Облака были всеядны. Они пили испарения реки, поедали поднимающуюся пыльцу и с жадностью засасывали дым из труб заводов промзоны. На дармовом корме они разъедались и чернели. И потом ветер как отару овец гнал пузатые, обожравшиеся выхлопными газами кудрявые тучи.

Он отправит их на свободный выгул и острижет где-то за территорией полиса, над бесконечными лесами и горами, роняя на зеленые вершины и на и без того жирную, влажную землю мокрое руно. А к нам в Кадию ветряный пастух пригонит чистые стада облаков, вскормленные где-то за тысячи километров отсюда на испарениях с громыхающих злых водопадов и бескрайних цветочных полях.

Я провожал их взглядом, или это они меня провожали, ведь их жизненный цикл бесконечен, а мой вот-вот может оборваться. Но я был спокоен. Все слова сказаны. Сожалеть мне не о чем.

«Всё в порядке?», — шепнула мама за праздничным ужином, когда в нашу хибарку набилось народу как мотыльков в банку с фонариком. Пусть она и не видит какие-то вещи, но чувствует. Чувствует настолько, что это можно записать в сверхспособности.

«Я просто счастлив», — сказал я ей.

«Это была твоя девушка?», — спросила Лу про Карму, явно зондируя почву для Джессики.

«Нет, просто безумная фанатка», — ответил я, и мне как-то сразу поверили.

И сейчас я шёл убивать эту безумную фанатку.

«Вернись живым», — сказал брат, когда я сообщил, что собираюсь на вечернюю пробежку, проветрить голову. Он чувствовал ещё острее, чем мама. Я не стал запираться и лишь кивнул.

С каждой минутой темнело всё сильнее, но вот я, наконец, дошёл.

Заброшенная стройка всегда была местом с историей. Её сторонились. Люди там пропадали с завидной регулярностью, а службы, которые несколько раз приезжали с проверками, ничего не находили. Пока однажды коммунальщики не обнаружили в канализации прорытое неизвестно кем ответвление, которое выходило на территорию стройки. Ход обрушили, но дурная слава за местом осталась.

Оно стало центром паломничества людей, что в разгар вечеринки заплетающимся языком говорят: «Да я вообще ничего не боюсь. Хочешь, прям сейчас на стройку пойду». И вроде все из них в последнее время возвращались, но что-то тут такое витало в воздухе, отчего люди в здравом уме даже не думали прятаться тут, даже если их искали.

Я подошёл к высоченному бетонному забору. Пролез в один из многих подкопов.

Впереди было здание, построенное лишь на полтора этажа. Слева ржавые вагончики. Справа как скелет диплодока лежал обрушившийся от старости строительный кран. Повсюду мусор, плиты стопками и тела миханойдов, которые открыли тут портал во время одного из прорывов. Их уничтожили, ядерные сердечники вытащили, но сами тела немного фонили, так что забирать их не стали.

Наверняка это место похоже на кладбище. Трупов тут запрятано — не перечесть. И если явится лич, округа вымрет. Никто не успеет ничего сделать. Повелитель нежити сколотит себе тут отряд мгновенно. А если зомби ещё и потрескивают на счётчике Гейгера, то пиши пропало. И ведь наверняка, как и с особняком рогатых, кто-то должен периодически посматривать, чтобы тут ничего не завелось.

Я услышал мягкий шелест рассекаемого мечом воздуха. Клинок летел из здания. Пересёк всю территорию и воткнулся у самых ног. Он задребезжал, пытался вырваться из земли и продолжить свою миссию.

Я вырвал его. Он забрыкался в руках как пойманная рыбина и растворился.

Я пошёл вперёд. Карма вышла из недостроя и направилась мне навстречу. Мы остановились в центре.

— Почему ты вообще можешь держать копии моего меча? — спросила она. — У меня не получается взять чужую технику. Я специально проверила после нашей стычки. Этим трюком ты спасся, но теперь я о нём знаю. Какие ещё у тебя козыри?

Я усмехнулся.

— Всё увидишь. Можно вопрос?

— Да.

— Значки. Зачем ты лепила их на рюкзак?

— Заманивала наивных пилигримов, пока не нарвалась на того, кто сильнее и… он до сих пор ищет меня.

— Тогда ещё один вопрос. Зачем тебе эта сила? Что такого стоит на кону, что ты готова убивать тех, с кем делила сухари в походе. Того, кого тащила на себе в гору и к кому жалась в холодной пещере.

— Я не скажу тебе. Я уже тебя изучила, Андрей Богданов. Пусть схватка будет честной. Пусть ты останешься способен убить меня. Хотя… не представляю, как ты это сделаешь.

— Тогда начнём.

Девушка сунула руку в соткавшуюся фиолетовую воронку и вынула оттуда меч. Повела ладонью, получив четыре копии, встала на них и отлетела метров на пятьдесят. Если она такие фокусы играючи исполняет, нечего и думать истощить её запасы маны. Они бездонны.

Копии меча множились и зависали в воздухе клинками вверх, словно гвардейцы, занявшие круговую оборону. Издали они походили на зубцы гигантской короны. Я спрятался за бетонную плиту, вытащил из инвентаря колчан и подцепил. Показался на глаза Карме и тоже решил выпендриться. Вытянул руку, и в ней материализовался лук.

Да-да. Не только ты теперь можешь атаковать издали.

Мечи пошли на взлёт. Построились звеном истребителей-камикадзе и начали заходить на ударный вираж. Я вкатился под лежащую по диагонали плиту, и стальные посланники смерти вонзились в неё.

Я натянул тетиву и, высунувшись на долю секунды, выстрелил в Карму. Вокруг неё закрутились пропеллеры лезвий, порубив стрелу.

Надо понять, насколько она контролирует мечи и нужно ли ей видеть меня, чтобы поразить. Я наложил стрелу и приготовился пробежаться, стрельнув на ходу, пока она будет атаковать меня.

Выскочил и бросился в сторону ржавого тела механойда, похожего на скорпиона, только вместо иглы с ядом в хвосте когда-то была пушка. Меч тут же ринулся в мою сторону как самонаводящаяся ракета. Я остановился на миг и выстрелил три раза подряд, метя в ноги противнице, в корпус и навесом.

Карма испугалась, когда летевшая поверху стрела чуть не попала в неё. Меч, выцеливавший меня, сбился с курса и воткнулся в землю, не долетев метра три.

Вот как значит! Она всё же сама ими управляет мысленно, а иногда даже через пасы руками.

Девушка перестроила защиту. Теперь три меча-пропелера закрывали её со всех сторон, а четвёртый ещё и сверху. На всякий случай на встречу друг другу ещё летали два меча-спутника, нарезая круги вокруг Кармы.

Она улыбнулась и поманила меня пальцем, призывая атаковать. Такую защиту не пробьёшь просто так. Но мне и не надо. Ещё с десяток копий меча заняли позиции возле ног девушки, словно она собиралась ими выстрелить как из РСЗО.

Накаркал!

Мечи стартанули одновременно и роем летели по дуге. Я запрыгнул под брюхо скорпиона и укрылся за ногой. Карма вообще меня не видела. И заклинание со звоном обрушилось на ржавого гиганта, сшибая рыжьё и обнажая блестящую сталь.

Всё. Я выяснил что хотел. Она не сможет атаковать меня, если не будет видеть. Теперь надо как-то забежать в недострой.

Я глянул на стрелы в колчане. Десять штук. До дома примерно длина игрового поля. Я его пробегаю секунд за десять-пятнадцать. Но тут скорость будет ниже, с луком в руках, плюс стрелять придётся.

Это надо пускать стрелу где-то каждые три-четыре секунды. Нормальный темп. Должно сработать, не выйдет у неё и за свою задницу переживать и в меня техниками кидаться.

Я рванул из-за ноги. Шаг, второй, третий, четвёртый, пятый. Как будто бы пора. Замер. Выстрел! И опять бежать. Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох-выстрел. И снова ноги несут меня, не разбирая дороги.

Я запнулся за торчащую арматуру, перекатился, спасая лук, и на выходе из манёвра умудрился выстрелить, словно всё так и задумывалось. Карма медленно шла за мной, но мечи не пускала.

Я затормозил и пустил подряд две стрелы навесом. Здание было уже рядом. Услышал, как оперённая смерть разбилась о крутящиеся клинки.

За оставшиеся шаги выпустил остальные стрелы и уже почти вбежал в здание, как три меча пикировали с неба и воткнулись в землю, перегораживая проход.

А ещё один летел мне в спину.

— Ты промажешь! — сказал я и совершенно джедайским жестом отклонил его в сторону.

Клинок вильнул и врезался в кучу сгнивших палетов.

Я крутанулся. Перекрывающая проход техника уже растворилась. Не мешкая зашёл в тёмный зев. Изнутри выстрелил и побежал на крышу, которая на самом деле потолок первого этажа. Началось на крыше и кончится там же.

По пути попадался строительный мусор, палеты, цементные мешки и даже тело механойда, похожее на человека. Я всё это опрокидывал, перегораживая дорогу, чтобы максимально замедлить проход Кармы по тёмному коридору.

Выскочил на крышу. Тут были какие-то железные листы. Одним таким закрыл выход, чтобы обрубить свет и осложнить девушке передвижение.

Выхватил из кармана небольшую цилиндрическую жестяную банку. Раскрутил крышку, вытащил оплавленный заострённый кусок хитиновой лапы осьминога хтонитов. Не кость, но вроде соответствует всем требованиям и вполне годится, чтобы начертить печать.

Порезал себе руку и, макая в кровь свой чёрный мелок, опускал его в банку с сажей из бочки, в которой мы сжигали тварей после нападения на дом. Подумалось, что пепел хтонитов вполне себе годный материал.

Быстро вывел круг и начал повторять заученные символы и руны. Мне кажется, вызубрил контуры до такой степени, что смог бы нарисовать во сне, хотя там всегда буквы плавают.

На бетоне быстро проступал рисунок. Карма гремела снизу, пробираясь по завалам. Вот железный лист пробил меч. Стальные клювы один за другим вонзались в него. Пока не подняли и не откинули в сторону. Девушка вышла на крышу.

— Предложение об обезболивающем касании всё ещё в силе, — сказала противница.

Но я спешно выводил печать. Она видела лишь мою спину. Я обернулся.

Мечи размножились. Разлетелись вверх и в стороны и рванули ко мне, перекрывая все пути к отступлению, чтобы одновременно воткнуться в меня со всех сторон. Тут не помог бы и десяток Уклонов подряд.

Я вывел последний символ и замкнул круг заклинаний. Если не сработает — я труп. Мечи были рядом, я уже почти ощутил холодное дыхание смерти. И тут от печати разошлась невидимая силовая волна. Она прошла сквозь меня.

Я замер. Клинки зависли в считаных сантиметрах. Один из них почти упёрся в глаз. Я касался его ресницами и боялся моргать.

Оружие попадало, звякнуло и растворилось.

— Что за… — обронила Карма. Я развернулся к ней. Девушка дёргала рукой. Пыталась создать копии, но ничего не выходило. Она выхватила свиток, сломала печать, развернула его и начала читать какое-то заклинание, но ничего не происходило.

Противница испуганно обернулась. И снова у неё на руке материализовался предмет, это была волшебная палочка. Она наставила её на меня и взмахнула. Одноразовый артефакт рассыпался древесным крошевом, словно его вмиг термиты сожрали.

— Что ты сделал⁈ Как это возможно?

Она попятилась.

Я вытянул руку и в ней постепенно проявился бокен. Так не хотелось марать чистое дерево в крови. Так не хотелось бить женщину. Портить красивое лицо однозначно некогда хорошего человека.

— Я тебя не осуждаю, — сказал я. — Я верю, что у тебя были веские причины стать убийцей. Но щадить не буду.

Я размазался в рывке.

Девушка поздно среагировала и с запозданием вскинула меч. Я отбил клинок в сторону и ударил её по шее.

Она отлетела, дважды кашлянула и зло оскалилась.

— Дерево против стали. Это просто смешно. Насколько же ты веришь в свою игрушку. Тебе надо было остаться тогда в монастыре. Там таким психам самое место.

Я покачал головой.

— Здоровые не нуждаются в лечении. Это тебе подобно Витору нужно было остаться там.

Она махнула мечом со всей силы. Я мягко отпарировал ударом от себя, чтобы не попасть на острие клинка, при этом держа вторую руку на бокене в месте контакта стали и дерева, иначе моё оружие могло треснуть, а то и сломаться.

Защитный жест тут же перевёл в атакующий, попав по ключице. Карма упала на задницу, но тут же перекувыркнулась через голову и отбила следующую атаку, попытавшись меня уколоть.

А потом девушка сделала нечто странное. Дёрнулась влево-вправо, явно пытаясь активировать какое-то умение, но ничего не получалось.

Пора было это всё заканчивать.

— Что ж, ладно, — проговорила Карма. — Ты сам напросился.

У неё в руке возник мягкий пузырёк из съедобной упаковки, какие используется в аптечках военных. Она закинула его в рот и прожевала, заулыбавшись.

— Зелье скорости, — пояснила девушка.

Оно сработает лишь наполовину. Подействуют только те натуральные компоненты, которые отвечают за физиологическое ускорение тела. А вот магический разгон работать не будет.

Карма провела серию. От двух ударов я увернулся, а вот третий отбил и ткнул под глаз, ровно в то же место, что и прошлый раз. Кожа лопнула, открылась сечка.

— Репетировал, — грустно усмехнулась девушка.

— А почему нет? Цикличность — мать всему.

Карма начала раздёргивать, делая ложные замахи и выпады. Я превратился в пружину, готовый встретить любую атаку. И тут она ударила в голову. Я отклонился, но девчонка пробила ногой под коленку.

Задница встретилась с бетоном. Копчик отбил. Из положения сидя ударил по кончику меча противницы и тут же впечатал стопу ей в голень. Добивающий удар у неё не вышел. Она упала на одно колено.

Я отполз и встал. Это было опасно.

Карма тоже поднялась.

Я был готов к этим моментам психологического давления. Проходил через них и в Пути, и в Дигме, и на тренировках, и на игре сегодня. Она же сталкивалась с ними куда реже. Сколько ещё её психика выдержит в таком режиме?

Она снова бросила удар в лицо и потом дёрнула ногой, обозначая лоукик, но вместо него всё же махнула клинком. Я отклонил голову, рука девушки пролетела дальше, и перекрестие влетело мне в скулу. Это было так же больно, как когда мне туда прилетело кастетом.

Я пошатнулся. В носу сразу запахло кровью — сосуды полопались. Я присел от просвистевшего над головой меча. Попятился, промаргиваясь, почему-то появилось небольшое пятно перед глазами.

Карма рубанула сверху вниз, и я понял, вот оно. То, что я так долго ждал. Активировал все резервы нервной системы. Сделал полшага назад, лезвие пролетело в сантиметре.

И я обрушил бокен, ломая большой палец Карме.

Она вскрикнула. Меч выпал. И я отопнул его в сторону. В руках девушки появились чёрные шары, она бросила их на пол. Я ударил, попав по голове. Противница пошатнулась. Упала. Начала отползать. И тут бомбочки взорвались. Всё заволокло туманом. Видимо, предмет без магии.

Я услышал удаляющиеся шаги.

— Замри! — гаркнул так, что горло стало больно. Чуть не сбежала. Получается, последствия ритуала уже проходят, раз сработал Голос. Карма могла воспользоваться своими способностями, но не проверяла.

До ушей донёсся звук полёта с лестницы, затем стон. А потом шорох и удары. Она неслась по темноте сломя голову через груды сваленного хлама. Я подошёл к краю. Встал над выходом и мягко спрыгнул, нанося сокрушающий удар.

Попал в голову. Земля больно отыграла в ноги.

Бокен, помноженный на скорость свободного падения, проломил противнице череп.

Она валялась на земле и пыталась сфокусировать на мне взгляд. Я присел рядом и положил её голову себе на колени. Девушка вытянула трясущуюся руку. Вокруг неё появилась фиолетовая воронка. Но я не боялся, Карма уже ничего мне не сделает.

Она вытащила фиал с кровью.

— Это, — она сглотнула. — Это кровь хтонита, — дыхание её было прерывистым. — Я всегда использовала кровь тварей фракций вторжений из предыдущего прорыва, чтобы скрыть следы убийств.

Карма вложила пузырёк мне в руку.

Глаза её закатились. Я просидел так какое-то время, пока сердце не перестало биться.

Я вздохнул. Вот и Карму настигла карма. Прям не имя, а самосбывающееся пророчество.

Пустая ладонь девушки вдруг засветилась, и на ней появилась жемчужина. Моя была идеально белой, эта же с красными вкраплениями будто багровую молнию заточили внутри.

Я осторожно взял жемчужину.

Жемчужина пилигрима Кармы. Усиленная.

Владелец — Андрей Богданов. Без привязки.

Возможно поглощение, то есть интеграция в свою жемчужину.

Внимание! Для изучения полных свойств предмета необходимо переместиться в путевую комнату.

Оно и правильно. Нечего тут сейчас простынями текста зачитываться. Нужно заметать следы и сваливать. Но вот это «Без привязки» даёт почву для размышлений. Конечно, Михаил говорил, что её не удастся передать брату, но, если я ещё разок попробую, от меня не убудет. Верно?

Я убрал бокен в инвентарь и забежал обратно на крышу. Надо затереть следы от печати. Стёр всё ногой. Потом ещё притащил найденную тут же тряпицу и, смочив в грязной воде, скопившейся в пластиковой таре с засохшим раствором, оттёр бетонную плиту, чтобы и малейшего намёка на тайные знания не осталось.

Поднял меч Кармы.

Меч полуторный «Ошибка системы». Копия Пути, непонятным образом не разрушившаяся при переносе в путевую комнату. За счёт своей уникальности предмет приобрел особые свойства — будучи копией, он идеально подходит для копировальных умений, при этом не выпадает в случае смерти на испытаниях. Что же будет, если найти оригинал этого оружия?

Я хмыкнул. Смущало несколько вещей. Чересчур длинное описание, что обычно не свойственно. И концовка. Где это видано, чтобы свойства кончались вопросом.

Одна ячейка из-под стрел у меня освободилась, так что пока убрал находку туда. Затем спрыгнул вниз и начал собирать стрелы и их обломки. Складывал в колчан. Долго ползал, пытаясь отыскать их в темноте по всей стройке. Не смог найти пару частей из середины без хвостовика и наконечника, но и фиг с ними.

Была мысль похоронить Карму, но тогда это будет противоречить её же версии с убийцей в роли хтонита. Я открыл бутылёк с кровью твари. Интересно даже кто это был и как она добыла это. Для правдоподобности капнул пару капель и на крыше, и внизу, и на одежде девушки следы оставил, ну и под ногтями конечно же.

Потом насобирал веток в веник и с помощью него и тряпки принялся в прямом смысле заметать все свои следы. Ни одного отпечатка моего протектора тут найтись не должно.

Закончив, бросил прощальный взгляд на Карму. Она подарила мне первый поцелуй и первое убийство пилигрима. Удивительная женщина.

Вернулся домой, когда все уже спали. Прошёл в комнату брата, и он сразу проснулся. Я молча сунул ему жемчужину Кармы.

— Эта другая, — заметил он.

Я кивнул.

— Это тебя кастетом? — спросил Пашка.

Я покачал головой.

— Гардой меча, — не стал скрывать я.

Брови его подпрыгнули. Но больше ничего спрашивать он не стал. Догадывался, что эта информация может стоить нам всем жизни.

Я тихо сходил в душ и улёгся спать.

— Привет, Мих, — грустно протянул я.

— Ты справился, — расслабленно выдохнул наставник.

— Ага, — сухо констатировал я. — Я отдал жемчужину брату.

— Я бы сказал, что не сработает, но в отношении тебя уже ничего нельзя говорить с уверенностью.

— Подождём.

Брат молча вкатился в комнату и просто передал мне жемчужину. И без слов всё было понятно. Не сработало.

Я кивнул. Прикрыл глаза и использовал Путеходец.

— Вижу, не получилось, — сказал Михаил.

— А почему та девчушка смогла передать мне жемчужину?

— Это была Аннет. И она особенная. Жемчужина, что она передала, была неинициированная. Без владельца, без привязки.

— И где их берут?

Он открыл было рот, но не смог произнести ни слова.

— Ну ты видишь, — сказал он. — Информация слишком ценна, и она просто не влезает в отведенное договором с Путём. Так что узнаешь в своё время.

Оставалось только кивнуть и вернуться к своим делам. Теперь можно было считать полные свойства.

Я взял кровавый жемчуг и увидел, как проступает описание. Строчка за строчкой.

Усиленная жемчужина пилигрима (Кармы) Томпсон Карины. 25 лет. Раса Человек.

Владелец — Андрей Богданов. Без привязки.

Желаете привязать?

— А что даёт привязка? — спросил я.

— У тебя не отберут жемчужину. Точнее, отобрав, не смогут воспользоваться. Только ты будешь способен использовать её силу.

Я тут же нажал привязку.

Возможно поглощение, то есть интеграция в свою жемчужину.

Содержит:

30 очков умений

60 очков характеристик

10 Умений.

Инвентарь 20 ячеек. Раскрыть?

Я раскрыл.

Он оказался заполнен на пятнадцать из двадцати. Что в целом логично. Меч, дымовые бомбы, свиток, волшебная палочка, склянка с кровью. Вот тебе и пять ячеек.

При поглощении жемчужины вы сможете перенять лишь часть её содержимого. Выберите приоритет:

— Очки умений

— Очки характеристик

— Умения

— Содержимое инвентаря

На приоритетном компоненте повышается шанс перенять набранный потенциал с наименьшими потерями.

Хм. Вроде всё понятно, но на всякий случай решил уточнить у наставника.

— Поясни про приоритетность поглощения.

— Ну вот смотри, например, в жемчужине заключено по десятке каждого компонента. При поглощении ты можешь перенять как один, так и десять, никто не знает, отчего это зависит. Но, если ты, например, выбираешь приоритет на содержимом инвентаря, то, скорее всего, восемь из десяти предметов сохранятся и переместятся в твой инвентарь.

— Ну я так и подумал.

— Будешь поглощать?

— Да. Как бы ни был мне неприятен этот кровавый жемчуг, но это же тоже часть пути и даже часть Пути. В этом есть некая справедливость. Она распоряжалась дарами во зло, я, хочется верить, найду им лучшее применение. Хотя это не точно. Может, Карма по ночам прыгала по крышам в облегающем костюме с трико и спасала людей во время прорывов.

— Не понял, зачем прыгать по крышам в трико?

— В трико и маске, — наставительно поднял я палец вверх. — Такая ты дерёвня. Это супергероика.

Здесь я, кстати, сильно отстал от других сверстников. Понятия не имел, какой комикс нынче самый популярный, и кто из героев спасает землю на экранах. Из культовых серий читал только «Офисный планктон спешит на помощь», там про обычного сотрудника Кешу, у которого неожиданно появляется способность закрывать порталы во время прорывов. Жесткая реалистичная офисная комедия, про то, как чувак во время обеда успевает сделать так, чтобы фирму, в которой он работает, не снесло очередным бедствием, обрушившимся на полис.

— И что нужно сделать, чтобы поглотить жемчужину?

— Просто скорми её своей жемчужине.

— Просто. Ха. Нефига это не просто. Я перескачу через несколько ступеней. Кажется, что потеряю самого себя.

— В этом есть, конечно, некая доля правды. Я видел тех, кого это изменило как путника и даже замедлило их прогресс, как ни странно, им понадобилось несколько месяцев, чтобы как-то вкатиться в ритм обычных испытаний. Но ты не из таких. Уверен, у тебя всё будет отлично.

— А знаешь, что! — осенило вдруг меня. — Я должен с собой попрощаться. Последний забег без читов. Последняя качка внатураху, а потом перейду на стероиды. Одна локация. Что-нибудь для соло-игры. Последнее, что сейчас хочу видеть — это других пилигримов. У меня на них пока аллергия.

— Это хорошее решение.

— Просто баланс между тем как обстоятельства запихивают меня на рельсы резкого скачка и собственным желанием гармоничного поступательного развития.

— Ещё какие-то пожелания по локации?

— Осколок. Пусть там будет осколок. Бокен я уже освоил и готов двигаться дальше.

Наставник кивнул. Печать на полу мигнула. Контуры рисунка внутри поплыли, перестроились, и портальный круг снова зазывно вспыхнул.

Я наступил на край. Когда был мой последний забег? Кажется, что в прошлой жизни. Хотя совсем ведь недавно.

Тишькрай.

Всё, что успел понять за время здесь, весь опыт кричал — легко не будет. Название лукавит. Хотя, конечно, рад бы ошибиться.

Вбил название в поисковик аукциона и ничего не нашлось. Ну вот. Началось опять. Секретная локация. Когда уже что-то пройдёт нормально? Будет ли ещё простое испытание?

Я взял классический уже набор зелий, фляжку с водой, светозарный камень, верёвку, меч Кармы, рюкзак с едой, тетиву и стрелы. Лук из реала было жалко, он ещё пригодится. Если что, сделаю новый на месте.

— Удачи, — сказал Михаил.

Я благодарно кивнул и ступил в печать.

Оказался на портальном камне на возвышении. Вниз вела каменная лестница. Меня сразу увидел дозорный эльф. Встрепенулся. Пустил в небо стрелу с красной лентой, которая ещё и сыпала какой-то багровой пылью, оставляя облако в небесах.

Остроухий сорвался с места и побежал в мою сторону. При этом даже не думал стрелять. Оставалось только ждать развития событий. Странное что-то происходит. Вряд ли ведь он от волнения забыл про лук. Когда между нами осталось шагов двадцать, незнакомец вообще откинул его в сторону, а потом выхватил длинный охотничий нож.

Я достал рукоять и активировал деревянный меч. С ним у меня было мало практики в отличие от бокена.

Эльф откинул оружие в сторону. Упал на колени, даже немного проскользив, и упёрся лбом в землю, склонив голову.

— Приветствуем тебя, великий Идущий. Я уже послал сигнал. Делегация спешно выдвигается.

Что здесь творится?

— Поднимись, — сказал я, и воин подскочил по стойке смирно. — Подними своё оружие и лук. Негоже так обращаться с ними. Они тебе жизнь спасают, а ты их как собаке кость швыряешь.

Он смиренно кивнул и побежал за своим имуществом.

— Если Идущий захочет, мы можем выдвинуться навстречу или подождать здесь. Всё будет по воле твоей, повелитель.

— Мы подождём, — принял я правила игры и уселся, подобрав под себя ноги. — Как твоё имя?

— Воля Леса. Вольс.

— Меня зовут Эхо.

— Отзвук великой благости Пути, ниспосланный нам, — поклонился он.

Что за безумный фанатик? Надо ли им подыгрывать? Я правда тот, кого они ждали, или этой очередная подстава и мне придётся как-то выкручиваться?

Я не знал, как подступиться с вопросом, а потом просто решил подождать комитет по встрече. А пока огляделся. Странноватый лес со следами старых пожаров. Судя по содранной коре и обломанным толстенным веткам, бродили здесь какие-то медведозавры.

Широкий тракт содержался в хорошем состоянии, и вскоре на нём показался отряд.

А что, если это всё ловушка? Вдруг дозорный просто отвлёк меня своей игрой, а сейчас мне будут делать больно.

Ездовой транспорт у группы был необычный. Собаки. Причём как крепко сбитые особи где-то метр двадцать в высоту, так и длинноногие красавцы почти в полтора метра. На них ехали верхом, а четвёрка была запряжена в карету.

Все синхронно поклонились мне, и даже собаки пусть не с первой команды, но со второй склонили головы. Не ну это уже некомфортно. А пытаться убить меня кто будет? Я зачем сюда пришёл?

Вперёд вышло двое. Молодая женщина человек и мужчина гном лет сорока пяти.

— Идущий, — обратился ко мне мужик. — С кем желаешь говорить?

Они ещё и выбор предоставляют.

— Раз начал, вещай.

— Моё имя Непростой Шквал. Непрошка. Позволь пригласить тебя в нашу карету или можешь сесть верхом на лошадь.

Тут я уже заржал.

— Какие же это лошади. Это собаки.

— Как повелишь, Идущий, так и будет. Отныне зовутся они все собаки.

Нда. Всё страннее и страннее.

— Пошли уж в карету, — сказал я. — Там хоть поговорим.

Я забрался внутрь. Всё было обито мехом. Имелся тут столик, подносы с едой и несколько графинов.

— Что пожелает, Идущий? — спросил Непрошка.

— Зови меня Эхо. Налей сока или отвара какого, если есть.

Он набрал в резной серебряный бокал сок. Я отпил. Надо же, из лесных ягод.

— Так, что у вас тут происходит? — спросил я, глядя в окно. В отряде собрался золотой стандарт по Толкиену. Эльфы, гномы, люди, орки, хоббиты.

— Мы давно ждали тебя, Эхо. Несколько лет уже не было гостей из ваших. Совсем зачахла наша деревня. Мы молились, и Путь ниспослал нам защитника.

— Давай подробнее. Защитника от кого? Что могу я, чего не можете вы?

— Да ты должно быть шутишь! Вы пилигримы способны на такое, что нам и не снилось. Да хоть тоже бессмертие ваше взять.

Я грустно усмехнулся.

— Мы не бессмертны. Поверь мне.

— Верю, — поспешно кивнул Прошка, видимо, что-то отразилось в моих глазах. — И всё же, вы куда могущественнее нас. Ты всё поймешь, как только придешь в посёлок.

Пф, посёлок. Невысокая, но каменная стена, местами поросшая цветущей лозой. Мостки через ров. Издали уже видно, что внутри мощенные центральные улочки с водоотводным каменным желобом. Дома с каменным же фундаментом. Всё зелено-молодо пахнет и цветёт. Солнышко. Уютные балкончики на вторых этажах самых богатых домов. Какой же это посёлок, если самый натуральный город по исполнению.

Люди выходили и выстраивались вдоль дороги, кланялись и бросали цветы.

— Они хотят тебя видеть, Идущий, — сказал Прошка.

— Ну дай пса повыше да постатней. Покажусь, раз хотят. Куда вас денешь.

Я вышел из кареты. И мне подвели высокого белого пса, похожего на добермана.

— Как зовут? — спросил я.

— Как пожелаешь, так и будут звать.

— Да вы издеваетесь, что ли! — взорвался я. — Откликается он на что?

— Белый.

— Нда. Фантазии у вас, как у ортопеда ёжиков.

— А это много или мало?

— Это ноль. Нахрена ортопеду ёжики? Ладно, — вздохнул я. — Будешь Призрак, — я положил псу руку на голову и использовал Голос, повторив, — Призрак.

Глаза пса будто стали на толику умнее, а я раскрыл рот. Мана улетела в ноль. И ведь всего лишь имя собачке дал. Ну может, чуток переписал пару накатанных нейронных трасс в мозгу, перекинул их как провода к другому набору звуков. Так ведь это всё работает, наверное…

Я уселся на пса и поехал впереди процессии. Ощущения не сильно различались от конной верховой езды. То же седло и поводья. Разве что башкой собака побольше вертит, да и, вообще, смешнее себя ведёт в движении.

— Спаситель!

— Идущий!

— Герой явился! — галдел народ. Кидал цветы и лепестки.

Вот так я себе представлял реакцию людей после первого забитого мной гола.

Вдали в конце посёлка виднелся чуть ли не дворец. Весь первый этаж сложен целиком из камня. На втором целая веранда с навесом.

— Твоё жилище, Идущий, — пристроился рядом Прошка. — Но, если хочешь, можешь выбрать любой из домов.

— Да прекратите, — возмутился я. На откорм они меня, что ли, привезли, чтобы потом как в старых сказках отдать драконихе. Ну а что? Реверсивная легенда. Там юные красотки были, а тут юный я, не знаю уж, красив ли, но причёсан — а это уже половина дела.

Слева и справа от дворца стояли два огороженных длинных строения. Левый из белого камня. Правый из чёрного.

— Храм Благодарности и Храм Скорби. Тебе нужно посетить их, и ты всё поймешь.

Я спешился. Прошка остановил толпу.

— Мы всех созовём на праздничный ужин. Расходитесь, готовьтесь.

— А как хотя бы его имя? — воскликнула какая-то маленькая девочка.

Я обернулся и подозвал её пальцем.

— Хочешь, подарю тебе силу? — спросил я.

Она закивала. Мама её испуганно косилась на меня.

Я клонился и прошептал ей на ухо.

— Меня зовут Эхо. Это будет секретом до самого ужина, и только у тебя есть право выбирать тех, кому ты сообщишь. Милуй и карай на своё усмотрение, только сильно не увлекайся.

Счастливая девчонка убежала, словно я ей корону на голову надел. Я шепнул Прошке, чтобы сказал никому из сопровождения не разглашать пока моё имя. Пусть ребёнок повеселится.

Я прошёл в храм Скорби. Вдоль стен в рамках стояли портреты, написанные от руки масляными красками. За всеми следили, регулярно подкрашивали.

Внизу были подписи. Вот, например, существо неизвестной расы, на одного из детей Посейдона похож, это ведь он трахал всё, что шевелится.

Внизу подпись:

Путник Аригдур Мрзя

Смертей — 0.

Убийств — 11.

Изнасилований — 3.

Деяний — 0.

Вот как, значит. Интересно.

Под табличкой с текстом имелась книга. Я взял её. Страницы через одну из кожи и бересты.

Явился тогда-то. Сказал то и то. Да это ж летопись голимая. Быстро пробежался по тексту. Там были хронология событий и указаны имена убитых и изнасилованных. И то, как всей деревней потом пытались этого пилигрима изгнать.

Я пошёл дальше и остановился у портрета человека. Злое, жестокое лицо. Количество преступлений было ещё больше, а среди убитых им имелись даже дети. Для верности прошёл дальше и прочёл список прегрешений ещё одного путника, он был длиннее предыдущих.

Уже догадываясь, что будет в другом храме, всё же прошёл туда. Здесь было много света. Свечи. Портреты более яркие и жизнерадостные.

— Ой! — замерла в испуге орчанка полукровка в сарафане, попыталась упасть, на колени для поклона, но я поймал её за руку и не позволил.

— Всё в порядке. Что ты тут делала?

— Я и не слышала, что вы прибыли, — начавшим дребезжать голоском промямлила.

— Я так и понял. Что делала?

— Возносила молитву благодарения.

Я подошёл к первому портрету, и девушка попробовала выскользнуть из храма.

— Стой, — мягко сказал я, и она замерла с занесённой ногой. — Делай, что делала. Я не помешаю.

Она робко вернулась назад и села у портрета орчанки. Ещё дойду. Ещё почитаю.

Вгляделся в лицо эльфа. Жизнерадостный, на вид лет тринадцать от силы.

Путник Рифаэл

Смертей — 5.

Деяний — 12.

Дней — 3.

Открыл книгу. Угу. Убил призрака семнадцать лет досаждавшего посёлку. Я невольно присвистнул. Исцелил зельем семь человек. И так далее и тому подобное.

Я перешёл дальше к портрету сородича по расе, глянул на статистику.

Путник Георгий.

Смертей — 27.

Деяний — 19.

Дней — 9.

Поднял глаза на лицо и замер от удивления. Не может быть! Я знаю его!

