Мой кулак уже горел ярким пламенем. Огонь облизал костяшки, которые уже готовы были ударить в лицо Виктора. Он нёсся на меня с вытянутой рукой, обёрнутой камнем.

Еще немного, и мы сойдемся в битве. Это уже будет не просто рукопашный бой на арене с судьей и зрителями. Сейчас нас ждет что-то более близкое к уличной драке. Только с магией. И тут раздался крик.

— А НУ БЫСТРО ПРЕКРАТИЛИ ЭТО БЕЗОБРАЗИЕ!

Голос был резким. Я затормозил, едва не поскользнувшись на гравии, и пламя на моём кулаке погасло. У Виктора каменная перчатка рассыпалась в пыль, не долетев до моего лица каких-то жалких полметра. Мы оба замерли, тяжело дыша, и медленно повернули головы в сторону, откуда донёсся голос. Все как я и подумал.

К нам бежали трое. Три всадника апокалипсиса. Анжелика впереди этого «отряда спасения». Её лицо было бледным, глаза расширены от страха, а губы что-то беззвучно шептали. Она бежала, спотыкаясь о камни, и я видел, как дрожат её руки.

Лиза чуть позади. Она что-то кричала, но я не мог разобрать ни звука. Её лицо было красным от напряжения, и она махала руками, пытаясь привлечь наше внимание.

И за ними, быстрым, чеканным шагом, не бегом, а именно шагом, двигалась Екатерина Витальевна. Куратор была в своей обычной серой форме, волосы собраны в тугой пучок.

— Ярослав Шереметьев! — крикнула она, подходя ближе. — Виктор Иванов! Вы что, совсем с ума сошли? Дуэли запрещены уставом академии! Да что там уставом академии, дуэли запрещены законом империи! Вы про это подумали?

— Екатерина Витальевна, — начал Виктор, делая шаг вперёд и разводя руками, но она не дала ему даже начать оправдываться.

— Молчать! — рявкнула она, и её голос эхом разнёсся по пустому двору. — Я сказала — молчать! Ни слова не хочу слышать!

Я слегка улыбнулся. Ей не шло злиться и так кричать. Анжелика и Лиза подбежали к нам, встали чуть поодаль, тяжело дыша. Анжелика смотрела на меня, и в её глазах были слёзы страха. Настолько сильно она переживала за меня, но почему? Я уже побеждал Виктора, и повторить это вполне мог.

— Вы понимаете, что будет, если об этом узнают? — продолжала куратор, и её голос уже стал тихим. — Если кто-то из студентов донесёт на вас? Если это дойдёт до ректора? Если это выйдет за пределы академии? Вы понимаете, что будет если это дойдет до самого Князя Страхова? Ладно вы решили друг друга покалечить — ваши жизни. Вы меня, Павла Сергеевича, всех профессоров и академию в целом подставите… Вы что, и правда только о себе думаете?

— Никто не донесёт, — сказал Виктор. — По крайней мере из нас точно.

— Исключение! — сказала она, глядя прямо на меня. — Обоих. Без права восстановления. Вы этого хотите? Вы готовы вылететь из академии из-за какой-то глупой ссоры? Из-за того, что кто-то не уступил другому, или что там у вас вообще произошло? Хотя не важно… Я в этом даже разбираться не хочу

— Это не глупая ссора, — сказал Виктор, и его голос дрогнул. — Это дело чести… Я не мог просто так оставить ситуацию, и именно поэтому и вызвал Шереметьева на дуэль.

— Дело чести? — она усмехнулась. — Вы оба ещё мальчишки, которые не понимают, что такое честь на самом деле! Честь — это не драться на заднем дворе, когда никто не видит. Честь — это отвечать за свои поступки. За себя. За своих друзей. За тех, кто идёт за тобой. Вот что такое честь, а не эти т ваши попытки силой мериться.

Я молчал. Она была права, и я это знал. Знал ещё до того, как она начала говорить. Да что там. Знал еще до того, как пришел сюда.

— Вы думаете, если бы я не пришла, кто-то из вас победил бы? — продолжала она, переводя взгляд с меня на Виктора и обратно. — И что дальше? Победитель был бы счастлив? Нет, конечно! Вы бы оба пожалели. И не потому, что вас исключили бы. Просто потому, что поняли бы, что потеряли друга. А друга не вернуть! Друга не купить! Дружбу не заслужить победами в дуэлях! Мне жаль, что вы этого не понимаете.

— Он мне не друг, — сказал Виктор, но голос его дрогнул. Я услышал в этом голосе неуверенность. — Он занял моё место… Он предал меня. Он…

— Всё было не так… — ответила куратор спокойно, даже мягко. — И ты это знаешь. Ты врёшь сам себе. Виктор, рано или поздно ты это осознаешь окончательно, и тогда тебе будет стыдно.

После этих слов она посмотрела на меня.

— Всё! Наговорились! Хватит! Идите в свои комнаты. Оба. Я не хочу поднимать шум. И надеюсь каждый из вас сделает так, чтобы об этом узнал ректор. Но если я узнаю, что вы снова пытались устроить дуэль… — она не закончила, но мы поняли и без слов. — Если это повторится, я сама подам рапорт, и мне будет всё равно, кто из вас прав, кто виноват. Вы оба будете наказаны. Я лично об этом позабочусь. Надеюсь, вы меня поняли.

Игорь, Илья и Настя, которые стояли в отдалении у стены, молча развернулись и пошли к общежитию. Я видел, как Игорь что-то сказал Илье, тот кивнул, и они ускорили шаг. Анжелика подошла ко мне и взяла за руку. Её пальцы были холодными, и я чувствовал, как они дрожат.

— Пойдём, Ярослав… — сказала она тихо. — Пожалуйста, пойдём отсюда.

— Так, я передумала. — повторила куратор. — Идите все, кроме Ярослава. Ты останься.

Анжелика посмотрела на меня, потом на куратора, хотела что-то сказать, но передумала. Кивнула и ушла, забрав с собой Елизавету. Виктор стоял неподвижно, глядя в землю, потом развернулся и пошёл в сторону общежития. Даже больше не взглянув на меня.

Мы остались вдвоём. Я и куратор. Даже Алиса в моей голове молчала.

— Ярослав, — сказала Екатерина Витальевна, когда все скрылись и мы остались наедине. — Ты теперь лидер отряда Икс. Понимаешь? Ты отвечаешь не только за себя. Ты отвечаешь за каждого из них.

— Понимаю, Екатерина Витальевна. — ответил я, глядя ей в глаза. — Я в целом не планировал доводить это до конца. Хотел просто поставить его на место. Я не мог оставить все просто так, он бы и дальше нарывался, и я бы стал терять авторитет.

— Тогда не допускай подобных ситуаций, — сказала она. — Ты не должен поддаваться на провокации, и не должен доказывать свою правоту кулаками. Ты должен быть выше всего этого. Лидер не дерётся с каждым, кто ему перечит. Лидер принимает решения, которые защищают его команду. Даже если эти решения непопулярны.

— Я понял, и у меня такая же позиция, — повторил я. — но увы иногда выхода нет.

У меня не было никакого желания участвовать в данном мероприятии, но еще с детства я понял, что если ублюдку вовремя не дать отпор, то он от тебя не отстанет. Мне хотелось раз и навсегда поставить его на место. В целом, думаю, у меня это получилось. Посмотрим, что будет дальше.

— Иди, Ярослав, — сказала она. — И постарайся выспаться. Завтра тяжёлый день.

Она проводила меня до комнаты. Мы шли молча, и я чувствовал, как напряжение постепенно пропадает.

— Доброй ночи, Екатерина Витальевна! — попрощался я с куратором.

— Доброй ночи, Ярослав! — ответил она мне.

Когда я зашёл в комнату, Игорь сидел на кровати, поджав ноги, и теребил в руках карандаш. Илья делал вид, что читает книгу, но я видел, что он просто смотрит в одну точку на стене, и страницы не перелистываются.

— Ну что? — спросил Игорь, откладывая заточенный карандаш в сторону. — Тебя наказали? Что она сказала? Отчитала? Выговор поставила?

— Лучше бы наказали, Игорь, — ответил я, снимая форму и кидая её на стул. — Легче было бы.

— Что она сказала? — переспросил Илья, откладывая книгу.

— Напомнила мне, кто я такой, и что должен быть выше всего этого. Как будто я и сам этого не знаю. — ответил я.

Я лёг на кровать, отвернулся к стене и закрыл глаза. Игорь хотел что-то сказать, но передумал. В комнате стало тихо.

Прошла неделя. Каждый день мы активно тренировались с отрядом икс и вышли на достойный уровень.

Все это время мы не пересекались с Виктором. На завтрак он обычно приходил раньше всех, а я позже остальных. Так же было и на уроках. После занятий он сразу же куда-то убегал.

На третий день, во время завтрака, я увидел его. Он сидел за своим обычным столиком в углу, один. Каша остывала в тарелке, он ковырял её ложкой, но не ел. Рядом лежала какая-то книга, но он даже не открывал её.

Я встал и отправился в его сторону.

— Ты куда? Ярослав? — удивленно спросил Игорь с набитым ртом.

— Ты забыл пословицу? Когда я ем, я глух и нем. Мне надо поговорить кое с кем… — ответил я.

Я подошёл к Виктору и сел напротив.

Ребята за нашим столом замерли. Я чувствовал их взгляды. Даже Настя, которая обычно не лезла в чужие разговоры, отложила вилку и смотрела в нашу сторону.

— Ну что, — сказал я, глядя Виктору в глаза. — Нас с тобой прервали, но знай, я готов продолжить в любое время в любом месте и ты должен это знать.

Он поднял голову.

— И я с тобой согласен, — ответил он, откладывая ложку. — только вот думаю нам надо перенести её, на неопределенный срок. Сейчас это может помешать и мне и тебе.

— Хорошо. — кивнул я. — Меня это вполне устроит, потому что сейчас у меня в академии и правда есть более важные дела, чем мериться с тобой силами. Но точку в этой истории мы ещё поставим. Обязательно поставим.

Я встал, собираясь уходить из-за его стола.

— Ярослав… — позвал меня Иванов.

Я обернулся и спросил:

— Что, Виктор?

Он открыл рот, хотел что-то сказать, но передумал. Сжал губы.

— Да нет, ничего, — сказал он.

— Ладно…. — ответил я.

Я пошёл обратно к своему столу. Ребята смотрели на меня с удивлением.

— Ты что, с ума сошёл? — спросил Игорь, когда я сел.

— Да вроде бы нет. Все хорошо. — ответил я, берясь за вилку. — Главное, что я сказала, всё что хотел и он меня услышал. Теперь я на время спокоен.

— Почему? — спросила Анжелика.

— Потому что теперь между нами не осталось недосказанности, — сказал я. — Дуэль мы пока перенесли.

— На когда? — спросил Илья.

— На потом! — сказал я. — Сейчас у меня есть дела по важнее, но вы обязательно закончим начатое.

После завтрака нас собрали в кабине куратора. Екатерина Витальевна стояла у своего стола, держа в руках планшет.

— Отряд Икс… — сказала она, когда мы выстроились перед ней. — Пройдемте за мной. Только не отставайте.

Мы пошли по длинному коридору, свернули налево, потом направо, потом спустились по лестнице на цокольный этаж. Я никогда здесь не был, именно в этой части академии. В цокале в целом однажды был. Так себе воспоминания. Она привела нас в какое-то незнакомое место.

— Это специальное помещение, — сказала куратор, останавливаясь перед массивной дверью. — Мы называем его Залом ожидания. Здесь дежурят отряды искателей, готовые выехать по сигналу в зоны на поиски порталов и существ. Сюда не пускают посторонних, и это место не отмечено на картах. Вы должны запомнить сюда дорогу.

Она приложила руку к панели, и дверь открылась с мягким шипением.

Внутри было просторно. Приличных размеров комната, метров пятьдесят, но с высоким потолком. Вдоль стен стояли шкафы с специальными костюмами. Я подошёл, потрогал ткань. Она была плотной, но эластичной, и не сковывала движений.

— Что это за материал? — спросил Илья, который тоже подошёл и начал рассматривать костюмы рядом со мной.

— Специальная защитная ткань, — ответила куратор. — Разработка академии. Устойчива к магии, к кислотам, к огню. Дает защиту от клыков и зубов существ. Движения не сковывает. Примерьте, если хотите.

Мы разобрали костюмы. Я надел свой, и он сел идеально, будто на меня шили. Чёрный, с серебряными вставками на плечах и груди, с нашивкой академии на левом рукаве. Посмотрел на себя в зеркало. Мне понравилось, что я там увидел.

— Красиво!!! — сказала Анжелика, крутясь перед соседним зеркалом, которое висело на стене. — И очень удобно!!!

— Практично! — поправила Лиза, проверяя, не сковывают ли движения штаны. — В таком можно и бегать, и драться, и магию использовать.

В углу стояла кофемашина. Настоящая, магическая, с десятком кнопок, сверкающая хромом и чёрным пластиком. Рядом аппарат с каким-то батончиками, типа протеиновых. Вода в кулере. Несколько стульев, диван, стол.

— Это чтобы восстанавливать силы, — пояснила Настя, кивая на аппарат. — Я слышала о таких от старшекурсников. Говорят, батончики вкусные.

На стене висел большой магический экран. Самый мощный аппарат для поиска и определения порталов. Я подошёл ближе. На экране мерцала карта академии и окрестностей, с несколькими точками, которые пульсировали синим. Они были разного размера, и некоторые двигались.

— Это ближайшие зоны, — сказала куратор, подходя ко мне. — Если где-то открывается портал, система фиксирует выброс энергии и отправляет сигнал. Наши дежурные отряды выезжают в течение пятнадцати минут.

— А если портал открывается далеко? — спросил Игорь, который уже уселся в кресло и откинулся на спинку, наслаждаясь комфортом.

— Тогда сигнал идёт в ближайший город! — ответила она. — Но у нас своя зона недалеко от академии. Ваша задача — быть готовыми выехать по первому требованию. Это зона не с самой высокой активностью порталов в регионе, но вам в любом случае нужно быть всегда начеку.

В другом углу стоял тренажёрный угол. Манекен, пара гантелей, коврик для растяжки, несколько эспандеров, беговая дорожка. Все что нужно.

— Это чтобы не терять форму, — сказала Екатерина Витальевна. — В свободное время можете тренироваться. Борис Ли приходит сюда раз в неделю, чтобы проводить дополнительные занятия для дежурных отрядов. Может, и вам повезет.

— А книги? — спросил я, заметив небольшую книжную полку в углу.

— Информация о порталах, существах, кристаллах, — ответила куратор. — И немного художественной литературы, чтобы отвлечься. Там же журналы дежурств, отчёты о предыдущих выездах. Лидеру нужно вести всю документацию, ну или делегировать кому-то. Я потом все покажу.

— Хорошая база… — сказал я, оглядываясь.

— Лучшая в академии, — ответила она. — Таких комнат пять. Каждый день дежурит от одной до пяти команд искателей. Обычно это ученики третьего курса. Иногда второго. В команде от пяти до десяти человек.

— А первокурсники? — спросил Илья.

— Впервые за двадцать пять лет, — сказала куратор, и в её голосе послышалась гордость. — И вы первые в новом поколении. Так что не подведите. На вас смотрит вся академия.

— А когда наше дежурство? — спросил я.

— Завтра, — ответила она. — Сегодня готовьтесь. Изучите оборудование, примерьте костюмы, ознакомьтесь с картой, почитайте журналы. Немного времени у вас будет. Завтра в восемь утра всем быть здесь в полной готовности. Опоздания не принимаются ни по каким причинам. Сразу же снятие с дежурства с выговором в личное дело.

Она ушла, оставив нас одних.

Мы осмотрели всё еще раз более подробно. Кофемашину, аппарат с батончиками, тренажёрный угол, книжную полку. Илья сразу же подошёл к манекену и начал отрабатывать удары, проверяя, как костюм ведёт себя в движении. Игорь уселся в кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза. Лиза и Анжелика изучали карту на экране, обсуждая, какие зоны самые опасные. Настя крутилась перед зеркалом в новом костюме, проверяя, как он сидит.

— Неплохо. Тебе идет, — сказал я с улыбкой, подходя к ней поближе.

— Да, — согласилась она, поправляя воротник. — Но цвет не мой. Я бы предпочла что-то более яркое.

— А какой твой? — спросил я.

— Красный, — ответила она, и в её глазах мелькнула искра. — Как огонь. Ты что, сам не догадался?

Я усмехнулся.

Дверь открылась.

В комнату вошли четверо. Все в такой же форме, как у нас, но с нашивками третьего курса. Они двигались уверенно, расслабленно, как люди, которые привыкли к этому месту и чувствуют себя здесь хозяевами.

Впереди шёл высокий лысый парень с карими глазами и квадратной челюстью. Он был шире меня в плечах и выше на голову.

— А вы что тут забыли? — спросил он, обводя нас взглядом.

— Изучаем зал ожидания, — ответил я. — Нас сюда привела наш куратор, Екатерина Витальевна Серпухов. Завтра у нас первое дежурство.

— Дожили, — сказал кто-то из его отряда, и я услышал в этих словах усмешку. — Теперь и первокурсники дежурят. Скоро они нас совсем заменят. Если выживут.

Они засмеялись.

— Отставить! — рявкнул лысый, и смех мгновенно прекратился. — Сейчас эта комната наша по расписанию. У нас тут дежурство. Вам нужно покинуть её.

— Поняли… — сказал я. — Мы уже уходим.

— Кстати, — сказал лысый, когда мы направились к выходу. — У меня в отряде пополнение. Как раз первокурсник из ваших. Вы знаете Виктора Иванова? Говорят, он толковый, что скажете про него?

Я замер.

— Что? — переспросил Игорь, поворачиваясь. — Виктора отправили к вам в отряд?

— А чего вы удивляетесь? — усмехнулся лысый. — Если уже почти целый отряд из первокурсников решили сделать, то добавить одного в лучшую команду академии не выглядит таким уж безумным планом. Ректор сам его рекомендовал.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Виктор. Он был в такой же форме, как у нас.

— Виктор Иванов, — сказал он, глядя на лысого. — На дежурство прибыл.

— Хорошо, — кивнул лысый. — Займи место, познакомишься с командой позже.

Лидер повернулся к нам.

— А я провожу наших гостей.

Мы вышли в коридор.

Мы шли молча. Только когда дверь за нами закрылась, Игорь выругался.

— Вот сука! — сказал он, ударив кулаком по стене. — Виктор теперь в другом отряде, и на дежурство попал еще раньше, чем мы.

— В этом ничего такого нет, успокойся. — ответил я.

— Но он же был наш! — возмутилась Лиза.

— Он ничей! — сказал я. — Он сам по себе, или вы этого еще не поняли? Он сам выбрал, где ему быть.

— Ты не злишься? — спросила Анжелика, заглядывая мне в глаза.

— Нет! — ответил я. — А зачем? Я устал злиться. Пусть идёт своей дорогой.

Мы пошли на обед.

После обеда у нас были занятия с Борисом Ли по физической культуре и боевым искусствам.

Борис Ли гонял нас по кругу, заставлял отжиматься, приседать, бить по манекенам, отрабатывать дыхание и удары. Все как всегда. Если и было в этом мире что-то по-настоящему стабильное, то только занятия с мастером.

В спаррингах я выкладывался на полную, как будто завтра был финал.

— Ты чего так стараешься? — спросил Игорь, когда мы вышли из зала. — Тебя же освободили. Мог бы в комнате сидеть, книжки читать.

— Хочу быть в форме, — ответил я. — Завтра дежурство. Никогда не знаешь, что может случиться, а если нас вызовут, я должен быть готов.

— Ты прав! — вздохнул он.

Вечером Алиса напомнила мне о важном:

«Ярик, сегодня встреча с Беловым. Надеюсь ты не забыл?»

«Не забыл! Сколько там время…» — ответил я, проверяя время на часах.

Я вышел из комнаты, сказав парням, что иду в столовую попить воды. Они не задавали вопросов, только Игорь кивнул, не отрываясь от чистки своих кроссовок.

Коридоры были пусты. Только вечерние светильники горели ровным белым светом, отбрасывая тень на стены. Я шёл быстро, стараясь не топать, но в тишине каждый шаг отдавался эхом.

Я подошёл к аудитории существологии. Привычное место для наших встреч. Толкнул дверь. Внутри было темно. Пусто. Почему? Видимо, он еще в пути. Хотя нет, я просто пришел пораньше.

Я сел на край парты, закинул ногу на ногу. Ждал.

Минута. Две. Пять. Десять.

«Где же ты, Максим? — прошептал я. — Неужели что-то случилось? Алиса, ты видишь его?»

«Не торопи события, — сказала Алиса. — Он может опаздывать. Вдруг его задержали. Но пока рядом с кабинетом его нет. Не думай о плохом».

Я ждал. Что мне еще оставалось?

И тут я услышал шаги за дверью. Тяжёлые, уверенные. Человек явно не боялся, что его услышат. Дверь начала открываться.

Я напрягся…

Дверь открылась. Я сразу же узнал гостя по очертаниям. В аудиторию вошел профессор Валерий Филатов.

Он был в своем обычном черном костюме. В руках какие-то папки, несколько штук. Он толкнул дверь и шагнул внутрь, но его нога зацепилась за порог. Папки посыпались на пол. Листы бумаги разлетелись, зашуршали по полу. Тут же профессор выругался. Достаточно тихо, но я расслышал каждое слово:

— Черт возьми, вот же… вечно этот порог… Ненавижу…

Он наклонился, чтобы собрать бумаги, кряхтя и ругаясь себе под нос. В этот момент я опустился на корточки рядом с ним.

— Давайте я помогу, Валерий Викторович, — сказал я, хватая первую папку и складывая листы в стопку.

Он поднял голову. Его глаза расширились, и профессор дёрнулся так, будто увидел привидение, а не студента, который просто решил помочь. Наверное, точно такое же выражение лица было у меня, когда я впервые увидел Алису. Папка, которую он успел поднять, чуть не выпала из рук, и мужчина едва успел перехватить её.

— Ярослав? — переспросил он. Профессор явно никак не ожидал увидеть меня здесь в такое время. — Шереметьев? Ты что тут делаешь в такой поздний час? Ты же должен быть в своей комнате, а не по академии шастать. П

— Да вот… — ответил я, поднимая ещё одну папку и складывая их в аккуратную стопку, стараясь, чтобы листы не помялись. — Прошу простить меня, что я вас напугал. Просто мне показалось, что я оставил тут книжку, которую взял из библиотеки. Пришёл вот поискать. Думал, может, на парте забыл или под стул упала.

— В темноте? Так ты ищешь? — спросил профессор, и его брови поползли вверх. — Ты искал книжку в темноте? Серьёзно? Ты вообще понимаешь, как это звучит, Ярослав?

— Да я все понимаю, только вот я впервые оказался тут в такое время суток, и просто не нашёл выключатель. Если честно, я даже не представляю, где он тут находится. — соврал я. — В темноте же не видно, где он. Решил вот подсветить своей магией огня. Н Только всё равно ничего не вышло.

— Ты не нашёл книжку? — спросил он, забирая у меня папки и укладывая их на край стола, чтобы потом разобрать.

— Нет, профессор, — сказал я. — Не нашёл…. Видимо, я её не здесь оставил. Или вообще не брал с собой… может в столовой оставалась… Память у меня не самая сильная сторона… Вы слышали про мою амнезию? Иногда я вообще не помню, где был и что делал.

— А что за книжка-то была? — спросил Филатов, прищурившись, и я понял, что он меня проверяет.

В голове пронеслась мысль:

«Блин, а про какую книжку я вообще могу сказать? Этот тип наверняка знает каждую книгу в библиотеке академии если не по названию, то по автору».

«Существология. Продвинутый курс», автор Владимир Лим. — мысленно сказала Алиса. — Скажи, что хотел перечитать раздел про болотных тварей для того, чтобы подготовиться к будущему экзамену. Это логично'.

— «Существология. Продвинутый курс». Автор Вадим Лим. — повторил я вслух, глядя профессору прямо в глаза. — Хотел перечитать раздел про болотных тварей, чтобы лучше подготовиться к будущему экзамену.

— О! Прекрасно! Только не Вадим, а Владимир. — кивнул Филатов, и его лицо стало чуть спокойнее, даже заинтересованное. — Интересное чтиво, Ярослав. Одобряю. Я сам его иногда перелистываю, когда готовлюсь к лекциям. Особенно раздел про болотных там хорошо написан, с иллюстрациями. Если я найду, я вам передам. Вы в какой комнате живёте?

— В корпусе «Бета», комната двенадцать, — сказал я. — Спасибо, Валерий Викторович. Буду очень вам благодарен.

— Иди уже, пока тебя ещё кто-то тут не заметил. К чему тебе лишним вопросы? — сказал он. — И в следующий раз включай свет.

Я вышел из аудитории и быстро пошёл по коридору. Сердце колотилось. Нормально так я отмазался. Повезло, что это оказался именно Филатов. С любым другим профессором могло бы и не прокатить.

«Надеюсь, у Белова просто не получилось успеть вовремя из-за того, что он занят чем-то важным, — подумал я, шагая по пустому коридору. — Лишь бы с ним было всё в порядке и он не попал в переделку. Надеюсь, он просто задержался в Москве, потому что нашёл что-то важное»

«Ярик, — тихо сказала Алиса, — Хочешь я отправлюсь в столицу и поищу там Белова? Она, конечно, огромная, но с моими способностями это будет чуть легче».

«Не нужно, Алиса, — ответил я. — Искать его в таком большом городе это тоже самое, что искать иголку в стоге сена. Если и дальше не получу никакой информации о его местонахождении, то отправлю тебя в усадьбу Ахметова. Там шанс получить нужную информацию намного выше».

Я вернулся в комнату и лёг спать. Сон не шёл. Я лежал, глядя в потолок. Игорь уже давно храпел, Илья тоже спал, отвернувшись к стене, а я всё ворочался.

«Ярик, спи давай! — сказала Алиса. — Завтра рано вставать. Вам ещё дежурить».

«Знаю, Алиса. — ответил я. — Но пока не могу».

«А ты представь, что ты на пляже. На Кубе, как и хотел… — сказала она. — Волны океана шумят, чайки кричат, песок под ногами»

«Алиса, хочется тебе кое в чем признаться… — сказал я. — Так получилось, что я никогда не видел океан»

«Тогда хочешь, я тебе спою? Колыбельную?» — с улыбкой на лице спросила девочка-призрак.

«Попробуй!» — мысленно усмехнулся я.

Моя призрачная подруга запела. Я закрыл глаза и моментально провалился в сон.

На следующее утро я проснулся с чувством предвкушения. Солнце уже поднялось, лучи пробивались сквозь щели в шторах, и в комнате было светло. Я сел на кровати, потянулся, хрустнув шеей.

Игорь уже встал и возился со шнурками на кроссовках. Илья сидел на своей кровати, сжимая в руках какой-то талисман. Вроде это был маленький камень, который он всегда носил с собой. Забавно.

— Ну что, готовы к сегодняшнему дню, ребята? — спросил я, вставая и начиная одеваться.

— Готов! — ответил Игорь, затягивая шнурки потуже. — Нервничаю только, как перед экзаменом.

— Я тоже, — сказал Илья, пряча камень в карман.

— Это нормально, парни — сказал я. — Не боятся только дураки. Все пройдёт, как только начнётся дело.

Мы пошли в столовую. За завтраком сегодня все молчали. Даже Игорь, который обычно не мог заткнуться ни на минуту, просто ковырял кашу ложкой и смотрел в одну точку. Лиза пила кофе маленькими глотками, и её руки слегка дрожали. Она пыталась их унять, но не получалось. Анжелика сидела рядом и время от времени сжимала мою руку под столом. Настя выглядела спокойной, но я видел, что это только образ.

— Ты как? — спросил я у неё, наклоняясь ближе.

— Нормально, — ответила она, но голос дрогнул. — Просто… Первый раз буду в зоне. Ну если не считать тот… ладно, не будем…

После завтрака к нам подошла Екатерина Витальевна. Куратор была в своей обычной форме, но сегодня на её плече висела небольшая сумка.

— Всем доброе утро, вы закончили? — сказала она. — Если да, то берите свои вещи и за мной. Не отставать.

Она провела нас в зал ожидания. Мы шли по уже знакомым коридорам и достаточно быстро добрались до нашей цели.

— Проходите! — сказала куратор, открывая дверь. — Я проведу для вас первичный инструктаж. Слушайте внимательно, потому что от этого зависит ваша жизнь.

Мы расселись. Я сел на диван, Игорь рядом, почти прижавшись, так как места было немного. Илья устроился в кресле. Лиза и Анжелика сели на стулья у стола, положив руки на колени, как школьницы на экзамене. Настя осталась стоять у окна, скрестив руки на груди и смотрела на все нас.

— Итак… приступим! — начала Екатерина Витальевна, вставая перед нами и включая экран на стене. — Сегодня ваше первое дежурство. Сразу же хочу обозначить один момент. Не перебивайте, вопросы зададите потом.

Она подошла к экрану и включила его. На нём появилась карта зоны порталов с отмеченными секторами.

— Первое. Искатель должен быть одет в специальную форму, которую вы видите в шкафах. Проверяйте её перед каждым выходом. Если есть повреждения — НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не надевайте. Сообщите мне. Лучше потерять время на замену, чем жизнь в зоне.

Второе. С собой у вас должны быть: аптечка, компас, прибор для определения уровня энергии, прибор для поиска порталов, синие кристаллы для экстренного восстановления энергии, хотя я надеюсь, что они вам не понадобятся. Всё это лежит в ящике у стены. Возьмёте перед выходом. Лидер назначь за это ответственного из числа членов отряда, — куратор сделал небольшую паузу.

Она подошла к столу и взяла маленький прибор, похожий на те, что я видел в своём мире у диабетиков. Только вместо иглы там была магическая пластинка.

Это прибор для определения вашего уровня энергии, — она показала его нам, поднеся поближе. — Прикладываете к руке, нажимаете кнопку. Через секунду он показывает процент вашего запаса. Если уровень ниже пятидесяти процентов, то вы возвращаетесь, даже если вы в двух шагах от портала. Даже если вы видите, что монстр вот-вот умрёт. Жизнь искателя стоит намного больше. Империя и спонсоры тратят огромные деньги на вашу подготовку, поэтому не готовы рисковать таким ценным активом, — все смотрели на неё с таким вниманием, что я сразу же вспомнил мультик моего детства «Маугли».

Третье. От академии до границы зоны вы едете на машине. Дальше уже пешком. Водитель ждёт вас на месте. Если вы не вернулись через три часа, он сообщает мне, и я отправляю подмогу, — она дождался нашей реакции и продолжила.

Четвёртое. Кристаллы, которые вы добудете, складываете в специальный ящик. — Она указала на металлический контейнер у стены, тяжёлый, с толстыми стенками. — Он защищён от магии и от ударов. После того, как поместите в него кристаллы, не открывайте его до возвращения в академию.

Пятое. Если вы встретили существо, с которым не можете справиться, — отступайте. Не геройствуйте. Герои часто становятся покойниками. Я сама видела, как лучшие студенты академии, которые считали себя непобедимыми, не возвращались после дежурства.

Она сделала паузу, обводя нас взглядом. Никто не шевелился.

— Вопросы есть? Предложения? — спросила Екатерина Витальевна.

— Есть, — сказал Игорь, поднимая руку, как на уроке. — А если мы встретим существо красного уровня, мы же можем с ним биться?

— Не думаю что это стоит делать, — покачала головой куратор, — вероятность встречи с таким уровнем противника очень мала, но если это произойдет придумайте способ, чтобы отвлечь его внимание… — ответила куратор. — И бегите. Не вступайте в бой. Это не трусость, это тактика. Запомните.

Она посмотрела на меня.

Ярослав, ты командир. Ты принимаешь все самые важные решения. Ты отвечаешь за всех. Если кто-то из вашего отряда пострадает, я спрошу с тебя. Лично. — сказала она.

— Я давно это понял, — ответил я, глядя ей прямо в глаза. — И этой ответственности я не боюсь.

— Хорошо, — сказала она. — Теперь переодевайтесь и ждите сигнала. Я буду у себя. Если что-то срочное, то вы знаете, где меня найти.

Она вышла из зала ожидания.

Мы переоделись в специальных комнатах. Костюмы сидели идеально, как и в прошлый раз. Я проверил оборудование — все на месте. Аптечка, компас, соответствующие приборы. Всё, что нужно, чтобы выжить в зоне.

Мы остались в общей комнате. Илья сразу подошёл к тренажёрному углу и начал разминаться, нанося удары по манекену. Хук правый, левый, колено. Все как учили. Чувствовалась школа Бориса Ли.

Игорь уселся в кресло, закинул ногу на ногу и уставился в потолок, рассматривая трещину на штукатурке.

Лиза и Анжелика сели на диван и тихо о чём-то говорили. Я слышал только обрывки фраз, но не вслушивался. Настя крутилась перед зеркалом, проверяя, как сидит форма, и поправляла воротник.

Я сел у экрана и начал смотреть на карту. Синие точки пульсировали ровно. Никаких изменений.

Прошёл час. Потом второй. Ничего не менялось. Очень быстро все осознали, что дежурство не самое веселое занятие.

— Скука смертная, — сказал Игорь, зевая и потягиваясь. — Я думал, будет веселее. Как в кино. Сигнал, тревога, бегом, а тут сиди и жди. А если вообще ничего не появится? Вот так сутки и просидим?

— Тише! — сказала Лиза. — Не накаркай, Игорь. У тебя язык без костей.

— Да я то что? — пожал он плечами. — Это явно не от меня же зависит. Будет как будет.

Я встал, потянулся, размял ноги.

— Пойду сделаю кофе, — сказал я. — Кто-то ещё будет?

— Мне тоже сделай, пожалуйста, — сказал Игорь, поднимая руку.

— И мне тоже. С молоком, — добавила Анжелика.

— Мне чёрный, без сахара! — сказала Настя.

— А мне просто воды, — сказала Лиза.

— Нет, ну я конечно не рассчитывал, что вас будет так много, — удивился я.

— Я тебе помогу, — сказал Илья, отрываясь от манекена.

Я подошёл к кофемашине, взял чашку, нажал кнопку. Машина зажужжала, зашипела, и в чашку полился тёмный ароматный напиток.

И в этот момент загудел сигнал.

Я развернулся и бросился к экрану, чуть не пролив кофе. Карта вспыхнула красным. В зоне, недалеко от академии, открылся портал. Большая красная точка пульсировала на экране, и я слышал, как завывает сирена.

— Открытие портала! — крикнул я. — Срочный вызов!

Все подскочили. Илья оторвался от манекена, чуть не сбив его. Игорь выпрямился в кресле и вскочил. Лиза и Анжелика встали, Настя подошла к нам.

— Готовы? — спросил я.

— Готовы! — ответили они хором.

Дверь открылась. В комнату вбежала Екатерина Витальевна, запыхавшаяся, с раскрасневшимся лицом.

— Собраны? — спросила она, не останавливаясь.

— Да! Мы готовы! — ответил я.

— Тогда отправляется! — крикнула она, разворачиваясь. — За мной!

Мы выбежали за ней. Коридоры мелькали перед глазами, ступеньки лестниц пролетали под ногами. Я бежал и чувствовал, как сердце колотится.

Мы выскочили в специальный гараж, который вёл к задней части академии. Там уже ждала машина. Это был большой чёрный внедорожник с затемнёнными стёклами и мощными колёсами. За рулём сидел водитель в форме академии. Я раньше его не видел.

— Запрыгивайте! — крикнула Екатерина Витальевна.

Мы залезли внутрь. Я сел у окна, Игорь рядом, остальные сзади. Машина рванула с места так резко, что меня прижало слегка в спинку сиденья.

Я смотрел в окно. Академия осталась позади, начались поля, потом лес. Деревья мелькали за стеклом, и я думал о том, что ждёт нас там, в зоне.

Машина остановилась. Водитель повернулся к нам.

— Дальше пешком, — сказал он. — Удачи, и не геройствуйте. У вас есть три часа.

Мы вышли. Екатерина Витальевна стояла у обочины, сжав кулаки, и смотрела на лес.

— Всё, — сказала она. — Удачи. Мы ждём вас здесь.

Лиза взяла прибор для поиска порталов и включила его. Прибор запищал, замигал, показывая нужное направление.

— Ребят, нам туда! — сказала она, указывая в лес.

Мы пошли.

Лес был тёмным, даже днём. Деревья росли так густо, что солнечный свет едва пробивался сквозь кроны, и под ногами хлюпала влажная земля.

— Красиво тут. Мне нравится, — сказала Анжелика, оглядываясь по сторонам.

— А мне кажется, тут как-то зловеще. — поправила Лиза, вглядываясь в экран прибора.

— Давайте посерьезнее, — сказал я. — И внимательнее. Нам надо быть наготове в любой момент.

— Да ладно, Ярослав, — сказал Игорь, пытаясь разрядить обстановку. — Мы же не на войну идём. Может, там вообще никого нет.

— Игорь, — сказал я, поворачиваясь к нему. — Именно на войну мы и идем. Пошутишь когда вернешься, а сейчас слушай меня.

Он замялся, открыл рот и хотел что-то сказать, но передумал. Молодец.

Мы шли дальше. Лиза сверялась с прибором, я смотрел по сторонам, стараясь не пропустить ни шороха. Илья и Игорь прикрывали фланги, Анжелика и Настя шли сзади, держа руки наготове.

— Тут кто-то был, — сказал Илья, показывая на сломанную ветку.

— Или что-то… — добавила Настя.

Прибор запищал громче.

— Он близко… — сказала Лиза. В ее голосе читалось предвкушение.

Мы вышли на поляну. В центре пульсировал портал синевато-чёрный, с переливающимися краями. В воздухе было слышно низкое гудение, от которого закладывало уши и начинала болеть голова.

— Господи, как уже это завораживающе выглядит… — сказал Игорь, не удержавшись.

— Отряд. Наша цель где-то рядом. Будьте внимательны, — напомнил я.

И в этот момент Алиса закричала у меня в голове:

«Ярик, берегись! Слева!»

Я рванул в сторону не думая. Что-то огромное и чёрное пролетело мимо меня, задев плечо когтями, и я почувствовал, как по костюму прошла вибрация. Упал, перекатился, вскочил. Передо мной стояла тварь, похожая на пантеру, но шкура чешуйчатая, как у ящерицы, и переливалась на свету зелёным, прямо как нефрит. Глаза горели жёлтым, и из пасти капала слюна, шипя при соприкосновении с землёй. Кислота? Вот так набор.

— Твою мать! — заорал Игорь, отступая на шаг.

— Лиза, анализ! — крикнул я, поднимая руки и готовясь к бою.

Лиза уже направляла прибор на тварь. Экран вспыхнул, и она затараторила:

— Пантера-ящер! Жёлтый уровень! Быстрая, сильная, чешуя защищает от слабой магии! Уязвимые места: глаза и брюхо! Живут стаями по пять-семь особей! В одиночку не нападают!

— Стаями? — переспросил Илья, оглядываясь. — То есть таких тварей тут много?

Из леса вышли ещё четыре особи. Они окружили нас, медленно, не торопясь, переглядываясь, будто решали, с кого начать.

— В круг! — скомандовал я. — Игорь, ты с левого фланга, воздухом сбивай тех, кто подходит слишком близко! Настя — правый фланг, огнём! Лиза — центр, телекинезом поднимай их в воздух, не давай им закрепиться! Анжелика — прикрываешь нас водой и льдом! Илья — земля, создаёшь барьеры, не даём им нас окружить!

Первая пантера прыгнула, целясь мне в лицо. Я встретил её огнём. Мощное пламя ударило в морду, тварь взвизгнула, отшатнулась, но не упала. Её чешуя только слегка почернела.

— Сильная, — сказал я, отступая на шаг. — Просто не будет!

— Держитесь! — крикнул Игорь, отбрасывая воздушным ударом ту, что пыталась зайти с фланга.

Илья поднял каменную стену, отсекая двух тварей. Настя ударила огнём по третьей, и та отскочила, взвизгнув. Лиза подняла четвёртую в воздух и швырнула её в дерево. Кошка ударилась о ствол и замерла на секунду, но тут же вскочила. Анжелика создала ледяной щит, защищая нас от когтей пятой.

— Работаем вместе! — крикнул я. — Не даём им разорвать наш строй!

Я использовал все четыре стихии, не давая им полноценно перейти в атаку. Твари падали, но вставали. Они были живучими, как тараканы.

— В глаза бейте! — крикнул я. — Только в глаза!

Мы провели несколько атак, но они были неудачными.

— Илья! Создай каменное копье и направь в мою сторону. Я брошу его в тварь. Игорь, а ты должен ускорить его своей магией. Все все поняли? — спросил я.

— Да!!! — ответили они хором.

Все прошло по сценарию. Илья создал копье. Оно получилось даже острее, чем я думал. Привелился и метнул его в морду ближайшей пантеры. Игорь ускорил его, и оно попало пантере точно в глаз. Тварь взвизгнула и рухнула, дёргаясь в конвульсиях. Минус одна.

Анжелика, Настя и Елизавета проделали точно так же с ледяной стрелой. Ещё минус одна.

Мы продолжали работать. Отбивали из атаки и готовили свои орудия. Через несколько минут все твари лежали на земле.

— Все? — спросил Игорь, тяжело дыша и вытирая пот со лба.

— Все… — ответил я, опуская руки.

Мы собрали кристаллы. Жёлтые, пятнадцать штук, каждый размером с мой кулак и пульсирующие тёплым светом. Я положил их в ящик, закрыл крышку и защёлкнул замок.

— Ну норм так собрали, — сказал Илья, отряхивая руки. — Просто было. Даже легко я бы сказал.

— Просто мы были хорошо готовы, — сказал я, оглядываясь по сторонам.

И в этот момент открылся второй портал. Прямо перед нами, в трёх шагах, воздух задрожал.

— Какого хрена? Опять? — спросил Игорь, отступая.

Как нам всем говорили, порталы в зонах академии открываются редко. Поэтому такое совпадение показалось очень странным. Из портала вырвалась тварь. Огромная, как медведь, но с тремя головами и чешуёй, покрытой шипами. Клыки торчали из каждой пасти, и из глаз текла зелёная слизь. Такой мерзкой мрази я ещё не видел.

— Красный уровень… — сказала Лиза, глядя на прибор с ужасом. — Трёхглавая горгона. Сильные стороны — чешуя, шипы, ядовитая слизь. Слабые стороны — глаза и шеи.

— Шеи? — спросила Анжелика.

— Там нет чешуи, — пояснила Лиза. — Уязвимое место. Если попадём туда — сможем его убить.

— Понял, — сказал я.

Тварь зарычала. Три пасти открылись одновременно, и из них вырвался огонь — настоящий.

— Рассредоточиться! — крикнул я. — Не стоять на месте!

Мы разбежались, и никто не пострадал. Тварь ударила лапой, и земля вздрогнула и пошла трещинами. Илья попытался поднять барьер, но медведь пробил его одной лапой как картонную коробку.

— Вот это мощь! — сказал Илья, отступая.

— Огонь! — крикнул я.

Мы ударили одновременно, я и Настя. Существо заревело, но не упало. Его чешуя выдерживала наши атаки, только слегка обгорая.

— Глаза! — крикнул я.

Мы попробовали проделать тот же трюк, что и с пантерами. Но ничего не вышло — тварь отбивала каждый наш удар. Даже если мы пробовали атаковать одновременно двумя выстрелами.

— Шеи! — крикнула Лиза. — Только если бить туда.

— У меня есть идея! — крикнул я. — Приготовьте мне три стрелы. Анжелика, Илья.

— Хорошо! — сказали они.

— И отвлеките эту тварь! — крикнул я.

Игорь направил в лицо существу воздушный поток. Настя бросила огненный шар, и существо переключилось на них. Именно этот я и хотел. Я обошел его со спины и запрыгнул сверху, оседлав как лошадь. Благо костюм искателя спас меня от урона, который могли принести шипы.

— Стрелы! По одной! — скомандовал я.

Первую прислала Анжелика. Я поймал её на лету и со всей силы вонзил в шею одной из голов чудовища. Оно закричало, попытавшись меня сбросить, но я держался крепко. Повторил этот трюк ещё дважды, и существо упало сначала на передние лапы, потом полностью.

Мы стояли, тяжело дыша.

— У кого сколько энергии осталось? — спросил я, вытирая пот со лба.

— Сорок, — сказал Игорь, показывая прибор.

— Тридцать, — сказала Лиза, и её руки тряслись.

— Двадцать пять, — сказала Анжелика, бледная как мел.

— Пятьдесят… — сказала Настя.

— Сорок пять, — сказал Илья, пряча прибор в карман.

— У меня семьдесят, — сказал я. — Мы идём назад, немедленно. Собираем кристаллы.

Три штуки, пульсирующие алым светом. Я положил их в ящик, закрыл крышку и защёлкнул замок.

— Идём! Быстрее! — сказал я.

Мы двинулись назад. Лес был таким же тёмным, но теперь каждый шорох казался ещё большой угрозой. Мы шли быстро, почти бегом, спотыкаясь о корни и ветки.

«Ярик!!! — сказала Алиса. — Я чувствую что-то странное. Что-то не так».

«Что? Ты видишь что-то конкретное?» — спросил я, ускоряя шаг.

«Не знаю. Но будь осторожен. Очень осторожен», — сказала девочка-призрак.

Мы вышли на поляну. А там, прямо перед нами, пульсировал портал. Третий.

— Твою мать… да так не бывает… — сказал Игорь, останавливаясь.

— Какого хрена? — спросила Елизавета, глядя на прибор, который зашкаливал.

— Это не может быть случайностью, — сказал я. — Кто-то открывает около нас их специально.

Из портала начали вылезать щупальца. Тонкие, скользкие, с присосками. Я сразу узнал их.

— Кальмар, — сказал я.

— Красный уровень? — спросил Илья.

— Мы не сможем, — сказала Анжелика, и её голос задрожал.

Мы приготовились к бою…

Яркое пламя уже облизывало мои костяшки, когда я смотрел на щупальца, выползающие из портала. Каждое было толщиной с бревно, покрытое скользкой слизью, с рядами присосок. Земля под ногами дрожала. Я стоял и слышал, как за моей спиной тяжело дышат ребята. Нужно было что-то срочно предпринимать, пока у нас ещё было время на маневры. Очень скоро его уже не будет.

— Игорь, — сказал я, не оборачиваясь. Мне нужно было показать всем максимальное спокойствие, но, признаюсь, внутри всё кипело. — Бери руководство отрядом на себя. Отступайте. Быстро. Я задержу эту тварь, что позволит вам спокойно дойти до машины.

— В смысле… отступать⁈ — в голосе Игоря легко читалось недоумение. — А ты? Ярослав⁈ Как же ты? Мы не бросим тебя здесь! Об этом даже не может идти и речи! Ты что, совсем с ума сошёл? Это же красный уровень, и у тебя энергия не на максимуме. Дружище, ты один не справишься! Давай придумаем что-то другое.

— Мы не пойдём без тебя!!! — Анжелика схватила меня за руку, и я почувствовал, как её пальцы слегка дрожат. — Ты не можешь приказать нам уходить, когда… это смерть! Ну нужно геройствовать, Ярослав!

— Это приказ!!! — крикнул я жестким голосом. — Приказы не обсуждаются, или вы забыли? Мне намного легче будет потом одному уходить, чем всем отрядом. У всех энергия почти на нуле, вы еле стоите на ногах. О чем вообще может идти речь? Если вы останетесь, вероятность того, что мы все умрем намного выше. Посмотрите на себя! Вон у Лизы руки трясутся, у Анжелики лицо белое как мел, у Ильи дыхание сбито. А у меня энергии семьдесят процентов! Я не собираюсь тут умирать. Дам вам фору и тоже буду отступать. Я обязательно вас догоню!

— Но, Ярослав… — начал Игорь, делая шаг ко мне.

— Безухов! — рявкнул я, поворачиваясь к нему и глядя прямо в глаза. — Я сказал уходите! Что тебе в этой фразе непонятно? Может, ты неправильно понял? Это приказ командира отряда Икс!!! Отступайте!!!

Игорь стиснул зубы так, что я даже услышал их скрежет. Я видел, как он борется с собой, хочет остаться, как его кулаки сжимаются и разжимаются, но он понимает, что я прав.

— Отряд, за мной! — крикнул он, разворачиваясь.

Анжелика посмотрела на меня. В её глазах стояли слёзы. Она хотела что-то сказать. Её губы дрожали. Француженка приоткрыла рот, но так и не издала ни звука. Я чуть заметно кивнул ей.

— Иди… — сказал я тихо, так, чтобы никто больше не слышал. — Я догоню… Обещаю….

— Хорошо… — прошептала она в ответ. — Но если ты не вернешься через час… Я пойду назад за тобой.

— Обязательно вернусь! — ответил я.

Она развернулась и побежала за остальными.

Илья, прежде чем уйти, поднял руки, и из земли вырвались ещё несколько стен. Одна справа от меня, одна слева, и парочка по центру. Каменные, массивные, крепкие. Он посмотрел на меня, и я кивнул ему.

— Спасибо, друг! — сказал я.

— Не подыхай тут, командир! — ответил он и побежал догонять остальных.

Я остался один. Спрятался за ближайшей стеной, прижался спиной к холодному камню и замер. Сердце колотилось, но я взял себя в руки.

«Алиса, — мысленно позвал я. — Как обстановка?»

«Он почти вылез из этой дыры, — ответила она. — Ещё немного, и он тебя увидит. Ярик, будь осторожен. Он знает, что ты здесь»

«Пусть знает», — ответил я.

Из портала вылезло щупальце. Потом второе, третье. Кальмар выбирался медленно, будто не торопился и вовсе в этот мир. Он знал, что я здесь. Он чувствовал меня. Я смотрел, как он выползает, и считал про себя.

«Один… два… три… четыре… пять… шесть… семь…»

Его тело было огромным. Мне показалось размером с небольшой дом. Кальмар повернул голову в сторону, куда ушли ребята. Одно щупальце уже начало подниматься, явно готовясь направиться в ту же сторону.

— А вот хрен ты отсюда уйдёшь, сучья морда… — прошептал я.

Я выскочил из-за стены и метнул огненный шар. Пламя ударило прямо в глаз, и кальмар взревел. Громко. Оглушающе. Это звук жестко резанул по ушам, и я на секунду оглох. Даже в глазах потемнело. Тварь дёрнулась, развернулась ко мне, и её щупальца обрушились на стену, за которой я только что прятался.

ХРЯСЬ!!!

Каменная стена разлетелась на маленькие куски. Я отпрыгнул за вторую, почувствовав, как осколок отлетевшего камня полоснул меня по щеке. — Хорошо, — выдохнул я, вытирая кровь с щеки.

Я выпрыгнул из-за камня и снова метнул в существо огненный шар:

— Давай, иди сюда! Иди ко мне, тварь!

Кальмар ударил снова. Вторая стена разлетелась в щебень. Я перебежал за третью, благо укрытия ещё были. Спасибо Илье за это.

«Ярик, он двигается быстрее, чем другие особи этого вида. — сказала Алиса. — Он как будто умнее… Он тебя загоняет».

«Да я тоже это понял, — ответил я. — Но у меня нет выбора. Нужно тянуть время, чтобы ребята ушли как можно дальше».

Так мы и двигались дальше. Удар в стену. Я перебегаю. Удар в следующую стену. Кальмар медленно, но верно уничтожал мои укрытия, и я чувствовал, как земля под ногами дрожит от его мощных ударов.

Осталась последняя стена. Я прижался к ней спиной и замер. Пот заливал глаза, руки тряслись от напряжения.

«Алиса, — спросил я мысленно. — Сколько у меня энергии? Хватит ещё побороться?»

«Ох, Ярик… всего лишь сорок девять процентов… — ответила она, и в её голосе я услышал тревогу. — Срочно тебе нужно отступать. Если он пробьёт эту стену, а вернее когда, тебе больше негде будет укрываться от его ударов».

«Знаю, Алиса! — ответил я. — Но если я отступлю прямо сейчас, он пойдёт за ребятами, а у них энергии нет. Они не успеют добежать до машины. Нужно ещё немного времени…»

«Ты не сможешь его остановить…» — сказала Алиса.

«Смогу! — ответил я. — Осталось немного. Я справлюсь».

Гребаный кальмар ударил. Последняя стена треснула, но выдержала. Я выглянул из-за неё и увидел, как одно из щупалец поднялось для нового удара.

«Нужно уходить!» — крикнула моя призрачная помощница.

Я выскочил из-за стены, подбежал к щупальцу, схватил его за присоску и… как-то по наитию заморозил щупальце. Это была магия воды, но играла она как-то по новому. Совсем не так, как ранише. Я почувствовал, как холод проходит через пальцы, как лёд покрывает скользкую плоть, как щупальце замирает, становясь хрупким, как стекло.

