— Вот ты где?

Высокий широкоплечий мужчина, одетый в дорогой черный камзол, расшитый серебряными нитями, пробирался сквозь густые заросли тростника, где на примятой растительности сидел маленький мальчик. Оба были невероятно похожи: одинаковых оттенков одежда, белоснежные волосы, стального оттенка глаза и темные брови.

— Далековато ты забрался, приятель, — усмехнулся мужчина, опускаясь рядом с мальчиком на землю.

Мужчина, не скрывая теплоты во взгляде, протянул руку и потрепал мальчика по волосам.

— Ну, папа! — возмутился ребёнок.

— Ну, что⁈ — засмеялся Эльзар, обнажив ряд ровных белоснежных зубов с чуть удлинёнными клыками. — У твоего отца сегодня свадьба, между прочим, а он вынужден рыскать по болотам в поисках единственного и горячо любимого сына.

— Так не искал бы, — обиженно буркнул малыш, насупившись.

— Разве я могу жениться без тебя?

— Разве ты не можешь не жениться? — пробурчал сын. — Совсем скоро у тебя появятся ещё дети: Айра и Гидеон. Они плохие и всякий раз обижают меня, а ты даже не замечаешь… — шептал он.

— Им тоже непросто принять союз их матери со мной, — попытался объяснить поведение будущих сводных брата и сестры мужчина. — Но союз снежных барсов Аскарда и пум Роданских хребтов — это важно, сын. Ты будущий наследник двух ветвей оборотней, ты должен понимать, что…

— Я не хочу понимать! Не хочу, потому что эти пумы плохие! Не хочу жить с ними! Не хочу называть их братом и сестрой! — часто-часто дыша, выговаривал юный наследник Аскарда своему отцу. — У меня есть мама, и другой мне тоже не надо!

Как можно было объяснить пятилетнему ребёнку, что такой союз необходим? Он усилит их положение, позволит объединить капиталы. И, потом, Анаис очень милая женщина, с которой ему действительно хорошо.

Стоило подумать о будущей супруге, как разум Эльзара привычно затуманился. Всякий раз думая об Анаис мужчина чувствовал странную растерянность и с трудом мог сосредоточиться. И стоило ему подумать об этом, как он тут же списывал всё на влюблённость. Подозрительные мысли растворялись и от этого он ощущал себя странно счастливым.

— Сын, ты же понимаешь, что твоей мамы больше нет… — осторожно начал Эльзар. — Когда-то мы очень любили друг друга и у нас появился ты, но Реджина умерла, а Анаис очень милая женщина.

— Мне не нужна никакая милая женщина! — всё сильнее распалялся ребёнок. — Как ты не видишь⁈ Не замечаешь⁈ Она нехорошая! Такая же, как и её дети!

— Так, хватит! Прекращай немедленно! — вопреки тому, что Эльзар сам себе обещал быть терпеливым, но его-то как раз ему и не хватало, когда он просто не знал, какие именно слова подобрать, чтобы убедить родного сына в необходимости предстоящего брака. — Терон, ты уже не такой маленький, чтобы не понимать, что есть вещи, которые должен делать глава рода. Посмотри на меня, — жестко велел отец и мальчик поднял полные непримиримого упрямства глаза. — У меня есть для тебя подарок, — чуть мягче заговорил мужчина, доставая из нагрудного кармана камзола небольшие золотые часы на такой же цепочке.

— Что это? — всё ещё обиженно буркнул ребёнок, но несмотря на это его очень заинтересовал предмет в руках отца.

Казалось, от метала исходит какое-то особенно яркое сияние, которое неожиданно привлекло внимание его зверя. Котёнок заинтересованно выглянул и зрачок ребёнка вытянулся в вертикальную линию.

— Когда-то их подарил мне твой дедушка, — прошептал Эльзар пытаясь создать вокруг предмета ареол таинственности. — А до того, очень-очень давно, они принадлежали самому Аскольду Свирепому прародителю всех снежных барсов Аскарда.

По мере того, как отец говорил в глазах Терона разгорался настоящий восторг.

— Мой отец сказал, что это не простые часы, а хранители рода Аскард. Как бы там ни было, но я хочу отдать их тебе, Терон, — протянул он руку сыну. — Сможешь ли ты сохранить такой важный предмет нашего рода, а сын? Я могу доверить его тебе?

— Да, — тут же потянулся мальчик крошечными ручками за так понравившимися ему часами и с особым благоговением рассматривая гравировку в виде оскалившейся морды барса на крышке часов.

— Но, как хранитель такой ценности я жду от тебя взрослых поступков сын, хорошо?

Мальчик тяжело вздохнул, но кивнул, принимая дар отца.

Пять лет спустя.

Терон вылетел из центрального дома собраний, быстро преодолел высокую лестницу, широким размашистым шагом перешёл дорогу. Казалось, юноша не обращает никакого внимания, ни на проезжающие мимо повозки, ни на людей, что в это время дня всегда было много в центре столицы. Больше всего ему сейчас хотелось убежать как можно дальше отсюда, чтобы скрыться от всех этих жалостливый, сочувствующих и, как ему казалось, на сквозь фальшивых глаз!

Его отца больше нет! Два дня назад тело главы рода Аскард нашло свой последний покой в родовой крепости на севере страны. Древняя, всеми забытая махина, которая только и годится, чтобы в ней хранить каждый раз членов его семьи! Да, и много ли осталось от того оборотня, которого он знал когда-то к моменту его смерти?

«Выживший из ума Эльзар», вот как говорили об его отце последние годы. Но никто не желала слушать Терона, который пытался всем и каждому доказать, что его отца не просто так посетило безумие! Что он отравлен!

Ему неустанно повторяли, что это глупости. Ведь кровь Эльзара чиста, так говорили приглашенные маги. Но Терон не верил ни им, ни тем, кто теперь назывался его семьёй. После смерти отца одно мальчик понял очень хорошо: он следующий. Свой приговор он читал в насквозь фальшивой ласковой улыбке мачехи; в лицемерии сводной сестры и откровенно враждебных взглядах сводного брата. Именно Гидеон, в отличии матери и сестры, совершенно не умел скрывать свои эмоции и мысли. Что ж, спасибо и на этом.

Сегодня была лишь формальная церемония упокоения главы рода Аскард, в который теперь входили и Роданские пумы, на которую могли прийти главы и просто члены всех самых знатных родов страны. Барсы обезглавлены ровно на тридцать дней. А потом Терон, Гидеон и Айра сразятся за право стать приемником рода. И, если он проиграет, то последний чистокровный барс Аскарда превратится в бесславный финальный аккорд их рода.

— Не дождётесь, — прошипел мальчик, невольно выпуская когти и клыки.

Издав короткий, довольно воинственный рык он ворвался под сень вековых дубов столичного парка.

— Терон, — голос молочного брата настиг юношу как раз, когда он скинул с плеч траурный камзол. — Постой же, куда ты так несёшься⁈

— Просто, — часто задышал мальчик, пытаясь сморгнуть злые слёзы, — просто…

— Остынь, — взволнованно взял его за руку друг. — Куда ты собрался? Ты не можешь вот так просто убежать. Все смотрят, ждут, когда ты оступишься, понимаешь? — серьёзно смотрел Ринар своими черными, как самая беззвёздная ночь глазами. — Ты наследник Аскарда и они должны видеть, что тебя не сломать. Пойдём, пойдём друг, ты не один, — продолжал говорить мальчик, поднимая брошенный камзол с земли и уводя товарища обратно. Туда, где теперь им предстояло сражаться не только за право возглавить род, но и просто быть. — После сражения мы с тобой отправимся в закрытую школу для мальчиков, так будет безопаснее всего, пока достаточно не подрастём…

Уходя ни один из друзей не обратил внимания, как из кармана поднятого с земли камзола выпали небольшие золотые часы, быстро смешавшись с пышной зеленью травы.

Две девочки непохожие как день и ночь забежали под крону векового дуба. День был жарким и в их кукольных платьицах с многослойными юбками и обилием оборок было довольно жарко. Правда у девочки со странного цвета волосами платье было поскромнее, чем у малышки с копной золотых волос, уложенных в некое подобие взрослой прически для выхода в свет.

— Ритуал первой крови такой скучный, — вдруг сказала девочка с волосами, которые сверху казались совершенно седыми, а снизу черными как ночь.

Странное деление окраса выделяло в ней принадлежность к совсем малочисленному роду оборотней и выглядело скорее предупреждением для остальных, чем чем-то ещё.

— А я так испугалась, — поделилась её подружка. — Мама не говорила, что нам придётся пить кровь. И, что того зайца убьют при нас…бррр… — дернула плечами девочка.

— Дедушка говорит, что раньше каждый двуипостасный должен был самостоятельно поймать и освежевать добычу в день первой крови и накормить этим мясом семью. Он сказал, что этот обряд говорил о том, что оборотень прошёл своё первое совершеннолетие и готов охотиться вместе с семьёй. Мы в эти выходные поедем в лес, где я добуду свою первую дичь, — хищно оскалилась малышка, обнажая крошечные клычки. — А, то в столице и поохотиться не на кого, — явно повторяя за кем-то из взрослых, сказала она.

— Дикость какая, — капризно изогнув аккуратный ротик, картинно скривилась малышка.

Улыбка почему-то тут же исчезла с губ девочки.

— Чего это дикость? — исподлобья взглянула она на новую подружку. — Дедушка сказал, что мы двуипостасные и если не уважать вторую натуру, то и сильным оборотнем не стать.

— А, я и не собираюсь становиться сильным! Я красивая и из знатного рода рысей! И вообще будущая жена главы кланов Аскарда! Мама сказал, что обо всем уже договорено! Ясно тебе, — показала язык малышка.

— А я…а я… тоже красивая и сильная и мужа какого захочу, такого и выберу и никуда он от меня не денется! Как Миттар решил, так и будет! — распалялась девчушка.

— Амалия! Лия! — по парковой дорожке в их сторону бежала не на шутку встревоженная молодая женщина. — Куда ты убежала? — нахмурилась она, бросив взгляд на раскрасневшуюся дочь, а потом немного испуганный на вторую девочку. — Немедленно подойди ко мне, — остановив напряженный взгляд янтарных кошачьих глаз на незнакомой малышке, она нарочито медленно протянула руку дочери.

— Ну, мама, скажи ей! Что охотиться в лесу — это дикость! Занятие для нищих, кому не на что купить себе еды, — скривившись, Лия бросила взгляд полный превосходства на девочку, даже не заметив испуга матери и того, как та пытается как можно быстрее и в то же время осторожнее утянуть подальше дочь.

— Пойдём немедленно, — вместо ответа потащила женщина дочь, нервно оглядываясь и высматривая родителей дочери рода Миттар.

Как их вообще угораздило попасть на ритуал первой крови вместе с этими дикарями?

— Эйри, — немного сиплый мужской голос раздался со спины.

Женщина, немея от страха, повернулась лицом к невысокому, наполовину седому, чуть смуглому мужчине в простом, видавшем виды сюртуке и потёртых брюках.

— Вот ты где, — всплеснул он руками. — Куда тебя унесло? — ворчал он, подходя ближе и машинально принюхиваясь, привычно считывая информацию о том, что его окружает.

— Деда! — воскликнула девочка, бросаясь в объятия мужчины. — Скажи им, что охотиться не дикость, а способ усилить зверя.

— Простите, — вдруг залепетала женщина, сталкиваясь с совершенно непроницаемым черным взглядом Нортона Миттар, главы рода Миттар, которым даже её в детстве пугала мать. — Лия не то имела ввиду, извините, — ещё раз прощебетала она, и потащила дочь на выход из парка.

Некоторое время Нортон смотрел вслед женщине ничего не выражающим холодным взглядом и лишь, когда девочка коснулась его руки, он посмотрел вниз и взгляд его вдруг стал теплого чайного цвета, а лицо словно преобразилось.

— Пойдём, бабушка заждалась, — потянул он внучку на выход, как та вдруг прищурилась и опустилась на корточки.

— Смотри деда, что это?

В руках малышки оказались небольшие, но на вид достаточно дорогие золотые часы на цепочке.

— Должно быть, кто-то потерял, — пожал плечами мужчина.

— Нельзя их оставлять, — авторитетно заявила малышка. — вечером будет гроза и они испортятся. Надо взять их с собой и сказать смотрителю парка, что мы их нашли, да, деда?

— Думаю, да, так будет правильнее всего.

Рассуждал мужчина, уводя девочку из парка. К сожалению, смотрителя парка найти не удалось, а дворнику доверить находку пожилой Миттар не захотел. Сказав, что если кто будет искать пропажу, то пусть найдут его. Дворник вроде бы согласился передать то, что часы нашёл Нортон Миттар, но завтра у него был выходной, а потом он об этом как-то и забыл…

— Ты придурок…

— Нет, ты придурок…

С закрытыми глазами можно было подумать, что это один человек разговаривает сам с собой.

— Получишь…

— Нет, ты получишь…

— На…

— Ааа!!!

Не открывая глаз нащупала рукой книжку, что читала перед сном, и со всей силы зашвырнула туда, где находился источник моего утреннего пробуждения.

— Ааа!

Теперь было слышно, что вопят уже двое.

— Заткнулись! — вызверилась я, подскакивая на кровати и готовясь к атаке на двух придурковатых братцев.

Правда, сперва, нужно было как можно быстрее напялить очки на нос, а то вместо вредителей передо взглядом кружила одна невнятная муть. Последствие тяжелейшей травмы глаз давало о себе знать и теперь без своих магически усиленных очков я была слепа как крот.

Спасибо магии, что она есть! Жаль, что на оборотней она не действует и моё зрение уже не вернуть. Но, ведь очки тоже неплохо⁈

Рой и Лео синхронно уставились на меня своими совершенно идентичными мордашками. На первый взгляд очаровательные мальчишки одиннадцати лет: лица в веснушках, курносые носики, милые кудряшки на наполовину седых и наполовину черных волосах, ямочки на круглых щёчках.

Всё так, если не знать этих поганцев, как следует.

Пока мы играли в гляделки, до меня не сразу дошло, что такое эти двое засранцев держат в руках и судя по всему всё это время перетягивали между друг дружкой пока не порвали.

Мой парадный мундир!

Мой совершенно новенький парадный мундир, в котором я сегодня должна получать награду и заодно отставку в королевском дворце! Да, проку от офицера без глаз нет, особенно в моём подразделении. Вот и спроваживают меня со всеми почестями. Всё же моя роковая вылазка завершилась успехом для королевства и утратой зрения для меня.

— Вы же понимаете, что я вас убью, — прошептала я, чувствуя, как на руках начинают увеличиваться когти, а клыки во рту мешают четко выговаривать слова.

— Эйри, мы только это…

— Примерить…

— Хотели…

И не дожидаясь пока я потеряю остатки самоконтроля, пацаны с душераздирающими воплями бросились прочь из комнаты.

— Мама! Мама! Она нас убивает! — орали эти два исчадья бездны, когда я, схватив мундир, неслась за ними вслед.

Выбежала в коридор нашего фамильного гнезда и тут же понеслась туда, куда так явно указывал след, оставленный братьями. Можно было и не принюхиваться, мелкие пакостники визжали, как ненормальные. Хотя, они такие и есть, чего уж там!

Слетев с лестницы оказалась в огромной гостиной, где будущие малолетние трупы забежали за маму и спрятались за её хрупкой фигурой.

— Ну, что с утра опять начинается⁈ — всплеснула руками она, пока Рой и Лео, вцепившись в её юбку выставили маму наподобие щита между мной и ими.

— Мама! Только посмотри! — потрясла я разорванной на спине курткой мундира. — Что делать⁈ Что теперь делать⁈ Кто-нибудь в этом доме умеет шить? Мне через час выходить!

Ответом была ожидаемая тишина.

Ещё бы, в гнезде оборотней-медоедов, которые все как один находят свое призвание на военном поприще, такой вопрос был из разряда «неприличных». Не потому, что мы больше ни на что не способны! Но, когда все знают, что эти мелкие Миттар — шайка ненормально сильных и отшибленных на голову головорезов, больше особо никуда и не берут. Хорошо пока я восстанавливалась после травмы дядя Роб пристроил меня на курсы секретарей. Взяли меня туда лишь благодаря следующим факторам: очкам, которые делали меня похожей на стандартную безобидную зубрилку, духам, что подарила моя подружка-эльфийка, которые знатно разбавляли уровень силы внутреннего зверя, ну и на фоне двух предыдущих деталей, я как любой оборотень-медоед была довольно субтильной и низкорослой. Плюс к этому Файя, та самая моя подружка, настояла на том, что необходимо выкрасить мне волосы в глубокий шоколадный оттенок.

«Ну, и что, что фамилия Миттар», причитала она, колдуя над моими волосами. «Может, матушка твоя тебя подгуляла или ещё лучше нашли тебя по осени на грядках», хихикала она, сверкая своими кривоватыми зубами, что для эльфа было той ещё отличительной чертой.

— Ну… может быть, дядя Роб? — неуверенно протянула мама.

— Дядя Роб, — нахмурилась я, с трудом представляя этого крепыша с кулаками, что две кувалды, с иглой в руке.

— А, что? Он в морге в молодости подрабатывал, — пожала плечами мама. — Уж всяко видел, как шьют, наверное… Не нервничай, Эйри, мы все поправим! А вы, — обернулась она к мелким паразитам схватив их за уши, — быстро в свою комнату и чтоб до завтрака ни слуху, ни духу от вас! И соберите свои стеклянные шарики в гостиной! Кто-нибудь поскользнётся на них и шею свернёт, боги упаси!

Дядя Роб нашёлся на кухне, где он, как примерный голодный оборотень, воровал блинчики из большого блюда, куда их пыталась нажарить для общего завтрака тётя Элаиз.

— Ты угомонишься, а? — по всей видимости не в первый раз шлёпнув лопаткой по рукам дяди. — Сегодня вся семья в гнезде! Такими темпами, я по-твоему, когда закончу с приготовлением завтрака⁈ О, доброе утро, Эйрин, Римель! — улыбнувшись, поприветствовала она нас. — Римель, — обратилась она уже к моей маме, — забери своего брата отсюда иначе завтрака никому не видать.

— За ним и пришла, — положив руки на широкие плечи дяди, улыбнулась мама, пока дядя Роб старался запихнуть хотя бы ещё один блинчик в рот. — Хотя, Элаиз, ты же умеешь готовить, а шить?

— О, нет, милая, откуда? — усмехнулась она. — А, готовить в вылазках всем приходится учиться, сама знаешь, — пожала она плечами, на что мы синхронно с мамой глубоко вздохнули.

— Дядя Роб, посмотри, что мелкие уродцы сделали, — заныла я, показывая свой мундир и огромную дыру на спине. — Ты же в морге работал, зашьешь?

— Тц, — цокнул дядя, нахмурившись и с самым серьёзным видом начал изучать «ранение» моей формы. — Не переживай, боец, я тебя вытащу, — и потянул руки, выпачканные маслом, к моей многострадальной форме.

— Руки!

— Нет!

Закричали мы с мамой в один голос, спасая мундир от ещё более губительного «травмирования». Стирать мы умели, походная жизнь приучила, но вот времени на это уже совсем не оставалось.

Всё же дядя Роб вымыл руки, сходил к себе в комнату и принёс набор для сшивания ран. Совсем скоро он вдел тонкую нить в иглу напоминающую крючок, достал пинцет и ножницы.

— Ты уверен, что это надо делать именно так? — взяв в руки ножницы, нахмурилась я, пока дядя споро делал узелок с обратной стороны мундира.

— Режь, — приказал он, стянув первый узел.

Я тут же обрезала нити, а дядя начал крутить следующий узел.

— Я понятия не имею, как надо, но умею я только так, — пробурчал он, продолжая операцию по спасению. — Режь, — новый приказ и моё беспрекословное подчинение команде.

Что тут скажешь? Все мы оборотни рода Миттар обучены совсем не тем вещам, что большинство жителей королевства. Самой многочисленной расой в королевстве Давор считались именно оборотни. Хотя были и беглые эльфы, как моя Файечка, например, которых за те или иные прегрешения вытурили из их мест силы — серебряных лесов. Так же, можно было встретить людей, среди которых порой встречались и маги. Маги особенно пригождались, потому как сами двуипостасные были устойчивы к магии любого вида, но также не умели управлять потоками. А, иногда, это было нужно и во многих сферах применялось. Взять мои очки, создание которых было бы просто невозможно, если бы не престарелый маг с соседней улицы, к которому меня привела подруга.

Оборотни же обладали долгой продолжительностью жизни, повышенной регенерацией, силой и ловкостью обозначенной второй ипостасью. Во многом она же влияла и на общие качества натуры.

На этом стоит представить мой малочисленный род, обитающий на просторах королевства Давор — род оборотней медоедов — Миттар. И, нет, медоеды мы не потому, что вкусняшки любим. К данному виду принадлежит вторая ипостась нашей семьи и она же во многом определяет нашу внешность и особые качества присущие нам. Мы все невысокого роста, у каждого из нас двойной окрас волос, где верх бело-серый, а нижняя половина головы — черная. Это тут же выдает нас окружающим. И с этим возникает ряд сложностей, особенно, когда случается что-то, что выбивает тебя из системы. Как произошло со мной, например. Нас терпят, пока мы сражаемся за королевство, носим форму и направляем свою силу, непредсказуемость и агрессию на врагов. Но в мирной жизни всё очень непросто.

Глаза у оборотней нашего вида карие или черные. В общем-то, что касается внешности, то в остальном мы мало чем отличаемся от других оборотней.

А, вот в остальном…

В природе у животных нашего вида нет естественных врагов. Они всеядны, совершенно бесстрашны и запредельно агрессивны. Как это ни прискорбно признавать, но вторая натура во многом влияет и на нас. В Миттар нет гражданских. Все мы военные, потому как сильнее, быстрее, изворотливее и никогда не видим пределов в поставленных задачах. Мы всегда идём до конца — это знают все…

К сожалению, наши соседи тоже в курсе и стараются лишний раз на глаза нам не попадаться. Люди в королевстве тоже осведомлены и видя нашу разношерстную семью, стараются всеми правдами и неправдами держаться подальше. Считается, что мы взрывоопасные и психованные. По этой же причине, мы никогда не нанимаем слуг в гнездо. Во-первых, ощущение чужаков на нашей территории нервирует вторую ипостась. Во-вторых, сложно найти того, кто смог бы нормально работать в нашем доме принимая нравы, царящие в нём. Одни близняшки кого угодно в могилу сведут!

Так что «слава рода» во многом определяет отношение. Когда я училась в школе, то мечтала поступить в академию и выучиться на юриста. Хотелось стать общественным защитником, работать с людьми, носить милые платья, обедать в перерывах в кафе и с подругами бегать в театры и на прогулки в парки… Вот только люди работать со мной не хотели. Ещё меньше рвалось в подруги. Даже не представляю, каким чудом боги послали мне Файку или Файритиэль, если уж по правильному. Потому получив свой диплом об окончании школы в пятнадцать лет мне пришлось поступить в военную академию и продолжить традицию рода Миттар строя карьеру там, где нас ценили. И, наверное, всё было бы хорошо, если война не имела свойство убивать и разрушать. Два года назад погиб отец, три месяца назад я лишилась глаз и поняла, что оно даже хорошо. Хорошо, что я ослепла и меня увольняют за профнепригодность пусть и со всеми почестями. Лучше уж так, чем если маме принесут письмо о моей гибели. Она ели выплыла после смерти отца и то благодаря семье, но я не представляю, что с ней будет начни она терять нас. И, я поняла, что очень постараюсь прижиться в мирной жизни, а со временем притащить в неё и своих братьев… Это моя мечта.

К чести дядюшки у него ушло совсем немного времени, чтобы мой мундир вновь обрёл целостность, а я кое-как успокоилась. И успели мы как раз к завтраку.

За столом в семейной столовой собралась вся наша многочисленная семья. Во главе сидел мой дедушка, Нортон Миттар, по правую руку бабушка Фло, а для посторонних Флоранс Миттар, по левую руку от дедушки — дядя Роб, рядом с ним тётя Элаиз, далее их старший сын Эрик, его жена Тара и их сыночек малыш Филипп. Малыш, как раз был того прелестного возраста, когда наша вторая натура ещё не лезла из всех щелей. Хотя, судя по тому, как этот пухлячок ловко схватил блинчик и тут же шлёпнул им по лицу среднему сыну дяди Роба, Дереку, скоро очарование окончательно спадёт. Именно Дерек был моим ровесником и с ним вместе мы росли, а в последствии учились, служили, а теперь он будет провожать меня со службы. Младший сын дяди Роба и тёти Элаиз — Тод, сидел рядом с Дереком и лишь гнусно похихикивал над тем, как прилетело незадачливому братцу. Тара пыталась урезонить мелкого пакостника, но ожидаемо у неё ничего не выходило.

Напротив расположились моя мама, далее шёл стул для меня и братьев.

В самом конце стола сидели тетушка Риет вместе с мужем Альбером и их детьми — сестричками Кати и Линэль. Тетя Риет приходилась двоюродной сестрой мамы и дяди Роба и приехала к нам в гнездо ненадолго, слава всем богам, потому что если Рой и Лео, мои братцы были простодушными пакостниками, то Кати и Линэль хитрожопыми идиотками, которые вообще берегов не видели! Наверное, сказалось то, что их отец был лисом, не иначе. Как только тётю Риет угораздило почувствовать в нём свою истинную пару⁉ Но, бывает всякое, чего уж там, против природы не попрёшь. Девочки имели вторую ипостась медоедов, но вот характер… гремучая смесь.

Таким образом сегодня за столом собрался весь род, что проживал в столице королевства Давор — Фортекс. На территории королевства было ещё несколько семей медоедов, но нас было очень мало в сравнении с другими разновидностями. Сам дедушка Нортон и бабушка Фло эмигрировали в Давор после разрушительной войны на юге ещё когда были совсем молодыми. Тогда большая часть рода Миттар была уничтожена. Здесь у них родилось пять детей из которых остались только мама и дядя Роб. Как вы понимаете, все они погибли на военных миссиях королевства, как и мой папа. Мама уволилась со службы, чтобы заботиться о детях, как и тётя Элаиз.

— Я тут договорилась, — загадочно сообщила тётя Элаиз с таким видом, что приготовила грандиозный сюрприз, — на двойное свидание для Эйрин и Дерека! — радостно изрекла она. — Моя тётка из Роданских хребтов, вы же помните, да?

— Конечно! — воодушевилась мама, когда Дерек напротив меня картинно закатил глаза и тут же получил ещё одним блином по лицу.

Будет знать, как глаза закатывать — бутус Филипп был наготове!

Не сдержавшись я сдавленно хрюкнула, пытаясь не расхохотаться в голос.

— Так вот, её сын всего на пару лет старше Эйрин и он уже капитан, — с непередаваемой интонацией, словно рекламировала какой-то новомодный кухонный инвентарь, излагала тётя. — А у моей тётки есть подруга — Фиона Тэйт из северной ветки…

— Но они уж очень мелкие, — заметила бабушка Фло, имея ввиду вторую и первую ипостась.

Медоеды редко, когда вырастали выше ста семидесяти сантиметров, девушки так и вовсе не выше ста шестидесяти. Бабушка Фло, так-то, была ростом сто сорок пять сантиметров. И уж, как говорится, чья бы корова мычала…

— Ну, для девушки это скорее плюс, — заметила тётя Элаиз. — После церемонии у Дерека и Эйрин будет небольшой отпуск, и я думаю самое время подумать о личной жизни. Принюхаться, так сказать, — хихикнула она.

Да, свою пару обороти определяли именно по запаху. Союзы, конечно, заключали не всегда с истинными. Но очень важно было, чтобы запах был совместимым. Это истинные могли принадлежать к разным видам и проблем с потомством у них бы не было. Если, конечно, не брать в расчет того, что намешали тётка Риет с дядей Альбером.

— Ещё бы не мешало приодеться, — заметила одна из сестричек-недолисичек.

Кати и Линэль были на три года младше меня и Дерека. Им только исполнилось девятнадцать.

— Ага, Эйрин, так точно, — захихикала вторая на грани слышимости. — А лицо подкорректировать никак не выйдет? Магия ж на нас не действует, — деланно жалостливым тоном вздохнула она, приложила к глазам пальцы колечком, изображая мои очки, открыла рот и начала хлопать глазами, точно умственно отсталая. Угадайте, кого изображала эта зараза?

Но, что такое для оборотней шепотки. Все всё прекрасно слышали.

— Могу тебе подправить? — предложила я, продолжая как ни в чем не бывало есть чуть подгоревшую кашу.

Блины к тому моменту, как я села за свой стул уже растащили.

— А ну цыц! — шикнул дедушка. — Ещё хоть слово услышу и в этом доме есть вы будете за отдельным столом.

Стоило деду сказать своё весомое слово, как в столовой воцарилась тишина, разрушаемая лишь звоном приборов о тарелки и милым лепетом Филиппа.

Терон Аскард

— Позволь я помогу тебе, — сказал Ринар, не успев переступить порог личных покоев главы рода Аскард.

В этот самый момент Терон пытался наложить свежую повязку на рану, которая багряным рубцом красовалась на его обнаженном животе. Мужчина чуть искривил рот, стараясь скрыть насколько ему больно изобразив неубедительную гримасу вместо улыбки. Терона бил сильный озноб и никак не получалось наложить бинт более-менее ровно.

— Они становятся всё изобретательнее, — протягивая другу средство для обработки ран. — Оружие было покрыто чем-то. Лекарь говорит, что скорее всего это яд камнехвостки. Рана совсем плохо заживает, будто я простой человек. Регенерация должна справиться дня через два. Вот только сегодня я должен быть во дворце и желательно не вонять болью и кровью, точно какая-то побитая собака.

Стоило Ринару взять пузырёк, как Терон откинул с лица белоснежные пряди волос и оперся двумя руками о кровать, чуть откинувшись назад и позволяя другу обработать и перевязать рану.

— Мне стоит наплевать на все клятвы и просто прирезать этих тварей по-тихому, — прошептал он. — Они никогда не перестанут пытаться.

— Ты не можешь, — как всегда спокойно возразил Ринар, бросив на молочного брата взгляд проницательных черных глаз. — Твой отец был уже не в себе, когда Анаис взяла с него клятву о том, что если ты станешь главой рода, то не тронешь ни её, ни её детей. Иначе, я не могу представить, как ему пришло в голову поклясться кровью рода Аскард? — покачал он головой. — К тому же, могут начаться волнения среди пум, если ты обвинишь наследников Радонских хребтов бездоказательно.

— Нет больше никаких наследников Радонских хребтов, Ринар, они сами приняли главенство Аскард в надежде, что я сдохну в череде бесконечных покушений. Мы должны найти способ избавиться от них.

— Любой твой приказ причинить им вред…

— … нарушение клятвы, — устало прикрыл глаза мужчина. — Я знаю, но и существовать подобным образом далее — это издевательство. Раз я не могу убить, то вырву жало у этих змей.

— А я подумаю над тем, как максимально обезопасить тебя.

Ранение, от которого сейчас мучился Терон было получено вследствие попытки ограбить его. До этого были: отравленная пища в закрытой школе; отравленное вино в таверне, где он решил остановиться совершенно случайно; неожиданно понёсший жеребец; нападение группы наёмников; попытка прирезать его от девушки, с которой у него был довольно продолжительный роман. И это только то, что приходило ему в голову именно сейчас. Самое интересное, что никто из тех, кого удалось привлечь за покушение на него не сознавался в том, что их кто-то нанял. Даже очаровательная Ирса лепетала, что-то о ревности и о том, что просто не могла больше выносить его измены! Какие измены, если это была его первая женщина и он был так глупо по-мальчишески влюблён в неё⁈

Тогда, шестнадцать лет назад, когда он выиграл свой поединок за право главенства в роду, он невольно подумал, что, может быть, ошибался насчет мачехи и сводных брата с сестрой? Поединок вопреки всем его подозрениям был честным и это сильно озадачило его. Правда совсем скоро до него дошло, зачем это было сделано. Мачеха и оборотни, что поддерживали её не могли допустить, чтобы Аскард увидел их гнилое нутро. В роду должны были верить в честность вдовы Эльзара, как и в то, что Роданские целиком и полностью признают древнее право силы крови и не претендуют на место юного наследника. Зачем, если совсем скоро ему суждено быть отравленным в частной закрытой школе для мальчиков? И лишь случайность отведёт от него смерть, когда сосед по комнате, увидев невероятной красоты пирожные присланные Терону, решит тайком съесть их, пока мальчик не вернулся с занятий. Именно в тот момент, когда юный волк будет корчиться в муках на полу их общей комнаты, Терон наконец-то поймёт, почему ему позволили стать главой рода.

До сих пор для него было загадкой, почему его отец решил ввести пум в род. Ведь барсы Аскарда никогда не нуждались ни в сторонних вливаниях капиталов, ни в силе чужой крови. Чего нельзя сказать о Роданских, которые после смерти главы, остались не у дел. Мало того, что их глава промотал состояние, так и сам род понёс большие потери в ходе Северной войны.

— Я кое-что раздобыл для тебя, — сказал друг, протягивая Терону металлическую цепочку на которой висел ничем не примечательный кулон из светлого металла.

— Дождался, — хмыкнул Терон, превозмогая боль и на его губах заскользила кривоватая усмешка, — наконец-то ты решил поухаживать за мной, — хохотнул он.

— Дурак, — шикнул на него мужчина. — Это между прочим последняя разработка магического ведомства для военных Давора! Первый амулет, который способен служить щитом находясь на шее у оборотня, — мужчина отогнул ворот рубашки, показывая, что у него есть точно такой же.

— Парное ожерелье, — расплылся в проказливой улыбочке Терон, за что тут же схлопотал шутливую затрещину от друга. — Какой же ты дурень, хорошо, что никто кроме меня и не догадывается!

— На случай, если кто-то решит пустить в тебя стрелу, он защитит! Правда, от меча не сработает, особенно если меч в руках у оборотня, то тут все как всегда: все магические потоки схлопнутся и щит вместе с ними. Но ведь даже если и так, хоть никто в тебя ничего кинуть не сможет, хорошо же?

— Это из-за него от тебя так странно пахнет? — спросил Терон, ощущая, что запах Ринара стал каким-то приглушенным.

— Да, — махнул он рукой, — побочный эффект. Но для тебя даже хорошо, скроет запах твоего ранения куда лучше, чем травяной сбор, который выдал лекарь.

— Думается мне, что это лучшая функция этой штуки, — пробормотал Терон, принимая подарок.

— Вообще, я думаю, нам необходимо поменять подход к охране твоей персоны. Твои телохранители всегда на виду и несложно отследить, когда ты не один или уязвим. Нам нужен такой телохранитель, чтобы никто не знал, что тебя охраняют.

— О, боги, Ринар, где же такого взять? Хотя ты прав, у них остаётся не так много времени, чтобы меня убрать. Квин вошёл в возраст силы и, если он сейчас не займёт место главы, то в последствии его могут посчитать недостаточно подходящим. Идеальный момент для моего устранения, — прикрыл глаза Терон, поднимаясь с постели и подходя к гардеробу, доставая свежую рубашку. — Сегодня я передам бумаги его величеству и инициирую внутреннее расследование о растрате и незаконных махинациях с активами на Анаис. Всё, что я столько лет пытался свести воедино наконец-то станет тем спусковым крючком, который избавит род Аскард от этих паразитов. Раз я не могу их устранить физически, то я разрушу их репутацию. Стая сама разорвёт их, а король довершит то, что не могу сделать я.

— Всё получится, Терон, — твердо кивнул Ринар, — король Эддаль не дурак, он всё понимает и ему нужно, чтобы ты вложил в его руки меч, чтобы он смог нанести удар.

— Думаю, того, что я дам короне за это достаточная цена за кровь моих врагов.

Эйрин Миттар

Дворец Давор, как монументальный оплот власти, был виден из любой точки Фортекса. Огромный, выстроенный из белоснежного камня, он сиял точно замок небесного владыки в лучах летнего солнца возвышаясь над городом. Просто смотреть на него со стороны было довольно захватывающе, что уж говорить о том, когда доходило до того, чтобы войти за крепостные стены, что окружали этот комплекс от всего мира. Мы с братом подъехали к воротам, ведущим на территорию дворца, на нанятом экипаже. Приехать сюда на личном животном можно было либо в связи со служебной необходимостью, либо будучи главой какого-нибудь известного рода. Для всех остальных была открыта небольшая «калиточка», где нужно было пройти досмотр, отметиться в гостевой книге, и уже после того, как твоё разрешение на вход будет подтверждено, войти внутрь.

У нас с Дереком ушло на это чуть больше двадцати минут. Процедура стандартная, но довольно выматывающая, так как охрана чуть ли до нижнего белья не раздевала, проверяя не притащил ли кто из нас что-то, что могло навредить королевской чете и их приближённым. Самое интересное, досматривали они подобным образом далеко не всех, а только наиболее подозрительных и потенциально опасных личностей. Угадайте, к каким именно приписывали нас с братом?

— Зачем вам мечи? — под конец поинтересовался один из охранников.

Я чуть было не брякнула, что-то из разряда: «чтобы тебя прирезать, деточка», но вовремя прикусила язык.

— Стандартная часть обмундирования для церемонии награждения, — монотонно ответила я.

Охранник подозрительно прищурился, но комментировать не стал, сделав какие-то пометки в тетради и наконец-то позволив нам войти.

— Вы знаете, как пройти на плац?

— Да, — кивнул Дерек, — не первый раз.

В этот момент ворота открылись и на территорию дворца, без досмотра и унизительных процедур по раздеванию, въехала целая кавалькада всадников. Впереди всех держались двое мужчин и без каких-либо отличительных знаков в них угадывалась кровь альфа-оборотней. Оба высокие, широкоплечие блондины, только у одного волосы были темно-серыми, то у другого абсолютно белоснежными. Они лежали на его широких плечах, делая черты лица более яркими, резкими. Сама не знаю почему, но я вдруг поняла, что совершенно беззастенчивым образом таращусь на этого оборотня и понимаю, что в жизни не встречала никого более привлекательного. Его светло-серые глаза в окантовке темного цвета, казались какими-то невероятно пронзительными. Темные брови, прямой лоб и нос с горбинкой, чувственные губы и немного тяжелый подбородок.

— У тебя очки взорвутся, если продолжишь в том же духе, — прошептал мне на ухо брат.

— Бездна с ними, оно того стоит, — пробормотала я в ответ. — Какой красивый, — совершенно бесхитростно выдохнула я, когда этот огромный оборотень словно услышал мой восторженный выдох и бросил на меня взгляд, а его губы исказила какая-то жесткая усмешка. — Ты смотри какой плохиш, прям как я люблю, — продолжала вздыхать я, смотря вслед мужчине своей мечты.

— У тебя даже парня никогда не было, что ты там можешь любить? Вылупилась на мужика своими окулярами, хорошо хоть солнце за тучи зашло, а то не ровен час подпалила бы его лупами ни за что, ни про что, — пробурчал мне над ухом брат.

— Много ты понимаешь вообще! Просто не у каждого плохиша хватит смелости со мной связаться, — немного грустно вздохнула я. — И ничего я не вылупилась! В свободном королевстве живём, между прочим!

— Это глава рода Аскард, так что подбери слюни и пошли, пока все награды без тебя не раздали, а то уйдёшь в отставку так ни разу короля и не увидев.

Что ж, была в этом истина. К сожалению, альфы и главы крупных родов не размениваются на полуслепых девиц на пенсии и сомнительного происхождения. Так что не стоило и засматриваться, но ведь ничего страшного, если хотя бы помечтать? В своих фантазиях я была очень даже ничего: в красивом платье, с ветром в волосах и солнечными зайчиками…

— … на стёклах очков, — буркнул брат, разрушая образ прекрасного у меня в голове.

— Чего? — нахмурилась я, прикидывая, могла ли озвучить что-то из своих фантазий вслух.

— Говорю, протри очки, на стёклах какая-то ерунда налипла, пыль что ли, — бормотал Дерек, пока я, достав платочек из кармана брюк бестолково водила им по стёклам.

Церемония награждения оказалась довольно скоротечной. Наше подразделение и ещё два отряда, где со службы выпроваживались такие же везунчики, как я, выстроили на плацу. С полчаса мы ждали пока придёт его величество. Потом всех разом накрыла властная аура сильного альфы ознаменовавшая появления короля и его свиты. Все мы слаженно приложили правый кулак к сердцу и опустились на одно колено. Точно так же поднялись, когда властный баритон монаршей особы прокатился по плацу давая команду «вольно».

Затем пригласили однорукого волка, безногого лиса на костылях, ещё одного безногого, но уже медведя, а потом и меня. На самом деле раненых в последнем боестолкновении было больше. Таким образом со службы выпроваживались лишь те, кто был достоин особых знаков отличия при увольнении.

— Лейтенант подразделения особого назначения «Риттан» Эйрин Миттар, — объявил глашатай и я покинула строй и чеканя шаг направилась в сторону трибуны, где расположился его величество со свитой.

С каждым отточенным годами тренировок шагом, я думала о том, что именно так отщелкиваются секунды моей прошлой жизни. Сколько всего в ней было? Учеба, тренировки, сослуживцы, что казались друзьями на век. Сколько горячих точек пройдено? Сколько шрамов украсило собой моё тело, как история жизни одного конкретного оборотня? Что осталось у меня от этой главы моей жизни? Как это ни прискорбно, но на ум приходило лишь моё увечье, что перевернуло собой эту страницу.

Увидев короля Давор Эддаля Второго и мимолётно заглянув в его тигриные глаза, я вновь перевела взгляд куда-то в зону горла правителя, разглядывая его шикарный белый с золотом мундир.

Все оборотни знали, когда и кому можно смотреть в глаза. В нашем мире язык тела порой говорил куда ярче слов. Так вот, пялиться в глаза правителю не лучшая идея, особенно, если планируешь пожить подольше. Это как бросить вызов прилюдно выражая своё сомнение в его главенстве. Конечно, я самка и в моём исполнении такой фокус будет означать не совсем тот самый вызов, но тоже довольно опрометчивый знак внимания.

Эддаль Второй был рослым мужчиной, с копной рыже-каштановых волос и с ярко-желтыми глазами. Дай боже моя голова доходила ему до груди. Стоило приблизиться к нему и тем оборотням, что составляли его свиту и охрану, как я почувствовала себя ребёнком рядом со взрослыми дядечками. Но для моего рода оборотней, это ощущение в принципе было нормальным. Ни страха, ни какого-либо пиетета перед властителем, я не испытывала. Это тоже было нормальным для моего рода. Но мы всё же не были животными настолько, чтобы нарываться на конфликт на ровном месте. Потому все положенные правила, такие как: не смотреть в глаза, не выражать агрессию или неуважение, держать положенную дистанцию, пока король сам не приблизится мы соблюдали. Разум никто не отменял до поры до времени. Другое дело, что в отличии от тех же волков, сильный альфа не производил на нас никакого впечатления. Не знаю, почему природа сделала нас такими, но единственный оборотень, которого мы слушались, потому что не могли ослушаться был дедушка Нортон — его признала вторая ипостась, как главу. Остальные просто сильные звери, на которых плевали мы с высокой колокольни.

— Спасибо за службу, — сказал король, протягивая мне коробочку из красного бархата, где лежала медалька, что стоила мне зрения.

— Служу королевству Давор, — отчеканила я, принимая свою награду. — Да здравствует его величество Эддаль! — добавила я фразу, которую произносили все до меня.

— Жаль, что вы больше не можете служить, — тихо сказал его величество так, что дальше тех, кто стоял совсем рядом никто не услышал бы. — Род Миттар всегда славно справлялся с возложенными на него миссиями.

«Именно поэтому нас так мало», хотелось добавить мне, но я лишь слегка поклонилась, а мужчина, что стоял чуть позади короля и передавал ему награды, протянул мне свернутый трубочкой свиток.

— Распоряжение о назначении пенсии, пока вы во дворце подойдите в секретариат и оформите документы на ежемесячную выплату.

— Спасибо, — так же тихо ответила я, развернулась на каблуках и направилась в строй.

Положенная мне пенсия была очень забавной штукой. Если бы не очки, я, как и оборотни, получавшие награду до меня, стала бы частично недееспособной. Вряд ли мне удалось бы найти высокооплачиваемую работу, если вообще куда-нибудь взяли бы. Зато пенсия моя была целых десять золотых за то, что я отдала своё здоровье во славу королевства. На эти деньги можно было купить две продуктовые корзины в месяц состоявших из молока, муки, яиц, крупы, лука, моркови и одной курицы. Вот, собственно, и вся цена моим глазам. Но, как говаривала Файка, в хозяйстве всё пригодится и стоило оформить выплату пока я тут и не таскаться во дворец ещё раз или упаси боги подавать документы через военное ведомство. Пока они дойдут до прямого адресата накопится уже целое состояние к выплате.

— Подождёшь меня на выходе, — протянув брату коробочку с наградой, — попросила я, собираясь сходить в секретариат, как и сказал помощник короля, когда нас всех отпустили по домам.

— Хорошо, как раз пока найду нам экипаж до дома, — согласился брат.

Стоило признать, что я ни разу не была на территории дворцового комплекса заходя дальше плаца, где проходило сегодняшнее награждение. И, как-то я даже не задумывалась, что дворец это как государство в государстве. Тут были парки, храмовый комплекс, даже свой театр для особ приближённых ко двору. Какие-то здания, подразделения ведомств и дом собраний, куда приезжали главы всех родов, принимать всякие умные законы, типа того, как облапошить офицеров-инвалидов и впарить им мешок муки за благо.

Одним словом, я не ожидала, что секретариат — это вовсе не какой-то кабинет во дворце. А, чтобы его найти, стоило знать, что он расположен в двухэтажном крыле дома собраний. Потому поблуждав немного по парку, зайдя в здание театра и побывав у входа в казармы королевской стражи, я решила, что придётся всё же у кого-то спросить, куда мне, собственно, податься, чтобы оформить своё пособие, когда краем уха услышала шепот, сопровождаемый запахом, который мне почему-то сразу не понравился. От него словно немели дёсна и если бы я была во второй ипостаси, то шерсть на загривке у меня бы точно встопорщилась. Кто угодно мог бы проигнорировать такие реакции тела, но точно не оборотень привыкший доверять себе и своему естеству во всем. К тому же с утратой зрения во многом я теперь полагалась на другие чувства, особенно во второй ипостаси. Сначала я не могла оборачиваться, потому как в своей второй ипостаси очки не напялишь, а без зрения было совсем тяжело. Но дедушка Нортон настоял, чтобы я привыкала ориентироваться, пользуясь тем, что осталось. Возможно, будь я простым человеком, это бы не сработало. Но звериная ипостась подразумевала особенную чувствительность ко всему. Стоило начать её развивать, как спустя какое-то время, мой зверь стал ещё более чутким и приспособился к своему положению, предпочитая просто закрывать глаза и не отвлекаться на муть перед глазами.

— Лучше смажь, — шептал кто-то за плотными зарослями кустарника, — этот Аскард живучая тварь.

Хорошо, что я была с подветренной стороны и могла не бояться, что меня так скоро заметят.

— Каким бы живучим не был, но тут и одной царапинки будет достаточно. Уж что-что, а ушастые знают толк не только в лекарствах, но и в отравах. Хозяин сказал, что это из самих серебряных лесов. Противоядия нет. Ты уверен, что он будет проходить именно тут?

— А где ещё? Ему придётся зайти в дом собраний, после визита к королю и именно тут самый оптимальный путь. В случае чего, Дора даст знать, если маршрут изменится.

— Всё же, почему именно тут? — возмутился кто-то третий. — Нельзя что ли где по дороге во дворец его было прижучить.

— Именно во дворце проще всего. Тут столько стражи, что мы как раз не привлечём внимания, а место для отхода надёжнее некуда. Но, всё делаем быстро.

Припав ниже к земле, я глубоко задышала. Я слышала три голоса, но нужно было понять сколько точно тех, что находились в засаде. И тут лучше всего могло подсказать обоняние. Стоило сосредоточиться на запахах, как мир словно раскрылся с совершенно иной стороны. Обычно многие оборотни мысленно просто блокировали большую их часть. И это было понятно, когда твоё обоняние может определить сколько дней назад тот или иной индивид был в душе и что он ел на обед, завтрак и ужин, то волей-неволей стараешься приглушить этот бесконечный поток информации, исходящий со всех сторон. Но как любой инструмент, если им не пользоваться и не тренировать, то всё что он будет рассказывать при применении — это страшная какофония из всего подряд. Дедушка Нортон всегда старался развивать в нас звериную природу, потому такой переход давался легко и непринуждённо. К тому же, последствия ранения и постоянные тренировки позволили усилить эти способности.

Запахи и звуки не просто рассказывали о своих обладателях, они словно рисовали перед мысленным взором картину того, кто где стоит, во что одет, что держит в руках, сколько кому лет, какая ипостась и возможный потенциал силы зверя.

Что ж в зарослях готовились к атаке шестеро оборотней самого распространённого вида — волки. Судя по запаху, говорившему об их походном образе жизни это были наёмники в совершенно новой форме дворцовой стражи. Новая одежда, застарелый пот, запах костра, земли и лошадей. Всё это отложилось на их коже.

Позже я иногда думала, что было бы, если бы я просто развернулась и ушла. Пошла бы оформлять свою крошечную пенсию, потом вместе с Дереком вернулась домой, обошла бы половину столицы в поисках работы, а после, как мама и тётя Элаиз, уселась бы печь блинчики дома и помогать дедушке Нортону с делами. Наверное, всей этой истории и не случилось бы вовсе…

Но я почему-то поняла, что не могу уйти и позволить, чтобы тот надменный альфа пострадал. С чего я решила, что так произойдет? Ведь рядом с ним была профессиональная охрана, да и сам он, судя по ауре силы, был далеко не слабак. Я не могла дать ответ на этот вопрос даже себе.

— Внимание, — слово скорее угадывалось по шелесту губ и выдоху.

Я едва смогла различить его, а за кустарником наступил совершенный штиль, разрушаемый лишь разрозненным боем шести сердец.

Через долю секунды в зоне слышимости появился цокот копыт, лошадиное ржание, ещё куча звуков, издаваемых небольшим отрядом. Голоса, стук сердец, скрип сёдел, шелест одежды всё это уже наслаивалось одно на одно, и я поспешила немного свернуть собственную чувствительность.

Осторожно сняв сапоги, поскольку парадная обувь была слишком скрипучей и неудобной для бесшумного передвижения, я обошла заросли и оказалась аккурат за спинами тех, кто готовился напасть на подъезжающий отряд, который почти поравнялся с засадой наёмников. Одним плавным движением я скинула ножны с меча и тут же бросилась со спины к тому, кто был ближе всего ко мне.

Никаких звуков, тихо, без сомнений, я действовала стремительно. Так, как привыкла и как учил дедушка Нортон. Прежде, чем кто-то смог что-либо понять, первый из мужчин уже распластался у моих ног.

Не останавливаться. Только вперёд. Без сомнений и никому не нужных пауз.

Моё появление конечно же не осталось незамеченным и ввело сумбур. Кажется несколько непозволительно долгих секунд наёмники потеряли, соображая на кого им кидаться: на меня или всё же придерживаться плана. Второй упавший замертво воин заставил их разделиться. Двое оставшихся бросились на меня, а ещё двое вывалилось из кустов. На миг показалось это странным. Как бы, отряд альфы Аскарда был гораздо больше, но всё стало понятным очень скоро, потому как с другой стороны дороги высыпало ещё около десятка оборотней, которые изначально были от меня достаточно далеко, чтобы я могла их учуять. А, возможно, одинаковый запах походной жизни и одной общей ипостаси просто смешался.

Закипело сражение. В воздух выплеснулся густой запах крови и звериной ярости. Разум привычно накрыло состоянием абсолютного спокойствия, когда ты двигаешься, убирая одну цель за другой. Где нет ни правил, ни условностей. Нет боли. Нет страха. Лишь стремительное движение вперёд на предельной скорости. Мои габариты лишь делали меня неуловимой для крупных мужчин, а сила тела позволяла двигаться так, что порой невозможно было уследить. Четверо волков — это довольно несложные цели для представителей рода Миттар. Я не чувствовала времени, когда начиналось сражение. Но всё было кончено, когда я толком даже не спела устать.

Выскочив вслед за теми, кому удалось выбраться от меня на дорогу, я оказалась в самом эпицентре схватки. Причем происходящее нравилось мне всё меньше. Любое ранение, нанесённое оружием наёмников, оборачивалось мучительной смертью оборотней Аскарда. Несколько охранников альфы уже лежало на земле. Их посиневшие тела и кровавая пена, запёкшаяся на губах, весьма красноречиво говорили о той степени эффективности яда, что применяли нападавшие.

Я сразу увидела его. Он сражался одновременно с двумя противниками. На лбу выступила испарина. Мужчина тяжело и как-то рвано дышал, но позиций пока не сдавал. К сожалению, было видно, что он либо не в лучшей своей форме, либо уже ранен и совсем скоро начнёт уставать. Почему-то понимание того, что он может пострадать отозвалось жгучей яростью на сердце. Обычно в сражениях я так не реагировала. Всегда были цели и пути их достижения и никогда эмоции не заслоняли собой понимания происходящего. Почему же сейчас всё было иначе?

Не успев толком задуматься над этим, я бросилась в самую гущу сражения, поставив для себя один единственный приоритет — альфа рода Аскард. Должно быть, со стороны я была похожа на странное юркое и мелкое существо в сравнении с гигантами, что сейчас сражались друг с другом, но это всегда было мне на руку.

Легко уворачиваясь от ударов и нанося свои, я быстро оказалась за спиной альфы Аскарда. Вовремя, потому что именно в этот момент мужчина непозволительно надолго отвлёкся на одного из наёмников и его спина стала открыта. Приняв удар на свой меч, я невольно поморщилась. Наёмник был крупным оборотнем и удержать его удар было тяжело и немного больно, если бы я была кем-то другим, а не Миттар, у меня скорее всего отсохла рука от такого. Но вместо этого я отбила удар и тут же ударила ногой в живот, уцепилась отросшими когтями за волосы на макушке война и со всей силы дернула на себя, карабкаясь на него, точно какая-то мартышка, и оказавшись уже на спине противника, ударила его длинными когтями в основание шеи, разрывая основные кровеносные сосуды. Тут же спрыгнула с повалившегося кулем противника и уже было повернулась к тому, что как раз поднял меч вместо поверженного приятеля, как услышала сдавленный хрип сражавшегося за моей спиной альфы Аскарда.

Никогда бы в жизни боль кого-то из своих или чужих не заставила бы меня отвлечься от боя. Это просто было невозможно и противоречило всем вбитым в меня годами тренировок и сражений инстинктам. Но почему стоило услышать сдавленный хрип этого оборотня, как я растерянно обернулась, чтобы увидеть, как заканчивает свой удар сражавшийся с альфой наёмник. Казалось, всё это происходит в каком-то замедленном действии. Клинок, что по касательной проходит по груди беловолосого мужчины, его сдавленный сип и падение на колени, чтобы попытаться встать, но не находя на это сил.

Вопреки мнению окружающих, медоеды не такие уж и агрессоры. Мы не злимся, обычно, просто делаем, что хотим и можем. Если нам что-то нужно, мы просто идём вперёд. Я не помню ни одного случая, когда бы я прибывала в какой-то неконтролируемой ярости, чтобы не понимать происходящего. Ни одного до этого самого момента, потому что очнулась я уже верхом на том наёмнике, что ударил альфу Аскарда. В руках у меня уже не было меча, мой мундир был распахнут, потому что кто-то с силой тащил меня за него пытаясь оторвать от давно умершего оборотня, а мои когти продолжали полосовать его грудь, ломая кости и разрывая плоть.

Только сейчас до меня дошло, что как-то странно занемела нижняя часть тела. Я не могла пошевелить ногами, но всё ещё сидела верхом на наёмнике и лишь оглушающий удар откуда-то сбоку, скинул меня с него заставляя упасть боком на дорогу так, что я с силой ударилась виском о землю. Очки на моих глазах треснули и мир ощутимо потерял очертания.

Через треснувшие линзы очков я видела, что рядом со мной лежит бездыханное тело главы рода Аскард. Его белоснежные волосы испачкались в буро-красной крови, что огромной лужей залила всю тропинку. Мужчина был мёртв и осознание этого рвало сердце, а я никак не могла понять, что в нём такого⁈ Почему я выбрала его, когда всего-то и нужно было, что отнести демонов свиток в секретариат, чтобы моя мама больше никогда не получала писем о смерти кого-то из нас…

Взгляд упал на золотые часы, что должно быть оторвались от моего мундира, и сейчас валялись в нашей общей крови… те самые, что когда-то давно нашла в парке.

Жалко, хорошие были часы…

— Ты придурок…

— Нет, ты придурок…

«Да, что опять-то», вяло подумала я, машинально нащупывая книгу, которую читала перед сном и запуская её в полёт прежде, чем толком успела сообразить, что эти мелкие придурки забыли в моей комнате с утра пораньше.

— Ааа!!!

Тут же слаженно заорали эти два брата-акробата.

— Заткнулись! — вызверилась я, слепо сощурившись и шаря руками возле кровати, чтобы нацепить на нос очки.

Стоило открыть глаза, чтобы увидеть двух совершенно похожих братьев усердно притворяющихся испуганными кроликами перед удавом. Это могло значить только одно — Рой и Лео что-то сделали и сейчас просчитывали пути к отступлению или атаке. Этот мыслительный процесс так явно отслеживался на курносых моськах, что я решила не дать им и шанса на попытку. Быстро оценив ситуацию я тут же заметила свой разодранный парадный мундир в их руках.

— Вы же понимаете, что я вас убью, — прошептала я, чувствуя, как на руках начинают увеличиваться когти, а клыки во рту мешают четко выговаривать слова.

— Эйри, мы только это…

— Примерить…

— Хотели…

И не дожидаясь пока я потеряю остатки самоконтроля, пацаны с душераздирающими воплями бросились прочь из комнаты.

Но не тут-то было! Я была уже на шаг впереди и прежде, чем они достигли выхода, схватила мелких пакостников за уши и потащила на первый этаж на суд мамы.

Братцы орали на все лады, крутились изо всех сил, причитали, что я их убиваю и ущемляю их права… Где только нахвататься успели?

— Какие права, упыри мелкие, вы мой мундир разодрали!

— Мы не хотели…

— Мы случайно…

— И вообще это Рой виноват!

— И вообще это Лео виноват!

Под конец синхронно заверещали мелкие вредители.

— Ах, ты!

— Ах, ты!

Опять одновременно вызверились братья и тут же сцепились друг с другом наплевав на то, что я вроде как держала их зауши.

Так-то они были младше меня почти на одиннадцать лет, но это не мешало им быть ненормально сильными, верткими и почти не чувствительными к боли. К тому же братья были почти одного со мной роста. Что им моё удержание за уши, когда выпал шанс выяснить, кто из них сильнее. Оказавшись в эпицентре бури, где удары летели со всех сторон, я не знала за что хвататься за свои очки, в попытках уберечь дорогой артефакт или за волосы братцев пытаясь растащить их.

— Ну, что с утра опять начинается⁈ — воскликнула мама. — А ну расцепились пока деда не позвала!

Имя Нортона Миттар, как всегда, подействовало отрезвляюще. Хоть что-то могло напугать мелких и привести в чувство.

— Мама! Только посмотри! — потрясла я разорванной на спине курткой мундира. — Что делать⁈ Что теперь делать⁈ Кто-нибудь в этом доме умеет шить? Мне через час выходить!

Решила я тут же обозначить свою проблему и как-то разом подумала, что, наверное, дядя Роб умеет… Почему?

Мама на некоторое время растерянно замолчала, а потом сказала:

— Ну… может быть, дядя Роб? — неуверенно протянула она. — А, что? Он же…

— В морге в молодости подрабатывал, — закончила я фразу за маму, хотя готова была поклясться, что ни разу о таком не слышала.

Да, — кивнула она. — Он тебе рассказывал? Странно, так-то он не любит вспоминать то время… В любом случае, не нервничай, Эйри, мы все поправим! А вы, — обернулась она к мелким паразитам схватив их за уши, — быстро в свою комнату и чтоб до завтрака ни слуху, ни духу от вас! И соберите свои стеклянные шарики в гостиной! Кто-нибудь поскользнётся на них и шею свернёт, боги упаси!

Дядя Роб и впрямь был тем, кто смог решить столь неожиданно возникшую проблему. Правда швы на моём мундире были довольно специфическими, но да это и не важно — в последний раз одеваю.

Во время завтрака, привычной трескотни родственников и сборов во дворец я постоянно ловила себя на мысли, что всё это как будто уже было. Мы привычно заняли свои места за столом, и я посмотрела на малыша Филипа, который потянул ручки к блинчику на своей тарелке. Почему-то подумалось, что этот непоседа необязательно собирается его есть и в этот самый момент он шлёпнул им по лицу Дерека. Нахмурившись, я потерла ладонями щёки пытаясь немного взбодриться. Странным образом мне казалось, что я в какой-то степени предугадываю разговоры, складывающиеся за столом. Должно быть, осознание того, что я больше не у дел всё же так сказалось на мне, как бы сильно я не пыталась сделать вид, что это не так. Мне всего ничего, а я чувствовала себя какой-то бабулей, которую выдернули из привычного, знакомого мира и заставляют учиться жить заново.

Я всегда немного завидовала девушкам, которые строили свою жизнь на гражданке. Казалось, у них было всё то, что составляет идеальную жизнь обычной женщины-оборотня: возможность создать семью и заботиться о ней. Такое простое определение включало в себя очень много нюансов. Например, уверенность в том, что твои дети будут расти при живых родителях. Возможность запланировать что-то на ближайшее будущее. Я уж молчу о простых житейских радостях таких, как выбрать род занятий согласно твоим интересам, а не предопределённостью рождения. Хотя сейчас я вдруг поняла, что быть чьим-то секретарём вряд ли предел моих мечтаний?

— Перестань, — прошептала я самой себе, натягивая многострадальный мундир. — «Нормальна жизнь» звучит, как ванильный пудинг после спецоперации, — усмехнулась я собственному отражению в зеркале. — Тебе обязательно понравится, — подмигнула я себе сквозь линзы очков.

Уже стоя на пункте пропуска во дворец и размышляя о том, какого демона нас досматривают, точно мы какие-то диверсанты? Лучше бы настоящих преступников так ловили! Хотя откуда бы им тут взяться?

Я заметила, как отворяются ворота во дворец и без всякого досмотра во двор въезжает кавалькада всадников.

Я смотрела на этих оборотней и странным образом ловила себя на том, как мое воображение наслаивается каким-то жутким, извращенным способом на внешность каждого из них.

Вот один из охранников едет за своим господином. Пепельноволосый весельчак, которого с головой выдают смешливые искорки в глазах. И тут же перед мысленным взором, как эти самые искорки затухают, а из живота мужчины течёт густая темная кровь. Рядом с ним старший товарищ, который выглядит как его наставник. Он серьёзен и невозмутим, но точно так же он лежит на земле, а его мертвый невыразительный взгляд устремлён к небу. Впереди всех держались двое мужчин и без каких-либо отличительных знаков в них угадывалась кровь альфа-оборотней. Оба высокие, широкоплечие блондины. У одного волосы были темно-серыми и совершенно черные глаза и сейчас они казались холодными и невыразительными, а я вдруг поняла, что знаю, какими они могут быть, когда на самом их дне разгорается ярость.

Но все моё внимание вдруг оказалось приковано к оборотню с абсолютно белоснежными волосами.

«Глава рода Аскард», вдруг разнеслось в моём воображении голосом брата.

Его волосы лежали на его широких плечах, делая черты лица более яркими, резкими. Светло-серые глаза в окантовке темного цвета, казались невероятно пронзительными… и вид того, как жизнь покидает их вдруг шибанула меня так, что показалось ещё миг и я просто упаду под натиском тех видений, что картинка за картинкой накатывали на меня в бесконечном хороводе крови, насилия и смерти. В этих хаотичных образах не было цельной картины, но они утаскивали моё сознание на какой-то иной уровень восприятия реальности не позволяя усомниться в том, что они совершенно, абсолютно точно реальны! И когда мужчина вдруг самодовольно усмехнулся мне, заметив мой ошарашенно-пришибленный вид, я вдруг вынырнула из этого калейдоскопа ужасающих образов и судорожно втянула воздух в лёгкие. Кажется, всё это время я боялась даже дышать!

— У тебя очки взорвутся, если продолжишь в том же духе, — прошептал мне на ухо брат.

— Ты должен был сказать это чуть раньше, — ответила я, не в силах отвести взгляд от проехавших мимо нас оборотней. — До того, как он улыбнулся мне…

— Чего? — нахмурился брат. — Напекло тебе голову что ли? — шутливо прикоснулся он к моему лбу ладонью. — Панамку надо было захватить, — хохотнул он.

— Да, конечно, надо, — согласно покивала я, всё ещё прибывая в каком-то глубоком шоке, не зная, как реагировать на те видения, что накрыли меня с головой и казались ужасающе реальными. — Мне кажется я свихнулась, как думаешь она поможет?

— Кто?

— Панамка, — одними губами пробормотала я, разворачиваясь на каблуках и устремляясь в сторону плаца.

Вся церемония награждения прошла мимо меня. Хорошо, я хотя бы не забыла должным образом поприветствовать короля. Когда же я попросила брата подождать меня у выхода из дворца, пока я отнесу документы на полагающуюся мне пенсию, осознание нереальности происходящего вновь накрыло меня с головой. Всё это походило на какой-то уже виденный мною сон. Я побродила по территории дворца в поисках секретариата прекрасно зная, что его нет там, куда я шла. Я просто знала, что путь неверен и ходила туда-сюда прежде, чем решилась довериться самой себе и пойти в ту сторону, где, я была уверена, что ждет смерть…

Всё произошло так, словно я играла в какой-то постановке. Словно повторился не раз отыгранный мною спектакль, где все актёры выполняли положенные им движения, говорили заранее заученные реплики и словно заколдованные не могли отступить от положенного им сценария.

Через треснувшие линзы очков я вновь смотрела как жизнь угасает в глазах главы рода Аскард. Его белоснежные волосы испачкались в буро-красной крови, что огромной лужей залила всю тропинку. Белое и алое смешалось в бурую грязь и осознание этого казалось мне ужасно неправильным. Я вновь не могла понять, что я такого нашла в нём, раз решилась несмотря на собственное предчувствие, которое никогда не подводило меня, повторить этот путь⁈ Зачем?

Взгляд упал на золотые часы… их циферблат треснул, но они продолжали оглушающе тикать несмотря на нашу кровь, которая, смешавшись, казалось, утопила их почти целиком.

— Ты придурок…

Книга оказалась в моих руках прежде, чем Лео удалось ответить что-то и устремилась прямиком в парочку близнецов ознаменовав слаженным ором прямое попадание запущенного мною снаряда.

Слаженный топот ног, хлопок закрывающейся двери, быстро удаляющиеся детские шаги, голос мамы, доносящийся с первого этажа.

Я же продолжала лежать на постели лицезрея вокруг сплошную невнятную муть. Погрузившись в собственные мысли, совершенно забыла про очки.

Я была растеряна. Сошла ли я с ума?

Что это было: реалистичный сон или всё взаправду?

Разве такое возможно?

Быть может, всё из-за травмы глаз и тогда взрыв задел и ещё что-то уже в голове?

Нет, как бы ни было приятно поверить в собственное безумие и списать всё на его счет, но даже сейчас я отчетливо чувствую привкус крови во рту. Я помню каждую деталь этого утра. В который раз я проживаю этот день? Есть только один способ убедиться в том, что я права. Нужно встать и повторить это утро. Мой мундир должен зашить дядя Роб. Тётя Элаиз предложит свидание с сыном своей подруги…капитаном, хотя он всего на пару лет старше меня…

Кое-как напялив очки на нос, я машинально подняла брошенный на пол многострадальный мундир и побрела вниз.

— Что вы носитесь с утра по раньше⁈ — продолжала отчитывать мама братьев. — Лучше бы пошли помогли Таре с малышом Филиппом!

— Ну, мама, он писает во всех, кто в зоне досягаемости! — возмутился Лео.

— Иногда и какается! — вторил ему Рой. — Пока он не соберётся нести ответственность за свои делишки мы к нему не притронемся!

— Ишь, ты, — фыркнула она, — давно таким умным-то стал?

— И мне интересно, — сказала я, спускаясь к этим троим и наблюдая, как уже вполне привычно Рой и Лео ныряют за спину матери, хватая её за юбку, и пытаются выставить маму наподобие щита, между нами.

— Так, что происходит? — строго сдвинув брови, мама попыталась посмотреть себе за спину, я же просто молча подняла свой мундир показав дыру на спине.

— Мне выходить через час, — кое-как выдав фразу, которую произносила по меньшей мере два раза, сказала я, при этом оставаясь абсолютно спокойной и не пытаясь призвать к ответу мелких засранцев.

— Эйрин, ты только не переживай, мы всё обязательно исправим! — а, вот, реакция мамы была напротив весьма эмоциональной. — Ты только успокойся! — всплеснула она руками, пока я, не выражая никаких эмоций, наблюдала за происходящим будто бы со стороны. — Возьми себя в руки! — отчего-то не на шутку испугалась она. — Оно не стоит жизни и здоровья твоих братьев, — взмолилась она, на что я лишь вопросительно приподняла брови, а мама зашипела на близнецов. — Мелкие поганцы, да она же вас сейчас на мелкие тряпочки разорвёт! В такой день додумались испоганить её мундир! Она же в ярости! Просите прощения, — на грани слышимости выдохнула она.

— Прости нас, — сдавленно выдохнул Лео из-за спины мамы.

— Да, прости! — вдруг взвизгнул Рой. — Мы больше не будем, только не убивай нас Эйриночка!

— Кто-нибудь в этом доме умеет шить? — вместо реакции на эту тираду задала я самый животрепещущий вопрос, ответ на который решал в буквальном смысле «всё».

— Ну, — растерялась мама, — может быть, дядя Роб ведь он…

— … в морге подрабатывал, — машинально закончила я фразу мамы, развернулась на каблуках и пошла наверх.

— Ты куда? Эйрин, дочка, постой мы всё исправим! Да, постой же! Вот, смотрите, что вы натворили! Идите хоть свои шарики из гостиной уберите, не приведи боги, шею кто свернёт!

Доносилось мне вслед пока я шаг за шагом поднималась в свою комнату, пребывая в каком-то состоянии близком к потере сознания, но почему-то всё ещё цепляясь за реальность.

— Роб! Роб!

Слышались крики мамы, когда я открыла дверь в комнату, вошла внутрь, закрыла дверь и повернула ключ, бросив свой мундир на пол.

— Всё правда, — прошептала я себе под нос. — Сегодня я умру. Даже пенсию не получу…

Почему-то последнее замечание показалось особенно обидным.

— И эти хреновы курсы на фига я их заканчивала⁈ Только деньги зря спустили, — выдохнула я.

Почему-то вспомнился глава рода Аскард. Интересно, он правда такой, как я помню или всё же я свихнулась?

Нет…проверять я не стану ни за что на свете! Я единственный кормилец для мамы и братьев, который не имеет права их подвести и оставить их обузой на весь род! Я не могу и не стану так рисковать! Что ж, если чтобы выжить мне всего-то и надо оставаться в стенах собственного дома я это сделаю!

Вспомнились часы, которые я видела перед тем, как испустить дух.

— Сколько там было, — пробормотала я, подходя к зеркалу и беря часы с трюмо.

Смотря на целый циферблат, я будто видела, как поверх наслаивается совершенно другое изображение, где эти часы разбиты и замерли в луже крови, а стрелки показывают четырнадцать тридцать пять.

— Точно, четырнадцать тридцать пять! Я просто никуда не пойду сегодня вот и всё! Подумаешь, награда, я так-то её уже два раза получила. Главное — это выжить несмотря ни на что! — кивнув собственному отражению в зеркале, твёрдо заявила я самой себе.

Н-да, возможно, я-то всё решила, но как быть с шестнадцатью оборотнями, у которых было совсем иное мнение на происходящее.

— Эйрин, детка, открой, — стук в дверь показался громом среди ясного неба, потому как я так ушла в себя, что даже не заметила, как мама и судя по запаху, дядя Роб подошли к моей двери. — Дядя Роб зашьёт твой мундир!

— Да, покажи мне ранение, надо определить фронт работ, — пробурчал он.

— Не надо, — поспешила я озвучить свою гениально простую идею. — Я решила, что никуда не пойду, — довольная собой чересчур радостно выдала я.

С той стороны двери воцарилась несколько подозрительная тишина. То, что эти двое не ушли я могла определить на слух, тогда почему оба замолчали?

— Д-детка, — голос мамы странно задрожал, — ты так расстроилась, да?

— Да зашью я его, — чуть слышно шепнул дядя Роб, явно обращаясь к маме. — Что за драма?

— Заткнись, Роберт, — зашипела мама в ответ. — Неужели не видишь, как её задело это происшествие с мундиром. Сперва сама пострадала, уходит со службы в таком юном возрасте. А эти жуткие очки, которые ей теперь придётся таскать всю жизнь на своём красивом личике! Как, думаешь, разве это не ужасно для моей малышки⁈ А теперь такое в столь ужасный день окончания её карьеры, когда всё должно было быть идеально, чтобы не бередить душевные раны!

Кажется дядя Роб, как и я, оказался не готов к такой подноготной произошедшего. Нет, очки правда были толстоваты, но я особой беды в этом не видела. По крайне мере, они реально работали. Ну, и не такая я и страшная в них…

Невольно покосившись в зеркало, я решила, что мама предвзята. Дело вовсе не в очках.

Решив, что, наверное, стоит открыть дверь и со всем разобраться глаза в глаза, чтобы не нервировать маму, повернула ключ.

— Слава богу, — выдохнула она, поджав дрожащие губы, — мы всё исправим, милая, не переживай…

— Да, сейчас, разберёмся, — басил с ней вместе дядя Роб.

— Да, всё нормально! Я просто никуда не пойду, услышьте вы меня наконец! — не выдержала я. — Я остаюсь дома.

— А, как же награда⁈ — посмотрела на меня мама глазами полными слёз. — Нет, так не пойдёт! Роберт, бери её мундир, проводи срочную операцию, время не терпит!

Эти двое схватили мой мундир и потащили его в «операционную», а я поняла, что остаться дома — задача номер один и она не из простых!

Проводив их взглядом, я оделась в домашнее платье, и отправилась на завтрак. В конце концов, не будут же они натягивать на меня форму силой?

Да, именно так я думала ровно до того момента, как завтрак подошел к концу, все положенные реплики были сказаны, ещё раз утвердив меня в мысли, что я вовсе не сошла с ума и самым благоразумным будет остаться дома.

— Я не понял, а ты что собираться не планируешь? — поинтересовался Дерек, поднимаясь из-за стола, в то время как я добавила кипятка в свой остывший чай и решила, что раз теперь я на гражданке, то можно баловать себя вкусняшками почаще потому лишний кусочек рулета с джемом вовсе и не лишний.

— Не-а, — довольно протянула я, — я решила никуда не идти, я же сказала…

Договаривала я уже в полнейшей тишине под пронзающими насквозь взглядами родственников.

— Что это значит? — как гром среди ясного неба раздался голос дедушки Нортона.

— Ну, — отчаянно пытаясь не поддаться на попытку взять меня авторитетом вожака, я нервно вздохнула. — Я тут подумала, зачем вот оно надо, а? Сдалась эта побрякушка, в самом деле, — нахмурившись поняла, что говорю что-то явно не то и совсем неубедительное.

— Это орден Бесстрашное сердце, — вкрадчиво сказал дед, а у меня мороз по коже пополз, — а не побрякушка! — шарахнул он кулаком по столу так, что «дзынькнула» посуда, сам стол протяжно заскрипел, а все сидящие синхронно подпрыгнули.