Это был Георгий Долидзе. Простой спасатель. Работал в Фатуме, Архонте, а закончил карьеру в Кадии. Даже в школу к нам приходил. А когда он погиб при пожаре, оказалось, что он статистически самый эффективный спасатель всех времён. По телику сюжет крутили.

Вот оно как повернулось.

Открыл его деяния. Ну да. Большая часть социальная. А когда он пробовал браться за боевую, то погибал очень много раз. Не всем мечом махать. Каждому своё.

Наверняка он в моём мире боялся попасть на радары. Дядька просто работал, звёзд с неба не хватал, делал, что мог. Здесь вот помог построить каменную стену, фундаменты. Противопожарку наладил, получается.

Я дошёл до конца зала, где на отдельном алтаре стоял портрет человеческой женщины. «Первоматерь Тишькрая», — гласила подпись. Интересно.

Путник Скромняна.

Смертей — 0.

Деяний — 1.

Дней — 600.

Ещё интереснее стало.

При этом книга её была самой толстой.

«Добрая улыбка почти всегда была словно прикована к её лицу».

Вот оно что…

Когда-то жители Тишькрая не могли зачинать детей, если родители разных рас. Биологически это было возможно, но они были из разных миров и не совпадали на уровне вибраций, то есть как-то магически не имели шанса завести ребёнка.

Посмотрела Скромняна на всё это дело. Родила им ребёнка, выкормила и сказала, пройдёт сто лет, и таких проблем больше не будет.

Большой кусок текста был посвящён тяжелому расставанию матери с годовалым дитём. Нда уж. Два сердца, что ли, у неё было. Одно разорвалось, вторым пользовалась после.

Неудивительно, что её почитают больше прочих. Ведь всё сбылось, через пять поколений её потомки разбавили генофонд Тишькрая. Получается, кровь пилигримов способна на многое. Надо запомнить.

Я вышел на улицу, и меня повели в большой дом.

— Отдохни с дороги, — сказал Прошка. — И как только скомандуешь, соберёмся на праздничный ужин.

Я кивнул. Прошёлся по огромному дому. Кухня. Обеденный зал человек на тридцать. Рабочий кабинет. Оружейная, пустая. Второй этаж с несколькими спальнями. Большая веранда.

Я бросил рюкзак и расположился на веранде. Посидел, подумал, куда угодил.

За мной наблюдали, и стоило дать знак, как примчался Прошка.

— Есть у вас художники, получается, — сказал я.

— Как не быть, — подтвердил гном.

— Тогда слушай задание. Мне нужно, чтобы кто-то составил маленькую компиляцию всех портретов из храмов с именами, разумеется. Понимаешь? Чтобы при встрече с ними я понимал, что за пилигрим передо мной.

Прошка впал в задумчивость, потом опомнился.

— Я… мы что-нибудь придумаем. Я понял-понял замысел, — сказал он и вышел.

В принципе, можно и пищу разделить с ними и потихоньку поспрашивать про осколок. Решительно не ясно, где его искать. Точнее, есть пара идей. Просто вспоминается монах Витор. Как бы я нашёл осколок, который у него на груди под одеждой?

Я дал знак, и народ забегал, засуетился. Минут через десять Прошка прибежал с портнихой, поваром и служанкой.

— Во что Идущий желает одеться? — спросила женщина средних лет.

Это начинало утомлять. Я всё же не царственная особа.

— Тапки посвободнее. Штаны и рубаха. Всё.

— Покрой, вышивка?

Я глянул на Прошку.

— Понял-понял, — закивал он и отвёл женщину, нашёптывая что-то на ухо.

— Что господин желает откушать? — спросил мужчина со множеством шрамов на указательном пальце.

— Еды, — сказал я. — Что поставите, то и съем.

Кухонных дел мастер посмотрел на Прошку, тот лишь пожал плечами.

— Желаете выбрать прислугу? — спросила служанка. — Молодую или постарше? Худую или в теле. Грудь побольше или зад. Брюнетку, блондинку, рыжую?

— А лысую можно? — уже начиная смеяться, спросил я.

Она всерьёз переглянулась с Прошкой, гном кивнул.

— Если Идущий захочет, побреем.

Я прикрыл глаза, тяжело вздохнул и покачал головой.

— Без служанки можно?

— Никак нельзя, Идущий, — заволновалась женщина.

— Ещё и оруженосец нужен, — сказал Прошка. — Ну это потом.

— Служанку на пиру выберу, — сказал я. — Там же будет кто-то на столы подавать.

Женщина удовлетворённо кивнула и ушла.

Через час всё было готово, и меня позвали на площадь, где стоял длинный стол, за которым собралась почти вся деревня. Меня усадили во главе стола за трон. Справа сел Прошка. Слева место пустовало. Я покосился на свободный стул.

— Туда весь вечер будут по одному подсаживаться жители, — пояснил традицию гном.

— Понятно.

Я поднялся, взял стакан сока.

— Рад быть вашим гостем, — произнёс я. — Вы очень гостеприимны. Надеюсь, смогу отплатить за вашу доброту. За знакомство!

Народ радостно загомонил. Справа выбежали музыканты, заиграли лютни, зазвучали дудки, и даже ручной барабан нашёл себе место в этом ритме.

Слева выбежали молодые парни и девчонки и закружили самый простой танец со сменой партнёра через локоток.

Я поманил Прошку пальцем.

— Почитал я немного вашей хроники и не понял только одного, почему к нам как к царям относятся?

— Потому что нечем нам за помощь вам больше отплатить, — вздохнул гном. — Давно предки постановили, что, если пришедший пилигрим с ясными глазами и добрыми намерениями, встречать как царя и воспринимать как правителя. Как постановит, по такому порядку и жить. Посему собаки лошади звались, ибо так повелел твой предшественник.

— Ладно. Если решили, значит, так надо было. Я тебе скажу, что из летописей понял, ты дополнишь.

— Слушаю.

— Вы все потомки, сбежавших из умирающих миров.

Собеседник кивнул и добавил.

— И до сих пор бывает, пару раз за столетие просыпается старая портальная площадка и приносит очередного беженца. Так кровь и разбавляем.

— А как же другие пилигримы мужчины?

— Редко у нас бывали, — он замялся. — Как это вы говорите, гуманоиды. А уж тем более мужчины подходящего возраста. Да и гостили недолго. А даже если пытались, так сказать, выправить демографическую ситуацию, не всегда получалось. А даже если выходило, авантюрные дети из первого поколения часто гибли. Но безусловно есть в нас и кровь других пилигримов.

Слева села первая селянка. Та самая орчанка из храма благодарности.

Прошка склонился ко мне и шепнул:

— Ты… гхм. Неудобно говорить. В общем, договор с Путём у нас. Ты по возрасту не подходишь, и, короче, наши девушки с тобой не возлягут. Так что извини. Ну ты это, можешь там, танцевать с ними, ухватить, где полагается и всё прочее. Дело молодое. Но в койку тащить нельзя.

Я захохотал так, что чуть с трона не слетел.

— Ну вы даёте, блин.

— Что я не так сказал? — спросил Прошка сам у себя.

— Как тебя зовут? — спросил я у девушки.

— Вера Ветра. Можно просто Вета.

— Покажи нашему гостю танец! — скомандовал Прошка.

Орчанка покорно кивнула, и боясь смотреть мне в глаза, схватила за руку и потащила в центр толпы.

— Не-не. Я вообще не по этой части, — запротестовал я. Но у сельских красоток крепкий хват. Меня вывели в центр и закружили. Потом под локоток перехватила другая барышня. За ней третья.

Мир превратился в водоворот разгоряченных юных дам. Яркие живые глаза. Во всех плескалось разное пламя. Азарт. Стеснение. Страсть. Испуг. Похоть. Смех.

От них пахло мёдом, травами, пыльцой, хвоей и ягодами. Природные духи сменялись один за другим.

Я хватал их за руки. Под локти. Держал за талию. Прижимал к себе. Таких разных. Тонких и трепещущих в руках как пойманные лани. Статных, с горделивым взором как у необъезженных диких кобылиц. Одни были непокорные как горы. Другие готовые отдаться, словно вода, почуявшая слабину в плотине. Одни заигрывали, другие лишь бросали робкий томный взор.

Дудочник недотянул ноту и упал от усталости, на его место тут же встал новый. Лютник лопнул струну, его заменил другой. Деревянные кружки брякали о столы. Гости смеялись.

Кое-как мне удалось вырваться из этого безумного водоворота танца, и я устало плюхнулся на трон. Сердце билось в ушах, перебивая музыку. Рукой нащупал стакан и разом осушил.

Весь вечер гости слева менялись. Каждый рассказывал о себе и спрашивал что-то у меня. В конце дня я познакомился со всей деревней. Хотя, конечно, мало кого запомнил, столько информации не поместилось бы в голове, даже если в Интеллект вложить ещё три десятка ОХ.

В конце развели костёр и меня снова увели на танец, но теперь с прыжками через него. Когда пир кончился, я еле дотащил ноги до своего дворца.

Плюхнулся на огромную кровать на втором этаже. Я был весь в женских волосах. Пах десятками разных духов. Перед глазами кружились их образы. Фигуры, глаза, шеи, губы, ключицы, плечи, нежные руки и груди.

Так я и уснул, блаженно улыбаясь.

Утром мне подали завтрак на веранде. Но больше его я пожирал глазами подавальщиц. Может у Прошки юмор такой, послал двух таких, что из-за стола выходить стыдно.

После гном пришёл на серьёзный разговор.

— Оруженосца надо бы выбрать, Идущий.

— Ты давай вокруг да около не ходи, — сказал я. — Так и скажи. Хватит на солнышке греться, пора работать. В оруженосцы сразу говорю, хоббита давай. Молодого.

Гном закивал, подозвал помощницу и дал распоряжение.

— Выкладывай, чего сделать надо.

— Ну тут это… — замялся он. — Выбирай что хочешь. Вот небольшой список, — Прошка раскрыл свиток и начал читать. — Найти пропавших охотников. Изгнать зомби со старого кладбища. Зачистить шахты от заведшихся там монстров. Ну и так по мелочи: сопроводить группу в горы и на озеро.

— Дай-ка сюда, — требовательно вытянул я руку.

— Да я сам прочту. Тут осталась пара пунктов.

Я выхватил свиток и катнул его, раскрывая. Он проехал весь стол, упал на пол и продолжил разматываться до самых дверей, где на него чуть не наступила одна из двух подавальщиц.

— Ванна готова, Идущий, — сказала она.

Весь свиток был исписан делами, но, конечно, всё это не смогу исполнить. Только самое важное.

— Определите наиболее приоритетное, — сказал я. — Приду освежившийся и сразу за дело.

После помывки в деревянной бадье сразу оделся в полный кожаный доспех. Попросил второго оруженосца и нагрузил их по полной на всякий случай. Ну его нафиг.

— Давай, Прошка, вещай, что самое важное и надо было сделать ещё вчера.

— Маяк у нас есть. Зажигаем его, если портал сработал не штатно, и выкинул пилигрима или беженца какого не на площадке, а где-то в округе. Местность там сложная. Вот такая вся, — он показал рукой волну. — Леса густые. Потеряться легко. Зверья опасного много. А так сработку портала мы видим, зажигаем вышку, и на маяк выходят. Вроде и редко нужен, но для нас и два гостя в сто лет — событие. И важное!

— Так, так, продолжай, — заинтересовался я.

— Умер старый смотритель. А мы его туда… как бы сослали. За вздорный нрав, когда уже всю общину до белого каления довёл. Помер он сам ли от старости или помогла ведьма какая, не знаем. Но с эманаций смерти обернулся там… гхм, Эхо-призрак.

— Чего, блин?

— Ну мы же не знали, что к нам пилигрим с таким именем нагрянет. Копирует он всё. Все умения, атаки и действия. То есть даже драгоценное зелье лечения с ним в схватке использовать нельзя, он сразу тоже восстанавливается.

— А у вас и умения есть?

— Прорезаются изредка. Память предков, так сказать. Но чаще призываем духов зверей. Это местная какая-то особенность территории. Детишки вот всё время с ними играют, а с возрастом почти у всех пропадает. Но пара человек в деревне всегда таких есть.

— Какие вы тут все чудесатые. Ладно, Призрака моего седлайте. Пойдём бить призрака.

Вышел из замка и пешком решил пройти до ворот. Местные по-прежнему по большей части держали со мной дистанцию. Кланялись при встрече, теперь хоть в ноги не падали. Девушки улыбались и смущенно отводили глаза. Пожалуй, только дети не боялись собираться за мной в стайку.

Мы выехали за город. Хоббиты были на псах поменьше, обычного размера.

— Как вас зовут напомните, — сказал я. Специально взял брюнета и блондина, чтобы их различать.

— Густой Туман. Густум.

— Жирный Чернозём. Жизём.

— Так мне вас не выучить будет. Вот чего, принимаете на время похода, боевые позывные. Ты, — я ткнул пальцем в блондина. — Будешь Джедай. А ты, — указал на брюнета. — Ситх. Всё, один вперёд, второй назад и в темпе.

Мы припустили по дороге. Солнце не пекло, а грело. Ветерок не холодил, а обдувал. Пёс иногда забавно пыхтел, вывалив язык.

— Сколько уже маяк заброшен? — спросил я на ходу.

— Второй год. Скоро гнить начнёт. Без пригляда всё вмиг осыпается, — заметил Джедай.

— Не хозяйственный вам призрак попался, — посетовал я. — Не убил он хоть никого?

— Нет. Ранил многих. До сердечного приступа довёл. Но без убийств. Он же не атакует сам первый. Только если его изгнать пытаться. А как не пытаться, если этот неупокоеный там, предметы в воздух поднимает, толкается. Притягивает такую же нечисть.

— Не знаю, как в других краях, — сказал Джедай. — Наши призраки как две собаки, всегда друг друга обнюхивают как-то.

— Да у вас тут, вообще, аномальщина сплошная, как я понял.

Пейзаж вскоре приелся, и хоббиты начали травить байки и анекдоты. Все их шутки подкалывали рост людей.

— Ладно-ладно, — сказал я. — Тогда вот такое ловите. Заходит новенький в трактир, подсаживается за столик к завсегдатаю и спрашивает: «А чего это у того дуэлянта вся коленка в шрамах?». А ему и отвечают: «он вечно вызывает на бой хоббитов».

— Ого. Неожиданно, — притворно восхитился Ситх.

— Это же шутка про то, что мы маленькие. Никогда их не слышали.

Вот засранцы мелкие, ещё и стебутся.

Я уже приготовил вторую, куда более обидную, про то, почему в лесу хоббитам нужно носить шлем. Но пёс мой начал замедлять шаг и даже немного рыкнул, осаживая так и бегущего впереди собакена Ситха. Животное понюхало следы, проводило их до помятого куста и побежало дальше.

— Что это было? — спросил я.

— Свежий след кого-то опасного, — сказал Джедай.

Вскоре мощенные плиты сменились обычной дорогой. Причём изрядно заросшей. Через какое-то время на пути даже попалось поваленное дерево. Если бы сейчас на лошадях были, пришлось бы спешиваться и рубить. А псы легко преодолели препятствие.

Цель проступила на горизонте гигантской свечой. Маяк был самый обыкновенный. Первые два этажа из камня, потом из брёвен.

— Итак, господа оруженосцы. Спешивайтесь и вооружайтесь.

— Мы же не воины, — неуверенно протянул Джедай.

— Ну я должен сам увидеть, как он действует, прежде чем думать о способе умерщвления.

Хобиты с короткими мечами пошли впереди. Призрака увидели сразу. Чёрная фигура старика с очень злым лицом. Он пинал камни, вырывал траву и иногда со стоном пролетал сквозь стену внутрь, и потом оттуда слышался грохот.

— Вперёд, мои оруженосцы! — смешливо возвысил я голос. А вот полуросликам было не смешно. У Джедая начали стучать зубы, а Ситх то и дело нервно крутил меч, и, похоже, даже не осознавал это.

Я пихнул их, и они ринулись наперегонки к призраку. Он тут же разделился на две чёрных копии.

— Не атакуйте его.

Ага, понятно.

— А теперь друг на друга напрыгните, устройте спарринг.

Угу.

— Бегите назад.

Ясно.

— А теперь вам придётся нанести самим себе небольшой порез. Просто вот самый маленький.

Хоббиты исполнили требуемое.

— Всё. Вижу-вижу. Выходите из зоны копирования.

Выяснил всё, что хотел. Призрак, вообще, всё дублирует и даже кровью истекает.

— Эх, ещё бы убить одного из вас, чтобы проверить реакцию зеркального призрака.

Джедай сбленднул с лица.

— Да шучу я, шучу, — поспешил пояснить я. — Всё, отбой эксперимента. Всё с ним ясно. Ищите в сумке яд, противоядие и зелье лечения.

— Идущий, ты понял, как его победить? — поразился Джедай.

— Да. Всё элементарно. Запоминайте…

После пересказа, направился на встречу с захватчиком маяка. Стоило мне выпить немного яда, как сознание поплыло. Я лёг на траву. Призрак скопировал. Мир начал вертеться, и я отключился.

Очнулся не в путевой комнате, нет. Надо мной склонилась кудрявая башка Джедая.

— Как прошло? — спросил я.

— Всё по инструкции, — сказал Ситх. — Дождались, когда сердце остановится, дали противоядие, зелье лечения и делали массаж сердца, пока оно снова не забилось.

Я сел.

Хоббиты смотрели на меня с благоговением. Начавшая было пропадать из-за близкого контакта аура великого пилигрима теперь, видимо, вернулась.

— Сколько времени прошло?

— Прошёл час. Мы уже сигнал подали.

— Призрак?

— Исчез, когда остановилось сердце.

— Вот и отлично. Едем на солевую шахту. А то без соли жить нельзя. Что там точно случилось? — я поднялся и поставил ногу в стремя, запрыгивая на собаку.

— Обвалился новый тоннель, — начал пояснять Джедай. — Под ним обнаружился ход, ведущий в чашу, где различные строения. И что-то убивает рабочих. Мы не знаем что. Нет выживших, нет свидетелей.

Всё тут было рядышком. Всё компактно. До шахты добрались всего часа за полтора. Пошли в гору, спокойно проходя верхом на собаке там, где лошадь ноги бы себе сломала.

— Даже не приближайтесь, — предупредил я. — Спрячьтесь под грибом где-то или улитку из раковины выгоните. Или чего вы там обычно делаете. Снимаетесь со стоянки, если поймёте, что я не вернулся, и вы можете не успеть добраться до поселения до темноты. Если из шахты раздастся душераздирающий крик, то седлаете блох и даёте деру. Усвоили.

Хоббиты мрачно покивали.

— Призрак, — погладил я пса. — Ты сам принимай решение в случае опасности. Можешь проводить полуросликов, можешь остаться, можешь проводить и вернуться. Я не знаю, каков ваш лес ночью.

Я накинул на плечи лёгкий рюкзак и пошёл в широкую пещеру с ухоженным ходом. Принюхался, постоял. Словно смешиваются два потока воздуха. Один затхлый. Второй интересный такой, очень своеобразный соляной.

Взял светозарный камень в левую. Меч Кармы в правую.

Шёл не торопясь. Стены пока были каменные. Долбили ход кирками. Страшно представить, сколько труда тут, сколько пота и лет жизни вложено. И кто-то теперь пытается отобрать то, что строили десятки поколений. Правда, этот кто-то ещё древнее, похоже.

Интересно, конечно, как это так получается, что здесь уже была какая-то цивилизация. И что с ней случилось?

Когда, обернувшись, уже не увидел полосу света от входа, стало сразу как-то некомфортно. В такие моменты, конечно, жалеешь, что один сунулся. Ладно, не ссать. В крайнем случае я всегда могу мужественно отступить.

Пошли белые солёные стены. Добрался до развилки, от неё уходило три коридора. Правый с аккуратными полосами от кирки. Тут мелкую соль брали. Центральный с грубыми сколами, здесь её выламывали кусками. А вот левый — тот, что мне нужен.

Он уходил, а потом обрывался, открывая вид на часть древнего подземного комплекса.

Думал ли я когда-то, что парень из гетто в такой ситуации окажется, да ни в жизнь.

В стену были вбиты крепления. От них вниз шла верёвка. Я перевёл световой камень в режим прожектора и просветил строения. Местами удалось засветить даже окна.

Жутко. Как же это всё стремно и некомфортно. Может, тут в городе специально что-то запечатали.

Я потер кожаной перчаткой по верёвке, проверяя сцепку. Вроде нормально. Можно спускаться. В худшем случае просто проскользить. Перчатки не жалко.

Я спустился нормально, но уже в конце, нога сорвалась и натёр одну из перчаток, оставив некрасивый след от верёвки, и немного отбил ноги при приземлении.

Просветил округу. Свет рассекал тьму. Казалось, камень давал больше защиты, чем меч.

Я услышал что-то странное. Музыка? Нет. Голоса? Навроде. Словно ветер приносит звуки хора. Я уже слышал такое. Где?

В монастыре! Зал Познания. Или как он назывался? Там на стенах были умения.

Я пошёл на зов. Словно настенный рисунок звал, желал, чтобы его прочли. Будто он томился тут.

Я запнулся обо что-то и растянулся на полу. Камень выкатился. Я бросил взгляд на ногу и увидел рядом с ней кирку, перевёл взгляд ниже по древку и разглядел синюшную руку мёртвого гнома, что её сжимает.

Вот дерьмо!

Развернулся к светозарному камню, но его кто-то отопнул.

Я вскочил и добежал до стены, прижавшись к ней рюкзаком. В нём есть факел и даже огниво. Только вот вряд ли мне дадут спокойно запалить его.

Я взял рукоять с осколком лезвия в левую, а меч Кармы в правую.

— Камень верни! — проговорил я сквозь зубы, но немного подрагивающий меч выдавал меня с головой.

В ответ была тишина. Далёкий хор, словно от рисунка на стене в зале Познания монастыря тоже затих. Затем раздался хруст будто кто-то наступил на кристалл соли, а в свете камня промелькнула смазанная тень.

Я на всякий случай махнул мечом. И осторожно спустил одну лямку, потом вторую. Держа вытянутый меч, зажал рукоять в подмышке и раскрыл рюкзак. Вынул факел и огниво. Снова рассёк воздух клинком.

Из темноты донёсся звук будто кто-то вздохнул.

Я чиркнул огнивом по осколку лезвия. Сноп искр упал на факел. Я осторожно подул, не отрывая взгляда от светозарного камня. Факел вспыхнул.

Взял его в левую руку. Прошёл несколько шагов до тела гнома. Никаких признаков насильственной смерти. Перевернул его ногой. И тут никаких следов. Ноль подсказок.

Факел неожиданно погас. Я бросил взгляд на светозарный камень. И увидел, что он зажат в чьей-то руке.

— Не напугал, — покачал я головой пятясь. — Ты, нахрен, не знаешь с какого я района.

Существо приблизилось и вытягивая перед собой камень. Я вгляделся в лицо. Оно было гладким и с пустыми глазницами, в которых отражался слабый свет светоразара. Оно походило на причудливый манекен из фильмов ужасов. Будто пёс склонило голову набок и улыбалось.

От этого пробрал озноб. Жуть жуткая. Так и хотелось брякнуть «изыйди».

— Ещё один явился, — прошелестел голос. Он был не человеческий. Там не было каких-то речевых маркеров, нет, словно идеально выхолощенная запись. Живые так не говорят.

— Ну и кто ты?

— Я память этого места, — существо протянуло камень. Я выронил факел и взял светозар. — Идём. Песнь первослов томится. Кристалл тлеет. У меня осталось немного времени. Мы долго ждали.

Я последовал за ним и далёкий хор снова зашумел. Мы шли на голоса.

— Пятеро были до тебя. Они не смогли прочитать. Самозванцы.

Под эти слова свет выхватил из тьмы отблеск горнякской каски и голову полуорка. И снова никаких следов насильственной смерти.

Мы прошли в здание выдолбленное в камне. Это было похоже на класс. Скульптуры каменных сидушек, напоминающих пеньки. А на стене словно школьная доска высечены символы и знаки. Алфавит Пути.

Я подошёл ближе. Контуры букв подёрнулись.

— Читай, — потребовало существо.

— Я не могу так быстро.

Символы начали светиться и потихоньку изображение затягивало меня.

— Читай. — громче прошипело оно.

— Заткнись, — раздраженно прошипел я. — Сбиваешь. Мне нужно время.

Я сел на самый центральный «стул». Знаки на стене будто стали отлетать от неё. Голоса слышались чётче, хотя слов по-прежнему было не разобрать.

— Читай! — угрожающе процедило существо.

Кусок в форме камертона оказался на ладони. Расплавился словно ртуть и принял вид осколка подходящего, чтобы продолжить лезвие клинка.

— Но как? — протянул я и кратко пересказал учителю все события.

— И ты не понял? — удивился он. — Воспользуйся своей самой завышенной характеристикой и подумай, почему камертон так никто и не вытащил. Неужели ты думаешь за ним не приходили? Не спускались в подземелье?

— Ну конечно! — осенило меня. — Все они в итоге выбирали осколок, а не Тишькрай, а значит, были недостойны этой силы. Но как же стабилизация вибраций?

— Поверь. Путь как-то выкрутился. Создал копию, например. Ты ведь помнишь, в локации копия неотличима от оригинала и имеет полную силу.

Я присоединил осколок.

Меч без лезвия. Стадия четвёртая. Деревянный меч.

Все характеристики (кроме Преодоление) +1 . Ловкость +2. Мана + 2. Сила +2.

Техника «Перехват». Вы способны остановить направленное на вас лезвие меча, сжав его двумя руками и не задевая режущих граней. Работает так же и с другими видами оружия, но вероятность удачного исполнения значительно снижается. Есть небольшой шанс поймать медленно летящую стрелу или стрелу с плохим балансом.

— Иногда достаточно остановить меч противника, и свой вынимать уже не придётся, — сказал Михаил. — Ты ведь помнишь? Лучший воин тот, кто не пускал меч в ход.

— Испытаем? — спросил я и кинул ему оружие Кармы.

Он поймал и сразу рубанул по диагонали. Я успел испугаться, но не успел ничего понять. Миг и просто прихлопнул лезвие двумя ладонями будто комара в джунглях Сиби. Клинок был зажат между рук. Михаил давил, но не мог приблизить лезвие. Потянул на себя и вырвал меч.

— А теперь колющий, — предупредил он и резко выбросил руку вперёд.

Я остановил лезвие у самой груди, сложил ладони будто молиться собираюсь.

— Потрясающе, — восхитился я и разжал хватку.

Теперь осталось понять, как работает МирЗул. Попытался его активировать и словно стал чувствовать свои голосовые связки.

— А теперь колющий, — сказал я голосом учителя.

Он удивленно вскинул брови.

— Это твой путь, — продолжил я.

И наставник рассмеялся.

— Хорошо. А теперь попробуй вот это скопировать, — он рассёк воздух мечом.

И вот это было уже странно. Я будто просто выдохнул, но звук один в один повторял взмах меча.

Я взял свои меч, лезвие было уже сантиметров десять. Ударил по клинку учителя. Раздался звон. И я смог повторить его голосом. Вот где магия. У связок нет такой возможности. Но тут включались какие-то иные механизмы.

Интересные ветки событий открываются с таким навыком. Причём даже не знаю, в каком из миров его потенциал откроется сильнее.

Я открыл новые умения, что выпали после прохождения испытания.

Сопротивление физическому урону:

Ваше тело крепнет. Гематомы будут меньше, там, где раньше появился бы перелом, возникнет лишь трещина в кости. Уколы и порезы затягиваются быстрее. Ушибы и переломы заживают лучше. Ржавчина, древесина или другой мелкий мусор, попавший в рану, с меньшей вероятностью вызовет заражение. Синергирует с навыком Регенерация.

Сопротивление магическому урону:

Ваше тело крепнет. Травмы, полученные в результате магического воздействия, залечиваются быстрее. Отравление магическими частицами через зелья или в зонах аномальной концентрации магии проходит быстрее. Остатки заклинаний, например, щипы или другие магические частицы с меньшей вероятностью вызовут заражение. Ожог магическим огнём будет меньшей площади, после морозного заклятия обморожение получит меньший участок кожи и т.д. Синергирует с навыком Регенерация.

Естественно, взял сразу оба.

Очки характеристик раскидал уже привычным способом. Один в ману, один в Интеллект, один в Инвентарь и последнее в Ловкость.

Что ж, время поглотить жемчужину. Я глядел на неё зажатую между указательным и большим пальцем.

— Я должен ещё что-нибудь знать перед поглощением? — спросил я.

— Ну, — пожал плечами наставник. — Разве что реакция на резкое усиление может быть разной. Возможны сбои с заходом в Путь. Или, например, мигрени, головокружения. В целом физически может прилететь довольно сильно вплоть до сонной комы на сутки. Зависит от того, сколько от потенциала жемчужины тебе удастся поглотить. Например, если всего по десятке, ты ставишь приоритет на инвентарь и протаскиваешь себе девять из десяти предметов, получаешь всего два из десяти ОХ, три ОУ и четыре умения, то всё пройдёт более-менее гладко. Будешь немного разбит. Но… Вряд ли ведь ты такой неудачник. Скорее всего, ты вытащишь неплохой процент от каждого компонента и есть вероятность словить откат.

— А что ж ты раньше молчал! — возмутился я. — Мне нельзя выбывать. У меня сегодня выходной. А потом тренировки и игры. А ещё отборочные в турнире по Дигме. Но это ерунда, на днях Фаза. Прорыв в городе. И всё ещё неизвестно точно будут ли это арахниды или кто другой. Ты представляешь, что произойдёт, если во время прорыва, я просто буду не в силах подняться с кровати? Придётся отложить поглощение минимум до следующих выходных.

— Ну не надо так переживать никуда жемчужина не убежит и, вообще, может, всё пройдёт гладко. Вспомни, как ты быстро адаптировался к Пути. Возможно, и тут всё пройдет легче.

— Возможно, — поджал я губы. — Я не могу позволить себе рисковать. Пока отложу это дело. А там может вылечу с соревнований по Дигме или запорю тренировки и меня не допустят до игры. Тогда и поглощу.

— Это твой Путь.

Я вздохнул.

— Ладно, Мих, мне пора. Я очень давно дома не был. Соскучился по родным. Это было безумное испытание. Чуть не свело меня с ума. Серьёзно, — я покачал головой. — Оно было посильным мне физически, но… как же оно забралось мне в голову. Я думал, я сильнее. Понимаешь?

— Ну ты справился, — усмехнулся наставник. — И получил ценный урок. И вытащил осколок. Не забывай, только тебе это удалось.

Я благодарно кивнул. И пожелал проснуться.

Проспал до обеда. Эта разница во времени сведёт меня с ума.

— Совсем тебя этот режим вымотал, — сочувственно произнесла мама, накрывая мне на стол.

— Таков путь, — улыбнулся я. Веселило, что истинный смысл фразы понятен только мне.

Вести себя как обычно было тяжело. Я не видел родных давно. Я соскучился, но нужно было не подавать виду и быть просто чуточку дружелюбнее обычного.

Но на брате я оторвался, зашёл к нему в комнату, закрыл дверь и набросился на него, начав чесать голову казанками.

— Ай! Ты че! Отвали! Анд, какого лича ты творишь?

Отведя душу, с улыбкой уставился на него.

— Экзамен скоро. Волнуешься?

— Немного, — недовольно буркнул он, поправляя волосы. — Радует, что не один буду сдавать. А так Лу держит в тонусе. Не могу же я перед ней лицом в грязь ударить.

— Читал новости? Слышно что-нибудь по фракции вторжения?

— По телеку сказали завтра информация будет. Вроде арахниды, но с вассалами или с рабами.

— Гадость.

— Ага. Отец утром просил ему напомнить принести арбалет из тайника.

— Можно будет ещё два потом сделать. Я сейчас в спортзал, поедешь со мной? Развеешься. Там обычно бодрая музыка.

— Гантельки потягаю, почему нет.

— По дороге только надо заскочить в какой-то магазин, чтобы не отключиться там, а то сахар просядет,

Мы покатили по району.

— Поспокойнее вроде стало, — заметил брат.

Я загадочно улыбнулся.

— Знаю я одно успокоительное.

— За сладким можем к старику Чангу заскочить, — сказал Пашка.

— Тут до дяди Хвана ближе.

Крохотный магазинчик, располагался на первом этаже. Было там только самое необходимое. Крышевал его Корсар, так что в отличие от старика Чанга владелец мог не бояться ограблений. Всё же магазины в гетто — сплошной риск, продавцы меняются там чаще, чем погода. Да и клиентам не слишком приятно, когда пришёл за покупками, а кто-то пушкой размахивает, пусть и не в твою сторону.

Мы подошли к лавке Хвана. Вывески не было. Только красная дверь с крохотной табличкой «открыто». Она резко распахнулась и ударила по коляске. Парень в маске испуганно махнул в нашу сторону пистолетом и заорал:

— Замерли, нахер, замерли!

Я поднял руки, а он дал дёру, сверкая красными кроссовками.

Мы переглянулись.

— И такое бывает, — философски заметил брат.

Заехали внутрь. Продавец, молодой патлатый пацан лет двадцати, трясущимися руками пытался набрать номер хозяина и бросил на нас испуганный взгляд.

— Мы закрылись! — нервно выпалил он.

— Не заметил таблички, — сказал я.

— Нас ограбили! — завопил парень.

— Да я видел. Получается, наоборот, закрываться нельзя. Выручка нужна. Первый раз, да?

Он лишь закивал.

Пашка выбрал два протеиновых батончика и расплатился пластиковыми монетами.

— К вечеру этого идиота уже подвесят за яйца и вытрясут все деньги, — сказал я брату, когда вышли.

— Может, грабитель не из местных. Или, наоборот, из шайки Корсара. Кто на своих подумает?

Я пожал плечами.

Мы доехали до спортзала, поздоровались с Джоном. Буян снова сидел и зубоскалил с Натахой.

— Ты хоть занимаешься, или только базарить приходишь, — хлопнул я его по плечу.

— А мне зачем? — обернулся он. — Это тебе надо.

Было видно, что за своего Буяна в качалке по-прежнему не считали.

— Особо не убивайся, — шепнул он мне.

Я кивнул. Позанимался сегодня меньше и когда уходил, девчонки ещё делали присед.

Мы по тихой покатили к нам.

— Прямо перед нами дядю Хвана обнесли, — сказал я.

— Это залётные перцы, — уверенно заявил Буян. — Беспределят гады. Нашим почти всем объяснил, что к чему. А вот зареченские сюда на промысел ходят.

— Ну Корсар же его найдёт.

— Не факт, — многозначительно сказал Буян и покосился на Пашку.

Я прикрыл глаза, мол, понял, потом обсудим. Завезли брата и пошли к Буяну.

Дорожка перед его домом теперь была убрана. Точнее, она появилась. Внутри тоже словно сделали генеральную уборку. Хотя было это пару дней назад и сейчас хаос жизни снова отвоёвывал себе пространство.

— Девчонку, что ли, водил, — пихнул я его в плечо, ухмыляясь. И судя по довольному оскалу попал в цель. — Натаху?

— А это уже не твоё дело.

— Как скажешь, — пожал я плечами. — Но, если что, ты чудовище.