Я ударил кулаком сверху, вложив в удар всю оставшуюся силу. Щупальце разбилось на тысячу кусков, разлетелось ледяной крошкой. Кальмар заревел, да так громко, что у меня заложило уши, и даже из носа пошла кровь. Он отшатнулся, отступая немного назад.

«Есть! — крикнул я. — Я нашел, что против него работает!»

«Ярослав! — крикнула Алиса. — У тебя осталось двадцать процентов энергии! Ещё раз такое провернуть не выйдет! Тебе нужно отступать! Сейчас же!»

«Понял», — ответил я, разворачиваясь.

Кальмар, оправившись от боли, снова полез вперёд. Его оставшиеся щупальца взметнулись в воздух, готовясь к удару. Я побежал. Бежал так быстро, как только мог, спотыкаясь о корни, перепрыгивая через камни и не оглядываясь. Не было времени и возможности.

Кальмар догонял. Он ловко хватался оставшимися конечностями за кусты и деревья, следуя за мной… И тут в его голову вонзилась ледяная стрела. Огромная, в половину человеческого роста, с острым, как бритва, наконечником. Кальмар зашатался, его щупальца дёрнулись в разные стороны. Потом снова раздался его нечеловеческий вой.

Я обернулся.

Из леса выбежала Екатерина Витальевна. Куратор была в своей обычной форме, но её руки светились холодным синим светом. Магия льда. Никогда до этого я не видел, чтобы она использовала свою магию.

— Екатерина Витальевна, вы зачем пришли? Тут опасно! — сказал я.

— Потом пообщаемся! — рявкнула Екатерина Витальевна, создавая ещё одну ледяную стрелу. — Сейчас точно не до этого.

— Знаете… Я все равно безумно рад вас видеть! — крикнул я и улыбнулся.

Мы ударили одновременно. Я — огнём, вложив в удар последние силы, Екатерина Витальевна — льдом.

Кальмар зашатался, попытался отступить, но не сумел. Он забился в агонии, его щупальца били по земле, выбивая фонтанчики грязи, но мы не останавливались.

«Ярик… Энергии осталось десять процентов…» — с тревогой сказала девочка-призрак.

«Этого хватит!» — ответил ну я.

— Екатерина Витальевна, создайте копье и дайте его мне, — крикнул я. — Он почти готов!

Она послушно исполнила мою идею, я хорошо прицелился, а потом вложил в бросок все свои оставшиеся и силы и бросил. Копье попало существу точно в глаз. Кальмар рухнул. Его тело тут же замерло. Щупальца обмякли. Он умер.

— Отступаем! — крикнула куратор. — Бегом!

— Сейчас! Один момент! — ответил я.

Я подбежал к телу твари и взял три красных кристалла, которые вывалились после него.

Мы побежали. Я чувствовал, как силы уходят, как ноги становятся ватными, как в глазах темнеет, но я бежал. Даже успел обогнать Екатерину Витальенвуяч Она бежала за мной. Мы добрались до машины. Я упал на спину и закрыл глаза. Небо над головой было серым, и где-то вдалеке слышались раскаты грома. Погодка была так себе, но если бы сейчас пошел дождь, я был бы только рад. Настолько уставшим я не чувствовал себя никогда в жизни. — Спасибо… — сказал я, когда смог говорить, не открывая глаз. — Что пришли за мной. Что не бросили. Без вас было бы посложнее.

— Ты бы и не справился один, — ответила Екатерина Витальевна, вытирая пот со лба. Я слышал, как она тяжело дышит. — Но ты молодец, Ярослав. Серьёзно. Молодец, что отправил остальных отступить и что задержал тварь. Если бы не ты, они могли не успеть. — Это моя работа, — сказал я. — Я командир. Я отвечаю за них. Вы же сами мне это говорили, Екатерина Витальевна.

— Ты идиот, — сказала Анжелика, и я почувствовал, как она села рядом со мной на траву. — Ты мог погибнуть!

— Понимаю, — ответил я. — Но не погиб, и знаешь, что самое важное?

— Что⁈ — недовольно буркнула француженка.

— Что с тобой всё в порядке! — сказал я, улыбнувшись ей.

— В следующий раз тебе может так не повезти, — сказала она.

— Постараюсь, чтобы не было «следующего раза», — ответил я, открывая глаза и садясь.

Она обняла меня.

— Не делай так больше, — прошептала француженка мне в ухо

— Постараюсь, но обещать не могу. — ответил я, обнимая её в ответ.

Мы сели в машину и поехали назад в академию воинов и аристократов.

В зале ожидания нас уже ждали ректор Павел Сергеевич и Моисей Абрамович. Они стояли у экрана, и их лица были серьёзными.

— Все живы? Ну слава богу! — обрадовался Моисей Абрамович.

— Рассказывайте… — сказал ректор, скрестив руки на груди. — Что там вообще было?

Я рассказал всё. Про пантер-ящеров, про то, как мы их уничтожили, про трёхглавую тварь, про то, как я запрыгнул на неё и вонзил стрелы в шеи, про кальмара, про то, как отправил отряд, как сражался, как пришла куратор. Все что знал. А если что-то забывал, то ребята мне подсказывали.

— Три портала? — переспросил Моисей Абрамович, поправляя очки. — За один час? Это невозможно! Как⁇!! У нас бывало такое, что три портала появлялись за месяц. За месяц, Ярослав! Ну ладно, один раз было за неделю… А тут за час!

— И практически все с красными существами, — добавила Екатерина Витальевна. — Первый был жёлтый, но второй и третий — красный. И кальмар был не из слабых.

— Это редкость… — сказал ректор. — Большая редкость. Обычные искатели не готовы к встрече с красным уровнем одной командой. Мы отправляем отряды по два-три вместе, чтобы убить такого монстра. А вы… вы справились одним и… При помощи Екатерины Витальевны справились и с кальмаром… Фантастика…

— Спасибо… — ответил я. — А можно мне сейчас один из тех батончиков? А то у меня такое чувство, что я сейчас сознание потеряю. Очень не хотелось бы. Мне нравится наша беседа. Да и кто бы вообще хотел проспать свой звездный час?

— Вы принесли очень много кристаллов, — сказал Моисей Абрамович, глядя на ящик, который мы привезли, и на автомате впихнув мне в руки сразу три батончика. — Жёлтых пятнадцать штук, красных три. Это большое дело для будущего академии. Вы сделали больше, чем некоторые отряды за месяц.

— Вот ещё… — сказала я и достал из-за пазухи ещё три кристалла.

Ректор и Моисей Абрамович замерли. На самом деле тут было целое состояние. Понятно, что для борьбы за власть этого было мало, но для старта больше чем достаточно.

— На сегодня ваше дежурство закончено, — сказал ректор. — Идите отдыхать. Спасибо за работу!

Мы вышли в коридор. Ребята что-то обсуждали, смеялись, хлопали друг друга по плечам. Игорь рассказывал, как он испугался, когда кальмар почти достал свои щупальца из портала. Илья показывал, как он создавал стены. Настя хвалила Лизу за точные удары. А я удовлетворенно молчал.

«Ярик, — голос Алисы в голове прозвучал очень тихо. — Думаю, я знаю, почему открылось так много порталов… Это всему есть только одно разумное объяснение»

«Правда? И почему? У меня тоже есть одна мысль. Интересно совпадают ли они?» — спросил я.

«Они появляются… Из-за тебя. В тебе же как будто есть какая-то часть существа. Где-то на ментальном уровне? И судя по всему, порталы чувствуют это. Они тянутся к тебе как к маяку. Как к источнику энергии….» — ответила Алиса.

«То есть ты думаешь, что я привлекаю их?» — спросил я.

«Очень похоже на то. Это ведь не первый раз, Ярик. Помнишь, когда вы были в зоне до этого? Тогда тоже открылся портал, хотя по прогнозам ничего не должно было быть….» — сказала Алиса.

«Но это надо изучить, — сказал я. — Нельзя делать выводы на основе одной теории. Нужны доказательства. Но теория мне нравится».

«Будем изучать, — согласилась Алиса. — Но будь осторожен и имей ввиду! Слушай, а какая у тебя была теория!»

«Что эти портал вызывают искусственно. — сказал я. — Представь, если кто-то научился бы сам вызывать эти портал и имел отряды убийц монстров типа нас. Да он бы за весну стал императором. Ещё бы. С такими-то деньжищами…»

Товарищи шушукались, но я особо их не слушал, усиленно размышляя. Пришел в себя только когда понял, что тупо пялюсь в окно в коридоре.

— Ярослав, — сказал Игорь, — У с Ильей есть одно… скажем так… важное дело. Мы вернёмся через пару часиков. А ты или пока в комнату… отдохни как следует…

— Какое дело? Куда вы собрались на ночь глядя? — спросил я, прищурившись. — Вы что-то скрываете?

— Ну… — Игорь замялся, переглянулся с Ильёй. — Не могу сказать. Но это важно. Очень важно. Короче мы пошли, потом все!

Ненавижу сюрпризы.

— Для кого это важно? — напрягся я.

— Для парочки людей. — ответил Илья.

Понятнее не стало.

— Ладно… — сказал я. — Идите. Только давайте там только без глупостей.

— Мы? Без глупостей? — Игорь усмехнулся. — Ты нас с кем-то путаешь.

Улыбнулся им. Они ушли. Я пожал плечами и отправился в комнату. Подошёл к двери своей комнаты. Дверь была приоткрыта. Хм, что-то тут не так. Я насторожился. Сердце снова забилось быстрее. Приложил руку к уху, прислушался. Внутри было тихо, но я чувствовал, кто-то там есть. Я слышал лёгкое дыхание. Неужели это Виктор решил устроит засаду? Или может что-то из людей Ахметова? А может это Белов наконец-то вернулся.

Я осторожно толкнул дверь, готовясь ко всему. Но…

То что я видел, вызвало во мне бурю эмоций. В центре комнаты, при свечах, стояла Анжелика.

Тусклый свет падал на её фигуру, и она казалась нереальной. Просто идеальная… Ну или может у меня просто давно не было женщины… Но я лучше буду думать, что идеальная.

Играла тихая музыка, что-то неизвестное, с переливами скрипки и рояля, что-то, что я никогда не слышал раньше, но оно казалось мне знакомым.

Она плавно двигалась в такт музыке. Её руки поднялись, пальцы коснулись плеч. Девушка расстегнула комбинезон. Медленно, не торопясь, пуговица за пуговицей.

Ткань скользнула вниз.

Анжелика стояла передо мной абсолютно голая.

Свечи отражались в её глазах. Я смотрел на неё и не мог отвести взгляд.

Она улыбнулась.

— Ты слишком долго, — сказала она, и голос её был тихим, но я слышал каждое слово. — Я заждалась тебя…

— Коридоры в академии слишком длинные… — сказал я.

— Иди сюда… — сказала она и поманила меня к себе рукой.

Именно так я и поступил.

Была только она и я. А остальное? Да пошло оно к черту…

Я проснулся от того, что моя правая рука затекла и онемела. Анжелика всю ночь проспала на ней. Она лежала, свернувшись калачиком у меня под боком. Её тёмные волосы разметались по подушке, дыхание было спокойным. Она явно чувствовала себя в безопасности, и я не шевелился — не хотел её будить. Просто лежал и смотрел на неё.

Я провёл пальцами по её голой спине — медленно, от плеч до поясницы. Кожа была гладкой, и под моими пальцами она чуть заметно покрылась мурашками. Анжелика улыбнулась, даже не открывая глаз.

— Доброе утро, Ярослав, — сказала она. Голос у неё был сонный, с тем самым французским акцентом, который я уже почти перестал замечать.

— Добрейшее утро, Анжелика, — ответил я.

Она наконец открыла глаза и посмотрела на меня.

— Знаешь, Ярослав…. я сейчас подумала о том, что если бы была моя воля, я бы весь день вот так провалялась в кровати вместе с тобой. Даже не вставая ни на завтрак, ни на учёбу, ни на тренировку… — сказала она, и её пальцы начали медленно водить по моей груди, выписывая какие-то замысловатые узоры.

— А знаешь, я только что точно так же подумал, — ответил я, перехватывая её руку и сжимая её в своей. — Будь моя воля, я бы вообще отсюда не вылезал. Ни сегодня, ни завтра… И может даже ни послезавтра.

— Ты как будто читаешь мои мысли, Ярослав, — сказала она, и на её губах появилась лёгкая, чуть лукавая улыбка. — Это у тебя из-за того, что мы провели ночь вместе?

— Скорее второе, — ответил я, усмехнувшись. — Магия тут точно ни при чём.

— Тогда давай останемся сегодня в кровати, Ярослав, и никуда не пойдём, — предложила она, прижимаясь ко мне всем телом.

— Нельзя, Анжелика, — ответил я, вздохнув. — Нас просто исключат. Сначала Екатерина Витальевна за пропуск занятий, потом ректор за прогул тренировки.

— Меня недавно пытались убить, — сказала она, и в её голосе послышалась усмешка. — После этого исключение не звучать страшным.

— Меня тоже, Анжелика, — ответил я. — Но я не думаю, что нам стоит испытывать судьбу снова.

Она рассмеялась и ткнула меня кулаком в бок. Не больно, а скорее игриво.

— Ладно, Ярослав, уговори! — сказала она, садясь на кровати и поправляя растрепавшиеся волосы. — Пошли в душ, потом завтрак. Ну потом учёба, вечерняя тренировка и всё остальное.

Мы сходили в душ вместе. Хоть и было тесно, но мы вполне неплохо провели время.

Потом мы оделись, привели себя в порядок и вышли в общий коридор академии отправившись на завтрак.

В столовой было шумно и многолюдно, как и всегда по утрам. Студенты толпились у раздачи.

Наши уже сидели за столиком в углу. Игорь ковырял ложкой овсянку. Илья что-то ему рассказывал, а Лиза и Настя о чём-то тихо шептались, склонившись друг к другу.

Мы подошли к раздаче, взяли подносы, наложили себе овсянки, налили кофе — я чёрный, Анжелика с молоком, и сели к ним за наш столик.

— Ну как спалось, Ярослав? — спросил Игорь с широкой улыбкой. — Выглядишь ты сегодня прямо как-то особенно отдохнувшим и посвежевшим.

— Отлично, Игорь, спасибо, что спросил! — ответил я, отпивая глоток кофе. — Я проснулся в прекрасном настроении, чего и тебе желаю. А вы, ребята, где были всю ночь? — спросил я, глядя на Игоря и Илью.

— А мы, Ярослав, ночевали в зале ожидания, — ответил Игорь, откусывая кусок хлеба. — Анжелика всё заранее продумала, договорилась с Екатериной Витальевной, и нам разрешили там переночевать. Кстати, диваны там, между прочим, очень даже удобные.

Все засмеялись, даже я не удержался и улыбнулся.

Мы доели кашу и сидели пили кофе.

— Слушайте ребят, хотел вам кое-что сказать ещё вчера, но сил особо не было — сказал я, отставляя пустую кружку в сторону и обводя всех взглядом. — Мы в своё первое дежурство сделали то, что другие отряды и через год регулярной работы искателями не всегда могут сделать. Не каждые опытные искатели показывают такой результат. Три портала за один час, два красных, и мы справились с ними практически своими силами. Что самое главное, без потерь.

— Практически? — переспросил Илья, отставляя кофе и внимательно глядя на меня.

— Ну, нам немного помогла с кальмаром, Екатерина Витальевна, и мы вместе его добили, — признал я, пожав плечами. — Но это не отменяет того факта, что мы отлично поработали и показали себя как настоящая команда, которая умеет действовать слаженно и быстро.

— Да, я тоже согласна. Это очень хорошо было для первого раза! — сказал Настя.

— Если мы будем много тренироваться, то совсем скоро такие вылазки будут для нас раз плюнуть! В общем, вы молодцы! — подбодрил их я.

«М-Мотивация!» — с улыбкой в моей голове сказала Алиса.

Мы доели завтрак, убрали подносы на тележку для грязной посуды и пошли на занятия, болтая по дороге о всякой ерунде и наслаждаясь утром. Сегодня все чувствовали себя, как-то по новому. Приятно.

День пролетел на удивление быстро и почти незаметно, будто кто-то нажал кнопку перемотки времени, и я просто проскочил через все уроки, не успевая толком осознать, что происходит.

На порталометрике сегодня было скучно. Честно. Профессор Фомин рассказывал что- нудное, то и я поймал себя на том, что смотрю в окно и считаю ворон, которых на плацу было не меньше дюжины.

На существологии уже было интереснее. Филатов показывал нам слайды с новыми существами, которых мы ещё не встречали, и подробно разбирал их слабые места и повадки. Я записывал в блокнот самое важное, но половину информации. Этот предмет становился одним из моих самых любимых.

Физкультура с Борисом Ли прошла по стандартному сценарию: бег по кругу, отжимания, приседания, удары по манекенам и парные спарринги, где я выкладывался примерно на семьдесят процентов своих сил. Не в полную, чтобы не вымотаться перед вечерней тренировкой, но и не филонил, чтобы Борис Ли не начал задавать лишние вопросы. Так сказать, соблюдал нужный баланс

— Ты сегодня какой-то вялый и расслабленный, Ярослав, — заметил Игорь, когда мы вышли из спортзала и направились в сторону раздевалок.

— Я сегодня счастливый, Игорь, — ответил я, даже не оборачиваясь. — Это совершенно разные вещи, и их не стоит путать.

— Счастливый? — переспросил Игорь с таким удивлением в голосе, будто я сказал ему, что собираюсь бросить академию и уйти в монахи. — Ты, Ярослав Шереметьев, постоянно хмурый и вечно недовольный всем вокруг, заявляешь, что ты счастлив? — Бывает, Игорь, — сказал я, ускоряя шаг, чтобы он не заметил, как я улыбаюсь.

Я ничего больше не ответил и просто пошёл дальше.

Вечером мы собрались на тренировку отряда Икс. В зале ожидания было прохладно. Екатерина Витальевна стояла у экрана, что, а Моисей Абрамович возился с настройками проектора, поправляя очки, которые всё время съезжали на кончик носа.

— Сегодня, уважаемые студенты, мы будем заниматься без монстров, проекций и без боевых симуляций. — сказал он, когда мы расселись на заранее расставленные ими стулья. — Сегодня у нас будет теория и практика комбинирования магии, что является одним из самых сложных и продвинутых разделов боевого искусства, доступных только опытным магам и хорошо слаженным командам. В академии мы такое не преподаем.

— Комбинирования? — переспросил Илья. Он выглядел немного потерянным. — Это как, мы будем соединять свои заклинания вместе, или что-то в этом роде?

— Именно так, Илья! Ты прав! — кивнул Моисей Абрамович, довольно улыбаясь. — Два мага, а иногда и больше, могут объединить свои силы и создать одно мощное заклинание, которое будет намного сильнее и эффективнее, чем если бы каждый из них атаковал по отдельности. Слышали когда-то про такое?

— Звучит очень сложно и как-то даже нереально…. — заметила Анжелика, поправляя воротник своей формы.

— В этом, Анжелика, есть доля правды! — сказал Моисей Абрамович, поправляя очки. — Поэтому мы начнём с самых простых комбинаций и самых безопасных сочетаний стихий, а потом, когда вы наберётесь опыта и научитесь чувствовать энергию друг друга, мы перейдём к более сложным и опасным упражнениям.

Мы разделились на пары. Я, как обычно, встал с Игорем. Так получилось, что мы уже давно работали вместе и хорошо чувствовали друг друга, даже без слов понимая, кто и когда должен атаковать.

— Огонь и воздух, Ярослав и Игорь, — объявил Моисей Абрамович, глядя на нас поверх очков. — Попробуйте создать огненный вихрь — это одна из самых базовых и распространённых комбинаций, которую используют искатели по всему миру. Вам нужно взяться за руки и, мысленно им по льду я свою энергию соединиться с энергией своего товарища.

Мне показалось это странным. Игорю тоже, но мы послушались профессора и принялись выполнять задание.

Воздух закружился вокруг нас. Сначала медленно, потом всё быстрее и быстрее, образуя плотную воронку, которая тянулась от пола до самого потолка. Я добавил огонь. Это была сначала маленькая искра, потом всё больше пламени, пока оно не втянулось в воздушный поток и не закружилось вместе с ним.

Вихрь вырос до таких размеров, что я испугался, что он сейчас пробьёт потолок и разрушит половину здания. Он завыл, засверкал оранжевым и красным.

— Охренеть! Мы это сделали! — закричал Илья, пригибаясь и закрывая голову руками.

— Твою мать, вы это видели? — добавила Настя, отступая к стене и выставив перед собой руки в защитном жесте.

Вихрь погас сам собой, когда мы с Игорем одновременно выдохлись и опустили руки. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая только нашим тяжёлым дыханием и отдалённым гулом в ушах.

— Неплохо, очень даже неплохо для первого раза, — сказал Моисей Абрамович, и я заметил, как его рука слегка дрожит, когда он поправляет очки. — Но вам нужно ещё много тренироваться, чтобы добиться стабильности и контроля над стихией. Иначе она может быть разрушителя не только для соперника, но и для вас самих. По силе у вас вышло отлично. Но вихрь вам не подчинялся, и это уже не слишком хорошо.

— А если я владею несколькими стихиями сразу, я могу делать такие комбинации один, без напарника? — спросил я, когда отдышался и смог говорить нормальным голосом, а не хрипеть.

Моисей Абрамович задумался, почесал подбородок и посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом, будто оценивал мои силы и возможности.

— Теоретически, Ярослав, это возможно, — сказал он наконец. — Обычному магу не хватило бы энергии на такое сложное и энергозатратное действие, потому что комбинирование требует огромного расхода магических сил. Но с твоим запасом энергии… да, возможно, у тебя получится.

— Что ж, будем пробовать и экспериментировать, — сказал я, уже начиная прокручивать в голове возможные варианты и схемы.

Мы ещё потренировались около часа. Я пробовал соединять огонь и землю, в результате получалась какая-то странная смесь, похожая на раскалённую лаву, которая медленно текла по полу и оставляла за собой чёрные следы.

— Ты, Ярослав, настоящий монстр, — сказал Игорь, когда мы закончили и сели на диван отдыхать.

— Я знаю, Игорь, — ответил, вытирая пот со лба. И улыбнулся про себя.

Я шёл по коридору. Ноги гудели после тренировки, но это было приятно. Такое же чувство у меня было после тренировки в спортзале в прошлой жизни. Чувство удовлетворения и лёгкой усталости. В голове крутились десятки вариантов комбинаций стихий, которые я ещё не пробовал, и мне не терпелось начать экспериментировать с ними.

«Ярослав!» — голос Алисы в голове прозвучал неожиданно громко

«Что случилось, Алиса?» — спросил я

«У меня есть для тебя хорошие новости, Ярослав, — сказала моя призрачная подруга — Наверное, хорошие… По крайней мере, я надеюсь, что они хорошие, и ты не будешь на меня ругаться за то, что я не сказала тебе раньше».

«Говори уже, Алиса, не томи, — сказал я, ускоряя шаг. — Что там у тебя стряслось? Или у нас?»

«Белов вернулся в академию, Ярослав, — выпалила Алиса. — Он хотел подать тебе знак во время тренировки, но не знал, как это сделать, чтобы никто из посторонних не заметил. Сейчас он подкладывает письмо тебе в комнату, а потом будет ждать тебя в аудитории существологии».

«Почему ты не сказала мне об этом раньше, Алиса?» — спросил я

' Все просто. Не хотела тебя отвлекать, Ярослав, — ответила она слегка виноватым голосом. — Ты был сегодня в ударе, и тренировка проходила очень хорошо, и я подумала, что Белов может подождать ещё час-другой, а твой настрой и концентрация важнее'.

«Ладно, Алиса, проехали, — сказал я, сворачивая в боковой коридор, который вёл в обход к аудитории существологии. — Главное, что он жив, здоров и вернулся, а всё остальное это уже мелочи».

Аудитория существологии была тёмной и тихой, как всегда по вечерам. Только дежурные светильники горели у входа и у доски, отбрасывая на стены длинные, колеблющиеся тени, похожие на призраков или на существ из порталов. Оба варианта были так себе.

Белов стоял у окна, как и в прошлый раз, в том же самом бежевом плаще, который был заметно чище, чем в нашу предыдущую встречу. Видимо, он успел привести себя в порядок.

— Максим, — сказал я, закрывая за собой дверь и прислоняясь к косяку спиной. — Как же я рад вас видеть, честное слово. Особенно после того, как вы не вернулись в назначенное время, и я начал уже подумывать, что вас поймали люди Ахметова, и теперь вы либо мертвы, либо сидите где-нибудь в подвале и ждёте своей участи.

— Ярослав, — он повернулся ко мне, и я увидел, что его лицо слегка изменилось. Под глазами появись тёмные круги. — Было непросто.

— Рассказывайте, Максим, не томите… — сказал я, проходя в комнату и садясь на край парты, чтобы не пропустить ни одной детали.

Он сел на стул напротив меня, достал из внутреннего кармана плаща потрёпанный блокнот в кожаном переплёте и раскрыл его на середине.

— Я встретился с вашим Степаном, Ярослав, — сказал он, водя пальцем по строчкам. — Сразу скажу, вам с ним невероятно повезло, и вы должны ценить таких верных и преданных слуг, потому что таких людей, как он, сейчас днём с огнём не сыскать.

— Я это знаю, ноинтересно, с чего такие выводы Максим? — спросил я, нахмурившись. — Что он такого сделал или не сделал, что вы так его хвалите?

— Он вообще ничего не хотел мне говорить, Ярослав, — ответил Белов, покачивая головой. — Только когда я продемонстрировал ему вашу записку, в которой был написан его адрес и ваша подпись, он более-менее поверил мне и начал отвечать на вопросы.

— И что же он вам рассказал, Максим? — спросил я, чувствуя, как внутри меня растёт нетерпение. — Было что-то новое, что-то такое, чего я ещё не знаю, и что может помочь нам в нашем расследовании и борьбе с Ахметовым?

— Ничего нового, Ярослав, — вздохнул Белов, закрывая блокнот. — За все эти долгие годы у Ахметова и вашего отца не было ни серьёзных конфликтов, ни ссор, ни споров, ни поводов для вражды. Они даже не общались. Значит, единственная зацепка, которая у нас остаётся, и которая хоть как-то может пролить свет на эту тёмную историю — Тая Антонова и те далёкие события, которые произошли в зоне порталов много лет назад, когда ваш отец и Ахметов были ещё студентами.

— Больше ничего? — спросил я.

— Да, Ярослав, Тая Антонова — это единственная ниточка, за которую мы можем ухватиться в этой ситуации, — кивнул Белов. — Но, честно говоря, она мне совсем не нравится как зацепка — слишком много времени прошло.

— Что ещё удалось выяснить? — спросил я, не сдаваясь. — Вы же не могли приехать с пустыми руками?

Белов вздохнул, потёр переносицу и снова открыл свой блокнот.

— Я пробовал подобраться к князю поближе, Ярослав, — сказал он, листая страницы. — Искал его слабые места, ошибки, которые он мог сделать за эти годы. Но он очень осторожен, умён и хорошо умеет заметать следы.

— И что, совсем ничего? — спросил я, чувствуя, как внутри меня закипает разочарование.

— У него всё чисто, Ярослав, — ответил Белов, закрывая блокнот. — Документы, финансы, связи всё безупречно, всё выверено и под личным контролем. К такому человеку просто так не подкопаешься, если не иметь железобетонных доказательств его вины, а у нас их, к сожалению, нет.

— А что насчёт Александрова и того самого ножа, который был использован при убийстве Трегубова? — спросил я, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. — Это же серьёзная улика, которая может указывать на связь между Александровыми и Ахметовым, разве нет?

— Александров действительно ездил к князю перед поступлением в академию, Ярослав, — кивнул Белов. — Это факт, который подтверждается документами и показаниями свидетелей. Но это легко объяснить. Александров-младший… ему нужны были рекомендации и печати для поступления в престижное учебное заведение, и он поехал к влиятельному человеку, чтобы попросить помощи. Все просто и достаточно логично.

— А нож, Максим? — настаивал я. — Как нож оказался у Александрова? Это же не просто так, это серьёзная улика, которая связывает его с моей семьёй и с убийством Трегубова.

— Вы, Ярослав, были соседями по имениям в Тульской губернии, — ответил Белов, пожав плечами. — Александровы и Шереметьевы жили рядом, общались, может быть даже дружили когда-то. Как нож оказался у них? Да легко можно придумать сотню разных версий, и в них совсем не обязательно должен участвовать Ахметов. Так что эта улика тоже уходит в минус.

— То есть, Максим, вы хотите сказать, что у нас на данный момент нет абсолютно ничего? — спросил я. — Мы ровно на том же этапе, на котором были до вашей поездки?

— Абсолютно ничего, Ярослав, — подтвердил Белов, и в его голосе послышалась усталость. — Ни одной зацепки, ни одной ниточки, за которую можно было бы потянуть и распутать весь этот клубок лжи, обмана и убийств. Вы совершенно правы.

— И что же нам теперь делать, Максим? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.

— У нас есть два варианта, Ярослав, — сказал Белов, поднимаясь со стула и начиная ходить по комнате. — Первый — сидеть тихо, не высовываться и ждать, пока Ахметов сделает новый ход, и надеяться, что в этот раз он ошибётся и оставит улики, которые мы сможем использовать против него.

— А второй вариант, Максим? — спросил я, хотя уже догадывался, что он скажет.

— Второй вариант, Ярослав, — ответил Белов, останавливаясь напротив меня, — это устроить провокацию, чтобы Ахметов сам себя выдал и допустил ошибку, которую мы сможем использовать против него.

— Я выбираю второй вариант, — сказал я, не раздумывая ни секунды. — Сидеть и ждать у моря погоды — это не мой метод. Тем более я давно научился одной простой истине. Если драка неизбежна, бить надо первым!

— Я тоже выбираю второй вариант, Ярослав, — кивнул Белов. — На время я уеду в Новый Петербург, чтобы быть поближе к вам и к академии. У меня есть одна идея, но нужно время, чтобы её додумать и разработать план действий.

— Хорошо, Максим, — сказал я, вставая с парты и протягивая ему руку. — Буду ждать новостей и надеяться, что у вас получится придумать что-то, что поможет нам наконец-то добраться до Ахметова и призвать его к ответу за все его преступления.

— Берегите себя, Ярослав, — сказал Белов, пожимая мою руку. — И будьте осторожны.

— Вы тоже, Максим, — ответил я. — Удачи вам.

Он вышел из аудитории, и я остался один в темноте. Подождал некоторое время, чтобы он ушел подальше, и в случае чего нас не заметили вместе, и отправился дальше.

Я шёл по коридору, и в голове у меня крутились разные мысли и тут….

— Ярослав, — раздался голос за моей спиной, и я вздрогнул от неожиданности.

Я обернулся. Екатерина Витальевна стояла у стены, сложив руки на груди, и смотрела на меня строгим взглядом, в котором, однако, читалось какое-то беспокойство.

— Я вас и искала, Ярослав, — сказала она, отходя от стены и подходя ко мне ближе. — Ректор вас срочно вызывает к себе в кабинет. У нас нет времени на долгие разговоры и объяснения, так что просто идите за мной.

— Ректор? — переспросил я, удивлённо подняв бровь. — В такой поздний час? Екатерина Витальевна, вы уверены, что это не могло бы подождать до утра? Может быть, он просто перепутал время или забыл, что сейчас уже поздно? Я правда очень сильно устал.

— Ярослав, я же уже по моему сказала вам, что у нас нет времени на вопросы, — отрезала куратор, разворачиваясь и быстрым шагом направляясь к лифту. — Идите за мной. Это правда важно. Никто бы не стал вызывать вас к себе по какой-то ерунде, тем более Павел Сергеевич.

Я пожал плечами и пошёл за ней, чувствуя, как внутри меня снова зашевелилось неприятное предчувствие. Явно не к добру все это.

Мы дошли до лифта, поднялись на верхний этаж, прошли по длинному пустому коридору, где горели только дежурные светильники, и остановились перед дверью кабинета ректора.

— Заходи, Ярослав, — сказала куратор, открывая дверь и пропуская меня вперёд. — Ректор ждёт вас.

Я зашёл в кабинет. Павел Сергеевич сидел за своим огромным столом, заваленным бумагами и папками, и его лицо было напряжённым и озабоченным.

— Ярослав, — сказал он, не вставая и даже не здороваясь. — Садитесь, пожалуйста. У меня для вас не самые приятные новости, хотя… возможно, для кого-то они могут показаться и хорошими.

— Что случилось, Павел Сергеевич? — спросил я, садясь напротив него.

— Пришло письмо из Москвы, Ярослав, — сказал ректор. — От князя Марата Страхова.

— Князь Страхов? — переспросил я. — И что же он хочет от меня, Павел Сергеевич? — спросил я, в.

— Чтобы вы приехали к нему в Москву для личной встречи и разговора, — ответил ректор, глядя мне прямо в глаза.

— Ого, — сказал я. — Это неожиданно и довольно странно. Зачем я ему? Что он может от меня хотеть?

— Я не знаю, Ярослав, — ответил ректор, разводя руками. — Князь Страхов не привык посвящать посторонних в свои планы и намерения. Но я советую вам быть крайне осторожным, потому что Страхов не тот человек, с которым можно шутить или играть в игры.

— Когда он хочет, чтобы я приехал, Павел Сергеевич? — спросил я, складывая письмо и убирая его в карман. — В конце учебного года? Или у него есть какие-то другие сроки и планы?

— Нет, Ярослав, — ответил ректор. — Вы уезжаете уже завтра утром. Машина будет подана к главному входу в семь часов утра, и водитель отвезёт вас прямо в Москву, в резиденцию князя Страхова. И будьте осторожны, Ярослав… Будьте осторожны…

Вернувшись назад в общежитие, я никому ничего не сказал. А зачем? Ребята задали бы десятки ненужных вопросов. Завтра рано вставать, и лучше не тратить на это свое драгоценное время.

Я зашёл в комнату, закрыл за собой дверь и прислонился к косяку спиной. В темноте было слышно, как дышат Игорь и Илья. По этим звукам легко можно было понять, что они уже спали. Я постоял так минуту, потом снял кроссовки и поставил их у двери, стараясь лишний раз не шуметь. Пол был липким, видимо Игорь снова пролил тут свой чай с сахаром. Когда вернусь нужно будет заставить его помыть полы. Видимо, я слишком громко выразил вслух свое недовольство так, что Безухов проснулся.

— Опять где-то полвечера ходил один по академии? Да? — голос Игоря прозвучал откуда-то из темноты, сонный и слегка хрипловатый.

Я повернул голову. Игорь лежал на своей кровати, подложив руки под голову, и смотрел в потолок.

— А ты чего не спишь? — спросил я.

— Уснёшь тут… Когда ты ходишь как привидение, — ответил он, не поворачивая головы. — Скажи честно, Ярослав. Тебе просто не нравится наша компания? Может, я слишком много болтаю? Или Илья слишком громко дышит? Куда ты пропадаешь каждый вечер?

— Твоя компания, Игорь, это лучшее, что со мной случилось с тех пор, как мы с тобой познакомились. Говорю сейчас максимально честно, друг, — сказал я, проходя к своей кровати и садясь на край.

Игорь повернул голову и посмотрел на меня. В темноте его глаза немного блестели.

— Ого, — сказал он. — С каких пор ты стал таким сентиментальным, Ярослав? На тебя это совсем не похоже. Ты же у нас сухарь и циник.

— С сегодняшних, Игорь! С сегодняшних! — ответил я, снимая комбинезон и кидая его на спинку стула. — А теперь спи давай. Уже поздно, а завтра тяжелый день.

— Ярослав, у нас всегда тяжелый день. Не только завтра. — пробормотал он и снова уткнулся в подушку.

Я лёг на спину и посмотрел в потолок. Где-то за рядышком кашлянул Илья, но даже это не помешало бы мне. Я закрыл глаза. Сон пришёл быстрее, чем я успел досчитать до десяти вурдаволков. Отлично.

Проснулся я когда за окном было ещё темно. Я специально попросил разбудить меня Алису в это время. Она явно не проспала бы.

Я сел на кровати, потёр лицо ладонями. Хотя я рано и уснул, но глаза слипались. Я посмотрел на часы. Стрелки показывали пять тридцать. Пора.

Я повернул голову. Игорь все так же спал на своей кровати. Одна нога свисала с вниз, одеяло сползло на пол. Илья лежал на боку, поджав колени к груди, и тихо посапывал. В этот момент даже немного им завидовал.

Я встал и на цыпочках прошёл к шкафу. Дверца скрипнула, и я замер. Никто не проснулся. Фух. Я достал чистую форму. Благо в академии у нас всегда был второй комплект, который нам выдали после поступления.

Столовая ещё не работала, и это меня безумно огорчало. Кухня открывалась только восемь утра. Так что на кофе можно было не рассчитывать. В лучшем случае придётся терпеть до Москвы или до первой попавшейся кофейни по дороге. Но настолько ли я сильно люблю кофе, чтобы пить его непонятно где?

Оделся бесшумно, как чертов ассасин.

Зашёл в ванную, включил воду. Она была ледяной. Видимо, трубы еще не прогрелись и я первый, кто воспользовался водой в академии в этот день. Потом умылся. Холод хоть и обжигал лицо, но помог проснуться. Это большой плюс. Почистил зубы, причесался, посмотрел на себя в зеркало.

Из отражения на меня смотрел парень с тёмными кругами под глазами. Я кивнул сам себе и вышел.

В коридорах было пусто. Неудивительно. Какой дурак еще проснется в такую рань? Я шёл достаточно быстро, но стараясь особо не топать. В такой тишине каждый шаг отдавался гулким эхом в стенах академии. Где-то далеко хлопнула дверь. Может ветер? Да кто знает.

Несмотря на теплое время года, на улице было достаточно холодно. Небо ещё не посветлело, и солнце не прогрело землю. Я стоял у главного входа, дышал свежим воздухом и считал минуты. Не люблю ждать.

Шесть сорок пять… шесть пятьдесят… Шесть пятьдесят девять…

Ровно в шесть из-за угла выехала машина.

Чёрный представительский седан с тонированными стёклами. Дорогой. Очень дорогой, это была сразу понятно. Такие машины я тут видел только однажды, когда мы ехали с Безуховым подавать документы на поступление в академию. В тот момент мне показалось, что это было очень-очень давно. Лакированный кузов блестел даже в темноте, отражая свет уличных фонарей. Колёса с низким профилем, хромированные диски. Интересно, сколько кристаллов стоит такая…

Машина остановилась прямо передо мной, двигатель затих.

Из водительской двери вышел незнакомый мужчина. Высокий, под два метра ростом, с короткой стрижкой и квадратной челюстью. Тёмный костюм, белая рубашка, галстук. На руках чёрные перчатки. Он обошёл машину, открыл багажник. Мне? Хотя чего это я удивляюсь. Кому же еще.

— Ваши вещи, господин? — спросил он, глядя на меня. Голос у него был низкий и равнодушный.

— Какие вещи? — ответил я, разведя руками. — У меня ничего нет.

Водитель удивлённо посмотрел на меня, потом на пустой багажник, потом снова на меня.

— Как скажете, господин… — сказал он и закрыл крышку багажника

Он открыл заднюю дверцу и жестом пригласил меня садиться. Пора было отправляться в путешествие.

Я уже собрался залезть внутрь, когда услышал сзади крик:

— Ярослав! Подожди…

Я обернулся. По дорожке от главного корпуса быстрым шагом шла Екатерина Витальевна. На ней была та же серая форма, что и всегда, и в руках она держала небольшую книгу в тёмном переплёте. Интересно, что она тут делает?

Она подошла ко мне, протянула книгу.

— В дороге пригодится…. — сказала она. — Путь долгий, нужно же будет как-то себя развлечь…

— Спасибо, Екатерина Витальевна! — ответил я, беря книгу.

Страницы и переплет были заметно потрепаны, явно открывалась ни единожды. На обложке не было ни названия, ни имени автора.

— Будь осторожен, Ярослав, — сказала она, развернулась и пошла обратно в академию.

Я посмотрел ей вслед, потом на книгу. Странно. Очень странно. С каких пор кураторы лично дарят студентам книги на дорогу? Нет, я конечно понимал, что не совсем обычный студент. Лидер отряда икс, рекордсмен, чемпион и прочее… Но всё же…

Я пожал плечами, сунул книгу под мышку и сел в машину на заднее сиденье.

Внутри автомобиль оказался ещё лучше, чем снаружи. Кожаные сиденья, мягкие и достаточно комфортны, как облако. Между задними креслами подлокотник с переключателями температуры, света и так далее. В дверях динамики. Безумно хотелось послушать на них что-то из прошлого мира, но увы. Наверное, музыка — единственное, чего мне прям не хватает тут.

Водитель сел за руль, завёл двигатель. Машина тронулась плавно, почти бесшумно.

— Можно включить радио? — спросил я.

Водитель молча кивнул и нажал кнопку на панели. Из динамиков полилась негромкая классическая музыка. Я разобрал звучание скрипки, виолончели, что-то меланхоличное. Некоторые инструменты были для меня вновинку.

— Спасибо! — сказал я.

Водитель ничего не ответил. Даже не кивнул. Видимо, не привык, что его могут еще и поблагодраить.

Я сидел у окна, смотрел на мелькающие за стеклом поля и леса, и думал. Видимо, у Страховых так принято: слуги мало говорят и просто процентов выполняют указания. Никаких лишних вопросов, никакой инициативы.

Я продолжил смотреть в окно, и видел за ним всю Империю.

За стеклом проплывали деревни. Маленькие, в пять-десять домов, с аккуратными заборами и огородами, не больше. Над крышами вились дымки и топили печи. Все-таки деревни всегда просыпались раньше городов.

В одной деревне я заметил мальчишку, который гнал корову на поле. Корова была рыжей, с белым пятном на боку. Парнишка слегка шлёпал её веткой по заду, и она нехотя переставляла ноги. Я усмехнулся.

Поля сменялись лесами. Берёзы, сосны, дубы. Где-то между стволами мелькали тени. То ли звери, то ли люди.

Потом пошли города. Небольшие, провинциальные. Каменные двухэтажные дома, магазины с вывесками, церкви с золотыми куполами. На улицах редкие прохожие, машины, извозчики. Города жили своей обычной размеренной жизнью.

Дирижабль. Огромный, серебристый, он плыл высоко в небе, почти касаясь облаков. На его боку красовался герб двуглавый орёл с мечом и скипетром. Имперский герб.

Я проводил его взглядом, пока он не скрылся за горизонтом. Огромная махина и безумно красивая.

Через час я уснул. Дорога меня всегда выматывала, и даже в такой машине и на таких комфортных сиденьях это не изменилось. Глаза слипались сами собой, и я провалился в темноту.

Я проснулся от того, что машина остановилась. Мы были на заправке.

— Мы уже в Москве, господин, — сказал водитель. — Еще немного, и мы доберемся до места.

Я глаза. За окном снова был этот город. Высокие здания, широкие проспекты, рекламные вывески. Люди в дорогих костюмах, женщины в шляпках, мужчины с дипломатами. Все куда-то спешат. У этого города явно был свой, особый ритм.

Я потёр лицо ладонями, зевнул.

— Остановите у ближайшего торгового центра, — сказал я. — Мне нужно кое-что купить.

Водитель кивнул и свернул к ближайшему зданию.

Торговый центр был огромным. Стеклянные стены, золотые буквы на фасаде, охранники в униформе. Я вышел из машины и направился к входу.

Внутри было светло. Магазины, различные бутики, кафе. Пахло кофе, дорогими духами и свежей выпечкой. Я прошёл мимо витрин, рассматривая товары так, чисто из любопытства.

Я нашёл отдел мужской одежды.

— Добрый день! Вам помочь? — спросила молоденькая продавщица.

Она была высокой, под метр восемьдесят, с длинными светлыми волосами, уложенными в идеальную причёску. Бёдра узкие, талия тонкая, грудь небольшая. На ней был строгий чёрный костюм, белая блузка и туфли на каблуках. Улыбка у неё была такая же идеальная, как причёска. Где они таких находят? Вообще, мне кажется, я еще не видел в этом мире некрасивую женщину. Ну или мне просто всегда везло.

— Мне нужна чёрная водолазка, чёрные брюки и чёрные ботинки, — сказал я, оглядываясь по сторонам. — Найдётся у вас такой набор?

— Конечно! Следуйте за мной… — она развернулась и пошла в глубь магазина.

Она шла быстро, цокая каблуками по плиточному полу. Мы прошли мимо стеллажей с рубашками, пиджаками, джинсами.

Она остановилась у стойки с водолазками.

— Какой размер вы носите? — спросила она, перебирая вешалки.

— Средний… — ответил я. — Если честно, я даже и не знаю… Можете как-то определить на взгляд?

Она осмотрела меня, слегка прикусив нижнюю губу, потом достала чёрную водолазку и протянула мне.

— Примерочная вон там, — она указала на дверь в конце ряда. — Если вам будет нужна моя помощь, то просто позовите. Меня зовут Ирина.

— Обязательно! — ответил я ей.

Я зашёл в примерочную. Ткань была мягкой, эластичной, приятной на ощупь. Она облегала плечи и грудь, но не жала.

— Как сидит? — спросила продавщица, оглядывая меня, когда я вышел.

— Просто отлично! — ответил я.

— Можете посмотреть в большое зеркало, — она указала на дальнюю стену.

Я подошёл. Водолазка сидела идеально. Я повернулся боком, потом спиной.

— Беру, — сказал я.

— Тогда пройдёмте к брюкам. — она снова развернулась и пошла.

Брюки мы нашли быстро. Чёрные, прямые, без стрелок.

— Так, их я тоже беру.

— Обувь? — спросила продавщица.

— Да! Последний элемент остался, — кивнул я.

Мы подошли к стойке с ботинками. Я выбрал чёрные, кожаные, с толстой подошвой и шнурками.

— Примерьте, — она протянула мне правый ботинок.

Я сел на маленькую скамеечку, снял свои кроссовки, надел ботинки. Зашнуровал. Встал, прошёлся.

— Хорошо! — сказал я. — Очень даже удобно. Обычно я не ношу такую обувь как раз таки из-за того что она неудобная.

— Я рада, что вам все подошло! — сказала Ирина.

Я даже не смотрел на цены. Просто расплатился биометрической системой, как меня учил Игорь.

Она кивнула, аккуратно сложила вещи в пакет.

Я уже собрался уходить, когда заметил на витрине очки. Тёмные, в тонкой металлической оправе.

— А это можно примерить? — спросил я.

— Конечно, — продавщица достала очки, протянула мне.

Я надел их. Посмотрел в зеркало. Очки сидели хорошо.

— Вам идёт, — сказала она.

— Мне кажется, я буду похож на агента тайной полиции, — ответил я, снимая очки и ставя их на место.

— А вы кто? — спросила она, улыбнувшись.

— Охотник, — сказал я и вышел. — Последний охотник империи…

Рядом с торговым центром была кофейня. Маленькая, уютная, с деревянными столиками и живыми цветами на подоконниках. Колокольчик над дверью звякнул.

Внутри было тепло. Пахло кофе, корицей и выпечкой. За стойкой стоял бариста — м олодой парень в чёрном фартуке.

— Добрый день, — сказал он. — Что будете заказывать?

— Большой капучино и вот этот вот круассан.

— С собой или здесь? — спросил он меня.

— Здесь, пожалуй… — я решил никуда не торопиться.

— Проходите, садитесь за понравившийся свободный столик. Я всё принесу. Пять минут. — сказал мне бариста

Я сел у окна. Столик был маленьким, круглым, с салфеткой и меню. Я взял меню, полистал. Пирожные, круассаны, сэндвичи. Все, что нужно в такой час.

Через минуту бармен принёс мой заказ. Большая белая чашка, коричневая пенка, рисунок в виде птицы

— Приятного аппетита, — сказал он и отошёл.

Я взял чашку. Она была горячей, почти обжигала пальцы. Отпил глоток. Кофе был горьким, с молочной пеной и терпким послевкусием. Я сделал второй глоток, третий.

Я смотрел в окно на прохожих. Мужчина в странном пиджаке переходил улицу, женщина с ребёнком заходила в магазин, старик кормил голубей на скамейке. Обычная жизнь. Как давно у меня такого не было. Это был единственный раз за долгий период, когда я чувствовал себя более-менее спокойно. Даже если бы Ахметов хотел мне что-то сделать, то сейчас он бы не стал. Никто в мперии не посмеет пойти поперек интересам Страховых. В этом для меня были свои плюсы.

Через пять минут я допил кофе.

— Спасибо большое! — сказал я бармену.

— Приходите еще, — ответил он.

— Обязательно! — ответил я, хотя не был уверен, что когда-то еще тут побываю.

Я вернулся в машину.

— Погнали дальше. — сказал я.

Он кивнул. и мы поехали.

Мы ехали по Москве. Проспекты, улицы, переулки. Машина петляла между домами, и я не запоминал дорогу. Я смотрел в окно и думал о своём.

Наконец мы свернули на широкую аллею, обсаженную вековыми дубами. В конце аллеи стояли ворота. Кованые, чёрные, с золотым гербом. На нем был изображен медведь, разрывающий цепь. Красиво.

Охранник в такой же чёрной форме, как у водителя, вышел из будки, заглянул в окно, кивнул и открыл ворота.

Мы въехали.

Резиденция Страховых была не просто дорогой, а скорее роскошной. Главное здание — трёхэтажный особняк из белого камня, с колоннами, лепниной и башенками. Вокруг него парк с фонтанами, статуями и подстриженными кустами. Дорожки посыпаны мраморной крошкой, которая хрустела под колёсами машины. У Безуховых по сравнению с этим был просто сад и сарайчик.

Машина остановилась у главного входа. Водитель вышел, открыл мне дверь.

На ступенях стояла девушка. Брюнетка, в очках, в белой рубашке, которая едва сдерживала её пышную грудь. Тёмные волосы собраны в пучок, тонкие очки, из-под которой смотрели внимательные карие глаза.

Она поправила очки, подошла ко мне.

— Ярослав Шереметьев? — спросила она.

— Да, это я. День добрый! — ответил я.

— Добрый день. Меня зовут Мария Сычёва, я личный ассистент князя Страхова… — сказала она, протягивая мне руку.

Я пожал её. Ладонь у неё была тёплой, пальцы длинные. Ногти коротко стрижены, без лака, но ухоженные.

— Князь Марат Страхов сейчас занят, — сказала она, поправляя очки. — Но он хочет встретиться с вами перед ужином. У вас есть три часа свободного времени.

— А я надолго вообще тут? — спросил я, глядя на её большие… кхм… в её большие глаза.

Она улыбнулась — скорее всего все поняла.

— Это решит князь. Увы, мне об этом неизвестно, — ответила она. — А сейчас позвольте, я провожу вас в вашу комнату.

Гостевой дом стоял чуть поодаль от главного здания, за небольшим прудом с золотыми рыбками. Двухэтажный, из красного кирпича, с белыми наличниками на окнах.

Мария открыла дверь и жестом пригласила меня войти.

Внутри было просторно. Прихожая с вешалкой и тумбой для обуви. Гостиная с диваном и креслами, обитыми тёмно-зелёным бархатом. Спальня с огромной кроватью, застеленной белоснежным бельём. В углу был письменный стол, на стене какая-то картина. Пейзаж: лес, озеро, закат. В принципе, ничего особо запоминающегося.

— Ванная слева. Кухня и мини бар справа, — сказала Мария, показывая рукой. — Если что-то понадобится, нажмите на кнопку вызова, и к вам придет кто-то их персонала.

Она указала на маленькую чёрную кнопку на стене.

— Спасибо большое, Мария! — ответил я.

Она кивнула и вышла.

Я остался один.

Я прошёлся по комнате. Диван мягкий, кресла удобные, кровать широкая. Я лёг на неё, раскинув руки в стороны. Матрас был упругим, подушка не слишком высокой, а простыня достаточно прохладной.

Стало скучно. Я не знал, чем заняться. Телефона у меня не было, хотя смартфонов в этом мире не было вообще, телевизора тоже…. Я посмотрел на потолок, потом на стену, на картину. И что я тут буду делать целых три часа?

Я встал, подошёл к окну. За ним был пруд с золотыми рыбками. Рыбки плавали медленно, лениво, их чешуя блестела на солнце. Отошёл от окна, сел на кровать…

И тут я вспомнил про книгу, которую мне дала Екатерина Витальевна. Бинго! Теперь будет чем заняться.

Я встал, подошёл к пакету с моей формой академии, висевшему на стуле. Достал из кармана тёмный переплёт. Сел на кровать, открыл первую страницу и обомлел. Там был текст, обращённый ко мне.

Я сидел на кровати, сжимая в руках старую книгу в тёмном кожаном переплёте. Кожа была потрескавшейся, с тёмными пятнами. Она явно была очень старой. На вид ей был не один десяток лет.