Малыш Филипп открыл свой крошечный рот и протяжно заорал стремительно краснея, словно переспелый помидор.

— Ну, чего так психовать в самом деле, — пробормотала я. — Подумаешь… — ещё тише добавила я, невольно стараясь слиться со стулом.

— Подумаешь⁈ — нехорошо прищурился дед.

Взволнованная Тара поспешила унести малыша, а близнецы и вовсе чуть под стол не сползли, предвкушая грандиозный скандал.

— Ну, деда, — всплеснула я руками, — мне её потом по почте отправят, а вся эта церемония, — лепетала я, на нервах отхлебнув кипятка из чашки и пытаясь найти подсказку хоть в ком-то из присутствующих, чтобы подобрать достойный аргумент, почему я не хочу идти на такое ответственное мероприятие.

Так и не найдя ничего вразумительного в лицах родственников, прошлась взглядом по столовой невольно зацепившись взглядом за картину, что каким-то невнятным образом висела в ней с незапамятных времён. Изображенная на ней девушка стояла на краю обрыва и смотрела в даль уплывающему кораблю, должно быть, прощаясь с кем-то на нём. Почему-то вспомнился эпизод из детства, когда бабушка Фло стоя на стремянке протирала пыль с произведения искусства, вздыхала и делилась со мной жизненным опытом:

«— Вот, Эйри, детка, вишь как в жизни бывает, — качала она головой, переходя на южный просторечный диалект, — помотросит мужик девку да бросит, а она сидит на берегу никому ненужная, сопли на кулак наматывает», — вздыхала бабуля, всякий раз очень переживая за судьбу неизвестной девицы с картины и выразительно цокая.

— … никому не нужная, — сдавленно всхлипнула я, повторяя интонации бабули Фло, только с недопитым чаем во рту всхлип получился довольно натуральным.

Сказать, что за столом воцарилась гробовая тишина — ничего не сказать. И лишь Тод выронил из рук маленькую ложечку, которой мешал до этого чай. Поняв, что при всем желании пустить слезу не смогу невзирая на обстоятельства, я драматично прикрыла рот салфеткой, боясь, что из него вывалится и чай, и не дожёванный рулет, я поднялась и припустила туда, где могла бы скрыться от слишком бдительного внимания родственников, хотя бы пока не прожую то, что мешало изобразить внятные рыдания. Ближе всего оказалась гостиная. Довольная произведённым эффектом и тем, что меня никто не спешил догонять, я быстро открыла дверь и тут же поспешила её за собой затворить, собираясь изображать страдания и характерные звуки столько, сколько понадобится! Конечно, гарантии, что родственники не выломают дверь не было никакой, но всё же это давало шанс на задержку! А потом иди-не иди неважно, так как опоздавших во дворец не пускают!

Убедившись, что дверь как следует заперта, я поспешила занять стратегическую позицию на диване, где могла бы выждать необходимое время, прежде чем покидать комнату будет безопасно и эта дурацкая петля наконец-то разорвётся естественным путём.

Время тянулось исключительно долго. Сначала приходила мама. Она, кажется, плакала и уговаривала меня не расстраиваться, потом Дерек и требовал не страдать ерундой и прекращать истерику, так как до выхода оставалось совсем мало времени, потом дядя Роб грозился выбить дверь, дедушка Нортон неловко пытался уговаривать открыть и пустить его. Даже близнецы долго извинялись, клялись, что больше так не будут, а под конец даже рыдали, уверившись, что их выкрутас с формой просто разрушил мою жизнь. Весь бедлам неожиданно прекратила бабуля Фло. Крошечная старушка разогнала всех включая дедулю и строго настрого велела меня не беспокоить, пока я не буду готова выйти сама. А я точно знала, что готова буду не раньше, чем стрелки на огромных часах в гостиной покажут четырнадцать тридцать пять.

Казалось, час икс не наступит никогда. Время длилось бесконечно долго и за этот долгий день я успела передумать всё, что только можно! Меня грызла совесть, что я поступаю неправильно! Что, возможно, должна попытаться помочь оборотням рода Аскард. Ну, в конце концов, я ведь пыталась и дважды провалилась! Где гарантии, что этого не произойдёт в третий раз⁈ А что, если как раз в третий раз этот возврат и не сработает⁈ Если всё повторяется я гораздо большее количество раз, но запомнила я только последние два? От этих мыслей и вовсе становилось не по себе.

Когда на часах отобразилось четырнадцать ноль ноль я и вовсе забыла, как дышать. Каждый оборот, пройденный секундной стрелкой, отдавался в сердце странным приступом боли, тоски и чувством вины. Ощущение потери накатывало на меня с каждой минутой делая прибывание в собственном доме невыносимым. Неуклюже утирая влагу с глаз, я в сотый раз повторяла самой себе, что всё делаю правильно! Но почему-то это совсем не работало. Мысленно я возвращалась к темно-серым глазам, к мужчине, которого видела лишь единожды, но почему-то осознание того, что в этой ветке реальности я и вовсе его никогда не увижу оказалось неожиданно болезненным.

Тяжело выдохнув и бросив взгляд на часы, которые теперь показывали четырнадцать тридцать семь, я кивнула самой себе и тяжело поднялась на ноги. От долгого сидения всё тело затекло.

— Ты всё сделала правильно, — прошептала я самой себе, собираясь подойти к окну и раздвинуть шторы, чтобы разрушить царивший внутри полумрак.

Сделав несколько шагов, я неуклюже взмахнула руками, потому что моя стопа вдруг оказалась на чем-то мелком, круглом и скользком, потеряла равновесие и с какой-то невероятной скоростью устремилась вниз.

Странное дело, но именно в момент падения, я успела подумать о том, как мама просила близнецов собрать демоновы шарики, пока никто не свернул шею… а ещё, кажется, никто не подводил часы, потому что я с самого утра заперлась тут…

«Вот, бездна!» проскользнуло в сознании прежде, чем мой висок напоролся на что-то острое и твёрдое, что, по всей видимости, и послужило причиной конца.

«Поганые близняшки!»

Если так подумать, то все три раза, по крайне мере из тех, что я помню, я просыпалась чуть раньше. Быть может, это какой-то шанс на то, чтобы выжить? Или просто организм как-то так реагировал и подсознательно приходил в себя чуть быстрее? Я не знаю. Но сегодня глаза мои открылись ровно в тот момент, когда Лео потянул ручку двери вниз, чтобы пробраться внутрь и растерзать мой многострадальный мундир.

«Ну, уж нет, мелкие вы паршивцы», решительно подумала я, и стоило двери чуть приоткрыться, как зашвырнула в неё свой универсальный утренний снаряд. Бедный роман о вечной любви послужил своей цели и спас мой мундир прежде, чем до него добрались братцы-вредители.

Дружный визг и топот ног по коридору стал лишним подтверждением того, что я вовсе не сошла с ума.

— Первая жертва спасена, — прошептала я, водружая очки на нос и бросая взгляд на идеально отглаженную форму, висящую на вешалке на двери гардероба. — Осталось дело за малым, — поджав губы покивала я самой себе, чтобы набраться уверенности, которой отчаянно не хватало.

Зато времени у меня было достаточно. И пока всё семейство Миттар увлеченно готовило завтрак и трепало нервы друг другу, я, предварительно закрыв дверь на ключ, отправилась в семейную оружейную рода. Да, была у нас и такая.

Конечно, взять всё, что хотелось было бы невозможно, но пара лишних кинжалов, пояс с ножами и удавка лишними не будут. Конечно, удавку просто так не пронесёшь, но это был дамский набор, и она легко маскировалась под легкий изящный браслет.

— Эх, жалко семью на вручение награды позвать нельзя. Будь мы в полном составе, то вообще проблем бы не возникло, — тяжело вздохнула я, доставая смесь, отбивающую запах.

Правда такие составы были под запретом особенно на территории дворца, но я и не собиралась использовать её до входа во дворец, а планировала пронести в сапоге и обработать нас с братом уже внутри. Обувь на досмотре снимать не заставляли все два раза, что я помню. То, что Дереку предстоит поработать вместе со мной я решила, как само собой разумеющееся. Кто-то мог бы подумать, что у меня нет права рисковать братом, но дело было в том, что до сегодняшнего дня «рисковать» было нашей работой. И, как показала практика, пережить эту странность в безопасности не сработало от слова совсем.

Глубоко вздохнув, подхватила всё, что удалось собрать и пошла к себе в комнату.

Всё же судьба вещь такая, что как бы ты ни старался, а нагнать она все равно попробует. Лео и Рой ковыряющиеся кухонным ножом в замке моей двери были тому подтверждением. Одно радовало: до мундира засранцы всё ещё не добрались. Бесшумно достав один из ножей, я без лишних раздумий запустила снаряд в дверь чуть выше кудрявых макушек братцев. Нож вошел легко словно в масло.

— Ааа!

— Мама!

Слаженный визг двух малолетних идиотов, которые бросив нож, которым пытались вскрыть замок, устремились вниз по лестнице даже не пытаясь оглянуться.

— Мелкие засранцы, — прошипела я себе под нос и крикнула уже им вслед, — и я не промахнулась!

— Вы чего разорались? — встревоженный голос мамы навел на мысль, что всё в этом мире стремится к изначальному и перебороть судьбу будет совсем непросто.

— Она нас убивает! — слаженно ябедничали братцы, пока я предавалась приступу неожиданной меланхолии о предопределённости всего сущего.

— К демонам, выбора всё равно нет, — решительно сжав кулаки, я вытащила нож из двери и вставила ключ, который вдруг застрял и отказался открывать замок.

— Да, чтоб вас, — раздраженно выдохнула, прикидывая, что может моя миссия в том, чтобы прибить этих двух малолетних идиотов?

Ну, не испоганили форму, так сломали замок в двери! Ну, что за…

Окончательно рассвирепев, отошла чуть назад и собрав всю свою решимость, просто выбила дверь с ноги. Как же хорошо, что я не какая-нибудь разнеженная девица, так что особой заминки с дверью не вышло и у меня всё ещё было время, чтобы как следует собраться. Поскольку в семье Миттар все привычны к тому, что здесь всё время что-то грохочет, падает, визжит, дерётся, бьется и всё в таком духе, то на лёгкий шум, устроенный мною никто и внимания не обратил.

— Оружие есть? — стандартный вопрос королевской стражи был самым животрепещущим на настоящий момент.

И если Дерек довольно споро выложил на стол досмотра свой меч, то я, поджав губы и придав себе самый независимый вид с совершенно постной миной на лице начала выкладывать своё богатство: меч, два кинжала из голенища сапог. Стоило расстегнуть мундир и снять пояс с метательными ножами, как стража подозрительно прищурилась.

— Допуск дозволяет, — буркнула я, игнорируя взгляды и шлёпнула сверху разрешительный документ на ношение такого рода оружия везде, где посчитаю нужным.

— Можно спросить? — поинтересовался по всей видимости главный на данном посту.

— Не стоит, — важно ответила я, придав своей персоне значимости и таинственности.

Поскольку мы с братом считались членами особого подразделения, то имели право на ношение практически любого вида оружия, где бы то ни было, если у нас была такая необходимость и определённое задание. Но были и вещества, которые разрешались к использованию за личной подписью и указом нашего руководителя группы. Именно одно из них притулилось у меня в сапоге и вытаскивать его на всеобщее обозрение я не собиралась. Дерек молча лицезрел, как я выкладываю прихваченный из дома арсенал, но на его лице и мускул не дрогнул. Всё же, если я на кого-то и могла положиться в этом мире, то исключительно на свою семью.

— Вы на задании? — совсем тихо спросил тот же оборотень, прищурив свои ярко-жёлтые волчьи глаза.

— У вас есть вопросы к разрешительным документам? — вместо ответа поинтересовалась я.

Некоторое время он продолжал сверлить меня взглядом, должно быть, размышляя могу ли я быть потенциально опасна для короля. Но, откровенно говоря, его подозрения были надуманы. Во-первых, король охранялся так, что мне бы ещё на подлёте голову снесли. Во-вторых, ни один оборотень неспособен поднять руку на альфу королевской крови. Та сила, что текла в венах представителей древних королевских династий заставляла чувствовать право сильнейшего гораздо острее и практически исключало возможность нападения своих же. Правда, о том, что медоеды в принципе были нечувствительны к такому влиянию никто не знал. Свои тайны мы берегли и отлично понимали, что узнай кто о наших особенностях, то жить нам всем осталось бы совсем недолго. И если где-то кто-то когда-то что-то такое о нас и подозревал, то дальше слухов и домыслов из разряда, что «эти медоеды совершенно чокнутые раз не чувствуют силы альфы», эти разговоры не заходили. Обычно всё списывали на наше умение входить в состояние, когда нет ни страха, ни боли. Но опять же…никто просто не понимал, что страх весьма условное обозначение понимания, что можно пострадать. То есть, например, если я буду стоять на краю обрыва, то я конечно же буду понимать, что упади я с него, то непременно убьюсь. Но это совсем не значит, что если мне нужно будет прыгнуть, то я этого не сделаю. Просто постараюсь минимизировать вред. Боль же мы, конечно, испытывали, но в состоянии схватки она не доставляла дискомфорта.

— Ладно, — махнул рукой главный и обратился к своему подчинённому, что вёл запись в своём журнале о тех, кто приходит и что приносит. — Запиши всё и номер разрешения тоже на всякий случай.

— Что всё это значит? — спросил Дерек, когда мы немного отошли от пропускного пункта, а входные ворота открылись и внутрь прошествовала кавалькада уже хорошо знакомых всадников.

— Только то, что у нас с тобой есть работа на сегодня, — еле слышно выдохнула я, в то время как мой взгляд прикипел к до боли знакомой фигуре мужчины, что каким-то образом стал по истине роковым для меня.

— У тебя очки…

— Не взорвутся, — перебила я, с трудом отведя взгляд от главы рода Аскард и прямо посмотрела на брата.

— Эй, я ещё так над тобой не шутил! — всерьёз возмутился он. — Как ты догадалась?

— Просто знаю тебя как облупленного, — фыркнула я. — Идём, надо поскорее разобраться с этой демоновой церемонией будь она неладна!

— Так говоришь, как будто у тебя дома уже полка от наград ломится, — ворчал Дерек.

— Эта фиговина стоила мне зрения, как по мне, то лучше бы и вовсе обойтись без таких подарочков, — фыркнула я.

Вся церемония прошла уже по, можно сказать, привычному сценарию. Всё, что от меня требовалось — это следовать отведённой мне роли и стараться поменьше волноваться о грядущем.

Терон Аскард

— Его величество готов вас принять, — появившейся в приёмной секретарь чуть поклонился и пригласил Терона следовать за ним.

С королём Терон был знаком достаточно давно. Когда-то он даже думал, что Эддаль Второй друг его отца. Лишь став старше он в полной мере осознал, что там, где есть власть места для дружбы нет. И, если Эддаль и относился к его отцу хорошо, то исключительно потому, что род Аскард был не менее древним и влиятельным, чем род правителя.

— Добрый день, ваше величество, — поздоровался Терон, переступив порог кабинета короля.

— Терон, рад видеть тебя, — улыбнулся Эддаль вполне доброжелательно, приглашая Терона занять место напротив.

Стоило войти внутрь, как Терон ощутил незримое давление властной ауры альфы. Сам он не пытался давить на короля, так как это могло быть воспринято, как агрессивный жест. Но и отводить взгляд или опускать голову не считал нужным. Он глава рода и было важно держаться согласно положению.

На несколько долгих секунд в кабинете его величества воцарилось странное молчание. Казалось, двое мужчин просто замерли в нерешительности, смотря друг на друга. На самом деле это была дань традиции и Терон не спешил начинать разговор, показывая своим молчанием всю важность того, о чем он хотел бы поговорить.

Через ещё несколько секунд король благосклонно кивнул, давая тем самым понять, что готов выслушать с положенным вниманием.

— Слышал, Дейвин Раоль недавно вернулся с миссией из Эвритании, — как бы невзначай начал разговор мужчина.

— Да, так и есть, Дейвин хоть и волк, но в искусстве дипломатии весьма толков, — слегка кивнул король. — Не знал, что тебя интересует Эвритания? Неужели семейных активов стало не хватать? Я слышал ты весьма преуспел в ведении дел. Шутка ли, так поднять и развить дело отца за каких-то пятнадцать лет.

— Не сказал бы, что меня интересует Эвритания, как таковая. Но я слышал, что эвританцы начали масштабный проект по модернизации флота и совсем скоро это может стать проблемой.

— Ты хорошо осведомлён, — холодно, почти хищно, оскалился король. — И, что же, быть может у тебя есть какие-то соображения на данный счет.

Терон поборол желание тяжело сглотнуть под пронизывающим взглядом альфы древней крови. То, что казна Давора после всех военных компаний была не в лучшем состоянии тщательно скрывалось и, если эвританцам действительно удастся сейчас занять главенствующие позиции на море, это может очень скоро перерасти в довольно серьёзную проблему. Эддаль это понимал. Но ещё ему совсем не нравилось, что какой-то мальчишка может заставить его почувствовать себя уязвленным, наступив на неприятную мозоль.

— У меня есть возможность сделать довольно привлекательное предложение короне.

— Звучит интересно, — проведя по подбородку указательным пальцем, чуть улыбнулся мужчина и позволил себе откинуться на спинку кресла.

Что ж, если юный Терон готов предложить королевству способ пополнить казну, то он с удовольствием его выслушает.

— Здесь отчет, который докажет, что моя мачеха Анаис Роданская уклонялась на протяжении пяти последних лет от уплаты налогов с приисков, принадлежащих её семье, — положил Терон бумаги на стол короля. — Тут же есть информация о её теневых счетах.

Эддаль хищно прищурился и откинулся на спинку собственного кресла.

— Полагаю, — постучал он пальцами по поверхности стола, — тут не совсем оригиналы, не так ли?

— Так, — кивнул Терон. — Но это фактически карта для ваших следователей, которые легко откроют все её махинации, и я буду безмерно рад, если состояние Роданских пум, которое так хорошо преумножилось в браке с моим отцом, послужит Давору.

— Следует ли мне сделать тебе подарок в ответ?

Терон улыбнулся, и улыбка его мало чем отличалась от хищного оскала короля.

— Если вы это заберёте, то это будет лучшим подарком для меня, — чуть подвинул он бумаги на столе короля.

Спустя три года после свадьбы отец зачем-то решил переписать несколько приисков на границе с Роданским хребтом на имя Анаис. Подарок более чем щедрый учитывая то, что разработку месторождения драгоценных камней только-только начали. Тогда сам Терон не очень понимал, какое именно состояние передал его отец в руки этой женщины. Но теперь это было той жилой, что питала силы его врагов непрестанно. Королю нужны были деньги, ему немного придушить врага. Он согласен даже отдать эти месторождения короне, если это будет значить, что его «родственнички» останутся без средств к существованию и возможности тратить безумные суммы, чтобы избавиться от него.

Ещё немного поговорив с королём, он постарался донести до него факт возможного перехода приисков под руку короны и его полное согласие с этим, если рука, ворующая у казны, получит соразмерное наказание.

Рудники и прииски, что оставались в его владениях приносили неплохой доход, но он так бы и остался всего лишь главой рода Аскард, если бы не считал жизнь за счет природных богатств своих земель довольно заурядным существованием. Развивать своё дело, имея в наличии весомые капиталы и живой ум было интересно, потому унаследовав кое-что от отца он превратил это в весьма внушительную промышленную империю. В том числе включавшую в себя и верфи, о которых конечно же было известно королю.

— Надо полагать, что с вернувшимися в казну богатствами, я могу использовать верфи рода Аскард для размещения заказа короны? — прищурившись, поинтересовался король.

— Я всегда открыт к взаимовыгодному сотрудничеству, — чуть поклонился Терон не собираясь отказываться от столь щедрого жеста короля.

Что ж, если для того, чтобы убрать трёх змей ему нужно стать опорой короля, он пойдёт на это. Вот только больше никаких подарков от него ждать не стоит и это следовало обозначить уже сейчас.

— Ну, разумеется, — усмехнулся Эддаль прекрасно уловив намёк главы рода Аскард.

Порой король сам себе поражался, как ему нравилось наблюдать, как из когда-то крошечных котят его друзей вырастают сильные, матёрые звери.

Легкий стук в дверь и тут же вошедший внутрь мужчина-секретарь заставили обоих оборотней обернуться.

— Церемония награждения, Ваше Величество, — поклонился он. — Вы просили напомнить.

Эддаль Второй ничего не ответил лишь махнул рукой, показывая тем самым, чтобы секретарь вышел.

— Что ж, — поднялся он из-за стола и обойдя его подошёл к Терону, — полагаю, можно считать, что мы достигли договоренности, — протянул он руку, которую глава рода Аскард тут же пожал в ответ за предплечье, как было принято у альфа-оборотней. — Но ты должен понимать, Терон, роданские пумы не подзаборные коты и прежде, чем корона предъявит обвинения я буду вынужден провести тщательное расследование, собрать все необходимые доказательства. Это займёт время.

Прямо смотря в глаза снежному барсу, серьёзно сказал Эддаль.

— Придётся подождать, — добавил он.

Терон позволил себе кривую усмешку, но всё же ответил:

— Не думаю, что в интересах Давора затягивать процесс, и я согласен, что надо всё сделать правильно.

— Как прошло?

Стоило Терону войти в гостиную, первым делом спросил Ринар. Казалось, друг всё это время не находил себе места. Где-то мужчина был по-житейски мудрее Терона, но, когда дело доходило до каких-то важных переговоров с власть имущими каждый раз напоминал невесту на выданье.

— Время покажет, — обтекаемо ответил Терон. — Не засиживайся и лучше допивай свой чай, нам ещё нужно заехать в дом собраний. Разрешающие документы на торговлю древесиной для строительства кораблей с Серебряным лесом готовы и надо бы их забрать, коли уж мы здесь.

— Раз надо, — пожал плечами Ринар, спешно допивая уже остывший чай.

Дело было вовсе не в том, что он был каким-то особенно вкусным или ему хотелось пить, просто внутренний зверь требовал уважения к хозяину дворца как к сильнейшему и он это чувствовал гораздо острее, чем Терон.

Эйрин Миттар

Честно говоря, проходя через церемонию награждения в третий раз хотелось прикрикнуть на нерасторопного монарха, который как обычно сначала припозднился, потом эти пространные «бла-бла-бла» о чести, долге, верности. Потом вереница моих коллег, которые получали награду передо мной. Конечно, им волнительно, они же в первый раз, да ещё медаль из рук короля. Лишь получив свое распоряжение о назначенной мне пенсии, я поспешила занять место в строю, борясь с желанием просто взять брата за руку и уйти.

Потому стоило Эддалю Второму покинуть плац, а нам была дана команда вольно, как я схватила брата за руку и спешно отошла с ним в сторону.

— Что происходит? — правильно уловив моё состояние, спросил Дерек. — Ты так переживаешь, что служба окончена или что пенсия маленькая? — усмехнулся он.

Нет, похоже, с тем, что парень верно уловил моё состояние я поторопилась.

— Не то и не другое, но мне очень нужна твоя помощь, — взволнованно прошептала я, закусив губу.

Я вдруг поняла, что не знаю, что должна сказать, чтобы брат не счёл меня сумасшедшей, но рассиживаться было некогда.

Тяжело сглотнув, набрала побольше воздуха в грудь и уже была готова выпалить спонтанную речь о том, что нам нужно кое-кому помочь и предотвратить страшную расправу, как меня прервали самым наглым и неожиданны образом.

— О, Миттар! Как славно, что вы ещё здесь, — голос капитана моего теперь уже бывшего подразделения, я бы узнала даже во сне.

Не успев подумать, с какого перепугу он нарисовался ведь прежде я уходила никем не задерживаемая, как мужчина подошел к нам и с размаха ударил ладонью по плечу брата и меня. Так-то я девушка сильная и удар могу держать, но, к сожалению, довольно лёгкая. И такое чисто мужское приветствие придало мне ускорения, и я едва не улетела в ближайшие кусты, а очки и вовсе слетели, и угрожающе повисли на кончике носа. Нужно срочно приляпать какую-нибудь верёвочку к моим сокровищам, а то, не ровен час, улетят как-нибудь и всё…

— Да, чтоб тебя, — одними губами прошипела я себе под нос, — принесла ж нелёгкая.

Надо было сразу уходить, как в прошлые разы!

— Идём отмечать, чего вы такие серьёзные, — положил он нам на плечи свои огромные руки, характерные для представителей медвежьего рода, и подтянул к себе.

Так как и я и Дерек были гораздо меньше ростом медведя, то он мог трепать нас как свои любимые игрушки. И поскольку Семо Виррат был нашим капитаном, то по долгу службы приходилось некоторое время ему это позволять.

— Конечно, жаль, что ты моя кнопочка нас покидаешь, но это вовсе не повод нам не отметить твоё награждение! — пробасил Семо, получив согласные отклики сослуживцев.

Пока капитан изображал какие-то вихляния, продолжая удерживать нас с братом за шеи уткнув в свои подмышки, я окончательно вышла из себя сделав всего один вдох и едва не потеряв сознание от резкого мускусного запаха. Устав терпеть это безобразия просто ткнула двумя пальцами в чувствительную точку подмышкой и тут же получила долгожданную свободу.

— Эй! — обиженно воскликнул мужчина. — Больно же!

Капитан возмущенно воззрился на меня, но брата всё же тоже отпустил.

— Нам надо в канцелярию, — выпалила я, — хватая Дерека за руку всё ещё надеясь, что нам дадут уйти.

— Да, ты чего⁈ — возмущенно воззрился на меня братец. — Давай посидим! Когда теперь соберёмся⁈ — взмахнул он рукой.

В этот момент кольцо из сослуживцев стало особенно плотным и нас потащили почти под своеобразным конвоем на выход из дворца.

Когда в тебе росту метр пятьдесят с крошечным хвостиком, а мужики вокруг все как на подбор что-то в районе двухметровых шкафов, то в кольце из этих басящих и возбужденных предстоящим застольем тел, чувствуешь себя как мышь, невольно попавшая на вечеринку великанов. Я металась, пыталась дозваться, дергала их за руки, стараясь привлечь их внимание, просила выпустить меня, но куда там! Эта рота шкафов пёрла вперёд, ржала и улюлюкала, что-то на своем «верхнеэтажном» в предвкушении попойки. Упади я вдруг им под ноги, то они бы и не заметили! Всё вот-вот было готово пойти прахом! Я рассчитывала заранее пробраться в стан врага, перерезать всех по-тихому и с чувством выполненного долга дожидаться нового дня! А, теперь что⁈ Тяни мочало — начинай сначала⁈ Ну уж нет!

Улучив момент, я чуть присела и просто выскользнула между ног у одного из парней. Обиднее всего то, что отряд даже не заметил потери бойца! Ну, что за народ эти мужики⁈ Как шли, так и шли! Даже брат и тот стал жертвой соблазна напиться в разгар недели за раннюю профнепригодность сестры! Тоже мне нашли повод!

Решив не тратить больше ни секунды, я только надеялась, что не опоздаю. Бросилась в ближайшие кусты, тут же достала свой мешочек со снадобьем и высыпав горсточку, постаралась как можно аккуратнее распределить по телу и форме.

Дальше двигалась очень быстро. Можно было не переживать, что ветер донесёт мой запах до тех, кто притаился засаде. Самое главное, когда дело касается сражений с себе подобными — это не выдать себя запахом или звуком. Все оборотни прежде всего живут обонянием и слухом.

Пока бежала думала о том, что возможно стоило поговорить с братом или предупредить стражу или сослуживцев, но поразмыслив над этим как следует поняла, что просто потратила бы время доказывая свою вменяемость. Что ж, по всей видимости, это было моё сражение и мне следовало довериться собственному телу и действовать на опережение.

Терон Аскард

Когда Шаер, один из его охраны, упал на землю и тут же захрипел, теряя сознание, а его кожа стремительно посинела, Терон понял, что оружие нападавших отравлено. Он в очередной раз недобрым словом помянул милых родственничков и перехватил меч поудобнее.

— Оружие отравлено! — крикнул он, проверяя расположение Ринара.

Порой ему казалось, что он способен потерять кого угодно и продолжить жить дальше. Но Ринар был тем, кого он всё ещё считал семьёй, и действительно боялся за друга, что однажды и он пострадает в жерновах алчности его мачехи и её отпрысков. Одно радовало — Анаис считала всех вокруг всего лишь оборотнями, которые не стоят её внимания и сил. Её дети унаследовали тоже высокомерие. И, если можно было чему-то радоваться в его положении, то он был этому рад.

Тем временем схватка набирала обороты. Чувствовалось, что напавшие на его отряд далеко не простые вояки или стражники. Скупость и отточенность движений, профессиональный выбор места для нападения и молниеносность атаки — всё это говорило о высокой подготовке. К тому же, напасть на вооруженный отряд на территории дворца⁈ Такой дерзости можно ожидать либо от безумцев, либо от тех у которых продумано всё до мельчайших деталей.

Наёмники старались не сходиться в долгих схватках. Всё, что им нужно было сделать для достижения поставленной цели — это коснуться лезвием кожи. Легкая рана гарантировала стопроцентный результат. Он уже потерял несколько оборотней своей охраны, когда что-то просвистело аккурат у его виска серебряным росчерком стали и тут же вошло в глаз война, с которым он сражался. Мужчина замер, упал на колени и распластался у его ног.

Для оборотня тяжело не заметить, как нечто летит в него. Звериные реакции тела способны среагировать на нападение с расстояния. Гораздо проще убить мечом, чем выстрелом стрелы. Обычно летят такие снаряды недостаточно быстро и для тренированного тела есть приличные толики секунд, чтобы услышать и среагировать. Чтобы вот так попасть в глаз наёмнику ножом, что сам Терон не успел среагировать, сила броска должна быть просто невероятной! Да и само оружие определённой формы и размера, чтобы могло бесшумно и молниеносно рассечь воздух.

Он лишь успевал поворачивать голову в сторону, когда то тут, то там раздавались стоны полные боли, а наемники один за одним падали на землю получая прицельные ранения в горло или глаза. Чтобы в движении попасть в такие места нужно быть не просто воином, а посвятить воинскому искусству жизнь. Пытаясь определиться с местоположением стрелка, он растерянно принюхивался и присматривался. Но ни запаха, ни звука, а ножи летели в своих жертв всё время с разных сторон. И, хотя, неожиданный помощник внёс смуту в стан врага, но расслабляться было рано.

И стоило ещё одному наёмнику направить свой меч в его сторону, а Терону принять удар, как что-то маленькое и тёмное выскочило из ближайших кустов, а дальше случился какой-то бедлам, потому что ни о какой схватки с врагом и речи не шло. Это мелкое нечто поднырнуло под ноги наёмника и как профессиональный мясник сначала прошлось кинжалами по связкам, а потом быстро вспороло бедренную артерию, выбрасывая в воздух сноп алых капель и не оставляя ни малейшего шанса на то, что наёмник будет способен не то, что сражаться, а выжить.

Сначала Терон и вовсе не понял, кто его неожиданный помощник⁈ Маленький, без запаха, юркий и быстрый он уже был где-то на другом конце поляны, когда Терон, казалось, как какой-то дурачок просто открыл рот и смотрел, как наёмники падают один за одним. И всё же он быстро взял себя в руки, как и его оборотни. Всё, что им оставалось, так это добивать тех, до кого не успел добраться этот неожиданный спаситель.

— Оставьте нескольких в живых, — бросил он распоряжение своим, когда всё, что осталось от нападавших это несколько болезненно стонущих оборотней на усыпанной трупами дороге посреди дворцового парка.

А маленький помощник деловито вытаскивал свои ножи и убирал их в специальный пояс. Как раз закончив с одним из ножей, этот оборотень встал и повернулся лицом нему и Ринару, что сейчас стоял рядом с Тероном. Словно через толику секунды он смог понять, что перед ним крошечная девушка в военной форме Давора.

— Лейтенант подразделения особого назначения «Риттан» Эйрин Миттар, — представилась она высоким голосом, немного замялась и добавила, — в отставке.

На этих словах девушка поправила странные круглые очки в толстой роговой оправе и немного нервно улыбнулась. Учитывая, что лицо, очки и одежда были забрызганы кровью, выглядело это немного жутковато.

— Миттар? — как-то странно выдохнул Ринар. — Это многое объясняет…

Сам Терон далеко не сразу сообразил, что так заинтересовало его друга в фамилии девушки, а потом осознание навалилось неожиданно и резко. Род Миттар, конечно же! Военная гордость Давора, оборотни, избравшие своим призванием служение стране, герои многих войн выходцы из этой семьи… И, что же эта малышка тоже⁈ Хотя, если бы он не видел своими глазами, то и не поверил бы!

— И, что? Ты вот так запросто спасла главу рода Аскард⁈ — восторженно вздохнула Файка в очередной раз дернув меня за волосы.

Да, идея как следует запутать дужки очков в волосах была так себе, но они по крайне мере не улетели с носа на очередном крутом вираже. Спасибо командиру, что так удачно приложил меня по спине и указал на недостатки конструкции в бою.

Оказалось, спасать главу рода Аскард на пределе сил занятие энергозатратное. Откат после такой аккумуляции физических резервов был жестким. Плюсом к этому был многочасовой допрос в отделе безопасности дворца, с которого я уползала, едва шевеля ногами. Я никак не ожидала, что меня, бездна их разорви, спасительницу, между прочим, будут допрашивать так, будто это я все организовала, а потом передумала и решила избавиться от свидетелей! Меня спрашивали, что я там делала? Почему выбрала эту дорогу? Почему от меня ничем не пахнет? Зачем притащила столько оружия? Почему не пошла отмечать с коллегами увольнение? Тут я психанула поджала губы и своими блестящими сквозь линзы очков огромными глазами посмотрела на мужчину в черной форме тайной канцелярии, что вел допрос, и спросила, что на его взгляд должна отмечать молодая девушка, став калекой во благо родины⁈ Линзы и впрямь немного увеличивали мои глаза и когда я так смотрела кому-то в глаза это было трогательно, проникновенно и немного забавно. Надо сказать, мужчина смутился и стал закругляться с дознанием. А, может быть, он тоже устал и хотел поскорее попасть домой? Кто знает?

Уползала я оттуда на чистом энтузиазме. Облагодетельствованный и спасённый выразить благодарность не пожелал или не смог, уж не знаю, но, да и ладно. Главное, чтобы завтра уже настало наконец! Конечно, были ещё загадочные организаторы покушения, но я просто не была готова сейчас об этом думать, как и о том, что будет, если ситуация повторится?

Придя домой застала Файку у меня в комнате мило распивающую какое-то эльфийское ситро гордо именуемое вином.

— Ну, где тебя носит⁈ — накинулась на меня моя единственная подружка. — Я тебя с обеда жду! — осоловело улыбнулась она, обнажив свои непозволительно кривые для эльфа зубы, неловко подпихивая пустую бутылку ногой под мою кровать. — Договорились же вместе отметить!

— О, — устало выдохнула я, — ты не представляешь, что со мной сегодня произошло, — выдохнула я, ничком падая на кровать. — Помоги вытащить очки из волос…

И, вот уже битый час Файритиэль безуспешно пытается вытащить душки из моих волос, а я рассказываю историю героического спасения барсов, где я, конечно же невозможно крутая воительница, а все остальные так, массовка…

— Слушай, так может тебя теперь ещё наградят⁈ — восторженно воскликнула она, кажется всё же вырвав мне клок волос.

— Не надо! — рявкнула я, подрываясь я на кровати. — Боюсь, больше я таких церемоний не переживу, — уже себе под нос прошептала я.

— Ой, не скромничай! Да, одного твоего имени достаточно, чтоб кого хочешь отвадить! Миттар-р-р-р, — прорычала она последние буквы моей фамилии.

Кажется, кто-то всё же напился.

— Вот Сава из соседней лавки, помнишь, высокий такой, повадился ко мне таскаться после работы то подстричься, то побриться, то укладочку, — хихикнула она, что действительно было забавно, потому как, если не ошибаюсь Сава был непозволительно лыс для стрижки, что уж говорить об «укладочке». — И сидит и не уходит… и-к, — как-то совсем неженственно икнула подружка и опять захихикала. — А я ему говорю, что мол закрываться пора, а он сидит, как будто, так и надо и не понимает! Тогда я сказала, что подруга моя из рода Миттар-р-р-р скоро придёт, — совсем уж гаденько и пьяно захохотала Файка. — Вторую неделю не приходит! — восторженно воскликнула она.

Я лишь покачала головой:

— Такими темпами рискуешь в девках остаться!

На что подруга лишь пьяно фыркнула, наконец-то высвободив мои несчастные очки из плена волос.

На самом деле Файка не просто так пришла ко мне сегодня. Только сейчас я наконец-то вспомнила, что мы планировали с ней, что она переночует у меня и поможет мне на следующий день собраться на первое в моей жизни деловое собеседование. По эльфийским меркам Файка была сущим дитём. Ей совсем недавно исполнилось сто двенадцать лет, что приравнивается примерно к возрасту совершеннолетия. Если быть точной, то совершеннолетие у эльфов наступает в возрасте ста лет и как только Файритиэль исполнилось сто она тут же покинула родные края и нашла своё место в королевстве Давор. Как сама говорила Файка, ей всё равно ничего не светило на родине. По меркам сородичей её неправильный прикус был серьёзным эстетическим дефектом, плюс ко всему происхождение у неё было совершенно посредственное. Магически поправить зубы было сложнее всего и соответственно дороже. На тот момент таких средств у неё не было, и сейчас едва ли хватит, только если продать салон красоты, который она с таким трудом открыла. К тому же среди оборотней, она считалась экзотической красавицей, не испытывала трудностей в общении и в работе. Как-то так повелось, что в эльфах стереотипно видели знатоков и почитателей всего прекрасного, потому спустя несколько лет открыв свой небольшой салон Файя легко смогла занять эту нишу и вела свой небольшой, но довольно прибыльный бизнес. Стричься у мастера-эльфа считалось престижно.

— Давай спать, — предложила я, так и не решившись откупорить игристого эльфийского и отпраздновать завершение этого дня. Для начала ему бы следовало завершиться.

Терон Аскард

Терон ненавидел вставать раньше, чем захотел бы проснуться сам. Кошачья натура призывала к ночному образу жизни. Желание быть не последним шейром королевства обязывало вставать рано и заниматься делами, как и все деловые люди. С трудом разлепив глаза он кое-как заставил себя влезть в тапки и отправился в ванную комнату. Некоторое время с отвращением пялился на стекающую в раковину холодную воду в ожидании того, когда же баснословно дорогой котёл в его доме соизволит подать хотя бы немного тёплую, которой было бы не так противно умываться. Так и не дождавшись кое-как побрызгал себе на лицо ледяной водой и начал чистить зубы в надежде, что, быть может, к завершению этого ритуала вода станет более приятной.

Голова гудела. Спать он лёг почти на рассвете. Сперва давал показания службе безопасности дворца, потом ждал пока прибудет заморский некромант, которого выторговал к себе на службу Эддаль Второй несколько лет назад. Как сказал король, этот маг дорого ему обошёлся. Не удивительно, что на приличные верфи и флот у короны денег не было, учитывая страсть короля к приобретению бесполезных, но дорогих… магов. Что уж там был за некромант Терон не брался судить, но на момент, когда он плюнул и решил отправиться домой, этот человек ничего так и не добился от предоставленных в его распоряжение покойников. Ужасный день, ужасная ночь, но стоило признать, что если бы не та девушка, то даже такого дня и ночи могло бы не наступить ни для одного из них.

Всё ещё находясь на грани между сном и явью, Терон накинул темно-синий халат из плотного бархата, и поплёлся на первый этаж своего загородного особняка в надежде, что Магда порадует его свежесваренным кофе со сливками и какой-нибудь булочкой…желательно сладкой.

Сидя в совершенно пустой столовой, он баюкал в руках тёплую чашку кофе и пытался сосредоточиться на новом дне. Кажется, он сам не заметил, как провалился в сон.

— Так и знал, что ты до сих пор не собрался! — бодрый голос молочного брата заставил испуганно вздрогнуть и слегка расплескать содержимое чашки.

— Да ё моё, — прошипел Терон, смерив недовольным взглядом друга и следом вошедшего «секретаря».

— Проснись, мой друг, нас ждут великие дела! — воскликнул Ринар, резко раздвинув шторы.

Яркий солнечный свет тут же заполнил столовую, заставив Терона болезненно прищуриться. Но этого Ринару показалось мало, и он схватил небольшой серебряный колокольчик, лежавший на столе, и начал чересчур активно им махать. Должно быть, кто-то счел бы издаваемый звук приятным, но для Терона с утра пораньше он был поводом к войне.

— Хватит уже! Магда не глухая, хоть и пожилая, — пробурчал он, вырывая из рук друга предмет своего раздражения.

— Сам кофе пьёшь, булочки кушаешь, а мы с Элвином толком не спали и не ели, а сразу к тебе!

— Я вас разве вызывал в такую рань? — пробурчал Терон, смерив этих двоих совершенно нечитаемым взглядом.

— Нет, но предложить кофе мне и какао Элвину мог бы, — улыбнулся друг, свободно присаживаясь по правую от него сторону.

— Я не претендую, но не откажусь, — довольно чопорно заявил шейр Элвин Малори оборотень средних лет с довольно посредственным по силе зверем, но это не мешало ему быть профессионалом своего дела.

Элвина Терон встретил около шести лет назад, когда мужчина стал заложником прогоревшего дела отца. Обувная фабрика Малори занимала приличный земельный надел почти в самом центре Фортекса. Разумеется, в производстве обуви Терон ничего не понимал и заниматься этим не планировал, но огромное здание фабрики в самом центре столицы отдаваемое за бесценок не могло оставить его равнодушным. Теперь фабрика семьи Малори превратилась в огромный торговый центр «Малроу», собравший под своим крылом лучших представителей производств начиная от обуви и заканчивая шляпками, как Давора, так и близлежащих соседей. Это стало ещё одной инвестицией, делающей его более независимым от фамильных шахт отца, выводящих его капиталы из-под взора мачехи и её детей. Конечно, его торговый центр не сразу стал окупаемым, но зато помог отмыть ему порядочные суммы и вывести их из общей копилки семьи. Но возвращаясь к Элвину Малори Терон искренне полагал, что если боги и впрямь есть, то это именно они послали ему этого мужчину, который давно уже занимал место управляющего торговым центром, но продолжал числиться его секретарём. Сам Терон всегда показывал, что Элвин мелкая сошка у него на побегушках — не более. Так он держал его подальше от взоров «семьи». Сам Элвин был в курсе того, что происходило в семье Аскард и более преданного оборотня Терону было бы не найти. Элвин помнил, кто достал его из безнадёжности долговой ямы и предстоящего банкротства. Он был готов изображать хоть лакея, если это понадобится тому, кому был обязан всем.

Элвин был медведем, хоть и слабым, но внешне он всё равно выглядел довольно внушительно. Почти два метра ростом, широкоплечий, с копной каштановых волос кое-как забранными в хвост и маленькими, на фоне крупного овального лица, карими глазками.

— Доброго утра, уважаемые шейры, — зардевшись, точно спелая свекла, на пороге возникла молоденькая служанка, кажется Орис, но Терон мог и ошибаться. — Вызывали? — окончательно засмущавшись, улыбнулась девушка.

— Да, — избавил его от необходимости общаться, заговорил Ринар, — крепкий кофе мне, какао шейру Малори, и конечно же вкуснейших булочек от нашей Магды.

Девушка шустро присела и тут же унеслась.

— Новенькая? — сбросив всё благодушие с лица, поинтересовался Ринар.

— Да, Свен пробил её, но этого и не требовалась, — кивнул Терон, — она племянница Магды.

— Хорошо, — точно задумавшись о чем-то о своем, Ринар вдруг обернулся всем корпусом и посмотрел на друга, что всё ещё пытался заснуть в паузах между их разговором. — Вот, что я подумал! — воскликнул он и Терон вновь расплескал кофе по столу.

— Да ё моё, — недовольно смерил он взглядом товарища. — Ты можешь не быть таким неприлично активным в семь утра?

— Не могу, — серьёзно покачал он головой. — Сейчас будет моя седьмая кружка кофе за ночь. Так вот, что я подумал! Помнишь ту малышку, что нам вчера так невероятно помогла?

Терон невольно завис, вспоминаю ту миниатюрную девушку, которая словно играючи избавилась от целого отряда наёмников, будто каждый день только этим и занимается.

— На память не жалуюсь, — всё же нашёлся он с ответом.

— Вот и отлично! Я тут поузнавал! И представляешь что⁈

«Сутки без сна и чрезмерное злоупотребление кофе на лицо», меланхолично подумал Терон.

— Что? — делая глоток, всё же решил поддержать он друга.

— Вчера был её последний день на службе у его величества Эддаля Второго и я так поразмышлял, что девушка наверняка в поисках новой работы. А, учитывая травму…

— Травму? — отчего-то Терон почувствовал себя взволнованным.

Насколько он помнил девушка вчера не пострадала, но может быть просто сразу не заметили?

— Ну, да, ты же видел у неё очки. Как мне сказали в секретариате его величества, она ушла со службы из-за травмы глаз. Так вот, нам-то всё равно, что у неё там очки. Даже ещё лучше для дела! Кто подумает на такую малышку в очках, что она, — изобразив какие-то движения руками, похожие на комбинацию ударов по врагу, восторженно посмотрел Ринар на друга.

— Что ты несёшь с утра пораньше⁈ — всё же не выдержал и решил прервать весь этот поток слов Терон.

— А, вот, что! Элвин, — махнул он рукой мужчине и тот вложил в неё стопку бумаг. — Трудовой договор и приглашение на работу! Элвин отправится к нашей спасительнице с предложением, от которого невозможно отказаться! — улыбнувшись во весь рот изрёк друг.

Эйрин Миттар

До дома я добрела, когда на Фортекс опустилась глубокая ночь. Конечно, никто из моего позднего возвращения трагедии не делал. Семья Миттар была не из тех, где родители волновались, что их юные дочери ходят по городу в позднее время. Тут в пору было соседям переживать, чтобы мы лишний раз не шатались по улицам. Потому я спокойно отворила дверь, преодолела холл и уже было возрадовалась, что все легли спать, когда дверь в гостиную отворилась и на пороге возникла миниатюрная фигурка бабули Фло.

Бабушка смерила меня каким-то особенным взглядом, что без всяких слов стало понятно, она знает, что ничего хорошего не вышло.

— Пойдём, милая, — проворковала она, кутая меня в свои тёплые объятия уводя в гостиную, где на небольшом столике возле камина стояло всё, что нужно для длительного чаепития.

Машинально отметив, что близняшки собрали свои мелкие стеклянные шарики, я прошла внутрь и устало опустилась на диван. Только сейчас я в полной мере осознала, что с самого утра ничего не ела и не пила.

— Ты знаешь, когда я была помоложе, то была очень даже миленькой. Вообще, в нашей семье все вы симпатичные благодаря моей наследственности, — усмехнулась бабуля, разливая ароматный напиток в чашки из тончайшего фарфора. — Вот, смотри, — протянула она мне небольшую миниатюру, где была нарисована хрупкая девушка с огромными карими глазами обрамлёнными темными пушистыми ресницами, с аккуратным носиком и розовыми щёчками. Она улыбалась так очаровательно, что невольно хотелось улыбнуться в ответ. На девушке было пастельно-розовое платье от чего она и вовсе напоминала бы сказочную фею, если бы не цвет её волос. Наполовину седая голова ясно давала понять, кто перед тобой. — Тогда я мечтала, что силы моих крыльев хватит, чтобы стать лучшей танцовщицей на южном побережье Альвадоса, — тяжело вздохнула бабуля Фло.

— Ты хотела стать танцовщицей? — не на шутку удивилась я, так как слышала об этом впервые.

— А что? Думаешь все Миттар рождаются с мыслью, как бы попасть на очередную войну? — фыркнула бабуля.

— Нет, но я не разу не слышала об этой истории, — не скрывая изумления, сказала я.

— Потому что история не очень и мы с дедом поклялись, что не будем об этом вспоминать. Для всех Альвадос мы покинули из-за войны, но на самом деле линять нам пришлось чуть раньше, — хохотнула бабуля, покачав головой. — Твой дедушка, как это ни странно, всегда поддерживал мои мечты. Я закончила высшую хореографическую школу Альвадоса и даже попала на прослушивание в королевский театр…

Я даже боялась предположить, что могло случиться дальше, потому что взгляд у бабушки стал каким-то потерянным, словно она провалилась куда-то очень глубоко, позволив событиям прошлого возродиться перед мысленным взором.

— Мне было шестнадцать, я мечтала о великом, а главный режиссёр королевского театра решил, что я маленькая, хрупкая девочка, которая пойдёт на всё, чтобы получить место.

— Он… — я боялась договорить, хотя и понимала, что могло случиться с маленькой девочкой в руках взрослого мужчины, который решил получить то, что хочет.

— О, — усмехнулась бабушка, — конечно же нет. Будь на моём месте кто-то другой, то разумеется. Но ты же знаешь, как оборотни нашего рода могут входить в состояние, когда единственное, что нас может остановить это отделение головы от тела, — отпила бабуля немного чая. — Когда я вся в крови прибежала к твоему деду и рассказала о том, что произошло…мы покинули Альвадос в ту же ночь. Должно быть, нас искали, но позднее там началась война и стало не до того. А я больше никогда не помышляла о танцах найдя своё призвание на службе у короля Давора. Потом появились мои дети и я посвятила себя уже им, но проклятая война забрала и их. Ты знаешь, милая, столько лет уже прошло и одно я поняла совершенно точно: можно мечтать, можно пробовать, можно стремиться, но несмотря ни на что есть семья, которая тебя всегда поймает и поддержит и, если будет нужно, перейдёт через северные горы, чтобы прикрыть тебя ото всего, чтобы с тобой ни случилось, понимаешь? — посмотрела она на меня своими необыкновенно темными глазами. — Расскажи мне, что сегодня произошло? — попросила она и я не смогла просто промолчать.

Бабуля слушала молча, потом долго возмущалась и негодовала о том, какие хитрозадые мошенники пошли!

— Лисьи дети, — шипела бабушка Фло. — Ладно, три рье не велика потеря, — махнула она в конце концов рукой. — Пойдём спать, утро вечера мудренее.

Уснула я в эту ночь со спокойным сердцем, а когда проснулась, то оказалось, что дом почти пуст. Половина из его обитателей отправилась на службу, мама и тётя Элаиз уехали к её тётке договариваться о смотринах для нас с Дереком, тётя Риет и её муж Альберт вместе с кузинами наконец-то умотали восвояси, а дедушка Нортон отбыл по каким-то своим делам. В результате дома остались я, близняшки и бабуля Фло. Даже малыш Филипп и Тара уехали в гости к родителям девушки.

— Короче, бабуля сказала не отсвечивать сегодня и тебя лишний раз не доводить, — поделился со мной Рой, пока Лео делал вид что просто так сидит на полу возле моей кровати и коробка, в которой я обычно хранила всякие милые сердцу вещи, вовсе не при чем и рука его под моей кроватью просто так без конца шарит туда-сюда в поисках неизвестно чего.

— Медаль не там, — не выдержала я и прошипела на ухо братцу.

— А где? — тут же поднял он свою кудрявую голову и посмотрел мне в глаза.

— У деда в сейфе, — не скрывая злорадства выдала я в надежде, что поняв, что больше у меня ничего интересного нет они перестанут пытаться меня обнести.

— А мундир отдашь? Тебе всё равно больше не надо? — тут же засуетился Рой.

— А ничего, что он женский? Или вам вот вообще не принципиально?

— Пф, — фыркнул Лео, — да, кто нас у нас же в комнате увидит кроме зеркала?

— Валите отсюда и, как бабуля и велела, не отсвечивайте пока я вам глаза не подсветила!

— Да, ты только обещаешь! — выдал Лео, но тут же подскочил и схватив брата за руку с воплями, что я их убиваю, они побежали прочь из комнаты.

Забыли, наверное, что мамы дома нет. А, может, пошли сейф у деда в кабинете вскрывать…

Где-то до обеда я развивала кипучую деятельность: протерла пыль, принялась за мытьё полов начиная с кухни. Пока руки были заняты не было времени до глупых страданий. Когда же ближе к двум часам дня в дверь позвонили я невольно замерла.

Нет, наверное, в нормальных семьях гости — это обычное дело, но нам предпочитали писать, если что-то надо. Лично не заходил никто. Даже молочник согласился оставлять молоко под дверью, а не у ворот только после того, как дядя Роб его застукал за этим делом и сказал, что запомнил его запах и найдёт, если его утреннее молоко опять окажется в кустах у обочины.

— Добрый день, — дверь открыла бабушка и невольно задрала голову, так как на пороге возник огромных размеров медведь.

Высокий мужчина в деловом строгом сюртуке монументально возвышался над бабулей и выглядело это довольно комично.

— Добрый день, — пробасил мужчина, — меня зовут Элвин Малори и я хотел бы увидеть Эйрин Миттар.

— Зачем вам Эйрин, позвольте узнать? — поинтересовалась бабуля, неспеша пускать незнакомца внутрь.

— У меня для неё предложение о работе, — улыбнулся мужик, а я хищно прищурилась, чувствуя, как изменилась поза бабули.

— Правда? — елейным голоском, поинтересовалась она. — Что ж, проходите, я подам чай, пока вы с Эйрин поговорите.

Бабуля легко сделала шаг в сторону, приоткрыв дверь и мне почудилось, что этот жест был больше похож не на приглашение в дом, а как если бы хищник, почуяв легкую добычу пригласил бы её проследовать напрямую в подготовленную ловушку.

«Не расстраивайтесь, шейри Миттар, вы не представляете, как часто мне приходится сталкиваться с такого рода мошенничеством. Все ведь думают как? Приедут в столицу, устроятся в центре города на престижную работу, будут хорошо получать да остатки зарплаты родным отправлять. Так и выходит, что таких юных провинциалок заманивают на собеседования по объявлениям в дешёвых газетах, а бывает, что даже курьерской доставкой приглашения доставляют. Ну тогда потом тремя рье-то и не отделаешься — эти мерзавцы всё до медного сена вытянут».

Вспомнились слова полицейского, и я тут же натянула на лицо добродушную улыбку и вышла в коридор встретить гостя.

— Добрый день, я Эйрин Миттар, — поспешила представиться и протянула руку для приветствия мужчине.

Моя крохотная ладошка утонула в его огромной лапе, и я заметила, как бережно он старается её пожать лишь бы не сделать мне больно. Смешной какой.

— Пойдёмте, — отошла я чуть в сторону и пропустила его вперёд себя после чего повернулась к бабушке и быстро начала объяснять на языке жестов, что нужно отправить близняшек за полицией, а мы пока его задержим.

Бабуля понятливо кивнула, и я искренне понадеялась, что обойдёмся без глупостей, когда вошла в гостиную следом за этим господином «малори».

Предложила мужчине сесть на диван так, что он оказался спиной ко входу, а сама заняла место с боку на кресле.

— Шейри Миттар, позвольте мне ещё раз представиться, — протянул мужчина мне крошечную карточку, выполненную из дорогущей теснённой серебристыми вкраплениями бумаги. — Меня зовут Элвин Малори и я являюсь личным секретарём шейра Терона Аскард, — чуть улыбнулся этот великан отчего на самом дне его маленьких карих глаз вспыхнули теплые искорки радушия.

Приняв его карточку, я прочитала, что там написано и несколько засомневалась, может мы с бабулей поспешили со своими подозрениями? Но всё же вчерашний обман не позволял так вот взять и поверить с первого слова.

— Мой непосредственный начальник шейр Аскард был восхищён вашим мастерством, — сладко запел мужчина лишь ещё больше всколыхнув в душе сомнения. — И в знак благодарности за спасение его жизни подготовил особое предложение для вас, шейри Миттар, — как-то чересчур торжественно выдал он и я задумчиво прищурилась, когда дверь в гостиную отворилась и в комнату вошла бабуля с каким-то чересчур громоздким подносом в руках.

— Разумеется под чутким руководством моего начальника и согласно его инструкциям я подготовил договор… — продолжал лопотать мужчина, когда бабушка Фло оказалась за его спиной.

Она легким движением переложила поднос с чаем на левую руку и вытащила из кармана передника тесак для рубки костей, вопросительно кивнула на шею мужика, а у меня чуть глаза шире очков не стали.

Отчаянно замотав головой, что со стороны, наверное, напоминало какой-то восторженный припадок.

— Представляю, как вы рады! — неверно истолковав мою мимику мужик, а бабуля так же легко сунула тесак обратно и пожала плечами, что значило: «Моё дело предложить».

Она продолжила свой ход вокруг дивана, и я облегченно перевела дыхание почему-то уверовав, что передо мной никакой не мошенник. Но вот как дать об этом знать бабуле, я пока не имела ни малейшего понятия.

Тем временем бабушка сгрузила заварочный чайник, чашки и вазочки с конфетами и сахаром на небольшой столик, и я с ужасом поняла, что притащила она всё это на разделочной доске для мяса. Это был круглый спил дерева толщиной в два пальца и весил сам по себе несколько килограмм точно.

— Благодарю, — улыбнулся Элвин Малори бабуле Фло, когда она закончила с сервировкой стола и вдруг резко повернулась к нему.

Всё произошло быстрее, чем это реально можно было остановить.

Резкий взмах двух рук и своеобразный поднос, как смачная оплеуха обласкал всю правую часть лица мужчины тут же лишая его сознания и отправляя в мир снов.

— Нет, бабуля, нет! — закричала я.

— Верёвку быстро! — кричала бабуля, когда мелкое торнадо в лице близняшек уже вломилось в гостиную с мотком совершенно новенькой верёвки, что дядя Роб прикупил совсем недавно для предстоящей охоты.

Что ж, можно сказать, охота удалась.

— Вот, швархова бездна, устроиться на работу похоже мне не суждено! — упала я обратно в кресло, пока эта троица крутила по рукам и ногам мой единственный шанс на приличное трудоустройство. — Да, угомонитесь вы уже, он не мошенник! — в очередной раз попыталась я воззвать к разуму хотя бы бабули, потому как близняшкам в принципе было плевать виноват кто в чем или нет, когда им довелось связать живого оборотня.

— Эйрин, детка, вот потому тебя вчера и облапошили, — пыхтела бабуля, затягивая какой-то неимоверный узел на руках мужчины. — Ты слишком легковерная. Дождёмся полиции там и будем разбираться, — с умным видом покивала она.

— Кто её вызвал-то? — меланхолично поинтересовалась я.

— О, точно! — усмехнулась бабушка, привязывая ноги к рукам оборотня так, что шейр Малори теперь напоминал бублик изогнувшийся на нашем диване. — Лео, милый, сбегай, ты пошустрее будешь, — попросила бабушка.

— Чего это он, когда я быстрее!

— Нет, я!

— Вот и посмотрим, кто быстрее, — погладила бабушка по головам мелких, прекрасно манипулируя на их дурости.

— М-да, — капитан Рей Вольц в очередной раз произнёс это своё многозначительное «м-да» за последние полчаса и вновь потёр пальцами подбородок.

За это время нам пришлось развязать пришедшего в себя шейра Малори, выделить ему замороженный стейк из нашей холодной и примотать его кухонным полотенцем к лицу медведя в надежде, что это хоть немного исправит ситуацию. Подтверждать личность мужчины не пришлось, так как капитан был с ним знаком. Оказывается, Элвин Малори был известным оборотнем в Фортексе, о котором, пожалуй, не знало только наше дремучее семейство.

Мы же вчетвером сидели на диване в гостиной, пока прибывший отряд полиции неловко мялся по углам нашей гостиной. Я, бабуля и близняшки располагались в самом центре, а капитан и пострадавший заняли места на креслах отдельно.

— Нам очень жаль, — решила всё же взять слово я и повиниться сразу за всех. — Мы не ожидали…

— Чего вы не ожидали, шейри Миттар? — всплеснул руками капитан, пока жертва нашего произвола беспомощно водила глазами от дивана к креслу занимаемому капитаном.

У медведя так раздуло лицо, что, должно быть, не то, что говорить, он рот ещё долго открыть не сможет.

— Да кто в своём уме потащится в наш дом, да ещё с предложением о работе⁈ — не выдержала бабуля отчаянно не желавшая принимать вину за учинённый произвол. — Он, что совсем того⁈ — кивнула она в сторону медведя, у которого от отёка глаза были на мокром месте.

Невольно стало его жаль, так как вид мишка имел такой несчастный и беззащитный, что даже меня проняло.

— Ну, ба, не дергайся, — зашептала я, — ты его пугаешь… — показала я взглядом в сторону невинно пострадавшего. — Посмотри только на него, — тяжело вздохнула я, — ему и так больно.

Бабуля перевела взгляд на шейра Малори и согласно тяжело вздохнула.

— Простите меня, шейр Малори, но вчера моя внучка столкнулась с мошенничеством при трудоустройстве, а сегодня вы, как снег на голову, честное слово… я не со зла, — добавила она. — Может, чайку?

Ну с чаем бабуля явно перестаралась, так как на данное предложение медведь активно затряс головой отрицая саму возможность повторного чаепития в нашем доме. И просто протянул мне стопочку бумаг.

— Прошишайше, — выдохнул он, — и ешли шоглашны прихошише шавта по адэшу, — показал он пальцем на адрес на своей визитке. — Давайше шапушем, в конше коншов я шив, — попытался улыбнуться этот воистину святой медведь, но тут же болезненно поморщился.

— А, что в тюрьму нас не посадят? — как-то разочарованно протянул Рой.

— Не сегодня, дорогой, — утешила бабушка, погладив внука по вихрастой макушке.

Ещё какое-то время мы извинялись перед шейром Малори, потом бабуле вся эта ватага полиции и пострадавшего надоела, и она решила ещё раз предложить всем чаю и только после этого все засобирались и разошлись.

— Фух, — выдохнула она, — надо проветрить пока дед не вернулся, ни к чему ему знать о нашем маленьком приключении, — прошептала она, получив от нас негласное согласие.

Если бабушка Миттар была просто взрывоопасной, то дед оружием массового поражения, когда был хоть какой-то намёк, что его драгоценную Фло кто-то пытался обидеть.

Оставшуюся часть вечера, пока не вернулись все члены семьи, мы заметали следы собственного преступления. Дом был тщательно проветрен, пятна крови замыты, доска для разделки мяса замочена в мыльном растворе, мы вчетвером тщательно вымыты, одежда замочена вместе с доской.

— Такой стейк упёр, — сокрушалась бабушка Фло, полоща штаны близняшек пока я занималась нашей с ней одеждой.

— Компенсация, — угрюмо буркнула я.

— И не поспоришь, — кивнула она. — Я тут подумала, и мне кажется надо соглашаться на его предложение…

— Я даже не знаю в чем его суть, — попыталась я притормозить бабушку.

В отличии от неё имя Аскард ассоциировалось у меня с самым странным опытом в жизни и уж не знаю был ли к этому причастен глава рода снежных барсов, но ещё раз застрять в каком-то мгновении своей жизни не хотелось, тем более не в самый радостный. Подумать страшно, я три раза умерла и воскресла и повторять как-то совсем не хотелось.

— Какая разница? — заплескала она тряпками в тазу. — Судя по всему, оно настоящее и сам этот Малори оборотень известный. Мог бы засадить нас в кутузку, так-то, но пожалел! — наставительно взмахнула она портками близняшек. — Так что, наверное, приличный. Да и знает теперь, что если что с тобой случись, то я его из-под земли достану и чаем угощу, — хищно прищурилась бабушка с силой выжимая штаны.

— Ба!

— Ну, что⁈ Предупреждён, значит вооружён против повторных ошибок, — мило проворковала она.

Как бы там ни было, но уже поздним вечером я открыла договор, оставленный оборотнем. Иллюзий на свой счет я не испытывала и понимала, что единственный ценный навык, продемонстрированный мной, было убийство. Не то чтобы я испытывала какие-то угрызения совести относительно произошедшего. Нет. То, что моя работа была связана с такого рода деятельностью я приняла достаточно давно. В конце концов, нас оправдывало то, что мы служили своему королю, защищали страну и берегли покой тех, кто позаботиться о себе был не в состоянии. Такова стезя военного. Но вот быть наемником было совсем другим делом. Тут моральные нормы к заказу не пришьёшь. А я совсем не хотела связывать свою жизнь с таким ремеслом теперь… Да, что говорить, никогда не хотела. В своих тайных мечтах я была «девочка, девочка», как сказал бы Дерек. Я мечтала о милых нарядах, нормальной работе, о любви и семье, в которой я не буду, засыпая молиться всем богам, чтобы мой муж, дети, внуки вернулись домой живыми… Конечно, порой мы часто мечтаем о том, чего у нас нет и нам кажется, что именно то, далекое, то, что нам нужно, но мне хотелось когда-нибудь хотя бы притвориться нормальной.

Тем удивительнее было содержание предлагаемого контракта!

«Терон Аскард, именуемый в дальнейшем Наниматель, заключает настоящий трудовой договор с Эйрин Миттар, именуемой в дальнейшем Работник…»

Мои глаза бежали по сухим административным строчкам и формулировкам далеко не с первого раза вынося то, что от меня требовалось, а именно:

Пункт первый и как я поняла немаловажный: «представляться всем, включая родных и друзей, как личный помощник Терона Аскард».

Пункт второй: «проживать на территории работодателя и неотрывно сопровождать его во всех поездках».

Далее шло перечисление всех благ, которыми я могла пользоваться, такие как личная комната, ванная, кухня, библиотека, трехразовое питание и одежда…

На перечне одежды я немного призадумалась.

Разве работники не сами покупают себе платья и все такое?

— Но, кто я такая, чтобы возражать? — прошептала я себе под нос уже прикидывая, как буду ходить по магазинам и транжирить деньги потенциального работодателя.

На губах сама собой возникла мечтательная улыбка. Не то, чтобы у меня прям одеть было нечего, но вещи покупались из расчета «надолго» или «удобно», что соответствовало частым тренировкам, вылазкам в леса и редким выходам в город. Так что платьишки у меня, конечно, были, но не сказать, чтобы шикарные или дорогие.

Далее шел пункт под названием: «фактические обязанности неподлежащие разглашению» и всего одна строчка «круглосуточная охрана Нанимателя».

— Эх… — нахмурилась я и серьёзно призадумалась.

Надо сказать такое предложение о работе было более понятным и ожидаемым для меня…

Но ё моё! Я-то хотела другого! Да ещё эта привычка этого оборотня помирать несколько раз к ряду прихватив меня с собой! С другой стороны, рядом с ним у меня появилась привычка воскресать и это не может не радовать. Да и уволюсь я когда-нибудь и всем буду на собеседовании рассказывать, что была личным помощником главы рода Аскард!

На последней мысли я почувствовала, как в груди заворочалась странная эмоция, чем-то напоминающая смесь жадности и предвкушения. Где-то в фантазиях я уже нанималась куда-то в серьёзную компанию и с гордым видом швыряла резюме на стол потенциальному нанимателю, где жирным шрифтом было написано что-то вроде: супер-пупер помощник великого и несравненного Терона Аскард…

— Возьми себя в руки, — шикнула сама на себя, возвращаясь в реальность из мира грёз.

Сейчас бы к Файке сгонять за советом, но пункт о неразглашении меня немного остудил. Всё же я была военной и возможный договор воспринимала, как неукоснительный свод правил, которые я либо принимаю и следую им, либо нет, тогда и советоваться не о чем.

И всё же, несмотря на все мои сомнения, был в этом договоре пункт, который окончательно завладел моим сердечком: «оплата на испытательный срок сто пятьдесят руй!»

«СТО ПЯТЬДЕСЯТ РУЙ НА ИСПЫТАТЕЛЬНЫЙ СРОК», жирным шрифтом впечаталось в моё сознание.

У меня пенсия десять и то я её так и не оформила из-за этого Терона!

Прижав договор к сердцу, я мечтательно улыбнулась и прикрыв глаза упала на кровать.

Такого прилива счастья я не испытывала не помню сколько лет. Мысленно, я уже отправила близнецов учиться в университет, хотя, учитывая их умственные способности, в пору было подыскать что-то попроще, но это неважно! В моих фантазиях с возрастом они становились вменяемыми! И так, я отучила братьев и смогла взять часть расходов семьи и им не пришлось бы идти на военную службу!

Вот так сто пятьдесят руй стали самым весомым аргументом в пользу этого несколько сомнительного трудоустройства. Кажется, я так и уснула с договором в обнимку.

Терон Аскард

Такой глубокий сон, где не было места кошмарам, наступал лишь, когда он ложился ближе к рассвету. Последние дни работы было очень много в свете того, что он готовился получить крупный заказ от короны по строительству новых военных кораблей. Тем неожиданнее было то, что не успел он толком провалиться в сон, как его обоняния коснулся дразнящий, ни с чем не сравнимый аромат жаренного мяса, розмарина и черного перца…

Толком не разобравшись проснулся он уже или нет, но Терон начал подниматься с постели не желая упустить тот самый момент, когда мясо достигнет своей средней степени прожарки и кровь ещё не успеет свернуться, поспешил вниз. Магда свято веровала, что чем мясо лучше зажарится, тем оно вкуснее. Следствие слабого внутреннего зверя, не иначе.

Какого же было удивление Терона, когда на его огромной кухне в предрассветных сумерках хозяйничала вовсе не Магда, а его так называемый секретарь. Ссутулившись над огромной сковородой, Элвин поливал пряным маслом и жиром стейк, который по мнению Терона был уже очень даже готов!

— Что это за мастер класс на кухне в предрассветных сумерках? — усмехнувшись поинтересовался Терон, скрестив руки на груди и оперившись плечом о косяк кухонной двери.

— Не повериф, — едва различимо пробурчал медведь, — пыфаюфь полуфифь хофь какой-фо пьюф оф ваших с Фифаом ифей, — выдохнул мужчина, повернувшись к Терону лицом удерживая две тарелки на которых источало божественный аромат свежайшее мясо того уровня прожарки, которую обожал барс.

— О-о-о-о, — выдохнул Терон, выражая свою реакцию вовсе не на приготовленное блюдо.

Лицо медведя будто разделилось на две совершенно отличные части. С одной стороны это был всё тот же Элвин, а с другой сине-зелёный отёкший гоблин с огромным фиолетовым ухом и заплывшим глазом.

— О-о-о-о, — повторил Терон, принимая одну из тарелок и усаживаясь за широкий кухонный стол. — Что с тобой случилось? — всё же нашёлся с вопросом мужчина.

— Бабуфка фьюфилафь, — выдал медведь и как-то совершенно непередаваемо горестно вздохнул. — Фемонт фубоф за фой фёт, — выдал он и начал яростно отрезать кусок первоклассного стейка на своей тарелке.

Ещё через полчаса Терон примерно представлял о том, что приключилось с Элвином в доме Миттар и потому активно делал вид, что жуёт нежнейшее мясо, лишь бы не заржать в голос и не обидеть и без того расстроенного своим внешним видом мужчину.

— Отдохни пару дней, — под конец всё же сказал Терон, — мы с Ринаром сами разберёмся, если юная шейри Миттар решит всё же принять наше предложение.

Грустно кивнув, Элвин взял тарелки свою и Теронна и отнёс их к мойке. Потом махнул рукой и поплёлся в гостевую комнату, которую занимал, когда останавливался ночевать в особняке барса.

— Я фал ей эфоф афъеф, — пробурчал он, — фефофня буфеф, нафеюфь беф бабуфки, — добавил он, прежде чем скрыться в темном проёме коридора.

Благодаря современным артефактам связи сам Терон так же мог многие вопросы решать, находясь в своём загородном поместье и предпочитал лишний раз не засвечивать свои маршруты и необходимые пути передвижения, выезжая только тогда, когда требовалось его обязательное присутствие. Его такой образ жизни вполне устраивал. Не было необходимости лишний раз тратить время на дорогу, он мог спать тогда, когда ему удобно и работать тоже.

Эйрин Миттар

Должно быть, никогда прежде я так не волновалась перед, по сути, совершенно обычным мероприятием. Ибо, что может быть необычного в банальном трудоустройстве, когда тебя уже в общем-то берут⁈ Но стоило вспомнить моего потенциального работодателя, как дыхание против воли становилось более частым и глубоким, а щеки заливало предательским румянцем.

Без ложной скромности я могла бы сказать, что видела кучу парней в своей жизни и, порой, они бывали даже без одежды, поскольку в трусишках и рубашечках во вторую ипостась не особенно удобно перекидываться, а потом как идиот в трусах гонять по лесу то ещё удовольствие.

Но я отвлеклась…

И, хотя пока Терона Аскарда я без трусов не видела, но с уверенностью могу сказать…

«Бездна, я что подумала „пока“?» прикрыв глаза я глупо захихикала.

— Не знала, что ты так любишь манную кашу, — выдала мама, оценив мою реакцию над исходящей паром кашей.

— Она и не любит, — фыркнул Дерек смерив меня подозрительным взглядом.

— Она получила предложение по трудоустройству, — выдала бабуля, спасая меня от глупых объяснений почему я вдруг так себя веду.

А тут, собственно, сошлось всё: мой начальник красавчик, от одного взгляда, на которого аж дышать больно; мне будут платить столько, что совсем скоро я смогу разменять свою зарплату мелочью и принимать из неё ванны; а ещё я буду жить где-то в новом месте!

Не то, чтобы мне хотелось уехать от своей семьи, я бы конечно лучше бы взяла их с собой, но мне очень хотелось увидеть что-то новое. Узнать, как живут богатые и знаменитые, что их окружает и всякое такое… Одним словом в это утро со мной случился совершенно неконтролируемый приступ восторженной детской дурости, который скорее всего был обусловлен предстоящей зарплатой. И даже привычка будущего работодатель отдавать богу душу меня почему-то не смущала.

— Вчера заказное письмо принёс почтальон, — добавила бабушка.

— Ах, вот, почему так странно пахло возле дома, — выдал дедушка, на что бабушка лишь согласно улыбнулась.

На предстоящее знакомство с новым шефом я ещё вчера подготовила наряд, выданный Файкой. Конечно пришлось его как следует погладить и почистить, после того как меня поваляла группа захвата, но это мелочи. Убрав свои любимые счастливый часы во внутренний карман пиджака и подхватив сумку и папку с документами, я решила, что совершенно готова к новому этапу в своей жизни и если мой новый работодатель опять сподобится отбросить копыта, то я обязательно сделаю всё возможное, чтобы этого не произошло. В конце концов, это именно то, что я действительно умею делать.

Роскошный экипаж, запряженный двумя гнедыми лошадьми, остановился у самой кромки леса. Накрапывал едва ощутимый дождик. Небо заволокло серыми облаками и почти не было сомнений что вот-вот природа разразится проливным дождём. Высокий мужчина в темном плаще легко спрыгнул на землю и тут же отворил дверцу, протянув руку той, что находилась внутри.

— Шейра Аскард мы прибыли, но вы уверены, что нам сюда? Дальше я проехать не смогу, — неловко пробасил мужчина, в то время как его огромной руки коснулись тонкие пальчики, утянутые в кружевные перчатки.

— Не волнуйся, дальше тебе сопровождать меня ни к чему, — проворковал нежный женский голос, а из экипажа показалась и сама женщина.

Анаис Аскард перевалило уже за сотню лет, потому по человеческим меркам она выглядела как женщина, которой чуть за сорок, но и то это скорее угадывалось по серьёзному взгляду, особой стати и тонким лучикам морщин в уголках ярко-зелёных глаз. Карамельно-рыжие волосы были собраны в высокую прическу открывая взору длинную шею.

— Но как же, — растерялся мужчина, но тут же получил ласковую улыбку госпожи.