Он разлил чайкофский и сказал:

— Я забил стрелку Толстому Тони. Саймон сказал, он старший над шпаной недавно стал, и с тех пор их зелёная поросль к нам заскакивает.

— Саймон типа сводником выступит?

— Да. Пусть пацан авторитет качнёт. Ему полезно.

— Кто ещё будет?

— Я, ты, Джон и ещё одна девчонка.

— Девушка?

— Да.

— Ладно. А с той стороны?

— Я думаю, толпа. Так что можешь взять оружие.

Я поиграл желваками. Бокен будет слишком явно. Это след, который приведёт ко мне. Я уже жалел, что использовал его в стычке с Давинчи.

— Бита есть?

— Найдём, — сказал Буян.

— Тогда я в деле.

— Надо поесть после трени, и пойдем. У меня осталась пицца, покрошим сверху белковый гель и зелень. Будет ураган.

— Зелень?

— Да, я тут в эко-квартал по делам заскакивал.

— Не говори мне о нём. У меня на него аллергия.

— В общем, взял там.

Живот заурчал. Буян быстро модифицировал пиццу и закинул в духовку. Запах теста сводил с ума, а потому, когда он вытащил пиццу, я схватил её ещё горячую и отдуваясь стал запихивать в рот.

— И меня ты называл чудовищем, — покачал головой парень.

Закончив перекус, Буян ушёл в кладовку, потом вышел на улицу и вернулся с битой.

— На! — вручил он мне оружие. — И курту, что ли, какую накинь.

Он нашёл потёртую кожанку из своих старых запасов. Я сделал вид, что сую под неё биту, хотя на самом деле, спрятал её в инвентарь. И мы пошли на стрелку. Джон нагнал нас по дороге. А вот последнюю участницу встретили на набережке.

— Это кто? — покосился я на Буяна.

— Это Леди. Погалантнее с ней.

Я, честно говоря, думал Натаха будет. Но, похоже, она слишком дорога сердцу Буяна, и рисковать ей в драке толпа на толпу он не захотел.

Леди была среднего роста, но из-за причёски, сражаясь за которую погибли минимум четыре фена, казалась высокой. Обесцвеченные волосы и молодёжный макияж говорили, что ей где-то двадцать три, но если очень сильно приглядеться видно, что дамочке за тридцать.

Одета в халат, из-под которого торчат лосины. Даже сквозь объёмную ткань видно, что задница у неё большая. Обута в тапки в виде двух дохлых хомяков. Вдобавок ко всему в руках розовый зонтик.

Я даже боюсь представить, какое горе в жизни должно случиться, чтобы человек выбрал такой стиль. Это же явно всё не просто так.

— Джентльмены, вы заставили даму ждать, — сказала она с манерой актрисы времён рассвета фильмов ар-деко.

Если включить логику можно понять, что она либо одарённая, либо изменённая как мой братец, простую психичку Буян бы на дело не взял. Да и где бы он с ней познакомился. Присовокупляем к этим фактам то, что девчонка поехавшая. И можно сделать вывод, что Леди тоже с отработки.

Место для стрелки выбрали живописное. Стоянка старых катеров. Когда ещё текла река, была востребована, сейчас же большая часть давно сгнила, но были и ещё крепкие модели. В них частенько ночевали бездомные. Но сегодня они все свалили.

Толстый Тони, конечно, оказался совсем не толстым, примерно моего телосложения, только вот руки были расписаны причудливой вязью татуировок.

Я пригляделся.

Детская площадка — значит, залетел ещё по малолетке. Ворона с монетой в клюве. Мотал за воровство. Череп без зуба с треснутой челюстью — грабёж. Два сломанных ключа — две ходки отбыл уже по-взрослому. На вид ему было не многим больше двадцати. Получается, сидел по чуть-чуть.

С ним стояли ещё трое. Неприметные. Таких и у нас половина района.

Саймон нас представил и немного отошёл в сторону. Вмешиваться он право не имеет, но, если что будет свидетелем. Если у кого иерархией повыше вопросы возникнут.

Буян и Тони начали разговор. Я особо не прислушивался. Пока всё было в рамках правил.

Леди крутила зонтом. Её происходящее словно вообще не волновало. Джон немного нервничал, но у него вид такой, что он от этого ещё страшнее выглядит.

Я разглядывал противников. Ничего особенного. Стрелял глазами по сторонам. Никакого движения. Сместился на шаг в сторону и обратился в слух. Если кто-то прячется в катерах, их тело начнёт затекать. Так или иначе будет шорох, дыхание, или, может, щёлкнет сустав, когда кто-то потянется.

Я услышал всё вышеперечисленное. Но, похоже, я один. Джон тоже прислушивался, но сигнала не подал.

Я прошёл мимо него, задев плечом. Подошёл к Леди и застегнул верхнюю пуговицу халата. Надеюсь, она поняла.

Вернулся на своё место.

Говорили уже на повышенных тонах. Конфликт набирал обороты. Буян не хотел бить первым, страховался на случай, если в дело вплетутся старшие, и провоцировал противника.

— Ну чё ты сделаешь? — уже откровенно начал издеваться Тони и свистнул.

Из катеров выскакивали его ребята. Один, второй… пятый… одиннадцатый. Пятнадцать на четыре. У всех кастеты, биты, цепи и арматуры.

Я хмыкнул, видя парня в красных кроссах.

— Это ты зря, — сказал Буян.

— Саймон можешь идти, — усмехнулся Тони.

Посредник отошёл шагов на двадцать, чтобы не попасть под горячую руку. А потом подумал и отошёл еще на столько же.

— Валите к себе, шавки, — сказал Толстый Тони.

— Красивой игры не получилось, — заметил я. — А Корсара обнести твоя личная инициатива или его? — я кивнул на парня в красных кроссах. В его глазах промелькнуло узнавание.

Главарь впервые обратил на меня внимание. И в этот момент Буян ударил.

Зареченские сорвались будто стая псов, отпущенных с поводка.

Леди вскинула зонтик и раздался выстрел. Полупрозрачная синяя резиновая картечь ударила в грудь ближайшего противника, опрокидывая его. Девчонка ксер!

Какой-то придурок налетел на меня с голыми кулаками. Я заблокировал атаку слева и перебросил его через плечо. Ногой в голову встретил ещё одного, отправляя в глухой нокаут. И тут почувствовал волну холода. Кто-то из противников оказался одарённым.

Я выхватил биту. Заблокировал выпад цепи и ударил прямо по костяшкам пальцев. Минус один. Отбил арматуру, оставляя засечки на покрытии биты и пристукнул большой палец. Надеюсь, не сломал. Минус два.

Джон уже отобрал у кого-то цепь и размахивал ей, не позволяя подойти к себе. Леди развлекалась, приставила зонтик к плечу и выцеливала зареченских, а они разбегались с траектории потенциального выстрела. Буян же всерьёз сцепился с парнем, закутанным в ледяной кокон. Потоки пламени ударяли в него, отчего образовалась уже приличная лужа.

Вот тебе и стрелка.

Я огрел очередного противника по спине. Джон заехал его соседу цепью по лицу.

А потом раздался оглушающий хруст ледяного яйца. И все синхронно повернулись на звук.

Я успел огреть ещё одного по ноге.

Зареченские вдруг осознали, что их почти перебили, а их главный аргумент убегает, сверкая подпаленной задницей, и разом все ломанулись прочь.

Я обернулся на звук шагов. Думал, Саймон идёт. Увидел красную пару кросс и блеснувший нож. От нападавшего пахнуло потом. Вонючим адреналиновым потом.

Перехват!

Я остановил лезвие в паре сантиметров от лица. Не удавшийся убийца отпустил нож, развернулся и драпанул.

Саймон стоял в шоке.

— Ну вы даёте, — растерянно проговорил он.

— Джентельмены, я впечатлена, — сказала Леди.

Мы попрощались с Саймоном и вместе вернулись в свой район по руслу, живо обсуждая схватку, а потом Джон и Леди ушли. Я же пошёл к Буяну. Был к нему серьёзный разговор.

Дома он принялся искать, что поставить на стол.

— Как тебе наш поход? Неплохо вышло, а? — довольно проговорил он.

— Пойдёт, — пожал я плечами.

— Слушай, я одну штуку заметил, — начал собеседник. — У меня глаз намётан. И в общем, — он неожиданно схватил вилку и ударил мне в глаз.

Я хлопнул, перехватывая её.

— Ну вот да. Примерно про это я и говорил, — сказал он, отпуская столовый прибор.

— Просто тренировки, — ответил я на незаданный вопрос.

— У каждого свои секреты, да, — усмехнулся он. — Я так и понял.

— Я поговорить хотел.

— Говори. Уже чувствую, мне не понравится.

— Фаза скоро.

— Со дня на день, ага.

— Есть шальная мысль на патруль района выйти. Хотя бы по своей улице. Родных тоже не оставишь без пригляда в такой день.

— Натаха сказала, они всем спортзалом в подвале запираются. Там двери видел какие. Идея-то хорошая, но опасная. От меня чего надо?

— Способности твои. Всё же с прикрытием надёжней. До нас в последнюю очередь всегда доезжают. Если вообще доезжают. Даже простые бойцы, про одарённых молчу.

— Могут доехать, — как-то грустно усмехнулся Буян. — В определённых обстоятельствах.

— Ты о чём?

Он молчал, о чём-то размышляя. Выглянул в окно. Задёрнул шторы. Вышел на улицу, осмотрелся и вернулся.

— А впрочем, — сказал он своим каким-то мыслям. — Других друзей у меня всё равно нет.

— Колись уже.

— Я на отработке такое видел, Андрей, — прошептал он.

— Какое?

— Они называют это посвящением. Приносят ребёнка к разлому. Новорожденного. Вокруг оцепление. Стоит боевая группа и охраняет.

— Кто они?

— Одарённые. Клановые.

— Зачем они это делают? — недоумевая, спросил я.

Он пожал плечами.

— Поди спроси. Я сначала думал, сектантство какое-то. Знаешь, в отработке слухи они как живая вода, порой такие бывают, что силу жить дальше дают, но по большей части это бред. И ведь ты понимаешь, что чушь полнейшая, а всё равно веришь, потому что не во что больше верить, только в смерть скорую.

— Так и в чём суть?

— Правды никто не знает. Но говорят, при виде тварей, точнее мест их прорыва, вроде как гены срабатывают лучше и дар потом быстрее раскроется. Он же защищает носителя. Вот такая у них инициация. По крайней мере, только такая теория имеется. Не знаю, как ты, а я, если доживу до детей, своего тоже к порталу потащу. Авось что путнее вырастет.

— От осинки не родятся апельсинки, — еле слышно проговорил я, получил кулак в плечо и заржал. — Ладно, мне пора. До Фазы тогда.

— Ага.

Весь следующий день я потратил на создание копий, арбалетов, запаса болтов и стрел.

Но копы не явились. Видимо, некогда было тем, кто их послал в прошлый раз. Судя по тому, что до сих пор не было вестей о том, кто вторгнется, сейчас у всех правоохранителей жопа в мыле.

— Я даже не помню, когда последний раз такое было, — взволнованно произнесла мама, когда мы все вместе смотрели новости.

— Не волнуйся, — сказал отец. — Редко, но всё же случается подобное. В конце концов, два внеочередных подряд пережили. С очередным уж как-то справимся, — он подмигнул мне.

Выяснился ещё один интересный момент. Меч Кармы, я мог извлекать из инвентаря. Он хоть и предмет пути, но взят мной здесь. Пока остаётся только гадать, сработает ли это с остальными предметами из того мира, найденными тут, или это только с ним такое. Он же сам по себе аномалия.

Вечером неожиданно позвонили и сказали, что завтра будет игра. Видимо, потом, как всегда после Фазы, график слишком непредсказуемый.

Грянул понедельник, и я повёл в школу не только себя, но ещё и Пашку с Лу. Это было странно. Словно утренний ритуал забрали. По пути встретил Клёпу.

— Слышал, у наших стрелка с зареченскими была? — сказал он.

Быстро же слухи расходятся.

— Неа, — покачал я головой. — И чё там?

— Говорят, наши вдвоём двадцать человек отлупили и пригрозили: всех, кто сунется через русло, повесят в особняке рогатых.

Я притворно удивился, а когда Клёпа ушёл, заржал.

— Что смешного? — спросила Лу.

— Слухи, — покачал я головой. — Никогда им не верьте. Там ни слова правды.

— Откуда знаешь? — спросил Пашка.

— Из первых уст историю слышал, от Саймона.

Мы покатили дальше, и я увидел Столба. Сегодня прям день встреч.

— Езжайте. Я догоню.

Пашка поздоровался с бездомным, и вместе с Лу стал удаляться.

— Здорова. Оклемался, смотрю.

— И не в таких передрягах бывал, — усмехнулся мужик.

— Ты мне скажи, а как ты ту парочку неждануть успел?

Он пожал плечами.

— С перепугу, наверное. Кстати, спасибо тебе. Буяна я уже благодарил.

— Да брось. В расчёте. Сколько ты нас выручал.

Брат и Лу уже скрылись из виду. Я побежал за ними. Решил срезать и насквозь через заброшку пройти. Раньше их сторонился, но теперь мне тут ничего не угрожает.

Спугнул мышь. Заметил на стене истёртое граффити Ромы Денсера. Он из уличных художников, наверное, самый известный, если брать ребят с нашего района. Пару его работ есть даже в центре города. Иногда проще замаскировать что-то под рисунок, чем чинить. И, конечно, коммунальные службы этим пользуются.

До ушей донесся плач. И вроде даже детский. Я замер.

— Кто здесь? — раздался жалобный детский голос. — Помогите.

Я устремился на звук. Детишки частенько в таких местах проваливались или ногу подворачивали. Тот же Кайо, помню, стопу гвоздём пробил, когда ползал по заброшке. А Клёпа, когда мелкий был совсем, даже ночь в подвале провёл, пока его какой-то бездомный не отыскал и не вытащил.

— Эй, я иду. Всё хорошо, — крикнул в темноту. Светозарный камень бы сюда.

В дальнем углу на полу сидела девчонка. Лица не было видно, только две слёзные дорожки на грязной от пыли мордашке.

— Я ногу подвернула или сломала, — сказала она, показав на провал в потолке, рукавом, размазывая слезы и разводя грязь на щеках.

— Что ж ты сюда полезла?

— За голубем.

— Поймала?

— Нет, — улыбнулась она сквозь слёзы, сама начиная понимать, какую глупость совершила.

— Я курсы спасателей проходил, — начал сочинять я на ходу. — Так что доверься мне. Я тебя вытащу, и всё будет хорошо.

Я присел рядом, услышал шорох. Голубь, что ли?

— Замри, — раздался мужской голос, отдалённо знакомый.

Щёлкнул взводимый курок, и что-то круглое упёрлось в затылок. Не дуло. Нет. Глушитель, похоже.

Девчонка встала как ни в чём не бывало. Вытерла актёрские слёзы и пожала плечами сказав:

— Не мы такие, жизнь такая.

— Всё, вали, — бросил стоящий за спиной, и я узнал голос. Давинчи. Он сунул девчушке пластиковую карточку и дождался, пока она свалит в окно.

Я прислушивался. Он бесшумно опустил курок, почти бесшумно. Раздались шаги. Тут ещё минимум двое. Наверняка те же, что были в прошлый раз.

— А мы тебе говорили, надо было послушать тогда. Отделался бы ногами. Стоила игра жизни?

Я не стал отвечать. Бить будут по затылку чем-то, чтоб замаскировать смерть под естественную. Может, и дыру в потолке специально под меня подготовили, или нашли и придумали план. Услышу взмах, успею уйти и выскользну в окно. Он пока курок снова взводит, меня уже и след простынет.

— Ай! — услышал я вскрик и тут же перекатился по диагонали через правое плечо, уходя от удара, и развернулся.

Один сообщник Давинчи отползал, второй сцепился со Столбом. Сам бандит бросил на пол странное оружие со жвалом на конце. И потянулся за пистолетом, отведя руку за спину.

Я подхватил крупный осколок стекла и метнул в него, заставив уклониться. Подобрал выроненное им оружие и ударил. Он выхватил пистолет, но взвести курок не успел. Я попал по глушителю и выбил пушку из рук.

Следующим ударом вонзил жвало в полу куртки Давинчи и дёрнул на себя, впечатав ему колено в пах.

Глянул на Столба, он уже выбил дубинку из рук противника. Оформил проход в ноги, повалил его, забрал спину, закрыл замок на талии и задушил до отключки.

Я впечатал Давинчи колено в челюсть, и он потерял сознание. Последний из троицы оклемался и рванул к окну. Бездомный схватил дубинку и метнул ему точно в затылок. Тот влетел в оконный проём, распоров руки на осколках стекла. Упал. Завыл, застонал.

Я подошёл и пробил ему обезболивающее с ноги по голове. Перевёл взгляд на Столба.

— Спасибо. Опять я у тебя в долгу.

Кивнул на задушенного до отключки.

— Это ты с перепугу, да?

— Я… как-то само вышло.

Я невольно покосился на пистолет.

— Вот что, Столб. Я сейчас допрошу этих придурков, а потом у нас с тобой будет обстоятельный разговор. Найди, пожалуйста, перчатки какие-нибудь или полиэтилен, чтобы через него оружие держать.

Он ушёл. Навыки борьбы у него как у меня. Но я свои известно где получил. А он? Не может же бездомный быть пилигримом. Хотя… простой спасатель же может. А тут — прячешься у всех на вид, делаешь что хочешь.

Если Столб тоже путник, даже не знаю, возможно, придётся его убить. Рано или поздно он догадается, что и я такой же, и кто знает, какие тогда мысли возникнут в его голове. Рисковать я не собираюсь. Просто не имею право.

Пока он ходил. Я успел связать всех троих какими-то тряпками, которые в заброшке найти не проблема, и оттёр свои пальчики со странного оружия Давинчи.

Интересный инструмент. Жвало гигантского паука, нанизанное на изогнутую палку. Таким образом можно ударить и имитировать прокус хелицер.

— Хорошо придумано, — сказал Столб, осторожно взяв инструмент. Он был в старых тканевых перчатках. Мне выдал такие же. Бездомные часто в подобных ходят, только с отрезанными пальцами. Уж не знаю, в чём прикол, вряд ли им есть дело до моды. — Хорошо продуманное заказное. Кто-то много заплатил, чтобы разобраться с тобой.

— Да я уже понял. Значит, на самом деле уже известно, что будут арахниды. Только никому почему-то ещё не сообщили.

— Но заказчик знал. Высоко сидит, — он ткнул пальцем в потолок. — Ладно. Дальше сам. Я влезать во всё это не хочу. Захочешь поговорить, знаешь, где найти.

Я кивнул.

— Спасибо, — бросил ему в спину ещё раз.

Время будить. Решил, что буду по очереди их в себя приводить.

Сначала разбудит одного из шестёрок.

— Как зовут?

— Густав.

Я покивал, запоминая голос.

— Скажи, Густав, хочешь жить? Дело, видишь, в чём, — я поднёс к его лицу жвало. — Я могу вас троих вальнуть, и мне ничего за это не будет. Но ты можешь купить свою жизнь за информацию.

— Да я не знаю ничего. Клянусь. Я не думал, что он убивать тебя будет. Давинчи сказал, только оглушим и прокусим ноги этой штукой, чтобы ты на игру выйти не смог. Всё. Клянусь!

Я вырубил его. Оттащил за стенку и разбудил второго, уйдя к Гусутаву, начал разыгрывать спектакль на два голоса. МирЗул прекрасно работал.

— Это не я. Это всё они, клянусь, — отыгрывал я. — Это сраный Давинчи. Я всё скажу. Всё, что хочешь знать.

Я ударил кулаком в ладонь, изображая удар, после которого человек выключается. Вернулся ко второму.

— Давай быстрее. Из-за вас, козлов, я в школу опаздываю. Как зовут?

— Рамирэс.

— Выкладывай всё, что знаешь.

— Да нихрена особо, — пожал он плечами, был на удивление спокоен, тоже жизнь помотала парня. — Давинчи сам встречался с заказчиком. Нам мало что говорил. Клиент настаивал на анонимности. Мы должны были сфоткать тебя после того, как исполнили.

Я выключил его и отволок с глаз долой к Густаву. Начал обыскивать Давинчи, и выудил у него из внутреннего кармана небольшой фотоаппарат. Вот как, значит.

Разбудил главаря и отошёл за стенку, начав отыгрывать сценку уже на три голоса.

— Не убивай, прошу.

— Мы дадим показания в полиции. Всё подпишем.

— Это Давинчи нас принудил. У него был пистолет. Он нам угрожал.

Я изобразил два удара и вернулся к Давинчи.

— Уже очнулся, ублюдок. Я предупреждал тебя, что будет?

Он кивнул.

— Ты думал, что самый умный. У тебя есть ровно один шанс выжить и не присесть. Хотя… покушение на несовершеннолетнего — это отработка.

Дыхание Давинчи участилось.

— У меня есть приятель Буян, ты сто процентов про него уже слышал, он недавно вышел, и у него там осталось много друзей. Я тебе гарантирую, даже если ты каким-то чудом там выживешь, ты будешь мечтать подохнуть на вылазке. Доступно объясняю?

Бандит снова клюнул головой.

— Тогда слушай и запоминай. Сейчас мы имитируем фото, будто бы тебе удалось исполнить задание. Идёшь и получаешь деньги. Потом отдаёшь их мне и исчезаешь навсегда из этого города вместе со своими тупорылыми дружками. И это последняя моя милость. В следующий раз я убью вас. Убью показательно и жестоко, чтобы другим было не повадно. Вы станете байкой гетто. О вас будут говорить, как о примере самой паскудной и постыдной смерти. Понял?

Он опять кивнул.

— Не слышу?

— Понял, — выдавил он пересохшим горлом.

— Пойдём на дело вместе, чтобы ты не вздумал свалить с деньгами. А перед этим заскочим и заберём аванс.

— Не было аванса. После того, как мы провалили первое задание, заказчик сказал, что ничего не получу.

— Жвало он выдал?

— Да. И пистолет, на всякий случай.

Я выбежал на улицу и завертелся в поисках Столба, но он стоял, оперевшись спиной о стену.

— Потерял кого-то? — насмешливо уточнил бездомный.

— Посторожишь эту троицу? Потом одного заберу. Надо будет покараулить пару. Я заплачу.

— Сделаю, — легко согласился Столб.

Я выскочил из здания и рванул со всех ног догонять Лу и Пашку. Они успели уже далеко уйти, до границы района, и почти перешли дорогу.

— Эй! — закричал им издали, чтобы они остановились. Добежал, устало дыша. — Я это… тут дела появились.

Брат смотрел на мой потасканный вид и лишь покачал головой.

— Понял. Без тебя доберёмся.

— Удачи на экзаменах.

— Ты хоть в школу-то придёшь?

— Конечно!

Развернулся и припустил обратно.

Чтобы сымитировать фото, пришлось постараться. Для правдоподобности разлили лужу крови, разумеется, не моей. Тут они все втроём скидывались, так сказать.

Затем я оставил троицу под пригляд Столба и на всех парах помчался в школу. В класс ворвался с опозданием. На большой перемене поймал на площадке Лу и Пашку.

— Как прошло? — спросил я.

— Не знаю, — пожал плечами брат.

— Всё написали, — сказала Лупита. — Результаты вечером.

— Я был в клубе, — проговорил Пашка. — Не факт, что завтра будут отборочные по Дигме. Всё ещё нет новостей по фракции вторжения.

— Есть, — прошептал я и наклонился к ним. — Это всё-таки будут арахниды.

Лу как-то странно на меня посмотрела, а вот Пашка даже спрашивать ничего не стал. Вечером ему расскажу.

Мы попрощались. Они поехали домой, а я сел под дерево.

— Почему твой брат здесь? — спросила Рин с другой стороны.

— Переводится.

— Типа социализация? — она выглянула из-за ствола.

— Типа турнир по Дигме, — улыбнулся я. — Ты участвуешь?

— Нет. Нафига?

— Фан. Призы. Вызов, в конце концов.

— Это вам парням надо что-то кому-то вечно доказывать.

— Ну смотри. Если решишь вдруг. Знай, у тебя там есть союзники. Могла бы хотя бы из природной вредности залететь. Попортить остальным игру.

— Из какой ещё природной вредности?

— Что? Я вслух это сказал?

— Нет, блин, в мыслях считала, — возмутилась девчонка.

И я рассмеялся.

После учёбы припустил до заброшки с пленниками. Отвёл Давинчи до телефона-автомата, где он назначил встречу заказчику. Место тот выбрал в экопарке.

Глаз немного начал дёргаться.

— Встречаемся там на лавочке, — пояснил бандит.

— Я буду рядом. Вздумаешь, что-то ляпнуть лишнее и свалить с деньгами, прямо в кустах тебя жвалом и забью.

Мы пошли в экоквартал. Вход через турникет открывался через пятиэроговый пластиковый кругляш. Народа в этот час было прилично.

Я занял позицию в кустах возле лавочки, так чтобы ещё и разговор слышать. Заказчик сказал прийти с бумажным пакетом. Давинчи нервничал, я уже думал даже шикнуть на него, но тут показался мужчина в дорогом костюме, у него в руках был точно такой же пакет. Он сел рядом, открыв газету.

— Сделал? — тихо спросил заказчик.

— Да.

— Доказательства.

Бандит незаметно положил фото на скамейку.

— Положи это в пакет к фотоаппарату. Деньги в моём. Можешь осторожно заглянуть, если не веришь.

— Верю.

— Сейчас встаёшь, берёшь мой пакет вместо своего и уходишь.

Давинчи кивнул. Поднялся и неспешно пошёл. Заказчик выждал минуты три, тоже поднялся и быстро направился в противоположную сторону парка.

Я выбрался и пошёл следом за бандитом. Он не пытался убегать. Боялся всё же пули в спину. Я шёл за ним след в след. Не спешил догонять. Не был уверен, что его оставят в живых. Причём убрать его проще простого. Не зря же заказчик про пистолет не спросил. Продажные копы могут просто застрелить его при задержании.

Но видимо, я излишне параноил. Заказчик, похоже, ещё планировал пользоваться услугами Давинчи. Не обнаружив слежку за бандитом, я всё догнал его и забрал бумажный пакет.

— Сколько там?

— Не пересчитывал. Но должно быть десять штук.

— Всего⁈ — воскликнул я и понизил голос до шёпота. — За убийство! Какой же ты кретин!

Давинчи ничего не ответил.

— Уже работал с этим заказчиком?

— Да. В основном просто надо было кого-то напугать. Изредка приходилось кого-то избить.

Мы вернулись в заброшку. На входе Давинчи сделал вид, что запнулся, но услышав как взводится курок, перестал играть комедию.

— Ещё один такой фокус, я тебе жвалотерапию устрою, — я влепил ему поджопник, и он влетел в здание.

Подошли к остальным пленникам.

— Тихо всё? — спросил я у Столба.

— Да. Меня же тут все из наших знают. Как прошло?

— Нормально, — не стал я вдаваться в детали.

— Теперь ты нас отпустишь? — спросил Давинчи.

— Что? Нет, конечно. Понимаешь, в чём дело. Я обещал, что сломаю тебе обе кисти. Но придумал расплату получше. Я с гарантией не хочу видеть ваши рожи в городе, и есть один способ этого добиться.

Я протянул ему жвальницу, и он, чуя неладное, шарахнулся от неё как от огня.

— Я обещал кое-что ещё и тому, кто меня заказал. Обещал, что ещё одно покушение, и уже его самого подкараулят.

— Да иди ты! — испуганно вытаращился бандит. — Ты нас просто убьёшь, а если сделаем, что просишь, нас будут разделывать по кускам.

— А вы как хотели? Скользкая дорожка криминала она такая. Там в конце ты всегда в дураках. Цель зовут Ликтор. Вы узнаете его по зелёным волосам. Этот придурок во всей школе такой один. Лучше всего ловить до того, как он сел в машину, чтобы вас не застрелила охрана. Будете в масках. Налетите, сделаете дело и свалите в другой полис. Ищи-свищи ветра в поле.

— Думайте, — сказал я и отозвал Столба в сторонку.

Сунул ему заранее заготовленные карточки на три тысячи эргов. Он выпучил глаза.

— Ты что охренел, пацан? Я просто сидел тут.

— Ты мне жизнь спас. Я бы больше дал, но у меня семья, сам понимать должен.

— Да иди ты, — он взял одну тысячу и вернул мне две. — Куда мне их тратить? Хочешь, чтобы меня за них прирезали?

— Тебя попробуй прирежь.

Я вернулся к бандитам.

— Ну так что? У меня пистолет с вашими пальчиками. Всех троих, кстати. Что за ствол, думаю, все вы понимаете, и сколько дерьма на нём висит тоже. Если решите соскочить, я просто отнесу его в полицию, скажу, что нашёл. Вы три дебила стопроцентно есть в базе, и вас быстро ухватят за яйца.

Давинчи обречённо вздохнул.

— Нам бы его как-то по-тихому поймать, чтобы можно было свалить всё на пауков.

— Ну есть один вариант. Сегодня игра. С толпой болельщиков сможете войти в школу и, если подвернётся удача, получится подловить его в подтрибунке.

Теперь уже бандит оживился. Появились шансы хоть на какое-то будущее. Я подозвал его и тихо проговорил.

— Если стукнешь кому, что у меня появились бабки, я тебя и в другом полисе достану. У меня, знаешь ли, будут выездные матчи, — оскалился я.

Я, откровенно говоря, не знал, что делать с такой суммой, родителям её никак не объяснишь. Можно, конечно, по чуть-чуть списывать на заработки в Дигме. Так что единственное, что пришло в голову, это закинуть её на счёт в игре, потом можно вывести без проблем. А если будут карточками, то не факт, что их у меня не подрежут. И пусть у нашего дома теперь дурная слава после той ночки, это не отменяет того факта, что какой-то придурок решит всё же забраться и всё обыскать.

Тысячу я сунул в тайник в своей комнате. Тысячу закинул в семейную копилку. Пересказал брату историю появления денег. Оставшуюся сумму раздели на две части. Половину закинул себе на счёт. Остальное зачислит себе Пашка.

Перекусив дома, направился в школу. Сразу прошёл в раздевалку.

Ликтор уже был там и когда увидел меня, кровь разом схлынула с его лица, отчего оно стало совсем каким-то фарфоровым, что в сочетании с его зеленой копной делало из него какую-то гравюру на чашке вместо человека.

— Чё вылупился? — бросил я ему, ликуя внутри, и толкнул плечом, проходя мимо. Он даже никак не отреагировал.

Я переоделся, мы вышли на поле.

— Да-а-а, ребят, неудобно получилось, — сказал Дэвид Бул, бодро ковыляя к нам. — После выходных. Без подводки. Но зато на своём поле и можно немного разыграться перед матчем. Если бы перенесли игру, пришлось бы ехать в гости. Так что тренерский штаб принял решение играть сегодня. На самом деле после выходных иногда очень хорошие матчи получаются. Давайте кружок по полю и немного поиграем, посмотрю на вас, кто в каком состоянии, — он остановился возле Тадеуша, некогда десятого, а ныне двадцать седьмого номера, и придирчиво разглядывал его помятое лицо. — Надеюсь, ты все выходные хотя бы в Дигме провёл, а не в каком-то ночном клубе, — недовольно протянул он, повернувшись ко всем, очертил круг указательным пальцем.

Мы побежали. Я бросал взгляды на Ликтора, и едва удавалось сдерживать оскал.

Затем нас погоняли по распасовке, а после мы сыграли полноценную игру. Потом тренеры посовещались с капитаном.

— Так, — подошёл к нам Рик Тумороу. — Старички что-то подводят нас. Тадеуш, это никуда не годится, на скамейке сегодня. Неужели на тебя так повлияла утрата номера?

Он ничего не ответил.

— Десятка, — продолжил тренер.

— Я, — откликнулась Аманда.

— Готовься на второй тайм, если всё хорошо пройдёт. Дальше едем. Анд и Ликтор, выйдете в первый раунд. Всё. Остальное вам Томас расскажет.

Капитан созвал всю команду.

— Для новеньких рассказываю, играем против кадийской школы номер четыре, в народе просто пляжная.

— Она что, на пляже? — спросил Кайрат.

— Нет конечно. Но в районе набережной, соответственно, и пляжа. Они часто гоняют в пляжный КП. И даже забирают городское первенство по нему. Отсюда ряд особенностей их стиля. В контакт играть ребята не очень любят, но всё же умеют. Мы всегда их пытались давить. Игру в мясорубку превращали. Сейчас решено удивить. Сменить стратегию. Играем в пас. Минимум контакта. В идеале ни одного. Липы и мяч — девиз на игру.

Потом он отдельно отозвал в сторону меня и Ликтора.

— Эй, я знаю, вы друг друга недолюбливаете. И говорил тренеру не ставить вас вместе на один раунд. Но он считает, что это, наоборот, смотивирует вас не маяться дурью, а сыграть нормально. Так что не подведите. Игра прежде всего, парни.

Я пожал плечами.

— На тренировках я буду его сбивать изо всех сил. Но на игре я буду играть изо всех сил.

— Ликтор? — перевёл на него взгляд капитан.

И Зеленоволосый немного растерянно кивнул.

— Соберись, — хлопнул Томас его по плечу.

На поле прибыли соперники, и мы ушли, чтобы они могли размяться. Я всё время ловил на себе взгляд Ликтора, и вопросительно вздёргивал подбородок, мол, в чём дело. Интересно, о чём он думает. Может, считает, что киллеры убили кого-то похожего. Есть ли у него совесть? Мучила ли она его хоть секунду? Судя по потерянному виду, что-то в его душе явно происходило.

Мы выбежали на приветствие команд. Противники были в бело-голубой форме, под цвет речной воды. Их талисманом выступал речной дельфин. А форма чирлидерш оказалась более откровенной. Всё же пляжная эстетика несколько иная, и они прям по грани рамок приличий оделись.

— Раунд портал! — объявили нам.

— Так, все сюда, — скомандовал Томас. — Анд, я, Ликтор и Камышин в нападении с мячом. Пас-пас-пас. Мяч у себя не держим. Остальные, вы свои позиции знаете.

Раздался свисток. Вперёд рванули два разведчика с липами. Они должны были немного расчистить нам путь. Затем побежал Камышин. За ним пристроился Ликтор. Потом я, и в хвосте капитан.

От укрытия к укрытию ноги скрадывали расстояние до середины поля. В центре традиционно был свободное пространство. Я услышал звуки ожесточенной перестрелки на липучках, и ругательство выбывших игроков. И тут неожиданно с фланга к нам заскочила целая группа пляжников.

Томас оказался отрезан. Бросил мяч мне. И рванул со всех ног. Путь мне преградили двое с липучками. С мячом не увернусь. Камышин стал смещаться влево, открываясь для паса. Но я всё же решил сыграть до верного. Ликтор был ближе.

Я бросил мяч ему. Он поймал на бегу, сделал шаг, и тут аннигилятор выскочил у него из рук, и словно этого мало, парень ещё и запутался в своих ногах, запнулся и упал. Противники тут же подобрали мяч. Ещё и унизительно хлопком в упор прилепили ему липучку.

Вот дерьмо!

Я поднял руку. Призывая Камышина дать пас липой. Он метнул её как бейсболист с архивных записей. Я словил опасную подачу. И решил сыграть бильярдный бросок. Иного варианта не было.