«Что за херня, Алиса? — спросил я свою призрачную подругу — Ты видишь,? Обращение ко мне…»

«Ярослав… Ту уж извини меня. Я не сдержалась и уже прочитала всё, что там написано, а не только начало… — выпалила Алиса, и в её голосе послышалось что-то похожее на раскаяние что ли. — Ещё в тот самый момент, когда ты её получил от Екатерины Витальевны, когда мы только ехали в машине. Я просто не удержалась, Ярослав».

«Ну хорошо и что там, внутри? — спросил я. — Стоить тратить время? Ты могла бы просто рассказать мне.»

«Ты должен сам прочитать, Ярослав, — ответила Алиса серьезным голосом, без привычной игривости. — Это не моя тайна… Ладно, я и так сказал уже много. Читай»

Она пропала и перестала мне отвечать. Я пробовал звать её, но было бесполезно. Если Алиса решила, что не будет в этом участвовать, то её не заставить. Хоть она и призрак, но в первую очередь все-таки женщина, а они существа упрямые. Иногда мне казалось, что они вообще с другой планет. НУ да ладно. Я вздохнул и открыл книгу на первой странице.

**Первая запись.**

«Ярослав, я слишком много лет жила с этой болью внутри себя… — было написано в самом начале, на первой странице. — Я думала про это каждый божий день… Каждую ночь… Иногда даже каждую минуту. Клянусь тебе, не было и дня, чтобы я не вспоминала об этом, и не проклинала себя за слабость… за трусость… За все эти ошибки, что я совершила в своей жизни. Но таков мой путь, и я его принимаю».

Я провёл пальцами по строчкам. Буквы были крупными, неровными, с сильным нажимом. Явно писала на эмоциях.

«Она явно нервничала, когда это писала», — заметила вернувшаяся Алиса.

«Не отвлекай, — ответил я. — И ты вообще решила не разговаривать!»

Я продолжил читать.

'Когда ты попал в академию… По началу я обрадовалась, но потом мне стало ещё тяжелее… — читал я дальше. — Потому что я видела тебя каждый день, но не могла подойти… Не могла обнять… Сказать, кто я на самом деле. МНЕ ХОТЕЛОСЬ КРИЧАТЬ!!! Хотя я и специально держалась тут, в академии, из последних сил. Я надеялась, что однажды ты попадёшь сюда. Именно по этой причине я и стала вашим куратором. Не потому, что мне нравится возиться с первокурсниками. Я ждала тебя. Ждала годами, и все таки дождалась… Наконец-то… Я больше не могу скрывать эту горькую правду, Ярослав. Надеюсь, после того, как ты прочтёшь это, ты сохранишь мою тайну и поймёшь меня. Не надо меня ненавидеть. Я не заслужила ненависти, как и не заслужила прощение. Но я прошу хотя бы просто понимания.

Подпись: М…'

Я перелистнул страницу. Не хотелось пока ничего обсуждать с Алисой, хотя у меня уже были свои догадки. Дальше шли еще записи. Старые, выцветшие, с датами, которые я едва мог разобрать.

12 октября. **** год

'Я сижу в своей комнате в академии, — было написано в самом верху. — За окном темно, фонари горят тускло и я вижу, как ветер качает ветки старой берёзы. Я пишу этот текст на коленке… бумага дрожит, потому что руки не слушаются, а в груди болит так, будто кто-то вонзил туда нож. Впервые я узнала, что такое, когда болит душа…

Иван сегодня уехал из академии. Уехал навсегда. Я хотела его остановить… Броситься ему на шею и просить остаться. Я правда хотела. Хотела, но не смогла. Он даже не посмотрел на меня, когда собирал вещи. Даже не взглянул.

Ему будет лучше без меня, без академии и всего этого дерьма. Наверное, он сделал свой выбор, и хочет забыть всё что было. Значит, забыть и меня… потому что я всегда теперь буду напоминать ему о том, что тут случилось… Напоминать об ошибке, о том портале… Напоминать про Таю, которую мы не смогли спасти…

Я не могу его винить. Мы потеряли друга, а он потерял часть себя там, в том лесу… А я? Я потеряла его… и это больно. Очень больно. Словно кто-то вырвал кусок моего сердца и растоптал его грязными сапогами.

Я не знаю, как жить дальше. Как смотреть на пустое место за столом, ведь он всегда сидел рядом со мной. Как ходить по коридорам, где мы раньше бродили вместе до самого заката солнца и разговаривали о всякой ерунде. Может, я тоже должна уйти? Может, мне тоже не место здесь, без него? Но я не могу. Отец не позволит… Хотя мне бы очень хотелось… Почему в такой тяжелый момент Ивана нет рядом со мной. Я хотела ему написать, но ему, наверное, сейчас не до меня…'

Я перечитал этот абзац три раза, потом четвёртый.

«Читай дальше, Ярослав, — тихо ответила девочка-призрак. — Там всё написано. Только не торопись».

«Я не могу не торопиться, Алиса», — ответил я, перелистывая страницу.

15 ноября.

'Я узнала страшное… Безумно страшное… — писал дрожащий почерк. — Не знаю, как быть и что мне делать. У меня нет ни сил, ни мужества, чтобы принять правильное решение, но и ошибаться я не имею права.

Я не могу вечно это скрывать. Не могу притворяться, что ничего не случилось. Если мой отец узнает, он меня просто убьёт. Задушит прямо на месте. Он способен на всё. Он уже убивал людей, которые вставали у него на пути. Он не пожалеет и собственную дочь. Аристократы слишком сильно дорожат своей репутацией и честью рода.

Я решила рассказать об этом своей старшей сестре. Только она сможет меня понять. Только она не предаст. Я надеюсь на неё и молюсь за неё, потому что если она меня подведёт, у меня никого не останется. Безумно жду нашей встречи.

20 ноября.

'Я рассказала сестре всё… Лучше бы я этого не делала… — строки были кривыми, а нажим пера слишком сильными. На страницах были еле заметные следы от воды, будто она плакала. — А она взяла и сдала меня отцу, даже не думая и не сомневаясь. Теперь я осталась одна… практически…

Он в ярости… Я никогда не видела его таким злым и беспощадным, как в тот день, когда он вломился в мою комнату в нашем родовом поместье. Он кричал, что я опозорила весь наш род. Что если я не избавлюсь от ребёнка прямо сейчас, он выгонит меня на улицу и отречется от меня. Много говорил о том, что никто не посмеет мне помочь, потому что тот, кто поможет, поплатится жизнью. Я не знаю, как он не ударил меня. Он мог. Уверена, что мог… Но не стал…

Я не знаю, что делать. У меня нет ни денег, ни дома, ни человека, который бы меня приютил. Я одна. Совсем одна.'

Я сжал книгу так, что затрещала обложка.

«Она была беременна… А они её предали…» — прошипел я сквозь зубы.

«Читай дальше, Ярослав!» — мягко сказала Алиса.

«Я читаю!» — ответил своей призрачной помощнице.

25 ноября.

'Мама поговорила с отцом… Спасибо ей…. Я не знаю, что она ему сказала, какие слова подобрала. Может, напомнила ему, что я его дочь… Скорее всего напомнила, что если я сделаю то на чем он настаивает, то у меня больше может не быть детей. Мой отец никак не может этого допустить. Думаю, именно в этом и скрывается настоящая причина того, что он стал мягче.

Так или иначе, он изменил своё решение. Правда частично…

Он разрешил мне родить ребёнка. Позволил мне доносить его и родить, но объявил, что после этого от малыша нужно избавиться. Отдать в приют или ещё куда-нибудь. Куда, ему все равно. Подальше, в другую губернию, в другой город. Чтобы никто никогда не узнал, что в нашем роду был этот позор. Чтобы ни одна живая душа не связала меня с этим ребёнком.

Я согласилась. У меня не было выбора.

Я забрала свои документы из академии в тот же день. Сказала ректору, что уезжаю из страны на год, чтобы отдохнуть и прийти в себя после всего случившегося.

Меня спрятали в нашей Уральской усадьбе. Старый дом, глухая деревня, ни души вокруг. Никто не знал, что я беременна. Никто не должен был узнать. Если правда выйдет наружу, отец убьёт и меня, и ребёнка. На данный момент это лучшее, что со мной случалось за последние несколько недель. Мне тут хорошо. Рядом нет отца, сестры и остальных… Только я, слуги и мой малыш…

Следующая запись была без даты.

'Мой живот растёт с каждым днём. Иногда, когда я просыпаюсь и смотрю в зеркало, мне кажется, что он стал больше за ночь. Я чувствую, как он шевелится внутри меня. Как его маленькие ручки и ножки упираются мне в рёбра и в живот. Как он вертится, когда я ложусь спать. Это прекрасное чувство. Ничего такого в моей жизни никогда не было. Даже когда мы были вместе с Иваном, и все было хорошо…

Иногда я плачу по ночам, когда никто не видит. Иногда смеюсь, потому что не могу больше плакать.

Я говорю с ним. Рассказываю о том, какой мир его ждёт. О том, что я люблю его. О том, что хочу, чтобы он жил и был счастлив. Даже если меня рядом не будет. Даже если я никогда не увижу его улыбку…

Я дала ему имя. Ярослав. Красивое имя. Мне очень нравится. Сильное. Пусть он будет сильным. Сильнее меня. Сильнее его отца. Сильнее всех нас, вместе взятых'.

«Она дала тебе имя…» — сказала Алиса.

«Этому телу… — поправил я. — Она дала имя этому телу».

«Какая разница, Ярослав? — спросила Алиса. — Ты его носишь. Ты им живёшь».

«Не начинай…» — ответил я и продолжил чтение.

Середина лета

'Он родился…. Мой маленький Ярослав. Сегодня. Буквально несколько часов назад.

Такой маленький. Кричит громко, будто уже знает, что его хотят забрать у меня и куда-то унести. У него глаза Ивана…. Его и взгляд. Я смотрела на него и не могла поверить, что этот маленький комочек жизни — часть меня.

Я держала его в своих руках и поняла, что не могу. Не могу отдать его в приют и не дам сделать им ничего ему плохого. НИКОГДА! Я оправлю малыша его отцу. Ивану Шереметьеву.

Он не бросит его. Я знаю это точно. Он не такой, как мой отец… Он не такой, как все эти чёрствые, бездушные аристократы, которые думают только о деньгах и власти. Он примет его и воспитает настоящим мужчиной. Он даст ему всё, что я не могу дать.

Я не знаю, как он отреагирует. Не знаю, захочет ли он вообще видеть этого ребёнка, но у меня нет другого выхода… Я подкупила нашего водителя и через неделю, когда малыш окрепнет, он отвезет Ярослава к его отцу. Господи, пускай у меня все получится'.

«Она отправила тебя к отцу, — сказала Алиса. — К Ивану Шереметьеву».

«Алиса, так говоришь, как будто я сам не догадался из прочитанного!» — буркнул я

«Я девочка. Ты что никогда не жил с девушками? Мы всегда так реагируем на подобное», — сказала она.

«Не жил. Только ночевал. Видимо, мне повезло», — ответил я своей подруге.

1 Сентября

'Я решила разорвать отношения со всей моей семьёй сегодня раз и навсегда. Я ушла из дома и не взяла с собой ничего. Ни денег, ни документов, ни тёплой одежды. Только то, что было на мне.

Я больше никогда не вернусь в этот проклятый дом. Никогда не скажу «здравствуй» своим родителям. Никогда не позволю им снова управлять моей жизнью, моими чувствами. Я свободна. Наконец-то я чувствую себя по настоящему свободной. Единственное за что я виню себя, что не сделал этого раньше… А должна была.

Меня позвали назад в академию. Доучиться, а потом работать там. Я согласилась, не раздумывая ни секунды. Не хочу иметь ничего общего с этими людьми. С этим родом.

Я уверена, что с моим сыном всё будет хорошо. Иван не даст его в обиду. Он хороший человек. Он сильный, справлялся и не с таким.

Надеюсь, мы когда-нибудь увидимся с Ярославом. Когда-нибудь он тоже поступит учиться в академию и тут я наконец-то с ним увижусь. До этого времени я буду усердно работать и ждать. Просто ждать этого момента…

Дневник закончился.

Последние страницы были пустыми. Только в самом низу, где-то на корешке, чья-то рука вывела: «М».

Я закрыл книгу и положил её на кровать.

«Алиса…» — сказал я, глядя в потолок.

«Я здесь, Ярослав… — ответила она. — Я всё время здесь. Не забывай об этом»

«Что я должен чувствовать? — спросил я. — Как на это реагировать? Понимаешь, по факту это даже не моя мать. Я просто попаданец из другого мира. У меня была другая жизнь».

«Но ты же чувствуешь что-то, — сказала Алиса. — Я это знаю».

«Да, — ответил я. — Чувствую, и это странно. Очень странно и почему-то тяжело. Если честно, то никогда раньше не испытывал ничего подобного. Это как удар под дых, от которого не можешь отдышаться. Единственное сравнение, которое я могу сейчас подобрать».

«Это нормально, Ярослав. Ты живёшь в этом теле уже много месяцев. Дышишь его лёгкими. Смотришь его глазами. Его кровь течёт в твоих жилах», — ответила моя призрачная подруга.

«Но что я могу точно сказать. Мне безумно жалко её. То, как с ней поступили в такой ситуации собственные родители это низко. Если когда-то у меня получится путешествовать по времени, я вернусь в прошлое и разобью её параше его тупую башку!» — недовольно буркнул.

«Я в тебе никогда не сомневалась Ярослав! — рассмеялась Алиса. — Но ты прав… Мне её тоже безумно жалко. Они лишили её самого главного, что есть в жизни любой женщины. Лишили её ребенка».

«Ну и кстати, судя по тому, что случилось с предыдущим Ярославом… Иван Иванович со своей задачей не особо справился…» — заметил я.

«А ещё я не знаю, что мне ей сказать, когда мы вернемся…» — сказал я девочке-призраку.

«Она хороший человек. Добрый. Скажи, что простил… Она именно этого и ждала все эти годы», — сказал Алиса.

«Думаю, что ты права», — ответил я ей.

«Но кстати, теперь многое становится понятно…» — сказала девочка-призрак.

«Например что?» — удивленно спросил я.

«Почему у тебя предрасположенность ко всем видам магии, — ответила она. — Как мы видели, Екатерина Витальевна владеет двумя стихиями, землей и водой, а Иван Иванович точно владел огнем и возможно ещё воздухом. Отсюда становится понятными, почему у тебя предрасположенность сразу ко всем стихиям.»

«Да, это вполне логично. — сказал я. — Ну спасибо им за такую потрясающую генетику».

Мы замолчали. Я водил пальцем по дневнику вверх-вниз и думал о своем.

Неожиданно в дверь постучали.

Я взял книгу, положил её на тумбочку и подошел к двери.

— Кто там? — спросил я, в ответ тишина.

В дверь снова постучали.

Я подошёл, открыл. На пороге стоял князь Марат Страхов.

— Ярослав, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Приветствую тебя! Как добрался? Ты готов к прогулке? Я буду ждать тебя на улице. Мы пройдёмся по саду, поговорим, а потом нас будут ждать на ужин.

— Хорошо, — ответил я. — Дайте мне пять минут, ваша светлость. Меня не предупредили, что вы зайдете за мной.

— Потому что никто этого не знал. Я подожду… — он развернулся и пошёл к выходу из гостевого дома.

Я закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Мда, не каждый день самый влиятельный человек империи стучится в твои двери.

Я подошёл к зеркалу, поправил воротник водолазки, пригладил волосы. Посмотрел на себяй. Ну какой же красавец. Я усмехнулся, развернулся и вышел.

На улице было темно. На территории ещё не включили фонари, хотя пора бы уже.

Князь стоял у крыльца, заложив руки за спину. Он смотрел на пруд с золотыми рыбками, но я не был уверен, что он их видит. Скорее он думал о чём-то своём.

— Князь, я готов. Извините ещё раз, что заставил вас ждать… Мы можем идти? — вежливо спросил я у него.

— Идём, Ярослав, — сказал он, не оборачиваясь. — Не будем зря терять время.

Я подошёл и встал рядом.

— Вы сказали, что хотите поговорить, ваша светлость… — сказал я, глядя не на него, а вперёд. — О чем? Думаю точно что-то серьезное, раз вы прислали за мной машину в академию…

— Хочу, Ярослав, и да, разговор будет и правда серьезный… — ответил он и сделал первый шаг в сторону главного дома.

Я пошёл за ним. Вечер обещал быть очень интересным…

— Ярослав, а ты хорошо знаешь историю нашей Империи? — спросил князь Страхов, когда мы шли по выложенной мраморной крошкой дорожке.

Я посмотрел на него. Он шёл рядом, заложив руки за спину, и смотрел прямо перед собой.

— Относительно неплохо, как мне кажется, ваша светлость, — ответил я. — Не скажу, что знаю наизусть все важные события и даты имперской истории, но в целом мне эта тема интересна. Я стараюсь внимательно изучать её на уроках в академии и в свободное время. Все события в жизни достаточно цикличны, и тот, кто знает историю, может не допустить ошибок прошлого в будущем. Мне кажется это важным.

— Неожиданно. Похвально, Ярослав, — сказал князь, и в его голосе послышалось что-то издалека напоминающее одобрение. — Очень похвально для молодого человека, который только начинает свой путь в этом непростом мире. Правильно мыслишь. Мне это нравится.

— Спасибо, ваша светлость… — ответил я.

— Тогда ты должен знать, что наша семья не всегда была на тех позициях, которые занимает сейчас, верно? — продолжал князь, слегка поворачивая голову в мою сторону.

— Да, ваша светлость, — сказал я, чувствуя, что разговор становится интереснее. — Что было так — знаю, но не в подробностях. Информации на этот счёт действительно очень мало, но я слышал некоторые отрывочные сведения и разные версии произошедшего.

— Скорее всего, Ярослав, ты слышал лишь байки и легенды,.. Ненавижу их! — усмехнулся князь. — Сейчас редко где можно найти настоящую, достоверную информацию о тех далёких и не самых приятных событиях.

— Я понимаю, ваша светлость, — ответил я, ускоряя шаг, чтобы идти с ним в ногу.

— Знаешь ли ты, Ярослав, что раньше Империя была совсем не такой, какой ты видишь её сейчас… — сказал князь, и его голос стал тише, будто он делился со мной большой тайной. — Долгие годы, десятилетия и даже столетия всем управлял другой род, о котором сейчас почти никто не вспоминает добрым словом.

— Я слышал что-то об этом, ваша светлость, — ответил я, понимая, куда он клонит.

— Люди хотели как можно скорее забыть те неприятные времена, когда правление одного рода принесло столько страданий и лишений… — продолжал князь, и его лицо стало более серьезным. — Но забыть историю, Ярослав, значит обречь себя на её повторение в будущем, со всеми вытекающими из этого последствиями. Ты правильно это заметил.

Он задумался. Сделал паузу, и в этой тишине я услышал, как мраморная крошка хрустит под его тяжёлыми шагами.

— Раньше, Ярослав, главным родом Империи, не считая императорскую фамилию, были Чеховы… — сказал князь.

«Ярослав, — мысленно сказала Алиса с тревогой в голосе. — Он заговорил о Чеховых… О роде Виктора»

«Я понял, Алиса, — ответил я, стараясь сохранять спокойное выражение лица. — Я ничем себя не выдам и не покажу, что осведомлён об этой истории».

— Долгие годы, Ярослав, они управляли Империей, и наша страна выглядела совсем не так, как сейчас, — продолжал князь, не глядя на меня. — Ты ведь был и в Москве, и в Новом Петербурге, правда?

— Да, ваша светлость, — ответил я. — Мне довелось побывать в обоих городах, и они произвели на меня очень сильное впечатление.

— И как тебе города, Ярослав? — спросил князь, и в его голосе звучала заметная гордость. — Что ты о них думаешь, глядя на их широкие проспекты, высокие здания и спокойные, ухоженные улицы?

— Они достаточно красивы, ваша светлость, — ответил я. — В них чувствуется порядок, стабильность и какая-то особая что-ли уверенность в завтрашнем дне…

— При Чеховых, Ярослав, всё было совершенно по-другому… — сказал князь, и его голос стал жёстче. — Они правили через кровь, насилие и подавление любого, кто осмеливался им перечить.

— Я не знал всех этих подробностей, ваша светлость, — сказал я.

Виктор рассказывал эту историю не так.

— Деньги, Ярослав, за кристаллы… Они распределялись между ними и императорской казной, а остальные рода получали лишь жалкие крохи, которых едва хватало на выживание, — продолжал князь. — Нищета, голод, бесправие и страх перед завтрашним днём — вот что такое была Империя во времена правления Чеховых.

— Это ужасно, ваша светлость… — сказал я, хотя понимал, что слышу лишь одну сторону этой истории.

— Чеховы уничтожали целые рода, которые казались им хоть сколько-нибудь опасными или неудобными, — продолжил князь. — Они стравливали неугодных друг с другом, а когда те ослабевали в междоусобных войнах, добивали остатки одним ударом. Такие вот у них были методы.

— Видимо они были жестокими правителями, ваша светлость, — сказал я.

— Они были не просто жестокими, Ярослав, — ответил князь, останавливаясь и глядя мне прямо в глаза. — Они были чудовищами в человеческом обличье, которые не знали ни пощады, ни сострадания, ни жалости к своим жертвам. Самые настоящие ублюдки!

Я прочитал в его глазах всю злость и ненависть.

Мы постояли так пару секунд, потом он снова пошёл вперёд, и я двинулся за ним.

— Тогда я и другие князья, которые тоже устали от этого беспредела и произвола, поняли, что нужно что-то менять… — продолжал Страхов. — Мы не могли больше смотреть на то, как страдает наша Империя и гибнут подданные. Как эти звери убивают по своей прихоти.

— И что же вы сделали, ваша светлость? — спросил я, хотя уже догадывался, каким будет ответ.

— Мы создали союз, Ярослав, — сказал князь с гордостью в голосе. — Союз сильных, независимых родов, которые не хотели жить под гнётом Чеховых и были готовы бороться за свою свободу и независимость.

— Это было очень рискованное предприятие, ваша светлость, — заметил я. — Не каждый пошел бы на такой риск.

— Мы прекрасно понимали, что император и сам давно уже устал от засилья Чеховых и их бесконечных амбиций. Они всегда были голодны и хотели еще и еще… — продолжал князь, не обращая внимания на мои слова. — Но он не был готов вести с ними войну открыто, потому что понимал, что это может сильно ослабить государство и привести к непоправимым последствиям для всей Империи.

— И как же вы поступили в такой сложной ситуации, ваша светлость? — спросил я, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение.

— Мы нашли способ убедить его, что он может не вступать в нашу войну с Чеховыми, — сказал князь. — Мы дали ему понять, что если он не вмешается, то после нашей победы мы не будем претендовать на трон и сохраним его власть, и продолжим ему службу на благо империи.

— Звучит как очень выгодная сделка для всех сторон, ваша светлость, — заметил я, стараясь не выдать своего истинного отношения к этим словам.

— Так оно и было, Ярослав, — кивнул князь. — Мы создали союз, объявили Чеховым войну и после долгой, кровопролитной борьбы, которая длилась несколько лет, одержали победу. Безоговорочную победу.

— Это была тяжелая война, ваша светлость? — сказал я, чувствуя, как у меня пересохло в горле.

— Она была непростой, Ярослав, — ответил князь Страхов. — Мы потеряли много хороших людей, верных друзей и надёжных союзников. Но мы понимали, что по-другому не получится, и что выбора у нас, по сути, не было. Победа стоила такой цены.

— Война никогда не бывает лёгкой и бескровной, Ваше Сиятельство. Даже такой молодой аристократ, как я, знает это. Увы, — сказал я достаточно спокойным голосом.

— Мы понимали, что нам придётся убить их всех… — продолжал князь свой рассказ. — Понимали, что это жестоко и беспощадно, что это не делает нас лучше, чем они. Я долго думал, как быть в этой ситуации.

— Но вы всё равно это сделали, ваша светлость, — сказал я.

— Я сделал то, что должен был сделать, Ярослав, — буркнул князь, и в его голосе не было ни капли сомнений в правильности своего решения. — Кто-то из Чеховых успел сбежать, но мы их так и не нашли, несмотря на все наши усилия и поиски.

— Думаете, они могли выжить и где-то скрываться, ваша светлость? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более равнодушно.

Ведь я знал правильный ответ на этот вопрос.

— Думаю, они давно уже все умерли где-то в глуши, от болезней или от старости… — ответил князь, пожимая плечами. — Иначе кто-то из этого рода уже давно появился бы на политической арене и попытался вернуть былое величие и восстановить справедливость. У него, конечно же ничего бы не вышло, но попытка точно была бы.

— Возможно, вы и правы, ваша светлость, — сказал я, хотя в душе уже знал, что он ошибается.

— И вот тогда, когда мы освободили Империю от этого проклятого рода, мои друзья и соратники… Те, с кем мы вместе всё это организовали и прошли долгий, тяжёлый путь, — продолжал Страхов, и в его голосе послышалась горечь, — они не захотели жить в новом, только что построенном нами мире.

— Почему же, ваша светлость? — спросил я, хотя уже догадывался о причине.

— Каждый хотел бы отхватить себе кусок пожирнее, — сказал князь с ощутимым презрением в голосе. — А кто-то вообще хотел бы занять место Чеховых и вести свою политику так же жестоко и беспощадно, как они когда-то. Представляешь? Они так ничему и не научились…

— Это была бы новая война, ваша светлость… — сказал я.

— Верно… Империя была слишком слаба, Ярослав, — сказал князь. — Она не выдержала бы ещё одной междоусобной войны, нового витка насилия и братоубийственных распрей. Я не мог этого допустить…

— И что же вы сделали, ваша светлость? — спросил я.

— Я пошёл к императору и рассказал ему о той угрозе, которая нависла над Империей! — сказал князь. — Мы вместе пришли к этому сложному, тяжёлому, но, к сожалению, единственно возможному решению.

— И что это было за решение, ваша светлость? — спросил я.

— Нужно было убить каждого, Ярослав… — сказал князь, и в его голосе не было ни капли сомнения. — Тех, кто вчера был моими друзьями и соратниками. Тех, с кем мы вместе ели один хлеб. Язва жадности глубоко осела в их мозгах, и достать её оттуда было уже невозможно.

— Это было жестокое решение, ваша светлость, — сказал я.

— Это было кровавое время, Ярослав, — ответил князь. — Сложное, тяжёлое и очень неоднозначное. Но только после всего этого ты можешь видеть нашу Империю такой, какая она есть сейчас, и наслаждаться её красотой, спокойствием и процветанием. Сейчас я понимаю, что это была достойная цена будущего… Нашего будущего и будущего всей Империи, Ярослав.

— Я понимаю вас, ваша светлость, — сказал я. —

— К чему я всё это тебе рассказываю, Ярослав, — продолжил князь, останавливаясь и поворачиваясь ко мне лицом. — Чтобы ты понял одну простую, но очень важную вещь: для того, чтобы Империя жила и процветала, нужны сложные, подчас очень жестокие и непопулярные решения. Без этого не обойтись.

— Хоть на вид я и очень юн, но я всегда это знал, ваша светлость… — ответил я.

— Тяжело держать всё это, Ярослав, — сказал князь, и в его голосе послышалась легкая усталость. — Тяжело брать на себя ответственность за судьбы миллионов людей… За будущее целой страны и жизнь каждого отдельного человека.

— Я не могу себе этого даже представить, ваша светлость, — сказал я.

— Но ради Империи приходится, Ярослав, — продолжал князь. — Ради неё приходится идти на жертвы, совершать поступки, о которых потом, возможно, будешь жалеть всю оставшуюся жизнь, и принимать решения, которые лягут тяжёлым грузом на совесть.

Мы пошли дальше.

— У меня есть свои люди везде, Ярослав, — сказал князь. — Даже в академии, которую вы считаете своей вотчиной и неприступной крепостью. Даже там у меня есть глаза и уши.

— Я не сомневаюсь в вашей осведомлённости, ваша светлость, — ответил я.

— И я прекрасно осведомлён о том, что ваш ректор, Павел Сергеевич Яковлев, не особо меня жалует и не испытывает ко мне тёплых чувств, — продолжал Страхов, усмехнувшись. — Мне в принципе это и ненужно.

— Ещё бы, ваша светлость, — сказал я, стараясь, чтобы в моём голосе не прозвучало лишних эмоций. — Кто вообще любит своих начальников, которые постоянно указывают, что делать и как жить?

— Вот именно, Ярослав, — кивнул князь. — Меня бы это устроило, но я знаю, что он что-то замышляет и готовит в тишине своих кабинетов, окружённый верными ему людьми. Я не могу то доказать, но уверен в этом.

— И что же он может замышлять, ваша светлость? — спросил я.

— В последнее время, Ярослав, я вижу, что в зоне при вашей академии стало появляться слишком много порталов с существами… — продолжал князь, не отвечая на мой вопрос. — Это вызывает у меня определённое беспокойство и тревогу за будущее. Академия не облагается налогами, и все ресурсы, которые она добывает, идут на её собственные нужды, развитие и процветание.

Он сделал небольшую паузу.

— Я это прекрасно знаю, Ярослав, — кивнул князь. — Но я предполагаю, что если так продолжится дальше, и эта тенденция будет нарастать, то через некоторое время академия сможет стать полностью независимой от внешнего финансирования.

— И что в этом плохого, ваша светлость? — спросил я.

— Представь себе, Ярослав, — сказал князь, — появляется новый, очень сильный и влиятельный игрок. Целая академия боевых магов, у которой есть деньги, власть, ресурсы и, самое главное, возможность двигаться в направлении, выбранном самостоятельно. Не думаю, что Павел Сергеевич Яковлев мог до такого додуматься, но что если да?

— Это может быть опасно, ваша светлость, — признал я.

— Вот именно, Ярослав, — сказал князь, глядя мне прямо в глаза. — Вот именно!!!

— Но зачем вы мне всё это рассказываете, ваша светлость? — спросил я, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение. — Я всего лишь студент, который приехал к вам в гости по вашему же приглашению.

— Я хочу сделать тебе интересное и, я надеюсь, очень выгодное для тебя предложение, Ярослав, — сказал князь.

— Я внимательно вас слушаю, ваша светлость, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.

— Я знаю, что ты и твои друзья очень близки с ректором Яковлевым, — продолжал Страхов. — И это вполне объяснимо и даже похвально, потому что таких перспективных и подающих большие надежды юношей, как ты, надо держать при себе как можно ближе. Это верное решение.

— У нас просто хорошие и доверительные отношения, ваша светлость, — ответил я. — Они хорошо учат и помогают нам.

— Я предлагаю тебе, Ярослав, стать моим тайным агентом в академии, — сказал князь. — Ты будешь рассказывать мне всё, что происходит за её стенами, и что замышляет ваш многоуважаемый ректор.

— Вы хотите, чтобы я стал вашим шпионом, ваша светлость? — переспросил я, чувствуя, как внутри меня закипает негодование.

— Почему же сразу шпионом, Ярослав! — усмехнулся князь. — Давай назовём это более благородно и изящно — моим личным доверенным агентом, который помогает мне поддерживать порядок и стабильность в Империи. Как тебе такое?

— А если я откажусь, ваша светлость? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более твёрдо.

— Ты можешь отказаться, Ярослав, и тогда я найду другого человека для этого важного и ответственного дела… — сказал князь, пожимая плечами. — Но подумай, какие перспективы открываются перед тобой в случае твоего положительного ответа.

— Какие же, князь? — спросил я.

— Я предлагаю тебе уже сейчас поступить на службу в управление делами моего рода, — сказал князь. — Ты будешь получать хорошее жалованье, набираться опыта и обрастать нужными связями.

— Я ещё не закончил академию, ваша светлость, — заметил я.

— Я знаю, Ярослав, — кивнул князь. — Поэтому я предлагаю тебе начать сразу после её окончания, но выплаты начнут поступать тебе уже с завтрашнего дня в случае твоего положительного решения. А если ты покажешь себя и проявишь верность нашему общему делу, то, кто знает, может быть, со временем ты и займёшь место Павла Сергеевича.

— Вы предлагаете мне стать ректором академии, ваша светлость? — переспросил я, удивлённо подняв бровь.

— А почему бы и нет, Ярослав? — сказал князь. — Тебе точно будет чем поделиться с молодыми воинами, которые только начинают свой нелёгкий путь в этом мире. К тому моменту ты уже будешь опытным искателем и, возможно, самым сильным магом в Империи… Я видел твое личное дело, и знаю, о чем говорю. Таких данных я еще никогда в жизни не видел.

Я промолчал. В голове крутились мысли одна неприятнее другой. В какую же игру меня закрутило?

— Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы подумать и переварить всё, что я тебе сейчас рассказал, — сказал князь. — Информации много… Поэтому давай ты дашь мне свой окончательный ответ завтра утром после завтрака, хорошо?

— Хорошо, ваша светлость, — ответил я. — Можете ответить мне на один вопрос?

— Да, конечно! Задвай, Ярослав. — согласился Страхов.

— Если я соглашусь, могу ли рассчитывать на вашу поддержку в борьбе с моими врагами? — спросил я.

— А у тебя есть враги, Ярослав? — удивился князь.

— Ну… чисто гипотетически… — уточнил я.

— Твои враги станут моими врагами, Ярослав! — твердо ответил Страхов.

— Даже если это князь? — спросил я.

Он помолчал, потом улыбнулся и сказал:

— Ярослав, если у тебя будут враги… Мы снова поговорим на эту тему.

Мы некоторое время помолчали с ним смотря в даль. В темноту.

— Ну а сейчас ужин, — сказал князь, указывая рукой на уже близкое крыльцо главного дома. — Перевари всё, что услышал, и хорошенько подумай над моим предложением.

Я кивнул и ничего не ответил. Мысли о Викторе и его семье, о Чеховых и о той истории, которую князь преподнёс мне в таком свете, перемешались с предложением стать агентом.

«Ярик, — мысленно обратилась ко мне моя призрачная подруга. — Он рассказал тебе свою версию событий. Виктор рассказывал совсем другое. Где же правда?»

«Думаю, Алиса, что она, как это часто бывает в жизни, находится где-то посередине между этими двумя полярными точками зрения… — ответил я, глядя на приближающуюся дверь дома. — Каждый из них считает себя правым и поступает так, как считает нужным и правильным для себя и своей семьи…»

Мы подошли с князем к главному входу, поднялись по широкой мраморной лестнице и зашли в здание.

«Сейчас только одно можно сказать точно, — сказал я, оглядываясь по сторонам. — Этот человек очень опасен и себе на уме. Доверять ему безоговорочно я, конечно же, не собираюсь, что бы он мне ни говорил. и какие бы заманчивые перспективы ни рисовал. Но мне точно нужно подумать о будущем…»

Мы с князем вошли в дом.

Я переступил порог главного здания резиденции Страховых и на секунду замер. Внутри было стильно, что показалось удивительным. Очень стильно. Обычно все усадьбы, которые я видел тут, выглядели «дорохо-бохато». Но это совершенно другой случай.

Высокие потолки, расписанные вручную. Не какой-то лепниной, которую я видел постоянно, а настоящей фреской. На ней были изображены сцены охоты: всадники на лошадях, собаки, загнаннфое существо из портала. Пол из тёмного дуба, настолько отполированный, что в нём отражались мои ботинки. Стены в пастельных тонах. Подходящие по стилю картины в подходящих местах.

«Ну нишутя себе, — прошептала Алиса у меня в голове. — Ярослав, это не дом. Это музей, в котором кто-то забыл выключить свет».

«Тихо! Не отвлекай…» — мысленно ответил я, стараясь не крутить головой как турист на экскурсии.

Мебель в холле была из тёмного дерева. Массивная, но не грубая. В углу стоял рояль. Чёрный, блестящий, крышка открыта, будто на нем только что играли.

— Ваша светлость, — сказал я, обращаясь к князю, который шёл чуть впереди. — У вас удивительно красивый дом.

— Спасибо, Ярослав, — ответил Страхов, не оборачиваясь. — Это дом моей матери. Она была неравнодушна к красоте и привила хороший вкус мне и моим детям. Хотя, признаюсь, я сам больше ценил функциональность и практичность… Но годы берут своё, и сейчас я понимаю, что красота тоже важна. А ты как считаешь?

— Я с вами полностью согласен… — ответил я ему и кивнул, хотя он этого не видел.

Мы подошли к главной лестнице. Широкой, мраморной, с коваными перилами.

— Ярослав… — раздался голос сверху. — Как же я рада вас видеть.

Я поднял голову. С лестницы второго этажа спускалась девушка. Оксана, с которой мы тогда целовались в ботаническом саду. Я думал о многом, когда ехал сюда, но про неё совсем забыл. Она, конечно, не простая особа. За ней нужен глаз да глаз.

На ней было длинное вечернее платье цвета тёмной вишни, как мне подсказала Алиса. Открытые плечи, глубокое декольте, тонкая талия. Волосы спадали на плечи и слегка вились на кончиках. Туфли на высоком каблуке звонка цокали по мрамору, и каждый шаг отдавался эхом.

— Оксана Маратовна… Дочка… — сказал князь, останавливаясь и поворачиваясь к дочери. — Вы же знакомы с Ярославом. Ты не забыла его еще?

— Да, папа, — ответила Оксана, спускаясь на несколько ступеней и останавливаясь рядом со мной. — Его сложно забыть, и я очень рада, что мы снова увиделись. На этот раз в стенах в нашем доме.

Она взяла меня под руку. — Признаюсь честно, я по тебе скучала, Ярослав… — сказала она тихо, так, чтобы только я слышал.

— Я тоже очень рад вас видеть, Оксана Маратовна… — ответил я, стараясь быть вежливым.

— Пройдёмте в столовую, — сказал князь, направляясь вперёд. — Нас уже ждут остальные.

Хм. Остальные? Это уже становится интересно.

Оксана повела меня за ним. Я чувствовал, как её грудь касается моей руки, и старался не думать об этом. Но одна мысль все-таки проскочила. ИНтересно, она это специально или случайно?

Мы прошли через череду комнат. Гостиная. Библиотечная. Ещё одна гостиная. И наконец вот она. Столовая.

Огромная комната, метров восемьдесят, с высоким потолком, расписанным сценами пиршеств. Посередине был длинный стол из тёмного дуба, накрытый белоснежной скатертью. Хрустальные бокалы, фарфоровые тарелки, серебряные приборы. В центре стояла композиция из живых цветов. Орхидеи, розы, какие-то полевые цветы, которые я не знал.

Князь сел во главе стола. Оно и неудивительно.

— Ярослав, выбирай любое место, — сказал он, указывая на стулья.

Я сел рядом с Оксаной — она позвала меня.

За столом уже сидели шестеро. Я

Справа от князя сидел его сын Егор, он мне кивнул. На нём был строгий чёрный костюм, белая рубашка, воротник расстёгнут.

Слева от князя, судя по всему его жена. Софья Константиновна, как мне её представили. Женщина лет сорока пяти, с тёмными волосами, собранными в высокую причёску, и серыми глазами. На ней было платье цвета слоновой кости с длинными рукавами и высоким декольте. Элегантно. Сдержанно. Сразу было видно, что эта дама точно знает себе цену.

Дальше сидели две пары.

Первая — мужчина лет пятидесяти, с короткой стрижкой и седой бородкой. Круглые очки, внимательный взгляд. Князь Рюриков, который представился как Алексей Петрович. Его жена — Наталья Сергеевна. Блондинка с идеальной укладкой и таким же идеальным макияжем. На ней было платье цвета морской волны.

Вторая пара — мужчина лет сорока, коренастый, с мощной шеей. Князь Горчаков. Дмитрий Иванович. Его жена — Елена Андреевна. Женщина с рыжими волосами и зелёными глазами. На ней было платье цвета баклажана.

Князь представил меня всем. Коротко. Без особых подробностей. На самом деле мне показалось, что это было чисто чтобы соблюсти приличия. Как будто они уже и так знали, кто я такой. А иначе как объяснить то что никто не удивился, то за ужином с князьями будет сидеть барон. Бред же.

— Ярослав Шереметьев, — сказал он, ставя на стол пустой бокал. — Студент академии. Чемпион последнего турнира по боевым искусствам. Наш сегодняшний гость.

— Приятно познакомиться… — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.

Аристократы за столом закивали. Кто-то улыбнулся, кто-то просто кивнул.

Жена князя Страхова, Софья Константиновна, посмотрела на меня долгим изучающим взглядом, потом перевела взгляд на Оксану, потом снова на меня.

— Ну что, — сказал князь, поднимая бокал. — За знакомство?

— За знакомство! — повторили все.

Мы выпили. Вино было терпким, сладковатым, с нотками вишни и шоколада. Дорогое.

Начали выносить еду. Первым был карпаччо из говядины. Тонкие, почти прозрачные ломтики мяса, политые оливковым маслом и лимонным соком, посыпанные пармезаном и рукколой. Я попробовал. Мясо таяло на языке. Соль, перец, кислинка лимона — всё было на своих местах. Божественно. Когда стали выносить еду, Алиса куда-то снова пропала.

— Как вам академия, Ярослав? — спросил Алексей Петрович Рюриков.

— Спасибо, нравится! — ответил я, откладывая вилку. — Даже очень. Хорошие преподаватели и сильная программа.

— А бытовые условия? — спросила его жена Наталья Сергеевна.

— По началу были спартанские… — ответил я. — Сейчас намного лучше, но я не жалуюсь.

— Вы из какого рода, Ярослав? — спросила Елена Андреевна Горчакова.

— Из Шереметьевых, — ответил я. — Но мы не очень известны. Бароны.

— Знаю таких, — кивнул князь Горчаков. — У вас же имение в Тульской губернии?

— Было, — ответил я. — Теперь там другая семья живет.

— А кто ваши родители? — спросила Софья Константиновна.

— Мать я не знаю… — сказал я. — Отец погиб….

За столом повисла тишина.

— Простите, Ярослав, — сказала Софья Константиновна.

— Ничего страшного, — ответил я.

Вторым подали ризотто с белыми грибами. Рис был пропитан сливочным соусом, грибы — крупные, сочные, с чесночным ароматом. Сверху тёртый пармезан и веточка розмарина.

— Чем планируете заниматься после академии, Ярослав? — спросил князь Рюриков.

— Пока не решил, — ответил я. — Возможно, пойду в искатели. Возможно, останусь в академии. Может, наукой займусь. Вариантов много.

— А как же ваш огромный магический резерв? Разве можно не использовать такой дар и уйти в науку? — спросил князь Страхов с лёгкой усмешкой.

— Я не забываю про это… — ответил я. — Но в первую очередь мне хочется быть полезным для империи. Где это будет лучше всего проявляться, туда и направлюсь после учебы.

— Мудрые слова, — сказал князь Горчаков. — Особенно для такого молодого человека.

Третьим подали филе сибаса на подушке из овощей. Рыба была нежной, сочной, с хрустящей корочкой. Овощи — цукини, баклажаны, перец — запечены до мягкости, пропитаны оливковым маслом и тимьяном.

— Чем вы увлекаетесь в свободное время, Ярослав? — спросила Наталья Сергеевна.

— Читаю книги, в основном историю и учебную литературу. — ответил я. — Иногда тренируюсь.

— Одиночка? — заметил князь Страхов.

— Не сказал бы. Раньше скорее да, но теперь у меня появились друзья в академии. Но иногда полезно побыть самому с собой. — ответил я.

— простите мою нескромность, а девушка у вас есть Яролслав? — спросила Елена Андреевна.

— Есть… — ответил я. Решил что смысла скрывать это, нет.

Оксана дёрнулась. Её пальцы на моём плече слегка сжались.

— Расскажите о ней… — попросила Наталья Сергеевна.

— Она француженка, — сказал я. — Учится со мной в академии. Хорошо владеет магией воды.

— Ого, — удивился князь Горчаков. — Француженка в нашей академии? Редкость.

— Её отец русский граф, — добавил я. — Мать — французская певица.

— Экзотично… — заметил князь Страхов.

Подали десерт. Шоколадный фондан с жидкой начинкой и шариком ванильного мороженого. Я всегда считал, что фондан — это слишком сладко. Но этот был в самый раз. Горький шоколад и холодное сливочное мороженое. Красное вино сменили на кофе. Маленькая чашка, дымящаяся, пахнущая корицей.

Разговоры шли о политике, о финансах, о последних событиях в Империи. Я слушал, но почти не вникал. Многое из этого мне было неизвестно, да и неинтересно.

Ужин закончился глубоко за полночь.

Гости стали расходиться. Князь Рюриков пожал мне руку.

— Приятно было познакомиться, Ярослав, — сказал он.

— Мне тоже, князь! — ответил я.

Его жена кивнула. Князь Горчаков хлопнул меня по плечу.

— Держись, парень! У тебя большое будущее! — сказал он.

— Постараюсь, ваша светлость, — ответил я.

Елена Андреевна улыбнулась и ничего не сказала.

Князь Страхов подошёл ко мне, когда все разошлись.

— Завтра утром я жду твоего ответа, Ярослав. — сказал он.

— Я помню, князь — ответил я.

— Тогда до завтра. Доброй ночи! — он развернулся и ушёл.

Софья Константиновна и Егор тоже попрощались и покинули столовую.

— Я провожу тебя, — сказала Оксана.

— Не стоит, — ответил я.

— Провожу, — настаивала дочка Страхова.

Она взяла меня под руку. Сжала крепче, чем раньше, и я понял, что лучше немного сыграть в эту игру.

— Тогда до выхода, — сказал я.

Мы вышли в холл. Охрана переглянулась, но ничего не сказала.

— Спокойной ночи, Оксана Маратовна, — сказал я, когда мы оказались на крыльце.

— Спокойной ночи, Ярослав, — ответила она и ушла.

Я перевёл дух. Наконец — то от неё избавился. Да, она очень красивая девушка, но слишком много внимания мне уделяет. Мне больше нравилось быть охотником, чем когда меня так обхаживают.

Я вернулся в гостевой дом, разделся и лёг спать. Глаза слипались. Оказывается, все эти светские штучки еще более энергозатратные, чем битвы с тварями из порталов в зонах. Я уже начал проваливаться в сон, когда в дверь постучали. я открыл и даже не спросил кто там, настолько сильно я хотел спать.

На пороге стояла Оксана Маратовна Страхова в длинном чёрном плаще.

— Не ждал? — спросила она, заходя без приглашения.

— Честно? Нет… — ответил я, закрывая дверь. — День был тяжелый, и я уже почти уснул.

Она прошла в центр комнаты. Сняла плащ и он упал на пол.

Под плащом она была абсолютно голая.

«Охренеть…» — прошептала девочка-призрак в моей голове.

Я смотрел на неё. Высокая грудь, тонкая талия, широкие бёдра. Кожа гладкая, смуглая, без единого изъяна. Длинные ноги, стройные, с идеальной формой икр.

Она была красива… Очень красива… Чёрт….

— Ну? — сказала она, разводя руки в стороны. — Что стоишь?

Я стоял. Смотрел на неё и старался думать головой, а не головкой.

— Тебе лучше одеться, Оксана Маратовна… — сказал я, поднимая плащ. — А то простудишься еще.

— Что? — её голос сорвался. — Всмысле?

— Ты простудишься, говорю! Вечера нынче прохладные… — повторил я, протягивая ей плащ.

— Какого хера, Ярослав? — она не взяла плащ. — Это что сейчас происходит? Ты что, меня не хочешь?

— Безумно хочу! — ответил я.

— Тогда в чём дело? — удивленно спросила она.

— Я никогда не буду твоей игрушкой, Оксана! — сказал я, глядя ей прямо в глаза.

Её лицо исказилось. Сначала удивление, потом злость.

— Как ты смеешь отвергать меня⁈ — зашипела она.

— Извини, — сказал я. — Такова жизнь.

Хотелось ли мне с ней переспать? Конечно, да! Безумно хотелось. У меня даже встал сразу, как она сняла плащ. Но я понимал, что это всё очень плохая идея.

А если узнает князь? Если у меня будут из-за этого проблемы? Он предложил мне место в своём управлении. Если я пересплю с его дочерью, а потом откажусь от его предложения, он решит, что я использовал Оксану, и тогда у меня появится еще одна проблема. А мне оно надо?

Да и Анжелика… У нас с ней вроде всё серьёзно

.— Ты об этом пожалеешь… — прошипела Оксана, забирая плащ и накидывая его на плечи.

— Возможно, ты права, — ответил я. — Но по-другому я поступить не могу.

Она развернулась и вышла. Дверь за ней захлопнулась с грохотом.

«Браво, Ярослав! Моё почтение! — сказала Алиса у меня в голове. — Даже я бы не сдержалась на твоём месте. Горячая она, эта Оксана Маратовна…»

— Как хорошо, что ты не я! — ответил я, ложась на кровать. — Спокойной ночи, Алиса.

— Спокойной ночи, Ярослав! — ответила мне моя призрачная подруга.

И я провалился в глубокий сон

Я проснулся рано-рано утром. Еще до восхода солнца.

В комнате было ещё темно. Пришлось даже включать лампы. Я встал, умылся ледяной водой, почистил зубы. Дневник Екатерины Витальевны сунул в карман и быстро вышел на улицу. Воздух был свежим, холодным, с запахом мокрой листвы и утреннего расы. Обожаю такое состояние, когда ты проснулся раньше, чем день начался. Не хватало только чашки горячего кофе.

У входа стояла машина. Та же, на которой меня привезли.

Рядом с машиной стоял князь Марат Страхов собственной персоной. Я прекрасно понимал, почему он с самого утра уже ждал меня там и был готов к этому разговору, как бы он не закончился.

— Доброе утро, юноша! Позавтракаешь, или сразу поедешь? — спросил меня он.

— Спасибо большое за теплый прием, князь. Всё было очень вкусно вчера и мне было максимально комфортно. Но я наверное лучше поеду. Не хочется приезжать в академию уже поздно вечером, — с уважением ответил я ему.

— Понимаю… Ну что, Ярослав, — сказал он, глядя на меня. — Я в целом сам знаешь по какой причине стою тут рано утром, тебя жду. Ты подумал над моим предложением? Готов озвучить ответ?

Я подошёл ближе.

— Да, конечно! — сказал я, глядя ему в глаза. — Надумал, ваша светлость. Я же обещал и даже в мыслях не было уехать без этого…

— Отлично! Ну и что ты решил? — спросил меня князь Страхов.

— Князь, я ни в коем случае не хотел бы вас оскорбить своим решением, но я вынужден отказаться, потому что не могу поступить иначе, понимаете? — сказал я. — Я не хочу, чтобы вы думали, будто я не ценю ваше предложение или не понимаю, какие перспективы вы мне открываете. Я всё прекрасно понимаю, ваша светлость. Вы очень многое сделали, чтобы мы могли жить в той империи, которой она сейчас является. Просто есть принципы, которые я не могу переступить, увы.

— Позволь мне узнать почему же, Ярослав? — спросил князь. — Объясни мне, чтобы я тоже мог понять твою логику и мотивы. Потому что, видит бог, за много лет я впервые сталкиваюсь с таким, чтобы молодой парень отказывался от того, о чём другие мечтают годами. Многие готовы убить за возможность просто посидеть со мной за одним столом.

— Да, конечно, ваша светлость. Вы имеете полное право знать, — ответил я, чувствуя, что у меня нет страха перед этим человеком. — Я не хочу, чтобы вы думали, что я отказываюсь из-за того, что я какой-то гордый, или что мне ваше предложение не интересно. Мне оно очень интересно, ваша светлость, поверьте. Но есть нюанс…

— Я слушаю тебя, Ярослав, — сказал князь. — Только не затягивай, у меня сегодня ещё встреча с министром финансов, а он терпеть не может, когда его заставляют ждать.

— Мне всегда в жизни хочется поступать по чести, ваша светлость, — сказал я, набрав побольше воздуха в легкие. — Это не пустые слова и не попытка казаться лучше, клянусь вам. Просто быть стукачом, доносчиком, человеком, который следит за своим же ректором и докладывает о каждом его шаге кому-то на сторону, увы, в моём понимании чести совсем не сочетается. Представьте, что вы на моём месте, ваша светлость. Смогли бы вы шпионить за человеком, который протянул вам руку помощи?

— Хм, — сказал князь. — Неожиданно. И даже приятно слышать такие слова от молодого человека. Ярослав, ты меня заинтриговал. Я за последние годы уже начал забывать, что такое честьн. Слишком много вокруг стало людей, готовых продать мать родную за пару лишних монет.

— Но я могу гарантировать вам кое-что другое, ваша светлость, — сказал я, почувствовав, что лёд в его голосе начал таять, а это уже был хороший знак. — Если когда-то я узнаю, что в академии происходят какие-то события, которые могут нанести вред спокойствию Империи, я приму все необходимые меры, чтобы бороться с этим. Я не буду сидеть сложа руки и ждать, пока кто-то другой решит проблемы.

— И что же ты сделаешь, Ярослав? — спросил князь. — Какие меры ты примешь? Пойдёшь в атаку с голыми руками? Вызовешь на дуэль всех, кто посмеет угрожать Империи?

— Сделаю все, чтобы помешать этому. Если моих сил будет недостаточно, чтобы справиться с угрозой самостоятельно, ваша светлость, я подключу вас! — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Я приду к вам, и мы будем бороться с этим вместе.