Горан растерянно замер и, хотя Анаис давно перестала улыбаться и даже выбралась из экипажа, брезгливо сморщившись, когда её дорогие кожаные туфли утопли в раскисшей грязи, мужчина никак не мог перестать думать об её улыбке. Горан служил своей госпоже последние двадцать лет и ему казалось, что это самое счастливое время в его жизни…Хотя спроси его кто, что именно такого хорошего он находит в своей службе, то он и не вспомнит. Ну, возможно, его госпожа была самой хорошей на свете? Скорее всего так и есть.

— Жди меня здесь, понял? — тем временем бросила женщина, решительным шагом направляясь к кромке леса.

Стоило оказаться под сенью деревьев, как женщина легко расстегнула пуговицы на своем кремовом пальто из тончайшей шерсти и аккуратно повесила на ближайший сук, далее скинула с себя домашнее платье и туфли с чулками, оставшись полностью обнажённой. Лишь небольшой серебряный кулон эльфийской работы на тончайшей ажурной цепочке остался висеть между её грудей. Спустя доли секунд на том месте, где была женщина, стояла небольших для оборотня размеров пума. Зверь женщины вовсе не казался таким уж лощеным и полным сил. Скорее каким-то облезлым, что ли…

Пума сорвалась на бег остановившись лишь спустя полчаса на поляне, которую словно кто-то выжег по идеальному кругу. В центре стояла полуразвалившаяся избушка из давно выцветшего и посеревшего дерева, с покосившейся крышей и висевшей на честном слове дверью.

Анаис сменила ипостась и уже оставшись на поляне полностью обнажённой женщиной, решительно двинулась в сторону двери ведущей в сторожку. Не успела женщина занести кулак, чтобы постучать, как послышался дребезжащий старушечий голос, от которого по телу Анаис против воли побежал рой мурашек.

— Входи уже, долго ходишь, пока бежала от твоего сопения спасу не было!

Поджав губы, женщина потянула дверь на себя и вошла внутрь. Анаис тут же постаралась лишний раз не дышать и не принюхиваться, так сильно изнутри тянуло тленом, плесенью и каким-то сладковато-тошнотворным разложением. Сделав несколько шагов из коридора в ближайшую комнату, пума невольно поджала пальцы на ногах, так морозно было стопам идти по деревянным полам этой избушки, что казалось этот холод обжигает нежную кожу. Внутри дом казался таким же серо-черным, как и снаружи. Пол, стены, мебель — всё выглядело странно выцветшим и безликим. И скудный свет из крошечного окошка лишь подчеркивал царящую внутри убогость.

— Пришла ж таки, — проскрипел женский голос, а в самом углу комнаты, казалось, зашевелилась куча серого тряпья. — Чевой-то с тобой? — прищурилась ведьма и тут же как-то каркающе засмеялась. — А-ха-ха-ха, — хохотала она, сотрясаясь всем телом.

Старая Ирга, как она сама себя представляла, казалось иссушенной временем старухой. Длинные серо-седые волосы скатались до состояния пакли, в которой надёжно впутались какие-то ветки, листья и даже кости мелких зверюшек. Кожа напоминала тонкий желтый пергамент и лишь необыкновенно пронзительные черные глаза, в которых святился острый ум, всё ещё сияли потусторонними безднами на этом лице.

— У эльфов была, — отсмеявшись фыркнула она, — омолаживающий артефакт прикупила, но годы он тебе не вернёт, понимаешь ведь? Что уплачено, то забрано, — проскрежетала старуха, смерив женщину неприязненным взглядом.

— Ты нарушила слово! — прорычала женщина.

— М? — вдруг промурлыкала старуха и голос её показался на удивление юным и игривым. — Я? Чем же?

— Ты обещала, что то зелье сделает меня свободной и всё станет моим и детей…

— Старая Ирга никогда не обещает то, чего не существует, — захохотала женщина.

Она как-то так повернулась лицом к окну, что оно почему-то показалось фарфорово-гладким, а волосы вовсе не седыми, а роскошного русого оттенка, уложенными крупными кольцами и украшенными гребнями из веток и костей животных. Но миг прошёл, старуха прошла мимо окна и видение рассеялось.

— Ты хотела, чтобы разум мужа стал податливым, а воля померкла для чего, зачем и кому там что должно было достаться меня никогда не интересовало. Но ты заплатила, а я дала то, что ты просила, — пожала плечами старуха. — Разве тот оборотень, на котором ты испытала моё зелье хоть раз подвёл тебя? Ты заплатила за одну жизнь, а забрала две, уж не в пору ли мне обижаться, м?

— Ты попросила десять лет, и я согласилась — для оборотня это ничто! Но теперь без артефакта иллюзии я выгляжу на порядок старше! Я достаточно заплатила, — уже тише добавила Анаис.

— Да, — кивнула ведьма, — но я-то человек и годы мне нужны были равные моим, — пожала она плечами. — Хочешь обвинить меня в нечестности? — вдруг повернулась она к Анаис и женщина будто с разбега упала на самое дно черной бездны глаз ведьмы. — Не хочешь, — зашептала она, — а хочешь, чтобы я ещё дала тебе зелье, которое поможет избавится от юного барса…да, но только посильнее, чтобы сразу на тот свет, устала ты ждать, а платить не желаешь, жалко… и так столько средств извела в бесконечных попытках, а он всё выживает, — прикусила она неожиданно крепкими белоснежными зубами нижнюю иссохшуюся губу и глумливо захихикала. — Так пусть дети заплатят? М? — предложила ведьма, протягивая ладонь женщине. — Думай, где ещё возьмёшь отраву, способную убить сильного зверя и не оставить следов? Только Ирга в Даворе может тебе дать желаемое… Только я знаю, какая магия способна дотянуться до сердца оборотня…

— Хочешь, чтобы я втянула в это детей, привела их сюда, а ты бы отняла их годы жизни…

— Ох, нет уж спасибо, — хмыкнула ведьма, обходя Анаис по кругу. — У меня этого добра и так навалом. У тебя есть кое-что поинтереснее для меня. Ты же мать и тебе по силам, как жизнь вымолить для детей, так и проклясть вот и отдай мне этот материнский дар? Вы оборотни всё равно в такое не верите, так что какая разница, способна ли ты будешь молить за своих детей перед богами, а юный Аскард есть здесь и сейчас, годы идут и скоро твой сын потеряет право вступить в главенство без утверждения всего рода… Ну, что? Или зря пришла, а? — усмехнулась женщина.

Для Анаис все эти ведьмовские штучки не вызывали ничего кроме глубокого раздражения. После того, как старая ведьма помогла подчинить волю отца Терона сама Анаис действительно стала выглядеть старше. И годами она ничего оплачивать не желала и будь у неё выбор и вовсе не пришла бы. Но только ведьмы могли создавать ворожбу напитывая ею свои зелья вплетая в них силы природы, которые могли повлиять на оборотней. Ведьм боялись в Даворе и в отличии от магов не привечали, а если ловили кого-то на колдовстве, то либо убивали, либо изгоняли. Иметь с ними дело было противозаконно. Но то, что сейчас просила у неё ведьма было чем-то абстрактным и малопонятным. Какой-то материнский дар просить за своих детей…Что это? Ей не придётся просить, если Терон Аскард просто издохнет уже наконец! Всё и так будет и у неё и у её детей!

— Хорошо, — выдохнула Анаис, — но мне нужно такое средство, от которого спасения нет и следов тоже.

Вернувшись к ожидавшему её экипажу Анаис, уже полностью одетая, быстро забралась внутрь при поддержке ожидавшего её всё это время Горана. Женщина устало выдохнула и откинулась на спинку сиденья.

— И всё же я против того, что ты якшаешься с подобными персонажами, — из темноты экипажа раздался чуть высокий мужской голос. — Если тебя заподозрят в причастности к ворожбе нас уже ничто не спасёт…

Женщина открыла глаза и с силой втянула воздух в лёгкие, будто призывая себя к терпению. Её сын, можно сказать, единственная надежда в мире, где приоритет старшинства в роду отдаётся мужчинам, был, к сожалению, слишком похож на своего отца. Такой же поверхностный транжира и сластолюбец.

— Подумай об этом в следующий раз, когда будешь спускать состояние на своих шлюх, — выплюнула она в лицо молодому мужчине.

— Фи, как грубо, мама, — усмехнулся мужчина от чего на его щеках появились две милые ямочки.

Гидеон Роданский-Аскард, как его стали звать с момента, как Эльзар признал его своим сыном, никогда не понимал тяги матери к тому, чтобы любой ценой извести Терона вслед за отцом. Но с другой стороны, деньги, которых с каждым годом было сосредоточено в руках Терона всё больше и больше, а у них оставалось всё меньше и меньше, вносили решающую лепту в сторону поддержки матери в её стремлениях. Айра, его сестра, тут была точной копией матери столь же жестокая и целеустремлённая. Правда сейчас его сестра была больше сосредоточена на поисках подходящей партии, чем на низвержении Терона Аскард, но это вовсе не значило, что она бы не поддержала мать попроси та о чем угодно, если это сулило выгоду.

Мужчина легко вскинул голову, от чего его залихватские темно-рыжие кудри рассыпались по плечам и сверкнул на мать озорными зелёными глазами.

— Я предпочитаю действовать проверенными методами, которые можно подержать и потрогать, а не зельями от выживших из ума старух. К тому же те, кому мы оставили последний заказ так его и не выполнили, а стало быть, им придётся попробовать ещё раз.

— Мне надоело «пробовать», — бросила Анаис, уставившись в окно кареты. — Этот мальчишка с первого дня не принял меня, а ведь я и его угощала тем же зельем, что и его папашу… Кто бы мог подумать, что будет так важна изначальная симпатия и если у Эльзара она усилилась, то Терон и вовсе меня иррационально возненавидел, — с силой сжав кулаки прошипела она.

— Мне очень нравится слово «иррационально» после того, как ты отправила на тот свет его отца, — усмехнулся мужчина и тут же напоролся на яростный взгляд матери.

— Никогда, — процедила она, — даже со мной наедине не смей озвучивать это вслух, понял?

Гидеон имел неосторожность промолчать на вопрос матери и тут же ощутил огненный росчерк её когтей на своей щеке, а следом и обжигающие ручейки крови заструились по коже прямо за ворот рубашки.

— Понял? — с нажимом спросила женщина.

— Вполне, — сухо бросил он, достал из кармана сюртука пиджака платок и приложил его к щеке.

Дальнейшая поездка проходила в гнетущей тишине.

Эйрин Миттар.

Честно сказать, я не знала, как правильно собираться на встречу к Терону Аскард. С одной стороны, было указано, что проживать я теперь буду на территории работодателя, с другой стороны, контракт мы ещё не подписали. Потому, не мудрствуя лукаво, я собрала вещмешок, как если бы собиралась на военное задание: три смены белья, ботинки, гигиенические принадлежности, расческа и духи, ослабляющие запах зверя. Так же решила взять тренировочный костюм, домашнее платье и тапочки. Подумав, прихватила ещё и образ «горячей стервы», как обозначила его Файка. Мало ли, когда этот работодатель осчастливит меня новым гардеробом? Лучше иметь всё необходимое под рукой. Одним словом, вещмешок затянулся еле-как и в любой момент был готов позорно треснуть.

Мои родные, как это ни прискорбно осознавать, ни разу даже не напряглись, что юная дочь переезжает под крышу к молодому неженатому мужчине. Хоть бы для порядка попереживали за меня, но…

— Вот, бездна, а я уже о свиданиях для Дерека и Эйрин договорилась, а теперь, что? Отменять? — немного несчастно протянула тётя Элаиз, уплетая манную кашу, щедро сдобренную черничным вареньем.

— Почему? — нахмурилась я, совершенно не будучи готовой к тому, что вопрос устройства моей личной жизни вдруг задвинут в дальний угол.

У меня, можно сказать, впервые за столько лет время на неё появилось!

— Ну, как же, — искренне недоумевала тётя, — ты же у нас теперь с самим Тероном Аскард! — глаза тётки фанатично заблестели, а я ещё больше нахмурилась.

— Я так-то работать еду, — попыталась я вставить истинную причину переезда.

— Ты внучка, если что не плошай, — вдруг решила наставить меня на путь истинный бабуля. — Конечно мужчинам нравится думать, что они в этом вопросе всё решают. Вот дед твой до сих пор верит, что мы с ним случайно аж целых три раза к ряду встретились, — как-то умилительно, как на несмышлёного щеночка, взглянула она на дедушку Нортана, который в этот момент был полностью сосредоточен на завтраке и делал вид, что не слышит, о чем все вокруг говорят. — Но я полмесяца его пасла, расписание составляла куда и зачем ходит, с кем общается и где и в какое время бывает, с какой периодичностью…

Тут дед как ни в чем ни бывало оторвался от своей тарелки и посмотрел на бабулю с точно таким же умилением.

— Главное для любого мужчины — это поддерживать свою женщину во всем, даже в её фантазиях, — улыбнулся он. — Я списал тебя уже на второй день и дал составить тебе график моих посещений подходящих мест. У тебя никогда не возникало вопросов, на кой молодому оборотню три раза в неделю таскаться в городской парк? — захохотал он.

— Ах ты, — зашипела бабушка и тут же была притянута к дедушке под бочок и нежно поцелована в лоб.

— Ты моя истинная, мог ли я не почувствовать тебя? — тепло улыбнулся дедушка. — Просто, если бы так просто упал к твоим ногам, то разве ты бы ценила меня так же сильно?

Я смотрела на этих двух голубков и лишь мечтала, чтобы через годы мой муж вот так ворковал со мной.

Но я отвлеклась. Как оказалось всё моё семейство вдруг решило, что таким способом, как предложение о работе Терон Аскард решил не больше не меньше, а за мной приударить с последующей женитьбой. Мол, своей спасительной деятельностью я его очаровала до такой вот степени безрассудно влюблённого оборотня.

— Я поражаюсь, — всплеснула я руками под конец этого безумного завтрака, — вы хоть ради приличия за меня попереживать можете⁈

И встретилась с недоумевающими взглядами родственников.

— Вдруг меня там обидят⁈ — зашла я на второй круг.

Больше я сказать ничего не смогла, так как всё семейство хохотало, как припадочное. Даже малыш Филипп глядя на всех повизгивал от восторга.

Одним словом, когда я стояла у ворот собственного дома с вещмешком на плече, то больше всего на свете хотелось показать родным стенам что-нибудь неприличное на прощание из арсенала военного, привыкшего к полевым условиям жизни. Вместо этого я лишь досадливо махнула рукой и поплелась в сторону, где можно было нанять экипаж или сесть в маршрутный дилижанс, который курсировал по всем важным точкам города и стоил ощутимо дешевле. Но будущий работодатель, а по совместительству «мой будущий муж, любовь всей моей жизни, отец будущих детей и благотворитель семейства Миттар», который едва ли не получил священный ранг во время последнего завтрака, так как уже успел оплатить образование близнецов и поездку на горный курорт моей мамы, решил поселиться загородом, а стало быть, мне придётся нанимать экипаж.

— Будущее требует вложений, — резонно заметила бабуля и вручила мне три золотых на дорогу и мелкие траты в счет грядущей зарплаты.

Надеюсь, Терон Аскард никогда не отважится зайти к нам в гости, а то боюсь его на месте признают святым и разберут на мощи!

Оплатив экипаж, я уместилась на жесткой лавке и попыталась подсунуть мешок так, чтобы опереться на него рукой и можно было относительно комфортно смотреть в окошко на мелькающие пейзажи.

На дворе стояло начало осени. Было ещё довольно тепло, но листья на деревьях потихоньку начинали желтеть. В принципе приятное время года, а вот зима в Давор обычно суровая и такая, что лишний раз на улицу выходить не хочется, хотя и длится она всего пару месяцев, а потом начинается стремительная и порой затяжная весна.

Дорога до загородного поместья заняла около трёх часов. За это время я даже вздремнуть успела, потому не сразу поняла почему экипаж остановился, а возница так резко забарабанил в окошко за своей спиной.

— На месте! — гаркнул мужик, к слову сказать, простой человек.

Подхватив свой нехитрый багаж, я отворила дверцу экипажа и поспешила выскочить наружу. Вся эта поездка в трясучей коробке была довольно выматывающей.

Тут же была приятно удивлена, когда мои кожаные туфли оказались не в раскисшей от утреннего дождя грязи, а на вполне себе ровной мощенной гладким розовым камнем дороге.

Подняла взгляд, чтобы оценить место, в которое попала и едва ли не потеряла дар речи. Резиденция снежного барса выглядела внушительно и была окружена по периметру массивным забором из крупного камня так, что самой резиденции и видно-то толком с дороги не было. Зато были видны смотровые посты охраны, расположенные на равном удалении друг от друга по периметру. Само место было окружено лесным массивом, что так же было приятным дополнением к месту работы.

Не то, чтобы я была знатоком того, как живут богатые люди, но такой монументальный забор я видела разве что во дворце в виде крепостной стены. То, что будущего работодателя и потенциально часто убиваемого подопечного хорошо охраняют и без меня — было приятны открытием. Подойдя к массивным воротам, ведущим внутрь усадьбы, я приметила небольшую дверь из темного дерева и тут же пошла к ней. Ворота и дверь были все испещрены магическими символами. Я никогда не изучала детально теорию магии, но кое-что знала, потому как занимаясь диверсионной деятельностью приходилось частенько работать над вскрытием вот такой вот защиты. И теоретическая защитная магия, атакующие плетения всё это приходилось заучивать. Потому как на оборотней не действовала магия прямой направленности, но вот усиленная магией дверь превращалась в непреодолимое препятствие. Просто так такие символы не сотрёшь, если их не прочитать и не найти те, на которые опирается магическое плетение. Обычно символы опоры убирали под обшивку с другой стороны или даже вмуровывали в стены. Магически укреплённые двери неплохое подспорье безопасности.

— Кто на тебя охотится? — прошептала я себе под нос, видя, что на лицевой части дверного полотна нет ни одного символа опоры.

Сделав ещё несколько шагов, позволила своему восприятию мира вокруг полностью раскрыться. С тех пор, как общество оборотней выбрало тот же путь, что и страны, где жили маги и люди, создавая столицу королевства по образу и подобию городов людей и выстраивая экономику по тем же принципам, что и остальной мир, мне кажется жители Фортекса стали больше похожи на простых людей, чем когда-либо. Стремясь за наносными тенденциями в столице некоторые откровенно начинали стесняться своих звериных нужд, становясь заложниками моды на образ жизни.

Я ненавижу Фортекс, а особенно его центр! Как там живут другие оборотни ума не приложу? Смешение запахов, шумов, постоянный контроль над звериной ипостасью, чтобы немного разгрузить нервную систему от обилия раздражителей — это тяжело. Слава богам, что за столицей не спешит остальной Давор и большей частью наше королевство продолжает жить небольшими общинами или родами, в которых можно прислушиваться к внутреннему зверю и иметь относительную свободу. Провинциальные города обычно очень просторные, дома там расположены на приличном расстоянии, как и общественные улицы, чтобы не нарушать определённые границы. К счастью, Терон Аскард, по всей видимости предпочитал работать в своем поместье и это не могло не радовать. Обоняние и слух тут же считало сколько на настоящий момент стражников было на посту и их звериную суть. Потому осторожно постучав в небольшую дверь, я уже знала кто мне откроет её. Процесс досмотра чем-то напоминал тот, что я проходила во дворце. Хорошо, что много вещей не взяла, всё же не очень приятно, когда совершенно незнакомые мужчины копаются в твоем нижнем белье.

— Вас ожидают, шейри Миттар, — в конце концов вручив мне мой вещмешок, сказал стражник и показал куда иди.

При всём желании я бы не заблудилась. К довольно внушительному поместью из серого камня в три этажа вела широкая подъездная аллея, мощённая всё тем же розовым камнем. Вокруг были аккуратно постриженные кустарники и газоны, даже растущие то тут, то там ели казались упитанными и довольными жизнью. На территории поместья царило приятное слуху умиротворение леса и спокойной жизни, позволяющей легко считывать окружающее пространство.

Оказавшись у центральной лестницы ведущей ко входу в дом, я поднялась по ступенькам и замерла, ожидая, когда подошедший с другой стороны мужчина откроет дверь. Его шаги я услышала ещё когда поднималась.

Встречавшим оказался уже знакомый мне снежный барс. Высокий и широкоплечий, фигурой чем-то похожий на самого Терона Аскард, вот только глаза у него были почти черными, а волосы золотистыми, а не белоснежными как у Терона.

— Доброго дня, шейри Миттар, позвольте представиться — Ринар Артар из рода Аскард, младшая ветвь, — приветливо растянул он губы в улыбке.

— Эйрин Миттар из рода Миттар, — улыбнулась я в ответ. — Ветвей не имеем, — выдохнула я, с сожалением понимая, что все наши ветви, к которым мы могли бы принадлежать давно отделены и не известно жив ли кто из тех, кого дедушке и бабушке пришлось оставить на юге.

— Мы вас ждали, — продолжил он довольно миролюбиво, позволяя мне войти внутрь.

Стоило вдохнуть аромат, царящий внутри дома Аскард, как я неожиданно почувствовала себя очень уютно. Странное ощущение волной мурашек прокатилось по спине, отзываясь трепетом в сердце. Удивительно теплое чувство покоя, безопасности, уюта… Когда-то давно, когда ещё был жив отец и вся семья собиралась вместе и детство моё казалось чем-то бесконечным и номинально счастливым… да, именно такое чувство, вдруг укрыло мне плечи, нашептывая, что я вернулась домой…

— Что это? — растерянно прошептала я, невольно передёрнув плечами.

— Что? — обернулся шейр Артар, что уже шел впереди меня уводя за собой в глубь дома.

— Всё в порядке, — кивнула я, стараясь взять себя в руки и подумать чуть позже, что именно так накатило на меня.

Пока Ринар вел меня вглубь дома нам не встретилось по пути ни одной живой души. Было ли это следствием того, что слуги передвигались по дому какими-то отдельными коридорами или же Терон Аскард предпочитал уединённый образ жизни я, конечно же, могла только догадываться. Мы как раз шли вдоль длинного коридора, увешенного портретами мужчин и женщин с белоснежными волосами. Все они были невероятно похожи.

«Обладатели одной породы», как сказал бы дедушка.

Кто-то выглядел совсем юным, кто-то довольно зрелым, были здесь и портреты детей и стариков и под каждым портретом крошечные таблички с именами и цифрами…

«Годы жизни», поняла я.

Мы шли вдоль галереи, которую в знатных родах создавали, называя Памятью рода. Каждый портрет в такой галерее писался уже после смерти оборотня, как посмертное изображение. Обычно это делал художник, который жил и творил в стенах рода и знал усопших ещё при жизни. Его задачей было воскресить образ на холсте, придать ему какие-то особые узнаваемые черты и отобразить то, каким был оборотень…

Странная и довольно пугающая традиция Давора. Дети в обнимку с любимыми игрушками, взрослые, кто с книгой, кто с мечом, юная девушка, разглядывающая своё отражение в зеркале. Такой длинный коридор… А в самом конце я чуть натуральным образом не заорала в голос, потому что именно в конце этой галереи висел портрет с точной копией Терона Аскард. И лишь присмотревшись к изображению и прочитав табличку ниже я, не скрывая облегчения, перевела дух и чуть нервно не захихикала.

«Эльзар Аскард» дата его смерти говорила о том, что он уже пятнадцать лет как мёртв, слава богам! То есть, не то, чтобы я рада была смерти прежнего главы, но я была рада, что это не потенциальный работодатель внепланово окочурился и тут уже его портрет повесили.

Беззвучно поплевала себе за плечо, чтоб не сглазить.

Ринар наконец-то привел меня к необходимой двери и вошёл внутрь совершенно шикарной гостиной. Это вам не дом Миттар, где чистой эту комнату можно было увидеть лишь в первые минуты после уборки, пока там не срыгнул Филипп или мелкие не навели очередной спонтанный хаос. В доме Аскард всё было как в музее истории воинской славы Давор (может в других так же, но я была только в этом): идеально вычищенный ковер, дорогая мебель из немного красноватого дерева с приятной глазу обивкой в светло-кофейных тонах, высокие окна в пол за которыми раскинулся необыкновенный сад, камин на полке над которым тихонько тикали сияющие золотом часы. Удивительный механизм был настоящим произведением искусства инкрустированный драгоценными камнями. Казалось, что две живые золотые лошади встали на дыбы зажав передними копытами циферблат. Животные были так скрупулёзно отлиты, что я даже могла сказать, что это кони, а не лошади.

— Присядьте, Эйрин, шейр Аскард закончит с делами и подойдёт. Я распоряжусь по поводу чая, а пока вам следует немного подождать.

— Конечно, — немного нервно сглотнула я, примеряясь к светло-кофейному диванчику, отчаянно соображая достаточно ли чистая на мне юбка.

Почему-то я вдруг начала волноваться, что ненароком что-нибудь испорчу в этом доме. Так-то обычно такие мелочи меня никогда не волновали, и оборотни моего вида по части порчи имущества всегда преуспевали не из злобности, а в силу особенностей склада характера и врождённого любопытства, с которым порой было не совладать. В детстве я могла разобрать понравившейся мне предмет или механизм из-за того, что мне было интересно посмотреть, что внутри и как он работает, поэтому ни один Миттар не поставил бы на полку в гостиной золотые часы.

Невольно одёрнула себя и уставилась в окно.

«Часы и часы, Эйрин, тебе что пять лет⁈ Осталось только раскрутить тут всё к хренам! Соберись! Дома богатого в жизни не видела, что ли⁈»

Я не могла понять, почему я так разволновалась и почему начала переживать, что могу что-то испортить? Мне совершенно нелогично хотелось понравиться хозяину этого дома!

Последняя мысль показалась вообще чем-то из ряда вон! Хотя, почему нет? Мне же нужна эта работа, отсюда и все эти странные мысли и волнение…

Через несколько минут в комнату вошла невысокая девушка в форме, что состояла из темного закрытого платья и белоснежного передника. Её светло-русые волосы были собраны в высокий пучок. Она прикатила целый столик на крошечных колёсиках, уставленный всякой всячиной начиная от лёгких закусок, конфет, каких-то крошечных пирожных и заканчивая молоком, сахаром, фарфоровым чайником и маленькими чашечками.

— Доброго дня, шейри, — еле слышно прошептала она и тут же залилась яркой краской.

Сердце служанки с силой забилось, а в воздухе разлился блёклый аромат слабой самки кошачьего вида, приглушённый легкими нотами сирени.

Кто именно был передо мной сказать было сложно, вторая ипостась была плохо развита и скорее всего обращаться она и вовсе не умела. Такое, к сожалению, случалось в вырождающихся семьях. Дед говорил, что это следствие того, когда оборотни начинают подавлять звериные нужды в себе. Постепенно их звери теряют силы, а последующие поколения становятся ещё более слабыми. Не знаю так ли это, но Миттар придерживались именно такой философии.

— Меня зовут Орис, — тихонько представилась она. — Могу я вам что-то предложить? — указала она на привезённый столик, а я совершенно растерялась.

— Благодарю, от чая не откажусь, — не хуже смущающейся служанки, ответила я.

Уже спустя десять минут я совершенно одна сидела в гостиной с чашкой чая в руке и ошпаренным языком, так как машинально глотнула предложенный напиток, стоило Орис мне его передать, и думала о том, что это только начало новой службы, а я уже вся извелась и лишилась стратегического инструмента влияния — моего языка! Кроме того, держа в руках этот баснословно дорогой тончайший фарфор я боялась, что он просто треснет от силы, сокрытой в моих руках, и нервничала ещё больше. Да, что со мной такое⁈

«Надо собраться», в очередной раз подумала я.

— Доброго дня, шейри Миттар, — низкий мужской голос, напитанный бархатистой хрипотцой, вдруг раздался от входа в гостиную.

Невольно вздрогнув, я тут же пролила кипяток на бёдра и чуть неприлично не разразилась отборным матом, чувствуя, как жидкость проходит сквозь юбку спереди и выходит сзади!

Демонова обивка, всё же испоганила! Ну, надо же так оконфузиться⁈ Я теперь с этого дивана не встану пока он не высохнет, хоть что пускай делает!

Пытаясь унять сумасшедшие мурашки от звука голоса барса, что вдруг нестройными рядами пронеслись по моей спине, я старалась сообразить, как этот тип умудрился так бесшумно подкрасться⁈

— Здравствуйте, — тем не менее взяв себя в руки, поздоровалась я тут же отставив демонов чай на столик и решив больше ничего не брать, а то только подавиться не хватало для полноты картины!

— К сожалению мне не удалось лично поговорить с вами после произошедшего нападения, — заговорил мужчина, сев напротив меня в широкое кресло.

Всё это он проделал с какой-то ленивой грацией хищника. Его движения завораживали. Обманчиво мягкие, с какой-то наносной расслабленностью, но я точно знала, чувствовала, какой силы зверь передо мной и смотрела на него со странным замиранием сердца. Удивительно, особенно для девушки, практически выросшей в казармах, но прежде я не испытывала ничего подобного от вида сильных оборотней.

— И не смог поблагодарить вас за своевременную помощь. Его Величество предоставил мне информацию относительно вашего положения и увольнения и Элвин, мой секретарь, должен был вчера передать вам предложение… — на долю секунды он за пнулся, а у меня перед глазами всплыло воспоминание, как неловко с этим Элвином получилось.

— Нам очень жаль, что так вышло, — ещё раз попыталась я выразить всю глубину сожаления от сложившейся ситуации.

Мужчина, кажется, что-то хотел сказать, но передумал, кратко кивнул и растянул губы в неловкой улыбке.

— Элвину уже лучше, — всё же выдал он. — Но прежде, чем я изложу вам, что именно происходит в моём роду, мы подпишем с вами договор о неразглашении, а также заключим трудовой договор, поэтому шейри Миттар прошу вас как следует подумать, согласны ли вы на работу, которая будет сопряжена с определённым риском для жизни?

Наверное, он предоставлял мне возможность передумать и это было бы даже правильно, если бы речь шла об обычной девушке, но риск всегда был частью моей жизни и, пожалуй, впервые мне предлагали ещё и достойную оплату за это. Договор предусматривал даже неплохую компенсацию в случае моей гибели при исполнении трудовых обязанностей или получении травм, которые потребуют лечения. Впервые это был справедливый договор за риск, а не так, что отдав зрение стране мне пришлось копить и занимать у Файки на очки, без которых качество моей жизни было бы просто невыносимым.

— Шейр Аскард, я вас уверяю, что если бы у меня оставались сомнения, то я б не стала тратить ваше время на эту встречу.

— Что ж, — кивнул он, — тогда пойдёмте ко мне в кабинет там и подпишем договор, — и уставился на меня, предлагая встать и пройти первой.

И я была бы счастлива такому галантному работодателю, если бы не представляла в красках лицо барса, когда я встану, а на моём месте…на чудесном кофейном диванчике останется мокрое пятно!

— Готова следовать за вами, — ощерившись так, что мои глаза спрятались за щеками, я тут же подобострастно поклонилась, сидя на диване.

Да, на моей исторической родине, именно так обхаживали глав родов и держателей гаремов.

— Оу, — смутился Аскард, — вы южанка? — пробормотал он, но тут же взял себя в руки, поднялся на ноги и пошёл к двери на выход из комнаты.

— Да, — ответила я, — при начале сотрудничества важно соблюсти традиции, — пробормотала я, подскочив следом за оборотнем и встав сразу за его спиной и начав ненавязчиво проталкивать его к проходу, чтобы он и не думал повернуться и ещё чего-нибудь сказать.

Выглядело это, должно быть комично, учитывая нашу разницу в росте, но с одной стороны был совершенно невозможный позор, который я не готова была переживать, а с другой возможная неловкость от того, что я как мини-таран просто вынесла его из гостиной.

— Эйрин, постойте, у меня тапочек слетел, — попытался что-то там лепетать «святой семьи Миттар», но я тут же дотянулась до потерянной обуви ногой и подтолкнула её вперёд, лишь бы он не решил возвращаться назад. — Спасибо, — пробормотал он, влезая в тапок, а я наконец-то перевела дух, так как комнату мы покинули.

Кабинет главы дома Аскард оказался с другой стороны дома, но тоже на первом этаже. Эта часть особняка была более оживлённой. Как я поняла, это было что-то вроде рабочего крыла. То и дело открывались двери, из которых выходили мужчины-оборотни, в руках у них были папки с документами. Пару раз кто-то даже подходил к Терону и что-то тихо спрашивал, указывая на бумаги в руках и получая на свой вопрос либо согласный кивок, либо отказ.

— Здесь я работаю по большей части, — сказал он, повернувшись ко мне вполоборота. — Иногда выезжаю в город, но благодаря маг-связи могу решать большую часть вопросов отсюда. Все, кого вы видите не всегда тут, но иногда приезжают и работают в непосредственной близости от меня, чтобы оперативно согласовывать все вопросы. Сейчас мы готовим крупный проект и в ближайшее время возьмём заказ короны по строительству боевых кораблей. Верфи это не всё, чем занимается мой род, но сейчас я активно развиваю это направление.

То, что он говорил казалось чем-то невероятным. Удивительно то, что мне удалось соприкоснуться с чем-то столь далёким от моей обыденной реальности. Возможно, ничего в этом такого и не было, но у меня было ощущение, что я попала в иной мир и всё здесь было по-настоящему интересным для меня.

Оказавшись в кабинете Терона Аскард я в очередной раз пыталась справиться с приступом неуместного восторга, но всё равно пялилась на всё, что меня окружало с воодушевлением ребёнка. Размеры кабинета впечатляли, как и огромное окно в пол. Книжные шкафы, уставленные какими-то явно дорогими, а порой и древними книгами в кожаных переплётах и с золотым теснением. Стол из массива дерева, на котором сейчас в каком-то понятном лишь хозяину порядке лежали документы, блестящие, замысловатые и явно магические предметы, писчие принадлежности. Напротив стола было два кресла одно из которых я тут же заняла, а сам Терон сел на «невероятный трон», по другому и не скажешь. Даже у моего дедули в кабинете кресло было поскромнее.

Терон тут же протянул мне трудовой договор и договор о неразглашении всего, что я буду слышать о делах его рода и его самого.

— Договор будет скреплён магическими печатями, шейри Миттар, — решил пояснить он мне то, как именно будет осуществляться контроль о неразглашении информации. — Поскольку прямое воздействие, как с людьми и магами невозможно, то будет косвенное. В момент, когда вы решите обсудить что-то, что услышите от меня или моих сотрудников с третьими лицами точный текст сказанного тут же будет отображен тут, — указал он на толстый ежедневник на краю своего стола. — Это примет любой суд, как доказательство нарушения договора.

Что ж, Терону Аскард нельзя было отказать в умении аргументировать свою позицию.

— Вы можете пока этого не понимать, но я вынужден заботиться о двух вещах: конфиденциальности и безопасности. Это важнее всего для оборотня в моём положении.

На минуту мне показалось, что ему неловко и он почему-то пытается оправдать свои требования.

— Вы платите достойную зарплату, шейр Аскард, и в праве выдвигать свои условия. Прошу вас, — протянула я руку, чтобы он передал мне магическое перо и тут же подписала оба договора.

Следом за мной это сделал и Терон. Бумага налилась золотым сиянием и вспыхнув рассеялась в воздухе.

— Все договора, которые заключаются с магической подписью хранятся в Королевском банке данных, — пояснил он. — Что ж, теперь нам стоит поговорить предельно откровенно. Основные функции моих помощников несут на себе Элвин Малори и его ученик и младший секретарь Малкольм Грей, с ним вы скоро познакомитесь. Для всех Элвин перейдёт в управляющие Малроу центра, Малкольм станет старшим секретарём, а вы займёте официально его должность. По сути, Элвин и Малкольм уже давно выполняют эти функции, но сейчас я их оформлю официально. Как вы могли заметить, безопасность в поместье организована на достаточно высоком уровне, но, к сожалению, не всегда удаётся брать крепость с собой, — хмыкнул он, проведя указательным и большим пальцем по подбородку словно раздумывая о чем-то. — Иногда нужно иметь туз в рукаве, и я предлагаю вам стать таковым тузом, шейри Миттар. Никто не должен знать о том, что вы выполняете ещё какие-то функции кроме того, что положено делать секретарю, это понятно? — прямо посмотрел он на меня своими холодными серыми глазами.

От этого взгляда стало немного не по себе, потому что именно сейчас, сквозь него, выглянул тот самый альфа, который держит в своих когтях род Аскард.

— Покушения на меня происходят с завидной регулярностью. Способы так же разнятся. Отравления, наёмные убийцы, даже подосланные любовницы…

На «подосланных любовницах» я отчего-то напряглась, хищно прищурилась и тут же призвала себя к порядку.

«Это, что ещё за новости⁈ Взрослый мужчина, глава рода, конечно, у него есть любовницы, не то, что у тебя! Так-то никто кроме твоей чокнутой семейки в собственность тебе его не записывал!» зашипела сама на себя.

— Я хочу, чтобы вы стали очередным барьером на пути ко мне, если можно так сказать.

— Никогда не думала, что жизнь главы рода настолько опасна? — осторожно поинтересовалась я.

Терон Аскард холодно улыбнулся и откинулся на спинку стула.

— Это правильный вопрос, шейри Миттар, — кивнул он своим мыслям. — Я совершенно точно знаю, кто именно пытается меня убить, но проблема в том, что всё, что мне пока остаётся это отражать удар.

— Даже так, — прошептала я, нахмурившись. — Кто это? — спросила я и почему-то решила, что никто не имеет права пытаться убить моего… работодателя! Не в мою смену, так сказать. И, кажется, я уже начала прикидывать способы расправы над злопыхателями, когда Терон заговорил вновь

— Это мои мачеха и её дети, — просто и как-то обыденно сказал он. — Магия не всегда благо, шейри Миттар, — через какое-то время заговорил он вновь. — Мой отец дал клятву на камне рода, что ни он, ни кто-либо из рода и ветвей Аскард или тех, кто сотрудничает с ним никогда не поднимет руку на род Роданских пум. Как именно звучала клятва я, к сожалению, не знаю, но мои попытки нанять тех, кто избавил бы меня от этой проблемы привели к смерти наёмников от энергетического истощения. Как вы понимаете, одной попытки мне хватило, чтобы не пытаться пробовать одно и то же. И вас я нанимаю исключительно с целью защиты от возможных нападений. Я видел ваше дело и знаю, что вы профессионал, а ваша видимая хрупкость станет возможным козырем и эффектом неожиданности, который сможет спасти нам жизнь, если до этого дойдёт.

Фраза, брошенная барсом как бы невзначай:

«Одной попытки мне хватило, чтобы не пытаться пробовать одно и то же», заставила крепко задуматься.

Стоило ли это понимать, что на настоящий момент он что-то готовит для своих родственников?

— Единственное, что объединяет спустя годы после смерти моего отца род Снежных барсов и пум Роданских хребтов — это финансовые потоки. С каждым годом их всё больше сосредотачивается в моих руках и все меньше остаётся в руках моей мачехи и её детей. То, что у них есть — это остатки наследства моего отца. В основном шахты по добыче драгоценных металлов и камней. Но и они приходят в упадок, потому как всё требует вложений и развития. К счастью, мои названные родственники по природе своей потребленцы, которые не способны преумножить хоть что-то. Единственный способ улучшить своё положение ещё на долгие годы — это избавиться от меня и встать во главе рода. Когда я был ещё совсем юн, а мой отец скончался, то по всем законам предков был проведён поединок среди наследников главы. Древняя традиция, больше всего напоминающая театр абсурда, но на тот момент я и мой так называемый брат сразились за место главы. Я выиграл и даже имел неосторожность радоваться тому, что сумел отстоять свой род. Через пару недель произошло первое покушение, и я получил в частную закрытую школу коробку отравленных пирожных. Погиб мой прожорливый сосед, — тяжело вздохнул мужчина и я поняла, что за его невозмутимостью наверняка не всё так спокойно. Страшно представить в каком стрессе живет этот оборотень с самых юных лет. — Сейчас идеальный момент, чтобы свергнуть меня и занять место по праву наследования пока сила молодого самца не может быть оспорена ближайшими ветвями. Гидеон тоже альфа и сейчас время его расцвета, когда он может легко упрочить свои позиции согласно всем традициям оборотней. Я говорю это всё лишь с одной целью, шейри Миттар, чтобы вы понимали, что угроза более чем реальна и нападение можно ожидать в любой момент. Мои зажравшиеся родственники привыкшие паразитировать на моем роду так просто не отступятся.

— В таком случае я надеюсь вы понимаете, кого наняли, шейр Аскард? — поинтересовалась я. — Вопрос вашей безопасности станет для меня высшим приоритетом, — прямо посмотрела ему в глаза. — И я буду решать его соответственно, вы ведь понимаете, что это значит, когда дело касается таких, как я?

Это я так завуалированно пыталась спросить, не рухнет ли он в обморок, если я вдруг войду в свою боевую форму и ну…там всякое бывает в конце. Надеюсь, он понял, о чем я?

Не спрашивать же: ничего если я чьи-нибудь кишки у тебя по дому разметаю?

— Что ж, думаю это справедливо, — кивнул он. — В любом случае, несмотря на мой тяжелый характер, мне хочется думать, что я не самодур и мы всегда сумеем с вами договориться.

По-моему, он не понял.

— Пойдёмте, я покажу вам вашу комнату.

Что ж, моя «комната» оказалась на третьем этаже поместья. Чтобы туда попасть Терон Аскард предварительно отвел меня на пост охраны и данные моей ауры ввели в магический контур дома! Я ещё раз повторю: МАГИЧЕСКИЙ КОНТУР ДОМА! Защита такого уровня была во дворцах, у членов королевских семей и у Терона Аскард! Очуметь! Так вот, у каждого оборотня, что проживал на территории поместья был свой уровень доступа и на третий этаж резиденции барса могли подняться лишь те, кто считался членом семьи или имел высший допуск безопасности. Не будем показывать пальцем, кто имел теперь такой допуск. Ё моё!

Мои, не побоюсь этого слова, покои расположились напротив комнат, которые занимал сам Терон. И была это вовсе не одна комната, а целая квартира! Тут была спальня, гостиная, гардеробная, ванная комната и даже балкон, объединённый с балконом хозяина дома.

— Не подумайте лишнего, шейри Миттар, изначально это вроде как должны были бы быть покои супруги главы рода, но поскольку я пока не женат, а Ринар настаивает на том, что угроза моей жизни стоит более, чем остро, то будет благоразумно, если вы будете поблизости, — как-то чересчур быстро проговорил мужчина. — Если честно, то мне до сих пор не по себе, что я нанимаю женщину на роль телохранителя.

— Это пройдёт, — коротко ответила я, подумав о том, что даже оборотни из моего подразделения, начинали воспринимать меня совершенно иначе после нескольких совместных вылазок. Так-то они тоже фантазировали, что я малышка, которую необходимо защищать.

— Думаете? — усмехнулся он.

— Уверена, так и будет, — кивнула я, борясь с желанием залезть на огромную кровать в центре комнаты и начать прыгать на ней пока не до прыгну до огромной люстры в центре комнаты, а потом как следует покачаться уже на ней.

«Приди в себя! Ты не такая отшибленная, как твои братцы! Уже нет! Ты большая!» продолжала я увещевать собственное звериное нутро, которое пребывало в дичайшем восторге от размеров новой норы.

— Сегодня к вам подойдёт Малкольм и Фрейя, управляющая по делам поместья, она поможет определиться со списком вещей, которые вам доставят сюда. Так же, Малкольм объяснит требования к вашему внешнему виду, но учитывая тонкости ваших обязанностей, я понимаю, что вам придётся одеваться весьма смело для секретаря.

— Да, мужской костюм или что-то подходящее будет удобнее всего.

— Что ж, осваивайтесь пока я буду в соседних комнатах.

На этих словах Терон Аскард оставил меня одну, и я всё же опробовала кровать на прочность. Но люстру всё же решила пожалеть.

— Не понимаю, как шейр Аскард мог нанять такую неопытную особу мне в помощь, — задыхаясь под весом папок сокрушался Малкольм Грей.

Парень был немногим старше меня, обладал здоровым румянцем во всю щеку, ясными голубыми глазами и белокурыми блестящими локонами волос. Он был невысок и чуть полноват отчего выглядел, как очаровательный карапуз, зачем-то влезший в отцовский камзол. Кроме всего прочего от Малкольма пахло знакомыми косметическими нотами, какие я улавливала рядом с Тэроном. Похоже у них был один и тот же лосьон для бритья и шампунь для волос. Кажется, кто-то фанател своим начальником? А, может быть, просто совпадение?

Малкольм был стопроцентным человеком и это было странным учитывая место его работы. А ещё, судя по его бесконечным причитаниям, он был нытиком каких поискать! Но я ему это прощала, находя его каким-то миленьким, что ли? Он напоминал мне куклу, что была у меня в детстве… потом правда родились близняшки и оторвали ей голову и ноги, но ведь их тут нет и милому Малкольму ничто не угрожает.

— П-потому, — пыхтел он, борясь со ступенями, ведущими на второй этаж рабочего крыла, — я буду вам пока давать совсем простые задания. Вот, например, сходить в архив и правильно разместить документы. Это важно, — покивал он сам себе.

— Может, я понесу? — предложила я помощь с кипами бумаг, которые похоже выбили последние силы из пышного тела мужчины.

— Ну, что вы, — очаровательно улыбнулся Малкольм, отчего на его щёчках появились милые ямочки. — Вы же девушка, — покачал он головой, а я лишь глубоко вздохнула, представив его лицо, если я возьму его на ручки и вместе с папками занесу на второй этаж прямо в комнату архива.

Терон Аскард принял решение не разглашать о том, кем я являюсь на самом деле никому кроме Элвина и Ринара. Так я поняла, что этим двоим он доверял. Для всех остальных я была новым младшим секретарём и что-то мне подсказывало, что в воображении окружающих, я была ещё и подружкой кого-то из друзей Терона. Но вот кого именно пока никто не мог сообразить. Как с этим сочеталось то, что я поселилась в смежных покоях, предназначенных его будущей супруге вопрос, который решил Ринар Артар ещё до моего появления в доме. Часть сотрудников, которые постоянно проживали в доме Аскарда занимали комнаты на первом этаже — в основном слуги, а кто-то вроде Малкольма жили на втором в скромных гостевых апартаментах. Мне официально выделили заброшенную комнату прямо под хозяйскими комнатами. Туда никого и никогда не селили по одной причине — за стеной был потайной ход, по которому Аскард и его супруга могли покинуть поместье в любой момент. Ринар расконсервировал старый проход и изменил настройки дома так, что я могла им пользоваться, поднимаясь из гостевой комнаты в покои госпожи и проводя там ночь. На окнах установили специальные артефакты затемнения, так что с наружи эти комнаты выглядели совершенно необитаемыми. Единственное «но» за чистотой я должна была следить самостоятельно, но меня только радовало, что никто не будет трогать мои вещи.

— Сейчас мы с вами отнесём бумаги и подойдём к Фрейе. Через неё можно заказать вещи, которые вам понадобятся. Странно, конечно, почему вы не привезли с собой всё необходимое? — мне послышались отчетливые нотки зависти в голосе теперь уже старшего секретаря.

— Всё сгорело, — сокрушённо вздохнула я. — А шейр Аскард согласился помочь приобрести новое в счет будущей зарплаты, — тихо закончила я, изобразив вселенскую грусть и заметив при этом какую-то потаённую радость на дне голубых глаз.

— Да вы что⁈ — если бы не предполагалось, что мужчина должен был говорить сокрушённо-сочувствующим тоном, я бы подумала, что он едва не захлёбывается от восторга.

Судя по всему, кому-то не давало покоя моё стремительное продвижение по службе. Малкольм видел сертификат об окончании мною курсов секретарей и его уже тогда чуть удар не хватил от убогости этого образования.

— Да, да, — грустно кивала я, переставляя папки, что он держал, на полки рядом с которыми он встал. — Такая трагедия, почти все мои вещи сгорели… пришлось возвращаться к родным. Ни работы, ни связей, благо вот бабуля моя знавала Элвина Малори, знаете его, да?

— Конечно, конечно, — энергично закивал Малкольм чувствуя, что тайна моего появления в особняке Аскард вот-вот будет раскрыта, а с нею и история моего блата.

— Ну, так вот и она его как-то повстречала и спасла от своры диких собак…

— Да вы что⁈ — едва не выронил папки Малкольм. — Ну, да, его зверь медведь же, а их псы на дух не переносят…

— Да, — согласно закивала я, — а шейр Малори зачем-то залез прямо в их логово, представляете⁈ А там такие мелкие, на одно лицо, ещё и бешеные!

— Ах, — охнул секретарь и не поймёшь толи восторженно, то ли со страху.

— Ну, вот, бабуля и как…увидела, что он в опасности, как… разогнала этих мелких псин, а то ж они б его на части бы мигом разобрали… у бабули доска была под рукой, ну вот она там всех их того самого… — красочно замахала я руками.

Самое главное ведь ни слова не соврала, а чего там «того самого» это уж неважно. Главное в том, что если бы бабуля не оглушила Элвина, то до него и впрямь могли добраться мелкие псины одинаковой наружности, а там уж кто знает на что их воображения хватило бы.

— Какой кошмар, — восхищённо взмахнул руками Малкольм.

— Ага, так вот, шейр Малори как в себя пришёл с бабулей моей и разговорился, мол дорогая шейра, как мне вас отблагодарить-то и не знаю, — заливалась я соловьём. — А она конечно же признала в нём самого Элвина Малори, кто ж не знает его в Фортексе?

— Да, это точно, — кивнул Малкольм.

— Ну, вот, бабуля и попросила меня пристроить.

— Вам очень повезло, — через несколько минут каких-то размышлений выдал мужчина и посмотрел на меня уже более миролюбиво, — что ж, все с чего-то начинают, главное знайте, что вы всегда можете рассчитывать на мою помощь и совет, — выдал этот милашка, а я мысленно пробежалась по его личному делу.

Малкольм работал у Терона уже пять лет и сам Аскард характеризовал его, как порядочного и исполнительного молодого человека. Пока я в целом была с ним согласна, но, разумеется, понимала, что Терон нанял меня не для того, чтобы я верила кому-то на слово и сближалась на ровном месте. Моей работой было подозревать всех и быть готовой ко всему! А ещё надо было придумать как избавиться от обязательств таскать документы в архив, потому как мне было неспокойно, что в это время Терон оставался без моего присмотра.

Вернувшись на первый этаж, мы прошли к кабинету, который занимал Терон Аскард. Перед самим кабинетом барса была небольшая комната-приёмная, где до недавнего времени располагался стол секретаря и как я поняла его давно и прочно занимал Малкольм хоть и числился младшим секретарём. Элвин же выполнял обязанности управляющего торгового центра Малори, а также был кем-то, кто отвечал за контроль над проводимыми сделками в компаниях принадлежащих Аскарду. А занимался барс, чем только возможно начиная от торговли, добычи полезных ископаемых и заканчивая верфями. Последнее было его детищем, на которое он возлагал особые надежды, как я поняла. Хотя признаться честно, то понимала я пока мало. Требовалось время, чтобы разобраться, кто с кем и почему.

В моих покоях сейчас сиротливо лежали личные дела на всех обитателей поместья вместе с уровнями доступа, его подробный план, схема охранных контуров и потайных ходов. К сожалению, всё это я могла изучать лишь после работы, которая пока сводилась к тому, что я смотрела, что и как делает Малкольм и таскалась за ним по дому. Даже стола отдельного у меня пока не было потому как он просто не вмещался в кабинет секретаря, где помимо его рабочего места был целый ряд шкафов с различными «очень нужными под рукой» папками. Хотя, возможно, Малкольм просто боялся, что я займу равнозначное место в его кабинете. То, что этот парень искренне восхищался своим руководителем было видно невооружённым взглядом, но из-за этого же страдала и моя фактическая работа. Я не могла сосредоточиться на объекте охраны. Такое положение дел мне не нравилось и дождавшись, когда Малкольму наконец-то приспичит уединиться, я тут же поскреблась в кабинет к своему непосредственному начальнику.

— Войдите, — донеслось до меня из-за двери, и я поспешила это сделать, пока персональный ревнивец и борец за внимание Терона Аскарда не вернулся, а то боюсь парнишка и в туалет побоится в следующий раз сходить, если узнает, что я была в кабинете Супер-Мега-Боса в его отсутствии.

Терон стоял напротив окна и с упоением читал очередную кипу бумаг. Обычно, так Файка зачитывалась эльфийскими романами со сценами сто восемнадцать плюс. Я же едва не зависла, любуясь точеным профилем мужчины, его умными глазами, которые с интересом вчитывались в одну ему понятную тарабарщину и широким разворотом плеч… эх…

Казалось, что он и не заметил моего прихода. Но он задышал глубже, словно тщательно раскладывая запахи в комнате, а его пальцы с силой сжались на документах. Терон поджал губы словно то, что он читал оказалось совершенно неприятным.

— Слушаю вас, — пробормотал он, так и не отведя взгляда от своего чтива.

— Надеюсь, не сильно вас отвлекаю, — начала было я с вежливой части, но поняв, что барс и не думает отвлекаться перешла к практической. — Надо скорректировать круг моих обязанностей.

— М? — наконец-то посмотрел на меня Аскард.

— Я говорю, что не могу выполнять свои обязанности изображая помощницу вашего секретаря. У меня нет возможности и желания оставлять вас одного сортируя папки в архиве, — буквально протараторила я, старательно вслушиваясь в звуки, доносящиеся из коридора и собираясь покинуть кабинет, как только там послышится топот и надсадное дыхания моего «пупса из детства». — Придумайте, что-нибудь и сделайте меня своей помощницей, что ли? — прошептала я. — Иначе это все просто бессмысленно.

— Почему вы так спешите?

Вместо ответа поинтересовался мужчина.

— Потому, что ваш секретарь отошёл на пару минут и надо успеть пока он не вернулся. Оказывается, с моей должностью по мнению Малкольма мне вообще не пристало с вами пересекаться. Ой, всё, возвращается, — услышав характерный топот в конце коридора я, не дожидаясь разрешения выскочила за дверь и как ни в чем ни бывало заняла стульчик у стола своего «наставника».

Стоило Малкольму занять место рядом со мной, достать журнал по приёму корреспонденции, целую кипу писем, и начать с умным видом вскрывать конверты и заносить кто и что прислал в журнал, как дверь кабинета Аскарда отворилась и на пороге возник барс.

— Шейр Аскард, — подскочил Малкольм и едва не снёс меня в прыжке, хорошо, что я успела вовремя от него отринуть и поднялась следом.

— Присядьте Малкольм, — невозмутимо выдал Терон смерив нас совершенно нечитаемым взглядом. — Я тут подумал и решил, что мне нужен кто-то, кто будет сопровождать меня в поездках и выполнять мои личные поручения, — начал барс, а я ощутила, как с силой забилось сердце Малкольма.

— Да, конечно… — отчего-то расплылся в улыбке секретарь.

— Поскольку у вас и так много работы и вам некогда отвлекаться ещё и на стажёра, то я забираю шейри Мттар к себе в подчинение, да и места в моём кабинете найдётся побольше, рад, что вы со мной согласны, — довольно прохладно улыбнулся Аскард, заметив занемевшие в улыбке мышцы лица Малкольма.

Вот так мой стремительный союз с секретарём закончился не успев начаться. Такой направленной ненависти я не встречала даже среди тех, с кем сражалась на поле брани. Мне вдруг отчетливо показалось, что, если я задержусь ещё хоть на минутку рядом с Малкольмом он начнёт швырять в меня свои огромные папки с чем-то столь важным, что их нельзя было перенести, чтобы поставить мне стол.

Таким образом меньше чем за два дня я превратилась из младшего секретаря в личного помощника главы рода Аскард. Чудеса карьерных взлётов, как они есть.

Одного я не учла, что придётся привыкать находиться в постоянной близости к совершенно постороннему мужчине. Первое впечатление о Тероне Аскард было более, чем положительным. Он нравился мне внешне, казался безупречно вежливым и обходительным. Откуда же я могла тогда знать, что не всё так уж однозначно, как кажется на первый взгляд?

Вечером, пока Терон заканчивал с работой, а рабочие устанавливали для меня небольшой столик в его кабинете, я встретилась с управляющей поместьем шейрой Фрейей Ладо, принадлежавшей к младшей ветви рода Аскард. Женщина для своей должности была довольно молода, как мне показалось, хотя по оборотням определять возраст не так-то просто. Слишком многое зависело от силы зверя. Так вот, шейра Ладо была пепельной блондинкой, высокого роста и облада по-настоящему сногсшибательными формами. А в купе с кошачьей грацией от такой женщины было сложно отвести взгляд.

— Не волнуйтесь, шейри Миттар, — получив список необходимых мне вещей, сказала она, смерив меня ничего не выражающим взглядом, шейр Малори меня проинструктировал, что у вас не будет в ближайшее время возможности покинуть поместье, поэтому всё необходимое я подберу и вам доставят сюда.

Что ж, мне оставалось лишь поблагодарить эту женщину за заботу. Пока мои рабочие будни меня более чем устраивали.

Пока…

На свой третий рабочий день я прихватила с собой часть личных дел сотрудников поместья, чтобы иметь возможность поработать над ними, пока Терон будет, так сказать, заниматься своими делами. Дождавшись его на лестнице второго этажа, где я уже вполне привычно сопровождала его в столовую, я распределяла своё сознание так, чтобы улавливать как можно больше из происходящего вокруг, когда Терон вдруг заговорил.

— После обеда поедем в город, — бросил он, на что я лишь согласно кивнула.

— У кого я могу уточнить подробности маршрута?

— Вы здесь уже третий день и до сих пор не разобрались у кого это можно сделать? — несколько раздражённо, как мне показалось, поинтересовался он.

Тут надо сказать, что я несколько растерялась. Почему-то мне показалось, что мой босс не в духе и вроде как следует промолчать, но информация мне была нужнее.

— Нет, прошу ответить на мой вопрос.

На что барс одарил меня каким-то странным раздосадованным взглядом и буркнул:

— В кабинете.

Решив, что кто-то встал не с той ноги я согласно кивнула и промолчала.

Завтрак в малой столовой и на котором кроме меня присутствовали Ринар и Элвин проходил в странном немного гнетущем молчании. В чем причина такого настроения с утра пораньше я пока не понимала.

— Сегодня нам обязательно нужно, — заговорил Ринар.

— Я знаю, — сказал, как отрезал Терон и в столовой вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрежетом приборов по фарфору.

— Вам стоит озаботиться правилами хорошего тона за столом, — вдруг обратился ко мне Терон, а я невольно с силой сжала нож. — Вы слишком громко пользуетесь столовыми приборами. Если планируете меня сопровождать на встречах, то обратитесь к Фрейе. Она поможет вам.

— Терон, ты… — попытался что-то сказать Ринар на что получил тяжелый взгляд от своего друга и замолчал на середине фразы.

Открыв глаза, я куда быстрее сообразила, что именно со мной произошло, чем это было в первые разы! Это несомненно радовало! То, что я отбросила копыта в четвёртый раз менее чем за месяц вызывало вопрос о моей «профпригодности», но сто пятьдесят золотых прекрасно справлялись с нервными позывами совести уволиться и искать себя в чем-то бесполезном и равно безопасном. Возможно, я могла бы показывать фокусы с воскрешением?

Тяжело вздохнув, я провела рукой по лицу окончательно прогоняя невесёлые мысли.

Схватив с прикроватной тумбочки свои карманные часы, я тут же посмотрела который час. Шустрые стрелки показывали пять сорок два утра. Я не знала во сколько встал этим утром Терон, но лёг точно после двух часов ночи. За три дня проживания в новом доме я поняла, что мой работодатель сова, а вместе с ним теперь и я. Я считала правильным отслеживать его пока он не уснёт и на пределе своих сил вслушивалась в происходящее за стеной пока его сердечный ритм не становился размеренным и не исчезали всякого рода посторонние шебаршения. К своему стыду, была вынуждена признать, что его методичное сердечное «па-бам» усыпляло меня с такой силой, словно меня кто-то прикладывал дубинкой по голове и просыпалась я лишь когда Терон включал воду в своей ванной.

Сейчас же за стеной царила приятная сердцу тишина и монотонное «па-бам» обещало сладкий сон и буквально умоляло плюнуть на всё и поспать ещё хоть минуточку.

— Ну, уж нет, — решительно откинув деяло, я тут же поднялась, но на миг растерялась.

Что предпринять? Где именно был яд?

Нахмурившись, постаралась отстраниться от всего происходящего вокруг и пролистала перед мысленным взором каждое действие Терона в то утро. Его раздражающие реплики, наш совместный поход в столовую, ел ли он что-то? Нет, только остервенело напиливал еду на мелкие кусочки. Значит это всё-таки что-то, что он нанёс на кожу!

Я споро открыла прикроватную тумбочку и достала свой ключ от балконной двери Терона. Эта во всех смыслах полезная вещь была выдана мне при условии использования «в экстренных случаях».

— Я не люблю, когда посторонние заходят в мои комнаты. Используйте только в случае крайней необходимости, — кривляясь и стараясь изобразить самый надменный вид на свете беззвучно бормотала я, направляясь к выходу на балкон.

— Потерпишь, — буркнула я, решительно отпирая балконную дверь.

Слава всем богам петли в поместье Аскарда смазывались вовремя и дверь в покои хозяина поместья отворилась без проблем и лишних звуков. Босыми ногами я бесшумно двигалась в сторону спящего оборотня. Судя по дыханию Терн спал как младениц, но стоило мне пройти мимо него, как он начал нервно принюхиваться.

Подошла поближе и силой надавила на точки на шее, слегка его придушив.

— Спи, котик, а то с твоим везением с тебя станется от разрыва сердца умереть от моего незапланированного вторжения, — прошептала я, слегка похлопав работодателя по щеке.

«И, все же, он такой красавчик», с умилением посмотрела я на жертву своего произвола, который похоже потерял сознание во сне.

Интересно, так бывает? Или все же сон стал глубже?

Войдя в ванную комнату Терона первым делом, я как следует обнюхала каждый сантиметр пространства считывая запахи и пытаясь их уложить в голове. Открыла ящик, где барс хранил банные принадлежности. Всюду улавливался чуть едва заметный цветочный аромат. Ноты почти распались и улавливались с трудом, но запах очень был похож на женские духи. Знакомые, но почти выветрившиеся и с трудом опознаваемые. Возможно, так пахла горничная? Решив подумать об этом чуть позже, я занялась содержимым ящика.

Я помнила каждый запах на коже Терона. Потому помимо лосьона после бритья прихватила и зубную пасту со щёткой, засунув в карман пижамы. Бросив придирчивый взгляд на содержание ящика, решила, что риск не оправдан, сняла с крючка полотенце и выгребла вообще всё, завернув в своеобразный тюк.

Таким же образом вернулась в свою комнату, бросила тюк с вещами на кровать и поспешила вниз по тайному ходу в свою комнату на втором этаже, потом точно так же споро до комнаты Малкольма. Обнести ванну секретаря и раздобыть все необходимые предметы личной гигиены оказалось проще простого. Судя по тому, что от секретаря порой пахло схожими средствами гигиены, кто-то фанател от своего босса и пытался подражать ему хотя бы в похожих ароматах. Точно также вытащив всё содержимое ящика секретаря, я направилась в обратный путь. Малкольм человек и почувствовать моего проникновения он не мог. А, вот лишних вопросов, откуда мне известно, что в лосьоне яд (и я ещё точно не знала там ли) хотелось бы избежать.

Наведя порядок в шкафчике барса, я понадеялась, что Терон не очень хорошо помнит какого цвета у него зубная щётка. Подумав немного щётку Малкольма, решила всё же не оставлять. Не хорошо всё же…

В четвёртый раз за последние двадцать минут выйдя на балкон, я, не скрывая облегчения, перевела дух и сделала глубокий вдох. Утренний ветер, наполненный ароматами осеннего леса, прелой листвы, хвои и дома хлестнул в лицо… Стоп! Дома⁈

Хищно прищурившись, я на четвереньках добралась до ограждения и отчаянно молясь, чтобы мне показалось, всмотрелась вдаль. Туда, где в ярких красках осеннего рассвета, у самой границы огражденного от любого вторжения участка, среди еловых лап мелькали две до безобразия знакомые обнаженные попы!

— Вот же, мелкие паразиты, — прошипела я себе под нос, наблюдая как два моих абсолютно голеньких братца роются в рюкзаке извлекая настоящие маскировочные плащи! Дорогущие артефакты, который способны искажать пространство и вписывать в него укрываемый объект.

Такие вещи не были редкостью в моей семье, потому как с завидной регулярностью перед тем, как уйти со службы мои предки теряли их и ещё кучу всякого разного во время боевых вылазок. Конечно же, государственное имущество с успехом «находилось» в наших кладовых, где и обретало постоянное место хранения.

Мелкие были на приличном расстоянии и разглядеть их практически невозможно, если бы нее мои очки, в которых я могла бы и муху засечь на другом конце поля, что уж говорить о двух мальчиках.

Пока я судорожно размышляла, какой бездны тут вообще происходит, двое оболтусов натянули маскировочные плащи, сверху напялили рюкзаки и поползли по направлению к дому.

— Идиоты, — выдохнула я, наблюдая, как их поклажа будто бы зависнув в воздухе плывёт в сторону особняка.

Должно быть, кто-то из них смекнул, что что-то не так и рюкзаки сперва замерли, а потом как-то суетливо поскакали до ближайшего кустарника.

Закрыв ладонями очки, я могла лишь бестолково спрашивать у всевышнего:

— За что⁈

Ответа, разумеется, не последовало, пришлось ползти в сторону своей комнаты, быстро переодеваться в спортивный костюм, наносить духи и бежать на перехват юным диверсантам.

На самом деле маскировочные плащи не могли менять запах и обычные диверсионные группы использовали дополнительные средства, чтобы полностью слиться с окружающей средой. Мелкие либо не знали, где оно лежит, либо в принципе не подумали, что их может кто-то унюхать. А тут, ветер дул так, что я с точностью до нескольких шагов могла определить их местоположение. Легкой трусцой пробежав по подъездной аллеи, делая вид, что занимаюсь спортом, я взяла левее и побежала по ухоженному газону рода Аскард.

Что с меня взять? Пусть думают, что я деревенская дура, зато спортивная!

Понимая, что мелкие совсем рядом, я остановилась и начала махать руками, словно делаю лёгкий разминочный комплекс.

— Лучше не бесите меня! — прошипела я. — Только попробуйте рыпнуться! Я вас видела! Быстро за мной и чтоб не звука!

Тут же повернулась и как полнейшая идиотка побежала в обратном направлении.

— Шейри Миттар! — уже при приближении к аллее меня встречал один из охранников поместья. — Здесь нельзя бегать! Пожалуйста, занимайтесь этим на дорожках, которые проходят вокруг поместья.

— Да? — притворно удивилась я и захлопала глазами. — Конечно, я просто не знала! Больше не повторится.

Мужчина коротко кивнул и направился обратно к своему посту, а я в сторону жилого крыла.

К счастью, в это время суток вся суета происходила на этаже слуг и в районе кухни, потому мы быстро смоги подняться в мою фиктивную комнату на втором этаже. Не хватало ещё разнести покои будущей госпожи Аскард.

Стоило прозвучать щелчку подтверждавшему, что дверь в мою комнату надёжно заперта, как я уже не могла сдержаться. Клыки стремительно удлинились, мешая четко выговаривать слова и я едва могла удержать оборот от накрывшей меня ярости.

— Какой бездны вы тут взялись⁈ — шипела и одновременно плевалась я, казалось сама с собой, потому как мелкие не спешили скидывать плащи учитывая их голозадость.

— Мы всё знаем! — наконец раздался свистящий шёпот и Рой скинул со своей головы маскировочный плащ, отчего казалось, что его голова парит над полом.

— Да, всё знаем! — последовал его примеру Лео и точно такая же головешка появилась рядом. — Этот Аскард хочет тебя обчистить! — выдал этот мелкий поганец с таким видом, словно заговор мирового зла раскрыл.

— Чего⁈ Кто?

— Обесчестить! — прошипел Рой и из пустоты появилась крошечная ладошка и зарядила совершенно не детский подзатыльник Лео.

— Да, какая разница⁈ — возмутился пострадавший.

— Ну, так-то разница есть, — глубокомысленно заметила я и почему-то мечтательно улыбнулась, но тут же взяла себя в руки и напустила ещё больше звериной ярости во взгляд. — Где вы это услышали? Что вообще за дела⁈

— Мы всё знаем и не допустим, — начал было Лео, но тут слово взял Рой и решил-таки прояснить ситуацию.

— Когда ты уехала к нам опять приезжали дядя Альбер и тётя Риет и мы слышали, как мама и тётя Элаиз рассказывали им о твоей новой работе. Тогда дядя Альбер начал возмущаться, что приличные девушки не работают личными секретарями у глав родов и что наверняка этот Терон Аскард решил тебя о-бес-чес-тить, — явно испытывая какие-то трудности с произношением этого слова по слогам выдал Рой.

— Мы смотрели в словаре у деда, что это такое, — выдал на этот раз Лео. — Там вообще ничего непонятно, сначала подумали, что вроде как в рабство тебя возьмут, но потом Тод нам объяснил, что значит «овладеть женщиной»! Это всё равно как Фунт овладевает всеми суками, что лезут к нам во двор! — почти прокричал Лео, а в уголках его глаз стали собираться крупные слёзы.

К слову сказать, Фунтом звали нашего дворового пса, который и впрямь грешил направо и налево при каждом удобном случае.

— Вот же…лисье племя, — с силой сжав кулаки, выдохнула я. — Слушайте, дядя Альбер полудурок — это все знают! Как вам в голову пришло слушать то, что он несёт⁈

— Мы не могли рисковать, — выдал Лео. — Мы узнавали, что обчищенных…

— Обесчещенных, — поправила я.

— Да, — согласно закивал Рой, — в общем таких замуж не сдать…

— Выдать, — вновь подсказала я.

— Ну, короче, — слово взял более-менее успокоившийся Лео, — если тут с тобой что случится, то тебя замуж никто не возьмёт! — авторитетно выдал он. — Мы не можем так рисковать, чтобы ты осталась с нами жить до старости…

В этот момент Лео вновь заработал от брата очередной подзатыльник и едва не прикусил язык.

— Мы твои братья и мы о тебе позаботимся, так-то, — выдал Рой, многозначительно посмотрев на брата, чтобы тот, чего ещё не ляпнул, судя по всему.

Уже на последних словах братцев я начала потихоньку расстёгивать ремень на своей талии, а дальнейшие полчаса воспитание этих недорослей было моей приоритетной задачей. Точнее поймать хотя бы одного! Сражались мы довольно долго. Стоило сосредоточиться на одном, как в драку врывался второй. Минут через пятнадцать кое-как удалось зацепить эти вредные попы, но вряд ли это хоть как-то отразилось на их послушании.

Запыхавшаяся и красная как помидор после такого бодрого утра, я как грозовая туча нависала над потирающими полосатые булочки мелкими.

— Оделись, быстро! — рыкнула я, наблюдая как споро они начинают распаковывать свои рюкзаки и доставать одежду. — Если хоть кто-нибудь узнает о вашем нахождении в этом доме, — до хруста сжала я кулак, подсовывая каждому из них под нос. — Слушаться меня беспрекословно! Здесь я ваш капитан! Мамочка осталась дома, а стало быть, ваши сопли и подобрать некому, ясно? — рявкнула я, старательно изображая сержанта из своей учебки.

— Да, — на этот раз как-то робко проблеяли эти двое.

— Не слышу!

— Да!

— То-то же, за мной, шагом марш! — рявкнула я, уводя их к широкой кровати, которую мы задели лишь по касательной, и она была чуть сдвинута с места. — Вываливайте содержимое мешков, и я хочу услышать внятные объяснения, каким образом вы преодолели защиту? — скрестив руки на груди, я исподлобья взглянула на суетящихся со своим барахлом братьев.

— Ну… — начал было Рой, который, чего уж греха таить, был в разы сообразительнее Лео.

Если Рой был мозгом этого двойного бедствия, то Лео простоватой, но сметающей все на своём пути силой.

— Не ты, — покачала я пальцем, — ты говори.

— Эээ… — многозначительно выдал Лео.

— Отвечай на вопрос, иначе я прямо сейчас попрошу у хозяина особняка магический вестник и отправлю сообщение деду, где во всех красках опишу ваше незаконное проникновение на территорию рода Аскард, — воздела я указательный палец к верху.

Мальчишки как-то подавлено переглянулись, кивнули друг другу и Лео начал свой рассказ:

— Ты знала, что сейф у деда — это отдельная комната? — вдруг спросил он.

— Вы, что обнесли дедов сейф⁈ — едва слышно прошептала я, уже представляя, как нас четверых включая маму, с позором выгоняют из родного дома и мы с почему-то драными и старинными чемоданами уходим в никуда, кутаясь в тонкие дырявые шали от промозглого осеннего ветра.

— Ничего мы не обнесли…почти…

— Мы просто хотели взять твою медаль поиграть, а потом вернуть! — затараторил Лео. — У нас уже был готов план проникновения! Ключи у деда мы раздобыли накануне приезда дяди Альбера, а потом всё так закрутилось и оказалось, что тебя надо спасать! Ну мы подумали, что раз так, то стоит посмотреть может у деда будет что-то полезное, а там… — аж захлебнулся он воздухом.

— Чего там только нет, вот, смотри! — продолжил Рой, выуживая из ворота рубахи ничем не примечательную цепочку с плоским металлическим кругляшом.

— Откуда? — нахмурилась я, потому как даже не заметила, что на них были кулоны.

— На стенде, где они лежали было написано, что из Альвадоса! — восторженно прошептал Рой. — Должно быть, наше родовое сокровище!

Конечно, честно стыренное у какого-нибудь работодателя.

— Делает тебя невидимым для любой магии! Универсальное отражение! — продолжал шептать брат, не скрывая блеска во взгляде. — Там было пять таких, но мы взяли два и потом обязательно вернём! Дед и не узнает!

— Что-то слабо верится… — прошептала я себе под нос. — И, что, вы вот так просто перелезли…

Осеклась, натолкнувшись на полный лукавства взгляд.

— Нет! Мы…

— Перекинулись и прорыли туннель с той стороны, — закончил за Лео Рой. — Всю ночь, не спали, между прочим…

— … и не ели…

— … а ты нас ремнём! — обиженно поджал губы брат.

— На складе раздобыли маскировочные плащи, непромокаемые спички, — перечислял Рой, продолжая перебирать содержимое своего рюкзака, — средство от расстройства желудка, для расстройства желудка, — перебирал он баночки. — Перцовая смесь, снотворное, это не знаю, что, но банка хорошая, — переложил он в сторону глянцево-металлическую баночку со средством, которое отбивает запах.

Хорошо, что они не поняли, что это иначе я бы так и не узнала, что эти мелкие в поместье, пока не стало бы слишком поздно.

— Котелок, — на самом деле это была часть какого-то древнего шлема, которая каким-то чудом затесалась на наш семейный склад. — Остатки еды, деньги…

— Деньги, где взяли? — напряглась я.

— Это наши! — возмутился Лео. — Бабуля на день рождения подарила!

Слава богу больше ничего примечательного или вредоносного в рюкзаках братцев обнаружено не было. Страшно подумать зачем они взяли с собой снотворное и средство для расстройства желудка! Надеюсь, никому одновременно не подсыпят… Надо изъять!

После бессонной ночи и такого активного утра, братья начали клевать носом. Глазки их постепенно становились всё более осоловелыми и в таком состоянии они так явно напоминали тех милый младенцев, которые когда-то не вызывали ничего кроме приступов умиления у всего нашего семейства.

— Вот что, — начала я, понимая, что запирать их и что-то им запрещать дело заблаговременно проигрышное.

