втянула его в комнату, тем самым внося ауру в систему безопасности.

— Что вы со Скаем обсуждали? — спросила я прямо.

— Тебя, конечно. Я заявил о своих серьёзных намерениях на твой счёт и потребовал держаться от тебя подальше.

— И он послушал?

— Конечно, — широко улыбнулся он, оглядывая меня. — Ты красотка, Эмма. Идём, у нас же свидание.

— И поиски моих камней, — напомнила я.

— Это тоже, — не стал спорить он.

— Подожди, ты сказал, серьёзные намерения? Рассказал ему о моём вступлении в орден?

— Нет, сказал, что собираюсь тебя очаровать, — шепнул он, склонив своё лицо к моему. И я задрожала в замешательстве. — А теперь идём.

— Идём.

Мы покинули мою комнату, спустились и двинулись в сторону ворот. Успело стемнеть, но систему полива пока не включили, потому воздух ощущался сухим и безжизненным. Теперь я понимала, почему Скай так рвался за пределы купола. Там свежо и живо.

У ворот ожидала карета, которая быстро домчала нас до знаменитой Улицы. И вскоре по знакомому маршруту мы попали в подпольный ресторан. К нам вышел официант, склонил голову. Выглядел странно нервным.

— Прошу прощения, мистер Крауден, вас приглашает за свой столик мистер Крауден.

— Отец здесь? — нахмурился Брайс.

— Да, прошу за мной, — официант двинулся между окружёнными пологами столиками.

Брайс же остался стоять. Напряжённый, озадаченный и злой. Пламя мелькало в алых глазах, вспыхивало в волосах, я ощущала его касания кожей и чувствовала, как отзывается резерв в груди.

— В общем слушай, — Брайс взмахнул руками, окружая нас полупрозрачными пологами. Видимо, это и есть звуконепроницаемый барьер. — Говоришь мало, стараешься только слушать и кивать. Играй восторженную и влюблённую в меня дурочку. И ни в коем случае не говори про свою универсальность. Две стихии, алмазы и рубины, поняла?

— Поняла, — озадаченно кивнула я. — Твой отец не знает, что я универсал? Почему?

— Так надо, — сухо ответил он, развеивая полог. — Пошли, Эмма.

Притянув меня ближе, он обнял меня за талию и повёл за ожидающим официантом.

Сердце билось неровно. Я ощущала приближение очередных неприятностей.

/Эмма Марс/

Мы покинули основной зал и спустились на этаж ниже, где вдоль длинного коридора с чёрными стенами расположились двери в неизвестные помещения. Одну из них распахнули, приглашая нас войти. И мы попали в небольшую квадратную комнату с тканевыми обоями на стенах и массивным столом по центру, окружённым несколькими уютными креслами. Судя по всему, это помещение выделяли для больших компаний посетителей, но здесь нас ожидал один-единственный дракон. И к моему удивлению, он оказался сапфировым.

Рослый, грузный мужчина в сшитом по фигуре костюме, с длинными распущенными синими волосами и внимательными глубоко посаженными глазами производил опасное впечатление. Я невольно вцепилась в руку Брайса, опасаясь подставы или нападения.

— Добрый вечер, отец, — улыбнулся рубиновый. — Не знал, что ты сегодня будешь здесь.

— Пришлось появиться, раз ты игнорируешь мои сообщения, — глубоким басом упрекнул мужчина, скользя задумчивым взглядом по моей фигуре.

— Не считал, что это важно, — пожал плечами Брайс.

— А приписка «важно» тебе ни о чём не сказала?

— Ты всегда её вставляешь, — пожал плечами тот. — Ты вызвал меня отчитать или что-то хотел? У нас свидание.

— Кто твоя спутница, Брайс? — не выказав никакого раздражения, спросил мужчина.

— Эмма Марс, — представил он. — Эмма, это мой отец Морган Крауден.

— Рада знакомству, мистер Крауден, — произнесла я, уважительно склонив голову.

— Садитесь, пообщаемся, — повелительно взмахнул он рукой, указывая на два кресла возле себя.

Естественно, нам пришлось подчиниться. Брайс посадил меня подальше от отца, а сам сел возле него.

— Эмма Марс, значит, — пробасил мужчина, подхватывая бокал с янтарной жидкостью, и сделал короткий глоток. — Утолите моё любопытство, чего на самом деле добивался ректор Люмирекс?

Вот так сразу в сложные вопросы. Этот мужчина явно не любит терять время зря.

— Ректор… изучал культуру саламандр и усмотрел во мне сходство с древними из-за того, что я самородок. Меня похитили, он попытался провести ритуал, но ошибся. Случился взрыв, меня спас стихийный круг.

— Да, эту версию я слышал… — мужчина постучал указательным пальцем по столу. — А неофициальная?

— Ритуал опустошил мой резерв. Я была без сознания и очнулась на пути в Элизиум.

— Понятно, — недовольно поджал он губы. — Сколькими стихиями вы владеете?

— Двумя, — ответила сразу.

— Значит, больше чем две, — сделал вывод он, вызывая в моей душе почти животный ужас.

Как быстро он догадался, и как же бездарно я вру.

— Так и будешь допрашивать мою девушку? — Брайс сместился, прикрывая меня плечом.

— Должен же я знать, с кем встречается мой сын и кого продвигает в орден, — отбил он. — Сильные маги нам всегда нужны, мисс Марс. И именно орден сможет приумножить вашу силу, ведь именно мы добываем камни.

— Я ей рассказал о плюсах ордена, — заверил его Брайс.

В дверь постучались. После разрешения в комнату вошли официанты и выставили на столе различные закуски и блюда. Стало ясным, что напряжённый разговор продолжится. Так и случилось. Нам предложили насладиться трапезой, а пока я пыталась не подавиться, мистер Крауден задавал мне вопросы, говорил сам, иногда обращался к сыну. Не уверена, что у меня получалось играть дурочку, но приходилось стараться.

— Приятная девушка, — заключил вскоре мужчина. — Жаль, придётся попросить вас, мисс Марс, уступить мне на сегодня Брайса. У меня к нему долгий разговор.

— Я понимаю, — кивнула, испытывая одновременно и облегчение оттого, что сложный ужин завершается, и настороженность, ведь мне предстояло возвращаться в академию в одиночестве.

— Эмма не знает дорогу, отец.

— Её отвезут в академию. Обеспечат комфорт и безопасность.

В итоге Брайса пришлось оставить с отцом. Но меня действительно проводили до ожидающей кареты. Сопровождение производило впечатление бывалых воинов, я не опасалась нападений, зато боялась, что в итоге попаду не в академию. Но ничего подобного не случилось: меня подвезли к воротам, дождались, когда я скроюсь из вида, только потом уехали.

Тревога отпустила, я неспешно двинулась к жилому зданию по дорожке. Поливалки заработали, насыщая воздух влажностью. Потому я предпочла двинуться через зону отдыха. В тени деревьев стало прохладнее и как-то уютнее. Я расслабилась, отпустила волнение и теперь размышляла о прошедшем вечере. Вместо покупки камней пришлось общаться с пугающим отцом Брайса, можно сказать, проходить допрос. Даже не знаю, нормально ли это. Он был довольно вежлив, позаботился обо мне, но тон его общения, отношение ко мне и даже к сыну вызывали неприятие. Возможно, так ведут себя многие драконы у власти, гораздо важнее было понять, как изменится ситуация для меня. Но для этого предстоит дождаться разговора с Брайсом.

Внезапно мою щиколотку будто дёрнуло в сторону. Я пошатнулась, потеряла равновесие, и кто-то подлетел ко мне сзади. Мою руку перехватили за запястье и вывернули её за спину, вызывая боль в плече, а рот зажали, не давая закричать. Мысли смешались. Я будто вновь оказалась в храме, совершенно беззащитная, беспомощная.

— Не дёргайся, — раздался смешок у уха.

Ко мне подступили незнакомцы в масках. Один проверил мои запястья, второй отбросил прочь мою сумку.

— Где её камни? — прошипел один из незнакомцев. — Резонанс сохраняется.

Рубин и алмаз в чулке, но о таком лучше не сообщать.

— Что она нам сделает? Первокурсница, — мужчина сильнее стиснул руку на моём лице и потащил меня в тень кроны дерева.

Я упёрлась ногами, попыталась высвободиться, но он потянул мою вывернутую руку вверх, усиливая боль в плече. Мысли совершенно смешались, на глаза навернулись слёзы. И я скорее почувствовала, чем увидела, как в тёмной дымке передо мной формируется рукоять меча. Того самого. Зато злоумышленники его не замечали. Один из них нагнулся, подхватил меня за ноги, чтобы быстрее унести.

Ужас накатил волной. Я рванула к мечу, коснулась ледяной рукояти. И в тот же миг ощутила, как из тьмы ко мне потянулась чужая рука, сжала мою ладонь, переплетая наши пальцы, а нить серой связи с богом натянулась, почти причиняя боль.

«Так быстро меня зовёшь», — раздалось в мыслях, и я отдёрнула руку.

Меч исчез. Растворился в воздухе, будто его и не было. Я осталась один на один со своей бедой.

— Быстрее, — меня спешно понесли прочь от дорожки. — Привяжем её к дереву.

Я обмякла в крепкой хватке, ощущая скребущий душу ужас. Меч мне не поможет, никто не спасёт, значит, придётся выбираться само́й, либо снова беспомощно наблюдать, как подонки творят всё, что им вздумается. Как в храме. Или в моём прошлом…

Но что можно сделать? Как спастись? Меня крепко держат, свободна только одна рука. Я безоружна, не знаю заклинаний, кроме просушивания одежды. Точно, камни пока со мной и резерв наполнен магией огня.

Выгнувшись в спине, я пассами пальцев создала нужное плетение и тут же закинула руку назад, вцепилась в маску на макушке мужчины, что зажимал мне рот, и резко рванула её к себе. Судя по его крику, прихватила несколько прядей волос. Закричал и тот, что держал меня за ноги. Моё тело объяло пламя, и я повалилась на траву. Воздух гулко покинул лёгкие от удара о землю, но мне удалось получить свободу, это придало сил.

Я вскочила на ноги и на рефлексах крутанулась на месте, избегая захвата третьего мужчины. Руки сами собой сжались в кулаки. Опомнившегося второго мужчину встретил прямой удар в нос. Незнакомец взвыл от боли и повалился на спину. Не знаю, память это тела или вспышки воспоминаний, но дальше я развернулась, выкидывая ногу вверх. Пятка налетела на висок только натянувшего обратно маску первого негодяя. Он охнул и тоже повалился на траву. Третий вскочил на ноги и бросился на меня, попеременно нанося удары. Пытаясь отрешиться от паники и довериться своему телу, я отступила, уворачиваясь от мелькающих перед лицом кулаков. Уверенность наполняла мысли, страхи растворялись, и когда они совершенно ушли, моя рука стиснула запястья нападающего, прерывая бессистемные атаки.

— Отпусти! — взвился он в панике.

Развернувшись, я опустила его руку вниз, одновременно ударяя ногой под его пятку. Мужчину развернуло в воздухе, и он со вздохом повалился на спину. А стоило ему перевернуться на бок, как тут же получил пинок под рёбра. Он закричал от боли, весь сжался, и только тогда я сделала несколько шагов прочь от него и огляделась. Все трое лежали на земле и выли, хватаясь за травмированные части тела. Мне удалось отбиться.

— Ты мне не понадобился, — шепнула в пустоту.

«Это пока», — отозвалось в мыслях, вызывая ледяную дрожь в теле.

Мотнув головой, я подобрала свою сумку, вернулась на дорожку и спешно двинулась в сторону жилого здания. Сердце билось неровно, тело подрагивало. Платье каким-то образом избежало возгорания. Видимо, сушка удалась, но вышла за пределы предмета одежды. А мне, судя по всему, надо вспоминать, как защищаться… чтобы случайно не вызвать бога.

— Эмма! — раздался знакомый голос.

Ко мне по дорожке бежал встревоженный Скай. Босиком, в домашней одежде. Похоже, почувствовал, что я в беде. Было приятно и одновременно больно. Связь заставляет его тревожиться обо мне, но не любить. Любит он Эмбер.

— Что случилось? — он подлетел ко мне. Сильные руки стиснули плечи. Серебряные глаза пытливо заглянули в мои. Ураганный аромат наполнил лёгкие. — Брайс приставал?

— Что? Нет, — нервно усмехнулась я. — Трое напали. Они там… эм… лежат. Я отбилась.

— Отбилась? От троих? — недоверчиво переспросил он.

— Я умею драться, — сообщила ему и себе одновременно.

— Умеешь драться? Почему вообще тебе пришлось драться? Где Брайс? — рыкнул он сердито, заставляя себя отпустить мои плечи. — Он должен был тебя проводить, если вывел гулять так поздно.

— Брайс остался с отцом. У них важный разговор. Меня отвезли до ворот, — пояснила я, двинувшись дальше по дорожке.

Хотелось скорее добраться до комнаты, передохнуть, подумать. И отдалиться от Ская.

— Брайс с отцом… — пробормотал он. — Ты должна вернуться в алмазный дом, Эмма, — внезапно заявил он.

— Должна? Почему? — опешила я.

— Так безопаснее всего для тебя.

— Возможно. Но с тобой больно, Скай, поэтому лучше я буду как можно дальше от тебя.

Впереди показался вход в жилое здание факультета воздуха.

— Эмма, мы связаны, у нас не выйдет отдалиться.

— Ты говорил, однажды связь исчезнет, и к тому моменту нам лучше остаться друг для друга чужими.

— Я много чего говорил, — выдохнул он недовольно. — Да, это связь, она тянет нас друг к другу искусственно, поэтому важно не обманываться, не создавать настоящих чувств. Но сейчас речь о твоей безопасности. На тебя только что напали.

— Да, и это кто-то из академии. Или меня могли похитить с территории академии?

— Нет, не могли.

— Значит, это местная беда. С подачи твоего друга на меня объявили травлю, — напомнила я ему, вбегая по ступеням в фойе здания, и спешно двинулась к лифту.

— Тристан бы остыл. Ты зря облила его супом.

— Он отозвался обо мне оскорбительно.

— Призна́ю, он повёл себя ужасно, но и ты поступила неразумно.

— Я должна была смолчать на оскорбление?

— В его случае — да, должна была, чтобы избежать проблем.

— Конечно, я же безродный самородок, а он Король Нефрит, — передразнила сердито, надавливая на кнопку лифта.

— Ты первокурсница без поддержки, а он принц нефритовой сферы. Иногда можно поступиться гордостью, чтобы не попасть в беду.

Створки разъехались. Я прошла в кабину, развернулась от входа и упёрла руку в грудь Ская, не позволяя ему войти.

— То есть Тристан меня унижает, а мне нужно уступить, так ты считаешь?! — спросила зло.

— Это разумно, Эмма, — он поджал губы в недовольстве.

— А я не разумна, Скай, — заявила, подтолкнув его в грудь. — И в алмазный дом не вернусь. Пожалуйста, больше не поднимай эту тему и… не заговаривай со мной.

Створки лифта соединились, оставляя Ская на первом этаже. Кабина понесла наверх только меня. Но так хорошо, так правильно, не представляю, как бы выдержала даже несколько минут в окружении непередаваемого запаха урагана. После начала ритуала в храме меня тянет к Скаю намного сильнее. И потому ещё больнее видеть его с Эмбер. Поэтому лучше я останусь с Брайсом под покровительством ордена добытчиков, чем вернусь в алмазный дом, буду чувствовать защиту и присутствие Ская, сгорать в стремлении к нему, но осознавать, что нам не быть вместе. Он прав, если нам нельзя закреплять связь, нужно бежать прочь друг от друга до момента, пока она не исчезнет. Чтобы после почувствовать лишь освобождение, а не боль потери.

Вот только, если Скай лучше меня осознаёт эту истину, почему уговаривает вернуться в алмазный дом? Это тоже итог связи, навязанное беспокойство обо мне или приказ его отца? Возможен каждый вариант и оба вместе. Скай ведь тоже принц, Тристан его друг. Они вряд ли одинаковые, но в чём-то схожи. Скай убеждал меня в том, что в споре с Тристаном я должна принять позицию проигравшего. Да, это разумно, но несправедливо. Скай несправедлив ко мне, несмотря на нашу связь, потому что я не принцесса, не аристократка, а просто самородок без рода и поддержки.

— Септимус, есть заклинания воспламенения на расстоянии? — поинтересовалась я у своего версо-духа, когда вошла в свою комнату.

— Их много, Эмма. Зависит от того, что ты хочешь поджечь.

— М-м-м… возможно, захочу поджечь стол и пару пальм.

— Тогда подойдёт эта связка, — Септимус вывел на экран схему плетения.

Сложной на первый взгляд и одновременно такой простой.

— Эмма, пора вставать, — раздался голос Септимуса, вырывая меня из дрёмы.

Я растёрла веки и с трудом открыла глаза. На миг почудилось, обнаружу над собой пугающего чёрного бога, но, как и тогда, оказалась в полном одиночестве. Почему-то испытала и радость, и расстройство.

— Встаю, — сообщила своему духу и поднялась с кровати.

Взгляд невольно зацепился за непривычно яркие пряди. Я стала одной из множества, а не серым пятном, но и эта мысль не приносила радости. Наверное, потому, что теперь связь ощущалась ярче и обрела оттенки боли.

— Эмма, тебе писали Скай и Эмбер, спрашивали, как ты себя чувствуешь, — сообщил Септимус. — Виола предложила встретиться перед завтраком у фонтана.

— Ответь Виоле, что я буду.

— А Скай и Эмбер?

— Ничего не отвечай.

После возвращения несколько часов прошло за изучением плетения, следом на глаза попалась книга, которую меня просил прочитать Закари, и в итоге я легла в четвёртом часу утра, потому чувствовала себя разбитой.

Подруги поужасались над моим помятым обликом и отказались хоть куда-то идти с чучелом в моём лице, потому повытаскивали свои косметички, навели красоту и только потом потащили меня в столовую. Брайса не наблюдалось, потому мы сели втроём.

— Пишут, ночью побили дружков Белого, — сообщила Гвинет, просматривая сводки академических новостей по версо. — Им давно пора было что-то отбить.

— Это кто-то важный? — уточнила я.

— Шпана. Поговаривают, промышляют кражами, но их пока не ловили, — поморщилась обсидиановая, присматриваясь ко мне с интересом, и оценила взглядом ссадины на моих руках. — Понятно…

— Они на тебя напали? — удивилась Виола. — Как посмели?

— Они были в масках. Не знаю, что хотели сделать, я не спрашивала, отбилась и ушла.

— Расскажи Брайсу, пусть отрабатывает твою красоту, — сладко улыбнулась Гвинет, проведя пальцами по коротким чёрным волосам. — И это ведь с подачи Тристана. Вот же гадёныш. Интересно, он сам их надоумил?

— Сомневаюсь, — фыркнула Виола.

— Тристан мог их отправить? — переспросила я.

— Вполне, — кивнула Гвинет. — Будь осторожна, Эмма. От него можно ждать всяких гадостей.

— Не наговаривай на него, — прошипела Виола.

— Он весь зелёный, поэтому тебе нравится, — рассмеялась обсидиановая, и я тоже прыснула.

— Ничего подобного, хотя, да, он стильный, — расфыркалась Виола, но не выдержала и тоже начала смеяться.

После первой пары меня перехватил Брайс. Внезапно обнял за плечи и поцеловал в щёку. В иной ситуации я бы опешила, но от рубинового исходили такие жаркие волны ярости, что меня больше заинтересовали причины его состояния.

— Мне тут шепнули, что на тебя напали вчера. Это правда?

— Да, трое. Я отбилась.

— Про это я тоже слышал, — процедил он. — Всё отец со своим срочным разговором, — прорычал так гневно, что пламя заплясало в глубине его глаз.

Наверное, если бы не резонанс с рубином, мне было бы не комфортно в такой близости от огненного мага, но я, наоборот, будто напитывалась от него.

— Ты не виноват. И твой отец тоже.

— Не выгораживай его, он нам вечер испортил, — прорычал Брайс.

— Вы в плохих отношениях, да?

— Не в лучших, — поморщился он.

— Мне жаль.

Пылание вокруг Брайса поутихло, взгляд прояснился.

— Есть ещё одна плохая новость. Твои камни проданы в частную коллекцию. И мне не удалось выяснить, кому именно. Будем искать тебе новые.

— Мне постоянно не везёт, — расстроилась я.

— По-моему, наоборот. Сколько раз ты избегала смерти и похищений? За такую удачу надо иногда спотыкаться, — он щёлкнул меня по носу и отступил, выпуская из объятий. — Сегодня у меня дела, но завтра можно поискать тебе камни. Что думаешь?

— Сегодня и у меня дела. Занятие по литературе с Закари.

Раз прочитала заданное янтарным, решила ему об этом сообщить, и он сам предложил позаниматься вечером. Я была только рада отвлечься от своих проблем. Да и учёбу никто не отменял.

— И он согласился? — с недоверием уточнил Брайс. — Мне нужно ревновать?

— К Закари? — удивилась я.

— Значит, нет, — махнул он рукой. — Тогда до обеда.

— Пока, — улыбнулась я, провожая широкую спину Брайса взглядом.

А он не такой плохой, защищает, не пристаёт. То ли я ничему не учусь, то ли Скай преувеличивал масштаб беды.

— Эмма, их уход — аллегория смерти, почему ты решила, что они ушли к счастью? — прыснул Закари, когда я выдала ему свои умозаключения по повести.

Занятие проходило в жилом здании факультета огня в комнате янтарного. Здесь было светло, солнечно и пахло цветами. Стены украшали изображения с красивыми драконицами.

— Потому что они взялись за руки и улыбнулись, разве не понятно? Они ушли от своих бед, отыскали родственные души друг в друге и ушли на поиски счастья.

— Знаешь, можно интерпретировать и так, — махнул он рукой. — Правда, за такой ответ тебе не поставят высший балл. Принято считать, что автор говорил о смерти.

— Почему принято? Он сам не сказал, о чём говорил повестью?

— Нет, — хохотнул Закари. — Мы додумали.

— Значит, и я могу оказаться права.

— Эмма, повесть писалась во времена гибели цивилизации.

— Значит, он предсказал уход драконов в новый мир. Или перемещение всей расы ты тоже считаешь аллегорией смерти?

— Можно и так сказать, — щёлкнул он пальцами. — Мы преодолели время и пространство, обрели новую жизнь здесь. Можно сказать, мы переродились в новом мире.

— И наши грехи обнулились?

«Решила забыть прошлое? Себя? Свои грехи? Думаешь, так всех спасёшь?», — вспомнились слова незнакомца.

— По поводу отпущения грехов постоянно сталкиваются орден просветлённых и орден милосердия. Первые считают, что души — набор жизненных показателей и данных, грехи не стереть, и мы можем переродиться с ними. А в ордене милосердия уверены, что добрые дела спасают наши души.

— Ты во что веришь, Закари?

— Мне ближе второе, — лучезарно улыбнулся он. — Но сомневаюсь, что наши боги перешли с нами в новый мир.

— Здесь свои боги, — кивнула я, а перед мысленным взором на миг блеснули чёрные глаза.

— Ты про посещение древнего города? — озадачился он.

— Да, про него, — глупо усмехнулась я, растерев ссадины на костяшках пальцев.

— Ты как считаешь, Эмма? И почему вообще заговорила про грехи?

— Я ничего не помню о себе, но часто задумываюсь о себе прошлой. Будет ли иметь значение то, что происходит со мной сейчас, когда воспоминания вернутся?

— Уверен, что да, — без раздумий ответил он. — Если мы подружимся, ты всегда будешь относиться ко мне хорошо.

— Ты друг Тристана, моё отношение может поменяться из-за него.

— Тристан… — Закари наморщил нос. — Не злись на него, он хороший друг и беспокоится за Ская.

— Ская? Он здесь при чём?

— Скай наш друг, и мы тоже задумываемся о тебе прошлой. Вдруг ты злодейка, — заговорщицки поиграл он пальцами.

— Я не смогу навредить Скаю. Он столько раз меня спасал.

— Надеюсь на это, — солнечно улыбнулся Закари, и его золотые глаза заискрились. — Давай вернёмся к повести и поговорим об образах персонажей.

— Они странные, — выдала я.

— Тебе явно не светят высокие баллы по литературе, — подытожил он, и я даже не стала спорить.

После приятного занятия я вернулась к себе умиротворённой и довольной. Приняла душ и планировала позаниматься математикой, пока меня не сморил сон. Но стоило сунуть руку в сумку, как пальцы пронзило жуткой болью. Под кожу будто плеснули кислоту. Шипя и ругаясь, я распахнула сумку, и оттуда вытянулась голова хищного растения, принявшись хлопать начинённой колючками пастью. Сумка выпала из рук, но тварь поползла за мной по полу. Пришлось запрыгнуть на кровать.

— Септимус! Септимус! Как справляться с хищным растением?! — завопила, принявшись лупить чудище подушкой.

— Опиши мне растение, Эмма, — невозмутимо попросил Септимус.

Через полчаса криков и ругани мне удалось поджечь цветонос растения и убить тварь. Пальцы болели так, что на глаза наворачивались слёзы, но я решила сначала проверить сумку и только потом заняться укусами. На дне нашлась коробочка с раскрывшимся зёрнышком и записка.

«Хорошей ночки, Эмма. Тристан», — гласила краткая запись.

Вот же гадёныш!

/Брайс Крауден/

— Что с руками? — я присмотрелся к бинтам на пальцах Эммы.

Сегодня почти весь день не виделись, но договорились вечером отправиться на поиски камней. Я зашёл за ней и что вижу? У неё изранены пальцы!

— Этот… Тристан… гад…

Кажется, впервые видел, чтобы милашка Эмма кипела от негодования. В глазах горел огонь, от неё веяло жаром, даже волосы развевались от потоков магии. На фоне вечернего макияжа, чёрной облегающей блузы, короткой пышной юбки и каблуков выглядело крышесносно. Жаль, что ночь мы проведём в разных комнатах.

— Он подбросил мне в сумку хищное растение, представляешь? Оно укусило меня! И я изорвала наволочку, пока от него отбивалась!

— Тристан? Ты уверена? — я взял Эмму под локоть и потянул за собой к лифту.

— Там была записка. Он желал мне хорошей ночи. Естественно, я не могла заснуть из-за боли в пальцах. Пришлось ходить в лазарет, просить обезболивающее.

— И ты весь день молчала?! Надо было написать мне по версо.

— Я отомстила. Вскипятила ему сок в стакане, когда он пил. Надеюсь, на этом закончится, — буркнула она расстроенно.

— Понятно, — я искренне постарался не расхохотаться, да не вышло. — Что за детские подначки, Эмма?!

— Мне надо было подойти и разбить ему нос? — она надулась, словно маленькая девочка. — Я просто теряюсь, Брайс. Не знаю, как реагировать на такие… гадости. Сегодня одна девчонка оскорбила меня в дамской комнате. Я не смогла ответить, потому что не умею оскорблять в ответ. Просто попросила не лезть не в своё дело. А она только рассмеялась.

— Вот ей можно было врезать, отодрать клочок волос или макнуть её накрашенным личиком в унитаз. Вы же, девчонки, так разбираетесь?

— Ты же шутишь?

— Возможно, — улыбнулся я, и Эмма рассмеялась. — Но знаешь, бешеных боятся. И я, и все короли, кстати, отбивались по этой технологии. Кто лезет — отхватывает так, что сотню раз жалеет. Ты же раскидала тех парней, надо было ещё и попинать как следует.

— Я пнула одного, — кивнула она, задумавшись, и вызвала у меня новый приступ смеха.

Эмма вечно выкидывает нечто неожиданное.

Кабина лифта открылась, и мы застыли напротив Ская. Мой смех прервался, Эмма напряжённо выпрямила спину. Скай хмуро осмотрел её и потом заглянул в мои глаза. После ужасного разговора с отцом и жутко неприятного поручения мне ещё прилетело и сообщение от чрезмерно благородного алмазного принца. Как оказалось, на Эмму напали, и Скай обвинил меня. Наверное, хорошо, что после этого мы больше не пересекались на полигоне, а то бы снова сломали купол.

— Привет, Скай, — я обнял Эмму за плечи и привлёк к себе, уступая дорогу алмазному.

— Брайс, Эмма, добрый вечер, — сухо ответил он, покидая кабину.

И я провёл внутрь свою напряжённую спутницу. Створки лифта съехались, завершая внезапную встречу.

— И что в нём такого особенного, что ты не в состоянии рассмотреть меня? — шепнул я в её макушку.

— Скай спас меня. Много раз спас, — ответила она, вскидывая голову.

Наши взгляды пересеклись. Её расстроенный и мой, наверняка злой.

— Начинай отвлекаться, со временем втянешься.

— И как?

— Поступай вопреки, — я чуть склонился и мимолётно поцеловал приоткрытые губы.

Запах лилий заиграл сильнее, глаза Эммы распахнулись в изумлении. Она задохнулась.

— Не страшно… — прошелестела она.

— Что?

— Было не страшно и не больно, — пояснила она, опуская голову.

— Это только начало.

Хотел улыбнуться, но не вышло. Мышцы лица будто свело. Я сам только начал втягиваться и наслаждаться игрой с Эммой, но отец требовал от меня соблазнить принцессу Эмбер. Хотя скорее изнасиловать. Иначе это не назвать, она будет не в адеквате.

До Бездны добрались без происшествий. Пока ехали в карете, общались на отвлечённые темы, Эмма рассказывала мне об обсуждении повести с Закари. Естественно, я тоже читал это произведение, потому присоединился к опровержению её наивной теории, хоть она мне очень нравилась. Но Эмма так мило спорила, что сложно было отказать себе в удовольствии. В ресторан тоже вошли спокойно, без внезапных встреч, заказали еду, а потом продолжили свой спор, но моя спутница решила в очередной раз меня удивить.

— Тебя что-то гложет, Брайс? — вдруг спросила она. — Это из-за разговора с отцом?

— С чего ты взяла?

— Ты будто заставляешь себя улыбаться, не появляешься в академии, — пояснила она.

— Отец временами… озадачивает меня неприятными заданиями, — подобрал я наиболее мягкую формулировку.

— Тебе это не нравится?

— Я бываю в бешенстве, — невесело усмехнулся, отводя взгляд.

Уж очень внимательно она всматривалась в мои глаза.

— Ты не можешь отказаться?

— Нет. Отцу лучше не отказывать.

— Ты пробовал?

— Много раз, — заверил её, невольно погладив бок.

После пары десятков сломанных рёбер желание спорить пропало. Отец довольно болезненно вбил в меня убеждение, что я жив и существую только по его милости. Следовательно, должен подчиняться во всём и стать его достойной заменой.

— Он производит впечатление жёсткого дракона, — кивнула она, нахмурив лоб, и внезапно потянулась ко мне, взяла меня за руку. — Это опасно? Я могу чем-то помочь?

— Можешь приласкать меня и утешить, — предложил ей смешливо.

Какая же она добрячка. Удивительно, что при этом умеет бить и держать удар.

— И это поможет? — нахмурилась она.

— Как бы было чудесно, если бы проблемы рассасывались от ласк красивых женщин, — притворно взвыл я в потолок, и Эмма рассмеялась. — Нет, я справлюсь. Как всегда.

Но тогда с Эммой придётся попрощаться. Впрочем, я понимал, что у нас ненадолго. У меня никогда не бывает надолго. Но с ней комфортно сейчас. Она пахнет лилиями. Так бы мог пахнуть дом, если бы мама выжила, и отец не забрал меня себе.

— Справишься, — уверенно кивнула Эмма, сильнее сжимая мою руку. — Но что за просьба отца?

— Да так, семейное, — я вновь отвёл взгляд, а в мыслях явственно зазвучали слова недавнего разговора.

«Мне нужно, чтобы ты увёл принцессу Эмбер у принца Ская. Тогда я смогу добиться вашего брака», — сообщил невозмутимо отец.

«Я, конечно, верю в себя, но не настолько, чтобы увести зашоренную и влюблённую аристократку у её принца», — рассмеялся, удивлённый внезапным заявлением.

«Поэтому я тебе помогу. Ей подольют любовный дурман. Тебе останется только перехватить её и увести в свою комнату. Наутро изобразишь спасителя и такую же жертву дурмана. А там и любовный напиток взыграет, она с большой вероятностью забеременеет. Рубиновый дом поспешит замять скандал. Ты войдёшь в правящую семью».

«Ты предлагаешь мне воспользоваться одурманенной принцессой? Я уж молчу про силу родовых артефактов. Нет такого дурмана».

«Есть. Это местные травы. Его используют. Твоё дело — перехватить принцессу».

«Если откажусь?».

«Значит, позже мы с тобой поговорим о твоих ошибках, а принцессой воспользуется кто-нибудь другой».

/Брайс Крауден/

— Ты говоришь только об отце, — слова Эммы вырвали меня из пугающих воспоминаний. — А мама?

— Мама… — я выдохнул, раздумывая над ответом.

О моей матери ходят всякие слухи, временами мелькают и довольно достоверные. Но я вдруг понял, что хотел бы поведать Эмме именно правду.

— Мама была с отцом недобровольно, по соглашению между одним из родов за доступ к нескольким сильным камням.

— Она была рубиновой?

— Да, сильным магом, и её кровь победила в генетической войне, я родился рубиновым. Отец сомневался, обвинил её в измене, хотя даже не сделал её женой. Магические тесты были на моей стороны, как и его расположение. Её он бросил в умирающем мире, а меня забрал. Я знаю о ней только из скудных рассказов отца и няни.

— Мне жаль, Брайс, — прошептала она.

Её глаза увлажнились, наполняясь искренней скорбью.

— Это давнее, — отмахнулся я, пытаясь подавить тянущую боль в груди. — Я выжил, как видишь, вполне доволен жизнью. У меня огромная сумма на счету, я ни в чём себе не отказываю и постоянно меняю девушек. Мечта, а не жизнь, правда?

— Не знаю, я о таком не мечтала, — ответила она тусклым голосом.

— Обычно девушки мечтают о парнях, — подмигнул я ей, но она лишь блекло улыбнулась.

К счастью, к нам заглянул знакомый торговец.

— Мне сообщили, вы просили о новой встрече, — словно змей протянул Вектор Шиммер.

За ним вошёл официант, подталкивая перед собой стол с камнями. Последнего я попросил выйти, после чего окружил нас пологами от прослушки и даже просматривания. Шиммер будет молчать, не рискнёт жизнью из-за информации о самородке. Он осторожен, иначе бы не проработал на чёрном рынке так долго. А вот наёмный работник мог и сглупить.

Шиммер выложил перед Эммой ассортимент камней. К моему недовольству, в первую очередь она потянулась к алмазу. Ещё и сразу вступила с ним в резонанс. Алый цвет покинул её облик, сменившись снежной белизной. И всё равно выглядело красиво. Следом она выбрала нефрит, и здесь тоже отгадала. Теперь её волосы окрасились в зелёный. Но на этом яркие трансформации завершились. Ей отозвался лишь один янтарь, но камень оказался слаб, потому я отбраковал его. Больше огненной магии ей даст рубин. В сочетании с алмазом добьётся того же эффекта.

Торговец посчитал сумму покупки и предложил сопутствующие товары: продемонстрировал инкрустированные камнями браслеты и ожерелья для хранения самоцветов. Но Эмма снова удивила.

— Есть набедренные? — скромно спросила она.

— Конечно, — просиял Вектор. — И есть с ножнами для кинжала.

— Такие мне и нужно, — обрадовалась она.

— И кинжал тогда, — покачал я головой.

Она ведь возможная наёмница, может, и убийца. Как бы однажды, вспомнив прошлое, не откромсала мне что посчитает лишним.

— Какое нужно оформление? — поинтересовался он.

— Чёрный с красным, — просто ответила Эмма и мягко улыбнулась мне.

Редко такое ощущаю, но в груди странно ёкнуло.

Торговец ушёл собирать заказ, а мы остались одни.

— Ты сможешь сделать за меня перевод? — Эмма протянула мне свой версо.

— Я сам смогу провести перевод, Эмма, — внезапно возразил её дух. — Нельзя передавать меня незнакомцам и давать доступ к твоему личному счёту.

— Прости, Септимус, — повинилась она. — Но я сама не умею, а Брайс не будет меня обворовывать.

Какой у неё умный дух.

— Я сам оплачу, — закатил глаза. — Твой вор-лекарь раскошелился на крупную сумму за моё молчание. С неё и оплачу.

— Что? Ты не говорил, — удивилась она. — Выходит… и рубин приобретён с его денег?

— Учись, Эмма. Опасно выдавать всю информацию сразу. Чаще всего её выгоднее приберечь.

— Тогда и ты и дальше мог молчать, — проворчала она.

— Это жест доверия.

Вскоре нам принесли заказ, и мне представилась возможность полюбоваться тем, как Эмма крепит ремень с камнями и кинжалом на бедро. Я даже некоторое время помогал, пока моя спутница не взъярилась. Мы завершили с трапезой и покинули ресторан, а Эмма внезапно утащила меня в кофейню и здесь угостила пирожными. Не скажу, что был любителем сладкого, но обычно я платил, а здесь вышло наоборот, потому ощущалась какая-то новизна.

До комнаты Эммы мы добрались ближе к одиннадцати, приближался комендантский час, но разговоры продолжались. Мы были довольны хорошим вечером и приятным общением, потому не спешили прощаться и ещё долго стояли в коридоре у двери, продолжая смеяться и болтать обо всём на свете.

— Всегда хотел залезть под юбку к настоящей наёмнице. Ты не наёмница, но содержимое твоей юбки так и манит… — прищурился я, глядя в искрящиеся смешинками алые глаза.

— Порежешься, Брайс.

— Или смогу тебя разоружить, — в подтверждение нагнулся и задрал подол пышной юбки.

Эмма застыла, словно оценивая свои ощущения, и я пробрался под слои ткани, провёл пальцами по кожаному ремню к рукояти кинжала. Возбуждает…

— За тобой коронная фраза, — сообщил ей я.

— Это как? — растерялась она.

— Ты должна выдать что-то вроде: если твоя рука поднимается выше, я отрежу тебе пальцы.

— Отрезать не буду, я просто тебя ударю, — рассмеялась Эмма.

Я не сдержался, приблизил своё лицо к её и прихватил сладкие губы своими. Эмма снова замерла в нерешительности. И тогда я повторил прикосновение. Она задохнулась и отвернулась.

— Не бойся меня. Не укушу, — шепнул, поцеловав напоследок алеющую румянцем щеку.

Она нервно усмехнулась.

— Я боюсь не тебя, — ответила она, вновь заглядывая в мои глаза. — Я боюсь воспоминаний.

— Они в прошлом, Эмма. Ты сама творишь своё будущее. И либо позволяешь прошлому портить себе жизнь, либо делаешь выводы и живёшь дальше.

— Ты… знаешь, о чём говоришь, — кивнула она, потянувшись ко мне. — Замри, — попросила.

И я послушал. Эмма потянулась ко мне. Нежные губы прижались к моим губам. И я прикрыл глаза, наслаждаясь мягкой лаской. Возбуждение отступило, уступив место чему-то новому, словно радости за Эмму. Она переступала себя. Когда я так делал, было больно. Разница в том, что я опускался во тьму принятия, а она шла к свету освобождения.

— Спасибо, Брайс, — Эмма отстранилась. — Вечер прошёл замечательно.

— Мне тоже понравилось, — улыбнулся я. — Если пустишь к себе, будет лучше.

Она рассмеялась и мотнула головой, воспринимая мои слова шуткой. Они ей и были. Эта девушка так просто к себе не подпустит. Раньше она узнает меня лучше, и я лишусь её расположения.

/Скай Стеллар/

Неделя спустя.

— Самородок залетела в лазарет, — скучающим тоном сообщил Габриэль, присаживаясь за наш общий столик.

— Как? Что с Эммой? — встревожилась Эмбер.

— Кто-то на неё напал? — рассерженно прищурился Закари. — Или Тристан что-то учудил?

Беспокойство всколыхнулось в груди, но я промолчал, ожидая пояснений. Леонард и вовсе продолжил переписку по версо.

— Накопитель взорвался на паре, — пожал плечами опаловый. — Несчастный случай.

— Её сильно порезало? — нахмурилась Эмбер, мельком глянув на меня.

Видимо, ждала, что я понесусь выяснять подробности. Мне и хотелось, но Эмма просила держаться от неё подальше, приняла решение не усугублять наше положение. Я принял её позицию и последнюю неделю старался не приближаться к ней, не высматривать её в столовой, не думать о ней, но это давалось не просто. Особенно в свете того, что она вечно влипала в неприятности. Три драки и взрыв на паре за неделю — она ставила новый рекорд.

— Какая разница? — отозвался Габриэль.

— Разница в том, что неприятности у неё из-за Тристана, — Леонард оторвался от переписки и смерил друга неодобрительным взглядом. — Тристан говорил от нашего лица, когда заявил о завершении покровительства.

— Тристан её не трогает, — возразил опаловый.

— Зато его трогают из-за неё, — внезапно хохотнул Закари, указывая на вход в столовую, где показался наш нефритовый друг.

У левого кончика его губ виднелся зелёный кровоподтёк, но сам Тристан выглядел привычно невозмутимо. Он подхватил поднос, собрал на него еду и присел за наш столик.

— Кто так тебя? — поинтересовался я.

— С Брайсом сцепились. Ничего особенного, — на миг сморщился он. — Самородку подкинули перенасыщенный накопитель. Ей порезало руку.

— Это из-за тебя… — начал было Закари.

— Я лишь объявил о своём отношении, — огрызнулся нефритовый. — Я не обязан её защищать. Все мы были первокурсниками, и все отбивались от травли. И до сих пор приходится кого-то ставить на место. Вспомните, как Эмбер заперли в раздевалке голой, и накопитель так же взорвался в руках Лео, или как мне подменили кристалл на гравитоне, и я упал с трёхметровой высоты. Всем доставалось, мы не обязаны вновь влезать в неприятности из-за возможной преступницы, — прошипел, касаясь разбитой губы.

— Было дело, — передёрнула плечами Эмбер.

В одном Тристан прав, нам всем досталось из-за нашего высокого положения, пришлось кулаками и магией демонстрировать, что к нам лучше не лезть.

— Вон, живая, — махнул рукой Тристан.

В столовой появились Брайс с Эммой. Пальцы девушки были перемотаны бинтом, но сама она улыбалась, отбиваясь от тычков рубинового. Они хорошо смотрелись вместе, и это бесило.

— Откуда ты знаешь, что накопитель подкинули? — серьёзно спросил Леонард.

— Это очевидно, — закатил глаза Тристан.

И в этот момент стол между нами вспыхнул. Мы рванули в стороны, соскакивая со стульев. Пальмы тоже загорелись. Меня обдало жаром, прежде чем моё тело окружил защитный купол.

— Вот стерва! — выдохнул зло Тристан. — Я привёз эти пальмы из-за купола!

— Эмма колдовать не умеет, — возразил Закари, сбивая огонь со своего рюкзака. — Скорее всего, Брайс. Видимо, уверен, что ты подкинул ей накопитель.

— Делать мне нечего! — рыкнул он, подхватывая свою сумку, и двинулся на выход.

— Не понимаю, почему ударами обмениваются Эмма и Тристан, а достаётся нам? — пожаловалась Эмбер, оценивая подпалины на юбке.

— И не говори, — Габриэль закинул рюкзак на плечо и нагнал Тристана.

— Пальмы действительно жалко, — заключил Леонард. — И это не Брайс. Эмма умеет колдовать, что бы вы все не думали.

Я обратил взгляд к рубиновой парочке. Брайс широко улыбался, а Эмма выглядела встревоженной, но удовлетворённой.

— Идём в кафе, — я забрал у Эмбер её сумку, свой рюкзак забросил на плечо и потянул свою почти невесту прочь от обугленных остатков стола.

Закари и Леонард потянулись за нами. В столовой было необычно тихо. На нас смотрели кто с тревогой, кто со злорадством. Слышались смешки и шепотки. Давно никто не рисковал на нас нападать. Несмотря на связь и хорошее отношение к Эмме, в этот момент я бесился и злился на её поступок. Она нас высмеяла и подставила под возможные удары.

— Не злись. Мы со всем справимся, — Эмбер крепче сжала мою ладонь и улыбнулась.

Читала меня без слов, как всегда.

Наша дружба переживала сложный период. Тот поцелуй стал единственным, а пара свиданий вышла обычными прогулками. Я видел, Эмбер встревожена, расстроена и нервничает, и сам расстраивался из-за того, что не в состоянии развеять её беспокойство. Наверное, разрыв связи с Эммой развеял бы нашу проблему, да только родители пока разводили руками. Я всё больше отчаивался, но старался не вешать нос.

Хоть до кафе мы добрались благополучно, там засели за один из столиков, закрылись на всякий случай несколькими пологами и поужинали. Тристан повеселел, столкновения с Эммой, несмотря на неприятности, развеивали его скуку. Я большей частью молчал, не мог относиться к ситуации так же просто, как он. Молчал и Леонард, он снова переписывался по версо. Похоже, у нашего серьёзного друга какие-то личные проблемы. Зато Закари и Эмбер болтали за всех нас вместе взятых, временами обмениваясь уколами и с Габриэлем. Кажется, и его бодрила вся эта ситуация. Но это наверняка временно, опалового вынужденное заточение в академии тяготило больше всех нас. Думаю, ещё полгода и он взорвётся отказом от дома и побегом за пределы щита.

После ужина мы все успокоились и покинули кафе вполне расслабленными. Короткая ссора осталась позади, как и расстройство по поводу потери пальм и стола. А по пути пришло уведомление о назначении нового ректора. На этот раз выбрали малоизвестного просветлённого пятого ранга. Но он явно сразу взялся за работу, потому что мне пришло направление на отработку наказания. Предстояло убраться на поле для гравитона… с Эммой.

— Скай! — воскликнул Габриэль испуганно, бросаясь ко мне, и снёс меня с ног.

Мы повалились на траву. И в следующий миг в место, где я только что стоял, с грохотом что-то ударило, словно упав сверху. В стороны брызнули комья земли и травы, магические потоки заклубились вокруг выпрямившейся фигуры неизвестной в непроницаемом чёрном доспехе и с огромных размеров мечом в руках. И боевое облачение, и оружие были мне знакомы, ведь я успел ощутить на себе их мощь и применить в бою. Меч явился мне и Эмме во время опасности. Выходит, это она? Эмма? Эмма решила меня убить?!

А девушка развернулась, поднимая свой меч над нами с Габриэлем. Но будто замешкалась, словно только рассмотрела того, на кого напала. А передо мной в потоках чёрного дыма проявилась рукоять знакомого меча.

«Кто бы мог подумать», — словно эхо разнёсся в мыслях незнакомый мужской голос.

И в этот миг он пугал больше, чем поднятое над моей головой оружие.

К счастью, заминки хватило Тристану, чтобы вступить в бой. Нефритовый доспех обхватил тренированное тело, шлем скрыл лицо. Тристан с боевым кличем бросился на девушку со спины. Специально предупреждал её, чтобы отвлечь от нас. И добился чего желал: она развернулась, играючи отводя выпады парных нефритовых мечей.

И почему я решил, что это Эмма? Только из-за доспеха и меча?

«Ну же», — вновь раздалось в мыслях.

— Сам разберусь, — выдохнул я сердито, взмахом руки развеивая рукоять неизвестного артефакта.

Подоспевший Леонард помог мне подняться, Эмбер подала руку Габриэлю. А Закари рванул на пугающую воительницу.

— Я сам! — рыкнул Тристан.

Похоже, лучший мечник академии встретил достойного соперника и не желал его ни с кем делить.

— Что происходит? — спросил меня Леонард. — Это оружие. Меч. Как в тот день у тебя…

— Это… — я стиснул челюсть, раздумывая над ответом.

В это мгновение Тристан приблизился для решающего удара. Его мечи пронеслись по груди противницы, чёрный нагрудник рассыпался осколками, открывая алые раны. Бой должен был на этом завершиться, но девушка даже не пошатнулась. Она резко развернулась, выкидывая ногу вверх. Естественно, Тристан не ожидал, что она будет способна на атаки после такого ранения, потому не успел среагировать. Его бросило на дорожку мощным ударом. Сила атаки была огромна, его шлем треснул на виске. А девушка вновь подняла свой пугающий меч. Раны на её груди затягивались на глазах. Доспех восстанавливался.