— А если ты ошибаешься, Ярослав? — спросил князь. — Если тебе покажется, что угроза есть, а на самом деле её нет? Ты же поднимешь ложную тревогу, потратишь моё время и ресурсы впустую.

— Лучше ошибиться и перестраховаться, чем пропустить настоящую угрозу, ваша светлость, — ответил я, пожав плечами. — Это как с пожарной сигнализацией. Пусть лучше сработает десять раз без причины, чем один раз не сработает, когда реально будет гореть. Принимать вам мой ответ или нет, решайте сами, князь.

Он молчал.

— Хорошо, Ярослав, — сказал князь после долгой паузы. — Я принимаю твой ответ и отношусь к твоему решению с уважением.

— Благодарю вас, ваша светлость, — сказал я, чувствуя, как резко стало легче.

— Надеюсь, ты и правда поступишь так, как сказал, — добавил князь. — Если нет, Ярослав, я буду очень разочарован. На данный момент в академии нет ни одного живого человека, который бы разочаровал меня. Не увеличивай число мертвых.

— Это не входит в мои планы, ваша светлость, — сказал я. — Слово Шереметьева, если оно что-то значит в этом мире. Кроме слова у нас ничего и не осталось. Поэтому последнее мы будем беречь до конца.

— Тогда до свидания, Ярослав, — сказал князь. — И хорошей дороги тебе.

— До свидания, ваша светлость, — ответил я. — Сасибо.

Князь развернулся и ушёл, а я ещё некоторое время стоял на месте, глядя ему вслед.

«Ярик, — позвала Алиса, когда мы выехали за ворота усадьбы, и Москва осталась далеко позади, сменившись полями и лесами. — Ты как? Адреналин еще играет в твоей крови или уже отпустило?»

«Как на качелях, Алиса, — ответил я, откидываясь на спинку сиденья. — Никак не пойму, то ли я только что совершил самый умный поступок в своей жизни, то ли самый идиотский. Время покажет. Если, конечно, у меня ещё будет это время, чтобы что-то показывать».

«Ты поступил правильно и смело, — сказала Алиса. — Я в этом уверена».

«Ага, — ответил я. — Правильно и смело. И ещё я только что, возможно, подписал себе смертный приговор. Потому что такие люди, как князь Страхов, не прощают отказа. Они просто ждут удобного момента, чтобы напомнить тебе, кто здесь главный».

«Ладно, хватит об этом, — сказала Алиса. — Лучше расскажи, что думаешь про Оксану? Если бы ты знал, как я смеялась, глядя на её лицо, когда ты, стоя в одних трусах, пытался выставить её за дверь в одном плаще. Это было бесценно. Если бы у меня было тело, я бы от смеха упала на пол».

«О! Оксана это отдельная вообще песня, — вздохнул я. — Красивая, как богиня, и такая же опасная, как ядерная бомба. С такой лучше не связываться, если не хочешь остаться без головы. Она реально, как самка богомола. Не заметишь, как голову тебе отхреначит».

«Ярослав… А если бы князь не узнал? — спросила моя призрачная помощница. — Что тогда? Ты бы поступил по другому? Если бы точно был в этом уверен…»

«Всё равно нет, — ответил я. — Во-первых, Анжелика. Я не могу её предать. У нас с ней всё серьёзно. А во-вторых, я не хочу быть игрушкой в руках богатой девочки, которой скучно, и она ищет приключений на свою пятую точку. Такие связи до добра не доводят, поверь мне. Вон, в прошлой жизни я видел несколько таких историй, и ни одна не закончилась ничем хорошим».

«Мудро, Ярослав… — сказала девочка-призрак. — Придумала! Отныне я буду звать тебя 'Ярослав Мудрый».

«Спасибо, подруга, — усмехнулся я. — С твоей поддержкой я чувствую себя почти супергероем. Осталось только плащ найти и трусы поверх штанов надеть».

«Не за что, Ярик!» — ответила она.

Я проснулся от того, что машина остановилась.

— Приехали, господин, — сказал водитель. — Академия воинов и аристократов.

— Спасибо большое, дружище, — ответил я, вылезая из машины.

Екатерина Витальевна стояла у входа. Она была в своей обычной серой форме, с волосами, собранными в тугой пучок, и её лицо было напряжённым, хотя она и старалась выглядеть спокойной и невозмутимой, и как всегда. Точно ждала моей реакции на эту встречу, особенно после того, как я узнал правду.

— С возвращением, Ярослав, — сказала она. — Ну как дорога и поездка?

— Спасибо, Екатерина Витальевна. Всё нормально. — ответил я, подходя ближе.

Я достал дневник и протянул ей. В момент, когда передавал я еле заметно погладил её по руке.

— Вот, — сказал я. — Спасибо за книгу. Это ваше.

Она взяла дневник. Её пальцы слегка дрожали.

— Я рада, что ты вернулся, Ярослав, — сказала она тихо.

— Я тоже рад, Екатерина Витальевна, — ответил я, глядя ей прямо в глаза.

Мы улыбнулись друг другу. Она развернулась и ушла быстрым шагом, как будто боялась, что если задержится, то скажет что-то лишнее.

Я прошёл в академию. В коридорах было тихо. Я зашёл в комнату. Виктор сидел на кровати Ильи и листал какую-то книгу.

— А ты что тут делаешь, Виктор? — спросил я. — Во-первых, сейчас идут занятия, и ты должен быть в аудитории с остальными студентами, а не прятаться по углам, как шпион. Во-вторых, ты тут больше не живёшь, так что объясни мне, что ты забыл в нашей комнате в такое время?

— Я кое-что забыл, когда собирал вещи, — ответил Виктор, даже не поднимая головы от книги.

Он подошёл к тумбочке Ильи, открыл её и достал оттуда какую-то книгу в кожаном переплёте.

— Тебе не стоит сюда ходить, Виктор, — сказал я, скрещивая руки на груди. — Особенно когда нас нет в комнате. Потому что если мы вернёмся и увидим тебя здесь, то можем неправильно понять, и тебя отсюда унесут. Сам уйти ты уже не сможешь.

— Я сам решу, куда мне ходить, — ответил Виктор. — Не тебе меня учить.

— Надеюсь, со временем ты поймёшь, что не все твои решения правильные, — сказал я.

Виктор посмотрел на меня, развернулся и вышел, не сказав больше ни слова.

«Алиса, — мысленно сказал я. — У меня будет к тебе задание».

«Какое, Ярослав? Я вся во внимании» — спросила она.

«Тебе нужно отправиться в библиотеку в раздел истории Империи, и поискать там всю информацию, которую сможешь найти, про род Чеховых, — сказал я. — Хочется узнать правду, а не ту лапшу на уши, которую нам вешают все кому не лень. Князь Страхов сказал одно, Виктор — другое, а где-то там, посередине, наверняка истина. Мне нужно её узнать».

«Хорошо, Ярослав, — ответила Алиса. — Я сделаю это. Если что, зови, и я сразу приду на помощь».

«Хорошо! Если найдешь что-то интересно, свистни, и я сразу же примчусь», — сказал я.

Я переоделся в форму и пошёл в столовую.

Ребята сидели за столом. Анжелика увидела меня первой из всех.

— Ярослав! Ты вернулся! — крикнула она и побежала ко мне, даже не дожидаясь, пока я дойду до стола.

Француженка бросилась мне на шею.

— Я так рада, что ты вернулся! — сказала она.

— Я тоже скучал, Анжелика, — ответил я, обнимая её. — Очень скучал. Знаешь, без тебя Москва не такая яркая и красивая. Правда.

— Садитесь уже, голубки! — крикнул Игорь. — Не привлекайте к нам лишнего внимания, а и еда вся остынет.

Мы сели за стол.

— Ну, рассказывай, — сказала Елизавета. — Как съездил? Что там было? Кого видел? Какие новости?

— Ого, сколько вопросов! Ну если коротко… Мне предложили после академии пойти на службу к Страховым. — ответил я.

— И что ты ответил? — спросил Илья.

— Сказал, что подумаю, — ответил я. — Пока рано, ещё учиться и учиться. Куда торопиться?

— Но как же отряд Икс? — спросила Настя. — Ты же не бросишь нас? Ты же наш командир, без тебя мы как без рук.

— Конечно же я вас не брошу, но про это надо будет поговорить отдельно, — сказал я. — Но не сейчас. Я устал, хочу поесть, а возможно мне нужно будет сходить в одно место. Вообщем поговорим потом и все обсудим.

— Ладно, — сказал Игорь. — Потом так потом. Давайте кушать.

Я доел достаточно быстро. Всё это время Анжелика, моя милая француженка, держала меня за руку под столом. Алиса подала сигнал.

«Ярослав, я нашла кое-что, — сказала она. — И оно стоит того, чтобы ты это увидел. Там есть кое-какие истории про Чеховых, которые заставят тебя по-новому взглянуть на ту историю».

«Я приду в библиотеку после ужина», — ответил я.

«Я там буду ждать тебя», — сказала она.

— Ребят, я вынужден вас покинуть. Мне нужно кое-что посмотреть в библиотеке, — сказал я, вставая. — Не ждите меня. Возможно, я на долго.

— Я пойду с тобой, Ярослав! — сказала Анжелика.

— И я тоже, — добавил Игорь.

— Нет, — ответил я. — Нужно много книг посмотреть, и я хочу сосредоточиться. Вы будете меня отвлекать. Я сам. Спасибо за желание составить мне компанию.

— Ладно, — сказала Анжелика. — Только не задерживайся слишком долго. Завтра учеба, и всем нам рано вставать.

— Постараюсь, — ответил я.

В библиотеке было пусто. По указаниям призрака я прошёл к книжной полке, где лежали нужные мне рукописи и достал их.

«Вот, Ярослав, — сказала Алиса. — Первая — 'История знатных родов Империи. Том третий». Вторая — 'Тёмные страницы нашей истории. Документальные свидетельства.

— Спасибо, Алиса, — ответил я вслух.

Я открыл первую книгу.

Первая история: князь Чехов приказал сжечь целую деревню, когда жители отказались отдавать половину урожая. Тогда был неурожай, и им не осталось бы достаточно пищи, чтобы пережить зиму. Людей согнали в церковь, закрыли двери и подожгли. Спаслись только двое, мальчик и девочка, которых спрятали в подполе.

Вторая история: Чеховы устроили охоту на людей. Они выпускали на территорию усадьбы крестьян, а потом травили их существами из порталов. Те, кто выживал, получали свободу. За десять лет таких смельчаков было трое.

Еще одна история: Чеховы уничтожили целый род, который посмел перечить им на тему разделения кристаллов и ресурсов. Сожгли усадьбу и убили всех, от младенцев до стариков. Землю продали соседям за бесценок.

Я закрыл книгу.

«Ну, это многое меняет… — сказала Алиса. — Согласись?».

«Я конечно понимаю, что возможно это не все правда… — ответил я. — Но если хотя бы половина, то теперь я понимаю, почему князь Страхов так упорно убеждал меня, что Чеховы были чудовищами. Теперь еще мне и понятно, почему про это мало кто знает⁈ Не сказал бы, что лет много прошло. Точно остались еще в живых свидетели тех самых событий».

«Есть и этому объяснение! — звонко заявила девочка-призрак. — Когда рылась в документах, я нашла указ самого императора, что после революции, организованной князем Страховым, император лично издал указ о том, что любое упоминание их в летописях, литературе и в устной форме теперь под запретом. Он присвоил эту победу. Да и на многие свершения Чеховых он опускал глаза. Стерев их, он обелил и свою репутацию тоже»

«Хитро. Не зря он управляет такой большой империей,» — сказал я.

Я взял книги и пошёл искать Виктора. Хотелось показать ему то, что я нашел. На самом-то деле он хороший парень, просто его мозг отравлен историями родителей.

Я нашёл его в общем зале. Он сидел в углу, один, и читал.

— Вот, — сказал я, подходя. — Почитай, Виктор. Ты же любишь читать.

— Что это? — спросил он, не поднимая головы.

— Книги по истории, — ответил я. — Про твой род. Про то, что вытворяли Чеховы. Прочитай, может, поймёшь что-то… Я не утверждаю, что все это прям истина и события описаны точь в точь как было. Но даже если лишь часть… Это ужасно! Пока еще не поздно почитай и, может, сделаешь какие-то выводы.

— Да я догадываюсь, что ты мне там принес, Ярослав. Это все подлый обман! — сказал Виктор, поднимая глаза. — Я слышал некоторые из этих историй. Это всё ложь. Выдумки победителей, которые переписали историю под себя. Разве ты никогда не слышал одну фразу? Историю пишут победители. Точка. Так было, есть и будет всегда.

— Может быть… Только вот написаны они все еще тогда, когда твои предки правили империей. Ты думаешь, это тоже дело рук Стахова? Как-то сомнительно, Виктор… — сказал я. — Но ты всё равно прочитай. Я указал страницы, на которых самые интересные истории. Я

Виктор взял книгу, открыл на нужной странице и начал читать.

Я стоял рядом и не сводил с него глаз.

Сначала его лицо было спокойным. Потом появилась лёгкая гримаса. Потом глаза расширились. Он перечитал абзац заново.

Он перелистнул страницу. Прочитал историю про сожжённую деревню. Перелистнул. Прочитал про охоту на людей. Перелистнул еще дальше. Прочитал про уничтоженный род. Перелистнул. Прочитал про украденную невесту.

Он долго читал. Некоторые моменты перечитывал по два-три раза. Его лицо менялось. Там был целый поток эмоций. Самых разных эмоций.

Потом он закрыл книгу и положил её на стол…

— Знаешь, что, Ярослав? — сказал Виктор, и его голос дрогнул, хотя он явно пытался говорить максимально уверенно, — А мне, если честно, всё это абсолютно неважно. Не имеет никакого значения, что там написано в этих твоих книгах. Хоть они и старые, хоть они и написаны ещё во времена, когда мои предки правили этой страной, это всё ложь, Ярослав, и я не собираюсь в неё верить, понял?

— Виктор, послушай меня, — сказал я, глядя ему прямо в глаза — Я сейчас не буду тебя ни в чём убеждать, слышишь? Мне это не нужно! Я пришел сюда не доказывать тебе что-то. Ты взрослый парень, у тебя есть своя голова на плечах и мозги, которые умеют думать. Наверное. Но я просто показал тебе эту информацию для того, чтобы ты видел всю картину целиком, а не только тот маленький кусочек, который тебе подсунули другие люди, которые имели на тебя влияние все эти годы.

— А ты, Ярослав, даже не смей говорить вообще о моих родителях!!! — сказал Виктор, повысив голос так, что несколько студентов за соседними столиками и в дальнем конце зала обернулись в нашу сторону с любопытством и недоумением на лицах. — Ты не имеешь на это никакого права! Они великие люди!

— Тише, Виктор, ради бога… — сказал я, понизив голос до едва слышного шёпота и оглядываясь по сторонам — Это, между прочим, в твоих же интересах, пойми ты уже это наконец. Ты разве хочешь, чтобы привлечь к нам лишнее внимание? Не хватало ещё чтобы весь зал сейчас наблюдал за нашим разговором и делал не всегда адекватные выводы. Прекращай истерить.

— Забери свои книжки, Ярослав, — сказал Виктор, резким движением толкнув их в мою сторону — И больше никогда в жизни не показывай мне такого. Никогда, слышишь меня? Чтобы я больше этого не видел!

Он поднялся из-за стола, резко отодвинув стул, который громко и противно скрипнул по полу, и быстрым, почти бегом шагом направился к выходу.

Я молча посмотрел ему в след.

«Мда, ну и чудак, однако, этот твой „друг“ Виктор, — сказала Алиса у меня в голове. — Я, честно говоря, думала, что он хоть немного подумает над тем, что ты ему сказал и что он прочитал… Но нет! Сразу в отрицание. Хотя, чего ещё, собственно, ожидать от человека, который столько лет прожил с одной единственной мыслью о мести и который всё это время не хотел слышать ничего, что противоречило бы его картине мира? Это бесполезно и бессмысленно».

«Да нет, Алиса, всё абсолютно нормально, — ответил я, убирая книги себе подмышку. — Именно такую реакцию я, собственно говоря, и ожидал от него. Ты что, серьёзно думала, что он сейчас встанет, посмотрит на меня другим взглядом, прослезится и скажет: „О, Ярослав, какой же я был слепой дурак, спасибо тебе большое, что открыл мне наконец-то глаза на правду“? Нет, конечно! Алиса, так не бывает, и не надо было на это рассчитывать».

«Ну не знаю, — сказала Алиса, чуть подумав. — Может быть, через пару дней информация уляжется у него в голове, и он начнёт по-другому смотреть на многие вещи, которые раньше казались ему незыблемыми и очевидными».

«Мы посадили зерно, малышка. — сказал я вставая. — А вот время покажет, прорастёт оно или нет. Если у него есть голова на плечах, которая умеет анализировать и делать правильные выводы, он обязательно подумает над той информацией, которой я с ним поделился. Если нет, значит, нет, и ничего с этим не поделаешь. Как говорится, на этом наши полномочия всё».

Утро следующего дня началось с того, что Игорь решил, что лучший способ проснуться и взбодриться после не очень спокойной ночи — устроить мини-турнир по армрестлингу. Так и не понял, откуда это взялось в его голове.

— Давай, Ярослав! Будет весело! — сказал он, подходя ко мне с хитрой улыбкой и протягивая руку. — Удостой меня такой чести — помериться силой с саим чемпионом академии. Просто ради интереса, ну и чтобы размяться немного перед завтраком и душем.

— Игорь, во-первых, сейчас, мать твою, шесть часов утра! — сказал я, даже не открывая глаз. — Во-вторых, я вообще-то спал и видел вполне нормальный сон. В-третьих, если ты меня сейчас же не оставишь в покое и не дашь мне досмотреть сон, я встану и подожгу твою кровать.

— Скучный ты стал, Ярик, — сказал Игорь, но отошёл от моей кровати и направился к своей. — Раньше ты был веселее, охотнее соглашался на всякие авантюры.

— Он абсолютно прав, Безухов! — сказал Илья из-под своего одеяла, даже не высовывая головы и не открывая глаз. — Дай человеку спокойно поспать, Игорь. У нас сегодня, между прочим, тоже будет очень тяжёлый день, не забывай об этом.

— Вы оба просто скучные, — сказал Игорь и обиженно надул губы.

Я всё же встал через полчаса. Сделал небольшую зарядку прямо в комнате. Отжимания, приседания, пару подходов на пресс и немного растяжки, чтобы размять затёкшие за ночь мышцы и подготовить тело к новому учебному дню.

— Ты как сегодня вообще? Отошел уже от поездки в Москву? — спросил Игорь, когда я уже заканчивал упражнения и вытирал пот со лба небольшим полотенцем.

— Нормально, — ответил я, глубоко вдыхая и выдыхая. — А ты сам-то как?

— А я просто отлично! — сказал Игорь разминая шею. — Выспался как медведь после зимней спячки.

— Я заметил… — слегка недовольно буркнул я.

Мы привели себя в порядок. Я умылся, почистил зубы, причесался, оделся в свою обычную форму академии и мы вместе, всей компанией, пошли в столовую на завтрак.

Столовая встретила нас привычным шумом и гамом, запахом овсянки и свежезаваренного кофе. Мы взяли подносы, наложили себе еды, как обычно и сели за наш обычный столик в углу. За столом нас уже ждали девочки.

Я только начал есть, когда к нашему столу подошла Екатерина Витальевна

— Всем доброе утро! — сказала она, и её голос звучал довольно официально и строго, но я успел заметить, как она незаметно улыбнулась краешком губ. — Ярослав, тебя срочно вызывает к себе ректор. Не тяни время, Павел Сергеевич не любит ждать.

— Хорошо, Екатерина Витальевна, спасибо за информацию, — ответил я.

Она кивнула и быстро, почти бесшумно ушла, а я остался сидеть с ложкой в руке и смотреть в свою тарелку, думая о том, что сейчас меня там ждёт и о чём мы будем говорить с Павлом Сергеевичем наедине, без лишних ушей и свидетелей.

Я быстро доел завтрак, встал из-за стола и пошёл по коридору в сторону кабинета ректора.

Кабинет Павла Сергеевича. Ректор сидел на своём месте и перебирал какие-то документы. Когда я вошёл и осторожно закрыл за собой дверь, он поднял голову и посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

— Ярослав, здравствуй, проходи, садись, не стесняйся — сказал он, откладывая бумаги в сторону и указывая мне на стул, стоящий прямо напротив него. — Рад встрече.

— Спасибо, Павел Сергеевич, — ответил я, садясь на стул.

— Ну давай, рассказывай, как съездил в гости к самому князю Страхову, — сказал ректор, глядя на меня в упор. — Что он хотел от тебя, и о чём вы с ним говорили там, в его московской резиденции.

— А вы тоже там, судя по всему, были? — задал я вопрос, перехватывая инициативу.

— Да. Мне тоже довелось побывать там однажды. Красивое место, — ответил ректор.

— Да, согласен. Он хотел позвать меня на службу, Павел Сергеевич, — ответил я, решив говорить максимально честно и откровенно, потому что врать ректору, который и так всё знал, было бессмысленно и глупо. — Сказал, что я, по его мнению, очень перспективный боевой маг, и что для меня всегда найдётся достойное место в его структурах и управлениях.

— Ну и что ты ответил на это его заманчивое предложение? — спросил ректор, и его голос стал чуть более напряжённыме.

— Сказал, что подумаю, — сказал я, глядя ректору прямо в глаза и не отводя взгляда. — Что рано ещё принимать такие ответственные решения, и что мне нужно время, чтобы всё хорошенько взвесить и обдумать. Я только первокурсник. Еще есть время.

— И ты действительно собираешься думать над его предложением? — спросил ректор, прищурившись и чуть наклонив голову набок, как будто он пытался заглянуть мне в самую душу и понять, правду я говорю или нет.

— Я никогда не вру, Павел Сергеевич, вы же сами это знаете… — сказал я. — И князю Страхову я не соврал, и вам я не собираюсь врать. Я сказал, что подумаю, потому что это действительно так. Пока это ещё не окончательное решение, и я ещё не решил по-настоящему, чего же хочу в этой жизни.

Ректор повернулся на своём стуле, отодвинулся от стола и посмотрел куда-то в окно, как будто он увидел там что-то очень важное и интересное, чего не видел я.

— Понял, — сказал он после довольно долгой и тяжёлой паузы, которая длилась, наверное, целую вечность. — Ладно, иди тогда, Ярослав. Делай свои дела, занимайся учёбой и тренировками.

— Спасибо, Павел Сергеевич, — сказал я, вставая со стула и направляясь к выходу из его кабинета.

День прошёл в обычной учебной суете, которая, однако, была наполнена для меня особым смыслом и наблюдениями.

На порталометрике было довольно скучно и однообразно: профессор Фомин, как всегда, подробно рассказывал о типах порталов и их классификации, о которых я уже знал практически всё наизусть из-за того, что много читал дополнительной литературы. Я сидел на своём месте и делал вид, что внимательно слушаю.

На существологии было интереснее и познавательнее. Профессор Филатов показывал нам на большом экране слайды с новыми существами, которые обитают в самых разных зонах порталов, и подробно, с большим энтузиазмом и знанием дела разбирал их основные слабые и сильные стороны, а также наиболее эффективные способы охоты на них. Я даже успел записать несколько новых названий и полезных советов в свой старый потрёпанный блокнот, который всегда носил с собой на занятия.

Я постоянно, украдкой, бросал короткие взгляды на Виктора.

Он сидел на третьем ряду, на своём обычном месте, чуть ссутулившись и опустив плечи. Его обычно живой и внимательный взгляд был сейчас устремлён куда-то прямо перед собой. Он ничего не записывал, просто сидел и, казалось, о чём-то очень напряжённо думал.

Семена, которые я посадил в его голову, потихоньку прорастали. Это был позитивный момент. Посмотрим, что же будет дальше.

Вечером у нас была очередная тренировка отряда Икс. Мы собирались в зале и отрабатывали различные боевые комбинации и связки, которые могли бы пригодиться нам в реальных схватках с монстрами. С каждой тренировкой мы становились все сильнее, а наши действия доходили до автоматизма. Мне это нравилось.

Сегодня мы работали над комбинациями магии: Игорь вместе со мной создавали мощные огненные вихри, которые могли сбить с ног даже очень крупное и сильное существо. Лиза и Анжелика отрабатывали парные приёмы с водой и телекинезом, заставляя ледяные глыбы парить в воздухе и менять свою траекторию по команде. Илья, как всегда, занимался укреплением защитных стен и барьеров, а Настя прикрывала нас со всех сторон своим огнём, чтобы никто из посторонних не мог нас застать врасплох.

Тренировка прошла нормально, б я чувствовал, что не могу сосредоточиться и работал в пол силы. Благо, на уровне остальных этого было более чем достаточно.

Когда мы вышли из зала, уже порядком уставшие и мокрые от пота, я попросил Игоря, Лизу и Анжелику задержаться и подождать меня. Настя и Илья ушли вперёд, потому что я не был полностью уверен в их лояльности и не хотел посвящать в те вещи, которые собирался обсуждать с самыми близкими друзьями.

— Ребята, у меня есть к вам один очень важный вопрос, — сказал я, когда мы отошли подальше от входа, чтобы никто не мог нас подслушать. — А вы уверены, что нам вообще нужен этот гребаный отряд Икс? Уверены что мы не зря тратим на это всё своё свободное время и силы? Точно ли именно это наша цель?

Игорь резко остановился и повернулся ко мне.

— В каком смысле? — спросил он, и в его голосе слышалось искреннее удивление и непонимание. — Ты же сам был за то, чтобы мы участвовали, сам нас собрал, а теперь сомневаешься? Ярослав, я тебя не понимаю.

— Не сомневаюсь, — сказал я, стараясь подобрать правильные слова. — Просто мне кажется, что всё это дело с отрядом Икс далеко не в кристаллах и даже не в самостоятельности академии, как нам всё это преподносят. Мне кажется, что нас готовят для чего-то гораздо более серьёзного, чем просто охота на монстров.

— Для чего, например? — спросила Лиза, и в её голосе слышалось беспокойство.

— Возможно, даже для переворота… — сказал я, понизив голос до шёпота.

Ребята замерли и переглянулись между собой. Они явно не ожидали такого поворота.

— Ты серьёзно? — спросила Анжелика, и её глаза заметно расширились.

— Подумайте сами, — сказал я, оглядываясь по сторонам. — Зачем нас собрали? Почему именно нас выбрали? И почему ректор так настойчиво и упорно говорит, что академия должна стать полностью независимой от внешнего финансирования?

— Ты думаешь, они готовят из нас тайную армию? — спросил Игорь.

— Не знаю, — ответил я. — Но это очень похоже на правду. Слишком всё это напоминает подготовку к чему-то масштабному. Если так подумать, то по факту для убийства существ не нужен такой мощный отряд. Справится и просто добротный.

— И что нам теперь делать? — спросила Лиза, и её голос дрогнул.

— Пока ничего, — сказал я. — Просто будем очень осторожными и внимательно наблюдать за всем, что происходит вокруг нас. Не будем никому доверять на сто процентов, и не будем принимать поспешных решений. Именно это я хотел у вас попросить.

Ребята посмотрели друг на друга и одобрительно кивнули. Мы разошлись по своим комнатам.

Следующий день начался как обычно. Ранний подъёма, зарядка, умывание, одевание, забавное слов, завтрак. Настроение у меня было почему-то крайне хорошее. Я бы даже сказал боевое.

Я шёл по длинному пустому коридору на завтрак, когда вдруг увидел их.

У самого окна, в дальнем конце коридора, спиной ко мне стояли трое.

Я сразу узнал ректора Павла Сергеевича и профессора Моисея Абрамовича. А третий человек, который стоял ко мне спиной, был мне как будто знаком, но я не мог понять, кто это и откуда его знаю. Руки незнакомца были заложены за спину, и он смотрел в окно. Интересно, что такого он там увидел?

— Ярослав, — сказал ректор, заметив меня и чуть заметно кивнув в знак приветствия.

«Ярослав, это…» — хотела сказать моя призрачная подруга, но не успела закончить фразу.

Незнакомец медленно обернулся. Когда я увидел его лицо, мое сердце забилось быстрее. Это был князь Тимур Русланович Ахметов.

Он смотрел на меня в упор холодными глазами и улыбался. Ненавижу эту рожу.

— Вы серьёзно? — сказал я, сжав кулаки. Кровь стучала в висках от напряжения. — А он что тут делает?

— Что, простите? Вы про кого сейчас? Ярослав, что за реакция у вас такая? — голос ректора стал жёстким. Он шагнул ко мне, прикрывая собой того, кто желал мне зла. — Это князь Тимур Русланович Ахметов и он наш гость. И я прошу вас… Вернее нет. Я требую вести себя соответственно ученику академии воинов и аристократов. Это не обсуждается, молодой человек. Мне за вас стыдно.

— Ваш гость⁈ — сказа я разжимая кулаки. — Хорошо. Ваш гость, Павел Сергеевич. Я всё понял.

— Ярослав, может вы хотите извиниться за свое поведение? — ректор продолжал свой напор.

— Павел Сергеевич, с радостью бы, но вот… я сейчас очень сильно тороплюсь. Всего хорошего, — сказал я. Опустил голову, развернулся и пошёл по коридору.

Ректор пытался еще что-то сказать мне вслед, но я не реагировал.

Ахметов даже не посмотрел на меня. Стоял, заложив руки за спину, и смотрел в окно, как будто ничего не произошло. Как будто не убил Ивана Иванович и не приказывал Александрову подставить меня смертью Трегубова. Типа он весь такой в белом пальто и не при делах.

Я обернулся на секунду, когда отошёл достаточно далеко. Ректор и Ахметов направлялись в сторону кабинета и о чём-то тихо переговаривались. Я бы отдал всё, чтобы знать, о чём именно. Хм, так я же могу

«Алиса, проследи за ними, — сказал я мысленно. — Мне нужно знать всё, о чем они говорят».

«Хорошо, Ярослав! Уже отправляюсь. Мне и самой безумно интересно», — ответила она.

«Подожди, — сказал я. — У меня есть одна великолепная идея. Помнишь тот фокус, который мы провернули тогда в усадьбе Безухова старшего? Когда Ахметов туда приезжал, и я видел то, что видела ты?»

«Помню, конечно, — ответила моя призрачная подруга. — Это было очень необычно и интересно».

«Сможем повторить?» — спросил я

«Попробуем», — сказала Алиса после короткой паузы. — «Но ты должен быть готов к тому, что это выжмет из тебя много энергии. Очень много энергии. И если что-то пойдёт не так, или это продлится слишком долго, ты можешь отключиться прямо в холле, на глазах у всех студентов. И тогда придётся объяснять, почему чемпион академии лежит без сознания на диване. Так что будь готов к таким последствиям».

«Алиса, я как пионер всегда готов!», — усмехнулся я.

Мы зашли в общий холл академии. Там было несколько студентов. Кто-то читал, остальные просто переговаривались. Возможно, обсуждали последние новости академии. Девушка с третьего курса сидела на подоконнике и смотрела в окно. Никто не обращал на меня внимания.

Я сел на свободный диван у стены. Он находился максимально далеко от остальных. Взял с полки первую попавшуюся книгу, толстый фолиант в кожаном переплёте, название даже не посмотрел и сделал вид, что читаю. Маскировка готова.

«Давай, Алиса, — сказал я, закрывая глаза и откидываясь на спинку дивана. — Начинай. Только быстрее, чтобы мы не упустили важные детали их беседы».

Сознание качнулось. Картинка перед глазами поплыла, размылась, а потом сфокусировалась снова. Необычное ощущение. Даже не знаю с чем сравнить. Я стал видеть то, что видит девочка-призрак.

Кабинет ректора. Стол, заваленный бумагами. Портреты бывших ректоров на стенах. Книжные полки до потолка. В углу светильник. В тишине было слышно его гудение. Потом они заговорили.

— Признаюсь, было неожиданно получить ваше приглашение, Павел Сергеевич, — сказал Ахметов.

Он сидел в кресле напротив ректора, закинув ногу на ногу. Так вальяжно, будто он у себя дома. Голос его звучал спокойно, расслабленно. Видимо, это он был нужен ректору, а не ректор ему, и Ахметов это знал.

— Особенно после моего последнего визита в академию. Тогда, если помните, мы расстались не очень тепло. Мне показалось, что мы друг друга не совсем поняли, Павел Сергеевич. Вы так не считаете? — иронично спросил Тимур Русланович.

Я повернулся на голос. Рядом стояла Анжелика. На алых губах легкая улыбка. Я был всегда рад её видеть, даже в такие моменты, как этот.

— Доброе утро, Ярослав… Я встретила Игоря… — сказала она. — Он сказал, что ты здесь. В книгу уставился, на вопросы не отвечает, бледный как покойник. С тобой все хорошо? Я тебе не помешаю?

— Это он точно про меня? — спросил я. — Да. Со мной все нормально. Наверное, и правда слишком увлекся чтением.

— Что читаешь? — спросила Анжелика, кивая на книгу, раскрытую передо мной на столе. — Составлю компанию? Я, конечно, могу уйти, если ты занят.

Я посмотрел на фолиант. Первую попавшуюся с полки схватил, лишь бы вид был, что я читаю, а не пялюсь в стену и не выгляжу как психически нездоровый человек. Маскировка уровень бог.

— Нет-нет… Оставайся… — сказал я, откладывая книгу на столик. — К тому же я уже закончил. Всё равно решил, что все-таки это не совсем мой жанр.

Анжелика села со мной рядом на диван. Положила руку мне на плечо. Пальцы у неё были тёплыми. Мне нравилось ощущать её прикосновения на себе.

— Что у нас сегодня по расписанию, Анжелика? — спросил я, чтобы сменить тему нашего разговора.

— Ну, — сказала она, чуть помедлив. — Из важного ты пропустил завтрак. Не голоден? Я могу сходить в столовую, принести бутербродов или чего-то другого. Там ещё оставалась выпечка.

— Что-то нет, — ответил я. — Сегодня есть не хочется. Наверное, никак не отойду еще от длительной поездки.

— Вообще, пока тебя не было, — сказала Анжелика, — нам на сегодня назначили дежурство в зоне прямо после завтрака. Я поэтому за тобой и пришла. Так и думала, что ты не знаешь об этом.

— Ого, — сказал я. — Вот как, значит. Видимо, Игорь хотел мне это рассказать это, а я его послал. Некрасиво, как-то вышло.

— Знаешь, есть вероятность, что он и сам про это забыл. — усмехнулась Анжелика. — Я даже практически в этом уверена.

— О да! Это он может! — присоединился я.

Я потянулся, хрустнув костями, потом шеей. Всё тело ломило, но терпимо.

— Ладно, — сказал я. — Пойдём тогда на дежурство, будь оно неладно. Кристаллы сами себя не добудут.

— Пошли!

Все члены отряда икс заняли свои места в зале ожидания. Переоделись быстро. Костюмы сидели, как влитые. Движения не сковывали, дышать было легко, ничего не жало, не натирало. Вроде надевал их не первый раз, а всё равно удивлялся. Интересно, это когда-то пройдет? Я проверил наше снаряжение — аптечка, компас, прибор для определения энергии, рация. Всё на месте. К дежурству в зоне порталов мы были готовы на сто процентов.

Было достаточно скучно. Илья крутил в руках прибор для определения энергии и разглядывал его, будто первый раз видел. Настя отрабатывала удары по манекенам. В ней, как всегда, было много огня. Лиза сидела у экрана, всматриваясь в карту порталов, её лицо было сосредоточенным. Игорь разминался, делая выпады и круговые движения руками. Скорее это было сделано для вида.

— О, чемпион пожаловал, — сказал Игорь, заметив меня. — А то мы уж думали, что ты решил откосить. Думали, может, занятие какое важное нашёл.

Я наблюдал за ребятами. Прошло пару часов. Игорь и Илья обсуждали какие-то тактические приёмы. Кто где должен стоять, кто кого прикрывает, кто бьёт первым. Это меня позабавило. Лиза что-то вполголоса объясняла Насте о показаниях приборов. Настя кивала, хотя по глазам было видно, что половину она не понимает. Анжелика стояла у окна, смотрела на улицу, и я видел её отражение в стекле. Она меня тоже. Мы друг другу слегка улыбались.

Дверь открылась. Вошла Екатерина Витальевна. Форма сидела на ней безупречно, волосы убраны в пучок, в руках планшет. Она оглядела нас, проверяя, все ли на месте.

— Отряд Икс, всех приветствую! — сказала она. — Как дела? Все готовы к сегодняшнему дежурству?

— Да! Конечно! — ответили хором несколько голосов.

Елизавета резко повернулась от экрана.

— Пока всё спокойно, — сказала она. — Никаких аномалий, никаких выбросов, ничего подозрительного. Зона чистая. Но мы начеку, и если что, готовы действовать.

— Хорошо, — сказала куратор. — Ждите сигнала. Как только что-то появится — выезжаете. Может быть вам повезет, и вы сегодня просто без особой причины прогуляете занятия.

Она уже повернулась к выходу, когда я встал.

— Екатерина Витальевна, — сказал я. — Можно с вами поговорить? Я буквально на пару слов?

Она замерла на секунду. Потом медленно повернулась ко мне. Лицо её было спокойным, как всегда, но я заметил, как дёрнулся уголок рта, едва заметно, но я успел это увидеть. Всегда обращал внимание на малейшие детали. Они могли скзаать часто больше любых слов.

— Сейчас? — спросила она. — Что-то срочное?

— Да, Екатерина Витальевна… — сказал я. — Ненадолго.

— Хорошо, — сказала она. — Выйдем.

Мы вышли в коридор. Дверь за нами закрылась. В коридоре было пусто и тихо. Именно то, что и было нужно.

— Что ты хотел, Ярослав? — спросила она.

— Я понимаю, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Что вы не должны мне ничего говорить. Что есть устав, есть приказы, информация, которая не для всех. Не имею права требовать ответов.

— Но? — сказала она.

— Но я вам всё-таки не самый чужой человек, — сказал я.

Она молчала. Смотрела на меня. В её глазах боролись мать и человек, верный академии. Я видел это.

— У меня есть мысли, — сказал я. — Насчёт цели создания нашего отряда. Мне кажется, что она совсем не та, которую озвучили нам на вводном собрании. Или, по крайней мере, не совсем та. Верно, Екатерина Витальевна?

— Что ты имеешь в виду? — спросила она. Голос её чуть дрогнул. Совсем чуть-чуть, но мне было достаточно.

— Я имею в виду, — сказал я, — Что из нас готовят оружие? Верно? Не искателей, а именно оружие. И вы это знаете.

Она отвернулась. Посмотрела в стену. Я видел её профиль, сжатые губы, напряжённые скулы.

— Ярослав, всё не так… — сказала она.

— А как? — спросил я. — Скажите мне! Объясните…. Я хочу понять. Правда хочу узнать.

— Не могу, — сказала она тихо. Очень тихо, почти шёпотом.

— Потому что не хотите? — спросил я. — Или потому что не знаете?

— Потому что не имею права… — сказала она. Коснулась пальцами планшета с бумагами.

— А вы считаете, что это правильно? — спросил я. — Что из молодых парней и девушек делают оружие, даже не спрашивая их? Что они могут не вернуться, и никто им даже спасибо не скажет, а просто заменят новыми?

Она повернулась ко мне. В её глазах стояли слёзы. Я никогда не видел её такой.

— Ты не понимаешь… — сказала она.

— Тогда объясните! Я же хочу понять! — сказал я.

Где-то внутри здания завыла сирена. Резко, пронзительно. Я узнал этот звук — сигнал тревоги. Открытие портала в зоне.

— Ярослав, — сказала Екатерина Витальевна. — Потом поговорим. Возвращайтесь живыми и невредимыми.

Она развернулась и быстрым шагом пошла по коридору.

В зале ожидания уже все были на ногах. Лиза смотрела на экран.

— Открытие портала в зоне, — сказала она. — Мощный выброс. Не очень сильный, но стабильный.

— Гоу, гоу, гоу! — крикнул Игорь, хватая свой рюкзак.

Мы выбежали из зала. Коридоры мелькали перед глазами, ступеньки лестниц пролетали под ногами. Я бежал и чувствовал, как сердце колотится от адреналина.

Игорь рухнул на диван, закинув ноги на подлокотник Лиза села рядом с ним и положила голову на плечо Анжелике, которая уже была там, и закрыла глаза. Видимо очень сильно устала на нашей вылазке в зону порталов.

— Ну что, — бодро начал Игорь. — Ты же имеешь в виду, что на сегодня последнее дежурство? Согласен! Слава богу, время подходит к концу. Ребята, я уже без сил. Если сейчас ещё один портал откроется, серьёзно, я прям там лягу на землю. Пусть монстры меня сожрут и подавятся.

Я молчал. Стоял спиной к ним. Смотрел в серую стену. На ней не было ничего. Просто стена. В тот момент я даже не о чем не дума. Решение уже было принято и отступать я не собирался.

— Ярослав? — позвала Анжелика, её голос был тихим. — Ты же это имел ввиду?

Я слышал её, но еще некоторое время молчал.

— Нет, — сказал я наконец, даже не оборачиваясь. — Вообще последнее…

Тишина. Потом я услышал, как скрипнул диван со стороны Игоря. Он резко сел.

— В смысле вообще? Ярослав, ты про что сейчас? — первым нарушил молчание Илья.

Он подошёл ближе и заглянул мне прямо в лицо, пытаясь понять, шучу я или нет.

— В прямом, — сказал я, поворачиваясь к ним. — Я ухожу из отряда икс. Больше я в этом участвовать не собираюсь.

От неожиданности Настя выронила расчёску. Она упала на пол с громким звуком.

— Это шутка какая-то? — спросила Настя, глядя на меня через отражение в зеркале. — Ты нас разыгрываешь, да?

— Не похоже… — отозвался Игорь. — Он никогда не шутит такими громкими заявлениями. — Ярослав, — сказала Лиза, резко открывая глаза и садясь прямо. — Ты чего? Объясни нам пожалуйста причины твоего решения. Мы же команда. Мы столько прошли вместе. Вспомни! Неужели всё это было зря? Неужели ты просто уходишь?

— Я всё помню, Но так больше не может продолжаться, поймите. — ответил я, обводя их взглядом. — Всё это не то, что нам говорили. Не та цель и задачи.

— Ярослав? Я не понимаю, что ты такое вообще говоришь. Как ты можешь вот так взять и уйти? — спросила Анжелика, слегка наклонившись вперед.

Я не ответил. Не хотел подставлять их, рассказав все, что знаю и о чем думаю. Сейчас я мог ставить под удар только свою собственную шкуру.

Прошёл к своему шкафчику. Открыл дверцу. Достал форму, которую носил перед дежурством. Аккуратно сложил костюм искателя. Положил на полку. Закрыл дверцу.

Он остался внутри висеть без меня, а я собирался выйти наружу.

— Ярослав, — сказал Игорь, вставая. — Ты нас пугаешь, честное слово. Если это какая-то проверка, скажи сразу. Я не люблю загадки. У меня от них голова болит.

— Не бойся, — ответил я, уже направляясь к выходу. — Всё будет хорошо.

— Это я знаю, — сказал Игорь, но в его голосе я услышал растерянность. — Но ты странный сегодня. Странный даже для тебя.

Я вышел из зала ожидания.

'Ты уверен, Ярослав, что хочешь сделать именно так? — тихо спросила Алиса. Мы шли по коридору. Светильники мигали, будто тоже чувствовали это напряжение.

'Уверен, — честно ответил я. — Да и в любом случае решения уже принято и его не изменить.

«Можно всё вернуть, если захочешь…» — сказала она.

«Поздно! — резко отрезал я. — Я уже сказал! Назад дороги нет… Я не из тех, кто постоянно меняет свои решения.»

Я вышел на улицу из здания академии. Нужно было подышать свежим воздухом. Проветрить голову. Когда вернулся в академию и открыл дверь общежития, в комнате было тихо.

Илья и Игорь еще не возвращались. Видимо, обсуждали моё поведение в зале ожидания вместе с остальными. Я сел на край кровати, снял кроссовки, поставил их рядом. Лёг на спину и просто уставился в потолок.

Я закрыл глаза. В голове крутились мысли. Все в этом гребаном мире почему-то хотят меня использовать. В принципе оно и понятно почему, я самый сильный боевой маг этого мира. Страхов — как боевую единицу для своих игр. Ахметов — чтобы отправить в портал спасать его любимую, которую много лет назад разорвало на несколько тысяч кусочков. Ректор видит во мне оружие против неугодных. Даже Виктор, пока был рядом, видел во мне только инструмент для своей мести. Хватит!!!

А я? Чего хочу я?

«Ты решил остаться в этом мире, — сказала Алиса. — Значит, надо понять, зачем. Для чего ты здесь? Что ты хочешь делать, если не хочешь воевать и не хочешь служить?»

«Я жить хочу, Алиса. Просто жить свободно, без чьих-то приказов и остального дерьма», — недовольно буркнул я.

«Не выйдет, — ответила она. — Тебя никогда не оставят в покое. Ты слишком сильный боевой маг. Каждый, кто получит тебя в союзники сможет решать важные задачи».

«Знаю, Алиса… — сказал я. — Но я ушел из отряда именно из-за этого. Теперь мне надо подумать, что делать, и побыть одному.»

«Тогда иди в библиотеку, — посоветовала моя призрачная подруга. — Там тихо. Никто не найдёт. Можешь спокойно подумать».

Я усмехнулся — а она права

Библиотека встретила меня абсолютной тишиной. Старик библиотекарь сидел за столом, положив голову на руки, и судя по его дыханию, спал. Я не стал его будить. Зачем? Пусть отдыхает. Прошёл мимо него на цыпочках, свернул в дальний угол и сел за скрипучий деревянный стол. Достал из кармана лист бумаги и карандаш. Надо было поработать.

Написал первое слово:

«ПРОБЛЕМЫ».

Ниже, с новой строки:

' Тимур Русланович Ахметов'.

Дальше продолжил коротко писать всю информацию, которая у меня есть.

«Тимур Русланович Ахметов. Князь. Охотится на меня. Убил отца. Подставил с убийством Трегубова. Хочет использовать в своих целях или уничтожить. Союзник — Максим Белов».

Вроде бы все. Начал с новой строки:

«Страхов».

«Марат Страхов. Князь. Хочет, чтобы я работал на него. Предложил сделку. Если окончательно откажусь, может стать врагом. Если соглашусь, буду марионеткой. Обратить внимание на дочь Оксану. Возможны козни».

С этим князем тоже было закончено, продолжил.

«Яковлев Павел Сергеевич. Ректор Академии».

«Павел Сергеевич Яковлев. Скрывает истинные мотивы. Возможно готовит оружие из отряда Икс. Не говорит правду, но при этом ведёт себя так, будто заботится о нас. Есть вопросы».

С основными было покончено и дальше уже пошли, так скажем, второстепенные персонажи.

«Виктор Иванов».

«Он же Владимир Чехов. Последний из рода бывшего самого сильного клана, ныне уничтоженного. Одержим местью. Ради этого готов поставить на кон все что угодно, даже дружбу. Либо на стороне Павла Сергеевича, либо просто против меня. Непонятно. Умён и опасен, одержим идеей мести».

Я отложил карандаш и перечитал список.

«Что их всех объединяет? — спросил я вслух. — В любом же случае должно быть что-то общее во всех их мотивах…»

«Кажется я знаю… Порталы… — тихо ответила девочка-призрак. — Ахметов из-за портала потерял Таю и сейчас хочет отправить тебя туда. Страхов разбогател на зонах, и чтобы продолжать контролировать их, ему нужны такие люди, как ты. Ректор хочет независимости через кристаллы, которые добываются так же. Виктор потерял семью из-за порталов и тех, кто на них заработал. В общем, все этом мире крутится вокруг них и кристаллов».

«Точно! Ты права! Именно в этом направлении и надо работать,» — кивнул я.

«Но ты же не можешь уничтожить порталы, Ярослав, — сказала Алиса. — Это же невозможно… Наверное…»

«А почему нет? — спросил я. — Кто-то вообще пробовал? По-моему я ни разу такого даже не слышал».

«Никто не знает, — ответила она. — Или пробовали, но не получилось, или вообще решили даже не пробовать и засекретили. Никто об этом не говорит. Может, это государственная тайна, а может, просто никому не нужно. По крайней мере я никогда ни в одной книге информации не встречала»

«Вот именно, — сказал я, повышая голос. — Никто не говорит. Никто не думает. Все просто живут с ними по соседству. Но разве это нормально? Жить в мире, где из портала выбираются какие-то мерзкие твари, которые могут тебя сожрать? На это же тратятся огромные ресурсы. И не только денежные, но и людские. Почему я раньше об этом не думал?»

«У тебя есть идея?» — спросила Алиса.

«Пока нет, — признался я. — Но я обязательно найду! Должен найти! Это и правда решил разом большинство проблем»

Я взял карандаш и написал внизу листа, большими буквами, чтобы не забыть:

«ГЛАВНАЯ ПРОБЛЕМА — ПОРТАЛЫ! НАЙТИ СПОСОБ ИХ УНИЧТОЖИТЬ РАЗ И НАВСЕГДА».

«Ты понимаешь, что это безумие? — спросила Алиса. — Как минимум это сломает всю рыночнкую экономику империи, да и всей планеты».

«Это даст новые возможности! Сколько аристократов освободится из зон порталов и сможет вложить все свои силы в развитие новых возможностей».

«Но ты один…» — прошептала девочка-призрак.

«А кто сказал, что я один? — возразил я. — У меня есть команда и есть ты.»

«Я всегда с тобой рядом, это правда… Но я призрак, Ярик. Я не могу закрыть портал», — утвердила Алиса.

«Зато можешь искать информацию, находиться там, где другим нельзя. Проходить сквозь стены. Слышать то, что другие не слышат. Подслушивать, подглядывать, и получать любую информацию за несколько минут. Это немало», — похвалил её я.

Моя призрачная подруга только молчала в ответ.

«Я хочу, чтобы ты стала моим партнёром в этом деле!» — дополнил я.

«Ладно, — сказала она после долгой паузы. — Но если нас поймают, я скажу, что ты меня заставил, и что я была против».

«Договорились! — усмехнулся я. — Я всё возьму на себя».

Я сложил листок, сунул в карман и встал.

«Пора спать, — сказал я. — Завтра много дел».

Я дошел до комнаты, открыл дверь. Парни уже спали. Разделся и лег на кровать.

«Спокойной ночи, Ярослав».

«Спокойной, Алиса.»

Я проснулся раньше всех. Солнце только начинало подниматься. За окном было серо и тихо. Даже птицы ещё не проснулись. Игорь спал на животе, раскинувшись звёздочкой, одна рука свисала с кровати, другая была закинута на подушку. Илья лежал на боку, поджав колени к груди, и тихо посапывал.

Я бесшумно оделся, умылся ледяной водой, которая помогла проснуться окончательно. Причесался, оделся и вышел в коридор.

«Куда ты собрался в такую рань?» — спросила Алиса.

«К ректору. Надо закончить начатое», — ответил я.

«Повторюсь. В такую рань? Он ещё спит», — утвердила девочка-призрак.

«Не спит! Я в этом уверен! — уверенно сказал я. — Такие люди мало спят».

— Войдите, — раздался голос ректора, когда я постучал в дверь его кабинета.

Я зашёл. Павел Сергеевич сидел за столом, перебирал какие-то бумаги, исписанные мелким почерком. На столе стояла чашка с кофе. Пар из неё уже не шёл, значит, он здесь уже давно. Может, даже всю ночь. Я это вполне допускаю.

Увидел меня он сначала удивился, но быстро взял себя в руки.

— Ярослав? — сказал он, откладывая бумаги. — Здравствуй. В такую рань? У тебя что-то случилось?

— Мне нужно срочно поговорить, — сказал я, закрывая за собой дверь. — Павел Сергеевич, вы может быть уже знаете… Я ухожу из отряда Икс.

Он замер. Снял очки для чтения, протёр их платком, надел обратно и посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом.

— Это шутка? — спросил он после паузы.

— Нет, — твёрдо ответил я. — Я серьёзно.

— Почему? — спросил он. — Что случилось? Тебя что-то не устраивает? Тренировки? Задания? Экипировка? Может, конфликт с кем-то?

— Всё устраивает, — сказал я. — Всё, кроме цели.

— Какой цели? — спросил ректор.

— Той, ради которой нас готовят, — ответил я. — Это не для защиты академии и не для добычи кристаллов. Это для чего-то другого, я уверен. Я не хочу в этом участвовать.

— А для чего, по-твоему создавался отряд икс? — спросил ректор.

Я промолчал.

— У тебя есть другая цель? — спросил он наконец.

— Да, — сказал я. — Есть.

— Служить Страхову? — спросил ректор.

— Нет, — отрезал я. — Только империи и людям, которые живут в ней.