Если Миттар хоть в десять лет, хоть в двадцать что-то решает, то его уже не свернуть. Но можно направить, пока мама их не заберёт!

— Пока мама за вами не приехала останетесь в поместье, но задача номер один для вас никому не попасться на глаза! Никто не должен знать, что вы тут, а я посмотрю, насколько вы готовы к службе Его Величеству! — немного пафосно обозначила я то, что буду их оценивать и наблюдая, с каким восторгом загораются мальчишеские глаза поняла, что словосочетание «служба Его Величеству» — это стопроцентное попадание. — Задача ясна? — строго посмотрела я на этих оболтусов. — Сейчас ложитесь спать, еду вам принесу, комнату не покидать до следующих вводных, услышали?

— Так точно! — подобравшись словно из последних сил, рявкнули мелкие.

— Рассчитываю на вас! — в тон им со всей важностью ответила я.

Благоразумно решив не показывать близняшкам потайной ход на третий этаж, я, убедившись, что ненужных свидетелей по близости нет, поднялась на верх по основной лестнице.

Стоя посреди спальни, чувствовала себя так, как, наверное, чувствует себя многодетная мать-одиночка, у которой не дети, а что-то из разряда «природа отдохнула». Один убивается без конца и без начала, а двое других так и норовят кого-нибудь прикончить.

— Главное, чтоб их увлечения не сошлись друг на друге… — выдохнула я.

Терон Аскард

Ему снился удивительный сон.

Он шёл сквозь цветущий яблоневый сад и жадно вдыхал нежный аромат, что пропитал собой всё вокруг. В воздухе пахло цветочной сладостью и свежестью, как бывает, когда после легкого весеннего дождя из-за туч выходит солнце. Казалось, то был давно забытый аромат абсолютного счастья, что возможно ощутить лишь в детстве. Наверное, так и есть. Он не помнил себя настолько счастливым.

Может быть, все радостные воспоминания захлопнулись за плотной дверью в тот день, когда умерла мать? А, может, чуть позже, когда у отца появилась новая жена? Или когда умер отец? Так и не скажешь, когда точно это произошло. Но в какой-то момент они все растерялись, выцвели точно пожелтевшие страницы давно забытой книги. Тем сладостнее был этот удивительный сон.

Солнечные лучи путались в ветвях деревьев, отражаясь на влажных от прошедшего дождя лепестках. Щурясь от необычной яркости света, он жадно дышал, пытаясь впрок насладиться нахлынувшими на него ощущениями. Впитать их, запомнить и дотянуться всей своей сутью…

Но стоило сделать ещё несколько жадных вдохов, как на шее вдруг затянулась удавка, а под ногами разверзлась бездна и он ухнул в неё теряясь в каком-то липком безвременье, где единственным ориентиром, что помогал не потерять себя был тонкий аромат цветущих после дождя яблонь.

Отвратительное «бам-бам-бам» заставило нервно подпрыгнуть на кровати и болезненно сощуриться от проникающего сквозь шторы света.

— Проспал, — сокрушенно выдохнул Терон, разминая затёкшую ото сна шею. — Как же больно, — шипел он, поднимаясь с постели, — надо заказать новые подушки.

Стоило открыть дверь, как на пороге обнаружилась «раздражающая не пойми чем» Эйрин Миттар. В отличии от него выглядела девушка собранно и по-деловому. На ней была алая блуза под горло, черный жилет и такая же черная юбка в пол. А в купе с её странными очками и собранными в пучок волосами цвета горького шоколада она выглядела не столько строго, сколь пикантно.

Крой юбки был таким, что скорее подчеркивал, нежели как-то скрывал её округлые бёдра, которые были не чем иным, а следствием жесточайших тренировок. Жилет давал полное понимание насколько узкая талия у этой малышки, и он бы даже залип на её формах и округлостях, если бы… не эта жуткая вонь! Что это? Естественный запах? Духи? Он даже идентифицировать не мог этот запах, но бесил он его до чёрных кругов перед глазами!

Бывает же⁈

— Доброе утро, я решила постучать, так как Орис поднималась и сказала, что завтрак накрыт к назначенному вами вчера времени, а вы до сих пор не спустились. Я помню, что у нас сегодня поездка в город…

— Да, я сейчас, — буркнул Терон и сам от себя не ожидая, захлопнул дверь. — Вонючая какая, — раздраженно прошипел он, брезгливо фыркнув. — Надо с этим что-то делать! — пробормотал он, отправляясь в ванную комнату, где стоило открыть дверь, как он жадно втянул носом воздух.

Казалось, здесь витал ещё тот самый аромат, как в его сне.

Включив воду, он подождал ещё несколько минут, прежде чем пошла тёплая вода.

Почему-то эта ситуация вызвала странный приступ дежавю. Будто всё это часть какого-то сна, который он уже видел.

— Надо больше спать, — прошептал сам себе под нос, принимаясь за гигиенические процедуры.

Неприятным открытием стало то, что из его ванной комнаты исчезла зубная щётка.

— Совсем распустились! — ворчал Терон, точно рассерженный барс, пытаясь как следует прополоскать рот чуть теплой водой.

Эйрин Миттар

Если так подумать, то насколько же бывает обманчивым первое впечатление? Вот, Терон Аскард, например, сначала мне очень понравился внешне. Никогда бы не подумала, что я такая привереда, но за все время моей службы я не могу вспомнить такого момента, чтобы кто-то мне понравился вот так с первого взгляда. Хотя, может быть, дело всё в том, что я всегда мечтала, что уж моя семья не будет иметь никакого отношения к военной службе? Смерти отца и моих дядей было вполне достаточно, чтобы понять, что я не хочу через такое проходить. Но, как говорится, деньги сами себя не зарабатывают, и мы все продолжали скользить по той самой колее, где нас принимали и готовы были хорошо платить, пока мы функционировали как надо.

Даже пресловутое свидание, которое готовила тётя Элаиз было чем-то из разряда положенной необходимости. Каждый медоед знает, что построить отношения с оборотнем другого вида это из разряда «сказки на ночь» — только мечта, которая никогда не сбудется. Если, конечно, не брать в расчет тётю Риет и её дебильного истинного дядю Альбера. Вот уж и не знаешь, что лучше договорной брак или вот такая вот «истинность» с придурком?

При дальнейшем знакомстве Терон был таким вежливым, внимательным, даже в чем-то заботливым, да и предложил фактически исполнить мою мечту. И он показался мне совершенно нереальным!

Ровно до того момента, как не наступил мой первый рабочий день.

Нет, конечно, я не собиралась всё бросать и возвращаться домой ни с чем. Но мне правда хотелось понять, что происходит? Казалось, он стал просто ярчайшим примером той самой элиты, что смотрит на тех, кто ниже с высока, с раздражением и призрением. Во всяком случае именно так он стал относиться ко мне. Подчеркнуто отстранённо, говорит сквозь зубы, то и дело порыкивает, фыркает без причины. Его внутренний зверь раздражён, и я это чувствую. Не сказать, чтобы меня это как-то пугало или что-то в этом духе, но я ощущала иррациональное чувство обиды! За что? Я тут с самой ночи не сплю! Его жизнь спасаю в четвёртый раз, между прочим, мру вместе с ним, а он мне дверью перед лицом хлопает! А, вчера… то есть то сегодня, которое было вчера⁈ Эти его реплики за столом относительно моих манер! Что это вообще⁈ Кстати, сегодня он ел молча и по крайне мере не сподобился умереть в процессе! Я же вела себя тише воды, ниже травы. Совершенно иррационально мне хотелось заслужить его одобрения! Анализируя свои чувства, я пришла к такому выводу, что скорее всего мой зверь чувствует силу Аскарда и пытается быть лучше для него…

— Бред какой-то, — прошептала я себе под нос, разглаживая несуществующие складки на юбке, когда мы садились в карету.

Стоило, кстати, пометить для Файки, что образ «горячая стерва» нужного эффекта не возымел или же я не такая уж хорошая модель для его воплощения?

— Вы что-то сказали? — поинтересовался Ринар, что сидел рядом со мной, в то время как его хозяин занял место напротив и всем своим видом изображал принца ледяной страны.

Я лишь отрицательно покачала головой и чуть улыбнулась, хотя почему-то моя звериная натура требовала хотя бы оттаскать Аскарда за косицу и поинтересоваться почему он не обращает на меня внимания⁈

Вот, что за ужас со мной творится? А мне ещё сегодня надо весь дом обследовать на предмет запахов, что оставлены на бутылочках из ванной Терона, а вместо этого мы едем в город по какому-то важному делу! И не спросишь ни у кого зачем? Потому как я чувствую, что барс только и ждёт как бы ощериться и впустить свои когти мне в горло. И ощущение этой взбешённости зверя рядом со мной вместо чувства страха и опасности вызывает совершено нездоровый азарт!

Никогда! Никогда не агрессируйте на оборотней моего вида! Кем бы вы ни были, но плохо это закончится прежде всего для вас! Особенно будь на моём месте сейчас близняшки и они бы уже драли Аскарда не сумев взять контроль над звериной натурой и действуя на опережение. Я же сосредоточилась на дыхании, полностью отрешившись от того напряжения, что витало внутри кареты.

В конце концов, несмотря на все риски незапланированного убийства я нахожусь в своей первой в жизни деловой поездке и не абы с кем, а с самим Тероном Аскардом — главой рода снежных барсов и роданских пум! Это ли не повод для того, чтобы повыше задрать нос и просто получать удовольствие в моменте? Да, надо сосредоточиться на приятном! А ещё мне нужно найти по пути почтовое отделение и отправить письмо маме, чтобы она забрала мелких! Само письмо я уже подготовила, благо в поместье нет недостатка в бумаге и конвертах. Хотела отправить магическое уведомление, но подумав, решила, что лучше не надо. Мало ли его дед прочитает? Я боюсь тогда родовое гнездо Аскардов будет снесено, как сопутствующая жертва на пути дедова ремня к задницам мелких паразитов. Хоть они и полностью отбитые, но жалко их все равно.

Оказывается, на сегодня у Терона была запланирована куча встреч. Первым делом мы побывали на верфях, где я точно ребёнок с раскрытым ртом наблюдала за строительством магически-усиленных военных кораблей. Интересно было всё! Как точно скелет древнего животного из-под рук мастеров появляется каркас корабля, как с ним работают маги, вплетая в него нужные заклятья. Сейчас на верфях Аскарда одновременно на разном уровне готовности собиралось четыре огромных корабля. Сами верфи были похожи на город в городе. Я и представить не могла себе такой производственный масштаб и что такая внушительная территория в бухте Фортекса принадлежит Аскарду! Это поражало моё воображение девочки, которая думала о ста пятидесяти руй, как о вершине достатка!

Так или иначе, но стоило мне всякий раз на что-то засмотреться, как я напоминала себе, что моё дело не ворон считать, а следить за обстановкой и отслеживать всякого рода опасности, пока мой странный шеф вёл допрос с пристрастием каких-то мужчин, которые были сосредоточены над созданием будущего флота Давора.

Следом мы посетили лучший торговый центр столицы — Малроу, который тоже был собственностью Терона. Я уже поняла, что барс занимался выводом капиталов из рода, но я и понятия не имела, какой это имеет размах!

Нас встречал уже почти приобрётший здоровый цвет лица Элвин. Несмотря на то, что все эти дни медведь также работал из поместья Терона, должно быть ожидая, когда можно будет, не привлекая внимания выйти на работу, толком поговорить с ним и как следует ещё раз извиниться не получалось. В доме Аскарда не приветствовалось праздное шатание по кабинетам. Здесь Терон и Элвин с Ринаром удалились в кабинет медведя и провели там порядка двух часов. О чем они говорили и что решали было конечно не моего ума дело, но порой кто-то из них начинал орать так, что даже звукоизоляция не спасала и тогда до моего слуха долетали фразы из разряда:

— А меня не волнует! Я говорю — ты делаешь!

Было не сложно догадаться, что за гадкий тип в красивом теле это выкрикивал.

— Вы новенькая? — спросила меня самая милая девушка, которую я когда-либо видела в жизни и которая по совместительству была личным секретарём Элвина.

Она была простым человеком и для Давора это само по себе было редкостью. Люди плохо переносили общество оборотней, чувствуя себя среди нас, куском мяса, которое закинули в клетку к хищникам. Но миловидная блондинка похожая в своём кремовом платье с туго завитыми волосами на воздушное пирожное держалась совершенно спокойно.

— Да, Эйрин, младший секретарь Терона Аскард, сопровождаю его на выездах.

— Очень приятно, — улыбнулась девушка, отчего на её пухлых щёчках выступили очаровательные ямочки. — Дора, — представилась она.

— Дора, могу я оставить у вас письмо, а то боюсь не удастся зайти на почту в эту поездку, а дома ждут от меня ответ.

— Конечно, Эйрин, — приняла девушка письмо, как раз в тот момент, когда двери приёмной отворились и на пороге возникла женщина.

На первый взгляд оборотень средних лет, возможно, ровесница моей мамы. Рыжие волосы, зелёные глаза, неестественно ровная кожа. Она казалась такой лощёной, ухоженной, но что-то было с ней не то. В дорогом платье винного цвета и темных перчатках, она вошла внутрь так, словно именно ей здесь принадлежало всё, на что только мог упасть взгляд. Дора, увидев гостью побледнела, но тут же взяла себя в руки и подскочила с места:

— Доброго дня, шейра Роданская-Аскард, — чуть присела девушка, как если бы мы были на каком-то балу.

Что ж, решив не отставать я последовала её примеру.

— Я знаю он тут, — холодно бросила она. — Доложи обо мне!

— Я не могу беспокоить, идёт совещание… — всё же собравшись с силами возразила Дора.

— Перечишь мне? — подойдя ближе, как-то тихо и особенно хищно поинтересовалась женщина, подпуская своего зверя ближе и позволяя своим глазам измениться.

На людей такие фокусы действовали обычно устрашающе. Но не стоило так обнажать зверя при другом оборотне, который способен его почувствовать. Пума шейры Аскард-Роданской была похожа на побитую жизнью старуху и это было, странно учитывая внешность женщины. Такое состояние зверя не могло не отразиться на теле. По ощущениям моя бабуля была сама девочка рядом с ней.

— Что вы, но прошу дождаться завершения деловой встречи. Присядьте, — указала Дора на милый диванчик пастельного цвета в углу приёмной. — Хотите чаю?

— Нет, — рыкнула женщина и последовала на указанный диван.

По всей видимости пума мачехи Терона была так ослаблена, что сквозь мои духи и вовсе не почувствовала зверя, иначе поостереглась так высовываться.

В приёмной воцарилась гнетущая тишина для меня разбавляемая лишь ритмом биения трёх сердец и звуками дыхания. Памятуя слова Терона о том, кто стоит за его покушениями, я подобралась и отслеживала малейшие изменения в звуках, запахах, движении.

Ещё через полчаса дверь отворилась и на пороге возник сперва Ринар, а следом вышел весь какой-то всклокоченный Терон. Судя по всему, супер-мега-бос давал всем на орехи, так как что Ринар, что Элвин выглядели совершенно несчастными. С первого взгляда следовало понять, что мачеха невовремя, но ей было либо всё равно, либо она просто не чувствовала состояние зверя Терона.

— Терон, милый, — раздалось совершенно неожиданно-ласковое из угла приёмной и уже после первых звуков женского голоса, я впервые увидела, как на лице мужчины проступают звериные черты.

Барс был в ярости.

Всего мгновение, но его зрачок вытянулся веретеном, и он по кошачьи ощерился, не сумев сдержать эмоции. В этот момент он стоял лицом ко мне и Доре, потому его мачеха не могла увидеть этот звериный оскал, но Терон тут же взял себя в руки и лицо его стало непроницаемым.

— Доброго дня, шейра, чем обязан? — тон голоса Терона был ледяным настолько, что у меня невольно мурашки поползли по спине.

Не знай я про все эти магические заморочки с клятвами, то подумала бы, что уже в следующий миг барс вопьётся клыками в горло этой женщины.

— Дрянной мальчишка, — усмехнулась пума, точно не замечая всех этих нюансов. — Разве так встречают маму? — будто пожурила она Терона, но вместо каких-то вежливых расшаркиваний в ответ получила лишь пронзающий насквозь взгляд.

— У меня нет на это времени, — обронил он, направляясь в сторону выходя из приёмной.

Но шейра Роданская-Аскард была не из тех, кто просто так сдаётся. Женщина твёрдо вознамерилась поймать Терона на выходе из приёмной, и она почти схватила его за руку, но в этот момент моя ладонь сомкнулась на её запястье не позволяя коснуться мужчины.

— Очень жаль, но времени нет, — тихо сказала я, смотря ей в глаза и отводя её ладонь в сторону.

Возможно, она даже сопротивлялась, но я этого не почувствовала. От рук женщины, укрытых темными перчатками, отчётливо читался слабый цветочный аромат.

— Ты? Как смеешь⁈ — прошипела Анаис.

— Всего доброго, шейра, — ответила я, направляясь за своим работодателем.

Пока мы шли вдоль торгового центра меня не отпускал запах, который был на руках этой женщины. Где-то я уже чувствовала нечто подобное? Хм…основная нота сирень и что-то ещё…

Решив, что сейчас не до этого я поспешила вслед за стремительно удаляющимися Тероном и Ринаром.

И, конечно, я не видела того, как зло взмахнула рукой Анаис Роданская-Аскард опрокидывая чашку с чаем Доры на моё письмо…

Мой босс и его друг стремительно удалялись в сторону выхода, не обращая ни малейшего внимания на шикарно обставленные блестящие витрины, на оборотней, эльфов, магов одетых с иголочки, что с невозможно гордым видом курсировали по магазинам, что собрал под своим крылом Малроу-центр. Некогда разорившаяся фабрика в центре Фортекса с лёгкой руки Терона Аскард за последние годы превратилась в символ роскоши и достатка жителей Давор. Своеобразным местом притяжения для тех, кто хотел показать свою успешность. Женщина или мужчина с бумажным пакетом в руках с надписью «Малроу» — это как символ того, к чему стоит стремиться. Я могла думать всё, что угодно о манерах Терона Аскард, но при этом я не могла игнорировать очевидного — он был по-настоящему хорош в том, чем занимался. Я восхищалась им.

Стоило нам вновь оказаться в замкнутом пространстве кареты, как я невольно напряглась. Исходящие волны гнева от альфы снежных барсов я ощущала едва ли не кожей. Даже волоски на руках встали дыбом.

Он же сидел напротив нас с Ринаром устремив свой стальной взор в окно и казался совершенно невозмутимым. Обычно, когда кого-то из моей семьи так штормило, то дом мог ходуном ходить. Тут же сам бог ледяных вершин: ни единого видимого возмущения и проявления гнева.

— Больше так не делайте, — через какое-то время бросил он и я не сразу поняла, о чем и с кем он говорит, пока не столкнулась с его льдисто-серым взглядом. — Не смейте вот так встревать между мной и кем-то ещё.

Произнесено это было довольно нейтрально-вежливым тоном, но вопреки всему почувствовала я себя так, будто мне пощёчину залепили. Щеки ошпарило, а в горле возник до ужаса позорный ком. Такая стыдная реакция на, казалось бы, простое замечание выбила меня из колеи. Я даже, когда зрение потеряла не чувствовала себя так незаслуженно… незаслуженно…

С силой сжав кулаки я всё же невозмутимо посмотрела в глаза барса. И, должно быть, лишь румянец на моих щеках выдавал моё состояние.

— Именно это я и собираюсь делать всякий раз, когда кто-то попытается к вам приблизиться, особенно кто-то из тех, кого вы сами считаете потенциально опасными личностями.

— Полагаете, я не в состоянии защититься от женщины?

«Ты даже от лосьона после бритья не в состоянии защититься!» больше всего хотелось мне рявкнуть ему в ответ, но вместо этого я с невероятным усилием взяла себя в руки и ответила:

— Пол не имеет значения. У вас своя работа и я в неё не лезу, а у меня своя и прошу не мешать её выполнять, — твёрдо сказала я, не желая продолжать этот разговор, потому как начинала заводиться не в самую лучшую свою сторону.

Думаю, вряд ли мне удастся получить свою зарплату, если работодатель на полном ходу вылетит из кареты?

— Может, остановимся поедим? А? — вдруг предложил Ринар, желая по всей видимости взять огонь на себя.

Несколько долгих секунд казалось, что на его предложение никто не ответит, но всё же мы с Тероном закончили показательно мериться взглядами и он ответил:

— Мы и так задержались, не сейчас, — бросил он, вновь устремив свой взгляд в окно.

Поездка заняла не так много времени. Мы всё ещё находились в центре Фортекса. Пересекли Золотой королевский мост, так без лишней скромности он был назван одним из королей Давора и находился в центре Фортекса. Данное строение соединяло два берега реки Тиса, что делила город пополам, и позволяло переместиться из делового центра города в жилую элитную его часть. Сплошь древние родовые особняки, широкие мощеные брусчаткой дороги, внушительные парки и сады возле каждого особняка. Здесь проживали лишь те, кто был рождён с золотой ложкой во рту. Случайных оборотней тут встретить было невозможно.

Через какое-то время наша карета и сопровождение остановилось у высоких кованных ворот, но уже спустя миг мы двинулись внутрь по широкой подъездной тенистой аллее.

Карета остановилась и дверцу распахнул слуга, встречая нас. Мужчина оборотень из кошачьих глубоко кланяясь и расшаркиваясь в приветствиях перед Тероном, который делал вид, что и вовсе никого не замечает перед собой. Нас проводили внутрь особняка, где в широком холле уже стояло две рыси. Женщина с собранными в высокую прическу золотыми волосами. На её губах играла безупречно вежливая улыбка радушной хозяйки, но янтарные глаза казались абсолютно бесстрастными. Мужчину рядом с ней можно было принять за родственника, но так часто бывало, когда оборотни принадлежали к одному виду. Потому его светлые волосы и такого же цвета глаза говорили лишь об общевидовой принадлежности.

— Терон, дорогой! — воскликнула она, ещё больше расплываясь в улыбке и раскрывая радушные объятия для барса. — Наконец-то ты соизволил нас навестить! Не подумай, я не жалуюсь и понимаю твою занятость, но и мы скучали, — как-то едва касаясь телом Терона обняла она его.

Вот, бабуля моя так только искреннюю брезгливость могла бы обозначить…

— Рад встрече, Надин, — ответил барс. — Эл, — протянул он руку спутнику женщины.

— Мы уж думали до Нового года и не дождёмся, — пожал мужчина руку Терона, а следом и руку Ринара, но уже на порядок быстрее и не утруждая себя даже взглядом.

Что уж говорить обо мне? Со мной не здоровались, слава богам, обниматься не пытались и вообще посчитали за какую-то фиговину, которую Терон носит с собой по делам.

Когда с приветствиями было покончено, мне показалось, что это была какая-то постановка, которую я смотрю из зрительного зала.

Акт первый завершён.

И точно, как на школьном спектакле у близняшек, когда учительница за занавесом старалась как можно тише дать им команду выходить на сцену и её «заткнулись и пошли вперёд» было воспринято, как акт второй. Так и здесь, стоило всем «отобниматься», как застучали на втором этаже каблучки по паркету, а спустя долю секунды на лестнице второго этажа появилась очаровательно разрумянившаяся фея в лёгком шифоновом платье нежно-розового цвета. Её волосы были забраны по бокам и струились по спине золотыми локонами. Она смотрела горящими янтарными глазами и чуть улыбалась влажными пухлыми розовыми губами. Фея выпорхнула на лестницу, замерла, точно давая нам возможность насладиться тем, как опадают нежные лепестки её юбки ложась на округлые девичьи бёдра. Тут же улыбнулась шире так искренне и открыто и понеслась вниз по лестнице. За три ступеньки до её окончания словно по закону жанра её ножка поскользнулась, и фея стремительно начала падать… И я бы даже поверила, что это случайность, если бы не рефлексы её тела так ярко говорящие мне об обратном.

Я наблюдала за происходящим точно время замедлилось и десятки вариантов развития событий проносились у меня перед глазами.

Первый и самый очевидный: фея падает прямо в объятия Терона.

Как бы двое рысей «отобнимали» и поставили его аккурат так, чтобы это создание сверзилось точно из пункта «С-ступенька» в пункт «Т-Терон». Но ведь это может его повредить? Вдруг запястье растянет? А, может, и вовсе убьётся в своих лучших традициях?

Ну уж нет! Ещё один такой денёк я не вынесу!

Второй вариант, я могла с легкостью поменять пункт «Т», на пункт «Я» и поймать девицу вместо охраняемого объекта. В конце концов это моя работа.

Но, с другой стороны, разве мне платят за то, что я ловлю посторонних девиц? Да и он просил, не влезать между ним и другими женщинами. Как ни крути, но остаётся самый приемлемый третий вариант, от которого губы сами растягивались в улыбке.

И уже когда Терон потянул свои ручонки, чтобы сграбастать эту фею, почему-то с раздражением обозвала её про себя, я потянула Терона на приемлемое расстояние от угрозы.

Когда Фея ничком рухнула к ногам Терона и ни один из оборотней так и не смог заменить барса и поймать девицу, я почувствовала, что не зря ем свой хлеб. Всё же я профессионал.

Отпустив ремень Терона, за который оттащила его от возникшей угрозы, только теперь почувствовала какую-то странно-осязаемую тишину в холле. Но будь я проклята, если хоть один мускул дрогнул на моём лице!

Всё произошло молниеносно, но военный опыт, сильная связь со зверем и умение входить в боевой транс позволяло уходить на совершенно иной слой восприятия происходящего. И то, что для нетренированного оборотня всего лишь миг, я умела растягивать в приемлемый момент для реакции и осмысления.

Но не это было сейчас важно, а замерший точно громом поражённый Терон и девица у его ног. В какой-то миг я почувствовала, что кажется я как следует прищемила хвост барсу и он вот-вот кинется на меня. И вопреки всем доводам разума — это взбудоражило мою звериную натуру. Подушечки пальцев слегка закололо, как бывало, когда выходили когти при частичной трансформации. А внутри растеклось странное чувство, которое я могла бы охарактеризовать, как злорадство, удовлетворённость от содеянного. Правда задуматься, почему именно я испытываю такие чувства толком не получилось, так как мир вдруг ожил и всё пришло в хаотичное движение.

— О, боги! — воскликнула Надин.

— Амелия, как ты, милая? — бросился к дочери Эл.

Но быстрее всех всё же оказался Аскард, склонившись к девушке и бережно подняв её. И лишь я и Ринар стояли в сторонке, наблюдая за представлением. Скосив глаза на друга Терона, я столкнулась с его черным взглядом, в котором подозрительно сверкали насмешливые искорки. Он словно хотел спросить меня, что это такое было? В ответ я лишь пожала плечами, мол не понимаю, о чем он вообще? Хотя что-то мне подсказывало, что он не особо мне поверил.

— Амелия, вы в порядке? — голос полный неподдельной заботы, заставил меня вновь обратить внимание на происходящее.

Фею, которую, как оказалось звали Амелией, уже поставили в вертикальное положение, и она даже оказалась в объятьях Терона, который как-то чересчур нежно держал её за плечи, а девица, скромно потупив взор, печально улыбалась.

— Всё в порядке, Терон, ума не приложу, как я могла так оступиться, — тихонько отвечала она нежным голоском.

— Давайте не будем стоять в холле, пройдёмте в гостиную, — предложила Надин, указывая направление рукой.

Но стоило Амелии сделать шаг, как она тихонько охнула и тут же оступилась, наглядно демонстрируя, что идти она вовсе не в состоянии.

Перед глазами вспыхнули строчки из прочитанных романов, коих у Файки была целая коллекция и все как на подбор с такими вот фокусами для слабоумных из разряда «как выйти замуж за принца». Первым делом падаешь, потом не можешь ходить, потом он берёт тебя на руки, и ты жмёшься к объекту своей страсти всеми выпуклостями кои имеются в наличии.

Файритиэль имела странную тягу к замужеству превращая этот житейский этап жизни в нечто мистическое, сопровождаемое кучей ритуалов и различных ухищрений. Самое интересное, что имея такую внушительную библиотеку по охмурению противоположного пола свою жертву в качестве будущего супруга она так ещё и не нашла. Конечно, для эльфийки сто с небольшим не возраст, но практиковать-то пора начинать⁈ Надо будет ей рассказать, как другие притворяют в жизнь эти штуки. Хотя если и её никто с лестницы не поймает, то придётся ритуальным образом сжечь все её книжонки.

Ощущение постановочного действа меня не покидало. И, когда Терон легко подхватил девицу на руки и понёс её в сторону гостиной по зажёгшемуся блеску в глазах Надин стало понятно, что я абсолютно права. Амелия же продолжала изображать умирающего лебедя. Мы с Ринаром топали позади всей процессией, и я почему-то её замыкала. Может быть, Ринар опасался, что я отниму у босса ношу? Но так нравится ему таскать всяких феечек пусть носит, мне-то что⁈

И почему меня это так злит?

Решив, что в любой работе есть свои нюансы и надо просто потерпеть, я полностью сосредоточилась на том, что нужно будет предпринять по возвращении, чтобы хотя бы попытаться выяснить, кто именно подсунул ядовитый лосьон. Как говорится, подложили один раз подложат и второй. То, что это сделал кто-то из своих не вызывало никаких сомнений. И, хотя, детектив из меня был тот ещё, но при мне был нюх, которым я собиралась воспользоваться в полной мере.

— Предлагаю церемонию официальной помолвки назначить на день начала Серебряных грёз? — донёсся до меня чересчур воодушевлённый голос Надин.

— Да, мама, это будет волшебно! — захлопала в ладоши фея и звонко засмеялась.

— Что ж, я не против, — скупо бросил Аскард, чуть улыбаясь уголками губ.

«Он женится?», растерянно подумала я.

Днями Серебряных грёз называлась середина зимы, когда с моря начинали дуть особенно холодные ветра, приходили туманы и возникало очень красивое погодное явление, когда тончайшей снежной россыпью покрывалось всё вокруг начиная от земли и заканчивая веточками на деревьях. В это время было принято играть свадьбы или объявлять о помолвке, считая такой белоснежный покров кругом весьма символичным.

Пока Терон и семья Содер продолжали обсуждать организацию предстоящего торжества, я стояла в полнейшей прострации. Почему-то это известие о скорой помолвке меня обескуражило. Нет, уже по тому, как эта девушка встречала Терона было понятно, что это не просто так. Но всё же…

Мы с Ринаром стояли возле окна, как сторонние наблюдатели за жизнью господ. Никто не предлагал нам присесть, никто не озаботился тем, что мы сможем услышать что-то лишнее. Всего лишь наблюдатели за жизнью тех, кто стоит где-то на недосягаемой высоте. Это следует запомнить.

От последней мысли стало отчего-то грустно.

Поездка до поместья прошла под монотонный стук копыт лошадей, скрип кареты и срежет зубов Терона Аскард. Если я и надеялась, что он немного поостынет к возвращению домой, то не тут-то было! Поместье Аскард укрыла теплая осенняя ночь, по периметру зажглись магические светильники. В самом поместье свет горел уже лишь в жилом крыле, рабочее погрузилось во тьму.

— За мной! — рыкнул Терон, стоило нам вылезти из экипажа.

Не надо было быть провидцем, чтобы понять к кому именно он обращается. Но Ринар всё же рискнул.

— Может быть, завтра? Поздно уже…

— Не лезь, — коротко рубанул мужчина, обращая свой горящий взор на меня и размашистым шагом направился в сторону своего кабинета.

Я уже было шагнула вслед за работодателем, как меня остановил Ринар.

— Эйрин, пожалуйста, не принимайте близко к сердцу. Терон он бывает несдержан…последнее время, — последнюю фразу я едва расслышала, но всё равно благодарно улыбнулась и поспешила следом за моими нервными сто пятьдесят руй в месяц.

Смотря на стремительно удаляющуюся широкую спину Терона Аскард, я размышляла о том, как теперь утихомирить не на шутку разбушевавшегося босса? Ещё меня очень волновал ужин, потому как пообедать мы так никуда и не заехали. Но самым главным пунктом моего беспокойства был тот, в котором участвовали мои братцы! То, что они давно на ногах не вызывало сомнений. То, что мелкие вредоносцы выползли из комнаты, было как само собой. Сколько за их выход я останусь должна и смогу ли когда-нибудь набрать нужную сумму? Вот, главный вопрос, о котором стоило сейчас беспокоиться, а не о потрёпанном эго моего впечатлительного работодателя! В следующий раз будет внимательнее формулировать свои желания! Это я ещё всё ради его блага делала… Могла ведь и вперёд его подпихнуть, чтоб девица лбом ему по зубам прошлась. Посмотрела бы я на него тогда⁈

— Как вы объясните произошедшее в доме семьи Содер? — сверкнув на меня своим стальным взглядом, сквозь зубы поинтересовался Терон, стоило нам как следует пробежаться по его усадьбе и оказаться в его кабинете.

Наверное, это та самая пресловутая «деловая этика», когда распекать подчинённого следовало в строго отведённых местах и вдали от посторонних ушей и глаз.

Всё же, какой он милый! Привел меня в кабинет поорать, чтоб другие не слышали. Мой бывший капитан блажил бы на весь двор орошая меня слюнями с высоты своего роста, пока я бы смиренно глядела на него снизу вверх.

Но теперь-то у меня вообще было оружие массового поражения в виде очков, которые увеличивали мои и без того не маленькие глаза и смотреть на кого-то из такого положения с показным раскаянием было весьма действенно. Файка говорила, что вид у меня в такой ситуации был немного придурковатый, но милый и огромные плошки глаз красиво блестели сквозь линзы.

Одним словом, я знала свои сильные стороны.

— Простите, шейр, но я не совсем понимаю, о чем конкретно вы говорите? — милейшим и кротким голосом, поинтересовалась я, воззрившись на босса снизу вверх.

Кажется, Терон Аскард аж воздухом подавился на вдохе.

«Так-то!» довольная произведённым эффектом, подумала я.

— Серьёзно⁈ Не понимаете, о чем я говорю⁈ — схватил он рукой воздух и дёрнул кулак на себя, наверное, изображая как я его оттащила.

Я же лишь невозмутимо продолжала смотреть на него. Как сказала бы бабуля: демонстрация незамутнённого сознания в действии. Все знают, что малыши безобидные и немножко наивные!

— Не совсем… — пролепетала я, распахнув глаза ещё шире.

— Хорошо, — кивнул он, тяжело сглотнув. — Я спрошу прямо, раз вам нравится строить из себя дурочку!

Я чуть не поинтересовалась, как он догадался? Но вовремя взяла себя в руки и сделала вид, что жду не дождусь, когда же он скажет то, зачем меня сюда привёл.

— Вы намеренно, — почти рычал он, начиная наступать на меня, отчего я была вынуждена осторожно пятиться назад, — выставили меня дураком перед семьёй Содер! Перед моей невестой! Зачем вы это сделали⁈

— Нееет, — протяжно выдохнула, понимая, что отступать уже некуда и я оказалась прижата к книжному шкафу. — Я бы никогда…

Барс, хищно прищурившись продолжал наступать, пока не положил обе руки с двух сторон от меня и чуть наклонился так, что я невольно почувствовала себя в плену его тела.

— Да, Эйрин, и я прекрасно понимаю, что и вы осознаёте, о чем именно я говорю, — уже не крича, но угрожающе выдал он, опалив моё лицо своим дыханием.

Почему-то в такой близости от него мне вдруг стало не по себе. Я чуть было не потеряла концентрацию, самым позорным образом не залипнув разглядывая линию его подбородка, нервно дергающийся кадык… Захотелось придвинуться чуть ближе, уткнуться носом в шею и как следует вдохнуть запах, чтобы ощутить, понять что-то очень важное…

— А, если нет, то вы совершенно беспросветно глупы, а с глупцами я дел иметь не привык…

«Что? Это он вообще про что?» потеряв нить беседы, я нехотя пыталась вырваться из плена его тела, жара дыхания, такой интимной вопреки ситуации близости.

Но стоило мне осознать, что именно он мне такое сказал, как моё и без того не выдающееся терпение лопнуло, а всё очарование момента вдруг растаяло без следа! Может и боги с ним! Пусть увольняет, пока не выяснилось насколько его близняшки обнесли! Но зато хоть выскажусь за всю его неблагодарную натуру!

— Я вообще не понимаю, чего вы разозлились? Я сделала ровно то, что вы мне велели.

— Что? — со свистом выдохнул барс не в силах осознать всю степень моей наглости.

Как и многие оборотни он просто не понимал с кем имеет дело. Несмотря на всю силу его зверя, на то давление, которое он сейчас транслировал на меня, я его вообще не ощущала так как следовало бы. Как и любой медоед я совершенно не чувствительна к такому роду запугиванию.

— Я напомню вам, — уже другим тоном начала я, оттолкнувшись спиной от шкафа, к которому меня прижал барс и идя на него. — Вы четко сказали: «Не смейте встревать между мной и кем-то ещё». А перед этим мы с вами подписали договор, где был весьма всеобъемлющий пункт о фактических обязанностях. Может быть, я и круглая дура, но в состоянии запомнить всего один пункт о том, что должна делать, — очень чётко чеканя каждое слово. — Круглосуточно охранять Нанимателя! Знаете, что это значит, шейр Аскард? Это значит, что даже, если на вас вдруг рухнет сам король, я сделаю ровно тоже самое и всё согласно подписанному нами договору! Я не мешаю работать вам, а вы не мешаете работать мне.

И лишь, когда Терон вдруг уселся на краешек своего письменного стола, я вдруг поняла, что что-то уж совсем распоясалась.

— И да, вот ещё, что! — решила всё же озвучить то, что как мне казалось было тоже важно. — Пункта о том, чтобы не позорить вас в процессе охраны не было. Можете составить допсоглашение, — фыркнула я, развернулась на каблуках и проклиная собственную несдержанность посеменила на выход, пока барс не пришёл в себя.

Из кабинета Терона Аскард я вымелась довольно быстро и ещё какое-то время летела вперёд по инерции заданной моей злостью. Так-то уже спустя десять стремительных шагов я в общем-то остыла и поняла, что нельзя так поступать с работодателями. Что на меня нашло? Ну, подумаешь какая-то девица решила разыграть сцену из романа, так какая мне печаль?

Но от одной только мысли, что Терон подхватил бы её на руки и на щеках феи разлился бы нежный румянец, а он бы смотрел на неё, как… Ух! Даже думать тошно!

И всё же…я была неправа…

Размышляя о том, что завтра вместо допсоглашения мне вручат бумагу о расторжении трудового договора, я сама не заметила, как оказалась в той самой галерее с портретами мертвецов.

Пройдя её до конца и свернув направо, можно было выйти на общую кухню, которая располагалась не совсем удачно на мой взгляд. В отдельной пристройке, соединённой с домом общим коридором, но все же запахи при определённом ветре очень ярко долетали аккурат в хозяйские окна. Наверное, если бы Терон не создал рабочее крыло в своей резиденции, то именно там была бы и кухня и комнаты слуг.

Уже почти дойдя до конца галереи, я машинально подняла взгляд на портрет отца Терона Аскарда, который так напугал меня в первый день моего появления в особняке. Всё же удивительно то, насколько они похожи! Взгляд скользнул по лицу мужчины, широким плечам, утянутым в темный камзол с серебряной вышивкой, и упал на ладони и длинные пальцы, в которых мужчина держал какой-то круглый золотой предмет. Я и сама не поняла, что так привлекло меня в нём, а стоило подойти чуть ближе, как по спине прокатился рой мурашек. Знакомое плетение цепочки, мастерски выписанное рукой художника, золотая крышечка с гравировкой в виде оскалившейся кошки так аккуратно прорисованное, что не присмотревшись и не заметишь. Но я знала эти часы очень хорошо и могла бы узнать их даже на рисунке, тем более, когда он так хорошо выполнен!

— Боги, — выдохнула я, пока в голове мелькала целая вереница мыслей о том, что это могло значить⁈

Казалось бы, ну что такого? Часы и часы, простое совпадение и, быть может, я бы даже не обратила внимания на это, если бы не те странности, которые начали происходить со мной… с нами с того самого момента, как наши с Тероном пути пересеклись! Первая смерть и то, с чего все началось… Припоминая тот день, в голове всплыло тогда не показавшееся странным воспоминание, которое было и последним из того, что я запомнила в тот день: часы в луже нашей крови…

Опустив руку в карман жилета, я ощутила привычную тяжесть механизма и прохладу гладкого металла. Может ли быть так, что это вовсе не просто кем-то утерянные часы, которые я в детстве нашла в парке, а те самые часы, что держит в руках на портрете Эльзар Аскард? От одной мысли, что у меня в кармане может находиться необыкновенной мощи артефакт от которого целиком и полностью зависит наличие второго шанса для меня и Терона стало не по себе. Ведь если так подумать, то каждый раз они были со мной.

Достав из кармана часы, я бросила взгляд на совершенно идентичный предмет тому, что был на картине.

— Разве так бывает? — прошептала я, полностью уходя в воспоминания о том, как нашла эти самые часы и припоминая каждую из своих смертей.

— Богами клянусь, Магда! Вот те обережный круг! То призраки поминовения просят!

— Да, что ты городишь-то, глупая баба! А ну как выгоню тебя с кухни, будешь знать, как глупости свои сочинять! Упаси тебя охранители, услышит шейри Фрейя выгонит вовсе!

Женские голоса идущие со стороны коридора ведущего на кухню доходили до меня как сквозь толщу воды, так я была поглощена своими мыслями.

— Да и пущай узнает и пригласит в усадьбу жреца! То, поди, отец и мать главы подати просють, да никак от него не допросються! Сами пришли поминальный обед отведать! А я те, чем хошь поклянусь, что пироги и с мясом и с капустой в высь воспарили и в воздухе истаяли! А следом за ними каша с мясом полна миска! Вжух и как не было… — таинственным шёпотом поделилась женщина. — А вокруг лишь аромат надкусанных пирогов с капустой разлился! Во как! А прежняя хозяйка аккурат в середину осени богам душу отдала, а с тех пор как и хозяин за ней последовал, так никто их бедных и не помянет в храме да по всем канонам! До чего предков довёл! Сами вона за податями пожаловали!

— Да, что ж ты мелишь-то, дурная баба! — возмутилась главная повариха. — Шейри Фрейя всё как положено регулярно в храме заказывает! Ты зачем освящённую воду достала? Я её к празднику с храма привезла.

— Буду благость в дом возвращать! Все углы окроплю. И кстати, то сыновий долг, а не всяких там шейри… — договорить свою тираду женщина не успела, так как они вывернули в галерею, где в призрачном свете ночных светильников перед портретом почившего отца Терона Аскард замерла я с совершенно отсутствующим взглядом смотря в пустоту. — Боги и охранители ижи с ними спасите и защитите раб ваших! — заорала тетка, изобразив гигантских размеров обережный круг направляя его в мою сторону, а следом обдав меня и припасённой для возвращения благости водицей.

Эх, ей бы в маги с такими-то способностями к заклятьям! Ну, хотя бы я в себя пришла.

— Доброго вечера, — пробормотала я, обошла замерших работниц, и отправилась в поисках пропитания для себя и братьев.

Хотя, что-то мне подсказывало, что не просто так призраки навестили кухню…

Необходимо было узнать, что за часы в руках у Эльзара Аскард. Все же я, как и любой оборотень была невосприимчива к прямому магическому воздействию, не умела управлять магическими потоками и не могла понять, что за штука оказалась в моих руках просто изучив магическое плетение артефакта. Да и чтобы его рассмотреть нужно было понимание того, как он устроен! Что это вообще такое⁈ О магии такого порядка я и слышать не слышала! Для этого требовались глубокие знания и умения, которыми могли обладать может быть эльфийские маги? Или, если предположить, что это фамильный артефакт Аскардов, то возможно где-то есть упоминания о нем? Так или иначе вопрос о том, что за вещь оказалась в моих руках становился весьма важным. Что если есть какие-то ограничения или и вовсе он разрядится в какой-то не самый подходящий момент?

Кое-как раздобыв мяса, хлеба и немного фруктов, я отправилась в обратный путь стараясь считывать запах братьев, который был уже едва различим. Если они и проведали кухню, то было это не один час назад. Дойдя до лестницы ведущей на второй этаж, я невольно замерла, почувствовав два довольно ярких следа братцев. Один уходил в сторону рабочего крыла, второй более свежий вёл наверх. Похоже мелкие уже облазили весь дом. Надеюсь, кроме незапланированного явления предков Аскард ничего больше не натворили.

Как и ожидалось братья с самым невинным видом обнаружились там, где я их и оставила. Причем на принесённую еду смотрели нарочито жадно и от ужина отказываться не стали. Хотя и ели без особого усердия и зевали через раз.

— Что? Уже всё облазили? — дожевав огромных размеров бутерброд я принялась за яблоко, в то время как близняшки дай боже кое-как прожевали половину предложенного угощения.

— Да мы только встали, — попытался Лео, но получил тычок от брата и тут же замолчал.

— Ну нас всё равно никто не видел, — пробурчал Рой.

— Да, — кивнула я, — не считая служанки, которая похоже решила отмолить весь дом после встречи с вами! Боги, скорее бы мама приехала, надеюсь, вас никто больше не видел?

— Ну, — протянул Рой, — так-то нас и служанка не должна была видеть, мы же не идиоты, в маскплащах выходили.

— Вас-то она может и не видела, а летающие пироги её очень впечатлили, — фыркнула я.

Мелкие переглянулись и с видимым облегчением отложили принесённые мною бутерброды, а Лео тут же полез под кровать доставая ящик из-под фруктов в котором лежало пол головки сыра, куль с пирожками, какие-то рогалики в сахарной обсыпке, колечко ароматной колбасы, каравай хлеба, замотанный в полотенце, яблоки, прозрачные ярко-желтые груши, початая банка вишнёвого варенья, несколько кусков яблочного пирога. Потом залез ещё раз и вытащил пустые перемазанные в каше тарелки и глиняный кувшин из-под молока судя по запаху.

— Надо на кухню обратно снести, а то муравьи наползут, — пробурчал он, вручая мне посуду.

— Угощайся, если хочешь, — щедро предложил Лео, а я как-то грустно посмотрела на своё довольно жалкое подношение и запасы, которые организовали братцы всего за несколько часов пребывания в доме. — Вообще нам тут не очень понравилось, — вдруг поделился братец, явно размышляя над тем куда приткнуть то, что я им принесла и не найдя места получше всучил мне свой недоеденный бутерброд. — Обожрался, — вздохнул он, с тоской поглядев на ящик с припасами.

— Я вижу, — не став отказываться от добавки, буркнула я.

— Ну, правда, кормёшка тут ничего, но вот слуги злые, — поделился Рой. — Жить здесь не очень-то им весело.

— Да, уж как та тётка шипела на ту девушку, — передёрнул плечами брат.

— Ага, — закивал Рой. — Я тебе, что сказала сделать! — явно передразнивая кого-то кривлялся брат. — А ты, что⁈ Забыла кому всем обязана! Неблагодарная! — изобразил он замах рукой, который должен был изобразить пощёчину.

— Да, та только и успевала реветь да клясться, что всё сделала, как положено! Все средства поменяла и жаловаться на неё не за что, — покачал головой Лео. — Ужас, мы еле стерпели, чтоб той тётке, — с силой сжав кулаки брат, явно намекая на то, что он хотел сделать с «той тёткой».

Я же невольно нахмурилась. Уж больно это походило на то, что какая-то служанка получала нагоняй за то, чего не произошло за завтраком.

— Так, подождите, — спохватилась я, отложив в сторону недоеденный бутерброд. — Не с места, я сейчас, — шептала я, убегая в сторону шкафа и забыв обо всём раскрывая наличие черного хода в этой комнате. Восторженное «ух ты» неслось мне в спину и заставляло задуматься над тем, что я ещё пожалею о том, что эта тайна перестала таковой быть для моих братцев. Но сейчас я хотела узнать кое-что другое…

Поднявшись на второй этаж, я схватила куль, в котором так и валялись все средства из ванной Терона и потащила его вниз.

— Нюхайте, — указала я пальцем на мешок с разного вида бутыльками, — так пахло от той двушки или тётки?

Мальчишки дружно склонились над тюком и глубоко задышали.

— Ну? — склонилась я вместе с ними и сделала глубокий вдох, чтобы убедиться, что тот едва держащийся утром цветочный аромат был всё ещё на месте. К несчастью к нему примешались и ароматы содержимого бутыльков и различить запах стало практически невозможно.

— Какой именно запах ищем? — поинтересовался Рой.

— Много разных, — добавил Лео.

— Так, — вновь завязала я куль, — отсюда ничего не брать это… — на миг я замерла, представляя каким азартом загораются глаза близнецов, скажи я им, что содержимое отравлено. Следующая картинка была посвящена испытаниям средств на предмет того «насколько отравлено». Потому, вовремя прикусив язык, сказала то, что их заинтересовать было не должно. — просрочено. Теперь нужно найти того, кто испорченные средства подсовывает главе, а хорошие перепродаёт.

— О, — протянули пацаны. — Так-то лиц мы не видели, но голос и запах помним, — важно покивали они.

— Отлично, пойдёте со мной завтра на разведку, — подвела я итог беседы. — А сейчас спать, — кивнула, указывая в сторону черного хода. — Со мной, наверх.

Оказавшись в огромного размера покоях будущей шейры Аскард мелкие дружно выдохнули:

— Ничего себе люстра…

А я поняла, что просто не будет точно.

Крошечный медальон на шее женщины уже после обеда стал ощутимо горячим. Она знала, что это значит. Не могла не понимать, когда Терон Аскард как ни в чем не бывало отправился в город. Тогда Фрейя подумала, что может быть что-то не так поняла и всё случится за пределами усадьбы? А, может быть, и вовсе не о том подумала, когда получила указания…

И всё же то, что он уехал было даже лучше. Меньше бы искали тут. Но неясные подозрения уже закрались…

Заняв слуг повседневными делами, отдав все распоряжения, которые составляли рутинный распорядок дня в поместье, Фрейя сходила к себе, открыла ящик прикроватной тумбочки, где лежал новый лосьон после бритья, купленный в обход книги расходов на личные средства. Женщина понимала, что времени совсем немного и когда станет известно, что господин отравлен, то его и вовсе не останется, чтобы замести следы и избавиться от улик. Отвинтив крышечку, она вылила некоторое количество в раковину и поспешно смыла водой, после чего пристроила тюбик в кармане платья и направилась в покои Терона Аскард. У неё, как у управляющей был допуск во все комнаты дома и такой уровень доверия случился не за год и не за два верной службы. Ещё до того, как она стала той, кто была вынуждена предать… Когда-то сама мысль была довольно неприятной, болезненной, оскорбительной. Но со всем можно научиться жить и даже найти правильное оправдание для собственного чувства вины.

Фрейя до сих пор с трудом принимала то, к чему привела незначительная ошибка её сына и как крепко она увязла в этой паутине. Небольшой карточный долг, совершенно идиотское желание отыграться, ещё больший долг и вот она как послушная собака выполняет любые фокусы, которые от неё требуют те, кого она и в глаза то ни разу не видела! Но уже так глубоко погрязла, что и отказать не может! Карточный долг ей простили, но теперь у них были кристаллы с записями её инструктажа и того, как она соглашалась делать те или иные вещи. Да, они обращались к ней не так часто, да и рассказать Фрейя особо ничего не могла! Во-первых, юный глава не имел привычки вовлекать в свои дела тех, кто к ним не имел никакого отношения. Всё, что доверялось Фрейе касалось исключительно хозяйственной части поместья. Во-вторых, как и все сотрудники, пришедшие работать в поместье, она не имела права рассказывать о делах, происходящих внутри благодаря особому магическому договору. Вот только, он не предусматривал условия, что она не могла слушать инструкции относительно того, что должна сделать при условии, что в них не озвучивалось нанесение прямого вреда главе или служащим поместья. Но разве обязательно быть столь прямолинейными? К тому же, он не мог проконтролировать обезличенные ответы, такие, как «да» и «нет». Но и этого было записано достаточно, особенно из последнего задания, где она должна была получить посылку из парфюмерной лавки на её имя, после чего содержимое флакона вылить в лосьон для бритья Терона. Никакого намека, что содержимое посылки — это яд, но Фрейя не была дурой, чтобы не понять это без лишних слов. Уговора о том, что после она заменит лосьон не было. Но тут сама Фрейя решила это сделать, чтобы прибывшие дознаватели не смогли найти флакон с отравой и не дай боги не свели все к ней. Подмешав яд, она спрятала пустой флакон в тайнике в своей комнате и ещё долго пыталась отмыть руки с мылом, так как сам флакон очень ярко пах сиренью и ещё чем-то сладким. Она надеялась при первой возможности сможет вывезти улику из поместья.

Был ли реальный риск попасться? Само собой учитывая то, что именно Фрейя велела обновить все средства личной гигиены в хозяйской спальне. Но на этот случай она подготовила журнал, согласно которому подходили сроки годности у зубного порошка, шампуня, лосьона и мыльного отвара. Она сама купила лосьон в день, когда ездила делать заказ для новой помощницы Терона. А теперь убедившись, что её никто не видит поднялась на третий этаж и очень споро поменяла бутыльки. Прежде чем сунуть в карман тот пузырёк, что забрала она в замешательстве посмотрела на почти ополовиненный флакон. Неясная тревога зародилась в сердце, но женщина поспешила убраться из хозяйской спальни пока её никто не видел.

Ну, а после начался настоящий кошмар! Её кулон связи грелся с каждым часом всё сильнее, а это значило, что с ней пытаются настойчиво связаться те, на кого она так опрометчиво начала работать. Но просто взять остановиться и поговорить она не могла! В таком огромном доме везде были уши! Что если что-то не то услышат служанки или одни из тех, кто работает в поместье? А потом этот разговор свяжут со смертью хозяина? Нет, нужно быть осмотрительнее!

Фрейя забралась аж в кладовую с продуктами, где в полной темноте, убедившись в отсутствии того, что её кто-то может услышать, приняла вызов.

— Что решила поиграть со мной, тварь? — совершенно неопознаваемый мужской голос, холодно спросил женщину от чего у неё сердце в пятки ушло.

— Я… я, — кое-как взяв себя в руки, зашептала Фрейя, — не понимаю, о чем…

— Не понимаешь⁈ — раздался странно истеричный для мужчины восклик. — Терон Аскард как ни в чем ни бывало разгуливает по Фортексу, и ты дрянь смеешь говорить, что не понимаешь⁈ А мне кажется ты просто не сделала то, что тебе сказали? Такая смелая или совсем забыла в какой кошмар превратится твоя жизнь, если ты не будешь слушаться?

— Я нет, я всё сделала…

— Если бы сделала, то результат был бы другой!

— Я всё исправлю, — жалко прошептала Фрейя.

— Интересно как? — раздался голос, который хоть и звучал как мужской своими интонациями почему-то напоминал женский.

— Ещё есть возможность, — огладила свой карман с пузырьком Фрейя, молясь всем богам, чтобы ей этот шанс дали.

— Что ж, я подожду, но не уверен, что смогу ждать долго…

Связь оборвалась, и женщина едва не съехала по стене на в миг ослабевших ногах. Кое-как взяв себя в руки, она доползла до выхода из кладовки, отворила дверь и выскользнула наружу, не обратив внимание как прямо по воздуху за её спиной проплыло кольцо колбасы и растворилась во мраке.

Кладовка погрузилась в кромешную темноту.

— Взрослая, а непутёвая, — тихо прошептал Рой, решив поделиться своим мнением с братом.

— И не говори, большая, а с первого раза сделать не может, — цокнул Лео уверенно подтаскивая к себе небольшую головку сыра и запихивая её в ящик из-под фруктов, что расположился под плащом брата. — На тётю Риет смахивает. Та тоже за что не возьмётся не пойми что выходит.

— Но дядя Альбер на неё так не орёт, — справедливо заметил Рой.

— Да он сам идиот, — фыркнул Лео, тихонько захихикав.

То, что чуть позже близнецы услышали, как судя по запаху и голосу, та же самая «взрослая» распекает совсем молоденькую служанку возмутило их до глубины души! Сама ничего не умеет, а на других орёт!

Утро началось, можно сказать, с неожиданной радости.

Стоило выйти из комнаты на втором этаже, чтобы уже оттуда подняться к главе рода и сопроводить его на завтрак, как вместе со мной в коридор вышел довольно потрёпанный и злой Малкольм. Ну, как вышел…он скорее вылетел в одном халате на мокрое тело.

— Не пойми, что твориться! Как так можно⁈ — бухтел он, но тут поднял взгляд и заметил меня. — Ой, — выдохнул парень, заливаясь ярким румянцем. — Я это, — замялся он. — Простите, я хотел принять душ, а у меня всё под чистую спер… закончилось, — стушевался он, явно планируя вставить какое-то другое слово.

— Вам одолжить? — легко предложила я, учитывая, что в моей комнате был только мыльный взвар из того, что представлял руководитель, то не велика потеря.

— Было бы весьма любезно и, — запахнув халат так, чтобы я даже случайно не могла увидеть ничего неположенного, продолжил он, — вам шейр Аскард не сказал вчера? Сегодня он просил его не беспокоить до полудня, если вы вдруг к нему, то лучше не будить, когда он просит, — поделился мужчина неожиданно приятной новостью.

То, что мы планировали с близняшками на вечер, можно было сделать в первой половине дня.

Через час оказалось, что обыскать поместье на предмет одного конкретного запаха не так уж просто, когда дело касается нетренированных носиков. Ритуал первой крови у мелких был четыре года назад, и они уже участвовали в семейных вылазках на охоту. Обычно для них дед специально покупал кроликов или перепёлок и учил малышей искать мелкую добычу по запаху недалеко от общего лагеря. Это было больше игрой, чем честной охотой. Но одно дело, когда тебя направляет взрослый, помогая вычленить нужный запах и подсказывает, где ты ошибся и совсем другое дело, когда я даже подсказать не могу, потому что сама не чувствовала тоже, что и они.

— Так, давайте немного отдохнём, — сказала я, усаживаясь на газон перед домом и делая вид, что наслаждаюсь осенним солнышком.

Рядом со мной промялась трава и послышался шорох одежды.

— Помните, что говорил дед на охоте? Не надо напрягаться. Не ваша голова включает звериную суть, мы и есть звери, которые просто жаждут поощрения к действию. Сейчас закройте глаза и просто дышите. Каждый вдох несёт с собой рассказ о том, что вас окружает. Чуть прелая трава, сырая земля, немного более яркий водянистый запах с северо-запада, там скорее всего река. Чувствуете?

— Да, — тихо шептали мне в ответ.

— Сейчас! Яркий, острый, однозначно животное, крупный самец, травоядное…

— Олень?

— Да, Рой, скорее всего. Если постараться, то можно разложить растительные запахи на составляющие: хвоя пахнет ярче всего, землянисто-влажный мох, насыщенно древесный, дубовый аромат… Вам просто нужно вспомнить, какой это был запах? Ваш зверь сам скажет. Вдох-выдох, позвольте ему, он уже знает, — шептала я. — Какой это запах? Кислый, горький, прелый, влажный, сладкий…

— Сладкий, — тут же ответили оба.

— Хорошо, давайте посмотрим чуть ближе, вдохнём чуть глубже, пусть зверь поймёт, какой именно сладкий? Это шоколад, карамель, пироги, варенье? — перечисляла я.

— Не еда, — прошипел Лео.

— Не еда, тогда, что? — задумалась я. — Цветы? — сказала наугад, посмотрев на клумбу с осенними остроцветами, что всё ещё цвели нежно-лиловым несмотря на время года.

— Да!

— Цветы! Точно!

— Эта, как её…Такая под твоим окном растёт!

Забормотали братья.

— Сирень? — прошептала я, а у самой перед мысленным взором раскинулась картина того, как я сама нюхала бутылочку с лосьоном, где помимо прочих парфюмерных отдушек так ярко чувствовался аромат именно сирени.

«— Добрый день, шейри», кроткий взгляд, слабая кошка и едва уловимый аромат. Тонкий-тонкий, мимолётный. Словно девушка не сама его использовала, а всего лишь коснулась к чему-то на чем был стойкий яркий аромат.

И ещё вчера, да, в приёмной, когда там появилась шейра Роданская-Аскард. От неё тоже пахло сиренью. Ярче, чем от служанки, потому как это были именно духи, нанесённые на тело…

— Так, пойдём кое-кого посмотрим, — шепнула я, вновь поднимаясь на ноги и отправляясь в крыло для слуг.

— Я не понимаю, почему ты решила использовать яд, — фыркнула Айра, смотря на беспокойно перебирающую драгоценности мать.

Шейра Анаис недавно встала, а настроение уже было ниже не бывает. Она даже не успела толком привести себя в порядок, как заявилась горячо любимая дочь, чтобы упрекнуть её в том, что и так не давало покоя. Глупое желание использовать всё, что есть под рукой прежде, чем стать обязанной ведьме обернулось очередным провалом.

Сейчас шейра Анаис злилась больше обычного, и именно касания к драгоценным камням помогало ей успокаиваться и брать себя в руки куда лучше любого успокоительного сбора.

— Тихо ты! — шикнула она, отвлекаясь от своего занятия и бросая разгневанный взгляд на отражение дочери в зеркальной глади.

Они так похожи. Та же стать, те же богатые рыжие волосы, зелёные глаза и капризный излом сочных губ. Раньше их сходство так нравилось ей. Ещё до того, как разница в возрасте стала столь ошеломляюще-яркой.

— Мама, стоит следить за прогрессом, — усмехнулась девушка, указывая на кулон на своей шее. — Больше никаких заклятий, громоздких конструкций и прочего. Один артефакт и любой разговор невозможно подслушать при закрытых дверях. Так зачем яд? Ты же была у ведьмы, и она дала тебе что-то… — желая вызнать у матери подробности, Айра прикусила нижнюю губу и с алчным блеском во взгляде уставилась на мать.

Её раньше даже забавляло, что мать никак не организует по-настоящему стоящее покушение. Мыслимо ли, столько лет находить способ выживать, когда такие средства, ресурсы и силы затрачены на совсем иной эффект. И, если прежде она была всего лишь не прочь стать родной сестрой главы рода, то сейчас от этого зависела ей судьба.

— Сколько времени должно пройти, чтобы до вас с братом дошло, что такие фокусы на уважаемого главу не действуют?

— Давно ли ты стала так рьяно этим интересоваться?

— С тех пор, как это стало весьма выгодным условием к моему браку.

— Какому ещё браку? — нахмурилась Анаис, так как несмотря на то, что Айра уже была обещана роду Эрейских волков, но знакомства с женихом и договорённостей о помолвке ещё не было.

Этот брак ещё пятнадцать лет назад помог организовать Эльзар благодаря своим дружественным связям с Эрейскими и считался он очень выгодной партией. Такой, что на положенное приданное у самой Анаис уже не находилось средств. Плюс ко всему переговоры с семьёй должен вести глава рода и несложно было догадаться, куда именно их пошлёт Терон стоит только заикнуться о переговорах и приданном. Единственный способ, как поправить своё положение и улучшить его в разы — это возвысить Гидеона.

— Я слышала, что наследник Эрейских серьёзно увлечён какой-то…выскочкой, — выплюнула она. — Мне нужно усилить свои позиции, чтобы у него не было и шанса отвергнуть меня, и я больше не могу ждать, когда там у вас что-то получится! Я теряю время, пока меня обходит какая-то шваль! Так, почему яд? Опять?

— Потому, что он давно был подготовлен, а то, что дала ведьма…я не уверена, что помимо той платы, что она уже с меня взяла не будет чего-то ещё. Это на крайний случай.

— Крайний? Ну, так можно считать, что он наступил! Наши счета стремительно пустеют, шахты приходят в запустение и совсем скоро мне не то, что брак с Эрейскими не будет светить, мы работать пойдём! Возраст Гидеона уже поджимает, когда он может стать главой по праву наследования, сколько можно мяться⁈

— Какая решительная, — усмехнулась Анаис, постучав своими удлинившимися кошачьими когтями по столешнице, — так может сама поучаствуешь, раз такая деловая? — усмехнулась она, достав из ящика тумбочки крошечный кожаный мешочек. — Руками только не трожь, а то сама себя проклянёшь, — хмыкнула женщина в глубине души испытывая облегчение, что ей самой не придётся давать распоряжение задействовать содержимое мешочка.

Она слишком боялась, что за это придётся отдать ещё годы жизни и даже любовь к дочери не была сильнее этого страха.

'Орис Вир.

Возраст: двадцать три года.

Семейный статус: сирота, не замужем.

Социальный статус: стоит на очереди вступления в род по праву родства с Доэртом и Магдой Вир.

Зверь — барс (не проявлен, к полному обороту не способна).

Ближайшие родственники: Магда Вир, Доэрт Вир, Эрик Вир.

Примечания: Место получила благодаря протекции Магды Вир. Образование — четыре класса школы при Храме Проматери, что для прислуги Главы Рода является недопустимым. Взята на испытательный срок (три года) под поручительство тётки, по завершении обязана получить минимальное образование положенное прислуге благородного дома.

Личностные качества: жизнерадостна'.

— Жизнерадостна, — одними губами уже вслух повторила я строки досье, с которым недавно ознакомилась повторно.

Как можно в личностные качества написать «жизнерадостность»⁈

Всё равно что «круглая дура» для тех, кто понимает и вроде не так обидно для тех, кто между строк читать не умеет. И всего одно личностное качество, как приговор по жизни.

Девушка тщательно протирала пыль с каминной полки в малой гостиной, пока я старательно делала вид что читаю книгу на каком-то непонятном языке, обнаруженную мною в этой же гостиной. Интересно, сам Аскард в курсе, что у него тут в шкафах хранится?

Нет, всё же «жизнерадостный оборотень» вряд ли способен к тому, чтобы действовать самостоятельно.

— Как дела, Орис? — всё же решила я закинуть удочку и познакомиться поближе, пока мелкие отпросились пошататься по особняку в поисках той «злобной тёти».

— А? Вы запомнили моё имя, шейри, — густо покраснела девушка и «жизнерадостно» улыбнулась.

— Конечно, мы же вместе работаем.

— Ну, да! — ещё шире растянула она губы.

— Я хотела спросить, ты не знаешь, где можно раздобыть шампунь для волос? Всё же я тут недавно и кое-что забыла прихватить с собой.

— Конечно! Надо подойти к шейре Фрейе Ладо и она даст указание хозяйственнику вам выписать, если у неё есть в наличии. Стоимость вычтут с зарплаты, — пожала плечами двушка. — Шейра Ладо всё контролирует, даже такие мелочи!

«Боже, это же так просто…» мысленно пробормотала я, боясь спугнуть удачу.

— А шейру Аскард тоже выписывают с общих запасов?

— Ну да, для него шейра Ладо отдельно ведёт учёт всего чего ему надобно. Я вчера только все поменяла у него, потому как шейра Ладо уследила, что всё-то у него подтухло и надо бы свеженького снесть, — с важным видом выдала девица и тут же скуксилась и как-то неловко потёрла щёку.

— Понятно, — протянула я, поднимаясь с дивана и с книжкой подмышкой поспешила направиться на поиски управляющей.

Но сперва стоило прихватить с собой мелких.

«Хватит».

Первая мысль, в которой он серьёзно утвердился стоило распахнуть глаза. Это изначально была так себе идея. Ну какой помощник-телохранитель может быть из потомственного диверсанта? Глупость всё это. Не стоило слушать Ринара! Наплёл ему с три короба. Себя убедил, его убедил, обосновал всё как гладко — не прикопаешься! Да, может быть, он бы и смирился, и принял такого телохранителя, если бы хотя бы мог спокойно дышать в её присутствии. Но этот запах ещё вкупе с выходками сделает из него в конечном итоге неврастеника. Он привык контролировать свою безопасность самостоятельно, оговаривать границы допустимого и ему совершенно не нравилось, когда их кто-то самовольно нарушал.

С этой мыслью Терон привел себя в порядок и вышел из своих покоев. Он не хотел оттягивать неприятный разговор и собирался расставить все точки над «и» сразу. Не стоило больше мучить ни себя, ни Эйрин. Всё же она так юна, у неё вся жизнь впереди, и она ещё сможет найти подходящее место работы. Он выпишет ей хорошую компенсацию и премию за оказанную помощь на том они и разойдутся. К чему всё усложнять и портить жизнь себе и ей? Как-то же он справлялся все это время без такого телохранителя и ничего — жив до сих пор!

Но вопреки его ожиданиям у двери никого не было.

«Вот, и трёх дней не прошло с начала службы, а она уже отлынивает», мысленно подзуживал он сам семя, ставя дополнительную галочку в список минусов нового телохранителя.

Но почему-то вместо гнева внутри проснулось беспокойство.

Что такого могло произойти раз её нет на месте? Неужели она забыла о нём? Или, может быть, ей не передали его распоряжения? Или…

— Так, всё! — шикнул он сам на себя. — Ею провонял весь дом, и я её быстро найду, там и спросим.

С этой мыслью он решительно зашагал туда, куда вёл его запах. Пришлось спуститься на первый этаж и углубиться в сторону крыла для слуг и чуть дальше, туда, где жила его управляющая. Согласно должности Фрейя могла жить на втором этаже, но с самого начала женщина дала понять, что предпочитает лично контролировать персонал, дом и процессы в нём находясь как можно ближе к подчинённым. Тогда же для нужд Фрейи объединили две небольшие комнаты сделав из них кабинет и спальню. Он уже почти дошёл до него, как его слуха коснулся голос Эйрин. Почему он не решился сразу выйти в коридор и сам не знал. Но интонации голоса девушки были какими-то странными, излишне отстранённо-холодными быть может? Так ли иначе, но что-то смутило его, заставив на мгновение остановиться. А следующая фраза и вовсе обратила его в слух.

— Какая славная идея отравить нанимателя, да, шейра Ладо?

— Не вертись, — шикнула я на Лео, который никак не желал постоять ровно, пока я наносила на его шею мазь, маскирующую запах.

— Ну холодно же, — хихикал мелкий, невольно вызывая улыбку и у меня.

Боги, когда они вели себя просто как дети, то были такими милашками! Правда с каждым годом чего-то такого ждать приходилось все реже и реже. Так и хотелось воскликнуть, куда делись мои малютки⁈ И кто эти монстры в их телах, что способны уничтожить целый мир мимо ходом⁈

— Это следовало использовать изначально, — наставительно шептала я. — Так вы будете не просто невидимы, но и ваш запах станет нейтральным пока не смоете мазь.

— Блин, так и знал, что где-то прокололись! — прошипел Рой, самостоятельно зачерпнув пригоршню мази из банки и щедро смазав ею шею.

— Не переживай, — участливо похлопала я его по плечу, — если ещё раз решишь бежать из дома, то тебе всё равно не пригодится. Дед тебе ноги раньше вырвет и другой стороной вставит, — премило улыбнулась я. — Вот увидишь, не сегодня — завтра, а всё желание из дома сбегать, как бабушка отшепчет, — покивала я. — Ну, скорее дедушка, всё же, но может и бабуля пошепчет, это уж как повезёт, — злорадно закончила я.

— Ну, не-е-е-т! — заныли близняшки.

— Возьму часть вины на себя, если меня не подведёте, договорились? — прищурилась я.

Дождавшись активных согласных кивков, решила напомнить правила:

— Если это та женщина, то вы?

— Я беру тебя за правую руку, — выдал Лео.

— А, если это не она, то я касаюсь левой руки.

— Именно, Лео — «да», Рой — «нет», запомнили? Не шуметь, не заходить вперёд меня, двигаться, как учил дедушка при выслеживании добычи. Дышим, слушаем запах, смотрим в оба и держимся как можно ближе ко мне. Женщина, которую мы ищем преступница, — решила добавить я для пущего эффекта, но тут же пожалела, заметив каким восторгом зажглись карие глазки братцев.

— Круто!

— А мы её в тюрьму отвезём потом?

— А нас на этот раз пустят?

— Мы тоже хотим в тюрьму!

— Боги, — устало выдохнула я, опуская ладонь на лицо, — нам с матерью остаётся только молиться, чтобы с вашими наклонностями вы туда в конечном итоге не попали, — прошептала я себе под нос.

Потратив ещё какое-то время на финальный инструктаж, мы выдвинулись в сторону кабинета шейры Ладо. Собственно, и идти далеко не было никакой необходимости: всего лишь спуститься на первый этаж и пройти в крыло для слуг.

Как и следовало ожидать в это время дня, женщина находилась в своем кабинете. Легко постучав в дверь, я дождалась разрешения войти. Потянув дверь на себя, сделала вид, что случайно выпустила ручку двери и та распахнулась во всю ширину.

— Ой, боги, так неловко, — засуетилась я, ловя дверь и прикрывая её за собой так, чтобы близняшки наверняка успели проскользнуть внутрь. — Доброго дня, шейра Ладо, — наконец-то закончив наводить суету, я выпрямилась и посмотрела на женщину.

Что ж, Фрейя выглядела весьма представительно. Это была женщина, как любила говорить моя бабуля, в которой чувствовалась «порода». Высокая, статная, хорошо одетая. Нет, не шикарно, но настолько гармонично, что и в голове не закралась бы мысль, сказать, что эта женщина небогата или обделена вкусом. Светлые волосы подняты в высокую прическу. На лице лаконичный макияж. Да, она не была молода, но выглядела весьма хорошо. Как и большинство оборотней в доме, шейра Ладо тоже принадлежала к семейству кошачьих. Её светло-желтые глаза хищно блеснули, стоило мне переступить порог её кабинета, и она тут же уставилась в документы, разложенные на её столе.

— Доброго дня, шейри Миттар, — сказала она, и мне не требовалось прикосновения Лео, чтобы понять, что мы пришли по адресу, хотя он тут же коснулся правой руки.

Весь кабинет обротницы пропах сиренью. Причем запах не был нанесён на её тело. Сейчас я это очень ясно ощущала. Да и сам аромат был ярким для меня потому, как я искала его. Если бы не концентрировалась на нём, то возможно и не предала бы значения. Но он будто яркой нитью вел меня в сторону противоположной стены, где висел ничем не примечательный пейзаж.

— Вы узнать относительно вашего заказа? Сегодня как раз ожидаю доставку, — коротко бросила она, так и не подняв головы.

— Что ж, отрадно слышать, — улыбнулась я. — Хотелось бы получить свои вещи, прежде чем вы нас покинете.

На краткий миг женщина замерла, продолжая рассматривать документ в своих руках, а после резко подняла взгляд. Зрачок в её ярко-желтых глазах вдруг вытянулся веретеном и на меня посмотрел уже зверь. Надо сказать, довольно сильная кошка.

— Что вы имеете ввиду?

— Лишь то, что говорю, — прямо уставилась я на картину за её спиной.

То, как в воздухе взрывается страх мой вид оборотней ощущает, как сигнал победы. Демоны знает почему, но для медоеда принципиально важно нагонять именно его на противника. Наверное, потому что мы сами лишены этого чувства оно цветёт для нас как сигнальная метка для охотника, идущего по следу желанной добычи. Чужой страх будоражит инстинкты, щекочет дёсны удлиняющимися клыками и зажигает кровь.

Фрейя Ладо тяжело сглотнула, и вся подобралась будто бы готовясь к прыжку. Хотя почему «будто бы»? Она собралась прыгать и об этом кричало её тело. Но пока она не ошиблась её стоило напугать ещё больше, чтобы она напала и дала мне лучшие карты в руки.

— Какая славная идея отравить нанимателя, да, шейра Ладо? — проворковала я и сделала резкий выпад вперёд будто бы собиралась пробиваться к тайнику, чем конечно же спровоцировала её кошку.