— Тристан! — вскричала испуганно Эмбер.

— Прочь! — яростно прокричал Закари, выступая перед нефритовым.

И с усилием ударил по рванувшему вниз огромному лезвию. Оно изменило траекторию и вонзилось лишь в каменную дорожку возле головы приподнявшегося Тристана. И он, и Закари, и все мы пребывали в шоке от происходящего.

— Скай, что?! — Леонард встряхнул меня за плечо, напоминая, что сейчас не время для сомнений.

— Меч — артефакт. Выбиваем его из руки и уничтожаем. Предупредите Тристана и Закари, — сообщил я решительно. — Я отвлеку её на себя.

— Слышали? Насыщайте плетения, — послышался за спиной голос Леонарда.

Я не сомневался, он сможет организовать друзей, мне же предстояло вступить в сложный бой, чтобы потянуть время. На победу и не рассчитывал, девушка была слишком быстра и абсолютно неуязвима. Надеюсь, лишь из-за меча.

Самоцветы в браслете отозвались на мой призыв. Тело обхватила алмазная броня, голову оплёл шлем. В моей руке сформировался меч и в ту же секунду понёсся в бой. Воительница отреагировала мгновенно, оттолкнула наседающего на неё Закари и приняла атаку на лезвие своего огромного оружия. В ином случае я бы задавался вопросом о том, как ей вообще удаётся справляться с этой неудобной штукой, но успел оценить силу артефакта. Он становился будто продолжением тебя, дополнял, ловил каждый импульс и желание. А девушка билась так, словно и вовсе всю жизнь не выпускала своего пугающего оружия из рук. Двигалась легко, быстро переключалась от обороны к атаке и перемещалась так молниеносно, что мне с трудом удавалось реагировать.

— Кто ты? Что тебе нужно? — потребовал я ответа, приседая, чтобы сохранить голову на плечах.

Пугающее оружие со свистом рассекло воздух надо мной, а девушка выкинула ногу вперёд. Я принял жёсткий удар на ребро меча и отскочил назад, оценивая трещины на алмазной поверхности. Помимо скорости, девушка обладала невероятной силой.

— Отвечай! — прокричал рассерженно, но она не отреагировала и вновь бросилась в атаку.

Опасное лезвие направилось мне в грудь. Я отклонился в сторону, следом круговым движением направил меч вверх. А воительница с нереальной скоростью развернулась вокруг своей оси, атакуя теперь снизу. Мне пришлось резко податься назад, и сразу отпрянуть. Но лезвие всё равно пронеслось по плечу, обращая осколками алмазную броню. Руку прострелила боль. А девушка вновь рванула ко мне, решив воспользоваться заминкой. Только раньше, чем меч снова ринулся в атаку, между мной и незнакомкой появился Тристан.

— Мы готовы, — шепнул он, бросившись на воительницу.

А со спины на неё налетела Эмбер. Жидкие рубины оплетали изящную фигуру принцессы, голову скрывал плотный шлем, через прозрачную гладь которого виднелось только её решительное лицо. Два кнута в её руках взметнулись и обвязались вокруг лезвия меча незнакомки. Потому та не смогла отреагировать на нападение Тристана. Мощный удар ногой по груди вынудил её отпрянуть. Рука выпустила рукоять. И Эмбер с натугой развернулась, отбрасывая оружие в сторону. Артефакт вонзился в землю в нескольких метрах от нас. И над ним вспыхнули готовые активироваться плетения Закари, Леонарда и Габриэля. Наши друзья обратились к родовым заклинаниям. И вряд ли зря решились продемонстрировать мощь своих домов. Странный меч хранил в себе колоссальное количество магии.

Незнакомка задохнулась. Все наши взгляды обратились к ней. Меч Тристана вонзился в её живот и пронёсся дальше, выскальзывая кончиком лезвия из её спины. Наступили мгновения оглушительной тишины. По оружию к крепко стиснутым на рукояти рукам Тристана скользили капли алой крови. Та слетала с его пальцев и в воздухе обращалась рубинами. Моё сердце в этот момент не билось. Вдруг это Эмма. Вдруг к ней вернулись воспоминания. Но стоило подумать о ней, как я ощутил натяжение нити связи. Она бежала к нам по дорожке вместе с Брайсом. Видимо, почувствовала, что я в беде.

Затишье прервалось яростным криком незнакомки. Она толкнула Тристана в плечи и отпрянула. Меч выскользнул из её тела. Она пошатнулась, зажала рану рукой, но вдруг рассмеялась и бросилась к своему оружию.

— Быстрее! — прокричал я, следя за её стремительным перемещением.

Закари, Леонард и Габриэль отпустили плетения. Общая мощь атакующих заклинаний стихии земли, огня и воды обрушилась на артефакт за миг до того, как незнакомка дотянулась до рукояти.

Разрушающая волна поглотила девушку, рванула в стороны, но напоролась на рубиновый купол, когда Эмбер отпустила какое-то сложное родовое заклинание. Она закричала от натуги, припадая на одно колено. Её ноги заскользили по траве, пока купол расширялся, пытаясь удержать в себе взрыв. И я понял, что даже одно из сильнейших заклинаний рубинового дома не выдержит этой мощи.

В алый купол вплелась моя магия, алмазная, следом чёрная, золотая, жемчужная, зелёная, но, казалось, ничего не способно удержать громады разрушающегося древнего артефакта.

— Мне не выдержать… — прохрипела Эмбер.

— Не потянем! — прокричал Леонард, стоящий с Закари и Габриэлем по другую сторону купола.

Я встревоженно огляделся. Вокруг находились другие драконы, пожелавшие понаблюдать или снять захватывающий бой. Здесь же в отдалении стояла Эмма. Но хоть Брайс верно оценивал ситуацию и тащил её за дерево.

— Уходите! Закрывайтесь щитами! — прокричал я.

— Мы не выдержим! Сейчас взорвётся! — присоединился к моим предупреждениям Тристан.

К счастью, нас услышали. Адепты бросились в разные стороны, возводя вокруг себя щиты.

— Нет… — ахнула Эмбер, и купол треснул.

Я прыгнул к ней, закрывая нас обоих самым сильным щитом из моего арсенала. Следом грянул взрыв. И мир поглотило пламя.

Меня практически ослепило. Уши заложило от грохота. Явственно я расслышал только крик Эмбер, когда и наши индивидуальные щиты не выдержали. Нас закружило в обжигающем потоке взрывной волны, бросило на землю и пронесло по ней, по ощущениям, пару десятков метров. Но вот огонь схлынул, грохот сменился звенящим безмолвием.

— Эмбер… — я приподнялся с земли и огляделся.

Землю взрыло, траву просто выжгло. Деревья в радиусе взрыва горели и дымились. Эмбер лежала в паре метров от меня, тоже пыталась подняться. Её броня выдержала, значит, обошлось без травм. Впрочем, кажется, и я не особо пострадал, нас лишь оглушило. Наши друзья, к счастью, тоже пережили взрыв и теперь пытались осмыслить произошедшее.

Внезапно пространство прорезал яростный крик. Из образовавшейся в эпицентре взрыва воронки выкарабкалась воительница. Доспех не ней частично разрушился, обнажая мускулистое тело со множеством кровоточащих порезов. Половина шлема обратилась осколками, из неё торчали алые растрёпанные волосы и виднелась перекошенная от гнева половинка лица незнакомки. Из её плеча торчал осколок разрушенного меча. Девушка вырвала его из раны, отбросила на землю и, тяжело дыша сквозь плотно стиснутые зубы, двинулась ко мне. Похоже, в желании завершить начатое.

Её шатало, но постепенно шаги незнакомки становились всё увереннее. Алые глаза смотрели чётко в мои. В них пылала жажда убийства. Я же пребывал в шоке от увиденного. Она выдержала взрыв. Более того, раны на её теле быстро затягивались. Продолжала кровоточить лишь та, что нанёс осколок её собственного меча-артефакта.

— Скай… — прошелестела Эмбер. — Как её победить?

— Не знаю… — прохрипел я, с трудом поднимаясь на ноги.

Меня шатало. Поддержка купола и брони потребовала массы сил. И судя по ощущениям, два алмаза не выдержали такой нагрузки и треснули.

А незнакомка упрямо шла ко мне. В её руках в потоках пламени формировался меч. Не тот же, что мы разрушили, лишь вполне обычная магия огня. Но и этого слишком много в руках практически неуязвимого противника.

Прокричав что-то непонятное, она бросилась ко мне, придавая себе ускорение огненной вспышкой. Двигалась так быстро, что практически исчезла из вида. Я материализовал меч и выставил блок по наитию. Два лезвия столкнулись: алмаз и рубин схлестнулись в магических потоках и разъединились. Воительница замахнулась для следующего удара. Но внезапно перед ней появился новый противник в лице Брайса. Рубиновый бросился в атаку с яростью и рычанием, постепенно заставляя девушку уйти в оборону. А она, видимо, решила ускорить процесс, вдруг открылась, и огненный меч Брайса вошёл в её грудь. Они сблизились, и девушка рассмеялась в его растерянное лицо.

— Бессмертна… Она бессмертна, — зашептал я, пребывая в неверии и шоке.

А взгляд мой метался между вонзённым в её грудь лезвием меча и всё ещё кровоточащей раной от её оружия. Только это повреждение не восстанавливалось.

— Точно… — я пустил за собой потоки ветра и на максимально возможной скорости понёсся к эпицентру взрыва.

Кусок чёрного лезвия с закристаллизовавшейся на нём алой кровью лежал в дымящейся земле. Я подхватил его, взвесил в руке. А воительница оттолкнула Брайса. Его меч просто развеялся, и в груди девушки осталась кровоточащая рана, которая тоже начала затягиваться. Брайс отступил в замешательстве. Воительница вновь рассмеялась и бросилась на него, ударяя огненным оружием сверху. Он неловко увернулся, снова отступил.

— Брайс! — я замахнулся и бросил ему лезвие, направляя его с помощью ветра. — Бей этим!

Девушка замешкалась на миг, выкинула руку, словно пытаясь перехватить кусочек своего оружия. И Брайс воспользовался моментом, поднырнул под её руку с мечом, перехватил её и перебросил девушку через плечо. Она с тяжёлым вздохом повалилась на землю. Кусочек лезвия при моей поддержке влетел точно в вытянутую руку Брайса и тут же вонзился в грудь воительницы. Она закричала, выгнулась в спине. Рубиновый растерянно отступил от неё. А девушка продолжала метаться и кричать, пока её тело вдруг не начало покрываться самоцветами. Несколько мгновений, и незнакомка застыла в полупрозрачном коконе с вечным выражением ярости на лице. Как саламандры в древнем городе…

— Скай, что это было? Кто она? — Леонард подвёл ко мне хромающего на левую ногу Закари.

— Да. И что это за меч? Как она не умирала от таких ран? — подключился к расспросам идущий за ними Габриэль.

Он разминал плечо. Похоже, травмировал. Тристан помогал подняться Эмбер. Друзья ранены, но живы, это главное.

— Сам не знаю, — я вновь присмотрелся к Брайсу.

В полнейшем замешательстве он стоял перед застывшей в камне воительницей, пока к нему не подбежала Эмма.

— Ты ранен, — отметила она, принявшись спешно обматывать его ладонь платком.

Похоже, он порезался, когда наносил удар.

— Я убил её… — просипел он.

— Ты защищался, — возразила она.

— Скай? — напомнил о неудобных вопросах Закари.

— Говорю же, не знаю. Мы предполагаем, меч — местный артефакт. Но так и не выяснили, почему он явился тогда мне. И уж тем более я не знаю, кто эта девушка.

— Она пришла за тобой. Она хотела убить именно тебя, — отметил главное Леонард.

— Я тоже это заметил, — отозвался встревоженно.

Эмма потянула Брайса к нам. Рубиновый всё ещё пребывал в смятении, потому послушно следовал за ней.

— Скай… ты… — Эмма мотнула головой, словно беря себя в руки. — Вы ранены?

Мы так и не развеяли кристаллизацию брони, лишь убрали шлемы, потому она не могла оценить наши повреждения.

— Ушибы и царапины, — отмахнулся я, присматриваясь к ней внимательнее.

В день нашей ссоры она говорила о встрече с тем, кого посчитала богом. Но мы так и не смогли вновь пообщаться на эту тему. Знала ли она больше, чем говорила тогда, либо что-то вспомнила сейчас во время нападения?

— А ты? — я поморщился, ведь не знал, что ещё сказать.

Судя по грязи на форменном платье и травинках в волосах, её тоже поваляло, но удалённость от места взрыва спасла от серьёзных травм.

— Идёмте в лазарет, — поморщился Габриэль, массируя висок. — Всем нужно связаться с родителями.

— Не всем… — прошелестела Эмма, разворачиваясь к Брайсу. — Надо срочно осмотреть твою рану. Это оружие убило её. Она не умирала от других ранений, а здесь…

— Умерла ли? Она в камне, — возразил он, указав на кристаллизовавшуюся воительницу.

— Может… может, и не умерла. Я не знаю, — ответила она, вцепившись в его запястье. — Но ты ранен. Все ранены. Нужно в лазарет.

— Кстати, а вы здесь как оказались? — задал опасный вопрос Тристан.

— Гуляли, — внезапно ожесточённо огрызнулся Брайс. — И встряли в непонятную историю. Идём, — он обнял Эмму за плечи и потянул за собой.

— Скай, ты что-то знаешь, — прищурился Леонард. — И она тоже, — хмыкнул, указав на удаляющуюся парочку рубиновых.

— Сейчас не время, Лео, — миролюбиво напомнила Эмбер, идя под руку с Тристаном. Она морщилась, массируя бедро. — Потом обсудим. Вокруг полно ушей.

Я подбежал к ней, поддержал под другую руку.

— Кажется, растяжение, ничего страшного, — вымученно улыбнулась она. — А вот два рубина не восстановить. Жалко.

— У меня тоже два камня рассы́пались, — скривился я.

— Тогда вам повезло, — широко улыбнулся Закари. — У меня три!

Эта схватка далась нелегко, а ведь скоро нагрянут последствия. Но пугает другое, в ворохе загадок прибавилось ещё несколько. Кто эта женщина? Почему она пыталась меня убить? И как с этим всем связана Эмма?

— Кстати, а ведь самородок вытурила нас из столовой, — протянул задумчиво Тристан.

— Она же привела Брайса, — напомнил я. — Он защитил меня, убил её.

— Не слишком распыляйся в благодарностях перед Крауденом, Скай. Это может быть подстава, в которой снова замешана самородок, — произнёс от жёстко.

Сомневаюсь, но мне нечего возразить. Я не знаю, чего можно ждать от Эммы. Особенно в свете того, что она ушла под крыло Крауденов.

/Эмма Марс/

Брайс сидел на койке и хмуро смотрел в окно, пока лекарь обрабатывал порез на его ладони. Молчал он и весь путь до лазарета, но до этого был отрешён, а сейчас будто кипел изнутри. Мой резерв отзывался на силу его огня. Жаль, эти ощущения не могли подсказать, что творится в голове Брайса.

— Рана не опасная. Завтра явиться на перевязку, мистер Крауден, — строго произнёс лекарь.

Его заключение принесло некоторое облегчение. Хоть Брайсу ничего не угрожало, но я не знала, угрожает ли что-то Скаю и его друзьям.

— Дверь за собой закройте, — отозвался Брайс, обращая взгляд ко мне, скромно замершей у прохода.

Признаться, захотелось сбежать, хотя я и понимала, что расспросов не избежать. А день ведь и так вышел не самым приятным, точнее, даже неделя. Короли академии объявили мне войну и периодически подкидывали всякие гадости. Следуя их примеру, выпустили клыки и другие мои недоброжелатели. Даже не знаю, как успела их завести. Пару раз пришлось защищаться от попыток меня зажать, а один раз самой ударить особо наглую девушку.

Сегодня же Тристан перешёл границы, подбросил мне перенасыщенный накопитель. Тот взорвался, изрезал мне руку. Брайс этого не стерпел, парни сцепились прямо в лазарете, когда нефритовый заявился то ли позлорадствовать, то ли оценить результат своих стараний. Нам троим чуть не назначили наказание. Я тоже вспылила, подожгла стол королей. И вот мы все снова в лазарете. Только теперь произошло нечто намного более серьёзное, чем академические стычки.

Мне вновь явился меч, в голове зазвучал пугающий голос, и я поняла, что Скай в беде. Потому побежала на поиски. Брайс не отпустил меня одну. И мы стали свидетелями невероятного и пугающего боя. Меня начинает трясти, стоит только вспомнить, как Скай вновь и вновь уклоняется от лезвия меча той незнакомки. Он ведь мог погибнуть, она стремилась именно убить.

— Завтра на перевязку, — недовольно напомнил лекарь, покидая палату, но всё же закрыл за собой дверь.

— Эмма, кое-что не даёт мне покоя: ты знала, что на Ская напали, — пронзительный взгляд Брайса обратился к моему лицу.

В алых радужках запылало пламя, и желание сбежать усилилось.

— Сама не понимаю, — пожала плечами.

— Не ври, — скривился он, подскакивая на ноги, и заметался по помещению. — Мы ведь спокойно общались, шли ко мне, а ты вдруг прервалась на полуслове, застыла, словно увидела привидение, и затараторила что-то несвязное про Ская, попыталась от меня сбежать. Ты знала. Точно знала, что ему нужна помощь. Как ты могла знать?

— Может… я предсказатель? — предложила вариант, глупо улыбнувшись.

— Эмма! — рявкнул он, заставляя меня вздрогнуть, и стремительно приблизился. Его руки порывисто стиснули мои плечи. — Я похож на дурака?! Как ты узнала? Будто почувствовала. И… совершенно точно знала, куда идти. Ты безошибочно привела меня к месту боя. К своему Скаю, — сделал вывод, нахмурив алые брови.

— Брайс, — я тяжело сглотнула, готовясь к новой порции обвинений, — хватит. Я не могу сказать.

— Ну да, конечно, — яростно рассмеялся он. — Ты притащила меня туда, упросила помочь Скаю. И я помог. Убил. Убил, потому что ты попросила.

— Я не просила убивать, — прошелестела встревоженно. — И помогать Скаю не просила. Я…

— Рвалась туда сама, не умея создавать ни одного щита, Эмма! — прокричал он, но, отпустил меня и снова заметался по палате. Глаза его пылали. Он временами запускал пальцы в и так растрёпанные волосы. — Она умерла… Умерла. Я убил её. И ведь наивно надеялся, что убивать не придётся. Хотя бы самому, своими руками, — рассмеялся он внезапно горько и отчуждённо.

Отчаяние в его голосе отозвалось болью в груди. Он не долго сомневался, прежде чем ринуться в бой, но итог его ошеломил.

— Брайс, мне жаль. Я правда не знала, что нас там ждёт, — произнесла с горячностью, приблизившись к нему, и перехватила его за запястье. — Если бы знала, что так сложится, я бы… я бы подобрала лучше слова, упросила бы тебя не идти со мной. Я не знала.

— Вижу, что не знала, — он хмуро пригляделся к моему лицу и вдруг приблизился.

Придушенный вздох сорвался с моих губ, когда он притянул меня к своей груди. Брайс собрал мои волосы в кулак и гулко потянул их аромат. Я же уткнулась носом в его грудь и тоже вдохнула его огненный запах. В объятиях стало спокойнее, тревога чуть улеглась. Казалось, и Брайс ищет спокойствия и утешения.

— Не вини себя, — попросила тихо. — Ты защищал Ская, спас жизнь. Кто бы она ни была, но она отказывалась остановиться. Не вини себя. И меня, пожалуйста, не вини. Я никому не желала зла. Лишь хотела помочь.

— Знаю. Всё время поражаюсь, как такая добрячка в состоянии сжимать свои маленькие ладошки в кулачки, — усмехнулся он в мою макушку. — Ты бы правда бросилась туда, к ней? Из-за Стеллара?

Его вопрос вызвал растерянность. Тогда я была в ужасе, не уверена, что в полной мере осознавала и свои чувства, и свои действия, потому сейчас не могла дать однозначный ответ. Может быть, и бросилась бы, но не уверена в том, смогла бы добежать и хватило ли бы мне смелости.

Стук в дверь пронёсся дрожью в теле. Я почти явственно ощутила натяжение нити связи и прошедшую по ней волну жгучей ярости.

— Скай… — прошелестела, растирая грудь.

Тело Брайса напряглось и расслабилось. Он сильнее стиснул меня в руках. Прошлая расслабленность ушла. Объятие, что дарило спокойствие, стало вдруг капканом.

— Ты не вовремя, Стеллар, — развязно рассмеялся он. — Мы с моей девушкой снимаем напряжение.

— Это общественное место, — холодно ответил Скай. — Я хотел поговорить с Эммой.

— Не уверен, что разрешу, — отозвался Брайс, но перестал меня удерживать.

Я отступила от него, обратила взгляд к проходу, где застыл Скай, и задохнулась, заметив ровный порез на его рубашке и серые разводы на ткани.

— Ты ранен?

— Царапина, — Скай пренебрежительно дёрнул плечом. — Брайс, спасибо, что вмешался. Ты помог.

— Помог? И только? — криво улыбнулся рубиновый.

— Да. Спасибо, — сухим тоном подтвердил Скай. — Эмма, поговорим?

— Я… не знаю…

Ураганный аромат Ская даже с такого расстояния проникал в лёгкие, будоражил разум, путал мысли, я боялась себя рядом с ним, боялась того, что может произойти, если мы останемся наедине. Ведь, несмотря ни на что, наш выбор не изменится.

— Это важно, — в его голосе зазвенела сталь. — Пошли, — он приблизился и протянул мне руку.

— Поговорите, но давай только без прикосновений, Стеллар, — Брайс выступил между нами и остановил его. Он взял меня за руку, отвёл к койке и посадил. — Эмма пусть сидит здесь, ты стой там. И постарайтесь не сокращать это расстояние. Трогай невесту.

— Брайс, ты перегибаешь, — понизившимся голосом сообщил Скай.

— Думаешь? Ну ладно, — хмыкнул он. — Болтайте. Позвоню пока. Эмма, я рядом, — напомнил, подмигнув мне, и через пару мгновений покинул палату, закрыв за собой дверь.

И я впервые с той ссоры осталась наедине со Скаем.

Он поморщился, глянув на закрывшуюся за рубиновым дверь, и взмахнул руками, неуловимыми движениями пальцев создавая сложное плетение. Я мельком огляделась и отметила, как вдоль стен поднялись алмазные щиты.

— Это от прослушки, — пояснил он. — Ты… как ты себя чувствуешь, Эмма? Тебя не задело? — спросил с, как мне показалось, искренним беспокойством.

— Нет. Брайс… попросил меня прятаться за деревом. Я упала, не удержав равновесие.

На самом деле он рванул меня за шкирку, толкнул на траву и велел не высовываться, после чего бросился на выручку к Скаю, но лучше об этом не говорить, чтобы не усугублять столкновение мужчин. Приходится балансировать и здесь.

— А ты? Тебя сильно ранило? Что сказал лекарь?

— Жить буду, — пренебрежительно махнул он рукой, внезапно приблизившись.

Приложив палец к губам, он аккуратно взял меня за рукав пиджака, потянул, вынуждая подняться, и новыми пассами пальцев создал вокруг нас купол. Видимо, серьёзно опасался прослушки. Вот только мы оказались заключены в узкое пространство, в котором соприкасались и смешивались наши запахи.

— Теперь можно говорить, — хмыкнул он. — Эмма, что ты там делала? — спросил, остро глядя в мои глаза.

— Мне явился меч, и я поняла, что ты в беде, поэтому…

— Побежала навстречу этой беде? — неодобрительно качнул он головой.

— Я растерялась, испугалась. Этот меч, потом голос. Нить связи натянулась так, что причиняла боль.

— Голос? Ты тоже его слышала? Что он говорил? — встревожился Скай.

— Спросил, не хочу ли я помочь тебе, — пояснила недоумённо. — И ты его слышал? Слышал бога?

— Бога? Выходит, этот голос того мужчины? С ритуала?

— Да. Он говорил, что мы теперь связаны, и я сама его позову. Выходит, раз мы с тобой тоже связаны, ты связан с ним… Странно звучит.

— Но, похоже, соответствует сути, — скривился Скай. — Кто он? Ты что-нибудь вспомнила? Как ты считаешь, можешь его позвать?

— Нет, ничего не вспомнила. Меч явился мне при нападении в парке. Когда коснулась рукояти, ощутила прикосновение его руки. Думаю, он придёт, если воспользоваться мечом. А что он говорил тебе?

— Удивился. Видимо, не ожидал, что его свяжет и со мной, — Скай напряжённо провёл ладонью по шее к затылку. — Странно это. И пугает.

Пугает? Этого слова явно недостаточно, чтобы описать мою тревогу. В прошлом — боль и ужас, в будущем — сплошная неопределённость и тайны мёртвых, а настоящее не устаёт подкидывать всё новые испытания. Даже сейчас мне сложно, приходится дышать через раз и стараться смотреть мимо Ская. Кажется, стоит дать слабину, и я захочу преодолеть расстояние между нами, коснуться его лица, проверить рану, вобрать непередаваемый аромат полной грудью. И ведь меня держит даже не гордость, а понимание того, что это путь к новой боли. Гордость как раз кажется мешающим фактором в борьбе за территорию. Возможно, это в крови драконов. Но Скай не та территория, за которую есть смысл сражаться, он скован обязательствами и любит другую.

— Как Эмбер? — уточнила я, чтобы напомнить себе о причинах расстояния между нами.

— Растяжение. Ничего страшного. Про остальных моих друзей не спрашиваешь?

— Я видела, что они живы, — ответила сдержанно.

Не желала зла никому из королей, но по-прежнему злилась на них за организованную травлю.

— Эмма, это ты подожгла стол и наши пальмы? — Скай напряжённо сжал челюсть, ожидая ответа.

— Я разозлилась. Тристан подбросил мне перенасыщенный накопитель, ещё и поиздевался.

— Тристан этого не делал, — он взмахнул рукой, словно пресекая любые возражения. — Тристан прямолинеен, если бы хотел что-то выяснить, подошёл бы к тебе.

— Он предпочитает подбрасывать накопители и плотоядные растения.

— Тристан? — удивился Скай.

— А кто ещё? — прошипела я сердито. — Ты снова защищаешь его, снова на чужой стороне, а страдаю я, — обвинила, продемонстрировав ему перебинтованные пальцы.

— Я знаю Тристана много лет, Эмма. Он на такое не способен. Твои обвинения баснословны и опираются только на личное неприятие.

— Личное неприятие? — я задохнулась от злости и отторжения. — Я не делала ничего плохого ни Тристану, ни кому-либо из королей. Это вы объявили меня мишенью.

— Мы? Что? С чего ты взяла? — удивился он, вводя меня в ступор, но тут же сердито нахмурил тёмные брови. — Брайс тебе так говорит? Он настраивает тебя против меня и моих друзей?

— И настраивать не надо! — я снова указала на свою раненую руку. — Тристан не скрывал, что это он сделал. Ещё и пришёл полюбоваться в лазарет.

— Уверен, ты ошибаешься, — Скай прикрыл глаза, словно пытаясь успокоиться. — Можно же встретиться, обсудить ситуацию.

— Можно, — согласилась я, медленно выдыхая в стремлении взять себя в руки.

Мне не нравились конфликты, но они теперь происходили на ежедневной основе. Даже сейчас мы со Скаем снова ругаемся. А ведь есть проблемы важнее.

— Я не связывалась с твоими родителями. Они нашли способ разорвать нашу связь?

— Нет. Есть один вариант, но родители боятся, он нам навредит, — он растерянно провёл рукой по белоснежным волосам. — Прошёл почти месяц, а они при их ресурсах и средствах не нашли решение. Ты… думала, что будет дальше, если связь не получится разорвать?

— Именно потому, что думала об этом, пытаюсь жить самостоятельно. Не найдут способ они, буду искать сама. Кора может помочь мне войти в орден просветлённых, я получу доступ в древний город.

— Тебе учиться надо, Эмма, а не лазить по развалинам, — закатил он глаза внезапно весело. — Если уж кому и ехать за купол, то мне. Только… ты уверена, что мы сможем отдалиться на такое расстояние? — и его голос осип в тревоге.

— Я не знаю. Но что мне ещё делать? Находиться на удобном для тебя расстоянии и наблюдать за твоим счастьем с Эмбер?

— Нет, такого я не запрашивал, — мотнул он головой. — Не делай меня виноватым, Эмма. Или думаешь, при таком раскладе я смогу быть счастлив с Эмбер? Когда меня тянет к тебе?

Сердце задрожало в груди. Я задохнулась и отвернулась, стараясь задержать дыхание.

— Ты же сам говорил, как она важна для тебя. Поцеловал её в тот день.

— А ты оскорбилась и решила меня поддеть, вызвать ревность? Поэтому пошла к Брайсу? При нашей ситуации, Эмма, это жестоко.

— Ничего подобного я не хотела, — возразила сердито, вновь обращая к нему взгляд. — Что ты, что Брайс предполагаете одно и то же. А я просто пыталась жить дальше, искала варианты и никому не хотела вредить.

— Скажи это нашему столу, — фыркнул он иронично, и я вспыхнула от смущения.

— Я разозлилась.

— Эмма, давай решать нашу проблему вместе, — он сделал шаг ко мне, так стремительно, что я ощутила потоки лёгкого ветра от его перемещения. — Вернись в алмазный дом. Скоро поставка, решится твоя проблема с камнями. Как только ты вернёшься, завершится травля. Мои друзья примут тебя.

— Твои друзья и травят меня, Скай, — напомнила я.

— Ты наговариваешь, — он махнул рукой, пресекая моё возражение. — Мы ходим по кругу. Как только вернёшься в алмазный дом, часть твоих проблем сама собой рассосётся.

— Я не вернусь, — мотнула головой, отступая от него.

— Почему? — недоумённо и одновременно раздражённо уточнил он.

— Потому что с тобой больно, Скай. Я не смогу быть рядом и наблюдать за тем, как ты заботишься об Эмбер. Мне тяжело даже общаться с тобой.

— Я бы… был сдержан с ней при тебе. Главное, что мы оба осознаём искусственность тяги и стараемся жить с ней, да?

С моих губ сорвался горький смешок. Глаза почему-то защипали слёзы.

— Осознавать и чувствовать — не одно и то же. — Голос задрожал, выдавая творящийся в моей душе раздрай. — Ты уговариваешь меня потому, что это правильно, потому что заботишься обо мне? Или тебе так же тяжело видеть меня с Брайсом, как мне тебя с Эмбер? Ты осознаёшь, чувствуешь или поступаешь так, как тебе удобно? И как мне понять, честен ли ты, если я не могу разобраться в себе?

— Ты явно переобщалась с Закари, — неловко пошутил он, растрепав волосы. — Я сам не знаю, как ответить на твои вопросы. Мне просто будет спокойно, если ты вернёшься, Эмма. Вернись в алмазный дом. Ко мне, — попросил, пытаясь взять меня за руку.

Я отпрянула, задрожав всем телом.

— Брайс просил не трогать.

— Брайс ведёт себя как хозяин твоей жизни, и ты позволяешь из желания отдалиться от меня.

— Он хороший. Заботится обо мне. И с ним… не так тяжело, как с тобой.

С ним я могу дышать полной грудью. При Скае приходится задерживать дыхание. Кажется, и он дышит через раз. Однажды мы просто задохнёмся либо сорвёмся в пропасть друг друга.

— А я, значит, плохой?

— Нет. Но с тобой…

— Больно, — подытожил он, завершая за меня фразу. — Только ты упускаешь момент, что мы связаны. А ты усугубляешь нашу ситуацию и создаёшь себе новые опасности, оставаясь с Брайсом.

— Я живу свою жизнь. Может, не самую безопасную и правильную, но свою, а не указанную тобой.

— Поэтому пусть тебе указывает Брайс, так выходит? — сердито вопросил он.

Раздался стук в дверь, и в проходе появился улыбающийся, но явно недовольный рубиновый.

— Время истекло, Стеллар. Надеюсь, вы выяснили что хотели, — он вошёл в помещение, вступая в зону действия щитов.

— Заходи, — Скай взмахнул руками, развеивая волшебство. — Мы закончили.

Смерив меня холодным взглядом, он отвернулся и покинул палату. Я так и осталась стоять на месте, переживая моменты нашего противостояния.

— Раз вы наболтались, пошли общаться со следователями, — Брайс прошёл к койке и вытянули из-за одеяла свой версо.

А ведь уходил, чтобы пообщаться по нему, тогда зачем оставил здесь и спрятал? Чтобы его дух услышал наш разговор. Поэтому Скай окружил нас дополнительным пологом?

— Брайс, ты… — я приблизилась к нему, потянулась к версо.

— Что? Просто забыл, — он сунул его в карман брюк и перехватил меня за руку. — Побежали, Эмма. Нас ждут допросы, — и двинулся на выход.

Я послушно поплелась за ним. А сердце стучало неровно. Брайс не добился от меня ответов и решил действовать подло.

Весь путь до кабинета главного лекаря, где обосновался Ригор, я молчала. Пыталась уложить в голове итоги разговора со Скаем и поступок Брайса. Да и не пришла в себя после увиденного боя. Потому даже обрадовалась, что рубиновый остался в коридоре, но вновь ощутила возвращение тревоги, стоило уловить дымный аромат Валериуса. Безопасник всегда помогал мне дельными советами, но я не собиралась упускать из вида комментарии моих собеседников. Они считали, Ригору несвойственны проявления доброты.

— Мисс Марс, я почти соскучился, — скупо улыбнулся Валериус.

Сегодня предстал в синем костюме с чёрной рубашкой под ним. Алые волосы были собраны в тугую косу.

— На этот раз я лишь один из множества свидетелей, — улыбнувшись, я заняла стул напротив письменного стола.

Валериус что-то просматривал в версо, но сразу отложил артефакт.

— Травинки в волосах вам к лицу, — заявил он внезапно.

— Сомневаюсь, — я провела руками по голове, встряхивая пряди от мусора.

Меня поваляло во время взрыва, но обошлось без травм. А одежду можно постирать.

— Что вы мне расскажете?

— Вряд ли что-то новое. На Ская и его друзей напала неизвестная.

— И вы так внезапно оказались рядом, чтобы отправить к ним на выручку своего ухажёра, — кивнул он. — А ваш прошлый ухажёр чуть не погиб от меча, который выдавал за секрет алмазного дома.

— Скай не мой ухажёр, — смутилась я. — Вряд ли я смогу хоть что-то поведать. Моя память слаба, я временами ничего не знаю о самых простых вещах.

— Удобно, да? — он положил локоть правой руки на стол и подпёр указательным пальцем подбородок. — Но с вашей потерей памяти, возможно, скоро удастся разобраться. Появились ваши возможные родители.

— Мои родители? — я резко подалась к столу и судорожно вцепилась в край столешницы.

— Возможно, — он мягко взмахнул рукой, побуждая меня успокоиться. — Но так как вы связаны с алмазным домом, имеете хорошую сумму на счету, то они могут оказаться мошенниками. Я предпочитаю провести тщательную проверку.

— Да, — сипло подтвердила я, — это правильно. Спасибо. Но… кто они? Тоже самородки?

— Нет, обычная обсидиановая пара. Как и ваш возможный брат.

— Брат? Он тоже есть?

— Вы вспомнили брата? — заинтересовался Ригор. — Внешность? Голос?

— Лишь присутствие. Даже голос размыт. Но мы… упражнялись с мечом. Я помню только это...

Ещё его стремление отомстить нашим врагам и мои сомнения, но об этом лучше не говорить безопаснику Элизиума.

— Тогда и этот момент сходится, — кивнул он, задумавшись на миг. — Но если вспомните что-то ещё, свяжитесь со мной.

— Спасибо, — прошелестела я, но осеклась.

В голове явственно прозвучали слова бога: «Эмма? Тебе нравится это имя?».

— Это чета Марс? Меня зовут Эмма Марс?

— Судя по их показаниям, нет, — улыбнулся он левым краешком губ, пронзительно глядя в мои глаза. — Но так якобы зовут вашу соседку. Возможно, её удостоверение попало к вам.

— Вот значит как, — прошелестела я.

Боялась верить в возможную правду, но так хотела семью, что не могла подавить разгорающуюся в груди надежду.

— Ты в порядке? — спросил Брайс, когда я вышла в коридор.

— Да, — кивнула, отводя от него взгляд. Вновь вспомнился его поступок, и мне стало грустно. — Ты следующий.

— Дождёшься меня?

— Нет. Пойду. Мне надо переодеться.

— Злишься? — предположил он, поддевая мой подбородок пальцем, чтобы я вновь посмотрела в его глаза.

— Нет. Скорее… разочарована, — пожала плечами, отводя его руку от своего лица. — До завтра, Брайс, — и ушла, больше не взглянув на него.

По пути много размышляла о событиях дня. Но наученная горьким опытом, не теряла бдительность. Потому подбежавшая ко мне девчонка, получила по щиколотке, как только начала шипеть какие-то гадости. Она со вскриком осела на дорожку.

— В следующий раз отпинаю, — предупредила, подталкивая её в плечо.

Мне было почти тошно оттого, что ударила первой, но, как ни странно, предложенная Брайсом стратегия работала. Внезапная агрессия с моей стороны создавала вокруг меня вакуум опасений.

— Ненормальная! — девушка подскочила на ноги.

— Ты не представляешь, насколько, — улыбнулась я, отворачиваясь от неё.

Внутренне ощущала себя мерзко, но не могла не отметить, как девушка рванула обходить меня по газону.

Чтобы избежать общения с Брайсом, я убежала в комнату к Лику, где добросовестно изучала историю, временами следя за таймером выполняемых им подходов по отжиманию. Он всерьёз вознамерился попасть в команду по гравитону, и я не менее серьёзно намеревалась болеть за него.

Брайс звонил несколько раз, предлагал поговорить, но принял моё желание успокоиться после пережитого. За чтением учебников мне это действительно удалось. К себе я вернулась вполне умиротворённой. Старалась больше ни о чём не думать и не переживать, потому и заснула сразу.

Вот только сон унёс меня в объятия Ская. Вокруг нас бушевал ураган, дождевые капли холодили щёки, а я ощущала только надёжную хватку на талии и видела лишь его лицо.

— Эмма… — выдохнул он в мои губы и поцеловал.

Так жадно, почти голодно, словно пытаясь насытиться, вобрать в себя ураганный миг. Я со стоном ответила. Запустила пальцы во влажные светлые волосы, приоткрыла губы, позволяя горячему языку проникнуть в мой рот.

Накатили болезненные воспоминания. Сердце сжалось в ужасе. Я задрожала, попыталась отпрянуть. Но Скай сжал меня сильнее, заглянул в глаза.

— Ты не боишься меня, Эмма, — произнёс он убеждённо.

Я закивала, прикрыла глаза и вновь утонула в ощущениях жадного поцелуя и ласк сильных рук.

Казалось, это длилось вечность, но завершилось словно вмиг. Я села на кровати, погладила губы, провела пальцами по шее. На коже чувствовалось саднящее тепло ласк Ская. Щёки опалило жаром. Мысли закружились в неистовстве. И я унеслась в душ, чтобы охладить горящее тело.

Из-за странного полусна собиралась рассеянно и выбежала из комнаты позже обычного. А стоило подлететь к лифту, как в коридор вышел Скай. Наши взгляды столкнулись. Проблеск знакомого мне голода в серебряных глазах сменился замешательством, и я в полной мере осознала, что этот сон мы действительно разделили на двоих.

Двери лифта с шумом разъехались, заставляя нас обоих вздрогнуть и оторвать друг от друга взгляды. Я скользнула в кабину, хотела вновь остановить Ская, чтобы оставить его снаружи, но он не позволил. Отвёл мою руку и вошёл внутрь следом за мной. Прикосновение его пальцев к горящей коже прошлось волной жара в теле. Я задохнулась и отпрянула к стене, вжалась в прохладную панель спиной и прикрыла глаза, пытаясь и вовсе не дышать. И вскрикнула, когда твёрдые пальцы прошлись по моей щеке.

— Знаешь, что меня пугает больше всего, Эмма? — шёпотом спросил Скай.

Я мотнула головой, не спеша открывать глаза, и задрожала, когда его палец скользнул по моим губам, чуть раздвигая их.

— Не закрепление связи, не сама тяга, не переход навязанного в настоящее, — так же шёпотом продолжил он, ведя пальцем по моему подбородку к шее. — Я боюсь, что однажды приму свои тёмные желания и заставлю тебя остаться со мной.

Я распахнула глаза. Скай смотрел на меня мрачно и голодно одновременно. В серебряных глазах клубилась мощная магия. Дуновения ветра трепали мои волосы, охлаждали разгорячённую кожу и бросали мне в лицо стихийную смесь наших ароматов.

— Ресурсов в моих руках достаточно, как и рычагов давления на тебя. Страшно? — уточнил вкрадчиво.

— Нет… — призналась я.

Наверное, потому, что Скай всегда только угрожал, но никогда не приводил свои угрозы в исполнение. Просто держал меня на безопасном для моего сердца расстоянии. Но я не слушала его. Как сейчас…

— Зря. Мне вот страшно, — он вдруг резко приблизился и на миг прихватил мои губы своими.

Я задохнулась, но он отстранился раньше, чем я прочувствовала это мимолётное касание. Скай повернулся ко мне спиной. Разъехались створки лифта. Мне пришлось собрать все остатки моральных сил, чтобы отлипнуть от стены и последовать за ним прочь из кабины.

— Вечером встречаемся на поле. Я напишу, — бросил он, ускоряясь.

— Что? — удивилась я, но Скай не остановился.

— Ты пропустила вчера, Эмма. Тебе назначена отработка наказания за прогул, — пояснил Септимус. — Уборка на поле для гравитона.

— Понятно, — кивнула я.

Меня раздирает от постыдных желаний всего за пару минут спуска в лифте со Скаем, как общаться с ним весь вечер? Я точно выдержу? Сомневаюсь!

Скай снова унёсся в кафе, а я побежала в столовую, надеясь успеть хотя бы перекусить перед сложным днём. Естественно, бо́льшая часть столиков была занята, а самые вкусные блюда успели разобрать. Пришлось хватать что есть.

— Сядем вместе. — Брайс появился возле меня и забрал поднос, стоило мне завершить с выбором. — Всё ещё дуешься? — криво улыбнулся он.

— Я не дулась, Брайс, — ответила прямо, следуя за ним. — Твой поступок расстроил меня. Я теперь боюсь тебе верить.

— Будто ты доверяла мне на самом деле, — фыркнул он, присаживаясь на место, где ожидала его недоеденная еда, а мой поднос поставил напротив. — Мы не настолько хорошо знакомы для безграничного доверия.

— Я тебе верила. Ты казался мне хорошим, — пояснила я, занимая место за столом, и сразу взялась за приборы.

— Я не хороший, Эмма, я удобный тебе, — чуть нахмурился он.

— Мне казался хорошим, — возразила я, накалывая овощи на вилку.

— Ладно, — широко улыбнулся он. — Раз наши отношения такие открытые, тогда хватит отговариваться от вступления в орден. Я сделаю взнос за тебя из денег твоего лекаря…

— Он не мой, — перебила я его.

— А на следующей неделе сходим в храм Тектона, ты примешь присягу. Что скажешь?

— Обязательно так торопиться? — я забросила в рот овощи и принялась сосредоточенно жевать.

— Да, а то мне кажется, что ты мной пользуешься.

— Это не так, — буркнула я.

— Пока ты тянешь с ответом — так.

Прозвенел его версо. Брайс посмотрел на артефакт, поморщился, но ответил на вызов.

— Сегодня? — уточнил он, посуровев лицом. — Я… да, понял, — отозвался, прерывая вызов, и с силой опустил версо на столешницу.

Глаза его полыхнули огнём и потухли. Ладони судорожно сжались в кулаки.

— Брайс, всё хорошо? — я осторожно коснулась его руки.

— Да, — кисло улыбнулся он и вдруг переплёл наши пальцы, сжал сильно, до лёгкой боли. — Давай в храм послезавтра?

— Ты говорил, на следующей неделе.

— Планы поменялись, — расплывчато пояснил он.

— Ладно, — я продолжала присматриваться к его лицу. — Что-то плохое случилось?

— Нет, говорю же, всё в порядке, — отведя взгляд, он отпустил мою руку и поднялся из-за стола. — Меня сегодня не будет в академии. Увидимся завтра. Ты же не собиралась никуда?

— Нет. Вечером отработка наказания со Скаем, — поделилась я.

— Вот как? — скривился Брайс. — Ты наверняка рада. На весь вечер он с тобой, — отметил саркастически.

— Нет, я расстроена. И меня расстраивает то, как ты себя сегодня ведёшь. Это из-за вчерашнего?

— Немного. Она мне сегодня снилась. Смеялась мне в лицо, — он вздохнул и растёр висок. — Ладно, до завтра, Эмма.

Подхватив поднос, он двинулся прочь. А его место почти сразу заняли Виола и Гвинет.

— Ссоритесь? — полюбопытствовала обсидиановая.

— Мы встревожены из-за вчерашнего, — ответила я, вновь возвращая внимание еде. — Никто ничего не объясняет. Кто эта девушка? Откуда такая сила? Зачем она напала? Судя по тому, что нам задают эти вопросы, сами не понимают, что происходит. Брайсу пришлось убить её, чтобы спасти Ская.

— Вряд ли Крауден мучается чувством вины, — махнула рукой Виола. — Его отец наверняка тоже убивал. Да и кто знает, чем занимался Брайс два года, пока его папочку отмазывали от срока? — рассмеялась она.

«Я убил её. И ведь наивно надеялся, что убивать не придётся. Хотя бы самому, своими руками», — вспомнились слова Брайса.

Что бы Виола ни думала, а он стал убийцей лишь вчера. И стоит признать, частично по моей вине. Я привела его туда.

— А как короли академии, не достают после вчерашнего? — уточнила Гвинет.

— После вчерашнего? — притворно удивилась я.

— Да ладно, я видела, как ты сплела заклинание, — она пронзительно посмотрела в мои глаза. — Ты подожгла их стол.

— Никто из королей ко мне не подходил. Да им сейчас и не до стола.

Может, после этого случая Тристан перестанет меня доставать?

Взгляд невольно скользнул к месту, где раньше сидели короли. К моему удивлению, там обнаружился такой же стол, стулья. Разве что пальмы заменили невысокие деревья. Быстро же они восстановили своё место для трапез. Впрочем, денег у них хватает, наверное, не стоит удивляться.

Заметив, что Рори и Джет пошли на выход, я тоже подорвалась с места. Попрощалась с девочками, отнесла поднос и побежала за парнями. Они мне обрадовались и принялись наперебой восхищаться прошедшим вчера боем. Для них он был лишь зрелищным событием из чужой жизни.

День сегодня прошёл относительно спокойно, если не считать сумбура в голове. По крайней мере, на парах меня не трогали, накопители в моих руках не взрывались и никто не спешил с оскорблениями или попытками мне навредить. Поэтому я всё обдумывала события недавнего прошлого, вспоминала бога, моменты противостояния королей с той девушкой и её смерть. Ответы не находились, зато вопросы измучили разум. Но вот учебный день подошёл к концу, я почти выдохнула с облегчением, предвкушая несколько спокойных часов в своей комнате, когда на выходе из дамской комнаты ко мне вдруг подлетел Габриэль. Буквально набросился, стиснул горло рукой и прижал меня к стене.

— Можно же быть такой тварью… — прорычал он мне в лицо. В опаловых глазах в неистовстве плескалась магия. — Ещё что-нибудь выкинешь, и, клянусь, я забуду о том, что ты девушка. И не думай, что обойдёшься парой синяков, я буду бить по набитому алмазным домом карманам, поняла?