— Империи? — усмехнулся он. — Ты еще слишком многое не понимаешь…

Он смотрел на меня. Я смотрел на него.

— Хорошо, — сказал ректор. — Я приму твою отставку, но если ты передумаешь…

— Не передумаю! — перебил я.

Он помолчал, а потом кивнул. Я вышел, даже не оглянувшись.

Второй день подряд завтрак пропускать я не хотел. В столовой уже сидели ребята. Я взял поднос, налил кофе и положил себе порцию овсянки. Я подошёл к столу. Анжелика посмотрела на меня с удивлением.

— Ярослав, — обратилась она ко мне. — Ты куда пропал с утра? Я заходила в комнату, но ребята сказали, что тебя уже не было.

— К ректору ходил, — сказал я, садясь.

— К ректору с самого утра? Зачем ещё? — спросил Игорь, пережёвывая ложку каши.

— Сказал, что ухожу из отряда икс, — ответил я. — и вам сейчас говорю.

За столом замолчали. Даже ложки перестали звенеть о чашки.

— Ты серьёзно? — спросила Лиза, откладывая ложку. — Вот так решил?

— Серьёзно! — кивнул я.

— Я с тобой… — сказала Анжелика.

— Что? — удивился Илья.

— Я тоже ухожу, — повторила она. — Без Ярослава этот отряд не имеет смысла. По крайней мере для меня.

— И я, — сказала Лиза после паузы. — Если вы оба уходите, то и я с вами. Что мне там делать…

Безухов молчал. Лиза посмотрела на него.

— И я тоже… — добавил Игорь неуверенно. — Хотя мне и жалко… Столько времени и сил вложили. Илья, ты классный парень, но без Ярослава я в этом участвовать не буду. Все таки мы с ним вместе с самого начала.

— Настя? — спросил я.

— Я не готова никуда уходить… — сказала она. — Прости. Я ещё не решила, что для меня важнее.

— Я тоже не готов, — сказал Илья. — Не обижайтесь, ребята. Вы хорошие, но я ещё подумаю. Это очень серьезное решение.

— Я понимаю, — сказал я. — Каждый выбирает сам. Всё верно.

На уроках я не заметил Виктора. Его место было пустым. На обеде тоже его не наблюдал. Илья и Настя в сели отдельно, за столик в углу, и о чём-то тихо переговаривались. Все было уже не так, как раньше.

— Видимо, они обиделись… — заметила Лиза.

— Их право, — сказал я. — У каждого своя дорога.

В столовую зашла Екатерина Витальевна. Волосы слегка растрепались, воротник формы торчал в разные стороны.

— Ярослав, — сказала она, подходя к столу. — Тебя срочно вызывает ректор. Потом поешь.

Я встал и даже не стал задавать лишних вопросов.

— Что такое случилось, Екатерина Витальевна? — спросил Игорь.

— Не знаю, — ответила куратор. — Но иди быстрее… Не заставляй Павла Сергеевича ждать… Разговор точно важный.

У кабинета ректора я столкнулся с Виктором. Он выходил, когда я подходил.

Он прошёл мимо, даже не кивнув. Я проводил его взглядом, потом толкнул дверь и зашел внутрь. Ректор показал мне руками присесть на кресло, а потом начал беседу.

— Ярослав, я тебя вызвал, так как у нас остался один вопрос нерешенный. Я правильно понимаю, — начал Павел Сергеевич. — Что ты не хочешь быть даже просто искателем? То есть вообще отказываешься от любой деятельности, связанной с отрядом?

— Да, вы всё верно поняли, Павел Сергеевич. — подтвердил я. — Я не хочу больше никого убивать без цели, вернее ради чужих целей.

— Жаль, — сказал он. — Очень жаль… Ты был лучшим из всех, кто поступал

за последние годы.

Он тяжело вздохнул и покачал головой.

— Ну что ж, Ярослав Шереметьев… — сказал Павел Сергеевич Яковлев. — Тогда мне больше нечего тебе сказать. Давай дальше я буду с тобой предельно честен и откровенен. На мой взгляд у тебя теперь только одно возможное будущее тут. Мы готовим бумаги по твоему исключению из Академии. Если ты не в отряде и не искатель, то какие у тебя перспективы? Если хочешь что-то получить от нас, надо что-то отдать…

ОТ АВТОРОВ: Уважаемые читатели, мы с вами уже давненько прошли экватор истории. Если она вам нравится, не забывайте ставить лайки и подписываться на авторов, это помогает в продвижении на сайте. Будем вам признательны, если вы напишите отзыв о книге на первом томе. Заранее благодарим вас.

«Вот же урод, — сказала Алиса в моей голове. — Ты это понимаешь? Он тебя просто вышвыривает на улицу как ненужную вещь. Посмотри на него! Этот старый козел даже не моргнул. Даже не попытался уговорить остаться. Бумаги надо подписать, поглядите на него. Да кто там вообще поступает!»

Алиса негодовала. Думаю, если бы у нее была такая возможность, она бы набросилась на Яковлева с кулаками прямо в его кабинете. Видно, боевая девка была.

«Спокойно, Алиса. Не переживай, — мысленно ответил я, хотя у самого внутри тоже слегка кипело. Всё таки не совсем правильно он поступал. — Всё в порядке. Я вполне предполагал, что он решит сделать именно так. Сама понимаешь это был единственный логичный выход для него. Я ему больше не нужен и стал неудобен, задаю слишком много вопросов и знаю немало правды. Потом тебе всё объясню, ладно? А пока тише».

«Ну хорошо, — ответила Алиса после короткой паузы. Она явно не была со мной согласна, но как всегда мне доверяла. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, потому что я пока ничего не понимаю. Ты только что добровольно отказался от всего, чем занимался практически всю свою новую жизнь в этом мире. Ради чего?»

«Увидишь! Я все тебе позже объясню!» — сказал я.

— Хорошо, Павел Сергеевич, — произнёс я вслух, глядя ректору прямо в глаза стараясь. — Когда они будут готовы? Бумаги, я имею в виду.

Я готов был поиграть с ним в эту игру. Ректор замер на полуслове. Забавно было за ним наблюдать. Его пальцы перестали перебирать бумаги на столе. В его глазах я видел растерянность. Явно думал, что сможет взять меня на понт, надавить, припугнуть, и я тут же сдам назад. Начну просить не делать этого. Уговаривать оставить меня, но не тут-то было.

— Наверное… будут сегодня, — неуверенно произнес он. — Да, сегодня же будут. Можете пока отправиться собирать вещи. Не вижу смысла с этим затягивать.

Я кивнул и вышел, не сказав больше ни слова. Все шло именно так, как я запланировал.

Коридоры академии тянулись бесконечно. Я шел и думал — какие же слухи пойдут про меня. Чемпион сам отказался от всего и уходит из академии? Он решил поступить так же, как и его отец? Интересно какую версию придумают.

Я зашёл в комнату. Игорь сидел на своей кровати, поджав ноги и теребя в руках край простыни. Илья крутился у шкафа, делая вид, что перебирает вещи, но на самом деле просто не знал, куда себя деть.

Увидели меня они замерли.

— Ярослав, — начал Игорь. — Тут к нам Иванов заходил… Ты чего? Тут такие слухи… Говорят, ты с ректором поругался и уходишь из академии сам, или тебя вообще отчисляют. Это всё правда?

Иванов, значит. Хм, почему я даже не удивлен.

— Правда, — сказал я, открывая шкаф и начав потихоньку складывать свои вещи. — Меня отчисляют из академии за нежелание больше быть искателем. Бумаги уже готовят. Сегодня я покидаю вас.

— Чего? — Илья выпучил глаза так, что я подумал он сейчас вылетят и покатятся по полу нашей комнаты. — Это как? Ты же чемпион! Ты лучший студент! Тебя вся академия знает! Не могут же они просто так взять и отчислить тебя.

— Можно сказать, я сам до этого довел. — сказал я, аккуратно складывая форму. — Неважно. Всё нормально, не переживайте за меня.

— Так не пойдет. Давай мы с ректором поговорим! — Игорь вскочил с кровати, чуть не опрокинув тумбочку. — Это же недопустимо! Ты не можешь просто так взять и уйти! Мы пойдём, я скажу ему пару ласковых! Хочешь, я отца подключу? У него есть связи, и мы найдем того, кто заставит Яковлева передумать.

— Нет, — твёрдо сказал я, поднимая на него взгляд. — Оставьте все как есть. Не надо ничего делать. Я сам всё решил для себя окончательно.

— Но куда ты пойдёшь? — спросил Илья, садясь на край своей кровати. — Что будешь делать? У тебя же нет ни диплома… ничего…

— Пока не знаю, — честно ответил я. — Но у меня есть план, и я буду его придерживаться. Не прощаемся.

Я закинул рюкзак на плечо и вышел. Игорь что-то крикнул вслед, но я не обернулся.

«Алиса, — сказал я мысленно, когда мы вышли в коридор, — теперь объясняю. Вне академии я смогу спокойно подумать, как же мне уничтожить эти гребаные порталы. Это поможет мне разобраться со всеми, кто хочет меня использовать. Если останусь тут, буду под постоянным присмотром. За каждым моим шагом будут наблюдать. Да к тому же тут я ограничен стенами академии, а там полная свобода. Практически».

«Умно, — ответила Алиса. — Но есть одна проблема».

«Какая проблема, Алиса?» — спросил я, спускаясь по лестнице. Шаги гулко отдавались от каменных ступеней.

«Если ты уйдёшь, — сказала она, — то за пределами академии на тебя сможет напасть Ахметов. Здесь он хотя бы не рисковал, ну если не брать тот случай в расчет. Слишком много свидетелей, и может быть слишком много последствий. А там будет полная свобода для его людей. Уверена, что они у него везде. Вспомни, как мы добирались до Москвы на поезде?»

«Я думаю, что нет, — ответил я. — По его мнению, я под наблюдением Страхова. Он не захочет портить отношения с таким могущественным человеком. Страхов не тот, с кем можно враждовать из-за какого-то бывшего ученика академии. Даже такого, как я. Если он захочет, то уничтожит Ахметова вместе со всеми его потомками».

«Ты так уверен в этом?» — спросила Алиса.

«Нет, конечно! — честно признался я, глядя на тёмное небо над головой. — Этот князь Тимур конченый псих. В любом случае предсказать его поведение сложно, но выбора у меня нет. Надо пробовать. Я думаю, что надо будет пока держаться ближе к князю Страхову. Там можно больше получить информации, которая может пригодиться для воплощения в реальность моего плана».

«Ты хочешь использовать Страхова как щит?» — спросила Алиса.

«Скорее как прикрытие, — поправил я. — Разница все-таки есть. Щит — это когда ты прячешься за кем-то. Прикрытие — когда кто-то просто стоит рядом, и враги думают, что ты под защитой».

За разговором не заметил, как дошел до места назначения — подошёл к кабинету ректора. У дверей стояла Анжелика. Она была бледная, даже губы были не такие алые, как всегда. Глаза красные, на щеках разводы от слёз, волосы растрепаны. Она явно чувствовала себя плохо.

— Ярослав, — сказала она, бросаясь ко мне. — Это правда? Тебя отчисляют? Мне Игорь сказал… Я не поверила сначала. Думала, шутит.

— Правда, Анжелика — сказал я, крепко обнимая её. — Но всё будет хорошо. Не плачь.

— Как хорошо? — она всхлипнула, уткнувшись лицом мне в плечо. — Ты уходишь! Навсегда⁈ А я? Что мне без тебя делать? Я даже не знаю, где ты будешь.

— Всё будет хорошо, ты чего? Почему же навсегда? — повторил я, гладя её по голове. — Я заберу тебя с собой, но чуть позже. Не сейчас.

— Почему не сейчас? — спросила она, поднимая на меня заплаканные глаза. — Я хочу уйти с тобой. Сегодня же. Я не хочу ждать.

— Потому что там, за стенами академии, ты можешь стать моей слабостью. — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — У меня есть враги. Если они узнают, что ты для меня важна, они используют это против меня. Ты будешь уязвима. Я не могу допустить того, чтобы ты была в опасности.

— А когда сможешь? — спросила она грустно.

— Скоро! — пообещал я. — Дай мне немного времени, и я все решу.

Она обняла меня ещё крепче, так, что я почувствовал, как дрожит её тело. Потом отстранилась и вытерла слёзы тыльной стороной ладони.

— Я буду ждать, — сказала она. — Сколько потребуется… Я не брошу тебя, Ярослав. Где-то в академии есть девочка, которая будет с тобой всегда, даже если ты будешь один бороться против целого мира.

— Я знаю, — ответил я. — Ты лучшее, что есть у меня.

Я толкнул дверь кабинета.

В кабинете уже были Екатерина Витальевна и Моисей Абрамович. Оба выглядели напряжёнными. Профессор нервно поправлял очки, хотя они и так сидели идеально. Куратор нервно сжимала планшет.

— Ярослав, — начал Моисей Абрамович, подходя ко мне и вставая так близко, что я почувствовал запах его одеколона. — Я слышал… Это безумие. Вы не можете уйти. Вы же наш лучший студент. Самый одарённый маг за последние несколько десятилетий. Я много кого видел, но таких данных, как у вас, не было ни у кого. Я прошу вас, подумайте ещё раз. Может, вам просто нужно немного отдохнуть?

— Я уже обо всем подумал, профессор, — сказал я, глядя ему в глаза. — Решение не изменится. Спасибо вам за все.

— Но почему? — спросил он, и в его голосе послышалась настоящее разочарование. — Что случилось? Мы можем помочь? Мы можем что-то сделать?

— Ничего не случилось, — ответил я. — Просто пришло время идти дальше. Своим путём.

— Ярослав, — сказала Екатерина Витальевна. Она стояла у стены. — Ты уверен?

— Уверен, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Я никогда не был так уверен ни в чём.

Она хотела что-то добавить, но передумала. Просто кивнула и отвела взгляд.

Ректор протянул мне документы. Лист плотной бумаги, испещрённый печатями, подписями, гербовыми штампами.

— Распишитесь здесь и здесь, — сказал он, указывая на пустые строки внизу страницы.

Я взял ручку и расписался не читая. Без разницы, что там могло быть написано. Я уже всё решил.

— Всё, — сказал я, откладывая ручку в сторону. — Готово.

— Тогда можете идти, — сказал ректор. — Вещи собрали?

— Да.

— Удачи вам, Ярослав.

— Спасибо, — сказал я и вышел.

Екатерина Витальевна пошла за мной.

Мы спустились на первый этаж, прошли по длинному коридору. Она не говорила ни слова, но я чувствовал её эмоции. Она теряла сына уже второй раз На лестничной площадке, когда мы оказались совершенно одни, она резко остановилась.

— Ярослав… — сказала она.

Я обернулся.

Она обняла меня. Тепло, крепко, по-матерински. Так, как обнимают только самые близкие. Я замер на секунду, а потом обнял её в ответ.

— Прощай, сын, — прошептала она.

— До свидания! — сказал я. — Я вернусь, обязательно.

Она отстранилась, вытерла глаза и взяла себя в руки. Лицо снова стало каменным.

— Хорошо, — сказала она. — Идём, я провожу тебя до выхода.

Она проводила меня до ворот академии.

— Не провожай дальше, — сказал я, когда мы остановились. — Тяжело будет.

— Ты прав, — сказала она. — Будь осторожен, Ярослав.

— Екатерина Витальевна, — сказал я, оборачиваясь. — Когда-нибудь мне понадобится ваша помощь. Я очень рассчитываю, что вы мне не откажете.

— Я всегда помогу, — ответила она. — Уверена, ты знаешь это и так.

Я кивнул и вышел за ворота.

Дорога до ближайшего городка была длинной и пустынной. Я шёл по обочине с рюкзаком на плечах.

«Ярослав, — обратилась ко мне Алиса. — Можно вопрос?»

«Задавай», — с улыбкой на лице сказла я.

«Ты помнишь наш мир? Ну, тот, откуда пришёл. Там такое же небо было? Мне кажется я уже забыла» — спросила девочка-призрак.

«Похожее, — ответил я. — Но там больше было машин, домов, шума, людей. Здесь тише. Спокойнее».

«Скучаешь?» — продолжала допрос моя призраная подруга.

«Если только по одному бару на окраине. Там делали лучшие бургеры в городе, ну и кофе тоже неплохой».

«А по людям?»

«Нет, — честно сказал я. — Там я был один, как волк одиночка. Охотился, выживал, спал с оружием под подушкой».

«А здесь?» — спросила Алиса.

«Здесь есть вы…».

Она замолчала. Я пошёл дальше.

Город показался через час. Маленькие домики с черепичными крышами, редкие фонари, которые только начинали загораться. Все как в прошлый раз, когда я был тут. На стоянке у въезда стоял экипаж и тот самый извозчик — пожилой мужчина с пышными усами. Он сидел на капоте своей машины, курил трубку и смотрел куда-то вдаль. Выглядел он как не водитель, а скорее как какой-то философ или поэт. Забавно.

— Ваша светлость? — он узнал меня сразу, соскочил и сразу же подошёл поближе. — Вы ли это? Какими судьбами? Опять в город? Один? Без охраны?

— Угадал, дружище. — сказал я. — Мне нужно в Новый Петербург. Довезёшь? Или ты сильно занят?

— А то! Для вас моя кобылка всегда свободна! — он хлопнул себя по коленке, глаза загорелись. — Садитесь, ваша светлость, мигом домчу. Только предупреждаю — гнать буду быстро, но вы уже знаете мою манеру езды.

— Быстро — это хорошо, — сказал я, забираясь в автомобиль. — Я люблю скорость. Скучал даже по твоей езде, дружище. Если честно, я очень надеялся встретить тут именно тебя.

Он улыбнулся, и мы тронулись с места.

Дорога была пустынной. Ни одной встречной машины не было у нас на пути. Извозчик молчал, я молчал тоже. За окном темнело. Мимо проносились сначала поля, потом лес, потом снова поля.

— Ваша светлость, — сказал извозчик минут через сорок, понижая голос. — Мне кажется, за нами следят.

— В каком смысле? — спросил я, оборачиваясь.

— Сразу за нами уже несколько километров едет чёрный экипаж. Не обгоняет. Не отстаёт. Меняет скорость, когда я меняю. Я и медленнее ехал, и быстрее — они всё равно за мной едут строго. Странно это всё.

Я выглянул. Действительно, в темноте маячили два тусклых огонька. Что это за назойливые мухи?

— Надо уходить от них. — сказал я. — Можешь ехать быстрее, чтобы скинуть хвост?

— Могу, — ответил извозчик. — Держитесь, ваша светлость.

Он нажал на педаль, и машину резко дернуло вперед. Я вцепился в сиденье. Через минут десять я посмотрел в окно, но преследователи не отставали.

— Ещё быстрее! — крикнул я в ответ.

— Не могу! — крикнул он. — Мы едем на максимуме! Там, видимо, не самая простая машина, ваша светлость. Иначе бы уже давно оторвались.

— Тогда сворачивай на второстепенные дороги! Петляй! Попробуем их запутать!

Он свернул на проселочную дорогу. Автомобиль трясло на ухабах, меня подбрасывало на сиденье, я стукнулся головой о крышу. Чёрный экипаж свернул следом.

— Чёрт! — выругался извозчик.

— Спокойно, — сказал я, высовываясь в окно. — Давайте к лесу. Там они не проедут. Дороги узкие, деревья близко.

Он свернул к лесу. Дорога стала совсем плохой — корни, ямы, камни, но чёрный экипаж не отставал.

— Сейчас! — крикнул я.

Я создал огненный шар и метнул его под колёса чёрного экипажа. Раздался хлопок, экипаж дёрнулся, затормозил, но не остановился.

— Не помогло! — крикнул извозчик.

— Тогда валим! — крикнул я.

Мы выскочили на шоссе. Чёрный экипаж отстал, но не намного.

— Вокзал! — крикнул я. — Гони к вокзалу! Я там сойду и затеряюсь в толпе.

— Держитесь, ваша светлость!

Через тридцать минут мы влетели на привокзальную площадь. Извозчик затормозил у входа, лошадь заржала. Я выпрыгнул, не закрывая дверцу и сунул ему бумажку с моим московским адресом.

— Спасибо! — крикнул я. — У меня денег с собой нет, но вот мой адрес. Мне понадобится такой сотрудник, как ты. Приезжай, и я дам тебе работу и все что должен.

— Удачи, ваша светлость! — крикнул он в ответ. — Берегите себя!

Я рванул к вокзалу.

Внутри было многолюдно. Пассажиры с чемоданами, носильщики в форменных жилетках, крики о прибытии и отправлении, запах кофе и табака. Я подбежал к кассе.

— Добрый день! Мне бы билет до Москвы, — сказал я, тяжело дыша. — На ближайший поезд.

— Через час, — ответила кассирша, не поднимая головы. — Один?

— Да.

— С вас сто пятьдесят империалов.

Я расплатился биометрией, взял билет и отошёл к скамейке.

«Ну хотя бы впервые в своей квартире побываю», — подумал я.

Я сел, выдохнул. Глаза закрывались.

«Алиса, эта черная машина, она в итоге приехала сюда?» — спросил я свою призрачную подругу.

«Нет, Ярослав. Они отстали от вас, когда вы приближались к вокзалу, и в итоге сюда не поехали» — ответила она.

«Отлично! Видимо, просто хотели проследить, чтобы я убрался подальше от академии. Алиса, я очень устал. Посторожишь меня, пока я посплю хотя бы полчасика?» — спросил я у девочки-призрака.

«Да, конечно. Отдохни».

После этих слов я уже готов был провалился в сон, когда почувствовал, что на моё плечо опустилась чья-то рука.

Я медленно повернул голову…

Передо мной стоял Василий. Тот самый извозчик с пышными усами и в кучерской шапке. Что он забыл на вокзале? Мы же вроде бы только что с ним попрощались.

— Ваша светлость, — сказал Василий, протягивая мне рюкзак. — Вы свои вещи забыли у меня в машине, на заднем сиденьи. Я уже отъехал, гляжу в зеркало — лежит. Как же без вещей-то? Там, поди, деньги, документы, вещи нужные. Негоже. Вот я и решил к вам вернуться.

— Ага… — сказал я, забирая рюкзак и накидывая его на плечо. — Спасибо большое, Василий. А ведь я даже и не заметил, что у меня чего-то нехватает. Видимо, сильно задумался о своем. Бывает же. Спасибо еще раз. Другой мы себе забрал, а потом говорил, что ничего не находил.

Василий улыбнулся, поправил усы. Глаза его блестели. Он явно был рад, что смог помочь мне еще раз.

— Да что вы, ваша светлость, — ответил он. — Как можно так. Не положено извозчику такое поведение. Чужое не берём, а ваше тем более никогда не трону. Я ж понимаю, кто вы. Аристократ и ученик академии. Не каждый день таких господ возишь.

Мы улыбнулись друг другу. Он кивнул, развернулся и пошёл к выходу с вокзала.

— Счастливого пути, ваша светлость, — сказал он, на прощание обернувшись, и помахал рукой.

— И тебе Василий, — ответил я. — Как говорится ни гвоздя, ни жезла!

Он вряд ли понял, что я сказал, но с улыбкой кивнул

Я проводил его взглядом, потом повернулся назад скамейке. Вокзал постепенно пустел, пассажиры расходились, носильщики убирали тележки. Где-то в углу дремал старик в потрёпанном пальто.

Я лёг на скамейку, подложил рюкзак под голову и закрыл глаза. Деревянные планки впивались в спину, но сил перебираться куда-то ещё не было да и не уверен, что нашел бы место получше.

«Расслабся, Ярик! Если будет какая-то опасность, я тебя разбужу!» — сказал мне моя призрачная подруга.

«Договорились!» — ответил я

Я провалился в сон.

«Ярослав… — голос Алисы вырвал меня из темноты. — Просыпайся. Пора отправляться. Поезд отходит через пятнадцать минут. Давай, вставай».

Я открыл глаза. В зале ожидания стало светлее. Я сел, потёр лицо ладонями. Кожа была сухой, а глаза безумно слипались.

«Сколько я проспал? — спросил я. — Такое чувство, что не больше пяти минут…»

«Полчаса, — сказала Алиса. — Нормально в текущей ситуации. Давай вставай, чемпион, а то уйдёт состав без тебя, и придется пешком до Москвы идти».

Я поднялся, поправил одежду, закинул рюкзак на плечо и направился к платформе.

Поезд уже стоял у перрона. Длинный, тёмно-синий, с золотыми полосами на боках, с гербом Империи на каждом вагоне. Красивый. Пассажиры заходили в вагоны, носильщики таскали чемоданы, кто-то прощался с родными у ступенек. Я же был совершенно один. Впрочем, это мое привычное состояние.

Я предъявил билет проводнице, молодой женщине в форменной тёмно-синей форме, с высокой причёской и строгим взглядом.

— Ваше место, — сказала она, взглянув на билет, — купе номер пять, место второе, нижняя полка. Второй вагон. Не перепутайте.

— Спасибо большое! — ответил я.

Я зашёл в вагон. Купе было небольшим, но уютным. Две полки с каждой из сторон, верхняя и нижняя, и все застелены свежим бельём. Столик у окна, светильник над головой с зелёным абажуром. Я бросил рюкзак на верхнюю полку, сам сел внизу и уставился в окно.

Поезд тронулся. Картинка стала меняться, сначала медленно, потом быстрее. За окном поплыли перроны, здания вокзала, потом город, потом поля.

Через несколько минут в дверь постучали.

— Войдите, открыто, — сказал я.

Вошел проводник. Такой пожилой мужчина с усами, в такой же форме, с планшетом в руках.

— Здравствуйте. Предъявите ваши билет и документы, — сказал он. — Проверка.

Я протянул ему билет и паспорт — маленькую книжицу с гербом Империи. Он посмотрел, сверил с данными в планшете.

— Всё в порядке, — сказал он, возвращая документы. — Приятной поездки, господин Шереметьев. Ужин будут подавать с восьми до десяти, вагон-ресторан в середине состава.

— Спасибо вам большое, — ответил я старику.

Он вышел оставив меня снова в одиночестве.

Прошло пара часов. Я все так же сидел у окна, смотрел на мелькающие поля и леса. За стеклом проплывали деревни, колокольни церквей.

«Схожу в вагон-ресторан, — сказал я Алисе. — Перекушу чего-нибудь, а то с самой академии во рту ни крошки не было».

«Иди, — ответила она. — Только осторожнее. Я анализировала поезд — вроде никаких сомнительных личностей не было обнаружено, но кто знает. Может быть и среди обычных пассажирова есть агенты Ахметова».

«Алиса, — усмехнулся я. — Если кто-то захочет меня убить, он не будет ждать, пока я дойду до вагон-ресторана. Он нападёт, когда я буду один в своем купэ, как сейчас, например».

«Ладно, — сказала она. — Но я предупредила».

Я встал и вышел в коридор.

Вагон-ресторан находился в середине состава. Я шёл по коридору, проходя мимо купе. В одном из тамбуров, когда я сворачивал, я увидел его.

Максим Белов.

Он стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на пролетающие поля. В том же бежевом плаще, в тех же ботинках, что и всегда. Только лицо было более уставшим, под глазами заметные тёмные круги, щетина длиннее обычного.

— Максим? — сказал я, останавливаясь.

Он обернулся и не удивился.

— Ярослав! — сказал он — А я все ждал, когда же вы наконец-то пойдете в вагон-ресторан. Не хотел, чтобы нас вместе видели в вашем купе

— Ого, — сказал я. — Неожиданно было вас тут видеть. Вы в Москву?

— А представьте, как мне было неожиданно, — ответил Белов, подходя ближе. — Я приехал к вам в академию, а узнал, что вы решили её покинуть. Что случилось, Ярослав? Вы меня не предупредили. Хорошо, что на машине успел за вами. Вы так гнали, видимо, пытались скинуть хвост.

— Так это были вы? Повезло вам, что я не решил бить на поражение, — сказал я, прислонившись к стене тамбура, — Да, всё верно, академию я покинул. У меня другие планы. Не срослось, так сказать. Не сошлись характерами с ректором, пусть это будет основной причиной.

— Это как-то влияет на наши планы? — спросил Белов, прищурившись. — Потому что я, честно, рассчитывал на вашу помощь в решении сложившейся ситуации.

— Отчасти, — ответил я. — У меня есть мысли о другом.

— О чём же? — спросил Белов. — Я, честно, уже отчаялся найти зацепку по Ахметову. Всё что можно было перерыть, перерыл. Везде пусто. Как раз хотел спросить, есть ли у вас ещё какие-то мысли, Ярослав.

— Есть, — сказал я. — Но пока не могу сказать. Возможно, чуть позже.

Белов удивился. Помолчал некоторое время, а потом все же спросил.

— Что за тайны? — спросил он. — Ярослав, я думал мы с вами в одной лодке.

— Пока что в разных, но в одном направлении — сказал я. — Я обязательно введу вас в курс дела, когда сам немного разберусь со всем.

— Ладно, — сказал Белов. — Я с вами до конца, помните об этом. Если что-то надумаете, дайте мне знать. Я найду способ связаться.

— Договорились, Максим, — сказал я.

Мы разошлись.

Я сидел у окна в вагоне-ресторане, пил горячий чай и смотрел на темнеющее небо. Заказал себе сытный ужин — суп, котлету с пюре, компот. Вкусно, но без изысков. Обычная дорожная еда. Сейчас мне этого вполне достаточно. Да, конечно, когда ешь изыски на приемах у таких знатных аристократов, как Марат Страхов, безумно наслаждаешься всеми блюдами, но и от обычной картошки после такого я нас отворачиваю.

«Ты ему не доверяешь? Верно?» — спросила Алиса.

«Не знаю, — ответил я. — Пока скорее не доверяю, но и врагом, разумеется не считаю. Просто… я должен сначала сам разобраться. Понять, что к чему».

«А если он попробует сам решить вопрос, и это помешает твоим планам?» — спросила девочка-призрак.

«Тогда и буду об этом думать, а сейчас я хочу насладиться своим вкусным ужином», — сказал я ей.

После ужина я вернулся в купе и сел к окну. Поезд нёсся по ночной Империи дальше. Поля, леса, редкие огни деревень, станции с платформами и скамейками. Я смотрел и думал о своём решении.

«Москва скоро, — сказала Алиса. — Часа через два».

«Знаю, — ответил я. — Мне бы отдохнуть, да не спится».

«Попробуй всё-таки. Утром будем на месте, и времени на отдых совсем не будет».

Я закрыл глаза. Поезд мерно покачивался, стучали колёса и уснул.

Поезд прибыл в Москву рано утром. За окном уже было светло, но город только-только просыпался. Редкие прохожие, первые экипажи, запах кофе и выпечки из уличных ларьков.

Я вышел на перрон, набрал полную грудь воздуха.

— Москва, — сказал я. — Встречай меня.

«Москва, — эхом отозвалась Алиса. — Красивый город. Один из любимых в этом мире, впрочем, как и в нашем. Шумный, суетливый. Всё, как я люблю. А тебе нравится?».

«Пока не решил. Поживём — увидим», — ответил я своей призрачной подруге.

Я поймал извозчика на привокзальной площади. Молодой парень в кепке и куртке, с веснушчатым лицом и зубачисткой в зубах.

— Куда, господин, изволите поехать? — спросил он.

— По вот этому адресу, — сказал я, протягивая е. — Знаете такой?

— А то! — ответил он, поправляя кепку. — Садитесь, мигом домчу. Я все улицы столицы знаю как свои десять пальцев. Пять минут, и вы на месте.

Мы поехали в указанное место. Город просыпался. Открывались магазины, где-то уже играла музыка, где-то стучали молотки, которыми ремонтировали мостовую.

Наконец извозчик остановился элитного пятиэтажного дома.

— Приехали, — сказал он. — С вас сто пятьдесят кредитов, господин.

— Дружище, а могу биометрикой расплатиться? — спросил я.

— Конечно! — ответил он.

Вот что значит столица Империи. Я расплатился и вышел.

Дом был достаточно старым, но очень ухоженным. Кирпичные стены, кованые решётки на окнах первого этажа, чистая лестница. Во дворе росли старые липы, стояла скамейка. Где-то рядом играла уличная кошка с только что пойманой мышью.

Я поднялся на нужный этаж, третий. Встал перед дверью и замер, перевёл дыхание. Нажал кнопку звонка.

За дверью послышались шаги. Кто-то спешил, шаркая тапками.

Дверь открыл Степан.

Он как будто постарел, или мне так просто показалось? Морщин стало больше, волосы ещё седее, руки чуть дрожали. Но глаза те же. Живые, внимательные, с искрой!

— Барин? — переспросил он, и голос его дрогнул. — Ярослав Иванович? Вы ли это? Неужели вы?

— Я, Степан, — усмезнулся я. — Живой и здоровый! Давно не виделись!

Он обнял меня. Крепко, с такой силой, что я почувствовал, как у меня слегка хрустнули кости.

— Барин! Барин к нам приехал! — крикнул он в квартиру. — Марфа! Марфа, иди сюда скорее! Барин приехал! Наш барин!

Из кухни выбежала Марфа в переднике, с выбившимися из-под платка волосами. Увидела меня всплеснула руками.

— Ярослав Иванович! — крикнула она. — Господи! Родненький! Живой! Целый!

Она обняла меня. Они оба что-то говорили одновременно, перебивая друг друга, смеялись и плакали.

— Тише, тише! — сказал я. — Дайте войти сначала, а то соседи подумают, что тут кого-то режут, и вызовут полицию.

Они расступились, пропуская меня внутрь.

Квартира была большой. Несколько комнат, кухня-столовая, два балкона. Мебель старинная, ухоженная. Тёмное дерево, полировка, резные ножки. На стенах висели картины с пейзажами, на подоконниках стояли разные цветы в горшках. Пахло чем-то родным, домашним.

— Вот ваша комната, барин, — сказал Степан, открывая дверь в конце коридора. — Мы её подготовили. Думали, приедете когда-нибудь, когда закончите академию.

— Спасибо большое, Степан, — сказал я.

Я зашёл. Комната была большой, светлой. Кровать двухспальная с высоким изголовьем, письменный стол в углу, книжный шкаф, кресло у окна. На столе чернильница и перо. Зачем мне это? Есть же обычные ручки. Видимо, элемент для кабинета аристократ. Ну и ладно.

Марфа со Степаном замерли — видимо, ждали мою реакцию. Надо было им хотя бы что-то сказать, видимо.

— Спасибо, — повторил я. — Всё отлично. Мне нравится. Вы молодцы.

— Вы голодны, барин? — спросила Марфа. — Я сейчас обед соображу. Супчик, котлетки, картошечка. Вы какой любите?

— Да нет, спасибо — сказал я. — Но от кофе с бутербродом бы точно не отказался.

Она ушла на кухню, шаркая тапками.

— А я пока покажу вам квартиру, — сказал Степан. — Вы ж тут не были ещё. Надо же знать, где что лежит. Это же все ваше, Ярослав Иванович.

Мы прошли по комнатам. Степан рассказывал, я слушал. Ванная, туалет, ещё одна спальня с кабинетом.

— Здесь вы сможете работать, — сказал Степан, открывая дверь в кабинет. — Если, конечно, захотите делать это вне своей комнаты.

— Спасибо, — сказал я. — Всё очень хорошо.

Мы возвратились в гостиную. Я сел в кресло, Степан напротив.

— Барин, — сказал он, глядя мне в глаза. — Зачем пожаловали? Что стряслось? Каникул в академии нет, а значит, вы окончательно оттуда ушли. Много лет назад ваш отец так же вернутся, так что опыт у меня в таких вопросах имеется, барин.

— Всё нормально, Степан. — уклончиво ответил я. — Просто решил навестить. Соскучился. Потом всё расскажу. В одном ты прав, возвращаться я уже не планирую.

— Хорошо, — сказал Степан. — Как скажете, барин.

Мы все вместе. Попили кофе, и хоть я не просил, но Марфа накрыла целый стол.

— Вкусно, барин? — справшивала она с интересом

— Да! Всё вкусно! — сказал я. — Спасибо вам большое.

После обеда я ушёл в свою комнату. Лёг на кровать, вытянулся.

— Отдохните с дороги, барин, — сказал Степан, заглядывая в дверь. — А мы пока не будем мешать. Если что-то будет нужно, зовите

— Спасибо тебе, Степан — ответил я.

Я закрыл глаза, но тут раздался звонок в дверь.

— Я открою, — услышал я голос Марфы. — Иду-иду, секундочку.

Потом шаги, скрип двери. Тишина и какой-то шёпот.

— Ярослав Иванович… — позвала Марфа, заглядывая в комнату. — Тут к вам пришли.

Она была бледна. Руки дрожали.

— Кто? — спросил я, вставая.

— Незнакомый мужчина, — сказала она. — И с ним… какой-то важный господин. Я таких не знаю, но выглядит он очень важным.

Я пошёл к двери, выглянул в коридор.

Там стояли двое. Один в строгом чёрном костюме, квадратная челюсть, короткая стрижка. Сразу видно, охранник. Стоял смирно, руки за спиной. А рядом князь Марат Страхов собственной персоной.

Он улыбнулся, когда увидел меня. Значит, точно не зря приехал. — Здравствуй, Ярослав, давно не виделись! — сказал он. — Я тут узнал, что вы решили академию покинуть. Вот пришел узнать информацию, как говорится, из первых уст. Разрешите пройти? А то мне кажется, я слишком сильно смущаю ваших соседей по лестничной клетке

— Да-да! Проходите князь. Мафра, накрывай на стол! — скомандовал я служанке.

— Нет-не, Ярослав! Я совсем ненадолго, вы лучше ответьте мне на один вопрос… — Страхов перевел разговор совершенно в другое русло.

— Какой? — удивленно спросил я.

— Можно пройти? — спросил Страхов.

Не думаю, что ему было нужно мое разрешение, но чисто ради приличия он все же спросил.

— Князь… Проходите, ваша светлость, — сказал я, отступая в сторону и пропуская Страхова в прихожую.

Краем глаза я заметил, как Степан напрягся. Марфа за спиной у него вытирала руки о фартук. Ещё бы чуть-чуть, и она, наверное, стала бы креститься. Еще бы, хоть они и служат всю жизнь аристократам, но птицу такого полета еще никогда не видели так близко. Я же старался держаться максимально спокойно, будто ко мне каждый день в гости приходят самые влиятельные люди империи.

— А у вас тут, вполне прилично. — сказал князь, окидывая взглядом коридор, вешалку, потёртый коврик и мои кроссовки, которые я в спешке оставил прямо посередине прихожей.

— Благодарю, князь. — ответил я, закрывая дверь за ними дверь. — Проходите. Можете не разуваться, чувствуйте себя как дома.

Марфа уже загремела посудой на кухне. Я слышал, как она шёпотом ругалась со Степаном:

— Ты чего замер? Не стой столбом, помоги хоть чашки достать!

Степан что-то невнятно бормотал в ответ. Князь уже прошёл в гостиную.

— Вы тут совсем одни живёте? — спросил он, разглядывая книжный шкаф, стопку журналов на подоконнике и мой рюкзак, который так и валялся посреди комнаты.

— На самом деле не сказал бы, что я тут живу. Сегодня посетил эту квартиру впервые, но будем обживать. Со мной живут ещё мои помощники, Степан и Марфа, — ответил я кидая рюкзак в угол. — Простите за беспорядок, не ждал увидеть сегодня гостей.

— Я заметил, Ярослав, — усмехнулся князь.

Он сел в кресло у окна и закинул ногу на ногу. Я устроился напротив, на диване. Между нами стоял журнальный столик с парой книг и графином с водой.

— Да ты не стесняйся, Ярослав. — сказал князь. — Все же свои тут. Не первый день знакомы.

— Я и не стесняюсь, — ответил я. — Просто немного неожиданно.

Марфа внесла поднос. Поставила на стол две чашки, заварник, сахарницу, блюдце с конфетами — разноцветными, в ярких обёртках. Степан встал на входе и наблюдал за этой картиной со стороны.

— Угощайтесь, батюшка… — сказала Марфа, кланяясь князю.

— Благодарю, — лениво ответил он, но даже не протянул руку к угощениям.

Марфа вышла, прикрыв дверь. Я налил чаю сначала себе, а потом Страхову. Судя по пару, чайник только что вскипел.

— Итак, Ярослав, — начал он — Я слышал, ты покинул академию по собственному желания. Это правда?

— Правда, князь. — ответил я мешая чай серебрянной ложкой. — Не удивлен вашей осведомленности. Вы же сами говорили, что имеете уши везде.

— Доложили, да… — не стал отрицать Страхов. — Но я хочу услышать от тебя самого. Почему? Что случилось? Зачем ты бросили учёбу в самом начале своего пути?

Я сделал глоток. Чай был горячим, почти обжигал губы. Поставил чашку на блюдце, выдержал паузу.

— Я не хочу больше быть искателем, ваша светлость. — сказал я. — Я понял, что в мире есть вещи намного важнее, чем бегать по лесу и кидать огненные шары в огромных ящериц.

— И поэтому ты покинул академию? — князь приподнял бровь.

— Всё верно. — кивнул я. — Мы же оба знаем, что в академии обязательно нужно пройти путь искателя для обучения на младших курсах, а мне это стало неинтересно. Хочется быть самому себе хозяином.

Страхов помолчал. Потом сказал:

— А ты наивный, Ярослав. В этом мире никто не может быть сам себе хозяином, даже я. Все мы кому-то служим. Вот я служу на благо империи.

— Возможно вы и правы, — ответил я, взяв конфету. — Но я хотя бы попытаюсь. Мне проще жить с мыслью, что я сам себе выбираю путь, чем заниматься тем, что мне неинтересно с мыслью, что моя судьба прописана в уставе академии.

Я закинул конфету себе в рот. Шоколадная, с орехами.

— И получается предложение, которое я хочу сделать, не будет тебе интересно? — спросил князь.

— Не знаю пока. — честно ответил я. — Я же еще не слышал, что вы хотите предложить. Вот теперь вы понимаете, почему я не мог согласится в прошлый разх. Я уже тогда сомневался, что продолжу обучение в академии.

Князь усмехнулся.

— Ты еще очень молод, Ярослав, — сказал он. — Поэтому позволяешь себе такие рассуждения. Все вы, молодежь, думаете, что сможете направить этот мир в нужное вам русло, но только мир намного сложнее, чем вы себе представляете.

— Я знаю, князь, — ответил Страхову.

— Нет, — покачал головой князь. — Ты не знаешь. Ты видел академию, монстров, порталы. Ты сражался, побеждал, но всё это так, детствие шалость. Ты не видел того, что происходит за кулисами. Интриг, которые плетутся на балах в императорском дворце. Тех сделок, которые заключаются между родами. Той грязи, которую приходится контролировать, чтобы мир не пошел по одному месту. Ярослав, мы можем остаться наедине?

Я дал знак Степану, чтобы он нас покинул, а затем взял следующую конфету.

— Поэтому я здесь, — продолжал Страхов. — Не потому, что мне скучно. Не потому, что я старый, и мне нечем заняться. Ты талантливый сильный маг и умный парень. Твой потенциал нельзя терять. Нельзя, чтобы такие, как ты, пропадали, когда ты мог бы послужить, как и я, на благо империи.

— Вы хотите использовать меня в своих целях? Верно я понимаю? — сказал я, глядя ему прямо в глаза.

— Нет, не верно. — отверг мое предложение князь. — Если бы я хотел тебя просто использовать, то давно бы сделал это.

— Возможно, — ответил я, отпивая чай. — Но я не собираюсь сдаваться без боя. И я не один.

— Поверь, у меня есть ресурсы, чтобы сломать волю любого человека в империи, кроме императорской семьи.

Я промолчал. Ждал, когда же князь закончит свои бравады и перейдет к сути

— Но мне не нужен такой человек рядом. Мне нужен союзник — сказал он. — Я предлагаю вам работать на меня. Не агентом или шпионом, как предлагал ранее. Просто… сотрудником. У меня есть офис в Москве, адрес на визитке. Приходи завтра, и мы всё обсудим

Он достал из кармана пиджака небольшую прямоугольную карточку из плотной бумаги с тиснёным гербом. Положил на стол, пододвинул ко мне.

— Я же могу подумать, князь? — сказал я, беря визитку.

— Думай, Ярослав, — кивнул князь. — Но не долго. В любом случае завтра я жду тебя в своём офисе в десять утра.

— А если не приду? — спросил я, вертя визитку в пальцах.

— Придёшь, — уверенно сказал Страхов. — В твоей текущей ситуации с уходом из академии, я нужен тебе. Мы же оба это понимаем, Ярослав.

Он встал с кресла. Налитый мною чай так и остался нетронутым. Конфеты тоже.

Я проводил его до двери.

— Увидимся завтра, Ярослав! — сказал он подмигнув.

— Увидимся, Ваше Сиятельство, — ответил я.

Дверь закрылась.

Я прислонился к косяку и выдохнул.

«Алиса…» — сказал я мысленно.

«Я здесь, Ярик, — ответила она. — И слышала всё».

'И что думаешь? — спросил я свою призрачную подругу.

— Думаю, что этот дядька знает намного больше, чем говорит, — сказала она. — И что он не просто так пришёл. Ему что-то от тебя нужно. Что-то важное.

— Вот и я считаю именно так же, — сказал я. — Вопрос — что именно.

— Возможно, мы узнаем это завтра, — ответила Алиса.

Я вернулся в гостиную, сел в кресло, взял остывший чай. Отпил. Горький и холодный.

— Марфа, — крикнул я. — Можно ещё кипяточку? А то этот уже окончательно остыл.

— Сейчас, барин, — донеслось с кухни.

На следующее утро я встал раньше обычного. За окном было серо, моросил тот мелкий дождь. Как-то в этом мире в Москве слишком часто питерская погода. Я открыл гардероб в своей комнате — там было много новой одежды моего размера. Степан и Марфа постарались. Надел чёрную водолазку, брюки, ботинки. Посмотрел на себя в зеркало.

— Неплохо выглядишь, дружище — сказал я.

«Красавчик, — подтвердила Алиса. — Только не опоздай. Князья не любят, когда их заставляют ждать».

«Я в курсе! У меня опыта общения с такими особами побольше твоего будет», — ответил я, закидывая визитку в карман.

Я вышел из квартиры, спустился на улицу, поднял воротник куртки — дождь противно лез за шиворот. Поймал извозчика на ближайшей стоянке.

— На Тверскую, — сказал я. — К дому четырнадцать. Знаете такой?

— А то! — ответил извозчик, молодой парень в кепке. — Садитесь, мигом домчу.

Мы поехали. Всю дорогу я бездумно смотрел в окно. Нравятся мне большие города в этом мире. Есть в них что-то особенное.

Офис князя Страхова находился в здании старинного особняка. Высокие потолки, да и в целом каждое помещение было большим. На двери табличка с гербом: медведь, разрывающий цепь. Я толкнул дверь и вошёл.

В приёмной сидела, судя по всему, секретарша. Молодая девушка с идеальной укладкой, белоснежной улыбкой и острыми каблуками. Она посмотрела на меня поверх монитора.

— Ярослав Шереметьев? — спросила она. — Верно?

— Да, — ответил я. — Как вы догадались?

— Князь вас ждёт. Проходите, — проигнорировала девушка мой вопрос.

Она указала на дверь в конце коридора.

Я дошел до него, постучал и открыл дверь. Кабинет был большим. Стол из красного дерева, кожаные кресла, карта Империи на стене. В раме, со множеством различных пометок. Страхов сидел во главе стола, перебирая бумаги. Увидев меня, отложил их в сторону.

— Приветствую тебя! Садись, Ярослав, — сказал он с улыбкой на лице. — Не стесняйся.

Я сел напротив.

— Ты пришёл, — сказал князь. — Ну рассказывай, что решил?

— Самое главное, что решил, — ответил я. — Но сначала я хочу задать вам вопрос.

— Спрашивай. Постараюсь ответить, — в его глазах читался живой интерес.

— Почему вы так настойчивы? Что вы во мне видите? Я простой студент, который ушёл из академии. Таких сотни, а вы меня на ужин позвали, потом к себе пригласили, а вчера и сами ко мне приехали.

Страхов откинулся на спинку кресла. Помолчал минуту.

— Я вижу в тебе человека, который не боится ни смерти, ни власти! — сказал он. — Который в любом случае идёт до конца. Который не предаёт друзей. Который умеет думать головой, а не только магией пуляться в разные стороны.

— Этого достаточно? — спросил я.

— Этого достаточно! — утвердил князь. — Таких, как ты, единицы. Я не могу позволить, чтобы ты пропал или стал пешкой в игре других родов или ректора.

— А вы не будете использовать меня как пешку? — спросил я прямо.

— Если когда-то и подумаю об этом, — честно сказал Страхов. — То я хотя бы предупрежу тебя заранее и дам тебе выбор. Я всегда даю выбор.

Я усмехнулся.

— Ладно, — сказал я. — Я согласен. Давайте попробуем.

— Вот и молодец, — кивнул князь. — Договорились.

Он протянул руку. Я пожал её.

Остаток дня я провёл в кабинете, знакомясь с документами и изучая структуру управления князя. Узнал, что Страхов контролирует не только зоны порталов, но и несколько заводов по переработке кристаллов, транспортные компании, даже газету и несколько телеграфных каналов.

— Империя держится не только на магии, — пояснил князь. — Но и на экономике.

— И на информации, судя по вашей зоне влияния, — добавил я.

— И на страхе, — согласился Страхов. — Деньгах, связях, уважении. Всё взаимосвязано, Ярослав. Захочешь что-то изменить, начнёшь тянуть ниточку, и весь клубок распутается.

— Или затянется петля на шее… — прошептал я.

— Тоже вариант! Хочешь попробовать? — усмехнулся князь.

— Пас, — с улыбкой произнес я.

Вечером я вернулся в квартиру усталый, но довольный. Марфа накормила меня ужином. Картошка, котлеты, компот — всё по стандарту. Степан сидел рядом.

Я немного почитал документацию, которую князь разрешил мне взять с собой, и отправился спать.

На следующее утро я отправился в офис снова. Потом ещё раз и ещё. Прошла неделя. Я втянулся в свой новый ритм жизни

Какая у меня было должность в компании? Да хрен пойми. Я даже не знал, какая у меня будет зарплата. В тот момент это было для меня не так важно. Страхов давал мне задания проверить документы, съездить на склад, переговорить с партнёрами, принять курьера, разобрать отчеты. Ничего сложного, но нудного было много.

— Ты быстро учишься, — заметил как-то князь.

— Пока ничего сложно вы мне не давали, Ваше сиятельство, — согласился я.

— Хорошо, — сказал он. — Завтра поедешь со мной на переговоры. Посмотришь, как работают настоящие акулы.

— Акулы? — переспросил я.

— Акулы бизнеса! — усмехнулся Страхов. — Я же говорил тебе, что главное в нашем деле — не фаерболы в противника кидать. Есть вещи, которые бьют намного сильнее любой магии.

По факту это оказались так себе акулы. Даже не пираньи. Весь вечер они выслуживались перед князем. Тьфу ты, а я думал, будет что-то стоящее. Жалко. Не люблю просто так тратить время.

Постепенно привык к новому ритму. Вставал рано, делал зарядку, потом душ, завтрак. После ехал сразу же в офис. Работал до позднего вечера и возвращался домой. Иногда задерживался в своём кабинете — да, мне выделили отдельный кабинет, читал отчёты, изучал финансовые потоки, вникал в дела. Мне хотелось понять, как же работает такая огромная махина, управляющая, по сути, всеми делами империи. Только так я смог бы добраться до сути всего и разобраться с вопросами, которые были для меня важны.

Алиса всегда была рядом. Иногда подкалывала, иногда помогала.

«Ты не скучаешь по академии?» — спросила она однажды.

«Скучаю, — честно ответил я девочке-призраку. — По ребятам, особенно по Анжелике. Чуть меньше тренировкам. Даже по урокам Бориса Ли немного скучаю».

«Напиши ей письмо. Она будет рада. Девочка же даже не знает где ты и что с тобой.» — предложила Алиса.

' Ну нет. Такое точно не про меня', — сказал я.

«Если когда-то решишься, я тебе помогу. Говорю же, девочку будет очень приятно». — посоветовала девочка — призрак.

Я промолчал. Не сказал бы, что я какой-то там романтик.

Через пару дней Страхов вызвал меня в кабинет. Выглядел он сильно озабоченным, брови нахмурены, пальцы нервно барабанили по столу. Я сразу же понял — что-то произошло.

— Ярослав, хорошо, что ты пришел, — сказал он, — я хочу поручить тебе одно дело.

— Какое, князь? — спросил я, садясь напротив.

— Тебе надо поехать, так сказать, в командировку. В ближайшую зону порталов.

— Зачем? Что я там буду делать? — насторожился я.

— Там открылся необычный портал, — сказал князь. — Он не закрывается уже несколько дней. Я хочу, чтобы ты съездил и посмотрел.

— Почему я, ваша светлость? — спросил я. — У вас есть свои специалисты. Я же даже курс учебный не до конца прошел. Чем я могу быть там полезен?