Давай, Меткость!

Я швырнул закрученный в нападающего с мячом. Он по классике закрылся аннигилятором. Липа ударила в мяч, прошлась по руке игрока и отскочила в его напарника, что уже швырял липучку в меня.

Трибуны взорвались.

Я подбежал, забрал мяч и пасанул Камышину.

Всё. Моя игра в тайме окончена. И опять же, сколько это всё длилось? Секунд тридцать? Меньше?

Раздался свисток. Двенадцать десять в нашу пользу.

— Что это было, Ликтор⁈ — налетел на зеленоволосого Томас.

— Скользкий мяч после потных ладошек Анда, — огрызнулся тот.

— Вот не надо на других сваливать, — начал давить капитан. — Пас был нормальный. Не идеальный, но обычный рабочий пас.

Подошёл Рик Тумороу.

— Хватит вам, — дежурно оборвал он перепалку. — Ликтор, на скамейку. Ты своё сегодня отыграл. Аманда, сюда. Так, Камышин, ты почему хромаешь? Иди тоже посиди, — он задумался, оглядывая всех новеньких. — Заур, на поле. Томас, дальше рули.

Капитан объяснял тактику. А Ликтор не стал сидеть на скамейке, а психанул и пошёл в раздевалку. Свистнули, и я уже не увидел, дошёл ли он до неё или где-то в подтрибунном остался валяться.

Второй тайм мы сыграли вничью, меня эти «не любящие играть в контакт» с двух сторон влетели и спрессовали так, что, если б не Сопротивление Физическому Урону, до сих пор бы валялся на поле.

Довольные победой, несмотря на короткое уведомление, мы вернулись в раздевалку. Ликтора не было, но судя по обуви, так и стоящей под лавочкой напротив его шкафчика, досюда он так и не дошёл. Надеюсь, эти кретины его не убили.

И тут я даже кроссовок выронил. Я же их не предупредил, что он одарённый. Как-то совсем из головы вылетело. Для меня же это было само собой разумеющееся. А с другой стороны, если бы предупредил, не факт, что они согласились бы.

И тут негромко заиграла сирена. Из динамиков послышался сдержанный размеренный голос:

— Внимание! Серый уровень опасности. Близится Фаза.

Серый уровень, значит, неизвестно, когда откроются порталы, но, скорее всего, сегодня. Оранжевый уровень опасности, значит, откроются вот-вот, и возможна опасная активность сателлитов визитёров. Красный — порталы открыты. Желтый — порталы уже закрылись, но ещё не всех тварей отловили. А когда всех отловят, снова врубят серый. Означающий, что редкие одиночные противники ещё могут скрываться в городе.

Все быстро покинули раздевалку. Охрана на воротах уже была в полном боевом. Один из бойцов стоял у школьного автобуса команды соперников. Это правила хорошего тона. Во время серой опасности соперников довозят до дома под охранной. Они ведь сюда ехали без защиты. Не знали, что тревогу дадут.

Я уже был за территорией, когда у входа, оставляя чёрный след от шин, затормозила скорая. Двое охранников несли на носилках Ликтора. Было отчётливо видно обломанное жвало, торчащее у него из ноги. Бандиты хитро придумали, решили наверняка сработать, чтобы сомнений не было, просто сняли насадку и вонзили в тело.

Вот так. Уже второй раз Зеленоволосый отъезжает на скорой, пытаясь меня задеть. Уж после этого в его голове должна начаться какая-то нейронная активность.

Я побежал домой. Если сейчас откроются порталы, будет очень плохо.

Люди успевали ещё забежать в магазин, выбегали оттуда с баллоном отравы от насекомых или специальным баллончиком, похожим на перцовый, значит, уже передали, что будут арахниды. Как всегда, выдавали не больше одного спрея на человека, чтобы хватило всем.

У нас дома, кажется, было всё необходимое, так что не стал тратить время. Да и Пашке я сообщил, что явятся пауки, а он уже должен был довести информацию до родителей. Лишь бы ещё они уже с работы прибыли. Помню, пару раз было, что маму оставляли в убежище на работе. А батю вот ни разу не смогли. Хотя пытались. Один раз он через вентиляцию сбежал от охраны, другой через черный ход.

В гетто, как обычно, большая часть уже заперлась по домам. Но самые авантюрные пытались что-то состряпать перед открытием порталов. Какой-то пацан катил из центра колесо, успел снять с дорогой тачки. Ещё один пронёсся мимо с женской сумочкой. В глубине района рыскали группы и одиночки.

Я надел перчатки. Намотал на голову футболку. Достал из инвентаря пистолет и скрутил глушитель, что не опознали ствол. Мало ли.

И не зря. Из-за угла вылетела парочка — пацан и девчонка моего возраста. У одной полные карманы карточек персонажей. У другого системный блок от капсулы, её «мозги». Девчонка выхватила нож бабочку и рыкнула:

— Рюкзак сюда!

Я наставил пистолет.

— Спрячь! — приказал ей.

Она испуганно попятилась и упёрлась спиной в стену. Её парень молча стоял, раскрыв рот от удивления и с каждой секундой теряя авторитет в глазах возлюбленной. — Карточку давай. Комиссия за попытку ограбления.

Она без разговоров сунула мне одну. А потом ещё и вторую.

— Валите, — мотнул я стволом, и парочка сорвалась с места.

Я убрал в карман добычу и побежал дальше.

Два бугая, один черный, другой белый, ломали дверь в чью-то квартиру. Они испуганно дёрнулись, когда пробегал мимо, но свой грязный промысел не бросили.

Уже свернул на свою улицу и увидел, как какой-то пацан, младше меня даже, копается в замке дома у Сумасшедшего Эрла.

— Эй, ты с какого квартала? — заорал я. — Свали нахрен! Ещё раз тут увижу — уши откручу.

Он ломанулся прочь.

— Совсем уже охренели, — тихо пробубнил я.

Дошёл до дома и постучал.

— Кто? — раздался голос отца.

— Арахнид в пальто, — весело отозвался я.

Открылась дверь, отец с арбалетом выглянул на улицу и отошёл в сторону сказав:

— Заходи.

Я прошёл.

— Тихо всё? — уточнил батя.

— Да.

Отец закрылся и поставил мощный засов. Рядом у стены стоял щит из досок, размером с дверь.

— Ты когда успел? — спросил я.

— Так на выходных. Пока некоторые гуляли, мы с Пашкой мастерили.

Я прошёлся по дому. Под каждым окном был такой же щит в размер окна и доски с гвоздями. В случае реальной опасности можно будет всё это посадить на шурупы за считаные минуты.

— Красавцы, — сказал я. — Я щас вернусь. Кое-что проверю.

Я зашёл к себе и вылез через окно. Тихо прошёл за домами до участка Сумасшедшего Эрла. Мелкий пацан не внял предупреждению и уже снова был на крыльце.

Я подкрался. Блин. Ступени в любом случае скрипнут. Резко взлетел по ним. Парень испуганно обернулся, и я влепил ему смачный поджопник, такой, что его в дверь бросило. Схватил воришку за ухо. Катая на пинковозе, довёз до соседней улицы.

— Ещё раз здесь тебя увижу, так легко не отделаешься, — предупредил я.

Он, чуть ли не плача, припустил, прихрамывая.

— Беги и прячься, дебилоид! — крикнул я вслед, но он лишь показал средний палец одной рукой не оборачиваясь.

Я покачал головой и вернулся домой так же через окно. Мой арбалет лежал на койке вместе с набором болтов и копьём.

— Где был? — спросил Пашка.

Мы проследовали на кухню, и я рассказал историю про незадачливого воришку.

— Смотрите, — сказал отец, показывая на стол. — Обычная отрава — баллон. Длина струи до метра. Можно поджечь, как это делал Андрей в вентиляции. Далее — баллончик струйный. Направленное действие. Дистанция атаки три-шесть метров. Горелка газовая. Длина пламени до метра. Но это, разумеется, не в доме. Иначе жить будет негде, — улыбнулся отец.

— Не думаю, что на нас сегодня нападут, — сказал я. — Молния два раза в одно место не бьёт.

— И два внеочередных когда-то не бывало, — заметила мама.

По телику прогоняли стандартную памятку. Оставайтесь в своих домах, и вот это вот всё. Рассказывали то, что можно было прочитать на стандартных средствах защиты от арахнидов. Показывали кадры с камер видеонаблюдения, подборка удачных моментов, когда застигнутым врасплох людям удавалось отбиться от пауков.

А потом уже пошла обратная информация, напоминающая о том, насколько на самом деле опасны эти твари. Плюются паутиной, а то и ядом. Заматывают в коконы и утаскивают в порталы.

— Помните, арахниды почти всегда инвазивный вид, — вещал диктор. — Маленькие особи могут поселиться в подвалах, заброшенных зданиях и на чердаках. Остерегайтесь этих мест, так как некоторые особи сразу начнут искать себе укрытия. Если вас укусили и отпустили, обязательно позвоните в скорую, в вас могли отложить яйца. А если обнаружили где-то кладку, покиньте место, ведь там может быть матка, и сообщите в службу точное расположение.

Изображение мигнуло. Оранжевый уровень опасности. Порталы вот-вот откроются.

— Я, пожалуй, приму успокоительное, — сказала мама.

Отец кивнул.

Я вспомнил про карточки и сунул брату.

— Что это? Где взял? — спросил Пашка.

— Отжал у парочки, что меня грабануть пыталась.

— Комиссия на вежливость, — понимающе покивал брат. — Надо будет глянуть, что перепало.

Вернулась мама, и я начал пересказывать, как прошла игра. Закончив, прислушался к тому, что говорят по телеку. Арахниды всё же придут с вассалами двух видов. Это плохо.

— Лишь бы большие были, — задумчиво проговорил отец.

Большие страшнее, но с ним быстрее справляются. Так как их проще выловить, а если ещё и маленькие придут, они гражданских больше убьют, ещё и попрячутся по всему городу. Очень эта фракция неприятная.

Телик опять мигнул. В эфире сменился цвет. Красный уровень опасности. Порталы открылись. Осталось придумать, как свалить из дома и выйти на патруль улицы. Буян, наверняка, уже ждёт где-то рядом.

Телик всё так же читал памятку.

— Помните, многие пауки видят в тепловом и ультрафиолетовом спектре, а также у них отличный слух.

— Нет смысла жечь нервы и сидеть под дверью, как сторожевые собаки, — сказал я. — Давайте просто поделим смены по два часа и будем караулить.

— Хорошо, — согласился отец. — Я тогда заступаю первым.

Я взял со стола ИПП со жгутом и сказал:

— Я пойду немного подремлю. Устал после игры.

Я закатил к себе Пашку и прошептал:

— Я сваливаю. Буду патрулировать улицу. Не один. С Буяном. Если родители увидят, скажешь им, а если нет, то и ладно.

Брат молча кивнул. Я закрыл за ним дверь. Скрафтил маску себе и Буяну, на всякий случай, чтобы не узнали. Вдруг свидетели попадутся. Надел перчатки, если придётся пускать в ход пистолет. Сделал спящий силуэт из вещей под одеялом и тихо выскользнул в окно, не забыв прихватить арбалет и копьё.

Огляделся. Буян отлип от стены соседнего здания. Притаился там в тени, не пошевелился бы, я его и не заметил. Направился к нему.

— Ну наконец-то, — тихо проговорил он.

Я развёл руками.

— Мы люди подневольные. Понимать должен.

Я вручил ему маску.

— Очень смешно, — сказал парень. — У нас же полно в районе пиромантов моей комплекции. Никто не узнает.

— Э-э-э, — почесал я затылок. — Ну да. Не подумал как-то.

— А ты у нас, выходит, средневековый воин? — покосился он на моё оружие.

— Ну извини, не всех задницей в порталы совали.

— А чего сразу задницей? Тебя копы не прихватят на этом?

— Пытались уже. Не вышло. И не выйдет. Хватит трепаться.

— Какой план?

— Ты в один конец улицы, я в другой. Если слышим шум, бежим друг другу на помощь.

— Я вниз по улице. Ты вверх, — отбил он мне кулак.

Передвигаться скрытно не имело смысла. Паук — это один большой локатор. У них и микроволоски, что улавливают звуки и панцирь, который ловит вибрации, и паутина для этих же целей. И зрение такое-сякое, ультрафиолет-инфракрасное. А если это всё не помогло, у некоторых видов ещё и ментальные способности. Но это уже у старых и даже, скорее, древних арахнидов. Нарваться вот так в лоб на них тяжело.

Это либо молодой паук, выигравший в генетическую лотерею, либо сильно заскучавший старый, или командир, который явился поглядеть, кто перебил весь его отряд.

Легенд и баек про пауков много. Возможно, больше, чем про прочих вторженцев. Говорят, паучьи миры одни из самых древних. Есть те, кто верят, что арахниды когда-то правили на земле. И те, кто думают, что мы искусственно выведенный им вид. Мол, земля планета-ферма. И всё основано лишь на том, что пауки могут прямо мысленно общаться словами, а не только образами, как другие ментаты.

Мне же кажется всё куда проще. Не зря же синапсы и нейронные связи всегда рисуют похожими на паутины, а они плетуны. Вот и вся загадка. Если уж дожили до стадии матриархов, то легко подбирают речевой ключ, переводя свои помыслы в понятную более примитивному разуму речь.

Я дошёл до дома Сумасшедшего Эрла. Дёрнул ручку. Значит, воришка не возвращался в третий раз. Развернулся. Где-то вдали, за пару кварталов отсюда, грянул выстрел, потом ещё один, и всё затихло.

Я встретился с Буяном на середине улицы.

— Как там? — спросил я.

— Сжёг совсем мелкого, — он показал кулак. — И больше ничего.

— Выстрел слышал?

— Да.

И сразу же в той же стороне грянула автоматная очередь и оборвалась.

— Вряд ли же это спецура из города прибыла, — заметил Буян. — Наши кто-то. Банда Рауля в той стороне обитает, кстати.

— Или обитала, — философски заметил я.

Мы снова разошлись, на этот раз поменявшись местами. Я дошёл вниз по улице. Увидел паука размером с кулак и раздавил его ногой. Прошёл туда, откуда он явился, но больше никого не обнаружил.

Мы снова отбили друг другу кулаки на середине. Я брёл не спеша. Если арахниды будут к кому-то ломиться, шум услышу.

Я остановился, увидев странную тень. Задрал голову. По крыше дома Сумасшедшего Эрла полз паук. По-прежнему мелкий. Ну может, полметра в высоту.

— Мёдом вам там сегодня всем намазано, что ли, — тихо пробубнил себе под нос. Достал бокен и спрятал копьё в инвентарь. Взял разбег и влетел по приставленной лестнице.

От паука лишь слегка несло чем-то вроде плесени. Арахнид плюнул паутиной, но я отбил её мечом и обрушил меч на голову твари. Лапы подогнулись, и он клюнул мордой в крышу. Я пнул его, скидывая вниз и сам прыгнул сверху, раздавив.

На удивление, такая высота теперь была приемлема для приземления, даже без переката.

И тут до ноздрей дошёл запах внутренностей твари, завоняло амиаком. Я скривился, и, браня себя за опрометчивый поступок, принялся оттирать обувь об траву.

В ногу что-то прилетело. Я увидел на штанине липкий сгусток паутины и развернулся. Ещё один мелкий гад, противно перебирая своими волосатыми ножками, полз по стене дома. Он чуть подсел, для нового плевка.

Я пригнулся под паутиной и врезал по лапе, роняя тварь на землю. Перевернул его ударом ноги на спину и вонзил бокен в мягкое брюшко. Противно чавкнули внутренности. Тварь зашипела, защелкала жвалами. Я вытащил меч и даже добивать не стал.

И тут услышал шелест множества лапок. Выглянул из-за угла дома и выругался. Крупного чёрного паука с меня ростом окружала целая группа арахнидов поменьше. Они начали рассредоточиваться. Знали о моём присутствии.

Я спрятал бокен и выхватил арбалет. Спрятался за углом. Выдохнул. Высунулся и выстрелил в главную тварь. Паук резко опустил башку. Болт скользнул по панцирю, оставляя полосу на хитине. Но всё же угол между наконечником и броней оказался слишком острый. Попросту смазанный выстрел вышел.

Я убрал арбалет и вытащил его брата — лук. Надо бы научиться сразу две стрелы пускать. Высунулся и пробил насквозь самого рослого из коротышей, который был мне по пояс. Тварь заметалась. Зашипела.

В угол дома полетели сгустки паутины. Да так часто, что мне не удавалось высунуться. Завоняло кератином, такой специфичный запах жженого волоса или даже пера.

Спасибо, что пока никто кислотой не плюётся. Где, блин, Буян? Неужели тоже нарвался на неприятности.

Я метнулся к лестнице. Взлетел на дом. Выглянул из-за конька. Младшие пауки были совсем рядом. Я выстрелил в главную особь и попал в брюшко, точнее, в задницу, которая у них почему зовётся брюхом.

И тут он плюнул своей паутиной. Она раскрылась в полёте сеткой диаметром метра два. Уклон!

Я ушёл перекатом и слетел с крыши. Успел в полёте откинуть лук. Грохнулся на землю. И вот это было уже ощутимо. У нас в КП такой удар назвали бы на восьмёрочку. При десятке сознание теряют.

Я подтянул ногой лук. Вытащил стрелу. И как только из-за угла выпрыгнул паук, выстрелил. Его унесло обратно за угол. Я поднялся. И тут, мешаясь друг другу, выскочила целая толпа противников.

Я услышал, как лапки перебираются по крыше.

— Замер! — рыкнул я, используя Голос, и уже почти прыгнувший арахнид просто сорвался и плюхнулся на землю, сломав одну из лап.

Рукой я вонзил стрелу ему в макушку. И начал отступать отстреливаясь. Пришпилил одного из пауков к стене здания. Другого пробил насквозь и сцепил с собратом.

Третий с зелёным пятном на морде плюнул кислотой.

Уклон!

Шипящий сгусток пролетел сантиметрах в пяти от лица. Я умудрился вдохнуть его испарения и закашлялся. Как будто уксус резко занюхнул. Из глаз хлынули слёзы.

Я быстро выпустил в него четыре стрелы. Но он всё так же наступал на меня, плюясь ядом.

Под ногой что-то чавкнуло, и я понял, что вляпался в кислоту, ведь шёл спиной. Резко скинул кроссовок. Обул его на руку и потёр об асфальт. Бесполезно. Подошва погибла.

— Ах ты тварь! — зарычал я. Потянулся за очередной стрелой, последняя. Вот, блин. Увлёкся. Не считал.

И в этот миг слева плюнули паутиной прям в лук. Кое-как вырвал руку. Она стала вся липкая. Оружие отправилось в инвентарь, его место в руках заняло копьё.

Ядовитый арахнид уже еле перебирал лапами и не смог плюнуть. Яд растёкся по хелицерам и попал на лапы. Тварь защёлкала жвалами, которые начало разъедать. Упала на подогнувшиеся ходули и начала конвульсивно кататься.

Последний мелкий паук скакнул на меня. Я поймал его на копьё, крутанул и бросил в чёрного гиганта.

Он неторопливо надвигался. Словно вообще не чувствовал во мне опасности. Передёргивало уже от одного звука его лап, а уж когда он щёлкал челюстями, то и подавно становилось не по себе. Я старался не смотреть в его многочисленные глаза. Их количество и размер казались противоестественными настолько, что давили на психику будто не с арахнидом столкнулся, а с каким-то хтоническим лордом.

— Запнись. Запнись. Запнись. Запнись. Запнись, — начал тихо нашёптывать я, отступая и поигрывая копьём.

Пасло от этой твари знатно. Стойкий запах сырого подвала.

Монстр плюнул паутиной и всё же запнулся.

Уклон!

Я пронырнул у самой земли, едва разминувшись с ловчей сетью. Только поднялся, и паук выстрелил ещё раз. Уклон! И тут он прыгнул ровно на траекторию моего движения.

Я врезался в тушу. Прям всем корпусом влетел и рукой, и даже щекой. Он весь какой-то волосатый и при этом немного влажный. Противник крутанулся, опрокинув меня на землю. Из пасти пахнуло гнилым мясом. Уже пожрал недавно, страшилище.

Огромные лапы прижали края футболки, не позволяя мне вырваться. Я в упор глянул на своё отражение во множестве чёрных глаз. И едва успел выставить копьё на пути жвал. Древко хрустнуло и переломилось. А я перехватил верхушку и всадил в пасть. Тварь отшатнулась, и я ударил её в морду с двух ног.

Подскочил. Выхватил меч Кармы и рубанул по лапе. Кровь этого паука воняла не абстрактным аммиаком, а откровенной мочой.

— Сдохни, вонючка, — прорычал я, вонзая меч в башку. Клинок с хрустом проломил хитин, и я отскочил, от завалившегося монстра. Он засучил лапами, несколько раз дёрнулся, будто машина на скорости, если провернуть замок зажигания, и затих.

Раздались хлопки.

— Это было красиво, — сказал Буян. — Я даже не нашёл в какой момент вступить.

— Ты всё это время наблюдал⁈ — взорвался я.

— Ну-у-у. Мне было интересно, на что ты способен. Не бойся, я могила.

Он всё видел! Все манипуляции с инвентарём.

Я подошёл и посмотрел ему в глаза.

— Ты чертовски угадал с термином, — проговорил я, глядя на него исподлобья. — Ты либо могила, либо в могиле.

— Воу-воу, — выставил он руки. — Полегче, Анд. Я тебе не враг.

Я пихнул его в плечо, проходя мимо и, начал собирать стрелы.

— Помоги, — сказал ему. И он присоединился.

Половина находок оказалась поломана или треснута. У таких я обламывал наконечники и складывал их в колчан. Древки бросил на землю.

— Сожги, чтоб улик не оставлять.

Парень махнул рукой, и их хватило пламя. Оно раздувалось, словно под порывами ветра и быстро оставило лишь пепел.

Через пару улиц раздался визг шин и удар.

— Кто это там катается? — удивился Буян и направился на звук. — Вряд ли копы. Если только отработчики, впавшие в немилость.

— Это как? — спросил я находу, догоняя его.

— Ну видели или слышали слишком много.

Бахнул дробовик. Потом пистолет. Затем два ствола начали перегавкивать друг друга.

Мы уже бежали со всех ног. Но когда выскочили меж двух домиков увидели отъезжающую полицейскую машину с помятым капотом и дверцей. Она хрустела телами пауков.

Мы удивленно переглянулись, будто голую девчонку увидели и искали в глазах товарища ответ на вопрос «мне же не померещилось?». Неожиданно к кузову авто прицепилась паутина, и машина забуксовала, растягивая, но не в силах порвать нити.

Буян выглянул из-за угла дома и резко подался назад.

— Вот что за вассалы у пауков сегодня, — тихо проговорил он.

Я тоже выглянул и отполз от угла. Это был мутант, гибрид, или же ллос, в честь выдуманной богини дроу. Можно назвать как угодно, суть от этого не поменяется. Существо с телом человека, бледной мордой со жвалами, обладающее суперсилой и способное стрелять сверхпрочной паутиной. Обычному человеку с ним почти невозможно справиться.

Он пульнул плотный сгусток на выхлопную трубу. И авто начало чихать, а потом и вовсе заглохло.

Буян положил мне руку на плечо и указал пальцем. На другой стороне в конце улицы паук бежал с коконом. Кого-то успел завернуть и теперь несёт добычу.

Я кивнул Буяну, и он сорвался с места вдогонку. Человека ещё можно спасти. Вот так вот, герои не носят плащей.

Коп высунулся из окна, вскидывая дробовик. Ллос выстрелил паутиной и выдернул мужика на асфальт. Бросил в сторону, а потом в обратную, ударив о машину.

Я рванул на помощь.

Второй полицейский выскочил с другой стороны и наставил пистолет на монстра. Обычная «Беретта». Мутант выстрелил паутиной в оружие и дёрнул на себя. Ловко поймал ствол, перехватил, нацелив на копа, который раскрыл глаза от ужаса.

Секунда, и мой пистолет оказывается в руках. Выстрелил дважды на ходу. Первая пуля угодила в грудь, а вторая в шею или в голову. Не разглядел.

Полицейский повернулся на меня. Наши взгляды встретились. Он узнал меня даже под маской, а я узнал его. Это был тот самый коп, что осматривал мой двор, когда соседка стуканула. Самый, как мне тогда показалось, говнистый из троицы.

Мы вместе подошли к его напарнику. Голова была разбита. В себя он не приходил. Рука лежала немного неестественно.

— Плечо выскочило, — подсказал мне навык первой помощи. — Держи тело, я вправлю.

Он недоверчиво глянул на меня.

— В больнице до этой травмы ещё пару дней могут не дойти, и всё это время он будет мучаться, — сказал я.

Если сделать неправильно, можно порвать большую часть плечевых связок. Поэтому я вообще отключился из этой реальности и отдал всё на откуп навыку. Быстро дёрнул, и плечо встало на место.

Коп вытащил аптечку. Я хватил набор для шитья. Он снова бросил на меня настороженный взгляд.

— Если хочешь сам, то, пожалуйста. Тебе с ним работать, не мне.

— Ты хоть умеешь?

— У меня страховки нет. Как ты думаешь?

— Ладно, — сдался он.

Я осторожно зашил глубокое рассечение на голове. Потом наложил повязку.

Мы вместе положили раненного на заднее сиденье и пристегнули так, чтобы он не свалился с него и при этом лежал на боку, ведь у него вполне мог быть сотряс.

— Сержант Уильям Эммет, — представился коп.

Я не стал называть своё имя, на что он лишь усмехнулся. Мы подошли к телу ллоса.

— Видимо, он дёрнулся во время попадания, — сказал полицейский. — Поэтому вторая пуля угодила прямо под челюсть.

Коп нагнулся и поднял свой пистолет, потом забрал дробовик напарника и положил на пассажирское в машину. Присел, поднял две стрелянных мной гильзы и вложил мне в руку.

— Вторая поправка, да, — подмигнул он мне.

Во время прорыва человек имеет права обороняться любыми доступными ему средствами. Хоть взять из-под стекла музейный коллекционный пистолет, стоимостью в миллион эргов. Ничего ему за это не будет.

— Помоги мне, — попросил он, и я помог ему закинуть труп ллоса в багажник. — За такой трофей, могут и премию выдать, — довольно заявил он. — Или по крайней мере, орать будут меньше, чем на остальных.

Он сел в машину, опустив стекло, посмотрел на меня и сказал:

— Мы ехали изъять у тебя твои самострелы, ведь наверняка бы ты их наделал перед Фазой. Но не успели, объявили серую тревогу, и диспетчер направил нас на патруль района, раз уж мы уже были здесь. Под тебя копает ищущий, его зовут Марк. Будь осторожен, Андрей Богданов.

Авто резко стартануло, размазывая по дороге тело паука, отчего ударил жуткий едкий смрад.

Я закрылся нос и пошёл к Буяну, который волок на плече кокон с человеком.

— Хоть бы лицо ему раскрыл, — бросил я.

— Вот дерьмо! Совсем забыл.

Он опустил тело на асфальт. Я схватился за паутину, она походила влажную сахарную вату, такая же липкая и сжимается в руках, только не тает при контакте с тёплой кожей. Раскрыл лицо, это оказалась девушка лет тридцати.

— Знаешь её? — спросил у напарника.

— Нет.

Я потянул руки на себя, и паутина потянулась за ними. Отыграла обратно, но всё же микрочастицы остались на коже. Потёр ладони о штаны.

— И куда её? — поинтересовался Буян.

— Потом решим, — выдал я, глядя ему через плечо.

— Мать вашу паучиху! — зло процедил парень.

Я принялся спешно заряжать арбалет, одновременно заговаривая болт на меткость.

К нам шёл большой матёрый паук, метра два в высоту. Весь в белых волосках. Хитин в многочисленных царапинах, сколах, трещинах и срощенных пробоин. А если учесть, что они его скидывают, когда вырастают, этот не вырастает уже давно, а значит, очень старый.

Я выстрелил. Болт летел точно в голову и попросту отскочил от брони, еле заметно поцарапав хитин. Я спешно перезарядился. Упёр арбалет в плечо и выжал спуск. Арахнид небрежно отбил лапой летящий на огромной скорости болт.

Буян щёлкнул зажигалкой и пустил подряд два файербола. Паук принял один на голову, а второй развеял взмахом конечности. Да он просто играется с нами!

Напарник пустил широченную струю пламени. Паук выстрелил паутиной, рассекая её. Сгусток вонючего горящего щёлка приземлился у наших ног.

Буян глубоко вздохнул, словно собирался раздувать пламя. И замер выпустив воздух из лёгких. Руки его повисли, взгляд потускнел.

Ментальный контроль!

Шёпот пробивался мне в сознание. Я намеренно расслабил тело, расслабил руки, выронив арбалет. Даже не мог различить слова, что посылал паук, но сделал вид, что подчиняюсь. Начал медленно сонно моргать.

Паук плюнул в Буяна, прибив того к стене дома. Схватил кокон с девушкой и начал заворачивать, запечатав лицо. Подошёл ко мне. Уронил на землю. Связал ноги и начал поворачивать. Я материализовал пистолет и дважды выстрели в упор в голову. Хитин треснул. Башка прыснула соком.

Паук потряс головой, издал гадкий звук, похожий на шипение мяса на огне. В последний раз ударил мне по мозгам, и я даже услышал фразу: «разобью твою кладку!», и с грохотом рухнул на асфальт, чуть не отдавив мне ноги. Многочисленные глаза по очереди начали закрываться.

Я встал.

— Парни из гетто, ублюдок, — показал я ему средний палец, и из носа хлынула кровь. Земля вдруг бросилась мне навстречу. Выставил руки, чтобы не поцеловаться с ней, отбил ладони и запястья.

В ушах звенело. Услышал гадкий цокот. Ну кто там ещё?

Повернул голову и охнул. Вот кто вторые вассалы пауков. Другая разновидность лоссов. Человек-скорпион. Тело скорпа, торс и голова человека, и две чёрных клешни.

— Я разобью твою кладку! — прошипел я, пытаясь подняться, но земля всё же дёрнула меня на себя и смачно поцеловала в губы до потери сознания.

— Я уже всё, — слышишь меня. — Если ты сейчас не очнешься. Нас сожрут, — донёсся усталый голос.

Я размежил веки. Вот уж огрел паучок напоследок. Башка трещала.

Сел.

Мир немного плыл, но мысли были довольно стройные. Учитывая моё состояние, получается, ментальные атаки одновременно и магические и физические. И если себя так ощущаю после отключки, несмотря на моё сопротивление менталу, маг и физ атакам, да ещё имея реген. То получается, без этого всего уже бы узнал, что бывает с пилигримом после смерти.

Медленно поднялся, оглядывая окружающее пространство. Сзади стена модульной хибары, а перед ней кольцо из запечённых пауков. И откуда они все взялись? Буян пошатывался. А скорпионий лосс только сейчас пошёл в атаку.

Инвентарь. Я быстро пробежал по всему скудному ассортименту. Пистолета не было. Арбалет зарядить не успею. Остаётся только меч Кармы.

— Я бодр! — уверенно заклеймил я реальность своим Голосом. И увидел, как полоска маны опустела, а внутри засосало. Впервые ощутил какой-то энергетический голод. Он был очень похож на физический, только шёл не из живота, а словно из всего тела.

Буян выставил руку, но пламя зажигалки даже не дёрнулось. Парень рухнул как подкошенный.

Я резво ринулся вперёд, заприметив, что пистолет так и валяется у туши древнего паука. Не добраться. Слишком далеко, да и скорп на пути.

Уклонов нет, ведь ману я слил. Только на свои силы надеяться. Скорпион разбил баррикаду из запечённых пауков. Я махнул мечом из стороны в сторону, проверяя его реакцию. Он замер, переждав атаку, а потом снова пошёл вперёд. Клешня всё равно длиннее моего оружия.

Я исполнил несколько колющих выпадов, но ллос, попросту закрылся правой конечностью, а левой чуть не откусил мне башку. Я обернулся. Стена совсем рядом, и Буян бедолага в отключке. И тут скорп резко наклонился и бросил вперёд хвост.

Перехват!

Я поймал жало у самого лица и проехался по земле, заклубившись в почву.

Я резко разорвал дистанцию и бросился к пистолету. Скорпион кинул в меня тушу паука. Удар вышел болючим. Я покатился по земле. Времени посмаковать болевые ощущения не было. Ллос надвигался. Я вскочил. Первый выпад клешни пропустил над головой, второй пришлось уже блокировать, уперев ладонь в плоскую часть лезвия.

Меня швырнуло в стену здания. Я тут же отклонил голову, клешня разворотила стену. Я проскользнул под брюхом скорпа. Противник резко развернулся. И тут он меня удивил. Удар хвоста пришёлся справа, сбоку, а не сверху. Я отбил его ударом от себя. В плече и ключице этот манёвр очень нехорошо отозвался. А ллос ударил хвостом с другой стороны.

Я понял, что выдыхаюсь, и у меня секунд десять чтобы переломить ситуацию. Я встретил жало рубящим ударом. Меч вырвало из рук. Но хитин треснул. Хвост переломился.

Я повис на жале, обрывая его.

Ллос заорал. По-человечески завопил от боли. А я из последних сил заскочил ему на спину, с трудом держа баланс, и вонзил жало в спину.

Спрыгнул и откатился. Скорпион заметался. Запутался ногами в туше паука. Умудрился зацепиться за паутину и упал. Потом сорвался и побежал вдоль по улице, постепенно замедляясь, пока не свалился набок. Крепкий зараза. Метров четыреста преодолел.

— Эй, Буян, — тихо позвал я. — Хватить дрыхнуть. Наш дозор окончен или как там было? Хотя кого я спрашиваю. Ты же кроме букваря ничего не читал.

— Пошёл ты, — тихо отозвался он, и мы оба рассмеялись.

От меня пасло так, что о скрытном проникновении в дом речи и не шло. Мама с кухни учует даже с закрытой дверью. Вместе с тем дойти до Буяна не представлялось возможным, ибо запаса сил едва хватит заползти в ванну.

План родился гениальный. Буян подошёл и просто поздоровался через дверь. Выглядел и пах он ничуть не лучше меня, отец спросил кто, посмотрел в глазок и открыл дверь на цепочке. А я в это время, скинул шмотки у окна и голышом проник к себе в комнату. Пулей незамеченным прошмыгнул в ванну и стал мыться как ни в чём не бывало.

Постучали.

— Анд, к тебе тут гость, — шепотом сказал отец. Значит, мама с братом спят.

— Какой к арахнидам гость? — притворно удивился я. К этому времени успел уже и мылом и шампунем отмыться. Ещё и намазал башку каким-то маминым гелем, чтобы волосы сильнее пахли.

Вышел. Оделся, чтобы скрыть следы многочисленных гематом на теле. Проследовал в коридор.

— Что с тобой? — тихо прошипел отец, видя мой побитый вид.

— Паук мимо окна шёл, я, чтобы он стекло не побил, выбрался, и чтобы маму не будить, тихо с ним разобрался, но не без последствий.