Выдержка покинула её, и женщина ринулась на меня. В общем-то ничего сложного для оборотня моей подготовки. Подумаешь, женщина крупнее и выше меня… Да, если у вас нет двое мелких братцев, которые решили во что бы то ни стало защитить сестру! Уж не знаю, кто больше обалдел из нас двоих, когда из воздуха появилась маленькая детская ножка, ставя подножку обротнице сбивая её бросок. Следом крошечная рука сомкнулась на настольной лампе и прежде, чем я успела хоть кого-то перехватить, она своим медным основанием чуть ли не воткнулась в лицо управляющей, отправляя её в глубокий нокаут прямо в полёте.

— Да, ешь вашу двадцать! — взмахнула я руками, смотря, как с каким-то глухим хлопком падает наотмашь тело управляющей мне под ноги.

Вот, пожалуй, и всё, что в этой сцене мне довелось сказать и сделать. Хотя, я ещё успела вырвать настольную лампу у мелкого паразита, который всерьёз нацелился добить шейру Ладо если та решит подняться и попробует вновь пойти в атаку. Но, какой там, управляющая была глубоко без сознания.

А уже в следующую секунду дверь за моей спиной распахнулась и на пороге возник злющий Терон Аскард, ну прям вовремя, как в хорошем романе!

— Могу я узнать, какого демона тут творится⁈ — почти прорычал он последнее слово.

Можно было только догадываться в каком свете я предстала в этот момент пред очами своего работодателя. Куда красочнее выглядела шейра Ладо с расквашенным носом и задравшейся юбкой, а рядом с ней я аккуратно приткнула добротную медную настольную лампу. От встречи с такой незазорно и на тот свет сподобиться. Надеюсь, она выживет, не хотелось бы ещё и в тюрягу загреметь за своих братьев. Они ж от зависти изведутся!

— Работаю, — пожала я плечами. — Вот, преступницу задержала, — показала я на жертву братского произвола.

Дальше началась уже знакомая по моему визиту в полицию следственная суета. Так-то обычно я навожу беспорядок, но вот уже в который раз после знакомства с Аскардом мне приходится его разгребать. Скучное занятие, хочу сказать, совершенно не подходящее мне по темпераменту.

Прибежал Ринар, начальник службы безопасности Свен, откуда-то появился Элвин. Малкольм пытался сунуться, но его прогнали. Чувствую, он мне ещё это припомнит!

Тело шейры Ладо утащили к целителю под контролем охраны. Пока все они собирались, я мысленно писала сочинение, тут же зачеркивала не вяжущиеся друг с другом концы и мысленно переписывала снова. Тут уж хочешь не хочешь, а мне предстояло предстать в глазах общественности оборотнем выдающегося ума, интуиции и с какой стороны не посмотри гениального склада личности! Возможно, я выглядела бы не слишком убедительной, учитывая свою юность и миловидность, но у меня были волшебные очки, которые придавали мне этакого интеллигентного шарма, так что, вздохнув поглубже и поправив свои окуляры, я начала рассказ.

Итак, согласно наспех подготовленной версии, все началось в первый же день моего пребывания в стенах поместья, когда я заметила схожий запах между управляющей и служанкой. Потом пришлось подвинуть на сутки вперёд разговор между Орис и Фрейей, который подслушали братья и немного его усовершенствовать, внедрив в него имена. Таким образом я случайно услышала, как шейра Ладо требовала от Орис поменять все гигиенические принадлежности в комнате Терона. Это показалось мне странным, и я решила самолично заранее проверить сроки годности…

— Вы без моего разрешения вламывались ко мне в ванную? — вдруг вкрадчиво поинтересовался «любитель помереть между делом».

— Это всё, что вы услышали? — холодно поинтересовалась я, средним пальцем поправив очки на переносице так, чтобы было видно, кто тут олицетворение разума, гениальный сыщик и всё такое!

В конце концов, я пока только делюсь подозрениями и мне ещё нужно подтянуть кульминацию моего успеха в качестве сыщика прежде, чем мне тут уже навтыкают за нарушение правил. Потом-то постесняется, я думаю!

— Так вот, сроки годности были вполне приемлемыми, количество в тюбиках тоже…

Продолжила я свой рассказ, не дожидаясь его ответа. Дальше все герои разведки вместе взятые удавились бы от зависти, потому как я подловила момент замены гигиенических средств, изъяла их, выявила остаточные следы запахов, ранее замеченные на служанке и управляющей. А самое главное, провела испытание яда использовав в качестве отравы для крыс.

— Перед нашим отъездом вчера я оставила небольшое количество в качестве приманки для грызунов, а вечером по приезду обнаружила несколько трупов мышей в кладовке на кухне, — если что проверить то, что по приезду я туда ходила будет несложно.

Не знаю, насколько правдоподобно выглядела эта часть истории, но мне необходима была доказательная часть, что я не просто так притащилась к управляющей и оприходовала её лампой.

— И, где же трупы мышей? — поинтересовался Терон, подозрительно сощурившись. — Вам не кажется, что всё как-то…странно?

— Мы всё проверим, шейр Аскард, — очнулся от летаргического сна начальник службы безопасности. — И разберёмся, что тут к чему и кто преступник! — пафосно закончил он.

Лампа, что продолжала стоять на полу подозрительно накренилась и по древку скользнули кончики детских пальчиков. Спешно закашлявшись, привлекая внимание к себе, я решительно подняла снаряд и поставила на стол и тут же встала спиной к ней так, чтобы паразиты не могли до неё добраться и не думали психануть и следом оприходовать работодателя и его начальника службы безопасности. Первый и так готов преставиться при первой возможности, за ним только глаз да глаз. А второй должен иметь специальную подготовку на такой случай может устоять и даже дать отпор.

— Уничтожены, разумеется, — скрестив руки на груди, изобразила я оскорблённую невинность, возвращаясь к разговору о мышах. — Но сюда я пришла, чтобы подтвердить свои подозрения, что, собственно, и произошло. Стоило мне намекнуть, что знаю о том, что она причастна к попытке вас отравить, как шейра Ладо среагировала. К тому же от её тайника разит тем же, что в остаточном следе присутствовало на ваших средствах гигиены. Не знаю, что именно было отравлено, но мыши в подвале определённо среагировали на что-то.

— Наши люди уже изъяли всё, что вы указали и совсем скоро у нас будет результат, — доложил Свен. — Пока же предлагаю открыть тайник? — и выжидательно уставился на Терона.

Мужчина согласно кивнул и дальше началась суета со взломом сейфа. Когда всё же его удалось открыть, то внутри оказались какие-то документы, немного наличности, печать, связка ключей и очень красивый футляр из темно-сиреневого бархата, на котором золотой вязью было выгравировано: «Весна над Райфайлем». Райфайль один из древних городов эльфов, который считался символом чего-то романтического, возвышенного. Иногда этим словом называли шоколад, торты, духи и прочие штучки, что могли подарить мужчины своим дамам.

— Знаешь, что это? — посмотрел Терон на Ринара.

Мужчина непонимающе нахмурился.

— Любимые духи моей мачехи, символично не находишь? — усмехнулся он. — Прислать яд в коробке из-под своих духов, кажется, она даже не пытается быть хоть немного скромнее? — изогнул он бровь. — Вызывайте полицию, Свен, я дам этому делу ход, как полагается. На такие вещи клятва моего отца не распространяется.

— Думаете, они что-то найдут ведущее к вашей мачехе? — нахмурился Элвин, подходя ближе, чтобы посмотреть на футляр из-под духов.

— Неважно, — пожал плечами Терон. — В чем-то мы поможем, но в любом случае жирнее хвоста у нас ещё не было.

Пока мужчины суетились вокруг найденной коробки, я, сложив ручки на груди, невольно уплыла куда-то в собственные фантазии.

Почему-то оказалась я на подсвеченном со всех сторон постаменте, а внизу стояли мои родные, Ринар с огромным тортом «Шоколадная нега Райфайля», Малкольм в своём блестящем шелковом халате, Элвин с бабушкиным подносом подмышкой, Файка с бутылкой эльфийского игристого, и конечно же Терон с букетом цветов, а капитан полиции Рей Вольц восторженно перечислял мои заслуги в раскрытии дела.

Я была скромна и прекрасна в премилом шифоновом платье нежно-розового цвета подозрительно похожем на то, что было на «фее».

— А теперь можете поцеловать невесту, — почему-то брякнул капитан вместо того, чтобы предложить вручить мне награду за содействие в поимке преступника, и я с удивлением обнаружила, как ко мне из толпы устремился Терон Аскард.

— О боги, — вздрогнула я, выплывая из собственных грёз в реальность и ощутив, как огнём смущения опаляет щеки.

Решив больше лишний раз не фантазировать о всяких глупостях, я начала более внимательно прислушиваться к тому, о чем говорят мужчины.

— Эйрин, — обратился вдруг ко мне Терон.

— Да?

— Скорее всего нам всем придётся проехать сегодня в полицейский участок и будет это уже ближе к вечеру, потому будет лучше, если вы пока отдохнёте в своей комнате, — сказал он и на фоне моих неуместных фантазий мне почему-то показалось, что таким образом он заботится обо мне.

На сердце разлилось странное тепло, и я согласно кивнула, понадеявшись, что никто не захочет его убивать сегодня при скоплении такого количества безопасников в одном месте.

— Наконец-то ты ведёшь себя, как воспитанный шейр, — буркнул Ринар.

— Не могу сосредоточиться рядом с ней, — пробормотал Терон, смотря на закрывшуюся дверь. — Открой окно бога ради, этот запах сведёт меня с ума.

— Какой запах? — нахмурился Ринар.

— Её запах, — еле слышно прошипел Терон. — Неужели ты не чувствуешь?

— Чувствую, — пожал плечами друг. — Нормальный, весьма приятный, да он и не сказать, чтобы яркий, — ноздри мужчины слегка дрогнули, словно бы он принюхивался, — что-то свеженькое, не пойму…эльфийские духи, что ли? Обычно они так закрутят, что на составляющие не разберёшь.

На что получил лишь полный негодования взгляд Терона.

Это «свеженькое» опутало его с головы до ног! Весь дом провонял!

— Я сам съезжу в полицейский участок, — сказал вдруг Элвин, подходя ближе к мужчинам. — У меня вечером встреча в городе.

Заручившись согласием Терона, Элвин вышел на улицу, где его уже ждала запряженная лошадь. Трястись в карете несколько часов он совершенно не планировал.

Уже подъезжая к воротам, медведь слегка нахмурился. Судя по звукам там кто-то отчаянно спорил с охраной.

— … но мне надо! — воскликнул явно женский голос, с другой стороны, от ворот.

— Слушайте, шейра…

— Я шейри! — раздалось весьма возмущенное, а по спине Элвина от звука этого высокого и говоря откровенно визгливого голоса вопреки любой логике пробежал рой мурашек по спине.

— Да вы можете позвать её сюда⁈ Мне нет нужды попадать в дом!

— Сейчас повышен уровень безопасности, я вам ещё раз говорю, у меня приказ никого не впускать и не выпускать! — рявкнул охранник в ответ, а у Элвина внутри всё возмутилось от того факта, что кто-то прикрикнул на незнакомку.

— Да, вы слышите меня? Нет⁈ Вы понимаете, что это срочно⁈ — дальше последовал немного истеричный всхлип напоминающий какой-то «хрюк». — Я не уйду отсюда, так и знайте! — провыл кто-то совершенно невообразимым фальцетом, как раз в тот момент, когда ворота для Эвина начали открываться.

В следующий миг мимо него пролетело нечто высокое, с развивающимися на скупом осеннем солнце золотистыми волосами, а обоняния коснулся самый прекрасный аромат на свете! Казалось, в нем для медведя смешалось всё! И спелая малина, и сладость разогретого на солнце дикого мёда, и колкие хвойные иголочки, и напитанный ароматами луговых цветов летний луг. Он услышал в нем лес и одновременно всё то, что так любил. Но разве могло всё это принадлежать одной женщине, что сейчас как безумная неслась на высоченных каблуках по подъездной аллее, а следом за ней гналось трое охранников? А он как полный идиот смотрел на это с совершенно неподходящей случаю восторженной улыбкой.

Реальность вернулась стоило одному из охранников прыгнуть и снести нарушительницу в ближайшие кусты. Тут-то Элвин наконец-то отмер и пришпорив свою лошадь устремился вперёд. Кажется, он спрыгнул не успела она остановиться. Обычно спокойный и сдержанный медведь, вдруг превратился в настоящего берсерка, оказавшись рядом с кустами, где происходило нешуточное сражение. Он ринулся туда, не задумываясь отпихнув охранника и схватив совершенно лохматую незнакомку, вытаскивая её из кустов так бережно, как только мог.

— Я сам, — рыкнул он в сторону охраны, пока девушка дрожащими исцарапанными и грязными руками пыталась откинуть назад копну своих невероятно густых волос.

И, как только это произошло на оборотня, вдруг посмотрели самые удивительные глаза на свете. Элвин никогда прежде не видел такой фиалковой синевы. Незнакомка испуганно взмахнула ресницами и у медведя в груди странно защемило. А потом она неловко улыбнулась и ему показалось, что ничего прекраснее он в жизни не видел. То, что зубы у неё были кривые и смотрели в разные стороны почему-то показалось невероятно очаровательным.

— Вам помочь? — тяжело сглотнув, поинтересовался он, а девушка в его руках густо покраснела, а из копны её спутанных волос вдруг показалось два острых кончика ярко-малиновых ушек. Они странно дрогнули, и незнакомка неловко кивнула.

— Помогите мне, — стоило ей попросить и Элвин понял, что умрёт, но сделает, — найти Эйрин Миттар. Я её подруга и у меня срочные новости от семьи…

— Передайте шейри Миттар, что её ожидают в малой гостиной, — почти прорычал Элвин охране и не думая ставить свою ношу на ноги, отправился в указанную сторону.

Сидя в своей комнате на втором этаже и с умилением наблюдая, как близнецы с удовольствием едят жаркое, что было тайно вынесено с кухни, я думала о том, почему мама до сих пор не приехала за мелкими?

Ну, что блин за семья⁈ Мало того, что меня спровадили даже не прослезились ни разочка! А тут дети пропали, не пойми где вторые сутки трутся, а эти такое ощущение, что вторые сутки отмечают, что наконец-то от всех троих избавились!

Раздражённо цокнув языком, я покачала головой и тяжело вздохнула.

Надо, наверное, отпрашиваться и везти их самой. Завтра. Не дай боже работодатель сегодня помрёт, а мне всё заново организовывать с раскрытием отравителя…

Стоило об этом подумать, как в комнату постучали, а следом раздался женский голос.

— Шейри Миттар, вас ожидают в малой гостиной, — обратились ко мне.

— Спасибо, — поблагодарив прислугу, так и не открыв двери, я дала очередные указания мелким сидеть тихо не сильно рассчитывая на их исполнение, и отправилась на первый этаж.

Стоило открыть дверь указанной комнаты, как я несколько растерялась.

На диване в центре сидел Элвин. Огромный медведь точно любимую куклу держал на коленях взлохмаченную и какую-то ободранную Файку. Оба смотрели друг на друга с каким-то фанатичным блеском во взгляде. Стоило мне войти, как из груди медведя послышался предупреждающий рык на что моя правая бровь сама собой поползла наверх в немом вопросе: «Это он мне?»

Постояв ещё пару секунд в ожидании хоть какой-то реакции от этих двоих, я невольно почувствовала себя неловко. С другой стороны, чего это они устроили тут? Особенно Файка! Залезла на медведя в доме моего работодателя и сидит, как будто так и надо! Позорит меня!

Сделав вид, что у меня в горле першит, я слегка кашлянула и едва не отшатнулась, поймав на себе откровенно агрессивный взгляд Элвина, который всей своей звериной сутью советовал мне убраться.

Да, щас-с!

— Чего происходит-то, я не поняла? — решительно пошла в наступление я. — Ты куда взгромоздилась⁈ — прошипела я, откровенно не зная, что и думать.

Файка вдруг вздрогнула от звука моего голоса и будто бы через силу повернула в мою сторону своё исцарапанное, раскрасневшееся лицо. В её фиалковых глазах появились тяжелые слёзы, готовые вот-вот сорваться, а я неожиданно поняла, что похоже зря бабулю остановила, когда она собиралась задействовать тесак. Перед глазами начала расползаться красная пелена, кулаки сжались до хруста, и я поняла, что медведь всё же не жилец. И не известно, чем бы это всё закончилось, если бы эльфийка вдруг не соскочила с коленей Элвина и не ринулась ко мне на ходу начиная подвывать.

— Булочки мои пропали-и-и!

Толком не поняв о каких булочках она говорит и помня лишь об одних ею упомянутых ранее, я посмотрела ниже и нахмурилась.

— Да на месте вроде, — пробормотала я, совершенно отказываясь понимать, что тут происходит⁈

— Да не э-эти-и! — завыла подружка, хватая меня за руки, в то время как Элвин стремительно встал с дивана с таким видом, будто решил предъявить мне за «пропавшие булочки»!

Файка глубоко и с придыханием вздохнула, будто готовясь провыть нечто особенно трагичное, из глаз прыснули слёзы, а она всё же выдала:

— Рой и Лео, булочки наши, пропа-а-али-и-и! Пропали! — затрясла она меня.

А я лишь с облегчением перевела дух и широко улыбнулась, лишь спустя секунду осознав с каким выражением лица теперь на меня смотрит неожиданно замолчавшая подружка.

— Шейр Малори, вы не могли бы…нас ненадолго оставить? — смотря на несколько невменяемого медведя, осторожно спросила я. — Это семейный вопрос, — добавила я, видя, что Элвин и не думает двигаться в сторону выхода.

— Я не уйду, — вдруг тихо сказал он, заставив своим категоричным ответом нас с Файкой воззриться на него. — И теперь ваши семейные дела для меня так же важный, как и для… — посмотрел он на Файку и что-то в его взгляде изменилось, а я вдруг пораженно распахнула рот начиная понимать, что тут вообще происходит.

— Файритиэль, — кокетливо улыбнулась Файка отчего на её исцарапанных, раскрасневшихся от слёз щеках, выступил ещё и румянец смущения, который ядрёным свекольным оттенком стёр с лица все другие краски.

— Файритиэль, — повторил медведь и не думая отводить от Файки своих темно-карих глаз.

Сейчас стоя напротив Элвина моя и без того высокая Файка в кои-то веки, казалась настоящей малышкой и это выглядело так трогательно.

— Даже так? — усмехнулась я. — Ну, в таком случае шейр Малори учтите, если предадите меня, то Файка вам этого в жизни не простит, так ведь? — с нажимом посмотрела я на свою безнадёжно поплывшую под взглядом медведя подругу.

— Да? — поинтересовалась она, но заметив мой в миг озверевший взгляд, увеличенный стёклами очков, тут же выдала то, что от неё требовалось. — Да, — кивнула они и опять расплылась в совершенно идиотской улыбке.

— Если это не идёт во вред шейру Аскард…

— Да, он тут вообще не при чем, — тут же успокоила я его. — Я же вчера отправила письмо маме, где сказала, что Рой и Лео у меня, — все же попыталась я вернуть внимание подруги.

— Мы ничего не получали, — пробормотала она. — То есть, как у тебя⁈ — уже более осмысленно воскликнула она. — Мы там… мы там… — опять зашмыгала она носом. — Весь район на ушах стоит! Твой дед организовал поиски. След потеряли на окраине города, там какая-то труба лопнула на фабрике и всё в округе залило. Вонь страшная! Твой дед грозился расчленить и сожрать капитана полиции вместе с руководством фабрики, если к завтрашнему утру он не найдёт хоть одну зацепку, где его внуки! Ты не представляешь, как все переживают, — всплеснула она руками. — Дядя Роб, Эрик, Дерек и Тод дома не появляются прочесывают лес. Тётя Элаиз, тетя Римель и бабушка Фло взяли на себя город…Альбер и Риет постоянно дежурят у вас дома! Я сюда-то приехала, думала, может быть, твой Аскард смог бы выделить ещё оборотней для поисков…ну и тебя предупредить, конечно! — на миг Файритиэль задумалась, а потом испуганно вскинула руки к лицу. — Боги, твой дед их убьёт, — запричитала она. — Я его таким никогда не видела!

— Да не, не должен, — покачала я головой. — Ну, может немного, но не до конца, — прошептала я, отчаянно соображая, что же делать, а потом мой взгляд как-то сам собой перешёл на Элвина. — Шейр Малори, а не хотите ещё раз заехать к нам в гости? — улыбнулась я.

Медведь может и не очень хотел, но ещё меньше ему хотелось, чтобы Файка увидела всю степень его нежелания.

— Я напишу письмо, где всё объясню дедушке, — спешно говорила я, пока мы поднимались в мою комнату на втором этаже. — Самое главное заставить деда его прочитать прежде, чем он их увидит. Обязательно! — давала я наставления Файке, но кивал почему-то Элвин. — Или может лучше мне с вами поехать? — нервничая ещё больше, закусила я нижнюю губу.

Открыв дверь в свою комнату на втором этаже, я сперва испуганно замерла ведь внутри никого не было! И это ведь неудивительно, поскольку тут отчетливо читались запахи посторонних оборотней. И по отсутствию свертка со средствами личной гигиены Аскарда было не сложно предположить, кто тут был и зачем! Боги, как я могла забыть, что мелкие тут…

Захотелось завыть в голос и схватиться за голову, но прежде, чем я смогла это сделать, на третьем этаже в покоях, предназначенных для будущей госпожи Аскард, послышался странный шум…

— Да, за что же мне! — всхлипнула я и понеслась в сторону тайного хода.

Естественно, что за мной последовал Элвин и Файка и та картина, которая предстала перед нашим взором стоило подняться на третий этаж, кажется, заставила меня мысленно попрощаться со столь замечательным местом работы.

— Я буду у себя, — бросил Терон направляясь на выход из комнаты. — Как только прибудет полиция сообщите мне, — обратился он к своему начальнику службы безопасности.

Как бы там ни было, но Свен знал, как стоило грамотно организовать задержание всех причастных, опечатать место преступления и собрать все улики. Терон считал, что его присутствие в этом вопросе уже не требуется.

— Ты не будешь сегодня работать? — поинтересовался Ринар, видя в каком на самом деле мрачном настроении его друг.

— Нет, не сегодня, — буркнул он, направляясь в свои покои.

Ему по всей видимости предстояла бессонная ночь и следовало как следует отдохнуть, пока была такая возможность. Конечно, он не питал особых надежд на то, что Фрейя сможет дать полиции хоть сколько-нибудь значимые улики свидетельствующие о причастности его мачехи и её детей к произошедшему, но считал необходимым запротоколировать этот случай и начать расследование.

Второй раз его жизнь спасает Эйрин Миттар. Как бы он не относился к её запаху, и чтобы не испытывал рядом с ней, но он не должен был быть неблагодарным. Стоило поработать над своим отношением. В конце концов, если подумать непредвзято, она очень милая молодая девушка. Если брать во внимание лишь внешность, то её можно было бы назвать даже симпатичной. Конечно, это не имеет никакого отношения к её профессиональным качествам, которые судя по тому, что он уже два раза смог избежать смерти, весьма высоки и стоило отдать должное её профессионализму и перестать вести себя, как мудак…

— Да, я вроде и не вёл, — пробурчал он себе под нос, открывая дверь в свои покои и почему-то испытывая иррациональный стыд за свою несдержанность.

«Ну, воняет от неё, что ж поделать», размышлял Терон, снимая с плеч свой сюртук и бросая его на кровать, «у всех свои недостатки», кивнул он сам себе.

На этой мысли он плюхнулся на кровать и уже решил было подремать, как за стеной послышался какой-то противный скрип и странный бубнёж, как будто кто-то разговаривал сам с собой.

— А ещё у неё раздвоение личности, похоже, — пробормотал он себе под нос.

Голос был высокий и он не мог разобрать слов, но интонации были такими будто кто-то говорит, а потом сам себе отвечает или задаёт вопрос.

— Не шуми! Ты всё испортишь! — вдруг донёсся до него четкий высокий женский голос.

— Ты и не шуми! Портишь обычно всё ты! — раздалось в ответ тем же голосом.

Терон уже не лежал. Он с интересом прислонился ухом к стене и внимательно слушал, сконцентрировав усилия звериной сути, чтобы точно всё расслышать.

— Нет, ты!

— Нет, ты!

— Она чокнутая, — ошарашенно прошептал мужчина и нахмурился, размышляя над тем, могла ли женщина с психическим заболеванием попасть на военную службу?

— Заткнись и тащи верёвку, привяжем её сюда!

— Зачем?

— А как её ещё раскачать⁈ Ну ты… не тупи! Поторапливайся давай, сегодня вечером уедем и так и не успеем.

— Думаешь уже сегодня?

— Думаю, да, письмо-то вчера отправила. Ладно, бери конец верёвки и лезь наверх, привяжи её к каркасу. Я буду раскачивать тебя, а потом ты меня… Аккуратнее, а то вздёрнешься, как я тебя сниму тогда, — захихикала «Эйрин» высоким и каким-то писклявым голосом.

Окончательно потеряв смысловую нить происходящего, Терон решительно направился в сторону общего с шейри Миттар балкона. Что с этой девушкой не так⁈ Определённо, это самая неординарная женщина, с которой он имел дело! Если она окажется ещё и чокнутой, то он, наверное, даже не удивится.

С этой мыслью Терон толкнул балконную дверь и на мгновение замер, пытаясь осознать увиденное.

Посреди гостиной стоял комод, на нем стул, на стуле стопка толстых книг, а на книгах маленький седой мальчик с верёвкой в руках, что-то накручивал на его люстру. Внизу за комодом стоял точно такой же седой мальчик с другим концом верёвки в руках. Оба ребёнка на мгновение испуганно замерли, увидев его, а потом тот, что на носочках стоял на стопке книг покачнулся и с визгом полетел вниз, когда стало понятно, что его рука запуталась в петле из верёвки и он повис на люстре.

— Держу, держу, держу, — забормотал второй, но вместо этого мелкими шажочками бежал вперёд и было очевидно, что ещё немного и верёвку он отпустит.

Терон устремился к нем, вырывая конец верёвки из рук ребёнка, но не рассчитал силу, и люстра качнулась в его сторону, а вместе с ней и подвешенный за руку пацан.

— Я лечу, лечу! — горланил он сверху. — Ой, рука, рука! — доносилось следом.

На этом самом моменте дверь потайного хода приоткрылась и в нем возникла запыхавшаяся и разрумянившаяся Эйрин, а Терон почему-то на какую-то долю секунды подумал, что она не просто симпатичная, а очень даже… красивая?

— Вы… что… — ошарашенно бормотала она, явно разрываясь между желанием схватить верёвку или ринуться наверх за ребёнком. — Да, чтоб вас, — наконец-то определилась она и решительно устремилась наверх, чтобы снять ребёнка.

Это был оживший кошмар, который мог привидеться разве что только в самом страшном сне.

Первое, что бросилось в глаза — это Лео, который за каким-то бесом привязал верёвку к люстре и в свободную петлю просунул свою крохотную ручку. Петля успешно затянулась, и теперь мелкий поганец повис в самодельной удавке.

Вторым был Терон Аскард, который зачем-то тянул верёвку, а вместе с ней и люстру на себя. Должно быть, с его места узел был не виден.

— Ой, ой, ой! — причитал Лео. — Рученька моя! Оторвете же!

И под занавес — Рой бестолково мечущийся между ног барса, что-то вопящий Лео из разряда указаний «как надо».

Необходимо было высвободить руку Лео, пока он её не растянул или не вывихнул. Остальное можно было решить уже после.

Потому я не нашла ничего умнее, как скинув туфли ринуться к нему наверх. В момент, когда я забралась на стул и уже собиралась скинуть пару книг, чтобы освободить себе место и подтащить брата, на комод налетел Рой! Моя нога соскользнула и книги полетели куда-то в барса. Получив прямой удар в голову книгой и попутно запутавшись ногами в Рое, Терон покачнулся, а вместе с ним пришла в движение и люстра с повисшим на ней Лео. Чтобы не стать следующей кто полетит в барса, пришлось подпрыгнуть и ухватиться за каркас и вот такой весёлой каруселью облететь по кругу покои будущей шейры Аскард.

Ну, что сказать? Наверное, мечты сбываются?

Да, только у дураков!

И именно эта дурная звериная часть пришла в дичайший восторг от происходящего, пока я пыталась вернуться обратно на стул и прекратить безобразие.

— Шейр Аскард, отпустите верёвку! — орала я. — Он и так привязан к люстре!

К чести барса, сообразил он это раньше, чем я закончила говорить и уже в следующий миг мои ноги оказались на плечах Терона и я могла спокойно подтащить к себе Лео и попытаться его развязать. Мелкие идиоты задействовали верёвку, что притащили из дома, а она была довольно тонкой и после такого проката затянулась намертво.

— Возьмите кинжал, — вдруг раздалось снизу и я опустила глаза, чтобы принять протянутый мне кинжал, который Терон обычно носил с собой.

Когда наши глаза встретились, я вдруг заметила, как вытягивается в тонкую линию зрачок его стальных глаз, кадык тяжело дрогнул и только в этот момент до меня наконец-то дошло, какой вид открылся Терону из его положения. Краска смущения ринулась к щекам, и я поспешила схватить протянутое оружие, моля всех богов не искушать меня грехом братоубийства! И ещё надо было срочно переходить на брючные костюмы с таки ритмом жизни! Надеюсь, шейра Ладо не поскупилась на заказ!

Хотелось зажмуриться от смущения и спрятать голову куда-нибудь под подушку, но вместо этого я отпиливала верёвку, чтобы снять с люстры братца, точно спелую грушу.

— Давайте его, — наконец-то отмер Элвин, протягивая руки так, что я могла осторожно передать ему Лео.

Стоило передать мелкого медведю, как я наконец-то ощутила обжигающе-горячие ладони Терона, что сомкнулись на моих щиколотках и краска смущения ещё сильнее растеклась по моему лицу.

Надеюсь, это будет принято за восторг от пережитого катания!

— Садитесь на мои плечи, — предложил Терон, — я помогу вам спуститься…

Только представив, что его шея окажется между моих ног моя темная сторона пришла в дичайший восторг. Эта скотская звериная натура начала подкидывать совершенно неуместные и развратные картинки, от которых становилось тяжело дышать, потому я чуть шире расставила ноги и просто соскользнула вниз по барсу, как по древесному стволу. Но вместо того, чтобы оказаться через долю секунды на полу, я оказалась на его талии, обвив её ногами, а мои бёдра удерживали крепкие руки Терона.

Казалось, в лёгких застрял огненный шар и мне стало трудно дышать.

— Осторожнее, — прошептал он и его горячее дыхание опалило мою щеку, а прикосновение рук вдруг стало ощущаться болезненно-жгучим, томным.

Тяжело сглотнув, я судорожно кивнула и всё же кое-как опустила ноги на пол. Странный миг нашей близости показался каким-то особенно сокровенным, словно весь мир вдруг отошел на задний план. Но стоило моим стопам ощутить теплый ворс ковра, как сразу стали слышны причитания Файки, вопли близнецов, тихий голос Элвина, что-то шептавший Терону.

Толика секунды, когда я так ярко ощутила контраст между прикосновениями барса и простой реальностью вдруг истекла и отчего-то стало зябко.

Несмело подняв взгляд на Терона, я кое-как нашла в себе силы заговорить:

— Я всё объясню.

— Ну разумеется, — опалил он меня в ответ холодной сталью своих глаз, а его губы сжались в тонкую линию.

Что ж, объяснения вышли долгими. Правда сперва Элвин распорядился подготовить экипаж и охрану для отправления в город. Как оказалось, Терон решил оправиться вместе с Элвином, мною, Файкой и близнецами. Барс приказал Ринару дожидаться полицию, которую придётся вызвать уже нам. Правда сначала нужно было наконец-то сдать близнецов.

Стоило нам уместиться в казавшийся свободным до этого момента экипаж, как чувство неловкости накатило вновь. Файка и Элвин державший на руках Лео, которому пришлось упаковать руку в своеобразную люльку, уместились напротив нас с Тероном и Роем, который уселся на моих коленях.

В первую очередь пришлось объяснить то, каким образом близнецам в принципе удалось проникнуть на территорию поместья барса.

— Ваша защита покрывает периметр, но исключительно стены, потому как магические руны, вплетённые в нее, действуют на предмет, на который они нанесены. В данном конкретном случае это сама стена ограждения и фундамент под ней.

— Мы не знали на самом деле, что так, — неловко попытался успокоить Рой Терона. — Просто там много деревьев и с вышек угол плохо просматривается, хорошо копать, а в звериной ипостаси очень быстро и совсем маленький лаз нужен.

— Короче они вырыли нору под фундаментом и пролезли.

Пока говорила я не очень хорошо понимала, как реагирует Аскард на мой рассказ. Его лицо казалось нечитаемым. Попробовав взглянуть на подружку или хотя бы Элвина, чтобы заручиться поддержкой, но увидела лишь две совершенно идиотские улыбки на красных лицах и судя потому, что рассматривали они друг дружку им вообще было «по барабану», кто там куда проник и кого чуть не убили. Один Лео то и дело тягостно стонал, взывая взрослых порядку и заставляя Файку отвлекаться от рассматривания Элвина и наглаживать братца, шепча ему всякие милые глупости.

— Хорошо, — покачал головой Терон. — Огрехи службы безопасности мне понятны, но объясните мне пожалуйста так, чтобы я понял, какого демона им в принципе понадобилось в моём поместье? — тихо и как-то вкрадчиво поинтересовался барс.

— Ну… — протянула я даже примерно не представляя, как объяснить изначальные причины⁈

Да, в конце концов, важно ли это⁈ Куда интереснее, что было потом! И я уже приготовилась сместить вектор обсуждаемой темы, как вместо меня рот раскрыл Рой.

— Мы приехали позаботиться о сестре, — с совершенно серьёзным видом выдал он.

— Да, совсем скоро её должны сдать замуж и появится свободная комната для одного из нас, мы не могли рисковать, чтоб её тут обчистили! — поддакнул Лео.

— Обесчестили! — сквозь зубы рыкнул Рой и тут же сощурился так, что от глаз остались одни щёлочки и те устремились на Терона. Второй болезный поганец тут же скопировал его выражение лица.

Хотелось закрыть глаза руками и мычать так громко, насколько хватит силы лёгких.

Ну, что за наказание⁈ Перед глазами всплыло воспоминание из детства, когда мама и папа сообщили мне, что у меня скоро будет братик или сестричка. Я так радовалась тогда! Думала, вот появится у меня крохотная куколка, с которой я буду нянчится, играть… Этакая толстенькая румяная малышка! И, что⁈ Где она мать её⁈ Где эта пухлая безвольная прелесть⁈ Что мне подсунули⁈ Два исчадья бездны! Это, демоны их разорви, афера века и я в ней жертва! Жертва!

Захотелось плакать. Так жалко мне себя давно не было!

— Ч-что? — как-то слишком тихо поинтересовался Аскард.

— Это недоразумение, — кое-как совладав с эмоциями, я заставила свои губы растянуться в нервно подрагивающей улыбке. — Недопонимание. Они все осознали и больше так не будут. А, если не осознали, то дед им всё разжуёт, — всё ещё улыбаясь посмотрела я на вмиг потупившихся засранцев. — А, вы знаете, это ведь они слышали разговор шейры Ладо и Орис, — всё же кое-как сместив вектор беседы рассказала я тот диалог, что подслушали братцы.

— А до этого эта тётя разговаривала со своим медальоном в кладовке, — выдал вдруг Лео то, что нам не было известно и уже спустя несколько минут братцы наперебой рассказывали содержание беседы.

Терон расстегнул верхние пуговицы своей рубашки и достал плоский блестящий медальон. Я уже знала, что данная вещь одна из последних разработок магов и позволить её себе могли далеко не все оборотни Давора. Обычные медальоны связи были настроены друг на друга. То есть общаться могли лишь двое обладателей парных медальонов. Но то, что держал в руках Терон могло связывать до двух десятков контактов. Собственно, это было одно из устройств, которое позволяло ему общаться со своими подчинёнными на расстоянии и работать, не выезжая лишний раз в город.

Пока мы тряслись в карете, Терон связался со Свеном и уточнил изъяли ли они кулон связи у шейры Ладо. Оказалось, что да и кулон начальник службы безопасности не деактивировал в надежде, что кто-то попробует по нему связаться и, возможно, маги, что служили при полиции смогут с ним поработать и что-то узнать.

Артефакт связи вызвал нешуточный ажиотаж у мелких и всё то время, что Терон говорил со своим безопасником, они смотрели на него не скрывая восторга.

«Главное, чтоб не стащили его под занавес», подумала я, решив, что надо присматривать за Аскардом, пока не вернём мелких в лоно семьи.

— Есть новости? — фраза ставшая привычной за последние два дня вызвала лишь новый приступ какой-то глухой загрудинной боли.

Нортон Миттар поднял взгляд, чтобы увидеть в глазах его любимой Фло такую же потаённую боль и море отчаянья, присыпанные сверху робкой надеждой на чудо. С каждым прожитым годом надежда во взглядах членов семьи Миттар, когда им сообщали, что кто-то из них пропал или пострадал выглядела битым стеклом, которое серебрилось на осколках веры. Последний раз они испытывали что-то подобное, когда им сообщили, что Эйрин серьёзно пострадала на задании. Тогда они молились всем богам, чтобы по приезду в военный госпиталь услышать, что она жива. Даже услышав, что их ребёнок ослеп они ни на миг не почувствовали горя, а лишь благодарили проведение, что их девочка жива.

«— Она не сможет больше видеть», — тихонько всхлипнула тогда Римель.

А Нортон просто посмотрел в глаза дочери так, как умел только он и сказал:

«— Ну и что? От этого она перестанет быть собой? Не смей так поступать с ней, Римель, наша девочка жива, а с остальным мы в состоянии справиться. Жалость ей ни к чему. Нас много и все мы плечо друг для друга или думаешь нашей Эйрин не на кого будет опереться в этой семье? Тогда сен нам цена!»

Вот и сейчас их дети пропали и сердце рвалось от боли и не было и минуты покоя. Вся семья прочесывала леса и город. В условленное время кто-то из них возвращался домой, чтобы обменяться новостями. Сейчас была очередь Флоранс и Нортона. Но ему не было нужды отвечать, его пара и так почувствовала, что ему не чем её порадовать.

— Поешь? — тихо спросила она, подходя ближе и аккуратно касаясь пальцев его руки.

И столько всего было в этом жесте: и невысказанные слова поддержки, и желание поделиться и ощутить тепло того, кто самый родной на свете, и способ сказать, что все обязательно будет хорошо. Это была рука, которая так крепко держала её, когда они решили сбежать и навсегда покинуть родные края, потому что Фло совершила преступление и другого выхода не оставалось. Эта рука вела её к алтарю, в день, когда он пообещал ей пройти эту жизнь до самого края вместе. Рука, которая первой благословляла их детей при рождении и держала её так крепко, когда эти же дети покидали их раз и навсегда. Всегда вместе, всегда зная, что простое прикосновение порой способно удержать на самом краю.

— Нет, — покачал головой Нортон. — В следующий раз будет Дерек через пять часов, — бросил он и нежно коснулся щеки Фло.

Когда-то эта самая щека принадлежала задорной пятнадцатилетней девчонке, в которую он влюбился с первого взгляда. И пусть она уже давно была совсем не такой юной, но он всё ещё видел её таковой и любил так же сильно.

— Тебе нужно поспать, — попросил он, видя какие тени залегли под глазами его Фло.

В этот миг оба оборотня настороженно замерли, так как снаружи послышался скрип ворот, которые открывались крайне редко, так как семья не держала своих лошадей.

— Кто это? — на другом конце коридора возникла Риет и её муж Альбер.

— Может быть, кто-то из полиции? — предположил мужчина, хотя это было невозможным, поскольку ключи от ворот были только у членов семьи.

Ждать никто не хотел и все четверо тут же устремились во двор, куда уже заехала черная и совершенно неприметная карета. А спустя долю секунды дверка распахнулась и в призрачном свете уличного фонаря на землю спрыгнула Эйрин и тут же устремилась к ним.

— Деда, — кое-как улыбнулась она Нортону и бросила взгляд на Флоранс, — ба, — немного протянула она. — О, дядя Альбер, тётя Риет, всем доброго вечера и давайте глубоко вдохнём выдохнем, — подняла она руки вверх и опустила вниз.

Стоило всем четверым сделать, как просили, так большего и не требовалось. Запах близняшек тут же ударил по обонянию, заставляя сердце Нортона в очередной раз болезненно сжаться.

— Всё хорошо, все живы здоровы, — тут же обозначила Эйрин то, что было самым болезненным для каждого из них и она это прекрасно понимала.

— Где они? — казалось одними губами, спросил Нортон, а Фло тут же сжала его руку то ли пытаясь найти поддержку, то ли придержать.

Как бы там ни было, но это сработало, и он глубоко задышал.

— Тут, — коротко обозначила девушка, махнув рукой на повозку, — но им страшно выходить и давайте я сперва вам всё объясню.

— Медоеды не испытывают страх, — коротко бросил Нортон.

— Но задницы у них болят как у всех! — раздалось до боли знакомое писклявое из нутра кареты.

Такой смеси блаженства и восторга Нортон не испытывал с того самого дня, как им сказали, что Эйрин жива. Облегчение от осознания, что с их детьми всё в порядке затопило мужчину с головой.

— Дома поговорим, пусть выходят…

— Нет! — взвизгнули двое в один голос. — Пусть пообещает за уши не драть и не пороть больше десяти раз каждого…

— Пяти, — судя по вводимым правкам то был Рой.

— Что? — шепнул кажется Лео.

— Пяти, какие десять, рехнулся что ли? — зло прошипел Рой.

— Пяти раз! — тут же выкрикнул Лео требования с поправками брата.

Краем глаза Нортон заметил, как на губах Фло рождается теплая улыбка и сам чуть улыбнулся. Их мальчики были дома! Но тут же взял себя в руки и строго сказал:

— Если кто-то продолжит торг, то я скажу тёте Риет записать вас на занятия танцами к её любезной подруге шейре Фароль, там как раз не хватает мальчиков в пару прекрасным юным шейри, — выдал дед то, чего от него никто не ожидал.

Поскольку о том, чтобы мелких отдать в школу танцев Риет упоминала единожды и получила яростный протест со стороны близнецов, а дед не настаивал, и тем удалось этого избежать. Теперь же над близнецами нависла кара пострашнее порки, и они вылетели из кареты, едва не столкнувшись друг с другом в проеме двери. И тут же замерли, понурив головы, когда спустя секунду к ним подошел дед и молчаливо замер напротив внуков.

— Ваша мать вторые сутки не спит и не ест, — тихо заговорил он. — Ваша бабушка почернела от горя за эти дни. Вся семья искала вас двое суток без отдыха, вы хоть понимаете, как мы переживали? — холодно спросил он. — Вы всё, что осталось у вашей матери, а так поступаете с ней. Не стыдно? Как думаете, ваш отец поблагодарил бы вас за такую заботу о ней? Чего молчите?

Пожалуй, никто в семье Миттар не умел отчитывать так, как дедушка Нортон. Боги ведают, как у него это получалось, но каждое слово, как удар ножа в самое сердце и близняшки всё больше и больше испытывали жгучий стыд перед всей семьёй за свой поступок, а на глазах сами собой вскипали слёзы.

В этот миг Нортон опустился на колени рядом с детьми и крепко прижал их к груди. Уж что-что, а пороть у него их рука бы не поднялась, а вот на танцы он их теперь точно запишет. Будут знать, как из дома сбегать. А, там может быть, наследственность его Флоранс проснётся и вместо военных в семье появятся балеруны? Злорадно подумал Нортон, решив припасти новости до завтра.

— Мы не хотели, — промямлил Рой.

— Боялись, что он её обесчестит, — в кои-то веки правильно выговорил слово Лео.

— Кто? — вдруг напрягся всем телом Нортон Миттар в отличии от внуков прекрасно зная значение этого слова.

— Он, — обличающе тыкнул Лео пальцем в глубину кареты из которой только начала появляться беловолосая голова Терона Аскарда, который на последней фразе мелкого чуть едва малодушно не ввалился обратно под пронзительно-жестким черным взглядом главы рода Миттар.

— Дед, они просто все неправильно поняли! — поспешила вмешаться Эйрин.

— Всё мы правильно поняли! — выдал Рой. — Дядя Альбер так сказал предельно четко, что раз Эйрин его секретарь, то её там обесчестят, потому как молоденькие девушки у глав родов секретарями не работают!

Позади послышался хлопок входной двери и упомянутого дядю Альбера, как ветром сдуло. Что-то подсказывало членам семьи Миттар, что сдуло его на приличный срок, особенно потому как пятилась следом тётя Риет.

Нортон прекрасно слышал, как улепётывают родственнички, но сейчас он меньше всего хотел разбираться с тем, кто и что сказал. Всё потом. Главное его дети вернулись! А ещё, теперь Альбера, которого он терпеть не мог, они долго не увидят! Всё закончилось даже лучше, чем могло бы быть.

— Давайте ужинать, — всё же улыбнулся мужчина, растрепав непослушные кудри мальчишек. — И надо сообщить семье, что нашлась пропажа.

Терон Аскард

— … и тут я вижу две подозрительно знакомые голые попы, — Эйрин засмеялась, а вместе с ней грянул гром смеха всей семьи и лишь близнецы сидели за столом красные, точно две свеклы на грядке.

Терон чувствовал себя до крайности странно сидя за одним столом с оборотнями рода Миттар. Признаться честно, зная о том, что говорят об оборотнях этой семьи, он испытывал определённого рода неуверенность переступая порог этого дома. Да, ещё некстати вспомнилась распухшая фиолетово-зелёная половина лица Элвина и взгляд сам собой нашел крохотную женщину с аккуратно забранными в пучок наполовину седыми и наполовину черными волосами. Сложно было даже представить, что эта миниатюрная пожилая обротница едва доходящая Терону до груди была способна вынести двухметрового медведя, которого, к слову сказать, вовсе ничего не смущало. Он шёл за найденной парой, как привязанный и Терон не удивился бы, если Элвин и вовсе не вполне понимал в какой дом они пришли.

Он и сам не заметил, как они оказались усаженными за огромный обеденный стол, который едва ли не был длинной во всю столовую. Спустя некоторое время стали собираться другие члены семьи Миттар и все как на подбор довольно невысокого роста. Правда мужчины, несмотря на это выглядели весьма крепкими.

— Роббин Миттар, я дядя нашей Эйрин, — поздоровался с ним мужчина крепкого телосложения и протянул ему руку для рукопожатия.

Рука была похожа на этакую лопату с пальцами, но стоило Терону легкомысленно сунуть свою ладонь мужчине, как её сжало так, что у него дыхание в груди спёрло. Терон догадывался, что эта демонстрация силы далеко не предел.

Роббин улыбнулся, отчего в уголках его карих глаз появились морщинки, и вполне доброжелательно сказал:

— Вы уж позаботьтесь о нашей девочке, — и Терон бы даже принял это за милую просьбу родственника, если бы в этот момент его кисть не сжимало так, словно он угодил под пресс.

— Разумеется, — кое-как растянув губы в улыбке, ответил он.

— Дорогой, ты пугаешь нашего мальчика, — подскочила к мужчине миловидная женщина, как и все одетая в специальный костюм для военных марш-бросков. Именно в таком виде семья рыскала по округе в поисках близнецов. Но при этом выглядящая довольно женственно даже в нем. — Я Элаиз, тётя Эйрин и жена этого грубияна, — улыбнулась она, протягивая руку Терону и едва он успел пожать предложенную ладонь и перевести дыхание, как она сжала её едва ли не сильнее собственного мужа. — Она наша любимая племянница, — промурлыкала Элаиз, тряхнув его так, что он едва не подумал, что у него сустав вылетит из плеча. — Надеемся на вас, — продолжая улыбаться так нежно будто не она едва не оставила его без руки.

Наверное, он так и не смог бы почувствовать себя комфортно в чужом доме, но через какое-то время вдруг понял, что смеётся вместе со всеми, участвует в беседе, отвечая на вполне безобидные вопросы и, пожалуй, впервые в жизни ощущает себя так, будто он часть большой и дружной семьи.

Надо сказать, это было чем-то совершенно новым для него. Сколько он себя помнил у него не было ничего подобного. Возможно, когда-то очень-очень давно, когда была жива его родная мать, но это можно было посчитать за фантазии ребёнка, а как было на самом деле, кто сейчас мог сказать? Он и не думал, что когда-нибудь испытает нечто подобное. Более того, он и не хотел прежде. Всё в его жизни было устаканено определёнными правилами, рамками и обязанностями. Благосостояние — то материальное, что он мог ощутить и понять. Оно строилось на успешном предпринимательстве и финансовой независимости, а в скором времени к этому должен был прибавиться и грамотно организованный брак. Всё правильно, как должно быть у успешного оборотня.

Тем страннее и невероятнее был на этом фоне этот ужин в кругу семьи Миттар. Тем сложнее было отвести взгляд от смеющейся Эйрин так забавно рассказывающей родным о приключениях близнецов. И тем удивительнее было осознать, что и он смеется вместе со всеми.

Странный вечер. Удивительно настоящая семья.

— Пользуясь случаем, — заговорила тётя Элаиз и посмотрела своими теплыми улыбающимися глазами на Терона. — Хочу отпросить нашу дорогую Эйрин на предстоящие выходные, потому что угадайте что? — восторженно обратилась она ко всем.

— Неужели получилось⁈ — всплеснула руками Римель, мама Эйрин и близнецов.

Кажется, она была воодушевлена также как и Элаиз.

— Да, да, да, — точно девчонка запищала тётя Эйрин. — Двойное свидание в Эймерии! — воскликнула она, называя название одного из самых дорогих ресторанов Фортекса. — Суббота девятнадцать ноль ноль!

— Ух ты! — поддержала её Римель и выжидательно уставилась на Терона.

— Мы же можем надеяться на ваше снисхождение в данном вопросе? Вы ведь отпустите нашу девочку? — взглянула ему в глаза Элаиз, осторожно беря нож и не глядя начиная работать над бифштексом в своей тарелке.

И, хотя не прозвучало ни единой нотки агрессии, Терон почему-то очень ярко представил, как если он вдруг решится отказать этот самый столовый нож точно так же «не глядя» окажется где-то в районе его глаз.

Эйрин Миттар

С того памятного момента, как Терон Аскард побывал в логове моей семьи минуло три дня. Три самых спокойных, откровенно скучных дня с момента нашего знакомства. Вернувшись в поместье каждый мой день проходил в кабинете Аскарда за однообразным перекладыванием бумажек, а вечер я пыталась провести в библиотеке в поисках каких-то хроник семьи, где могли бы быть упомянуты часы отца Терона. Пока мои вылазки успехов не принесли. Библиотека семьи Аскард была огромна и предназначена для кого-то типа Малкольма, а уж не как для оборотня, привыкшего к активным действиям, а не чтению огромных заумных томов о том, как жили оборотни благородного рода. Работать с таким огромным количеством информации было сложно и непривычно, особенно когда не знал, что и где искать.

Спустя два дня я получила целую стопку писем первым из которых было мамино, где она сообщала, что дедушка велел отдать близнецов на танцы в качестве профилактики побегов. Так же, родительница делилась своими чаяньями от предстоящего свидания на что я лишь закатила глаза и отбросила письмо, не собираясь на него отвечать, поскольку в ближайшие выходные всё равно буду дома. В отличии от мамы, я никакого трепета от предстоящей встречи не испытывала. Просто так было принято, особенно, когда твой вид оборотней такой малочисленный и прямо скажем на любителя. Мало кто захочет жену, которая если что не так может тебя подвесить на ближайшем суку. Потому, для таких как мы, было в порядке вещей не уповать на случай, а пытаться взять судьбу в свои руки.

Следом было письмо без указания обратного адресата. Сперва я даже испугалась, что это может быть нечто опасное, но пахло оно чересчур знакомо и жирные пятна на конверте только подтверждали данные об отправителе, а точнее отправителях.

Открыв конверт, нашла сперва небольшую вырезку и газеты, которая, судя по тому, что прилипла к листу бумаги из-за капли клубничного варенья в конверт попала случайно. Статья называлась: «Проворовавшийся министр образования просит политического убежища в Эвритании». В ней весьма доходчиво рассказывалось о том, как провинился министр опозорился и приводилось его прошение об убежище у Эвританского монарха. Какие-то строчки были подчеркнуты карандашом. Далее шло письмо, написанное корявым торопливым почерком:

«Привет, дорогая сестрица! Пишут тебе твои бедненькие и несчастненькие, невинно пострадавшие братья, Ройсан и Леонард Миттар».

Далее шёл текст, явно содранный из статьи:

'Сим прошением мы изъявляем желание получить

политическое

государства

воровстве

политический характер'.

Какой именно характер носили обвинения мелкие по всей видимости так и не придумали, потому оставили без уточнений то, что слямзили из статьи, а потом наскоро почеркали. Но зато добавили:

'В случае нашего дальнейшего пребывания на территории вражески настроенного

госу

Король Эддаль второй

казни через повешение

— Паршивцы, — сквозь смех, фыркнула я, отбрасывая письмо в ту же сторону, что и послание от мамы.

Далее следовало ещё более спутанное письмо от Файки, которое скатывалось от восторга знакомства с самим Элвином Малори и переходящее в панические настроения, что это сам Элвин Малори увидел в ней истинную пару и что ей теперь делать, потому как она недостаточно хороша… Последняя мысль была перечеркнута и все заканчивалось тем, что она ого-го-го как хороша, кто бы что ни говорил и влюблена так, как не смела и мечтать. Завершал весь сумбур абзац, где она извещала меня, что в субботу вечером будет у меня дома, так как надо много что обсудить в том числе и моё свидание.

— Ну, разумеется, — фыркнула я, радуясь тому, как она воодушевлена.

На самом деле найти истинную пару не среди оборотней было делом рискованным. Особенно, если это были маги из людей, поскольку люди были переменчивы и то, что сегодня они воспринимали, как любовь завтра могло превратиться в простой «пшик». Слава всем богам нас не замыкало на маложивущих расах. Хоть в чем-то природа была на нашей стороне. Эльфы жили на порядок дольше даже оборотней, но у них были очень интересные брачные обеты. Так как эльфы, как и большинство долгоживущих рас, влюблялись надолго, если не сказать, что на всю жизнь, то они могли разделить эту жизнь со своей парой. Так, что за такой союз, как Файка и Элвин я не переживала. Главное, чтобы подруга разделяла чувства медведя и если это произойдёт, то никаких неразрешимых преград между ними не встанет.

— Чему вы так радуетесь? — раздалось от соседнего стола, где погружённый в чтение какого-то договора сидел Терон.

Рядом с ним замер Малкольм, который после инцидента, где его выставили за дверь, а меня оставили, показательно дулся и старался лишний раз со мной не разговаривать.

— Письма от родных, — пожала я плечами.

— Предвкушаете предстоящее свидание? — спросил он, скользнув по мне пытливым взглядом.

— Да, тётя Элаиз долго его планировала, — кивнула я, не понимая, чего это он решил вообще коснуться этой темы.

На самом деле после того, как мы покинули дом моих родных эту тему ни он, ни я больше не затрагивали. Да и не до того было. Половину ночи и утра мы провели в полицейском участке, где капитан Рей Вольц встретил меня как давнюю знакомую. Мужчина записал все показания, принял улики и открыл дело. Хотя особых надежд на то, что что-то вскроется у нас не было.

Два последующих дня Терон работал из дома, и они были предельно скучными для меня во всяком случае. И, вот он вдруг затронул эту тему.

— Сегодня вечером я отправлюсь домой, как мы и договаривались. У вас же нет планов на эти выходные?

— Не переживайте, — бросил он каким-то странным немного надменным тоном, — со своими планами я справлюсь сам. А, пока отнесите эти документы в архив, — указал он мне на стопку бумаг на своём столе.

Терон Аскард

Стоило двери за спиной Эйрин закрыться, как Терон нервно поправил шейный платок и откинулся на спинку кресла.

На самом деле он испытывал целую бурю эмоций смотря на довольную улыбку своего телохранителя, которая то и дело возникала на её лице, пока она читала письма из дома. Всё было предельно ясно — она радуется предстоящему свиданию!

«То же мне», мысленно фыркал Аскард, «ребячество какое-то. Нашла чему радоваться⁈»

Терон бросил ещё один пытливый взгляд на отложенные на столе письма.

«И чего она так улыбалась?».

Он и сам не понимал, какого демона его так бесит то, что Эйрин так воодушевлена перед предстоящим. Но кое-что он сотворил и сам толком не мог себе ответить на вопрос «зачем?». Разве что короткое и немного злобное «надо». Нет, конечно, если бы его так не воротило от её запаха, он мог бы предположить причину. Но это же смешно⁈ Только не в его случае! Поскольку просто быть такого не может и всё!

Фыркнув в голос, он закатил глаза от собственный мыслей и обратился к Малкольму:

— Ты сделал, что я просил? — глянул он прямо в глаза секретаря, отчего тот привычно оробел.

— Конечно, — кивнул он. — Лучший столик в Обители королей на двоих, суббота, семь вечера. Всё, как вы просили. Шейри Содер подтвердила время и место.

— Отлично, — бросил Терон, сам не понимая мотивов своих поступков, но почему-то испытывая какую-то смесь из злорадства и злости, думая о том, как вытянется лицо Эйрин стоит ей увидеть его в этот вечер ведь Обитель королей располагалась аккурат напротив Эймерии. Он не просто организовал свидание, но заставил Малкольма узнать, какой именно стол забронирован для медоедов и велел заказать место для себя так, чтобы со стороны стола Эйрин он идеально просматривался.

— Но могу я спросить? — заговорил секретарь.

— М? — посмотрел Терон на Малкольма так, будто только сейчас заметил, что он тут.

— Зачем вы это делаете? — изогнул светлую бровь он.

— Ты не можешь спросить, — коротко отбрил его Терон, потому что и сам не знал ответа на этот вопрос.

Эйрин Миттар

Приезд в пятницу вечером в родной дом был насыщенно драматическим. Сперва мама и тётя Элаиз сокрушались, что у нас слишком мало времени, чтобы подготовиться. Хотя лично я в упор не могла понять, что именно я должна готовить⁈ По такому случаю, как «свидание вслепую» было наконец-то вытащено из чехла платье, которое мне подарили на совершеннолетие. Темно-синие, с серебряным шитьем по лифу, на тонких лямках и с пышной юбкой. Ну, ещё я конечно же приняла все необходимые процедуры начиная от ванны и заканчивая маской для волос. Ну и… всё. Что ещё надо-то?

— А, как же примерить другие платья? — робко заикнулась тётя Элаиз, а я пошире распахнула дверцы шкафа.

— Которое вам больше нравится? — спросила я, указывая рукой на полное отсутствие вечерних нарядов. — Которое невидимое или то, что прозрачное?

— Ой, ну как же так, — прискорбно всхлипнула тётя. — Может моё возьмёшь? — поинтересовалась она.

— А это чем плохо? — возмутилась я. — Оно совершенно новое!

— А померить разное? Повыбирать? — поинтересовалась мама на что обе родственницы получили от меня достаточно красноречивый многозначительно-тяжелый взгляд. — Ты вся в отца! — заключила мама. — Тому тоже, что налезло, то и ладно.

— На минуточку, это вы мне его подарили так-то! — всплеснула я руками. — Я его из чехла ещё ни разу не доставала даже! — возмутилась я, сделанным выводам.

— Это не говорит в твою пользу, дорогая, раз такое замечательное платье три года нетронутым провисело, — выдала тётя и как-то сочувственно посмотрела на матушку, которая печально вздыхала.

Кое-как выпроводив этих двух любительниц «померить и повыбирать» настало время приёма следующей делегации. На этот раз пришла начинающая дипмиссия в посках убежища.

— Ты получила наше письмо? — с порога выдал Рой.

— Что сказал шейр Аскард? Он рад? — поинтересовался Лео.

— Сказал, что у него с дедом договор о выдаче преступников и переправки их на родину, — покачала я головой. — Он будет вынужден вас сдать, если вы пересечёте его границу.

Разумеется, никакое письмо Аскарду я не показывала. Я надеялась там поработать подольше всё же.

— Вот зараза, — прошипел Рой.

— В этом мире всё решают деньги, — вздохнул Лео.

— В вашем мире всё решает дедов ремень, если попробуете опять сбежать, то вас уже ничто не спасёт. В конце концов, почему бы не попробовать походить на танцы?

Такое моё опрометчивое предложение было встречено взглядом полным протеста.

— Между прочим, только представьте, как бедным девочкам тяжело найти настоящих партнёров⁈ Им в пору хоть доплачивать, чтобы с настоящим мальчиком потренироваться! Сложно вам что ли походить чуть-чуть, помочь им? — поиграла я бровями, даже не представляя на тот момент, какую вспышку сверхновой подкинула в сознание близняшек и с каким энтузиазмом они после моих слов взялись за посещение школы танцев.

Так или иначе, но ушли они в глубокой задумчивости и со странным лихорадочным блеском в глазах. Что-то мне подсказывало, что это неспроста и что-то я всё же не то им присоветовала? Но главное ведь успокоились, не?

Уже в обед я была полностью готова. Волосы забрала в высокую причёску, отчего моя миниатюрная фигура стала казаться какой-то нереально кукольной. Я была бы похожа на изящную статуэтку, если бы не очки…

Эх, с ними на носу мне казалось, что я смотрюсь нелепо в таком потрясающем вечернем наряде. Кое-как стянув их с носа, я так и не смогла увидеть своего отражения в зеркале. Лишь странное телесно-синее пятно. Грустно усмехнувшись, я вновь водрузила очки на переносицу и улыбнулась самой себе.

— Это ничего, зато я вижу! — постаравшись придать себе побольше уверенности, гордо кивнула собственному отражению, подхватила крошечную серебристую сумочку, одолженную у Файки, в которую положила на всякий случай часы и вышла из комнаты.

Честно говоря, я боялась теперь оставаться без них. Пока толком было непонятно, что у них за свойства, но что если они не сработают, если я окажусь без них?

Внизу уже собрались самые заинтересованные лица. Тетя Элаиз выискивала невидимые пылинки на костюме Дерека, а мама пыталась поправлять волосы брата. Хотя, судя по тому, что они даже не шевелились под её прикосновениями, то уложили они их на совесть. Поди бабуля какой-нибудь клейстер по семейному рецепту сварила.

Стоило нашим мамочкам увидеть меня, как ракурс сместился и Дерек облегченно выдохнул. Слава всем богам, что как следует разойтись со мной они не успели, поскольку прибыл экипаж за нами двумя.

Дорога до центра Фортекса заняла около часа и уже совсем скоро Дерек подавал мне руку, помогая выбраться.

— Волнуешься? — поиграл он бровями.

— Пф, с чего бы? — фыркнула я.

— Ну вдруг ты как глянешь на бравого капитана и всё внутри у тебя как затрепещет, завибрирует, дыхнёшь славную вонь из-под его подмышек и как зашибёт тебя истинностью! — заржал кузен.

— Смотри, как бы тебя не зашибло! — покачала я головой. — Тейты из северной ветки медоедов, говорят они мелкие точно гномы из сказок, и толстые чтобы зимой не мёрзнуть! — гадко захихикала я в ответ. — Как прилетит в тебя этот шар на ножках и забудешь, как есть и спать! — продолжала подтрунивать я над Дереком, пока мы вместе поднимались по лестнице ведущей в один из самых дорогих ресторанов города. — Надеюсь, ты достаточно денежек с собой взял, а то может ведь и не хватить?

— Ничего подобного, — фыркнул брат. — Я бы не пошёл на это свидание, если бы все было так, как ты говоришь! Я разузнал о Сесил Тейт и она пусть и невысокая, но и на толстую гномку совсем не похожа. Но можешь не спешить расстраиваться и завидовать, о твоем капитане я тоже поузнавал. Говорят, он лучший в своём подразделении.

— Ну, так это само собой, с другими и не встречаемся, — нарочито высокомерно пожала я плечами, едва сдерживая смех.

Пусть высоких ожиданий от этого вечера встретить судьбу всей своей жизни у меня и не было, но я надеялась завести приятное знакомство и просто почувствовать себя девушкой за которой ухаживают.

Договорные свидания для отпрысков особенно редких видов оборотней было чем-то из разряда нормы. Обычно его полностью организовывали родители, выбирая место, где состоится встреча, утверждая кандидатуры потенциальных женихов и невест. Более состоятельные и знатные семьи предварительно могли обменяться портретами с частичкой запаха. В нашем случае ничего подобного не было. Одно хорошо, что каждый на этой встрече платил сам за себя. Но в случае, если мужчина имел далекоидущие планы на понравившуюся девушку, то все расходы он мог взять на себя, таким образом делая намек, что намерен ухаживать.

Ресторан Эймерия был на одной из центральных и старейших улиц Фортекса и бок о бок соседствовал с не менее престижным и не побоюсь этого слова легендарным заведением под названием Обитель королей.

Оба ресторана считались элитарными и довольно дорогими. И это чувствовалось во всем начиная от искусной лепнины, украшающей потолок и заканчивая установленными обогревательными артефактами на открытой террасе, где несмотря на время года было достаточно тепло и комфортно. Именно на ней и находился наш столик так, что сидя у широких перил террасы я видела такую же открытую террасу Обители королей, что находилась через дорогу. Должно быть, владельцы давно договорились о том, чтобы не мешать друг другу и в обоих ресторанах играла одинаковая музыка, не раздражая чувствительный слух оборотней.

Пока я рассматривала столы, укрытые белоснежными скатертями, изящно и дорого одетых посетителей и наслаждалась ароматами изысканных блюд, нас подвели к нужному столику и перед взглядом возник мой потенциальный супруг и возможная невеста Дерека.

Двое молодых оборотней были уже на месте и премило болтали. И, если я, где-то в глубине своего девичьего сердца надеялась на то, что эта встреча отзовётся у меня в груди каким-то трепетом, волнением или хотя бы каплей интереса, то ничего подобного не произошло. Капитан Энтон Драгморт, а именно так звали мужчину, с которым я должна была познакомиться, на вид был среднестатистическим оборотнем медоедом. Невысок, крепкого телосложения, с двойным окрасом волос. Сесил Тейт, что сидела рядом с ним, была довольно милой хохотушкой и это читалось по задорным искоркам в её глазах и тому, как весело она смеялась над какой-то шуткой Энтона, когда мы подошли.

Мы обменялись приветствиями и заняли места напротив них. Я оказалась сидящей у самого края террасы.

— Я позволил себе сделать заказ, — заговорил мой «недо» жених и почему-то бросил испытующий взгляд сперва на меня, а потом на Сесил. — Это самое дорогое блюдо в Эймерии, — с какой-то торжественностью выдал он под восхищенный взгляд «типо» невесты моего брата.

Что ж я восторга не разделяла не только из-за цены, но и потому что меня, собственно, не спросили, а уже сделали. Так-то в военных походах в еде я была неприхотлива, но сейчас-то можно было бы и спросить?

— Неужели это эрвита по-тиольски⁈ — воскликнула Сесил и захлопала в ладоши.

Это смотрелось до крайности инфантильно в исполнении уже взрослой девушки.

«Очередная идиотка» в комплект к дяди Альберу нам не нужна, поняла я, обменявшись многозначительным взглядом с Дереком. Кажется, мой брат сделал схожие выводы.

Эрвита речная и невероятно костлявая рыба, для приготовления которой «по-тиольски» запекают в специальной глиняной посуде в соусе несколько часов до полного растворения костей. Надо сказать, ничто из вышеперечисленного не казалось мне аппетитным. Но посмотрим, может и ничего? Энтон заказал всё-таки?

Когда я потянула руку к меню, чтобы заказать что-то попить, меня остановила Сесил:

— Энтон уже заказал вино для всех.

— Кровь Райфайля, — не скрывая самодовольства, выдал медоед.

— Должно быть, самое дорогое? — поинтересовалась я, понимая, что в почти невероятном случае нашего возможного союза я организую ему «самое дорогое» лечение в жизни.

Это был настолько не мой оборотень насколько в принципе могло бы быть. И я не испытывала и толики сомнений по данному поводу.

— Конечно, — кивнул мужчина так, словно одним этим неимоверно облагодетельствовал меня. — Что ж, раз все собрались, то позвольте мне, — и каким-то движением фокусника он достал из-под стола два стеклянных шара наполовину заполненных жидкостью и внутри плавал какой-то цветок…

«В формалине, что ли?» подумалось мне, и невольно возникло ощущение, что это какой-то редкий труп цветка.

— Это вам, дорогие шейри, — протянул он нам шары.

— Ох, какая роскошь⁈ — восхитилась Сесил. — Как это, должно быть…

— Дайте угадаю, дорого? — поинтересовался уже Дерек и на дне его глаз засверкали весёлые искорки.

— Конечно! — воскликнула Сесил, и посмотрела на брата с каким-то невысказанным упрёком.

— Ну, слава богу, — усмехнулся он. — Хочешь воды? — спросил брат уже меня. — Или может чего покрепче?

— Так сразу и не скажешь? — пробормотала я, предвкушая самое дорогое, нелепое и ко всему прочему первое свидание в своей жизни, когда обоняния коснулся до боли знакомый запах.

Вскинув голову безошибочно определяя направление, я на миг забыла, как дышать, поскольку аккурат напротив в ресторане через дорогу, отворилась дверь на открытую террасу и там появилась невероятно красивая пара из альфы снежных барсов Терона Аскарда и его нареченной Амалии Содер. Терон в безупречно сидящем на нём черном костюме и Амалия, такая красивая в изящном платье нежно-лавандового цвета, с открытыми хрупкими плечами и декольте, в котором аппетитно была приподнята её грудь. Её золотистые локоны падали на плечи, а в янтарных глазах играли искорки нескрываемого удовольствия от происходящего. Официант подвел эту пару так, что они оказались аккурат напротив нас. Терон галантно отодвинул стул для своей невесты, а та зарделась, потупив взор, как и положено скромной красавице, принимающей ухаживания.

Аппетит резко пропал, как и всякое настроение оставаться здесь. Почему-то в груди сжался болезненный ком, и я с трудом заставила себя пропихнуть в легкие ставший таким горячим воздух. А самое ужасное было в том, что я вдруг отчетливо поняла, что мне не всё равно!

Я пришла на свидание и мой так сказать ухажёр явно играет на два фронта сыпя золотую пыль в глаза, а мне совершенно плевать на это! Моё первое свидание оказалось какой-то жалкой пародией на то, как это описывают в романах, но мне было откровенно безразлично и это! Но мне определённо есть дело до того, что мой работодатель пришел в ресторан со своей законной невестой и так галантно ухаживает за ней! И это злит меня! И мне больно дышать от этого! И, кажется, я совершенно попала…

— Ваше вино, — в этот момент появился молоденький официант и начал разливать темно-бордовую жидкость по бокалам, а я всё ещё отчаянно пыталась вдохнуть полной грудью и заставить себя отвести взгляд.

— О, это же твой работодатель, — шепнул на ухо Дерек, я невольно вздрогнула и обернулась к нему.

— Где? — невпопад поинтересовалась я.

— Очки заряд потеряли, что ли? — изогнул бровь брат.

— А? — ещё более растерянно переспросила я, оглушённая собственными чувствами.

Одно дело понимать, что Терон очень красив внешне. Залипать на развороте его плеч или на крупных руках, капризном абрисе губ… Демоны! И совсем другое осознать, что всё не так-то и безобидно⁈ Вот так!

— Выпьем, — кивнула я и никого не дожидаясь опрокинула бокал этого дорогого вина, как стакан компота.

— Оу, — хмыкнул брат, — кажется я готов тебя поддержать, — хохотнул он, бросив насмешливый взгляд на замерших с выпученными глазами наших уже совершенно точно не состоявшихся жениха и невесту.

Время от времени я выпадала из реальности то и дело посматривая на стол через дорогу, на милое воркование парочки и мне казалось, что случись сейчас землетрясение и я вряд ли замечу, так сильно я была под впечатлением от собственных чувств. Так что, когда принесли заказанную рыбу, я не глядя подцепила кусок и просто положила его в рот.

В этот момент послышался знакомый рассекающий воздух свист. Любой из сидевших за моим столом понимал, что именно так звучит выпущенный арбалетный болт, а уже в следующий миг в ресторане напротив послышался женский визг, звук разбитой в дребезги посуды и я лишь краем глаза успела заметить, как заваливается на бок фигура Терона.

Рефлекторно сглотнув, ощутила острую боль в горле и тут же начала кашлять и задыхаться. Наблюдая, как на другой стороне умирает барс я умирала сама, потому что самое дорогое блюдо в ресторане оказалось недостаточно хорошо приготовлено и особенно крупная кость вошла в стенки гортани. Дерек решил, что я подавилась и пытался извлечь из меня кусочек, сжав под грудиной. Но кость вошла лишь глубже и из горла пошла кровь. Перед глазами стремительно темнело. Вдохнуть так и не получалось.

Всё закончится с последним ударом сердца Терона, я понимала это. Я умирала в пятый раз, но к ужасу, что захлёстывал сердце всякий раз невозможно было привыкнуть и всё, на что оставалось уповать, что часы справятся и в этот раз…

Гидеон Роданский-Аскард вывалился из роскошного экипажа, что остановился у самого входа в шикарный и некогда фамильный особняк рода Аскард в центре Фортекса. Сам Терон последний раз тут был ещё до отъезда в закрытую школу, а вернувшись просто признал, что это территория его мачехи и названных брата и сестры.

«Брата», пьяно сощурившись, захохотал Гидеон.

— Какая нелепость⁈ — рыкнул он, выпрямляясь и попытался сунуть ключ в замочную скважину.

Достаточно быстро поняв, что ничего у него не выйдет в предрассветных сумерках, громко икнул и ничуть не беспокоясь, что своим поведением перебудит весь дом, нажал на звонок входной двери. Раздался оглушающий звон, а уже спустя какое-то время дверь отворилась и на пороге возник Горан. Гидеон окинул раба своей матери пренебрежительным взглядом.

С виду высокий, статный оборотень, косая сажень в плечах, насыщенно-синие глаза и светлые волосы. Он был весьма видной наружности, но…

Как он может так жить? Первая жертва зелья, которое мать сперва испробовала на своем слуге, а уже потом на муже, вот уже двадцать лет пускал слюни при виде своей госпожи и готов был стелиться ковриком у её ног. Интересно, от его личности хоть что-то осталось?

— Не спишь? — хмыкнул Гидеон. — О мамаше моей мечтаешь? — похабно захохотал он. — Так давно бы попросил, глядишь чего и перепало бы? — ткнув языком за щеку, поиграл бровями мужчина, грубо отпихнув слугу с дороги и буквально ввалившись в дом.

Страшно шатаясь, он прямо в прихожей начал скидывать с себя сперва ботинки, потом сюртук, хотел дернуть за шейный платок, но вместо этого ухватился за рубашку и по паркету застрекотали крошечные пуговицы.

— Да, твою мать! — рыкнул мужчина, направляясь к лестнице, ведущей на второй этаж туда, где находились хозяйские спальни.

— Ты, что творишь⁈ Это когда-нибудь закончится⁈ — раздался визгливый голос матери, когда Гидеон ухмыльнулся и поднял взгляд.

На самом верху лестницы стояла его такая прекрасная, совершенная мать. Как всегда великолепна, будто и не спала вовсе, а как минимум час прихорашивалась перед зеркалом к его приходу.

— Хороший артефакт, — усмехнулся мужчина, — выглядишь…свежо, — в голосе его слышалась откровенная издёвка и он знал, что это не оставит Анаис равнодушной.

Она обязательно вспылит. Всё лучше, чем её рафинированная вежливость на публике и тотальное безразличие дома. Почему-то спьяну все эти детские обиды всплывали особенно остро и ему ужасно хотелось задеть мать и вывести на эмоции.

— Боги, и это будущий глава рода⁈ Позорище, — выплюнула она.