— Да, у меня там есть свои специалисты, — согласился Страхов. — Но я хочу, чтобы ты посмотрел на это со стороны. У моих, видимо, глаз замыленный, они ничего не понимают. Я не говорю, что ты приедешь и всё разом решишь, но вдруг заметишь какую-то особенность.

Я задумался.

— Хорошо, — сказал я. — Если вы так хотите, ваша светлость, я поеду.

Зона порталов встретила меня сыростью и холодом. Лес был тот же, что и у академии, но старше, мрачнее. Давно я не был в подобных местах. Под ногами хлюпала грязь. Эх, только с утра ботинки начистил.

«Ярик, здесь как-то не так, — сказала Алиса. — Воздух тяжёлый какой-то…»

'Чую, — ответил я.

Меня сопровождал отряд искателей и еще пара ученых. Мы вышли на поляну и замерли. Портал был огромным. Чёрным, с красными прожилками, пульсирующими, как вены. Он как будто дышал. Медленно, тяжело.

Я подошёл ближе. От туда послышались какие-то странные звуки…

«Ярослав, — голос Алисы в моей голове стал напряжённым. — Мне это не нравится. Воздух меняется, как перед грозой. Что-то происходит прямо сейчас. Я чувствую это. Ничего хорошего ждать не стоит».

«Знаю, Алиса… — ответил я, не отрывая взгляда от портала. — Я тоже это чувствую, но не могу оторваться от него. Он будто дышит или слушает нас. Я чувствую, что это не как будто очередной бездушный портал… Как будто он живой».

Красные прожилки на её краях то разгорались, то тускнели, и каждый раз, когда они вспыхивали ярче, земля под ногами давала мелкую, едва заметную дрожь. Будто под нами просыпалось что-то огромное и древнее. Я стоял на краю поляны. Вокруг меня, чуть сзади и по бокам, замерли трое учёных в защитных костюмах и пятеро искателей из отряда князя Страхова. Все они смотрели на портал, но никто не решался подойти ближе. Учёные что-то бормотали в диктофоны, записывая показания приборов, искатели держали руки наготове, активировав свои магические каналы, но никто не двигался с места.

— Господин Шереметьев, — сказал один из учёных, пожилой мужчина с седой бородкой и дрожащими руками, которые он постоянно прятал в карманы халата. — Может, не стоит подходить так близко? Мы и так уже зафиксировали аномалию. Все данные у нас есть, приборы показали максимум информации. Дальше только риск и никакой пользы для науки. Можем уходить?

— Данные — это одно, — ответил я, делая шаг вперёд. — А вот увидеть такое своими глазами — другое. Приборы никогда не смогут показать вам того, для чего их не создавали. Вы же вроде ученый, должны лучше меня это понимать. Хотя нет, вы же только цифрам доверяете, а не своим чувствам.

Я сделал еще несколько шагов в сторону портала.

— Куда вы? Господин Шереметьев это опасно! — воскликнул он, делая шаг за мной, но тут же остановмлся увидев взгляд старшего искателя. — Мы не знаем, на что способен этот портал. Он ведёт себя нестабильно, не как обычный. Он какой-то…

Искатели Страхова явно были недовольны моим появлением здесь. Еще бы, какой-то мальчишка, который даже академию не закончен, был прислан лично князем. Думаю, если бы из портала вылез огромный монстр и сожрал меня, они бы все дружно похлопали.

— Я в курсе, — бросил я через плечо, продолжая движение. — Поэтому я и иду, а вы и дальше стойте здесь и не мешайте делать за вас работу.

Я сделал ещё шаг. Потом второй, третий. Трава под ногами больше не хрустела — она была сухой, мёртвой, рассыпалась в пыль при соприкосновении с ней. Там, где ступала моя нога, оставались черные следы, будто земля выгорела до основания. Запах гари становился всё сильнее. Меня стало подташнивать, но я сдержался.

«Ярик, — снова позвала Алиса. — Осторожнее. Я чувствую, огромное количество энергии».

«Ну конечно, это же портал.» — ответил ей я.

«Не внутри портала, а под землёй! Прямо под ногами!» — тревожно вскрикнула девочка — призрак.

«Под землёй?» — переспросил я, замедляя шаг и стараясь не смотреть вниз.

«Да! Глубоко под землей. Метров на двадцать, может, больше. Оно… пульсирует, как сердце. Прямо как этот портал, что перед тобой. Они связаны, Ярик. Я уверена на все сто процентов. Это одна и та же энергия.» — сказала она.

Я остановился. Посмотрел под ноги. Земля, мёртвая трава, корни, торчащие из почвы, мелкие камни. Вот так с виду как будто бы ничего необычного. Но дрожь под ногами стала сильнее и теперь я чувствовал её даже через подошву собственных ботинок.

Я хотел задать следующий вопрос, сказать ей что-то ещё, но не успел. Началось.

Земля подо мной дёрнулась. Сначала слегка, будто кто-то ударил. Я пошатнулся, расставил руки в стороны, пытаясь удержать равновесие. Получилось. Сзади кто-то из учёных закричал что-то типа:

«ТВОЮ МАТЬ, ЧТО ЭТО ЗА ХЕРНЯ⁈»

— Всем назад! — крикнул я, не оборачиваясь. — Отходите к лесу! Бегом!

— Господин Шереметьев, Что такое? Что происходит⁈ — услышал я чей-то голос.

— Назад, я сказал! — заорал, чувствуя, что сейчас что-то будет. — Не стойте столбами! Живо отступайте!

Земля дёрнулась снова. Из-под ног посыпались комья грязи, корни, мелкие камни, целые пласты дёрна. Трещина по земле пошла от портала прямо в мою сторону, разрывая землю с громким, неприятным звуком.

«Ярик! Осторожнее!» — закричала Алиса.

Я попытался отпрыгнуть, но не успел. Земля ушла из-под ног прямо в этот момент. В лицо ударила пыль. Я закашлялся, попытался вдохнуть, но не вышло. Глаза защипало, из них потекли слёзы. Я не растерялся, пытаясь за что-нибудь ухватиться. Пальцы скользили по мокрой глине, по острым краям камней, царапая их. Тщетно.

— Держись! — крикнул кто-то из искателей сверху.

— Ремни! Давайте ремни! — заорал другой. — Все ремни сюда!

Ого! Не ожидал что кто-то из них захочет мне помочь. Я схватился за край образовавшейся трещины, повис на руках. Хорошо, что я начал развивать физические возможности этого тела, иначе не смог бы удержаться даже пару секунд. Через некоторое время плечи заныли от резкой нагрузки, мышцы живота свело судорогой. Пальцы вцепились в мокрую землю так сильно, что ногти вонзились в глину. Я подтянулся, попытался зацепиться ногами, но под подошвами только пустота.

Подо мной разверзлась чёрная бездна.

Там, глубоко, в темноте, что-то светилось. Тускло, красновато, пульсирующе. Оно не было живым, но и не мёртвым. Как чье-то огромное сердце.

— Твою мать… — прошептал я, чувствуя, как пальцы начинают скользить.

Вокруг падали люди. Учёные, те, кто не успел отбежать. Их крики разрывали тишину, отражаясь от стен трещины и многократно усиливаясь. Один пролетел мимо меня, задел плечом, чуть не сбил. Он орал, падая в темноту, и его голос затих, только когда он скрылся из виду и, судя по звуку, ударился о что-то твёрдое далеко внизу. Бедолага.

— Ярослав! — закричал старший искатель. — Держись! Мы тебя сейчас вытащим! Не смотри вниз!

А я все смотрел вниз на эту светящуюся штуку.

«Алиса… — мысленно позвал я. — Это оно? Это то, что ты чувствовала?»

«Оно, — ответила она. — Ярик, это большой кусок как камень, но какой-то странный. Он… он не всё время здесь бы… Мне кажется он и создал этот портал. Я уверена в этом теперь окончательно. Я чувствую его магию. Она не похожа на ту, что мы знаем, но более мощная и древняя».

— Ярослав! — крик сверху вырвал меня из разговора с моей призрачной подругой. — Хватай!

Веревка ударила в лицо, больно хлестнув по щеке. Могли бы и аккуратнее. Я схватил ее, обмотал вокруг запястья, потом вокруг ладони, потом ещё раз, чтобы не сорваться, благо, длины хватало.

— Тяните, братцы! — заорал я, вкладывая в крик все свои силы.

Меня выдернули из трещины. Грудь обожгло трением о каменистый край, рёбра слегка заныли. Я перекатился по земле, подальше от края, и упал на спину, тяжело дыша, разглядывая синее небо над головой. Костюм был в грязи, руки дрожали, лицо горело от царапины, оставленной веревкой.

— Все назад! — скомандовал старший искатель. — Быстро! Отходим от края! Не подходите к трещине! Она может расшириться еще больше! Эта херня непредсказуема!

— Там, — сказал я, пытаясь отдышаться и сесть. — Там внизу что-то есть. Я видел. Оно светится красным, и оно очень большое.

— Потом разберёмся, — ответил он, подхватывая меня под руку и помогая встать. — Сейчас надо убираться. Это место небезопасно.

Мы побежали подальше от портала и трещины.

Через несколько минут к поляне подъехали машины. Люди Страхова, человек двадцать, не меньше. Они полностью оцепили периметр. Ставили магические барьеры, раскладывали приборы, переговаривались по рациям. Меня оттеснили подальше, за линию оцепления.

— Вам нужно отдохнуть, господин Шереметьев, — сказал один из охранников, молодой парень с высокой челюстью и пустыми глазами. — Мы доставим вас обратно в Москву. Князь уже ждёт вас.

— А портал? — спросил я, оглядываясь на поляну.

— Портала больше нет, — ответил он. — Он закрылся, как только вы упали.

Я обернулся и взглянул в даль. Чёрная дыра исчезла. Поляна была пуста. Только огромная трещина в земле, из которой валил едва заметный пар, напоминала о том, что здесь только что произошло.

— Что же там было? — прошептал я, ни к кому не обращаясь.

«Ярик, — сказала Алиса, она сама была в шоке. — Это был не просто камень. Это был… я не знаю, как это назвать. Мне кажется он не земного проихождения».

' Как думаешь таких много?' — спросил я мысленно.

«Думаю, да. По одному на каждую зону. Может быть, больше Я чувствую, их много… Очень много по всей Империи», — ответила девочка призрак.

Я промолчал. В целом она только подтвердила мои догадки.

В Москву я вернулся ближе к вечеру. Вымотанный, грязный, злой одновременно. Страхов ждал меня в своём кабинете. Он сидел за столом, перед ним стояла чашка остывшего кофе, руки сложены, лицо усталое, но сосредоточенное. Думаю, он готовился к этому разговору.

— Ярослав, проходи и присаживайся — сказал он, указывая на кресло перед собой. — Рассказывай, что ты там видел, только не утаивай ничего. Я хочу узнать каждую мелочь.

— А что рассказывать? — спросил я, садясь и откидываясь на спинку.

— Всё! Что ты видел, что чувствовал. Каждую деталь. Каждую мысль, которая пришла тебе в голову. Не зря же я тебя туда отправлял, — сказал Страхов.

— Да разве ваши люди не все доложили? — удивленно спросил я.

— Доложили, но я хочу услышать именно твое мнение, Ярослав, — ответил мне князь.

Я посмотрел на него и решил сыграть по его правилам.

— Земля провалилась подо мной, когда я подошел к этому необычному порталу поближе, — начал я. — Я чуть не упал в трещину. Учёные, которые были со мной, некоторые не успели отбежать. Я слышал их крики. Они упали вниз в темноту.

— Что с ними стало? — перебил князь, подавшись вперёд.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но скорее всего они все мерты, ваша светлость. Я слышал, какой-то мощный удао после того, как они пропадали из моего поля зрения.

Страхов помолчал. Потом сказал:

— Ладно. Продолжай. Что ты видел внизу? Говори правду.

— Темноту… — ответил я.

— Ярослав, — голос князя стал жёстче, и его пальцы сжали подлокотники кресла. — Я знаю, что ты что-то видел. Не играй со мной! Я не враг тебе. Что ты там видел?

Я понял, что не в коем случае нельзя рассказывать ему, что же я там видел.

— Я и не играю, — сказал я. — Я говорю, все кк есть. Там было темно и ничего не было видно.

— Камень, — сказал Страхов. — Ты видел камень. Я прав?

Я промолчал.

— Если хочешь, — сказал Страхов, не оборачиваясь от окна, — я расскажу тебе кое-что.

— О чём? — спросил я.

— О порталах, — ответил князь. — О том, откуда они взялись. О том, что находится под землёй, и что именно ты видел сегодня.

Конечно же мне стало интересно.

— Но я должен тебя предупредить, — продолжил он, делая шаг ко мне. — Если я скажу тебе это, обратного пути не будет. Ты станешь, как и я, всю свою жизнь служить этой правде. Ты не сможешь нарушить клятву, которую дашь, иначе я тебя уничтожу. Ты понял меня?

— Понял, — ответил я.

— Ты готов к этому, Ярослав?

Я молчал. В голове зашумело.

«Ярик, — голос Алисы прозвучал испуганно. — Не соглашайся. Ты слышишь меня? Не надо. Мы узнаем всё сами без него. Пошел он нахер».

«Алиса…» — начал я.

«Нет, Ярослав. Ты не сможешь уйти».

— Что ты молчишь, Ярослав? — спросил князь. — Я задал тебе вопрос.

Я поднял голову. Посмотрел ему прямо в глаза.

— Вы для этого меня выбрали? — спросил я. — Вам нужен кто-то, кто будет хранить эту тайну после вас. Кто продолжит ваше дело? Вы не хотите, чтобы такую ношу принял кто-то из ваших детей. Верно?

Страхов замер. Его лицо дрогнуло.

— А ты даже умнее, чем я думал, — сказал он. — Да, верно! Мои дети не готовы. Может, никогда не будут готовы. А ты силён, умён, не боишься смерти. Не будешь прогибаться под других. Ты идеально подходишь.

— И поэтому я должен взвалить на себя это бремя? — спросил я.

— Ты должен решить сам, — ответил князь. — Я не принуждаю, а предлагаю. Если откажешься — это твое право.

— А если соглашусь?

— Тогда узнаешь правду и станешь моей правой рукой. Моим наследником, не по крови, но по делу.

Я молчал и думал.

— Ну так что? — спросил он. — Ты готов? Эти знания сделают тебя одним из самых влиятельных людей империи. Но в тот же момент это большое бремя, и оно точно сделает тебя другим.

Я стоял и смотрел на него. Где-то в коридоре часы пробили полночь.

— Знаете, князь! Вы сейчас предлагаете мне поставить на кон собственную жизнь, свободу… Но даже не говорите, а на что я их меняю? На власть и могущество? На деньги? Думаете, что это имеет для меня хотя бы какое-то значения?

Князь слегка улыбнуся и сказал:

— Продолжай…

— Так вот. Вы предлагаете мне отдать все, за черный ящик. Что внутри? Да хрен его знает, но это что-то великое. По моему предложение так себе.

— Понимаю тебя, — кивнул Страхов. — Выглядит именно так, но давай я задам тебе другой вопрос, Ярослав.

— Какой же вопрос, князь? — спросил я.

— Я же знаю, что ты сегодня видел кое-что, чего не видел никогда до этого… Камень под землёй, верно? Его свечение… Его пульс… Ты чувствовал его энергию? Скажи ведь, что чувствовал?

Я задумался. Он был прав, черт! Она была… другой. Не такой, как магия людей, и не такой, как энергия кристаллов.

— Так вот, Ярослав. Если ты хочешь узнать, что это за энергия, соглашайся! Ну а если нет, то это твое решение, — продолжал князь.

— Сколько у меня времени на принятие решения? — спросил я у Страхова.

— Я готов дать тебе время до завтрашнего дня. — ответил мне мужчина.

— Тогда я подумаю…

— Думай, Ярослав. — кивнул Страхов. — Это действительно важное решение. Возможно, самое важное в твоей жизни.

Я встал и направился к двери. Уже взявшись за ручку, услышал:

— Ярослав! Постой…

Я обернулся. Что же ему еще от меня нужно?

— То, что ты увидел сегодня и услышал от меня… забудь. Не говори никому, даже своим близким, иначе мне придется убить каждого из них.

— Я понял вас, князь! — сказал я и вышел из кабинета Страхова.

Я шёл по коридору и молчал.

«Что думаешь?» — спросил я свою призрачную подругу.

«Думаю, что ты играешь с этим опасным человеком в ненужную игру», — недовольно буркнула девочка-призрак

«А раньше ты была более рисковая. Этот мир сделал тебя слишком прагматичной», — усмехнулся я.

«Потому что это и правда опасно, Ярослав! Это тебе даже не Тимур Ахметов. Этот человек намного серьезнее, и иметь такого врага мы сейчас точно не готовы, но ты как будто этого не понимаешь. Да лучше биться с сотней ядовитых кальмаров, чем с этим человеком»

«Ты думаешь, не я не знаю? Напомню, что на кону моя жизнь, а не твоя».

Я вышел на улицу. Ночь была тёмной и вокруг светились огни Москвы.

«Ярик…. — снова позвала Алиса. — Что бы ты ни решил, я с тобой».

«Знаю, Алиса! — ответил я ей. — Именно за это я тебя и люблю. Спасибо, что ты всегда со мной рядом. Я правда это ценю».

Она тепло улыбнулась.

ОТ АВТОРОВ: Уважаемые читатели, не забывайте подписываться на автором и кормить их музу лайками! Спасибо!

Я очень долго не мог уснуть и тупо лежал на спине и смотрел в потолок. Ворочался с боку на бок. В голове крутились обрывки увиденного в зоне. Пульсирующий портал, трещина в земле, тот светящийся камень в глубине. Было так много вопросов и так мало ответов на них. Алиса тоже молчала. Думаю девочка-призрак чувствовала мою тревожность и старалась лишний раз не трогать. Не лезть с разговорами, не задавать вопросов.

Уснул только под утро. Мне снилась та же трещина, тот же камень, но я уже не висел на руках, а стоял на дне, прямо перед ним. Он пульсировал, как сердце. Я протягивал руку, чтобы коснуться его и в этот момент проснулся.

За окном уже светало. Я сел на кровати, потёр лицо ладонями. Убедился, что всё это быль лишь только дурацкий сон.

«Сколько времени, Алиса?» — спросил я мысленно.

«C добрым утром! Думала, ты поспишь сегодня побольше», — ответила она.

— Обойдусь без зарядки… — сказал я, лениво вставая с кровати.

«Понимаю», — ответила она.

Я пошёл в душ. Вода была тёплой, но я сделал её максимально холодной, чтобы смыть остатки сна и окончательно проснуться после вчерашнего. Стоял под струями, смотрел на кафель и думал князе Страхове и его предложени. О том, что будет, если я соглашусь и если откажусь.

«Ярик, — позвала Алиса, когда я вышел из душа. — Ты уже всё решил?»

«Почти, Алиса… Почти…», — ответил я своей призрачной помощнице.

Вышел из душа и оделся. Чёрная водолазка, чёрные брюки, чёрные ботинки. Как будто собрался на свои собственные похороны. Посмотрел в зеркало. Из отражения на меня смотрел уже не тот мальчишка, который полгода назад поступил в академию.

Я вышел в коридор. На кухне уже гремела посудой Марфа. Услышав шаги, она обернулась.

— Барин, доброе утро! — сказала она с улыбкой. — Вы сегодня рано, я вам оладушек напекла. С малиновым вареньем, как вы любите.

— Спасибо, Марфа, — ответил я, садясь за стол.

Она поставила передо мной тарелку с горкой румяных оладий, рядом маленькую вазочку с вареньем и большую кружку горячего кофе с молоком.

— Что-то вы сегодня бледный, барин, — сказала она. — Не выспались?

— Не очень получилось. — ответил я, откусывая кусок от оладий.

— Работа у вас тяжёлая, я смотрю. Этот князь вас совсем загонял, — беспокойно сказала она

— Нормальная работа, Марфа, — сказал я. — Всё будет хорошо.

— Ох, барин… — вздохнула она. — Вы только берегите себя. Мы со Степаном за вас молимся.

— Спасибо вам! — ответил я.

Я ел молча. Оладьи были вкусными, пропитанными маслом. Варенье сладким, с кислинкой. Всё как я люблю. Марфа смотрела на меня и молча улыбалась. Я чувствовал её взгляд, но не поднимал головы.

«Ярик, — позвала Алиса. — Ты уверен? Извини, но я прочитала твоё решение в мыслях».

«Нет, — ответил я. — Но выхода нет».

Я доел, поблагодарил Марфу и вышел на улицу.

До офиса Страхова я добрался быстро. Извозчика поймал сразу, дорога была свободной. Еще бы, время-то ранее. На улице моросил мелкий дождь, такой же, как вчера. Я вышел из автомобиля, зашёл в подъезд, поднялся на второй этаж.

Секретарша уже была на месте. Увидев меня, она кивнула и сказала:

— Князь вас ждёт, господин Шереметьев. Проходите.

Я толкнул дверь в кабинет.

Страхов сидел за столом, перед ним стояла чашка свежего кофе. Он был в том же костюме, что и вчера, но выглядел отдохнувшим. Увидев меня, отложил бумаги.

— О, Ярослав! Доброе утро. Проходи, садись, — сказал он.

Я сел в кресло напротив.

— Давай перейдем тогда сразу к делу. Ты решил? — спросил он, глядя мне прямо в глаза.

— Решил, князь. — решительно ответил я.

— И?

— Я согласен, князь.

Страхов даже не улыбнулся. Просто кивнул, будто ожидал этого.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда слушай внимательно. Я расскажу тебе всё с самого начала. Приготовься, история будет долгой.

— Я готов, ваша светлость. — ответил я.

Князь сделал небольшую паузу. Потом большой глоток кофе и начал.

— Всё началось не здесь, — сказал Страхов, откидываясь на спинку кресла и закидывая ногу на ногу. — За много лет до того, как появились первые маги, аристократы, какими ты видишь их сейчас, и порталы. В те времена мир был совсем другим.

— Каким? — спросил я.

— Ничем особо не выделяющимся. — ответил князь. — Без монстров, без кристаллов, без искателей. Люди жили, строили города, воевали друг с другом, умирали от болезней и старости. Никто не умел вызывать огонь или двигать предметы силой мысли. Магии не существовало.

— А потом? — спросил я.

— А потом, — продолжил Страхов, — на нашу планету упал огромный метеорит. Люди тогда ещё не умели предсказывать такие вещи. Не было ни магии, ни приборов, ничего и когда этот метеорит вошёл в атмосферу, он разрушился на несколько осколков и эти осколки упали в разных местах нашей Империи.

— Сколько их было? — спросил я.

— Точное число никому не известно, — ответил Страхов. — По разным подсчётам от семи до двенадцати. ни лежат там, где упали.

— И что потом? — спросил я.

— Потом, — продолжал князь, — люди, которые жили рядом с этими осколками, начали замечать странные вещи. Земля вокруг них выгорала. Трава становилась серой и рассыпалась в пыль от прикосновений. Воздух делался тяжёлым, горьким, от него першило в горле. Некоторые умирали в страшных муках. Никто не мог ничего сделать с этими осколками. Все, что прикасалось к ним, тут же сгорало.

— И что с ними сделали? — спросил я.

— Тогда осколки закопали глубоко под землю.

— Зачем их закопали?

— Чтобы энергия осколков не доставала до поверхности, — пояснил Страхов. — Люди тех лет поняли, что именно эти камни являются источником странных явлений, и решили их спрятать настолько глубоко, чтобы никто больше не мог до них добраться.

— И помогло?

— Не сразу, — сказал князь. — Со временем сила осколков ослабла, но не исчезла совсем. Они продолжали влиять на окружающую землю, на воду, на воздух. Ну и в тех местах, где они лежали, стали появляться порталы.

— Порталы? — переспросил я.

— Да, — кивнул Страхов. — Энергия осколков оказалась настолько сильной, что прорывала ткань реальности. Открывала проходы в другие миры. Оттуда начали вылезать эти твари.

— Существа… — сказал я.

— Монстры, — подтвердил князь. — Сначала их было немного. Люди не понимали, что происходит, и гибли тысячами. Порталы открывались неожиданно, монстры вылезали из них и убивали всех, кто попадался на пути. Страшное время было.

— А потом? — спросил я.

— А потом, — продолжил Страхов, — люди научились с ними сражаться. Они поняли, что если убить монстра, из его тела выпадают кристаллы, которые обладали огромной энергией.

— И тогда люди поняли, что это ценный ресурс?

— Всё верно. Начали торговать, — ответил князь. — Сначала между собой, потом с соседними государствами. Кристаллы стали валютой. На них покупали землю, дома, оружие. На них строили нашу империю.

— Поэтому она и стала самой могущественной на планете? — спросил я.

— Именно так, — кивнул Страхов. — Кристаллы давали нам преимущество перед всеми другими странами. На деньги от их продажи мы строили города, развивали промышленность, вооружали армию. Порталы стали не только угрозой, но и нашим главным ресурсом.

— И кто об этом знал? — спросил я. — Про осколки, я имею в виду?

Страхов усмехнулся.

— Император и несколько избранных. Чтобы тайна не ушла в массы, император выбрал один род, отсюда и взялся род Чеховых, который должен был следить за осколками, контролировать добычу кристаллов и хранить молчание.

— Почему именно Чеховых?

— Потому что они были самыми сильными, — ответил Страхов. — Самыми богатыми и влиятельными. Император знал, что если кто и сможет сохранить тайну, то только они.

— И Чеховы согласились?

— Им не оставили выбора, — сказал князь. — Император дал им власть, богатство, земли. Взамен они должны были уничтожить всех, кто знал правду. И они это сделали.

— Убили остальных? — спросил я.

— Да, и стали единственными хранителями этой тайны наравне с императором. Поколение за поколением они передавали знание. От отца к сыну. От матери к дочери.

— Пока один из них не справился? — спросил я.

Страхов посмотрел на меня долгим взглядом.

— Да, — сказал он. — Один из Чеховых сошёл с ума. Не выдержал груза ответственности и стал жестоким тираном.

— И с тех пор тайна перешла к вашему роду? — спросил я.

— К моему, — кивнул Страхов. — Я был следующим, кто узнал правду, и теперь я должен передать её дальше.

— Мне… — сказал я.

— Тебе, Ярослав, всё верно! — подтвердил князь.

— Но есть же другие страны, — сказал я. — Они живут без порталов, без кристаллов, без магии, и ничего, существуют.

Страхов усмехнулся.

— Ты прав, — сказал он. — Они существуют, но они слабы, Ярослав. Их армии не могут противостоять нашим. Их экономики зависят от наших кристаллов. Если мы перестанем продавать им кристаллы, они рухнут. Если они попытаются напасть, мы их уничтожим. Да, думаю, что они бы смогли жить без кристаллов, если бы их не было, но не в текущей ситуации.

— И это правильно? Сколько мы теряем людей в битвах за кристаллы? — спросил я.

— Это необходимо, — ответил князь. — Империя должна быть сильной, иначе, как ты думаешь, что будет? Начнётся война и погибнут миллионы. И всё, что мы построили, рухнет.

— Значит, мы живём в постоянной готовности к войне? — спросил я.

— Мы живём в постоянной защите, — поправил Страхов. — И это наша цена за мир — хранить правду о кристаллах и о эксперименте с сывороткой.

— Что еще за сыворотка? Вы мне раскажите?

Князь кивнул.

— Чеховы не только следили за осколками, но еще они проводили эксперименты. Пытались понять, как использовать их силу для усиления людей и создания армии, которой никто не сможет противостоять.

— И что они сделали? — спросил я.

— Они научились плавить кристаллы, — ответил Страхов. — Создавать из них сыворотку и вкалывать её детям аристократов.

— Детям? — переспросил я.

— В одном поколении всем новорождённым в определённых родах до тех пор, пока не поняли, как это работает. Те, кто получил сыворотку, вырастали магами. Их дети тоже, и так далее.

— То есть магия — это не природный дар? — спросил я. — Это результат эксперимента?

— Именно так, — сказал Страхов. — Чистая генетика, Ярослав, и расчёт великих умов того времени.

— А почему не продолжают такие эксперименты и сейчас? Можно же было дать эту возможность не только аристократам.

Князь засмеялся.

— И как бы ты всё это контролировал? Представь Империю, где каждый может создать огненный шар? Нет, Ярослав, это бомба замедленного действия.

— А инди? — спросил я.

— Инди — это не результат того эксперимента. — ответил князь. — Откуда они взялись они, точно никто не знает. Скорее всего это мутации, связанные с изменениями в природе от осколков метеоритов.

— Теперь я понимаю, почему вы не хотите, чтобы тайна ушла на сторону, — сказал я.

— Это хорошо, что ты понимаешь, — кивнул Страхов.

Я помолчал.

— Но жить так — разве это нормально? — спросил я.

Страхов усмехнулся.

— Всегда где-то кого-то убивают, Ярослав. Не было бы порталов — были бы войны, болезни или голод. Смерть всегда рядом. Она не спрашивает разрешения, — ответил мне Страхов.

— Но мы могли бы закрыть порталы, — сказал я. — Уничтожить осколки, и тогда монстры не могли бы приходить в наш мир.

— Тогда не могли. С технологиями, которые у нас есть — возможно, — не стал спорить князь. — Но что тогда? Мы потеряем источник кристаллов. Нашу армию ослабят, и враги нападут. Империя рухнет.

— А другие страны? Они же как-то выживают?

— Они выживают, — согласился Страхов. — Но они слабы, и у них нет магии. У них нет таких армий, как у нас. Если бы не мы, они давно бы перебили друг друга.

— И поэтому вы предпочитаете, чтобы всё оставалось как есть?

— Я предпочитаю, чтобы Империя выжила, — твёрдо ответил Страхов. — Любой ценой! Теперь это и твоя задача!

Я молчал. В голове крутилась мысль.

— Но что-то изменилось, — сказал я. — Вы сами это знаете. Портал вёл себя нестабильно. Я видел камень под землёй. Он пульсировал, будто живой.

— Да, — кивнул князь. — Что-то произошло, и я не знаю, что, но мы должны понять. Иначе всё, что мы знаем, может рухнуть.

— Поэтому вы отправили меня туда? — спросил я.

— Именно, — подтвердил Страхов. — Ты сильный маг, умеешь чувствовать энергию и не боишься смерти.

— А теперь что? — спросил я.

— Теперь ты будешь моими глазами, — сказал князь. — Ты будешь ездить в зоны, изучать порталы, искать аномалии и докладывать мне.

— А если я откажусь? — спросил я.

— Ты уже согласился! — напомнил он.

Я помолчал.

«Ярослав… — позвала меня Алиса. — Назад пути уже нет. Тебе придется отыгрывать эту роль до самого конца».

— А что насчёт людей, которые видели камень внизу? — спросил я. — Те, кто были вместе со мной. Учёные и искатели. Они видели то, что не должны были видеть. Они же могут все рассказать?

— Мертвецы не говорят… — спокойно ответил князь.

Я замер.

— Вы их убили? — спросил я.

— Они погибли при провале земли, — сказал Страхов. — Несчастный случай. Так будет записано в отчётах.

— Вы их убили… — повторил я.

— Я убрал угрозу, — поправил князь. — Иначе они могли проболтаться. Ты же понимаешь, это лучшее решение. Ты сам видел, как быстро распространяются слухи, и как легко они могут разрушить всё, что мы строили веками.

Внутри закипала злость, но я сдерживался.

— Верно ли я понимаю, что если вы почувствуете угрозу от меня, то будет тоже самое? — спросил я.

— Как и для любого, кто каким-то образом решит помешать империи в её процветании.

— Даже если это будут ваши собственные дети, князь?

— Даже если это будут они! — он дал ответ, не колебавшись и секунды.

Мы замолчали, потом князь спросил:

— Будешь кофе с коньяком? Думаю, после такого тебе точно нужно немного выпить.

— Пожалуй, что да.

Он коротко кивнул в сторону двери. Я даже не заметил, как она открылась. Секретарша уже стояла на пороге с серебряным подносом в руках. На подносе были две чашки дымящегося кофе и небольшой графин с янтарной жидкостью. Дорогой коньяк, судя по тому, как он искрился в свете ламп.

— Оставь, — сказал князь, и секретарша поставила поднос на стол, бесшумно разлила напитки и также бесшумно вышла, прикрыв за собой дверь.

Страхов взял одну чашку, подержал её в руках, будто согревая ладони.

Я молча взял свою чашку, Страхов поднял свою.

— Ну что, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — За империю?

Я помолчал секунду. В голове крутилась информация о метеоритах, сыворотке, людях, которые погибли, чтобы эта тайна не вышла наружу.

— За империю, ваша светлость! — ответил я. — И за её светлое будущее!

Мы чокнулись, тем самым я как будто закрепил только, что подписанный контракт с дьяволом. Я отпил глоток, и тепло разлилось по всему телу.

— Теперь ты один из нас, Ярослав, — сказал Страхов, ставя чашку на стол. — Надеюсь, ты не пожалеешь!

— Я никогда не жалею о своих решениях, ваша светлость. — ответил я. — К сожалению или счастью, но не имею такой привычки. Увы.

— Это хорошо, Ярослав! — кивнул князь. — Потому что отныне каждое твоё решение будет влиять на судьбу Империи. Поэтому тебе нужно хорошо думать перед тем, как ты принимаешь то или иное решение.

Я допил кофе и поставил чашку.

— Что дальше? Какие будут мои действия в новой должности? — спросил я.

— У меня сразу есть для тебя одно важное задание… — сказал Страхов.

— Какое же, ваша светлость? Надеюсь, не назад в ту зону порталов меня отправите? — заинтересовано спросил я.

— Нет, Ярослав! Ты едешь обратно в академию! Рад? — воскликнул он

Сердце в груди застучало в два раза сильнее от этой новости…

Я стоял, прислонившись к книжному шкафу. История Империи, Экономика, несколько томов по основам магии. Ни одного романа. Видимо князь не читал для развлечения.

— Вы сказали, ваша светлость, что я еду обратно в академию… — начал я, нарушая затянувшееся молчание. — Меня это, безусловно, радует, но позвольте спросить, а зачем? Я только оттуда ушёл, и я больше не студент. Что я там забыл? Если вы хотите меня восстановить, то я против.

Страхов засмеялся. Громко так, по настоящему

— В качестве студента в академии ты мне больше не нужен. Да и тебе самому это уже вряд ли интересно, верно? — Он взял со стола массивную чернильницу, покрутил её в пальцах, поставил обратно. — По нашим данным, в последнее время количество открывающихся порталов в зоне при академии увеличилось. Причём значительно.

— Увеличилось? Когда? Я ничего такого не замечал перед своим… уходом. — попытался отыграть непонимание ситуации. Даже мне показалось, что получилось у меня так себе.

— А вот это самое интересное, Ярослав. — князь прищурился. — Заметный рост начался примерно тогда, когда ты там учился и резко пошёл на спад после того, как ты её покинул.

— Вы хотите сказать, что я притягиваю порталы?

— Было бы интересно, если это было бы правдой… — улыбнулся он. — Но конечно же нет! Скорее всего их метеорит ведет себя нестабильно. Другой причины на данный момент я не вижу.

«Ярик… — тихо позвала меня моя призрачная подруга. — У меня внутри всё замерло. Я думала, что он и правда всё знает о тебе и порталах».

«Знает, что я ходячая аномалия?» — мысленно усмехнулся я.

— Ваша светлость, вы боитесь, что скоро и с вашим метеоритом произойдёт что-то подобное? — спросил я вслух.

Князь медленно повернулся ко мне.

— Я ничего не боюсь, а только предупреждаю риски. Разница огромная, юноша. Если это произойдет, то тайна выйдет наружу, а этого нельзя допустить, — недовольно выдал он.

— Нельзя… понял… — как будто бы эхом повторил я слова за князем.

— Никто не должен узнать о метеоритах! Никто, кроме нас с тобой и ещё паре посвящённых! Надеюсь это понятно? — Страхов подошёл ко мне почти вплотную. Запах его одеколона ударил в нос. — Поэтому ты едешь в академию, чтобы стать моими глазами и ушами. Будешь следить за порталами, за поведением зоны, и если вдруг что-то пойдёт не так…

— Что именно? — спросил я, хотя уже догадывался.

Князь посмотрел мне прямо в глаза и тихим голосом произнес:

— Если метеорит в зоне академии начнёт активизироваться, и возникнет угроза раскрытия тайны… Ты должен будешь избавиться от всех свидетелей.

— От всех? — спросил я.

— От всех, кто увидит что-то лишнее. Студенты, преподаватели, персонал. Если потребуется, ректор, куратор, да кто угодно. — Он сказал это так, будто перечислял продукты в списке покупок. — Никто не должен узнать о метеорите! НИКТО!

— Это… — я запнулся. — Это может быть и десятки, а то и сотни людей, ваша светлость.

— Если о метеоритах узнают, то это могут быть и тысячи. — спокойно ответил Страхов. — Тебе нужно будет поставить точку в этом вопросе, а если не справишься сам, то сообщи мне, и я решу вопрос.

— Мда, — произнёс я вслух. — Быть палачом — так себе перспектива.

— Это та цена, которую мы платим, Ярослав. — Князь сел обратно в кресло. — Ты согласился стать моим наследником.

Я выдохнул.

— Когда выезжать, князь? — коротко спросил я.

— Завтра утром машина будет у твоего подъезда ровно в семь. Водитель тот же, что и в прошлый раз.

Я ничего не ответил, только кивнул и вышел из кабинета.

«Алиса?» — позвал я мысленно.

«Я здесь, Ярослав». — откликнулась моя призрачная подруга.

«Ты всё слышала?» — спросил я её.

«Да и мне это совсем не нравится, Ярик. Убивать свидетелей? Серьёзно? Да что это вообще такое», — недовольно буркнула девочка-призрак.

«Сделаю всё, чтобы до этого не дошло», — ответил я, но уверенности в голосе не было.

Я вернулся в свою московскую квартиру. Марфа, услышав шаги, выскочила навстречу с полотенцем в руках и испуганными глазами.

— Барин! Вы сегодня рано.

— Всё в порядке, Марфа, — я снял куртку и повесил на вешалку. — Где Степан?

— На кухне, чай пьёт.

Я прошёл на кухню. Степан сидел за столом, подперев голову рукой, и тупо смотрел в кружку. Увидев меня, вскочил.

— Барин! Слава богу! — Он обнял меня, крепко, по-мужски, хлопнул по спине. — Ну как съездили? Что этот… князь? Не обижал? Глаза у него злые, я вам скажу.

— Степан, ты снова за старшего остаешься. Мне нужно будет уехать.

— Куда ж опять, барин?

— Обратно в академию.

Они переглянулись с Марфой.

— Как так? Вас же отчислили! Мы думали, теперь вы здесь будете, в Москве, при деле у князя, а вы говорите, что снова в академию… — удивился старик.

— Дела, — Я отпил чай, который мне любезно налила Марфа. — Князь отправил меня обратно с проверкой, так сказать. Теперь я его доверенное лицо в академии.

Степан сел, тяжело вздохнул.

— Ох, барин, не нравится мне это. Одно дело учиться, другое — шпионить за кем-то.

— Я не буду шпионить, — ответил я. — Буду… наблюдать, а там посмотрим.

Я допил чай и поднялся со стула.

— Собираться надо.

Марфа хотела помочь, но я отказался Я открыл шкаф и собрал небольшой рюкзак.

«Как думаешь, Ярик, они обрадуются твоему возвращению?» — спросила Алиса.

«Кто? Ректор? Вряд ли. Он был рад, когда я ушёл», — ответил я девочке-призраку

Она промолчала. Остаток вечера я провел в своей комнате перебирая документы, которые получил, работая на Страхова. Спать лег рано.

Ровно в семь утра я стоял у подъезда. Рюкзак за плечами, в руках термос с кофе, который Марфа сунула мне на прощание со словами:

«В дороге пригодится, барин».

Тот же чёрный седан с тонированными стёклами ждал меня видимо уже давно. Знакомый водитель открыл заднюю дверь.

— Доброе утро, господин! — сказал он.

— И тебе не хворать, — ответил я, забираясь в машину.

Двигатель заурчал, и мы выехали со двора. Москва просыпалась. За окном проплывали улицы. Я смотрел в него и молчал. Водитель тоже молчал. Это начинало меня напрягать.

— Можно радио включить? — спросил я.

— Как вам будет угодно, господин.

Он нажал кнопку, и из динамиков полилась негромкая, приглушённая музыка. Что-то джазовое, с трубами и лёгким ритмом. Я откинулся на сиденье и полностью расслабился.

«Ярик, — позвала Алиса. — Может, поговорим?».

«Не сейчас, Алиса, — ответил я. — Мне нужно подумать».

«Опять ты за своё. Когда ты уже начнёшь делиться со мной всем?»

В ответ я только улыбнулся, а она обиженно замолчала.

Машина выехала на трассу. Город остался позади, замелькали поля, перелески, деревни с редкими прохожими. Я смотрел на всё это и думал, что этот безумный, жестокий мир, стал мне почти родным.

Через час мы остановились на заправке. Я вышел размяться, купил бутылку воды и шоколадный батончик.

— Долго ещё? — спросил я водителя.

— Часа два-три, господин. Смотря что там по пробкам на подъезде к Новому Петербургу.

Я кивнул, забрался обратно.

«Алиса…» — позвал я её мысленно, но она не ответила. Видимо, до сих пор обижалась.

За окном мелькали указатели с названиями городов, которых я не знал. На одном было написано: «Твердь — 40 км», на другом — «Нижград — 520 км». Мы ехали на север, и воздух становился всё свежее.

Когда за окном показались очертания академии, стеклянный купол главного корпуса и стены корпусов «Альфа» и «Бета», у меня ёкнуло сердце.

«Приехали, — сказала Алиса. — Добро пожаловать домой».

Машина остановилась у главных ворот академии. Защитный купол чуть заметно пульсировал, пропуская нас внутрь. Водитель что-то сказал охраннику, и массивные кованые ворота медленно разъехались.

На крыльце главного корпуса уже стояли двое.

Павел Сергеевич Яковлев в своём обычном строгом костюме, без галстука, с закатанными рукавами. Рядом Екатерина Витальевна, куратор, в серой форме академии, с планшетом в руках, волосы собраны в простой пучок.

Я вышел из машины. Водитель достал рюкзак, попрощался и уехал. Видимо он торопился как можно скорее вернуться назад в Москву.

— Добрый день, Ярослав Иванович, — произнёс ректор. — Рады вашему возвращению в академию воинов и аристократов.

Я посмотрел на него. Да нихрена он не был рад' Я видел в его глазах лёгкое напряжение и скрытую досаду. Он надеялся, что я ушёл навсегда, что отряд Икс можно будет пересобрать без меня. Теперь он сможет всё контролировать сам и вот я снова здесь.

— Добрый день, Павел Сергеевич, — ответил я. — Я приехал по поручению князя Страхова с аудитом, но вы, думаю, уже в курсе.

Екатерина Витальевна чуть заметно кивнула.

— Да, нам сообщили об этом. Князь известил меня заранее. — Он скрестил руки на груди. — Что именно вы намерены проверять, Ярослав Иванович? Финансовую отчётность? Учебные планы? Или… что-то другое?

Я выдержал паузу.

— Всё что сочтёт нужным князь, а пока он просил предоставить мне доступ к текущей документации по порталам. Частота открытий, типы существ, отчёты искателей и всё что касается этого вопроса.

— Разумеется, — кивнул ректор, но его улыбка была максимально неискренней. — Мы подготовим всё, что требуется, а вы, Ярослав Иванович, пока можете… осмотреться. Понаблюдать за жизнью академии со стороны.

— Спасибо, я так и планировал, — ответил я. — Думаю, вам есть чем заняться. Не буду отвлекать.

Ректор развернулся и ушёл, даже не попрощавшись. Екатерина Витальевна задержалась на секунду, посмотрела на меня, и я увидел в её глазах тепло.

— С возвращением, Ярослав, — сказала она тихо, так, чтобы никто не слышал. — Я… рада, что вы здесь.

Она улыбнулась и ушла следом за ректором.

Я остался стоять на крыльце, глядя на знакомые стены.

«А она говорила искренне, — заметила Алиса. — Она действительно рада тебя видеть».

«Надеюсь… — ответил я. — Но надо быть начеку всё равно».

Для меня выделили комнату на втором этаже главного корпуса, в крыле, где обычно останавливались почётные гости академии. Я толкнул дверь и замер.

Комната была… роскошная. Это слово вертелось на языке, когда я оглядывал просторное помещение с высоким потолком и панорамным окном, выходящим в парк.

В центре огромная кровать, рядом прикроватная тумбочка из тёмного дерева, на ней магический светильник в виде хрустального шара.

У стены письменный стол, на нем позолоченная ручка и стопка чистой бумаги. В углу высокий шкаф-купе, за прозрачным стеклом которого виднелись пустые плечики.

Ванная комната была соответствующей. Мраморный пол, огромная ванна на львиных лапах, душевая кабина, зеркало в позолоченной раме, полотенца, сложенные пирамидкой, и даже халат — махровый, тёмно-синий, с вышитым гербом академии.

«Ничего себе, — выдохнула Алиса. — Я бы сказала „дорохо-бохато“, но это даже не то слово. Это „пафосно-богато“. Вот, значит, как академия встречает гостей».

«Яковлев знает, как выслуживаться перед нужными людьми», — усмехнулся я, бросая рюкзак на кровать.

Я подошёл к окну. Внизу, в парке, студенты спешили на занятия. Серые комбинезоны, золотые буквы «АВА» на груди. Обычная академическая жизнь, которая шла без меня.

«Скучаешь?» — спросила Алиса.

«По ним — да. По всему остальному — не знаю».

— Ладно, — сказал я сам себе. — Пора идти в люди.

Я спустился на первый этаж. Лифт для преподавателей вывез меня прямо в главный холл. Студентов было немного, шли пары, многие уже разошлись по аудиториям.

Я прошёл к лестнице, ведущей в столовую, и тут услышал топот.

— ЯРОСЛАВ!!!

Анжелика летела на меня как ураган. Волосы развевались, глаза были мокрые. Она врезалась в меня, обхватила руками за шею и повисла, будто боялась, что я снова уеду.

— Ты вернулся! — крикнула она. — Ты вернулся, скотина! А я думала… я думала, что больше никогда…

— Тш-ш-ш, — я обнял её в ответ, чувствуя, как она дрожит. — Ты чего? Всё же хорошо! Я обещал, что вернусь за тобой.

Она отстранилась, ударила меня кулаком в грудь. Больно, между прочим.

— Почему ты не писал? Ни одного письма! Ни одной весточки! Я места себе не находила!

«А я говорила! — хмыкнула Алиса. — Девочки обижаются на такое».

— Анжелика, извини, — сказал я, беря её за руки. — Я… не умею писать письма. Я не мастер в переписке. Да и дел было…

— Каких дел? — она нахмурилась. — Ты же в Москве был, у князя! Что там может быть дел важнее, чем написать пару строк?

— Согласен. Это не оправдание, — улыбаясь, ответил я француженке.

— Ладно, но если ты снова исчезнешь и не предупредишь, я сама приеду в Москву и устрою тебе такое…

— Не сомневаюсь! — усмехнулся я.

В этот момент из-за угла выскочил Игорь, за ним, запыхавшись, бежала Елизавета.

— Ярослав! — заорал он на всю академию. — Реально ты? А то мне Лиза сказала, а я не поверил! Решил, что у неё глюки от недосыпа!

— Игорь, прекрати! — возмутилась Лиза, толкая его локтем. — У меня нет глюков!

— Есть, есть! — хмыкнул он.

Они подбежали, и Игорь хлопнул меня по плечу.

— Ну ты даёшь! Снова тут, а я думал тебя князь в своем подземелье запер.

— Почти, — ответил я. — Но я сбежал.

— Сбежал? — Лиза округлила глаза. — В смысле?

— Это шутка! — улыбнулся я. — Меня прислали сюда с проверкой.

— С какой проверкой? — насторожился Игорь.

— Скучная бюрократия, — махнул рукой я. — Не берите в голову. Лучше расскажите, как вы тут без меня? Что изменилось?

Ребята переглянулись.

— Многое, Ярослав, — сказала Лиза, понизив голос. — После того как ты уехал… академия словно ожила, но с другой стороны.

— В каком смысле?

— Отряды искателей теперь формируют даже из первокурсников, — сказал Игорь. — Ректор объявил, что академия переходит на новую систему подготовки. Мол, нужно нужно больше боевых магов.

— И вы? — спросил я.

— Нас пока к порталам не допускают, — вздохнула Елизавета.

— Понятно, — перебил я. — А Виктор?

Повисла неловкая тишина.

— Виктор… — начала Лиза. — Он держится особняком со своим отрядом…

Мы замолчали. Прозвенел звонок, и ребята ушли на занятия

Я решил прогуляться по академии. Ноги сами привели меня в корпус «Бета», тот самый, где мы когда-то отрабатывали удары на манекенах.

Я поднимался по широкой лестнице, когда сверху спустилась компания. Впереди шёл Виктор, за ним Настя Бозина и Илья. Видимо, теперь они члены его отряда. Мы пересеклись на лестничной площадке.

Виктор остановился. Его лицо осталось невозмутимым, только руки сжались в кулаки. Он смотрел на меня, а я смотрел на него. Между нами было расстояние в три шага и пропасть в целую жизнь.

— Шереметьев, а я думал, что это всё сплетни, что ты возвращаешься в академию— сказал он.

— В этот раз сплетни оказались правдой, — ответил я.

— Ну и для чего ты вернулся? — спросил Виктор.

— Я доверенное лицо князя Страхова и организуя проверку академии. Вот думаю начать с твоего отряда. Так сказать, проверить их лидера на профпригодность, — мне хотелось задеть его, чтобы он больше не ходил по коридорам академии, распушив хвост как павлин.

Ему точно хотелось мне что-то ответить, может даже устроить небольшую потасовку, но не при всем желании не смог бы этого сделать. Я теперь был намного выше его по статусу, да и задал бы ему хорошую трёпку. Не думаю, что он был готов потерять авторитет перед Ильей и Настей получив от меня хорошего пинка в первые же секунды после моего возвращения в академи.

— Хорошей проверки… — недовольно буркнул он.

Я просто кивнул. Виктор обошёл меня и направился дальше вниз по лестнице, даже не обернувшись больше. Настя задержалась на секунду, открыла рот, хотела что-то сказать, но передумала, только вздохнула и пошла следом за своим новым лидером. Илья на секунду остановился и показал мне жестами крест. Он явно был сильно напуган.

После встречи с Виктором на лестнице я ещё несколько минут стоял, прислонившись к перилам и смотрел, как они уходят.

«Ты это видел, Алиса?» — мысленно спросил я девочку-призрака.

«Видела, Ярик, — ответила она. — И мне это совсем не нравится».

«Что это может значить?»

«Не знаю. Может, он просит о помощи, или о чем-то предупреждает».

Ладно, буду иметь ввиду. Пора было навестить ректора.

Коридоры академии были пусты. Студенты уже разошлись по аудиториям. Я шёл медленно, разглядывая знакомые стены.

Поднялся на преподавательском лифте. В конце коридора показалась фигура Игната Леонидовича. Помощник ректора стоял у двери в кабинет Яковлева, сложив руки на груди, и смотрел на меня как-то по новому. Теперь я читал в его глазах что-то похожее на… уважение. Он явно был одним из тех, для кого новые должности полностью меняли отношения к человеку. Я улыбнулся.

— Ярослав Иванович, добрый день! — сказал он, когда я подошёл ближе. — Павел Сергеевич ждёт вас, пожалуйста, проходите.

Павел Сергеевич сидел за своим массивным столом, заваленным папками. Увидев меня, он поднялся и указал на стул напротив.

— Присаживайтесь, Ярослав Иванович. — Его голос был почти дружелюбным. — Рад, что вы решили так сразу навестить меня.

Он повернулся к стопке бумаг, стоящей на краю стола, и пододвинул её ко мне.

— Всё, что вы просили, уже здесь. — Он похлопал по папкам. — Отчёты по порталам за последние три месяца, частотность открытий, классификация существ, статистика по добыче кристаллов. Искатели, расписание дежурств, журналы выездов. Всё в полном порядке.

Я взял верхнюю папку, открыл. Цифры, графики, таблицы. Всё красиво, аккуратно, выверено. Каждая страница была пронумерована, каждый раздел выделен цветной закладкой.

— Спасибо, Павел Сергеевич, — сказал я, листая страницы. — Вы очень оперативно подготовили документы. Я ожидал, что это займёт у вас намного больше времени.

— У нас всегда с документами полный порядок, — он откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком. — К тому же князь Страхов — важный человек для академии. Мы заинтересованы в том, чтобы его доверенное лицо получило полную информацию.

«Важное лицо, — мысленно хмыкнул я. — Ага. Особенно когда оно приезжает с проверкой. Раньше я не замечала, какой же этот Павел Сергеевич лизоблюд».