Я опомнилась, вцепилась в его запястье, пытаясь ослабить хватку. Но Габриэль не стал ждать ответа, резко отстранился от меня и быстрым шагом двинулся прочь, чуть не сбив по пути зазевавшихся парней. А я так и осталась стоять в ошеломлении у стены, растирая кожу шеи. Это из-за пальм или я чего-то не понимаю?!

Вечер из-за столкновения с опаловым королём прошёл растерянно. Я кое-как сделала уроки, прочитала всё собранное для меня Септимусом по магии воздуха, переоделась и отправилась на встречу со Скаем.

Полигон для гравитона находился в южной части территории академии и представлял собой амфитеатр с многоуровневыми трибунами, выстроенными овалом вокруг разделённого сеткой поля. Скай находился здесь, сидел на скамейке в первом ряду и, к моему удивлению, общался с версо-духом.

— Ты опоздала, — хмыкнул он, когда я приблизилась.

— Не рассчитала расстояние, — повинилась. — И… была растеряна.

— Из-за утра? — предположил он равнодушно, поднимаясь со скамьи.

Он облачился в простую тунику и брюки. Белые волосы пребывали в лёгком беспорядке.

— Нет, мне угрожал Габриэль. Я так и не поняла, из-за чего.

— Габриэль? — Скай подозрительно прищурил серебряные глаза. — Как-то не верится.

— Но это правда.

— Я спрошу у него, — кивнул он, отворачиваясь от меня. — Спускайся в раздевалку. Я разберусь с трибунами.

— Со всеми? — удивилась я. — Но здесь много.

— Справлюсь, — самоуверенно заявил он. — Иди вниз, а то снесёт.

— Ладно, — я спустилась по лестнице, свернула в узкую дверь, ведущую в подсобные помещения, но всё же задержалась в проходе, любуясь широкой спиной Ская.

Он раскинул руки в стороны. Пальцы в быстрых пассах создали сложное заклинание. Поднялся ветер, формируясь в широкую воронку вокруг фигуры Ская, и разошёлся настоящим торнадо размером с весь полигон. Мусор и пыль поднялись в воздух и принялись собираться в эпицентре контролируемой воздушной воронки. Прикрывая лицо рукой, я поспешно вбежала в подсобку и закрыла дверь. Сила магии Ская вызывала добрую зависть на грани с восхищением. Пока что мне удалось научиться лишь смахивать пыль в комнате. Но ведь и Скай когда-то был первокурсником, у меня всё впереди.

— Эмма, тебе пришло подтверждение из ордена добытчиков, — сообщил Септимус. — Твою заявку и взнос приняли. Церемония посвящения назначена на восемь вечера послезавтра. Мне подтвердить встречу?

— Да, — выдохнула я, но не могла избавиться от сомнений.

Ведь на самом деле я не доверяла Брайсу, а хотела ему доверять. Это разные вещи. Слишком разные, чтобы, идя на поводу этих чувств, менять свою жизнь. Но подтверждение — не обязанность. У меня есть два дня на раздумья.

/Скай Стеллар/

Завершив с трибунами, я спустился в подсобку. Эмма вела маленькую воздушную воронку по полу, пытаясь собрать мусор. Она мило дула губы, хмурила брови, но гримасы не помогали: мусор и пыль, наоборот, разлетались в стороны. Ветер доносил аромат грозы. И в мыслях невольно всплывали эпизоды ночного сна, ставшего общим откровением.

— Не улыбайся так, Скай, я только учусь, — прищурилась Эмма.

— Тебе надо поменять направление ветра, — прочистив горло, чтобы скрыть смешок, я прошёл к девушке. — Сделай плетение видимым.

— Ох, — нахмурилась она, поднимая руку.

После ещё пары секунд смешных гримас над её пальцами проявился полупрозрачный рисунок.

— Перенаправь эти два вектора. Первый отвечает за направление, второй за закручивание. Если меняешь один, надо вносить изменения и во второй.

— Попробую, — она взмахнула пальцами, но плетение рассеялось: Эмме не хватило концентрации.

Впрочем, она была упряма, потому сердито поджала губы и вновь воссоздала плетение, на этот раз внеся изменения. Перед нами по полу закрутилась воздушная воронка, принявшись всасывать в себя пыль и мусор.

— Неплохо для первого курса. У тебя появился алмаз? — я присмотрелся к её запястьям, но не заметил браслета.

Может, она носит камни в кармане жакета или брюк? Не очень удобно.

— Да, один, — она коснулась бедра.

— Странное расположение, — отметил я.

— Когда нападают, в первую очередь снимают браслет с камнями, — пожала она плечами, двинувшись по коридору.

— Тебя снова пытались похитить? — встревоженно уточнил я.

— Нет.

Она продолжала удаляться. Шаги её выглядели нервными. Наверное, после короткого разговора в лифте ей страшно оставаться со мной наедине. Мне, признаться, тоже. Её запах и раньше лишал контроля, а сейчас и вовсе отключал голову, оставляя сплошные инстинкты. И я не мог не думать о том, что мы действительно одни, и мне известно, в каких помещениях не установлены записывающие артефакты.

— А опала у тебя нет? — мотнув головой, чтобы отбросить пугающие мысли, я тоже создал воронку.

— Нет. А зачем? — она удивлённо взглянула на меня из-за плеча.

— Тогда бы ты помыла полы. Но ты, похоже, можешь их только поджечь?

Она вспыхнула, упрямо выпятила губы и отвернулась. На этот раз я не сдерживал смешок.

Мы прошлись по раздевалке, собрали мусор в мешки, после чего взялись за швабры и помыли полы. Молчали, каждый думал о своём, но вряд ли о чём-то дельном, ведь чем дольше находились здесь, тем ярче наши запахи смешивались.

— Осталось собрать мусор под полем, — подытожил я. — Хочешь попробовать создать воронку побольше?

— Боюсь, я что-нибудь сломаю, — мотнула она головой. — Просто посмотрю.

— Тогда идём.

Мы миновали раздевалки и выбрались на поле под гравитационным полем. Здесь собрался весь мусор с трибун, но я быстро закрутил его в аккуратную кучку. Эмма же так же оперативно замела собранное в мешок. Физический труд её явно не пугал.

— Как играют в гравитон, Скай? — вдруг спросила она, поднимая взгляд к зеленоватому полю над нами.

— Надевают антигравитационную обувь, команды занимают места на поле. Цель каждой — не допустить падения мяча на своём поле, но ударить по полю противника.

— Лик хочет попасть в команду, — поделилась она. — Я поддерживаю его, но до сегодняшнего дня даже не знала, что он хочет делать. Получается, летать?

— В том числе, — я подхватил мешок с газона и махнул Эмме рукой. — Хочешь полетать?

Уборка завершена, нам стоило скорее разойтись и подышать вдали друг от друга. Вот только здравый смысл пасовал перед желанием продлить время нашего общения.

— А можно? — засомневалась она.

— Конечно. Ты с бывшим членом команды академии.

— Ты играл?

— И выигрывал, — фыркнул я. — Я в академии семь лет, чем только не занимался, чтобы справиться со скукой.

— Мне жаль, Скай. Надеюсь, брак с Эмбер тебя освободит.

Голос Эммы похолодел, в нём не было и намёка на искренность.

— Разве что от академии, но у меня новые оковы, — я открыл дверь, пропуская Эмму вперёд.

Она замерла, глядя на меня в замешательстве. Алый взгляд потускнел. Возникло иррациональное желание извиниться, но я подавил его. Это не обвинение, мы оба жертвы обстоятельств.

— Пойдём на поле. Полёты у драконов в крови, тебе понравится.

— Да, мне охота полетать, — кивнула она, опуская голову. — Как ты думаешь, я смогу обращаться?

— С твоим уровнем резерва вполне. Оборот изучается на третьем курсе.

Мы прошли в раздевалку, а здесь подобрали обувку по размеру. Эмма смотрела на выданные ей ботинки в недоумении. Верхняя их часть выглядела вполне обычно, если не считать металлических застёжек, но к подошве крепилась пластина с вмонтированным в него кристаллом-накопителем. Я опустился на скамью и похлопал по ней, побуждая Эмму занять место рядом. Она послушно присела и внимательно пронаблюдала, как я застёгиваю обувь. И потом попыталась повторить, но выходило неловко.

— Их иногда заедает. Давай помогу.

Я придвинулся и скользнул рукой под изгиб колена Эммы.

— Скай… — она попыталась сомкнуть ноги, но я не позволил.

— Не мешай, — нагнувшись, я принялся защёлкивать застёжки.

Наверное, я мазохист, но мне нравилось ловить дрожь тела Эммы и вдыхать её пьянящий аромат, балансируя на грани потери контроля. Нравилось находиться рядом с ней, хоть и понимал, насколько это неправильно.

— Вот и всё, — сообщил, поднимаясь со скамьи, и подал Эмме руку.

Она осторожно вложила в мою ладонь свою, и мы оба вздрогнули от соприкосновения кожа к коже. Я потянул Эмму на себя, поддержал её под талию, не давая упасть, и повёл на поле. Мог безнаказанно обнимать её и наслаждался моментом. Но необходимость в моей помощи отпала, стоило только включить гравитационные пластины. Эмма легко поймала равновесие и заскользила по полю. Многие драконы быстро ловят ритм новых движений, ведь полёты у нас в крови, но она будто летала всю жизнь. Возможно, так оно и было.

— Раз ты так хорошо освоилась, сыграем? — предложил я, скользя по полю к корзине с мячами.

— А у меня получится? — Эмма неспешно последовала за мной.

— Не попробуешь — не узнаешь. Встань по другую сторону от сетки.

Я взял мяч, вернулся к полю. Эмма каталась по кругу, приседая и выпрямляясь.

— Отбивай, — я бросил мяч через сетку, но девушка лишь поймала его и взглянула на меня с любопытством. — Нужно отбивать ударами рук с верхней позиции и с нижней.

Я продемонстрировал ей основные движения. Эмма кивнула, бросила мне мяч. Я легко сместился, принял подачу на вытянутые руки, подбрасывая повыше, следом прыгнул, ударяя по снаряду прямо над сеткой. Он впечатался в гравитационное поле под восторженный вздох Эммы.

— Кажется, поняла, — она легко подхватила мяч и вновь бросила его через сетку.

На этот раз я лишь отбил его, позволяя Эмме приноровиться к игре. И к своему удивлению, пронаблюдал, как она повторяет продемонстрированную мной комбинацию. Правда, удар успел принять, подкинуть мяч и отправить его на поле противника. Эмма рассмеялась, легко разворачиваясь на месте. Так началась наша неспешная игра.

Стало спокойно, прошлое напряжение покинуло, как и сложные думы, мы наслаждались моментом затишья между нами. Смеялись, обменивались подначками и подачами. А наше противостояние становилось активнее. Эмма легко вошла в игру, потому я особо её не жалел. И сам не заметил, как мощным ударом отправил мяч в дальнюю часть её поля. Эмма молниеносно метнулась за ним, стремительно развернулась, совершая кувырок через голову, и во время разворота ногой отбила мяч. Он просвистел над моей головой, но я был слишком ошеломлён продемонстрированным приёмом, чтобы отреагировать. А она вдруг упала на колени, глядя перед собой в растерянности.

— Эмма, — я сразу рванул к девушке. — Ты в порядке? — спросил, приседая перед ней на колено, и заглянул в растерянные глаза, что внезапно вновь стали серыми.

— Да, — пролепетала она.

В радужку вернулся алый цвет, а во взгляд девушки — осмысленность. Она нахмурилась в задумчивости.

— Что произошло? Ты что-то вспомнила?

— Тренировку. С братом, — ответила она странно-взволнованно. — Его голос показался мне знакомым… Будто я его слышала… в новой жизни.

— У тебя есть брат? — удивился я.

— Да, думаю, да. Он назвал меня сестрой.

— Ты вспомнила его лицо? Имя?

— Нет, лишь ощущала присутствие.

— Во время тренировки? Вы занимались гравитоном?

— Нет, бились на мечах, — качнула она головой, и алые пряди скользнули на её бледные скулы.

Не совладав с собой, я провёл по ним пальцами, отводя волосы в стороны. Эмма вскинулась, кажется, только сейчас осознав, насколько мы близко.

— Ты… — Мой следующий вопрос прервался из-за сигнала версо.

Я раздражённо вытянул его из кармана и принял вызов. На экране появилось суровое лицо отца. После ухода Эммы из дома мы с ним серьёзно поругались и с тех пор больше не разговаривали. И судя по взгляду, он вряд ли звонит, чтобы помириться.

— Не могу сейчас говорить, — сообщил я ему.

— Это быстро и не секретно. Приём в честь помолвки назначен на послезавтра, — произнёс он сдержанно.

— Спасибо, что предупредил заранее о моей помолвке, — я прервал вызов и сунул версо обратно в карман.

В голове зашумело от внезапных новостей. Родители не торопились с помолвкой из-за возможных проблем с Советом, пытались добиться смены заложников. Но видимо, последние события заставили их ускориться.

— Поздравляю с помолвкой, Скай, — холодно произнесла Эмма, поднимаясь с колен. — И за игру спасибо. Но мне пора.

— Спасибо, — процедил я недовольно, но удержал её за руку, заметив, что застёжка на её ботинке отстегнулась. — Эмма, ты же слышала, от меня ничего не зависит. Меня вообще предупредили последним, — отметил раздражённо.

— Ты… почему ты не рад? — дрожащим голосом уточнила она. — Потому что предупредили последним?

Я защёлкнул застёжку и поднял взгляд к её бледному лицу.

— Потому что не хочу жениться, — признался я честно и ощутил странное воодушевление, словно надежду, но не мою, Эммы.

— Ты говорил, что любишь Эмбер.

— Больше, чем люблю. Мы вместе с детства, но… как друзья. Меня никогда не тянуло к ней, как к тебе. И пусть это лишь из-за связи, но влечение к тебе показывает, как многого мы с Эмбер себя лишим, если вступим в брак. Я бы хотел испытать то, что испытываю к тебе, но… только по-настоящему.

— А со мной искусственно, да? — болезненно улыбнулась она, но я не знал, что ответить. Сам не понимал, где начинается связь и заканчиваются мои чувства. — Ты можешь отказаться от брака?

— Если только откажусь и от рода.

— Ты бы смог, Скай?

— Отказаться от семьи? — усмехнулся я невесело.

Отвернуться от родных из эгоистичного желания быть с девушкой, чувства к которой могут схлынуть с разрывом связи? Это было бы глупо.

— Прости, — вскинулась она. — Я… Это же семья.

— Да, — я поднялся и махнул Эмме в сторону двери. — Идём. Поздно, пора возвращаться.

— Идём, — выдохнула она. — Кстати, а послезавтра у меня тоже важный день. Я вступаю в орден добытчиков. Интересное совпадение.

— Очень, — хмыкнул я, но внутренне взъярился.

Промолчал, конечно, да только Эмма отступила от меня, словно испугавшись вспышки моего гнева. Словно чувствовала, что творится в моей душе. Видимо, так оно и было. Связь усугубляется с каждым днём. Мы её усугубляем.

/Брайс Крауден/

События неслись как по нотам. Створки лифта разъехались, и внутри я обнаружил растерянную Эмбер. Она пошатывалась, массируя висок. В простой тунике и брюках, с накинутым поверх плащом и с растрёпанными волосами выглядела обычной потерянной девчонкой, а не гордой принцессой рубинового дома.

— Мне надо выйти, — пролепетала она, двинувшись мне навстречу.

— Не надо, — я вошёл в лифт, оттесняя её к стене, и нажал кнопку пятого этажа.

Эмбер отступила на неверных ногах и зашаталась. Выругавшись под нос, я подступил к ней и поддержал за руку, чтобы она не упала. Она судорожно выдохнула и прикрыла глаза. По её телу пробежала мелкая дрожь.

Створки лифта вновь разъехались. Я выглянул наружу, убедился, что в коридоре никого нет, и потянул девушку за собой. Спотыкаясь на каждом шагу, она послушно последовала за мной. И мы быстро достигли двери в мою комнату.

— Мне так странно, — пожаловалась Эмбер, повисая на моём плече. — И голова болит.

— Ничего, сейчас полежишь и пройдёт, — кисло улыбнулся я, открывая дверь своей комнаты, и утянул девушку внутрь.

Вокруг нас сомкнулась тьма. Дверь закрылась, отсекая единственный источник света. Эмбер споткнулась, и я обнял её за талию, не давая упасть. И мы замерли в моменте тишины, прерываемом только нашим учащённым дыханием. Обоняние щекотал пряный аромат её кожи, вкусный и невероятно возбуждающий, она прижималась ко мне всем телом, таким податливым и соблазнительным, а мне было тошно и от себя, и от ситуации.

— Скай? — пролепетала она, проведя подрагивающими пальцами по моей щеке.

В груди вспыхнула иррациональная злость, и, словно отзываясь на неё, в глазах Эмбер заплясало пламя. Красиво…

— Нет, принцесса, это Брайс, — мрачно усмехнулся я. — Вряд ли ты такое ожидала.

— Брайс? — немного удивлённо произнесла она.

Даже не знаю, осмыслила ли на самом деле, кто перед ней.

Тонкие пальцы закопались в мои волосы, прихватили их у корней и неожиданно требовательно потянули вниз. Я зашипел от внезапной боли, нагнулся, и в тот же миг к моим губам прижались губы Эмбер. Так страстно и порывисто, что закружилась голова. В конце концов, в моих объятиях находилась настоящая принцесса. В ином случае я бы не удостоился даже тени заинтересованности в её глазах. Эмоции в них появляются только при взгляде на Ская.

— Брайс, — простонала она, обвивая руками мою шею. И этого я тоже не ожидал, она запомнила, с кем находится. — Брайс, — вновь позвала.

И я со стоном ответил на поцелуй, врываясь языком в податливый рот. Эмбер вновь простонала, прижалась к моей груди так тесно, что сбилось дыхание. Такая сладкая, готовая на всё, принцесса.

Похоже, будет не так сложно, как мне казалось…

Эмбер повисла на моей шее, выгнулась в спине, и я стиснул её сильнее в объятиях, продолжая целовать сочные губы. А она отвечала. С вожделением и неистовством, что казались чуждыми в исполнении сдержанной принцессы рубинового дома. Но похоже, Эмбер сегодня решила окончательно разрушить мои представления о ней. Я охнул, когда она с силой толкнула меня к двери.

— Брайс, чего ты медлишь? — спросила она требовательно, ударяя ладонями по моей груди.

— Не дерись, принцесса, — рассмеялся я, перехватывая её запястья, и вновь потянул её к себе. — Пойдём на кровать, если тебе так надоели прелюдия.

— Идём, — хмыкнула она, легко высвобождая руки из моей хватки.

А потом вцепилась в рубашку на моей груди и потянула меня за собой. По-прежнему шаталась, но упрямо шла вперёд. Посмеиваясь, я следовал за ней, разве что отправил под потолок несколько огоньков.

— Для создания романтической обстановки, — шепнул, стремительно приближаясь к девушке, и подхватил её на руки. — А то упадёшь…

— Брайс… это… это правда ты? — внезапно растерянно спросила она, обвивая мою шею руками, и заглянула в мои глаза.

— Правда, я, — заверил её. — Очнулась?

Это было бы идеально. Эмбер бы унеслась с обвинениями, но избежала бы скандала, а я бы сбросил всё на слабое зелье отца.

— Да, — улыбнулась она, но вопреки словам вновь припала к моим губам своими.

Горячий язык пробежался по разгорячённой коже и проник в мой рот. Я со стоном ответил и опомнился, лишь когда моя нога налетела на край кровати.

— Ложись-ка, принцесса, — я уложила Эмбер в постель, навис сверху.

А она сразу приподнялась и вновь меня поцеловала, утягивая к себе за плечи. И я навалился сверху, ощущая под собой дрожь податливого тела. Поцелуи продолжились, глубокие, страстные, сводящие с ума. Можно было забыться, вожделением стереть из мыслей, насколько это всё ненастоящее, но мне не удалось, даже когда на Эмбер не осталось ни лоскутка одежды. Она была безупречно-прекрасна. Нежная кожа, пламя волос, соблазнительное тело, огонь похоти в глазах и сладкие губы, что шепчут моё имя. Не представляю мужчину, у которого бы не помутился рассудок от увиденного и не возникло желания забыть обо всём и просто насладиться горячей ночью. А мне и вовсе стоило сделать то, что от меня требует отец. Вот только я мог лишь смотреть, не в состоянии сдвинуться с мёртвой точки.

— Брайс! — рыкнула Эмбер, когда ей надоело ждать, и резко села.

Я отпрянул и тут же оказался на лопатках. А она оседлала меня, схватилась за полы рубашки и рванули их в стороны. Тишину комнаты пронзил треск ткани и мой хриплый смех. Похоже, пока я думаю, это меня изнасилуют. Эмбер удивляла всё больше и больше.

— Хватит меня мучить, — расстроенно проныла она, скользя нежными пальцами по моей обнажённой груди, и склонилась ко мне за новым поцелуем.

Огненные пряди защекотали кожу, мягкие губы прижались к моим.

— Да, ты права, пора с этим кончать, — согласился я на выдохе, обнимая её за талию, и перевернулся, подминая Эмбер под себя.

— Брайс, — позвала она, выгибаясь подо мной в спине.

— Сейчас, потерпи, — я протиснул между нашими телами руку и вытянул из кармана пузырёк со снотворным. — Выпей, это противозачаточное, — и, отбросив крышку, сунул горлышко ей в рот.

Ложь сработала, Эмбер послушно выпила зелье. И я вновь её поцеловал, ожидая, пока оно подействует. Теперь старался отрешиться от тяжёлых дум и просто наслаждаться нежностью губ и изгибами притягательного тела. В конце концов, когда ещё удастся получить в свою кровать принцессу? Но вот Эмбер затихла. Я со стоном перевернулся и откинулся на спину. Грудь вздымалась от тяжёлого дыхание, возбуждение было таким сильным, что причиняло боль, а душу сжимало от страха перед возможными последствиями. Но решение принято, поздно отступать.

Кажется, я заснул, а очнулся, когда услышал болезненный стон под ухом. Приоткрыл глаза. Комнату освещали несмелые лучи солнца. Я лежал по центру кровати, а Эмбер жалась к стене спиной, испуганно глядя на меня.

— Проснулась, принцесса? — я перевернулся на бок и подпёр голову рукой. — Как спалось?

— Брайс… что происходит? — задыхаясь от шока, спросила она и попыталась вытянуть из-под меня покрывало, чтобы прикрыться.

Но это было невыполнимой миссией.

— Разве непонятно? Мы провели вместе ночь, принцесса, — я протянул руку к её лицу. — Не стесняйся, я всё видел и даже потрогал. Тебе понравилось, — шепнул, словно делился секретом.

— Мерзавец! — рыкнула она, толкая меня в грудь.

А потом ещё добавила ногами, и я благополучно слетел с кровати. Сразу поднялся, обернулся. Эмбер укуталась в покрывало и резко села, принявшись подтягивать к себе разбросанную по кровати одежду.

— Как это произошло? Ты мне что-то подсыпал? — спросила ожесточённо.

И с жаждой убийства в алых глазах выглядела ещё соблазнительнее.

— Я нашёл тебя такой в лифте, хотел помочь, а ты набросилась на меня, — рассмеялся, подёргав порванный край рубашки. — Как я мог отказать принцессе?

— Ты правда… сделал это, Брайс? — она нахмурилась, глядя на меня почти в отчаянии.

— А ты как думаешь? — я отступил и присел на край стола.

— Я… думаю… — она растерянно огляделась, посмотрела под покрывало, оценивая своё тело. — Крови нет. Ты меня не трогал, — заключила вдруг, уверенно кивнув.

— Крови? Хочешь сказать, что ты девственница?

Стало мерзко. А если бы я подчинился отцу? Если бы пошёл до конца?

— Да, — она скривилась, глядя на меня с омерзением.

Мне бы должно быть всё равно, но это оказалось не так.

— Не поверю, что Стеллар тебя не трогал, — криво ухмыльнулся я.

— Скай не может. Договор о помолвке — ещё не брак. Он заботится о моей репутации, — пояснила она пренебрежительным тоном, будто это само собой разумеющаяся вещь, а мне, простолюдину, этого не понять. — Выйди, дай мне одеться.

— Это моя комната, если не заметила. И зачем мне выходить? Я, может, ещё не налюбовался? Впрочем, надо бы оставить что-нибудь на память, — я достал из кармана версо и сделал несколько снимков.

— Не смей! — прокричала она. — Брайс!

— Ты особенно красивая, когда злишься, — рассмеялся я, продолжая снимать.

Эмбер выскочила из кровати огненной фурией, налетела на мою грудь, попыталась перехватить версо, но я поднял его над головой, не позволяя ей дотянуться.

— Брайс! А ну, отдай! — прорычала она, ударяя кулаком мне в живот.

Я охнул, чуть нагнулся. И она почти дотянулась до версо.

— Полегче, принцесса, — обхватив тонкую талию рукой, я сунул версо в задний карман брюк и прижал Эмбер к груди.

Она задрожала в моих объятиях, алые глаза распахнулись в изумлении, но в них снова разгорелось яростное пламя.

— Немедленно отпусти и отдай мне версо, — процедила она.

— Тут либо, либо, принцесса, — мои пальцы скользнули по её алеющей от злости щеке. — Ты так вкусно целовала меня ночью, стонала и требовала скорее тебя взять…

У Эмбер сбилось дыхание. Во взгляде поселилась загнанность.

— Не верится, что наша сдержанная принцесса способна на такое. Но если докажешь…

— Брайс… речь о моей репутации, — выдохнула она, нахмурив лоб. — Пожалуйста, отдай версо.

— М-м-м, нет, просто так не отдам, — покачал я головой. — А вот если сможешь поцеловать меня так же, как целовала ночью… Хочу настоящий и осознанный поцелуй принцессы, Эмбер. Осилишь?

— Ты серьёзно, Брайс? — она нахмурилась сильнее, но теперь мне почудилась задумчивость в её глазах.

— Конечно. Когда я шутил? — проурчал, ведя пальцами по её обнажённой спине.

Между нашими телами было лишь покрывало, и это возвращало прошлую неудовлетворённость.

— Ты никогда не бываешь серьёзным, — фыркнула она.

— Когда я серьёзный, значит, мне очень больно, принцесса, — хмыкнул я.

— Проблемы с памятью, Брайс? Забыл, как меня зовут?

— Мне нравится мысль о том, что я провёл ночь с настоящей принцессой.

— Потому что нормальным девушкам ты противен, — скривилась она, приподнимаясь на цыпочках, и внезапно запустила пальцы в мои волосы.

Как и вчера ночью она прихватила пряди у корней и грубо дёрнула их вниз. Я зашипел, но готовые сорваться с губ ругательства прервал настойчивый поцелуй. Мысли спутались. Мои глаза широко распахнулись от удивления. Юркий язык скользнул по моим губам, и я простонал, сразу пытаясь перехватить инициативу. За что эта фурия меня укусила!

— Опять дерёшься? — прошипел я.

— Не ной, — буркнула она насмешливо, снова впиваясь в мои губы поцелуем.

И я забылся. Стиснул её в объятиях, приподнял над полом и развернулся, усаживая на стол. Руки заскользили по идеальному телу, спеша опустить покрывало, переместились к бёдрам и впились пальцами в нежную кожу. Я прохватил подбородок Эмбер губами и побежал поцелуями дальше, вбирая в рот огненную пряность её тела. Но когда спустился к упругой груди, поднял взгляд и обнаружил, что Эмбер активно удаляет снимки из моего версо. Похоже, забылся только я, пока она вытаскивала артефакт из моего кармана.

— Думаю, это самое скоростное уничтожение компромата за всю историю Мира Сфер, — рассмеялся, чтобы скрыть замешательство, и куснул упругую грудь.

Эмбер прошипела, наконец, сосредотачивая внимание на мне.

— Какая же ты сволочь, Брайс! — она развернула версо, демонстрируя снимок Эммы.

Я снял её в парке, при свете солнца, а не голой в постели, но этот факт едва ли умерил ярость Эмбер, потому мне на щёку обрушился удар ладони.

— Если продолжишь драться, я начну вести себя грубее. Предупреждаю лишь один раз, — сообщил, запуская пальцы в растрёпанные огненные волосы, и потянул их назад, вынуждая Эмбер запрокинуть голову, подставляя шею моим поцелуям.

— Ты что творишь? — прорычала она, упирая руки в мои плечи.

— Теряю голову, судя по всему. Хочешь со мной?

Положив руку на стройное бедро, я притянул Эмбер ближе, буквально впечатывая в своё тело.

— Брайс, хватит! — взмолилась она, пытаясь оттолкнуть меня за плечи.

— Да ладно, принцесса, ты же тоже возбуждена. Не хочешь получить разрядку? — предложил, проведя рукой от её колена к внутренней стороне бедра.

— Я помолвлена! Немедленно отпусти! Или я применю магию.

— А на миг я поверил, что ты не такая уж и скучная, — я отступил, любуясь, как она пыхтит от злости, пряча своё безумно привлекательное тело за покрывалом.

— Чтобы ты провалился! — выругалась Эмбер, спрыгивая со стола, и метнулась мимо меня к кровати.

И там с невероятной скоростью облачилась в свою помятую одежду. Видимо, поняла, что смущаться бессмысленно. Либо была слишком зла для проявления скромности.

— Не хочешь хотя бы сказать «спасибо»? — поинтересовался я, когда она рванула к выходу.

— Не считай меня наивной дурой, Брайс. Я оказалась в твоей постели и совершенно ничего не помню. Не знаю, что вы там с отцом планируете, но я скорее откажусь от рода, чем подставлю семью.

Алые глаза запылали таким неукротимым пламенем, что я ощутил его фантомные касания. Эмбер бросила в меня моим версо и шмыгнула за дверь. Я неловко поймал артефакт и хмуро присмотрелся к экрану. Галерея чиста. У меня нет ожидаемого отцом компромата. Он будет очень зол, независимо от результатов своих интриг. В том, что он вряд ли пустил ситуацию на самотёк, я не сомневался.

Версо пиликнул, уведомляя о приходе нового сообщения. Мой друг Двэйн решил предупредить меня о новом скандале вокруг Эммы. В сеть академии сбросили запись с поля для гравитона.

— А кто-то из нас хорошо провёл вечер, — передёрнул я плечами.

И пусть в свете последних событий не имел морального права злиться на Эмму, но про себя бесился. Потому вместо того, чтобы дождаться в столовой, решил перехватить её на выходе из комнаты. Вот только мне никто не открыл. Зато из своей комнаты вышел, как всегда, безупречный Скай.

— Привет, — кивнул он мне.

— Привет. Эмма не у тебя? — иронично приподнял я брови в ожидании ответа.

— С чего бы? — закатил он глаза, проходя к лифту. — Эмма говорила, что хочет пораньше встать и сходить в библиотеку. Вчера я рассказывал ей о формировании воздушных воронок.

— Ты такой любезный с ней.

— У тебя что-то случилось, Брайс? — нахмурился он, махнув мне рукой в сторону лифта.

Глянув на закрытую дверь комнаты Эммы, я вместе с ним вошёл в кабину.

— Нет, с чего ты взял? Моя жизнь прекрасна, — съязвил я.

— Что-то не похоже. Опять отец?

Серебряный взгляд Ская прошёлся по моему телу, явно выискивая следы побоев. И так тошно мне не было даже вчера, пока вёл Эмбер к себе.

— Пока нет, — я невольно погладил рёбра.

— Это из-за Эммы? Ей угрожает опасность? — уточнил он, нажимая кнопку первого этажа.

— Эмма просто войдёт в орден. Не похоже, что отец заинтересован в её личности, — ответил я отрешённо.

— А если бы был заинтересован, ты бы продолжал тащить её в орден? — спросил он сердито.

— Не знаю, Скай. С моим отцом сложно спорить.

— Я помню, — поколебавшись на миг, он похлопал меня по плечу. — Я всё ещё могу устроить твой переход в алмазный дом. Или попросить Эмбер…

— Отец меня убьёт, — покачал я головой.

— Ты его сын. Он тебя отпустит.

— Да ну? — усмехнулся я невесело. — Нет смысла снова спорить. Я не смогу уйти.

Мы долгое время враждовали со Скаем с поводом и без, сталкивались, устраивали друг другу неприятности. И я уж точно не мог подумать, что он однажды протянет мне руку помощи. Но когда увидел меня ковыляющим по улице, Скай подошёл, помог мне добраться до квартиры и вызвал лекаря. На фоне его искреннего беспокойства на меня накатил приступ сентиментальности, и я поведал ему о причине моих травм. С тех пор мы, конечно, не стали настоящими друзьями, но наше противостояние сошло на нет. И он даже предлагал мне переход в алмазный дом. Хотел защитить. А я что сделал в ответ? Правильно, утащил его невесту в свою постель.

— Я знаю, какой дракон твой отец, но Брайс, пожалуйста, если Эмме из-за него будет угрожать опасность, хотя бы предупреди меня. Я что-нибудь придумаю.

— У Эммы всё хорошо. Лучше… думай о себе, — я прикрыл глаза, мысленно ругая себя за очередное проявление расположения, которое может вылиться мне боком.

— Что ты имеешь в виду? — похолодевшим тоном уточнил он.

— Почти уверен, что вашу с Эмбер помолвку сорвут.

Я присмотрелся к его закаменевшему лицу. Ожидал расспросов, обвинений, но он лишь кивнул, вновь расслабляясь.

— Спасибо, что предупредил, Брайс, — Скай хлопнул меня по плечу и первым покинул кабину лифта.

— Пожалуйста, — хмыкнул я, ощущая растекающуюся на языке горечь.

Судя по всему, это наш последний спокойный и почти дружеский разговор. Скоро мы снова станем врагами.

/Эмма Марс/

— Зачем тебе тетрадь Тристана? — Закари плюхнулся рядом со мной на скамейку и забросил руку на мои плечи. — Снова решила нам напакостить? — предположил, весело поиграв золотистыми бровями.

Солнечные зайчики плясали в волосах и лукавых глазах янтарного. Проходящие мимо адепты факультета огня посматривали на нас с любопытством.

— Нет, хочу кое-что проверить.

Я забрала у него тетрадь, открыла её и положила сверху записку, якобы написанную Тристаном.

— Почерки разные, — заключила я сразу.

— Совершенно, — согласился Закари, вчитываясь в записку. — Кто тебе её подкинул?

— Не знаю. Сунули в сумку вместе с хищным растением. Естественно, я подумала на Тристана. Но вчера, по словам Ская, Габриэлю подбросили в сумку тюбик с клеем и записку. Тоже якобы от меня. Тогда я и задумалась.

— А нас, похоже, успешно стравливают, — хмыкнул Закари. — Мне поговорить с Тристаном и Габриэлем?

— Поговори. Если они, конечно, поверят моим словам. Вот здесь образец моего почерка.

Я свернула записку, вернула тетрадь Закари и добавила свою.

Только вчера всё казалось очевидным, а сегодня снова запуталось. Пакостей на меня свалилось знатно, так просто и не разобраться, принимали ли короли участие в травле или так же получали подарочки от неизвестного «дарителя».

— Есть подозреваемые? — уточнил Закари, вместе со мной поднимаясь со скамейки.

— Нет.

Но надо проверить ближайшее окружение. Раньше бы, может, и устыдилась своего недоверия, но недавний поступок Брайса заставил пересмотреть отношение. Стоит признать, рядом со мной пока нет никого по-настоящему близкого и проверенного. Разве что Скай… Он единственный, кто всегда защищал и оберегал меня. Но и он не со мной, он против меня из-за нашей связи.

— Эмма! — раздался сзади голос Эмбер. Рубиновая нагнала нас и взяла меня под руку. — Можно тебя на пару слов?

— Конечно, — ответила я озадаченно.

Эмбер сегодня выглядела непривычно бледной и растерянной. Она не стала пользоваться косметикой, волосы собрала в высокий хвост, и вариант формы выбрала брючный, со строгим жакетом под горло.

— Мы сейчас, — шепнула она Закари, утаскивая меня под тень деревьев. — Знаешь, пока я не передумала, скажу: Брайс спит не только с тобой. Он изменщик и сволочь. Я не могу доказать, но это правда.

— Мы с Брайсом… не настолько близки, — смутилась я. — Между нами лишь несколько невинных поцелуев.

По сравнению с тем, как целовал меня во сне Скай, любые поцелуи невинны.

— Да? — удивилась она, придирчиво рассматривая моё лицо. — В любом случае имей в виду на будущее, когда решишь с ним переспать.

— Сомневаюсь, что до такого дойдёт, — покачала я головой.

В последние дни между мной и Брайсом царило напряжение, но и в моменты идиллии мне не удавалось до конца себя отпустить.

— Удивительно для такого озабоченного типа, — скривилась она. — Лучше бы ты держалась от него подальше.

— У тебя всё хорошо, Эмбер? Выглядишь неважно, — отметила я. — Это из-за помолвки?

— Точно, ещё же и помолвка. Плохо спала, ничего особенного, — поморщилась она, отводя взгляд, и отправилась обратно к ожидающему нас Закари. — Хотя, знаешь, кое-что ещё забыла.

Она порывисто развернулась. На её губах расплылась лукавая улыбка. Щелчок её пальцев, и мои ноги обдало жаром.

— Ты что?! Зачем?! — охнув, я поспешила сбить пламя с юбки.

— Это за наш столик. Ты подожгла одну из моих любимых юбок, — весело мне подмигнув, Эмбер побежала к хохочущему Закари.

— Я разозлилась, — ответила расстроенно, устремляясь за ней. — Не подумала.

— Так это правда сделала ты? — Закари распахнул глаза в искреннем неверии.

— Я была зла. Сначала накопитель взорвался, потом Тристан и Брайс сцепились. Простите, пожалуйста. Мне жаль.

— Эмма, ну ты и злодейка, — рассмеялся Закари, вновь закидывая руку мне на плечи.

Мы двинулись в сторону основного здания. Закари подбадривал Эмбер, пытаясь её развеселить. Я наблюдала за ними с ощущением тепла в груди, ведь видела, насколько они хорошие друзья. Но непринуждённая атмосфера развеялась, когда у входа в здание мы столкнулись с Брайсом и Скаем. Мужчины прекратили общение и вперили в меня непонятные взгляды. Впрочем, и я не ожидала увидеть их за обычным общением.

— Эмма, пойдём вместе? — уточнил рубиновый, чуть склонив голову.

Мягко улыбнувшись усмехнувшемуся Закари, я прошла к нему. Брайс сразу взял меня за руку и почему-то подмигнул Эмбер. Она лишь закатила глаза. Интересно, что между ними случилось, что она пошла рассказывать про его неверность? Может, увидела его с другой девушкой и отчитала?

Я не стала сдерживать свою озадаченность и спросила у Брайса, как только мы сели с подносами еды за стол.

— Так, немного сцепились языками, вот она и бесится, — пожал он плечами. — Но давай лучше поговорим о завтрашнем дне. Ты же не передумала?

— Я подтвердила вызов от ордена и прочитала договор, — ответила расплывчато, помешивая ложкой суп. — Но в последнее время… у нас проблемы.

— Проблемы будут. Мы даже можем прекратить отношения, но я всё равно буду тебя защищать, Эмма, — он серьёзно посмотрел в мои глаза. — Орден добытчиков — богатейшая организация. Ты сможешь выбрать себе специализацию по душе и развиваться по ней.

— Я же никогда не спрашивала. Чем ты занимаешься в ордене, Брайс?

— В основном выполняю поручения отца, — поморщился он.

— А что он тебе поручает?

— Чаще всего переговорить с кем-то, наладить контакт. В академии много… кхм… значительных лиц.

— Твой отец сказал привести меня в орден? — спросила я прямо и заглянула в алые глаза.

— Ты самородок, тобой многие заинтересованы, — хмыкнул он.

Значит, правда. А когда Скай вчера говорил мне об этом, я не хотела верить.

— Что будет, если завтра я откажусь вступать в орден?

— Возможно, отец не обратит внимания, — протянул он, закидывая в рот кусочек мяса, и принялся задумчиво жевать.

— Но если обратит?

— Если и обратит, влетит мне, а не тебе, — махнул он рукой.

— Как влетит?

— Не бери в голову, — кисло улыбнулся он. — В сеть академии сбросили запись с поля для гравитона. Скай так мило застёгивал тебе обувь.

— Я не знала. — К щекам прилила кровь от смущения.

— Я утром заходил за тобой. И, знаешь, не удивился бы, обнаружив Ская у тебя или наоборот.

— Не выдумывай, — поморщилась я.

После разговора на поле мы со Скаем чуть ли не унеслись в свои комнаты, как раз потому, что боялись не сдержаться и совершить глупость.

— Ладно, не буду, — он подхватил булочку и откусил её. — Давай сойдёмся на том, что мы оба неидеальны. Особенно я.

— Ты в последние дни… странный, — проговорила я осторожно. — Словно постоянно злишься.

— Это нападение. Ещё и с отцом проблемы, — поморщился он.

— Из-за нападения или из-за меня?

— Из-за тебя будут проблемы, если ты откажешься вступать в орден.

— Это опасно?

— Знаешь, мой отец не любит, когда ему отказывают. Если сейчас для него ты не так важна, то он и не обратит внимания на твоё поступление. Но если откажешься, он вполне может разозлиться. И хорошо, если при таком раскладе прилетит только мне, — мрачно ухмыльнулся он.

Его слова пронеслись дрожью в теле.

— Ты так и не сказал, что он может сделать.

— Не бери в голову, — отмахнулся он, обращая взгляд куда-то в сторону.

И я отметила, что он смотрит на Эмбер. Заметив его внимание к себе, она спешно отвернулась.

— Эмма, тебе звонит Валериус Ригор, — сообщил Септимус.

— Я отвечу, — отозвалась, спешно извлекая версо.

— Мисс Марс, я спешу. — На экране появилось лицо безопасника. — Ваши возможные родители чисты. Осталось установить родство. Сегодня в академию приедет специалист, чтобы взять вашу кровь. Пока что не рекомендую покидать академию. Потому и отработки для вас отменены.

— Хорошо, буду ждать. Спасибо, мистер Ригор.

А я думала, почему меня больше не направляют на работу. Оказалось, это дело рук безопасника.

— Что ты думаешь? — обратилась я к Брайсу, когда завершился разговор.

— Думаю, что тесты можно подделать, но если следит сам Ригор, стоит доверять результатам, — ответил он. — А по поводу самих родственников. Иногда проще быть сиротой, — заключил внезапно ожесточённо, и я невольно обняла себя руками, словно пытаясь защититься от правды его жизни.

Он вновь отыскал взглядом Эмбер, но она была увлечена разговором со Скаем.

— Что ты решила по поводу ордена? — спросил он, продолжая смотреть в сторону.

Я опустила руку и создала несколько плетений, чтобы ветряной воронкой вытолкать тетрадь из сумки Брайса. Она раскрылась, демонстрируя ровный, почти каллиграфический почерк с изгибом в левую сторону.

Не Брайс. Какое облегчение.

— У меня есть выбор?

— Ты можешь вновь нырнуть под крыло алмазных, — пожал он плечами.

Эмбер в этот момент положила голову на плечо Ская и зажмурилась, когда он потрепал её по макушке.

— К алмазным я не вернусь, — отрезала, отводя взгляд от сладкой парочки.

Учёба сегодня не задалась. Во время второй пары прибыл посланный Ригором специалист. Он был вежлив, не спрашивал ничего лишнего, взял у меня кровь и попрощался. Признаться, я боялась этого шага, вдруг тесты смогут сообщить о моей универсальности, но желание обрести семью пересиливало страхи.

А перед обедом меня сняли с пары для новой дачи показаний. На этот раз пришлось рассказывать о произошедшем прямо на месте событий. После нападения его перекрыли магическим куполом, разве что увезли застывшую в кристалле девушку. Естественно, пока шло расследование, место боя оставалось нетронутым, потому мне предстали обугленная и разрытая земля и скелеты сгоревших деревьев.

— Смогли определить, кто она и почему… так погибла? — поинтересовалась я, когда допрос завершился.

— Насколько знаю, её передали для исследований в орден просветлённых, — рассеянно ответил страж, внося записи в увеличенную версию версо.

— И никаких теорий о её происхождении?

— Если и есть, простым специалистам, как я, не докладывали, мисс Марс, — коротко улыбнулся он. — Вы свободны. Спасибо за содействие.

— До свидания.

Я покинула огорожённую зону и двинулась к зданию академию, но заметила идущего ко мне по дорожке Брайса.

— Ты в порядке? — спросил он, беря меня за руку.

— Да, — пролепетала я удивлённо. — Что ты здесь делаешь?

— В сеть академии сбросили сплетню, что тебя увели на допрос. Отправился проверять, — пожал он плечами.

— Понятно, — кивнула я, хотя и была удивлена чрезмерной заботой.

Но Брайс на этом не остановился и сегодня сопровождал меня везде. Мне с трудом удалось проверить тетради знакомых. Впрочем, скрыть мои манипуляции не удалось, он был внимателен.

— А ведь и моя тетрадь на завтраке валялась на полу, — отметил он насмешливо, когда провожал меня вечером в жилое здание факультета воздуха.

Интересно, новому ректору не до переселений или ему не так важно, где живёт меняющий стихии самородок?

— Выпала из сумки? — невинно поинтересовалась я.

— Эмма, что ты выясняешь? — сощурил он алые глаза.

— Да так, маленькое расследование, — я обратила взгляд к самородному небу.

— Очевидно, что ты собираешь образцы почерков, — он отпустил мою руку и приобнял меня за плечи. — В чём-то меня подозреваешь? — шепнул на ухо.

— В последнее время во всём, — призналась я. — Например, ты сегодня подозрительно заботлив. Чтобы я не передумала?

— Да нет, — передёрнул он плечами, отпуская меня. — Чувствую вину из-за того, что уделяю тебе мало времени. Мы же вроде встречаемся.

— По-моему, мы больше друзья, — улыбнулась я.

— Ага, — Брайс отвернулся, не позволяя мне оценить выражение его лица.

Может, расстроился из-за того, что у нас не получается?

Он проводил меня до двери моей комнаты, и здесь мы попрощались. Но прежде чем уйти, он вдруг притянул меня к себе за талию и поцеловал. Порывисто, страстно и так неожиданно, что я не успела испугаться или оценить свои эмоции. Отстранившись, он облизал губы, лукаво подмигнул мне алым глазом и махнул рукой.

— До завтра, Эмма.

— Пока, Брайс, — отозвалась я растерянно.

Какой-то он сегодня странный…

Стоило войти в комнату, как Септимус сообщил о звонке тренера команды по гравитону первого курса факультета огня. Мне внезапно предложили место. Я так растерялась, что пообещала подумать. Но когда мне позвонил тренер факультета воздуха, отказалась. Поняла, что, во-первых, не хочу в команду, во-вторых, не желаю соперничать с Ликом. Мне хватает стычек с королями академии. Позвонив с отказом тренеру огненной команды, я попыталась связаться с Ликом, чтобы рассказать ему о случившихся казусах, но он ответил внезапно сухо, быстро попрощался, а на вопрос о следующем занятии просто отговорился.

— Септимус, сегодня какой-то особенный день, когда мужчины ведут себя странно? — предположила я.

— Сегодня нет ни одного события, отмеченного странным поведением мужчин, — со смешком ответил Септимус. — Возможно, у тебя малая подборка?

— Это была шутка, — пояснила я.

— А, понял. Очень смешно, Эмма.

— Ты иронизируешь?

— Что ты? Как я могу?

Широко улыбаясь после этого разговора, я отправилась изучать плетения магии растений. Нужно научиться создавать щиты и… бомбы.

На следующий день я утащила Брайса за столик к Виоле и Гвинет. Специально заняла место возле изумрудной, а мой спутник, само собой, сел рядом со мной.

— Самая обсуждаемая парочка академии решила нас посетить? — притворно удивилась обсидиановая.

— Мы давно не сидели вместе, — просто ответила я. — Отлично выглядите, девочки. У тебя новый медальон, Виола?

— Мама подарила, — кивнула изумрудная, касаясь изящного золотого цветка, но в глазах девушки мне почудилась грусть.

— О, у меня тоже есть подарок для вас, — вскинула я пальчик, словно только вспомнив о подготовленном сюрпризе.