— Позорище или нет, — шатаясь продолжал подниматься по лестнице Гидеон, пока не остановился на две ступеньки ниже матери, — но сегодня я был в Ричмори, мама…

— И сколько денег ты просадил в карты? — холодно поинтересовалась женщина.

— Ну, допустим, не так много, как мог бы, но разве за информацию не нужно платить? — изогнул бровь мужчина. — Эл Содер играл со мной за одним столом, ты ведь помнишь, кто это? Да, да, отец крошки Лии, которую вы пообещали Терону, а могли бы отдать мне, между прочим! — наигранно обиделся пума. — Но да не суть, ведь совсем скоро всё можно будет переиграть? Как думаешь? Ведь Эл был так рад, что сегодня в семь вечера его чудесная дочурка будет ужинать с Тероном Аскардом в Обители королей, — почти прошептал Гидеон так, чтобы последние его слова могла слышать лишь Анаис. — И, ещё слышал я тут один слушок… Поговаривают Ринар Артар заказал две дорогущие игрушки для себя и своего босса…

— Какие игрушки? — в тон сыну, прошептала женщина.

— Игрушки, способные создавать защитное поле вокруг своего хозяина так, что ни простой нож, ни стрела не возьмут…

— А непростые? — изогнула бровь женщина.

Гидеон пожал плечами и пьяно сощурился.

— Мне нравится ход твоих мыслей, мама.

Терон Аскард

Открыв глаза Терон с удовольствием, потянулся и даже улыбнулся. Жадно вдохнул и почему-то нахмурился. Ужасный запах Эйрин Миттар, что заполнил собой весь его дом, постоянно стоял в его носу и глотке, стал едва ощутимым. Ну не счастье ли? Но его зверь вопреки всему вдруг ощетинился и забеспокоился.

«Так быть не должно! Где она?» сигнализировала ему его вторая натура.

Было такое ощущение, что его барс обеспокоенно-нервно забил хвостом, понимая, что рядом этой женщины нет.

— Всё же, есть что-то бестолковое в нашей животной природе, — пробормотал Терон, поднимаясь с кровати и отправляясь в душ.

Войдя в ванную комнату, он опустил взгляд себе на грудь, чтобы расстегнуть сорочку, как вдруг в ужасе замер. На ней расплывалось кровавое пятно, а грудину вдруг сковала страшная боль, так что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Странное видение длилось не дольше секунды, и казалось, стоило всего лишь моргнуть, как оно тут же исчезло, но и этого барсу хватило, чтобы стащить с себя сорочку и как следует осмотреть совершенно гладкую кожу. Никаких повреждений и в помине не было.

— Что за?!. — прошипел барс, пытаясь осознать увиденное и понять, что с ним происходит.

В голове роилось куча мыслей начиная от того, что он просто свихнулся от недосыпания, стресса, каких-нибудь магических волн в атмосфере или его чем-то отравили? Чем-то, что могло повлиять на его сознание? Но вряд ли какие-то такие средства действовали бы так точечно и разово? Неужели он свихнулся?

Нет, не может быть такого! Где-то он слышал, что сумасшедшие не в курсе того, что они безумны и у них даже мысли обычно такой не возникает. Тогда, что?

Тяжело сглотнув, Терон кое-как стянул с себя оставшуюся одежду и вопреки своей ненависти к холодной воде встал под ледяные струи пытаясь вернуть себе самообладание.

«Демонова Эйрин Миттар, с её появлением вся жизнь пошла по какой-то непредсказуемой колее!»

Раздосадованно подумал барс, почему-то решив, что выходные он ей давать больше не будет! Как эти вещи были взаимосвязаны он не знал, но определённо ни к чему ей много свободного времени. У неё всё же есть задача поважнее — он! Вот пусть им и занимается! А то, подумать только, «свидание вслепую»⁈ Что это вообще за ерунда⁈

Эйрин Миттар

Я вынырнула из сна резко сев на постели и с какой-то отчаянной силой втягивая в судорожно сжавшиеся легкие воздух. Вдох за вдохом пыталась привести мысли в порядок и успокоить бешено стучащее сердце. Было такое ощущение что где-то за грудиной опрокинули бутыль кислоты, что пожирает нутро рождая такую боль, от которой невозможно отмахнуться и просто начать дышать. Впервые я умирала беспомощным наблюдателем, видя, как погибает тот, кто…нравился мне?

Признаться в чем-то большем даже самой себе почему-то пока не могла…

Да, говорят, что медоеды не испытывают страха. Честно говоря, я и сама так думала до этого момента! И я не знала, что из произошедшего больше всего выбило меня из привычного равновесия: осознание собственных чувств, невозможность сделать вдох или вид того, как Терон умирает, а я не могу ничего с этим поделать, потому как мне самой остался лишь последний вдох в этой жизни!

Подняв почему-то дрожащие ладони, я прижала их к глазам с удивлением поняла, что мои щёки влажные, а из горла вдруг раздаётся какой-то жалкий всхлип.

Я плакала.

Впервые со дня смерти отца. Даже, когда потеряла зрение я не чувствовала такого душевного раздрая!

Сколько прошло времени сказать было сложно, но за окном начал разгораться осенний рассвет, раскрашивая комнату в зловеще-алые тона. Понимание произошедшего словно выбило у меня почву из-под ног. На какой-то краткий миг я вдруг почувствовала, что всё бесполезно! Я никогда не вырвусь из этой петли времени, где Терон будет погибать, а я наблюдать, отчаянно трепыхаясь словно бабочка в паутине и направляясь на тот свет следом за ним. Такая обречённость вдруг упала на плечи.

— Ну уж нет! — хлюпнув носом вдруг с силой сжала я кулаки, чувствуя, как на смену несвойственной мне апатии и обречённости приходит решимость и вера в собственные силы. — Это всё не может быть просто так!

Даже, когда сил нет Миттар всегда верят в себя и просто знают, что способны на всё! Так меня воспитывали!

Вдруг вспомнился один разговор, который случился у меня с дедом, когда мне было лет пять. Пожалуй, только сейчас я в полной мере поняла, о чем он тогда говорил:

'— Деда, почему тебя все боятся? Ты самый сильный? — со свойственной ребёнку непосредственностью, спросила девочка, беря за руку оборотня в строгом темно-сером сюртуке, что неспешно шел с внучкой по аллее парка.

Мужчина усмехнулся и отрицательно покачал головой, в то время как в его глазах рождались озорные смешинки.

— Вовсе нет.

— Тогда почему? Я слышала, как продавщица говорила, что ты самый сильный оборотень в Фортексе! — восторженно выдохнула малышка.

Нортон Миттар вновь усмехнулся, потом повернулся к внучке лицом и склонился так, что их лица стали на одном уровне:

— Хочешь, самый главный секрет нашего рода? Тот самый, где рождается сила Миттар? — загадочно прошептал мужчина, а юная Эйрин энергично закивала головой. — Я силён ровно настолько, насколько верю в себя. Только я знаю свои пределы и когда мне говорят, что я недостаточно силён, я просто отвечаю, что пределов нет, — подмигнул он и легонько стукнул кончиками пальцев по крошечному носику внучки.

Девчушка на минуту нахмурилась и немного разочарованно вздохнула. Дедуля шутил над ней, решила она тогда'.

— Пределов — нет, — прошептала я — да, — с силой сжав кулаки, вылезла из кровати и решительно пошлёпала в душ. — Я точно знаю! — повторила я самой себе, как ту самую единственную установку, которую была согласна признавать. — Хрена-с два я буду жрать эту рыбу ещё раз! — ещё более запальчиво выкрикнула я неизвестно кому.

Далее шли более матерные и решительные речёвки сулящие страшные расправы всем, кто встанет у меня на пути.

На этот раз никаких многоходовок с праздничным обмундированием не было. Сначала хотела надеть просто костюм для марш-броска. Но подумав, что две решительно настроенные дамочки в лице маман и тетушки в четыре руки ловко вытряхнут меня из него и невзирая на любые протесты обрядят в то, что им нужно остановила выбор на многострадальном парадном мундире.

— Сколько жизней ты прошел вместе со мной, друг, — немного сентиментально прошептала я, огладив ткань, а потом решительно приляпала недавно полученную медаль. — Нужно же и украсить маленько, а то мама с тётей точно не поймут в чем прелесть такого обряжения.

На свидание я собиралась исключительно для своих родственников. То, что мне там делать нечего было ясно и без финального аккорда в виде очередного отбытия на тот свет Аскарда. Но и скакать за наёмниками в вечернем платье и на каблуках было бы глупо. А так, я солидный офицер хоть и в отставке в относительно удобных сапогах.

Сперва я думала удрать из дома пораньше, чтобы попытаться определить, где именно будут обустраиваться наёмники, но быстро поняла, что идея так себе в первую очередь потому, что мои не в меру энергичные родственники сновали по дому, как какие-то гиены в ожидании пира, когда нас с Дереком швырнут на прокорм львам, а они потом нас доедят. Дома царил совершенно нездоровый ажиотаж. Подозреваю, что из-за меня, так как я впервые шла на свидание и такое ощущение, что всё семейство переживало как оно пройдёт и таскалось из стороны в сторону. Если кто-то думает, что ускользнуть незамеченной из дома полного взбудораженных медоедов так уж просто, то спешу разочаровать — это нереально.

— И не надо, — засовывая в карман часы, удавку, пристраивая за голенищем сапог кинжалы, пробормотала я, решив ещё очки протереть на всякий случай. — Пойдём тихо-спокойно, времени хватит, — решила я.

Объяснить маме и тёте свой выбор наряда оказалось сложнее, чем прорваться на строго охраняемую вражескую территорию. Если тётя Элаиз натащила своих платьев и по очереди трясла ими в воздухе уговаривая хотя бы примерить, то мама, узнав о моём решении сначала уговаривала, потом орала, а после подкрутила влажность в глазах и пустила скупую медоедскую слезу.

— Я никогда не выдам её замуж, Элаиз, — судорожно переводя дыхание выдала она, усевшись на мою постель почти до потолка закиданную платьями тёти. — Она в точности, как её отец, — всплеснула руками мама. — Если бы не я, то мне кажется он вообще бы не понял откуда дети берутся… — страдальчески выдохнула она, откинувшись на кучу барахла и рискуя быть погребённой под ней.

— Эй, — смущённо захихикав, толкнула в плечо маму Элаиз. — Не преувеличивай. Потом, обычно мужчины в курсе таких вещей, так что шансы Эйрин довольно неплохи, — продолжая хихикать, раскраснелась она.

Все мы военные и такими вещами ни одного из нас не смутить, но тётка продолжала краснеть и смущаться, хотя сама уже троих сыновей родила. Вот и сейчас порозовела, точно какую-то похабщину выдала на приёме у мэра города.

— Господи, — подняла очи к потолку мама, обращаясь к невидимому покровителю, — я клянусь тебе, что стану лучшей тёщей на свете, буду холить и лелеять своего крошку, только пошли его моей непутёвой дочери! Может, завалялся у тебя хоть кто-то более-менее ничего?

— Стесняюсь спросить, «крошка» — это мой будущий муж? — не выдержав, хохотнула я за что тут же получила по голове ближайшим платьем.

Но стоило маме его выдернуть, как куча барахла засыпала её сверху.

— Это знак, ма, не гневи богов, — фыркнула я и поспешила ретироваться пока она не откопалась и не оприходовала меня чем потяжелее.

— Он будет святым в нашей семье только потому, что обречёт себя на муки жизни с тобой! — неслось мне в след, пока я перепрыгивала ступени, стараясь поскорее убраться из дома.

И так задержались с их нежеланием принять мой внешний вид.

— Ну наконец-то, — фыркнул Дерек встречая меня на первом этаже. — Пришлось доплатить вознице за ожидание. Идём уже, — поторопил он меня.

Ну, хоть у кузена вопросов не возникло.

Подъехав к ресторану и выйдя из экипажа здание Эймерии я оценивала уже без прежних восторгов. Шикарный двухэтажный особняк с верандой на втором этаже и судя по крошечному окошку под крышей имел в наличии чердак. За рестораном расположилась городская библиотека, здание которой было пожертвовано какой-то богатой вдовой, что умерла ещё до моего рождения. От особняка, в котором теперь находилась муниципальная собственность за крышей ресторана виднелся высоченный флигель, который сейчас использовался наподобие аттракциона. Благодаря ещё одному пожертвованию библиотеке был подарен мощный телескоп, безумно дорогая новомодная штука, в которую можно было посмотреть, заплатив символическую сумму и поднявшись на верх флигеля.

Остальные подходящие для стрельбы точки были слишком далеко или на неподходящем углу для стрельбы. Прошлый раз арбалетный болт был пущен с чердака. Не то, чтобы я как-то успела рассчитать угол вхождения болта в грудную клетку барса, но просто будь я на месте убийцы, то тоже выбрала бы чердак, поскольку это более оптимальный и надежный вариант. Флигель библиотеки дальше и в него сложнее попасть. Для стрелка, который хотел бы сохранить своё инкогнито это могло стать проблемой, когда всего один вход и выход. И хотя оба варианта были достаточно далеко от цели, если бы дело касалось обычного арбалета, но магически усиленное оружие могло стрелять с дальнего расстояния, не теряя своей ударной и прицельной мощи. У стрелков, которые могли себе позволить такое дорогое оружие были и специальные болты, пробивающие магические щиты благодаря нанесенным на них знакам и впаянным в основание заклятьям. Я была уверена, что использовалось именно оно.

— Слава богу, тут не пять этажей, — пробормотала я себе под нос, представляя как носилась бы по ним в поисках нужного.

— Что? — повернулся ко мне Дерек, я лишь слегка улыбнулась и покачала головой.

— Живот крутит, волнуюсь что-то, — решив объяснить своё будущее долгое отсутствие, пробормотала я на что получила какой-то недоверчивый взгляд.

Ну ещё бы! В военных операциях участвовать не волнуюсь, а тут какое-то свидание и пожалуйста.

Так или иначе, мы вошли в здание Эймерии и я уже не рассматривала роскошную обстановку, натёртые до глянцевого блеска мраморные полы, изысканные барельефы, а искала взглядом лестницу, ведущую на третий этаж, так как с парадного входа туда было невозможно попасть.

Со второго взгляда мой «жених» не стал для меня ни на грамм привлекательнее. Но никаких сожалений по данному поводу я не испытывала. Постаравшись изобразить радость от встречи, чтобы не подставить тётушку, я и Дерек поздоровались с Энтоном и Сесил, которые в силу нашего опоздания, по-моему, сблизились ещё больше.

— Я позволил себе сделать заказ, — уже привычно выдал Энтон и я невольно тяжело сглотнула вязкий ком в горле. Кажется, на рыбу у меня сформировался стойкий рвотный рефлекс. — Это самое дорогое блюдо в Эймерии!

— Неужели это эрвита по-тиольски⁈ — воскликнула Сесил и захлопала в ладоши.

— Мне нехорошо, — выдала я, не желая терять время на всю эту чепуху. — Я отойду ненадолго, — кое-как растянув губы в улыбке поспешила в сторону двери, куда заходил обслуживающий персонал.

— Шейри, вам помочь? — обратился ко мне юноша в форме официанта, которая если бы не белый фартук легко бы сошла за деловой костюм.

— Да, — закивала я, параллельно осматривая холл, в котором оказалась и на удивление широкую мраморную лестницу, уходящую на верх, которую сейчас намывала уборщица. — Где я могу освежиться?

Ох, уж эти светские политесы! Но мы не в армии, следовало выражаться благородно.

— Прямо за углом, — чуть поклонился парень, указывая как раз интересующее меня направление.

Оказавшись в туалетной комнате, дождалась, пока уборщица сместится чуть ниже и повернётся ко мне спиной. Решив, что женщина может в любой момент обернуться и засечь меня, бесшумно скользнула наружу и кончиком носка слегка подтолкнула её ведро, отчего оно опрокинулось и с оглушительным грохотом поскакало вниз по мраморной лестнице расплёскивая вокруг мутную жидкость. Конечно, так поступать нехорошо, но быть застуканной на потенциально будущем месте преступления, мне тоже было не с руки.

Пока женщина ругалась себе под нос и старалась убрать последствия моих действий, я поспешила на верхний этаж. Проход на чердак преграждала деревянная дверь с простеньким замком. Понимая, что потенциальный убийца по-хорошему уже должен был занять позицию и ожидать Терона, проникать через дверь было не лучшим решением. Слишком дорого могли обойтись секунды потраченные на преодоление расстояния от двери до окна, где меня бы весьма удачно подсветил свет из холла. Потому решила воспользоваться неприметной лестницей вдоль стены ведущей на крышу через люк минуя чердак.

Люк оказался заперт обычной задвижкой, которую было довольно легко открыть. Оказавшись на крыше, я тут же распласталась на ней сливаясь в осенних сумерках в своей черной форме с таким же темным покрытием на крыше и осторожно поползла в сторону, где было расположено единственное окно.

— Киса на месте, — раздалось чуть приглушенное откуда-то снизу, и я посмотрела на вход здания напротив, где как раз подъехал экипаж, из которого сперва вышел Терон, чтобы подать руку своей паре.

Сердце болезненно кольнуло от вида того, как он смотрит на неё, а она совершенно восторженно улыбается в ответ. Они идеально смотрелись друг с другом. Это было невозможно не признать. Такой высокий широкоплечий красавец барс и необыкновенно нежная, женственная рысь.

«Не сейчас», жестко обрубив поток своих мыслей, решила сосредоточиться на том, что происходило подо мной.

— Всё же этот телесроп хрень, шо надо! — восторженно раздалось снизу.

«Демоны бездны», выругалась я про себя ведь, судя по всему, убийцы заняли сразу две присмотренные мной точки, а может и больше и сейчас переговаривались через артефакты, просматривая всё вокруг.

— Телескоп, — педантично поправил тот, кто был подо мной. — Не отвлекайся лучше. — Антий, готов? Скоро буду уходить.

— Понял, выдвигаюсь, — ответил некто третий.

— Эх, — протяжно вздохнул мужик, что облюбовал флигель библиотеки, — наконец-то закроем этот вопрос…

— Заткнись, сказал, — рыкнул тот, что снизу. — Где он, видишь?

— Только зашли в зал…

Пора, подумала я, соскальзывая на животе к самому краю.

«Боги, только бы очки мои не улетели», почему-то обеспокоилась я, хотя предварительно и подтянула все крепления по максимуму и сидели они сейчас как влитые. Выберусь надо резинку заказать, чтобы аж пришлёпывались к носу на такой случай!

Сделав несколько глубоких вдохов, расположила кольцо удавки на среднем пальце левой руки, прижав коробочку с нитью мизинцем и безымянным пальцем к ладони и чуть свесилась ниже так, что стрелок оказался аккурат подо мной.

Мужчина расположился с комфортом. Сидя на невысоком табурете, уместив громоздкий маг-арбалет на подоконнике и похоже собирался прицеливаться.

— У тебя что-то над головой, — как спусковой сигнал раздалось из их переговорного амулета.

— Что…

Только и успел спросить стрелок, когда на него сверху упала я профессиональным движением затягивая заговоренную нить удавки на шее мужчины, я оседлав его со спины. Огромный медведь-оборотень тут же подскочил будто дикий жеребец и обрушился спиной о стену всей своей массой припечатывая меня о кирпичную кладку. Такое его рвение лишь усилило мою решимость и теперь я бы не отпустила его даже если бы небеса над головой разверзлись. Он повторял это снова и снова, выбивая воздух из лёгких, до хруста рёбер и привкуса крови на губах.

— Что там у тебя⁈ Эй! Ответь! Почему не снимаешь его⁈ Идеальный момент! — орал тот, что занял флигель. — Демоны тебя разорви, что происходит⁈ Значит я сам… — короткая фраза как раз в тот момент, когда наёмник подо мной захрипел и упал на колени, а потом и лицом вниз.

— Да, что б тебя! — прорычала я, и уже никого не стесняясь ринулась к двери и на лестницу в надежде обогнать то, что неминуемо должно было свершиться! Быть может, я ещё могла успеть?

И, когда моя нога поскользнулась на мной же пролитой воде, а я начала падать на спину, понимая, что вот-вот мой череп познакомиться с мрамором лестницы, я поняла, что вряд ли… А потом, меня накрыла уже какая-то до ужаса привычная и холодная темнота.

Терон Аскард

Ему снился на удивление приятный, светский сон, если такое вообще возможно? Обычно он либо не видел снов вовсе, либо они были какими-то болезненными, наполненными видениями отца или образа матери. Быть может, то были его фантазии и проекция того, как он скучал по ним? А, может быть, действительно два самых любимых им оборотня приходили так проведать своего сына? Он не знал, но сны не любил. Редко, когда грезилось что-то приятное. А, тут он в красивом костюме для вечернего выхода в свет. Милая и нежная шейри Амалия в удивительно подходящем её юной невинной красоте светло-лавандовом платье, открывающем хрупкие плечи и молочно-белую кожу, к которой хотелось бы прикоснуться, но почему-то не хочется…

Да, нет, просто сон такой странный, потому и не хочется. Происходи все в реальности, то очень бы даже хотелось! Все же пусть и договорной брак, но его невеста объективно хороша собой. Тонкий девичий стан, аппетитная грудь, шикарные золотистые локоны, спадающие по спине…

Всё это создано, чтобы волновать мужские умы, а его почему-то не волнуется даже во сне.

— Ах, как я счастлива побывать тут с вами! — восхищенно воскликнула Амалия, стоило ему помочь ей выйти из экипажа. — Это так здорово, потому что тут часто бывают мои подруги, а нам до официального объявления о помолвке ещё прилично ждать прежде, чем я смогу представить вас своим друзьям! А тут такая возможность просто мелькнуть перед их любопытными носами, — захихикала она.

Она смеётся звонко и открыто, а его почему-то раздражает. Он тут вообще не для этого…

«А для чего?» нахмурился Терон и почему-то посмотрел на стоявший напротив ресторан.

«Эймерия» гласила надпись на нём.

' — Двойное свидание в Эймерии! — воскликнула миниатюрная женщина с бело-черным цветом волос, произнося название одного из самых дорогих ресторанов Фортекса. — Суббота девятнадцать ноль ноль!'

Вдруг всплыло короткое видение в памяти.

Точно. Он здесь, чтобы что-то посмотреть в ресторане напротив? Кажется, так и есть…

— Не представляете, шейр Аскард, как я рада, что мы тут вместе, — продолжала без умолку делиться своими восторгами его наречённая. — Страшно подумать, мы ведь с детства обещаны друг другу, а ещё ни разу не проводили время вместе! Надеюсь, сегодняшний вечер будет волшебным, — слегка облизнула она свои пухлые губы, — и его завершение тоже, — как-то многозначительно посмотрела она на него.

Терон монахом не был и намёки от противоположного пола понимать умел, тем более такие жирные. То, что девушка фактически вывесила для него зелёный флаг и обозначила свои ожидания вполне конкретно было ясно. Но этот сон почему-то никак не откликался с его физиологией. Он будто смотрел не на красивую девушку, которая готова была на многое и почти прямо об этом заявляла, а на просто тело умеющее говорить. Никакого желания, предвкушения или заинтересованности. Вообще ничего. Внутренний зверь даже из любопытства не пытался принюхаться и проявить интерес.

Заняв забронированный им стол, он почему-то тут же бросил ищущий взгляд на ресторан напротив и словно прикипел к девушке, что сидела напротив. Маленькая, такая хрупкая, темно-синее с серебром платье на тонких бретелях открывало вид на аппетитную зону декольте лишь немного, но и этого хватило, чтобы у него перехватило дыхание. Барс тяжело сглотнул и поднял взгляд выше. Тонкая шея, темно-каштановые волосы, забранные в высокую прическу, чуть пухлые губы, аккуратный немного курносый носик и внушительные очки в достаточно громоздкой роговой оправе. Но даже они ничуть не портили её лицо. Он не мог перестать смотреть. Просто физически не мог заставить себя отвести взор. Секунда и девушка вдруг исчезла, а за столом напротив оказалось всего два оборотня мужчина и девушка, судя по цвету волос медоеды.

Медоеды…

Ещё секунда и за столом вновь четверо. Трое медоедов и она…тоже медоед? Да, определённо. Он знает её. Точно знает!

— Эйрин, — одними губами, произнёс Терон, всё так же не в силах отвести взгляд, когда девушка и её спутник вновь исчезли из-за стола, словно их там и не было. — Что за…

Терона бросило в холод, а в следующий миг острая боль разорвала грудь, а он все продолжал смотреть на стол напротив, где Эйрин не могла дышать… а потом просто таяла в воздухе и снова появлялась, умирая у него на глазах… вместе с ним…

И это было невыносимо видеть! Осознавать, что её больше не будет!

— О, боги, — распахнув глаза выдохнул Терон, пытаясь унять дрожь во всем теле от увиденного.

Эйрин Миттар

Лёжа в постели, я всё ещё переживала отголоски боли, что взорвала мою голову от соприкосновения с мраморным полом. Конечно, сейчас ничего не болело на самом деле, но воспоминания были яркими.

— Я не справлюсь одна, — прошептала я себе под нос то, что было очевидно.

Как мне одной оказаться минимум в двух местах? Да, и кто сказал, что у третьего не припасено что-то в рукаве. Может быть, их вообще не три, а больше?

Откинув в сторону одеяло, я решила обратиться к единственным на свете оборотням, на которых в принципе могла положиться. Конечно же на свою семью. Так просто рассказывать маме и тёте Элаиз было опрометчиво. Они так зациклились на моём осчастливливании парой, что могут подумать, что я специально всё выдумала. Мне нужен кто-то на моей волне, достаточно молодой, чтобы поверить в невозможное и способный меня поддержать. Так-то близнецы идеально подходили, но не пойду же я с ними ловить наёмных убийц. Да и союз с мелкими будет отдавать предстоящим визитом к лекарю по душевным расстройствам, куда меня непременно сдадут свои же.

Нет, мне нужен Дерек… для начала.

Потому, особо не тратя время на одевания, прямо в пижаме пошла к нему в спальню. Часы показывали семь утра и времени у нас было предостаточно.

Постучав в дверь брата несколько раз прежде, чем на пороге возник заспанный Дерек с всклокоченными волосами, следом от подушки на щеке, в одних пижамных штанах и с всё ещё с закрытыми глазами.

— Эйрин, — пробормотал он не открывая глаз, — не стоит переживать, замуж на первом свидании тебя никто не возьмёт… даже на пятом отнюдь не факт, — пробормотал он, и попытался захлопнуть у меня перед носом дверь.

Изогнув бровь, невольно обиделась.

Ну, что за несправедливость мироздания⁈ Почему у нас в семье не родилось хоть одной девочки, которая бы говорила мне приятные вещи хотя бы иногда, а не вот это вот⁈

— Я и не рассчитываю, — пробормотала я, вламываясь в комнату брата, который уже упал на свою кровать лицом вниз и вновь засопел, как ни в чем ни бывало. — Мне надо с тобой поговорить, — сказала я, схватив его за плечи и начиная раскачивать. — Просыпайся! Это супер-мега важно!

— М-м-м, — мычал брат. — Не-е-ет, я не могу… оставь меня хоть на десять минуточек ещё, — бормотал он не спеша поддаваться.

Быть может, не касайся дело жизни и смерти, я бы и отступила, но не сегодня.

— Ну, что ты хочешь⁈ — всё же отчаянно взревел Дерек, поворачиваясь на бок.

— Понимаешь, — тяжело сглотнула я, пытаясь упорядочить то, в какой ловушке времени я оказалась. — Я… — выдохнула я, желая начать рассказ и схватилась за грудь, потому как сердце вдруг сжалось с такой силой, что перед глазами все поплыло. — Я… — вновь попыталась прохрипеть и хоть что-то сказать, но боль за грудиной стала лишь сильнее, сдавливая сердце.

Я не могла ни вздохнуть, ни выдохнуть. Просто смотрела на брата, пытаясь попросить о помощи и понимая, что магия часов мне не позволит. Просто не даст рассказать о том, что со мной произошло ещё и проучит так, чтобы больше даже мысли такой не возникало.

Вновь открыв глаза в собственной постели после смерти от сердечного приступа, когда попыталась рассказать о том, что происходит вправило мне мозги отбив всякое желание просить о помощи.

— Демонова хреновина! — зло выдохнула, бросив взгляд на этот зловещий артефакт, что продолжал мирно тикать на моей прикроватной тумбочке.

— Подержи, — сунула брату прихваченный из дома мешок, как только наша карета тронулась в путь.

— Что ты ещё задумала? Это мало похоже на дамскую сумочку.

Бросив на него прямой и невыразительный взгляд тут же ответила:

— Это не она.

— Ну, как это ни странно, но это я понял, — хохотнул он. — Зачем тебе это на свидании?

— Затем, что на свидание я не пойду, — буркнула я, изогнув руки за спину и начиная расстёгивать платье. — Отвернись, — в прочем не дожидаясь, когда он отвернётся начала стягивать его с себя.

— Ты, что творишь? — совершенно справедливо возмутился Дерек хватая меня за руки. — То есть как это ты не пойдёшь? А я? — точно брошенный котёнок посмотрел на меня брат.

— А ты пойдёшь вместе с Кати, которую мы как раз подхватим по пути. Я связалась сегодня с тётей Риет и ты не представляешь, как она была счастлива предоставить мне замену в лице своей токсичной дочурки, — подмигнула я Дереку.

— Нет, — страдальчески закатил он глаза, — только не Кати! Что о нас подумает Энтон? Она же его начнёт раскручивать на деньги! С ней в приличное общество не выйдешь…

— Поверь мне, он будет в восторге, — многозначительно поиграла я бровями.

Должно быть, стоило трижды умереть, чтобы голова начала работать активнее. Мысль о том, чтобы не тратить время на препирательства с роднёй, что-то объяснять и придумывать, чтобы улизнуть, а просто заменить себя кузиной была просто гениальной, без лишней скромности.

Кати и Линэль дочери тёти Риет и дяди Альбера совершенно вредоносные создания. Противные, гадкие и расчетливые лисицы с ипостасями медоедов. Ошибка природы, не иначе. Но в данном случае ошибка была весьма кстати, поскольку стоило упомянуть, что свидание в Эймерии и всё! Замена выехала из соседнего города и готова перехватить наш экипаж у городского парка.

— Но зачем? — искренне изумился брат.

— Так надо, — коротко обозначила я, решив, что подавиться и умереть то ещё удовольствие, но смерть от сердечного приступа ничуть не лучше. — Я всё объясню позже.

Некоторое время он молча буравил меня взглядом, потом глубоко вздохнул и всё же отвернулся.

— Будешь должна, — буркнул брат, а я довольно усмехнулась и заверила, что непременно куплю что-нибудь вкусненькое с первой зарплаты лично для него.

— Привет, — немного гнусавый голос Кати неприятно резанул по нервам, и мы с Дереком синхронно передёрнули плечами, стоило кузине поздороваться и начать залезать внутрь экипажа. — Боги, Эйрин, что у тебя с волосами? — закатила она глаза, стоило ей увидеть меня уже полностью облаченную в форму для военных компаний. — Твоя мастерица эконом-класса совершенно пересушила твои волосы. Я, конечно, понимаю, она твоя подружка и всё такое, но нельзя же такое допускать⁈ — даже не пытаясь перестать держать искаженную гримасу, словно почувствовала какой-то неприятный запах, прогундосила Кати. — О, Дерек, что за оттенок черного у твоего сюртука? Такое давно не носят в приличном обществе. Или это пыль? — гнусаво захихикала она.

Мы с братом синхронно посмотрели друг на друга.

Честно говоря, когда были младше, то обычно всё время выкидывали сперва вещи Кати и Линэль из окна, а следом тащили сестёр за волосы из дома. Потом тётя Риет притаскивала их обратно, а дядя Альбер собирал одежду возле дома. Это был своеобразный ритуал поскольку терпения на сестёр ни у одного из нас не хватало дольше необходимого. Но они всё время об этом забывали и обижались совсем недолго, а потом начинали поносить нас с удвоенной силой, как будто, так и надо и они вовсе не говорят ничего обидного, а всего лишь делятся своим мнением!

Вот и сейчас во взгляде Дерека было явное желание выпнуть кузину на ходу из экипажа. Я лишь поправила очки чтобы глаза казались побольше и использовала свой фирменный увеличенный и блестящий жалостливый взгляд. Дерек закатил глаза и махнул рукой.

Сама Кати вырядилась в ярко-розовое платье из какой-то шелестящей ткани и при каждом движении противно шуршала.

— Я вообще-то сегодня собиралась в театр, — разглаживая юбку, начала делиться кузина, хотя никто её особо и не спрашивал. — Но тут мама сказала, что тебя вызвали по службе и ты не сможешь быть на свидании в Эймерии, — с каким-то придыханием продолжала она. — Конечно я не могла это проигнорировать, — раскрыла веер Кати и начала себя обмахивать. — Надеюсь, если я сегодня встречу свою судьбу, ты не обидишься? Всё же не моя вина, что в твоем возрасте ты так легкомысленно разбрасываешься, можно сказать, своим единственным шансом устроить личную жизнь, — многозначительно коснулась она виска, подразумевая мою травму и что это может стать возможной проблемой во взаимоотношениях с мужчиной. Дерек до хруста сжал кулаки. — Говорят, там совершенно потрясающая эрвита по-тиольски! Дерек, если планируешь хоть какое-то впечатление произвести на свою возможную невесту, тебе стоит её ею угостить. Это обозначит серьёзность твоих намерений и готовность тратиться на будущую супругу, — наставляла он брата, у которого, кажется, вот-вот перекосит лицо.

А я подумала, как бы Сесил не убила Кати сегодня или наоборот…

Хотя было бы забавно посмотреть на это свидание со стороны.

Высадив кузину и брата возле Эймерии, попросила возницу заехать за угол Обители королей.

— Ждите меня тут, — достала часы из кармана на груди и сверив время добавила, — буду через двадцать минут, плюс-минус.

— Хорошо, но сейчас самый час-пик, ожидание будет стоить дороже обычного, как и поездка, — проинформировал меня возница.

— Ничего, деньги не проблема, — буркнула я, решив, что это и впрямь меньшая из моих проблем.

Перед Обителью королей были высажены фигурные кустарники, выстриженные в четкие геометрические фигуры, за которыми девушка моей комплекции могла легко спрятаться. На улице уже сгустились осенние сумерки, потому сохраниться в тени, отбрасываемой подходящим кустом под светом фонарей, было довольно просто, будучи при этом незаметной для окружающих. Всё, что мне оставалось это ждать.

В этот раз я решила идти от противного. Если некого убивать, то и петля не запустится. Аскард в Обитель королей не войдёт!

С силой сжав кулаки кивнула самой себе.

Терон Аскард

Он чувствовал себя странно с самого утра. Этот сон о предстоящем свидании, детали которого то и дело всплывали в памяти. Стоило одеться, как показалось, что именно этот костюм был на нём во сне. Но ещё более необычным оказался наряд Амалии, когда он заехал за ней, чтобы отвезти в ресторан. Платье нежно-лавандового оттенка, открытые плечи, укладка волос… всё это было точь-в-точь, как в его сне. Улыбки, взгляды, он говорил и мог сам спрогнозировать ответ девушки слово в слово.

Что бездна побери происходит?

Стоило выйти из экипажа и помочь Амалии, как:

— Ах, как я счастлива побывать тут с вами! — восхищенно воскликнула она и он знал каждую интонацию её голоса, а также мог повторить то, что она будет говорить следом слово в слово. — Это так здорово, потому что тут часто бывают мои подруги, а нам до официального объявления о помолвке ещё прилично ждать прежде, чем я смогу представить вас своим друзьям! А тут такая возможность просто мелькнуть перед их любопытными носами, — захихикала она. — Не представляете, шейр Аскард, как я рада, что мы тут вместе! Страшно подумать, мы ведь с детства обещаны друг другу, а ещё ни разу не проводили время наедине! Надеюсь, сегодняшний вечер будет волшебным, — слегка облизнула она свои пухлые губы, — и его завершение тоже, — с определённым намёком посмотрела она на него.

— Ага, ща, — послышалось ему или так ветер в кронах зашумел.

Но во сне ничего подобного не было.

Невольно нахмурившись, он обернулся туда, откуда ему послышалась эта реплика, а потом он и сам не понял, как мир перевернулся. Его кто-то с силой толкнул в живот, а в следующую долю секунды ноги оказались задраны вместе с задом вверх. Он альфа, способный реагировать молниеносно, успел лишь хлопнуть глазами, а мир вокруг смазался и всё, что он успел осознать прежде, чем его зашвырнули в полёт, что его тащат на огромной скорости головой вниз, точно он рюкзак какой-то! Но вот он уже готов был ударить нападавшего, как не тут-то было! Он уже летит куда-то спиной вперёд.

— Гони! — и лишь услышав почему-то такой родной голос и отвратный смрад его сопровождавший он вдруг успокоился.

Оказалось, что его закинули в карету, а его телохранитель стремительно увозит своего нанимателя не пойми куда.

Почему-то в этот самый момент сердце зашлось вовсе не от гнева, а от едва сдерживаемого восторга. Но с этим он разберётся позже, а пока…

Дерек Миттар

Дерек тяжело вздохнул, прежде чем отправиться следом за своей кузиной вверх по лестнице ведущей на второй этаж ресторана.

Он и так был не в восторге от этой идеи со свиданиями вслепую, но женщины его семьи были так воодушевлены и полны надежд, что сегодня вечером кто-то из них образует крепкий в будущем союз, что мужчина решил просто потерпеть разок. В конце концов, и он и Эйрин ещё довольно молоды, чтобы куда-то спешить. Но как объяснить это их матерям? Такое ощущение, что их больше ничего не волновало кроме как поскорее определить будущее детей. Он вообще не планировал об этом даже задумываться ближайшие лет десять минимум. А вот выгулять Эйрин был не прочь, чтобы она не кисла и не думала как-то комплексовать из-за своей травмы.

Кто же знал, что вечер по реабилитации общественной жизни сестры превратится в выход в свет с Кати.

— Надеюсь ты не будешь тупить, — прогнусавила кузина хотя на самом деле имела обычный голос, но такую манеру говорить приобрела несколько лет назад и свято верила, что это придаёт какого-то одного ей понятного шарма. — Как подойдём сразу скажи, как ты восхищён, сделай комплимент, и не стой как болван! Поцелуй ей руку, скажи, что поражён в самое сердце её красотой, — продолжала гундеть кузина, в то время как Дерек думал о том, как бы не удавить её, так и не дойдя до стола.

В отличии от них с Эйрин Кати не имела к военной службе никакого отношения. Дядя Альбер имел своё небольшое дело, в которое входило несколько кондитерских лавок и это позволяло Кати и её сестре учиться, а в дальнейшем работать вместе с отцом или найти какое-то место в роду их отца, даже не имея лисьей ипостаси.

Стоило подойти к столу и бросить взгляд на Сесил Тейт, как Дерек облегченно перевел дыхание. Истинной его эта девушка не была, а остальное не имело значения. Поболтают, постараются приятно провести вечер и разойдутся.

— Я позволил себе сделать заказ, — заговорил вдруг Энтон, обводя обеих девушек горящим взглядом. — Это самое дорогое блюдо в Эймерии, — с какой-то торжественностью выдал.

— Неужели это эрвита по-тиольски⁈ — в унисон заорали девушки отчаянно стараясь изобразить детскую непосредственность, но одна гундосила сверх меры, а вторая давала петуха.

Стоило им воскликнуть одну и ту же фразу, как девицы, не скрывая ярости во взглядах уставились друг на друга. Дерек поспешил подвинуться поближе к ограждению террасы и бросил полный муки взгляд на улицу.

«Эйрин, за что?» мысленно обратился он к сестре, как его взгляд уловил до боли знакомую фигурку, крадущуюся в сторону красиво постриженного кустарника возле входа в Обитель королей.

— Я точно знаю, что к такому блюду нужно бы заказать вино, — тем временем продолжала бубнить кузина, пока Дерек не отрываясь следил за тем, что делает Эйрин.

Девушку было уже не различить в тени кустарника, но она точно была там. Он чувствовал её.

— Энтон уже заказал вино для всех, — вскинув подбородок выдала Сесил.

— Кровь Райфайля, — не скрывая самодовольства, выдал медоед.

— Ох, Энтон, вы просто невероятный, — с придыханием прошептала Кати, стреляя глазками в мужчину напротив.

— Так и есть, — не скрывая самодовольства во взгляде пролепетала Сесил и вдруг положила руку на плечо Энтона.

На что получила полный гнева взгляд Кати. У Дерека против воли тревожно сжалось где-то в районе желудка. Понимание того, когда нужно бы убраться подальше было на уровне инстинктов. И хотя чисто с мужской точки зрения опасность никому не грозила, но в воздухе считывалась тревога. Да ещё Эйрин зачем-то засела в кустах? Что творится⁈ Их семейство похоже и впрямь для приличных мест не предназначено.

— Что ж, раз все собрались, то позвольте мне, — Энтон достал из-под стола два стеклянных шара наполовину заполненных жидкостью и внутри плавали какие-то цветы.

— Это вам, дорогие шейри, — протянул он шары девушкам.

— Хрустальный цветок навеки живой, пока жива ваша любовь, — явно цитируя какой-то рекламный слоган, гундела Кати.

— Ох, какая роскошь⁈ — повизгивала Сесил. — Как это, должно быть…

— Дайте угадаю, дорого? — поинтересовался уже Дерек и на дне его глаз засверкали весёлые искорки.

На самом деле мужчина испытывал какое-то облегчение, что не он стал объектом внимания этих двух шейри и готов был поскорее убраться, чтобы не мешать. Но это было бы совсем невежливо, и его мама не оценила бы. Потому он решил сидеть тихонько и наблюдать за происходящим особенно за тем, что происходит на другой стороне дороги.

В какой-то момент напротив обители королей остановился явно дорогой экипаж и из него вышел работодатель Эйрин. А следом он помог спуститься девушке в нежно-лавандовом платье. Невольно бросил взгляд на Кати в её ярко-розовом кричаще-шуршащем обмундировании.

— Я, между прочим, со дня на день ожидаю приказ о переводе в штаб. Буду служить на территории дворца его величества! — распиналась Сесил описывая свои достоинства явно не Дереку и бросая многозначительные взгляды Энтону.

— А я планирую стажировку в Эвритании, — с каким-то пафосом выдала Кати. — Туда будут на лето отправлены пятеро лучших студентов с потока.

Дерек невольно нахмурился. Мало того, что Кати только этой осенью поступила в филиал Финансовой Академии Давора, что открыли в их городке, так он помнил, как тётя Риет жаловалось, чего им стоило оплатить ей репетиторов, подкурсы и даже вступительные, чтобы её точно взяли. Когда она стала лучшей студенткой?

— Пф, я была в Эвритании прошлой зимой, — повела плечиком Сесил, — ничего примечательного.

— А сидеть в штабе перебирая бумажки, наверное, весьма увлекательно? — противным голосом поинтересовалась Кати. — Почему-то никого из моей семьи так не списывали со службы, потому что все знают, насколько медоеды ценный ресурс для армии. Но похоже не все из нашего вида одинаково талантливы? — ядовито поинтересовалась Кати.

В этот самый момент Дерек забыл, как дышать, потому что его совершенно сумасшедшая сестра, и это не Кати, метнулась смазанной тенью точно запущенный с бешенной скоростью снаряд, сбивая Аскарда с ног и растворяясь с ним в темноте под отчаянный визг девушки, с которой он прибыл.

— Ах, ты дрянь, — в этот самый момент мимо уха Дерека пролетело содержимое бокала Сесил попадая аккурат на грудь Кати.

— Мне, пожалуй, пора, — пробормотал мужчина и тут же стремительно поднимаясь из-за стола, когда его кузина в ответ отправила так никем и не попробованную баснословно дорогую рыбу.

Эйрин Миттар

Королевство Давор. Территория общеобразовательной школы для совместного обучение мальчиков и девочек. 13 лет назад.

На поле, что располагалось аккурат за зданием школы царил какой-то нездоровый ажиотаж для последних дней весны. Уже завтра начинались долгожданные летние каникулы, а ребята вместо того, чтобы спешить домой разбились на две группы и явно к чему-то готовились.

— Ну, что Миттар, вы готовы начинать? — поинтересовался пухлый Джеми Рой, которого лично Эрик недолюбливал за его длинный язык и любовь ябедничать по поводу и без.

— У нас не хватает одного нападающего, — раздраженно бросил Эрик и сердито нахмурился.

Это же надо именно сегодня Дерека оставили переписывать итоговую контрольную работу.

— Я могу, — раздалось откуда-то снизу и Эрик бросил недовольный взгляд на младшую сестру.

— Ты издеваешься? Знаешь сколько этот жирдяй весит? — кивнул он в сторону Джеми. — Как ты собралась его вынести с поля? Или того же Фредрика, — махнул он в сторону ещё одного рослого мальчика сейчас с интересом подбрасывающего самодельный не пойми какой формы мяч.

— Я умею, — опять пропищала сестра. — Меня дед учил, как делать «взрыв», — тихонько прошептала она.

«Взрывом» в их семье называлось умение на короткий момент аккумулировать все силы организма точно «взрывая» мощью каждую мышцу в нем. Потом, конечно, было несладко и требовалось время на восстановление, но именно в этот момент медоед обретал огромную скорость и силу, которой было достаточно для схватки с превосходящим по силе противником. Они и так-то были во многом сильнее многих, но стоило научиться управлять собственными резервами и становились неукротимыми.

— Когда он успел? — нахмурился мальчик. — Нет, не проси, потом ещё плохо станет…

— Не станет, я уже месяц тренируюсь и с каждым разом всё лучше выходит! Ну, пожалуйста, возьмите меня тоже поиграть! — заканючила сестра и Эрик малодушно согласился.

Конечно, если бы кто-то ему тогда сказал, что его младшая сестра сломает три ребра Джейми и им потом придется всё лето отрабатывать штрафные баллы в школьном саду, он бы, наверное, отказал. Хотя увидеть, как Джейми Рой возносится к небесам того стоило!

Пока я сидела в кустах в ожидании Терона, то на ум пришло почему-то именно это воспоминание из детства. Тогда ещё толком не понимала, чем конкретно отличаюсь от других детей. Не знала, что могу навредить и при этом даже не почувствовать, как это произошло. Когда стало известно, что у Джейми Ройя сломано три ребра никто из моей семьи не выглядел удивленным. Они все когда-то проходили через нечто подобное. Я же…

Это был странный и довольно болезненный опыт. В детстве мне очень хотелось быть девочкой в общепринятом понимании, когда у тебя красивые платья, ты маленькая и милая, возишься с куклами и кормишь их песком вместо каши. Так делали многие девочки из моего класса, в то время, когда мы с дедом на все выходные уходили в леса выгуливать зверя или устраивали тренировочные бои с братьями. Красивые платья быстро приходили в негодность, а со временем и вовсе были признаны «неблагонадёжными». Постепенно их место заняли костюмы для тренировок, военная форма на любой случай жизни и домашние пижамы тоже очень практичного кроя.

Конечно, моя травма расстраивала меня, но я не уставала радоваться тому, что у меня в жизни появилась возможность попробовать что-то отличное от того, к чему я привыкла.

Эх, ещё бы Терона отучить помирать по поводу и без. И себя заодно.

И вот на мне вновь костюм для военных вылазок, а я в засаде вместо того, чтобы наслаждаться «дорогим» ужином, в красивом платье, но не в самой приятной компании. Но это детали…

Отведённое время потратила на то, чтобы настроить организм к активным действиям. Всегда хорошо, когда есть время подготовить и прогреть мышцы, насытить их кислородом и постепенно задействовать скрытый резерв. Так гораздо легче и куда менее болезненно потом выходить из такого состояния. Потому я полностью ушла в себя концентрируясь на дыхании, постепенно усиливая ток крови.

Совсем скоро подъехал экипаж, от которого даже несмотря на то, что он был простого черного цвета, веяло роскошью. Дверца отворилась и изнутри вышел Терон Аскард в безупречно сидящем на широких плечах темном сюртуке с серебряным шитьем, длинные ноги обтянуты черными штанами, заправленными в высокие глянцево-черные сапоги. Его белоснежные волосы убраны в, казалось бы, небрежный хвост, на губах играет какая-то ленивая кошачья улыбка, от которой почему-то бегут мурашки по коже.

Сидя в густой тени кустарника, я вдруг как-то особенно остро почувствовала всю возможную разницу между мной и той идеальной девушкой в легком струящемся платье, что с удивительной грацией подала руку Терону и легко спустилась вниз. Такая красивая, в платье, которое подчеркивает тонкий стан и изгибы, с молочно-белой кожей. Её янтарные глаза призывно мерцали и, казалось, не замечали никого вокруг кроме барса. Впрочем, и сам Терон был полностью поглощён своей спутницей.

И это ужасно злило! Как я могла из всех мужчин увлечься тем, чьё сердце уже занято⁈ Тем, кто вот-вот объявит о своей помолвке⁈ Ну, как же так⁈

— Ах, как я счастлива побывать тут с вами! — с каким-то грудным придыханием, заговорила Амалия. — Это так здорово, потому что тут часто бывают мои подруги, а нам до официального объявления о помолвке ещё прилично ждать прежде, чем я смогу представить вас своим друзьям! А тут такая возможность просто мелькнуть перед их любопытными носами, — захихикала она, а мне вдруг и вовсе поперёк горла встала вся эта идиллия и вместо того, чтобы продолжать раскисать от вида происходящего и чужой идеальности, я вдруг разозлилась. — Не представляете, шейр Аскард, как я рада, что мы тут наедине! Страшно подумать, мы ведь с детства обещаны друг другу, а ещё ни разу не проводили время вместе! Надеюсь, сегодняшний вечер будет волшебным, — обслюнявила свои губищи эта феечка, а я с силой сжала кулаки и прищурилась, — и его завершение тоже, — понятно с каким намёком зыркнула эта драная кошка своими лупёшками на Терона.

— Ага, ща, — беззвучно выдохнула я.

Не став дожидаться, когда этот женишок сподобится брякнуть в ответ, что-то из разряда, что «он готов и во всеоружии» я сорвалась с места.

Подготовленное тело, раззадоренное гневом на себя, на него, на ситуацию в целом, сорвалось с места. Моя голова вошла в живот барса, как бронебойный снаряд. Сдавленно охнув Терон резко согнулся, но мне того было и нужно. Припав ещё ниже нырнула ему промеж ног и резко поднялась так, что его ноги оказались у меня на плечах, точно лямки походного рюкзака. С силой оттолкнувшись устремилась в сторону экипажа, дверцу которого я предусмотрительно заставила возницу оставить открытой. Ещё один рывок, толчок и мой «рюкзак» летит внутрь спиной вперёд, кажется, толком и не разобравшись, что произошло.

— Гони, — рявкнула вознице, тут же ныряя внутрь.

Экипаж дернулся и двинулся вперёд, хотя у меня на фоне пережитого стресса было такое ощущение, что делал он это чересчур медленно и впряги меня кто в эту коробку с колёсами я бы и то побежала резвее.

Где-то с минуту внутри царила тишина. Странная такая тишина, как бывает в чистом поле перед бурей, когда небо всё затянуто свинцовыми тучами и на краткий миг затихает даже ветер, а несчастные птахи и насекомые и вовсе боятся пошевелиться в преддверии грозы.

Мы смотрели друг на друга глаза в глаза и лично я уже предвкушала масштабную катастрофу и прикидывала все матерные комбинации, какие знаю, чтобы отбивать нападение барса хотя бы мысленно.

И вот его грудная клетка расширилась, запуская внутрь побольше воздуха я напряглась, понимая, что он сейчас разорётся, наверное, а у меня и так нервы от трёх последних смертей и я вот вообще не настроена это терпеть, как в заднюю стенку экипажа вошёл арбалетный болт.

«Слава богу!» мысленно обрадовалась я.

В кои-то веки вовремя напали, чтоб начальник видел, что я не просто так его стащила со свидания с невестой, будь она неладна.

И только я подумала на кой нападавшим стрелять по карете, как от болта начала расползаться какая-то темная паутина, а уже в следующий миг она вспыхнула красным пламенем моментально пожирая коробку экипажа. Испуганно заржали лошади. С наружи стали доноситься мужские крики и звуки сражения.

— Надо выбираться, — решительно распахнув дверцу повозки, которую стремительно заволакивало дымом, Терон протянул мне руку.

Конечно, будь я телохранителем нормальных размеров, то это мне следовало обнять охраняемый объект и постараться смягчить падение. Но почему-то, когда Терон притянул меня к себе и я оказалась в его объятиях я вовсе не была против. И хотя ситуация вовсе не настраивала на романтический лад, всё же мы оказались в горящем экипаже, несущем на всей скорости вдоль набережной реки, за нами погоня, с которой, хочется надеяться, сейчас разбирается охрана Тэрона, но сердечко моё всё равно затрепетало стоило его крупным ладоням оказаться у меня на спине.

Тэрон высунулся наружу, что-то пытаясь рассмотреть.

— Сейчас заедем на мост через реку, будем прыгать, — посмотрел он на меня ожидая подтверждения.

А я что-то так разомлела, что невольно покраснела и постаралась не улыбаться, как дурочка, просто кивнула. А в следующий миг оказалась уже летящей с моста вниз в объятиях барса.

Ледяной поток захлестнул нас с головой и на краткий миг всё тело обожгло, но Терон продолжал удерживать меня в своих объятиях будто я была той, о ком следовало заботиться. Конечно, я и не думала вырываться, а просто позволила ему это делать и сделала жадный вдох стоило нам оказаться на поверхности. Аскард вынырнул позади. Он глубоко и часто дышал с силой прижимая меня к себе спиной. Его губы почему-то оказались где-то в районе моей шеи, а дыхание стало рваным и каким-то тяжелым.

— Вы целы? Не ранены? Плыть можете? — продолжала спрашивать я, подозревая что-то неладное.

— Невозможно, — едва слышно обжог мою щёку горячим дыханием Терон будто и не слышал меня.

— Ну даже несмотря на внушительную охрану нападения всё же возможны. Надеюсь, вы не очень злитесь на меня? Поверьте, особого выбора у меня не было… Я вовсе не хотела испортить вам вечер… — бормотала я, не очень понимая почему он продолжает так крепко удерживать меня, словно я какой-то спасательный плот. — Но не вмешайся я так, то всё закончилось бы куда печальнее…

— И, — вновь сделав глубокий вдох у самого основания моей шеи, заговорил он странно осипшим голосом, — как часто?

— Что? — нахмурилась я, думая, как бы чутка отпихнуть работодателя, чтобы не обиделся и грёб уже к берегу в конце концов. — Как часто «что»? — ещё раз повторила я.

Руки Терона, казалось, ещё крепче сжались вокруг моего тела, словно охватывая меня в своеобразный кокон, прежде чем он начал загребать одной рукой к берегу, но всё так же крепко удерживая меня. Конечно, я умела плавать и даже получше многих, но, к собственному стыду, вырываться даже не пыталась, наслаждаясь такой незамысловатой близостью будто украденной у судьбы. Ведь это не то же самое, как если бы я обнималась с чужим женихом? Ведь нет же?

— Как часто ты возвращаешься в прошлое, чтобы спасти меня? — вдруг спросил он, вставая на ноги возле берега реки, но так и не отпустив меня.

Почему-то вздрогнув от такого его вопроса, я подняла голову взглянув в глаза барса, которые сейчас были расчерчены вертикальным зрачком.

На миг подумалось, что если я отвечу, то артефакт, наверное, заставит меня захлебнуться водой и утонуть? Но я почему-то сделала глубокий вдох и просто ответила:

— Частенько, — нервная улыбка коснулась губ, а я вдруг поняла, что не хочу, чтобы Терон отпускал меня.

А ещё лучше, если бы сейчас он чуть наклонился ко мне ближе и…

— Шейр Аскард! Шейр Аскард! — вдруг разорался кто-то на мосту, с которого мы упали, окончательно портя момент.

Оклик охраны Терона будто бы разрушил нечто едва протянувшееся, между нами. Дальше всё завертелось в какую-то череду из смены локаций и оборотней вокруг. Нас усадили в тот самый дорогущий экипаж, на котором Терон привёз свою невесту, откуда-то достали пледы и зачем-то оба Терон велел отдать мне. Хотя так-то у меня был непромокаемый военный костюм, а волосы и ноги при помощи одеял не просушишь. Да и не мерзла я, собственно, мы же оборотни, а не простые люди! Но на мою попытку возразить Аскард глянул на меня так, что я решила пусть делают что хотят! Хоть завернут меня в кокон из этих самых одеял и нянькают, как младенца.

Потом откуда-то появился мой брат… и от него очень ярко разило кровью, что сперва заставило меня насторожиться. Как оказалось, Дерек убил несколько нападавших и даже одного взял живьём. Пока было сложно сказать сколько их было точно, возможно кому-то удалось уйти, но явно больше трёх. Четверо убито и трое взяты под стражу, чтобы сдать их в полицию.

Сильно подозреваю, что такими темпами капитан Рей Вольц станет моим лучшим другом к тому моменту, как удастся переловить всех желающих убить Аскарда. Может есть какая-то система поощрения за поимку особо опасных преступников? Надо бы узнать и попробовать пробить себе премию.

Пока я занимала свои мысли всякой чепухой с барсом творилось нечто странное. Испугался он что ли, что его опять чуть не убили? Или может это какая-то кошачья водобоязнь и он теперь стресует? Но Аскард сидел рядом со мной в карете прямой точно палка, смотрел в одну точку перед собой, его ноздри нервно трепетали и при этом он не издавал ни единого звука. Напротив, расположился странно поглядывающий на него Дерек.

А я думала, когда он захочет обсудить то, что спросил у меня? Что он вообще знает об этом? Почему так странно ведёт себя и заставляет меня ещё больше нервничать? Но ни на один вопрос не было ни ответа, ни реакции.

— Мы всё обсудим завтра, — вдруг сквозь зубы выдавил барс, когда экипаж остановился аккурат напротив нашего с Дереком дома. — Дальше я сам, — бросил он, а я почему-то обиделась.

Ну, что за грубиян? А спасибо? А меня взять в полицейский участок и намекнуть капитану, кто тут вскрывает гнойники на теле вверенного ему города? А намекнуть, что неплохо бы и поблагодарить спасительницу? А ещё неплохо бы поговорить о самом важном!

— До завтра, — так и не дождавшись ни взгляда, ни пояснений от замершего, точно мумия Терона.

Он скупо кивнул, но даже не посмотрел на меня. Положив на сиденье кареты одеяла, я легко выбралась вслед за Дереком наружу. Но прежде, чем успела отойти, я повернулась лицом к повозке и только собралась пожелать спокойной ночи, как мне в лицо прилетели эти самые одеяла, накрывая меня с головой. Экипаж тронулся, а я ели как содрала с себя эти огромные тряпки.

— Да, что, блин, за фигня! — рявкнула я в пустоту, так как и Аскард и его люди с арестованными наёмниками уже скрылись за поворотом.

— М-да, — хмыкнул Дерек, — будешь знать, как портить мужику личную жизнь, — мрачно пошутил он.

— Да я его спасала! — справедливо возмутилась я.

— Себя теперь спаси и попробуй объяснить этим, — мрачно кивнул он на вышедших из дома маму и тётю Элаиз, у которых предвкушающие улыбки сползали с лиц точно подтаявший воск.

— Как думаешь, может мне попробовать догнать экипаж барса? — мрачно прошептала я.

— Боюсь он будет выпихивать тебя ногами на ходу, судя по его состоянию, — чуть слышно ответил Дерек, изображая улыбку и пытаясь дружелюбно махать матери.

Следом за мамой на крыльце появилась Файка, и я с облегчением перевела дух. При ней мама скорее всего постесняется устроить серьёзные разборки. Как и у большинства даворцев в нас довлели убеждения, что эльфы возвышенные создания и всякая грубость им чужда. Пропаганда эльфийских сказок и романов была тому виной, как мне кажется. Но спасибо им за это.

Сперва мама и тётя Элаиз молча разглядывали нас с Дереком. А посмотреть было на что! Дерек весь в крови, и я после купания в реке в земле и песке в костюме для марш-бросков.

— Сынок, — всхлипнула вдруг тётя Элаиз, — ты что убил Энтона?

— Эйрин, — потрясенно выдохнула мама, — ты помогла ему закопать труп?

Ну приплыли!

— Что? Нет! Вы все не так поняли! — справедливо возмутился Дерек, а потом ближайшие полчаса в подробностях рассказывал о том какая я героическая и как он страдал на совершенно невыносимом свидании, где его — мамину радость и любимый цветочек, девочки обижали и всем им только денежки надобны от честного военного парня.

Дерек знал на какие внутренние кнопки следовало надавить тёте Элаиз, чтобы она завелась в нужном направлении.

— Какова нахалка! А говорили такая приличная девушка!

— Но раз Энтон такой состоятельный и внимательный, — несмело начала моя мама, — то может быть устроить вам свидание уже один на один? — посмотрела она на меня. — Как тебе в голову взбрело пойти спасать своего нанимателя вместо того, чтобы провести этот вечер как положено? Можно ведь было сообщить его охране или полиции… — продолжала возмущаться мама, а мой мозг взрывался от паники от одной только мысли, что они теперь начнут сводить меня с этим Энтоном.

Это было недопустимо! Надо было срочно сместить вектор интереса матери!

— Потому что он мне нравится! — не придумав ничего умнее я просто проорала правду.

На какое-то время в гостиной воцарилась тишина и все собравшиеся вперили в меня немигающие взгляды. Одна Файка восторженно распахнула рот и тут же прикрыла его ладонями, не зная то ли начать повизгивать, то ли прыгать сидя на диване и хрюкать от восторга, как она обычно делала в периоды радостного возбуждения. Мне же хотелось провалиться под землю от собственной изобретательности. Мать теперь с меня живьём не слезет, пока Аскард не будет повержен под натиском моего, а скорее всего, общесемейного очарования. Если прознают дед с бабулей, а они прознают, то даже я не возьмусь строить прогнозов, как обернётся дело.

— Но я ему нет, — поспешила защитить барса, а в результате добилась, что на дне глаз тёти и мамы синхронно зажглись недобрые огоньки, предвещающие катастрофу.

«Надеюсь о наличии невесты они с Элаиз не прознают, а то как бы Амалия не попала в списки пропавших без вести», тревожно подумалось мне с долей черного юмора.

— О боги, боги, — продолжала повизгивать Файка, пока я совершенно измученная и несчастная поднималась на второй этаж.

Умом я понимала, что не стоило ляпать такое особенно маме, но теперь брать слова назад было уже поздно. Несмотря на её уверения, что она не собирается вмешиваться, я не была в этом уверенна. Она могла! И Элаиз тоже! Одно успокаивало: территория поместья была далеко от города и хорошо охранялась. Вряд ли мама стала бы делать подкоп, как близняшки, чтобы передать Терону «гостинца» в виде пирожков с мясом и лучей её «идеально-тёщинской» харизмы! К тому же все недочеты, обнаруженные близняшками, были устранены и теперь так просто не подкопаешься, в прямом смысле слова.

— Я думала, сегодня мы посплетничаем обо мне и нежданно свалившемся на мою определённо удачливую голову счастье, но ты и так многое знаешь или представляешь! Потому я хочу знать подробности! Срочно! — скидывая туфли и бесцеремонно заползая ко мне на кровать, Файка тут же наклонилась и начала извлекать из-под кровати зелёненькие бутылочки в количестве двух штук. — Твоё любимое! — поиграла она бровями, указывая на напиток в своих руках.

— Вот это ты правильно принесла, — искренне одобрила я, решив, что срочно нужно забыть обо всём хотя бы сегодня.

В конце концов, этот день вот-вот закончится! Это ли не счастье?

Самое главное, не начать обсуждать поведение Терона и то, что он вообще-то занят в первую очередь потому, что есть договор согласно которому содержание сказанного тут же высветится в волшебной книжке барса! Так что ни в коем случае! Лучше обсудим медведя!

— И всё же, расскажи мне каково это стать истинной Элвина Малори? — прищурилась я, получив в ответ какой-то многообещающий взгляд подружки.

Терон Аскард

Была глубокая ночь, а Терон не мог заставить себя встать и пойти спать, продолжая сидеть в рабочем кабинете и покачивая в руке бокал с янтарной жидкостью внутри. Всё его звериное естество требовало действий. Иначе и быть не могло, когда находишь истинную пару, то включаются совершенно другие механизмы, которые направлены лишь на ухаживания, присваивание, размножение. Каждая клеточка тела горит и вибрирует, требуя, чтобы рядом была та самая. Стоило ему почувствовать её настоящий запах и мир вокруг него перестал существовать. Всё то рациональное, что было в нём исчезло, смазавшись и разлетевшись на неясные фрагменты. В то время, как в его руках осталось нечто неимоверно важное, путеводное, единственное! И не нужно никого и ничего больше! Любовь? Наверное, так выглядит она глазами оборотней, где в одной точке, той самой избранной, сходится всё, что имеет значение как для зверя, так и для человека, и в кои-то веки нет никакой разницы между звериным и человеческим.

Он понятия не имел, что так бывает. Не мог и представить, что когда-нибудь это произойдёт именно с ним. Больше всего на свете хотелось скинуть свой собственный защитный артефакт, позволить Эйрин почувствовать его всего таким, каков он есть… А дальше позволить их телам стать одним целым. Любить друг друга так, как завещано предками. Стирая границы, кожа к коже, глаза в глаза присваивая и отдаваясь.

Стакан в руке барса жалобно хрустнул и на пол полетели осколки и так и не выпитая жидкость.

— Демоны бы всё это подрали, — почти прорычал Аскард, стряхивая с ладони стекло.

Весь вечер и вот уже половина ночи всё, что он делал — это пытался вернуть себе самообладание. Уговаривал, представлял, что его звериное нутро это кто-то отдельный с разумом, к которому он обращался. Нельзя, чтобы кто-то узнал. Нельзя пока его грёбаная семейка не обрела своё пристанище в королевской тюрьме, чтобы кто-то посторонний об этом пронюхал! Если бы он дал себе волю прилюдно, а Эйрин почувствовала в нём свою пару, то известие об этом было бы уже не остановить. Он должен объясниться с ней без лишних ушей, рассказать почему важно хранить их истинность в секрете. Это пока он один и все силы Роданских направлены против него. Эйрин окажется в прямой зоне риска, если ко-то узнает о том, кем она ему приходится, а вместе с ней и её семья, в которой кроме вояк есть и дети. Он не имел права идти на поводу у собственных желаний, но надолго даже его не хватит! Хоть бы ночь перетерпеть!

На фоне этих переживаний он толком не мог сосредоточиться на том, что было в разы важнее! Например, на том, как вспомнил, что уже пережил, а точнее «не пережил» как минимум два нападения на так и не состоявшемся свидании. Он просто не мог сосредоточиться на этих мыслях. Они казались ему несущественными! Вот так вот решила его звериная суть, не позволяя брать в голову то, что вообще «неважно» с точки зрения зверя. А важен был запах проникающий в каждую клеточку его тела, который заполнил собой всё вокруг; хрупкое и такое горячее тело в его руках; нежно-розовые влажные губы, чтобы дотянуться до которых нужно всего лишь сжать руками крепкие бёдра и поднять её к себе, заставляя обвить ногами его спину…

— Твою мать, — прошипел он от силы вновь нахлынувших на него эмоций, когда книга, свидетельствующая о разглашении информации о нем и лежащая на краю письменного стола вдруг вспыхнула золотом, фиксируя сказанное, а потом снова, ещё раз и ещё!

Эйрин Миттар

Чем мне нравились эльфийские напитки определённого толка, так это тем, что пьются они легко, и кажется, что придают лишь настроение происходящему, но именно этим они мне точно так же и не нравились. Один лишний глоток и наступает утро. А, чем закончился вечер остаётся только гадать.

Боги, ну чем могла закончиться вполне себе невинная вечеринка двух подруг, запертых в отдельной комнате на окраине города? Ну правильно же — только сном.

— Эйрин, поднимайся тебе пора собираться, чтобы успеть вовремя, — негромко позвала мама с первого этажа, но для моего слуха вполне достаточно.

Открыв глаза, порадовалась ещё одному плюсу — голова была свежей и лёгкой.

Быстро собравшись, стараясь не разбудить самозабвенно храпящую Файку, спустилась вниз, позавтракала и точно так же споро отправилась на остановку, чтобы нанять экипаж.

Светило едва взошедшее ярко-алое осеннее солнце, в воздухе витала приятная прохлада, а по земле тянулись рваные клочья тумана. Немного зябко, но вполне приемлемо. Город потихоньку оживал. Улицы заполнялись повозками, дилижансами и экипажами.

И тут мимо меня проехала гружёная верхом повозка, которую еле как тащил облезлый мул, а мужичок, что правил ею вдруг гаркнул:

— Неблагодарная скотина! Мы так до обеда не доедем! — с силой обрушил он какую-то хворостину на круп животного, но на скорость движения это никак не повлияло.

Услышав его фразу, я вздрогнула, а перед глазами возник странный образ:

«— Да, что ты знаешь⁈»

Прозвучало почему-то моим голосом, а перед глазами плавала одна невнятная муть, как оказалось потому, что я отчаянно натирала очки, чтобы водрузить их на нос.

Файка сидела передо мной в обнимку с той самой бутылочкой и смотрела как-то чересчур жалостливо.

«— Он же неблагодарная скотина», — шепотом поделилась я. «— Я ж ему всё», обрисовала я руками нечто огромное. «— А он мне? Знаешь что?» — тут же состроив надменную гримасу попыталась изобразить пренебрежительно-ледяные интонации Терона:

«— Вам стоит озаботиться правилами хорошего тона за столом. Вы слишком громко пользуетесь столовыми приборами. Представляешь? Я⁈ Громко пользуюсь⁈ Да я ваще ими не пользуюсь! Ик! Ой», — икнула и тут же ойкнула я под заливистый хохот подружки.

— Вот же, — прошептала себе под нос, рассеянно проведя по волосам, когда передо мной остановилась наемная карета и я поспешила забраться внутрь.

Назвав адрес вознице, я уже было собралась подремать оставшуюся часть пути, как едва тронувшийся экипаж резко затормозил и я чуть не соскользнула с сиденья. Заржали лошади, а возница проорал в сторону быстро убегающей псины:

— Демонова кобелина! Чуть не зашиб!

«О да, ещё та кобелина», всплыло в памяти разбавленное хохотом. Не то моим, не то Файкиным.

— Это что я что ли? — прошептала себе под нос, чувствуя, как спина покрывается холодным потом.

Совершенно малодушно захотелось спрыгнуть прямо на ходу и вернуться назад. Потом, подумала ещё немного и решила, раз не помню значит не было! Мало ли, что там артфакт покажет, может он и не заметит ничего! Ну в конце концов, ничего важного я ведь не рассказала… так, делилась впечатлениями, можно сказать?

— Твою мать, — прошептала себе под нос, накрывая рукой лицо.

А, что если я рассказывала о своих чувствах? Что если признание маме тоже считается, разглашённой информацией? Нет, не может быть, это всего лишь моё суждение о нём, а не информация, касающаяся его лично.

— Да, такая как, например, что он кобель и скотина, — с отчаянным стоном опустила я лицо на колени и издала вопль умирающего зверя. — Файка, зараза любопытная! Выпытала же, нашла способ! Всё зло от подруг идиотин! — продолжала я шипеть себе под нос.

У меня было несколько часов на то, чтобы подготовиться к встрече с Аскардом. Есть вероятность, что он не заглядывал в свою книжку и я просто стащу её и вырву нужные страницы? Может быть, это сработает? А, если нет, то надо идти в несознанку. Нет. Буду просить прощения! Что с меня взять? Скажусь полной идиоткой на том и разойдёмся. Всё же он взрослый и умный мужчина должен понять и простить… надеюсь.

Дорога до поместья была волнительной. Несмотря на все мои доводы, которые начинались с того, что как возьму, ка пошлю его куда подальше пусть только слово мне скажет и заканчивались на жалостливом нытье из разряда: я больше так не буду, простите меня хотя бы разочек я же не со зла! Но я все равно не могла успокоиться. По большей части мне просто было неловко. Ну да, я столько раз умирала и воскресала, потом все эти мои совершенно никем не прошенные и невзаимные чувства, что, конечно, я перенервничала и сорвалась, но ведь это не вина Терона! Я не должна была обзывать его теми словами. Во всяком случае не так, чтобы он узнал…

Ещё немного повздыхав над перипетиями судьбы я уснула совершенно беспробудным сном и очнулась только, когда кучер постучал в стенку экипажа. Оказалась всю дорогу я проспала, уперевшись носом в окно, представляю, как это могло выглядеть со стороны! Вот тебе и совесть замучила, так мучила, что память отшибло вместе с сознанием и я прекрасно выспалась.

На место мы прибыли, как я и рассчитывала за час до того, как обычно Терон начинал работать. Не теряя ещё больше времени, отправилась в рабочее крыло. Стоило попытаться проверить книжку, пока барс не спустился на рабочий этаж. Возможно, катастрофы ещё можно было избежать.

Беспрепятственно преодолев коридор, который вёл к кабинету барса я заметила, что даже Малкольм ещё не спустился. Это конечно радовало. Потому никем не задерживаемая, я, как и обычно, вошла в кабинет барса, притворила за собой дверь и тут же принюхалась. К вполне типичным ароматам кабинета барса вдруг примешался какой-то алкогольный дух…

— Пить меньше надо, — пробурчала я себе под нос и тут же бросилась к письменному столу.

Обычно эта волшебная книженция лежала на самом краю и изображала обычный рабочий ежедневник в темном кожаном переплёте. Но сейчас тут были лишь кипы каких-то договоров, смет и прочего барахла понятного одному Аскарду.

— Чем это вы занимаетесь? — послышалось у меня за спиной, точно я была героиней какой-то пьесы и в самый неудобный момент пожаловал герой.

Как он только так бесшумно подкрался? Обычно я всегда его слышала или это он позволял мне это? Кот всё же, неудивительно, что так бесшумно двигается.

Резко выпрямившись, я быстро повернулась и расплылась в улыбке:

— Пыль вытираю, — выпалила я. — Готовлю ваше рабочее место, как положено помощнику.

— Да? — изогнул он смоляную бровь, и тут же поднял руку, в которой была та самая злосчастная книженция. — Может и её стоит протереть?

Это был провал. Теперь вся надежда на фирменный взгляд и мольбы о прощении!

— Хотя, что ж её тереть-то, когда внутри столько всего? Не лучше ли зачитать самое…э… — продолжал он, лениво переворачивая страницы, — пусть будет интригующее?

— Может, лучше не надо? — промямлила я, тяжело сглотнув.

— Ну, почему же нет? Тут столько интересного, что меня буквально на полночи увлекло, спася от тягостных дум.

— Да? Вот, как хорошо, — нервно улыбнулась я, — вы разок прочитали и ладно.

— И всё же, — продолжал он, открыв еженедельник посередине и начав зачитывать то, что я помнила лишь урывками совершенно монотонным голосом. При этом реплики Файки в виду отсутствия подписанного договора с её стороны отсутствовали. — Да, что ты знаешь. Он же неблагодарная скотина. Я ж ему всё. А он мне, знаешь что. Вам стоит озаботиться правилами хорошего тона за столом. Вы слишком громко пользуетесь столовыми приборами. Представляешь. Я. Громко пользуюсь. Да я ваще ими не пользуюсь. Ик. Ой. Ха-ха-ха-ха…ха-ха. Буквосочетание «ха» повторяется несколько десятков раз, — прокомментировал Терон. — Хотелось бы уточнить, когда это я делал подобные замечания? Не напомните? — изогнув бровь, взглянул он на меня.

Что я могла сказать? Вряд ли это был удачный момент для разговора о повторяющихся жизнях и временных петлях.

Тем не менее барс продолжал с каким-то одному ему понятным интересом листать страницы своей магической книги.