— Разумеется, — сказал я вслух. — Если понадобятся ещё какие-то документы, я обращусь.

— Буду ждать! — он улыбнулся.

Я перелистнул несколько страниц, делая вид, что внимательно вчитываюсь в цифры. Потом поднял глаза.

— А где отчёт по отряду Икс?

Ректор даже бровью не повёл. Сукин сын явно был готов к такому вопросу, отсюда и его услужливость.

— По какому отряду, Ярослав Иванович? — переспросил он, чуть наклонив голову.

Я отложил папку в сторону.

— Вы прекрасно поняли, о чём я. Отряд Икс. Ваше секретное подразделение академии. Вы, Екатерина Витальевна, Моисей Абрамович и отборные студенты. Я, Игорь, Лиза, Анжелика, Настя, а теперь Виктор, который собрал свою команду.

Ректор помолчал несколько секунд. Потом медленно, с расстановкой, произнёс:

— Ярослав, не знаю, откуда у вас такая информация, но никакого отряда Икс не существует. Мы готовим искателей, как и положено по уставу. Да, среди студентов есть наиболее одарённые, они получают дополнительные задания, проходят усиленную подготовку, но это не секретный отряд. Это… индивидуальный подход, не более.

Я усмехнулся.

— Индивидуальный подход? Павел Сергеевич, я сам был в этом отряде. Я знаю, как нас собирали, как проводили закрытые тренировки. Как вы сами говорили, что это элитное подразделение академии.

— Вы были в группе перспективных студентов, — возразил он. — Но никакого официального статуса у этой группы не было. Вы просто… занимались дополнительно, и это практика многих учебных заведений, Яросав Иванович.

— А Виктор Иванов? — спросил я. — Его группа? Тоже просто дополнительная подготовка?

Ректор развёл руками и сказал.

— Виктор Иванов — талантливый молодой человек. Он возглавляет одну из групп первокурсников-искателей. У нас теперь такая система — студенты с первого курса проходят практику в зонах. Под наблюдением старших, разумеется.

— С каких пор вами введены подобные изменения?

— С недавних, — сказал он. — Князь Страхов в последний свой приезд выразил озабоченность нехваткой квалифицированных кадров в зонах порталов, и мы пошли навстречу. Решили готовить боевых магов с первого курса, а не ждать, пока они закончат теорию.

— И поэтому первокурсники теперь искатели? — я смотрел на него в упор.

— Именно так, Ярослав. Мы вынуждены адаптироваться к требованиям времени. Порталы становятся всё активнее, существ становится больше. Нам нужны бойцы на передовой, а не теоретики.

Я кивнул, делая вид, что принимаю его объяснения, но внутри всё кипело. НЕНАВИЖУ, КОГДА МНЕ ВРУТ! Да еще и так нагло в лицо, как сейчас.

Я сжал от злости зубы.

— Хорошо, Павел Сергеевич, — сказал я вслух. — Я изучу эти документы, и если понадобится что-то ещё, я вас сам найду.

— Хорошо, — он снова улыбнулся той же дурацкой улыбкой. — Всегда рад сотрудничеству с представителями князя Страхова.

Я встал, взял папки и направился к выходу.

У самой двери я обернулся.

— Павел Сергеевич, а вы не боитесь, что князь узнает правду? О том, что вы скрываете?

Он не изменился в лице.

— Я ничего не скрываю, Ярослав Иванович. Всё, что нужно знать князю, он знает.

В коридоре я задержался на секунду, прижимая папки к грудги. Сейчас я уже намного спокойнее, но раньше я бы сжег бы его кабинет дотла и выбил бы из него правду.

Я было пошёл к лифту, но передумал, решил подняться пешком по лестнице и тут я увидел её. На втором этаже, у окна, стояла Екатерина Витальевна.

Она была одна.

— Екатерина Витальевна, а вы что тут делаете? — позвал я, подходя ближе.

Она резко обернулась.

— Ярослав, — её голос был тихим. — Мы можем поговорить?

Мы свернули в малоиспользуемое крыло и зашли в пустую аудиторию. Дверь была не заперта. Екатерина Витальевна вошла первой, и я следом.

— Зачем ты вернулся, Ярослав? — спросила она, поворачиваясь ко мне лицом. — Зачем? Я думала, ты ушёл навсегда! В Москве, при деле, ты был в безопасности, а тут…

— Я вернулся только по поручению князя Страхова, — ответил я. — Вы знаете.

— Знаю, — кивнула она. — И именно поэтому говорю тебе: лучше бы ты не приезжал.

— Почему?

Она подошла к окну задвинув шторы.

— Потому что здесь не всё так просто, как кажется. Ректор…

— Что ректор?

Она замолчала.

— Скажите, что тут происходит? — сказал я. — Я сильнее, чем кажусь, и помогу вам!

— Тебе надо срочно уехать… Павел Сергеевич теперь не на твоей стороне…

— А вы? — спросил я. — Вы на чьей стороне?

Она развернулась и вышла, оставив меня в пыльной аудитории.

«Алиса?» — позвал я.

«Я здесь».

«Что это было?»

«Не знаю, Ярик, но она боится. Сильно боится».

Я постоял ещё минуту, глядя на закрытую дверь.

Вечер тянулся медленно. Я вернулся в свою гостевую комнату, разобрал папки с отчётами, но вникать в них не было сил и желания. Мысли разбегались.

— Да что же тут, мать твою, происходит… — прошептал я.

За окном стемнело. Первые звезды появились на небе рядом с полной луной. Я уже начал засыпать, когда услышал тихий стук в дверь.

Тук-тук.

Я сел на кровати, насторожился.

— Кто там? — спросил негромко.

Тишина.

Потом снова стук.

Я подошёл к двери, приоткрыл. На пороге стояла Анжелика.

Она стояла в коридоре, босиком, в одной ночной рубашке, белой, тонкой, почти прозрачной. Волосы распущены, глаза блестели при свете ламп.

— Пустишь меня? — тихо спросила она.

Я отступил в сторону. Она скользнула внутрь и я, убедившись, что никого нет, закрыл дверь.

— Как ты узнала, где я? — спросил я, прислонившись к косяку.

— Меня перенесла сюда любовь, её не останавливают стены, — промурчала француженка.

Она подошла ко мне вплотную. Запах её духов, что-то цветочное, нежное, с нотками ванили, ударил в нос.

— Ты же сильно рискуешь приходя сюда ночью в таком виде. Зачем? — спросил я.

— Соскучилась, — ответила она и потянулась к моим губам.

Поцелуй был долгим и страстным. Рубашка скользнула вниз.

— Я скучала, Ярослав, — прошептала она мне в губы. — Очень.

— Я тоже, — сказал я. — Больше, чем ты думаешь!

Я взял её за тонкую руку и повел к кровати.

Потом мы лежали в темноте, накинув одеяло. Я смотрел в потолок, она на меня, положив голову мне на грудь.

— Ты изменился… — сказала она тихо.

— В каком смысле?

— Чувствуется, что тебя что-то сильно тревожит… Только вот я не могу понять, что…

— Не обращай внимание, просто у меня много работы — усмехнулся я.

Я не мог сказать ей правду. Это бы ставило её под удар, но кому еще мне рассказать всё, если не ей?

— Анжелика, — начал я. — Ты знаешь, что князь Страхов отправил меня сюда не просто так. Верно?

— Что за вопросы, Ярослав? Конечно знаю, ты же сам нам говорил, что приехал с проверкой.

— Да, но вот только это не вся правда. Он хочет, чтобы я следил за ректором, а вернее за порталами в зоне.

Она нахмурилась.

— Следил? Ты что теперь шпион Страховых? Такая у тебя должность?

— Нет, конечно. Просто в империи кое-что происходит, и если это случится на территории академии, мне надо будет срочно действовать.

— Что именно? — с удивлением спросила Анжелика.

— Не могу сказать. — я провёл рукой по её волосам. — Не потому, что не хочу, а потому что не имею права. Если я расскажу, это поставит под угрозу не только меня, но и тебя, да и вообще и всех вас.

— А если я сама узнаю? — спросила она.

— Ну в таком случае, я расскажу тебе всё, что знаю. Только вот это маловероятно. — ответил я ей поцеловал её в щеку.

Она помолчала, а потом прошептала:

— Ты правда беспокоишься обо мне? Ты боишься меня потерять?

— Единственное, чего я боюсь на свете — что с тобой может что-то случится…

— Это мило. — Она поцеловала меня в щёку. — Тогда доверяй мне, хотя бы иногда.

— Постараюсь. — сказал я.

Мы лежали в тишине, слушая, как за окном шумит ветер.

— А помнишь, как мы познакомились? — спросила она вдруг.

— В поезде, когда ты не могла заказать себе поесть, потому что никто не говорил по-французски, а ты стеснялась своего русского произношения? — усмехнулся я.

— Да. Я тогда подумала: какой наглый русский мальчишка, но симпатичный.

— А я подумал: какая красивая француженка, и очень громкая.

— Я не громкая! — возмутилась она.

— Громкая! — повторил я. — Но мне понравилось.

Она улыбнулась.

— Знаешь, Ярослав… Я рада, что ты вернулся. Даже если это ненадолго.

— Я тоже рад. Честно. — я поцеловал её в макушку.

Мы заснули под утро.

Время было уже где-то под утро. Мне снилось что-то бессвязное, какие-то поля, лес, идущий на меня портал, и чей-то крик… А потом реальность ворвалась в сон.

ВОЙ!!! Протяжный, вой сирены. Тот самый сигнал, который я уже слышал во время дежурств искателем, только теперь он звучал во всех помещениях академии.

Я вскочил с кровати и Анжелика тоже.

— Что это? — спросила она, прижимая простыню к груди..

— Тревога. — Я уже натягивал штаны, рубашку, кроссовки. — Открытие портала! Всем сохранять спокойствие!

— Но где? В зоне?

— Не знаю. — Я подбежал к окну, отдёрнул штору, чтобы посмотреть, что там происходит и замер.

Прямо на территории академии, между корпусами «Альфа» и «Бета», в ста метрах от главного здания, пульсировал портал.

Он был небольшим. Метра три в диаметре, не больше. Но он был настоящим. Его края переливались багровым. Вокруг него земля дымилась.

— Боже… — выдохнула Анжелика, подбегая ко мне. — Это… это же просто невозможно. Порталы не открываются так близко к академии…. Только же в зоне… Защитный купол…

— Купол не пропускает существ из порталов на территорию академии, — сказал я, вспоминая лекции Фомина. — Но если портал уже открылся на территории… Вопрос в том, почему именно здесь и именно сейчас.

Я схватил куртку.

— Оставайся здесь, — сказал я. — Я должен…

— Нет! — она схватила меня за руку. — Я иду с тобой, Ярослав!

— Анжелика… Подожди меня тут… Я скоро вернусь.

— Ты, наверное, шутишь? Я иду с тобой, и это не обсуждается! — повторила она. — Мы команда, совсем забыл об этом в своей Москва?

Ого, видимо она сильно нервничала в тот момент. Давно не замечал в её речи такого явного акцента и путаницы в словах. Я посмотрел в глаза Анжелики и Тот самый огонь, который я видел в бою с гиенами, кальмаром, да с кем угодно! Она была готова идти до конца вместе со мной.

— Тогда одевайся, — сказал я. — Только быстро, у нас нет времени!

Спустя всего несколько минут мы уже бежали с ней по коридорам академии направляясь прямиком на улицу.

Из комнат выскакивали студенты. Кто-то в пижамах и босиком, а некоторые уже в форме. Их лица были напуганными.

— Что вообще происходит? — крикнул какой-то парень, вылетая из двери напротив.

— Не знаю! — ответила ему девушка, пробегая мимо. — Тревога! Говорят, портал открылся прямо на территории!

— Как на территории⁈ Этого не может быть!!!

— Может! Сама видела в окошко своей комнаты!

Я схватил Анжелику за руку и потянул вперёд — нельзя было останавливаться.

Мы свернули за угол и тут нас накрыла новая волна криков. Из главного холла доносился настоящий гул. Студенты толпились у выхода и пытались пробиться к дверям.

Впереди был Моисей Абрамович. Профессор стоял на небольшом возвышении у лестницы пытаясь остановить это безумие студентов.

— Всем сохранять спокойствие! — крикнул он. — Паника — худший враг! Идём организованно, без давки!

— А куда нам идти, Моисей Абрамович? — спросила девушка с первого ряда.

— В подвалы главного корпуса. Там защита сильнее, и можно будет укрыться на время.

— А если портал откроется прямо там? Что мы тогда будем делать?

— Не откроется! — рявкнул Моисей Абрамович. — Идите все за мной, и соблюдайте спокойствие!

Я протиснулся сквозь толпу, держа Анжелику за руку, чтобы она не потерялась.

— Ярослав! Сюда! — крикнул кто-то сбоку.

Это был Игорь. Он стоял у стены, прижимая к себе Елизавету.

— Ты видел? — спросил он, когда я подбежал к нему.

— Нет, блин, я просто так вот гуляют по ночным коридорам академии, как лунатик.

— Что это? Как оно открылось?

— Не знаю, — ответил я. — Но сейчас это не важно, нам надо срочно выбраться на улицу.

— На улицу? — Лиза округлила глаза. — Там же портал! Это же практически самоубийство!

— Именно и если оттуда кто-то вылезет, встречать его будем мы. Или вы предлагаете спрятаться в подвале вместе с другими? Кто если не мы, сможет спасти академию?

Игорь усмехнулся. Елизавета хотела возразить, но Игорь положил руку ей на плечо.

— Лиза, он прав. Если мы сейчас побежим, кто тогда будет драться?

Она выдохнула, кивнула.

— Хорошо, но, надеюсь, вы знаете, что делаете!

Мы двинулись к выходу. Толпа расступилась перед нами. Кто-то узнавал меня, тыкал пальцем, шептался. «Смотрите, Шереметьев!!!»

Наконец-то вы выбрались на улицу, портал был близко. Метрах в ста, между корпусами «Альфа» и «Бета».

— Ничего себе… — выдохнул Игорь.

Гул от портала сильно давил на перепонки.

— Что будем делать, Ярослав? — спросил Игорь. — У тебя есть какой-то план?

— Ждать и реагировать по ситуации.

К нам подбежала куратор.

— Екатерина Витальевна, что вообще тут происходит? — спросила Лиза.

— Не знаю, но вы… вы не должны быть здесь! Это может быть слишком опасно.

— А где мы должны быть? В подвале? — усмехнулся Игорь. — Мы не первый раз будет сражаться с уродами из порталов!

— Это было в зоне, а сейчас… — не успела она закончить.

— Екатерина Витальевна, вы знаете, что мы можем. Доверьтесь нам. — обратился я к куратору.

— Хорошо… — сказала она — Но если что-то пойдёт не так…

— Мы отступим! Сразу же! Обещаю! — я дал слово Екатерине Витальевне.

В этот момент из-за угла главного корпуса вышли ещё несколько фигур.

Это был Иванов, а за ним бежали Настя и Илья.

— Шереметьев… — прошипел Виктор подходя ближе. — Ты уже здесь? Почему я не удивлен?

И тут из тьмы портала показалась ужасающая морда. Мы сразу же замерли. Она двигалась очень и очень медленно, словно нехотя, и через минуту мы наконец-то увидели эту тварь. Кожа сплошной панцирь, который переливался красным. Глаза были небольшие и угольно-чёрные. Пасть приоткрылась раньше, чем передние лапы коснулись земли. Зубы, как острейшие клинки, расположены в три ряда. За один укус такой челюстью можно легко разорвать человека. Из-за рта шел пар. Крылья зашевелились, за спиной у чудовища. Хвост толстый, на конце острые шипы. Зверь встал на все четыре лапы, плечом заслонив портал и зарычал.

Мы немного отступили назад пока не понимая, что нам делать дальше. Дракон зарычал снова. На этот раз громче. НАМНОГО ГРОМЧЕ! Казалось, что этот звук прошёл сквозь меня.

— Твою мать… — выдохнул Игорь. — Твою мать, Ярослав! Это же… это же дракон!

— Я вижу, Игорь, — ответил я, не отрывая взгляда от твари. — Я не слепой….

— Но таких же не бывает! Их нет в учебниках! — сказала Елизавета.

— Филатов ошибался… — сказал я.

— И что мы будем делать? — растерянно спросил Безухов.

— Игорь, соберись! Сейчас надо выжить. — потряс я его за плечо.

Он замолчал. Только кивнул, но я видел, как дрожат его руки.

Дракон стоял на четырёх лапах, его голова возвышалась над крышами корпусов «Альфа» и «Бета».

— Какого хрена… — прошептал Илья, стоящий чуть поодаль. — Какого хрена оно такое большое?

— Это же дракон, — ответил Моисей Абрамович. — Какой он по твоему еще должен быть? Первый на этой земле представитель вида.

— Первый? — переспросила Настя. — Нам всегда везёт на особенных тварей…

— Не время для разговоров! — крикнул я, перекрывая рёв дракона. — Всем встать в боевой порядок! Илья, земляные стены в два слоя вокруг нас! Игорь, ты готовься атаковать с левого фланга, воздух в голову, попробуем его оглушить! Настя, ты правый фланг, по команде будь готова бить огнём по глазам! Анжелика, будь готова попробовать атаковать его крылья — надо лишить его маневренности. Виктор, ты…

— Я знаю, что делать, Шереметьев, — перебил он. — Командуй своим отрядом, моим я сам командую.

Я шагнул к нему и встал почти вплотную.

— Виктор, сейчас не время для обид и тупых амбиций. Посмотри на эту тварь! Как только она осознает, где находится, она сожрёт нас всех поодиночке. Если мы не будем работать вместе…

— Сегодня я вынужден с тобой согласится, Шереметьев, но только сегодня! — кивнув ответил Иванов.

— Отряд, за мной! — крикнул он и побежал вправо, к корпусу «Бета». Настя и Илья поспешили за ним. Настя обернулась на секунду, посмотрела на меня.

— Каменные стены готовы! — крикнул Илья, когда они заняли позицию.

Из земли вырвались барьеры, два ряда, один за другим, высотой в три метра, толщиной почти в метр. Илья был хорошим магом, этого у него не отнять.

— Хорошо, Илья, — сказал я. — Теперь держи их и не дай им рухнуть!

— Постараюсь… — выдохнул он.

— Игорь, давай! — крикнул я. — Все будьте готовы!

Безухов выбросил руки вперёд. Воздух перед ним сгустился, превращаясь в плотный сгусток. Он ударил дракона в грудь, хотя должен был в голову — видимо, перенервничал.

Тварь даже не пошатнулась. Да что там, дракон даже не понял, что его кто-то атаковал.

— Слабовато, Игорь! — крикнул я.

— Я вложил всё что мог! — ответил он, тяжело дыша. — У меня энергии после этого осталось процентов семьдесят, не больше.

— Тогда бей ещё, только в голову!

Он ударил — снова ничего….

— Настя! — крикнул я. — Попробуй ты!

Пламя вырвалось из её рук сплошным потоком. Эффекта все еще не было, но это сильно разозлило существо. Дракон зарычал и из его пасти вырвался дым. Мы спрятались за укрытием, которое создал Илья.

— Анжелика! Копьё! — крикнул я.

Анжелика уже готовила атаку. Она ждала, смотрела на дракона и выбрала, судя по взгляду, идеальное место для атаки. Шея.

— Давай, Анжелика! — крикнула Лиза.

— Я жду момент! — ответила она. — Не мешайте!

Дракон открыл пасть, и из неё снова вырвалось пламя. Целая стена огня, которая пошла по плацу, сметая всё на своём пути.

— Уходите! — заорал я.

Мы прыгнули в стороны. Я схватил Анжелику за руку и оттащил за каменную стену. Пламя прошло в сантиметре от моей спины, и я почувствовал, как жар обжигает шею.

— Ты как? готова? — спросил я у француженки.

— Почти, — ответила она. — Дай мне пару секунд.

— Секунды нет, давай сейчас.

Она выпрыгнула из-за стены, Копьё сорвалось с её ладоней и понеслось прямо в шею дракона. Чешуя треснула, и черная кровь хлынула из раны. Дракон зарычал и выпустил струю пламени.

— Есть! — крикнула Анжелика.

— Ты молодец, но рано радоваться! — ответил я.

Из его пасти пошёл густой, едкий дым.

— Он выдыхается? — спросил Игорь, выглядывая из-за стены.

— Нет, — ответил Моисей Абрамович. — Думаю, он собирает силы и следующий удар будет намного сильнее

— Сильнее? — переспросил Илья. — Сильнее чего? Он сожжет академию?!!?

— Илья, — обратился к нему я. — Готовься.

— К чему?

— Может произойти всё, что угодно!

Я выглянул из-за стены. Дракон был на месте, его глаза горели злобой.

«Алиса, — мысленно позвал я. — Ты здесь?»

«Я здесь, Ярик, — ответила она. — И мне страшно за вас… Очень страшно. Я никогда не видела такой ауры…».

«Мне тоже все это не особо нравится! — признался я. — Анализируй его движения и дай знать, куда будет следующий удар».

«Постараюсь. Но его энергия… она блокирует моё восприятие…», — ответила моя призрачная подруга.

«Делай что можешь».

Дракон шагнул вперёд. Земля под его лапой дрогнула.

— Отходим ко второму ряду стен! — крикнул я. — Илья, держи барьеры!

Мы побежали. Илья поднял ещё один барьер, третий ряд — максимум, на который хватало сил. Его руки дрожали, а лицо было красным от напряжения.

— Не могу больше! — крикнул он. — У меня энергии не осталосьо.

— Держись! — ответил я.

Дракон ударил хвостом, и первый ряд стен, за которыми стоял Илья, рассыпался в пыль.

— Илья! — закричала Лиза.

— Я жив! — ответил он. — Но стены… их больше нет!

— Создавай новые! — крикнул я.

— Не могу! Земля не слушается…

Илья упал на колени, из носа потекла кровь.

— Перегрузка, — сказал Моисей Абрамович. — Он использовал слишком много энергии.

— Нам нужно вытащить его оттуда! — крикнул я. — Виктор, а ты как?

— Я могу создать стены, но не уверен, что моей энергии хватит, чтобы держать достаточную оборону. — крикнул Иванов.

«Тогда попробуй ты, Ярослав! Неужели забыл? Ты же тоже маг земли!» — напомнила мне о моих возможностях Алиса.

Я посмотрел на свои руки.

— Попробую…

Встал на колено, прижал ладони к земле и направил в неё свою энергию. Земля дрогнула и начала подниматься.

— Давай, Ярослав! — крикнул Игорь.

Стена выросла на нужном месте.

— Держится? — спросила Анжелика.

— Скоро мы это узнаем! — крикнул я.

В этот момент дракон ударил снова. БУХ! Стена слегка треснула, но выдержала.

— И что будем делать? — крикнул Безухов

— У меня есть одна идея. — ответил я. — Виктор, мы не сможем еще долго обивать атаки этого монстра! Нужно взять фокус на себя.

— Умные мысли, Шереметьев! — кивнул он в ответ.

— Ты и я идем спереди в лобовую атаку отвлекая дракона на себя, остальные нас прикрывают, а в это время Екатерина Витальевна и Анжелика атакую его слабое место своими стрелами.

— А если не сработает?

— Тогда мы умрём, но иначе умрут все вообще.

— Хм, в целом примерно такой ответ я и ожидал… Хорошо!

Дракон встретил нас огнём. Я прыгнул в сторону, перекатился, вскочил. Виктор прикрывался земляными щитами.

— ДЕЙСТВУЙТЕ! — крикнул я и в этот момент Екатерина Витальева пустила первую стрелу.

Дракон заорал так громко, что я оглох на несколько секунд. Из его пасти вырвался чёрный дым, смешанный с кровью.

— Есть! — заорал Игорь.

— Не радуйся раньше времени, сколько можно вам всем это говорить! — ответил я.

Тварь взмахнула хвостом. Я успел увернуться, упав и перекатившись, но существо провело им дальше и ударило Настю, сбив её с ног и отбросил к стене корпуса «Альфа». Она ударилась спиной о кирпичи и упала, не двигаясь.

— Настя! — крикнула Анжелика.

— Жива… — прохрипела она, поднимаясь на локтях. — Но рука… рука не двигается. Кажется, сломана….

— Отходи в укрытие! — крикнул я.

— Не уйду! — ответила она, вставая. — Я нужна здесь!

Дракон повернул голову к ней и его глаза уставились на Настю. Пасть открылась. Я видел, как внутри неё загорается пламя.

— Настя, назад! — заорал Виктор.

Она попыталась отползти, но не успевала. Я прыгнул к Насте, схватил её за здоровую руку и оттащил за колонну.

Пламя ударило в землю там, где она только что стояла. Асфальт расплавился, образовалась воронка.

— Ты… ты спас меня, — прошептала Настя.

— Отдыхай. Ты своё сделала.

— Но…

— Иди в укрытие и считай, что это приказ!

Я побежал обратно.

— Иди сюда, тварь! — крикнул я. — Иди сюда, сука!

Он шагнул ко мне.

— Ярослав, назад! — крикнула Екатерина Витальевна.

Я отпрыгнул и пламя ударило точно в эту точку, где я только что был.

— Сколько у меня энергии, Алиса?' — мысленно спросил я.

«Тридцать процентов, Ярик. Ты на пределе».

«Должно хватить».

— Виктор! Сейчас! — крикнул я.

Виктор выбежал из-за укрытия и обрушил на существо град из каменных осколков. Дракон замер на несколько секунд, прикрываясь крылья… а потом его хвост обвился вокруг Виктора и поднял в воздух.

— ТВАРЬ! — заорал я.

Хвост сжался. Я услышал, как хрустят кости. Виктор закричал. Дикий, животный крик.

— ВСЕ ОДНОВРЕМЕННО! НАДО СПАСТИ ЕГО! — заорал я.

И мы ударили. Огонь, лёд, воздух, камни, молнии — всё смешалось в одном ударе. Дракон пошатнулся, его хвост разжался и Виктор упал на землю, без сознания, но явно живой.

Убедившись, что с Ивановым всё будет нормально, мы ударили снова. После очередной атаки дракон завалился на бок. Его крылья беспорядочно били по земле, поднимая тучи пыли.

— Добейте его! — крикнула Екатерина Витальевна.

— Сделайте для меня ледяное копье, я попробую вонзить его существу в шею поглубже! Илья, сможешь меня прикрыть? — спросил я.

— Да, я немного накопил сил. — ответил он

— Отлично!

Екатерина Витальевна сотворила ледяное копье и я подбежал к голове твари. Дракон атаковал меня, но я ловко уворачивался, а илья прикрывал меня земляным щитом. И вот, когда Илья о не ожидал, тварь ударила его в грудь хвостом. Шипы впились в его мягкое тело. Илью откинуло на несколько метров, но в этот момент я воспользовался тем, что существо отвлеклось и, забежав ему по спине, ударил что было силы, ледяным копьем и загнал его твари глубоко в шею.

Дракон дёрнулся в последний раз, его хвост ударил по земле, он упал и замер.

— Он… он мёртв? — спросила Лиза, тяжело дыша.

— Похоже на то… — ответил я.

Тишина. Только ветер шумел в разбитых окнах корпусов.

А потом его тело начало светиться, и из него начали выпадать. Красные, каждый размером с кулак.

— Десять… двенадцать… пятнадцать… — начала считать Лиза.

— Двадцать… двадцать пять… — присоединился к ней Игорь.

— Тридцать… — закончила Анжелика. — Тридцать красных кристаллов.

— Это же состояние, — прошептал Моисей Абрамович, опускаясь на колени. — Это же целое состояние.

Я подбежал к Илье. Он лежал на спине, глядя в небо. Его глаза были открыты, изо рта текла кровь… Да и из ушей тоже….

— Илья… — позвал я, опускаясь на колени. — Илья, вставай…

Он не отвечал.

— Ты слышишь меня? Вставай, мать твою!

Лиза подбежала, но, увидев Илью, замерла.

— Боже… Он не дышит… — сказала Елизавета.

— Ярослав, он не дышит, — повторила Лиза. — Я чувствую. Его аура угасает.

Я приложил ухо к его груди. Тишина.

— Илья! — закричал я. — Илья, не смей! Ты меня слышишь? Не смей умирать!

— НЕТ! — заорал я.

— Ярослав… — сказала Анжелика, кладя руку мне на плечо.

— Не сейчас! — ответил я.

— Он мёртв, Ярослав….

Я продолжал. Пять минут…. Десять…. Пятнадцать.

— Ярослав, — сказал Моисей Абрамович. — Остановитесь. Его душа уже покинула тело. Вы ничего не сможете сделать.

— Прости, друг, — сказал я. — Ты станешь легендой!.

Я встал и посмотрел на небо… На звезды… Сегодня они горели как-то по особенному ярко. Я подошёл к Виктору. Он лежал на земле, без сознания, но живой. Настя сидела рядом, поддерживая его голову.

— Он выживет? — спросил я.

— Должен, — ответила Настя. — У него сломаны три ребра и, кажется, ключица. Но он дышит.

— Хорошо.

— Ты его ненавидишь?

— Нет, конечно! — сказал я. — Я его не понимаю, он натворил много глупостей, но не ненавижу.

Из академии потихоньку стали выходить студенты академии и преподаватели. Они были в шоке от увиденного. Мертвые люди, поле после огня, огромное количество крупных красных кристаллов.

Тут из дверей академии появился сам Яковлев.

— Так, пропустите… Пропустите говорю… — бубнил он, протискиваясь сквозь толпу зевак. — Моисей Абрамович, найдите людей, чтобы собрали кристаллы в хранилище академии.

— А кто вам вообще сказал, что вы имеете отношения к этим кристаллам? — сорвался я на Яковлева.

— В смысле? — удивился он и даже замер,

— В коромысле! Ты где был, пока мы тут боролись? Пока Илья умирал, где ты был? — меня разозлило его поведение.

— Как вы со мной разговариваете! Я вообще-то ректор академии!

— Да мне насрать, кто ты такой! Эти кристаллы принадлежат либо империи, либо людям, что победили дракона, но точно не тебе! — прошипел я.

Ректор указал на парочку охранников и приказал:

— Что встали? А ну оба пошли и собрали все эти кристаллы!

Они переглянулись, делать было нечего и направились исполнять приказ Яковлева. Вот же суки, только вот я не дал бы им это сделать, как минимум на моих глазах

Не долго думая, я создал небольшой огненный шар и бросил прямиком им под ноги, они тут же отступили назад и поняли, сейчас лучше со мной не связываться. Павел Сергеевич попробовал приказать им повторно, но они уже не слушались. Своя жизнь была им куда важнее, чем риск быть уволенными. Оно и неудивительно.

Тогда ректор сам, будучи магом воздуха, попытался создать небольшой вихрь в своих руках, но не успел. Я атаковал и его. Не сильно, чтобы не нанести травм, но больно. Он охренел от такой дерзости и заорал.

— НЕМЕДЛЕННО СХВАТИТЬ ЕГО!!! ШЕРЕМЕТЬЕВ НАПАЛ НА МЕНЯ!!! ВЫ ВСЕ СВИДЕТЕЛИ!!!

Но никто на это не отреагировал, все только виновато опустили глаза в пол. В данной ситуации Яковлев остался практически без союзников.

— Иванов! Вы то не предадите академию? Быстро схватите Шереметьева! — он знал на кого давить.

Он подумал. Потом видимо понял, что не готов прилюдно принять мою сторону. Виктор развернулся и направился ко мне, в его руках загорелась магическая энергия. Иванов был готов устроить битву, которая точно бы стала для кого-то из нас последней. Слишком низкий был уровень энергии у каждого из нас, но никто не стал бы отступать. В этом бы с ним были похожи и наверное оно же нас и объединяло, когда мы были в одной команде. В тот момент, мне казалось, что всё это было очень давно.

«Ярослав, я понимаю, что ты не можешь отступить, но драка сейчас не лучшее решение…» — мысленно попыталась остановить меня моя призрачная подругка

«Алиса, я всё понимаю, но ситуация требует от меня другого…» — ответил я девочке призраку.

Я уже готов был нанести первый удар Иванову, как тут между нами встала Екатерина Витальевна Серпухова.

— ХВАТИТ!!! — крикнула она. — Студент академии умер, вы сами без сил… Давайте всё это закончим!!! Павел Сергеевич… Ярослав… Виктор… Сейчас не время для междоусобиц!

Я посмотрел на неё и подумал, да черт с ним, с этими кристаллами, Страхов все равно заберет их, когда узнает.

— Позвоните срочно в Москву и передайте князю Страхову, что я возвращаюсь в столицу… Тут мне больше делать нечего…

Я зашёл в основной корпус академии воинов и аристократов, а затем вернулся в свою комнату. Прислонился спиной к закрытой двери. Руки всё ещё дрожали, но не от страха, а от усталости. Слишком много энергии было оставлено там на поле боя с этой громадной тварью. Даже Алиса старалась не трогать меня в таком состоянии.

В комнате было тихо. Я подошел к шкафу и стал собирать свои вещи. Не хотелось больше ни на минуту оставаться в академии. да и в целом были дела важнее. То, что происходит с порталами, это только начало, и если с этим ничего не делать, потом уже будет поздно.

В дверь тихонько постучали.

— Войдите… — холодно сказал я, даже не оборачиваясь.

Она открылась. На пороге стояла Анжелика. Её волосы были растрепаны, а глаза красные от лопнувших капилляров.

— Ты уже уезжаешь? — коротко спросила она.

— Собираюсь… — ответил я, не оборачиваясь. — И ты иди собирай вещи.

— Зачем? — спросила француженка.

— Тут слишком опасно. Я не оставлю тебя тут одну, мы поедем в Москву вместе. Помнишь, ты же сама этого хотела?

— В Москве думаешь будет безопасно?

— Я думаю, что сейчас нигде не безопасно, Анжелика, но в Москве ты будешь рядом со мной, и это главное!

— Ты серьёзно?

— А разве я могу шутить на такие темы?

Она смотрела на меня несколько секунд. Потом её лицо дрогнуло, и она бросилась мне ко мне на шею.

— Да, Ярослав! Да, конечно же я поеду с тобой! Дай мне несколько минут, я быстренько соберу свои вещи! — Она выбежала из комнаты, и я услышал её затихающие шаги.

«Ну вот, — сказала Алиса. — Теперь ты не один».

«Я никогда и не был один, ведь ты всегда была со мной рядом. Просто теперь нас станет больше и это хорошая новость».

Через пару минут закончил собирать рюкзак. Застегнул молнию и в последний раз оглядел комнату. Стоял на улице я посмотрел на главный вход здания.

— Прощай, академия… Хорошее время я тут провел, если честно. Спасибо тебе за моих друзей… — сказал я.

— Ты с кем тут разговариваешь? — спросила Анжелика, которая вышла на улицу.

— Сам с собой. У меня такое бывает… Иногда… — спокойно ответил я.

Француженка не стала задавать лишних вопросов, просто улыбнулась и взяла меня за руку. На рассвете мы стояли у главных ворот академии. Я с рюкзаком, Анжелика с небольшим чемоданом, который она где-то раздобыла. На ней была её обычная форма академии. Благо, водитель Страхова получил указание вернуться в Москву со мной, и всё время пока я был в академии, он ждал меня где-то в Новом Петербурге. Неожиданно из ворот вышли двое. Это были Игорь Безухов и Елизавета.

— Думали вы просто так уедете и мы даже не попрощаемся? — сказал Игорь подходя к нам ближе.

— Хотели, но ты не дал нам это возможности это сделать. — пошутил в ответ я.

Мы стояли уже вчетвером и молчали. Все очень сильно устали да и эмоций не осталось после всего, что произошло с нами этой ночью, даже у такого, как Игорь.

— Ребята, — сказал я. — Может, вы с нами поедете? В Империи происходит что-то непонятное, и вы мне точно пригодитесь там, за стенами академии. Что скажите?

Игорь посмотрел на Лизу.

— Ярослав, — сказал Безухов. — Мы… Мы пока не готовы… понимаешь? Академия это будущее…

— Какое будущее? Как у Ильи, который погиб? Если порталы будут появляться где угодно и оттуда будут появляться такие монстры, о каком будущем вообще можно говорить? — недовольно сказал я.

— Ну, а если это просто ошибка? — возразила Лиза. — Я не думаю, что это станет постоянным.

— Это небезопасно! — сказал я. — Вы что, не понимаете?

— А в Москве безопасно? — спросил Игорь. — Князь Страхов… ты ему веришь?

— Я никому не верю, — честно ответил я. — Но что-то точно нужно сделать. Мы не можем вот так вот просто со стороны наблюдать за этим. Сколько еще аристократов должно умереть?

— Надеюсь, больше никто не умрет… — подчеркнул Игорь.

— Ладно, — сказал я. — Не уговариваю вас, но если что сообщите, и я сразу же вытащу вас отсюда.

— Ну да, ты же теперь важная птицы. — усмехнулся Игорь. — Доверенное лицо князя.

— Мне сейчас не до шуток, Игорь.

— А я и не шучу, брат! Я рад, что у меня есть такой друг.

Мы обнялись. Игорь хлопнул меня по спине.

— Береги её! — шепнул он, кивнув на Анжелику.

— Обязательно.

— И себя тоже! — сказал он.

«А об этом позабочусь я!» — сказала Алиса в моей голове.

Я улыбнулся и подмигнул Безухову. Лиза обняла Анжелику. Она прошептала ей что-то по-французски, что я не разобрал, но Анжелика кивнула и вытерла глаза.

Из-за поворота выехал привычный чёрный седан.

— Нам пора… — сказал я.

— Счастливого пути, друзья! — ответил Игорь.

Мы сели в автомобиль.

Машина выехала за ворота. Я смотрел в окно на удаляющиеся стены академии. Мы ехали по дороге, которая когда-то привела меня сюда, а теперь она вела обратно.

За окном мелькали поля, редкие деревни. Анжелика положила голову мне на плечо и я обнял её.

— Ты боишься? — спросил я.

— Немного, — призналась она. — Я бросила ради тебя всё, что у меня было в империи, и еду в Москву.

— Ты точно об этом не пожалеешь! Обещаю!

— А где мы будем жить? — спросила француженка, а я был только рад поговорить про что-то другое, кроме академии и порталов.

— У меня квартира есть в центре Москвы. Четыре комнаты. Места точно хватит. Кроме меня, там живут Степан и Марфа.

— А Степан и Марфа — это кто?

— Мои слуги…. Хотя нет, не так. Они раньше помогали моему отцу, а теперь мне. Очень близкие мне люди.

— Они добрые?

— Степан слегка ворчливый, но самый верный на свете человек, а Марфа заботливая. Очень вкусно готовит.

— А я не умею готовить. — Анжелика вздохнула.

— А Марфа не умеет делать ледяные копья и ими огромных драконов. У каждого свои таланты.

— Получается, у тебя не осталось ни отца, ни матери?

— Не совсем… — я вспомнил про Екатерину Витальевну.

— Как так? — удивилась Анжелика.

— Долгая история, — сказал я. — Может, когда-нибудь расскажу.

— А сейчас?

— Сейчас не могу.

Она не стала допрашивать и просто взяла меня за руку.

За окном проплыл указатель: «Новгород — 120 км». Мы ехали по трассе, но встречных машин было мало.

— А что ты будешь делать в Москве? — спросила Анжелика. — Князь снова пошлёт тебя куда-то?

— Не знаю, — честно ответил я. — Доложу о случившемся, а потом посмотрим. У меня есть свои мысли по этому поводу.

— Какие?

— Не будем об этом! — сказал я кивая в сторону водителя. Естественно я ему не доверял.

— А если захочет, чтобы ты снова поехал в академию?

— Вот тут я ему откажу.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Мне там больше нечего делать.

Анжелика замолчала. Через пару часов мы остановились на заправке, и пока водитель занимался делами вышли купить напитки. Мы сели на скамейку у заправки и пили кофе.

— Ярослав… — обратилась ко мне француженка.

— Что такое? — спросил я.

— Так что с твоей мамой?

— Недавно я узнал, кто она такая…

— Как?

— Она сама мне рассказала, представляешь?

— Ты был рад, узнав это?

— Не могу сказать, что да. Знаешь… Такое странное чувство…

— И кто же она?

Я немного подумал и решил, что мне стоит доверять Анжелике.

— Это Екатерина Витальевна…

Она замерла и больше не спросила ничего.

Мы допили кофе, вернулись в машину. За окном уже мелькали пригороды Москвы. Вдалеке виднелись многоэтажки, торговые центры, пробки.

— Скоро приедем, ваша светлость, — сказал водитель.

— Да, я вижу. Спасибо, друг!

— Ярослав? — позвала Анжелика.

— Что?

— А рядом с твоей квартирой где-то есть парк? — спросила она.

— Знаешь, я не особо много там изучал, но вроде есть.

— И мы сможем там гулять?

— Конечно! Кто нам запретит? Мы сможем делать всё что угодно!

Анжелика улыбнулась.

Машина въехала в город. Москва встретила нас пробками. Машина ползла по Садовому кольцу.

— Нравится? — спросил я.

— Красиво, — ответила Анжелика. — Но очень шумно.

— Привыкнешь.

— Ты уверен?

— Да, но всё равно будешь ненавидеть пробки, — сказал я и засмеялся в слух.

Я сидел на подоконнике своей московской квартиры и смотрел в окно на город. Москва никогда не спала. Где-то там люди жили свою обычную жизнь, которая могла закончиться в любую минуту. Метеориты. Эти чёртовы камни, которые лежали под землёй и открывали порталы в другие миры.

«Алиса, — мысленно позвал я свою призрачную подругу. — Ты здесь?»

«Здесь, Ярик, — ответила она. — А что, ты думал, я сплю?»

«У меня есть идея. Нам нужно, чтобы ты отправилась в архив Страхова и там поискала информацию о камнях. Думаю, где-то есть их точное расположение, а иначе нам придется полностью перекопать каждую зону, что в принципе невозможно».

«Теоретически-то я могу туда отправится, — сказала она. — Только вот это не библиотека академии, Ярик. Я думаю там архив за множество десятков лет, поиск может занять очень много времени, которого у нас нет».

«Я всё это прекрасно понимаю, но других вариантов, к сожалению, нет. Ты справишься?»

«Справлюсь, куда я денусь! Увидимся через неделю?».

Я усмехнулся.

«Ладно, Алиса. Даже если это будет неделя, хорошо! Но ты должна найти мне информацию, где лежат метеориты! Нужно прям точное расположение».

«А если там ничего нет? Если эти тайны хранятся только в головах⁈»

«Значит, мы возьмем лопаты в руки», — пошутил я.

Я почувствовал лёгкое дуновение ветра, и Алиса отправилась на очередное задание. В комнате стало тихо. Я вышел в коридор, прошёл на кухню. Там горел свет. Марфа хлопотала у плиты, что-то помешивала в большой кастрюле, а Степан сидел за столом и читал газету «Имперский вестник», с портретом императора на первой полосе.

Сколько страниц в сегодняшнем выпуске было посвящено смерти студента и дракону появившемуся в академии? Всё верно. Ноль.

Анжелика сидела рядом с чашкой чая и слушала, как Марфа рассказывает о готовке. Мне даже показалось, что ей и вправду было это интересно.

— … и обязательно добавляем морковь, барышня, — говорила служанка. — Иначе вкуса не будет. Я всегда так делала для Ивана Ивановича, царствие ему небесное.

— А вы его хорошо помните? — спросила Анжелика.

— Как же не помнить… — вздохнула Марфа, выключая плиту. — Хороший был человек, справедливый. Никогда слуг не обижал, я с самого детства служу этой семье. Только печальный очень был, словно что-то его грызло изнутри.

— Что у вас тут интересного происходит? — сказал я заходя на кухню.

Все обернулись. Марфа вытерла руки о фартук, Степан отложил газету, Анжелика поставила чашку на стол.

— Барин, — встрепенулся Степан и вскочил со своего места.

— Садись, дружище! — показал я ему жестом.

Сел на свободный стул, взял чашку, которую Марфа тут же наполнила горячим чаем.

— Анжелика, мне надо с тобой поговорить… — обратился я к француженке.

Анжелика посмотрела на меня с тревогой. Она знала, что если я начинаю разговор с «нам нужно поговорить», это не предвещает ничего хорошего.

— О чём, Ярослав? — спросила она.

— Хочу кое-что тебе рассказать.

Марфа и Степан поняли, что они будут лишними при этом разговоре, и вышли с кухни.

— Ты знаешь, что такое порталы, кристаллы и существа, — начал я. — Но есть то, о чем молчат Страхов и Император.

— О чём же, Ярослав? — тихо спросила Анжелика.

— Порталы появляются не сами по себе, — сказал я. — Их источник — камни, которые упали на землю много лет назад. Метеориты. Сейчас они находятся глубоко под землей в зонах.

— Метеориты? — переспросила француженка. — Как тот, что недавно в Сибирь упал? В газетах писали.

— Нет, эти, видимо, какие-то особенные. Они упали сотни лет назад, и их несколько. Академия стоит над одним из них, и эти камни начали просыпаться.

— Поэтому дракон пришёл? — спросила Анжелика.

— Да, — кивнул я. — И это только начало. Я был в одной из Зон Страхова, так там вообще земля начала проваливаться и метеорит сжигал всё, что было вокруг него. Если ничего не делать, порталы будут открываться чаще и существа будут сильнее. Однажды из одного такого портала выйдет тварь, с которой не справится даже вся академия, и умрет очень много невиновных людей.

— А что можно сделать? — спросила она. — Неужели ничего?

— Можно! — сказал я. — Я хочу уничтожить все эти метеориты.

В кухне повисла тишина.

— Это возможно? — спросила Анжелика.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но я должен попытаться. Если не я, то кто? Князь? Он уже сказал, что люди просто расходный материал. Ему выгодно, чтобы порталы открывались, и ценой своей жизни аристократы добывали кристаллы. Я хочу, чтобы этого не случилось. Илья умер не просто так. Он умер, потому что мы были не готовы.

— А где именно находятся эти метеориты? — спросила она.

— Я уже попросил кое-кого заняться поиском информации, — продолжил я. — Надёжного человека, не беспокойся.

— Человека? — переспросил Анжелика. — Какого человека?

— Это неважно, — сказал я. — Важно, что скоро у нас будет информация, и нам надо будет уничтожить их.

Следующие дни тянулись медленно, очень медленно. Я вставал рано, делал зарядку — отжимания, приседания, пресс, бой с тенью. Анжелика сначала смотрела на меня с кровати, потом начала присоединяться. У неё была хорошая растяжка, спасибо балету в детстве, как она говорила. Вместе мы делали упражнения, потом завтракали, а потом я вёл её гулять по городу. Я решил по максимуму воспользоваться тем, что князь отпустил меня отдохнуть после академии.

Мы ходили по паркам, всё как она хотела, сидели на скамейках, пили кофе из уличных ларьков и смотрели на прохожих. Я завидовал им. Они не знали ни о каких метеоритах, ни о драконах, ни о порталах.

— Они счастливы? — спросила как-то Анжелика, глядя на молодую пару с коляской.

— Не знаю, — ответил я. — Наверное, да. У них нет причин для страха.

— А у нас есть?

— Для страха? Наверное нет, я уже смирился. Жалко, что только такие наши беззаботные деньки скоро закончатся.

Она взяла меня за руку.

— Знаешь, Ярослав… Если бы я не встретила тебя, я бы сейчас училась в академии, готовилась к экзаменам, сплетничала с девчонками и понятия не имела, что где-то под землёй лежат камни, которые могут уничтожить мир.

— И что бы ты выбрала?

— Эту жизнь! — сказала она без колебаний. — С тобой, даже если она опасная, и завтра мы можем умереть! Всё равно я бы выбрала быть с тобой!

Я поцеловал её.

Дома нас ждала Марфа с Степаном, и по совету Анжелики, я решил тоже рассказать все своему старшему товарищу. Мне могла бы понадобиться его помощь, да и вообще он имеет право знать, что происходит. Степан внимательно выслушал, не задавая лишних вопросов.

— Барин, — сказал он как-то за ужином. — А что вы будете делать, когда всё это кончится?

— Что именно? — спросил я.

— Ну, когда вы уничтожите эти… метеориты. Когда порталы закроются навсегда. Кристаллов больше не будет и империя изменится, чем вы будете заниматься?

Я задумался.

— Не знаю, Степан. Может открою Бар где-то на побережье Кубы.

— Кубы? — переспросил он. — Это где? За морем?

— Далеко, Степан, очень далеко. Там тепло, и бирюзовое море.

— А когда ты уже успел там побывать? — спросила Анжелика.

— Я там никогда не был, но скоро мы с тобой обязательно поедем туда. Кто ж будет ледяные копья метать?

Она улыбнулась.

Это были хорошие дни. Князь не трогал меня лишний раз, дал мне выдохнуть после битвы в академии, но я знал, что это время скоро закончится.

На восьмой день я сидел в гостиной и листал книгу по истории Империи. Ничего интересного, только войны, перевороты, имена, которые ничего мне не говорили. Вдруг я почувствовал знакомое дуновение.

«Ярик…» — голос Алисы был уставшим.

«Ты вернулась! — я чуть не подскочил на месте. — Нашла что-нибудь?»

«Нашла даже больше, чем искала».

'Знаешь, Ярик, — сказала Алиса — архив князя Страхова — это ад! Я не шучу!

Она материализовалась рядом, села на подлокотник.

«Там столько документов за все эти годы. Сколько я всякого ненужного хлама прочитала. Ты знал, сколько уходит в год денег на обслуживание зон порталов?»

«Алиса, ближе к делу. Времени не так много»

«Хорошо, хорошо. — Она вздохнула. — Я перерыла тысячи документов. Отчёты, карты, письма, чертежи, но потом я нашла нужный: 'О природе небесных камней». Автор неизвестен, но почерк… Так писали много лет назад, судя по тем книгам, что я читала.

«И что там было?»

«Я прочитала всё. — Алиса сделала паузу. — Ярик, там сказано, что на землю упало семь осколков».

«Семь зон, семь метеоритов», — сказал я.

«Я запомнила их точное расположение. — В её голосе послышалась гордость. — Один в лесу рядом с академией, второй под зоной Страхова недалеко от Москвы, третий на Урале, четвёртый в Крыму, пятый в Карелии, шестой на Дальнем Востоке, седьмой находится в Сибири».

Я замер.

И как же нам уничтожить их все…

В этот момент в прихожей раздался звонок.

— Кого там принесло? — буркнул я, направляясь к двери.

— Я открою, барин, — сказала Марфа, вытирая руки о фартук, но я уже был у двери.

Повернул ручку. На пороге стоял Максим Белов.

Он был в своём обычном бежевом плаще, но выглядел паршиво — небритый, под глазами синяки, на щеке свежий шрам. Плащ помят, ботинки в грязи. Он явно не спал несколько дней.

— Максим? — я не ожидал его увидеть. — Вы как здесь?

— Ярослав, — он шагнул вперёд, чуть не споткнувшись о порог. — Извините, что без приглашения.

— Что случилось? — я отступил, пропуская его в прихожую.

Белов зашёл внутрь, огляделся.

— Проходите в гостиную, не стойте в дверях! — сказал я.

Мы прошли. Белов сел в кресло, положил руки на колени. Я сел напротив.

— Максим Сергеевич, — сказал я. — Выглядите паршиво, и это я вам еще комплимент сделал.

— Вы удивитесь, но я знаю, Ярослав. — он усмехнулся, потрогал шрам на щеке и слегка дернулся. — Три дня не брился, не спал и не ел нормально, но жив, и это главное.

— Кто вёл на вас охоту? — спросил я.

— Люди Ахметова. — Он посмотрел мне в глаза. — Они идут за мной по пятам уже вторую неделю.

— Как вы оторвались?

— Даже вспоминать не хочу. Было сложно… — выдохнул он. — Я пробил информацию, Ярослав. Ахметов продаёт кристаллы, которые получает от академии через ректора. Там фигурируют подставные фирмы, третьи руки, но я нашёл концы. Видимо, они узнали, что я владею этой информацией и…

— И хотели из-за этого вас убить… — закончил я.

— Именно. — Он достал из кармана плаща потрёпанный блокнот. — Но здесь есть всё. Адреса, даты, суммы, имена. Если с ними разобраться, можно посадить Ахметова.

Он положил блокнот на стол. Я взял, пролистал. Цифры, фамилии, какие-то условные обозначения.

— Почему вы пришли ко мне? — спросил я.

— Потому что вы единственный, кому можно верить, — честно ответил Белов.

В комнате повисла тишина. Анжелика подошла, села рядом.

— Максим Сергеевич, — сказал я. — Единственное, что я могу вам сейчас предложить — оставайтесь здесь. Пока что у меня безопасно.

— Вы уверены? — он поднял голову. — Если Ахметов узнает, что я тут…

— Не узнает, а если и узнает — встретим его.

— Спасибо, — сказал он. — Я с удовольствием приму ваше предложение, Ярослав.

— Марфа, — позвал я. — Дайте гостю полотенце и чистое бельё. А еще свежую одежду и бритву.