Девушки заинтересованно приподнялись на стульях, когда я забросила сумку на колени и принялась копаться в её содержимом.

— А это что такое? Здесь такого не было, — удивлённо пробормотала я, извлекая бумажный свёрток, и положила его на стол.

— Это бомба, Эмма! — рявкнул Брайс за секунду до взрыва.

Раздался хлопок. В стороны брызнула перемолотая смесь трав, но зеленоватая жижа лишь налетела на созданный рубиновым щит, который закрыл не только его, но и меня с Виолой. А вот Гвинет не повезло: её лицо, волосы и форменное платье забрызгало травяной грязью. В столовой воцарилось гробовое молчание. Ближайшие адепты повскакивали со своих мест. К сожалению, брызги долетели и до них.

— Неужели снова Тристан? — покачала я головой, протягивая Гвинет платочек.

— Похоже на то, — процедила она сквозь стиснутые зубы, поднимаясь из-за стола. — Пойду переоденусь.

— Я с ним поговорю, — серьёзно заявил Брайс, но ущипнул меня за колено.

Наверняка всё понял, но подыграл.

— С тобой пойти? — участливо уточнила Виола.

— Нет, не надо. Иди на пару. Я быстро, — обсидиановая натянуто улыбнулась и под прицелом сотен глаз двинулась на выход.

— Я с ней, — Виола подскочила на ноги, схватила сумку и побежала за подругой.

— Чем она это заслужила? — полюбопытствовал Брайс, привлекая меня к себе за плечи.

— Стравливала меня с королями.

— Ну да, я предполагал, — хмыкнул он. Выходит, только я была слепа. — А за что конкретно ты не предупредила меня о взрыве? — уточнил иронично.

— Я знала, что ты вовремя среагируешь.

— Врёшь, — он чмокнул меня в щёку и отстранился. — Интересно, я на тебя плохо влияю или мы стоим друг друга?

Хороший вопрос. Я всегда была такой или последние события заставили выпустить клыки?

— Добрый день, мисс Марс, — поприветствовал меня новый ректор.

Он оказался обсидиановым. Импозантным мужчиной лет тридцати на вид с аккуратной бородкой и длинными чёрными волосами. Раскосый разрез глаз придавал ему плутоватый вид.

— Я просветлённый пятого ранга Гаррет Стил. Присаживайтесь, — он с улыбкой указал мне на стул напротив письменного стола.

Естественно, новый ректор занял кабинет предыдущего, потому на меня накатывало ощущение повторения прошлого. Наверное, если он попросит сдать кровь, я в ужасе унесусь прочь.

— Приятно познакомиться, просветлённый Стил, — я заняла предложенное место, положила руки на колени и приготовилась слушать.

Похоже, очередной взрыв возле меня привлёк внимание администрации академии.

— Я хотел обсудить… ситуацию вокруг вас, мисс Марс. Постоянные драки и…

— Отчислите меня, — предложила я, взмахнув рукой. — Мне надоело отбиваться.

— Я не могу вас отчислить из-за ваших договорённостей с алмазным домом, — он смерил меня весёлым взглядом. — Но мы с вами можем постараться решить проблему. К сожалению, если говорить о драках, то это всегда действия разных лиц. Им всем выслано уведомление об отчислении в случае повторения ситуации. Что по поводу других эпизодов, о них не сообщалось администрации, но я выявил участие Гвинет Эберхарт. Если вы напишете заявление, то…

— Я не буду писать заявление на Гвинет. Она и Виола мне всегда помогали. Не знаю, зачем Гвинет это делает, но я предпочитаю разобраться сама.

— Вот как… — хмыкнул он. — Я представлял вас другой. Растерянной из-за потери памяти.

— Пришлось быстро собраться, — нервно дёрнула я подбородком.

— Тогда перейдём к следующей теме. В связи с последними попытками похищения вам временно не назначают отработки. Но уровень опасности, возможно, повысится. Поэтому хочу попросить вас не покидать территорию академии.

— Почему повысится? — встревожилась я.

Куда ещё хуже?

— Ректор Люмирекс исчез из госпиталя.

— Он очнулся?

— Неизвестно, но его охрана ничего не может поведать, — Стил подвинул мне по столешнице тонкую папку.

Я открыла её и задохнулась от шока. В коридоре госпиталя у распахнутой двери стояло два кристалла с застывшими в них фигурами мужчин.

— К-как? — только и смогла вымолвить я.

— Неизвестно, — повторил он, забирая у меня папку. — Это либо магия древних, либо…

— Проклятие, — догадалась я.

— Мы надеемся на первое, ведь ректор Люмирекс изучал магию саламандр. Возможно, так ему и удалось сбежать.

— А если нет? Что тогда?

— Орден просветлённых постарается разобраться. Но если что-то вспомните, даже незначительное, прошу сообщить мне или Коре, если доверяете ей больше.

— У меня нет причин не доверять вам, — соврала я, надеясь выглядеть убедительной.

— Из-за действий Люмирекса вы вряд ли доверяете ордену, поэтому я вполне пойму вашу настороженность, мисс Марс.

— Спасибо за предупреждение, ректор Стил.

Хотелось бы мне ему верить, но Люмирекс тоже, казалось, искренне заботится обо мне.

— Но мне придётся сегодня покинуть академию на время.

— Идёте на приём в честь помолвки принца Ская? — предположил он, и меня внутренне передёрнуло.

— Нет. Сегодня я вхожу в орден добытчиков.

— Значит, предпочли богатства знаниям? — хрипло рассмеялся он, видимо, имея в виду мой отказ от вхождения в орден просветлённых. — Удачи вам, мисс Марс.

— Спасибо.

Она не помешает…

Главный храм Тектона находился в центре Элизиума в противоположной стороне от печально известного парка, где и произошёл несчастный случай, что разделил мою жизнь на «до» и «после». По случаю вхождения в орден я облачилась в строгое чёрное платье с длинной плиссированной юбкой. Да и Брайс выбрал для этого события элегантный костюм. Он поговаривал о походе в ресторан после завершения церемонии, но не излучал особой уверенности. Словно сомневался, что мы куда-то выберемся.

Как дань традициям, здание было оформлено в старом стиле с колоннами из серого камня по фасаду. Внутри царила лёгкая полутьма, длинный коридор переходил в помещения поменьше, отделённые коваными грубо обработанными перегородками. Нас встретил облачённый в чёрную робу послушник и проводил в скупо обставленную гостиную, выходящую стрельчатыми окнами на внутренний сад. В оформлении комнаты преобладало дерево в тёмном лаке.

— Тектон не любит чрезмерное проявление роскоши, — пояснил Брайс, отодвигая для меня простой стул.

— Понятно, — усмехнулась я, опускаясь на предложенное место. — Как будет проходить приём?

— Вы изучите договор, подпишите, потом дадите присягу нашему покровителю, — пояснил Морган Крауден, энергичной походкой входя в помещение. В стенах храма предпочитал простую чёрную робу. На его шее висел грубый медальон в виде наковальни. — Рад новой встрече, мисс Марс. Сынок, здравствуй.

— Отец, — скупо улыбнулся Брайс.

— И я рада, мистер Крауден, — произнесла вежливо, хотя не испытывала ни толики положительных чувств, только настороженность.

— Не будем терять время, — он положил передо мной кипу бумаг. — Изучайте. Это стандартный договор. Вы должны были предварительно ознакомиться.

— Да, Септимус мне передавал.

— Септимус? — переспросил Крауден, занимая стул напротив меня.

— Я так называю своего версо-духа.

— Необычно, — ухмыльнулся мужчина, сверкнув синим взглядом.

Внутренне опасаясь подвоха, я приступила к чтению. Думала, отец и сын будут пока общаться, но оба уткнулись в свои версо и предпочли молчать. Вот только я зря волновалась, это действительно был тот же договор, что мне присылали. Ничего предосудительного в него не вносили. Мне надлежало служить Тектону, защищать честь ордена хорошими поступками, избегать скандалов. В обмен на мои знания и умения, мне обещали предоставить работу, оплату труда, камни и даже жильё, если потребуется. Смущал только один пункт.

— Что входит в подчинение… старшим членам ордена, мистер Крауден? Мне могут приказать что-то предосудительное?

— Могут, если решат нарушить закон, — иронично улыбнулся он. — Орден — официальная организация, мисс Марс. Мы подчиняемся закону Элизиума. Но без чёткой лестницы подчинения внутри ордена наступит анархия. Поэтому старшие дают поручения младшим. То есть работу вам, как и выплаты, будет производить тот, кто старше вас в ордене. Но, как понимаю, вы обеспокоены из-за слухов вокруг меня?

— Да, — не стала врать я, краем глаза присматриваясь к Брайсу.

Он продолжал листать ленту в версо, но от меня не укрылось напряжение его тела.

— Я занимаю высокое положение в обществе, и удержать свою позицию не так легко. Приходится лавировать между интересами членов нашего общества, представителями власти и правителями домов. Как видите, мне удаётся, но из-за этого обо мне многое шепчут. Но в мире относительно всё, особенно на пути стремления к силе, — он скупо улыбнулся, располагая руки на столе, и переплёл между собой пальцы. — Ваши камни приобретены на чёрном рынке. Вы вряд ли помните законы, но если властям станет известно, это может вылиться в реальный срок.

С моих уст сорвался гулкий вздох. Никогда не размышляла о своих приобретениях в таком ключе.

— Но орден защищает своих тружеников, даже совсем молодых. Вам не нужно переживать, что ваша маленькая тайна станет известна. Мы лишь однажды избавимся от опасных камней и заменим безопасными, да, мисс Марс?

— Да, — кивнула я, ощущая, как сердце гулко ударяется о рёбра.

У Краудена есть на меня компромат. И он создан руками Брайса.

— Что вы решили, мисс Марс? — подбодрил меня мужчина.

— Спасибо за пояснения, мистер Крауден, — я подхватила перо и поставила подписи в обоих экземплярах договоров.

Наверное, однажды пожалею, но надеюсь, этот миг наступит не так быстро.

После нервного общения с Крауденом церемония присяги не вызывала никаких эмоций. Мне выдали второй экземпляр подписанных документов, и нас увели в молельный зал с грубо отёсанными стенами из серой породы. Окна отсутствовали, полутьму разгонял свет нескольких факелов. Вдоль помещения расположилось пять рядов каменных скамеек без спинок. Напротив входа находился алтарь со статуей бога Тектона. Покровителя ордена изобразили в камне и железе в виде мускулистого приземистого мужчины, опускающего молот на наковальню.

Крауден подвёл нас с Брайсом к алтарю и попросил встать на колени. Во мне проснулась растерянность, но мой спутник подчинился без колебаний, потому и я опустилась на пол. Крауден принялся произносить молитву на древнем языке, периодически ударяя маленьким молотом по столу, выполненному в виде наковальни. И я могла радоваться лишь тому, что языковое заклинание позволяло понимать речь главного жреца.

Крауден говорил о появлении нового служителя, готового возделывать земную твердь, и просил опустить на него своё благословение и удачу для поисков подземных сокровищ. Громкие воззвания и удары по наковальне продолжались почти двадцать минут, и на меня постепенно накатывало странное ощущение оторванности от реальности. И в какой-то момент на моих плечах возникла хватка призрачных рук. Знакомый голос шепнул смешливо: «ещё один хочет стать богом».

— Ты принимаешь Тектона? — обратился ко мне Крауден, развеивая странное наваждение.

Мужчина развернулся и направил на меня молот.

— Принимаю, — ответила я ровным тоном и чуть опустила голову, следуя примеру Брайса.

— И Тектон принимает тебя! — провозгласил мужчина, касаясь молотом моей макушки. — Добро пожаловать в орден добытчиков, мисс Марс.

— Спасибо, мистер Крауден.

Так и завершилась церемония. Нам с Брайсом разрешили подняться. Крауден подобрел, пожал мне руку, а сына хлопнул по плечу, на что тот кисло улыбнулся.

— Теперь, думаю, многое изменится, — заключил мужчина. — Дорогая сыну девушка в ордене заставит его вести себя серьёзнее. А то он постоянно не слушается, — пожурил, словно добрый дядюшка.

— Не преувеличивай, отец, — скривился Брайс. — У нас с Эммой взаимовыгодные отношения. Я защищаю её в академии и даю альтернативу алмазному дому, она… временами скрашивает мой досуг. Оба довольны. Никаких чувств.

Я вздрогнула от неожиданности. Стало неприятно. Возможно, мне показалось, но он будто намекал на близость за его помощь.

— Ты так и не научился открывать свои чувства, Брайс, и расстроил девушку, — упрекнул Крауден. — Видите, мисс Марс, как он защищает вас от моего внимания? Запомните этот момент и хорошо берегите моего сына от ошибок, — попросил, похлопав меня между лопаток.

Брайс окаменел лицом, а Крауден по-доброму рассмеялся. Мне же стало совершенно не по себе. Выходило, что по мнению Краудена Брайс сообщил об отсутствии чувств между нами, чтобы меня защитить? Только я не понимала подоплёки. Неужели во мне видели рычаг воздействия на Брайса? Странно…

«Иногда проще быть сиротой», — вспомнились недавние слова рубинового.

Кажется, до этого момента я не осознавала масштабов беды.

— Что он имел в виду, Брайс? — обратилась я к рубиновому, когда мы покинули храм.

На Элизиум опустилась ночная темень, вдоль улиц зажглись фонари. За куполом творилась буря, ливень бился в самоцветное стекло, но вокруг нас царила сушь и потрескивало напряжение.

— Не бери в голову, — отозвался он сердито, растрепав красные волосы.

— Снова не брать в голову?! — не сдержав негодования, я толкнула его в плечо. — Я поступила в орден из-за тебя, Брайс. И не из страха перед твоим отцом, а в беспокойстве за тебя. Поэтому не смей говорить, чтобы я не брала в голову, и объясни, как обстоят дела!

Брайс замер, глядя на меня широко распахнутыми глазами. Рот его приоткрылся в выражении удивления.

— Отец сделал вывод, что ты мне дорога, — казалось, через вечность выдавил он из себя сипло.

— Разве это плохо?

— Именно из-за отца я долгое время избегал привязанностей. Когда ничего нет, нечего и терять, понимаешь? — тяжко вздохнув, он отвёл взгляд.

В груди потяжелело от его слов.

— Что… — я замолкла, ощутив прошедшую по нити связи ярость.

— Эмма, — позвал, хотя скорее пророкотал Скай.

Я удивлённо повернула голову и действительно увидела стремительно приближающегося к нам алмазного. Он предстал в белом костюме, с алмазами в запонках и шейном платке и с идеально уложенными волосами. Но в серебряных глазах плескалась концентрированная злость.

— Я звонил тебе, писал. Почему ты не отвечаешь по версо? — обвинил он, продолжая угрожающе приближаться.

— Не было звонков.

В подтверждение я открыла сумку, но не обнаружила внутри артефакта.

— Версо у меня, — хмыкнул Брайс. — Забрал, чтобы не мешал, — пояснил, извлекая мой версо из кармана брюк.

— Надеюсь, теперь ты доволен! — рыкнул Скай, внезапно хватая Брайса за грудки.

И сразу ударил, под мой вскрик бросая того на дорогу.

— Просто счастлив, — криво ухмыльнулся Брайс, сразу приподнимаясь на локте.

Тихо выругавшись под нос, Скай двинулся было к нему, возможно, снова бы ударил, но я опомнилась и выступила перед ним, не позволяя приблизиться к Брайсу.

— Что на тебя нашло?! — прокричала встревоженно.

Никогда не видела Ская таким разъярённым.

— Сера, покажи Эмме запись, — попросил он, извлекая свой версо из нагрудного кармана пиджака, и развернул артефакт экраном ко мне.

Началось воспроизведение записи, на которой Брайс вёл Эмбер к себе в комнату. Девушка висла на его плеча, что-то говорила, он поддерживал её под руку и тянул за собой. А следующие кадры показывали их уже страстно целующимися на кровати. Судя по всему, снимал какой-то летательный артефакт с наружной стороны окна.

— Проклятье! — Брайс подскочил на ноги и зло уставился на версо. — Много… выложили?

— До момента, как ты её раздел, — скривился Скай, сжимая версо в руке с такой силой, что он затрещал.

— Прошу осторожнее со мной, — артефакт внезапно заговорил женским голосом. — Скай, ты меня сломаешь.

— Прости, Сера, — выдохнул он, сокрушённо опуская руку, и сунул версо обратно в карман.

Я же обернулась к Брайсу. Меня потряхивало, кровь шумела в ушах от ошеломления.

— Это же было позавчера? Позавчера ты провёл ночь с Эмбер? Поэтому вы оба так странно себя вели?

— Эмбер опоили. Она была под дурманом и ничего не помнит, — ледяным тоном поделился Скай. — Как ты мог, Брайс? — вопросил гневно.

— Что?! — я задохнулась от шока.

Брайс… изнасиловал Эмбер?!

/Скай Стеллар/

Немного ранее.

— Мы так редко видимся, — посетовала мама, поглаживая меня по плечу. — Я столько пропустила. Ты так вырос и возмужал.

— И скоро женюсь.

Внутренне меня передёрнуло, но я улыбнулся матери. Тоже скучал по ней, отцу и брату с сестрой. Вынужденная разлука отдаляла нас, делала чужими. Временами я злился на них и свою принадлежность к правящей семье. Будь я обычным драконом, мне бы не пришлось торчать в академии после завершения обучения и жениться на фактически сестре. По крайней мере, именно так воспринималась Эмбер. Раньше она вызывала хотя бы толику мужского интереса, но с появлением Эммы я не в состоянии оценивать других девушек. И ситуация усугубляется день ото дня.

— Надеюсь, свадьба освободит тебя, — мама взяла меня за руку и потянула, чтобы заглянуть в мои глаза. — Ты не выглядишь счастливым, — отметила грустно.

— Естественно. Когда я говорил, что рад помолвке и предстоящей свадьбе? Она нужна вам, а не мне. Как и этот приём.

Я взмахом руки указал на обширный зал, по которому прохаживались гости в блестящих нарядах и официанты. Родители арендовали помещение известного в Элизиуме ресторана и пригласили много важных лиц. Ближайшие недели во всех газетах, трансляциях и версо будут обсуждаться события этого вечера.

— Эмбер прекрасная партия, — назидательно ответила мама. — Ты знаешь её всю жизнь.

— Да. Она мне как сестра.

— Мы с твоим отцом и вовсе были лишь представлены друг другу. Но прошло столько лет, я люблю его всей душой и благодарна ему за наших детей, — смягчившимся голосом произнесла она, прижав ладонь к груди. — Нужно это преодолеть, Скай.

— Я этим и занимаюсь, мама, — снова улыбнулся, надеясь сыграть достаточно достоверно.

На самом деле нет и речи о каком-то преодолении. Брайс предупредил меня о возможном срыве помолвки, и что сделал я? Не сообщил даже Эмбер.

— Прости, мам, мне нужно найти невесту. Что-то она долго.

И я отправился на поиски. В зале среди гостей её не было. У раковины в дамской комнате тоже.

— Эмбер, ты здесь? — позвал, игнорируя возмущённый взгляд вышедшей из кабинки женщины.

— Здесь, — раздался унылый голос невесты из другой кабинки, и из двери высунулась её голова. — Что тебе нужно, Скай?

— Например, твоё присутствие? — предположил я, указав женщине на дверь.

Она фыркнула, подобрала подол юбки и важно двинулась на выход.

— Я постоянно присутствую при тебе, мог бы перетерпеть один вечер, — Эмбер покинула кабинку, прошла мимо меня и присмотрелась к своему отражению в зеркале.

— На что ты бесишься? — полюбопытствовал я, закрывая нас пологом тишины.

— На что?! — она развернулась на носках, положила руку на бедро и указала на меня пальцем второй руки. В алых глазах вспыхнуло обжигающее даже на таком расстоянии пламя. — Как я выгляжу, Скай?

— Ты… красива, как всегда, — ответил я, чуть растерявшись.

Алое платье словно было создано из россыпи рубинов разных размеров. Оно сияющей волной оплетало изящное тело Эмбер, демонстрируя полную грудь и стройные ноги.

— Как всегда… — скрипнула она зубами. — Я четыре часа провела в салоне, Скай, и сегодня сногсшибательна. Скажи, сколько раз за вечер ты заглянул в моё декольте или посмотрел на ноги? — и она провела кончиком пальца по своей шее к груди.

— Ну… — я проследил её жест и, наверное, только сейчас осознал свою оплошность.

Эмбер действительно сегодня блистала, но для меня она была красива всегда и ни разу не соблазнительна.

— Ты не видишь во мне женщину, Скай.

— Это из-за связи, Эмбер, — я сжал переносицу пальцами и зажмурился.

— Так было и до связи, — грустно хмыкнула она. — Я не хочу за тебя замуж. Знаю, что и ты не хочешь жениться на мне.

— От нас это не зависит, но… Брайс шепнул мне, что помолвку могут сорвать. Поэтому я тебя и искал. Хотел предупредить.

— Если Брайс шепнул, то он наверняка знает, о чём говорит.

Эмбер так озлобленно прошипела эти слова, что я озадаченно присмотрелся к её перекошенному от гнева лицу. Но она вдруг обессиленно опустила руки и отвела взгляд.

— Мы провели ночь вместе, — произнесла она шёпотом.

— Вместе? Что? — недоумённо переспросил я.

— Не знаю, как это произошло, ничего не помню, но позавчера проснулась в постели Брайса и совершенно обнажённой.

— Что?! Ты и Брайс?! — воскликнул я в полнейшем шоке.

Это просто не укладывалось в голове.

— Думаю, меня опоили, хоть так и не поняла, когда и как это произошло. Я не помню, каким образом оказалась с ним. Но вроде ничего не было. По крайней мере, наутро на кровати не было крови, — пробормотала она, прикрывая глаза, и коснулась пылающих щёк пальцами.

— А Брайс ведь был на взводе в то утро, — обескураженно припомнил я. — Хочешь сказать… он… Вот мерзавец!

Эмбер вздрогнула от моего рыка и обратила ко мне несчастный взгляд.

— Нас наверняка видели, возможно, сделали записи. Так и сорвут помолвку, — прошелестела она скорбным голосом. — Но вдруг это к лучшему, Скай? Теперь нас не заставят вступать в брак.

— Глупости не говори. Если помолвка сорвётся, нам просто подберут другие пары.

— Возможно, с другими мы будем счастливее?

— Ты почувствовала себя счастливее с Брайсом? — огрызнулся я.

— А знаешь, да, почувствовала! — ожесточённо прошипела она.

— Чего? — опешил я.

— Да, Скай! Да! Как только перестала реветь, поняла, что ничего не изменить, и почувствовала такое освобождение. Может, когда от моей репутации не останется ничего, я, наконец, смогу делать, что захочу? — на выкрашенных алой помадой губах Эмбер растянулась нервная улыбка, вот только по щекам побежали слёзы.

— Я его убью, — пробормотал под нос, стремительно приблизившись к ней, и привлёк её к груди. — Не плачь, пожалуйста. Терпеть не могу, когда ты ревёшь. Мне кажется, что если тебе плохо, мир скоро разрушится.

Она ведь всегда такая активная и весёлая. Кажется, и вовсе не умеет унывать.

— Ты злишься на меня? — пролепетала она.

— Немного. Тебе следовало сразу сказать мне. И… ты уверена, что между вами ничего не было?

— Нет. Поэтому выпила настойку на случай беременности.

— Скай! Эмбер! — в помещение заглянул встревоженный Леонард. — Там… запись пустили.

Взяв Эмбер за руку, я рванул прочь из комнаты. Мы пронеслись через коридор и застыли у входа зал. Многочисленные экраны, что раньше демонстрировали сияние алмазов, теперь проигрывали некачественную запись. На ней Эмбер и Брайс страстно целовались на кровати, спеша избавить друг друга от одежды. Звука не было, в помещении разливалась ошеломлённая тишина. И пусть я знал, что может нас ждать, но тоже наблюдал действо в полнейшем оцепенении. Эмбер казалась адекватной. И вряд ли в её крови остался дурман, чтобы доказать обратное.

— Брайс оказался прав. Помолвка сорвана, — иронично заключила Эмбер.

И пусть знал её всю жизнь, но задумался о том, могла ли она пойти на это сознательно? Мы все на грани отчаяния из-за заключения в академии.

— Идём… — я взял Эмбер за руку и потянул за собой. — Родители разберутся сами.

— Я вас прикрою, — сообщил Леонард, старательно стараясь смотреть мимо Эмбер.

Он не знал деталей и не понимал, как реагировать на ситуацию.

Отбившись от попыток самых наглых гостей нас остановить, мы с Эмбер покинули ресторан и спустились на первый этаж, не став забирать верхнюю одежду.

— Скай, тебе прислали запись с анонимного номера, — сообщила Сера.

Я извлёк артефакт и скривился, убеждаясь в том, что и мне отправили «доказательства неверности невесты».

— Перешли запись Эмме, — попросил я. — А лучше набери её.

— Снова Эмма? — Эмбер сердито вырвала руку из моей хватки.

— Брайс потащил её сегодня вступать в орден. Теперь понятно, почему он так спешил.

— Брайс что?.. — она приоткрыла рот от возмущения. — Вот скот! Сера, звони ей активнее! И я буду звонить! — прорычала, извлекая свой версо.

Но Эмма не отвечала, поэтому мы сели в карету и понеслись к храму Тектона. Вот только как бы мы ни срывали версо, все наши потуги оказались тщетными. В здание нас не пустили. Пришлось ждать в карете. И вскоре из храма вышли Эмма и Брайс.

— Сиди здесь, — приказал я Эмбер и выпрыгнул из кареты.

/Эмма Марс/

— Я не… близости не было, — твёрдо ответил Брайс, глядя в мои глаза.

Казалось, ему важно доказать это именно мне.

— Было или нет, а ты раздел её на камеру, — прорычал серебряный. — Ты разрушил её репутацию!

Может быть, снова бы рванул драться, но я положила руку на его грудь, не подпуская к Брайсу. Вокруг нас собиралась толпа зевак, и некоторые из них начали снимать на версо.

— Запись настоящая? — только и спросила я у Брайса.

— Да, — словно нехотя выдавил он из себя.

— Понятно.

Отведя от него взгляд, я судорожно выдохнула. Несмотря на запись, не могла поверить в произошедшее. И совершенно не понимала, каких ждать последствий.

— Эмбер… — просипел Брайс.

Я перевела к нему удивлённый взгляд. А он смотрел куда-то в сторону. Растерянно и восхищённо одновременно. К нам действительно приближалась Эмбер. Рубины облегающего платья вспыхивали светом от каждого движения. Огненные волосы развевались под действием исходящего от её фигуры жара. Алые глаза горели концентрированной яростью. Эмбер в этот момент была словно живым олицетворением рубина.

— Брайс, ты скотина, — сообщила она, отодвигая меня в сторону.

А он продолжал на неё смотреть, словно на виде́ние. Но реальность быстро напомнила о себе. Эмбер ударила. Снизу, под подбородок. А Брайс снова не защитился и повалился на дорогу. И я не могла не признать, что он заслужил.

— Ты вступила в орден, Эмма? — угрюмо обратился ко мне Скай.

— Вступила.

Фактически сделала это из-за Брайса. Но что будет теперь?

— Поздравляю. Уверена, вы с папочкой счастливы, — язвительно выплюнула Эмбер, подхватила меня под локоть и потянула за собой.

Взглянув на поднявшегося на ноги Брайса, я последовала за ней. Скай задержался, чтобы забрать мой версо.

— Мне очень жаль, — произнесла я осторожно.

— Спасибо, — выдохнула Эмбер, но вдруг будто заставила себя рассмеяться. — Моя репутация разрушена, значит, можно творить, что захочется. Идём веселиться, Эмма. Зря, что ли, мы наряжались?

Не скажу, что много времени уделила внешнему виду, но решила не спорить с Эмбер и согласно кивнула. Казалось, ещё немного и у неё случится истерика. Скай, видимо, считал так же, потому тоже не спорил. Приказал водителю везти нас в центр, а сам договорился по версо о столике в ресторане. И через полчаса мы уже находились в полутьме приватной кабинки, наблюдая, как Эмбер заливает в себя вино.

— Ты тоже можешь выпить, Эмма, — сумрачным тоном предложил Скай. — Я за вами прослежу, доведу до комнаты.

— Не рискну, — мотнула я головой. — Лучше поем.

— Что-то острое, как всегда, и тортик? — предположил он, открывая меню.

— С клубникой, — кивнула я, иррационально ощутив радость от того, что он помнит о моих вкусах.

Я тоже знала, что он сам предпочитает мясо в сливочном соусе и равнодушен к сладкому.

— Эмбер, может, не стоит столько пить? — я попыталась забрать у рубиновой бутылку, когда она решила не тратить время на разлив и отпила из горла.

— Сегодня мне можно всё! Сейчас напьюсь и пойду кастрировать этого гада, — пьяно заявила она, махая рукой, чтобы защитить от меня алкоголь.

— Пусть делает что хочет, — протянул Скай, продолжая изучать меню. Старался казаться спокойным, но от меня не укрылось, как напряжённо он вжимает пальцы в обложку и как вспыхивает магия в серебряных глазах. — Когда она такая, легче переждать бурю, поверь мне.

А буря вышла бурная. Эмбер осушила две бутылки и понеслась танцевать. Мне пришлось отправиться с ней, чтобы она не упала, и потом долго прыгать под музыку. Было бы даже весело, если бы не разрывающие голову тяжёлые думы. Через час плясок Эмбер обессилела. Скай поднял её на руки и унёс из ресторана. Она заснула раньше, чем мы добрались до кареты.

— Что теперь будет, Скай? — спросила я шёпотом, чтобы не разбудить Эмбер.

Тревога была так сильна, что даже тяга связи отошла на второй план.

— Надеюсь, родители стерпят скандал и останутся верны договорённостям. Я не могу бросить Эмбер в такой момент, — ответил он сдержанно, глядя в окно. Кадык на его шее нервно дёрнулся, ладони сжались в кулаки. — Но вполне возможно, они отменят помолвку. И тогда нам подберут другие партии. Быстро, чтобы сгладить скандал. Произошедшее и удар по моей репутации.

— Другие партии? — сипло переспросила я. — Тебе подберут новую невесту.

— Не жениха же, — грубо пошутил он и криво ухмыльнулся. — Да. Новую невесту.

— И ты примешь?

— Решение за главой рода, не за мной.

— Ты ничего не можешь сделать? Объяснить…

— Эмма, я уже им обоим объяснил, что хочу тебя, — ожесточённо отозвался он. — В итоге они подсуетились с помолвкой.

— Ты… ты говорил им о притяжении из-за связи или…

— О браке с тобой. Ни мама, ни отец не стали слушать, — ответил он, продолжая смотреть в окно.

Сердце в груди замерло и рухнуло в пропасть. Скай правда просил за меня? Потому и отталкивал раз за разом, что не было ни единой надежды?

— Ты говорил, между нами не по-настоящему… — еле шевеля губами, припомнила я.

— Эмма, не береди душу. Это не имеет значения, — отозвался он сухо.

Карета остановилась, в окнах показались ворота академии. Скай аккуратно взял Эмбер на руки, я открыла ему дверь и помогла выбраться.

— Отнесу её к себе. Ей наверняка скоро станет плохо, — проговорил он, двинувшись к воротам.

Я молча последовала за ним. Было обидно. Глаза наполнялись слезами. Для меня его откровение имело значение. Даже если нам не быть вместе, я бы испытала облегчение, услышав, что чувства между нами настоящие. Ведь иначе каждый день моя душа разрывается из-за фальшивки, лишь фантома любви.

Скай не замечал или игнорировал моё состояние. Так в молчании мы добрались до жилого здания факультета воздуха и на нашем этаже попрощались. Он унёс Эмбер к себе, я прошла в свою комнату. Здесь приняла душ, переоделась в пижаму, но сомневалась, что засну, потому принялась листать учебник по основам магии растений. Думала, так смогу отвлечься.

Но в мои планы решили вмешаться: внезапно раздался стук в дверь. Приближалась полночь, потому я не представляла, кто это может быть.

— Не открывай, — неожиданно проворчал Септимус. — Меня сегодня украли, два раза чуть не уронили на дорогу и облили вином.

— Эмбер не со зла, — возразила я, двинувшись к двери.

Поздним гостем оказался Брайс. Выглядел он неважно: бледный, с обозначившимися под глазами тенями, ранкой у уголка губ и расплывающимся на щеку синяком. Он где-то потерял пиджак и шейный платок, белая рубашка была расстёгнута на четыре верхние пуговицы, на вороте виднелись алые следы, судя по запаху, алкоголя.

— Что тебе нужно? — спросила я сердито.

— Твой версо весьма несговорчивый тип. Я с трудом у него выпытал, где тебя можно найти, — коротко улыбнувшись, Брайс пытливо заглянул в мои глаза. — Эмма, позволь мне объясниться.

— Ты, наконец, решил начать мне что-то объяснять, а не действовать за моей спиной? — я попыталась закрыть дверь, но Брайс удержал её.

— Эмма, пожалуйста, — он тяжело сглотнул, прежде чем продолжить. — Мне больше некуда пойти. Не хочу оставаться один, — произнёс сипло и казался в этот момент таким ранимым, что я не смогла сразу отказать.

А Брайс и не собирался давать мне время на долгие раздумья. Он потянул дверь и вошёл в комнату. Я посторонилась, позволяя ему пройти дальше. Как бы этот разговор не сделал ещё хуже. Хотя куда уж дальше?

— Что произошло на самом деле, Брайс? — сразу спросила я, заставляя себя вспомнить о причинах злости и разочарования в нём.

Он многое скрывал от меня, обманывал и может обмануть снова.

— Помнишь, отец перехватил нас в «Бездне»? — он прошёл к окну и задёрнул шторы.

Неужели, чтобы избежать возможной записи?

— Помню, — подтвердила я.

— Отец сказал, что хочет добиться моего брака с Эмбер, — Брайс тяжело опустился на кровать и откинулся на руки, обращая взгляд к потолку. — Естественно, я только посмеялся. Она принцесса, а я не аристократ, да ещё и полукровка. Но у отца был план, и он не собирался слушать отказы. Сказал, что если одурманенную Эмбер не перехвачу я, ею воспользуется кто-то другой.

Голос его осип на последних словах, меня же внутренне затрясло от ужаса.

— Значит, её действительно опоили. И ты сделал это? — я на слабых ногах прошла к столу и опустилась на стул.

— Я дал ей снотворное, чтобы она успокоилась. Не смог даже снять доказательства.

— Но ты раздевал её, целовал.

— Да… — он невесело рассмеялся. — Эмбер была такой соблазнительной, не выглядела одурманенной. Я поплыл…

— Она тебе нравится? Ты сегодня так на неё смотрел.

— Она красотка, — хмыкнул он. — Недосягаемая принцесса. А мне представился шанс дотянуться до неё.

На его напряжённых губах на миг мелькнула мечтательная улыбка. Что бы ни говорил, а Брайс, по крайней мере, восхищён Эмбер.

— Ты знал, что вас снимают?

— Не видел артефакты, но предполагал, что отец не пустит ситуацию на самотёк. Он мне не доверяет, считает мягкотелым.

— Ты мог ему отказать, Брайс?

— Мог, — передёрнул он плечами. — Меня бы наказали. Но вряд ли бы это спасло Эмбер. Он бы опоил её назло мне. В назидание. Ему без разницы, с кем она подпортит репутацию. Главное, что порченая принцесса идёт за половину цены. Такую можно свести со мной.

— Это ужасно, — прошелестела я, обнимая плечи руками.

— Это моя жизнь, — зло ухмыльнулся он, переводя ко мне отчаянный взгляд. — Не отказывайся от меня, Эмма. Пожалуйста.

Ошеломлённо выдохнув, я отвернулась. Сердце стучало неровно. Мысли путались. Он пришёл ко мне, и хоть не говорит, но я чувствую, как ему плохо. Как он жаждет поддержки. Но могу ли я её дать?

— Ты втянул в неприятности меня, следом Эмбер и Ская.

— Да, так и есть, — не стал он спорить. — Я говорил тебе. Я не хороший.

— А мне кажется, наоборот. Плохому дракону было бы плевать на моё мнение. Он бы не пришёл среди ночи с объяснениями.

— Надеюсь, твои слова означают, что ты не возненавидишь меня, — он откинулся на спину и забросил руку за голову. — О, у воздушников мягче матрасы.

— Наверное, — отозвалась я.

— Как… Эмбер? — напряжённо уточнил он.

— На грани истерики, — ответила я честно. — Она напилась. Скай забрал её к себе.

— Не самое удачное решение после демонстрации записи. Похоже, он решил отстаивать их помолвку, — сделал вывод он.

Я и не думала об этом в таком ключе. Но Брайс многие годы лавирует в паутине интриг, ему виднее.

— Да, так и есть.

— Ничего другого и не ждал от Ская, — протянул он вяло и зевнул. — Не против, если я посижу с тобой? Ты всё равно не спишь.

— Сиди, — махнула я рукой, разворачиваясь к столу.

Не скажу, что смогла бы сейчас заниматься, но и не желала продолжать этот разговор. В голове творился хаос. Я не знала, как правильно поступить. Брайс столько раз врал и недоговаривал, что доверие к нему почти исчерпалось. Но он добился своих целей, у него нет причин удерживать меня возле себя. И он кажется по-настоящему несчастным. Не знаю, как смогу выгнать его в такой момент. Даже если все его слова — ложь.

— Больше не ври мне, Брайс, и тогда я не отвернусь от тебя, — произнесла, прикрывая глаза.

Может, и пожалею о своём решении, но сейчас испытывала только облегчение.

— Я постараюсь, Эмма, — ответил он смягчившимся тоном.

Открыв глаза, я уткнулась взглядом в учебник. Строчки расплывались перед взором, и понадобилось почти двадцать минут, чтобы они выстроились в понятный текст. Брайс же взял грифель, одну из моих тетрадей и принялся рисовать, развалившись на кровати. Вскоре мне удалось вникнуть в текст, а там и увлечься чтением. И отвлеклась я, лишь когда меня начало клонить в сон. Часы к тому моменту показывали второй час ночи. Брайс, к моему удивлению, заснул, кажется, во время рисования, потому что по-прежнему держал в руках распахнутую тетрадь и грифель. Рисунок изображал меня, но с улыбкой на губах и счастьем в глазах.

— Ты не собираешься возвращаться к себе? — приблизившись, я потрепала рубинового по плечу.

— Я два дня не спал, — пробормотал он сонно, почти через пять минут активного тормошения. — Ложись рядом. Со мной теплее.

— Ты смеёшься? — возмутилась я, но Брайс не слышал, он снова засопел.

Ещё через пять минут попыток я смирилась, отключила освещение, легла рядом с Брайсом и укуталась в одеяло. Кажется, устала больше, чем предполагала, потому что заснула быстро. А наутро не сразу поняла, почему так жарко и тесно.

— Эмма, пора выгонять этого нахала! — протяжно провыл Септимус. — Иначе его увидят в жилом здании.

— У тебя весьма умный версо, — пробормотал мне в макушку Брайс.

Брайс?! Я резко дёрнулась и налетела головой на подбородок рубинового.

— Эмма… — прошипел он, отстраняясь от меня. — Я язык прикусил.

Вспомнились события прошлой ночи, и паника отпустила. Приподнявшись, я обнаружила себя в коконе одеяла у стены. Похоже, Брайс ночью перебросил меня на другой край кровати.

— Надо было вернуться в свою комнату, — обвинила я, подталкивая его в грудь. — Септимус прав, быстрее собирайся и уходи. Если тебя увидят выходящим из здания… А может быть хуже, чем уже есть?

— Может, — он зевнул и сел. — Прости. Я два дня толком не спал.

Взъерошив и так безбожно растрёпанные волосы, он выбрался из кровати.

— Септимус, сколько времени? — уточнила я.

— Шесть тридцать утра, — сообщил мой умный версо-дух.

— Так поздно! — ужаснулась я. — Давай быстрее, Брайс. В это время многие выходят на пробежки.

Я выскочила из кровати, налетела на рубинового и принялась выталкивать его из комнаты.

— Подожди, — рассмеялся он. — Дай хоть обуться.

Я позволила эту заминку, но потом вновь принялась торопливо выпроваживать его из комнаты. Он снова стал напоминать себя прежнего, шутил, смеялся, интересовался брендом моей пижамы. Мне оставалось только огрызаться.

— Эмма, спасибо, — Брайс вдруг привлёк меня у груди и уткнулся носом в мою макушку.

Сильные руки обвили плечи. Я затихла от неожиданности.

— За что?

— Да так… — он отстранился и отвёл взгляд.

Снова не договаривал или просто стеснялся?

— Иди к себе, Брайс. Встретимся на завтраке.

— Лучше сходим в кафе, — качнул он головой. — Я соберусь и зайду за тобой.

— Хорошо, — я, наконец, вытолкнула Брайса в коридор.

И всё бы завершилось отлично, если бы в этот момент из комнаты Ская не вышла сонная Эмбер.

— Точно дойдёшь? — заботливо спросил алмазный, но его внимание моментально сосредоточилось на Брайсе.

Ох, как неловко…

— Дойдёт. Я её провожу, — ухмыльнулся рубиновый.

Лучше бы он молчал!

— Эмма, что происходит? — Скай обратился ко мне таким ледяным тоном, что захотелось закрыться от него пламенем.

Брайса он теперь и вовсе проигнорировал, даже не смотрел на него, будто он пустое место. А я растерялась, не знала, как объяснить произошедшее в двух словах, да и сомневалась, надо ли. Не скажу, что общий вечер сблизил нас со Скаем, скорее наоборот.

— С чего Эмма должна перед тобой отчитываться, Стеллар? — скучающе зевнул Брайс, проходя к лифту. — Идёшь, принцесса?

— Уезжай, Брайс, — холодно ответила Эмбер, тоже не глядя на него.

— Как знаешь, — пожав плечами, он надавил на кнопку вызова лифта, но глянул на меня, прежде чем войти в кабину.

Опомнившись, я кивнула ему и ушла в комнату. И после этого инцидента не видела Ская и Эмбер весь день, конечно, большей частью потому, что сегодня Брайс предпочитал водить меня в кафе, дабы избежать неприятных расспросов и столкновений. А академия просто пылала от возбуждения, испуская дым множества сплетен из-за новости о срыве приёма алмазных.

Эти толки проходили мимо меня, я просто переживала за Эмбер, стараясь не думать о последствиях проявления благородства Скаем. Да и мне было на что отвлечься: Гвинет получила ещё два подарочка, вынудивших её снова переодеться и лишивших сумки с вещами. Зато случился и светлый момент: мне написал Лик с извинениями и попросил о встрече вечером возле жилого здания факультета воздуха. И, признаться, я пропустила момент его появления, опомнилась, только когда ко мне на скамейку подсел обсидиановый.

— Лик? — удивилась я, присматриваясь к его изменившемуся облику.

Он коротко подстриг волосы и не стал надевать очки, что открыло приятное лицо с добрыми чёрными глазами. Да и оделся в расстёгнутую на две верхние пуговицы чёрную рубашку, что придавало ему возраста, но в хорошем смысле.

— Не узнала? — он тепло улыбнулся, проведя рукой по голове.

— Да. Тебе идёт. Ты стал выглядеть взрослее. Что на тебя нашло?

— Глядя на тебя, понял, что надо не прятаться, а защищаться, — он взял меня за руку и крепко сжал мои пальцы. — Прости за мою грубость. Я расстроился. Мне приходится столько вкалывать, и то играю пока на скамейке запасных. А ты попала на запись, и тебя сразу позвали в две команды. Это так глупо. Ты же наверняка тоже много вкалывала, чтобы так летать на гравиполе.

— Только вряд ли я училась играть в гравитон, — глупо усмехнулась, глядя на наши переплетённые ладони.

Когда Джет и Рори заставили Лика заниматься со мной, не думала, что мы станем хорошими друзьями. Но вот он рядом, и на душе хорошо от его присутствия. Может, хоть этот дракон без двойного дна, как остальные мои знакомые? Буду надеяться. Мне бы хотелось немного спокойствия.

Впрочем, стоило произнести мысленный запрос, как из кармана напомнил о себе Септимус.

— Эмма, тебе звонит Валериус Ригор.

— Я отвечу! — воскликнула, спешно извлекая версо.

— Добрый вечер, мисс Марс, — поприветствовал меня безопасник. — Буду краток. Тесты положительные, родство доказано. Поздравляю, ваши родители нашлись, и вы можете с ними встретиться. Я перешлю вам контакт матери. Но не забывайте о мерах безопасности. Будет лучше, если встреча пройдёт на территории академии. Договоритесь с ректором.

— Хорошо, — слабым от волнения голосом отозвалась я. — Спасибо, мистер Ригор.

— Это моя работа, — белозубо улыбнулся он и прервал сеанс связи.

— Нашлись твои родители? — с внезапным недоверием уточнил Лик, про которого я и вовсе забыла из-за столь эмоционально сложных новостей.

Мама, папа, брат — неужели я могу обрести семью?

— Да, мистер Ригор всё проверил. А что? — удивилась я.

— Месяц прошёл. Очень долго они тебя искали. И ты говорила, что сирота, — пояснил он, пожав плечами.

Да, я успела свыкнуться. Правда, времени на особые переживания не было. Жизнь в академии бьёт ключом, как правило, сразу по макушке.

— Я ошиблась.

Выходит, и документы не мои. Меня зовут не Эмма Марс. К этому будет сложно привыкнуть. Но, может… встреча с родными снимет блок с воспоминаний? Хотя вряд ли, судя по всему, нужно само́й пожелать вспомнить и применить ментальную магию. Ни то ни другое мне пока не даётся.

— Ты что-нибудь вспомнила? — спросил Лик осторожно.

— Мало. Кажется, у меня был брат.

— Брат? — оживился он. — Ты его увидела?

— Лишь слышала, — посетовала я.

— Понятно. Мне жаль, Эмма, — он сильнее стиснул мою ладонь. — Может, прогуляемся? Скоро включат поливалки, станет свежо.

— Хорошо, давай пройдёмся, — кивнула я.

Лучше проведу вечер за приятным разговором, иначе измучаю себя сомнениями.

— Помолвку Ская и Эмбер отменили, — радостно возвестила Виола, повисая на моей руке, стоило нам с Брайсом подойти к раздаточной ленте.

Сегодня решили завтракать в столовой, и вот итог: прямо с утра шокирующие новости.

— Как отменили? С чего ты взяла?

Обычно я вежливо здороваюсь с Виолой, беру паузу, пока собираюсь с мыслями, но её заявление так потрясло, что было не до соблюдения формальностей.

— Вчера король Стеллар связывался с моим отцом, — шёпотом поделилась она и подмигнула Брайсу. — Ты рад?

— Конечно. Не видишь, как я широко улыбаюсь? — скучающим тоном отозвался он, присматриваясь к ассортименту блюд. — Эмма, что тебе собрать? — и указал на раздаточную.

Да как здесь вообще можно думать о еде? Репутация Эмбер окончательно разрушена, а Скаю подбирают новую невесту. И можно было бы обвинить в происходящем Брайса, если не знать об участии Моргана Краудена. Он желал расстроить помолвку и добился своего. Значит, дальше будет пытаться свести сына с падшей принцессой?

— У меня… нет аппетита, — отказалась я.

— Значит, соберу на свой вкус, не ворчи потом, что на твоём подносе слишком мало сладкого.

— Я как узнала, сразу заказала себе каталог свадебных платьев, — продолжила щебетать Виола.

— А где Гвинет? — я огляделась в поисках обсидиановой подруги.

Хоть и хорошо относилась к Виоле, не смогла бы в полной мере порадоваться за неё.

— Её атаковал куст на выходе из общежития, — изумрудная грустно надула губы. — Разорвал на ней блузку, и ей пришлось бежать в комнату переодеваться.

— Как ужасно, что бьют по ней в желании насолить мне, — я притворно-ошеломлённо покачала головой.

Интересно, когда девушки догадаются о моём участии?