Разумеется, Буяна внутрь пока никто не пустил. Я подошёл к двери. Мы разыграли сценку. Я пожурил отца, что не впустили человека после стычки с пауками. Напоил его чаем и предложил нести стражу вместе. Куда он на ночь глядя да под пауками пойдёт.

Если бы мама не спала, ещё неизвестно как бы она отреагировала, учитывая репутацию и рожу Буяна. Но батя все же дал добро.

Отправили его отмываться. Ибо нюхать это было невозможно, и несмотря на риски, раскрыли дверь на проветривание. Потом он нацепил отцовские вещи, но и они этому кабану были чуть маловаты.

Стражников из нас, конечно, не вышло. Отрубились оба у входной двери, он, сидя у одной стенки, я у другой.

Свалил Буян на рассвете, ещё до того, как мама проснулась. Так что она о нём даже и не узнает и не будет лишний раз волноваться.

А я сдал смену и свалил к себе в комнату дрыхнуть дальше. Утром большая часть следов с лица уже сошла, а оставшиеся можно было списать на игру в КП, так что родители ничего не заподозрили.

По телику был дежурный бубнёж, всё ещё сохранялся желтый уровень опасности. Хоть порталы и закрылись многие твари не успели на последний автобус в свой мир, а кто-то может и не собирался. Диктор новостей рассказывал, что за ночь побили и разрушили, какие организации и заведения будут работать.

Несмотря на жёлтый уровень опасности, я решил не терять этот день. С таким образом жизни у меня уже и вещей не осталось. Да и все старые, застиранные, выцветшие, подшитые. Пора было пополнить гардероб.

К тому же у меня теперь только одни кроссовки. Те самые, которые не выкидываешь на случай, если нормальные промокнут. Но они не мокнут, и это старое дерьмо пылится у тебя пять лет в кладовке, пока само не умрёт от древности.

Я зашёл к брату, он встретил меня радостной улыбкой.

— Что?

— Меня приняли! Я поступил!

— А Лу?

— И Лу тоже!

— Класс! Поздравляю, — я пожал ему руку. — Слушай, мне за вещами надо, поедешь?

— Не. Если шопинг, то только с девчонкой. С Лупитой потом сгоняю. Или нет. Ненавижу магазины одежды.

— Как знаешь.

И с кем мне идти? Я, как и брат, терпеть не мог магазины со шмотками и идти одному туда как-то странно. Подошёл к телефону, набрал Буяну. Но его, видимо, не было дома или досыпает, отрубив звук. Полина с собой Натаху потащит, а это мне не надо. Ладно, может, хоть Рин отзовётся. В крайнем случае, придётся Пашку с Лу брать, но тогда и Джессика увяжется. Или есть ещё пара вариантов, но я их телефонов не знаю.

Набрал номер, и после первого же гудка трубку взяла Рин.

— Алло.

— Ты когда-нибудь покупала одежду на рынке?

— Нет.

— А хочешь?

— Ни за что на свете.

— Эх…

— Я думала ты воруешь развешанные сушиться вещи или шьёшь их из старого постельного, — рассмеялась девушка.

— Очень смешно, — буркнул я.

— Если в магазин, то только в торговый центр.

Я задумчиво пыхтел в трубку.

— Там не так дорого, как ты думаешь. Есть, конечно, заоблачные цены, но такие магазины легко опознать. Они даже без вывески. Тебе же в те, где огромные золотые буквы в названии.

— Ладно, — сдался я.

Мы встретились в центре. Улицы были мокрые после того, как помывочные машины прошлись и скрыли, как могли, следы ночного побоища. Всё время гоняли скорые, пожарки и прочие службы. Ездили без сирен, чтобы не раздражать всех звуками, все и так их пропускали.

— Привет, — сказал я. — Выглядишь фантастически.

Девушка была одета в короткое черное платьице, чулки и чёрные туфли.

— Привет. Спасибо. А чего ты вдруг решил приодет… — и тут она увидела мои старые кроссы и не договорила. — Понятно. Можешь не отвечать.

— Пауки всё сожрали, — признался я. — В кислоту наступил.

Она покачала головой и позвала:

— Идём, беда ходячая.

— А куда?

— ТЦ «Бриллиант».

— Меня тошнит от одного названия.

— Видел в новостях, что убили гигантского паука?

— Они все такие.

— Да нет же. Этот был размером с дом. Как раз примерно с твой. Редко такие гиганты захаживают. Можем посмотреть сходить. Обычно их сразу не увозят.

— Погнали, — преувеличено бодро сказал я. — Хотя не то чтобы я на них не насмотрелся, — добавил тише.

— А? Чего?

— Да так.

Мы пошли, даже не зная точного адреса. Множество людей двигалось в том же направлении, так что мы просто пристроились за ними и вышли к цели.

Гигантский паук перекрыл улицу. Под тушей сделали две подпорки и развели лапы в стороны, чтобы легковушки могли проезжать. Журналисты фотографировали его.

— Ну и страшилище, — пораженно выдала Рин и подняла руку, демонстрируя мне вставшие дыбом волоски. — От одной ауры не по себе. Наверняка его замаринуют и в музей чудовищ отправят.

— Вероятно.

— Давай ближе подойдём, — потянула она меня.

— Не стоит, — сказал я. — Поверь мне. Не надо.

Она не послушалась и пошла. Шаг. Второй. И вот Рин скривилась и резко отбежала назад, закашлявшись.

— Ну и воняет от него!

Я заметил смутно знакомое лицо.

— О, смотри. Это Нэш из школьной газеты. За фото пришёл.

— Хочешь фотку на фоне арахнида? — весело осведомился я.

— Было бы круто.

Я подошёл к репортёру. Он сразу меня узнал, всё же я игрок сборной. Я договорился. Нас отфоткали сначала по отдельности, а потом вместе. Поблагодарил парня, и мы отбыли в торговый центр.

Главный вход был перекрыт тушей большого арахнида, и все шли с других пяти. Охранники каждого останавливали на входе и светили медицинским фонариком в глаза, проверяя реакцию и задавали банальнейшие вопросы, навроде: «Как вас зовут?» или «С какой целью пришли в ТЦ?». Это помогало выявить человека под простейшим ментальным контролем.

Рин едва сдержала смех, когда её проверяли.

— Каждый раз меня это веселит, — сообщила она. — Что такое? — спросила девушка, то ли по лицу считав недовольство, то ли по ментальному состоянию.

— Да так, — отмахнулся я. — Огрел меня вчера один паучок мимоходом. Чуть мозги не сплавил.

Рин удивленно вскинула брови, но ничего не стала говорить.

Внутри ТЦ было разбито пару витрин и ещё витал легкий уксусный запах, который хлорка почему-то не смогла перебить. Не всё отмыли, похоже.

— Неудачный денёк мы выбрали, — заметил Рин.

— Но народу хватает.

— Если бы ты чаще тут бывал, то знал бы, что это очень мало. Только самые отчаянные пошли стресс гасить покупками.

На месте присутствовала вся смена охраны и всё ещё в полном боевом.

Мы прошли мимо них и поднялись на эскалаторе.

— Можно попробовать тебе что-то подыскать в «Спортграндмастере».

Мы зашли, я увидел массивную фигуру и узнал по татуировкам Джона. В фирменной зелёной футболке магазина он выглядел непривычно. Не знал, что он и тут подрабатывает. Обернувшись на новых клиентов, парень улыбнулся.

— Вам как обычно? — обратился он ко мне. — Биту?

При этом Джон держал серьёзное лицо. Мне захотелось провалиться сквозь пол, обратно на первый и свалить отсюда.

— Ума не приложу, что вы с ними делаете, — продолжил он подставу. — Камин, что ли топите. Так взяли бы для этого угли.

Я стоял сзади Рин, и поскольку она не видела, провёл большим пальцем по горлу.

— Вон за тем стеллажом, — указал Джон рукой. — К сожалению, вчера все разобрали, сами понимаете. Осталась лишь одна детская.

— Я не за битой, — процедил я сквозь зубы.

— Простите, свинец мы больше не продаём. Только рыболовные грузила целиком. На нас поступила жалоба, якобы подростки из гетто выливают из нашего свинца кастеты.

Вот ведь засранец. Ну ничего поквитаемся ещё.

Рин буровила меня взглядом, а что я ей скажу? Что продавец в магазине шутит, и он мой приятель? Ага. Так она и поверила.

Девушка провела меня к кроссовкам. И задумчиво уставилась на представленные модели. Чувство стиля у неё хоть и специфичное, но однозначно имеется.

— Тебе какие?

— Универсальные, чтобы и от разъяренного лича удрать можно было и в школу пойти.

— Две пары вытянешь? Если возьмём вот такие, типа уличный стилёк, к твоему району подойдут. Могу их ещё подправить потом. Это у меня вроде хобби, половину своих вещей, я сама сделала.

— Вау. Не знал. Я только оружие делать умею.

Она рассмеялась и покачала головой. Сунула мне вторую пару, на этот раз беговую.

Я задумался. Ай, ладно. Есть деньги. А там, глядишь, ещё заработаю. В конце концов, если всё хорошо будет, на несколько лет покупка. Первые стоили четыреста эргов, а вторые шестьсот пятьдесят. Подобрал размер. Вроде удобные.

Рин заставила меня померить пару футболок. Я взял ещё штаны и шорты.

Старые кроссовки здесь в урну выбросил. А одни из новых сразу надел, чтобы в руках не таскать.

Потом поднялись на этаж с игровыми автоматами. Хотел как герой романтических молодёжных комедий выиграть для девушки игрушку, но тир оказался закрыт. Немного посоревновались на всяких автоматах, а потом пошли на фудкорт.

Мы сделали заказ, и она потянулась к карточке.

— Да брось, — сказал я. — Уж накормить девушку я могу.

— Эй, парень, ты теряешь свою главное оружие, что ты будешь делать без бедности? — подколола она меня.

Мы уселись за свободный столик у окна. Обсуждали грядущий турнир по Дигме. Когда принесли заказ, я раскрыл бургер с двойной котлетой, высыпал сверху на котлеты картошку фри и полил это всё соусом, прижав булкой.

— Это что? — посмотрела она на меня.

— Бургер по-геттски. Попробуй. Тебе точно понравится.

Она попробовала повторить, и, откусив, выдала стон наслаждения.

— А я говорил.

— Эй, ребята! — окликнула нас Аманда. — Привет, — подошла она к нашему столу.

— А-а, Десятка. Привет.

— У вас типа свидание?

— Эм… — я покосился на Рин. Она лишь пожала плечами. — Ну как-то так, — сказал я.

— Окей. Ладно. Сделаю вид, что не видела вас, — девушка развернулась и пошла.

— А это правда, что ты отшлёпал всех девчонок в сборной? — с какой-то странной интонацией проговорила Рин.

— Наглая ложь. А что? Сразу захотелось в сборную попасть? — усмехнулся я.

— Дурак! — ударила она меня по плечу, а я заржал.

Закончив есть, мы спустились вниз.

— Спасибо за помощь, — сказал я.

— У тебя хоть это всё не отберут по пути до дома?

— Нет. Есть одна хитрость, как вернуться на район со шмотками. Если хочешь могу показать, но придётся пройти со мной до границы гетто.

— Давай.

Мы прогулялись до улицы, что отделяла гетто от остального города. Я отошёл за куст и надел на себя разом все шмотки. Взял в руки кроссовки без коробки.

— Ну всё, пока, — сказал я.

— Пока. Было классно.

— Ага. А теперь смотри, — проговорил я. — Чтобы тебя не тронули, просто нужно делать вид, что украл эти вещи.

Я драпанул на максимальной скорости, и в спину мне донёсся девичий смех. Несколько раз обернулся на ходу, словно за мной гонятся, чем не на шутку напугал нескольких прохожих, и делал так, пока не добежал до дома.

Метод рабочий, придуман мной, после того, как у Клёпы отжали кроссовки, на которые он копил почти год. Мало кому здесь придёт в голову останавливать воришку, особенно такого, за которым гонятся.

Дома сразу прошёл в комнату брата.

— Новые вещи, — проговорил Пашка. — Как будто прям новая жизнь.

— Ты только щас понял?

— Ну как будто бы да. Ты на сайт не заходил?

— Нет. Когда, блин.

— Завтра, скорее всего, опасность до серого уровня понизят. Поэтому запустили отборочный этап соревнований по Дигме.

— Придётся в очереди в школьный клуб глотки грызть. И если не попаду туда, искать где-то в городе.

— Или можешь напроситься в гости к одной из своих подружек.

— Ага. Конечно. Так меня и пустили. Ладно, как-нибудь выкручусь.

Прогнозы относительного следующего дня сбылись. Серый уровень опасности означал, что всё почти в норме. Хотя, конечно, самых мелких и самых хитрых пауков будут периодически встречать ещё несколько месяцев. А если пропустили где-то кладку, то однажды кого-то ждёт сюрприз. Достаточно одного-единственного оставленного без присмотра фургона, чтобы всё обернулось большими жертвами. А ещё ходит слух, арахниды одни из немногих, кто может поднять крышку люка или ливневую решётку, спуститься или подняться и вернуть на место, не оставив следов.

В новой обуви будто и идти было легче. По пути в школу увидел, как Сумасшедший Эрл как ни в чём не бывало прогуливается по улице, заложив руки за спину и что-то бормоча себе под нос.

— Эрл! — окрикнул я его, но он был глуховат. Причём иногда избирательно, как и все старики, порой лукавил. — Да арахнид бы тебя побрал.

Я подошёл к нему.

— Ты как?

— Они снова приходили за мной, — прошептал он мне словно по секрету. — Я знаю все их грязные делишки, и в этот раз они подослали пауков.

— Понятно. Пациент стабилен, — задумчиво проговорил я.

— Старый Эрл не сумасшедший. Однажды вы все поймёте, но будет уже слишком поздно. Или если не вы, то ваши внуки поймут. И никто не вспомнит, что был Эрл. Эрл, который всё знал.

Я вздохнул и пошёл своей дорогой.

На школьной парковке оказалось непривычно пусто. Зато школьные автобусы сегодня намотали несколько рейсов, забирая учеников с охранной.

Я сразу направился к клубу. Несмотря на то, что до соревнований оставался ещё целый час, многие собрались обсудить и потрещать. Вышла Любава и народ оживился.

— Ребят количество капсул ограниченно. Поэтому места получают по приоритетности по времени регистрации в турнире. Остальным придётся поискать игровой саркофаг в клубах города. Ещё по две капсулы есть в трёх кружках: у программистов, у инженеров, и у сценаристов. Итого ещё шесть.

Ха-ха. Я чуть ли не первый заявку подал. Значит, не надо никуда бегать. Местечко обеспечено.

— Для тех, кто сайт не читал. Турнир пройдёт на отдельном сервере. Не надо выполнять вход за одного из ваших персонажей.

Я поздоровался с девушкой. Подмигнул ей и прошёл внутрь, решив пока перекусить, ведь неясно насколько затянется отборочный этап и сколько участников.

Когда настало время, залез в капсулу.

Вы являетесь участником школьного турнира.

Подтверждаете своё участие?

Да.

Выполняется вход в особую зону…

Напоминаю для тех, кто мог пропустить объявление. График прод изменился. Каждые 9 глав 1 выходной. Следующая прода выйдет в воскресение.

Предупреждаем вас, что турнир записывается, а полученные материалы в дальнейшем будут использованы в просветительских, рекламных или иных целях.

Желаете прочесть полный текст соглашения?

Я отказался и принял не читая.

Передо мной появился чёрный экран. Затем прогрузилось тело персонажа, пока без внешности.

Число зарегистрировавшихся участников 301.

Число участвующих 287.

Вы можете участвовать анонимно или же выбрать дублирование своего реального облика на вашего персонажа.

Условия турнира:

Все игроки получают одинакового по характеристикам персонажа без способностей и пистолет с одной пулей. Также у каждого участника будет нож, но воспользоваться или даже достать его из ножен вы не сможете. Этот вид оружия станет доступен, только если вы снимете его с трупа поверженного противника.

В финал пройдут семь лучших игроков.

Не обязательно при этом выжить. Учитывается вся активность участников, число значимых действий, например, убийств, и не только. Набравшие наибольшее количество значимых моментов считаются победителями этапа.

Помните, турнир направлен в первую очередь на выявление лучшего игрока, кандидата в сборную школы, оцениваться будет эффективность вашей игры.

Удачи. И покажите, красивую игру.

P . S . здесь указаны не все условия отборочного этапа, возможны сюрпризы, как запланированные, так и спонтанные, если организаторам покажется, что игроки тянут время или по чистой случайности никак не могут друг друга найти.

Ничего не понятно, но очень интересно.

Я выбрал анонимное участие. Мало ли, что может произойти. Дурная слава мне не нужна. Да и, вообще, никакая не нужна. Лишние глаза, прикованные к моей персоне, могут и заметить кое-что лишнее. И так список моих странностей растёт, как и список заметивших это.

Передо мной появился конструктор персонажа. Но изменить ничего кроме головы было нельзя. Да и там набор вариантов оказался скуден. Лысина, длинные волосы до плеч, короткая стрижка под машинку и ирокез.

Также можно было выбрать усы. Густые, обычные, гусарские. В комплекте шло пару видов бород. Я, конечно, выбрал гусарские усы точь-в-точь, как у Михаила. Хотя на юном лице персонажа они смотрелись на редкость комично.

Набор одежды тоже оказался скудный. Вверх: майка или футболка. Низ: шорты либо тонкие, словно пижамные штаны, и обычные максимально безликие кеды.

Взял штаны и футболку. Чем больше ткани, тем лучше. Будет, что на перевязку пустить.

Выберите никнейм на игру.

Ну пусть будет Проигравший.

Отборочный этап длится до тех пор, пока не определится победитель.

Мы появились в большом общем зале. Половина была в анонимных образах. Смешные юнцы с массивными щётками усов или милые девушки с роскошным киношным макияжем.

Те, кто загрузились в своих аватарах, чувствовали себя неуютно. Мы то все выглядели, если не как клоны, то как манекены точно. И они все словно оказались на тематической вечеринке без костюма.

Я узнал Нэша. Журналист, который буквально вчера меня фоткал с Рин. Много было учеников помладше. Да и старшаки тоже как-то выделялись. Из своего класса увидел Мбаку, он с кем-то зубоскалил. Разглядеть всех знакомых не удалось бы физически, слишком много участников. Некоторые уже стали делать друг другу какие-то тайные знаки или сбиваться в кучки.

Брата тоже заприметил, но никак это не показал. Он был в своём образе, ему-то как раз таки огласка не помешает на новом месте. Как же непривычно видеть его ходячим.

Я не стал к кому-то подходить или как-либо себя обозначать.

Из пола начала вылазить круглая массивная конструкция, и все отпрянули к краям зала. Это был большой барабан, который вращался. На нём лежало множество образцов оружия. Револьверы, обычные пистолеты, жезлы с одним крохотным шариком внутри навершия, бластеры с единственным энерго-патроном. Много разных моделей и выстрелить из каждой можно было лишь раз.

Народ стал толкаться и подходить, словно была какая-то глобальная разница с чем бегать.

Я дождался, когда большая часть вооружится и спокойно взял себе первое, что попалось под руку. Это был бластер в револьверном дизайне. На всякий случай откинул барабан и убедился, что энерго-патрон присутствует. Кто-то уже пытался выстрелить, но курки пока были заблокированы. Начались какие-то перебранки.

Я отошёл подальше и краем глаза заметил, как Пашка наводит на меня пистолет и делает вид, что целиться. Но как он меня опознал? Надо будет не забыть потом у него спросить.

По краям зала зажглись лампы, и открылись сотни дверей лифта. Каждому своя. Народ ломанулся как полоумный, будто боясь опоздать. Я неспешно шёл, поглядывая на окружающих.

Проследовал в лифт. И когда никого не осталось в зале, кабинка закрылась и неторопливо поплыла вверх. На стене имелась схема полигона, где развернуться события.

Глянул на план территории с краткой справкой по локации. Парк «Солнышко». Некогда заброшенный объект сейчас активно отстраивается. Территория частично была расчищена, частично всё ещё оставалась заросшей.

В центре купол океанариума. На расстоянии от него расположились «лучики» других корпусов. Музей паровой техники. Какой-то строящийся объект. Комната страха. Ресторан. Заброшенное здание.

Лифт начал петлять. Перемещаться горизонтально и вертикально, по диагонали, и как угодно. Нечего и думать, что нас всех выкинет в одной точке. Равномерно распределят по локации, чтобы не мешались друг у друга под ногами, им же нужно зрелище. В ином случае мы и в том зале постреляться могли, но тогда решал бы всё чистейший рандом.

Кабинка остановилась. Секунд пять постояла закрытая. Затем двери медленно разъехались. Я оказался где-то в нерасчищенной части. Деревья. Редкие просеки, плющи и колючие кусты оплетшие старые арт-объекты и ржавые ныне заборы.

До ушей сразу же донеслись выстрелы. Потому выскочил из кабинки и сразу ушёл в перекат. Но никто не стрелял. В непосредственной близости тихо. Я подёргал нож в ножнах, куда без этого. Вдруг у создателей испытания юмор такой. Но он там был словно приклеен.

Кабинка лифта шумно захлопнула двери. Вот ведь подстава. Шагах в ста справа услышал ещё один такой хлопок. И спереди. А слева не было, хотя по расположению вполне себе должно было быть.

Пошёл туда, от куста к кусту, от дерева к дереву. Крапива жалила ноги даже сквозь штаны, но терпел, и не такое случалось. Прошёл сколько-то и встал за деревом. Услышал тихий шаг, потом тихий «Ай!», затем шёпот: «Там крапива, ну его нафиг, пошли в другую сторону».

Дождался, когда свалят и побрёл дальше. Увидел кабинку лифта. Издали она походила на туалет. Если не ушла под землю, значит, игрок всё ещё внутри. И что он там караулит? Я тихо обошёл её. Шагов за десять снял кеды и пошёл в носках. Прислушался. Дыхания не слышано. Экранирует зараза.

Подобрал веточку и мягко бросил её в сторону куста. В кабинке кто-то пошевелился. И, судя по всему, он был в левом дальнем углу, если смотреть он входа. То есть прямо напротив меня. Я поднёс пистолет к стене на уровне колена, чуть наклонил дуло, чтобы выстрел прошёл по диагонали, уходя в пол. Сделал глубокий вдох и выжал спуск.

Бластер издал привычное «пиу!». В стене появилась проплавленная дырка, а внутри раздался сдавленный стон. Запоздало пришла мысль, что это мог быть Пашка. Я резко залетел внутрь.

Это оказался лорный маньяк. Я не помнил его имени, но он был председателем кружка по Дигме. Вечно гонял в мерче игры, и сейчас в нём же был. Вроде даже тащил всякую административку за сборную школы. Он многое знал, но теория и практика разные вещи. Он любил Дигму безответной любовью.

Я забрал пистолет, нож вместе с поясом и ножнами и заполз в колючий кустарник. Спокойно рассмотрел пистолет. Обычный револьвер системы кольт. Не спеша прицепил ремень поверх первого, чтобы нож располагался с левой стороны и выхватить его можно было правой рукой. Свой пистолет убирать не стал. С двумя буду выглядеть опаснее. И увидевшие меня противники могут решить, что у меня две попытки их поразить.

Тут и там периодически звучали выстрелы, а потом раздался душераздирающий крик. Это ещё что за срань? От пули так не кричат. И кабинка почему-то всё ещё не уехала. Я не стал поддаваться на провокацию и заглядывать внутрь. Лежал, прикинувшись частью ландшафта.

Услышал шаги. Тяжелая поступь раненного. На заросшей тропе показалась девчонка чирлидерша. С краю танцует обычно. То ли Франческа, то ли Флоренция, что-то такое. Пистолета у неё не было, в руке нож, на бедре неглубокая рана, пуля прошла по касательной, но кровь стекла в правый кроссовок и хлюпала.

Девчонка собрала последние силы и резко ворвалась в кабинку с ножом. Сейчас ещё испугается картины, что там предстала. По ушам ударил визг, отраженный из внутренностей лифта. А потом рык, и знакомое до боли урчание.

Вашу ж фантазию! Организаторы долбанные. Вот так подстава. Все тела персонажей заражены зомби-вирусом. Этот штамм ещё называется так поэтично «Морфей». Пока ты жив всё нормально, но, если погиб, мигом восстаешь в виде нежити. Теперь ходячие не дадут никому сидеть на месте.

Пока мертвец хрустел гортанью чирлидерши, я тихо выполз и направился прочь. Руки и ноги оцарапал. Кровь немного сочилась, но не беда. Это уже привычное явление.

Двинул к ближайшему зданию. Похожее по форме на огромный полукруглый авиационный ангар. Судя по тому, как его обтянули ползучие растения, это было заброшенное строение.

Услышал, как сзади кто-то ломится. И не один человек. Спрятался за ржавый скелет арт-объекта в виде солнышка.

— Глядите следы, — прошептал кто-то.

— Одиночка шёл, — сказал второй.

— И не зомби, — заметил третий. Это был Тадеуш, бывший десятый номер. Вот ведь столкнула лбами судьба. И мяч в этой игре на его стороне. Нечего и думать тройку одной пулей уложить.

Пока ещё был запас по расстоянию я рванул к зданию зигзагом. Выстрелов не последовало. Вот блин! Надеялся, хоть один пулю потратит.

Обогнул чуть приоткрытую дверцу. И тут же отпрянул назад. Просто подумалось, что слишком узко открыта, чтобы протискиваться приходилось. Грянул выстрел. Пуля срикошетила от двери, отскочила в стену, а от неё всё же врезалась в меня. Заговорённая она что ли была? После двух рикошетов попасть. Конечно, лишь слегка пробила мягкие ткани и вошла в грудь.

Я зашёл внутрь, пошатываясь, якобы умру. Благо пятно крови в области сердца на белой футболке выглядело очень впечатляюще, и пусть только тридцать миллилитров вытекло.

— Прости кто бы ты ни был, — проговорил шагнувший ко мне с ножом мой одноклассник Шон. Рыжий пиромант не стал менять образ.

Мне оставалось лишь сказать:

— И ты меня.

Я остановил ладонями, направленный в грудь клинок, пробил коленом в пах, и, вывернув нож из рук, всадил его чётко в висок. Оставил тело у входа, даже ещё ближе к двери положил, чтобы мешал войти. Снял с пояса трофейный нож и направился вглубь ремонтируемого помещения.

Вдоль стен расположились строительные леса. Под потолком на лебёдке зависла связка труб. Тут и там были складированы доски и мешки с цементом. Дальний вход открыт, и в любой момент оттуда могли ударить в спину.

Тройка противников уже приближалась. Я услышал испуганный выдох. Наткнулись на тело.

Три на одного. Но у меня есть теперь укрытия. Поборемся.

Павел Богданов

Андрей Богданов

Я слышал суетливые шаги, понимал, что троица Тадеуша ворвётся прямо сейчас. Метнулся к лебёдке, которая удерживала связку труб под потолком. Сюрприз-сюрприз, ублюдки!

Внутрь уже заскочил первый противник под анонимным аватаром с ирокезом, ушёл в перекат. Следом запрыгнули ещё двое.

Я дёрнул рубильник стопора. Но его заело, конструкция наклонилась. Трубы начали выскальзывать. Стальной дождь обрушился на визитёров. Тадеуш успел вскинуть пистолет, заставив меня упасть на пол. Грохнул выстрел. Пуля ударилась в железную опору над головой и сыпанула искрами, заставив всё внутри сжаться.

Трубы со звоном падали. Одна пробила насквозь грудную клетку парня с ирокезом. Жесть!

Второй нападавший чудом выжил в эпицентре грохочущих труб. Он стоял, не веря своим глазам. Я высунулся из-за ящика, спокойно прицелился в ошарашенного озирающегося противника и выстрелил в грудь. Парень откинулся спиной на трубы и повис с неестественно прогнувшемся назад позвоночником. От одного вида невольно фантомные боли в спине появились.

Остался только Тадеуш. Я взял бластер в правую, нож в левую. Он может попробовать поднять пистолет с тела товарища. Либо же, полагаясь на свои габариты, пойти в ножевой бой. Или у него два пистолета, тогда для меня всё немного печальней.

Злая ухмылка невольно исказила губы.

Я слушал. На полу много мусора и каменной крошки. Сложно пройти бесшумно. Вот Тадеуш сменил позицию. И снова где-то затаился. Я последовал его примеру. Стал высматривать местечко повыгодней.

Из мешков цемента можно сложить хорошую огневую позицию, будь у меня минут семь в запасе. Но их нет, так что придётся работать с тем, что имеется. Порыскал глазами. Нашёл деревяшку. Бросил в бочку вдали, отвлекая внимание. И рванул за небольшой погрузчик.

Лёг на пол и выглянул из-за колеса. Увидел ноги противника. Он резко перебежал и укрылся за штабелем досок. Я использовал Голос и издал бластерное «пиу». Высунулся и занёс пистолет для броска. Только Тадеуш показался, как словил его в грудь и завалился обратно.

Я ринулся с ножом и бросил, когда из-за досок высунул нос пистолет. Ствол спрятался. И когда снова показался, я уже пнул по нему, выбивая. Следующий удар ноги пришёлся в грудь. Тадеуш перекатился через голову, по-медвежьи растопырил руки, готовый встретить меня врукопашную.

Но тут слева раздалось хрипение зомби. Его дружки уже восставали. Он скосил взгляд и пропустил удар в пах. Сразу же последовал тычок в глаза. А потом я схватил с пола арматуру и проломил ему башку.

Дигма это тебе не КП.

Быстро подобрал пистолет. Нож. Ещё нож. Зомби, пробитый трубой, сдвинуться не мог, а вот второй уже бодро ковылял в мою сторону. Огнестрел в его руке был мне очень нужен.

Я взял железный прут и переломал ему ноги, забрав оружие. И тут до меня дошло, зачем было выдавать всем разные пистолеты. Вот у меня тут шесть видов на в руках. Два из них с одной пулей. Я не могу просто вытащить патрон и вставил в другой. Калибры не сходятся. Вынужден таскать два пистолета. Это очень неудобно и усложняет игру.

Итого у меня остался револьвер и бластер револьверного типа. Не перепутать бы. Всё же воздействие разное, с бластера и в ногу убить можно, с револьвера это сложнее. Энерго-патрон и доски бы прошил, пуля бы застряла уже во второй-третьей.

Я быстро ретировался с ангара. На выстрелы стягивались зомби.

Интересно, сколько игроков в живых осталось. Хоть бы таймер какой повесили. Ходи гадай, то ли вас двое на всей карте, то ли ещё пятьдесят человек и надо бояться каждого куста.

Какое-то время шёл без приключения, отмечая следы, капли крови и обрывки одежды, а то и находя стрелянные гильзы.

Услышал испуганный девичий крик и поспешил на звук. На скошенной и вырубленной в зарослях поляне стоял жилой контейнер для рабочих, к нему бежали две девушки, которые спасались от толпы зомби. Сразу узнал их.

Бета подсадила Элен, и та запрыгнула на крышу. Лекарша развернулась, протягивая руку подруге. Девушка ухватилась, но ладонь выскользнула, а следом на неё навалилась сразу пятёрка мертвецов.

Элен откатилась от края, так как они начали прыгать пытаясь ухватиться. Она закрыла уши руками, чтобы не слышать жуткого чавканья, из глаз беззвучно катились слёзы. Всё же одно дело смотреть на зомби по телеку или в клетках на полигоне и совсем другое, когда рядом жрут твою подругу, в нос бьёт смрад потрохов, стоит кровавая запашина, и ты видишь дикий, нечеловеческий голодный взгляд, слышишь сиплые рыки и щелканье зубов.

Я давно заметил, хоть физически большинство видов нежити не самые опасные противники, психологически с ними сражаться многим очень тяжело. Как бы я сейчас сам отреагировал, если бы не то подземелье, где познакомился с Барти? А вот не знаю.

В детстве мне кошмары недели две снились, когда первый раз увидел зомби на улице. В подростковом возрасте как-то убегал от него. Ну как убегал. Он показался на другом конце улицы, и я драпанул в школу вместе со всей толпой учеников, что уже было собрались по домам.

Под эти мыслишки, я залез на дерево, пытаясь придумать план. Знать бы ещё, считается ли убийство зомби значимым действием и стоит ли тратить на него время. Мертвяки стягивались. Их уже было больше десятка. Вот и обглоданная Бета поднялась.

Они начали прыгать и хвататься за край контейнера. Элен держала пистолет за дуло и била им по пальцам рукоятью словно молотком, но она была сильно напугана и просто реагировала на угрозу на рефлексах, не думая о побеге. Да и куда тут убежишь?

Кажется, время отдать должок.

Режиссёрская комната

— Кац, взгляни, — подал голос один из операторов. — Второй «лучик». Ближняя камера. Под пятым номером. Третья минута, как вбежал анонимный игрок.

— Угу. И что?

— Ты в наушниках пересмотри момент. Это засчитываем, как значимое действие или нет?

— Это вот он что сейчас сделал? — спросил Кац.

— Я так понял сэмитировал звук выстрела из бластера.

— Это как, нахрен, возможно? — удивился режиссёр трансляции.

— Я не знаю.

— Проверь логи, — скомандовал он.

— Угу. Уже смотрю. Слушай, всё вроде чисто.

— Закинь их в анализатор, — продолжил Кац.

— Думаешь, читы?

— Ну не читы, но какой-то способ звуковую дорожку имитировать. Оригинально, кстати.

— Программа говорит, всё чисто.

— А он откуда зашёл? Может, у него капсула ломанная. Или задублировался звук выстрела с опозданием. Не мог сервер лагнуть?

— Играет со школьного клуба.

— Кто это вообще?

— Андрей Богданов какой-то.

— Какой-то. Это в школьной сборной новенький.

— У него и брат тут же. Но тот уже из дома играет. Аха-ха-ха-ха. Ты глянь модель, с которой он зашёл.

— Ндауж. Может не из дома, а из музея играет, — усмехнулся Кац. — Не удивительно, что они решили рискнуть. Обоих на контроль. Посмотрим, что за чудеса.

— Так как, значимое действие ему записываем?

— Пишем, пишем. Только карандашом. Но это кандидаты на бан. Первые в этом году.

Павел Богданов

Пара неожиданных компаньонов зашла в музей паровой техники. Внутри гудели кондиционеры. Вдоль стен, под решётчатым полом и на потолке тянулись трубы. Пыхтел разные модели двигателей, работая на холостую. Даже старомодный автомобиль с паровым двигателем мерно тарахтел. Помимо этого по залу были разбросаны разные котлы и прочие причуды. И даже циферблат огромной часовой башни, стоящей в углу, крутился за счёт пара.

Иногда какая-нибудь модель шипела, исторгая струи пара. Лентами была размечена дистанция, на которую не стоит приближаться, чтобы не обожгло ненароком.

С другого входа в зал забежала Моника. Девушка из сборной по КП. Пашка едва успел закинуть Рин в салон авто, и накрыться вместе с ней тентом, который лежал на кресле. Через щель в зеркало заднего вида можно было наблюдать за развернувшимися событиями.

Следом за девушкой забежал Лапа, и в первое мгновенье Богданов даже подумал, что они вместе от кого-то удирают, но парень метнул нож в девчонку и промазал. Потом показался Ликтор и ещё пятёрка игроков. Один выстрелил и попал в ногу.