— Правда тут и впрямь есть моменты, которые меня весьма заинтриговали. Например, вот, — он остановился на какой-то странице и зачитал совершенно монотонным голосом: — «Лезет всё куда-то, как неугомонный. То обмажется непойми чем и фьють на тот свет, как будто, так и надо, а я следом, как дура. Поминай как звали. То под феечку свою подсунется с травоядной мачехой…ик…отравъядной, то есть, а я, видите ли, не влезайте между ними. Да, если бы не я ха-ха-ха». Далее ваше «ха-ха» относительно меня ещё на несколько страниц. А под конец лаконичное: «кобель». Кстати, про кобеля тут довольно много, но хотелось бы заметить, что коты по определению ими быть не могут, не знали? — изогнув вопросительно бровь, он подошел ко мне ещё немного ближе так, что я уперлась бёдрами в письменный стол.

Только сейчас я почувствовала, что что-то не то! Казалось бы, Терон должен был бы быть в ярости на меня и эти глупые слова, но вместо этого он так странно смотрит, что я не в силах отвести взгляд, растворяясь в тягучей стали его глаз. Его горячее дыхание как-то особенно остро чувствуется на моей щеке. Тяжело сглотнув, потерялась от такой его близости. Почему вдруг она кажется столь интимной, а мысли разбегаются и я перестаю понимать, что именно происходит и к чему это ведёт?

Терон Аскард

Наверное, если бы не книга в его руках он бы не вынес эту ночь.

Скорее всего просто сошёл бы с ума от желания отправиться в город, ворваться в особняк Миттар и будь, что будет! Но когда стали приходить уведомления о сказанном…

Сперва он испугался, что его истинная ненавидит его! Что он слишком сильно обидел её, и что по всей видимости воскресает он далеко не в третий раз и в отличии от него Эйрин скорее всего помнит о каждом таком эпизоде. Он не мог даже представить, каково это раз за разом проходить подобный путь в одиночестве⁈ Насколько подобная участь ужасна для совсем юной девушки какой бы сильной она не была⁈

Читая все эти странные фразы, брошенные вскользь и по всей видимости в состоянии далеком от трезвого, его сердце обмирало всякий раз, стоило ему задуматься над этим. А ещё он очень боялся увидеть строки, которые сказали бы о том, что он был слишком груб, его не простят и не желают видеть рядом. Он понимал, что эти страхи основаны на первобытных звериных инстинктах, но как-то обуздать их пока не мог. Да и вряд ли такое будет возможно со временем. Эйрин злилась, была обижена, но в конце, самым последним, что выдала книга было короткое признание, что подарило новую надежду, окрылило и заставило встретить рассвет с радостно бьющимся сердцем, предвкушая встречу и признание. Больше он просто физически бы не выдержал!

Своё он прочел в два часа ночи, и оно оцарапало что-то внутри, заставив поклясться самому себе, что он не ошибется.

Стоя рядом с Эйрин он бросил книгу-артефакт на стол, страницы зашелестели открывшись там, где были последние слова, сказанные ею в эту ночь:

«— Как хорошо, Файритиэль… как хорошо…»

«— М? Что хорошо? Дурочка! Как хорошо, что твои чувства взаимны. Любить, когда тебя не любят в ответ, очень грустно, ты знала?»

«— Кого? Его, конечно! Кобеля! Можно подумать…ням-ням-ням…ещё кто-то есть? Х-рррр…Х-ррр…Х-ррр».

Рука Терона коснулась тонкой цепочки на шее и не отводя взгляда от Эйрин он потянул за неё давая возможность ей самой понять, что за связь между ними.

Эйрин Миттар

Я знала, что Аскард носит артефакт способный защитить от направленного механического воздействия типа выпущенной стрелы, при условии, что в ней нет магической начинки. Но зачем он решил его снять в такой напряженны момент? Да ещё стоя так близко ко мне, что любое стягивание предметов одежды выглядело чересчур многозначительно! Для меня так уж точно…

Тяжело сглотнув, я не могла найти в себе сил отвести от него взгляд. Да и как это сделать, когда на тебя смотрят так, что сердце теряется где-то в животе. Стоило тонкой серебряной цепочке остаться в широкой ладони Терона, а мне сделать короткий судорожный вдох, как лёгкие обожгло, сердце заколотилось с неистовой силой и кажется поняло куда больше и быстрее, чем мой совершенно ошарашенный происходящим разум.

Об истинности оборотней написано много книг. Ещё больше выдвинуто теорий, которые начинаются от «дара богов» и заканчиваются научными изысканиями, где лучшие умы нашего мира предполагают, что истинность ни что иное, как совпадение двух особей, как идеально подходящих для воспроизведения сильного потомства двуипостасных. Кто-то даже предполагал, что оборотни вовсе не являются магически нейтральными существами, просто наша магия заключается в способности к обороту и именно на ней зациклены все наши потоки, а стоит встретить единственно подходящего партнёра, как эти потоки переплетаются с ним, сливаясь в единое целое и истинно подходящее, незаменимое. Моя бабушка говорила, что, встретив дедушку, она сразу поняла, что он тот самый. Но боялась, что так чувствует лишь она. Поэтому прошло некоторое время прежде, чем они начали сближаться. Самое интересное, что дедушка терпеливо ждал её тогда, подыгрывая тому, как она тщательно планировала их встречи. И сейчас, всё, о чем я могла всерьёз поразмыслить из этого нестройного ряда стремительно мелькнувших в моей голове мыслей, так это что мой дед либо умственно отсталый, либо какой-то однозначно ненормальный раз целую неделю мариновал бабулю Фло в её переживаниях!

Вместе с первым вздохом, что казалось огненным шаром прокатился по гортани, вспыхнул ослепительно-ярко в солнечном сплетении, пуская тончайшие золотые нити по всему телу, заставляя вибрировать в унисон каждую клеточку тела, души переплетаясь всем естеством с мужчиной, что каким-то потемневшим взглядом жадно выхватывал каждую эмоцию во мне, замерев напротив. С первой секунды осознания того, как мы связаны, я поняла, что всё что угодно, но я не смогу просто сделать вид, что не понимаю того, что происходит! И пусть это будут трижды инстинкты или дар богов, мне было абсолютно плевать, потому что…

Я успела лишь моргнуть, когда губы Терона накрыли мои: обжигающе-горячие, властные, направляющие. Он целовал меня так, будто в этом заключался весь смысл жизни, что всегда стремился к этому моменту! Его ладони заскользили по моей талии, очерчивая изгибы, а затем сжались на ягодицах, подсаживая на край письменного стола. Теперь наши тела стали ещё ближе, поцелуй глубоким и жадным, словно он наконец-то дал волю тому, что так долго сдерживал. Пытаясь дышать хотя бы урывками, я вцепилась в его плечи, чувствуя, как под тканью моей блузки напряглись горошины сосков, и они болезненно трутся о тело барса. Дыхание окончательно сбилось, в висках застучала кровь, а реальность вокруг растворилась в вихре совершенно новых, острых ощущений: в жёсткой хватке его рук, в жаре нашего поцелуя, в окончательно завладевшем разумом запахе его тела — терпком, мужском и таком непостижимо родном.

Все могло бы зайти куда дальше, и я не представляю, что в принципе было способно в этот момент оторвать нас друг от друга. Но раздался сперва несмелый, а потом ритмично повторяющийся стук в дверь и жадно хватая ртом воздух, всё ещё цепляясь дрожащими пальцами за плечи Терона, я смогла чуть отстраниться от него, а барс недовольно утробно зарычал.

— Малкольм, чтоб он провалился, — прошипел он, подтянув меня ближе к себе и жадно вдыхая аромат моих волос. — Теперь, когда я почувствовал твой аромат без этих ужасных духов, что так долго его от меня прятали, я перестал их чувствовать.

— Духи? — изогнув бровь, усмехнулась я.

— Угу, самые ужасные духи на свете, — поделился он. — Как хорошо, что вчера мы упали в реку…

Настойчивое «бум-бум-бум» заставил нас неохотно разомкнуть объятья и Терон направился открывать дверь, а я поспешила слезть со стола.

— Доброе утро, шейр Аскард! — послышался какой-то взбудораженный голос секретаря Терона.

— Доброе, — буркнул Терон, неохотно позволяя Малкольму войти.

Вредный секретарь скользнул по мне недовольным взглядом и подозрительно сощурился, смотря на то, как я невозмутимо поправляю бумажки на своем столе. Ожидаемо у Терона спрашивать почему так долго не открывали дверь не стал. Но вряд ли мне удалось скрыть свой ошарашенный и несколько не от мира сего вид.

— У меня срочное послание от шейра Эллиота Содер. Он просит об аудиенции сегодня относительно того, как сорвалось ваше вчерашнее свидание с невестой, — кажется слово «невеста» Малкольм специально произнёс, чтобы я лишний раз услышала.

Ну или мне так показалось.

— Передай ему, что смогу с ним встретиться не раньше вторника, сегодня слишком напряженный график, — совершенно невозмутимым тоном сказал Терон.

— Но у нас не назначено никаких встреч? — кажется Малкольм не желал так просто отступать за дверь.

— У нас не назначено. Эти встречи касаются меня и шейри Миттар. Твоё присутствие ни к чему.

Ах, если бы взгляд, усиленный линзами очков, мог бы убивать, то меня бы пронзило насквозь. Кажется, Малкольм был готов объявить войну.

— И всё же, я хотел бы заметить, что у шейри Миттар недостаточная квалификация, чтобы проводить деловые встречи, а последнее время вы всё время…

— Малкольм, — вкрадчиво обратился к нему Терон.

— А? — неохотно прервавшись на середине своей тирады, как-то испуганно посмотрел он на Терона.

— Иди, когда будет нужно, то я сообщу.

Бедный секретарь выглядел так, словно Терон его тут прилюдно растоптал. Таким поникшим и несчастным он выглядел. Кажется, кто-то всерьёз ревнует и видит во мне не совсем честного конкурента.

Стоило за Малкольмом затвориться двери, как Терон оказался возле моего стола и тут же сцапал мою руку, притянув к себе.

— Пойдем, надо о многом поговорить, — прошептал он, уводя меня за собой.

— Так странно, — прошептала я одними губами, нежась в объятиях Терона.

Его пальцы неустанно касались моего тела исследуя и приучая к себе.

Наверное, ещё никогда в жизни мне не казалось все происходящее настолько странным. Когда оказалась почти слепой какое-то время думала, что всё это не со мной. Что так не может быть! Я злилась и пыталась это принять. Но даже такая травма, не показалась мне странной. Можно сказать, что учитывая мой образ жизни, она была ожидаемой.

Но сейчас сидя на коленях у самого необыкновенного мужчины на свете, с удовольствием вдыхая его аромат и полностью растворяясь в нём, я думала, что это по-настоящему странно. Разве бывают такие волшебные истории с девочками вроде меня? И как это возможно, что имея такую огромную любящую семью, как у меня я впервые почувствовала себя цельной и счастливой оказавшись в руках, по сути, не сказать, что давно знакомого оборотня? Так бывает вообще?

— Что странно? — спросил Терон, так и не дождавшись от меня продолжения.

Из всех мест в резиденции он выбрал библиотеку, которая в это время дня была совершенно свободна, и закрыв все двери расположился вместе со мной на одном из диванов.

В свое время я, как и любой молодой оборотень весьма подробно интересовалась тем, что происходит в истинных парах и знала, что с момента признания двумя оборотнями друг друга очень важны первые дни формирования связи. Обязательным и непреодолимым условием является всё время находиться рядом. Нужен любой контакт и чем ближе и теснее он будет, тем лучше. В принципе, даже не знай я почему не могу заставить себя слезть с колен Аскарда, я бы все равно не смогла этого сделать. Это было выше моих сил. И в библиотеке мы оказались, как я позже поняла лишь потому, что Терон не хотел показаться мне дикарём и хотел сперва поговорить.

Ха, знал бы он с кем имеет дело, и кто тут реально дикарь⁈

— Странно то, что с нами происходит, — решив не вдаваться в собственные заморочки, перевела тему на более насущную, пока ещё была в состоянии хоть что-то соображать. — Я правильно поняла, что ты помнишь? — боясь ошибиться и сказать лишнее, а как следствие умереть погребённой под книжным шкафом или ещё чего похлеще, поинтересовалась я.

— Ты имеешь в виду то, помню ли я, что минимум трижды умер на вчерашнем свидании, пока меня не спасла совершенно очаровательная девушка? — последние слова он прошептал мне куда-то в область шеи, начиная покрывать её поцелуями, от чего все мысли о серьёзном разговоре стремительно разбегались.

— О том самом, — засмеялась я, пытаясь увернуться о щекочущих кожу ласк. Ну, или вернее сказать, делая вид, что пытаюсь увернуться.

Ещё какое-то время заняло наше дурачество прежде, чем Терон всё же спросил:

— Как давно это с нами происходит? В который раз я умираю, а ты спасаешь меня?

— М, — ненадолго задумалась я, — из того, что помню я — семь раз.

В этот самый момент я почувствовала с какой силой сжались его руки вокруг меня, точно пытаясь защитить от всего на свете.

— Ты знаешь, почему так происходит?

Испытывая абсолютную эйфорию от одной только мысли, что мне есть с кем поделиться происходящим с нами, я, ничуть не сомневаясь, решила рассказать всё с самого первого «нашего раза». Терон слушал внимательно и не перебивал меня, лишь его объятия, точно барс забывался, становились время от времени настолько крепкими, что было сложно дышать.

— Когда я была ребёнком, то мы с дедушкой кое-что нашли в городском парке, — под конец я решила озвучить самую важную часть своей истории и вытащила из кармана юбки часы, раскрыла ладонь и показала их барсу. — Я видела портрет твоего отца внизу, и он держал в руках точь-в-точь такие же. Все началось в тот самый первый раз, когда мы умирали в дворцовом парке и наша кровь смешалась, а часы лежали аккурат между нами. Мне кажется, что это какой-то артефакт или что-то такое? — встревоженно посмотрела я на Терона, который не сводил глаз с лежащих на моей ладони часов.

— Можно? — попросил он, протянув мне открытую ладонь.

— Я так понимаю, что это твоя фамильная реликвия, почему ты спрашиваешь? — усмехнулась я, аккуратно протянув ему часы.

— Потому, что теперь они твои, — просто пояснил он. — Но ты права, когда-то они принадлежали моей семье на протяжении довольно длительного времени. Даже своя легенда о них есть, — на губах Терона возникла ироничная улыбка и он слегка покачал головой. — Ну, до этого момента я искренне полагал, что это всего лишь легенда. Говорят, много-много веков назад, ещё на заре времён, земли, где сейчас находится Давор, Эвритания и Северные пустоши были населены вовсе не оборотнями, людьми, магами и эльфами. Сюда мы пришли гораздо позже, когда истинные хозяева этих земель ушли в новый мир окончательно разочаровавшись в этом. Тогда эти земли были населены духами природы и стихий, возможно ты слышала о сильфах и семаргах?

— Дедуля читал мне что-то о них в детстве, — задумчиво прикусила я нижнюю губу. — Что-то о принцессе сильфов и принце семаргов…история любви огня и воздуха и как один сжег в своей страсти другую…

— Да, легенда, повествующая о том, как между принцем духов огня и принцессой духов воздуха вспыхнула запретная страсть и принц сжег сильфу, а после сам задохнулся без своей единственной. Говорят, потеряв двух наследников духи решили уйти туда, где время не имеет значения, и даже умершие однажды сумеют воскреснуть. Они покинули наш мир, но кое-что всё же осталось.

На этих словах Терон щелкнул что-то на часах, и крышка циферблата откинулась, обнажая внутренний механизм часов, где среди шестерёнок и прочих миниатюрных механизмов в самом центре расположился удивительный камень. Он был довольно маленьким, но совершенно необычным. Одна половинка прозрачная, как слеза, а другая темно-алая точно кровь.

— Говорят, когда-то мои предки решили основать свою первую шахту по добыче алмазов там, где был найден этот камень. В роду его очень ценили и называли сердцем двух стихий, как ты понимаешь, поговаривали, что это всё, что осталось от любви принца и принцессы — их сердца, сплавленные в одно.

— Ты полагаешь дело в камне? А сами часы совершенно обычные?

— Им больше трёхсот лет и делал их один из лучших эльфийских мастеров, как ты понимаешь, конечно же он был артефактором. Позволь, — он осторожно ссадил меня с колен на диван, поднялся и устремился к одному из стеллажей.

Некоторое время у Терона ушло на то, чтобы найти необходимую книгу, которая больше походила на толстенный альбом с рисунками и описанием к ним.

— Иди ко мне, — позвал он меня к себе, опустив книгу на письменный стол, а сам сел на стул.

Меня же вновь утащили на колени. Терон тут же уткнулся носом мне в шею с удовольствием и жадностью втягивая мой запах. Я же обняла его за плечи и вдохнула аромат его волос. Очень сложно было остановиться и просто перестать дышать друг другом, но нужно всё же взять себя в руки.

— Мои предки не слишком-то уважали и ценили артефакты, в принципе, как и все оборотни. Кто знает, сколько из предметов старины, купленных ими, имеют магические свойства, которые они посчитали неважными? Страшно представить, — хмыкнул он. — Но, вот чего у них не отнять, — начал он, листая книгу, — так это тщеславия и желания иметь подтверждение того, что редкая вещь сделана известным мастером и имеет за собой историю, а стало быть, и цену.

Страницу за страницей он переворачивал листы альбома, на котором были изображены кольца, броши, колье, серьги, курительные трубки, трости, часы, а напротив подробное описание изделия, имя мастера, свойства, первичная стоимость.

— Мой прапрадед очень боялся, что кто-то украдёт у него камень, если он будет хранить его в сейфе, потому он решил заказать часы, в которые будет вложен камень и которые никогда не смогут потеряться, — проказливая улыбка появилась на губах Терона. — Как видишь, я с успехом их потерял, а ты нашла, хотя считается, что не будучи хозяином часов ты пройдёшь мимо и не заметишь, а если вдруг захочешь взять в руки, то непременно передумаешь. Не уверен, что кто-то читал о свойствах артефакта, которые были заложены мастером изначально.

Наконец-то открыв книгу на нужной странице, я увидела изображение часов, которые были со мной с самого детства.

«Часы двух сердец» мастер Эльвиталь Эорель. Год изготовления 1328 со дня рождения великого Эйвинга короля Священного леса.

На противоположной стороне была указана изначальная стоимость изделия от вида которой мне едва не сделалось дурно и одновременно смешно. Зарплата сто пятьдесят руй⁈ Ха, да у меня в кармане до конца жизни и обратно по столько, если не больше! А также перечень материалов, которые использовал мастер. И лишь в самом конце под строкой «свойства изделия» было указано следующее:

'Взяв за основу окаменевшие сердца сильфа и семарга…

Не вольно зависнув на первой же фразе, я посмотрела на Терона указав на строчку.

— Это что правда вплавленные друг в друга сердца? — почему-то шепотом поинтересовалась я.

Терон выглядел не менее растерянным.

— Эльфы в отличии от нас верят, что сильфы и семарги действительно существовали, как и духи других стихий. Согласно их приданиям, если умирает тот, у кого есть физическое тело, то всё, что от него остаётся — это дух, а если погибает дух, то он обращается в камень или что-то материальное.

Решив, что мой мозг не способен просто принять как данность, что в моих часах впаяны сердца некогда живых пусть и не совсем материальных духов, я продолжила читать.

«Взяв за основу окаменевшие сердца сильфа и семарга я решил, что связать время и истинность, которая встречается лишь среди представителей народа заказчика, будет прекрасным выбором. Часы примут хозяином, как мужчину, так и его истинную пару. Поскольку духи стихий не понимали значения времени, то магическая закольцовка артефакта в теории способна извлечь остаточную энергию сердец, которую приведёт в рабочее состояние посмертный выброс предназначенных и их кровь. Теоретически время для такой пары потеряет границы».

— Эльфы, чтоб их, — всё же кое-как найдясь со словами, пробормотала я.

— Тогда было популярно создавать редкие артефакты, чтобы показать мастерство автора…

— Да какое уж тут мастерство? Ему даже проверить его не на ком было! Еще бы написал, что создал портал в мир духов и сработает он если поймать единорога в полночь, отпилить ему рог проткнуть им часы⁈ Аферист какой-то, — возмущенно выдохнула я.

— Но работают же, — всё же подметил Терон.

Что ж, не могла с ним не согласиться.

В какой-то момент между нами повисла небольшая пауза и я почувствовала, что Терон хочет о чем-то поговорить, но сомневается. Это было мимолётное ощущение, но почему-то не возникло ни толики сомнений, что именно так и есть. Странно. О таком я только читала. Говорят, с годами пары могут понимать друг друга без лишних слов и чувствовать на расстоянии. Пока же это похоже на неясный отблеск, который мелькнул и тут же исчез.

— У меня такое чувство, что ты хочешь о чем-то поговорить, но сомневаешься. Почему? — всё же поинтересовалась я.

Терон взглянул на меня сверху вниз и понимающе улыбнулся.

— Просто не знаю, как ты отнесёшься к тому, что я считаю необходимым сделать, — сказал он, продолжая удерживать мой взгляд.

Честно говоря, наши животные инстинкты играли с нами злую шутку. Хоть и говорили, что в истинных парах не стоит ожидать от партнёра подлости или злого умысла, но, если так подумать, это не многим надёжнее, чем когда-ты идёшь на собеседование во вроде бы нормальную компанию, а потом, как я, оказываешься в каталажке, как участник мошеннической схемы. К тому же в последнее время прилавки наших книжных магазинов наводнили эльфийские романы об истинных парах, где герой мерзавец изменяет или совершает какую-то подлость не осознавая, что перед ним его истинная. Все оборотни знают, что это невозможно, когда пара уже признала друг друга и закрепила связь. Но мама и тётя Элаиз, например, читают их взахлёб с обильным слёзоотделением жалея главных героинь. Волей неволей задумаешься, может и не стоит так уж растворяться в собственных инстинктах? Мы с Тероном не так давно знаем друг друга, он успешный глава рода, у него огромное состояние и влияние в обществе, а я… Эйрин Миттар.

— Я хочу, чтобы о нас пока никто больше не знал, — всё же сказал Терон, а мне на миг стало не по себе. — Не стоит разрывать помолвку и…

Сердце как-то болезненно сжалось, а к щекам устремился жар. Было странное ощущение, как будто мне в лицо плеснули ведро ледяной воды. Я и подумать не могла, что в столь короткий срок стала так уязвима от его отношения ко мне!

— Ты не так поняла, — поспешил заговорить Терон, словно почувствовал изменения во мне. — Как только моя мачеха узнает о тебе, то это поставит под угрозу тебя и всех, кто тебе дорог. Я не могу этого допустить.

Какое-то время я молчала, боясь позволить себе пошевелиться и все мои силы уходили на то, чтобы побороть инстинкты своей животной ипостаси, которая требовала устроить показательный дебош и нашинковать эту библиотеку вместе с барсом в мелкий кубик. Или отправиться прямиком к его мачехе и организовать ей скорое отправление на тот свет и будь, что будет! Забывая о магической составляющей дела, я растворялась в самых агрессивных инстинктах своей ипостаси рискуя сорваться самым позорным и недостойным образом. Очень тяжело, когда внутри тебя есть сразу три части и если разум готов к компромиссам, то сердце болезненно ноет, а звериная ипостась жаждет крови и плевать ей чьей.

— Сейчас король готовит материалы для ареста, как только это произойдёт, то скрывать не будет никакого смысла.

Он попытался приобнять меня и вновь прижать к себе, когда мои руки сжались на его запястьях и легко развели их в стороны.

— Не сейчас, — бросила я, поднимаясь с его колен, — иначе боюсь нам придётся пережить этот день заново.

— Но… — попытался он подняться следом за мной, а я с трудом сдерживаясь толкнула его обратно.

Терон откинулся назад и чуть отъехал на своем стуле по до блеска натёртому паркету, издавая противный скрип.

Я лишь подняла указательный палец вверх, предостерегая его от дальнейших действий, повернулась на каблуках и поспешила покинуть комнату, пока звериное не взяло верх над разумом. Открыв дверь библиотеки, я уже совершенно не сдерживаясь шибанула ею так, что с потолка посыпалась штукатурка, а сама огромная дубовая дверь слетела со столь же внушительных петель и с оглушающим грохотом не рухнула позади меня.

До самого вечера я сидела в выделенных мне покоях будущей госпожи Аскард и пыталась сосредоточиться на дыхательных техниках. Я чувствовала, что Терон был в смежной с моей комнате, но нарушать границу он не пытался. Время от времени когти на моих руках удлинялись, и я порывалась располосовать стену или ворваться в покои Аскарда и показать ему, что я думаю по поводу того, что «не стоит разрывать помолвку» и как легко разрывается жених!

— Нет, нет, приди в себя, бога ради, хватит, — шептала я себе под нос и вновь начинала усиленно концентрироваться на дыхании. — Ты же взрослая и должна понимать, что он прав и лучше пока помолчать. Его родственники совершенно отшибленные! Что если пострадает мама или близнецы? Вдруг это будет бабушка или дедушка?

Звериная суть лишь многозначительно скалилась, подкидывая в воображение, как семья медоедов разрывает на части подосланных наёмников. Поняв, что этим мою не вполне сознательную часть не испугать представила Файку и десятка два наёмников на неё одну. Зверь внутри агрессивно ощерился, но признал Файку слабой и во всех смыслах непутёвой. Ни толстой шкуры, ни когтей, ни клыков. Лысая, да и с зубами проблемы…

— Эй, — приструнила я собственное разбушевавшееся нутро. — Так, всё, надо поспать, — решила я.

Приняв ледяной душ, я переоделась в одну из своих пижам и улеглась под одеяло. Ничего, мне просто нужно успокоиться и всё будет хорошо. В конце концов, неужели я не договорюсь с самой собой?

Проснулась внезапно, потому как на талии сомкнулись крепкие уверенные объятия, и меня тут же подтянули ближе, почти подмяв под огромное мужское тело, совершенно безапелляционно, без намёка на возможность отстраниться и что мне это будет позволено.

Сердце на миг замерло, а потом понеслось нестройным галопом, разгоняя по телу горячую кровь. Я выдохнула, ощутив, как его дыхание обожгло мочку уха.

— Я со всем разберусь, пожалуйста, поверь, и для меня нет никого важнее тебя, — прошептал он, его низкий, чуть хриплый голос, прокатился по коже вызывая нестройный рой мурашек.

Я закрыла глаза, получая необыкновенное удовольствие от близости со своей парой. От его запаха, что вдруг заполнил собой всё пространство вокруг лишая разума и возможности мыслить отстранённо или продолжать злиться. Губы Терона коснулись шеи чуть ощутимо и тут же отстранились. Он словно давал мне возможность отстраниться, остановить его. Но проведя столько времени вдали от него, пытаясь обуздать собственный нрав, я просто не смогла бы этого сделать. Невесомые поцелуи заскользили вдоль трепетно бьющейся жилки на шее. Они то почти исчезали, то становились настойчивыми и страстными. Такие его прикосновения заставляли выгибаться в его умелых руках, наслаждаясь теми ощущениями, что он мне дарил. В какой-то момент я не выдержала и повернулась к нему лицом.

Поцелуй вышел страстным, жадным, таким, словно он каждым движением языка и губ будто говорил мне, как он соскучился, как страстно желает меня. То, что в какой-то момент мы оба оказались без одежды, было совершенно естественным. Первая близость была необходима, как воздух. Только так наша связь могла полностью завершиться и для звериной ипостаси это было лучшим способом успокоиться и почувствовать, что угрозы для союза нет. Всё эти инстинкты, помноженные на нежность, страсть и абсолютную отдачу партнёру порождало удивительное чувство единения и… любви. Да, оборотни любят страстно, и духовное неотделимо от телесного.

Лишившись зрения, я и подумать не могла, что ощущения от первой близости с мужчиной станут настолько сконцентрированными на осязании и обонянии. Мои ладони читали каждый сантиметр его тела, наслаждаясь приятной шелковистостью волос, гладкостью кожи, запоминая изгибы его крепких мышц, а тело впитывало прикосновения, загораясь там, где он касался меня; покрываясь взбудораженными мурашками там, где обжигающие прикосновения сменялись прохладой, когда его ладони смещались. Губы Терона скользили по моей шее, нежно выцеловывая каждый сантиметр, спускаясь ниже и точно также нежа в поцелуях мою грудь заставляя задыхаться от силы совершенно неизведанных ощущений.

В эту ночь мы горели, растворяясь в общей на двоих страсти. Первое проникновение лишь на миг отрезвило краткой вспышкой боли, что тут же потушила нежность и забота, которую я без конца чувствовала в эту ночь. Мы заснули, когда за окном забрезжил рассвет, но всё что имело значение в этот момент — это размеренный стук сердца Терона и крепкие руки, в которых так сладко было забыть обо всем.

Айра придирчиво оглядела своё отражение в зеркале. Платье из баснословно дорогого изумрудного шелка, привезённого по её личному заказу из самого Шархаата, пошитое по эксклюзивным выкройкам шейра Лувель в его личной мастерской стоило как приличный особняк в черте города. Но оно было достойно каждого руй уплаченного за него! Фамильный гарнитур из белого золота и изумрудов так шикарно подчеркивал зелень её глаз и огненную роскошь волос. Волосы уложены локон к локону. На то, чтобы естественно прорисовать линию губ так, чтобы они казались сочными и желанными для поцелуев у горничной ушло порядком времени. Алебастровая кожа и нежный румянец на щеках. Она объективно была не просто хороша, а шикарна. Мимо таких женщин не проходят не обратив внимания. Уж сегодня она точно не останется без внимания Эрхариона Эрейского!

Бросив последний взгляд на своё отражение, Айра вышла из комнаты и уже в сопровождении брата и матери отправилась на званный вечер в дом Содер.

Дорога пролетела незаметно, тем более жили они в одном квартале вместе с рысями и поскольку они были родственниками Терона Аскард чета Содер всегда приглашала их на устраиваемые ими вечера. Терона тоже приглашали, но он редко когда принимал праздные приглашения, если они не исходили от его величества. Так что никто из них и не думал, что сегодня им предстоит неожиданно встретиться с Тероном.

— И чего ты так вырядилась? Решила ослепить всех блеском камней на фамильном ожерелье? — усмехнулся Гидеон, смерив сестру недовольным взглядом.

Сам Гидеон вообще никуда не хотел идти. Стоило ему вчера узнать, что нанятые им наёмники в очередной раз провалились, а кое-кто и был задержан полицией, как его рука сама собой нашла подходящую случаю бутылку и всю прошлую ночь он с ней так и не расставался. Если бы только это могло помочь в сложившейся ситуации!

— Отстань от сестры, — одернула его мать. — Лучше бы брал с неё пример, а то я по одному исходящему от тебя амбре могу сказать какого года был урожай в употребляемых тобой напитках, — почти прошипела Анаис.

Сама женщина заметно нервничала, так как вчера пришло уведомление от налоговой инспекции о начале проверки относительно работы её шахт, полученной прибыли и уплаченных ею налогов. И хотя Анаис была уверена в прокрученных ею схемах по обналичиванию неучтённых средств и сокрытиях, она всё же волновалась, боясь, что что-то может пойти не так. Сейчас ей никак нельзя было запятнать их имена ни в одном скандале, тем более в таком, где стало бы понятно, что не так уж у них всё хорошо с деньгами.

— Амалия сказала, что они пригласили Эрхариона и он обещал быть, — поделилась Айра.

— Значит наверняка будет и крошка Бекка, — хмыкнул Гидеон, прекрасно понимая, что наступает на больную мозоль сестры.

— Бекка ничто, а я и Эрхарион официально помолвлены, — прошипела Айра отчего зрачок её глаз вытянулся веретеном. — Эрхариону просто нужно помочь разглядеть какое сокровище у него перед глазами, и он забудет о какой-то там Бекке-дурнушке.

— Ну, не такая она и дурнушка, — усмехнулся мужчина, наслаждаясь тем, как закипает сестра.

— Захлопнись лучше, Гидеон, — сквозь зубы прорычала Айра, отчего её женственное лицо вдруг начало стекать, смешиваясь со звериными чертами.

— Успокоились оба! — осекла их Анаис. — Не до этого сейчас. Ты что-то решила или передумала? — посмотрела она на дочь, но та была так взбудоражена, что лишь гневно поджала губы и отвернулась к окну.

Как раз в это время их экипаж остановился у парадного крыльца дома Содер и кучер в лице бессменного Горана тут же отворил им дверь.

Айра шла по нарядно украшенному залу прекрасно понимая, насколько она хороша сейчас. Постоянно поворачивающиеся ей в след головы мужчин были лучшим тому подтверждением.

— Айра, милая, как я рада, что вы приехали! — на встречу ей спешила Амалия и несколько её подруг.

Пожалуй, лишь похожая на невесомое небесное создание Лия могла создать ей конкуренцию, но девушка была сосватана за Терона, имела превосходное положение и репутацию в высшем обществе Давора и общение с ней было весьма выгодным пунктиком для успешной и благородной юной шейри. Потому Айра тут же изобразила на лице искреннюю радость и поспешила навстречу девушке.

— А Терон не с вами? — немного расстроенно поинтересовалась Амалия, заскользив взглядом по залу.

— К сожалению, у брата слишком много дел, — скорчив не менее расстроенную гримасу, поделилась Айра. — Ты же знаешь, он нам заместо отца, которого так рано не стало. Если бы не Терон, то даже не представляю, кто бы позаботился о нашем благополучии. Конечно, Гидеон уже в том возрасте, когда он непременно справился бы, но благодаря Терону у него было детство и время вырасти.

Сочинять такого рода сказки о благополучной и пристойной семье было обычным делом. Для всего общества их род был дружным и сплоченным, а они четверо жили душа в душу.

— Конечно, — немного потерянно пробормотала Лия, когда ей на плечо в жесте поддержки легла рука одной из подруг, — но мы так ужасно расстались позавчера… Я надеялась, что он найдёт время объясниться, в конце концов, это было совершенно невежливо так поступать со мной, — на миг казалось Лия обижено надула губки, но словно уделив секунду грусти, тут же хитро улыбнулась и словно перестроилась уже на другой тон разговора. — Зато я знаю, что сегодня нас навестит кое-кто возможно интересный тебе, — поиграв бровями, девушка одним взглядом указала за спину Айры.

Повернувшись, девушка нервно сглотнула и уже не могла найти в себе сил отвести взгляд. Именно в этот момент в двери входил молодой глава Эрейских волков Эрхарион. Против воли у Айры сбилось дыхание, и она предвкушающе закусила нижнюю губу. Глава рода Эрейских был высок, широк в плечах и обладал какой-то поразительной мужской харизмой. Суровые черты лица, пепельные волосы до самой талии и хитрый, какой-то многозначительный прищур прозрачно-голубых глаз. Айра млела от его хищных движений и такой внешней холодности. Такой особой мужественностью, которая не оставляла равнодушными обротниц обладал любой сильный альфа, но именно в Эрхарионе Айра видела всё то, что ей было нужно: сексуальная привлекательность, деньги и власть. Они были предназначены друг для друга!

Быстро отделавшись от Амалии, Айра устремилась навстречу вошедшему альфе, который, кажется, даже не замечал её приближения. Но это ни в коем случае её не остановит.

Не успел Эрхарион поприветствовать хозяев вечера, как Айра оказалась перед ним, растянув губы в своей самой искушающей улыбке.

— Добрый вечер, шейр Эрейский, — слегка присела она в церемонном приветствии.

— Доброго, шейри, — даже не назвав её род, как будто она простолюдинка, поприветствовал её мужчина, мазнув по ней безразлично-ледяным взглядом.

Эрхарион не имел никакого желания задерживаться дольше необходимого рядом с женщиной, которую едва выносил. И, если Айре было об этом не известно, то Эрхарион прекрасно знал, что из себя представляет всё это семейство поскольку свою юность он провел вместе с Тероном в закрытой школе для мальчиков. И по сей день он оставался одним из ближайших его друзей, разве что из-за занятости встречались они не так часто, как хотелось бы.

— Вы выглядите усталым, что-то случилось? — брякнула что-то не вполне подходящее Айра, лишь бы задержать мужчину возле себя подольше и дать ему возможность как следует разглядеть себя.

Вопреки её ожиданиям мужчина не спешил вступать в диалог, а лишь обжог её ничего не выражающим взглядом, и обошел будто перед ним было пустое место.

Несколько долгих секунд она стояла посреди зала не в силах поверить, что её вот так проигнорировали! Словно она какое-то ничтожество! Простолюдинка! Кое-как взяв себя в руки, Айра отошла подальше от собирающихся гостей и уже издалека наблюдала за тем, как начинается сперва фуршет, а потом и первые танцы. Как невозмутимый и обжигающе-сексуальный Эрхарион Эрейский приглашает на танец провинциальную простушку Бекку Риаль в блекло-голубом платье из непойми какого материала. Её мужчина! Обещанный ей мужчина! Мужчина, которого она так болезненно хотела выбирал не её, а какую-то нелепую дурочку! Опять!

В какой-то момент выносить это стало невозможным, и она постаралась, не привлекая внимания скрыться на балконе. И ей почти это удалось, когда спустя несколько минут следом за ней там оказалась парочка, которую Айра никак не желала видеть! Не в такой ситуации уж точно! Бекка и Эрхарион держась за руки подошли к перилам. Казалось, они не замечали никого вокруг, то смеялись, то начинали так увлечённо целоваться, что Айра сгорала от гнева никем не замеченная в тени арки с цветами, что стояла в самом углу балкона.

— Эрх, постой, ну пожалуйста, — притворно пыталась вывернуться из рук мужчины девушка, когда его пальцы так бесстыже пытались проникнуть за корсаж её платья.

— Я не могу, — хрипло посмеивался Эрхарион и не думая останавливаться.

«Шлюха! Грязная провинциальная подстила!» яростно негодовала про себя Айра.

— Ну, пожалуйста, хотя бы ответь сперва на вопрос, — пролепетала девушка, кое-как отстранившись от мужчины.

— Я хочу тебя! Всё, ответил, — усмехнулся мужчина, пытаясь притянуть к себе девушку вновь.

— Не этот, — рассмеялась она. — Скажи мне, а правда, что у тебя есть невеста? — мило засмущавшись, поинтересовалась девушка.

— Это временная помеха, — неохотно буркнул он.

— Значит есть?

— Формально да, но ещё полгода и помолвка будет расторгнута.

— Правда? Почему ты так в этом уверен? Разве так просто это сделать…

— Её семья сама загнала себя в угол, — пожал плечами мужчина. — Я точно знаю, что им не по силам выполнить собственные условия, тогда не останется ничего разумнее, чем вовремя отступить не дожидаясь, пока это будет сделано так, что пострадает честь.

Больше Айра слушать не собиралась. Это было ужасно унизительно! Её мужчина даже не назвал её имени, но дал понять, что в курсе их финансового положения! Но откуда? Как? Неважно! Раз всё, что его останавливает это её невозможность собрать оговоренное договором приданное, то она это исправит! Тем более и способ есть понадежнее многих!

Стоило девушке покинуть балкон, как ей вслед посмотрели две пары совершенно холодных глаз.

— Она ушла, — обозначила Бекка.

— Да, надеюсь, до неё начнёт доходить, что стоит первой разорвать эту помолвку. Не хотелось бы лишний раз трепать имя Аскардов. Это может плохо сказаться на делах Терона, если возникнут подозрения в его финансовой несостоятельности.

— Мне кажется вам стоило решить этот вопрос с ним, — коротко заметила Бекка. — Вряд ли эта девица способна сделать правильные выводы.

Эрхарион бросил задумчивый взгляд на свою спутницу, но лишь пожал плечами.

— В любом случае, Айра слишком уж нацелилась на моё состояние и просто так её не свернуть, потому, мне кажется ей стоит начать понимать, что со мной её ничего не ждёт…

— Вы слишком благородны, шейр, — подметила девушка. — Такие женщины не понимают намёков, сделанных во благо, как бы хуже не стало.

На это Эрхариону ответить было нечего. Всё чего он хотел, так это расторгнуть этот союз как можно тише и безболезненно для бизнеса друга. Сам Терон ясно дал понять, что ему плевать, как его родственники будут собирать деньги на предстоящий брак и он не против, если Эрхариону будет нужно ввязаться и в скандал, вот только друг не считал это полезным для обоих родов.

Эл Соддер осматривал зал, наслаждаясь организованным им приёмом. Только сливки общества Давор, лучшие угощения и вина, прекрасная живая музыка и великолепная, ни с чем не сравнимая атмосфера роскоши. Разве бывает лучше? Скоро будет, когда его дочь войдёт в род Аскард! Ещё больше денег, связей, власти и роскоши! Он станет не просто Элом Соддером, а тестем самого Аскарда!

Придаваясь мечтам о собственном благополучии, Эл не заметил, как к нему приблизился дворецкий и протянул письмо. Бросив мимолётный взгляд на конверт, мужчина тут же поспешил выйти из шумного зала в одну из гостевых комнат и вскрыл конверт от будущего зятя. А точнее от его секретаря.

Начиналось письмо весьма по стандартному шаблону. Секретарь рассказывал о том, как шейру Аскард бесконечно жаль, что непредвиденные обстоятельства прервали его свидание с шейри Амалией. Далее шли какие-то малопонятные объяснения о срочных и безотлагательных делах, хотя Эл со слов дочери вообще сначала подумал, что Аскарда похитили, но потом оказалось, что так сработала его служба безопасности из-за готовящегося покушения. Конечно, история о покушении широкой общественности была неизвестна. Потом секретарь обозначил день, когда Эл мог бы явиться в поместье Аскарда для приватной встречи, а дальше следовала странная фраза, которую Эл прочитал несколько раз.

«Шейр Аскард готов встретиться с вами во вторник ближе к трем часам дня, конечно, при условии, что если в этот момент он не будет слишком занят со своим новым помощником Эйрин Миттар».

Эл дураком не был и то, что он прочитал в письме заставило его задуматься на некоторое время. Малкольма, секретаря Терона, он знал лично и всякий раз при встрече подчеркивал его профессионализм. На самом деле он понятия не имел, каким этот парень был профессионалом, но льстил ему постоянно в надежде заиметь с ним приятельские отношения. Потому он просто не мог пропустить столь жирный намёк, адресованный ему лично. Стоило разузнать, что это за шейри Миттар… Уж не та ли девица, с который он был у них в последний раз?

Бекка Риаль вышла из особняка дома Содер глубоко за полночь. Никем не замеченная и не останавливаемая, просто потому что девушка не имела за собой ни сильного рода, ни знатного происхождения, ни ещё какого-либо интересного преимущества. Все, что было в ней занимательного, так это внимание Эрхариона Эрейского, но этого было недостаточно, чтобы заинтересовать остальных. Мало ли сколько провинциальных девиц проходит через постель альфы Эрейских волков?

Девушка легко дошла до конца улицы, где её ждал ничем не примечательный черный экипаж. Стоило ей оказаться внутри, как он пришёл в движение, унося её к самой окраине Фортекса и ещё дальше. Туда, где раскинулись, казалось, совершенно непроходимые леса. Именно там он и остановился. Бекка легко выбралась наружу и взглянула на затянутые тяжелыми тучами небеса. Стоило ей бросить наверх недовольный взгляд, как ветер усилился будто в спешке разгоняя нерасторопные облака, освобождая от их плена круглую луну. Бледно-голубой свет будто призрачным серебром залил лес вокруг. Девушка обернулась к замершему посреди дороги экипажу, на козлах которого неподвижно замер мужчина, укутанный в какое-то давно никем не штопанное тряпье, дыры на котором были особенно заметны в свете луны.

— Свободны, — бросила Бекка и уже не глядя на него зашагала в сторону непролазной чащи.

Она не стала смотреть, как после ею брошенных слов стремительно тлела карета, как грязными ошмётками слетала сперва ткань, а потом и плоть с тела кучера, освобождая сахарно-белые кости скелета, а затем чернели и рассыпались в прах и они. Та же участь ждала и запряженную лошадь до тех самых пор пока на месте экипажа не осталось горстки пепла, подброшенной в воздух налетевшим порывом ветра и развеянной по округе.

Бекка шла вперёд и с каждым шагом деревья перед ней расступались, будто уважительно кланялись, боясь ненароком задеть свою хозяйку. Её сложная причёска распадалась на глазах и золотистые волосы, падая на плечи становились абсолютно белыми. Стоило ей чуть поднять голову так, что её голубые глаза встречались со светом луны, как было отчетливо видно, что никакие они не голубые, а подёрнутые бельмами. Кожа на её лице, то сморщивалась, становясь откровенно старческой, то тут же разглаживалась, стоило девушке оказаться в тени деревьев. Когда она подошла к своему дому в самом центре леса, то от бального платья не осталось и следа. Ткань словно истлела и потемнела, превращаясь в рваные клочья тьмы.

Но несмотря на творимые с ней изменения, поступь ведьмы оставалась твердой, осанка прямой, а движения были наполнены силой. Легко поднявшись по ступеням, она вошла внутрь дома, который сейчас вовсе не был похож на лачугу, которую она обычно показывала тем, у кого хватало смелости прийти к ней за помощью. Нет, это был добротный дом, чистый, с хорошей, крепкой мебелью. Она не останавливаясь прошла через сени и поспешила на второй этаж, который снаружи и вовсе не был виден. Именно там у ведьмы хранилось самое драгоценное, что могло быть у любой женщины. Её плата за могущество, то единственное, что она, будучи проклятой, не могла исправить имея столько силы, сколько мало кому было дано. Но за всё нужно платить и она платила! Но совсем скоро она разорвёт этот круг.

Пройдя по теплому деревянному полу в самый угол комнаты, где в бледно-желтом сиянии магического светильника стояла крошечная кроватка на которой уже не первое десятилетие спала её дочь. Крошечная девочка, застрявшая в куполе безвременья, сотворённом её могущественной матерью в ожидании, когда та получит право обратиться к богам и испросить благословение для своего дитя. Когда-то давно Риальбекк, как её назвали при рождении, казалось, что нет ничего важнее силы. Что за это можно отдать всё, что угодно и она точно так же, как совсем недавно Анаис, пообещала душу, став проклятой, а значит лишенной права обращаться к богам и творить светлую магию. Пума так опрометчива пообещала ей это право взамен за смертельное колдовство.

Бекка грустно усмехнулась.

— Все мы платим за свои желания, порой цену куда большую, чем они того стоят, — прошептала женщина, легонько касаясь светлых волос ребёнка. — Но платить всё равно приходится, иначе не получится. Мама толкнула чашу весов, — прошептала она, опускаясь на колени перед кроваткой. — Осталось подождать, когда Айра решится заплатить и, надеюсь, у сердца духов хватит силы справиться с моим колдовством. Ведь, я же объясняла тебе, что всё должно быть взаправду, иначе магия не поверит. Но не волнуйся, я выбрала правильно, в этот раз я не ошиблась! Всё обязательно получится!

Эйрин Миттар

Было так странно проводить ночи полные любви, нежности, страсти, просыпаясь от сводящих с ума ласк, а стоило оказаться за пределами комнаты тут же превращаться работодателя и подчинённую. Невозможность прикоснуться друг к другу в любое время, когда бы нам этого захотелось немного злила, но делала ночи ещё более пикантными.

— Шейри Миттар, — обратился ко мне Терон, скользя взглядом по каким-то документам у него в руках. От его чуть хриплого голоса у меня по коже побежал рой мурашек. — Сегодня всё же работаем тут, а завтра нужно будет съездить в Малроу центр. Не хотелось бы затягивать с визитом.

— Ожидаем очередного набега ваших родственников?

— Вероятнее всего, — недовольно поджав губы, согласно кивнул он. — Стоит мне ступить в собственный торговый центр, как об этом тут же становится известно мачехе и каждый раз мне устраивают показательное представление, наполненное родственными чувствами и любовью, — покачал он головой. — Сегодня после обеда должен приехать Эл Содер, — добавил Терон и бросил на меня какой-то странный выжидающий взгляд.

— Я не убиваю людей просто так, — возмущенно посмотрела я на него. — Не надо так на меня смотреть, — добавила я и тут же пробурчала себе под нос, — в конце концов, не он же твоя невеста.

— Если не уверена, то я могу спровадить его, — осторожно предложил барс.

— Что за недоверие к моей персоне⁈ — показательно возмутилась я.

Ну, в самом деле, всего-то дверь выбила в библиотеке! Никто же не пострадал.

После обеда действительно приехал шейр Содер. Глядя на этого во всех смыслах импозантного оборотня с его золотыми волосами, убранными в низкий хвост, янтарными глазами, уголки которых тронули первые лучики морщин, в расшитом золотом темно-бордовом бархатном сюртуке, с идеально белоснежным шейным платком, мне вспоминалась кукла, которая в детстве у меня изображала «принца». «Принц» у меня был всего один, а принцесс целая куча. Но ничего, «принц» менял принцесс как перчатки в зависимости от моих предпочтений. То, что передо мной был завсегдатай светских мероприятий, дамский угодник и повеса, почему-то было понятно с первого взгляда.

— Мой дорого Терон, — начал с порога мужчина, стоило ему войти в кабинет. — До меня дошли тревожные вести, о готовящемся на тебя покушении, как славно, что твоя служба безопасности так оперативно сработала!

«Конечно», подумала я про себя, ловя на себе чересчур заинтересованные взгляды мужчины, «я молодец».

— Да, действительно, — согласно кивнул Терон, поднимаясь навстречу мужчине и протягивая ему руку. — Рад встрече, — бросил дежурное барс.

— Но всё же моя Лия так расстроена, что вам не удалось провести вечер вместе, да ещё к этому прибавилось беспокойство о вас лично, — продолжал рассказывать о всех ужасах переживаний его дочери шейр Содер. — Прошу вас навестить нас в ближайшее время.

— Разумеется, — скупо улыбнулся Терон, отчего я невольно с силой сжала кулаки.

Они ещё какое-то время беседовали ни о чем, то нахваливая друг друга, то интересуясь всякой ерундой. Невольно хотелось начать совершенно неприлично зевать. Пока мужчина не стал собираться восвояси и тут решил уделить внимание уже мне.

— Раньше ты всегда ценил уединение, а теперь помощник работает с тобой в одном кабинете? — поинтересовался он.

— Так удобнее, — скупо бросил Терон и поднявшись из-за стола решил лично проводить «тестя».

Интерес к моей персоне после того, как я и Ринар изображали мебель в нашу первую встречу, показался странным. Но всё же я не предала этому слишком большое значение в отличии от Терона, который выглядел задумчивым вернувшись назад.

— Что тебя беспокоит? — поинтересовалась я.

— Его интерес к тебе, — без лишних предисловий, сказал Терон. — Обычно такие, как Содер не интересуются теми, кто должен обслуживать их нужды ни при каких обстоятельствах и то, что он несколько раз обращал на тебя внимание для меня выглядит более чем подозрительно.

Честно сказать в силу своего воспитания и образа жизни до встречи с Тероном, я совсем плохо ориентировалась в подводных течениях высшего света. Я знала определённые нормы этикета, как само собой понимала, что высшим чинам не перечат и не хамят, пожалуй, на этом всё. Наверное, я бы заметила странность, если бы кто-то вроде Эла Содера предложил бы мне пообедать вместе, но то, что он поинтересовался моим рабочим местом не показалось бы мне странным. Как говорится, у богатых свои причуды, а оно вон как выходило.

Дом семьи Миттар.

Ритмичный стук тесака о деревянную доску разносился по дому уже на протяжении получаса. В воздухе пахло сырым мясом, луком, яйцами, мукой и молоком. Ну, что сказать, когда это выглядело как сигнал к замечательному вечеру полному вкусностей! Так-то оно может и так, но сегодня была очередь Элаиз готовить ужин, а она пока ещё даже не начинала, погрязнув в освоении работы подарка от мужа и во всех смыслах чуда магической мысли — стиральной коробке!

— Это какая-то демонова хреновина! — в сердцах пнула она магический агрегат, который при полной загрузке никак не желал стартовать и начинать стирать.

— Может, что-то не по инструкции? — предположила Тара, укачивая на руках малыша Филиппа. — Я слышала для правильной работы магических бытовых артефактов очень важно следовать инструкциям.

Элаиз скупо поджала губы, схватив бумагу, что прилагалась к её подарку и которую толком и не читала.

— Вода подключена. Энергетический кристалл установлен, — перечисляла женщина. — Загрузите бельё одной цветовой гаммы, добавьте протертое щелочное мыло из расчета 25 г на 1 кг белья…

— А ты сколько добавила? — поинтересовалась Тара.

— Откуда я знаю? Где я его взвесить должна? — всплеснула руками Элаиз. — Что мне ещё весы к этой штуке надо прикупить и взвешивать грязные тряпки? Надо близнецов привлечь к этому делу у них как раз пропорции в школе пошли, пусть считают! — воодушевилась она.

— Ага, конечно, у них двойки по последним контрольным, боюсь с таким подходом эта штука долго не протянет, — пробурчала Тара. — И потом, почему у тебя вместе с белыми простынями лежит синяя юбка?

— Демон бы её подрал, — рыкнула женщина и полезла извлекать лишнее.

По извлечении вещи не того цвета агрегат довольно зарычал и зачавкал, начиная мутузить простыни то в одну, то в другую сторону, что было прекрасно видно сквозь прозрачную крышку, которая закрывала вещи сверху. Стала выделяться обильная пена, но посчитав это добрым знаком, Элаиз доверила Таре понаблюдать за процессом, пока она проверит, кто переводит продукты на кухне.

Римель работала четко, профессионально, скупо расходуя силы отчего мясо под её рукой послушно измельчалась в совершенно крохотный кубик. Лезвие тесака с безукоризненной скоростью и точностью справлялось с упругими волокнами превращая их в идеальный фарш. Лук она уже нашинковала, тесто подходило.

— Ты решила сделать пироги на ужин? — поинтересовалась Элаиз застав свою подругу за подготовкой начинки.

— Нет, — коротко обозначила Римель и многозначительно улыбнулась. — Файритиэль нашла свою судьбу, а ведь девочка совсем одна в Даворе, разве могу я позволить ей почувствовать себя без поддержки семьи. Завра я поеду в Малроу центр с гостинцами для моего Элвина, — улыбнулась женщина, придаваясь каким-то своим фантазиям, отчего её рука заработала ещё быстрее и на щеку прилетел кровавый кусок мяса.

Выглядело это весьма зловеще.

— Врешь, — обозначила для себя очевидное Элаиз.

— Недоговариваю, — предостерегающе указала на подругу тесаком Римель, сняв со щеки шмоток плоти и кинув его обратно на доску. — Но понять не могу, как может этому Терону не нравиться моя Эйрин? — бросив пристальный взгляд на подругу, вдруг перешла на совсем другую тему Римель.

— Ну, так бывает… — попыталась было сказать что-то умное Элаиз, но была тут же перебита предостерегающим взглядом Рммель.

— Нет, не бывает, — оборвала она подругу. — Моя Эйрин совершенно не разбирается в таких делах, — взмахнула на неё рукой женщина. — Она как её отец, даже если совершенно голый оборотень будет маршировать перед ней с плакатом с надписью: «Возьми меня — я твой», она решит, что это сбежавший раб, нуждающийся в помощи и новом доме, а никак не влюблённый ухажёр. Я сама должна посмотреть, как он смотрит на неё, как ведёт рядом с ней.

— Но ты же едешь в Малроу центр к Элвину…

— Ну, — замялась Римель, — Элвин такой хороший мальчик, я просто сказала, что ужасно скучаю по дочке и если будет возможность мне её увидеть хоть одним глазком, то, возможно, он даст мне знать. Вот, завтра ожидается собрание акционеров в Малроу центре, чем не возможность? Хочешь со мной?

— Естественно, — предвкушая приключение поинтереснее ввода в эксплуатацию демоновой стиральной коробки, тут же согласилась Элаиз.

— Убегает! Убегает! — послышался крик Тары, который прервал обсуждение дальнейших планов на завтра и Элаиз поспешила к вопившей невестке.

Оказалось, что убегала её стиральная коробка, прыгая по всей постирочной комнате, распыляя вокруг себя клубы пены. Исчадье бездны рычало, билось о стены и пыталось вырваться на волю и как эту хреновину остановить раньше срока Элаиз конечно же не прочитала.

— Да ё моё! — в сердцах выкрикнула женщина, напрыгнув на агрегат сверху и теперь носясь по комнате верхом на демоновой штуковине.

— Транспортировочный болт! — кричала Тара откуда-то из-за двери. — Вы вытащили его?

— Что это⁈ — орала в ответ Элаиз примерно не представляя вытащил ли что-то Роб, но она точно нет.

Ближайший час Элаиз провела, катясь на стиральной коробке, несколько раз к ней порывались присоединиться близнецы, но их не пускала Тара. Угомонился агрегат лишь достирав положенную программу. Пожалуй, это была лучшая стирка в жизни Элаиз и она по-настоящему расстроилась узнав, что как только вынут этот загадочный болт, то покататься так уже не выйдет.

«Может, оставить как есть?» подумала было она, но тогда штука обещала быстро сломаться, а копили они на неё с Робом последние полгода.

Было откровенно жаль денег, потому пришлось этот самый болт извлекать и прятать, пока близняшки о нем не прознали.

Конечно, я не была акционером торговой компании Терона, как не была и официальной парой барса, но это вовсе не значило, что я могла себе позволить появиться на таком мероприятии, как какая-то…

Пытаясь подобрать замену слову «чушка» на более соответствующее статусу мероприятия, я пропустила момент, как за моей спиной оказался Терон и его крепкие руки сомкнулись кольцом на моей талии с силой притягивая к себе.

— Как я не хочу никуда выходить, — прошептал он, уткнувшись носом мне в волосы. — Я бы с удовольствием выгнал всех и закрылся здесь с тобой на ближайший год точно, — шептал он, когда его руки скользили по моему телу, исследуя его изгибы, будто не мы вылезли из постели всего полчаса назад.

— Ты должен знать, что я не та девушка, которая будет убегать от своих желаний в угоду приличиям, так что лучше не провоцируй меня, пока я не решила украсть тебя, — рассмеялась я, повернувшись в его руках тут же закинув руки на плечи Терона и подставив губы для поцелуя.

Как результат, выехали мы на порядок позже, чем должны были.

Я остановила свой выбор на недавно приобретённом несостоявшейся убийцей Терона шейрой Ладо лаконичном платье темно-вишневого цвета, которое лично на мой вкус выглядело достаточно дорого и по-деловому. Оно имело широкий плотный пояс, за которым легко поместился целый арсенал благодаря пришитым Орис петлям и кармашкам, а также часы. Хорошее платьишко получилось. К нему прилагалось короткое пальто нежного кремового цвета, которое очень хорошо сочеталось с цветом моих волос и глаз. Не всё же мне ради того, чтобы побольше оружия влезло одеваться. Надо же что-то и для души. Хотя пальто было достаточно свободным и во внутренний карман хорошо поместился портативный миниатюрный магический арбалет и пять болтов.

Если не считать целой кавалькады из личной охраны с нами отправился Ринар и Малкольм. Последний то ли поправился, то ли ещё больше раздулся от радости, что его всё же решили взять на собрание. Терон привычно отдал предпочтение родовым цветам в одежде, как и Ринар: черный, белый, серебро.

— Ты опять проспал, — пробурчал Ринар, стоило нам подойти к ожидающей нас процессии.

Сначала показалось, что мужчина злится, но спустя мгновение его губы растянулись в самодовольной улыбке.

— Но я знал, что так будет, потому заведомо сказал тебе неверное время собрания. Мы успеваем! Так-то!

На что получил лишь многозначительное покачивание головой Терона.

— Ты когда-нибудь вырастишь? — впрочем довольно миролюбиво пробурчал барс, забираясь внутрь экипажа.

Конечно, на людях мы продолжали играть свои роли, потому сперва забрался Терон, потом Ринар, а потом намылился Малкольм, но не тут-то было! С силой шибанув его плечом, так что пухляш чуть не потерял свой портфель и отлетел в сторону ударившись спиной о бок кареты, я юркнула следом. Нервно пыхтя и кое-как поправляя очки на переносице, самым последним забрался секретарь и тут же бросил взгляд полный негодования на меня, что уже расположилась рядом с Тероном. Я же сидела как ни в чем ни бывало, будто не имею ни малейшего понятия, что это с ним.

В этот раз наша процессия остановилась у черного входа в Малроу центр. Конечно, учитывая масштаб личности Терона и место, куда мы приехали, это вряд ли поможет скрыть наш приезд. На это мы и не рассчитывали, просто хотелось как можно скорее добраться до административной части комплекса, где и собирались сегодня все акционеры.

Охрана тут же разделилась на две части взяв нас в своеобразное кольцо и такой процессией мы двинулись по лестнице прямиком на пятый этаж, где находился зал для крупных встреч. Пока мы двигались такой плотной группой, Терон незаметно сжал мою ладонь и с явной неохотой отпустил меня, стоило нам оказаться в холле. Охрана тут же рассредоточилась по периметру, начиная общаться с теми, кто уже был внутри и обеспечивал безопасность присутствующих. Быстрым шагом преодолев относительно небольшой холл мы оказались в зале куда большего размера, где уже было полным-полно народу. Мужчины и женщины, одетые порой, как на званный вечер, смеялись, общались, пили легкое вино и вкушали изысканные закуски. Увиденное не было для меня неожиданностью. Терон объяснил, как это будет выглядеть и что перед тем, как главные акционеры удалятся для обсуждения насущных вопросов, будет небольшой фуршет, а далее развлекательная программа для тех, кто останется ждать.

— К сожалению, я не смогу взять тебя с собой на собрание, — сказал он мне вчера вечером.

— Это может быть небезопасно, — закусив губу, прошептала я.

Всё же с этими покушениями я становилась настоящим параноиком.

— Никто кроме держателей акций не имеет права находиться внутри. К тому же, зал будет досконально проверен, как и все присутствующие.

— Может быть, я смогу присутствовать, как секретарь и вести протокол…

— Тебе так будет спокойнее? — спросил он, заглядывая мне в глаза.

Я лишь молчаливо кивнула.

— Тогда, хорошо, — улыбнулся Терон. — Думаю проблем не возникнет.

До начала собрания ещё оставалось время. Я и Малкольм держались на небольшом расстоянии от Терона и Риана, которые постепенно перемещаясь по залу и здоровались с прибывшими акционерами торговой компании барса. Как я узнала, работая с Тероном, Малроу не единственный торговый центр в стране, принадлежащий ему. Этот вид его деятельности стремительно развивался и уже сейчас слово «Малроу» в Давор стало синонимом слова «роскошь». Если ты успешен, богат, популярен или хочешь стать таковым, то ты будешь одеваться в Малроу, есть тут же и просто покупать сущую безделицу, но именно здесь. Даже простой бумажный пакет с логотипом Малроу делал оборотня более успешным в глазах окружающих.

Крупных акционеров было около пятнадцати и готовясь к встрече я выучила личное дело каждого, потому довольно свободно ориентировалась в том, кто именно подходил к Терону. Так же тут были члены их семей или просто «спутники», которых каждый из многоуважаемых господ выбирал согласно своим предпочтениям. На фуршет были приглашены представители торговых площадок, что размещались в Малроу, коих я теперь тоже знала в лицо. Потому, когда в зал вошёл Дейрон Бар, неприлично пожилой глава рода Бирольских лис, а по совместительству достаточно крупный акционер, в сопровождении уже знакомой мне женщины, которая являлась мачехой Терона, я невольно замерла.

Анаис держала под руку престарелого шейра так, будто тащила его перед собой как знамя. И хотя лис пытался хорохориться и выглядеть мужественно, но у него выходило крайне нелепо ввиду полного отсутствия зубов. Сморщенное и какое-то пергаментное лицо, на котором единственным живым пятном был ясный, я бы даже сказала, довольно острый и живой взгляд. На мгновение показалось, что я не видела ещё оборотней древнее этого. Следом за этой парой двигалась ещё одна девушка невероятно похожая на Анаис. Те же огненно-рыжие волосы, пронзительно-яркие зелёные глаза, бледная, словно фарфоровая кожа. Обе родственницы Аскарда выглядели как истинные шейры высшего света, где дорого было всё от туфелек на ногах, до шпилек в волосах.

Стоило паре приблизиться к Терону, как и я постаралась до максимума сократить расстояние, между нами.

— Куда ты лезешь? — неожиданно крепко ухватил меня за предплечье Малкольм и с силой дёрнул к себе. — Разве тебе никто не говорил на каком расстоянии должен держаться секретарь во время таких встреч? — продолжал он выплёвывать слова мне в лицо.

Легко вывернув руку так, что в плену оказалась его кисть я с силой сжала её до характерного хруста, когда лицо Малкольма исказила болезненная гримаса. То, что этот, с позволения сказать, образцовый секретарь то и дело отчитывал меня по одному ему понятным причинам я могла стерпеть и даже не реагировать на его наезды. Но то, что он влез между мной и Тероном в момент, когда моей паре могла грозить опасность одномоментно швырнуло меня на запредельный уровень бешенства.

— Скрылся, — сквозь зубы прошипела я, пока секретарь боролся с желанием заорать во всё горло. — Иди в больницу, она тут недалеко, — продолжала шипеть я, — только визгни и тебя повезут! — почти прорычала я, толкнув его так, что Малкольм по инерции пробежал несколько шагов, прижимая повреждённое запястье к груди.

А я, больше не глядя на него, обернулась к Терону и мне показалось, что его сводная сестра будто только-только отклонилась от него. На первый взгляд ничего ужасного или опасного не произошло. Все пятеро делали вид, что мило разговаривают друг с другом, хотя я прекрасно чувствовала в какой ярости был зверь Терона. Он и Ринар, несмотря на внешнее спокойствие, казались предельно напряжёнными. Решив, что плевала я на положенный протокол, я приблизилась, встав аккурат за спиной барса.

— Дейрон подарил мне на день рождения целых три процента акций Малроу, представляешь, сынок, — щебетала Анаис. — Он так удивился, когда узнал, что ни я, ни твои брат с сестрой не имеют никакой возможности помочь тебе с этим делом, что решил сделать такой необыкновенный щедрый жест, — засмеялась она. — Правда ведь сюрприз удался⁈ Теперь у меня, у Айры и Гидеона по одному проценту и мы полноправные акционеры. Кстати, Гидеон вот-вот должен подъехать. Как думаешь, Терон, три процента достаточно, чтобы тебя поддержать на сегодняшнем собрании? — вполне невинно улыбнулась эта тварь, а мне почти до боли захотелось свернуть ей шею.

— Сегодня не будет рассматриваться никаких важных решений, — ледяным тоном произнёс Терон. — Мы посчитаем дивиденды и обозначим планы развития на будущий год, — добавил он, смотря на мачеху каким-то пустым взглядом, по которому было невозможно определить, о чем именно он думает сейчас.

Но по нашей связи я чувствовала, насколько ярость и какое-то отчаянное бессилие захлёстывает Терона. В силу своей природы я не могла бы представить пытку страшнее, чем если бы мне пришлось год за годом терпеть возле себя врага, с которым ни я, ни кто-то нанятый мной или тот, кто узнал о моей ситуации и просто решил бы проявить инициативу, спасая меня, не мог бы сделать хоть что-то. Ещё эти постоянные попытки убийства… А ведь, по сути, мы как белки в колесе, застрявшие на одном месте и пытающиеся просто избежать неизбежного, когда главная причина наших мучений наслаждается жизнью, смеется и счастливо продолжает портить жизнь нам.

— И, боюсь, согласно регламенту компании, один процент недостаточное количество для того, чтобы присутствовать на собрании акционеров. Мелких собственников акций ждёт небольшой концерт и возможность написать заявление о перечислении дивидендов на предоставленный счет в банке наших партнёров.

Всё так же холодно продолжал говорить Терон, а я с удовольствием наблюдала как выцветает самодовольная усмешка на губах этой женщины.

— Вы же понимаете, мама, сестра, — поочередно посмотрел он на обеих женщин, — несмотря на то, как сильно я вас люблю правила компании превыше всего. Прошу меня извинить, — обозначил он, отойдя в сторону и устремившись к только что вошедшему в холл Элвину.

Медведь зашел в зал тут же возвысившись над большинством гостей. Под руку он вел Файку в совершенно невероятном платье цвета слоновой кости. Она и так у меня была чудо как хороша, а в подобных изысканных туалетах выглядела просто потрясающе. Оба высокие, статные и харизматичные, их невозможно было не заметить, правда, как все «высокорослики» глазками водили исключительно на своем уровне и лишь стоило Файке заметить Аскарда, как она опустила взгляд куда-то в область его ремня, разыскивая уже меня где-то в этом районе.

«Ну блин, я же не настолько маленькая⁈» хотела было возмутиться я, выходя из-за спины Терона.

Но тут внимание привлекло кое-что другое, родное, домашнее, что прям пахнуло на меня со стороны Элвина. Неужели он продолжает таскаться ко мне домой? Может с Файкой заезжали маму проведать? Вряд ли бабулю, так-то…

Но все предположения отпали сами собой, когда из-за широкой спины медведя вышли…

Сначала Элаиз, как предвестник катастрофы мило улыбнулась и замахала мне так, что пока видели лишь те, кто был с нами на одном ярусе. А следом появилась она… мама.

Тяжело сглотнув, я судорожно прикидывала можно ли что-то предпринять, пока Терон не начал смотреть под ноги и не засёк моих родственниц, которые больше всего сейчас напоминали каких-то маньяков из криминально-детективных романов, настолько зловеще они улыбались и махали руками. Оделись обе в очень похожие платья, подвели губы одинаково алой помадой, черные стрелки на глазах, волосы уложили тугими кудрями, собрав их по бокам. Спустя долю секунды я сообразила, что это безумно похоже на образ с обложки одного из модных журналов тридцатилетней давности, что хранила бабуля и дёргала оттуда листы, чтобы заворачивать в них что-то стеклянное по мере необходимости. Похоже так эти кумушки себе представляли тех, кто вращается в высших кругах. Ещё эта котомка у мамы, от которой по воздуху поплыл густой мясной дух, не заметить который было уже просто невозможно.

Тем временем Терон уверенной походкой подошёл к Элвину, поздоровался с ним и Файкой, после чего обернулся уже к моей маме с тётей. Всё, что мне оставалось, так это молиться, чтобы им не пришло в голову ничего экстраординарного.

— Очень рад видеть вас здесь, — вполне себе дружелюбно и искренне, поздоровался Терон обратившись к этим двум кумушкам, которые похоже дальше того, что окажутся тут ничего и не придумали или совершенно растерялись, что с ними заговорил сам Терон Аскард, потому продолжали улыбаться, от чего даже у меня мороз пополз по коже.

— И мы, рады, — тихонечко ответила моя матушка, разрумянившись как девица на первом свидании. — Это вам, — сунула она в руки Терону свою котомку, а затем сперва потупила взор, а следом кротко стрельнула глазками и покраснела ещё сильнее под какой-то нервный смешок Элаиз.

— Благодарю, — вежливо поклонившись, принял дар барс со свойственной лишь ему выправкой и чуть отошел уже к Элвину, оставив нас с Файкой, мамой и тётей вчетвером.

— Вы чего пьяные, что ли⁈ — не выдержав зашипела я на этих двух великовозрастных дурынд.

— Ой, господи, — схватилась за грудь мама, и они с Элаиз спешно вцепились друг в друга. — Я что-то так растерялась, — нервно обмахивалась она. — Столько оборотней, все такие красивые, знатные… Боже, боже, Элаиз, это же сам Ромеро, — провожая взглядом какого-то высоченного эльфа, с придыханием прошептала матушка.

— Кто? — не поняла я.

— Автор эльфийских романов 118+, — авторитетно шепнула мне Файка.

— Иу, — брезгливо скорёжилась я, наблюдая, как эти две маньячки с алыми губами залились каким-то темно-малиновым цветом, плотоядным взглядом сверля спину удалившегося писателя. — Слушайте, что вы тут забыли вообще? Хотя, это потом, пойдёмте, я вас усажу в какую-нибудь комнату отдыха придёте там в себя, а как только акционеры скроются в зале пойдёте смотреть шоу-программу, — всё это тараторила я уже на ходу, утаскивая родственниц в ближайшую комнату, где можно было уединиться, наслаждаясь закусками и легким вином.

Благо, что далеко идти не было никакой необходимости, так как они находились как раз вдоль стены, где мы стояли.

Закрыв дверь за мамой, тётей и Файкой, которая решила остаться с ними и проконтролировать, чтобы развлекались они в строго ограниченном пространстве, я поспешила вернуться к Терону. Пока отводила это трио глаз с него не спускала. К счастью, до сих пор всё выглядело очень мирно. Барс решал что-то очень по всей видимости умное и бесспорно важное с Ринаром и Элвином. Эти трое так плотно сгруппировались в самом углу, что ни у кого не было сомнений, что идёт какое-то очень серьёзное обсуждение. Я же старалась не пропустить ни одой возможной угрозы. Хотя, если так подумать, то вряд ли кто-то осмелился бы вот так открыто на него нападать. Хотя могли и отравить…

Бросив ещё один взгляд на это трио, забившееся в углу, я подозрительно принюхалась и слегка изменила угол обзора слегка присев, благо рост позволял…

Да, трое самых богатых оборотней Давора вскрыли презентованную котомку и с какой-то голодной жадностью запихивали за обе щёки матушкины пирожки. Стоило немного приблизиться, чтобы понять, что никто из них даже не пытается говорить. Все трое были заняты пережёвыванием.

Я лишь покачала головой. Подумать только, иметь столько денег и бояться хоть что-то съесть на собственном приеме. М-да, если король не решит проблему с его родственниками в ближайшее время, то придётся думать, как это сделать более традиционными способами. Нужен будет толковый маг.

Утолив голод трое оборотней, разошлись с самым независимым видом, пристроив опустевшую тару в том самом углу, где только что были. Сделав вид, что так и надо подошла к Терону.

— Пора начинать, — кивнул он на двери ведущие в зал для переговоров.

Что ж, следующие три часа были самыми скучными в моей жизни. Я исправно записывала всё то, что произносилось. Правда, ожидаемо делала кое-как, стараясь всё своё внимание посвятить собравшимся. Но всё было до невозможности скучно и размеренно. Потому, когда пришло время покидать собрание я чувствовала себя выжатой словно лимон.

За время, что заседал основной костяк акционеров определяя стратегию развития на будущий год, зал приемов претерпел изменения. Свет внутри стал приглушенным, появилась невысокая сцена, на которой сейчас играли музыканты, а пространство вокруг было уставлено элегантно сервированными столиками на восемь персон. Часть гостей уже расположилась за ними, наслаждаясь напитками и выступлением. Вот-вот должен был начаться праздничный ужин.

Внимательно осмотрела зал.

К моему удивлению, не обнаружила внутри ни мамы, ни тёти, ни даже Файки.

— Она должна ждать меня в моем кабинете, — правильно истолковав мой вопросительный взгляд, пояснил Элвин. — Должно быть, ваши родственницы вместе с ней. Не переживайте, я прослежу, чтобы их доставили домой со всем комфортом, — сказал медведь, засобиравшись за своей парой.

— Спасибо вам, — поспешила поблагодарить его я.

— Вашей маме спасибо, а то так бы весь вечер голодными и проходили, — хохотнул мужчина и направился на выход из зала.

— Это точно, — шепнул мне на ушко Терон. — Пойдём со мной, пока есть время хочу тебе кое-что показать, — едва касаясь моей спины направил он меня в противоположную сторону.

Открыв довольно неприметную дверь собственным ключом и шагнув вперёд, мы оказались на узкой технической лестнице. Терон тут же взял меня за руку и повел за собой наверх.

— Здесь никого не бывает кроме меня, — говорил он. — Все технические работы только после согласования со мной. Сама понимаешь, в моём положении приходится быть всегда на чеку.