— Она не пострадала. Разве что несколько парней видели её грудь. Но это не страшно, а блузку можно новую купить, — махнула рукой Виола, явно переживая в этот момент только о предстоящей свадьбе со Скаем. — Так вот, платье. Предлагаю засесть сегодня в кафе и обсудить весь каталог. Что скажешь?

— С радостью, — даже не знаю, откуда я взяла силы, чтобы натянуть на губы улыбку.

Мы набрали еды и заняли один из столов. К нам сразу подсели друзья Брайса: сапфировый Двэйн и изумрудный Рикстер. Парни принялись обсуждать последний матч по городскому гравитону, а мне пришлось слушать восторги Виолы.

Вскоре появилась и запыхавшаяся Гвинет.

— Спасибо, что собрали еду, — она плюхнулась на стул и в пару глотков осушила половину стакана с водой.

— Ты как раз вовремя, обсуждаем свадебные платья, — просияла я.

Не только же мне мучиться.

Гвинет прищурила чёрные глаза и так же лучезарно улыбнулась в ответ. Видимо, всё поняла. Быстро.

— Эмма, — шепнул мне Брайс над плечом и совершенно неожиданно продемонстрировал мне свой версо.

Была открыта переписка с его отцом. Судя по всему, общались они мало и чаще всего Крауден-старший просто сообщал важное, хотя скорее приказывал.

«Помолвка отменена. Начались мои переговоры с рубиновым королём. Начинай ухаживать за принцессой», — гласило его короткое послание.

В душе разлилось мерзкое чувство. Я кивнула мрачному Брайсу. Значит, Виола права, помолвка разорвана. Боюсь представить, как себя чувствуют Скай и Эмбер. А вдруг серебряного снова не предупредили? Всё ещё сомневаясь, я вытянула свой версо и набрала сообщение Скаю.

«Не знал. Спасибо», — коротко ответил он.

Как же запутались наши жизни.

/Эмма Марс/

Ноги дрожали, пока я подходила к пропускному пункту ворот академии. Там, за стеклянными дверями, ждала моя семья. Неделю назад я была готова броситься в бой без знаний о магической обороне, а перед встречей с родными трусила, оттягивала момент встречи четыре дня и сейчас с трудом совершала последние шаги. Но вот подрагивающие пальцы сжали ручку, надавили и толкнули дверь.

В проходной в это время дня было шумно, но мой взгляд сразу устремился к дальней части помещения. Тонкокостная невысокая женщина с длинными чёрными волосами и коренастый мужчина с короткой стрижкой поднялись со скамьи. И они ждали моего появления.

— Амалия, — зашептали её губы, и моё тело пробило крупной дрожью.

В голове шумело, взгляд раз за разом скользил по чертам лиц моих матери и отца, но те снова и снова оставались незнакомцами. Ни проблеска воспоминания, ни грана отклика, ничего, только страх перед неизвестностью.

Женщина дёрнулась было ко мне, но мужчина удержал её за руку.

— Не видишь, она напугана, — прошипел он ей и заставил сесть обратно на скамью. Он указал на место рядом с собой. — Идём, — позвал мягким тоном.

И тогда я опомнилась, заставила себя подобраться и налепить на губы приветливую улыбку. Ноги теперь и вовсе не слушались, но мне удалось дотащить себя до родителей и присесть на скамью рядом с отцом.

— Вспомнила что-нибудь? — спросил он напряжённо.

— Нет, — еле шевеля губами, призналась я.

— Жаль, — он гулко выдохнул и отодвинулся, указывая на супругу. — Тогда будем знакомиться. Это Илона, твоя мама. Моё имя Леон.

— А фамилия? И как зовут меня?

— Ты — Амалия Кроули. Тебе двадцать три года. Ты родилась на острове Мир. Мы с матерью чистокровные и работали во благо ордена, потому попали в восьмой ковчег обсидианового дома. Твою особенность скрывали, боясь, что тебя заставят оставить там, в умирающем мире. И потому обучение ты проходила на дому, не поступала в академию.

— Вы упомянули орден, — отметила я, с трудом укладывая информацию в голове.

Как оказалось, я родилась в умирающем мире, а не здесь, пережила переселение и устроилась в новом доме.

— Орден добытчиков, — подтвердил Леон. — Мы верные служители Тектона, как и твой брат. Илона — резонатор камней, она занимается поиском. Я не так силён в магии, простой труженик, веду раскопки, работаю лопатой, — рассмеялся он, демонстрируя мне мозолистые руки.

— А брат?

— Он в охране, оберегал месторождения от опасностей. Ты должна была присоединиться к нему в следующий выезд.

— Надо же, а я недавно вступила в орден под новым именем, — руки дрожали, и я сцепила между собой ладони.

— Никогда не плохо напомнить о своей вере нашему покровителю, — он помотал головой, несмело улыбаясь.

— Совсем ничего не помнишь, милая? — слабым голосом обратилась ко мне Илона.

— Ничего, — соврала я.

Последние события научили меня не доверяться сразу.

— Как это ужасно, — она опустила голову и судорожно сжала пальцами подол платья. — Мы были на месторождении, а ты осталась в городе. Сложности со связью там — обычное явление. Потому мы узнали о твоей пропаже только неделю назад, когда вернулись домой. Бросились по знакомым, писали заявления. Но нашли тебя случайно, Юлиан увидел запись с тобой в новостях. Мы были в ужасе, ведь тайна, которую мы оберегали всю твою жизнь, открылась.

— Юлиан?

— Твой брат, — пояснил Леон. — Он задерживается, вдруг решил вернуться домой, чтобы принести тебе рамку с нашими изображениями. Сами мы растерялись, когда ты, наконец, дала разрешение на встречу с тобой.

— Вон он, — оживилась Илона, подскакивая на ноги, и махнула рукой. — Мы здесь, Юли.

Пропускной пункт миновал молодой мужчина, такой же коренастый, как Леон, но с более нежными чертами лица, которые явно получил от матери. Не возникало сомнений в их родстве. Но похожа ли я на родных? Мысли пребывали в таком раздрае, что не удавалось провести сравнение.

— Юлиан, — вновь повторил мне Леон.

— Юлиан, — проговорила я, поднимаясь со скамьи.

Сердце ускорило свой бег, ладони вспотели. Мужчина, что являлся мне в виде́ниях, передо мной. В каких мы были отношениях? Кому он уговаривал меня мстить?

— Здравствуй, Амалия, — поздоровался Юлиан, замерев в метре от меня.

Чёрные глаза впились в моё лицо в ожидании. Внутри меня что-то оборвалось, видимо, надежда на обретение семьи. Голос Юлиана был мне незнаком.

— Я принёс снимки. Возможно, они помогут вспомнить, — он протянул мне несколько рамок.

С изображений на меня смотрела настоящая семья, только на них я была брюнеткой с длинными волосами. Счастливой, беззаботной, совсем юной.

Нет-нет, не хочу верить, что всё это фальшивка! Я могу ошибаться в оценке голоса, либо вспоминать кого-то другого, мужчину, что был мне близок, как брат.

— Рада, что вы меня нашли, — я улыбнулась сквозь слёзы.

Даже если это фальшивка, почему нельзя в неё поверить? Хотя бы на миг…

— Как прошло? — Брайс появился внезапно, просто вдруг возник рядом и обнял меня за плечи.

— Нормально, — я продемонстрировала ему семейный снимок.

— Мило, — хмыкнул он. — Ты рада?

— Я… я иногда слышала в виде́ниях голос брата. Но голос Юлиана, моего брата, не такой. Говорю сумбурно, прости.

— Но я понял, — Брайс сжал пальцами моё плечо. — Думаешь, это обманка? Ригор же проводил проверку.

— Да, поэтому я ничего не понимаю. Они из ордена добытчиков, но и твоему отцу нет смысла уходить в такие сложности.

— Согласен, ты уже повязана со мной. Попробую выяснить про них, и закинь удочку Скаю. Ради тебя он дёрнет шпионов алмазного дома, — Брайс недовольно поджал губы. — Но Эмма… возможно, в воспоминаниях голос твоего брата звучит иначе? — предположил осторожно.

— Или я вспоминала не брата, а друга, — согласилась хмуро. — Наверное, я стала слишком недоверчивой.

— Из-за меня? — криво ухмыльнулся он.

— Из-за тебя, из-за Гвинет, даже Ская и Эмбер. Она призналась ему в последний момент. Возможно ли полное доверие?

— Да, читал про что-то такое в книгах, — он поднял мечтательный взгляд к радужному куполу над нашими головами. — Можем попробовать с тобой. Последние дни я всё тебе рассказываю.

— Тебе так только кажется, Брайс.

— Нет, я стараюсь. Вот рассказываю: сегодня пригласил Эмбер на свидание, она согласилась. И выкатила список требований. Видимо, решила отыграться на мне от всей огненной души, — он ухмыльнулся в предвкушении. — Ты… как ты к этому относишься?

— Ты очарован Эмбер, я была бы рада, если бы у вас получилось исправить произошедшее, — произнесла искренне, ведь помнила, как он на неё смотрел в день разоблачения.

— И совсем меня не ревнуешь?

— Думаю, я… неспособна на ревность.

— Скажи это при Стелларе, — хохотнул Брайс и сразу получил локтем в живот. Он чуть согнулся, но продолжил улыбаться. — Его репутация тоже подорвана, он в ссоре с родителями. Это твой шанс, Эмма. Если затащишь его в постель и в идеале залетишь, он скорее уйдёт из рода, чем бросит тебя.

— Куда залечу? — удивилась я.

— Забеременеешь, — он щёлкнул меня по носу. — Какая ты наивная, Эмма. Лучше забудь про мои советы, они не для тебя.

— Вот именно, — одновременно надулась и покраснела я.

И пусть он предложил низкий способ получения желаемого, но в груди вспыхнули угольки надежды. Нам со Скаем тяжело друг без друга, мы оба испытаем облегчение, независимо от способа получения желаемого. Но способна ли я соблазнить его и добиться беременности? Нет, думаю, нет. Я не настолько расчётлива. Скай всегда оберегал меня, защищал, наставлял. Будет предательством подставлять его и вынуждать отвернуться от родителей.

— Пустишь к себе? — спросил Брайс, когда мы подошли к жилому зданию факультета воздуха.

— Если снова заснёшь в моей кровати, вытолкаю в окно.

— Как хорошо, что я умею летать, — протянул он ехидно.

Мы улыбнулись друг другу, мне стало легче после общения с ним. Но приятная атмосфера развеялась, когда из здания вылетела Виола. Растрёпанная, в порванном на груди коктейльном зелёном платье и со слезами на глазах.

— Виола, что случилось? — я сразу подбежала к ней.

— Эмма… — она уткнулась мне в грудь лицом и разрыдалась.

— Что? Что произошло? — я погладила её по плечам.

— Скай! — взвыла она.

/Скай Стеллар/

Ранее этим днём.

— Ты должен наладить с ней отношения, — кажется, в десятый раз за разговор повторил отец.

— Я понял, — отозвался скучающим тоном, поливая сливочным соусом мясо.

— Ты там ешь? Не дождавшись девушку?

— Она опаздывает на тридцать минут, а я голодный, — ответил ровным тоном.

— Так ты лишишься ещё одной невесты, Скай. Скандал вокруг Эмбер ударил по тебе не лучшим образом.

— Число жаждущих меня в мужья невест резко сократилось? — я закинул в рот кусочек мяса и вперил взгляд в разъярённое лицо отца.

Но это я должен злиться, это меня последним предупредили о разрыве договорённостей с рубиновым домом, как и о формировании переговоров с изумрудными. Отец бесится и пытается наказать подобным образом, вот только пока что добился обратного эффекта. Мне всё больше нравится бунтовать.

— Да, Скай. Изумрудный дом получил средства на строительство сферы, а Виола — средняя дочь короля. Прекрасная партия.

— Она не в моём вкусе.

— В твоём вкусе безродный самородок, — скривился он. — Но мы разорвём связь, и ты будешь рад, что я не позволил тебе совершить ошибку.

Его заявление пропастью разверзлось в мыслях, оставляя после себя пустоту отчаяния.

— Вот и я, — к столику подлетела довольная Виола.

— Мне пора, — я отключил вызов и убрал версо в карман.

— Прости, я немного задержалась, Скай, — она расстегнула плащ и замерла в ожидании, что ей помогут.

— Раздевайся и садись, — поморщился я. — Мне надоело тебя ждать. Если завершишь с трапезой позже меня, значит, останешься голодной.

— Как грубо, — надулась она, срывая с плеч плащ.

— Я ещё мягок. Впредь не заставляй меня ждать, Виола, — произнёс жёстко, и она сердито поджала выкрашенные розовой помадой губы. — Садись и выбирай блюда. Не испытывай моё терпение.

— А то что? — дерзко вскинула она острый нос.

— А я то я просто уйду, — пожал плечами. — Перенесу наше свидание. Возможно, в следующий раз ты проявишь пунктуальность.

Зло выдохнув, она бросила плащ официанту, опустилась в кресло и схватилась за меню. В волнах зелёных волос вспыхивала магия. Пальцы с силой сжимали деревянную обложку меню. Грудь девушки тяжело вздымалась, угрожая расстегнуть пуговки изумрудного платья.

— Наряд так себе. В следующий раз надень что-нибудь более соблазнительное, — посоветовал я, возвращая внимание еде. Виола задохнулась от возмущения. — Да, попробуй хоть немного дотянуться до уровня Эмбер. Сможешь?

— У меня свой уровень, Скай, — прошипела она. — Я принцесса изумрудного дома.

— Ага, — хмыкнул я, закидывая в рот новый кусочек мяса.

Признаться, не чувствовал вкуса еды. Внутренне меня трясло от ярости и безысходности. И на этом фоне я был плохим собеседником, потому ужин прошёл в попытках Виолы со мной заговорить. К счастью, еда закончилась, я расплатился и повёл изумрудную обратно в академию. Только здесь потащил её к жилому зданию факультета воздуха.

— Что ты задумал, Скай? — сердито спросила она, но послушно поднялась со мной.

— Задумал пообщаться наедине. Ты против? — улыбнулся вкрадчиво, заглядывая в зелёные глаза.

— Не уверена, — пробормотала она.

— Главная стерва академии в личном общении такая неуверенная, — я открыл дверь своей комнаты и подтолкнул девушку внутрь.

— Ты хочешь обсудить наши отношения наедине? — предположила она, вальяжной походкой проходя в помещение.

— Нет. Вообще не хочу разговаривать, — я запер дверь и двинулся за ней. — Раздевайся, Виола.

— Что-о? — она так стремительно развернулась, что покачнулась на шпильках.

— Давай без этих невинных ужимок, — скривился я, приблизившись к ней. — Мы оба знаем, зачем поднялись сюда. Наши семьи почти договорились, если я дам отмашку, помолвку ускорят. Тебе осталось продемонстрировать, насколько сильно ты хочешь брака со мной.

Сжав пальцы на тонкой шее, я притянул девушку ближе, а второй рукой принялся расстёгивать пуговицы её плаща.

— Что ты делаешь? — подрагивающим от шока голосом пролепетала она.

Никогда не думал, что увижу Виолу такой напуганной. Мне было противно от себя, и в то же время в душе творилось злое веселье в предвкушении нового скандала. Отец «обрадуется».

— Виола, хватит. Ты почти добилась чего хотела, — я резко дёрнул пояс плаща, и девушка охнула от неожиданности. — Ты ведь всегда хотела меня? — нагнувшись к её лицу, я почти коснулся розовых губ.

— Но… но это слишком рано, Скай. Даже помолвки…

— Помолвки и не случится, если я буду недоволен. Пока что ты меня разочаровываешь.

Она судорожно вздохнула и приподнялась на цыпочках, дотягиваясь до моих губ. Хотел бы я сказать, что почувствовал хотя бы лёгкий отклик, но не ощутил ничего, лишь тепло на коже и травяной аромат в ноздрях.

— Вот, молодец, уже лучше, — похвалил я, прерывая поцелуй, переместил руки к плечам девушки и сдёрнул с неё плащ. Виола часто заморгала и обняла себя руками. Изумрудный взгляд затравленно обратился к двери за моей спиной. — Если хочешь меня, придётся быть покладистой и согласной на всё. Помыкать мной не выйдет. Понятно?

— Скай, ты переходишь границы, — насупилась она.

— Разве это не то, чего ты хотела? — я подался к ней и подхватил её за талию.

Она охнула от неожиданности и обвила мою шею руками. Я дошёл до кровати и положил Виолу на спину, удобно устраиваясь сверху.

— Подожди, Скай! — она упёрла руки в мою грудь, задрыгала ногами. — Хва…

— Тихо, — я обнял её крепче и прижался губами к её ушку. — Я думал, ты будешь рада затащить меня в постель.

— Ты меня пугаешь, — всхлипнула она, и я ощутил прошедшую по её телу дрожь, которая усилилась, стоило провести рукой по бедру девушки, задирая подол платья. — Я хотела не так! — и она сердито ударила кулаком по моему плечу.

— Ты думала, будет иначе, да? Намечтала себе сказку? А будет именно так… всегда… только так, как хочется мне и в тех позах, которые нравятся мне, — сообщил, прикусывая нежную мочку.

Виола вскрикнула, а я побежал губами по её шее, принявшись стягивать с неё бельё. И снова ничего не почувствовал, даже секундного возбуждения. Потому что я бы хотел держать в руках не Виолу, а Эмму. Её кожу хотел бы целовать. Её аромат вдыхать. И ласкать её так долго, пока она не попросит пощады. Если прикрыть глаза, можно воплотить свои грёзы с другой. Чтобы забыться. Чтобы почувствовать хотя бы фантом присутствия Эммы.

— Скай! Хватит!

Меня смахнуло с кровати магической волной. Бедро и плечо болезненно встретились в полом. По груди разлился ожог. Виола резко села. По её щекам бежали слёзы. Она пыталась дрожащими руками одновременно удержать разъезжающееся на груди платье и поправить бельё.

— Смотри-ка, похоже, ты только что напала на алмазного принца, — я сел на полу и поморщился, оценивая дыру на одежде и алые следы на коже.

Жёстко…

— Ты первый напал!

— Что я сделал? Решил поцеловать невесту, — улыбнулся я широко и торжественно. — Раздевайся, Виола. Будешь меня лечить самым действенным способом. И возможно, если я останусь доволен, промолчу о нападении.

— Нет! — она подскочила с кровати и унеслась прочь, забыв и про плащ, и про сумку.

— Сера, похоже, у меня снова нет невесты. Стоит сразу выразить сожаления отцу или подождать его звонка?

— Тебе надо заняться ожогом, Скай, — назидательно ответила она, в очередной раз поражая меня своей осознанностью. — Мне связаться с Эмбер?

— Свяжись, — махнул я рукой. — Пусть прихватит мазь от магических ожогов.

Пока Сера вызывала мне подмогу, я поднялся с пола, избавился от парадной одежды, натянул домашние штаны и принялся любоваться своим ранением в зеркале душевой. Кожу подпалило, местами из ожога сочилась кровь. Повезло, что Виола не огневичка.

— Скай, ты где?! — послышался встревоженный голос Эмбер из комнаты.

Я вышел к ней и обнаружил её с пакетами покупок в руках. Похоже, кто-то ураганом прошёлся по модным магазинам.

— Ужас, Скай! — алые глаза впились ошалелым взглядом в мою грудь. — Что случилось?!

— Предложил Виоле переспать, она не согласилась, — я прошёл к кровати и лёг на спину, устало прикрыв рукой глаза. — Лечи.

— Не люблю, когда ты такой, — проворчала она, судя по звукам, сбрасывая сумки на пол.

— Какой?

— Злодейский, — ехидно выдала она.

Кровать рядом со мной прогнулась, кожи у края раны коснулась прохлада мази.

— Я тоже не в восторге от себя.

На некоторое время мы замолчали. Боль постепенно уходила вместе с шумом в голове. Я убрал руку от лица и присмотрелся к сумкам с покупками.

— Будешь показывать?

— Буду, но не тебе. Брайсу, — торжественно улыбнулась она.

— Что? — кашлянул я.

— Крауден предложил родителям заключение брачного соглашения, раз я испортила репутацию с Брайсом.

— И они согласились? Он же даже не чистокровный.

Про происхождение и вовсе молчу. Его мать вроде из благородных, но про неё мало известно, а вот отец из обычной семьи. Не верю, что король Ксандер так легко согласился на неравный брак для Эмбер даже с учётом скандала. Он обожает дочь.

— Гораздо важнее, что он сволочь, — скривилась она, изящными пассами создавая вокруг нас полог тишины. — Отец обеспокоен. В рубиновом доме волнения. Род Флэймхарт набирает силу.

— Король Ксандер опасается переворота? — я приподнялся на локте, в беспокойстве заглядывая в глаза Эмбер. В них пылало неукротимое пламя. — Он уверен?

— Нет, но вполне возможно, учитывая участие Краудена.

— И зная это, вы готовы идти… — я осёкся, задумавшись над ситуацией. Король Ксандер слишком горд, чтобы фактически поддаваться шантажу. — Это ведь только обманка?

— Да, отец попросил очаровать Брайса. Делать вид, что мы согласны на брак. И в идеале собирать информацию. Ты знаешь Брайса лучше меня. Он может выступать заложником?

Я громко втянул носом воздух и снова откинулся на спину. Брайс считает, что отец при первой же возможности пустит его в расход. Но, как по мне, тогда бы Крауден не возился бы с ним, не пытался воспитывать в нём худшие черты. Думаю, Брайс не осознаёт, насколько дорог отцу, хоть в их случае это тёмное чувство. И оно распространяется на всех в их окружении. Но если выскажу свои предположения Эмбер, подставлю Брайса под удар. Впрочем, я не совру, если скажу, что из него выйдет плохой заложник.

— Нет, Крауден-старший без колебаний пустит его в расход, — качнул я головой. — И повлиять через Брайса на Краудена не выйдет. Не трать силы. Лучше покажи наряды мне.

— Пф, будто тебе они на самом деле интересны. Брайс хотя бы слюну пустит, — она надавила пальцем на мои рёбра, и я дёрнулся, рассмеявшись от прошедшей по телу дрожи. — Нет, Скай, придётся делать вид, что рубиновый дом согласен на заключение брака между мной и Брайсом, а мне ходить на свидания с этим засранцем. И тоже делать вид, что я на всё согласна.

— Ты собралась с ним спать? — скривился я.

— Вот ещё. Брайс — озабоченный придурок. Если подпущу его к себе, он насытится и пойдёт на поиски новых жертв, — она щедро черпнула мазь из банки и размазала белёсую жижу по центру ожога. — Правда, в последнее время возле него только Эмма. Думаешь, между ними что-то есть?

— Думаю, если он что-то и хочет, Эмма физически не может быть с ним. Я вот не могу с другими.

— Как у вас всё плохо и странно, — нахмурилась она, расправляя марлевую повязку.

— И не говори.

— Будут советы по соблазнению Брайса? — притворно-бодро спросила она.

— Да, — закатил я глаза. — Ничего не делай, он и без этого соблазнён.

Раздался громкий стук в дверь.

— Там кто-то злой, — сделала вывод Эмбер.

— Эмма, — хмыкнул я, подавляя желание потереть грудь.

Скоро научусь определять её местонахождение. И это пугает.

— Сам открывай, — она скрестила руки на груди и отвернулась.

— Не жалеешь ты меня, — посетовал притворно, выбираясь из кровати.

— Ты сам устроил себе неприятности.

Подобрав с пола плащ и сумку Виолы, я открыл дверь. В коридоре действительно ожидала пылающая от негодования Эмма. Почти буквально. Алые с белыми прядями волосы развевались под потоками исходящей от её фигуры магии. Правда, ярость её поутихла, как только она разглядела повязку на моей груди.

— Передай Виоле, что мне не жаль, — сообщил, вручая Эмме вещи изумрудной.

— Она сильно испугалась, Скай, — насупилась Эмма, прижимая к груди сумку и плащ. — Что на тебя нашло?

«Ты на меня нашла», — подумал я про себя.

— Виола сама добилась помолвки, а испугалась того, что картинка в её голове не соответствует реальности. Не лезь в это, Эмма.

— Амалия, — вдруг возразила она.

— Что?

— Судя по всему, меня зовут Амалия. Ригор нашёл моих родителей.

— Это правда они? — обескураженно уточнил я.

— Не знаю, — пожала она плечами. — А ты что думаешь?

— Перешли мне их данные, я попробую проверить.

— Спасибо, Скай, — она пожевала губу, прежде чем добавить. — Виолу больше не обижай. Она стерва для вида, а на самом деле добрая и ранимая.

— Пусть откажется от идеи брака со мной.

— Она уже пожаловалась родителям, — призналась она.

— Отлично. Уверен, и ты рада.

Громко вздохнув, Эмма отвернулась.

— Больше так не делай, Скай, — наказала она и направилась к лифту.

— Вы такие милые, — отметила Эмбер, когда я вернулся в комнату.

— Может быть, — я вытянул платье из ближайшего пакета. — Слишком короткая юбка для Брайса.

— Скай! — расхохоталась она, обхватывая рукой живот, и упала на кровать.

— Что?

— Больше всего мне нравится, когда ты ворчишь!

Мне хотелось сбросить пар и поправить мозги Брайсу, поэтому на следующий день я послал ему сообщение и отправился на полигон. Рубиновый появился, но не улыбался, не язвил привычно, да и выглядел невыспавшимся.

— Совесть ночами спать не даёт, Крауден? — предположил я холодно.

— Совесть? Что это такое? — он демонстративно зевнул. — С Эммой сидел, пока она занималась. В последнее время её не оторвать от учебников.

Если хотел меня разозлить, у него получилось.

— Идём, разомнёмся, — на ходу формируя плетения брони и меча, я двинулся к полигону.

— Стеллар… я не уверен, что это хорошая идея, — неожиданно неуверенно заговорил Брайс, нагоняя меня. — В последнее время мой резерв скачет.

— Думаешь, не вытянуть? Я не собираюсь бить, если потеряешь концентрацию.

— Ты так благороден, — ухмыльнулся он, на что я только закатил глаза.

Будто сам не прервал атаку, когда моя концентрация пропала.

— Ладно. Попробуем, — хмыкнул он, формируя рубиновый доспех. — Но я предупреждал.

Мы встали напротив друг друга, и я первым ринулся в атаку. Злость и раздражение последних дней сконцентрировались на кончике меча. И алмазное оружие металось из стороны в сторону, пытаясь ужалить противника. Брайс отступал, явно сбитый с толку моей горячностью.

— А кто-то в бешенстве, — отметил он, отводя оба оружия вверх через голову, и сместился, пытаясь достать лезвием до моего бока.

— У меня есть причины, не находишь? — я легко развернулся и направил нелогичный удар снизу.

Брайс охнул, когда кончик меча высек огненные искры, ударив по доспеху на его бедре. Но я не стал давать нам передышку, снова крутанулся на месте, создавая вокруг себя ветряные потоки, и направил следующий удар сверху. Брайс поднял меч, парируя удар, спружинил колени. В стороны брызнули языки пламени. И произошло нечто странное. Брайс зажмурился, словно от боли. Оружие и доспех его рассеялись. Я еле сумел удержать свой меч, чтобы он не опустился на его незащищённую голову.

— Что с тобой? — спросил я растерянно.

— Уйди! — прокричал он, впиваясь пальцами в виски.

И от скрючившейся фигуры Брайса прошёл огненный вал. Меня бросило на землю и потащило мощью пламени. Щиты не выдержали, как и доспех. Боль пронзила сознание, и мир померк.

/Брайс Крауден/

Ранее.

— Брайс, ты снова заснул. Вставай. Брайс!

По ощущениям, Эмма тормошила меня вечность. А я так крепко спал, что не сразу очнулся.

— Ляг рядом, — провыл, кое-как разлепляя свинцовые веки. — Я очень плохо сплю последнюю неделю. Эмма, пожалуйста.

— Я обещала выкинуть тебя в окно, — обречённо отозвалась она.

— Давай завтра, — я отодвинулся к краю кровати и вскоре ощутил, как матрас прогибается, пока Эмма пробирается к стене.

И на этом снова выключился. Но даже присутствие Эммы не могло полностью изгнать присутствие Магны из мыслей. Как и всегда, она появилась внезапно. На этот раз её искажённое злобой лицо возникло перед моим взором.

— Слабак! — расхохоталась она, размазывая по подбородку алую кровь.

Только сон развеялся раньше, чем она перешла к марафону криков и оскорблений.

— Брайс, проснись, — раздался у уха голос Эммы, и я приоткрыл глаза, выныривая из вязкого кошмара. — Горячо. И ты дрожишь.

— Прости… — выдохнул я, прислушиваясь к резерву. И ожидаемо обнаружил его нестабильность. — Кошмар приснился.

Перевернувшись, я обнял Эмму и уткнулся носом в растрёпанные волосы. Лёгкие наполнил успокаивающий аромат лилий.

— Ты всю неделю говоришь про кошмары.

— Мне снится та девушка… Во сне я даже придумал ей имя. Магна.

Эмма вздрогнула, вцепившись пальцами в рубашку на моей груди.

— Магна? — переспросила она. — Что она ещё говорила?

— Лучше бы она молчала, — зажмурился я. — Она постоянно кричит, смеётся надо мной, оскорбляет, говорит, я не получу её силу.

Кажется, эти сны так расшатали моё внутреннее состояние, что это стало сказываться и на резерве. Он в постоянном движении и будто на грани разрыва. Поэтому последние дни я избегаю тренировок и занятий по магическому искусству.

— Магна говорила, кто она? — спросила Эмма осторожно.

— Что за тон? Я не идиот, понимаю, что это ненормально.

— Я не считаю тебя идиотом, — она придвинулась ближе и обвила мою грудь руками. — Всё будет хорошо, Брайс.

— Когда ты так говоришь, я верю, — усмехнулся в её макушку.

Никогда не думал, что буду лежать в постели с красивой девушкой и вместо возбуждения испытывать благодарность.

Остаток ночи прошёл спокойно, мне больше ничего не снилось. С Эммой действительно спалось легче. И даже несмотря на раннюю побудку, сегодня я чувствовал себя намного более выспавшимся, чем все последние дни вместе взятые. Но день не собирался идти легко, неприятности напомнили о себе на завтраке.

— Ты что ругаешься? — Эмма заглянула в мой версо.

Я не стал прятать от неё переписку, хоть и понимал, что с неё станется влезть в предстоящие разборки.

— Скай приглашает тебя на полигон. Зачем?

— Видимо, хочет избить без последствий.

— Скай не такой, — сразу возразила она.

— Он принц, — я щёлкнул её по носу, и она смешно отпрянула от версо. — Он злится, наверняка хочет разобраться по-мужски. Не вижу причин ему отказывать. Правда… в последнее время у меня проблемы с резервом. Боюсь навредить себе или ему.

— Расскажи Скаю, — насупилась Эмма. — Или лучше я с ним поговорю.

Она оглядела столовую, но не нашла никого из королей или хотя бы принцессу. Похоже, королевские особы предпочли завтракать в кафе.

— Давай ты просто дашь нам самим разобраться, а вечером подуешь на мои ранки. Договорились?

— Мне это не нравится, — насупилась она, принявшись перчить и так острый суп. — Будь осторожен. И Ская не покалечь.

— Слушаюсь, мисс Марс, — я шутливо отсалютовал ей, и она прыснула.

К сожалению, Скай не прислушался. Кажется, действительно стремился меня раскатать. А я не сказать, что был в отличной форме, чтобы оказать достойное сопротивление. Наверное, всё закончилось бы моими попытками минимизировать травмы и в наблюдении вечером за милыми причитаниями Эммы, но мои худшие опасения сбылись: резерв просто взорвался.

Сложно сказать, как это произошло. Мы, как обычно, сражались на мечах, но окружающее вдруг отдалилось, а передо мной вновь предстало окровавленное лицо Магны.

— Слабак! — каркающе расхохоталась она.

— Уйди! — прокричал я, пребывая на грани бешенства.

Огонь вспыхнул в груди настоящим стихийным бедствием и разошёлся в стороны, сжигая всё на своём пути. Тяжело дыша, я рухнул на колени. И только тогда начал осознавать реальность. Траву в радиусе трёх метров испепелило, от земли поднимался дым. Скай лежал в метре от меня на боку. Его руки, грудь и лицо покрывали сероватые ожоги, из которых сочилась беловатая сукровица. Я не был уверен, что он жив. Меня затрясло от ужаса. В ушах зашумело. Почти не осознавая реальность, я подлетел к Скаю и дрожащими руками создал плетение проверки состояния. Вокруг слышались вздохи, крики.

— Скай… — прошептал я, глядя на изувеченное ожогами лицо.

Заклинание вступило в силу, сообщая, что он жив. Вот только состояние ухудшалось.

— Его надо в госпиталь, — прокричал преподаватель, падая на колени возле Ская.

И его слова развеяли начинающуюся панику. Если не оказать помощь, с такими ранами Скай не выживет.

— Всем разойтись! — прокричал я, подскакивая на ноги.

Камни отозвались на мой призыв. И лишь с опозданием я вспомнил о повреждении резерва. Вот только он оказался цел, но расширился в два раза. Впрочем, было некогда обдумывать причины. Я обернулся, схватил Ская в лапу и взмыл в небо, отчаянно работая крыльями. Через окружающий академию купол пробился силой и понёсся к госпиталю.

Похоже, преподаватель предупредил обо мне, потому что стоило только приземлиться у главного входа и обернуться, как из здания выбежали лекари. Я поднял Ская заклинанием левитации, под него подкатили каталку и сразу повезли её в здание, на ходу проверяя его состояние и совещаясь о дальнейших действиях. Наверное, я был ещё в шоке, потому что бездумно побежал за ними и остановился, только когда мы добрались до палаты.

Вокруг Ская засуетились, принялись окружать известными только ордену милосердия лечебными пологами.

— Вам лучше выйти. Вы молодец, вовремя его привезли, — ко мне подошла рубиновая женщина-лекарь с добрыми глазами.

— Молодец? — то ли кашлянул, то ли усмехнулся я. — Это я сделал с ним.

Она изменилась в лице, а я на непослушных ногах покинул палату. Рассредоточенный взгляд выхватил из пространства скамью. Я опустился на неё, сложил локти на колени и обхватил голову руками.

Мысли пребывали в беспорядке. Что делать дальше? Как быть? Логично звонить отцу и адвокату, но спасение своей шкуры волновало меньше всего. Я навредил одному из немногих, кто хорошо ко мне относился. Неизвестно, выживет ли Скай, но в случае благополучного исхода с ним останутся шрамы от ожогов. И ненависть ко мне.

— Мне вызвать Эмму? — раздался голос моего версо-духа из кармана.

— Что? — ошалело уточнил я, ведь тот редко заявлял о себе без моей команды.

— Когда плохо, вы пишете и звоните Эмме, — ответил он.

— Звони, — просипел я.

Похоже, мой версо заразился от Септимуса осознанностью.

— Брайс, — раздался вялый голос Эммы, и я вытянул артефакт из кармана. Она будто задыхалась, выглядела бледной, и почему-то на её щеке расплывалась алая сетка… словно повторяя ожоги Ская. — Брайс… где ты? Что-то со Скаем. Он не в академии. Не могу его найти. Помоги мне его найти… — просипела она.

— Девушка, вам плохо? — раздалось на заднем фоне.

— Эмма, ты где?!

— Я не знаю… — прошелестела она.

— Эмма возле центрального парка, северная зона, — произнёс Септимус. — Было бы замечательно, если бы ты её забрал. Ей плохо.

— Сиди там. Я буду через пять минут! — прокричал, подрываясь с места, и понёсся на выход.

Как пробежал до центрального парка и вовсе не запомнил, кажется, сбил несколько зевак по пути. Эмма сидела прямо на тротуаре, а возле неё суетились две женщины, пытаясь помочь.

— Ты что здесь делаешь? — задыхаясь после быстрого бега, потребовал я ответа, когда подлетел к девушке.

— Ищу Ская… — она подняла ко мне затуманенный взгляд. — Ему плохо. Я нужна ему.

Удивительно… Но разберусь потом.

— Идём. Он в госпитале, — я подошёл к девушке, поднял её на руки, спешно поблагодарил неравнодушных женщин и снова перешёл на бег.

— Что со Скаем? — Эмма положила голову мне не плечо и прикрыла глаза.

Сетка фантомных ожогов на её лице усиливалась, становясь явственнее.

— Мой резерв взорвался во время тренировки. Доспех Ская был рассчитан на удары мечей и… Его обожгло. Сильно. Я не специально, Эмма. Сам не понял, как это случилось.

— Сильно? Насколько сильно?

— Очень сильно, — тяжело сглотнув, сообщил я.

Больше Эмма ничего не спрашивала. Я бежал в молчании и остановился только у входа в палату Ская. А здесь толкнул дверь и вошёл внутрь, мысленно готовясь к спору с лекарями.

Та добрая женщина сразу ринулась ко мне.

— Девушку в другую палату, — мягким тоном пояснила она, заступая мне дорогу.

— Ей нужно именно сюда, — фыркнул, пытаясь её обойти.

— Эмма… — внезапно позвал Скай, протягивая к ней руку.

— Скай… — отозвалась она, поднимая голову с моего плеча.

И пусть это было максимально странно, я воспользовался замешательством лекарей и отнёс Эмму к койке. Их ладони сомкнулись, и мне самому будто стало легче дышать. Словно мир снова встал на свою ось.

— Она поддержит его магически, — соврал я, укладывая девушку возле Ская.

Эмма прижалась к нему и положила руку на его грудь поверх ожога. Её ладонь засияла белым светом. Скай утомлённо улыбнулся.

— Не может быть… — просипел один из лекарей.

А я и вовсе лишился дара речи. Ожоги Ская заживали на наших глазах. Раны, что могли стать смертельными, просто затягивались. Это было так же восхитительно-прекрасно, как и пугающе. Поэтому мне пришлось заставить себя опомниться.

— Всем выйти! — рыкнул я. — Это касается только алмазного дома. Особо длинные языки придётся отрезать, — объявил зловещим тоном, формируя в руке меч.

Лекари предпочли озаботиться сохранностью языков и ушли. А я остался наблюдать за чудом и охранять его от лишних глаз.

/Скай Стеллар/

Мучительная пелена боли сошла с сознания, сменившись ощущением умиротворения и радости обладания. Обоняние щекотал ураганный аромат, пальцы перебирали пряди шелковистых волос, ласкали нежную кожу, и когда слуха коснулся тихий вздох, я нашёл губами её губы, самые желанные в мире.

— Эмма, это сон? — прошептал, почувствовав ответный отклик и упругость прижавшегося ко мне тела.

— Не сон, — ворвался в сладкие грёзы голос… Брайса.

Я вздрогнул и распахнул глаза, Эмма дёрнулась в моих объятиях. И несколько волнительных мгновений мы были не в состоянии отвести друг от друга взгляды. Она действительно находилась здесь, рядом со мной. Такая хрупкая, нежная, сладкая, что хотелось вновь забыться и поцеловать желанные губы. Вот только реальность требовала моего участия, потому я сильнее обнял Эмму и приподнял голову.

Мы лежали на медицинской койке в палате, судя по оборудованию, городского госпиталя. Брайс сидел у двери на стуле вполоборота к нам. Вспомнилось, что я вызвал его на полигон, мы сражались на мечах, а следом произошло нечто странное, он будто потерял контроль над магией. Меня захлестнуло пламенем, пришла боль, и вот я здесь. Почему-то с Эммой.

— Что…

— Мистер Крауден, немедленно откройте! Мистеру Стеллару нужно оказать помощь! Если он погибнет, вина полностью ляжет на вас, — раздался разъярённый голос незнакомого мужчины из-за двери, и тогда я отметил, что вдоль стен сияет довольно мощная огненная защита.

— В чём дело? — обратился я к Брайсу, приподнимаясь на локте, и отметил, что спортивный костюм на мне даже не порван, а частично сгорел.

— Это ты мне объясни, в чём дело, Скай, — Брайс устало откинулся на спинку стула, вскинул голову и помассировал шею.

Выглядел ещё хуже, чем при встрече на полигоне: под глазами пролегли тёмные круги, кожа посерела, алый взгляд померк.

— Я потерял контроль над резервом, тебя жёстко обожгло, — заговорил он быстро и эмоционально. — Лицо, руки, грудь были в жутких ожогах. Я боялся, что ты умрёшь раньше, чем я долечу до госпиталя. А Эмма каким-то образом почувствовала, как тебе плохо. Бросилась на твои поиски, как-то добралась до центрального парка, будто знала, где ты. Как тогда, во время нападения Магны…

— Магны?

— Я так её называю. Но это не важно. Суть в том, что на лице Эммы тоже начали появляться следы от ожогов. Они усиливались, пока я нёс её к тебе. Но как только она тебя коснулась, ваши ожоги начали заживать на глазах! Сейчас их и вовсе нет.

— Ожогов нет… — я присмотрелся к своей ладони и отметил почти незаметную линию более светлой кожи.

Неужели это правда?

— Почему к нам ломятся? — уточнил я. — Ты взял нас в заложники? — усмехнулся, а Брайс нервно рассмеялся.

— Так и выходит. Мне ещё предъявят и за угрозы лекарям, — он прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу. — Но что мне оставалось делать? Как только твои ожоги начали заживать, я всех выгнал и заперся с вами.

— Понятно, — кивнул я, взглянув на приподнявшуюся Эмму.

Столько проблем, а мне хотелось вновь её поцеловать. Сумасшествие какое-то.

— Мой адвокат предложил сбежать с вами через окно, но мы не успели, там ждут стражи и журналисты, — невесело усмехнулся Брайс. — Что это было, Скай? Нет, я не против, но как это объяснить?

— Когда Эмма ударилась головой из-за моего мяча, она умирала. Я вливал в неё магию весь путь до госпиталя. Это связало наши ауры, поэтому мы… чувствуем друг друга.

— Но это не объясняет чудесное исцеление. Твои ожоги заживали… как у… той женщины, что напала на вас.

— Этого я не могу объяснить. Сам не понимаю, — нехотя выпустив Эмму из объятий, я сел на койке и провёл рукой по голове, ко всем прочим неприятностям обнаружив, что огонь укоротил мои волосы.

— Ресниц и бровей тоже нет, — обрадовал меня Брайс.

— Замечательно, — поморщился я.

— Немедленно впусти меня, Брайс, пока я не выбила дверь! — раздался грозный рык Эмбер.

Чертыхнулись мы все, а рубиновый и вовсе в задумчивости глянул на окно.

— Сейчас, не ори, — отозвался он вальяжно, поднимаясь со стула.

Он создал брешь в защите и открыл дверь. И в помещение ворвался огненный ураган в лице встрёпанной Эмбер. Она сразу толкнула Брайса руками в грудь.

— Сволочь! — объявила воинственно и наградила его пощёчиной.

Эмма вскрикнула. Я и сам опешил, хоть и привык к порывистости лучшей подруги.

— Эмбер! — возмутился я сердито. — Не трогай его.

— Да ладно, я привык, — отмахнулся Брайс, с силой захлопывая дверь, и рухнул обратно на стул. — Мой резерв, кстати, на пределе, я держу защиту два часа. Надо решать, что делать дальше.

— Скай! — Эмбер со всхлипом бросилась ко мне, сразу вцепилась в мои плечи, коснулась щеки, провела пальцами по волосам. — Мне сказали, ты весь в ожогах. Как хорошо, что это… — и замолчала, подёргав край полусгоревшей туники.

В алых глазах шок смешался с задумчивостью.

— Стражи имеют право задерживать нас? — отвернувшись от нас, Эмма соскользнула с койки и прошла к Брайсу.

Он уткнулся лбом ей в живот. Я задохнулся, когда она обхватила его голову руками. Фигура девушки засияла светом. Похоже, она решила подпитать рубинового своей магией. Ревность обвила сердце ядовитой змеёй, и мне пришлось прикрыть глаза, чтобы успокоиться.

— Тебя не имеют права, но задержат, — хмыкнул Брайс.

— Я притворюсь Эммой, — щёлкнула пальцами Эмбер, никак не реагируя на нежности парочки. — Мы с Эммой поменяемся одеждой. Точнее, жакетами, низ у нас сегодня одинаковый. Скай или Брайс отвлечёте толпу. Она и ускользнёт, пока я громко делаю вид, что пытаюсь уйти. Если, конечно, это что-то изменит.

— Да, хотя бы Эмму надо вывести из-под удара, — согласился я. — А ожоги… спишем на неудачный розыгрыш. Точно! Скажем, что я хотел напугать Брайса, нанёс иллюзорные ожоги, но ударился во время тренировки, потерял сознание. Он испугался, притащил меня в госпиталь. А здесь и вовсе впал в ступор, когда иллюзия начала сходить, решил, это какая-то закрытая технология алмазного дома и всех выгнал.

— Звучит глупо, — вынесла вердикт Эмбер. — Но должно сработать.

— Как минимум два лекаря успели оценить состояние Ская, — сообщил Брайс. — Их надо обработать. Подкупить или пригрозить.

— Судя по всему, это на мне, — заключила Эмбер. — Только как мне их узнать?

— Попробуем отыскать в толпе, — Брайс нехотя отстранился от Эммы. — Может, всей одеждой поменяетесь?

— Какой ты… — поморщилась Эмбер.

— Не смей его оскорблять, — Эмма посмотрела на неё так воинственно, что она предпочла замолчать. — Спасибо, что нашёл меня и принёс к Скаю, Брайс.

А вот к нему она обращалась нежно, ещё и погладила его по плечу.

— В следующий раз сразу звони мне, а не беги в неизвестном направлении, — наказал он, поднимаясь со стула. — Переодевайтесь, девушки. Начинаем наше представление. И, Эмма, поменяй пока причёску.

Она лишь кивнула. Алый цвет сменился белизной и серебром алмазного дома. Как часто я желал увидеть её в этом образе.

Началась подготовка. В процессе Эмбер решила и вовсе оставить Эмму в белой рубашке. Сама же надела её жакет, подсунула волосы под ворот, создавая эффект каре, и скрыла лицо алыми прядями. Мы обсудили свой план и приступили к его воплощению.

Брайс снял защиту. Я покинул палату первым, сразу двинулся в сторону, вынуждая толпу сместиться. Брайс отправился следом за мной. А Эмбер рванула прочь, прячась за нашими спинами. Естественно, за ней бросились стражи, сразу задержали. Но получили по рукам от разъярённой рубиновой принцессы. Пока Эмбер громко возмущалась, а мы с Брайсом притворно смеялись над глупостью ситуации, Эмма проползла вдоль стены и скрылась за поворотом коридора. Следом за ней двинулся Закари. Он проводит её в академию. Мы с Брайсом были категорически против того, чтобы она гуляла по улицам в одиночестве.

Само собой, мы не собирались долго распыляться. Как только Эмма вышла из-под удара, мы попросили стражей завершить быстрее с допросом. А Эмбер пока убежала обрабатывать одного из лекарей, на кого указал Брайс. Всё шло как по маслу. Я успел лишь выдать короткую версию событий, когда принёсся адвокат ордена добытчиков и потребовал прервать незаконный допрос. В конце концов, выходило, что никто ничего не сделал, случилась обычная травма во время занятий, которая не угрожала моей жизни. Так что я максимум мог предъявить обвинения Брайсу, но не собирался этого делать. Хоть он и виноват в случившемся, но сам же исправил положение. К тому же я осознанно не прислушался к его предупреждениям. Был слишком зол и сосредоточен на себе, чтобы осознать, насколько это не похоже на Брайса.

— Ну как? — Тристан сразу подскочил с места и рванул ко мне.

Он, Леонард, Габриэль и Эмбер ждали меня на выходе из комнаты, где проходил допрос. Там мне, к счастью, выдали врачебную робу, и не пришлось шокировать друзей сгоревшей одеждой.

— Улажено, — ухмыльнулся я и вдруг покачнулся, ощутив тупую боль в затылке, но отдалённую, будто не мою.

— Скай, что? — Тристан поддержал меня под локоть.

— Что-то с Эммой, — просипел я.

Из соседней комнаты вылетел встревоженный Брайс.

— Септимус звонил, — пояснил он, демонстрируя мне версо. — Эмму похищают.

— Эмма… — я моментально сорвался с места.

Брайс с моими друзьями понеслись за мной, а на повороте коридора я налетел на Закари.