Моника упала, растянулась и застонала. А потом Лапа добежал и одним движением ножа окончил её мучение.

По два часовых остались у каждого из входов. Остальные подошли к телу.

— Смотри, какая фигуристая, — осклабился Ликтор и пощупал задницу Моники.

Рин рассерженно запыхтела, и Пашка врезал ей локтём под рёбра.

— Может, посмотрим, насколько детально скопировано тело? — подмигнул товарищу Лапа. Он перевернул труп и стащил майку. Ухватился за край лифчика и начал стягивать, но под бюстгальтером обнаружился точно такой же. Парень потянул следующий слой, и под ним опять была ткань.

— Дерьмо, — сплюнул Ликтор.

— Детский режим, — расстроенно протянул Лапа. А потом рухнул как подкошенный. Все заозирались.

И тут цвета по всему полигону мигнули и вылезло сообщение:

Игрок Лапа дисквалифицирован за неспортивное поведение. Команде игрока вынесено предупреждение. В случае повторного нарушения, вся команда будет снята с турнира.

Рин и Пашка переглянулись, выпучив глаза. И в этот миг раздался выстрел. Часовой на входе завалился во внутрь с дыркой во лбу. Другой выглянул на улицу и заорал:

— КэПэшники.

Они все ломанулись прочь.

— Быстрее! — крикнул Пашка, когда ангар опустел, и рванул к телу часового. Выхватил пистолет. Рин перевернула Монику и забрала оружие у неё. Шаги уже были близко. Богданов нырнул под тент и больше ничего сделать не успел.

В зал зашёл Томас, капитан сборной КП. С ним был почти весь старый состав команды. Камышин, Афоня, остальных Пашка не знал по именам. Заметил лишь, что нет Тадеуша. Про него братец тоже рассказывал.

Семь человек против двоих. Ну тут без вариантов.

Рин замерла, держа Томаса на прицеле двух пистолетов.

— И за что же ты убила нашу красотку Монику? — спросил капитан.

— Это была не я.

Парень рассмеялся.

— Мы зашли, и ты буквально стояла над её телом.

Пашка судорожно думал. По одному часовому осталось у обоих выходов. Остальная пятёрка встала полукругом, наставив на Рин оружие.

Андрей Богданов

Не то чтобы тут было много вариантов. Но действовать надо сейчас. Зомби пребывают. И скоро один из них всё же ухватит Элен за волосы или запрыгнет на контейнер сзади, и она не успеет его скинуть.

Я мягко спрыгнул. Используя Голос копировал тупорылое урчание нежити. Мертвечиной от них пока не сильно пасло, и на том спасибо. Я пошатывался и подволакивал ногу, чтобы на непривычный звук никто из них не обернулся. Да и кровью от меня пахнет. Может, не сразу поймут, что живой подошёл.

Пристроился за спину первому зомби и мягко воткнул нож под челюсть. Осторожно уложил его на траву. Пробил висок следующему. Уже замахнулся для удара по третьему, когда Элен, наконец, заметила меня.

— Анд! — воскликнула она, и все мертвяки разом обернулись.

Я простонал от досады и гневно вытаращился на девчонку, вонзив нож в глаз ближайшего противника.

Семёрка зомби ринулась на меня. Я отступал спиной, показывая жестами, что Элен нужно спуститься и укрыться внутри контейнера.

Она кивнула. Только спрыгнула, открыла дверь, и та скрипнула на всю округу. Бета обернулась первой и, довольно заурчав, бросилась к девушке. Вот она настоящая сила дружбы. Даже после смерти оставаться верной.

Я нервно хохотнул себе под нос.

Из контейнера донёсся сип мёртвой глотки, и Элен завизжала, спешно захлопнув дверь.

Так, ладно. У нас КП с ножом. Нужно прорваться до цели, роняя и кромсая мёртвую команду соперника. Я взял разбег и просто сбил первого зомби. Пронырнул под руками второго. Выбил лоукиком опорную ногу у третьего. Бросил через плечо четвёртого.

И тут мне вцепились в лодыжку, я вырвал её, оставив кроссовок в лапах мертвеца. Ну уж нет! Второй раз так бегать не буду. Хватило ночки с пауками. Я выхватил обувку и кинул её Элен.

Сделал колющий шестому зомби, но вместо глазницы попал в лоб, лишь бесполезно распоров кожу. Седьмой вцепился в руку. Я дёрнулся назад, и он оставил глубокий след от ногтей на предплечье. Я зашипел от боли и с перепугу как-то бестолково махнул ногой, тем не менее опрокинул мертвяка на землю. И, наконец, прорвался через заслон и схватил Элен за руку.

— Не потеряй кроссовок. Просто иди за мной.

Я раскрыл дверь и сразу принял на нож шагнувшего зомбаря. Оставил его у входа подпирать дверь. Толкнул внутрь девчонку и сам зашёл следом. Опрокинул пару табуретов и свёрнутый колесом матрац, связанный верёвкой.

— Сюда по одному будут ломиться и мешать друг другу. Тут их всех и положим.

Элен неуверенно кивнула. Приложила ладонь к моей царапине на руке, а потом смущенно одёрнула руку, вспомнив, что здесь исцеление не работает. Вот что значит сила привычки.

На звук стянулось ещё больше зомби, и я понял, план мой — дерьмо. Они так и будут переть, пока кто-нибудь из них меня не куснёт. Я откинул ударом ноги ближайшего, оттолкнул в сторону баррикаду. Разбил табуреткой окно, положил на стекло матрас, чтобы не порезаться, когда вылезать будем.

Мертвяки заходили внутрь. Я опрокинул кровать, отсекая себя от них и водрузил сверху стол. Элен начала вылазить, я вытолкнул её. Следом вылез сам и только тут смог впрыгнуть в кроссовок. Оббежал вагончик и захлопнул его. Пока зомби поймут, как за ручку дёрнуть, успеем свалить.

Мы драпанули с места. Выскочили на тропу. Впереди был ангар. Опасливо озираясь направились к нему. Я, вообще, как сова башкой вертел. Дошли до строения. Даже дыхание восстановить успели.

Изнутри доносились голоса. Мы крались вдоль корпуса. Пытался вспомнить, что внутри него было на карте в лифте, но не смог. Остановил девушку и, узнав говоривших, обернулся на неё. Она молча вопросительно вздёрнула подбородок.

Я не сообразил, как объяснить жестами, и лишь указал «за мной».

Вся надежда только на Меткость. Я вынырнул из-за угла. Часовой на входе сразу же вскинул пистолет.

— Осечка! — прошипел я, вваливая маны. Его пистолет сухо щелкнул, и я выстрелил в грудь. Противник провалился в ангар.

Я ринулся к двери и просто прыгнул внутрь, растянувшись как кошка в прыжке. По двери ударил выстрел. А я перекатом ушёл за большой работающий паровой двигатель. По нему тоже хлестнула пуля.

Я высунулся и пальнул в трубу из бластера. Лазер пробил сразу несколько и горячие струи ударили в моих сокомандников по КП, обваривая их заживо. Раздались душераздирающие крики.

В этот миг паровой автомобиль сорвался со стенда и сбил целую группу, вынеся одного на капоте.

Заскочила Элен, водя пистолетом из стороны в сторону.

— Вот как значит, — раздался крик Томаса. Он спрятался за большим котлом.

— Эх, Томас, — сказал я.

— Анд?

— Да.

— Давай всё решим по-честному, вас много, я в меньшинстве, дуэлью. Один на один. Под моё и твоё слово. Первой хочу стреляться с Рин. Потом твой, я так понимаю, братец. Затем ты, и Элен.

— Давай, если никто не против. У нас лишь пара минут, пока не восстанут зомби. Рин? — я вопросительно уставился на девушку. Она кивнула. — Элен, Пашка, на двери.

Думал, лекарша может заортачится, но она была на удивление покладиста.

Брат попросту подъехал, закрыв машиной выход.

— Двадцать шагов нормально? — спросил я, глядя на Рин.

— Да.

Томас и Рин встали напротив друг друга.

— Пистолеты за пояс, — скомандовал я. — На счёт раз — выхватываете и производите выстрел. Любое попадание считается. Проигравшего добивает победитель, — последнее я сказал немного вопросительно, снова глядя на ментатку, и она опять кивнула. — Готовы? Раз!

Рин даже выхватить пистолет не успела, как упала на пол с дыркой во лбу.

— Охренеть, — тихо проговорил я. Невольно сердце защемило, словно её на самом деле убили. Я шумно выдохнул через нос. — Я второй, — сказал я.

Томас пожал плечами.

— Мне без разницы, только дай пистолет возьму.

— Да пожалуйста.

— Кто скомандует?

— По часам. Слышно же как они тикают. На десятый сдвиг секундной стрелки.

Я подошёл к одному из тел и поднял револьвер. Дуэлиться с ним как-то привычнее.

Тик.

Я смотрел капитану в глаза. Тик. Он насмешливо поглядывал в ответ.

Так.

Это не КП, но он чувствовал тоже превосходство, что и на поле.

Тик.

— Ничего личного, Томас. Только игра.

Так.

— Только игра, Анд, — подтвердил он. — Только соревнование.

Тик.

Так.

Тик.

Так!

Уклон! Я прогнулся пояснице чуть ли не под девяносто градусов. Пуля просвистела над головой. Тело вернулось в исходное положение, и я выстрелил. Томас схватился за живот, и неверяще уставился на меня. Протянул мне окровавленный кулак, я подошёл и отбил. Парень завалился набок и свернулся калачиком, окончательно затихая.

— Лутаемся и сваливаем, — скомандовал я, присел над Рин и прикрыл ей глаза.

Подошла Элен.

— Там был первый раз, — сказал я, зомби уже начинали подниматься. — Это второй, — я ткнул ей пистолет в грудь. — Пив-паф.

Она кивнула. Я вернул ей должок дважды.

Мы быстро собрали снаряжение. У каждого стало по два пистолета.

— Ликтора видели? — спросил я.

— Да. Он жив. У него где-то три-четыре игрока в команде, — сказал брат.

Я кивнул.

— Время поохотиться. Элен, силой не потащу, но будем рады компании.

Девушка молча пристроилась за мной.

Мы покинули ангар и направились к следующему корпусу. Тут уже была расчищенная дорога и деревья пострижены в форме голов зверей.

Я шёл впереди. Заметил примятую траву и немного обломанные ветки у дерева в форме кота. Слишком явно усы сломаны. Зачем так? Дал сигнал компаньонам идти дальше, а сам оббежал дорогу по широкой дуге и увидел странное. Зомби с кляпами во рту были привязаны к дереву. Сквозь кусты, они уже видели двух людей, но сорваться не могли. И кто же должен спустить их с поводка?

Я присел и стал ждать. Появился силуэт в накидке из измазанной зелёной травой белых футболках.

— Стой, стрелять буду, — тихо проговорил я, выходя и уперев пистолет в спину. — Покажи личико.

— Может, попку? — руки скользнули к штанам, начали их опускать, едва показалась тёмная полоска кожи, и тут мне прилетел затылок в подбородок.

Зубы щёлкнули. Кончик языка полыхнул дикой болью. Сквозь звон в башке пролетела мысль: «как же легко обмануть мужчин». Кулак ударился скулу, и по характерному низкому проходу в ноги, я узнал нападавшую.

Ухватил предплечьем под шею, и когда она меня уронила, перекинул через себя ногами. Оказался сверху и сказал:

— Ну привет, Десятка.

Девушка перестала брыкаться.

— Анд?

— Он самый. Как узнала?

— Ты меня всю облапал, пока позицию занимал.

— Неправда, — я встал и поднял пистолет, сплюнул кровь. Всё же прокусил язык. — Хорошая засада. Можем вместе тут порыбачить. Хотя есть идея получше. Взять твоих зомбей и разместить их в комнате страха, дальше по дороге. Со мной Элен и мой брат. Неплохая компашка выходит.

— Я не против, — она сняла свою накидку.

— А чего вдруг?

— Ну в том ангаре моя природная маскировка сработает лучше.

Я рассмеялся.

— Ну да.

Вышел к Пашке и Элен.

Мы схватили пленных зомбей и поволокли к комнате страха. Конечно, это была не комната, а огромный зал. Пока всё осмотрели, чуть по инфаркту не схватили.

Выстрелы на полигоне звучали всё реже. Мы поймали и убили семь одиночек, прежде чем, наконец, клюнула крупная рыба. Группа Ликтора. Сам Зеленоволосый и с ним уже шестеро. Насобирал банду.

Я занял позицию метрах в трёх над полом. Между двух балок укрылся чёрной тканью, чтобы меня было не видно. Остальные с правой стороны укроются в чём-то вроде оркестровых ям. Там колонки стоят, которые жуткие звуки исторгают.

Я услышал голоса и даже дышать стал медленнее.

Зашёл первый человек и вскрикнул от собственного отражения в зеркале. Следом на верёвке на него ринулся вампир в плаще и придурок выстрелил, продырявив куклу.

— Идиот, не трать патроны, — прорычали Ликтор и влепил ему поджопник. Вошли остальные, потешаясь над товарищем.

Я вдруг понял, без своих топовых персонажей, купленных за большие деньги, очень многие нихрена и не умеют играть. Вперёд вышел парень с шаромётом. Он разбил жезлом зеркало, чтобы не мешало и прошёлся по осколкам. Из пола с визгом выскочила ведьма, и он снёс картонной фигуре башку ударом кулака. Следом выбежал робо-аниматор с бензопилой, и его уже повалили и отпинали толпой.

Мигающий в темноте красный тревожный свет и зловещая музыка начали меня порядком бесить. Путь группе Ликтора перекрыла толпа кукол-зомби на нитках и среди них двое было настоящих, но так же подвязанных к потолку.

— Ну и дерьмо, — покачал головой Зеленоволосый.

Идущий впереди бил по башке мертвякам жезлом и ронял их. И вот на очередном ударе, зомби не упал, а дёрнул парня на себя и вцепился ему в горло зубами.

Я спрыгнул сверху, прямо на спину замыкающему и пальнул из бластера прошивая сразу двоих. Остальные наши выскочили сбоку и открыли огонь. Ликтор чудом выжил, по привычке махнул рукой, видимо, призывая какие-то лианы, но естественно они не явились на зов. Он драпанул, врезаясь в декорации.

Я взял нож за лезвие. Особый шик убить его. Но вдвойне прекрасно сделать это холодным оружием. Я метнул нож и тот воткнулся ровно между лопаток парня. Он пробежал ещё шагов пять, врезался в призрака на верёвке и упал на спину, выгнулся от боли, засучил ногами и затих.

Вы успешно прошли испытание. Желаете сыграть экстра-раунд? Лучшие игроки турнира против сборной школы.

— Только мы тебя сейчас проверим, дружище, — услышал я голос, и испуганно дёрнулся. — Всё нормально. Я админ, не бойся.

Вот дерьмо! Как же я влип.

Время вокруг замерло. Все персонажи зависли. Сервер встал на паузу.

— В чём дело? — нахмурился я, глядя на админа. Это был типичный программист лет тридцати семи с причёской как у Супер-Соника и в прямоугольных очках в тонкой оправе.

— Твой фокус со звуком бластера. Как ты его провернул? — спросил мужчина. — Признайся, и наказания не будет. Ты даже войдешь в число победителей.

— Эм… ты совсем, дядя? Я просто научился изображать этот звук. Что в этом сложного? С детства умею. Ну типа-а-а. Пиу! — я использовал Голос.

— Ага. Очень похоже. Круто. Молодец. А давай ты нам ещё это в реале повторишь, чтобы мы убедились.

Я пожал плечами.

— Никаких проблем.

— Сотрудник уже у твоей капсулы.

Привычной последовательностью мысленных команд вжал «выход». Выбрался из капсулы. Тут стоял молодой парень лет двадцати с камерой на голове и в наушниках с гарнитурой.

— Ну давай, пародист. Покажи нам свой бластер, — обратился он ко мне.

— Водички бы.

Я смочил горло, прокашлялся и без использования Голоса попытался повторить.

— Пиу.

Админ хохотнул.

— Нда, парень. А как хорошо шёл.

— Да погоди, — поморщился я. — Не всегда же с первого раза получается. Пиу.

Парень вздохнул и сказал в микрофон:

— Ну вы видели.

— Щас-щас, — я навёл на него пистолет из пальцев и включил Голос. — Пиу!

Он невольно шарахнулся, выдавая рефлексы заядлого геймера. Настал мой черёд смеяться.

— Вопросы сняты? — уставился я на него.

— Э-э-э. Да. Просим прощения за беспокойство, и всё такое прочее. Летайте нашими авиалиниями, или чего там обычно говорят. Пакеда кароч. Не серчай, — он помахал рукой и что-то активно заговорил в гарнитуру.

Я залез обратно и только подключился, как сервер запустился.

— У меня одной лагнуло? — спросила Аманда.

— Нет. Всё нормально, — сказал я. — Меня админы проверяли. Не понравилось им, как я голосом бластер парадирую. Параноики, блин.

— О! — воодушевился Пашка. — А я видел, как одного из ваших забанили. Мы вместе с Рин в музее паротехники были, когда это случилось. Жаль вылетела, — грустно вздохнул он, и пересказал гаденькую историю.

— Да уж, — протянул я. — Моника его убьёт.

— Они такие уроды, — скривилась Аманда. — Буду их гасить на тренировке.

— Был момент, когда я начал нормально к Лапе относиться, — сказал я.

— Парни, что с вас взять, — философски протянула Элен. — Помню, я один случай…

Это она про то, как я стягивал футболку с раненной из арбалета девчонки. Нот там как бы иного выбора не было.

— Эй, — оборвал я её и недобро уставился.

— Молчу-молчу.

— Что между вами двумя? — спросила Аманда как-то странно переводя взгляд с Элен на меня.

Пашка заржал.

— Эй, Бронкс. Думай, прежде чем говорить, — спокойно произнесла Элен.

Аманда подняла руки в знак сдачи.

Перед глазами всплыл пятиминутный таймер на принятие решения по экстра-раунду.

— Кто что думает? — спросил я.

— Да пофиг, — устало бросила Элен. — Если уж дошли, до идём до конца.

По лицу Бронкс читался её серьёзный настрой.

— Если не хочешь выиграть, зачем вообще начинать играть, — сказала она. — Я в деле.

У Пашки я не спрашивал. Мы же братья.

Мы все нажали подтверждение, а потом случился перенос. Мы оказались в чёрной комнате со слабой подсветкой, и были тут не одни.

— Мбаку! — удивлённо воскликнула Аманда. — Ну ты и везунчик.

— Это точно, — осклабился парень, демонстрируя белозобую улыбку. — Это чистейшая удача. Я вам клянусь, я просто бежал, стрелял, кричал и снова бежал в ужасе. Ноль осознанных действий. Я не знаю, как я выжил.

Саманта Агаян тоже оказалась здесь. Я подмигнул ей. Она непонимающе сощурилась. Потом глянула на Пашку, и пазл сложился. Девушка заулыбалась и подошла, положила мне и Аманде руки на плечи и устало выдохнула, оперевшись на нас.

— Я так вымоталась. Сама не знаю, зачем согласилась на доп.

Последнего победителя никто из нас не знал. Парень выглядел лет на двенадцать.

— Я Ти Джей, — сказал он. — Всё нормально, мне четырнадцать, — пацан скрестил руки на груди. — Я профи. Можете на меня положиться, — с детской непосредственностью заявил он.

— Раз-раз, — раздалось отовсюду. — Ребят. Сейчас будет знакомство команд.

Я узнал голос. Тот же парень, что проверял меня у капсулы.

— Старички решили нас запугать, — сказал я своим. — Морды кирпичом держим.

Элен состроила возмущенное лицо.

— И лица тоже, — поправился я и закатил глаза. Девчонки.

Семёрка игроков возникла разом. Часть из них была мне знакома.

Я помахал Любаве. Как-то в голове не укладывалось, что скромная и вечно в запаре девушка из клуба член сборной. Думал, так просто помогает. Одета в облегающий обтекаемый костюм. Волосы собраны в хвост. Она немного растерялась, увидев меня, но всё же ответила на приветствие.

Уж кого не ожидал здесь увидеть так это Тора. Комментатор, который в реале тоньше револьверной мушки, тут излучал самоуверенность. Уложенные гелем волосы, солнцезащитные очки. Ботинки с высоким голенищем и плащ.

Я перевёл взгляд на следующего и даже немного моргнул. Это был Томас. Только брюнет.

Парень засмеялся, увидев мою реакцию.

— Привет, плюшевые. Я Энди, капитан сборной по Дигме. Впрочем, все вы это и так знаете.

— Первый раз слышу, — тут же сбил я его спесь.

Он сделал вид, что не заметил и продолжил как ни в чём не бывало.

— И да, мой непутёвый братец выбрал презренный путь реальной жизни и капитан команды КП. Быть лидерами у нас семейное. Давайте знакомиться. Это Годрик.

Он кивнул на парня стриженого под монашеского послушника. Я этого чудика периодически видел, и всегда думал, что он какой-то… будто ему призраки постоянно на ухо шепчут. Вечно в наушниках и головой качает. Даже сейчас выглядел так, будто человеческая речь ему чужда.

— Это Браво.

Типичный командос. Квадратная стрижка. Зеленые штаны. Камуфляжная футболка. Квадратная челюга.

— Это Тайлер. Бывший капитан. Но поскольку он выпускается, передал полномочия мне и мудро не во что не вмешивается. Ну почти, — Энди улыбнулся.

— Какие-то проблемы⁈ — уставился на меня Тайлер.

Он старший брат Ликтора. И вроде даже не такой говнюк. Они и внешне не очень похожи.

Я покачал головой.

— Ну и наша звёздочка, — продолжил Энди. — Представлять, думаю, не надо.

Элен даже фыркнула на этих словах. Софи была главной у чирлидерш. Многократная мисс школа. Девушка Тайлера. Красотка. И просто отменная стерва. Элен она невзлюбила давно, так как чувствовала в ней конкурентку последние четыре года. А в этом году, моя одноклассница может полноценно с ней посоревноваться во всяких конкурсах мисс всякая фигня, так что Софи глядела на неё сейчас как на пустое место.

— Я понятие не имею, что нам приготовили, — сказал Энди. — Лишь попросил поставить в равные условия всех. Так что только личный скилл, только хардкор, плюшевые. И заранее прошу прощения. Годрик у нас любит стрелять по коленям, так что игра для вас будет не очень приятной. До встречи за секунду до вашей смерти.

Семёрка исчезла.

А затем и нас всех перенесло в край локации в абсолютно пустой ангар.

— Кобура появилась, — заметил Пашка.

Экстра-раунд.

Стадия первая «Заготовка патронов».

Вирус «Морфей» мутировал в телах и второй раз поднял к жизни даже тех зомби, у которых повреждён мозг.

Время на придумывание стратегии:

9:59

9:58

9:57

— Что это значит? — спросила Саманта.

— То, что здесь двести восемьдесят зомби на четырнадцать игроков, — проговорил я.

— Заготовка патронов, — задумчиво повторил название брат. — Сдаётся мне, кобура появилась у всех. В том числе и у зомби.

— И кто запасёт больше патронов, тому проще будет перестрелять противников, — сказала Аманда.

— А вот это не факт, — встрял Ти Джей. — По сто сорок зомби на группу.

— Двадцать на человека, — размышляя о чём-то между делом, сказал брат. — Нас сметут. Большую часть искусают.

— Нужен капитан, — подала голос Элен. — У них есть лидер, который примет решение.

— Предлагаю себя, — сказал Ти Джей. — Хотя понимаю, вы не выберете. Но я хороший игрок.

— Это не важно, — сказала Аманда. — И если ты этого не понял, то не готов.

— Я пас, ребята, — поднял руки Мбаку. — Хотя, если хотите все вместе просто бегать по карте и орать…

Все заулыбались.

— Я не готова на себя взять ответственность за всех, — подала голос Саманта.

Все почему-то посмотрели на меня.

— Нужно выбрать Пашку, — сказал я.

— Почему? — спросил он.

— О чём думаешь? — вопросом на вопрос ответил я.

— О том, как бы поступил противник.

— И как?

— Они так же оказались в пустом ангаре. На их месте, самого быстрого бы отправил бегать по карте и отвлекать внимание зомби, чтобы отсечь часть самых резвых и наслать их на нас. Одного послал бы наблюдать за нами, чтобы изучать и показать своим, где мы, когда они сами перебьют всех зомби. Они сейчас не треплются, пятёрка свободных игроков уже нашла ближайшую точку пригодную для обороны и спешно возводит укрепления и делает оружие.

— Голосуем за капитана, — объявил я. — На счёт раз, показываем пальцем. Раз!

Я, естественно, указал на брата. Мбаку на Аманду, чем удивил девушку. Аманда на меня. А вот остальные на Пашку.

— Командуй, — улыбнулся я.

— Для начала изложи свой план, если бы ты был кэпом.

— Океанариум в центре.

— Почему? — больше для остальных, чем для себя спросил брат.

— Куча воды. Зомби так себе пловцы. И к тому же это лучшее место для боя с игроками. Там есть шанс всё свести если не к ничьей, то уж точно к такой победе противников, после которой они не почувствуют удовлетворения.

Брат кивнул и сказал:

— Так, Чёрненькая.

— Я Аманда.

Я усмехнулся, порезал палец и вывел ей десятку на спине. На белой ткани отобразилось хорошо.

— Десятка, — продолжил брат. — Головной дозор. Ты, — ткнул он в Мбаку. — Замыкающий. Всем сдать ножи, — он вытащил пистолет и передал взамен холодняка Аманде. Я тоже обменял ствол на нож Элен. — Всё. Бегите в океанариум. Занимайте позиции по возможности оборудуйте. Подготовьте материал для баррикад. Мы вас нагоним.

Отряд драпанул с дикой скоростью.

— Давай, брат, твори свою магию крафта, — сказал Пашка.

Мы заглубились в лес, и я быстро нарубил семь подходящий древков для копий.

— Всё, бежим, закончим внутри, — сказал Пашка.

Мы схватили деревяшки и рванули, пока дорога свободна. Двери круглого купола закрыли, но от орды зомби это не спасёт. Внутри было множество бассейнов и два огромных аквариума почти под самый потолок, где плавали акулы, медузы, черепахи, кого там только не было.

— Русалки! — воскликнул Мбаку. — Охренеть! — он схватился за голову.

Расстарались разрабы. Спасибо им. Русалки пока прятались в кораллах и за водорослями.

Я поручил брату разбирать ножи, он раскручивал болты и разъединял рукоятку на две части, вынимая лезвие. Я пока делал пропилы в древках.

— Сеть мне вон ту вытащите! — заорал я. Время утекало.

Я вставлял лезвие в пропил, потом обвязывал плотной нитью из распущенной сети. Поскольку работало семь человек, вышло сделать быстро.

— Впечатляет, — сказала Саманта. — Прям как тогда на обороне школы.

— Это Анд всем и сделал оружие, — сказала Элен.

Кто был не в курсе, те посмотрели с удивлением.

— А в новостях…– начал было Ти Джей, но сразу осёкся под нашими взглядами. — Наврали, получается.

0:01

0:00

Испытание началось.

— Хватит болтать, — сказал Пашка. — Нам нужно выиграть время. Брат, не хочется подвергать тебя опасности, но ты должен доставить двух самых крупных крокодилов к дверям.

— Каким образом?

— Не знаю. Я только командую, — усмехнулся он.

— Дайте пару минут, — прорычал я и направился к крокодилам. В нашей реке они водятся, но почти никогда не заплывают в город. Их отстреливают, так что им проще ловить животных и всяких монстров за городом на мелководье в запруженных оттоках и мелких озерцах.

Я подошёл к краю бассейна, где зубастики загорали под лампами. Мне спустили мостки. Парочка хищников драпанула в воду. Один матёрый самец со шрамами на морде сразу уверенно начал взбираться.

— Кыс-кыс-кыс, — манил я.

Рептилия едва выбралась и сразу взяла разгон. Меня спас только гладкий пол, на котором она проскальзывала, иначе бы я бы не успел использовать Уклон, и крокодил вцепился бы мне в ногу. Я ещё дважды активировал навык, пока не выскочил в двери вместе с преследователем. Там резко завернул налево. Зубастый проскочил вперёд. Я зашмыгнул обратно и закрылся.

Второй крокодил был поспокойнее. Его вывели наружу по дорожке из кусочков лакомства.

— Тот вход заваливаем полностью, — сказал Пашка. Камнями декоративными. Всеми этими пластиковыми рифами и прочим. Оборону держать будем с одной стороны.

Зомби уже были слышны и судя по жуткому звуку, все сто сорок пожаловали в гости.

— Как они так быстро добрались? — спросил я.

— Происки противников, — пожал плечами брат.

Урчание, рык и сипение сливалось в одну ужасающую какофонию. Не верилось, что это просто толпа мертвецов. Сразу чудился лич, стоящий за их спинами.

Саманта начала делать дыхательное упражнение.

— Могу помочь, но тебе не понравится, — сказал я. — Два способа. Один звонкий, второй прохладный. Тебе какой?

— Любой. Иначе меня паническая атака сейчас накроет.

Мы стояли у края аквариума с карпами и прочими переливающимися красавцами.

— Закрой глаза, — сказала я, и едва девушка это выполнила. Я толкнул её.

Она ушла с головой под воду и резко вынырнула. Я протянул руку и вытащил её. Элен лишь покачала головой.

— Сработало, смотри-ка, — заметила Аманда, поняв мою задумку. А раскрывшая было рот для гневной тирады Саманта, лишь выпустила воздух. Я подмигнул и отвернулся. Вода очерчивала все детали тела, и не хотелось смущать девушку.

Зомби начали биться в двери.

— Элен, лезешь на высокие бассейны, — скомандовал Пашка. — Ти Джей. Будешь кидать ей пистолеты. Элен, ты их сортируешь и набиваешь магазины, барабаны и всё прочее, что там будет. Остальные гасят зомби. Анд, вычисли их наблюдателя и убей, — он передал мне на выбор беретту или бластер в футуристичном исполнении. Я взял последнее.

— Мы тут сами. Но противники не должны ничего о нас знать до первого контакта.

Я кивнул и направился во внутренние помещения. Нашёл вентиляцию. Тут она была очень широкая. Снял решётку и пополз. Здесь звуки зомбячьего сборища звучали ещё хуже, отражаясь от металлических стенок воздухопровода. Чудилось, что вылезешь не на улицу, а куда-то на берег Стикса, где тебя будет поджидать Харон.

Считать мертвецов даже не пытался. Сотни полторы точно.

Я нашёл ответвление, где поспокойнее и выбил решётку. Спрыгнул с высоты второго этажа на мягкую траву. Поднялся по пожарной лестнице на крышу и лёг наблюдать.

Зомби бестолково бродили вокруг. Я видел несколько искалеченных крокодилами. Сами рептилии давно сбежали, и унесли за собой на хвосте немного мертвецов.

Те, что уже были убиты и восстали выделялись своей более ломанной походкой. Они словно просто пытались быть зомби, а не являлись ими, как плохие актёры массовки в кино.

Вот один особо грязный и уродливый мертвяк нашёл дверь и начал ломиться в неё. Остальные, словно почуяв слабину металла в этом месте, рычали и долбились. Мягкий метериал начал выгибаться, ещё больше раззадоривая нежить.

Я наблюдал. Этот самый грязный уродец, похоже, был умнее прочих. Он нашёл и вторую дверь. Только там всё равно всё напрочь забаррикадировано. Зомби уже согнули первое дверное полотно и с минуты на минуты ворвутся.

Я скользил взглядом по всем возможны укрытиям на горизонте. Может, брат ошибся и нет никакого наблюдателя? Или он уже внутри океанариума. Успел раньше нас. Сидит в каком-нибудь закутке вентиляции, всё видит и всё слышит.

Грязный уродец, почувствовал, что сейчас поток зомби затянет его внутрь здания как водоворот, и поспешил прорваться к краю толпы, а потом и вовсе выпал на землю. За ним манёвр повторили ещё парочка умных тварей. Вот ведь инстинкты у некоторых.

Я выдохнул и сжал рукоять пистолета, зомби хлынули внутрь.

Павел Богданов

— Бей в башку! — заорал Пашка, нанося удар копьём под челюсть. — Не отступать!

Если уж ноги работают, на них нужно стоять крепко. Он сжал зубы, одёрнул увлёкшуюся Аманду с траектории укуса зомби.

— Медленно отступаем к бассейнам с пираньями и яме с крокодилами. Сами не упадите аккуратно, — Парень подхватил под локоть Саманту, от страха тело её не очень слушалось. Она била на рефлексах, но по глазам видно, разум покинул оболочку и вернётся, когда весь этот кошмар кончится.

Зомби хоть шли по телам своим павших.

— Тут можно не целиться. Просто сбивайте их в воду, — рулил ситуацией Пашка. Он ткнул копьём в плечо кудрявой девчонке и чуть не отпустил древко. Это когда-то была Лупита. «Почему же ты не сказал, что тоже участвуешь?», — пронеслась мысль. Сердце кольнуло, но парень упёрся в древко и сбросил зомби к пираньям. Она ещё упала так кинематографично. Вода забурлила, окрасилась в красный. А мёртвое лицо девушки, всё так же оставалось на поверхности и немигающе смотрело на парня. Волосы распустись по воде. «Какие красивые», — не месту подумалось ему, и он моргнул укус. Всего лишь мелкий клочок кожи вырвали из ладошки, но парень уже был заражён. «Надеюсь, хотя бы успею отбить атаку».

Пераньи быстро насытились, и больше не атаковали падающих зомби. Большинство тварей не тонуло, а за счёт бестолкового бултыхания хватались за края бассейна. Крокодилы тоже быстро наигрались и выдохлись в своей агрессии, оставались лишь русалки и акулы.

Увидеть, как охотится русалка.

«Я и мечтать о таком не мог».

Андрей Богданов

— Порохом прижгите, — сказал Аманде. Она заторможенно перевела взгляд, а потом сообразила и уцепилась мне в ноги.

Все трое дёрнули меня в миг, когда акула сбила почти опередившую её русалку и вынырнула из воды. Это было так громко и резко, что меня оглушило. Удар вышел стремительным. Даже понять ничего не успел.

Зубы. Огромные. Неестественно большие. Рывок. Меня окунуло в воду, но тут же вытащили назад. Холод влаги. Запах странный. Наверное, так пахнет море.

Испуганный взгляд Элен. Рефлекторно дёрнулась ко мне. К моей руке. К тому, что от неё осталось. Красная от крови кость, обрывки мяса.

Я перевёл отупевший взгляд на брата, и увидел приближающуюся рукоять пистолета. Звон в ушах. Глухие далёкие голоса.

— Сыпьте больше, — говорил кто-то. И тут же стрелял из бластера.

Снова раскрыл глаза. Руку окунули в порох, словно кусок мяса в перец. Пустые гильзы лежали рядом.

И снова удар по голове. Темнота. Затихающие выстрелы на фоне.

— Они больше не лезут по лестнице.

— Выучились.

Резко открыл глаза от вспышки боли в руке. Пороховая гарь обожгла ноздри. Учуял запах крови и горелого мяса. Поднял взгляд на Элен. Она стояла со странным длинноносым ружьём, наставив его на меня.

Неужели не помогло? Неужели я обернулся зомби?