— На самом деле, я поражаюсь, как за все эти годы ты не превратился в параноика⁈ — ответила я.

— Хм, — усмехнулся Терон, — этот этап своей жизни я пережил лет пять назад. Но, ты знаешь ко всему привыкаешь и в какой-то момент, либо страх и паника уничтожают тебя, либо ты стараешься максимально взять под контроль свою жизнь. Всё предвидеть невозможно, но можно упорядочить очевидные вещи и постараться избежать самых грубых ошибок. Всё же безопасность — это грамотно выстроенная система правил, которые необходимо соблюдать, — тяжело вздохнул он. — Я говорю, как мой дед, — как-то невесело усмехнулся он, бросив на меня озорной взгляд.

— Тебе лучше не сближаться с моим, — фыркнула я, — иначе он перевернёт твою систему координат с ног на голову.

В этот самый момент Терон толкнул небольшую дверь, и мы оказались на широкой террасе, с которой открывался умопомрачительный вид на вечерний Фортекс. С двух сторон она была огорожена живой изгородью, прикрывающей каменные стены, а позади был широкий диван и столик перед ним. Сверху от мира закрывала крыша Малроу-центра. Это был небольшой, но очень уютный уголок в самом центре столицы.

— Иногда я прихожу сюда полюбоваться городом и просто перевести дух. Все замки ведущие сюда магические, а на крыше периметр защищен от проникновения. Лучшее, что может предложить современная система безопасности есть везде, где я люблю бывать. А ты говоришь, что я не параноик, — усмехнулся он, предлагая мне присесть на диван, а сам подходя к широкому каменному ограждению.

Терон стоял ко мне спиной, положив ладони на каменный бортик и смотрел на вечерний город, сияющий мириадами огней. Сейчас он казался таким умиротворённым, что я боялась что-либо говорить, чтобы не потревожить его в это мгновение тишины.

Вдруг он оторвал одну из рук от ограждения, посмотрел на свою ладонь и чуть повернулся ко мне, точно вспомнит что-то важное и собирался этим поделиться со мной.

Но стоило ему взглянуть мне в глаза, как я невольно вздрогнула от того, насколько помертвевшим и пустым был его взгляд, а на губах напротив играла какая-то идиотски-жуткая улыбка.

— Знаешь, что тут сказано? — поднял он ладонь, показав её мне.

На совершенно чистой коже не было ничего, чтобы подумать, что там, может быть, что-то написано. Но я почему-то спросила:

— Что?

— Просто, — прошептал он, а у меня почему-то от его голоса сердце в пятки ушло, а по коже побежали отвратительные мурашки, — умри, — выдохнул он, закрыл глаза и начал заваливаться назад, прямо через каменное ограждение.

В этот момент я уже бежала к нему, чтобы в какой-то момент поймать его за бёдра. Но вместо того, чтобы найти точку опоры и попытаться его затащить обратно, я как-то глупо пыталась его вытянуть, когда совершенно гладкая подошва моих туфель проскальзывала на влажной после дождя плитке, не позволяя хоть как-то удержать равновесие. К тому же Терон совершенно мне не помогал, а лишь утаскивал собственным весом за собой, чтобы в конечном итоге утянуть за собой.

В книгах пишут о таких моментах, как о каких-то особенных. Мол, время текло по-другому или вся жизнь промелькнула перед глазами. В моём случае всё было как-то до безобразия просто. Короткий полёт, темнота и ни одной связной мысли.

Айра несмотря на возраст была девушкой практичной. Она не верила в любовь, семейные ценности и прочую сентиментальную чушь. С самого детства она понимала, чего именно хочет от жизни и что конкретно станет основополагающими элементами её счастья. Деньги, положение в обществе и правильный мужчина рядом. Где «правильный мужчина» — это не просто слова из романа или журнала. Нет. Для Айры это слово было частью её счастья, синонимом благополучия.

Её мать была глупее неё. Она всегда выбирала неправильных мужчин, которые в мире, где женщинам приходилось опираться на своего супруга, подводили её. Отец был игрок и мот и Гидеон весь в него, отчим… Отчим не желал делиться состоянием с новой семьёй, желая передать всё сыну. Неправильный выбор стал его дорогой на пути в могилу. То же самое ждало и Терона только лишь потому, что его отец оказался слишком глуп. Но, наверное, вина все же была в большей степени на её матери. Не стоило изначально выбирать неправильных мужчин. Эти её ошибки прилично попортили им жизнь.

Полностью обнаженная она сидела в свете скромных рассветных сумерек перед туалетным столиком и с удовольствием водила расческой по своим огненно-рыжим волосам. Их блеск отражался о зеркальную гладь, пуская солнечных зайчиков по комнате.

Всё было прекрасно ровно до того момента, как на её плечи легли морщинистые ладони, покрытые старческими пигментными пятнами, огладили нежную кожу и с жадностью сжали наливную грудь с вишенками сосков.

— Ты прекрасна, — раздалось со спины.

Боясь, что не сможет скрыть отвращения во взгляде, Айра прикрыла глаза и откинулась назад, позволяя Дейрону Бар главе рода Бирольских лис ласкать её так, как тому хотелось. В этот момент она представляла руки совсем другого мужчины и благодаря столь прекрасному воображению даже почувствовала лёгкое возбуждение.

Мужчина жадно втянул воздух, а в следующий миг на шее девушки оказались его губы.

— Какая ты сладкая, девочка, — прошептал он. — Как хорошо, что я принял двойную дозу снадобья, чтобы дать тебе то, что ты так хочешь, — бормотал он и Айре приходилось держать глаза закрытыми, чтобы не потерять совсем другую иллюзию перед глазами, пока старик делал то, что ему вздумается, прежде чем послужить ей.

Айра знала, что сделала магия ведьмы с её матерью. Цена была более, чем внушительной и она не собиралась платить. Вот ещё! К тому же Терон не его папаша! Он ни за что не позволит ей себя коснуться! Но благодаря старику, в постели которого она оказалась в эту ночь, у неё появится не просто повод бывать в его деловых кругах, влиять на происходящее в них и показать всем, что ещё до своей смерти Терон признал и подпустил их к делам, но и сделать задуманное.

Уже давно рассвело, когда на её обнажённый живот опустилось три вожделенные бумаги, ради которых, как думал Дейрон в его постель и пришла этой ночью юная Айра Роданская Аскард.

— Я бы мог переписать все три процента на тебя, уверена, что хочешь поделить их с родственниками? Всё же тут только ты, — усмехнулся старик и в его светлых глазах мелькнул отнюдь не старческий сарказм.

Дейрон Бар был неприлично богат и в его возрасте всё зачем были нужны эти деньги — это купить то, что принесёт удовольствие и скрасит старость. К сожалению, юные красотки давно не ложились с ним по велению сердца и мужчина это принимал спокойно, покупая то, что ему хотелось. Ночь, которую с ним провела юная Айра стоила затраченных средств.

— А у меня для тебя тоже подарок, — прикусив нижнюю губу, задорно улыбнулась она.

— Неужели? — искривил рот в подобии улыбки мужчина.

Надо признать давненько он не получал подарков от любовниц.

— Угу, — нежно проворковала красавица, поднялась с постели и маняще виляя бёдрами, прошествовала на другой конец комнаты, где валялось её платье и сумочка.

Выудив заранее подготовленную коробочку, она принесла её к постели и легко усевшись прямо на мужчину, показала ему свой презент на фоне своей обнажённой груди.

— И, что это? — заинтересованно спросил Дейрон Бар, не столько рассматривая элегантный черный футляр, сколько фон, на котором он располагался.

Амалия легко открыла коробку, внутри которой на бархатной подложке лежали перчатки из тончайшей кожи. Она потратила на свой подарок довольно много времени и сил.

В тот самый вечер, когда она поняла, что её «долго и счастливо» может вот-вот уплыть прямо у неё из-под носа она поняла, что ждать больше нельзя! Раз мать ничего толком не может сделать так, как нужно, то она возьмет дело в свои руки. А точнее в руки того, кого было не так жалко! И, почему ей вдруг вспомнился старик Бар, который буквально облизывал её весь вечер взглядом? Возможно потому, что он был тем, на кого она могла повлиять при помощи своих женских чар, а возможно потому, что он был богат и являлся акционером Малроу центра и ему Терон непременно подал бы руку. Так или иначе, этот старик все никак не желал отправляться на тот свет, и все его родственники наверняка бы даже поблагодарили бы её за помощь в избавлении от него! Что ему те года, которые наверняка заберёт ведьма за колдовство⁈ Он и так одной ногой в могиле!

Подобрав подходящие перчатки, на внутреннюю часть которых она и уместила тончайшую паутинку, на которую искусная ведьма привязала свои чары. Айра знала со слов матери, как будет выглядеть проклятая вещь, которая впитается в руку проклинающего и передастся тому, кого проклинают в момент прикосновения. В то же самое время нужно было озвучить то, что должно будет вести проклятого до момента, пока проклятье его полностью не иссушит. У Айры не было никаких установок, она просто желала, чтобы Терон умер! Больше от него ничего не требовалось, остальное она вырвет сама!

— Ты же оденешь их сегодня на прием? — проворковала она, склоняясь над Дейрном, начиная тереться своей грудью о его. — Чтобы я весь день вспоминала нашу ночь, — прошептала она ему на ушко. — Как ты касался меня этими руками… а может быть, где-нибудь в укромном уголке, ты ещё и приласкаешь меня этими самыми пальцами в моем подарке…

Дейрону нравилось, что он видел. Он понимал, что скорее всего Айра попросит от его ещё какой-нибудь подарок, но был совсем не против. В конце концов, для чего ему ещё нужны были деньги, если он не мог потратить их на такой сочный кусочек и удовольствие, что он мог подарить.

Дом семьи Миттар

Флоранс не спалось. Вот скажи ей кто лет сто назад, что она будет маяться от бессонницы корячась кверху задом над безвозвратно пропавшими тыквами в огороде на рассвете она бы рассмеялась в лицо такому дураку от озвученной им нелепицы. Имея пятеро детей и мужа, она мечтала, что когда-нибудь настанет время и она сможет нормально высыпаться. Что ж, это время пришло, но спать теперь и не хочется. Теперь и детей у неё всего двое и стоит закрыть глаза, когда сон не идёт, а приходят воспоминания и вместе с ними страхи за тех, кто жив и ещё с ней, за её драгоценную семью.

— Может быть, стоит поменять успокаивающий сбор? — раздался за спиной голос её Нортона.

Флоранс выпрямилась, оторвавшись от подсохших огромных листьев тыквы.

— Ну зачем ты выпрямилась, такой вид испортила, — хрипло выдохнул муж и Фло деланно нахмурилась, обернулась, но сдержать улыбку так и не смогла.

— А, ты возвращайся поскорее, я тебе и не такое покажу, — шкодливо выдала бабуля Фло, поиграв бровями.

— Замётано, красотка, — подмигнул ей тот, кого до сих пор за глаза называли не иначе, как «королевский мясник», правда вовсе не за подготовку продуктов к королевскому столу.

Они дружно рассмеялись, и Нортон подошел, чтобы поцеловать свою драгоценную Фло перед тем, как отправиться на работу в свою оружейную лавку.

— Буду сегодня пораньше, — прошептал он ей на ушко, и тут же взглянул на кучу пожухлых листьев, которые как раз самозабвенно выдирала из земли Фло. — И всё же я не понимаю, столько навоза перевели, а эти рыжие твари не хотят расти, — покачал он головой, глядя на мелкие оранжевые кругляши, лежащие рядом с ботвой. — Это какой-то карликовый сорт, может?

— Демон бы их разорвал, — покачала головой бабуля Фло, — опять я в пролёте на конкурсе лучших садоводов улицы, — расстроенно выдохнула женщина.

— Мам, ну подумаешь, — решила поддержать мать, вышедшая на улицу следом за Нортоном Римель, — в этом году не получилось, так на следующий год поменяем удобрение и будет тебе экстра-гигантская тыква.

— Нет, — расстроенно покачала головой Фло, — наверное, тыквы это не моё. Зря я только хвасталась перед этой грымзой Брианой, что она ещё увидит, какую тыкву я выращу…

— Ну, хочешь я куплю тебе на рынке самую большую, скажем, что ты сама? — предложил Нортон, который просто ненавидел, когда его Фло расстраивалась. — Или сопрём у Брианы и дело с концом?

Фло даже задумалась над предложением мужа, но тут же его отвергла.

— Не, — покачала головой женщина, — надо просто узнать, чем эта стерва подкармливает этих тварей? — решительно сжав кулаки, выдала Фло метнув полный ненависти взгляд на крошечных оранжевых уродцев.

— Дай задание близняшкам, — предложила Римель, — а то их со школы танцев не вытащить, — посетовала женщина. — Что-то я начинаю переживать, может зря мы их туда определили? — закусила губу она.

— Да, перестань, — отмахнулась Фло, — вряд ли их ожидают те же проблемы, что и меня когда-то, а если ребята станут востребованными танцовщиками, так даже лучше, чем служить пойдут.

Тут Римель возразить было нечего. Она была бы счастлива, если бы её сыновья нашли бы себя в чем-то гражданском, а не на военном поприще.

— Кстати, я хотела напомнить, что сегодня мы с Элаиз приглашены на фуршет в Малроу центр и мы уходим после часа…

— Ты напомнила нам три раза вчера днём, — с каменным лицом поделился Нортон.

— И два вечером, — добавила Фло.

— Нам она напомнила три раза перед сном! — раздалось возмущенное близнецов со второго этажа особняка сквозь приоткрытое окно их спальни. — И теперь спать не даёт, напоминает только солнце встало!

— Подумаешь, — бросила Римель, — потом не спрашивайте, как там было! — фыркнула женщина, для вида обиженно топая пошла в дом.

— Помнишь, она в детстве всегда так топала, когда обижалась, — тепло улыбнулась Флоранс, смотря Римель вслед.

— Конечно, помню, — прошептал Нортон, ещё раз поцеловал супругу в висок и поспешил на работу.

Эйрин Миттар

Проснулась, услышав судорожный вдох за спиной, ощутив всем телом, как ускоряется ритм большого сердца; с какой силой сжимаются вокруг меня крепкие руки, притягивая так сильно, как возможно.

— Отвратительное чувство, — выдохнул Терон, чувствуя, что и я уже не сплю. — К этому вообще возможно привыкнуть?

Я не могла представить каково ему, потому как моё восприятие страха было искаженным. Я не вполне понимала, что это такое. Хотя, вру, наверное, именно в тот момент, когда я осознала, что Терон моя пара я впервые подумала, как ужасающе больно будет потерять его. Наверное, это и есть страх?

Быстро развернувшись в кольце его рук, потянулась туда, где должны были быть губы. Мне жизненно необходимо было сейчас почувствовать его тепло, раствориться в его объятьях, ощутить жар близости с ним. Почувствовать, что мы оба живы и шанс всё изменить есть! Как есть и время любить.

Его ладони так трепетно оглаживали мою спину, сжимали ягодицы, пока губы покрывали поцелуями лицо, шею, опускаясь на грудь, выцеловывая её с какой-то собой нежностью и трепетом. Я терялась в этих ощущениях, растворяясь во тьме и, наверное, даже радуясь тому, что не вижу, но могу так остро чувствовать его. Каждое прикосновение, проникновение и наполненность, которая возносила куда-то на совершенно иной уровень восприятия. Всё это давало почувствовать куда больше, чем просто телесную близость. Я словно возрождалась из пепла, удивляясь только одному — как раньше могла обходиться без него⁈

Анаис Роданская Аскард

— Что вы несёте, шейр Мойер? — раздраженно бросила женщина, придирчиво осматривая своё отражение в зеркале. — Что значит ваше предложение было отвергнуто? Какой-то вшивый налоговый инспектор, вы чего вообще⁈ Значит мало предложили!

— Более, чем достаточно, — скупо ответил её управляющий. — Его не волнуют деньги.

Анаис улыбнулась и посмотрела на шейра Адама Мойера, её пожилого управленца шахтами, что оставил отец Терона, как на круглого идиота.

— Адам, милый, деньги волнуют всех, понимаешь? Тебя может не волновать мода, погода, родственники, мир вокруг да что угодно, но не деньги! Почему я должна объяснять тебе прописные истины, дорогой? — промурлыкала она.

— Он ясно дал понять, что проверка будет проходить по всем нормативам, принятым в королевстве и сотрудничать он не намерен.

— Не намерен сотрудничать, значит найди способ избавиться от него, чтобы прислали того, кто намерен сотрудничать, — бормотала она, нанося алую помаду на свои пухлые губы. — Сегодня собрание акционеров в Малроу центре и моя дочь подготовила мне подарок, на который я обязательно должна посмотреть! Так, что не порти мне настроение, не до этого сейчас! Просто решай проблему, разве ты не за это получаешь деньги или они тебя тоже не волнуют? — бросила она взгляд полный пренебрежения на раскрасневшегося мужчину.

Шейр Мойер лишь коротко подумал, что правильно поступил, решив сотрудничать со следствием. Судя по всему, песенка Анаис уже спета и никакие деньги его не спасут, если он не поможет в этом деле королю.

— Да, шейра, — поклонился он, прикидывая то, как более выгодно для себя начать сливать информацию.

Сев в шикарный экипаж, на котором за ней заехала её дочь в сопровождении Дейрона Бара, Анаис решила не просто так наслаждаться поездкой, а попробовать задействовать связи старого лиса, чтобы он повлиял на королевскую проверку, что сейчас набирала обороты и заставляла её серьезно нервничать из-за неуступчивого главного инспектора.

Потому всю дорогу до Малроу центра она занималась тем, что отвлекала внимание Дейрона на себя, беспощадно льстя его мужскому эго. Сам же старый лис, прекрасно понимая, что пума пытается что-то от него получить, позволял ей урчать вокруг него, развлекая старого интригана лестью и подхалимством. Это всегда смотрелось забавно из уст хорошеньких женщин.

Эйрин Миттар

В третий раз стоя на приёме в честь акционеров Малроу центра я была предельно сосредоточена. Трещина на часах стала больше и теперь заползала на девятку. Я даже подумала, что, наверное, эти часы рассчитаны на двенадцать воскрешений, но применённая магия могла существенно сократить срок их службы и дай-то Боги у нас, возможно остался хотя бы один шанс. Хотя, нужно надеяться на то, что он нам не понадобится.

— Готова, — тихо спросил Терон, наклоняясь к моему уху и осторожно касаясь пальцев руки.

Кажется после вчерашнего, его немного перемкнуло, и он всякий раз пытался прикоснуться ко мне, чтобы убедиться, что я действительно реальна.

— Более чем, — кивнула я. — Всё как обговаривали.

— Мы прослывём сумасшедшими, — усмехнулся Терон.

— Главное, чтобы славили живых остальное неважно, — фыркнула я.

Всё происходило так же, как и два предыдущих дня. За исключением того, что Ринара мы решили отправить поговорить с одним из акционеров, чтобы он случайным образом не попал под раздачу. Смотря на то, как к Терону подходят счастливо воркующая с Дейраном Баром мачеха с одной стороны и его сводная сестра с другой, я чувствовала себя звездой той самой игры, что мы играли в детстве с мячом. Только вместо Джеми Ройя на меня надвигалась сестра Аскарда. И, к сожалению, как бы мне не хотелось, но вынести её с поля было нельзя. Для неё было совсем иное предназначение!

— Доброго дня, — первым заговорил Дейрон, протягивая Терону широко раскрытую ладонь для рукопожатия.

Айра ожидая рукопожатия приблизилась к Терону, чтобы ей было удобнее шептать свое проклятье, а для меня это было сигналом к действию так же, как и для Терона. Барс сделал вид, что протягивает руку в ответ, но вместо этого ударил его по ней другой рукой так, что ладонь лиса сменила направление в тот самый момент, когда я схватила Айру за талию и как следует крутанула, благо вовремя остановила, а то бы она могла так до вечера крутиться. Сморщенная ладонь старика весьма нахально шмякнулась на грудь девицы машинально сжимая её.

Кажется, вокруг установилась гробовая тишина, пока рассвирепевшая девушка не нашла меня взглядом и не забыв обо всём на свете рявкнула:

— Спятила⁈

— Как пожелаешь, — чуть слышно, так, чтобы расслышала только она шепнула я, а на лице Айры отразилось понимание сказанного и произошедшего.

— Нет, — шокировано пробормотала она.

Взгляд девушки заметался, будто бы в поисках помощи или поддержки и остановился на матери.

— Нет, — ещё раз повторила она, развернулась на каблуках и попыталась устремиться прочь из зала.

Всё же надо отдать должное Анаис, так как она поспешила за дочерью.

— Боже, как неловко, — пробормотал Дейрон Бар, кажется совершенно забыв, что это Терон оттолкнул его ладонь. — Ничего страшного не произошло, я просто поскользнулся, — поспешил он успокоить любопытствующую публику. — Старость, шейры, рано или поздно приходит ко всем, — хохотнул он.

— Прошу прощения, Дейрон, похоже поскользнулся я, — извинился Терон, и как ни в чем ни бывало предложил старику выпить.

Римель и Элаиз Миттар

— Элаиз! Элаиз! Ты не видела мою помаду для важных мероприятий⁈ — голос Римель разносился по всему второму этажу семейного гнезда Миттар и был прекрасно слышан на первом и даже на улице.

— Она у меня! — раздалось в ответ, а спустя несколько секунд в коридоре возникла Римель.

Волосы утянуты папильотками, на теле лучшее нижнее бельё и чулки, сверху самое любимое платье, подаренное ещё её покойным мужем, глаза ярко подведены черной подводкой. Не доставало лишь последнего штриха — алой помады. Всё в точности с представлениями о том, как стоит наряжаться для выхода в высшее общество. Заскочив в комнату к Элаиз Римель невольно нахмурилась. Похоже, представление о шикарном у них с Элаиз были схожи. Даже платья в близкой цветовой гамме. Только у Римель насыщенно темно-синее, а у Элаиз глубокого фиолетового оттенка.

— Мы, как будто близнецы, — хохотнула Элаиз.

— Да и ладно, — отмахнулась Римель. — Помоги с волосами, а то уже опаздываем.

Поскольку с прическами две обротницы особо никогда не мудрили, то для вечерних выходов умели делать лишь один вариант. Как результат в конечном итоге обе женщины и впрямь были похожи, если не как близнецы, то сёстры точно.

— Долго вы там⁈ — послышался снизу голос бабули Фло. — Малыш Элвин нервничает, что вы опаздываете!

— Конечно, из-за этого он нервничает, — прошептала Римель получив согласный смешок Элаиз.

То, что за ними приехала Файка вместе со своим женихом для женщин оказалось приятной неожиданностью, от которой отказываться никто не собирался и это позволило нормально собраться.

— Ну, всё, курочки мои, — придирчиво осматривая внешний вид дочери и невестки, поправила их кудряшки Флоранс. — Погуляйте как следует, но придерживайтесь золотого правила Миттар, — улыбнулась женщина, переходя от Элаиз и Римель к Файке и слегка оправляя её волосы и платье. — Помним, да? — улыбнулась она, взглянув на женщин.

— Да, мама, — хором ответили они.

— Какого правила? — поинтересовалась Файка, так как истинно верила, что эта семья жила вообще без каких-либо правил.

— Убедись, что тебя никто не видел, — слегка коснулась указательным пальцем носа эльфийки бабуля Фло, мило улыбнулась и подмигнула, смотря на девушку снизу вверх.

— Так, всё, нам пора, — решил от греха подальше поторопить дам Элвин.

И хотя инцидент с подносом был исчерпан, но мурашки у него от этого семейства бегали по коже все равно. Особенно от этой бабульки божьего одуванчика. Челюсть привычно заныла, стоило вспомнить произошедшее с ним.

Прижимая к груди пирожки, Римель поднималась по лестнице ведущей в ту часть здания, где собрались все сливки общества Фортекса. Почему-то именно сейчас до женщины в полной мере стал доходить размах личности Терона Аскард, который совсем недавно был у них в гостях; на которого работала их дочь и в кого была влюблена. Грешным делом, Римель даже подумала, что стоило бы поговорить с Эйрин и убедить её забыть об этом типе. Всё же не слишком ли это для кого-то вроде них? Разве её малышка будет чувствовать себя привольно в рамках высшего общество? Сможет ли быть счастливой?

На фоне всех этих мыслей Римель вдруг почувствовала, что ей срочно нужно в дамскую комнату.

— Подождёшь меня, — сунув в руки Элаиз пирожки, она кивнула в сторону нужного ей сейчас помещения.

— Я тоже хочу, — нервно усмехнулась подруга, так что пирожки подержит малышка Фаечка.

Всучив пирожки эльфийке и Элвину, женщины поспешили в ближайшую дамскую комнату. С комфортом разместившись в соседних кабинках, они едва не подпрыгнули, когда входная дверь в общий зал дамской комнаты с силой ударилась о стену.

— Кто эта тварь⁈ — наполненный злобой и ненавистью голос напоминал звериный рык. — Где Терон её взял⁈ Его помощница?

— Да, какая разница теперь⁈ — было ответом ей. — Ты понимаешь, что смертельное проклятье, которое ты готовила ему теперь на тебе? Ты сама себя прокляла, а Аскард жив и здоров, как и его помощница, кем бы она не была! Ты должна была убить его, а ты что сделала⁈ Тупая идиотка! Так и знала, что тебе не стоит это доверять! Всё нужно делать самой, — едва слышно шипела собеседница.

— Мама, что мне делать? Как, — жалостливо всхлипнула теперь понятно, что девушка, — теперь быть…

— Ехать к ведьме, как иначе? Что эта сука затребует за помощь тебе? Нет, я просто поражаюсь, как можно было так всё прошляпить?

— Он знал, мам, Терон знал, что у старика проклятье на руке! Но, как?

— Понятия не имею, но пока действует клятва его отца он не сможет навредить нам напрямую. Хватит уже осторожничать, надо просто сделать так, чтобы у него не осталось никаких шансов! — продолжала едва слышно шипеть женщина так, что Римель и Элаиз едва могли разобрать слова, что она будто выплёвывала.

— Давно надо было так поступить! А теперь, поехали сейчас же в лес! Нельзя терять время!

Женщины стремительно вышли, а за ними последовали ещё две миниатюрные дамы, спустились вниз, забрали свои пальто из гардероба и ориентируясь исключительно на запах, устремились на каретный двор. Найдя нужный экипаж Римель и Элаиз быстро забрались в ящик для багажа, а дальше им оставалось лишь ждать обозначенной поездки в лес.

Мать и дочь уезжали с собрания акционеров стремительно. Анаис не любила зависеть от чужого транспорта, потому Горан был уже на месте и ожидал свою госпожу в неприметном черном экипаже. Для выездов на знатные вечера женщина предпочитала экипаж с гербом рода, но когда дело касалось мероприятий у Терона, то предпочитала быть неприметной. Никогда не знаешь, как может закончиться такой вечер.

К лесу они добрались уже в первых сумерках. Честно говоря, Анаис опасалась того, что запросит ведьма и есть ли вообще шанс снять это проклятье? А что, если она захочет ещё годы её жизни? Тогда уже завтра она станет дряхлой старухой? Готова ли она к этому? Ответить честно самой себе у неё не хватало духу. Ей хотелось жить и наслаждаться жизнью, деньгами, вниманием мужчин! Она не хотела стареть даже ради дочери… Это была правда. Неприглядная, но уж какая есть. Но, может быть, ведьма удовлетворится годами Айры? В конце концов это же её ошибка!

Дорога к домику ведьмы заняла немного времени, так как обе женщины обернулись в свои звериные ипостаси и спешили на пределе сил даже не озаботившись тем, чтобы взять с собой плащ или платье. Обнаженные и все в грязи они стояли перед лачугой. Не заботясь о своем внешнем виде Айра забежала вверх по ступенькам и в отчаянье забарабанила по входной двери. Дом встретил их тишиной. Стоило потянуть за ручку двери, как она легко поддалась. Обе обротницы вошли внутрь и сразу поняли, что там никого нет. Лишь клочок темно-желтой бумаги лежал на давно никем не протираемом столе. Айра быстро подошла к нему, взяла в руки оставленную записку и прочитала написанное со всем ужасом осознавая, что это послание адресовано никому иному, а ей и её матери.

«Ваш дар я приняла. Сделка завершена».

Кажется, она кричала в полную силу своих легких, бросая и ломая ветхую мебель, что попадалась ей под руку. Всё не могло так закончится! Не могло! Только не с ней! Она молодая, красивая, умная и рядом с ней подходящий мужчина, а не убогая лачуга ведьмы, в которой ей предстоит сойти с ума!

— Да, вовсе не лачуга, — пробормотала она, смотря как преображается серая старая избушка в дом её мечты.

На губах расцветала улыбка, взгляд наполнялся неприкрытым восторгом. Все проблемы выцветали и заменялись флёром счастья, беззаботности и воплотившейся в реальность мечты.

— Ты в порядке? — позвал её кто-то и стоило Айре обернуться, как перед ней предстал Эрхарион Эрейский, её муж, тот самый подходящий мужчина для кого она всегда была предназначена.

— Конечно, — счастливо улыбнулась Айра, окончательно теряясь в собственных грёзах под не верящим взглядом матери, которая не понимала, как ей быть дальше и выбираться из леса с окончательно поехавшей дочерью на руках.

«Стоит сходить за Гораном, чтобы помог забрать её отсюда», решила Анаис, выходя из домика ведьмы и затворяя за собой ветхую дверь так, чтобы Айра в беспамятстве не ушла куда-нибудь. Перекинувшись пумой, женщина устремилась в обратный путь.

Горан сидел на козлах укутанный в темный плащ и скрыв лицо глубоким капюшоном из-под которого он видел лишь краем густой темный осенний лес. Его прекрасная госпожа ушла и велела ждать и с её уходом мир привычно выцвел, теряя краски, смысл и превращаясь в серое марево, которое постоянно окружало его. Кем он был раньше? Что ему интересно или когда-то интересовало? Он давно уже не помнил. Его мир — его госпожа, а всё, что кроме… А разве может быть, что-то кроме неё?

Осторожное касание к плечу было чем-то, чего быть не должно, там, где он находился. Обернувшись, он толком и не успел ничего сказать или понять, как на его лицо обрушился удар такой силы, что мир тут же погрузился во тьму.

— Может всё же свернём ему шею? — поинтересовалась Элаиз, смотря, как Римель скидывает ей в руки плащ возницы.

— Тебе охота копать яму или искать, где его зарыть? Смотри какой здоровый, — пробурчала женщина, ногой спихивая мужчину на землю.

— Да ты что⁈ Знаешь сколько я за этот маникюр отвалила, — отмахнулась Элаиз, небрежно взмахнув фиолетовыми ноготками в цвет платья. — Давай, присыпем его листочками, утром проснётся, выберется как-нибудь.

— Ну, вот и я думаю, — согласилась женщина, легко спрыгивая на землю. — Ты за руки, я за ноги, длинный какой… — тихо ворчала Римель, пока они утаскивали бессознательное тело поглубже в лес с другой стороны дороги.

Кое-как спрятав тело обе женщины вернулись назад. Элаиз без лишних вопросов одела плащ и разместилась на козлах, а Римель легко забралась под экипаж. Всё, что им оставалось это ждать. Прошло около часа прежде, чем из леса появилась запыхавшаяся женщина-пума. Её попутчицы с ней уже не было. Римель и Элаиз настороженно замерли. Может быть, эти кошки поняли, что что-то не так?

— Горан! Горан, мать твою, Айра, — всхлипнула женщина, — проклятье начало действовать! Иди же скорее сюда, нужна твоя помощь, чтобы вывести её из леса!

«А, ну, ладно», облегченно выдохнула Римель, пока Элаиз поднялась и легко спрыгнула вниз, оказавшись прямо перед Анаис. Женщина сразу поняла, что перед ней не её слуга, поскольку Элаиз была гораздо ниже ростом. Но вот дальше среагировать она не успела, получив сильный удар в затылочную область.

— Грузим и валим, — припечатала Элаиз, получив согласный кивок подруги.

Запихав Анаис в экипаж, Элаиз вернулась на козлы, а Римель осталась присматривать за своей пленницей.

Домой они добрались уже глубоко за полночь. Оставив Римель внутри кареты, Элаиз легко открыла ворота и загнала неприметный экипаж внутрь. Хорошо, что жили они в конце улицы и репутация у семьи была такая, что лишний раз подглядывать за семейством Миттар ни у кого желания не возникало.

— На месте, — буркнула Элаиз, открыв дверцу экипажа и смерив задумчивым взглядом бессознательное тело пумы, которую Римель вполне профессионально связала своими драгоценными и безумно дорогими чулками, но чего не пожалеешь ради счастья детей.

— Я схожу за отцом, побудь тут, — попросила она Элаиз и направилась прямиком в спальню родителей.

Нортон и Фло как раз только что потушили свет, наконец-то дождавшись, когда их девочки вернулись. Роб и старшие мальчики были на службе, а дети давно спали. Когда дверь в их спальню скрипнула, оба медоеда решили, что будут притворяться спящими до победы, потому как слушать дотошное описание светского раута ни у кого из них не было ни малейшего желания.

— Па, — тихонько позвала Римель, но не дождавшись никакой реакции, подошла ближе и схватив отца за ногу слегка его потрясла.

«Не отвяжется», удрученно подумал мужчина, искренне позавидовав Фло, будить которую никто не спешил.

— Ну, па!

— М? — сонно промычал он.

— Одна сука мешает нашим детям жить, — тихонько обозначила Римель проблему, которую в их семье озвучивали Нортону только в том случае, когда понимали последствия, которые за этим будут.

— Где? — коротко спросил он.

— Даже не спросишь, кто? — усмехнулась Римель.

Нортон открыл глаза и сел уже вместе с Фло.

— Это уже неважно, — пожал он плечами. — Кажется, у твоих тыкв будет новое удобрение, — посмотрел он на свою жену, а та лишь согласно кивнула.

Терон Аскард

Когда его мачеха и сводная сестра споро покинули собрание акционеров стало немного спокойнее. Странно, он думал, что почувствует какую-то радость хотя бы от какой-то части воплотившейся мести, но всё, что осталось это усталость и немного успокоения. В первую очередь от того, что хотя бы одна из троих перестанет быть источником неприятностей. Его отца месть не вернёт, как не вернёт и все те годы жизни, когда ему приходилось жить в постоянном напряжении и страхе от ожидания того, что придумают эти змеи завтра. Страх остался где-то в его юности. Напряжение преобразовалось в желание дотошного планирования собственной безопасности, а как следствие и действий, поступков, знакомств и прочего. Каждый шаг его взрослой жизни был сформирован тогда, когда был жив страх за собственную жизнь. Сейчас он боялся только одного — того чувства беспомощности, что он испытал в исчезнувшей реальности «сегодня», когда Эйрин просто растаяла в воздухе прямо в его руках. И никакое понимание того, что шанс ещё есть не давали успокоения. Да будь этих шансов сколько угодно, он больше не позволит ей встать между ним и опасностью. Ни за что!

Когда в дверях появились Элвин и Файритиэль, Терон уже ожидал увидеть свою будущую свекровь с пирожками, но этого так и не произошло. Вместо этого пирожки держала истинная пара Элвина и выглядела несколько озадаченно.

— Вы знаете, Римель и Элаиз куда-то подевались, — поделилась она, стоило им поприветствовать друг друга. — Сказали, что на минутку в дамскую комнату, но я проверила их там нет, — пожала она плечами.

— Странно, — пробормотала Эйрин, совершенно забыв, что должна выглядеть удивлённой тем, что её мама и тётя собирались посетить мероприятие.

Хорошо, что эльфийка не уделила этому внимания, а Элвин в принципе не был в состоянии уделять внимание кому-то кроме обретённой пары. Сейчас Терон почувствовал острый приступ зависти. Ему тоже хотелось смотреть только на его Эйрин, ухаживать за ней и давать ей полное ощущение его заботы и любви. Этого требовали все его звериные инстинкты и противиться им день ото дня становилось все сложнее.

— Может быть, что-то дома забыли? — пробормотала Эйрин, но Терон почувствовал, что сказала она это лишь для того, чтобы успокоить эльфийку.

— Волнуешься за них? — чуть позже прошептал он на ухо девушке, когда им удалось отойти чуть дальше ото всех. — Может быть, попросить моих людей проследить их?

— Нет, — поспешила заверить она. — Ни в коем случае! Если бы посчитали нужным, то они предупредили бы. Раз ушли тихо и незаметно, значит посчитали необходимым. Лучше не лезть, — покачала она головой, думая о чем-то о своем.

Терон до сих пор с трудом принимал тот факт, что его девочка не та, за кем нужен присмотр, что уж говорить о том, что в его представлении картины мира её мама и тётя были женщинами, домохозяйками и заведомо более беззащитными.

Уже после собрания акционеров, когда пришло время званного ужина, Терон столкнулся со сводным братом, который пришёл как раз к его началу. Гидеон выглядел несколько помятым, взволнованным и слегка нетрезвым. То ли ещё не выветрилось то, что он выпил вчера, то ли уже успел принять лишнего? Принюхиваться Терон не желал, как и общаться с ним лишний раз.

— О, дорогой брат, — раскинув руки в стороны, подошел к нему пума будто бы собрался с ним крепко обняться, но получив в ответ холодным предупреждающий взгляд, как-то кисло улыбнулся будто бы его расстроило такое поведение Терона. — Ты как всегда холоден, как пики северных гор, — деланно поэтичным тоном выдал он, слегка пошатываясь.

Терон не собирался разговаривать с ним и тем более не собирался позволять касаться себя.

— Не видел ли ты нашу прекрасную в своем коварстве матушку и очаровательную в леденящей душу истеричности сестрицу? — поинтересовался он, качаясь всё сильнее. — Слышал они планировали для меня весьма дорогостоящий подарочек, который мог бы заинтересовать тебя, например? — хохотнул он. — Не желаешь перекупить его у меня? Я тебе «по-братски» даже скидочку сделаю? — поиграл он бровями.

Терон и не думал отвечать ему. Просто обошел, словно это была куча дерьма, в которую он не желал вляпываться и вместе с Эйрин отправился открывать праздничный ужин. Сразу после этого они собирались отправиться домой. Тут он был больше не нужен и ему слишком хотелось поскорее оказаться за стенами родного поместья, там, где уже ничто не помешает ему обнять, поцеловать и заняться любовью со его женщиной.

— Зря, Аскард, пожалеешь ещё! — неслось ему в след. — Я не какое-то дерьмо, чтобы со мной так обращались, — уже себе под нос пробормотал мужчина, подхватил у мимо проходящего официанта с подноса бокал с какой-то выпивкой и тут же опрокинул его в рот.

Эйрин Миттар

Утро после званного вечера выдалось для меня ранним. Я проснулась от того, что лица касался прохладный ветерок. Это было приятно, но странно, поскольку я точно помнила, что ночью все окна в покоях Терона были закрыты. Открыв глаза, обернулась и тут же увидела открытую дверь ведущую на балкон. Укутавшись в простыню, я поднялась и подошла ближе. Силуэт Терона утопал в рассветных лучах алого солнца. Он стоял в одних свободных брюках, уперевшись руками о перила балкона. Его белоснежные волосы трепал прохладный осенний ветер, но казалось барс этого совершенно не замечает.

— Обними меня, — попросил он, так и не обернувшись ко мне лицом.

— А, если кто-то увидит? — тихонько спросила я.

Барс лишь чуть повернулся и на его губах заскользила какая-то незнакомая мне улыбка. Казалось, в ней сплелось столько всего! Какая-то глубокая печаль, поверх которой легла невысказанная тоска и всё это вдруг растаяло в светлой грусти и легкой, невесомой радости.

— Теперь можно, — улыбнулся он шире, — пусть видят…

Просить меня дважды не стоило, и я решительно ступила к нему на свет, обнимая со спины, грудью прижимаясь к его спине. Он тут же обернулся, заключая меня в кольцо своих рук так, что казалось я целиком растворилась в его объятьях.

— Что за отчаянно безрассудное настроение? — засмеялась я. — Мне кажется я на тебя плохо влияю.

Вместо того, чтобы поддержать мой шутливый тон, Терон наклонился с жадностью втягивая мой запах и тихо сказал:

— Анаис умерла этой ночью.

— Что? — надо сказать, что от такой новости я едва не оттолкнулась от него и не отлетела за перила балкона. Вот уж была бы самая нелепая из моих смертей⁈ — Как? То есть, откуда ты знаешь?

— Клятва отца сгорела сегодня ночью, — чтобы именно это не значило, заявил он. — Я проснулся, почувствовал, как она исчезает.

— Ты уверен?

Не то, чтобы у меня были основания ему не доверять, но разве так бывает, что твои враги умирают, пока ты сладко спишь в постельке?

На мой вопрос Терон нервно хохотнул, но тут же взял себя в руки.

— Вряд ли бы она согласилась на откат от добровольного отказа от клятвы, а по-другому никак. Так, что да, — кивнул он. — Уж что-что, а этот вопрос я хорошенько изучил.

— Всё же мне сложно представить, что это могло так просто разрешиться, — схватив его за руку, я потащила его с балкона. — Так, что пока стоит всё же проявить осторожность, — бормотала я себе под нос, с трудом узнавая саму себя.

Может быть, я наконец-то начала взрослеть?

— Как скажешь, — засмеялся Аскард, какой-то бесшабашно ленивой походочкой, следуя за мной.

Нет, определённо, я на него плохо влияю. Это он умный и осторожный, а я безбашенная идиотка, так пусть всё и остаётся! Договариваться с вариацией себя в мужском теле мне уже заранее не нравится! У меня дома таких сколько хочешь и любых возрастов!

В постели мы провалялись почти весь день. При чем занимались вовсе не тем, чем безусловно хотелось бы. Просто стоило Терону лечь и прикрыть глаза, как он тут же уснул. Да так сладко, что я не удержалась и последовала его примеру. Ужинали в его покоях, а потом он снова уснул и проспал всю ночь до самого обеда велев никому его не тревожить. Думается мне, мой мужчина впервые за долгое время почувствовал, что означает «спать спокойно».

Проснувшись и пообедав, он нехотя засобирался на своё рабочее место, когда двери в столовую распахнулись и внутрь вошел дворецкий, которого днем с огнём было не сыскать в поместье Аскард, поскольку сюда приезжали все в основном по работе и по заранее оформленным пропускам. А вот так, незапланированные гости на моей памяти были только в лице моей Файки, которая пыталась взять крепость штурмом.

— Шейр Аскард, там полиция просит о встрече, примите?

— Проводи в малую гостиную, — обозначил Терон, поднимаясь из-за стола. — Пойдём, — позвал он только меня, поскольку время обеда давно прошло и сейчас ели только мы вдвоем. Все остальные находились в рабочем крыле.

Стоило нам подойти к малой гостиной, как обоняния коснулся уже довольно знакомый запах капитана Вольца, с которым мы за последние дни по каким только делам не контактировали, так что определить с ходу по какому из них он решил нас навестить было затруднительно. Но реальность превзошла все ожидания, хотя примерно этого мы и ждали.

— Шейр Аскард, шейри Миттар, — поприветствовал он нас, стоило нам войти. — Пожалуй, перейду сразу к делу, — глубоко и как-то устало вздохнул он. — Могу ли я говорить открыто при вашей помощнице? — сперва поинтересовался он.

— Шейри Миттар принесла клятву о неразглашении любых вопросов касающихся рода Аскард, так что да, — кивнул Терон, приведя тот аргумент, после которого не оставалось лишних вопросов.

Возможно, следовало предложить капитану Вольцу чего-нибудь выпить с дороги, но он пока не принес ни одной хорошей новости ни по одному из порученных ему дел, так что вредность во мне закусилась и чай я ему предлагать не стала.

— Простите, я к вам сразу после своего ночного дежурства, но дело деликатное и не терпит посторонних ушей, — стал заходить издалека этот волчище. — Сегодня на рассвете группа менторов с молодняком училась брать след на окраине восточного леса и, — как-то нервно посмотрел он сперва на меня, а потом на Терона. — В общем, на его окраине была обнаружена ваша сестра. Шейри Айра Аскард Роданская была без одежды и выглядела потерянной, кажется, с ней что-то произошло и сознание её помутилось от пережитого… Но, — поспешил он добавить, — следов физического насилия не обнаружено.

— Чаю хотите? — не выдержала я, решив, что раз такое дело, то нужно ещё и конфеток насыпать.

— А? Что? Нет, спасибо, шейри, на самом деле я спешу, — не оценил всей степени моей благодарности капитан. — Так вот, ваша сестра была доставлена для прохождения обследования в госпиталь пресветлой Илларии, вы же понимаете с какими заболеваниями туда попадают?

Терон выглядел предельно сосредоточенным, но всё же кивнул.

— Предварительно, следствие установило, что позавчера шейри была вместе с матерью в Малроу центре на собрании акционеров и покинула его вместе с вашей мачехой. Мы сейчас прочесываем лес, но пока никаких следов ни вашей мачехи, ни её экипажа не обнаружено. Конечно, делать выводы ещё слишком рано, но я решил уведомить вас о происходящем лично. Поскольку это касается вашего рода непосредственно, то все его детали строго засекречены, остаётся уповать, что так и останется до завершения расследования.

Далее Терон весьма скупо, но по-деловому уточнял, что да как произошло с Айрой. Какие есть версии у следствия? Поинтересовался, может ли он навестить её в госпитале?

— Разумеется, — согласно кивнул капитан. — Мой коллега сегодня уведомил о произошедшем вашего брата, так что, возможно, вам стоит связаться с ним для того, чтобы вас допустили на территорию госпиталя. Учитывая, специфику заведения, туда не так просто попасть, если вы понимаете? — многозначительно изогнув бровь, поинтересовался мужчина.

— Разумеется, — согласно кивнул барс, — спасибо за вашу деликатность в этом вопросе, — поблагодарил он.

Гидеон Аскард Роданский

Мужчина проснулся от ужасного стука в дверь. Голова раскалывалась. Во рту было так сухо, что невозможно даже сглотнуть.

— Да откроет кто-нибудь эту дверь⁈ — рявкнул Гидеон, кое-как заставляя себя подняться с постели.

Он плохо помнил, как именно вчера добрался до дома, потому не было ничего удивительного в том, что он был полностью одет. Разве что изрядно помят. Не успел он дойти до двери ведущую в его спальню, как в неё как-то нервно застучали.

— Шейр Аскард Роданский, вы встали? К вам тут… — не успела договорить прислуга, как дверь яростно отлетела в сторону, а на пороге возник тот, кого Гидеон никак не ожидал увидеть на пороге своей комнаты.

— Свободна, — буркнул высокий оборотень в длинном кожаном пальто, бесцеремонно отпихнув девушку в сторону и вальяжной походкой заходя внутрь.

— Какого? — попытался было возмутиться Гидеон, но следом за главным внутрь зашло ещё трое оборотней, один из которых ни говоря ни единого лишнего слова приложил кулаком пуму под дых, отчего он закашлялся, а ещё двое быстро выкрутили ему руки опуская на колени.

— Ты уж извини, что без приглашения, — заговорил тот, кого весь теневой Фортекс величал не иначе как Гнилой Бо и кто держал большую часть нелегальных игровых домов, борделей и ряд подпольных развлечений типа боёв без правил. — Но тут до меня дошел слушок, что так уж выходит, что совсем скоро тебе будет не чем отдавать долги, — почти дружелюбно поделился мужчина, скинув на пол с ближайшего кресла одежду Гидеона и вальяжно расположившись в нем.

— Что? — кое-как отдышавшись, пришел в себя пума. — Этого не может быть…

Гнилой Бо искривил свой крупный рот в какой-то издевательской усмешке, откинув копну грязно-каштановых волос себе за спину.

— С добрым утром, малыш, король издал указ об аресте всех счетов и имущества, доставшегося твоей матери от безвременно почившего Эльзара, не знал? А то, что твоя мамаша пустилась в бега, пока ты продолжал набирать у меня долги тоже не знал? Или, что твоя сестрица решила прикинуться чокнутой, чтоб не попасть за решётку тоже не в курсе? Похоже она у вас одна с мозгами, — захохотал оборотень. — А теперь, скажи мне, Гидеон, что у тебя есть, чтобы ты прожил ещё хотя бы один денёчек, м? — вкрадчиво поинтересовался Гнилой Бо, смотря на пуму своими абсолютно холодными черными глазами.

— Я… не понимаю…

— Объясните ему, — взмахнул кистью руки мужчина, когда его подручные точно сорвавшаяся с цепи свара начали избивать Гидеона. — Хватит, ребята, а то наш друг совсем забудет о том, сколько он нам должен. Так, что, понимание пришло?

— Да, — сглатывая кровь, пытался отдышаться мужчина, хотя признаться честно, всё, что было озвучено не укладывалось у него в голове. То есть как Айра прикинулась чокнутой, счета арестованы, а мать подалась в бега⁈ Бред какой-то⁈ А он? Как же он⁈ — У меня есть акции Малроу центра…

— О, звучит, как довольно продолжительная жизнь, Гидеон, где они? — радостно улыбнулся Гнилой Бо.

— У сестры, — поспешил выдать Гидеон, — мне нужно встретиться с ней, чтобы забрать их и я тут же принесу…

— Завтра крайний срок, понял? И, чтоб ты не забыл и не вздумал бежать, — кивнул одному из своих обротней. Тот накинул Гидеону на шею на первый взгляд невзрачную верёвочку, концы которой тут же соединились и крепко обхватили шею. — Я узнаю, где ты и поверь задыхаться и снова дышать тебе не понравится, так что не зли меня, — похлопал он всё ещё стоявшего на коленях Гидеона по щеке, встал и вышел за дверь.

Некоторое время мужчина продолжал сидеть на полу, пытаясь справиться с охватившей его паникой в купе с растерянностью. Ребра страшно болели, губы разбиты, один глаз, кажется, начинал заплывать. Но вовсе не это выбило почву из-под ног Гидеона. Впервые в жизни он почувствовал себя брошенным. Мать всегда присутствовала в его жизни, а вместе с ней были деньги, которые помогали решать любые проблемы. Он никак не мог понять, что значит, что его мать подалась в бега бросив его на произвол судьбы⁈ Он же её наследник! Её надежда! Она так часто повторяла ему это, что он привык жить, веря в это, как в некую непреложную истину мира!

— Нет, что-то тут не то, — пробормотал мужчина, поднимаясь на ноги и осторожно снимая с себя потрепанный костюм.

Следовало привести себя в порядок и узнать, что с Айрой! Сестра должна знать, где мать и что вообще происходит!

Как только мужчина принял душ и переоделся в свежий костюм, состоявший из темно-коричневого замшевого сюртука и темных брюк, Гидеон тщательно уложил волосы, но вот заплывший глаз и разбитые губы не позволили создать пристойный образ. Ничего, уже вечером регенерация справится и вернёт ему прежний вид.

— Шейр, вам письмо, — пропищала служанка, слегка постучав в дверь его комнаты.

Забрав доставленный конверт с гербом департамента полиции Фортекса, Гидеон тут же вскрыл послание и все ещё не веря написанному прочитал о том, что его сестра была найдена с признаками помутнённого сознания и доставлена в госпиталь пресветлой Илларии для оказания скорой помощи и обследования… В конце было обозначено, что вход на территорию госпиталя возможен исключительно по документу, подтверждающему родство, а также были указаны часы, когда он может навестить сестру. Сверившись с временем на своих карманных часах, Гидеон поспешил в свой кабинет, находившейся на первом этаже. Быть жертвой в руках Гнилого Бо ему не очень-то понравилось, и он решил перестраховаться. Достав из нижнего ящика стола ручной портативный магический самострел, Гидеон зафиксировал его на запястье и зарядил сразу тремя магусиленными болтами. После чего спрятал оружие за широким рукавом сюртука. Испытав небольшую толику уверенности в себе, Гидеон поспешил на выход из дома желая как можно скорее добраться до госпиталя и переговорить с сестрой. Горана дома не оказалось и Гидеону пришлось ловить экипаж.

Госпиталь пресветлой Иллирии находился на окраине Фортекса, если не сказать, что за его пределами. Некогда это было родовым поместьем королевы-матери, но, когда её отец в старости помутился рассудком, королева Мирэль пожертвовала эту усадьбу под нужды существ с ментальными проблемами. Поговаривали, что её отец в старости перестал узнавать дочь, но чувствовал себя комфортно и радостно в стенах родового особняка, будто бы возвращаясь своим сознанием в юные годы. Так или иначе, но за прошедшие столетия госпиталь пресветлой приобрел собственную историю и репутацию. И из «радостного» тут был разве что старинный парк вокруг бывшей усадьбы тестя короля. Сам парк был обнесён пятиметровой каменной стеной, по периметру были расположены вышки с охраной и попасть внутрь было довольно проблематично. Место не обладало статусом тюремного заведения, но учитывая то, что постояльцы умели менять ипостась и могли проявлять агрессивность, оно нуждалось в охране.

Подтвердив статус своего родства, Гидеон прошел внутрь и направился в сторону входа в больницу по широкой аллее, усаженной с обоих сторон вековыми дубами. Его шаги создавали легкий шорох из-за крошки розового гравия, которым была усыпана дорога. Картина складывалась более, чем умиротворяющая, если бы не обстоятельства.

«Какого демона, Айра⁈ Что ты, мать твою, творишь⁈ И мамаша тоже хороша! Может быть, почуяв проблемы они обе сговорились и решили его кинуть, сделав крайним?»

Размышлял мужчина искренне не понимая, что могло заставить сестру разрушить собственную репутацию и оказаться в доме для убогих⁈

Пройдя ещё одну процедуру подтверждения личности, Гидеон наконец-то прошел внутрь, где его уже ждал духовник, как называли в Давор целителей душ. Пожилой обротень-волк выглядел таким удрученным, что Гидеон невольно подумал, что с таким настроем странно, как этот мужчина может хоть кого-то лечить. Пока духовник объяснял ему детали состояния сестры и провожал к палате, которую выделили Айре, Гидеон не особенно вслушивался, спеша поскорее добраться до нужной комнаты.

— Я все подробно объяснил вашему брату, — наконец у самой двери в палату, подытожил мужчина, — он как раз пошёл за документами шейри Аскард Роданской, — взмахнул духовник в сторону второго этажа.

Бросив нервный взгляд на лестницу, Гидеон поспешил внутрь палаты, пока Терон где-то ходил ему следовало поговорить с сестрой об акциях.

Айра сидела на самом краешке узкой койки в крошечной комнатке. Судя по всему, шикарные покои поместья были давно переделаны под нужды и особенности пациентов. Белые невзрачные стены, крошечное зарешёченное оконце под потолком, кровать, мойка в углу и стул с ведром, служивший заменой туалета. Зная сестру Гидеон был искренне поражен, что она так легко согласилась не то, что присесть на серое застиранное бельё, которым была застелена постель, а просто находиться внутри этого затхлого помещения. Но Айра выглядела вполне себе умиротворённой, если не сказать счастливой. На её губах блуждала легкомысленная улыбка, а взгляд, казалось, был обращен в никуда.

— Айра, — всё же взяв себя в руки, позвал её мужчина.

Девушка вздрогнула и повернулась к нему.

— Ах, это ты! — расплылась она в широкой улыбке, тут же поднялась и Гидеон наконец-то понял, что не сестре нет ничего кроме огромной серой ночной рубахи в пол, небрежно собранной у горла. — Почему так долго? — непривычно нежно улыбнулась сестра.

— Ну, как смог, — слегка растерялся мужчина. — Какого демона ты устроила? — тут же возмутился мужчина. — Где мама?

— Мама? — заозиралась по сторонам девушка. — Ах, конечно, она собиралась к шейри Шарли, — хлопнула себя по лбу девушка, будто вспомнив что-то важное.

— Это ещё кто? — нахмурился Гидеон.

Вместо ответа сестра сделала такое выражение лица, будто бы спрашивая, как можно не знать очевидных вещей.

— Ладно, неважно, — отмахнулся он, — лучше скажи, где акции Малроу центра?

— Акции? — теперь была очередь Айры удивляться. Девушка никак не могла взять в толк почему её дорогой муж спрашивает у неё такие странные вопросы. Сам же ещё утром предложил её матери заказать новую шляпку в мастерской шейри Шарли. А акции Малроу центра могут быть исключительно у его владельца, где же ещё? — У Терона, конечно, — пожала плечами Айра.

— Как у Терона? — почему-то встревожился её супруг. — Ты отдала их ему?

— Я? Нет, — покачала головой девушка. — Он сам забрал.

— Так он за ними пошёл? — нахмурившись бросил на неё недовольный взгляд Эрхарион.

— Почему ты спрашиваешь меня об этом, если сам прекрасно знаешь? — наигранно возмутилась Айра, когда муж вдруг толкнул её и широким шагом устремился на выход из их фамильного особняка. — И, чего обиделся? — пожала плечами девушка, возвращаясь к отложенному с приходом супруга занятию по выбору подходящего платья к предстоящему приёму, опустилась на роскошную софу в их просторной гостиной, оправила несуществующие складки на своем платье и посмотрела на замершую перед ней модистку. — Продолжим, — кивнула она совершенно белоснежной стене. На её губах вновь появилась пустая улыбка, а перед мысленным взором замелькали возможные эскизы подходящих нарядов.

Эйрин Миттар

Привычно убрав часы во внутренний карман пиджака, я подхватила девственно пустую папку, которую таскала с собой исключительно в комплект к статусу «личного помощника» и вышла из своей комнатки на втором этаже. Решив не откладывать на завтра визит в госпиталь пресветлой Илларии и как можно скорее разобраться со всеми бюрократическими проволочками по лечению сводной сестры Терона, мы споро собрались, примерив уже привычные роли начальника и его помощницы.

— Вы уезжаете? — вопрос не стал неожиданностью, поскольку запах Малкольма пропитал собою весь коридор.

Секретарь Терона по всей видимости уже не первый час подпирал стены пытаясь организовать «случайную» встречу для нас вдали от того места, где нас мог бы услышать наш общий начальник или кто-то ещё.

— Доброго дня, — поздоровалась я, намекая, что неплохо бы придерживаться принятых норм общения.

— Хм, — хмыкнул мужчина, гневно раздувая ноздри, — не вижу ничего доброго в дне, где меня пытается подсидеть и весьма успешно с этим справляется какая-то выскочка, — выпалил он.

Ну, вот, приплыли. Опять он за своё!

— Не заметила, чтобы вас пытались уволить, — пожала я плечами.

— Да? Но раньше я всегда сопровождал шейра во всех деловых поездках!

Подумав, что не желаю тратить время на очередные нападки этого человеческого карьериста с атрофированным чувством самосохранения, я поспешила его обогнуть и отправилась к лестнице ведущей на первый этаж.

— Малкольм, задайте свой вопрос Терону и… я тебе последний раз говорю — отвали, — рыкнула я ему в лицо, проходя мимо мужчины.

— Как мило…он уже Терон, — прошипел он мне в след, когда я была уже у самой лестницы.

Что тут скажешь, надеюсь, когда мы с Тероном обнародуем нашу связь его ревность успокоится сама собой.

Почему-то перед мысленным взором предстала возможная церемония бракосочетания, где вместо того, чтобы отвечать заветное «да», я буду отбиваться букетом невесты от феи и фанатика-секретаря. Невольно вздрогнув от открывшейся картины, осенила лоб священным знамением. Потом подумала, что не до них пока и стоит сосредоточиться на проблемах этого дня.

Госпиталь пресветлой Иллирии чем-то напоминал поместье Терона. Не в том смысле, что у барса было, как в дурдоме, конечно. Хотя, если вспомнить о постоянных смертях и воскрешениях… Но всё же не в этом смысле. Просто это заведение было точно так же обнесено высокой кирпичной стеной, повсюду были расположены смотровые вышки, в наличии был старый парк и сам госпиталь напоминал древнее поместье знатного рода. Чтобы попасть внутрь необходимо было пройти процедуру подтверждения личности и родства.

— Проходите, — обратился охранник к Терону, — а вам шейри придется обождать вместе с вашим сопровождением, — попытался выпроводить меня мужчина-человек средних лет.

— Она пройдёт со мной…

— Невозможно, — тут же перебил мужчина, — вход только для родственников или уполномоченных представителей.

— Шейри Миттар моя истинная, — коротко обозначил Терон с таким видом, что я невольно зарделась от того, как это прозвучало.

В мире оборотней признание истинности было самым высоким правовым статусом пары. Жена, невеста, любовница — всё это теряло всякое значение, если оборотень называл кого-то своим истинным. Мы могли даже не проводить никаких церемоний в храме и наш союз всё равно был правомочным над любым другим.

Допустим, будь у Терона жена и появись я, то сразу после признания истинной связи прежний союз аннулировался. Бывшей жене выплачивалась определенная до вступления в брак доля отступных, устанавливалось дальнейшее проживание совместных детей, если нужно назначались алименты и содержание. Но остановить и опротестовать расторжение помолвки или брака было уже невозможно. Согласие второй стороны никто не спрашивал, поскольку дальнейший брак или союз был уже невозможен в силу физиологических особенностей оборотней — принять другого в постели было просто нереально, терпеть подле себя особь, которая мешает быть подле истинного — невозможно.

До конца изображая ответственных родственников мы в первую очередь встретились с личным духовником Айры, выслушали краткий рассказ о её самочувствии, после чего он проводил нас в её палату. Хорошо, что заходить вместе с нами не стал. Мы постояли около десяти минут у самой двери, наблюдая за тем, как девушка смотрит невидящим взглядом в стену. Иногда по её губам пробегала лёгкая улыбка, которая преображала её лицо, делая его каким-то особенно юным и невинным. А потом из её глаз вновь уходила вся осмысленность и она будто растворялась, где-то далеко-далеко исчезая в собственных грёзах.

— Интересно, это навсегда? — прошептала я, испытывая иррациональную жалость к этой девушке.

Она убила нас дважды и сделала бы это снова не задумываясь. Но смотря на неё такую… Айра казалась какой-то хрупкой, нежной, юной, совсем ещё девочкой! Что такого должно было происходить в её сытой жизни полной довольствия, чтобы имея всё она превратилась в чудовище, которое не желало останавливаться ни перед чем, чтобы получить желаемое?

— Анаис умерла, и клятва моего отца спала, но Айра прокляла саму себя, — пожал плечами Терон. — Не думаю, что, когда проклятье спадёт она это заметит.

Коротко кивнув, я взяла за руку своего барса, и мы поспешили выйти из палаты.

— Вам стоит подойти на второй этаж, — обратился к нам духовник, как только мы оказались снаружи. — Там в конце коридора секретариат и бухгалтерия. Нужно оформить договор по уходу, определиться с условиями содержания. Пока она в одноместной палате и это считается лучшим вариантом, что у нас есть, но сами понимаете, он стоит денег. Если род не согласен оплачивать проживание и лечение, то у нас есть бюджетные палаты на двадцать мест.

— Я всё оплачу, — обозначил барс и тут же добавил, — полагаюсь на ваше мастерство, — улыбнулся уголками губ Терон. — Очень надеюсь, что сестре в скором времени станет лучше.

К моему удивлению, оформление бумаг и оплаты содержания Айры не заняло много времени. Думается мне, учитывая личность Терона, то откажись он оплачивать лечение сестры и это стало бы позорным пятном на репутации рода, потому всё было готово к нашему приходу. Терон подписал бумагу для банка, куда госпиталь в ближайшее время отправит все документы и денежные переводы будут автоматически списываться ежемесячно. Основательно обалдев от всех этих бумажных дел, я с чувством выполненного долга, распахнула свою волшебную папку и сунула в неё первый серьёзный документ — договор с психушкой!

— Даже моя рабочая папка имеет индивидуальность, — хохотнула я, когда мы оказались в коридоре ведущем к лестнице на первый этаж.

Но стоило нам завернуть за угол и выйти на лестницу, как обоняния коснулся сильных дух перегара, крови, табака и разбавленного сверху какими-то ядрёными духами, напрочь отбивающими любые запахи в радиусе нескольких десятков метров. Терон тут же опустил взгляд на мужчину, что замер внизу лестницы.

— Отдай мне, — рыкнул пума, подозрительно похожий на Анаис и Айру.

Те же темно-рыжие волосы, зелёные глаза. Яркая, я бы даже сказала, какая-то порочно-соблазнительная внешность, если только не знать кто скрывается за ней. А то, что это был сводный брат Терона не вызывало сомнений.

— Что именно? — поинтересовался барс.

— Не прикидывайся идиотом, я знаю, что они у тебя и тебе лучше отдать их мне! Они мои, понял! — прорычал он ещё агрессивнее и даже поднялся на несколько ступеней вверх по лестнице.

В этот момент его взгляд упал на прижатую мною к груди папку и в глазах пумы появился какой-то алчно-лихорадочный блеск. Он поджал губы и решительно рванул вперёд. Я и не думала отходить с его пути, наоборот ждала, когда этот ненормальный окажется в зоне для удара. Но стоило ему протянуть ко мне руку, как её перехватил Терон, отводя ее в сторону, а в следующее мгновение произошло нечто, чего я никак не ожидала в контексте происходящего. Раздался резкий щелчок и какой-то приглушенный удар, всхлип Терона и затапливающий всё вокруг аромат его крови, а вместе с тем и оглушительный треск разлетающегося в дребезги стекла. То, что я слышала раньше было всего лишь предупреждающим треском, когда расползалась трещина на циферблате часов, но сейчас это было просто оглушающе громко! Безысходно!

Сердце пропустило удар. Казалось, я залипла в абсолютном безвременье, где всё вдруг замерло. Терон всё ещё был на ногах, а сумасшедший пума продолжал тянуться ко мне. И это длилось и длилось, пока моё сердце сжималось от невыносимой боли осознания, что второго шанса больше может и не быть. Что этот безумный оборотень отобрал его у меня, у нас… Ради чего? Это не имело значения! Кажется больше ничего не имело значения…

Когда мир вновь ожил и пришёл в движение, я откинула прижимаемую к груди папку в сторону и брат Терона точно завороженный ринулся за ней, не обращая на меня внимания.

Одно касание удлинившихся когтей. Легкое, невесомое и отточенное годами военной службы под пристальным взором семьи. Этого вполне достаточно, чтобы острые, как лезвие бритвы когти медоеда вспороли нежное горло. Я с силой ударила мужчину кулаком в грудь, скидывая его с лестницы, осознавая, что когда он упадёт, то будет уже мёртв. Но даже не стала смотреть на него, потому что уже подхватила Терона под руки видя с каким свистом вырывается его дыхание. Он закашлялся и на его губах появилась кровь…много крови. Он падал, и я помогла ему лечь на мои колени и тут же засунула руку в карман, доставая часы. Стоило открыть серебристую крышечку механизма, как на пол осыпались крошечные осколки циферблата, а вместе с ним и малюсенькие стрелочки.

— Нет, — прошептала, бросая взгляд на Терона, что продолжал неотрывно смотреть на меня.

Он часто дышал и с каждым его выдохом изо рта вытекало всё больше и больше крови. Мне бы, наверное, стоило закричать! Позвать хоть кого-нибудь на помощь, но кажется я просто потерялась в той боли, что затопила меня от осознания происходящего и того, что из его груди, прямо там, где было его сердце… моё сердце… торчал болт от самострела. Судя по тому, что он пробил грудину, то магически усиленный болт. Его так просто не вытащить пока жертва жива. Кровь без мага не остановить!

— Всё нормально, — вдруг прошептал он, — всё хорошо… — выдохнул Терон, а его взгляд вдруг стал странно стеклянным.

Казалось, что мир вокруг выцвел оглушающе серо-черного, где единственным светлым пятном остались белоснежные волосы барса и его светло-серые глаза, устремлённые в никуда. Обреченно прикрыв глаза, я закачалась из стороны в сторону, пытаясь удержать сознание в этой бессмысленной реальности. Кажется внутри меня от самой груди зазмеились тысячи трещин уничтожая то, что когда-то называлось Эйрин Миттар. Боль сковала, каждую клеточку тела. Один неосторожный вдох и все просто разлетится на мелкие кусочки, превращая меня в ничто…

Хорошо бы…

Из в миг ослабевших рук выпали остатки часов. Упав на пол, они прокатили немного на ребре, потом закружились по кругу и наконец-то упали плашмя. От удара задняя крышечка щёлкнула и отворилась. Бросив полубезумный взгляд на внутреннюю часть часов, я увидела двойное сердце элементалей. Прозрачно-алый камень был испещрён мелкими трещинами и мне подумалось, что, должно быть и моё сердце сейчас так похоже на этот камень, что прикоснись к нему и оно распадётся на мириады песчинок. И прежде, чем поняла зачем, я и впрямь коснулась камня внутри механизма. Он тут же превратился вихрящуюся дымку осколков, взметнувшуюся вверх.

— Нет… — едва шевеля губами, прошептала я. — Нет! — уже не сдерживаясь, закричала во всю силу легких, ощущая, как и моё сердце осыпается вслед за каменным осколком чей-то любви.

Вихрь из крошечных сияющих разноцветных песчинок уже почти долетел до ближайшего открытого окна за моей спиной, как вдруг замер, точно услышав мой отчаянный крик.

Будто повинуясь дуновению ветра, часть прозрачных сияющих пылинок отделилась от другой и подлетела ко мне, формируясь в нечеткий женский силуэт. Возможно, я уже созрела для того, чтобы разделить палату с Айрой, но я была готова поклясться, что передо мной предстала крошечная, прозрачная девушка в каких-то странных развевающихся одеждах.

Она внимательно посмотрела на меня, а после чего вдруг подняла свою крошечную ладошку, будто вылавливая из воздуха тончайшую золотую нить, протягивая её мне. Не знаю, почему я приняла её? Понятия не имею, что произошло дальше, но стоило моим пальцам сомкнуться на тоненькой золотой ниточке, как мне вдруг почудилось, что какой-то нежный, переливчатый голосок, вдруг пропел где-то у меня в голове:

«Спасибо, — прошептали мне, — смерть элементаля в материальном мире, а жизнь приходит с разрушением того, что осталось после смерти. Держи крепче свой подарок», хихикнула она, окончательно растворяясь в воздухе, а врученная ею ниточка вдруг поползла по моему запястью, крепко обвиваясь вокруг него и тут же растворяясь.

Я чувствовала, как она движется внутри меня к самому сердцу, а стоило ей обвиться вокруг него, как грудь разорвало от нестерпимой боли. Моё сердце остановилось, и я начала заваливаться на пол, понимая, что это уже точно конец. Одно радовало, что умирая я буду видеть лицо моего любимого, как тогда, когда всё только началось и наша кровь смешалась, утопая в себе часы. Должно быть, есть в этом и что-то хорошее? Я узнала, что такое любить и быть любимой. Я никогда не узнаю, каково жить без него…

Это же хорошо?

Сознание поплыло, растворяясь в подкрадывающейся ко всех сторон тьме, но я восприняла это как благо. А судорожный вдох Терона перед тем, как тьма утащила меня на самое дно, наверное, мне всего лишь показался.

Один год спустя.

— Ты только посмотри на это, — пробурчала я, протягивая Терону последний выпуск газеты «Сплетник Фортекса», где на всё заглавное фото красовался портрет бабули Фло на фоне гигантской тыквы, а заголовок скандальной газетёнки гласил: «Бабушка Терона Аскард знает толк в лучшем навозе!»

— Бабуля выглядит счастливой, — вместо того, чтобы возмутиться улыбнулся Терон, рассматривая газету, пока мы мерно покачивались в экипаже.

— Да, уж, — не могла не признать я, — ловит свою минуту славы. Но, как можно было на вопрос журналиста, в чем ваш секрет? Ответить: в подходящем навозе⁈ Ведь знает же, что журналисты заинтересовались её рекордно гигантской тыквой на нашей улице только потому, что ты её родственник, — покачала я головой.

Кстати говоря, именно во славу рекордного урожая мы уже третий час добирались до дома наших родных. Бабуля пекла большой тыквенный пирог и собирала по данному поводу вечеринку для всех родственников.

Стоило нашему экипажу остановиться около ворот дома, как Терон ловко выбрался наружу и тут же подал мне руку.

— Ну, я же не хрустальная, — почему-то такие знаки его внимания до сих пор вгоняли меня в краску.

— Сейчас, ещё какая хрустальная, — аккуратно касаясь моего уже заметно округлившегося животика, сказал Терон, беря меня под руку и уводя в сторону дома.

Теплые объятия родных, немного смущающая суета, радостный смех и болтовня обо всем на свете тут же наполнили пространство вокруг. В тесной столовой на почетную тумбу была кое-как установлена тыква, в честь которой мы все и собрались. Сама бабуля выглядела неимоверно гордой и довольной и сидела сегодня вместе с дедушкой во главе стола.

— Мы думали пирог будет из рекордсменки? — поинтересовался Терон, стоило всему нашему огромному семейству, вместе с Элвином и недавно родившей Файкой усесться за стол.

Для младенца рядом установили фамильную люльку Миттар плавно переходящую от одного члена семьи к другому. Малыш-оборотень с эльфийскими ушками купался во внимании моих мамы и тёти, которые сюсюкали над ним пока молодые родители пытались поскорее поесть, прежде чем их чадо устанет от внимания незнакомых тётушек.

— Да, что ты, она чисто для красоты, — отмахнулась бабуля, — знаешь сколько гов…

— Ба! — воскликнул Эрик, следивший за тем, чтобы уже начавший говорить малыш Филипп не нахватался неприличных словечек.

— Да, да, прости, — покивала бабуля. — Навоза, я хотела сказать, мы с дедом туда вбухали!

На этой фразе мой дедуля, мама и тётя Элаиз с дядей Робом отчего-то весело захохотали. Что уж было смешного в подкормке тыкв, я понятия не имела.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая? — поинтересовалась спустя время мама. — Скоро уже?

— Всё хорошо, — улыбнулась я, — где-то три месяца.

— А у вас кто родится? — вдруг поинтересовался Рой, в то время как молодые родители отправились в соседнюю комнату кормить свою раскапризничавшуюся крошку.

— Ну не вислоухий медведь, точно, — захихикал Лео за что тут же получил смачный подзатыльник от мамы.

— Не вздумай при Фаечке такое брякнуть, — прошипела она. — Чудесный малыш, не то, что вы! Не знаешь, куда от ваших невест деваться! Весь дом конфетами завалили на год вперёд.

— Почему вам дарят, а не наоборот? — поинтересовался Терон, едва сдерживая улыбку.

— Работа такая, — пробурчал Лео. — Мы, что ли просились, чтоб нас в бабье царство сдали?

— О, кстати, это вам, — протянула я, доставая конверт с десятью руй, — на карманные расходы в честь праздника середины осени, — протянула я его близнецам.

Благосклонно приняв подношение Рой заглянул внутрь и бросил взгляд на Лео.

— Есть чем десятку разменять? — тихо поинтересовался он.

— Нет, откуда такие мелкие, — едва слышно прошептал он, заставив меня озадаченно нахмуриться.

Так-то моя пенсия по утрате зрения составляла столько!

— Кстати, Терон, дорогой, — заговорила мама, отвлекая меня от мыслей о доходах близнецов. — Риет просила узнать, как наша Линэль справляется со стажировкой у тебя?

— Неплохо, шейр Винслоу обещал написать для неё хорошее рекомендательное письмо. В целом он ею доволен, — кивнул Терон, имея ввиду своего нового секретаря, который работал у него теперь вместо Малкольма. Узнав о том, что я истинная пара шейра Аскарда он написал заявление на увольнение без лишних слов и даже не пытаясь как-то восстановить со мной отношения, хотя, выйдя из больницы я и не помнила о каких-то разногласиях. Все было неважным на тот момент, кроме того, что Терон жив.

Уже поздно вечером, когда пришло время прощаться с родными до следующих встреч, я вдруг поймала себя на мысли: «Насколько удивительно то, что у нас есть такой миг! Насколько прекрасно, что он ещё не раз повторится!».

КОНЕЦ

23.05.2026