— Эмма пропала из туалета! — воскликнул он. — Не могу её найти.

— Ты должен был проводить её в академию, — обвинил я.

— Она отказалась! — вскричал он, пребывая в сильнейшем замешательстве.

— Не важно. Скай, где она? — обратился ко мне Брайс.

— Я не ищейка. Чувствую, что она отдаляется, и всё. Проклятье, — выругался я под нос, вновь переходя на бег.

Мы пронеслись через коридор, здесь я ворвался в дамскую комнату и пронёсся через неё. Она оказалась сквозной, с выходами в два параллельных коридора. Нить связи с Эммой почти не ощущалась, возможно, потому, что девушка была без сознания и больше не испускала импульсы боли. Я терял ориентиры и мог только молиться о выборе правильного направления.

— Сюда, — я резко остановился и свернул в коридор, ведущий к заднему выходу из здания.

И здесь нос к носу столкнулся со знакомым мне лекарем. Именно он когда-то рассказал нам про уход Эммы и присвоил её камни. Тогда алмазный дом предпочёл не вступать в конфликт с орденом милосердия без доказательств. А сейчас у меня были только догадки и испуг в золотых глазах мужчины, но последствия волновали меньше всего.

— Где она? — пророкотал я.

— Что? — растерялся он и рухнул на пол, когда кулак Брайса налетел на его скулу.

Мужчина охнул, сжался от боли.

— Теперь понятнее? — рубиновый сразу пнул его и в живот. — Где Эмма?!

— Не понимаю… — запричитал он.

— Вы что творите? — прошипел Леонард, выступая перед нами. Я приготовился к спору, а он схватил мужчину за шиворот и потащил по полу к ближайшей двери. — Если кто-то увидит, вступится в его защиту или вызовет стражей.

— Слышишь, никто тебя не защитит, — злорадно сообщил Брайс, следуя за ними. — Так что пой, Альдос. На этот раз деньгами не отделаешься.

Похоже, они знакомы.

— Я ничего не знаю… — завыл он, хватаясь за косяк двери, но теперь получил по животу от меня и на некоторое время затих, пока восстанавливал дыхание.

Нам этих минут хватило, чтобы сорвать с него браслет с камнями, войти в помещение, оказавшееся складом, и создать полог тишины.

— Это противозаконно! Вы не имеете права! Вас всех посадят! — закричал он, оглядывая нас снизу вверх паникующим взглядом.

Похоже, решил сменить тактику.

— Послушай меня, мразь, — Габриэль присел перед ним на корточки. В жемчужном взгляде опалового короля академии, казалось, нет ни единой эмоции. — Перед тобой принцы и принцесса сфер и сын главы ордена добытчиков. Ты правда веришь, что нас посадят? Будет так: если продолжишь молчать, мы начнём отрезать твои пальцы. Один за другим, чтобы такой мерзавец, как ты, больше не мог работать в госпитале. Ты лишишься всего, а мы лишь парочку недель походим на общественные работы, которые фактически посещаем и так. Даже обрадуемся разнообразию. Поэтому решай, Альдос, обвинение в соучастии или жизнь калеки? Что выбираешь?

— В-вы… вы не посмеете… Вы…

— Правда так думаешь? — скучающе протянул Габриэль, создавая в потоках воды опаловый кинжал. — Подержите его.

— Что… а! — возопил Альдос, когда Леонард дёрнул его, укладывая на спину, и надавил на плечи.

Я прижал к полу его левую ногу, Брайс правую, а Закари перехватил правую руку.

— Ну, с какого пальца начнём? — всё тем же спокойным тоном спросил Габриэль, наступая на левое запястье лекаря ногой.

Альдос кричал, дёргался под нами, но его страдания не трогали.

— Я скажу! Скажу! — наконец, завыл он, когда острое лезвие порезало первую фалангу большого пальца. — Я ничего не сделал! Увидел её в коридоре, разозлился! Я не подумал! Я случайно! Я…

— Адрес. У тебя десять секунд, — перебил его Габриэль, надавливая на рукоять кинжала.

И через пять секунд мы услышали адрес и даже имя. Как оказалось, Эмму повезли в особняк одного из глав ордена милосердия, Валианта Ройса.

— Быстро сдался. Слабак, — заключил опаловый, развеивая кинжал.

— Ты психопат, — заключил Брайс восхищённо.

— Я продуманный, а вы истерички, — отбил Габриэль со смешком.

Леонард размахнулся и ударил лекаря по лицу. Тот потерял сознание.

— Что дальше? — спросил Закари, запуская пальцы в золотистые волосы. — К Ройсу так просто не попасть.

— У вас нет причин помогать Эмме и подставляться, — напомнил я.

— Мы тебя одного не отпустим, — сухо сообщил Леонард, поднимаясь с пола. — Я уж точно.

— Да и как бросить Эмму в беде? — сердито возразила Эмбер.

— Я в деле, — просто сообщил Габриэль.

— Я тоже, — пожал плечами Тристан.

— Завалимся к Ройсу в гости с его подпевалой. А там будем действовать по ситуации, — Брайс тоже поднялся и метнулся к дальней части помещения, где в ряд стояли сложенные каталки и кресла.

На том и решили. Альдоса посадили в кресло, вывезли его на задний двор, а здесь запрыгнули в первую попавшуюся карету лекарской помощи и попросили отвезти нас по адресу поместья Ройса. То находилось на окраине Элизиума, в престижном районе, и больше напоминало небольшой замок, чем жилое здание. Ворота открыли, стоило врубить на всю улицу звуковой сигнал. Но как только подкатили к главному входу, начались проблемы: нам навстречу выбежало десять охранников внушительной наружности.

— Вдруг он соврал... — встревоженно предположила Эмбер.

— Она точно здесь, — заверил её я, первым выпрыгивая из кареты. — Нам нужен Ройс. Это срочно.

Моё появление вызвало замешательство, а уж когда на свет выбрались остальные принцы и принцесса, зрители вообще впали в прострацию. Это они ещё не знали, что мы вызвали и Ригора.

Сознание пронзило ужасом и болью в затылке. Но снова не моими, а её. Я нагнулся, пытаясь выровнять дыхание.

— Скай, что?! — воскликнул Брайс.

Но я вряд ли был способен осмыслить его слова, мной овладела столь всепоглощающая ярость, что осталось лишь желание уничтожить того, кто навредил Эмме. Выстроившуюся перед нами охрану снесло мощным порывом ветра. Я понёсся к особняку и влетел внутрь воплощением стихии. Мебель и все предметы бросило в стороны кружащим вокруг меня ветром, за ними же последовали то ли слуги, то ли другие охранники. А я побежал дальше, ориентируясь на натягивающуюся от ужаса нить связи. Преодолел гостиную, проскочил через ещё несколько комнат, пока не налетел на металлическую дверь. Хотел было навалиться на неё, но стены разрушились сами. Только тогда я осознал, что друзья следуют за мной, и заставил себя притушить силу стихии.

Дверь была отброшена в сторону, а мы спустились по винтовой лестнице и попали в расходящийся в две стороны коридор с десятком обитых металлом деревянных дверей. За одной из них находилась Эмма. Из ближайшей двери вышел мужчина. Поднос с посудой выбило из его руки исходящими от меня потоками ветра, а самого его бросило на каменный пол. Из комнаты раздался женский крик. Я пробежал вперёд и обнаружил внутри жмущуюся к стене девушку с длинными серыми волосами в довольно фривольном платье.

— Самородок… — прорычал Тристан.

Ярость, что мне только удалось приструнить, взыграла с новой силой, и я ураганом пролетел по коридору, пока не достиг нужной двери. Леонард помог и здесь, уничтожил петли. Мне оставалось только толкнуть дверь и ворваться в помещение. И нам предстал сам Ройс, уважаемый всеми выходец рубинового дома. В газетах он изображал из себя добряка, никогда не снимал салатовое одеяние служителя богини милосердия Алайи, но нам предстал с обнажённым торсом и с плёткой в руках. Эмма же пряталась от него за спинкой стоявшей в центре помещения кровати, намеренная защищаться деревянным подносом. У неё отобрали камни, и в её облик вернулась серость.

— Скай… — прошептала она с облегчением в голосе и расслабленно улыбнулась.

— Что вы себе позволяете? — Ройс двинулся ко мне, но я встретил его ударом кулака, усиленным мощью стихии.

Его бросило на кровать, пронесло по ней и швырнуло на пол. Эмма сразу опустила поднос на его голову и рванула ко мне. И когда она оказалась в моих объятиях, на краткий миг моим сознанием овладело безграничное счастье. Мысли наполнил аромат летней грозы и свежести полевых цветов. И не было ничего прекраснее.

— А теперь обними меня, чтобы никто ничего не заподозрил, — шепнул Брайс, буквально вырывая её из моих рук.

Как и я, Эмма дёрнулась, не согласная с его самоуправством, но нам обоим пришлось вспомнить про нашу реальность и обращённые к нам взоры моих друзей.

— Брайс… — она развернулась и уткнулась лицом в его грудь.

— Какая же ты проблемная, — посетовал он, поглаживая её серые волосы.

— Ребят, там охрана очухалась, — сообщил Закари, забегая в комнату. — Где там Ригор?! Их ещё можно бить или уже не стоит?

— Мы в опасности? — встревожилась Эмма.

— Нет, — спокойным тоном возразил Габриэль, хрустнув костяшками пальцев. — В опасности те, кто решился напасть на нас после демонстрации силы.

— Не уничтожьте улики. И надо проверить другие комнаты. Там тоже могут быть девушки, — напомнил я, с трудом отрывая взгляд от жмущейся к Брайсу Эммы.

— Мы не маленькие, Скай, — Леонард так протяжно закатил глаза, что я не смог сдержать улыбку.

И мной вдруг овладел азарт схватки. Столько лет самосовершенствования ради того, чтобы просиживать штаны в академии, и вот перед нами возможность отпустить себя. Разве можно отказаться?

/Эмма Марс/

Немного ранее.

Я медленно открыла глаза и коснулась ноющего затылка. Меня окружала незнакомая обстановка, и это заставило опомниться от забытья и сесть. Накатило головокружение, но отступило под действием ошеломления. Ведь я лежала на кровати, расположенной по центру скудно обставленной комнаты с обтёсанными каменными стенами.

Что это за место? И как я здесь оказалась? Помню только, что ждала завершения разбирательств в госпитале вместе с Закари и отправилась в дамскую комнату.

— Так быстро пришла в себя? — послышался манерный мужской голос, и из соседнего помещения вышел незнакомый рубиновый дракон.

Он был обнажён по пояс, а в руках держал кожаную плётку. Алый взгляд внимательно прошёлся по моей фигуре. Тонкие губы изогнулись в плотоядной улыбке.

— Кто вы? — ужас объял сознание, и слова прозвучали сипло.

— Будешь называть меня «хозяин», — ответил он, хищно облизав губы. — И слушаться во всём.

— Не подходите!

Я соскочила с кровати и заозиралась в поисках спасения. Окон не было, напротив кровати располагалась обитая металлом деревянная дверь. Вряд ли открытая… А камни не отзывались. Судя по ощущениям, их забрали. И из средств защиты в моём распоряжении были только деревянный поднос и металлическая кружка. Первый я и схватила, отступая за спинку кровати.

— Не зли меня, девочка, иначе мне придётся тебя наказать, — он звонко ударил рукоятью плётки по распахнутой ладони и двинулся ко мне.

Паника заскребла горло. Дыхание сбилось. На сознание накатили пугающие образы, из-за которых я боялась вспоминать прошлое. Но теперь они намеревались воцариться и в настоящем.

— Не приближайтесь, — глухо пророкотала я, твёрдо намеренная защищаться.

— Что ж, не все сдаются сразу, — в алых глазах мужчины разлилось вводящее в панику предвкушение. — Мне это по душе. Люблю учить рабынь послушанию.

Страх сжал мышцы и сковал лёгкие. На несколько сложных секунд я замерла, не в состоянии пошевелиться. Но в следующий миг ощутила натяжение нити связи, и ужас отпустил сознание. Дверь выбило, она с грохотом упала на каменный пол. В помещение, испуская потоки ветра, вошёл Скай. В серебряных глазах лучилось дикое бешенство. Твёрдые губы кривились в оскале.

— Скай… — прошелестела я с облегчением.

— Что вы себе позволяете? — мужчина направился к Скаю, словно и вовсе не ощущал исходящую от него опасность, за что и поплатился.

Алмазный отправил его ударом кулака в полёт через всю комнату. Мужчина перевернулся по кровати и упал на пол рядом со мной. Я сразу ударила его по голове подносом, не позволяя подняться, и рванула к Скаю. Две секунды бега, и вот он обнял меня. Сжал так сильно, что мир отдалился, и вокруг меня воцарился купол ураганного спокойствия. И всё потеряло значение. Страхи испарились. Просто потому, что Скай был рядом.

Но наше время быстро закончилось. Меня утянул к себе Брайс. И я заметила вошедших в помещение королей и принцессу академии. Не удивилась только Закари и Эмбер, но присутствие Леонарда, Габриэля и Тристана ввело в замешательство. Они все пришли спасти меня? Верилось с трудом.

Брайс обнял меня, а Закари сообщил об опасности со стороны охраны. Я не знала, где мы находимся, как сложно добраться до выхода, и какие силы нам противостоят, потому заволновалась, но мои спасители были спокойны и даже будто взбудоражены событиями. Не прошло и пары минут, как они отправились пробивать путь на свободу, а нас с Эмбер оставили, наказав связать моего несостоявшегося мучителя.

— Как ты, Эмма? Тебя не… успели тронуть? — девушка приблизилась ко мне и трепетно растёрла мои плечи.

— Кажется, нет, — качнула я головой, прислушиваясь к своему состоянию. — Только по голове ударили.

— Я проверю и попробую обезболить, если позволишь.

— Спасибо, Эмбер, — я попыталась улыбнуться, но не вышло.

Меня начинало потряхивать. После пробуждения пришлось сразу собраться, а теперь, видимо, наступал откат.

— Ох, Эмма, — Эмбер приблизилась и обняла меня. — Как это ужасно. В соседней комнате ещё одна девушка, тоже самородок. Боюсь представить, что с ней делали.

— Судя по словам этого… его… воспитывали рабыню, — я зажмурилась, смаргивая с глаз слёзы.

— Вот скотина! — Эмбер огненным вихрем понеслась к бессознательному мужчине и несколько раз ударила его ногой по рёбрам и животу.

Он тихо простонал, но не очнулся. Зато подступающие рыдания схлынули, сменившись здоровой злостью, и я присоединилась к девушке.

— Хватит, прошу, — хлопая в ладони, в помещение вошёл Ригор. Как всегда, предстал в стильном костюме, на этот раз в фиолетовом в тонкую белую полоску. — Иначе Ройс попробует предъявить вам обвинения в избиении.

— О чём вы, мистер Ригор? Ройс упал, мы проверяли его состояние, — мрачно улыбнулась Эмбер.

— Вы так заботливы, мисс Феррум, — осклабился он в ответ. — Мисс Марс, рад вашему благополучному спасению. Судя по тому, что я видел в соседних комнатах, достопочтенный Ройс был неравнодушен к самородкам. Повезло, что ваши друзья быстро среагировали и нашли вас.

— Выполнили вашу работу, — Эмбер взяла меня за руку и потянула за собой к выходу. — Если вы не имеете ничего против, мы дождёмся адвокатов наверху с друзьями.

— Конечно, идите, — он сместился в сторону, освобождая проход.

Эмбер вывела меня из комнаты, и мы оказались в длинном коридоре с проходами в другие помещения, между которыми перемещались стражи в форме. Некоторые из них проверяли бессознательных мужчин на полу. Короли академии прорвались на выход беспощадным тараном.

— О, этого я знаю, — вдруг отметила, присмотревшись к бессознательному рубиновому дракону. — Он пытался меня похитить. Тогда, сразу после потери памяти.

Выходит, лекарь не просто украл мои камни, а отправил в лапы извращенца. Я могла оказаться здесь намного раньше, и вряд ли бы при таком исходе меня спасли.

Тело вновь забило дрожью от жуткого осознания. Эмбер обняла меня за плечи и поспешила вывести из подвала. А наверху мы столкнулись с Брайсом. Как оказалось, он шёл за мной.

— Ты как? — он положил руку мне на макушку и привлёк к своей груди.

— Хочу спрятаться ото всех, — призналась обессиленно.

Запереться, забыться, осознать и прийти в себя. Может, даже поплакать. Но у себя, в знакомой тишине.

— Так и сделаем. Только найдём твои камни и версо. Версо обязательно. Септимус поднял тревогу.

— Септимус, — улыбнулась я. — Мы обязательно должны его найти.

— Найдём, — заверил он меня.

Брайс проводил нас с Эмбер до выхода из здания, здесь посадил в карету стражи Элизиума, а сам на некоторое время ушёл, чтобы найти мои вещи. А меня пока осмотрел штатный лекарь и обработал рану на затылке. Эмбер в это время связывалась с родителями, следом общалась с адвокатом. Судя по тому, что остальные короли ходили с версо в руках, они занимались тем же самым. Все суетились, носились, переговаривались. Один только Скай стоял в отдалении и смотрел на радужное небо. Да и я сидела в карете и гадала, что в этот момент творится в его голове.

Вскоре вернулся Брайс с моими вещами. Не знаю, как ему удалось договориться, но меня и Эмбер отпустили в академию. Рубиновый лишь предупредил Ская, и мы уехали. Как оказалось, находились в Элизиуме, особняке одного из глав ордена милосердия.

Путь провели в молчании, были морально истощены итогами этого сложного дня. Да и по территории академии шли в безмолвии. Первой заговорила Эмбер, и то перед прощанием.

— Спасибо, что освободил меня от допросов на сегодня, Брайс, — произнесла она сухо. — Ты вряд ли понимаешь, но девушек в такой момент лучше не оставлять одних.

— Куда уж мне? — Брайс улыбнулся, но будто даже эта гримаса требовала от него усилий.

— Эмма, всё будет хорошо, — при обращении ко мне голос Эмбер смягчился. Она приблизилась и порывисто меня обняла. — Не раскисай, ведь страшного удалось избежать.

На этом и попрощались. Брайс проводил меня до комнаты, здесь ненадолго оставил, позволяя мне принять душ и переодеться, но через полчаса вернулся. Тоже посвежевшим после водных процедур, в чистой одежде и с сумкой вещей. Стало ясным, что снова собрался остаться у меня на ночь. Только на этот раз я не собиралась протестовать. Его присутствие помогало не скатиться в истерику.

Остаток вечера прошёл в кровати. Брайс читал, потом рисовал, я дремала, уткнувшись лицом в его бок, отмечая про себя, что теперь его огненно-пряный аромат приносит спокойствие. Но вскоре выбралась из постели и тоже постаралась отвлечься с учебником. И прервалась, лишь когда ощутила натяжение нити связи. В комнате к тому моменту стемнело. Брайс заснул, обняв вместо меня подушку. Я прошла к двери, открыла её и ожидаемо обнаружила за ней Ская.

Алмазный принц больше не казался пугающим олицетворением смертельного урагана. Он тоже освежился, переоделся в домашний костюм. Волосы так и остались короткими, разве что он их выровнял и обрезал обгоревшие концы. Да и как-то восстановил ресницы с бровями.

— Ты… выглядишь лучше, — отметила я, жадно вбирая в себя его аромат.

Ураганная свежесть дарила ощущение защиты и одновременно будоражила запретными желаниями.

— У Эмбер было средство для роста волос, — он рассеянно провёл рукой по голове, но продолжал пытливо присматриваться к моему облику. — Мне понравилось, когда… ты стала алмазной, — произнёс зачем-то.

Я кивнула, не зная, что ответить. Зато знала, что хочу сказать.

— Спасибо, Скай. Если бы не ты…

— Эмма, сегодня ты излечила меня от ожогов, — напомнил он, перебивая меня, и сделал шаг ко мне. — Ты… ты в порядке? — спросил и усмехнулся, прикрыв глаза.

Понимал, насколько это глупый вопрос.

— Не особо. Но завтра буду. Или послезавтра.

— Эмма… знаешь… я… — он тяжело вздохнул, прикрывая глаза. — совсем не понимаю, зачем пришёл. Хотел увидеть тебя.

Его рука словно бессознательно потянулась ко мне. И я сделала шаг к нему, позволяя твёрдым пальцам коснуться моей щеки. Нежная ласка прошлась дрожью удовлетворения по коже и загорелась вожделением новых прикосновений. Я не знаю, кто первым преодолел оставшееся расстояние между нами, не поняла, как оказалась в хватке сильных рук, зато в полной мере прочувствовала горькую сладость поцелуя. Долгожданного и такого жаркого.

Мой тихий стон, шелест шагов и стук закрывшейся двери. Я тонула в долгожданной неге присутствия Ская, пила его поцелуй, впитывала прикосновения и почти умирала от жажды большего. И не очнулась бы даже на миг, если бы в пребывающее в эйфории сознание не ворвался голос Брайса.

— Здесь, вообще-то, занято, — проворчал он. — Отпусти Эмму и иди спать, Стеллар.

Скай резко оторвался от меня и обратил злой взгляд в сторону моей кровати. Я часто заморгала, пытаясь прийти в себя, и при всём желании не смогла бы вспомнить, каким образом мы смогли добраться до центра комнаты. В мыслях царил только Скай и долгий поцелуй с ним.

— Конечно, — процедил алмазный. И я покачнулась, потеряв опору его рук. — Спокойной ночи.

Скай отвернулся от меня и быстрым шагом покинул комнату. Хлопнула дверь. Я вздрогнула и прикрыла лицо руками. Этот день так расшатал моё душевное состояние, что хотелось просто разреветься.

— Эмма, как ты могла забыть, что я здесь?

Брайс не упрекал, будто правда недоумевал над произошедшим.

— Это связь, — прошелестела я опустошённо. — Скай просто потянулся ко мне, коснулся, а дальше… туман.

— Тогда иди за ним, но придётся воспользоваться моим советом, — зевая, предложил Брайс.

— Я не собираюсь так с ним поступать…

Нас со Скаем снова притянуло друг к другу, но его помолвка с Виолой под вопросом. Если она и сорвётся, ему подберут новую подходящую по статусу невесту. И это буду не я. Мы можем только противиться тяге или поддаться ей. Похоже, Скай выбрал второе, но вряд ли может пообещать мне больше, чем совместную ночь. Итогом всё равно будет расставание.

— Тогда иди ко мне, — Брайс отодвинулся к краю кровати. — Тебе рассказать, как исключить ауру Ская из системы безопасности твоей комнаты?

— Расскажи.

По крайней мере, если Скай придёт вновь, возможно, во мне проснётся разумность, чтобы сбежать в дальнюю часть комнаты и прокричать ему оттуда вопросы о нашем будущем.

Брайс снова встал рано, но постарался меня не беспокоить, лишь оставил короткий поцелуй на моём виске и пообещал скорую встречу в столовой. Правда, дальше не спалось, и я перетянула к себе в кровать учебник, немного почитала, а там пришло время и собираться.

В столовой к моему приходу только начинался завтрак. Короли отсутствовали, Брайс кружил возле Эмбер, пока она набирала еду на поднос. Я же заметила Гвинет и подсела к ней, давая рубиновым время на общение. Обсидиановая красотка предстала в спортивном костюме. Короткие тёмные волосы были задорно приподняты, придавая ей жизнерадостный вид. Не соотносилось с образом только мрачное выражение на её лице.

— Давай сегодня без взрывов, Эмма, — протянула она, подпирая подбородок рукой. — Я всё поняла и больше не рискну тебя трогать.

— Зачем ты вообще это делала?

— Мне было скучно, и, казалось, ты пользуешься расположением Виолы. Но выяснилось, у тебя есть зубки. Да и на Виолу тебе не наплевать.

— Конечно, нет. Где она, кстати? На моё сообщение не ответила.

— Проревела всю ночь и решила никуда не идти с опухшим лицом.

— Из-за разрыва помолвки?

— Кто бы ей позволил разорвать помолвку, — иронично скривила она губы. — Родители равнодушны к её проблемам. Отправляют ей украшения в качестве подарков, а она рада довольствоваться и этим, вот и вся их семейная любовь.

— И они ничего не сделают в ответ на… выходку Ская?

Признаться, и верила, и одновременно сомневалась в рассказе Виолы. Скай бывает жёстким, один раз довёл до слёз и меня, но я не могла представить его столь грубым.

— Сказали, если алмазный принц того требует, подчиняться. У них же там праздник, — с омерзением в голосе протянула Гвинет. — Репутация алмазного принца подпорчена, Совет Сфер выделил им финансирование, можно и попытаться продать дочь для закрепления союза с алмазным домом.

— Неужели ничего нельзя сделать? — спросила я, сжав кулаки под действием всколыхнувшейся в душе злости.

— Только сорвать помолвку со стороны алмазного дома.

— Скай ничего не решает, — покачала я головой. — Он не хотел отворачиваться от Эмбер в такой момент, но помолвку разорвали.

— Вот и выходит, что перед тобой больше возможностей для выбора, чем перед нами всеми. Я бы искренне позавидовала тебе, Эмма, но ты предпочла запрыгнуть на этот тонущий ковчег к нам, — саркастически ухмыльнулась она, отщипнув тонкими пальцами кусочек от булочки. — Не представляю, как ты не вывихнула челюсть, улыбаясь Виоле, пока она щебетала о свадебных платьях. Но она оценила, да и я тоже.

— Мои чувства не имеют значения, — я отвела взгляд, надеясь не покраснеть.

Похоже, не быть мне актрисой.

— Не для Ская. Поговори с ним. Пусть знает, что от Виолы тоже ничего не зависит.

— Я просила его не обижать Виолу, но поговорю снова.

Впрочем, не представляла, как пройдёт наше общение после произошедшего вчера.

— Эмма, тебе два сообщения, — сообщил Септимус. — Валериус Ригор назначил время дачи показаний. Юлиан просит о встрече.

А я успела забыть, что день только начался и впереди много сложностей…

— Чудится мне, Ригор к тебе неравнодушен. Постоянно назначает свидания, — рассмеялась Гвинет, аккуратно снимая губами кусочек булочки с пальцев. — Он, кстати, свободен от рубинового дома и своего рода, входит в орден порядка, поэтому вполне может жениться на неблагородной, — и подмигнула.

— Ригор? — смутилась я, воссоздавая в мыслях образ язвительного безопасника с цветами в руках. — Ни за что на свете! — и помотала головой, пытаясь развеять глупое виде́ние.

— А зря. Он умён, красив, при деньгах, связях и возможностях.

— Могу вас познакомить, — закатила я глаза.

— Давай, — пожала она плечами. — Во сколько там у тебя дача показаний?

— В три часа дня, — вместо меня ответил Септимус. — Что мне написать Юлиану, Эмма?

— Напиши, что я пробью ему пропуск на завтрашний вечер. Пусть возьмёт мечи, с которыми мы тренировались.

Так есть шанс его вспомнить. Либо окончательно убедиться в обмане.

— Мечи? У тебя своё странное свидание? — звонко рассмеялась Гвинет.

— Встреча с возможным родственником.

— Проткни его, пока не стал настоящим, — посоветовала она, мило улыбнувшись. — Так что насчёт устройства моего свидания?

— С радостью вас представлю.

— Что ему может понравиться?

— Рассказ про организованное тобой столкновение между мной и королями академии, — я отзеркалила ей улыбку.

— Похоже, он настоящий злодей. Мне нравится.

— Что ты задумала?

— Испорчу с ним репутацию. А то и мой жених страстно желает нашей встречи. Если организуешь мне знакомство с Ригором и дашь нам минут пятнадцать для общения наедине, буду твоей должницей.

— Я сделаю это и так, вы с Виолой много мне помогали, — напомнила я, подняв руку, когда заметила, что Эмбер упорхнула к своему столу, напоследок отдавив Брайсу ногу.

Кривя губы в злом оскале, он направился к нам. Чувствую, оба свидания пройдут занятно: и Брайса с Эмбер, и Валериуса с Гвинет.

/Эмма Марс/

— И как?

Я выскользнула из коридора, преграждая дорогу Гвинет. Как и обещала, дала ей пятнадцать минут на общение с Ригором в его кабинете. Наверняка играла внезапное желание сбе́гать в карету за книгой не особо хорошо, но надеялась, что это не помешало планам моей обсидиановой подруги.

— Он сволочь, — заключила она, стирая помаду с подбородка.

Да и выглядела странно-помятой. Неужели…

— Он тебя обидел? — встревожилась я.

— Нет, мы договорились, — просияла она, внезапно приблизившись ко мне, и порывисто обняла. — Спасибо. Возможно, ты спасла меня от брака с придурком. Ради этого я готова потерпеть общение со сволочью.

— Может, найти нормального? — предложила я, отстраняясь от девушки.

Гвинет редко говорит о себе и предпочитает облачать в иронию даже ужасные ситуации.

— Где бы такого найти? — закатила она глаза. — Ладно, я жду внизу. Потом можно заехать в кондитерскую, купить любимые пирожные Виолы и засесть у неё.

— Отличный план.

Воодушевление Гвинет передалось и мне, в кабинет Ригора я входила с улыбкой на губах. Правда, она сползла, стоило рассмотреть следы царапин на скуле безопасника. Да и чёрный в широкую алую полоску костюм выглядел помятым.

— Любопытная у вас подруга, мисс Марс, — протянул он, медленным взмахом руки указывая мне на кресло напротив его письменного стола. — Жаль, вы не познакомили нас раньше.

— Не думала, что вам будет интересно. Вы создаёте впечатление трудоголика, — развела я руками в стороны, занимая предложенное место, и положила на стол книгу, что он когда-то одолжил мне.

Удивительно, но чувствовала себя вполне свободно в его кабинете. Да и дымный аромат Ригора больше не вызывал прошлого ощущения опасности, лишь настороженность.

— Нет, я интересуюсь женщинами. Иногда. Когда они того стоят, — широко улыбнулся он, демонстрируя острые клыки. — Но дел у меня действительно много, поэтому начнём.

Допрос прошёл довольно мягко. Я заранее записала показания на бумагу, а теперь пересказала события прошедшего дня под запись артефакта. Валериус сверился с данными, задал несколько вопросов и ответил на мои.

Валианта Ройса исключили из ордена милосердия. Теперь ему грозил серьёзный срок в два десятка лет и конфискация имущества в пользу пострадавших. Лекарю Альдосу Вифту тоже предстояло лишиться имущества, места в ордене и переехать на десять лет в тюрьму. Но разбирательства продолжались, в их ходе выявлялись другие подельники и посетители несчастных девушек. Так же выяснилось, что вторая попытка похищения, которую Скай предотвратил с помощью необычного меча, тоже исходила от Ройса. Судя по всему, теперь я могла опасаться только действий пропавшего без вести ректора Люмирекса.

— Если, конечно, он действительно сбежал сам, и его не похитили, — высказал неприятную версию Ригор. — Пока что никаких следов и зацепок.

— Может, выяснили, что с его охраной? — уточнила я.

— Похоже, это проявление смерти в этом мире, — потемнел он лицом.

— В каком смысле? — насторожилась я.

— Случилось ещё несколько смертей, одна от старости. И во всех случаях тела покрывались самоцветной оболочкой.

— Верится с трудом.

— Думаю, этот мир ещё не раз нас удивит, — отозвался он сумрачно, словно в отражении его ожидания худшего.

На этом наша беседа завершилась. Но перед уходом я задержалась в дверях, чтобы задать ещё один волнующий меня вопрос.

— Мистер Ригор, тесты на родство могли подделать?

— Сомневаетесь, мисс Марс? — хищно ухмыльнулся он, но я предпочла помолчать в ожидании ответа. — Я проводил параллельно два теста на такой случай, один из них через подставное лицо и независимого специалиста. Оба теста подтвердили родство. В чете Кроули и в Юлиане течёт ваша кровь.

— Наверное, наоборот.

— Да, оговорился, — усмехнулся он. — Больше не приводите ко мне девушек в середине рабочего дня. Лучше в таких случаях переносите нашу встречу на вечер. Мне же ещё работать, — и подмигнул.

— Буду иметь в виду, мистер Ригор, — не знаю, как удержалась от закатывания глаз.

Гвинет права, он не самый лучший представитель расы. И в чём-то действительно сволочь, если после близкого общения с одной девушкой говорит о встречах с другими.

— Кстати, желаете взять новую книгу на чтение? — полюбопытствовал он.

— Их достаточно в академии. Но спасибо. До встречи, мистер Ригор.

— Надеюсь, события вокруг вас утихнут, и она наступит не скоро, мисс Марс.

— Я тоже.

Гвинет ожидала меня внизу. А на улице ждала её карета с двумя телохранителями. Приходилось перемещаться при охране, иначе бы Брайс никуда меня не отпустил. К счастью, выход в город обошёлся без происшествий. Мы купили пирожные, вернулись в академию и устроили в комнате Виолы небольшой девичник. Делали макияж, примеряли наряды, слушали музыку и ели сладкое. Изумрудная повеселела, да и Гвинет сегодня была необычно смешлива. Так что к себе я вернулась в хорошем расположении духа.

А вечером снова напомнил о себе Скай, только на этот раз связался со мной по артефакту. Я в тот момент сидела за учебником, но сразу оторвалась от чтения.

— Решил, что снова сорвусь, если зайду к тебе, поэтому звоню, — сообщил он мягким тоном.

— Да, есть такой риск, — согласилась я сухо.

Не знала предпосылок вечернего визита Ская, потому боялась, что он пришёл ради ночи без обязательств, да и злилась на себя, ведь собиралась ему позволить. Впрочем, я на тот момент и вовсе не соображала.

— Эмма, я хотел попросить прощения. Понимаю, как это выглядит, но вчера я лишь хотел увидеть тебя. Не думал, что… так далеко зайдёт.

— Я тоже, — признала, нервно сжав карандаш в ладони.

— Как ты, Эмма? Сегодня легче?

— Намного, — кивнула я, хоть в этом и не было смысла, ведь разговор проходил без трансляции изображения.

— Я рад. Кстати, по поводу твоей просьбы. Леонард достал мне список пассажиров восьмого ковчега. Леон, Илона, Юлиан и Амалия Кроули числятся в списке. Но в списке членов ордена добытчиков только Леон, Илона и Юлиан. Возможно, тебя либо не включили, либо перенесли твои прошлые данные на новое имя. С точки зрения документов всё в порядке.

— Понятно. Спасибо, Скай.

— Да не за что. И пусть с запозданием, Лик хороший парень, можешь с ним дружить, — выдал он с улыбкой в голосе, и мы рассмеялись.

А ведь всего месяц назад он действительно перебирал моих знакомых и требовал подружиться с самой тихой девочкой академии. Как с тех пор запутались наши жизни.

— Чем занимаешься? — спросил Скай.

Он не хотел завершать наш разговор, я тоже, и мы продолжили болтать обо всём на свете. На улице окончательно стемнело. Я развалилась на кровати, смеясь над шутками Ская. Проблемы забылись, сложности отдалились, даже боль в шишке на затылке ушла. Было хорошо и спокойно. Казалось, можно лежать так вечность и слушать голос Ская. Но вечность бы не вышло.

Дверь распахнулась, являя взъерошенного и пышущего жаром негодования Брайса.

— Как прошло свидание? — поинтересовалась я, присматриваясь к дырам на его чёрной рубашке и протянувшейся по подбородку полоске крови.

— Ужасно. И Эмбер бесит. Хочу её, — заключил он, захлопывая за собой дверь. — Я останусь у тебя, — сообщил он, прежде чем скрыться в душевой.

А из артефакта связи послышался взволнованный голос Эмбер:

— Придушить его мало! Гадёныш мне новое платье порвал!

— Пока, Эмма, и сладких снов, — смеясь, попрощался Скай.

— Пока. Сладких снов, Скай, — отозвалась я с улыбкой.

Хоть один вечер завершился мирно. По крайней мере, у нас со Скаем.

/Брайс Крауден/

Ранее этим же днём.

Эмбер открыла мне дверь своей комнаты не сразу, сначала помусолила десять минут и вынудила приняться звонить ей на версо. И только потом вышла. Но все готовые сорваться с уст уколы оборвались, стоило рассмотреть надетое на неё чёрное шёлковое платье. Под горло с длинными рукавами, оно облегало стройную фигуру и расходилось в подоле глубоким разрезом, обнажая длинные ноги.

— Ладно, ради такого я готов ждать, — заключил, поднимая взгляд от приятной груди к лицу рубиновой принцессы, на котором обозначилась мина скепсиса.

Наверное, стоило сначала смотреть в глаза, а потом оценивать всё остальное.

— Ну что, красотка, готова к лучшему свиданию в своей жизни? — пытаясь исправиться, протянул ей букет.

— Лучшее свидание в моей жизни уже случалось, посмотрим, потянешь ли ты заданную планку.

Приняв букет, она покрутила его в руках, оценила качество декоративного пергамента, принюхалась к цветам, после чего бросила его через плечо в свою комнату и захлопнула дверь.

— Цветы не очень. В следующий раз старайся лучше, Брайс, — она вручила мне свой плащ и развернулась ко мне спиной. Как оказалось, ткань платья сзади до талии полупрозрачная. — Ты долго? — поторопила она меня.

Опомнившись, я расправил плащ и помог Эмбер его надеть.

— Плохо, Брайс, очень плохо, — взмахнув волнами волос, она вручила мне свою сумочку и двинулась в сторону лифта.

А я пребывал в таком шоке от неприкрытой грубости рубиновой принцессы, что не смог даже разозлиться. Девушки так со мной ещё не общались. Это что-то новое, но вряд ли интересное. Скорее, унизительное.

— С кем ты ходила на свидание до меня? Только со Скаем? — я обогнал её и нажал кнопку лифта.

— Да, со Скаем, — она скривила выкрашенные алой помадой губы в усмешке. — Рассказать, как тогда было чудесно?

— Обойдусь, — я указал ей на открывшуюся кабину лифта.

Она вскинула свой острый носик и вошла внутрь. Я скользнул следом за ней.

Конечно, предполагал после утреннего столкновения, что свидание пройдёт сложно, но явно не осознавал масштабов. Я выполнил все требования Эмбер по транспорту, выбору ресторана, столику, предварительному заказу блюд, музыке и подаркам. Она раскритиковала абсолютно всё и потом перекинулась на мой внешний облик…

— Хоть бы костюм подобрал получше, — упрекнула она, активно кромсая кусок мяса ножом.

Выбрала стейк средней прожарки, с кровью.

— Мне казалось, ты напилась моей… — протянул я.

— Что?

— Говорю, ты не напилась моей кровью? — я указал на её еду.

— Твоя слишком пресная, — отбила она, аккуратно подхватывая кровавый кусочек мяса алыми губами.

Наверное, я извращенец, но это выглядело соблазнительно. Если бы при своих внешних данных Эмбер молчала, цены бы ей не было.

— И что с твоей причёской? — она указала вилкой на мою голову. — Не мог причесаться? Посмотри на Ская. Он всегда выглядит идеально.

— Предпочитаю творческий беспорядок, — огрызнулся я.

Эмбер не забывала напоминать, что я в подмётки не гожусь алмазному принцу.

— Я займусь твоим гардеробом. И внешним видом тоже. Да и твоё окружение нужно прошерстить.

— Чего? — опешил я.

— Ты хочешь войти в правящий род рубинового дома.

— И туда не пустят парня с творческим беспорядком на голове?

— Туда вообще не пускают таких, как ты, но твой папаша постарался.

— А ты бесишься, что приходится подчиняться? — усмехнулся я, хотя совершенно не чувствовал веселья. — Они приказали, и вот ты на свидании с неприятным тебе мужчиной. Что дальше? Прикажут выйти за меня и лечь со мной в постель. И ты снова…

— Консумации не требуется, Брайс, — цыкнула она, вонзая вилку в очередной кровавый кусок.

— Что? — опешил я.

— Никто не будет вытаскивать бельё и проверять. Все сферы и вовсе предполагают, что мы провели вместе ночь. Брачный договор не обязывает меня с тобой спать. Это лишь политический ход.

— Тогда я умываю руки, — сообщил, поднимаясь из-за стола.

— В каком смысле? — растерялась она.

— Если думаешь, что я ночами не спал и мечтал о браке, то ты ошибаешься. Я не хочу жениться. Даже на принцессе. Отец, конечно, настаивает, и я готов был это принять, потерпеть твоё поведение ради твоего тела. Но раз мне ничего не перепадёт, я умываю руки, — сообщил, разворачиваясь к выходу из кабинки.

— От нашего решения ничего не зависит, если забыл, — пренебрежительным тоном напомнила она.

— Тем более. Можно не общаться до свадьбы.

— До помолвки, Брайс, — фыркнула она. — Значит, бросишь меня здесь?

— Я оплачу твой ужин.

— Слабак, как я и думала, — протянула она почти неслышно.

— Что ты сказала? — я остановился в проходе и посмотрел на неё из-за плеча.

Она прямо встретила мой взгляд и растянула на губах ленивую улыбку.

— Говорю, ты слабак, Брайс. Небольшое сопротивление, и ты готов… как ты там сказал, умыть руки? Не попытаться пересилить моё неприятие, не заставить меня изменить решение по поводу наших дальнейших отношений, а просто уйти. Без борьбы. Кстати, почему ты ещё здесь? — поинтересовалась невинным тоном, забрасывая в рот новый кусочек мяса, и принялась медленно жевать, пока я внутренне зверел. Алые глаза принцессы улыбались и одновременно бросали вызов. — Запомни, Брайс, я не одна из тех девчонок, что готовы заглядывать тебе в рот и терпеть пренебрежение ради подарков и денег. Я принцесса рубинового дома. У меня есть всё, намного больше, чем вы с отцом можете мне дать. Ты можешь получить меня в супруги на бумаге, но получить меня настоящей женой в свою жизнь и постель будет непросто.

— Но возможно? — коротко выдохнув, я прошёл обратно к столу.

— Кто знает? — пожала она точёными плечами, отодвигая от себя тарелку, и пригубила бокал с вином. — Если будешь меня слушать, станешь достойным принцем рубинового дома. Ты же этого хочешь?

— Я уже сказал, хочу тебя.

Глаза девушки расширились в лёгком удивлении, но вновь стали лукавыми.

— Тогда попробуй получить, — она сделала ещё глоток вина и отставила бокал. — Я поела. Отвези меня в академию, — приказала, поднимаясь из-за стола.

— Поехали, — выдохнул я, силой воли подавляя ярость.

Если не сорву с этих губ хотя бы один поцелуй, точно её придушу.

Мы покинули ресторан и вернулись в карету. Кажется, Эмбер надоело меня критиковать, и весь путь она смотрела в окно. Наверное, так бы без слов и упорхнула от меня, когда мы остановились возле ворот академии, но я удержал её за руку, не позволяя сбежать.

— Что ты ещё хочешь, Брайс? — поморщилась она.

— Хорошие свидания завершаются поцелуями, принцесса, — пояснил я, потянув её на себя.

— Если не заметил, это было плохое свидание.

— Для меня хорошее. Я впервые на свидании с настоящей принцессой, — подхватив её за талию, я привлёк опешившую Эмбер к груди.

— Нет, Брайс, — произнесла она твёрдо.

Но я только усмехнулся в ответ на её протест. Пальцы скользнули в шелковистые волосы девушки, сжали их у корней. Под злое шипение Эмбер я впился в скривившиеся в оскале алые губы. Сразу стиснул тонкую талию, со стоном втянул носом пряный аромат её кожи, и тут же отпрянул, ощутив острую боль. По подбородку пробежала горячая струйка крови.

— Немедленно отпусти! — Эмбер ударила меня ладонями по груди, опаляя жаром своего пламени.

Но ярче горела в ней ярость. Такая яркая, сводящая с ума. Резерв отзывался на неё, закипал, готовый вновь вырваться за свои пределы. И мне хотелось больше, распалить принцессу, разозлить настолько, что она потеряет над собой контроль и… напитает меня.

Странные мысли…

— Ты просто огонь, принцесса, — рассмеялся я, вновь притягивая её к себе. — Не понимаю, как Скай себя сдерживал рядом с тобой. Я вот не в состоянии.

— Прекрати! — прорычала она, пытаясь вырваться.

— Ты такая горячая, соблазнительная. Как здесь прекратить? — прохрипел я, вновь впиваясь в нежные губы поцелуем.

На этот раз грубо, жадно и бескомпромиссно. Только тогда Эмбер затихла, не в состоянии мне сопротивляться. Но мне было мало её растерянного согласия, мало её губ, мало её тихой ярости, и я рванул ворот платья, оголяя изящное плечо. Алый взгляд принцессы опалил бешенством, поднимая градус моего возбуждения. И я прильнул губами к обнажившейся коже, провёл по ней языком, впился зубами.

— Отпусти! — прошипела Эмбер, вновь толкая меня в грудь.

На этот раз на мне загорелась рубашка, и пришлось выпустить красотку из рук, чтобы сбить пламя.

— Сволочь! — как только получила свободу, Эмбер наградила меня пощёчиной и вылетела прочь из кареты.

Горячо. Во всех смыслах.

/Эмма Марс/

— Заходи, — я толкнула дверь зала тренировок и первая вошла в помещение.

Вспыхнул свет. Нам предстал небольшой зал с расположенным вдоль стен на подставках тренировочным оружием и полом с мягким покрытием. Окна находились под самым потолком и были зарешёчены. В комнатушке за тонкой перегородкой имелась и раздевалка, но мы с Юлианом пришли сразу в удобных для тренировки костюмах.

— Ами, ты уверена, что нашу встречу нужно проводить именно так?

Юлиан мельком осмотрел помещение и сосредоточил внимательный взгляд чёрных глаз на мне.

— Да. Воспоминания накатывали в волнительные моменты и чаще всего касались тренировок. Думаю, так я смогу вспомнить.

— Ну ладно, если это может помочь, давай попробуем, конечно, — мимолётно поджав тонкие губы, он извлёк из чехла два потрёпанных временем деревянных меча и один бросил мне.

Я неловко поймала его и взвесила в руке, не испытывая ни толики узнавания. Но это может измениться, как только начнём бой.

— Пожалуйста, осторожно, Ами, — Юлиан отбросил чехол на скамью у входа и двинулся в центр зала, взмахивая мечом, чтобы размять руки.

Я направилась за ним, принявшись копировать его движения. И когда обернулся ко мне, Юлиан улыбнулся моим неуклюжим движениям. Стало неловко.

— Начнём, — он направился ко мне, нанося прямой удар сверху.

Я неумело отбила оружие, и в тот же миг меня перенесло мыслями на открытую круговую площадку с возвышающимися по её периметру столбами. Меч пел в моих руках, пока я перемещалась с ним, повторяя заученные сотнями тренировок движения.

Юлиан охнул, отступая от меня, когда мой меч налетел на его плечо. Реальность раздвоилась. Я вновь ринулась в атаку, но на этот раз мой противник собрался. По помещению разлились глухие звуки ударов, пока тренировочное оружие сталкивалось и отталкивалось. Но всё закончилось быстро. Я попыталась ударить ногой, опершись на меч, да только приём из прошлого не сработал в настоящем.

— Ами! — воскликнул встревоженно Юлиан, когда я распласталась перед ним на полу. — Ты в порядке?

— Да, — потирая ушибленное бедро, я поднялась на ноги. — Ещё раз.

— Хорошо, — недовольно выдохнул он.

И реальность снова подёрнулась треском рушащейся стены ментального блока, да только каждая попытка обрывалась моими падениями. Я не понимала, почему приёмы из прошлого не работают, бесилась, шипела из-за ушибов, и по итогу в какой-то момент подвернула ногу.

— Ты как?

— Плохо, — просипела я, при его помощи поднимаясь с пола.

Щиколотка болела, и стало ясным, что на этом наша тренировка завершилась.

— Нужно идти в госпиталь, — посетовал Юлиан.

— В академии есть лазарет, — напомнила ему, разворачиваясь к двери, и чуть не вскрикнула от неожиданности, когда увидела в проходе тёмную фигуру.

Это оказался Тристан. Он стоял, опершись плечом на косяк и скрестив руки на груди. На его лице обозначилась задумчивая мина.