Я не мог оторвать взгляд от её пальца. А он прожимал спуск. Она выстрелила.

Я вздрогнул. Но не было хлопка, лишь сухой щелчок механизма. Дротик мягко воткнулся в грудь.

— Этим русалок усыпляют, — донёсся искажённый деформированный голос брата. — Ты уверена, что на человеке сработает?

— Я лекарь. Не забывай.

И на этот раз глухая безликая тишина забрала меня к себе надолго.

— Анд, ты нам нужен. Просыпайся. Анд!

Шлепок по щеке. Брызги воды в лицо.

Я открыл глаза. Мне сунули бутылку воды. Осушил её разом. Посмотрел на руку. Кисти не было. Предплечье было замотано. Болело очень сильно. Причём сразу во всех спектрах. Обычно можно определить отчего больно, от холода или жары, от рези и пульсации. А тут словно все виды боли сплелись в тугую косу и поселились кисти. Точнее, в её основании.

— Ты как? — спросила Элен, заглядывая мне в глаза.

— Где брат?

— Отыграл своё. Но напоследок увёл почти всех зомби из океанариума. И Саманта тоже уже не с нами. Только такой псих как ты мог выжить после укуса.

— Если бы у тебя страховки не было, ты бы тоже держала этот вариант в голове, — устало ответил я, пытаясь подняться. Меня посадили.

— Нас осталось трое. Враги на подступах. И их шесть. Никаких потерь при отражении атаки зомби, они не понесли.

— Откуда информация?

— Мы видели их, — сказала Аманда. — Они предложили сдаться, чтобы мы не мучались и избежали смерти. Просто вышли из игры. Дали время на раздумья. Хотели, чтобы мы промариновались тут среди трупного смрада, крови и с прекрасным ковром из зомби.

Я оскалился.

— Подними меня, — протянул руку. Девушка рывком поставила меня на ноги и придержала, когда пошатнулся. — Знаете, почему они вообще начали этот разговор?

— Почему?

— Оглянитесь, — я обвёл рукой пространство. — Здесь можно стрелять зомби в упор. Но в перестрелке с людьми, непременно попадёшь в аквариум. Или, скажем, раненный соперник спрыгнет к крокодилам, и не видать тебе значимого действия. Пока нас ведь зомби выиграли, а не Энди и Тайлер, например. Так что, они понятия не имеют, как нас аккуратно выкурить.

— И что ты предлагаешь? — спросила Элен.

— План мой жесток, сложен и безумен. Нужно два акваланга и два трупа зомби похожих на вас. Погружаем их куда-нибудь в складки рифов, чтобы через стекло было виден кислородный баллон, цвет пряди и кожи. И пусть вытаскивают их, как хотят. А вы сбежите через вентиляцию, только сразу не вылезайте. У них сейчас оцепление вокруг океанариума. Но им придётся его снять. Так что вы пока затаитесь, а потом сбежите. Если останутся выжившие, добьёте.

— Ну с Элен проще, — сказала Аманда, показывая на труп Саманты.

— Мы вообще с ней непохожи! — возмутилась одноклассница и уставилась на меня.

— Блондинки обе, — сказал я. — А лицо и фигуру костюм аквалангиста спрячет.

— Она немного подкрашивает волосы, — фыркнула Элен.

— Не беси, — сказал я. — Быстро ищите костюмы. Я пока выпущу сытых крокодилов. Может, кто из них захочет погулять.

— Ты хоть спуститься-то сможешь? — скептически посмотрела на меня Элен.

— За каждым успешным мужчиной, — прокряхтел я, хватаясь за ступеньку целой рукой. — Стояла женщина с вот таким выражением лица, как у тебя сейчас.

Аманда только и делала, что переводила взгляд с меня на Элен и пыталась сдержать улыбку.

Я начал осторожный спуск и с горем пополам всё же осилил его. Затем сбросил крокодилам мостки. Выбрал местечко получше между двух аквариумов под самый потолок, хорошенько перемазался в крови, стянул повязку и лёг на пол среди тел зомби. Хрен кто подумает, что вот это тело без руки — живой игрок.

Я наблюдал, как девчонки выполняют все поставленные задачи.

— А как мы спустимся в воду, чтобы их спрятать? — спросила Элен. — Нас же сожрут.

— Ц, — закатил я глаза и поднялся. — Кораллы вокруг тела сделайте и спустите. Декорации сами труп на дно утащат. В крайнем случае, привяжите ещё и камень, их тут тоже в достатке. А акулы и русалки, пытающиеся сожрать тело, придадут достоверности.

Я откинулся на спину. Спустя какое-то время услышал бульк и повернул голову. Домик из полимерных декораций спускался на дно. Ударился о песок, подняв взвесь и распугав мелких рыбёшек. Следом вторая такая конструкция оказалась в другом аквариуме.

Девушки уползли в вентиляцию, и всё затихло. Мимо прополз крокодил, но он не обращал внимания на тела вокруг, а просто изучал территорию, так что я его совершенно не боялся.

Мой взгляд поймала русалка, выглядывающая из водорослей. Я улыбнулся ей. Колышущиеся стебли прикрывали нагое тело, заставляя додумывать картинку.

Со скрежетом отъехала дверь. Я смотрел сквозь ресницы. Издали всё равно не увидят ничего. Первый противник зашёл внутрь и тут же выстрелил в крокодила у входа. И зачем?

Раненая рептилия кинулась на него, и он высадил в неё весь барабан, вывалился наружу, где хищника встретил более плотный огонь. Раненные зомби ползли на звук. Да и редкие уцелевшие оторвались от трапезы и направились встречать гостей.

Вскоре канонада заглохла, и в зал вбежал Тор. Укрылся за одним из элементов баррикады у дверей. Свистнул. Тут же запрыгнула Любава и перекатом ушла за груду тел. Прикрывая друг друга, сменили позицию и начали обследовать зал.

Прошли всё до конца. Но никого не найдя, встали по обе стороны от входа во внутренние помещения. Свистнули. И через какое-то время в зал ворвался Браво.

Все его движения были отточенными. Технически верными, но совершено не анатомическими, скорее, как у робота, абсолютно деревянными.

Жаль с моей позиции не слышно, о чём они совещаются. Браво тоже всё осмотрел. Вышел, доложился начальству. Вернулся, и тогда троица обшарила внутренние помещения.

Но не найдя никого и там, они прибегли к помощи капитана. Браво ушёл, его место занял Энди.

— Вы слепошарые, что ли? — спросил он. — Вон же! — он указал на аквариумы. — Хитро.

— И как нам их вытаскивать оттуда? — спросил Тор.

— Да уж не на удочку, — задумчиво проговорил Энди. — Надо было сразу их штурмом брать. Зря дали время на подумать.

Наконец, все шесть противников собрались и устроили мозговой штурм.

— Я даже не знаю, сколько патронов понадобится, — сказал Энди. — Ну ладно акулы. Как-нибудь убьём. Но русалки. Они же на поверхность не сунуться, а в воде скорость пули чуть быстрее обожравшегося кота вальяжно шествующего на свою лежанку. Только в упор кого-то поразить можно.

А вот сейчас будет весело. Если ребята, конечно, как я не читали книги разработчиков Дигмы. Я помню главу, когда к разрабам пришёл начальник береговой охраны и пожаловался, что новобранцы не понимают принципы работы оружия по воде и под водой. Тогда сценаристы сильно озадачились физикой пуль в воде, чтобы она досконально соответствовала реальной.

Выехали с этим самым подразделением за территорию, под стены города. И две недели «работали над игрой». Часть из них потом сразу госпитализировали. Всё же береговая охрана люди крепкие, могут две недели подряд на ученьях выдержать. А разрабы оказались слабы на печень.

Так вот я прекрасно помню впечатление одного из сценаристов. Когда пули, пущенные под острыми углами, не заглублялись в воду, а превращались в блинчики и описывали такие вензеля, что страшно становилось всем. Рекордный рикошет от воды пролетел четыреста пятьдесят метров. Выстрел был произведён из кольта, коих на данном испытании в достатке.

— Тор, Браво, — скомандовал Энди. — Мы прикрываем сверху. Вы друг друга под водой. Возьмите по два пистолета на всякий случай. А лучше по три. С камнем быстро достигните глубины, и, если что, отстреливайтесь в упор.

Любава, Софи, Тайлер и капитан равномерно распределились вдоль края бассейна. Я подмигнул русалке, что так и подглядывала из зарослей водорослей. Интересно, разрабы их разумными сделали и ближе к животным. В реале-то всякие попадаются.

Акула, лишившая меня кисти, уже поднялась, рассекая плавником поверхность.

— Может, акваланги найдём. — предложил Тор. — Всё же глубина тут метров двадцать или больше даже.

Они ушли шарить во внутренних помещениях, а потом Браво пришёл доложиться Энди.

— Голяк. Все костюмы порезаны. Все баллоны пробиты.

— Ну так ныряйте. Что делать, — махнул стволом Энди.

Браво взвесил в руках берету и револьвер. Заткнул первый пистолет за пояс, а из второго прицелился в плавник. Акула то ли сама почуяла, то ли русалка ей сигнал послала, но хищница резко нырнула. Игрок выстрелил. Пуля станцевала балет по поверхности воды и угодила Тайлеру в ногу. Парень упал, ударился затылком и соскользнул в аквариум.

Софи едва успела схватить его за шиворот и дёрнуть назад. Акула вынырнула, но лишь щёлкнула челюстями, окатив игроков водой и напугав до пердечного сриступа.

Тайлер материл на все лады Браво, а тот лишь пожимал плечами и пытался оправдаться. Я внутри посмеивался. Это только цветочки.

Они всё же догадались сделать какие-то гарпуны из швабр и прочих приспособлений. Я бы уже давно полноценную пушку собрал из кусков стальной трубы и саданул по акуле картечью.

Любава и Тор нырнули. Акула явилась проверить их нервы на прочность, накололась на два гарпуна и отплыла, пошла на второй заход и сломала эти игрушки. Девушка выстрелила из беретты, и хищница отступила, кровоточа и отплывая. На неё уже посматривали товарки поменьше.

Парочка получила в руки камни и начала быстро идти ко дну. Тут из водорослей вынырнула русалка и очень неспешно и изящно поплыла. Тор засмотрелся на женские прелести и так бы и не вспомнил про пистолет, если бы Любава не ударила его.

Парень поднял кольт и выжал спуск. Русалка шарахнулась в сторону. Вслед за этим из зазора между барабаном и стволом вырвалась струя раскалённого газа. Тор вскрикнул, выпуская стайку пузырей, из руки разошлось облачко крови. Пистолет пошёл на дно.

Мелкие акулы ринулись на запах еды.

Любава побоялась стрелять после увиденного и начала спешно подниматься. Тор грести не мог из-за болевого шока и травмированной руки. И его стали бортовать носами, пихать, покусывать. Поняли, что дичь уже никуда не денется и начали с ней играть.

Когда девушка всплыла, Тора уже рвали на части.

И это им ещё повезло. Если бы ствол разорвало, досталось бы и Любаве.

Девчонку вытащили из воды и завернули в полотенца, притащенные из раздевалок работников. Её одну мне жалко. Надеюсь, она не затаит обиды.

— Что произошло? — насел на неё Энди. Она спутанно пыталась объяснить.

— Зазор, — дошло наконец до Тайлера. А брат Ликтора не дурак. — Всё из-за сраного зазора в револьвере. Кто-то из этих девчонок отличница по физике.

— Ныряем в воду без револьверов. Давайте ребят. У нас осталось… четыре с половиной человека.

— Эй. Я в порядке, — возмутился Тайлер. — Дайте мне камень и нырну.

— Ещё чего. На твою ногу сразу среагируют. Кровь будет контактировать с водой и будоражить акул. Так, давайте ещё попробуем шаромёт и бластер. Любава, раз уж ты и так мокрая.

— Хорошо, — кивнула девушка.

— Акулы и так уже вошли в раж. А я хотя бы не запаникую под водой, — сказал Тайлер. — И вообще. Ты капитан, только потому что я так решил, так что дайте мне сраные чаромёт и бластер. Любава, держись сзади. Я доведу тебя до цели, а ты убьёшь эту… как её, блондинку.

Тут я чуть не заржал. Не знает он, как же. Весь из себя крутой, а из-за Софи приходится такие нелепые сценки разыгрывать. Что с нами творят женщины. Просто ужас.

Белая акула, кажется, оправилась от прошлой стычки и уже рассекала поверхность своим спинным гребнем. Тайлер вскинул бластер и засадил точно под плавник, прошив её насквозь. Она нелепо забилась, и пошла ко дну. На кровь тут же слетелись все рыбёшки в том числе и акулы поменьше.

Тайлер не стал терять драгоценные мгновенья и нырнул с камнем. Следом прыгнула Любава. Они быстро стали уходить на дно. Акулы на них не реагировали, им было чем заняться. А вот русалка неспеша поплыла, зная, пороховые хлопушки опасны лишь на расстоянии вытянутой руки.

Бедняга Тайлер. Он и на секунду не мог задержать взгляд на русалке. Софи бдит. Парень выстрелил из жезла. Шаромёт в воде работал лучше. Его не разорвёт от давления. Но снаряды в нём не свинцовые, а металлические, к тому же круглые. Быстрее теряют скорость. Хотя изначально пролетают чуть дальше. Шарик попал русалке в плечо, и она резко развернулась, оставляя в воде красный шлейф.

Но тут явился русал, который до этого где-то прятался. Этот был довольно уродливым, с рыбьими глазами и пастью, полной острых игольчатых зубов. Он ударил Любаву хвостом, просто не позволяя ей подплыть на расстояние выстрела к трупу Саманты.

Тайлер пришёл на помощь. Вскинул бластер. И я внутренне возликовал.

Бластер ведь стреляет не лучом света, не какими-то фотонами, а сгустком плазмы, которой в жопу кололи космические анаболики, в полёте она удерживается магнитным полем.

Вода вокруг двух выстрелов и на траектории их полёта вскипела. Заряд, попавший в русала, вызвал микровзрыв. Водного гуманоида вмиг разорвало, а Любаву накрыло ударной волной. Девушка словила гидравлический удар, выпустив воздух из лёгких. Сам Тайлер закрыл глаза, получив ожог сетчатки от взрыва и ультрафиолетового свечения плазмы.

И в этот миг второй заряд попал в баллон. Плазма и кислород устроили страстный танец и рвануло так, что порвало и Любаву, и русала с русалкой.

Сам Тайлер контуженный погрёб наверх с одной ногой. Крепкий орешек. За ним нырнула Софи и выволокла его на поверхность. Его уложили на подстилку из полотенец. Из боя он выбыл.

Вот и пригодились ночные бдения над книгой.

Энди схватился за голову.

— Что за гадкие новички нам попались. Мы просто ужасно будем выглядеть на записи. Надо договориться с оргами, чтобы не публиковали.

— Нам ещё эту Аманду доставать, — напомнила Софи.

— А вы вентиляцию проверили? — спросил Тайлер очень громко, было понятно, что он ничего не слышит. — Может, там ещё кто выживший спрятался.

— Нет. Не проверяли, — сказал Энди, а потом помотал головой и жестами продублировал Тайлеру.

Брат Ликтора разочарованно поджал губы.

— Софи, Браво. — скомандовал Энди. — Проверьте.

А это уже плохо. Хотя, надеюсь. Девчонки успели свалить. А может, их и не найдут. Слишком уж сеть там разветвлённая.

— Может, лучше зомби туда запихнуть и закрыть решетку, — сказала Софи, явно не горя желанием ползать по замкнутому пространству с перспективой увидеть чёрный провал пистолетного дула за ближайшим поворотом.

— Да где их щас наловишь. Да и слишком много их понадобится для эффективности, — покачал головой Энди. — Не сачкуйте. Вперёд!

Браво уже сложил руки ступенькой у ближайшей решётки.

— Ты такой джентльмен, — попеняла ему Софи. — Сам первый лезь. И вообще, в подсобных помещениях есть вход попроще и пониже.

Браво ничего не ответил, прыгнул и уцепился за решетку. Дёрнул ногами, проворачивая тело и смещая её из пазов, и упал с ней в руках, мягко приземлившись на ноги. Отбросил её в сторону. Прыгнул, уцепился за край входа. Снизу его за ноги подтолкнула Софи, и он скрылся внутри.

— Браво, сам справишься? — спросил Энди.

— Есть, сэр. Так точно, сэр, — наигранно отозвался он.

— Хорошо. Я нырну, а Софи последит тут за всем.

Энди перешёл ко второму аквариуму, так же как Тайлер подстрелив из бластера молодого самца касатки, отвлёк на него всех остальных. Откинул опасное под водой оружие и прыгнул с очень тяжелым камнем, мгновенно пойдя на дно.

Раздался выстрел в вентиляции. Отраженный от металлических стен он звучал как взрыв.

— Эй, Браво! — окликнула сокомандника Софи.

И тут из вентиляции ей на лоб, капнула кровь. Она стала похожа на индуску с архивных записей.

Даже глухой Тайлер после контузии соображал быстро. Выхватил два пистолета и стал простреливать вентиляцию. Пока в одну из дырок от пуль не начала стекать кровь.

Я прикрыл глаза и шумно выдохнул. Ну зачем они остались? Я даже уверен, это любопытная Элен. Аманда, наверняка выполнила всё по плану. Я её уже немного изучил.

Ладно, пора это всё заканчивать. Я выстрелил Тайлеру в затылок.

Софи запоздало повернулась на звук.

— Позвони мне, — прикололся я, и трижды выстрелил в левую часть груди. — Ведь я навсегда в твоём сердце.

Повернулся к аквариуму. Встал в полный рост. Энди уже выполнил свою бесполезную миссию и застрелил труп зомби. Не знаю, понял ли подвох. Но когда увидел меня за стеклом, глаза его расширились.

Я навёл пистолет, и парень замотал головой.

— Это была славная игра.

Я выстрелил.

Пуля впилась в стекло будто муха в лобовое, размазалась по нему серой кляксой. Из-под неё проступила капелька. А по стеклу от точки попадания начала расходиться паутина трещин.

Энди развернулся и погрёб, словно это могло его спасти.

Я с улыбкой наблюдал на эти потуги. Потом стенка лопнула, и десятки тысяч тонн воды вырвались на свободу из стеклянной клетки. Я успел увидеть, как Энди закрутило и пропустило через жернова исполинских осколков, прежде чем стена воды раздавила меня, выбрасывая душу с сервера.

Ваша команда победила. Вы доказали своё мастерство. Поздравляем!

Вы совершили наибольшее количество значимых действий среди всех игроков.

Вы занимаете первое место.

Желаете посмотреть статистику?

К личам статистику, просто дайте мне выйти.

Я скипнул все простыни и прожал «выход».

Наверное, я никогда не привыкну к этому диссонансу реальностей. Казалось, прожил в капсуле несколько дней. А ведь события уместились в одну игровую сессию. А если ещё наложить то, что происходит со мной в Пути да и тут в реальности. Получается, я не просто три жизни живу, а три крайне интенсивных, изматывающих жизни. Бедная моя психика. Сколько всего в неё буквально втрамбовываю.

А ведь когда-то событий, что сейчас случаются с рядовым жителем Кадии за пару месяцев, хватило бы какому-нибудь средневековому крестьянину на всю жизнь. Это притом, что мы тоже тут оседлые. А как люди старого мира не сходили с ума?

У нас здесь и новостей глобальной политики нет. Ну задержали из Фатума поставку, например. И мы в ответ им чего-нибудь такое же отчебучим. Какие-то переговоры пройдут, сделки перезаключаться, и всё. Или кто-то заметил самолёт красных коммунаров, и месяц про это по телеку трещат больше, чем про какую-либо фракцию вторжения. Хотя Фаза она вот-вот стукнет, а с коммунарами прямые столкновения едва ли раз в год бывают. И то на уровне погранотрядов, которые углубились в лес со спасательной операцией.

Да и пойди докажи ещё, что это не командир дурак, завёл отряд на механойда, а там правда были какие-то представители не из союзного полиса. Может, и не было никаких комунар. Внешний враг удобен, на него можно валить любые неудачи. Отец всегда говорил особо не верить этим новостям.

В стекло капсулы постучали, вырывая меня из рассуждений. Оказывается, всё это время тупо пялился в пустоту. Я нажал кнопку, и крышка отъехала. Любава протянула мне руку и помогла сесть. Протянула чайкофкий и протеиновый батончик.

Клуб уже был закрыт. Это она обо мне позаботилась, чтобы не раскрывать анонимность раньше времени.

— Нэш уже с камерой у входа несколько раз как бы невзначай прогуливался, — сказала она.

— Прости, если всё вышло слишком жёстко.

Она чокнулась со мной стаканчиком.

— Игра есть игра. Вспышка гнева быстро прошла. Так что я, скорее, расстроена проигрышем команды, чем смертью. К тому же персонажа не потеряла. Всё произошло быстро, я даже почувствовать ничего не успела и не поняла, что случилось.

Я начал ей в подробностях объяснять принцип работы бластера под водой.

— Если проще, то тебя разорвало взрывом.

— Класс, — расстроено поджала она губы.

А я вдруг понял, что это, наверное, первая моя победа где-либо, одержанная не за счёт звериного упорства, хотя и его щепотка там была, а за счёт Интеллекта. Всё же циферки, вкладываемые в него, начинают приносить плоды.

— Хочешь, посмотрим видео? — сказала Любава.

— Давай. Концовку. Интересно, как со стороны выглядело.

— У нас есть душ, кстати. Если хочешь, можешь воспользоваться, — деликатно намекнула она, что я пропотел в капсуле.

— Да. Отлично.

Я сгонял в душ. А потом мы посмотрели самый финал.

— Так вот как всё закончилось, — проговорила девушка.

Выглядело со стороны очень круто. Я даже пожалел, что играл анонимно. И эта победа, по сути, пока мне не присвоена.

Любава глянула по камерам. Снаружи никого не было, так что мы вышли через чёрный ход и направились к проходной.

— А когда церемония награждения и вот это вот всё? — спросил я.

— Завтра вся официальщина. Ребятам нужно подготовиться. Да и… учитывая, как ты раскатал Энди, я не знаю, примут ли тебя вообще в сборную. Если бы Тайлер был главным, он бы ухватился за тебя, и пофиг на личное. Ему важен результат. А Энди… у них с братом сильная конкуренция, и вообще, он пытается был своим в доску. Но ему все эти моменты даются тяжело. В общем, посмотрим. Я сейчас иду к нам в офис. Будем всё это обсуждать. Или просто заедать стресс и грустно вдыхать, — усмехнулась девушка.

— До встречи. Надеюсь, в следующий раз сыграем на одной стороне.

— Пока.

Похоже, Любава не очень в курсе административной надстройки над сборной. Вряд ли она проще, чем у команды по КП. Видимо, просто рядовых игроков в такие нюансы не посвящают.

У входа мне бибикнул неприметный бабко-мобиль. Здоровенная старомодная модель. Дутые борта. Винтажные диски. Круглые фары. Длинная как минивэн, хотя там всего четыре места и не самый вместительный багажник.

В салоне никого не было. Я подошёл и увидел, что Рин спряталась за панель. Постучал в стекло.

— Садись быстрее, — бросила она.

Я открыл скрипнувшую дверь и сел в кожаное кресло.

— Это что за экспонат?

— Машина моей бабушки. Она про неё редко вспоминает, так что я иногда беру её покататься.

— Да ты плохая девочка, Рин Фобос.

— Хочешь прокатиться? — неожиданно для самой себя предложила она.

— Хочу ли я? Конечно, блин!

— Только не убей никого и не врежься никуда. Что нажимать знаешь?

— Ну как и все. Проходил квесты в Дигме. Знаешь же эти обучалки. Когда водитель скорой ранен, и тебе нужно отвезти машину к больнице, и он помогает тебе голосом. И все прочие подобные. Рефлексов нет, но последовательность движений помню.

Я провернул ключ в замке зажигания, чувствуя будто вдохнул в машину жизнь. Плавно тронулся и, чуть волнообразно снижая-набирая скорость, поехал, пока по ходу движения не подстроился и не выровнял темп.

— Сейчас поворот будет, — предупредила девушка. — Активнее рули. Ещё быстрее. Быстрее блин! — она схватилась за мои руки и вывернула руль. — Вот, вот так, отлично.

В следующие повороты я уже входил увереннее.

— А мы куда едем? — спросил я.

— Я позвала всех поесть и обсудить игру.

— В кафе?

— Ну да.

— Скучно же. Погнали в место с антуражем, но придётся прогуляться.

— Тогда надо всем отзвониться.

Рин начала звонить. А потом мы доехали до новой точки сбора. Закупились напитками, взяли всякой вредной еды и пицц.

На велике приехала Аманда. А следом на автомобиле с охранной явилась Элен. Последним прибыл Мбаку. Ти Джея никто из нас в реале не знал, так что он пропустит это замечательное мероприятие.

Я повёл группу вглубь гетто. По дороге встретил брата. Рин уже была здесь и не замечала перемен, но я видел, как события последних недель изменили район. Шпана передвигается совсем иначе. Спокойнее стало. Нет, это не значит, что тебя не ограбят. Но это значит, что тебя, скорее всего, не порежут при этом. А это всё меняет.

— Нас точно не убьют? — спросила Элен.

— Нет, — весело ответил Пашка. — Максимум похитят для выкупа.

Я заржал. Наши рюкзаки с провизией безусловно привлекали внимание. Но четвёрка крепких молодых ребят, это не то, с чем будут связываться мимокродилы ловцы удачи.

Мы добрались до девятиэтажной заброшки. Эту высотку достроили, но не сдали. Что-то там какая-то финансовая афера, деталей уже не помню. Мы поднялись на крышу, я затащил брата на спине как рюкзак, а Мбаку помог поднять коляску.

Опустил Пашку и потёр горящие ноги.

— Нормально так пробил мышцы, — довольно заявил я.

— А ты любишь крыши, — заметила Рин.

— Отсюда небо лучше видно, — пожал я плечами. — Тут простор чувствуется. Будто немного отстраняешься, вырываешься из города.

Элен снобским взглядом осмотрела округу.

— Да уж. Из этого района точно хочется вырваться.

Мы разложили еду на ящики. Уселись в круг. И я разжег огонь в бочке.

Элен скептически смотрела на все приготовления и всё же не выдержала и сказала:

— Так вы тут в гетто развлекаетесь?

Брат закивал. А я мечтательно добавил:

— Ещё бы крысу поймать и на вертел.

Аманда и Рин засмеялись. Ментатка сказала:

— Не будь такой снобкой, Элен. Просто расслабься.

Девушка подстелила себе под задницу рубашку и всё же села.

— Так чем всё кончилось? — спросил Мбаку.

И мы начали пересказ, перебивая друг друга и дополняя.

— Погоди? — воскликнул парень. — Что ты сделал? Ампутировал руку акульей пастью? Ты полный псих! А откуда ты знал, что это сработает?

— А я и не знал, — улыбнулся я. — Но шанс был. Ты разве не помнишь, как мы на биологии проходили зомби-вирусы.

Я повернулся на нашего лекаря за комментарием. Она дежурно начала рассказывать:

— Когда вирус попадает в рану туда спешат макрофаги и нейтрофилы…

— Э-э-э, — протянул Мбаку.

Девушка вздохнула и закатила глаза.

— Туда мчатся клетки-санитары и клетки-бойцы. Одни замедляют размножение вируса, другие уничтожают уже зараженные клетки. Удалив кисть, ты уничтожаешь девяносто девять процентов «морфеев». Но вирус всё равно может проникнуть в кровь и разойтись по нервам и лимфоузлам. Так что Анду очень сильно повезло.

С нужными навыками, которые я получил в Пути.

Мы продолжили рассказ.

— Крутяк! — сказал Мбаку, когда закончили. — Жаль не видел всё своими глазами.

А мне представилась возможность задать волнующий меня вопрос.

— А почему ты не свалила из вентиляции? — уставился на Элен.

Она пожала плечами.

— Интересно было. Погоди, а с чего ты решил, что именно я там была?

— Ну даже не знаю, — протянул я. — Очевидно, что если кто и нарушил геймплан, то это ты. Аманда, сколько ты в спорте?

— Всю жизнь, — пожала она плечами.

— Ну вот и ответ.

Элен лишь скрестила руки на груди и спросила, глядя на меня с братом:

— И у кого из вас первое место?

Я ткнул большим пальцем себе в грудь.

— Интересно будет глянуть на рейтинг, — сказал я.

— Завтра посмотрим, — заявила Аманда. — Им же надо всё тщательно пересчитать.

— Мне кажется, — начал Мбаку. — Я где-то в конце первой тридцатки.

— Да брось, — пихнула его в плечо Бронкс. — Я вот точно в ТОП-четыре. Всё же единственная выжившая на испытании.

— Эй, а как ты меня узнал? — обернулся я на Пашку.

— Ты шутишь? Я тебя всю жизнь знаю. Будь ты хоть трижды под чужой личиной с щёткой усов или с бородой. Кстати, Лу, оказывается тоже участвовала.

— А почему не сказала?

Брат пожал плечами.

— Девчонки. Поди узнай. С Бронкс всё понятно, а ты вы вот почему решили в это вписаться? — он посмотрел на одноклассниц.

— Ну-у-у, — протянула Рин. — Дигма для меня особое место. Место тишины. Там мой дар не работает. Это очень полезно, лишаться чего-то вот так в игровой форме. Больше ценишь потом. Для ментата важно иногда отключать способности, чтобы вспоминать какого это быть обычным человеком. Знаете, у нас есть много неприятных профессиональных привычек. Так что какая бы жестокая ни была Дигма, я её нежно люблю всем сердцем, потому что это вообще другая жизнь.

Все посмотрели на Элен.

— А ты? — спросил я.

— Ну типа просто захотелось, — пожала она плечами.

— Ясно, — разочарованно протянул я.

— Ну что? Я всегда хватаюсь за возможность проявить себя, вот и всё. Это уже как рефлекс. Мне нравится выигрывать, а кому нет?

Было в этом что-то глубинное. Какая-то боль, которую она не хотела раскрывать. Да, собственно, мы и не друзья даже, чтобы таким делиться.

— А это что за пустырь? — спросил Мбаку, оперевшись локтями на парапет.

Я постарался сделать вид, что всё нормально. Но это было место моей битвы с Кармой. Рин, похоже, что-то почувствовала. Украдкой бросила на меня взгляд.

— Просто заброшенная стройка, — сказал я. — А что?

— Да так. Показалось, там мелькнула какая-то тень.

— Это вполне может быть, — пожал я плечами. — Водилось там всякое, а может и водится.

Парень сразу отпрянул от края крыши, и перетащил свои ящики так, чтобы не сидеть спиной к пустырю.

Мы хорошо посидели, потом я попросил ребят пока не раскрывать тайну анонимного персонажа и вывел ребят из района, и мы попрощались.

— Слушай, я сегодня с Лу за вещами, — сказал Пашка. — Завтра всё же первый полноценный учебный день. Заодно поспрашиваю у неё, что и как.

— Ага. Давай.

Чтобы не забивать голову дурными мыслями, я немного поразминался на заднем дворе. Вечером брат явился с новой одеждой.

— В кои-то веки не в твоих обносках, — довольно заявил он. — Ну, что скажешь? — покрутился Пашка вместе с коляской.

— Выглядишь как Добби, наконец попавший к хорошему хозяину.

— Иди ты! Я серьёзно, нормальные вещи?

— Да клёвые. Видно, что не ты, дерёвня, выбирал, а девчонка со вкусом.

А потом пришли родители, и мы их обрадовали хорошей новостью о выигрыше турнира.

— И когда вы успели так вырасти? — покачала головой мама.

Наутро только я вышел из душа и оделся, как отец позвал меня в ванну.

— Сын, сегодня важный день, — торжественно заявил он.

— М?.

— Ты, похоже, не заметил, но тебе уже пора. Вот, — он вручил мне станок для бритья.

Я поскрёб рукой по щеке. Подошёл к зеркалу. Ну да. Как-то со всей этой суетой даже некогда было себя разглядывать. А между тем тестостерон так и прёт. Ничего удивительного, рядом всё время девчонки, плюс физические нагрузки, да ещё вечные увороты от косы тётушки смерти.

— Пену можешь брать мою, только всегда потом ополаскивай баллон вот тут у дозатора. Ну и сверху вниз по росту волос брей. Иначе будет раздражение, если чесать лезвием против шерсти. Дальше разберёшься, — он хлопнул меня по плечу. — Наслаждайся моментом взросления. Года через два ты этот утренний ритуал возненавидишь, — с улыбкой добавил он. — И держи в голове мысль, что бриться тебе придётся до конца дней. — Папа зловеще рассмеялся и вышел.

Я почесал затылок. Как-то это всё неожиданно.

Я видел, как бреется батя, так что никаких трудностей у меня это не вызвало. Станок был не отцовский, а более подходящий для новичков, так что я даже не порезался. Намазался средством после бриться и вышел на кухню.

Мама, стоявшая у плиты, потянула ноздрями и обернулась. Грустно вдохнула, подошла и обняла меня, поцеловав в макушку.

— Эй, ты чего, мам?

Она опять горестно вдохнула.

— Как быстро летит время, — она ушла к плите, немного шмыгая носом. Голос слегка подрагивал. Растрогалась чего-то. — Скоро вы станете совсем взрослыми. Заведёте свои семьи и упорхнёте из гнезда.

— Куда мы упорхнём, мам? — весело осведомился я. — Из какого гнезда? У нас денег на ветки нет, чтобы своё свить.

— Вот-вот, — подтвердил брат. — Мы заедем сюда со своими женами и нарожаем тебе внуков.

— И внучек, — добавил я.

— Да-да. Штуки по три хотя бы. Будешь водиться и не заскучаешь.

— Ну всё-всё, — вытерла она слёзы. — Я поняла.

Она выставила на стол сковородку с омлетом.

— Доедайте и взрослейте отсюда. И никаких внуков, пока не закончите учёбу.

— Ну тут уже великому рандому молитвы возноси, — продолжил издеваться брат.

Отец засмеялся.

— Андрей, а что у тебя с той девочкой, Рин Фобос? — спросила мама. — Вы ещё общаетесь.

— Всё. Я сваливаю, — сказал я, запихивая в себя всю порцию омлета.

— Общается и не только с ней. Я даже все их имена не запомнил, — кажется, брат вошёл в раж и останавливать свой стендап-концерт не собирался. — Так что внуков у тебя будет много, мама.

Я врезал Пашке в плечо. На ходу допил чай с шиповником, паёк под вторым номером очень меня им порадовал, и пошёл с кухни. Отец почему-то довольно улыбался, а мама на него укоризненно смотрела.

Пришла Лу, и мы втроём направились в школу.

— Всё, тут расстаёмся, — сказал я Пашке за воротами. — Если что ты всё знаешь. Бей первым и вот это вот всё.

— Ага.

Весь день прошёл в томительном ожидании. Любили организаторы вот так помариновать публику. Много было шепотков и пересудов, кто тот таинственный анонимный победитель.

Хе-хе-хе.

На удивление даже Ликтор не знал, кто его убил. Брат ему не рассказал. Не общаются они дома, что ли? Вот будет Зелёнке сюрприз.

Наконец нас всех позвали в концертный зал. Сцена была украшена под стиль Дигмы. Я сел рядом с братом, который пребывал в компании Лу, слева от меня пристроилась Рин.