Марфа кивнула и через минуту вернулась с большим махровым полотенцем и стопкой одежды.

— Спасибо, — Белов встал, взял вещи. — Я не забуду вашего доброго отношения ко мне.

— Не за что, Максим. Идите, привидите себя в порядок, а потом отдохните. или лучше поспите. У нас будет один важный разговор позже.

Он кивнул и направился в ванную. Я услышал, как зашумела вода.

— Ты правда ему доверяешь? — спросила Анжелика.

— Не знаю, — честно ответил я. — Он нам точно нужен. У него информация, которой нет у нас, и он не враг.

Я взял куртку, накинул её на плечи.

— Ты куда? — спросила Анжелика.

— К князю Страхову.

— Сейчас?

— Нет! Надо срочно использовать полученную информацию.

— Можно я с тобой? — спросила француженка.

— Нет, это опасно. Лучше оставайся здесь и присмотри за Беловым.

Я поцеловал её в лоб, вышел и сел в машину, которую оставил для меня Страхов.

— К князю! — сказал я.

— Слушаюсь, ваша светлость. — ответил водитель.

Мы доехали достаточно быстро. У меня была задача рассказать Страхову про сделку Ахметова и Яковлева. Теперь у меня были доказательства от Белова, и я мог стравить их друг с другом, а сам заняться уничтожением метеоритов. Автомобиль остановился у ворот резиденции Страховых.

— Ждать? — спросил водитель.

— Жди, я скоро буду.

Я вышел. Охрана пропустила без лишних вопросов, поднялся по лестнице, прошёл по длинному коридору. Секретарши на месте не было, а дверь в кабинет князя была приоткрыта. Может быть она внутри?

Я толкнул её. За массивным столом сидел князь Страхов, а в кресле напротив… Тимур Русланович Ахметов.

— Ярослав, — сказал Страхов, увидев меня. — Не ожидал тебя в такое время. Заходи.

— Вижу, что не ожидали, — ответил я, глядя на Ахметова. — У вас гости.

— Гость! — поправил Ахметов. — Князь приехал к князю по деловые вопросам. Ничего особенного.

— Ничего особенного? — я усмехнулся. — Вы, видимо, ведете свой бизнес со всеми вообще?

— К чему ты это, Ярослав? — удивленно спросил князь Страхов.

— А к тому, что ваш так называемый гость помогает академии продавать кристаллы через свои фирмы и третьих лиц.

Ахметов улыбнулся и посмотрел вниз.

— Откуда вы это знаете? — спросил Страхов удивленно.

— У меня есть свои источники, и раскрывать я их не буду!

— Так себе у вас источники Ярослав, — усмехнулся Марат. — Были бы хорошие, то знали бы, что эти третьи лица я!

Два князя засмеялись в голос.

— Но… Как? Зачем вам это вообще нужно? Это всё как-то странно… — ошарашенно выдохнул я.

— Ярослав, вам давно пора понять, что князья — это особая каста. Мы понимаем, как устроена система в империии и идти друг против друга… От этого никто не будет в выигрыше! — сказал Страхов. — Но вы молодец! Оперативно сработали!

— Но почему вы позволяете это вообще делать Павлу Сергеевичу? — спросил я.

— Самое лучшее, что я могу сделать в такой ситуации — держать всё под контролем, а ректор пусть и дальше думает, что строит какие-то гениальные планы. Тем более ему осталось недолго. Кстати, познакомься… — указал он на Ахметова.

— Да мы знакомы… — тихо произнес я. — Ваш «друг» вам не рассказывал?

— Да нет, ты не перебивай, а дослушай до конца, Ярослав! Представляю тебе Тимура Руслановича Ахметова, будущего ректора академии воинов и аристократов…

Марат Страхов сидел в кожаном кресле с высокой спинкой, положив руки на подлокотники, и смотрел на меня с лёгкой улыбкой. Я понял, что ситуация в целом идёт совсем не туда, куда бы мне хотелось, и решил, что нужно срочно действовать.

— Ваша светлость, — обратился я к князю. — У меня будет к вам одна важная просьба. Можно я свою невесту провожу во Францию и вернусь? На всё про всё мне нужна буквально неделя.

Князь поднял голову и посмотрел на меня.

— Неделя? — переспросил он. — Ярослав Иванович, да ты и так у меня загулял. Как после академии приехал, в Москве прохлаждаешься, а дела стоят. Ты же прекрасно понимаешь, что я могу тебя и не отпускать?

— Конечно понимаю, ваша светлость, — ответил я, стараясь не показывать, как сильно меня бесит его снисходительный тон. — И не прошу отпуска ради развлечения, у меня и вправду важное дело. У Анжелики семья во Франции и ей нужно вернуться по семейным обстоятельствам. Я обещал её проводить, и должен выполнить обещание. Это вопрос чести, князь!

Страхов усмехнулся. Откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком.

— Обещал, значит. — Он разглядывая меня. — Ладно, уговорил, но я дам тебе только пять дней! Через пять дней чтобы был здесь, иначе пеняй на себя. Я не шучу, Ярослав! Опоздаешь хотя бы на день, и у тебя будут огромные проблемы.

— Спасибо, ваша светлость! Очень вам благодарен! — сказал я.

— Не благодари, — он махнул рукой. — И не подведи, ты мне нужен. Ты понял меня, Ярослав?

— Да, ваша светлость.

Я кивнул, собираясь уходить. Уже взялся за ручку двери, когда в кабинете раздался голос Тимура Руслановича.

— Постой, Шереметьев! Я как раз через пять дней буду принимать академию, — сказал Ахметов, довольно улыбаясь. — Приезжай туда, если князь не против. Поможешь мне.

Я смотреле на него, и внутри всё кипело. Этот человек убил моего отца, пытался подставить меня, а сейчас просит помощи?

— Помогу? — переспросил я, стараясь сделать так, чтобы в голосе не было слышно моей ненависти к нему. — Чем же, ваша светлость?

Ахметов усмехнулся.

— Порядок навести, — сказал он. — Молодежь и профессора всегда тяжело воспринимают все изменения, а ты пример для подражания. Чемпион, герой, рекордсмен, победитель драконов. Твоё присутствие поможет им проще принять все изменение. Буквально на день-два.

— Вы серьёзно? — спросил я.

— Никогда не был серьёзнее, чем сейчас, Шереметьев! — Ахметов посмотрел на меня. — Я буду ждать тебя в академии.

Я перевёл взгляд на Страхова. Князь молчал, только чуть заметно кивнул — мол, не спорь, так надо, это часть сделки.

— Хорошо, — сказал я. — Я приеду.

— Вот и славно, — Ахметов улыбнулся. — Жду.

Я вышел из кабинета. Коридоры резиденции были пусты.

«Ярик, — мысленно позвала Алиса тихим голосом. — Ты что, правда поедешь в академию? Это же ловушка».

«Знаю, Алиса, — ответил я, не сбавляя шага. — Да никуда я не собираюсь! Я взял эти пять дней, чтобы решить всё за этот срок. После этого уже никакая академия никому не будет нужна».

«А если Страхов и Ахметов будут следить за тобой все эти дни? Что тогда делать?»

«Значит, будем уходить от слежки. Не в первый раз уже, но надеюсь, что в последний».

«Ты слишком уверен в успехе, Ярик. Это меня пугает».

«Я не уверен. Просто устал от всех этих князей, что крутят мир вокруг себя. Если мы не сделаем то, что хотим, то много людей умрет, а я не хочу этого допускать».

Я сел в машину. Водитель молча кивнул.

— Домой, дружище! — сказал я.

— Слушаюсь, ваша светлость.

Он завёл автомобиль и мы поехали. За окном проплывала Москва, её огни, дома, люди, которые не знали, что мир стоит на пороге катастрофы. Они спешили по своим делам, спорили о чем-то, дружили, влюблялись, ссорились, растили детей. Обычная жизнь обычных людей, которая могла закончиться в любую секунду, если мы не остановим эти гребарные порталы.

«Пять дней, — думал я. — Всего пять дней на то, чтобы изменить этот мир».

Я вернулся в квартиру уже затемно. Анжелика сидела в гостиной с книгой, Белов спал в гостевой комнате, я слышал его ровное дыхание через открытую дверь.

— Ярослав? Наконец-то ты вернулся! — Анжелика подняла голову, откладывая книгу в сторону. — Что сказал князь? Ты был так долго!

— Пять дней… — ответил я, садясь в кресло и устало откидываясь на спинку. — Я смог отпроситься у Страхова на этот срок, и за это время нам надо разобраться с этими метеоритами. Представляешь, Ахметов пригласил меня на свою инаугурацию. Он будет новые ректором академии воинов и аристократов.

— Ахметов? — она напряглась. — Его хотят сделать ректором? Зачем? Это же безумие! Что ему от тебя нужно?

— Да, в итоге он сдал Яковлева Страхову. Понятно, что всё это он сделал ради собственной выгоды. Говорит, ему нужно помочь с порядком. Показать студентам пример, — я усмехнулся. — На самом деле он хочет показать, что я под его контролем. Что даже Шереметьев теперь пляшет под его дудку. А вообще даже не представляю, что в голове у этого больного ублюдка.

— И ты поедешь? — спросила француженка.

— Я рассчитываю, что за эти пять дней мы сделаем всё, чтобы не не нужно было вообще никуда ехать после этого.

Прошло пару часов. Мы сидели в гостинной и молчали.

— Ярослав, — Анжелика подошла ближе, села на подлокотник кресла, положила руку мне на плечо. — Что с тобой? Ты какой-то… потерянный. Я могу чем-то тебе помочь?

— Считаю… — ответил я. — Считаю, сколько у нас людей, чтобы уничтожить метеориты.

— И сколько насчитал?

— Сейчас всего трое. Я, ты и Белов. Только пять, если Игорь и Лиза согласятся, но это всё равно мало. Очень мало!

Я встал, прошёлся по комнате рассуждая вслух.

— Семь метеоритов… Семь камней, которые нужно уничтожить одновременно! Потому что если я ударю по одному, остальные начнут защищать. Страхов выставит охрану и натравит на меня своих людей.

— А если послать по одному человеку на каждый камень? — спросила Анжелика. Видно было, что она хотела помочь.

— По одному это самоубийство. Территория большая, в любой момент там может открыться портал, а если нападут существа? Плюс там же искатели и охрана, а если человека схватят? Тогда весь план рухнет. Нужно минимум по два человека на объект. Да и у нас даже если по одному на метеорит, то людей не хватает.

Я остановился у окна и посмотрел на ночную Москву.

— Ладно, пошли отдыхать. Завтра будет новый день, вот и будем думать, что же нам со всем этим делать.

Утром я проснулся раньше всех. За окном еще только светало. Я сидел на кухне, пил кофе и смотрел на лист бумаги, который лежал передо мной.

Мне нужно было написать письмо. Я взял ручку, подумал несколько секунд:

«Доброго времени суток, Екатерина Витальевна. Пишет вам ваш бывший ученик. Прошу вас, возьмите Лизу и Игоря и приезжайте в Москву. Дело срочное, и больше рассказать я вам с письме ничего не могу. Приезжайте, буду очень ждать. Ярослав».

Перечитал. Получилось коротко, без лишних слов и вместило в себя все, что нужно. Думаю она поймёт, насколько сильно нужна мне.

— Кому письмо, барин? — спросил Степан, заходя на кухню. Он был уже одет, причёсан, выглядел бодрым. Видимо старик, спал явно лучше меня.

— Степан, скажи, а ты знаешь, кто моя мать? Только честно!

— Нет… Даже если бы я хотел, не смог рассказать вам. Никто из нас её никогда не видел, — ответил Степан.

— Понял тебя. Я написал письмо одной женщине, которая может нам помочь.

— А она приедет? — спросил он сев напротив.

— Не знаю, приедет ли, но попробовать стоит! У нас нет других вариантов. Нужны люди.

— Хотите, чтобы я отправил письмо? — спросил старик.

— Да, буду тебе очень благодарен!

Я допил кофе, поставил чашку на стол.

«Алиса, — мысленно позвал я. — Ты веришь, что они приедут?»

«Не знаю, Ярик, — ответила она. — Но ты же знаешь Игоря — он тебя никогда не бросит».

День тянулся медленно, как патока в зимний холод. Я ждал. Степан вернулся, сказал, что отправил письмо. Марфа готовила обед, на кухне вкусно пахло каким-то мясом и специями. Белов спосле полудня вышел из комнаты, побритый, в моей футболке, и молча сел за стол.

— Как вам спалось, Максим Сергеевич? — спросил я у оперуполномоченного.

— Такое чувство, что проспал неделю. Спасибо вам большое, что приютили, Ярослав Иванович. — ответил он.

— Максим Сергеевич, — сказал я. — У нас есть одна проблема, и мне кажется, что вы бы могли помочь с её решением.

— Думаю, у нас больше чем одна проблема, Ярослав, — усмехнулся он, сделав большой глоток чай. — Какая конкретно?

— Нам нужно уничтожить семь метеоритов одновременно. Понятно, что для этого нужны люди, но даже если я найду нужное количество, я не знаю, как это сделать технически. Как взорвать камень, который лежит под землёй, да еще и не земного происхождения? Я не особо силен в этом Максим. Я боевой маг, умею создавать огненные шары и ледяные копья, а это… это совсем другое.

Белов задумался, почесал затылок.

— Знаешь, Ярослав… — сказал он медленно. — Буквально несколько лет назад мы брали одного психа. Он хотел сделать из кристаллов бомбы и судя по его расчетам, это было бы самое мощное оружие в Империи. Думаю, может, и во всем мире.

Я замер.

— Бомбы? — переспросил я. — Из кристаллов? Это возможно?

— Он так думал. — Белов отставил чашку в сторону. — Проводил какие-то эксперименты, писал схемы, чертил различные формулы, взрывал мелкие камни на полигонах. Мы его взяли, когда он попытался взорвать здание администрации под Тверью. Еле успели, там уже всё готово было.

— И что с ним стало?

— Умер в тюрьме, сердце не выдержало. У него не все впорядке было с головой, а тут еще одиночная камера. В голове что-то сломалось ещё до того, как мы его поймали.

— А схемы? Все его расчеты? — спросил я. — Они где-то остались?

Белов посмотрел на меня, и было видно, что он не особо хотел мне рассказывать что-то дальше.

— Должна быть в полицейском архиве. Вещдоки, все дела. Я сам вёл это дело. Это было лет семь назад. Все что было изъяли, положили в папку, отправили на хранение.

— Она ещё там?

— Должна быть, если полицейские не выбросили. Иногда они чистят архивы, освобождают место, но это дело было громким. Может, сохранилось.

Я встал.

— Сколько времени вам нужно, чтобы её забрать?

— Не знаю… Это не особо законно… — честно ответил Белов. — Да и архив большой, а я не был там много лет. Нужно найти нужную папку, а их там тысячи. Если повезёт…

— Максим, я понимаю, что вы не хотите нарушать закон… Но без этого мы не справимся…

Он задумался и молчал, а потом сказал:

— Времени нужно много…

— Сколько? — перебил я.

— От пары тройки часов до нескольких дней!

— Поезжайте прямо сейчас! — резко сказал я.

— Ярослав, — Белов поднялся, посмотрел мне в глаза. — Если меня поймают…

— Максим Сергеевич, — Я подошёл к нему, положил руку на плечо. — В данной ситуации только вы можете помочь спасти империю. Я понимаю, что вам не хотелось бы нарушать закон, но это не ради корысти, а на благо империи.

Белов помолчал. Потом кивнул.

— Умеете вы уговаривать, Ярослав Иванович. Хорошо, я поеду!

— Удачи, Максим Сергеевич, и будьте осторожны. Если что-то пойдёт не так — бросайте всё и уходите. Схема не стоит вашей жизни!

— Стоит… — сказал он тихо. — Если она поможет закрыть порталы, то стоит.

Он вышел и я услышал, как хлопнула входная дверь.

«Ты уверен, что он справится, Ярик?» — спросила Алиса.

«Нет, — ответил я. — Но выбора у нас нет».

Улица, на которой находился полицейский архив, располагалась достаточно далеко от центра. Здание было старое, с облупившейся краской. Белов вышел из машины, попросил водителя подождать и направился к зданию.

Вход был с торца, железная дверь с кодовым замком. Белов набрал код, который был тут уже очень давно. С тех времён, когда он только устроился на работу в министерстве, когда у него была нормальная жизнь, без засад и охоты на него людьми Ахметова. Замок щёлкнул. и он вошёл внутрь.

Архив находился в подвале, куда и прошел Максим. Тяжёлая металлическая дверь и ещё один код. Белов набрал, дверь открылась с громким скрипом. Стеллажи и тысячи папок, дела за многие годы. Он прошёл в дальний угол, к стеллажам с надписью «Терроризм. Раскрыто».

— Много лет назад… — прошептал Белов. — Не помню номер дела, но помню имя…

Он начал перебирать папки. Дела за год, за два, за три. Где-то на верхней полке, припорошённая толстым слоем пыли, стояла папка с надписью: «Гражданин С. Г. Меньшов. Обвинение в терроризме».

— Нашел! — выдохнул Белов, снимая папку.

Он открыл её. Внутри было всё: протоколы допросов, свидетельские показания, фотографии, отчёты экспертов и в самом низу — сложенный в несколько раз лист пожелтевший от времени.

Он развернул его.

Схема. Аккуратные чертежи, формулы, расчёты.

— Гениально… — прошептал Белов. — Безумно, но, сука, гениально.

Он сложил схемы, сунул за пазуху, закрыл папку и поставил на место. Вышел из архива и закрыл дверь.

На улице его ждала машина.

— Всё в порядке? — спросил водитель, заметив, как Белов вышел.

— Да, — ответил Белов. — Поехали.

— Куда? — уточнил водитель.

— Откуда ты меня забрал!

Машина тронулась. Белов сидел на заднем сиденье, прижимая руку к груди, где под курткой лежала схема. Сердце колотилось, а пальцы дрожали.

Белов вернулся через три часа. Я услышал, как хлопнула входная дверь, он снял ботинки в прихожей и прошёл в гостиную.

— Есть! — сказал он, доставая из-за пазухи пожелтевший лист бумаги. — Я нашёл! Нашёл схему!

Он развернул её на столе. Мы склонились над ней я, Анжелика, Белов. Марфа выглянула из кухни, хотела предложить на кофе, но я жестом показал, что не нужно.

— Смотрите, — Белов водил пальцем по линиям. — Если всё сделать правильно, то должно сработать.

— А если неправильно? — спросила Анжелика.

— Если неправильно, взрыв будет слишком слабым в лучшем случае. А в худшем мы взорвемся еще до того, как всё подключим… — сказал я.

— Ого, очень большой радиус! Мы можем уничтожить не только метеорит, но и всё вокруг? — спросила француженка, смотря расчеты создателя схемы.

На следующий день мы решили произвести первые испытания. Пустырь за чертой города подходил для этого просто идеально.

— Давай ещё раз проверим соединения, — сказал Белов, склоняясь над конструкцией бомбы. — Если мы ошибёмся хотя бы в одном контакте…

— Взорвёмся раньше, чем поймём, что ошиблись… — закончил за него Игорь. — Мне, конечно, безумно нравится наша компания, но умирать вот так нелепо вообще не входило в мои планы.

— Не каркай, — бросила Лиза. — Мы сделали все ровно так, как было написано в схеме, и у нас всё получится! Должно получиться!

— Давайте не будем рассуждать об этом, а просто сделаем то, что запланировали, — отрезал я все разговоры.

Устройство выглядело просто безумно. Толстые медные провода, сплетённые в причудливый клубок, напоминали щупальца какого-то механического осьминога. Три кристалла средней чистоты, жёлтых, размером с кулак были зажаты в них, как в тиски. В центре находился кусок местной взрывчатки, что-то наподобие пластида. Смогли купить всё это через Белова на черном рынке Москвы. Если верить схемам безумного гения Меньшова, при активации он должен был высвободить всю энергию кристалла за долю секунды, превращая его в чистый, неконтролируемый поток энергии. Если честно, я сам не до конца понимал, как это всё работает, но надо было посмотреть, что будет вживую.

— Екатерина Витальевна, вы готовы? В случае чего нужно будет попробовать затушить взрыв льдом, — спросил я, не оборачиваясь.

— Готова, Ярослав, — раздался её спокойный голос за моей спиной. — Но надолго меня не хватит, если эта штука рванёт сильнее, чем мы ожидаем. Мой ледяной щит хорош, но против такого взрыва может быть бесполезен.

— Она рванёт сильно! Я уверена, — сказала Анжелика.

Француженка стояла рядом с Екатериной Витальевной, чтобы помочь в случае нашего провала.

— Всё будет хорошо! — твёрдо сказал я. — Я не для того прошёл через всё дерьмо, чтобы подорваться на пустыре за Москвой из-за ошибки какого-то сумасшедшего гения. Этого не случится!

Белов усмехнулся

— Уверенность — это, конечно, хорошо, Ярослав. Даже очень хорошо, но давайте всё же перепроверим схему. Меньшов был гением, это факт, но он был безумным гением, давайте этого не забывать. У безумцев часто бывают ошибки в расчётах, которые могут стать фатальными.

Мы перепроверили все еще дважды.

Игорь сверял показания прибора с формулами в чертеже, шевеля губами, когда считал. Лиза проверяла контакты. Я стоял над устройством и держал руку на активаторе, маленькой красной кнопке, которая должна была запустить цепную реакцию.

— Всё хорошо… — сказал Игорь после долгой паузы. Он вытер пот со лба. — Я, конечно, не эксперт, но, кажется, всё правильно. Насколько может быть правильно устройство, созданное безумцем.

— Я тоже ничего критичного не вижу, — добавила Лиза. — Но вы же все понимаете, что это не значит, что ничего критичного нет. Мы можем ошибаться!

— Тогда отойдите подальше, будем пробовать! — сказал я. — Все за щит! Быстрее! Я активирую с безопасного расстояния.

Игорь, Лиза, Анжелика и Белов отошли на двадцать метров и укрылись за ледяной стеной, которую создала Екатерина Витальевна. Анжелика замешкалась на секунду, глянула на меня.

— Иди! — сказал я ей. — Всё будет нормально, я обещаю.

— Если ты погибнешь, я убью тебя! — сказала она.

Я усмехнулся. Даже в такой момент она находит время на шутки. — Готов? — спросила Екатерина Витальевна, поднимая перед нами прозрачный ледяной барьер.

— Не сказал бы, но это не важно. — честно ответил я. — Делаем!

Я глубоко вдохнул и нажал кнопку. Ничего не произошло.

Секунду… Две… Три… Четыре…

Я смотрел на устройств. Какого хрена? Где взрыв?

— Может, оно сломалось? Или мы где-то ошиблись? — крикнул я, чтобы меня слышали все.

— Подожди, — сказал Белов из-за щита. — Может задержка быть! Пока подходить опасно.

Я смотрел на устройство и тут в какой-то момент кристаллы засветились. Сначала тусклое, едва заметное мерцание. Потом ярче и ярче. Настолько, что пришлось прищуриться.

— Отходим! — крикнул я, схватив Екатерину Витальевну за руку, её пальцы были ледяными от магии.

Мы рванули к остальным. Земля под ногами начала дрожать.

— Быстрее! — крикнул Игорь из-за щита.

Мы упали за ледяную стену за секунду до того, как устройство взорвалось.

Я не услышал взрыва. Думаю, никто его не услышал. Я почувствовал вибрацию всем своим телом. Потом звук вернулся. Я лежал на спине, тяжело дыша, и смотрел в небо, которое на миг стало белым, а потом снова чёрным.

— Все живы? — крикнул я.

Игорь что-то ответил, но я не разобрал ни слова. Поднялся на ноги, отряхнулся. Ледяной щит, который создала Екатерина Витальевна, разлетелся, и осколки льда лежали вокруг, медленно тая, но он спас нас.

— Все целы? — спросил я еще раз.

Игорь кивнул, выплёвывая землю. Лиза сидела на корточках, прижимая руку к груди. Белов стоял на четвереньках. Анжелика помогала встать Екатерине Витальевне. Все были целы, только грязные.

— Твою мать, — выдохнул Игорь, глядя туда, где только что стояло устройство. — Твою мать, Ярослав! Ты это видел? Посмотрите на это! ЖЕСТЬ!

Я обошёл остатки стены.

Воронка на месте устройства была глубокая, метров десять в диаметре.

— Работает! — прошептал я. — Чёрт возьми, работает!

— ОХРЕНЕТЬ! — заорал Игорь — Ты видел? Оно сработало! Этот псих Меньшов был прав!

— Видел, — кивнул я, не в силах сдержать улыбку. — И это только желтые кристаллы, а что будет с красными? Оно точно уничтожит метеориты! Теперь давайте делать ещё шесть таких же, только с другими кристаллами. У нас нет лишнего времени.

Мы работали всю ночь и весь следующий день. Первый раз мы делали только одно устройство целый день. Может быть это еще из-за того, что боялись где-то накосячить. Схема была адски сложной, и каждый заряд требовал аккуратной сборки. Одно неверное движение, и всё могло пойти по одному месту.

К вечеру второго дня семь зарядов лежали на столе в гостиной. Семь чёрных цилиндров из толстого металла, внутри перемотанные медью кристаллы и взрывное устройство.

— Красивые… — сказала Анжелика, рассматривая один из них.

— И смертельные! — добавил Белов.

Гостиная моей московской квартиры превратилась в штаб. На столе лежала карта Империи. На нец было семь красных точек, которые Алиса выудила из архивов Страхова. Точное расположение метеоритов. Вокруг стола сидели: я, Анжелика, Екатерина Витальевна, Игорь, Лиза, Белов.

— У нас семь целей, — начал я, обводя точки на карте. — И, как вы видите, разбросаны они по всей Империи. От Крыма до Сибири. От Карелии до Дальнего Востока. Времени у нас максимум два три дня на манёвры.

— Семь целей, — повторил Игорь. — А нас шестеро.

— Настя могла бы помочь, — тихо сказала Лиза, поджав ноги. — Но она… она теперь с Виктором. Неизвестно, на чьей она стороне вообще…. Может, она с нами, а может против… Я сейчас даже не знаю.

— Виктор — еще одна проблема, — согласился я. — Но это мы оставим на потом, сначала поймём, как закрыть вопрос с людьми. Без достаточного количества рук мы не справимся.

— Ярослав, — сказала Екатерина Витальевна. — У меня есть пара человек в академии из преподавателей, которым можно доверять. Старые друзья, которые не пошли на поводу у Яковлева, но их всего двое…

— Двое — это уже что-то — ответил я. — Но нам нужно больше… В идеале по три человека на метеорит. Поодиночке слишком опасно, в любой момент может открыться портал и напасть существа. Плюс не будем забывать про охрану от Страхова и местных искателей.

— Получается двадцать один? — усмехнулся Белов. — Ярослав, откуда нам взять столько людей, которым можно верить в такой ситуации? Мы же не можем позвать первых встречных с улицы. Это операция, от которой зависит судьба всего мира.

— А если не с улицы? — вдруг спросил Игорь. — Мой отец. Можно попробовать пообщаться с ним. У нас закончил академию, когда-то был искателем, и у него есть друзья, проверенные бойцы.

— Твой отец? — переспросил я. — Ты уверен, что ему можно доверять в такой ситуации? Я знаю, он хороший человек и помог мне, но… Он же аристократ, у него свои интересы.

— В первую очередь он мой отец, Ярослав! — ответил Игорь. — Он поймёт, и он знает людей, которые ненавидят Страхова и Ахметова. Таких много в Империи, просто они боятся говорить об этом вслух, но могут присоединиться к нам.

— Ты можешь с ним связаться? — спросил Белов.

— Попробую прямо сейчас, — Игорь встал и вышел в соседнюю комнату.

Я слышал, как он говорит по телефону и через 10 минут вернулся.

— Отец сказал, что будет через час, — Игорь сел на своё место. — Сказал, чтобы мы его подождали.

Граф Безухов прибыл ровно через час. Когда мы рассказали ему о метеоритах, о порталах, о том, что под землёй лежат камни, которые открывают проходы в другие миры, он охренел.

— Значит, вот оно что… — сказал он, опускаясь в кресло. — Я всегда подозревал, что князья что-то скрывают. Что-то большое, что-то, что даёт им власть, но чтобы такое… Метеориты… Это меняет всё…

— Отец, — сказал Игорь. Он сел рядом с ним, положил руку на плечо. — У тебя есть люди, которые могут помочь?.

Князь Безухов молчал несколько долгих секунд.

— Есть. Моя личная охрана и ещё несколько человек, которым я доверяю как себе. Они готовы идти за мной в огонь и в воду. Мы выступим с вами. Думаю нас будет человек пятнадцать.

— Отец? — Игорь удивился, даже привстал со стула. — Ты хочешь сам…

— Я не собираюсь сидеть в стороне, когда мой сын рискует жизнью! — отрезал князь. Он в принципе не терпел возражений. — И не спорь с отцом! Я принял решение.

Не каждый аристократ на такое способен.

Через два часа в моей гостиной собрались двадцать один человек, чтобы пройти приходилось реально проталкиваться между другими.

— Итак, — сказал я, вставая перед ними. — Еще раз хочу сказать спасибо всем, кто готов рискнуть своей жизнью ради будущего империи. Перейдем к делу. Нас будет семь групп по три человека, и каждая группа получает один заряд и одну точку на карте. Задача: доставить заряд к метеориту и активировать его в одно и тоже время.

— А что будет, если какая-то группа не успеет? — спросил один из мужчин похожий на бывшего военного.

— Если вы не успеете, но остальные успеют, — сказал я. — То на защиту вашей зоны Страхов отправит все силы, что у него есть. Итог понятен.

— Понял, — кивнул он, в его глазах не было страха. Он принял эту информацию как должное.

Я развернул карту и начал распределять группы.

— Лиза, Игорь и Белов, вам достанется Карелия. — Я ткнул пальцем в точку на севере. — Леса, болота, холод, комары, всё как вы любите. Белов назначается старшим группы.

— Принято! — ответил Белов.

Я продолжил распределять. Крым, группа из двух мужчин и женщины. Дальний Восток — трое, из них один знаком с этой территорией. В Сибирь отправились самые выносливые. Южная зона также получила свой отряд. На Урал отправился Безухов-старший со своей командой.

И последняя, седьмая группа — я, Анжелика, Екатерина Витальевна, нам досталась Академия воинов и аристократов.

— Всем всё понятно? — спросил я, обводя комнату взглядом.

— Да! — ответили двадцать один голос.

— Тогда проверьте снаряжение, разбирайте заряды, рации, оружие, еду, воду и отправляемся.

Чем еще нам помогло сотрудничество с отцом Игоря? Мы получили в распоряжение несколько частных самолётов, а это решало вопрос с логистикой.

Я вышел на балкон. Москва шумела внизу. Я смотрел на огни города и думал о том, что, возможно, вижу их в последний раз.

«Ярик…» — позвала меня моя призрачная подруга.

«Да, Алиса?» — ответил я мысленно.

«Ты не сказал им обо мне».

«Не сказал, — ответил я. — Это пусть останется между нами».

«Я буду с тобой там, у академии! Не забывай про это».

«Знаю, Алиса. Ты всегда со мной, с самого начала».

КАРЕЛИЯ

Игорь шагал по колено в ледяной воде, проклиная всё на свете. Каждую кочку, и каждую ветку, которая хлестала его по лицу. Сапоги давно промокли, штаны насквозь пропитались жижей, и холод пробирал до костей, несмотря на все слои одежды. Лиза шла за ним, сверяясь с прибором, маленькая коробочка с экраном, которая показывала расстояние до метеорита. Белов замыкал, держа в руке кейс с зарядом.

— Я тут впервые, но уже ненавижу это место! — прошептал Игорь, споткнувшись о корень, торчащий из воды. — Холодно, сыро, мерзко, и мне кажется, что нас сейчас сожрут какие-нибудь твари!

— Тише… — сказала Лиза, не оборачиваясь. — Прибор показывает, что метеорит в двухстах метрах отсюда. Мы почти пришли.

— Слава богу, — выдохнул Игорь. — Если я ещё час пробуду в этой воде, мои ноги отвалятся к чёртовой матери!

Они вышли на поляну. В центре, под слоем мха и земли, пульсировал слабый красный свет, метеорит был прямо под ними.

— Начинаем бурить, — сказал Белов, доставая компактный бур из рюкзака.

Игорь и Елизавета встали по периметру, прикрывая Максима.

— Здесь что-то не так… — сказала Лиза. — Слишком спокойно.

— Не каркай! — бросил Игорь, но и сам напрягся.

УРАЛЬСКИЕ ГОРЫ.

Граф Безухов и двое его людей карабкались по скалам. Под ногами осыпался щебень, внизу, в темноте, шумела горная река.

— Прибор показывает, что метеорит здесь, — сказал один из людей, указывая на тёмный провал в скале.

— Включайте фонари, — скомандовал Безухов. — И будьте готовы, мало ли какая там тварь может встретится.

Они спустились в шахту. В глубине, как сердце, пульсировал метеорит.

— Я никогда не видел ничего подобного, — прошептал один из людей. — Это… живое?

— Не думай об этом, — ответил Безухов. — Просто делай свою работу.

АКАДЕМИЯ ВОИНОВ И АРИСТОКРАТОВ. ЛЕС.

Я шёл впереди, Анжелика и Екатерина Витальевна двигались чуть позади, на расстоянии вытянутой руки.

— Метеорит прямо под нами, — сказал я, остановившись на поляне. — Я чувствую его энергию…

— Я тоже… — ответила Екатерина Витальевна. — Он… он будто дышит…

— Тогда нам нужно поторопиться, — сказала Анжелика.

Я достал бур из рюкзака и начал готовить скважину для заряда, но не успел я начать, как вдруг…

«Ярослав! — крикнула Алиса у меня в голове. — Сзади! Они идут!»

Я обернулся, из леса, из темноты между деревьями, вышли они. Князь Тимур Русланович Ахметов, а за ним трое магов и Виктор, который шёл чуть позади. Так же с ними была Настя и она выглядела растерянной.

— Шереметьев! — Ахметов улыбнулся. — Решил взорвать метеориты? Думал, что я не узнаю? Думал, получится действовать за моей спиной?

— Как ты узнал? — спросил я.

— Ну, конечно, я так тебе и рассказал. — он смеялся в голос. — Спасибо тебе! Сейчас я убью сразу двух зайцев!

— Источник кристаллов несёт с собой смерть людей, — сказала Екатерина Витальевна

— Ты так говоришь, как будто раньше было по другому. Ладно, мне все это не интересно.

Ахметов взмахнул рукой, и его маги атаковали.

Бой начался.

Я встретил первого мага огнём. Пламя вырвалось из моих ладоней и огненный шар размером с футбольный мяч врезался магу в грудь, отбросив его назад, к дереву. Он ударился о ствол с глухим стуком и потерял сознание.

Анжелика создала щит и прикрыла нас от града ледяных осколков, которые Ахметов обрушил на нас. Снаряды врезались в щит с противным звоном, оставляя трещины, но щит держался. Француженка была очень талантливым магом.

Екатерина Витальевна атаковала в ответ. Её ледяные копья летели точно в цель. Один из магов Ахметова попытался увернуться, но копьё пронзило ему плечо, и он упал на колени.

«Ярослав! — крикнула Алиса. — Справа!»

Я уклонился от ледяного клинка, который Ахметов метнул в меня. Он пролетел в сантиметре от моего уха, срезав несколько волосков, и вонзился в дерево за моей спиной.

В ответку я отправил ему огненный шар. Ахметов отразил его ледяной стеной. Пламя и лёд столкнулись, взорвавшись облаком пара.

— Виктор! — крикнул я, пытаясь разглядеть его сквозь пар. — Ты на чьей стороне?

— Я на своей, Шереметьев, — ответил он. — Всегда был только на своей, но ты отнял у меня всё.

— Это не моя вина, Виктор! — крикнул я. — Ты сам выбрал этот путь!

— Заткнись! Уже надоели эти разговоры!

Он поднял руки, и земля под его ногами задрожала. Из неё начали подниматься каменные шипы, острые, как кинжалы. Они летели в меня один за другим, и я едва успевал уклоняться, прыгая с места на место.

Он был силён. Он мог бы стать одним из лучших магов своего поколения.

— Виктор, очнись! — крикнула Анжелика. — Он использует тебя, как до этого использовал Яковлев. Ты для них ничего не значишь!

— Заткнись, француженка! Вот только твоих нравоучений мне сейчас не хватало! — заорал он. — Ты ничего не знаешь про меня!

Он ударил снова, мы с Ангелиной отпрыгнули в разные стороны

Вокруг нас кипела битва. Екатерина Витальевна сражалась с двумя магами одновременно, и её ледяные копья мелькали в воздухе.

— Ярослав! — крикнула Екатерина Витальевна, отбрасывая одного из магов. — Метеорит! Ты должен активировать заряд! ОСТАЛЬНЫЕ ЖДУТ!

— Не могу! — ответил я, уворачиваясь от очередного удара Виктора. — Я немного занят!

После этого создал огненный шар и метнул Виктору в ноги, чтобы рядом с ним загорелось пламя и он отвлекся. Сработало.

Я рванул к метеориту.

— Стой! — заорал Ахметов, который уже был готов атаковать меня.

И тут из леса, из темноты, вышел Павел Сергеевич Яковлев.

Ректор академии выглядел паршиво, если честно. Форма грязная и, похоже, он был слегка пьян. В целом так и выглядит человек, которому уже нечего терять.

— Ахметов, — сказал он, шагнув на поляну. — Думал, что я сдамся? Думал, что я позволю тебе забрать мою академию? Ты ошибся, сукин сын!

— Яковлев? — Ахметов нахмурился. — Ты что тут делаешь⁈ Как тебя сюда пропустили⁈

— Твои люди мертвы, — перебил Яковлев. — Все, кого ты прислал в академию. Я убил их, а теперь сделаю тоже с тобой.

— Ректор, — прошипел Виктор, который наконец-то потушил огонь вокруг себя. — Вы будете на стороне этого… Шереметьева?

— Я на стороне академии! Всегда был на её стороне… В отличии от тебя! — сказал Яковлев. —

— Заткнись! — заорал Виктор.

Он атаковал, и каменная волна пошла на Яковлева, который встретил её стеной воздуха.

— Ты слишком эмоционален, Виктор, — сказал Яковлев, блокируя удар за ударом. — Эмоции главный враг боевого мага.

Но это злило Иванова еще больше.

— Ярослав! — крикнул Павел Сергеевич, отступая под напором Виктора. — Делай своё дело! Я задержу их!

— Нет! — заорал Ахметов. — Не дайте ему!..

Его маги рванули ко мне, но Екатерина Витальевна и Анжелика встали у них на пути. Всё смешалось в едином танце смерти.

Я добежал до места над метеоритом и схватил бур.

«Алиса! — крикнул я. — Следи за ними!»

«Я здесь, Ярослав! — ответила она. — Справа!»

Я уклонился от ледяного клинка, который Ахметов метнул в меня. Снаряд пролетел мимо и вонзился в землю оставив на ней глубокую борозду. Я продолжая бурить, потом услышал крик.

Виктор упал на колени. Яковлев стоял над ним, рука Иванова была прижата к груди, и из неё сочилась кровь.

— Ты хороший боец, Виктор, — сказал Яковлев. — Жаль, что ты выбрал не ту сторону… У тебя был потенциал.

— Я выбрал вашу сторону, ректор… — прохрипел Виктор. — Только вот потом вы выбрали Шереметьева…

— Ты так ничего и не понял… — Яковлев повернулся к Ахметову. — А теперь, князь, я займусь тобой.

Он шагнул к Ахметову, а тот улыбнулся.

— Ты думаешь, что сможешь победить меня, Павел? — спросил он. — Ты же сам продал академию мне!

— Я продал её… — сказал Яковлев. — Но теперь я выкупаю её обратно. Ценой своей жизни, если потребуется.

— А вот тут ты прав… — сказал князь

Ректор атаковал мощно, но он уже устал, и Ахметов был быстрее.

Ледяное копьё, огромное, размером с бревно, вырвалось из рук Тимура Руслановича и пронзило грудь Яковлева. Ректор замер. Его глаза расширились, он медленно опустил взгляд на торчащее из груди копьё, потом поднял глаза на меня.

— Прости, Ярослав… — прошептал он. — Я… слишком поздно всё понял. Слишком поздно…

Он упал на землю. Кровь растеклась по сухой траве тёмным пятном.

— НЕТ! — заорал я.

— Ярослав! — крикнула Анжелика. — Не останавливайся!

Я зажмурился, сжал зубы и продолжил бурить.

— Шереметьев! — Ахметов шагнул ко мне, отбрасывая Екатерину Витальевну в сторону ледяной волной. Она отлетела к дереву и упала. — Ты думаешь, что сможешь победить меня? Я убил твоего отца, и тебя уничтожу! Ты всего лишь мальчишка, который играет во взрослые игры!

— Попробуй! — крикнул я, отшвыривая бур и поднимаясь на ноги.

Скважина была готова. Заряд лежал рядом. Оставалось только опустить его и активировать.

Ледяная буря. Я едва успел создать огненный щит Пламя встало передо мной стеной. Лёд трещал, пламя шипело, пар заволок поляну белым туманом.

— Огонь против льда, — усмехнулся Ахметов. — Классика, но ты не знаешь, Ярослав, что я владею не только льдом.

Он взмахнул рукой, и из земли поднялись каменные шипы прямо под моими ногами. Я прыгнул в сторону, перекатился, вскочил. Острый край шипа полоснул по моей ноге, разрезав кожу. Я почувствовал, как по ноге потекла тёплая кровь.

Огонь вырвался из моих рук сплошным потоком, заставив Ахметова отступить на шаг и создать ледяную стену. Я добавил воздуха, и пламя закрутилось в огненный смерч, пробивая лёд. Затем земля, и из-под ног Ахметова вырвались каменные шипы, заставив его прыгнуть в сторону.

Ахметов отшатнулся, и осколок льда порезал ему лоб. Кровь стала заливать ему глаза.

— Это невозможно! — прошипел он. — Ты не можешь быть таким сильным!

Тимура Руслановича захватила дикая, животная ярость.

— Может я не смогу тебя победить, но тогда я заберу вас всех с собой! — заорал он.

В этот момент открылся портал. Чёрная дыра распахнулась прямо на поляне. Она росла на глазах становясь все больше с каждой минутой

Ахметов стоял у края воронки. Его плащ развевался, лицо было искажено в безумной улыбке. Он явно был готов умереть, но забрать нас с собой. Пока мы отвлеклись, он ударил магией в Екатерину Витальевну и Анжелику заморозив их ноги и лишив возможности двигаться. Я кинулся им на помощь и в этот момент за моей спиной появилась Настя, которая взяла заряд и шагнула с ним к метеориту.

— Ты… ты перешла на нашу сторону? — спросила Анжелика едва слышно.

— Давно, — ответила Настя. — Просто… Боялась, что Виктор узнает… Боялась, что он сделает со мной… плохое

Ахметов зарычал.

— Предатели! Все вы предатели! — он направил руку на Настю. — Ты Князь создал из земли огромную руку.

— Берегись! — крикнул я, но не успел.

Он схватил Бозину поперек туловища и сжал так, что она выронила заряд, а потом… швырнул её прямо в портал.

— НАСТЯ! — заорала Анжелика.

«Ярослав! — раздался голос Алисы в моей голове. — Я попробую спасти её! Могу войти в портал и вытащить её»

«Думаешь, у тебя получится?» — спросил я.

«Я призрак, Ярик! Портал не может меня убить! Я найду её и вернусь! Но ты должен удерживать портал открытым! Не дай ему закрыться, пока я не вернусь!»

«Алиса… У тебя будет мало времени. Через пять минут я должен запустить заряд».

«Знаю, но мы должны это сделать!» — сказала моя призрачная подруга.

Она залетела внутрь и я почувствовал, как Алиса исчезла из моей головы. Впервые за много месяцев я остался один в своих мыслях.

Прошла буквально минута и из портала вышла девушка. Настя. Но она смотрела не так, как раньше. Её глаза блестели — в них горел огонь, которого раньше не было. Она улыбнулась — не той робкой улыбкой, которую я привык видеть, а широко, дерзко, как человек, который только что победил смерть.

— Ярик… — сказала она. — Я вернулась…

— Алиса? — спросил я, не веря своим ушам.

— Она… она умерла там… — сказала Алиса голосом Насти.

Она развернулась к Ахметову, подняла руки, и из её ладоней вырвалось пламя, такое мощное, как и у меня. Мы ударили все вместе с Настей/Алисой.

Ахметов не выдержал. Его щиты рухнули один за другим, на лице застыло выражение ужаса.

— Нет… — прошептал он. — Я не могу проиграть… Я князь Ахметов! Я сильнее всех вас!

— Ты уже проиграл, — сказал я, подходя к нему

— Твой отец… — Ахметов поднял голову. — Твой отец был слабаком.

Я ударил его ногой в грудь, он отлетел к дереву и упал, не в силах подняться. Потом подбежал к скважине и опустил заряд.

— Прощай, старый мир. — сказал я, посмотрел на часы и нажал на кнопку.

Мы рванули подальше. Грохот был такой силы, что я оглох на несколько секунд. Метеорит взорвался изнутри, выбросив в небо столб огня и камней высотой с десятиэтажный дом. Земля пошла волнами, портал стал закрываться

— Ахметов! — крикнул я, поворачиваясь.

Князь стоял на краю умирающего портала и улыбался, как безумец, который потерял всё.

— Ты победил, Шереметьев, — сказал он. — Ты победил, но ты уничтожил Империю…

— Ты не прав… — ответил я. — Я освободил её…

Ахметов шагнул в портал со словами:

— Ну вот мы и встретимся с тобой, моя любовь…

Портал закрылся, поглотив Ахметова.

Тишина.

Я стоял на коленях у края воронки, тяжело дыша. Рядом упала Анжелика, обняла меня. Екатерина Витальевна подошла и положила руку мне на плечо. Алиса/Настя стояла чуть поодаль, глядя на небо.

По всей Империи, в семи зонах, одновременно сработали изготовленные нами заряды. Земля дрожала в Карелии, на Урале, в Крыму и в Сибири, на Дальнем Востоке и на юге. Порталы схлопывались один за другим, существа замирали и рассыпались в пыль. Кристаллы теряли свой блеск и превращались в обычные камни.

Магия умирала, и начиналась новая эпоха.

Через несколько минут после взрыва магия исчезла. Порталы, которые открывались десятилетиями, закрылись навсегда. Империя замерла в шоке.

Князь Страхов метался по своему кабинету как зверь в клетке. Он вызывал своих лучших учерных, но никто не мог вернуть магию

— Как это могло случиться⁈ — кричал он на своих подчинённых. — Кто это сделал⁈

Император не простил ему этого провала. Его не убили и даже не посадили, всего лишь лишили должности и отправили в ссылку на Дальний восток, подальше от Императорского двора. Больше я о нем ничего не слышал.

Академия воинов и аристократов закрылась через месяц. Студенты разъехались по домам. Профессора остались без работы. Борис Ли открыл школу рукопашного боя в Новом Петербурге. Академию открыли заново, только через год и теперь она носит имя ' Академия аристократов им. П. С. Яковлева'. Ректором там стал Моисей Абрамович. Он этого точно заслужил.

Помню, как сразу же после последней битвы Екатерина Витальевна впервые обняла меня по-настоящему, не скрывая своих чувств.

— Сын… — сказала она тихо. — Мой сын…. Я так долго ждала этого момента.

— Мама… — ответил я.

Там же Виктор подошел ко мне сразу после взрыва. Он выглядел так, будто постарел на десять лет.

— Я проиграл… — сказал он, глядя на залитую кровью землю.

— Ты не проиграл, — ответил я. — Ты просто ошибался, у каждого из нас есть право на ошибку.

— Я хотел отомстить… За свою семью… За Чеховых…

— Месть не приносит покоя, Виктор. Месть делает нас такими же, как те, кого мы ненавидим.

Он поднял голову. В его глазах были слёзы, впервые с тех пор, как я его знал. Больше Виктор ничего не сказал и молча ушел. Через несколько лет он стал дипломатом и работал на благо новой, немагической Империи. Говорили, что он женился и у него родился сын.

Игорь и Лиза вернулись из Карелии уставшие, но живые. Они поженились через год после тех событий. Они взяли денег у Безухова старшего и открыли сеть магазинов одежды.

— Скучаешь по магии? — спросил я как-то Игоря, когда мы сидели в его офисе.

— Нет, — ответил он, откинувшись на спинку стула. — Знаешь, без неё жить как-то проще.

Алиса осталась в теле Насти, как я когда-то в теле Ярослава. Она привыкала к новой жизни. Наконец-то снова могла есть, пить, чувствовать боль, радоваться, плакать. Всё то, чего она была лишена как призрак. Она была счастлива.

— Спасибо тебе, Ярослав, — сказала она как-то вечером, сидя на балконе моей квартиры. — Ты дал мне жизнь….

— Да я-то тут причем? — ответил я. — Ты сама прыгнула в портал.

— Да нет. Ты дал мне почувствовать жизнь еще до того, как я снова обрела тело. Теперь ты едешь на море?

— Да. Мы уезжаем с Анжеликой… Я всегда этого хотел… Спасибо, Алиса, ну или Настя. Теперь я не знаю, как тебя звать.

— Зови меня Алисой, — улыбнулась она. — Только ты сможешь называть меня так…

— Хорошо, Алиса. Спасибо тебе, что была со мной рядом.

ТРИ ГОДА СПУСТЯ

ОСТРОВ КУБА.

Маленький бар на побережье. Белые стены, соломенная крыша, деревянные столики на веранде. Стулья с потертыми сиденьями.

Я сидел за стойкой и протирал бокалы. Белая ткань скользила по стеклу. Анжелика раскладывала салфетки на столиках, напевая что-то по-французски. Бирюзовая вода плескалась в пяти метрах от нас, успокаивая приятным шумом.

— Ярослав, ты снова не заказал продукты! — крикнула она, заглядывая в холодильник.

— Извини, закажу завтра! — лениво ответил я, ставя бокал на полку.

Она закатила глаза, но улыбнулась в ответ.

В полдень приехали гости.

Игорь и Лиза вылезли из старого пикапа, заляпанного грязью.

— Ну, привет, бездельники! — крикнул Игорь, обнимая меня. — Как жизнь?

— Привет, дружище! Как в раю! — ответил я. — А у вас как дела?

— Работаем! А где бармен? Я хочу выпить, жарко же у вас тут в раю как в аду.

— Бармен тут! — усмехнулся я. — Что будете?

— Всё что есть, и побольше.

Лиза обняла Анжелику, и они начали что-то обсуждать на французском. Я не понимал ни слова, но слышал, как они смеются.

Через час подъехала Екатерина Витальевна… Или мама, как я её теперь называл. Она переехала на Кубу следом за нами и открыла небольшую школу для местных детей. Учила их читать, писать, считать… Ей больше всего не хватало академии.

— Мам, — сказал я, обнимая её. — Ты сегодня красивая.

— Спасибо, сынок! — ответила она.

— Жалко, что Степан и Марфа не приедут сегодня… — сказал я. — Наконец-то нашелся покупатель на квартиру. Экономика более-менее пришла в себя после перехода с кристаллов на более привычные виды ресурсов. Оказалось, что за столько лет у Империи скопились очень большие запасы нефти.

Алиса-Настя приехала последней, с ней был молодой человек.

— Ярик! — крикнула Алиса, бросаясь мне на шею. — Как же я рада тебя видеть!

— Я тоже. Как ты?

— Отлично! — она отстранилась и закружилась, показывая новое платье. — Смотри какое красивое.

— А ты всё такая же, — засмеялся я. — Но я рад, что ты счастлива.

— Очень счастлива, — она посмотрела на море, и её глаза загорелись еще больше.

Вечером мы сидели на веранде и смотрели на закат.

Солнце опускалось в бирюзовую воду, окрашивая всё вокруг в оранжевые и розовые тона. Где-то вдалеке играла музыка

— Ярослав, — обратилась ко мне францужнека, опуская голову на моё плечо.

— Ммм?

— Ты счастлив?

— Да, — ответил я, обнимая её. — Впервые за очень и очень долгое время.

Она улыбнулась.

— У меня для тебя есть новости… — игриво сказала она

— Какие? — удивленно спросил я

Она погладила свой живот и сказала:

— Ты скоро станешь папой…

Ну вот мы и дошли до финала истории… Даже немного грустно расставаться с героями, но они прошли свой путь от начала и до конца! Спасибо каждому из вас, кто дочитал до этого момента вместе с нами. Если вам понравилась цикл, не забывайте поставить лайк, подписаться на авторов и написать отзыв на странице первого тома, это поможет будущим читателям выбрать нашу книгу!

У авторов вышли новые истории, которые буду рады вам на своих страницах:

«Системный Адвокат» Денис Стародубцев https://author.today/work/585230

«Главный Инженер» Сергей Карелин https://author.today/work/595497

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15 % на Premium, но также есть Free.