— Тристан, что ты здесь делаешь? — удивилась я.

— Мимо проходил, — хмыкнул он, отталкиваясь плечом от косяка, после чего стремительно отвернулся от нас и выскользнул в коридор.

— Тристан? Тристан Вердис, младший принц нефритовой сферы? — уточнил восторженно Юлиан.

— Он, — поморщилась я.

— Ты с ним знакома?

— Мы с ним… в плохих отношениях, — расплывчато отозвалась я.

По сути, мы с Тристаном лишь облили друг друга супом, остальное было проделками Гвинет. Пусть правда раскрылась, это не сделало нас с нефритовым друзьями. Он участвовал в моём спасении, но шёл за другом, и его отношение ко мне не изменилось.

— С принцами лучше не враждовать, Ами, — назидательно посоветовал Юлиан.

«С принцами вообще много чего лучше не делать», — подумала я про себя ворчливо, но «брату» только кивнула. Тренировка не помогла с воспоминаниями, лишь создала новую неприятность.

Юлиан помог мне добраться до лазарета. К счастью, обошлось без серьёзных травм, я заработала лишь растяжение связок, которое к завтрашнему дню при поддержке заклинания и мази должно было зажить. Время действия пропуска Юлиана завершалось, он бы не смог проводить меня до комнаты, но появился внезапный помощник… в лице Ская.

Алмазный связался со мной по артефакту, как и вчера, чтобы пообщаться. А как узнал о моей проблеме, пообещал прийти. Признаться, я серьёзно взволновалась. В прошлый раз при личном общении мы чуть не перебрались в мою кровать. Давление связи в присутствии Ская становилось почти невыносимым, но и отказаться от встречи я не смогла, ведь на самом деле хотела его увидеть.

Скай принёсся через десять минут, познакомился с Юлианом и отправился общаться с лекарем о моём состоянии. Его забота и смущала, и радовала. Ему было не всё равно.

— Сначала нефритовый принц, теперь алмазный, — шокированно перечислил Юлиан. — Ну и знакомые у тебя, Амалия.

Я каждый раз вздрагивала, когда он обращался ко мне по этому имени.

— Да, непростые знакомые, — согласилась я. — Ты можешь доверить меня Скаю. Иди, Юлиан.

— Когда мы снова увидимся?

— Я могу пробить тебе пропуск дня через четыре. Как раз ушибы сойдут.

— Зачем же снова травмироваться? Приходи домой, мама приготовит ужин. В общении больше шансов вспомнить. Пожалуйста, Амалия.

— Я… не уверена, — призналась честно. — Да и мне не рекомендуют покидать академию одной.

— Приходи не одна. Главное, приди, Амалия, — попросил он.

— Хорошо. Я буду с другом, — согласилась, мимолётно прикрыв глаза.

Идти навстречу прошлому сложно, но это необходимые шаги.

— Будем ждать тебя, Ами, — Юлиан порывисто сжал мою руку и светло улыбнулся подошедшему Скаю. — Позаботьтесь о ней, прошу.

— Конечно, — ровно ответил алмазный.

Юлиан ушёл. И стоило ему покинуть помещение, как Скай подступил ко мне, нагнулся и поднял меня на руки. Я лишь успела придушенно охнуть.

— Думаю, это не лучшая идея, — прошелестела, опуская голову и дыша через раз.

— Лекарь сказал не нагружать ногу.

Скай тоже был далеко не так спокоен, как пытался показать. В серебряной радужке глаз искрилась магия. Крылья носа трепетали, отзываясь на его учащённое дыхание.

— Наверное, мне нужно было попросить Брайса.

— Но здесь я, — протянул он, направляясь на выход. — Юлиан выглядит дружелюбным и искренне встревоженным за тебя.

— Да. Выглядит, — не стала я спорить.

— Но…

— Но я не помню его. Думала, вспомню на тренировке, но не помогло.

— Не торопись, Эмма. Не нужно себя заставлять. Сближение должно проходить естественно, иначе ты лишь укрепишь ментальные блоки, а не ослабишь их.

— Да, я читала. Ментальная магия сложна и туманна.

— Сначала надо изучить теорию стихийной магии.

— Этим и занимаюсь.

Скай вышел на улицу и неспешно двинулся по дорожке. Если по пути кто-то и встречался, мы оба не обращали внимания, увлечённые разговором. Мы болтали весь путь до своего этажа, а здесь Скай отнёс меня к подоконнику, посадил, и наш разговор продолжился. Если бы Брайс не начал названивать мне на версо, не представляю, как бы мы нашли в себе силы прерваться.

— Он снова у тебя? — угрюмо спросил Скай.

— Да… Он плохо спит, и мне с ним спокойнее после… похищения.

— Брайс не пристаёт? — уточнил он строго.

— Нет, мы друзья, — покачала я головой. — Думаю, я бы и не смогла с кем-то, кроме тебя, — призналась грустно.

— А я уверен, что не смогу быть ни с кем другим, — ответил он внезапно нежным голосом, а моё сердце в этот момент готово было остановиться от обуревающих меня чувств. Это признание или констатация неприятного факта? — Может, сходим куда-нибудь? — предложил он, вновь подхватывая меня на руки.

— В каком смысле? — я перекинула руку через его плечи и жадно потянула носом ураганный аромат его волос.

— Не провоцируй меня, Эмма, — сконфуженно усмехнулся он

— Ой, — я отстранилась, только сейчас поняв, что сделала. — Прости.

— Ничего, я понимаю. Тоже хочу… тебя всю обнюхать, — Скай хищно улыбнулся, а я вспыхнула, прекрасно осознавая, что его желания не ограничиваются моим запахом. — Предлагаю прогуляться вместе, так же поболтать. Можно пойти в ту кофейню, поесть сладкое. Что скажешь?

Что сказать? Я готова нестись прямо сейчас, только не всё так просто.

— Скай… но как же Виола, общение с ней?

— Я хочу пойти на свидание с тобой, Эмма? — произнёс он твёрдо. — А ты?

Свидание… Это не просто встреча.

— Тоже хочу.

— Значит, договорились, — мимолётно прихватив мои губы в поцелуе, он прошёл к моей двери и постучался.

Нам открыл недовольный Брайс. Наверное, хотел сразу отчитать меня за позднее возвращение, но замолк. Его лицо вытянулось от удивления.

— Эмма повредила ногу на тренировке с братом. Проследи, чтобы она не перенапрягалась, — сообщил Скай, вручая меня из рук в руки Брайсу.

Я не знала, краснеть мне или хохотать.

Скай ушёл, а Брайс утащил меня на кровать, и там устроил настоящий допрос. Показалось, даже при разговоре с Ригором я так не напрягалась. Искренняя забота друга трогала, но и смущала назидательным настроем. После потери памяти мне приходилось решать за себя само́й, и лишь временами отчитываться перед Скаем, потому я не знала, как реагировать на покровительственное отношение Брайса.

— Если потащит тебя в ресторан на первом этаже гостиницы, не соглашайся. А если сразу предложит пойти в гостиницу, врежь ему. Хотя нет, позвони мне, — принялся он меня инструктировать.

— Брайс, по-моему, тебе пора вернуться к себе, — я с намёком указала ему на дверь.

— Попробуй выгнать, — лучезарно улыбнулся он.

Нет, я, конечно, попробовала, но Брайс по итогу оказался сильнее, хитрее и вообще тяжёлым. Так что началась наша очередная совместная ночь. Но сегодня его вновь мучили кошмары. Он горел, метался, судорожно сжимал кулаки и ругался сквозь стиснутые зубы.

— Брайс, очнись! Брайс, это кошмар!

Я почти пятнадцать минут тормошила его, прежде чем он приоткрыл глаза. Алые радужки пылали огнём в полутьме помещения.

— Эмма… прости, — прохрипел он.

— Что тебе снилось?

— Магна… — он скрипнул зубами от злости. — Придумать ей имя, видеть её ночами… Это ненормально, я схожу с ума. Наверное… мне нужно обратиться к менталисту.

— Ты не сходишь с ума. Не уверена, но это её настоящее имя, Брайс. Кажется, мы с ней встречались… Я будто вспомнила её, когда ты назвал её имя.

Точнее, меня унесло в очередное видение из моего возможного прошлого.

«Магна, прошу, выслушай меня», — молила я, силясь подняться с земли.

«Я пришла не слушать, а выполнить приказ», — сообщила она, замахиваясь мечом, и наступила темнота.

— Встречала? Так её на самом деле зовут Магна? Кто она? — взволнованно задал он вопросы, стискивая мои плечи пальцами.

Ещё немного и нанесёт ожог, настолько он был горячим.

— Я не знаю, Брайс. Но, думаю, она не зря говорит про свою силу. Это один из законов нового мира.

— Что за закон?

— Убивший бога забирает его силу. Мне неизвестно, что это значит, сомневаюсь в существовании богов, но, думаю, передача силы через убийство возможна. Ты убил Магну и, возможно, перетягиваешь на себя её магию.

— Знаешь… может, тебе тоже к менталисту? — было темно, но, уверена, сейчас он криво ухмылялся.

— Очень смешно, Брайс, — проворчала я.

Особенно с учётом того, что блоки никого не пустят в мою голову. Ректор уже пытался.

— Что это за закон? Откуда тебе про него известно? И… хотя догадываюсь, ты же общалась со всезнайками из ордена просветлённых и гостила в древнем городе.

— Да, именно тогда и услышала. Но мне неизвестно, что это значит. Зато ощущение, будто законы мира становятся сильнее.

— Ты про кристаллизацию тела после смерти? Да, жутко, — признал он. — И есть закон с передачей силы бога. Думаешь, она была богиней? Эта Магна?

— Не знаю. Но уж точно не была обычной драконицей. Возможно, благодаря мечу. Это сильный артефакт.

— Мечи делают богами?

— Не знаю, Брайс, — придушенно рассмеялась я. — Ничего не знаю, но решила рассказать про Магну, чтобы ты не считал себя сумасшедшим.

— А ведь тогда в бою со Скаем мой резерв разорвало. Я должен был выгореть, а обнаружил, что мои силы возросли в два раза. Кстати, а откуда у Ская тот меч? Хотя нет, не говори. Меньше знаю, меньше можно из меня выбить, — покачал он головой.

— Выбить? Что ты такое говоришь? — встревожилась я.

— Вызнать, Эмма, вызнать. Я оговорился, — он притянул меня к груди и громко потянул носом запах у моей макушки. — Давай спать. Ты меня успокоила, Эмма.

А ты меня напугал…

На следующий день мне внезапно пришло направление на отработку. То ли ректор решил, что опасность для моей жизни миновала, то ли больше не мог игнорировать правила академии в моём отношении.

— Отец наверняка постарался, — высказал своё предположение Брайс, демонстрируя экран версо с его направлением на отработку.

Нам предстояло отправиться в главный храм Тектона.

— Это же хорошо, мы будем вместе. И ты говорил, что я буду проходить отработку по нуждам ордена.

— Да. Только вдруг отправляют нас двоих и сразу в храм Тектона под бок глав ордена, — он отбросил версо на стол, но артефакту это явно не понравилось.

— Брайс, аккуратнее со мной, — проворчал мужской голос.

— Прости, Питер. Всё забываю, каким ты стал нежным.

— Ты подружился со своим версо? — обрадовалась я.

— Ага, он вдруг стал болтливым и заботливым, — Брайс махнул рукой на свой артефакт. — У знакомых, кстати, таких проблем нет. Это странно.

— Да? Я думала, это нормально.

— Нет, Эмма, не нормально. Но да ладно, мы говорили об ордене. Постарайся держаться от моего отца подальше, хорошо?

— Хорошо.

И я честно планировала избегать Моргана Краудена, но не вышло, наша встреча состоялась, стоило мне остаться одной в зале для молитв. Здесь, естественно, ничего не изменилось со дня моей присяги. Над алтарём возвышалась статуя бога Тектона. Перед ним располагались каменные скамейки. Мне поручили собрать догоревшие свечи и, если понадобится, соскоблить воск. Работа лёгкая, справился бы даже ребёнок, но мне, видимо, не рискнули поручать что-то более серьёзное. Брайса же отправили в архив, проводить ревизию.

— Свечи… — Морган Крауден неспешно вошёл в зал. — Гарь, воск, вонь и… традиция, — ухмыльнулся он, двинувшись между рядов скамеек.

Как и в прошлую нашу встречу он предстал в чёрной робе. На его шее висел грубый медальон в виде наковальни. Синие волосы были собраны в тугой хвост.

— Добрый день, мистер Крауден, — я обернулась к нему от алтаря со скребком в руках. — По-моему, свечи приятно пахнут.

— Я ими дышу слишком много лет, — он остановился в трёх метрах от алтаря и склонил голову, прикрыв глаза.

Мне стало неловко из-за наступившего молчания. Сама я лишь полюбовалась грубой статуей и не попыталась как-то поприветствовать покровителя ордена.

— Брайс попал в неприятности, — проговорил Морган, распахнув глаза.

Сердце сжалось в испуге.

— Что? Где он? Что случилось? — я порывисто подступила к мужчине, ожидая ответов на мои вопросы.

— Не сегодня, мисс Марс, простите. Он столкнулся с алмазным принцем, ранил его. Говорят, ранение было серьёзным.

— А… вы про тот случай, — я погладила грудь, ловя пальцами беспокойные удары сердца. — Ская не ранило. Он лишь потерял сознание, — возразила, пытаясь собраться.

Нужно держаться официальной версии.

— Да, но скандал случился, — поджал он губы. — Мне радостно видеть, как вы переживаете за моего сына. Я волновался, когда начались переговоры с рубиновым домом о браке Брайса, но теперь вижу, что зря. Ваше сердце отдано другому дракону.

Интересно, он каждой фразой планирует сбивать стук моего сердца?

— Мы с Брайсом друзья, — отозвалась я, отступая от мужчины.

— Думаю, и он считает так же, — Крауден склонил голову к плечу, внимательно всматриваясь в мои глаза.

А я впервые отметила, что они с Брайсом похожи. Чертами лица и… манерой ведения допроса.

— Вы хороший друг, мисс Марс. — Взгляд сапфировых глаз мужчины потеплел. — Я спустился к вам. Хотел откровенно спросить о ваших ожиданиях от ордена.

— Я вступила в орден в поисках защиты, — пожала плечами, делая ещё два шага назад.

— Да. Но вскоре вам предстоит стать его полноценным членом. В какой роли вы себя видите? Быть может, вы ищете лёгких денег?

— В каком смысле? — напряжённо уточнила я.

— Многие красивые женщины предпочитают, чтобы мужчины их обеспечивали. Вы красивы, необычны. Ваше внимание может стоить дорого…

— Вы намекаете… — я приоткрыл рот от возмущения.

— Я вас не знаю, мисс Марс, — перебил он меня. — И спрашиваю откровенно, чтобы избежать долгих словесных пируэтов. Вижу, что моё предположение ошибочно. Ещё женщины часто выбирают работу с документами, в уютном кабинете, чтобы рядом находились приятные коллеги, что разделяют их интересы.

— Вряд ли это для меня.

И почему-то вспомнилась поездка под дождём к древнему городу. Восторг от простора вокруг, свежесть воздуха и влаги, бьющей по лицу.

— Я бы хотела работать за пределами сфер, возможно, заниматься поисками, исследованиями, защитой.

— Планируете обучаться по боевому направлению или память подсказывает вам решение?

— Первое, — соврала я.

— Что ж, за пределами сфер опасно, там нужны сильные боевые маги. Да и внутри сфер не помешают. Вы сами подвергались нападениям. И не раз.

— Надеюсь, с арестом Ройса опасность для меня исчезнет.

— Мне жаль развеивать вашу наивность, но вы слишком близко к важным фигурам этого мира, чтобы опасность для вас исчезла. Брайс, Скай Стеллар, Эмбер Феррум и все, кого успели короновать в стенах академии. Вы слышали, что в народе их назвали мстителями Элизиума?

— Нет, не читала газеты, — призналась я, вновь ощущая, как сердце ускоряет свой ритм.

Наверное, он прав, пока в моём окружении принцы, принцессы и сын главы ордена добытчиков, моя жизнь будет полна событий, не всегда приятных. Может, Скай был прав, стоило вовремя отыскать самую тихую девочку академии и дружить только с ней. Впрочем, нет смысла жалеть, у меня сложные друзья, но и я сама далеко не проста.

— Тогда я сообщил вам первым. Принцы продемонстрировали силу, о них говорят в отрыве от их домов. Сомневаюсь, что не с их подачи. Никто из друзей не сообщал вам об уходе из рода?

— Нет, не сообщал, — поражённо отозвалась я. — Но короли академии мне не друзья, лишь Скай добр ко мне, потому что я пострадала по его вине.

— Если сообщат, не забудьте упомянуть свой орден.

— Конечно, мистер Крауден.

Неужели короли хотят покинуть род? А Скай? Может, поэтому он пригласил меня на свидание? Но насколько это опасно — уходить из-под покровительства дома? Почему Крауден заговорил об этом? Надо бы расспросить Брайса.

Морган ушёл, а я ещё долго пребывала под впечатлением, потому чуть не провалила даже такую простую работу, когда опрокинула подставку со свечами. Но вот обозначенное время отработки завершилось, я прошла в фойе и принялась ждать Брайса.

— Пошли отсюда, — рубиновый стремительным шагом вылетел из-за ближайшего коридора.

— Что с тобой случилось? — испугалась я, заметив алый синяк на его скуле. Потянулась было к лицу Брайсу, но он перехватил меня за руку и повёл за собой в сторону выхода. — Брайс, что?

— Эмма… — поморщился он.

— Ты обещал быть откровенным.

— Я не обещал, — огрызнулся он ожесточённо, но сразу же сдулся. — С отцом повздорил. Обычное дело.

— Из-за чего?

— Из-за того, что я с ним недостаточно откровенен, — он криво ухмыльнулся и поиграл задорно бровями, явно намекая на мою настойчивость. — Не хочу об этом говорить.

— Хорошо. Не будем, — согласилась я расстроенно, сжав его запястье рукой. — Я с тобой.

— Ты такая милая, — усмехнулся он, обняв меня за плечи, и потянул носом воздух у моей макушки. — Я говорил, что от тебя пахнет лилиями?

— Нет, — я подхватила прядь своих волос и принюхалась к ней.

Пахло обычно.

— Вот, говорю, — рассмеялся он. Как-то надсадно. Болезненно.

/Скай Стеллар/

— Спасибо, что согласился, Скай, — было первым, что произнесла Эмма, когда вышла ко мне в коридор из своей комнаты.

А я, признаться, не сразу разобрал слова, залюбовавшись её внешним видом. Большие глаза сияли серебром. Белоснежные волосы спадали на тонкие плечи, контрастируя с чёрным платьем на широких бретелях из струящейся ткани.

— Скай? — она провела пальцами по посеревшим от смущения щекам. — Это слишком?

— Нет. Так красиво, Эмма, — опомнившись, я приблизился, взял её за руку и притянул к своему лицу, чтобы оставить поцелуй на костяшках пальцев, вдохнуть аромат цветов и грозы и вложить в её ладонь подарок.

— Что это, Скай? — прошелестела она.

— Я решил, тебе будет неудобно ходить с букетом и вот, — пожал плечами, нехотя выпуская её руку.

Она распахнула ладонь. Серебряные глаза заискрились от радости, губы растянулись в улыбку.

— Красиво. Это мой первый подарок.

— Плохо. Будем это исправлять.

— Что? — опешила она.

— Количество подарков в твоей жизни, — я забрал брошь и приколол её к платью, стараясь не касаться кожи девушки.

Аромат Эммы бьёт по самоконтролю, лучше не создавать себе новых соблазнов. По крайней мере, пока рядом наши комнаты, в которых можно скрыться от посторонних глаз на долгие часы. Ох...

— Пойдём быстрее, — я взял Эмму за руку и потянул к лифту.

— Мы не торопимся, — она послушно последовала за мной, по пути поглаживая алмазные лепестки на платиновых цветоносах своего подарка. — Я и идти-то не хочу.

— Они твои родители.

Когда в обед связался с Эммой и предложил ей провести время вместе, она сообщила, что её пригласили на семейный ужин, но сразу же призналась в своих страхах. Естественно, я выразил желание её сопровождать, хотя и не удивился бы, если бы она успела пригласить Брайса. Но рубиновый, по её словам, сегодня пребывал не в самом лучшем расположении духа, и она не хотела его беспокоить. И так у нас появилась возможность провести весь вечер вместе. Много часов рядом с Эммой, вдали от академии и наших проблем. Давно я не ощущал такого воодушевления.

— Я их не помню, не знаю, — она опустила голову, входя передо мной в кабину лифта. — Они незнакомцы для меня. Я думала, вспомню брата. Но тренировка с Юлианом не помогла. В моих воспоминаниях кто-то другой. Не он.

— Возможно… возлюбленный? — предположил я сипло, хотя всё внутри сжималось от ярости просто от предположения, что она может любить кого-то другого и однажды вспомнит об этом.

Я желал царить в её жизни, и возвращение её прошлого пугало меня, постепенно склоняя к тому, чтобы уговорить Эмму отказаться от разрушения блоков.

— Не думаю, — нахмурилась она, стремительно разворачиваясь ко мне.

Подол платья всколыхнулся и мягко обхватил стройные ноги, облачённые в удобные ботинки на устойчивом каблуке. Дружба с Виолой и Гвинет не прошла даром, Эмма умела себя подать.

— И даже если так, какая разница теперь, когда связь сформирована? — она приблизилась и взяла меня за руку. — Мы никогда не сможем быть уверены в наших чувствах, но зато можем их принять, да, Скай?

— Да, — хрипло выдохнул я.

И если бы кабина лифта не открылась, в следующий миг уже обнимал бы Эмму и тянулся к сладким губам.

Она говорила то, о чём я размышлял последние дни. Бороться бессмысленно, да и больше нет сил. Тяга к Эмме стала частью меня. Но ведь дело не только в магической связи. Мне нравится общаться с Эммой, проводить с ней время, импонирует её отношение к жизни и к близким. Возможно, я убеждаю себя в этом на фоне тяги, но какая разница? Отпустив себя, мы обретём счастье. Разве это плохо?

— Ты не обязана общаться с родителями, если того не хочешь, — я крепче сжал руку Эммы и вывел девушку из лифта. — Если любят, они поймут, подождут, пока ты справишься с ментальными блоками. Всем известно, что это сложная магия.

— Я не хочу их обижать, — нахмурилась она. — Не знаю, любят ли, но вдруг пока ждут, перестанут любить.

— Я думал о том же, когда заключили соглашение сфер о моём заключении в академии, — признался, подняв взгляд к алеющему перед закатом самоцветному небу.

Как же хочется увидеть его настоящий цвет.

— Твои страхи ушли? — спросила она деликатно.

— В академии началась моя новая жизнь.

— И родители больше не нужны?

— Нужны. Но хотелось бы видеть их поддержкой, а не бременем, понимаешь?

— Понимаю. Брайс как-то сказал, что лучше быть сиротой.

— В его случае — может быть. Отец с ним жесток.

И не только с ним. Брайс ведь не сам опоил Эмбер, ему наверняка приказали. А отказывать Моргану Краудену опасно, даже если ты его сын. Лишь поэтому я сдержан в отношении Брайса после того, что он сделал с Эмбер.

— Но у тебя могут сложиться хорошие отношения с родителями, Эмма. Не смотри на наши примеры. Это аристократы несвободны.

— Надеюсь на это, — кивнула она.

Квартира четы Кроули находилась на окраине в не самом благополучном районе. Нет, дома были так же современны и обустроены, как в центре, просто постепенно здесь сформировался не самый законопослушный и обеспеченный контингент.

— Без меня сюда больше не приезжай, — наказал я Эмме, когда мы выбрались из кареты.

— Хорошо, Скай. Мне приятна твоя забота, — улыбнулась она, но настороженно оглядела детскую площадку, где к нам внимательно присматривались разношёрстые подростки, полукровки, судя по тусклым оттенкам волос и глаз.

— Ты со мной, не бойся, — я обнял её за плечи и повёл к нужному дому.

Мы поднялись на третий этаж, и нам открыл дверь приветливый обсидиановый дракон. Эмме он обрадовался, а вот моя личность вызвала в нём бледность.

— Заходите, — просипел он, спеша освободить проход.

— Это Леон Кроули, мой отец. А это мой друг Скай Стеллар, — представила меня Эмма.

Судя по сконфуженности в голосе, тоже осознала, как моё присутствие действует на простых драконов.

— Просто Скай, — попросил я, протягивая Леону руку.

— Скай, рад знакомству, — нервно отозвался он.

И видимо, мой отец решил, что Леону недостаточно впечатлений за вечер, поэтому решил со мной связаться.

— Скай, король Каэлан звонит, — сообщила Сера. — Мне сбросить ему сообщение?

— Нет, я отвечу.

Дам Леону время прийти в себя и подготовить супругу.

Эмма подхватила отца под локоть и повела его вглубь квартиры. А я окружил себя пологом тишины и ответил на вызов.

— Что происходит, Скай? — строго спросил отец, пропуская приветствия. Я хорошо его знал, потому видел: он в бешенстве. — Виола сообщила родителям, что ты отказался от дальнейших свиданий.

И она очень этому обрадовалась, хотя сначала пришла и сообщила о готовности подчиняться моим требованиям. Выглядела такой затравленной и напуганной, что хотелось её пожалеть и выдать платочек, но она бы посчитала это проявлением слабости и снова бы выпустила клыки, так что лишь получила отказ.

— Да, всё верно. Я не собираюсь жениться на Виоле.

— Ты должен был сначала посоветоваться со мной, Скай, — прищурил он в недовольстве серебряные глаза. — Ты же знаешь, брак выгоден Адамантии. Виола соответствует тебе по статусу.

— А ты со мной посоветовался, прежде чем назначить приём в честь помолвки? Или перед тем как отказать в помощи моей лучшей подруге из-за подставы? — хоть и пытался говорить ровно, но в голос прорвалось рычание.

Репутация Эмбер разрушена, брак со мной спас бы её от позора. Да, мы не любим друг друга, не испытываем даже влечения, но я готов был пойти на это ради неё. Впрочем, она делала вид, что только рада разрыву помолвки и скандалу. Вела себя как настоящая принцесса, держала лицо и улыбалась полному жизненному краху. Теперь ей приходилось играть в подготовку к браку с мужчиной, который её фактически изнасиловал.

— Ты знаешь, почему мы отказались от брака с Эмбер. В рубиновом доме неспокойно. Но речь о другом. Ты, выходит, обиделся и решил отомстить? Считаешь, это взрослый поступок? — отец пронзил меня осуждающим взглядом.

И что-то внутри сжалось, видимо, привычка подчиняться главе рода и королю.

— Да, считаю, что я достаточно отделился от семьи, чтобы принимать самостоятельные решения.

— Если снова заговоришь о браке с самородком…

— А что ты мне сделаешь, отец, если заговорю? — Я не бросал вызов, говорил устало, смирившись с предстоящими изменениями в моей устоявшейся жизни. — Как накажешь? Лишишь финансов? Представляешь, в академии они не нужны, форма есть, едой обеспечивают, остальное пресытилось. Отлучишь от рода? Так я давно пленник Элизиума и не твой подданный. Что ты можешь мне сделать?

И первое, и второе пугало во времена моего истинного студенчества. Я был младшим принцем, жившим своим статусом, привыкшим поддерживать семью и готовым преумножать её силу. Но академия заставила стать больше, чем просто принцем алмазного дома. Во мне появились амбиции, желания и… любовь к неподходящей мне по статусу девушке. Я устал от своего положения ещё до появления Эммы, а события вокруг неё расшевелили и заставили воспрянуть то, что мне приходилось подавлять: стремление к свободе, к самореализации, к себе настоящему.

— Ты собираешься уйти из семьи?

— Нет, я собираюсь выбрать себя. Можешь называть меня эгоистом, мне всё равно.

— Не обманывай себя, Скай. Ты готов отказаться от того, кто ты есть, от матери, отца, брата и сестры ради девушки, которую не знаешь. Чувства, к которой навязаны.

— Мои чувства настоящие, а Эмма замечательная девушка. Я намерен ухаживать за ней, как она того заслуживает, и сделать ей предложение. Мне бы не хотелось отказываться от семьи. Уверен, если и вы от меня не откажетесь и попытаетесь узнать Эмму, поймёте, почему я выбрал её.

— Я тебя услышал, сын. И разочарован.

Сеанс связи завершился. Слова отца звенели в мыслях, пока я шёл в гостиную, и затихли, стоило увидеть Эмму. Она прервала разговор с братом, сразу поднялась с дивана и направилась ко мне. Серебряные глаза смотрели с участием, словно она ощущала моё состояние. В окне за её спиной сияло закатное небо, пересечённое гранями самоцветного купола.

— Ты в порядке? — спросила Эмма, сжимая пальцами моё запястье.

— Буду в порядке. Скоро.

Ведь совсем скоро мы обретём свободу.

— Юлиан, рад новой встрече, — поприветствовал я поднявшегося с кресла брата Эммы и протянул ему руку.

— И я рад, принц Стеллар… то есть Скай, — усмехнулся он, сжимая мою ладонь.

Интересно, как долго меня будут называть принцем после моего ухода из алмазного дома?

— Ужин готов, — объявил Леон, входя в гостиную. — Можно садиться за стол.

Мы прошли на кухню, и здесь начался настоящий семейный ужин. Я давно не бывал на таком, чтобы без мельтешения слуг, при присутствии всех членов семьи, с шутками, смехом и тёплыми разговорами.

Отец посвятил всего себя спасению расы и устройству алмазных драконов на новом месте. Сначала поиски решений, потом строительство ковчегов и перемещение в новый мир, следом строительство Адамантии. Мама тоже большей частью находилась рядом с ним, но пыталась присутствовать и в жизнях детей. Брат готовился стать преемником отца, крутился вокруг него, усердно постигал науку. Сестра старалась быть на подхвате. Поэтому нам редко удавалось собраться. А там мне пришлось покинуть ставшие родными стены алмазного замка, и здесь мне пришлось взрослеть самостоятельно, без участия отца и матери. И в какой-то момент академия стала моим домом, а друзья — семьёй.

В семье Эммы на первый взгляд не было таких проблем. Леон и Илона рассказывали о детстве своих детей. Юлиан поддерживал разговор. Эмма сконфуженно улыбалась, но я чувствовал, общение не помогает ей вспомнить, наоборот, усиливает её неприятие. Потому она и пыталась пробиться в воспоминания с помощью тренировок.

Мы завершили с супом и мясом, перешли к торту, и тогда Эмма тоже решила перейти к сложным вопросам.

— Скажите, я подвергалась домогательствам или насилию? — спросила она прямо.

Раздался звон, когда Илона выронила ложку на тарелку с недоеденным куском торта.

— Что? Что ты такое говоришь? И почему так решила? — пролепетала она несчастным голосом.

— Эмма временами видит моменты из прошлого. И в них был намёк на насилие, — пояснил я.

Она говорила, что отомстила своему обидчику. Может, была в бегах, скрывалась за убийство?

— Нет, ничего такого, — покачал головой Леон. — Но… мы не знаем, что с тобой происходило последние два года. Ты оставила записку и ушла из дома, ничего не объяснив. Мы опасались худшего, искали тебя и нашли только сейчас.

— Выходит, за эти два года тебя… — Илона прикрыла рот рукой.

Пальцы её задрожали, из глаз брызнули слёзы.

— Значит, вы не знаете, — Эмма опустила потускневший взгляд к тарелке.

— Пожалуй, на этом закончим вечер. Спасибо за ужин, Илона, — я поднялся из-за стола и приблизился к Эмме. — Идём?

— Да, идём, Скай, — кивнула она, судорожно вцепившись в мою протянутую руку.

— Нам очень жаль, Амалия! — Илона подскочила со своего места. — Это наша вина. Мы не уследили.

— Не уходи, — растерянно попросил Юлиан.

— Пусть идёт. Видите же, ей сложно, — Леон смерил жену и сына строгим взглядом. — Мы будем ждать твоего возвращения, дочка.

— Спасибо, — прошелестела Эмма.

Мы неловко попрощались и покинули квартиру семьи Кроули. Весь путь до кареты Эмма молчала. Мне оставалось лишь держать её за руку и ждать, когда она соберётся с мыслями.

— В академию? — предположил я.

— А как же свидание? — вскинулась она.

— Я думал, ты хочешь побыть одна.

— Наоборот, с тобой спокойно, Скай. Не хочу расставаться.

— И мне с тобой хорошо, — улыбнулся я, обнимая её за плечи, и потянул носом пьянящий аромат грозы у её макушки.

Мы поехали в центр и там долго гуляли, а когда ужин в желудках немного улёгся, засели в кафе, где поели сладкое. И потом снова гуляли, болтали обо всём на свете, держались за руки, улыбались и смеялись, как самая обычная парочка. Но реальность временами стремилась пробиться в наше безмятежное свидание вспышками версо, тихими шепотками и попытками с нами заговорить или получить автограф. Спасение Эммы сделало из королей академии мстителей Элизиума. Понять бы, кто запустил эту идею в массы.

Но вот стемнело, нам с Эммой пришлось вернуться в академию, только мы ещё долго стояли у двери в её комнату и продолжали разговаривать. В тесном общении желания тела отступили, больше не сводили с ума и не сбивали с мыслей. Нет, я по-прежнему хотел Эмму, наслаждался её ароматом и был восхищён её красотой, но не до потери контроля. Мне нравилось находиться рядом с ней, нравилось слушать её голос и ловить улыбки.

— Брайс снова у тебя? — уточнил я, когда Септимус уведомил о приходе нового сообщения от рубинового.

— Судя по всему, — пожала она плечами. — Говорит, что плохо спит без меня.

— Я могу его выгнать, — предложил, не скрывая своего отношения.

Пусть понимал, что Эмма не станет спать с Брайсом и обманывать меня о формате их отношений, но рубиновый как раз мог начать приставать, хотя бы в сонном беспамятстве. И обязательно бы её напугал.

— Не хочу, чтобы вы ссорились, — покачала она головой.

— Совершенно не понимаю ваших отношений.

— Брайс… он не такой, каким кажется сначала, — проговорила она, в задумчивости прикусив нижнюю губу. — Он заботится обо мне, оберегает, даёт дельные советы. И я чувствую, что ему тоже нужна забота.

Ещё бы с таким отцом…

— Да, Брайс бывает неплохим, — признал я. — Но… всё равно будь осторожна, Эмма. Его страх перед отцом сильнее симпатии к тебе. Поэтому не доверяй ему слишком сильно и зови меня, если у тебя возникнут сомнения. Я помогу. Зови, даже если будешь считать, что я не стану помогать.

— Хорошо, Скай, — мягким тоном ответила она. — Твои слова и наше свидание… Это ведь что-то значит? — спросила несмело.

— Это означает, что теперь мы встречаемся, — я протянул руку к её лицу и мягко погладил больши́м пальцем посеревшую от смущения щеку. — Ты ведь согласна?

— Да, — кивнула она и часто заморгала. Глаза Эммы увлажнились. — Да-да! — рассмеялась и вдруг прильнула к моей груди.

Я обнял её и прикрыл глаза, наслаждаясь прекрасным мгновением. Сегодня началась моя новая жизнь. Вместе с Эммой.

— Моя сестра ушла из рода, — сообщил Леонард за завтраком.

Естественно, мы все перестали жевать, а Закари ещё и подавился. Габриэль заботливо похлопал его по спине, но не отрывал взгляда от мрачного Леонарда.

— Она же наследница, — просипел я.

Как и все не мог справиться с удивлением, хотя только вчера фактически сообщил отцу об уходе из рода. Но хоть теперь стало ясным, почему наш обсидиановый друг последнее время был угрюм и постоянно переписывался по версо.

— Была наследницей, — Леонард нервно провёл ладонью по чёрным волосам. Обычно он более сдержан и спокоен. — А теперь просветлённая одиннадцатого ранга и преподаватель ментальной магии вместо ректора Люмирекса.

— Невероятно… — покачала головой Эмбер. — Какая Луиза смелая!

— А так можно было? — сумрачно рассмеялся Габриэль. — Но раз пошёл разговор, я тоже обсуждаю вступление в орден порядка.

Это, наоборот, было ожидаемо, все мы гадали, когда наш опаловый друг сорвётся.

— Раз так… — я прочистил горло, стараясь подавить улыбку. Моего ухода никто не ждал. — Я подал запрос в орден просветлённых.

И начал ухаживать за Эммой… Но об этом потом, друзья и так в шоке. Разве что Эмбер не удивилась. Именно ей приходилось наблюдать мои психи по поводу заключения в академии. Остальные лишь слушали моё ворчание и недовольство.

— Поздравляю, Скай, — сидящий рядом Тристан похлопал меня по плечу. — Как хорошо, что у меня есть невеста, а то бы пришлось принимать Виолу на себя.

— Мир бы не выдержал вашего союза, — Эмбер запустила в него булочкой.

Нефритовый король поймал её и сразу откусил.

— Твои свидания с Брайсом же как-то выдерживает, — парировал он, а она в ответ только наморщила нос. — Не понимаю, почему мы его не трогаем? Потому что самородок его защищает?

— Эмма. У неё есть имя, — произнёс я с нажимом и, к счастью, Тристан не закатил глаза, а кивнул. — Мы не трогаем Брайса, потому что по Эмбер ударил Крауден-старший. Удар по Брайсу может спровоцировать Краудена, и прилетит по Эмбер.

— И ещё чтобы сохранить его лицо целым. С красавчиком легче ходить на свидания, — Эмбер задорно взмахнула волосами, разыгрывая легкомысленность.

— Не понимаю, как ты выдерживаешь общение с ним после произошедшего, — скривился Леонард.

Временами мне казалось, он видит в Эмбер больше, чем просто подругу. Если это так, когда волнения вокруг рубинового дома успокоятся, он может попытаться добиться их брака.

— Он так отчаянно идёт на унижения и кривится, проглатывая оскорбления, что это даже весело, — пожала плечами Эмбер.

Но врала, необходимость общения с Брайсом приводила её в бешенство.

— Мы можем избить его, сохранив лицо и не выдав себя, — предложил скучающим тоном Габриэль.

— Мы не тронем Брайса, — отрезал я. — Эмма расстроится.

— Вот это аргумент, — рассмеялся Леонард. — Так ваши вчерашние снимки не подделка? Вы с ней встречаетесь?

— Да, — выдохнул я. — Я начал ухаживать за Эммой.

— Ура! — Эмбер громко захлопала в ладоши.

— Будут ещё шокирующие новости? — всплеснул руками Закари. — А то я боюсь начинать есть!

Мы переглянулись и рассмеялись. Как хорошо, когда рядом друзья, которые поддержат в любом моём решении.

/Брайс Крауден/

Три дня спустя.

— Ты слаб… слаб… Умри! Сдохни ты, наконец, выродок! — Магна толкнула меня в грудь, обдавая жаром своего пламени. — Сдохни! Сдохни! Сдохни!

Она возникала со всех сторон, кричала, брызгала перемешанной с кровью слюной, толкала меня и беспрерывно оскорбляла.

— Уйди, отстань, — шептал я, пытаясь вырваться из огня её ненависти.

И вдруг открыл глаза, обнаружив себя в окружении пламени.

— Проклятье! — я подскочил с места, слетая с кровати. — Эмма! — воскликнул испуганно, принявшись тушить пылающую постель.

Пламя подчинилось мгновенно и опало. Ругаясь под нос, я прошёл к окну и распахнул створки, впуская в помещение вечерний воздух. Мысли чуть улеглись, теперь я помнил, что нахожусь в своей кровати. Позавчера Скай перехватил меня на тренировке и запретил ночевать у Эммы. Мне пришлось подчиниться, в конце концов, это правильно, ведь я вроде как строю отношения с Эмбер. Проблема в том, что только с Эммой мне удавалось спать спокойно и высыпаться. Без неё Магна скоро сведёт меня с ума.

Естественно, на следующий день я пребывал в не самом добром расположении духа. За завтраком Эмма участливо заглядывала мне в глаза, пыталась расспросить о кошмарах, сочувствовала. Это раздражало.

— Ты знаешь, как можешь мне помочь, — огрызнулся я, отбрасывая на поднос ложку. — Только помощи не предлагаешь.

— Прости, Брайс, — выдохнула она грустно. — Но спать у меня — не выход.

— Выход. Меня всё устраивало.

— Но…

— Забудь, — взмахнул я рукой, сжимая пальцами переносицу. — Я не спал. Сегодня ещё вести Эмбер в ночной клуб.

— Может, отменить свидание?

— Чтобы она меня загнобила?

— Эмбер добрая, она не станет злиться из-за отмены, если ты объяснишь причину, — возразила Эмма.

— Она добрая не со мной, — вздохнул я, поднимаясь из-за стола. — Если хочу получить её расположение, лучше не отменять свидания.

К тому же мне и самому хочется увидеть рубиновую красотку в вечернем наряде. В платье она была сногсшибательна.

— Давай, увидимся, — махнул я рукой, двинувшись на выход.

На пары по итогу не пошёл, попытался поспать днём. Но Магна не собиралась меня отпускать, возникала в моих снах раз за разом, мучила, истязала мой разум издевательским смехом и оскорблениями. Выспаться не вышло.

— Детка, если ты и дальше будешь игнорировать мои звонки, то я ещё начну называть тебя «малышкой», — пригрозил Эмбер, когда она, наконец, соизволила открыть мне дверь своей комнаты.

К вечеру моё настроение не улучшилось, но я почти смирился с действительностью, когда принцесса вышла ко мне в коридор. Алая накидка из прозрачной ткани опускалась к аппетитным бёдрам. Вуаль лишь создавала иллюзию соблюдения приличий, потому что под ней стройное тело скрывала лишь чёрная асимметричная туника на тонких бретелях и шорты. А высокий хвост, острые стрелки на глазах и сапоги довершали дерзкий образ.

— Никаких «деток» и «малышек», Брайс, — отрезала она жёстким тоном. — Я принцесса, а не твоя очередная подстилка.

— Тогда проявляй королевскую пунктуальность, принцесса, — я протянул ей коробку с подарком.

Она хмыкнула, откинула крышку. Осталась равнодушна, хотя внутри находилось целое состояние рубинами в виде браслета.

— Первая буква моего имени. Очень оригинально, Брайс, — она вытянула украшение и… забросила его в сумочку, а коробку вернула мне.

Раздражение прорвалось в мыслях хохотом Магны.

Слабак… Сдохни! Сдохни… Сдохни…

— Не зли меня, принцесса, — попросил, сжимая пальцами переносицу, — я сегодня не в настроении.

— Можем вообще не разговаривать. Я планирую хорошо потанцевать. Тебе нужно только сопровождать меня и следить, чтобы не липли всякие придурки.

Покачивая бёдрами, она двинулась к лифту. И некоторое время я медитировал на её подтянутые ягодицы, чтобы успокоиться. Относительно получалось. Потом Эмбер взбесилась из-за столь пристального разглядывания, и… мне стало в разы легче. Её злость была мне по вкусу.

Мы покинули академию и добрались до «Сферхяркой» — самого известного клуба города. Два этажа, три ресторанные зоны, пять баров, два огромных танцпола и три поменьше, плюс десятки приватных комнат. Одну из них я и арендовал. Широкое окно демонстрировало происходящее на танцполе, но стекло можно было затемнить и установить в помещении звукозащиту, чтобы добиться тишины и столь желанной приватности.

Я предпочитал места потише, потому бывал в клубе лишь несколько раз, да и сейчас бы хотел посидеть в комнате, насладиться едой, выпить. Но принцесса пришла именно танцевать, потому, как только сделала заказ, убежала на танцпол. Помедитировав пару минут на её стройную фигуру, я прикрыл глаза и откинулся на спинку диванчика, впервые за день по-настоящему расслабляясь. Воздух клуба будто вибрировал силой, забирая мою слабость. Голос Магны затих. Резерв кипел, только не в попытках вырваться из-под контроля, а будто насыщаясь.

— Вам нужно что-то ещё, мистер Крауден? — ворвался в вялое течение мыслей деликатный голос официантки.

Я открыл глаза и оценил ассортимент выставленных на столе блюд.

— Мы позовём, если понадобится, — махнул рукой, подхватывая бокал, и сделал глоток.

Терпкая жидкость обожгла рот и огнём опустилась в желудок, принося окончательное расслабление. Но оно рассеялось, стоило рассмотреть в окне Эмбер. Она улыбалась, двигаясь в темпе музыки, вскидывала руки и подпевала, а к ней сзади жался какой-то обсидиановый дракон. Я озверел мгновенно. Подскочил с дивана, широким шагом покинул кабинку, протолкался сквозь танцующих и поприветствовал обсидианового засранца ударом в нос.

— Брайс! — прокричала испуганно Эмбер. — Ты что сделал?!

Ярость кипела во мне и разгорелась ярче под действием негодования принцессы. Я схватил Эмбер за руку и потащил её обратно в кабинку.

— Прекрати! Мне больно, — она сердито дёргалась, ругалась, но была вынуждена следовать за мной.

Я втолкнул её в кабинку и захлопнул дверь. Эмбер пробежала к столу и развернулась ко мне, массируя запястье. Алые глаза пылали. Я ощущал жар их пламени даже на таком расстоянии.

— Ты ненормальный?! — гневно прокричала она.

— Какого демона ты позволяла ему себя лапать?! — рыкнул я в ответ.

Негодование Эмбер ощущалось почти физически, кипело в резерве, вынуждая его переливаться через край. Меня вело. В голове шумело. Злость смешивалась с эйфорией и возбуждением.

— Точно ненормальный, — скривилась она. — Никто меня не лапал. Он танцевал рядом, прижался пару раз. Я попросила его отойти.

Помотав головой, она посмотрела на меня с таким снисхождением, что ладони сами сжались в кулаки.

— Мы не в тех отношениях, чтобы устраивать истерики, Брайс, — она подхватила бокал с вином, оценила аромат напитка и сделала неторопливый глоток. — Наши семьи лишь договариваются о браке, который может не состояться.

— Не в тех отношениях, значит? — я приблизился и выбил бокал из её руки.

Раздался звон стекла. Боль Эмбер ударила по резерву новым всплеском кипения. Перехватив девушку за запястье, я сорвал браслет с её рубинами и отбросил его в дальнюю часть комнаты.

— Прекрати! — потребовала она.

Но я был слишком возбуждён, чтобы остановиться. Потому лишь сжал рукой тонкое горло, повалил Эмбер на диван и запечатал её приоткрывшийся рот поцелуем. Она не ответила, вскинулась, но её ярость лишь усилила мою огненную лихорадку.

— Брайс, хватит! — прорычала она, когда я прижался губами к её шее.

Под горящей кожей пульсировала кровь, выдавая бешеный стук сердца принцессы.

— Ты меня с ума сводишь, Эмбер, — прохрипел я, опускаясь поцелуями в ложбинку её грудей. — Не могу себя контролировать с тобой. Веришь?

— Я это вижу! — возмутилась она.

— Так давай… — я приподнялся над ней на руках.

— Что? — прищурилась она.

— Сходить с ума вместе, — предложил, облизав губы, на которых наверняка алела её помада. — Или боишься, принцесса?

— Ты мне не нравишься, Брайс, — закатила она глаза, обливая меня новой порцией злости.

— Но ты меня хочешь.

— Не хочу, — фыркнула она, ударив меня по плечам. — Слезь с меня.

— Спорим?

— Спорим, — внезапно ухмыльнулась она, сбивая меня с толку.

Её коготки прошлись по моим плечам, пальцы вплелись в волосы, прихватили их у корней и потянула меня к ней. Мы снова слились в поцелуе. Мой язык скользнул в жаркий рот. Руки стиснули упругие груди. В следующий миг мой пах взорвался болью. В глазах потемнело, и я свалился с дивана под стол.

— Знаешь, Брайс, — Эмбер неспешно поднялась и самодовольно ухмыльнулась, стирая большим пальцем помаду с подбородка, — прошлые любовницы взрастили в тебе огромное эго. Но они тебе льстили, очень-очень льстили, — помотала она рукой, пропуская собранные в хвост волосы сквозь пальцы, и подхватила сумку с подставки.

— Да ладно, принцесса, я чувствую, что ты возбудилась.

И что ты невероятно зла. Это питает, срывает барьеры.

— Дело не в тебе, а во мне, мне понравилось играть перед тобой согласие. Ты сразу поплыл, Брайс, это так смешно, — протянула она скучающе, поднимая с пола браслет. Как только резонанс восстановился, её глаза наполнились жидкой магмой. — Ты, конечно, забавно стелешься передо мной, но я предпочитаю настоящих мужчин, — перекинув сумку через плечо, она направилась на выход.

Ярость почти ослепила, загорелась на кончиках пальцев.

— Стоять! — прорычал я.

Но стоило выбраться из-под стола, как мне в лицо направился сноп искр. Шум с танцпола усилился, когда открылась дверь. Но к тому моменту, как я отплевался и прозрел, принцессы и след простыл.

Искать Эмбер не было смысла. Думаю, как и рассчитывать на новые свидания. Поэтому я покинул клуб, намереваясь отправиться в академию. Стоило выйти на улицу, как на меня накатила слабость. В голове вновь зазвучал смех Магны. И он мучил меня, пока передо мной не открылась дверь комнаты Эммы.

— Брайс? Что случилось? — встревоженно спросила она, пытаясь проморгаться со сна.

— Мне плохо, — я приблизился, крепко обнял Эмму, собрал её волосы в кулак и часто задышал, проталкивая в лёгкие аромат лилий.

Присутствие Эммы успокаивало, Эмбер — отвлекало и дарило силы. А между ними двумя была Магна, которая медленно сводила меня с ума.

— Пустишь к себе? — попросил я.

С ней тяжёлые мысли отпустили, пришло осознание сделанных мной за вечер глупостей. Я сорвался, устроил драку, напугал и окончательно отвернул от себя Эмбер.

— Не могу, Брайс. Пойми, пожалуйста, мы со Скаем начали встречаться. Я не могу проводить ночи с другим мужчиной.

— Мы просто друзья, — возразил я, подталкивая её в комнату, и закрыл за нами дверь.

В помещении царила полутьма. Лишь экран версо горел, подсвечивая разобранную постель.

— Но это всё равно неправильно. Тебя видят по утрам.

— Какая разница, кто что говорит?

— Брайс…

— Эмма, пожалуйста, я не могу спать. Магна мучит меня.

— Хорошо… — прошептала она сокрушённо. — Только эту ночь.

— Мне будет мало, — сообщил я честно, наконец, достигая с ней кровати.

— Брайс, мы со Скаем в отношениях, — вновь повторила она, и, кажется, только теперь я в полной мере осознал серьёзность её заявления.

Скоро алмазный принц заберёт у меня Эмму. И это плохо. Мне она нужнее, чем Скаю.

____________

Дорогие читатели, у прекрасного автора Нинель Нуар новиночка

“Княжна Марья выходит замуж”

БЫСТРАЯ ВЫКЛАДКА.

БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ.

Для читателей 16+

У Марьи Моревской всё было так, как положено в сказках доброй девице: отец — при власти, жених — солидный, жизнь — предсказуемая.

А потом её… украли.

Нагло. Без предупреждения.

И что самое обидное — этот мерзавец из кощеевого рода нравится ей куда больше, чем законный жених.

Теперь главное — не влюбиться. Или хотя бы не слишком сильно.

ЧИТАТЬ

/Эмма Марс/

— Скай, не надо! — взмолилась я, повисая на локте алмазного.

И это помогло, его кулак так и не достиг улыбающегося лица Брайса.

— Правильно, Стеллар, не кипятись, — протянул рубиновый, даже не пытаясь защититься.

Скай цыкнул, снова замахнулся. И кажется, это стало для меня последней каплей.

— Прекратите, вы оба! — подпрыгнув на месте, я наградила их подзатыльниками.

Мужчины отпрянули друг от друга и воззрились на меня в недоумении.

— То-то же, — пропыхтела я сердито.

Утро вышло из-под контроля. Брайс проспал, долго собирался, ещё и Скай зачем-то решил ко мне зайти. В итоге слово за слово, и мужчины сцепились. Буквально на ровном месте! Показалось, Скай пришёл, чтобы подраться, а Брайс только его и ждал.

— Что на вас нашло?!

— Он снова остался у тебя, — прищурился Скай. — Ты обещала, этого больше не повторится.

— Не обещала, — буркнула я, отступая.

— Ты выслушала меня и приняла мою позицию, — сдержанно произнёс он.

— Ты сначала разберись с семьёй, Скай, а потом требуй у неё подчинения, — ухмыльнулся Брайс. — Или не доверяешь Эмме?

— Я не доверяю тебе, — процедил он, вновь сжимая кулаки.

— Так, хватит, пожалуйста, — попросила я. — Завтрак. Нужно в столовую и…

— Мы пойдём в кафе, — заявил Брайс.

— Нет, мы пойдём в кафе, — возразил Скай. — Мы с Эммой в отношениях, а ты переходишь границы.

— Ещё раз, Стеллар, сначала разберись с семьёй, потом можешь разбрасываться такими заявлениями сколько угодно. На данный момент Эмма свободна, а ты почти обручён.

— Эй, хватит! — я вклинилась между мужчинами, когда они вновь двинулись друг к другу. — Я позавтракаю в столовой. С Виолой и Гвинет, — припечатала недовольно.

На самом деле, пребывала в таком замешательстве, что решила собраться с мыслями вдали от воинственно настроенных мужчин. Скай прав, я действительно согласилась с ним. Нельзя состоять в отношениях с одним, а проводить ночи с другим, даже если при этом ничего, кроме сна, не происходит. Но и Брайсу я не в состоянии отказать. Из-за меня он вступил в тот бой. К тому же Магна, что мучит его ночами, явно как-то связана со мной. Я испытываю чувство вины перед Брайсом, вижу, как нужна ему, потому не в состоянии достойно отказать или достучаться до него. В итоге, что бы я ни выбрала, кто-то будет недоволен. А эта проблема вряд ли исчезнет, если её просто игнорировать.

Сегодня у меня был свободный от отработки день, но, к сожалению, Скай работал в участке, и мы не смогли встретиться на обеде. Зато договорились вместе поужинать в городе. Я решила прямо рассказать о причинах своего поступка, чтобы не создавать между нами лишние сложности. Осталось дождаться следующей встречи.

Но день решил подкинуть мне новый повод для переживаний. После обеда написал Тристан:

«Я понял, почему тебе не даются тренировки. Встречаемся в зале номер одиннадцать. Приходи одна».

Мелькнули сомнения, но я решила их подавить. Царил день, в здании работали записывающие артефакты, так что был лишь риск травм, если он вдруг зачем-то решит напасть. Но возможность разобраться в причинах моих неудач пересилила опасения, и я отправилась на встречу.

— Ты действительно одна, — Тристан ждал меня, сидя на скамье возле двери, но сразу встал и кивнул мне.

Он облачился в тёмно-зелёную спортивную форму, гармонирующую с короткими волосами и глазами нефритового.

— Септимус напишет Скаю, если ты решишь мне навредить, — предупредила я.

— Септимус? — нахмурился он.

— Мой версо-дух, — пояснила я, опуская на скамью свою сумку.

К сожалению, в отличие от Тристана, предстала в академической форме, но хоть сегодня, словно по наитию, предпочла юбке брюки.

— Ладно, давай начнём, — он закрыл дверь и двинулся в центр зала. — Не думай, что это извинение или предложение мира. Скай — один из моих лучших друзей. Я не хочу, чтобы однажды ночью ты вспомнила себя прежнюю и проткнула его мечом.

— Я так никогда не сделаю! — воскликнула возмущённо.

Возможность причинения вреда Скаю вызывала полнейшее неприятие и даже злость.

— Ты не знаешь, кем была, поэтому не можешь утверждать, — он остановился и развернулся ко мне. — Создавать мечи умеешь? — вдруг спросил.

— Нет, — качнула я головой, опешив от внезапного перехода.

— Тогда смотри. Покажу простейший, — он вытянул руку и над его ладонью сформировалось видимое зеленоватое плетение, формируя простой меч.

Я попыталась повторить, но ничего не вышло.

— Это магия растений, Эмма, — закатил он глаза. — Я в курсе, что у тебя есть нефрит. Используй его.

— Откуда?!

— Когда ты вклинилась между мной и Брайсом в лазарете, я почувствовал резонанс с камнем. Но это меня не касается. Просто не трать время и используй нефрит.

— Эмма, думаю, нам стоит уйти. Он очень груб, — чопорно заявил Септимус из моей сумки.

Брови Тристана поползли вверх в ироничном выражении, кончик тонких губ дёрнулся в ухмылке.

— Всё в порядке, Септимус. Он всегда такой, — отозвалась я, закатив глаза, и обратилась к нефриту.

Тело омыло свежей волной, нос защекотало мимолётным запахом трав. Я вытянула руку и воссоздала плетение. Оно действительно оказалось очень простым. В мою руку легла рукоять сияющего зелёным светом меча.

— В ходе боя выкручивай эту величину. Она отвечает за размер, — Тристан пальцем указал мне на переменную в центре плетения. — И лучше бойся меня, чтобы точно сработало, — усмехнулся, щёлкнув пальцами.

Пол, стены и потолок вспыхнули ядовитым зелёным светом, создавая закрытое пространство, внутри которого начали формироваться иллюзорные лианы и растения. Новый щелчок пальцев нефритового короля, и в мою сторону понёсся поток магической силы. Волосы взъерошил ветер. Сердце заколотилось быстрее. Коротко выдохнув от неожиданности, я сместилась влево, уходя с пути атаки, и вытянула руку, чтобы попытаться влить свою магию в атаку. У меня вышло, нити управления перешли ко мне. Я закрутила поток за своей спиной и перенаправила его в Тристана. Зелёные глаза мужчины чуть расширились от удивления, и это было единственной реакцией. Атака ударила в его фигуру под мой испуганный вскрик. В стороны брызнула зелень. И как только свет схлынул, мне предстал Тристан в нефритовом доспехе с двумя мечами в руках.

— Бойся меня, Эмма, — напомнил он, молниеносно срываясь с места.

Я сместилась, на рефлексах отвела прямой удар меча. И как во время тренировки с Юлианом, реальность раскололась. Меня вновь перенесло в далёкое прошлое, на круговую тренировочную площадку. Там меч пел, а здесь рассеялся с моим очередным падением. У меня снова не получалось повторить приём из воспоминаний.

— Увеличивай размер! — Тристан поднял надо мной мечи.

Я перевернулась по полу, вскочила на ноги и как-то умудрилась вновь создать оружие, только на этот раз сделала его больше. Впрочем, оценивать его внешний вид не было времени, ведь нефритовый снова пошёл в атаку. Мне удалось увернуться от следующего выпада, но попытка повторить приём из прошлого снова закончилась падением.

— Больше! — прокричал яростно нефритовый, не давая мне и секунды передышки.

Охнув от боли в ушибленном бедре, я подскочила на ноги. Меч соткался в моей руке сам собой, больше, намного больше, чем в первый раз. Наше с Тристаном оружие столкнулось, в стороны брызнули зелёные искры. Я развернулась вокруг своей оси, уходя с траектории удара, и выкрутила показатель на новую величину. Меч в моей руке стал огромным, неуклюжим на вид и… таким правильным.

Поддев ступнёй тупую грань лезвия, я резко выкинула ногу, одновременно совершая переворот в воздухе. Меч стремительно опустился, вынуждая Тристана отступить в сторону, чтобы не быть разрубленным. А я, продолжая движение меча, развернулась в воздухе, опёрлась на пол ногой и направила своё оружие вперёд, совершая резкий тычок. И в этот миг прошлое с настоящим объединились, позволяя оружию вновь запеть в моих руках.

Тристан же широко улыбнулся, когда я пошла в атаку. Но и мои губы улыбались. Радость владела сознанием. Тело вспоминало забытое и такое любимое. Ментальные блоки вновь трещали, прошлое дребезжало перед глазами, готовое раскрыться пугающим откровением. Взгляды, ухмылки, обрывки фраз, лица из прошлого. Они звали меня. Манили. Пугали.

— Так и знал, — рассмеялся нефритовый, активно наступая на меня. — Я помню бой с рубиновой убийцей. У вас одинаковая техника. В тот день она пришла за тобой, Эмма!

— Что?! — я сбилась с ритма боя, и меня толкнуло назад ударом ноги по бедру.

Оружие рассеялось блёстками. Прошлое вновь принялось отдаляться.

— Нет… нет… — зашептала я, пытаясь выхватить хоть один из образов.

Отчаянное желание слилось в приказ, передо мной в тёмной дымке соткалась рукоять меча. А за ней ко мне потянулась рука, словно приглашая взяться за неё, сделать последний шаг. Тёмный туман побежал по сильному запястью к предплечью, формируя передо мной тело знакомого незнакомца.

— Ты звала меня? — то ли произнёс он, то ли услышала я в мыслях.

— Нет! — раздался крик Ская.

Алмазный словно возник из ниоткуда, вставая между мной и неизвестностью. Рывок, разворот, и вот он прижал меня к груди, одновременно выхватывая пугающий меч. Огромных размеров лезвие рассекло воздух и замерло у горла материализовавшегося бога.

/Скай Стеллар/

Когда со мной связался Септимус, я был на отработке, но сразу покинул здание участка и взмыл в небо, несмотря на запрет полётов без необходимости внутри сфер. Смутная тревога пронзала сознание. Тристан бы не стал вредить Эмме, но меня пугало возможное возвращение её воспоминаний. Потому я нёсся вперёд и приостановился только у ворот академии, чтобы пересечь их на своих двоих, а потом вновь поднялся в небо, пока не достиг тренировочного здания. Одиннадцатый зал приближался, я бежал на пределе, и у самого входа передо мной появилась рукоять знакомого меча.

— Ты звала меня? — раздался словно отовсюду незнакомый мужской голос.

Эмма, будто пребывая в трансе, протягивала руку к окружённой чёрной дымкой рукояти меча. За ней словно из теней формировалась фигура незнакомца. Тристан наблюдал за происходящим в полном замешательстве и не собирался вмешиваться.

— Нет! — крикнул я, преодолевая последние метры до Эммы.

И несмотря на ситуацию, мир будто обрёл равновесие, когда она вновь оказалась в моих объятиях. Прижав девушку к груди, я схватился за рукоять и развернулся, направляя огромное лезвие на незнакомца, и вздрогнул, столкнувшись с чёрными глазами мужчины. Казалось, в них плещется тьма всего мира.

— Направлять на меня убийцу богов, — он надавил на лезвие пальцем, отводя его от своего горла.

Был молод, я бы дал ему лет двадцать. Чёрные короткие волосы были отведены от лица назад. Острые скулы, злые чуть раскосые глаза. Нос с горбинкой. Подтянутую фигуру обхватывал расшитый шёлковыми чёрными нитями чёрный костюм с высокими плечами.

— Ты уверен, что справишься с последствиями, Скай? — обратился он ко мне, растягивая тонкие губы в сухой усмешке. — Тебе известен закон этого мира?

От мужчины волнами расходилась сила. Пол темнел под его ногами, трескался, краска облезала. Помещение постепенно наполнялось тенями. Свет солнца мерк. Теперь я понимал, почему Эмма называла его богом. И несмотря на это, всё равно бросил ему вызов.

— Кто он, Скай? — Тристан встал возле меня, готовый вступить в бой.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но закон мне известен. Убивший бога получает его силу. Значит, ты бог?

Незнакомец лишь усмехнулся. Теперь чёрный взгляд сосредоточился на жмущейся ко мне Эмме. И только тогда я отметил, что её волосы зелёные, а моё тело обхватывает чёрный доспех. Разве что не материализовался шлем.

— Мне снять блоки? Ты готова? — спросил он.

— Нет! — вместо неё ответил я. — Эмма не хочет вспоминать. В её прошлом только боль. Ей хорошо так, со мной. А мне нет дела до её прошлого. Оно больше не имеет значения.

— Это так? — уточнил он, отводя руку в сторону.

И в его ладони появился такой же, как у меня, огромный меч.

Кровь зашумела в висках. Я подобрался, готовясь к возможной атаке. Страха не было, меня пугала только опасность для Эммы.

— Скай? — она подняла ко мне изумлённый взгляд.

— Нам хорошо с тобой. А прошлое всё разрушит. Так зачем его вспоминать? — убеждённо вопросил я. — Выбери будущее со мной.

— Ладно, — кивнула она, несмело улыбнувшись, и вдруг выступила передо мной, закрывая собой от незнакомца. — Прошу тебя, оставь меня.

Мглистый взгляд мужчины потускнел.

— Я не могу. Мы связаны… Эмма, — качнул он головой, отворачиваясь от неё, и двинулся прочь. — До новой встречи.

И его фигура растворилась в чёрной дымке. Он просто ушёл. Не стал нападать. Зачем же тогда появлялся? Ради снятия блоков с памяти Эммы?

— Он исчез, — выдохнул оглушённо Тристан. — И до этого появился из ниоткуда!

— Ты в порядке? — я выпустил меч из рук, позволяя ему рассеяться вместе с бронёй, и привлёк Эмму обратно к груди.

Она зажмурилась, обнимая мою талию руками.

— Ты правда этого хочешь? Чтобы я не вспоминала? — спросила она дребезжащим от волнения голосом.

— Да, — признался я. — Твоё прошлое может разрушить наше будущее.

— Это трусость, Скай. Проблемы не исчезнут, если закрывать на них глаза, — вмешался в наш разговор Тристан.

— У тебя забыл спросить, — огрызнулся я.

— Я твой друг, и мне небезразлична твоя жизнь, — обезоруживающе честно ответил он. — Ты можешь и дальше игнорировать прошлое Эммы, но это не значит, что прошлое будет игнорировать её. Та убийца упала нам на головы тоже из-за неё. Я дрался с ней, и Эмма использует ту же технику.

— Ты зря лезешь в это, Тристан, — покачал я головой, хотя его предположение совпало с моим.

Та незнакомка тоже использовала огромное оружие, ещё и была неуязвима. Я склонен считать меч артефактом саламандр или экспериментом ордена просветлённых. А эксперименты могут не знать, кто они на самом деле, и считать себя богами.

— Ещё раз, Скай, ты мой друг. Я буду о тебе волноваться и пытаться защитить, нравится тебе это или нет. Ты бы поступил так же. А ты, Эмма, или как там тебя зовут, если тебе не плевать на Ская, и сама понимаешь, что неведение навлечёт на вас беду.

— Иди уже, — попросил я. — Вечером поговорим.

— Ухожу. Но вечером жду не разговора, а объяснений, — развеяв оружие и броню, Тристан широким шагом направился в сторону выхода.

Я же только сейчас отметил, что присутствие странного незнакомца серьёзно прошлось по обстановке. Пол, где он стоял, истлел, как местами и стены с потолком.

— Он ведь прав, Скай, — прошелестела Эмма, отстраняясь от меня. — Проблемы не исчезнут, если я откажусь вспоминать.

— Зато мы можем попытаться убраться подальше от проблем, — я мягко сжал её плечи руками и поддел прядь зелёных волос. Но та сразу стала белой. Эмма вернулась к резонансу с алмазом. — Выплатим неустойку за уход твоему ордену либо договоримся с Крауденом и уедем в древний город. Вдали от сфер будет спокойно.

— Орден может не принять неустойку, а Крауден отказать.

— Значит, я вступлю к добытчикам следом за тобой. Уедем охранять месторождение. Какая разница куда, если мы будем вместе, правильно?

— Да, — кивнула она и даже улыбнулась, но я чувствовал, как напряжено её тело.

— Пойдём, — я обнял её и повёл к выходу. Остановились, лишь чтобы она взяла свою сумку. — Мы же планировали свидание. Выберемся раньше. Отдохнём. Что думаешь?

— Давай, — кивнула она, прильнув ко мне теснее.

Эмма находилась рядом, аромат грозы наполнял лёгкие, и все проблемы казались неважными. Даже чуть не случившийся бой с возможным богом.

— Ты ведь должен быть в участке.

— Да плевать, — махнул я рукой. — Пусть отчисляют, — и подмигнул.

Эмма нервно усмехнулась.

Некоторое время мы шли в молчании, пытались прийти в себя, а заговорили, только когда покинули здание.

— Зачем ты отправилась на встречу с Тристаном, ещё и одна? Ты должна была сразу связаться со мной, — упрекнул я.

— Он просил прийти одной, сказал, поможет мне понять, почему мои тренировки с мечом проваливаются. Я не думала… что так закончится. Что появится он. Он назвал меч убийцей богов. Ведь именно обломок меча убил Магну.

— Магну? Брайс дал ей имя, и ты подхватила или…

— Нет, мне было воспоминание о ней, её действительно так зовут. Мы были знакомы, — задумчиво отозвалась она. — И его голос… голос бога мне знаком.

— Знаком? — встревожился я. — Ты знала его в прошлом?

— Да, кажется, знала, кажется, я его предала, — нахмурилась она.

— Что?! — я резко остановился и порывисто развернулся к Эмме. — Что конкретно ты вспомнила?

— Он… он сказал, что однажды простит меня, — она сжала пальцем висок и зажмурилась. — Мне страшно, Скай.

И мне…

— Я с тобой. Вместе мы справимся, — произнёс я твёрдо, несмотря на внутренний раздрай.

Я решил бороться за нас с Эммой, выбрал её и обязан дать ей уверенность в нас и нашем будущем.

— Спасибо, Скай, — блёкло улыбнулась она.

Я склонился к ней и прижался к нежным губам своими губами. На миг окружающее развеялось, погружая в наслаждение близостью Эммы. Запах грозы и цветов усилился. Душу наполнило безграничное счастье. Но недовольное покашливание заставило нас оторваться друг от друга. Оказалось, мы замерли у входа на пропускной пункт.

— Идём, — сжав ладонь Эммы, я ввёл её внутрь.

Мы миновали помещение, вышли на улицу и перешли дорогу.

— Какие пожелания? — будничным тоном спросил я. — Кофейня, ресторан? Живая музыка, тишина, танцы?

На самом деле не был так спокоен после случившегося кросса и столкновения с возможным богом, но пытался изображать уверенность для Эммы.

— Не знаю… Хочу тортик, как всегда, и… — она замолкла, когда к нам подступил стражник алмазного дома в доспехе.

— Принц Скай, — он уважительно склонил голову. — Король Каэлан приглашает вас на аудиенцию.

— А мне не сообщал, — я мельком огляделся, отметив, что вокруг нас сжимается кольцо из ещё десятка стражников. Неужели отец решил продавить своё решение? Верится с трудом. — Я могу отказаться?

— Нам приказано привести вас… и вашу спутницу, — сообщил он, указав на Эмму.

— Скай, что делать? — шёпотом спросила она.

— Судя по всему, подчиниться, — хмыкнул я, ощущая, как пропадает резонанс с камнями. — Раз отец так настойчив, ведите, — кивнул.

Я любил отца, потому не думал, что когда-нибудь буду опасаться короля в его лице.

— Рад видеть тебя, сын, — отец вышел из-за письменного стола и направился ко мне, чтобы пожать руку и обнять.

Естественно, был облачён в расшитый серебром белый костюм, на голове сверкал венец. Король оставался королём даже в личных комнатах. Я соскучился по нему, переживал из-за нашей ссоры, но был слишком зол, чтобы выказать радость в ответ. Потому позволил ему себя обнять и поспешил отстраниться.

— У нас не было выбора, король Каэлан, — ответил я, не скрывая своего отношения.

Выбора нам действительно не предоставили, так что как только убедился, что Эмму разместили с комфортом, я рванул на поиски отца и нашёл в его личном кабинете.

— Понимаю, ты злишься, Скай. Но раз речь идёт о твоём выходе из рода, я хотел поговорить с тобой лично, а не по версо.

— Мог пригласить меня и не трогать Эмму.

— Судя по всему, Эмма — твоя невеста. Я хотел переговорить и с ней, — он указал мне на мягкую зону, предлагая присесть.

— Зачем?

Я выбрал кресло, отец предпочёл опуститься на софу.

— Хочу понять, кто инициатор, ты или она.

— Разве не очевидно? Я не кормил её пустыми надеждами, пока не определился.

— Зато она могла пытаться завлечь тебя на свою сторону.

— Это ниже её достоинства.

— Не будем спорить о её характере, речь идёт о нашей семье. Сейчас не лучший момент для ухода из рода, сын, — он покачал головой, не отрывая взгляда от моих глаз. — Ходят подозрения, что орден добытчиков поддерживает род Флэймхарт. В рубиновом доме возможен переворот. Но и у нас сложности.

— Какие? — насторожился я.

— Совет Сфер ограничивает Адамантию, проявляют ко мне пренебрежение. И всё чаще сообщают о присутствии в здании совета Дюка Инвиктуса из нашего дома. Мелькают разговоры о его связи с Морганом Крауденом. Боюсь, и для рода Стеллар существует риск переворота. И ты хочешь бросить семью в такой момент?

— Отец, не передёргивай. Я не хочу бросать семью. У меня нет выбора, — ответил твёрдо, хотя слова отца вызывали волнение.

— Выбор есть всегда, Скай. Ты предпочёл выбрать женщину вместо долга перед родом.

— Можно не выбирать, — предложил я ему. — Позволь нам с Эммой пожениться и прими её в род.

— Роду нужно не только твоё присутствие, но и ресурсы, которые может дать твой брак. Виола бы принесла дружбу между двумя домами, а что может дать семье Эмма? Своё неясное прошлое?

— Я хочу её, — ответил устало.

Понимал, что поступаю эгоистично в отношении рода и семьи, но принял решение. Вот только отец не принял, и я опасался его дальнейших шагов. Похоже, как бы ни было неприятно, придётся обманывать и играть согласие. В Адамантии король — власть и сила, с которой нужно считаться. Если пожелает, запрёт нас и не выпустит.

— Ты нужен семье, Скай. Я прошу тебя ещё раз подумать. Ведь возможны другие варианты. Например, Эмма может подождать, пока все цели твоего брака будут достигнуты.

— Я… могу оставить Эмму при себе, но жениться на Виоле? — спросил я недоверчиво.

Надеялся на отказ и боялся его согласия.

— Если Эмма настолько тебе нужна и твоя жена не будет против, я не стану тебе запрещать, — проговорил он, скривившись словно в омерзении.

Именно это чувство овладело и мной. Оно и разочарование в отце.

— Значит, договоримся на этом, — ответил я решительно, прямо глядя в его глаза.

Он не должен знать, что творится у меня в душе, он должен верить в моё согласие подчиняться. Мне лишь нужно немного времени, чтобы раздобыть камни и унести Эмму из Адамантии.

/Эмма Марс/

Царила ненастная погода, дождевые капли били об окружающий Адамантию стеклянный купол, но внутри сферы царили сушь и безветрие. Я стояла на балконе выделенной мне спальни и, чтобы успокоиться, вспоминала поездку в ливень со Скаем. Свободу, свежесть вокруг и радость предстоящих открытий.

За спиной послышались шаги. Нить связи натянулась, принося облегчение в душу.

— Эмма, ты одета? — в комнату постучался Скай.

— Да, заходи, — я спешно покинула балкон и присмотрелась к напряжённому лицу вошедшего алмазного принца. — Что сказал король Каэлан?

Нас фактически задержали, даже похитили в моём случае. Перехватили прямо на улице, окружили антимагическим полем, забрали камни, версо и отвезли в Адамантию. Общались с уважением, не позволяли себе грубость, и мне даже выделили покои, да только я не знала как причин, так и последствий приезда в алмазную сферу. Ради меня Скай пытался играть спокойствие, но я чувствовала его тревогу и опасения.

— Отец требует заключения помолвки с Виолой, а тебя разрешил оставить в роли любовницы.

Серебряные глаза наполнились столь лютой яростью, что я больше испугалась за душевное равновесие Ская, чем за своё будущее.

— Я согласился, — сообщил он, стремительно приблизившись ко мне, и сжал меня в объятиях. Так крепко, что сбил моё дыхание. — Лишь на словах, Эмма, — прошептал почти неслышно мне на ушко.

Дрожь прошила тело. Готовая было окатить меня с ног до головы волна неприятия схлынула, оставляя штиль облегчения.

— Что…

— Тише… — прошептал он. — Без камней я не могу создать полог. Просто верь мне, Эмма.

Грудь сжало. Стало трудно дышать от охвативших меня эмоций. Он со мной и за меня. Он теперь мой. Мой Скай. Как давно я мечтала назвать его своим...

— Я… люблю тебя, Скай, — прошелестела я, прикрывая глаза, и улыбнулась наполнившему меня освобождению.

Скай задохнулся. Его пальцы судорожно стиснули ткань моего жакета на спине.

— И я люблю тебя, Эмма, — ответил он.

Моё сердце замерло, ошеломлённо наблюдая этот волшебный миг, и забилось в неистовстве, когда губы Ская нашли мои губы. Мысли взорвались эйфорией. Голова закружилась. Руки сами собой скользнули на широкие плечи. Скай простонал, сжимая мою талию. Мгновение нежности за миг обратилось пламенем страсти. Поцелуй стал жадным и неистовым.

— Нужно остановиться, Эмма, — прохрипел Скай, лаская губами мои щёки и шею, пока его руки беспорядочно носились по моему телу. — Нужно ко мне. Там должны быть камни.

— Хорошо, — закивала я, с упоением водя пальцами по коротким белым волосам.

Запах урагана наполнял лёгкие, будил столь тщательно подавляемые желания.

— Эмма, останови меня, — попросил Скай, вновь голодно впиваясь в мои губы поцелуем.

Остановить? Зачем и, главное, как? Меня кружило на волнах эмоций. Мысли терялись. Был только Скай, его запах, его присутствие и сводящие с ума поцелуи.

— Эмма… — прохрипел он, подхватывая меня на руки.

Миг стремительного перемещения, прохлада покрывала, и столь желанная тяжесть тела Ская. Я стиснула коленями крепкие бёдра, выгнулась в спине, побуждая обнять меня крепче, любить, не отпускать. Не останавливаться.

— Ты меня с ума сводишь, Эмма, — хрипло рассмеялся он, порывисто прикусывая губами кожу моей шеи. И по телу разбежалась сладкая дрожь. — Нам нужно бежать, — напомнил, спешно справляясь с пуговицами моей рубашки.

— Да, нужно, — кивнула я, запрокидывая голову в требовании новых поцелуев.

— Нужно остановиться, Эмма.

Я захлебнулась всхлипом, когда его пальцы скользнули под лиф.

— Скай, не останавливайся, — попросила я, и мои губы вновь запечатал ураганный поцелуй.

Мы сходили с ума, нет, сегодня мы сошли с ума. Добровольно погрузились в пучину безумия и не пытались выбраться. Потом мы, может, опомнимся, потом пожалеем о своей нетерпеливости, но сейчас в этом дрожащем миге общего сумасшествия были неспособны оторваться друг от друга. Неспособны даже прервать поцелуй.

Губы жадно сплетались, языки сталкивались, а руки жили своей жизнью. Мяли, ласкали, сжимали, дёргали одежду. Голод, что мы так долго подавляли, довлел над сознанием.

— Эмма, тебе не страшно? — спросил Скай, расправляя полы расстёгнутой рубашки на моей груди, и потянул лиф наверх.

Ткань скользнула по чувствительной коже, и внизу живота сладко потянуло.

— Не страшно… — тяжело дыша, заверила я его.

Воспоминания спали, было только настоящее со Скаем, его образ в мыслях, его руки на моей коже, его губы на моих губах. Только он и безграничное счастье с ним.

— Мне хорошо, — прошептала, приподнимаясь, чтобы Скай мог стянуть с меня брюки.

Серебряный взгляд почти явственно прошёлся по моему полуобнажённому телу и вернулся к губам. Скай вновь поцеловал меня, сжал пальцами мою грудь, посылая по моему телу разряды электричества. Он ласкал и гладил меня, пока я спешно расстёгивала на нём рубашку в стремлении ощутить прикосновения к его коже. И стон упоения сорвался с моих уст, когда это удалось.

— Ты же понимаешь, что я практически всю жизнь почти обручён с Эмбер? — Скай приподнялся, чтобы порывисто сорвать со своих плеч рубашку.

— Если вы…

— Нет, мы не спали. Я к тому, что не особо опытный в этом вопросе, — пояснил он, расстёгивая брюки. — Поэтому, если что-то будет не так, сразу говори, — попросил, вновь склоняясь ко мне.

— Разве с тобой может быть не так? — качнула я головой, протянув руки к его лицу.

Прикрыв глаза, он прижался губами к моей кисти.

— Вот и проверим… — усмехнулся Скай, сжимая руку на резинке моего белья.

Голова закружилась в предвкушении. Прохлада защекотала разгорячённую кожу. Я предстала Скаю абсолютно обнажённой. Серебряный взгляд потяжелел, наполнился вожделением.

— Ты такая красивая, — прохрипел он.

— Ты тоже, — выдохнула я.

Шально улыбнувшись, он сбросил с себя брюки и бельё. Стеснения не было, наоборот, я с наслаждением прошлась взглядом по его подтянутому телу и возжелала повторить это путешествие прикосновениями. Скаем владели те же стремления, и мы потянулись друг к другу одновременно. Прильнули так тесно, что между нашими телами не осталось и миллиметра пространства. И вновь слились в жадном поцелуе.

Я трепетала под тяжестью тела Ская, млела от его ласк. Нетерпение горело в сознании, срывалось просьбами с уст и вспыхивало в каждом стоне. И вот, наконец, рука Ская протиснулась между нашими телами. Внутренности сжало. Мысли окончательно рассеялись, стоило ощутить жар проникновения, и взорвались болью с первым толчком. Я вскрикнула от неожиданности, вцепилась в плечи замершего надо мной Ская.

— Эмма, что? — обратился он ко мне встревоженно, пытаясь приподняться.

— Нет-нет, не надо, — попросила я сипло, прильнув к нему плотнее. — Не останавливайся, пожалуйста.

— Хорошо, — отозвался он

Теперь он двигался неторопливо, сдерживая себя и одновременно сводя нас обоих с ума вынужденной неспешностью. Я ловила пальцами подрагивание его тела, чувствовала его желание сорваться и сама терялась в эмоциональном урагане. И вскоре боль ушла, её заменил чувственный пожар единения. Неторопливость оборвалась порывистостью.

Мы рвались навстречу друг другу, а тела сгорали в неистовстве ощущений. Дрожь раз за разом прошивала позвоночник, кожа вспыхивала от каждого прикосновения, внутренности сжимало, губы саднило от поцелуев. А мы продолжали двигаться в рваных движениях, быстро, скоро, алчно, пока ощущений не стало слишком много. И тогда мир треснул, осыпался, бросая нас в полёт безмерного наслаждения.

Осколки отдалившейся реальности собрались не сразу. Мы со Скаем долго льнули друг к другу, словно двигались по инерции захватившего нас экстаза. Он целовал моё лицо, пропускал между пальцами волосы. Я гладила его плечи и грудь, тянула на себя, не желая прерывать прикосновения хотя бы на миг. И когда, наконец, ко мне вернулась способность соображать, обнаружила, что в комнате совсем стемнело.

— Ты была девственницей, — сообщил Скай, окончательно возвращая меня в реальный мир.

— Но как же мои воспоминания? — недоумённо напомнила я.

— Возможно, они преувеличены и искажены страхом, — он поцеловал меня в висок. — Но я рад. Я стал твоим первым мужчиной.

— И единственным, — я потянулась к его лицу и погладила острую скулу, заглядывая в потеплевшие серебряные глаза.

— Мне кажется, и связь стала другой, — отметил он. — Будто…

— Частью меня, — подтвердила я, прислушиваясь к ощущениям.

Раньше она мучила, тянула, словно требовала укрепить её окончательно, а теперь влилась в сознание, став его естественным продолжением.

— Похоже, нам не нужно обратно в древний город, чтобы закрепить наш брак.

— Брак?

Мои глаза распахнулись во вспышке озарения. Ведь он прав, нас связывал незавершённый брачный ритуал.

— Выходит, теперь мы муж и жена по законам этого мира?

— Выходит, что так. — Теперь нежный поцелуй достался моему лбу. — Но не волнуйся, это не отменит ухаживания, подарки и настоящее предложение.

— Скай, мне так хорошо, — я зажмурилась, смаргивая набежавшие на глаза слёзы радости.

— И мне, Эмма, — он обнял меня. И на некоторое время мы затихли, наслаждаясь близостью. — Но пора браться за голову. Собираемся и идём в мои покои.

— Да, хорошо. Но так не хочется.

— У нас будет время насладиться друг другом, — он нехотя выпустил меня из объятий и отстранился. — Идём, Эмма.

После близости мысли пребывали в беспорядке, потому сборы прошли сумбурно. Мы приняли душ, оделись и покинули выделенные мне покои. Скай крепко держал меня за руку, пока вёл по коридору. По дороге встретилось лишь несколько слуг и стражников. Мы благополучно добрались до покоев и сразу перешли в кабинет. Скай открыл сейф в письменном столе, принялся перебирать его содержимое.

— Проклятье… — выругался он. — Камней нет. Похоже, их забрали.

— Что теперь? — встревоженно уточнила я.

— Попробуем… — он замолк, когда раздался стук в дверь.

Переглянувшись, мы покинули кабинет. Скай открыл дверь покоев. В коридоре ждал разрешения войти сам король Каэлан. Такой же суровый и властный, каким мне запомнился.

— Мы можем поговорить? — уточнил он. — С вами обоими, — и обратил вопросительный взгляд ко мне.

— Конечно, — сдержанно ответил Скай, пропуская его в комнату.

Король сразу прошёл в зону с мягкой мебелью и опустился в кресло. Скай взял меня за руку и провёл к дивану.

— Я понял, что мы не можем так поступить с девушкой, — заговорил король. — Я дам вам согласие на брак и разрешу Эмме войти в род.

— Без условий? — напряжённо уточнил Скай, развеивая поднявшуюся было во мне радость.

— Условие будет. Лишь одно, — кивнул он. — Я считаю, ваши поступки продиктованы магической связью. Поэтому мне нужна уверенность в вашем здравомыслии.

— Что это значит? — уточнил Скай.

— Я дам согласие на ваш брак и приму Эмму в род, но только при условии разрыва связи. Если и потом вы будете желать союза, я подчинюсь.

— Ни за что! — рыкнул Скай, порывисто сжимая мою ладонь.

Страх объял сознание. Разрыв связи казался подобным смерти.

— Ты так считаешь или связь диктует тебе? — король пронзительно посмотрел в глаза сына. — Это правильно, Скай. Вы избавитесь от того, что неважно, чтобы быть уверенными в своих чувствах.

— Нет, — отрезал Скай. — Нас не устраивает твоё условие.

— Тогда мне придётся настоять, — король разочарованно прикрыл глаза.

В этот же миг дверь распахнулась, впуская в помещение стражников. Мы со Скаем подскочили с софы. Что-то укололо шею. Я дёрнулась, коснувшись места боли, и обнаружила дротик. Сразу выдернула его и протянула Скаю, почти мгновенно ощущая накатившую на тело слабость.

— Эмма! — он поддержал меня за талию, не давая упасть на вмиг ослабевших ногах. — Что происходит?! Что ей вкололи?! — потребовал он ответа.

— Лишь успокоительное, чтобы ты не стал сопротивляться, — пояснил король.

— Как ты посмел на неё напасть? — прорычал Скай, прижимая меня к груди.

— Это лишь мера предосторожности, чтобы вы не сбежали. Мне жаль, сын, что мы пришли к такому. И я принесу извинения, когда буду уверен в чистоте ваших помыслов.

— Мы отказались, отец, — произнёс Скай ожесточённо. — Отпусти нас. Прошу.

— Это для твоего же блага, сын, — с сожалением в голосе ответил король и махнул рукой, давая страже команду напасть.

Мужчины рванули к нам мгновенно. Скай попытался подхватить меня на руки, но вздрогнул, когда в его шею вонзился дротик.

— Эмма… — просипел он, встряхнув головой.

— Скай… — я положила руку на его грудь и отметила, как моя кожа засветилась.

Слабость на миг отступила, но накатила вновь, когда меня вырвали из рук Ская. Он попытался рвануть ко мне, да не смог, его сразу скрутили.

— Осторожнее, — приказал король над моей головой, и лишь тогда я поняла, что он держит меня на руках. — Сын, не сопротивляйся.

— Отпусти её! — Скай не слушал, рвался из хватки стражника, рычал, злился.

Я ощущала его отчаянное желание объединиться со мной, сама стремилась к нему, но не могла даже поднять руку.

— Идёмте, — король двинулся прочь из комнаты.

Ская повели следом за ним. И дальше было недолгое перемещение по коридорам дворца, пока мы не попали в обширное помещение с магическими письменами на мраморном полу. На миг показалось, что я вновь очутилась в зале ритуалов погибшего народа. Но это помещение было меньше, и магические знаки на полу оказались мне относительно знакомы.

Король положил меня на лежанку и отступил. Надо мной сразу поднялся полупрозрачный купол. Скай тоже ослаб из-за успокоительного. Его подтащили к магическому знаку напротив, положили. И его закрыло магическим куполом.

— Всё будет хорошо, сынок, — возле его «камеры» появилась королева. — Это к лучшему. Вы должны освободиться от навязанной воли.

— Я вас не прощу, — прохрипел Скай, силясь подняться.

Королева вздрогнула и отступила от купола.

— Ты передумаешь, когда связь разрушится, — возразил король. — Начинаем.

Магические знаки на полу подо мной и Скаем вспыхнули белым светом. Воздух вокруг меня закружился спиралями и словно загустел. Стало трудно дышать.

— Скай! — воскликнула я, кое-как перетекая на колени, и протянула руку к нему.

Из глаз полились слёзы. Сердце сжалось в груди от страха.

А ритуал набирал обороты. Ветер трепал волосы, бил в лицо, срывал солёные капли с моих ресниц. Купол вокруг меня трещал от напряжения. Грудь сжимало ледяным прутом. Но боль мелькала где-то на краю сознания, мной владело отчаяние потери. И я продолжала рваться к Скаю, скребла ногтями по полупрозрачной защите. Он рвался ко мне. Звал меня, кричал, бил кулаками по своей тюрьме. А связь натягивалась, дребезжала сотней разрушающихся нитей. Они брызгали в стороны острыми осколками, пронзали душу, оставляя после себя кровоточащие раны и разрушая её лоскут за лоскутом. В груди, где только недавно ощущалась любовь к Скаю, образовывалась пропасть.

— Скай! Пожалуйста, не надо, — прохрипела я и закашлялась, ощущая, как рот наполняется кровью.

— Каэлан, им плохо! — вскричала королева. — Хватит!

— Ритуал почти завершён, — воспротивился он.

— Скай... — позвала я, в последней безысходной попытке наталкиваясь кулаками на купол.

Звон разрыва пронзил сознание. Связь взорвалась последними осколками, оставляя после себя сплошное ничто. Скай рухнул на пол, и его глаза закрылись. Мой мир объяла безысходная темнота. Наступила смерть.

Видимо, моя душа воспарила, потому что в следующий миг я увидела происходящее со стороны. Своё тело под исчезающим куполом. Кровь на своём лице, и кровь на лице Ская. К нему подлетел лекарь Адам, перевернул его на спину, принялся осматривать. Другой лекарь подскочил ко мне. Но стоило ему коснуться моего тела, как оно рассы́палось прахом.

— Что с ним? — по другую сторону от Ская упал на колени король Каэлан.

— Сердце не бьётся, — ответил ему лекарь.

— Верните его! Сделайте всё! — прокричал в неистовстве король.

А меня вдруг толкнуло, когда мимо меня пробежал второй лекарь. Я вздрогнула и очнулась, начиная осознавать и осязать реальность. Сердце билось в моей груди, дыхание рвалось из лёгких. Место души занимала кровоточащая дыра. Не знаю, что произошло, но я была жива.

— Скай, помогите Скаю! — размазывая по щекам слёзы, королева упала на пол у головы сына. — Помогите ему!

— Мне жаль… — ответил лекарь. — Он мёртв, — и вдруг отпрянул, когда тело Ская начало покрываться полупрозрачными кристаллами.

— Что? Нет! — прокричала я. — Он не может умереть!

Ошеломление покинуло сознание, бросая меня в бурю осознания. Скай, мой Скай умер. Его забрали у меня. Но как отпустить? Как позволить? Я не могла, потому бросилась к нему, как-то оттолкнула лекаря, упала на колени и ударила кулаками по покрывающей Ская самоцветной броне. И так раз за разом, царапая руки в кровь, но я не собиралась принимать действительность.

— Скай! — прокричала, ощущая, как по щекам бежат слёзы. — Пожалуйста, Скай! Ты не можешь умереть!

Моё сердце билось, оно разрывалось от боли, когда его молчало.

— Скай, пожалуйста, вернись ко мне! — порывисто сбив пелену самоцветов с его лица, я припала к любимым губам в поцелуе.

Они были холодны и безучастны, а ведь лишь полчаса назад целовали меня и шептали нежности.

— Пожалуйста, — провыла, задыхаясь рыданиями.

Боль разрывала пустоту в душе, углубляла рану в сердце. Я не хотела верить, не собиралась отпускать. Ведь только познала радость взаимной любви с ним. Но его губы молчали, глаза были закрыты, сердце не билось. И так будет всегда. Он исчезнет, испарится в сплошном ничто. Он больше никогда не посмотрит на меня нежно, не произнесёт признание в любви, не поцелует. Его взгляд, его голос, его запах, его присутствие рядом обратятся лишь в воспоминания об утерянном. И я не знала, как смогу это принять.

— Пожалуйста! Скай! — задохнувшись от крика, я вновь ударила кулаками по самоцветной броне.

Рядом её срывала королева. Она тоже плакала, тоже отказывалась отпускать.

— Пожалуйста! Верни его! — прокричала, оглядываясь в поисках меча.

И мою мысленную команду услышали. Рукоять артефакта появилась перед моим взором. Как и рука знакомого незнакомца за ней. Я вцепилась в неё в отчаянии и вскинулась, впиваясь взглядом в печальное лицо бога. Вокруг послышались удивлённые вздохи и возгласы, но я видела только его, только он имел значение, ведь мог спасти моего Ская.

— Пожалуйста, верни его, — взмолилась я. — Верни, я сделаю что угодно. Только верни его.

Чёрные глаза бога смотрели тускло. Мне виделись в них тоска и сочувствие.

— Ты обратилась не к тому богу… Эмма. Я отвечаю за смерть и могу лишь сжалиться над ним и позволить вступить на тропу перерождения. Мне сделать это? — уточнил, протягивая вторую руку к Скаю.

И самоцветы остановили свой рост, начали опадать блёстками с его тела.

— Нет! Верни мне его. Прошу, верни мне Ская!

— Тогда тебе нужна богиня жизни, только она давно отвернулась от мира.

— Ты же бог, ты можешь, — я судорожно стиснула его ладонь. — Что мне нужно сделать? Что я могу тебе дать?

— Я не в состоянии его вернуть, — он развернул обращённую к Скаю кисть. — Могу лишь обратить его время вспять.

И кровь начала исчезать с лица Ская, волосы отрастать, пока вдруг его грудь не приподнялась в первом вдохе.

— Сынок! — королева обхватила его голову руками и заплакала.

Ошеломлённый король Каэлан подался к ним и порывисто стиснул плечо сына.

— Спасибо, — прошептала я, прикрывая глаза, и прижалась губами к костяшкам пальцев бога. — Спасибо.

— Ты не поняла… Эмма. Я вернул ему прожитое время, но не отменил смерть. Теперь у тебя есть возможность попрощаться. Если он захочет…

Тело бога растворилось в чёрной дымке. От неожиданности я потеряла равновесие и повалилась вперёд.

— Мама… Отец? — раздался удивлённый голос Ская. — Что происходит?

— Скай! — я в рывок приподнялась и развернулась к нему.

Из глаз вновь полились слёзы, только теперь слёзы радости. Он был жив. Его сердце билось, он дышал.

— Скай, как хорошо, что ты вернулся… — я потянулась к нему, но замерла, когда он нахмурился, отодвигаясь.

Словно не узнал меня…

— Кто ты? — спросил он.

И мой мир снова рухнул в бездну.