— Как первый день? — спросил я.

— Пойдёт, — пожал плечами Пашка.

Я перевёл взгляд на Лупиту, и она отвела взгляд. Ясно, были проблемы всё же.

На сцену вышел Энди и взял микрофон, не позволив мне продолжить допрос.

— Прежде, чем мы объявим победителей, продемонстрируем таблицу рейтинга и так далее, хотелось бы показать вам небольшой фильм, по мотивам прошедшего турнира. Да, вы уже поняли, что никаких больше испытаний не будет. И мы получили достаточно полную картину по «отборочному этапу», который неожиданно оказался и финальным сразу. А сейчас вы поймёте почему.

Мы с братом переглянулись, сияя дебильными восторженными улыбками. На экране пошла заставка, примагничивая наше внимание.

Фильм вышел улётным. Хоть в кинотеатрах показывай. Драма, накал. Зал охал и перешёптывался. А финальная сцена просто отвал башки. Я в ней жил, я её уже видел на записи, но на монтаже всё выглядело куда круче.

Зрители захлопали на финальных титрах.

— Радуетесь тому, как меня унизили, — весело заявил Энди, и публика засмеялась. А он хорош на микрофоне. — Всё с вами ясно. Вы, наверное, хотите знать, кто этот безумец. Так давайте же пригласил его на сцену, вместе со всеми победителями. А заодно проведём розыгрыш капсулы. Ваши аплодисменты. Седьмой номер рейтинга Мбаку. Шестая — Саманта Агаян, наша звёздочка чирлидинга. Пятый пропускаем, ладно я шучу, братишка поднимайся, это Томас, вы все его знаете. Четвёртый — Ти Джей, самый юный победитель. Третье место — Элен Маверик. Второе место — Павел Богданов. Ну и первое — Аманда Бронкс, талантливый человек, талантлив во всём, Дигма — это тоже спорт высокий достижений. Ну и экстра-место. Человек, который, будем честны, надрал мне зад. Барабанная дробь… Эй постучите ногами. Вот так! Андре-ей Богдано-о-о-о-о-о-ов!

Не скажу, что как-то упивался триумфом, нет, но было приятно. Больше всего, конечно, рожа Ликтора меня порадовала и Тадеуш тоже. Жаль нельзя было прям со сцены им средний палец показать.

На экране загорелась таблица рейтинга.

— Победитель под ником Проигравший, — сказал Энди. — Вы поняли, да? Он всё знал! Он хотел выпендриться, красуясь этим ником в таблице.

Ликтор, оказывается, был девятым. Совсем чуть-чуть до призовых не хватило. На удивление восьмой оказалась моя одноклассница из новеньких Мэй Сяонань. Я с ней как-то вообще не контактировал и запомнилась она мне только драками со старшаками в первые дни, как перевелась, и всё. А у девчонки, оказывается, есть потенциал.

Рин болталась на пятидесятом месте. Надо будет выспросить, как вообще это всё рассчитывалось.

Тадеуш, оказался, на сотом месте ровно. Наш пиромант Шон, которого я упокоил был на двести двадцать втором. Остальные одноклассники не особо отличились. Разве что зверолов Камуй Инукаи оказался на последнем месте. Похоже, его убили самым первым. А у Лупиты было двести тридцать шестое место. Какое-то время девушка побарахталась.

— Итак, дамы и господа, — продолжил вести мероприятие Энди. — Давайте же наградим счастливчиков. Сначала вручим денежные призы.

Нам сунули в руки огромные чеки. Мне достался на две тысячи эргов и две тысячи не выводимых из игры. Пашке на тысячу эргов и тысячу не выводимых из игры.

— Улыбнитесь в кадр. Фото для газет.

— Ну спасибо, — процедил я сквозь зубы. — Теперь всё гетто будет знать, что у нас есть деньги. Это же то что нужно, чтобы выбили окно и выломали дверь. От души, ребят.

— А ещё у нас тут есть наша спонсорская рулетка с призами. Крутите её и куда выпал шарик, то и забираете. Можете пока ознакомиться с представленными лотами.

Все обступили стол и начали читать характеристики персонажей и оружия.

— Нам бы вон того выбить, — сказал Пашка. — А то ни одного мага в коллекции нет.

Мы все по очереди стали крутить, забирая свои призы. Мага выбить не удалось, но хорошие персонажи достались, как и оружие неплохое.

— А теперь самое интересное. Кто выиграет капсулу? Так. У всех есть купоны. Пожалуйста, стирайте покрытие, можете взять пластиковые монетки. Ага. Мбаку — не повезло. Элен — купишь, значит. Анд, мимо. Ну не переживай, ты и так меня победил. Это ведь лучше всяких капсул. Капсула сломается однажды, а эта великая победа с тобой навеки.

Я всё понял по глазам Пашки, они округлись, и он посмотрел на меня.

— У нас есть победитель! Паш, покажи всем. Вы видите этот рисунок на купоне?

— Я никогда ничего не выигрывал, — ошарашенно проговорил брат.

— Да, кто не в курсе. Покажите, на экране чём он всех сделал. Нет, не этот экспонат во всю комнату. Вот. Вы видите. У него вот такая модель. Может, потому всех и победил, пули и зомби двигались в замедленном действии.

Я пожал брату руку. И не мог перестать улыбаться, словно уголки губ оттянули и прибили гвоздями.

— Я не верю, — мотал Пашка головой. — Это какой-то сон. Этого просто не может быть.

Затем нас всех победителей пригласили в офис сборной. Их была два. Большой на втором этаже клуба, но там делался ремонт, и они пока пользовались малым в самой школе на этаже кружков.

У них было классно. Круглый стол. Компы. Зона отдыха с диванчиками. Кухонка. Холодильник. В общем, все удобства.

Старый состав уже тоже был здесь.

— Итак, мальчишки и девчонки, — начал Энди. — Знакомьтесь теперь в реальности.

Первым ко мне подошёл Тайлер и пожал руку.

— Красиво сыграл.

Я пожал плечами.

— Как смог.

— Только я не понял, что ты там в конце сморозил, когда в Софи стрелял? — ещё пока не наезжал, но спокойно подводил к этому парень.

— Ну типа шутка. Пуля в сердце, я в сердце, чё не ясно? — напрягся я, не собираясь оправдываться.

— Парни остыньте, — бросил Энди, но как-то неискренне.

— Тайлер, не заводись, — сказала Софи. — Такие тупые шутки меня всё равно не цепляют.

— Держи себя в рамках, — заключил Тайлер, глядя мне в глаза.

— Как получится, — ответил я из чистого упрямства. Хотелось ляпнуть ещё что-то типа «я тебя не боюсь», но вместе с тем конфликт развивать никакого смысла не было. Да и тупо это как-то звучит. По реакции и так понятно, что не боюсь. Он выразил своё недовольство, на что имел полное право. Я забил на предупреждение. Все остались при своём.

— Ну вот и славненько, — хлопнул в ладоши Энди. — Может, есть какие-то вопросы по турниру?

— Да, — тут же вступил я. — Как очки начислялись? Что есть «значимые действия»?

— Тут всё просто, — охотно начал пояснять Энди. — Значимые — это любые действия, влияющие на исход игры. То есть, допустим, сел ты в укрытие — это ноль балов. Но если мимо прошёл зомби и не заметил тебя — уже один бал. Если человек — два бала. Кралась, например, Рин за двумя мертвецами по следу, чтобы они её вывели на противника. И всё, система уже засчитывает креатив, потом бац, она убила цель с помощью такой тактики, снова плюс ей в копилку. И вот так копится. Естественно, считались убийства, создание оружия, все хитрые тактики и так далее.

Аманда хотела задать вопрос, но Энди поднял указательный палец, призывая к тишине и желая закончить мысль.

— Отдельно начислялись балы за выживаемость. То есть, почему у Аманды первое место — последняя выжившая. Фактически главная цель любой игры — выжить. Но и как команде каждому из вас потом уже, после завершения, балы начислились, ведь победа была достигнута общими усилиями. Были моменты, которые программа сразу не могла обсчитать и помечала, как «требуется помощь оператора», человек смотрел и принимал решение, засчитывать или нет. Почему, кстати, результаты сразу не вывешали. Пересчитывали ещё подобные ситуации. Если одинаково балов было, смотрели, кому за что можно добавить-убавить, чтобы ранжировать. Чтобы не было два тридцатых, например.

Энди выговорился и кивнул, разрешая задавать вопросы.

— А Камуя сразу убили, получается? — спросил я.

— Да. Там так получилось, что расстояние сто метров от лифта до лифта, а между ними кусты. Ну противник и пальнул наудачу просто, и как-то так вышло, что попал и сразу убил.

Ребята ещё поспрашивали всякое, что было им интересно.

— Теперь давайте решим, что с вами со всеми делать, — сказал Энди. — Столько народу нам не нужно.

— Я вообще просто потусоваться зашёл, — сказал Томас.

— С тобой всё ясно, — ответил его брат. — Я бы тебя и не взял в команду ни при каких раскладах. Лучше уж двести восемьдесят седьмой номер рейтинга, чем ты.

Любава закатила глаза, видимо, уже наслушалась достаточно их перепалок.

— Ближе к делу, дома посрётесь, — вернул я их в русло диалога.

— Дома некогда, — вздохнул Томас.

— Мбаку, прости, — обратился к парню Энди. — Сам понимать должен, твой уровень не тянет на сборную.

— Да понятно. Я и не горю как бы. Лень ещё и тут тренироваться, честно говоря, — ляпнул он и прикусил язык. Это я и Элен знали, что он одарённый, и даже знали, что кинетик, а вот остальные нет.

— А ты ещё чем-то занимаешься? — спросила Аманда.

Я первый раз увидел, как чернокожие бледнеют.

— Да там, секция возле дома, — махнул он. Я переглянулся с Элен. Она стояла с каменным лицом. Спасибо. Если бы там хоть тень улыбки мелькнула, я бы тоже мог начать лыбиться.

— Саманта, ты как? — перевёл Энди взгляд на девушку. — Потянешь, чирлидинг и Дигму?

— Что? Нет. Меня просто достало, что меня все видят, как девочку с помпонами, вот и показала всем. Мне хватает любительской игры. Помирать каждый раз в ночных забегах и на соревнованиях, спасибо, но нет.

Энди повернулся к оставшимся.

— Признаюсь честно, я бы всех, кто в сборной по КП, не взял. Слишком большая нагрузка. Особенно, учитывая, что городские соревнования и там и там скоро.

— Неа, — сказал Томас. — У нас если следующий матч выиграем, уже на чемпионат школ полисов едем.

— Ещё сложнее. В общем, в какой-то момент придётся выбрать, и не хотелось бы, чтобы кто-то слился посреди сезона. Аманда, тебе бы я предложил полноценный переход, с сохранением стипендии, но уже на нашей базе. И даже бы выбил дополнительные выплаты. Ты отличный командный игрок. У нас тут все слишком яркие личности, и, возможно, такой профи именно то, чего не хватает. Без такого клея всегда возникают некие шероховатости. Я бы тебе даже сразу выдал бы должность моего заместителя. Как на это смотришь?

— Да ты охренел, братец! — возмутился Томас. — Внаглую при мне моих игроков переманивать.

— У тебя там много запасных. А у нас нет.

— Так в КП и не надо переживать смерть.

— Да только то, как два лося с двух сторон в тебя влетают до характерного хруста.

— Да хватит вам, — поморщился Тайлер. Его, наверное, подобные разборки и дома достали. Хотя, фиг знает, как там у них дома, может Ликтор только тут хорохориться, а дома комнатный цветок.

— Слушай, а какой твой брат дома? — спросил я.

— Который?

— Ликтор.

Тайлер усмехнулся.

— Я его, конечно, недолюбливаю, но ничего говорить не буду. Это наши семейные дела.

Эх, облом.

— Так что, Аманда?

— Я польщена. Хотела бы и там, и тут. Я люблю соревноваться.

— Давай ты будешь посещать тренировки, — осторожно сказал Энди. — Рассмотрим тебя как запасного игрока, если мой брат не против.

— Будет здорово. Но если встанет выбор, я всё же выберу КП, это честнее. Туда я пришла раньше.

Томас отбил ей кулак.

— Ти Джей, — посмотрел кэп на парнишку. — Пока зову как запасного. Скилл шикарный, но теорию и тактику ещё долго нарабатывать. На игры не раньше следующего года выпущу.

— Круто! — обрадовался парень.

— Паша, — обратился Энди к брату. — Взят без вопросов. Ты же недавно из плюшевых игроков в ночные перешёл?

— Да.

Парень покивал.

— Ну ничего поднатаскаем.

— Ты пока самый перспективный в плане потенциала роста, — сказал Тайлер. — Я с четырнадцати в сборной. Так что знаю, о чём говорю.

— Элен, — повернулся к ней капитан сборной Дигмы. — Тебя я возьму только, если свалишь из КП. Никакого совмещения. С одарёнными вообще много проблем в наработке игровых рефлексов. Очень часто на соревнованиях выдаётся рандомный персонаж или, например, стихийник. Тебе как лекарю будет сложнее переключаться на эту волну. При этом, сама база дара делает из тебя хорошего саппорта, какие-то штуки ты будешь исполнять интуитивно. В общем, потенциал имеется, но работы много. Только на полный переход возьму.

— Ну так я не согласна, — сказала она.

— Жаль.

Наконец очередь дошла до меня. Я уже понял, что Любава была вчера права. В сборной Энди меня видеть не хочет.

— Анд… — тяжело вздохнул он. — Совершенно безбашенная игра. Один раз такая прокатить может, но на долгосрочную перспективу твой стиль совершенно никуда не годится. Я молчу про то, что с тобой будет тяжело сыграться. Скорее всего, чужие планы покажутся тебе «неправильными», — он сделал ковычки пальцами. — И выполнять ты их не будешь. Станешь тянуть одеяло на себя. Мы через такое много раз проходили. И тратить время на подобных игроков не хочется. Молчу про то, сколько ошибок ты допустил походу пьесы. Мы когда думали над разбором с новичками просто за голову схватились. Да проканало, но каждая из этих ситуаций могла окончиться плачевно. То есть это как бы статистически опасно. Понимаешь, мы же тут какие-то вещи нарабатываем, потому что это схема игры. По КП ты должен понимать, что ты с Томасом лоб в лоб не будешь сталкиваться. Это глупо. А у тебя, грубо говоря, подобные ошибки были. Так что наслаждайся победой, но в команде мы тебя не ждём. Братец будет тебе рассказывать, как у нас тут круто.

Он еле заметно расслабился, внутренне выдохнул, ожидал, что Тайлер не согласится, но тот молчал. Тогда мой ход.

— Все так считают? — посмотрел я на старый состав.

Браво кивнул.

— Я не согласна, — категорично заявила Любава.

Годрик отодвинул за ухо один наушник. Пару секунд глядел на меня и на Томаса, словно пытался уловить отголоски звуков в комнате, а затем сказал:

— Анд нужен, — и снова напялил наушник.

— Он меня пугает, — шепнула мне Элен.

— Мне пофиг, — пожала плечами Софи. — Я в этом плане доверяю Тайлеру.

Тор неуверенно пожал плечами.

— Ну я не знаю. У нас тут не то чтобы демократия.

— Да-да, нет-нет? — уставился я на него. — Где твоя дигмовская уверенность, воин?

— Ну ты хорошо сыграл, если говорить про итог, — промямлил парень, поправляя очки.

Все посмотрели на Тайлера.

— Он хороший игрок, и он нужен в сборной. НО… у нас так сложилось, во многом по моей вине, что капитан решает. Капитан строит команду. И я не просто так сложил с себя эти полномочия.

— Ну и закрыли тему, — сказал Энди.

— Э, не-е-е, — протянул я. — А кто спонсор сего праздника? — спросил я, глядя на Тайлера.

— Частично Дигма-корп, как у всех команд. Частично школа. Моя семья, естественно, но это последний год, раз Ликтор не прошёл. И ещё ряд фирм, производящих вредную еду, которую потребляют все геймеры.

— Им пофиг на состав, лишь бы результат был, так?

— Ну да.

— То есть чисто теоретически, я могу взять запись турнира прийти к ним и сказать: «вот я победил, меня отфутболили»? Давайте я на безвозмездных началах поучаствую в тех же соревнованиях, но со своей командой, и мы посмотрим, кто больше достоин спонсорства. Никто же не запрещает две команды от школы выставить.

— Аха-ха-ха-ха-ха! — Тайлер от всей души рассмеялся. — А ты хорош. Тебе палец в рот не клади. Энди, это шах и мат. Но я бы посмотрел. Зарубиться с вами ещё раз, но уже на городском чемпионате. Было бы круто. Что скажешь Энди?

Конечно, я блефовал. Потому что в словах кэпа есть истина. Я смогу разорваться на два турнира, а вот остальные не уверен. Получится, что и Томаса подставлю, и результатов не добьюсь. И Энди потом будет злорадствовать. И на следующий год меня могут не взять.

— А твоё эго не меньше моего, да? — усмехнулся Энди.

— Никакого эго, — покачал я головой. — Просто хочется справедливости. Ты прав, во многом прав. Но даже шанса дать не хочешь. Это немного по-мудацки. Глядя в глаза тебе это говорю. Как будто бы такой человек в команде нужен. Кто скажет правду.

Энди поиграл желваками. Все молчали.

— Я подумаю, — сказал наконец он. — Это не в смысле, мы вам перезвоним. Я реально подумаю. Дай свой номер. Наберу, как приму решение.

— Фух! — весело выдохнул Томас. — А у вас тут не заскучаешь, — попробовал он разрядить обстановку.

Затем мы перед большим монитором разбирали ошибки. Это было очень полезно. Сложилось впечатление, что наша победа случайность. Не должны мы были таких знающих раскатывать.

Потом Энди повернулся к своим и сказал:

— А вашими, точнее, нашими пробелами мы займёмся отдельно. Спасибо Анду, указал, где слабое место. Придётся разучить особенности работы под водой каждого вида оружия в Дигме.

Мы ещё поболтали и повеселились.

Потом был целый квест. На вторую капсулу в доме нет места. При этом нам нужны два игровых саркофага. Гараж для капсулы строить как-то странно, да и дорого. В общем, решили сдать старую капсулу обратно в социальный центр, где её и взяли, она всё равно по довольно льготной цене досталась. Пускай достойно завершит свой путь, служа гробом ещё куче стариков-игроманов.

Когда вышли, Лу ещё ждала нас, читая учебник лёжа на траве с портфелем под головой. Пашка на секунду замер, любуясь. Лу словно почувствовала его взгляд, повернула голову и улыбнулась. Брат быстро закрутил колёса.

Я попросил у Элен мобильник. Сделал звонок. И пока девушка недовольно сопела, показывая на несуществующие часы на запястье, мы с Пашкой по очереди передавали друг другу трубку, и всё же договорились с работниками соц центра.

В итоге они забрали нашу новую капсулу, переодели её в дрянную перелатанную скотчем коробку и привезли. Забрали старую и занесли новую. Установили мы сами. Там ничего сложного.

— Я погнал тестировать! — радостно заявил Пашка. — А, ой, — посмотрел он на Лупиту. — Ну как провожу. Протестирую.

— Да иди уже. Я подожду, и, если станет скучно, сама домой дойду. Или Анд проводит. Он явно дома сидеть не собирается.

Я кивнул.

— Ладно, — сдался Пашка. В эту капсулу ему залезать было куда удобнее.

Крышка захлопнулась. Я прислонился к стеклу, приложив ладошку, чтобы не отсвечивало. Даже когда разум его улетел в виртуальный мир, на лице осталась довольная улыбка.

— Пошли, что ли, на кухню, — махнул я. — Попьём чай.

Мы перекусили. Лу осталась мыть посуду, а я улёгся на кровать, глядел в потолок и думал. Вертел в голове состав команды в случае отказа Энди.

Думаю, Томас согласится хотя бы одну игру с нами пробегать, просто, чтобы посоревноваться с братом и позлить его. У них отношения совсем не как у нас с Пашкой. Да и у Ликтора с Тайлером, они, тоже странные. «Я его, конечно, недолюбливаю», — как сейчас помню его слова. Представить себе не могу, что должно случиться, чтобы я про Пашку такое сказал.

Лу тихим призраком упорхнула в комнату брата. Я потом пошёл на задний двор позаниматься и по пути увидел, что девчонка сидит в его коляске с двумя книгами. Чередует скучный учебник и увлекательную художку.

Пришли родители, и Лу помогала маме с ужином. Я хотел пойти в спортзал, но передумал. Вечер с семьёй показался привлекательнее. Затем я нажал кнопку на капсуле, и брату ушёл сигнал. Как только появиться возможность, Пашка выйдет.

В кухню он заехал довольный, но уставший.

Лупиту мы всё же проводили. Когда вернулся домой, раздался звонок.

— Это мне, — крикнул я. Подошёл к телефону и снял трубку. Голос на том конце, как всегда, был немного приглушен и иногда потрескивал, приходилось вжимать трубку в правое ухо и затыкать левое.

— Я подумал, — раздался голос Энди.

Я не хотел показывать какое-то излишнее безразличие или, наоборот, заинтересованность. Поэтому просто спокойно спросил:

— И что решил?

— Что ты мне послан небесами, как испытание. Давай попробуем сыграться. Это будет лучше, чем если ребята станут переживать ещё и из-за игры против сборной из своей же школы. Завтра перед учёбой жду вас в офисе.

Он отключился. Я хмыкнул, и едва сделал шаг в сторону, как телефон снова зазвонил.

— В старом офисе. В смысле в новом. Ну короче на втором этаже клуба.

— Понял.

Я прошёл в комнату брата.

— Ну что? Мы против Энди или вместе с ним?

— Второе.

— Хорошо. Хотя я бы посмотрел, как бы ты выкручивался, — рассмеялся он.

К нам зашёл отец и закрыл дверь.

— Парни, — тихо проговорил батя. — Завтра нас домой не ждите. Я хочу вашей маме сюрприз устроить. Раз вопрос выживания уже не стоит так остро, думаю, на свидание её сводить. Арендую машину, покатаемся по центру, поедим где-нибудь.

— Отличная идея, пап, — сказал я.

— Потом когда-нибудь можно ещё всем вместе в город выбраться, — сказал Пашка. — Сто лет нигде не были.

— Кстати, пап, — вспомнил я. — Все деньги из дома лучше убрать. Вообще все.

— Понял. Ну нам есть куда потратиться. Мне и маме нужна одежда. Сто лет ничего нового не покупали. И обувь. И так по мелочи.

На месте нас встречала Любава, Тайлер и Энди. Годрик тоже был тут, как всегда в наушниках, но не встречал, разглядывал плакат на стене, пританцовывая одной ногой.

Что мы не ожидали увидеть в большом офисе, так это стенд с оружием. Тут были копии всех базовых пистолетов и их аналогов из Дигмы.

— Они, разумеется, не боевые, — сказал Энди. — Давайте сразу к делу. В чём суть тренировок для новичков. Тайлер звал это «обратная оцифровка», я же называю «сращивание с оружием». Берёте любой образец со стенда, кобуру к нему. Открытого, скрытого ношения, мне плевать. И ходите, едите, спите в ней. В душе и при интимной близости разрешаю снять. Каждую свободную минуту, учитесь выхватывать оружие из кобуры. Главная задача — наработка рефлекса. Носить кобуру надо во всех доступных положениях, чтобы при любом наборе экипировки с двух рук могли выхватить оружие. Дальше — глубже. Коснувшись, например, рукояти глока, вы уже должны понимать, предохранителя там нет, можно сразу производить выстрел. Или, наоборот, выхватывая револьвер, второй рукой на ходу взводите курок. Охрана предупреждена, конкретно вас останавливать не будут. Если попадётесь копам, — он посмотрел на меня. — На оружие особые метки. Только будьте осторожны. Я вас прошу. Был случай, когда парня застрелили, потому что он учебный пистолет слишком резко вытаскивал для осмотра. Вопросы?

— А в боевые эти образцы переделать можно? — спросил я. Аманда и Любава рассмеялись.

— Это всё, что тебя волнует? — спросил Энди. — Если имеется большое желание, даже жопу слона можно превратить в боевое оружие. Не советую таким баловаться. Более того, вы сейчас ещё подпишите бумажку, что ознакомлены с предупреждением и бла-бла-бла.

Пашка поднялся, чем изрядно всех удивил, и взял со стенда шаромёт.

— А жезл настоящий? — спросил он, усаживаясь обратно.

— Вообще, эти образцы вооружения в реальном мире почти не встречаются. В основном распределены по музеям, частным коллекциям, либо для локальных задач элитных спецподразделений. Но конкретно этот сделан из настоящего боевого чаромёта. Естественно, кристалл из него извлечён. Но он всё ещё боевой. Просто с какими-то неполадками. Подарен школьному клубу после товарищеского матча с полицейской академией на день полиции в качестве утешительного приза. Нас тогда раскатали в частую.

— Карта удобная противнику выпала, — вставил своё слово Тайлер.

— И это тоже. Ну, в общем, разбирайте.

— И сколько с этим ходить? — спросил я.

— Ну годик, — пожал плечами Энди и посмотрел на Тайлера.

— Всем по-разному надо, — сказал парень. — Зависит же от того, сколько времени ты будешь этому уделать.

— И какое оружие придётся по сердцу, — сказал я. Уже имея опыт, понимал, что после моего артефакта другие мечи такого класса будут как чужие. Меч Кармы ещё как-то вписался на роль второго пилота к моему оружию, но с ним целая история связана. На нём моя кровь.

— Совершенно верно, — задумчиво согласился Тайлер.

Лишнего я, похоже, ляпнул. Надо осторожнее быть.

Я взял самую базовую беретту. Заметил весы. Положил пистолет. Девятьсот пятьдесят два грамма. Вынул обойму, набил декоративными патронами.

— По весу идентичны настоящим, — сказал Энди.

Я положил заряженный пистолет. Вес увеличился на сто тридцать грамм. В целом, можно даже научиться сразу понимать, пустое оружие ты подбираешь или готовое к бою. В ряде ситуаций экстренного лутания это может сыграть. Интересно. А если ещё в Пути подобрать какой-нибудь навык, типа ладошки-весы, то вообще песня будет.

Сидеть на уроке с макетом оружия в кобуре — невероятно странное чувство. Надо ещё теперь одежду под него подбирать.

После уроков почти сразу стояла тренировка по Дигме. Потом КП. Затем я хотел сходить к зареченским. Домой, видимо, сегодня ночью только приду.

После учёбы Пашка сразу погнал в клуб, а я решил немного посидеть под деревом, проветрить голову. Пошёл к нему, начал обходить ствол и столкнулся лоб в лоб с Рин. Не успел это осмыслить, и видя движущийся на меня объект, рефлекторно оплёл его ногу своей и повалил. Оказавшись сверху.

— Эм… — протянула девушка. — В меня сейчас что так агрессивно упирается?

— Гхм. Мой… гхм… Ствол.

Я слез с девушки, немного задрал футболку и показал её пистолет.

— Ты с ума сошёл? Ты зачем это притащил?

Я рассмеялся.

— Да это макет.

— Угу. Конечно.

— Да я серьёзно. Ну хочешь, я тебе логотип Дигмы покажу или дуло, — и не дожидаясь ответа, продемонстрировал клеймо на рукоятке.

— Ладно, верю. Я с тобой поговорить хотела. Точнее не совсем я. В общем, моя бабушка хочет с тобой познакомиться, — сказала она засмущавшись.

— Э-э-э. Зачем?

Девушка пожала плечами.

— Стариковские приколы.

— Ну ладно. Без проблем. Только сейчас у меня нет на это времени. Игровой сезон закончится, и можем устроить.

— Хорошо. Спасибо. Я боялась, что ты откажешься, и тогда она бы сама подловила тебя в самый неожиданный момент.

Любава уже вышла из клуба и помахала мне.

— Мне пора. Первая тренировка. Пойду трепать нервы Энди.

— Удачи.

Аманда, Ти Джей и Пашка уже были здесь. Из старого состава на базе присутствовала только Любава.

— Вы, наверно, голодные после учёбы. Кухня к вашему распоряжению. Я пока буду рассказывать.

Мы взяли себе по напитку, каждый ухватил что-то из еды. Девушка выдала карты похожих меж собой персонажей. Все восьмой ступени, абсолютно средние по параметрам.

— Это клоны или же расходники, — сказала она. — Все, кто тренируют новичков, активно закупают схожих персов, чтобы тестировать и нарабатывать всякое в равных условиях. Особенность их безликости в том, что они довольно вяло следят за Слиянием. Ну знаете, в жизни тоже есть такие люди, кто просто плывёт по течению и им пофиг на всё. Сейчас заходим и идём в тир. Покажу вам пару базовых движений.

Мы все загрузились одновременно. Персонажи уже стояли у тира. Любава в джинсах и ковбойской шляпе провела нас до отдельного полигона, где показала самые основные технические элементы при стрельбе с пистолета.

— Всё, тренируйтесь до посинения. Весь год у вас примерно так и пройдёт.

Ти Джей как-то сразу скис, словно рассчитывал на что-то повеселее. Но потом втянулся. Соревнование в меткости довольно весёлая штука. Причём и против ребят, и против самого себя.

После этой тренировки я побежал на КП. Совсем забыл про пистолет и когда стянул футболку в раздевалке и расстегнул штаны, все офигели.

— Это если мы проиграем первый раунд? — спросил Кайрат.

— Эй, Анд, — обратился ко мне Томас. — Согласовали какой-то новый регламент экипировки?

— Да это я так, на случай если меня кто собьёт на поле.

— Парень из гетто, да, — усмехнулся Заур.

Ничего пояснять никому не стал. Пусть думают что хотят.

Перед треней Аманда, Элен и Моника тихо подошли к Томасу и попросили его поставить их против Лапы и Ликтора. Он договорился с тренерами.

Слух о том, что эти двое сделали на турнире, разошёлся, и теперь все девчонки их недолюбливали. Я искренне веселился. Лапа, Тадеуш и Ликтор пытались вынести меня, а девчонки старались закошмарить Лапу и Ликтора. И если атака Элен не была страшной, всё же габариты у неё не те. То вот когда влетала Аманда или Моника, это было жёстко. Потом к этому подключилась и Фиона.

Дэвид не вмешивался. Может, и до него слухи дошли, и он отдал одну тренировку под урок этикета.

Приняв душ, оделся и только вышел за школьные ворота, как услышал требовательное «виу» полицейской серены. Машина остановилась рядом. Вышли два копа. Оба спортивные, один чуть постарше, в татуировках и с бородой.

— Молодой человек, вы в этой школе учитесь? — спросил он.

— Да. А в чём дело?

— Пройдёмте в машину.

— Не могу. У меня дела, — видимо, тот, кто меня сдал, не упомянул, что я из гетто. Других подростков они могли уговорить сесть за счёт авторитета профессии. Но в моём районе к ним всё же немного иное отношение. Это для остального города они рыцари в сияющих фуражках, что во многом правда.

— Молодой человек. Это простая формальность, давайте не будем тратить время друг друга попусту. И…

— И вы поедите, куда ехали.

— Эй, пацан, — начал заводиться другой. — Мы имеем полное право задержать тебя по алгоритму. Мордой в асфальт и вот это вот всё. Оно тебе надо? Прямо перед школой. Перед одноклассниками.

Я обернулся, народ не спешил расходиться и разъезжаться, наблюдали. Я устал от этой плохой комедии. Вздохнул.

— Ладно. Проеду с вами при одном условии. Если вы нихрена не найдёте, то подвозите меня, — я протянул руку.

Бородатый пожал и сел за руль, второй плюхнулся рядом со мной на заднее. Мы тронулись. Я поднял руки, взялся за ручку под потолком и сказал:

— Справа под футболкой. Кобура застёгнута.

Полицейский осторожно вытащил пистолет. Увидел клеймо и что это официальная копия Дигмы. Вынул обойму, заглянул в ствол. Выругался и вернул пистолет на место.

— Куда тебя? — с улыбкой спросил водитель.

— К Заречью. За улицу от него. Будет странно, если вы меня прям туда подвезёте. Боюсь, ко мне потом возникнут вопросы.

— А я ещё думаю, чего это ты такой дерзкий, — покачал головой бородач, глядя на меня в зеркало заднего вида.

— Кто вам меня сдал?

— Без понятия, парень. Нам поступает вызов, и мы едем. Такая работа.

Меня довезли до места. Я пожал мужикам руки.

— Удачи на дежурстве, — сказал я. — Отправят на заброшенную стройку в гетто, одни не катайтесь. И ещё. Там есть девятиэтажка, с неё вся та территория как на ладони.

— Учтём. Бывай, пацан. Тебя как звать?

— Анд Богданов.

— Сержант Браво.

— А сын у тебя не в этой школе?

— Знаешь его?

— В Дигму рубится?

— Да.

— Тогда знаю. Думал, Браво — позывной, кличка, а это у него фамилия, оказывается.

— Ну вообще у него… а впрочем, ладно, это тебе знать не надо. Кадия тесна.

— Иногда об этом забываешь.

Я пошёл своей дорогой. Парни тренировались, и когда я включился в игру, они были уже не первой свежести. Мы, получается, на равных. Поиграл от души, просто вот на интерес, повесились. А потом Лопоухий сгонял за содовой, и мы сели думать, передавай бутылку по кругу. Надо было уже подавать заявку.

— В первую очередь нужно название, — сказал Саймон.

— А чего голову ломать? — сказал я. — Гетто, да и всё. Оно что по этой стороне русла, что по другой одинаковое. Состав у нас напополам с двух районов. М?

— Могут судьи предвзято относиться, нет? — спросила Натаха.

— Так мы, наоборот, хорошие парни, могли на гаражах зависать. А мы на спорте.

— Могли, — мрачно протянул Саймон. — У нас так пятый с команды и сгорел. Влекли его чересчур эти гаражи.

— Ещё форма нужна, — сказал Русик. — Там много мужиков заводчан будет. Они все в одинаковом придут. А мы чё как лохи?

— Чёрные футболки. А чего ещё? — пожал плечами Саймон.

— Не пойдёт, — сказал я. И задумался. — Вот что. Мне тут перепало кое-что, пока не отжали, надо потратить. Идём на рынок, берём одинаковые футболки. Там же бьём нашивки. Девочка знакомая имеется. Рюкзак мой видели? Вот она делала. В этом только на игру. Не тренироваться ни в коем случае.

— Да это как-то… — замялся Русик. — Ну типа…

— Если че выиграем, отдадите, — понял я его. — Это вам мотивация. Может, ещё целая и на следующий сезон будет.

Мы своей пёстрой компашкой зашли на рынок. Где обрадовали тётушку в палатке. Палёная форма всех известных клубов тут имелась, но чистые наборы у неё просили впервые.

— Я щас-щас, — разволновалась она. — К девочкам в подвал сбегаю. Вы постойте тут. Вас пока Фося чаем напоит. Фось, налей мальчикам и… э… кхм… девочке чая.

Тётка принесла форму. Полный набор, мы, конечно, не потянули бы, но кофты с номером, которые звались джерси, купили. Потом девчонка сделала нам всем нашивки за мзду малую.

Буян, Джон и Натаха отнеслись как-то сдержанно, а вот ребята Саймона были в восторге от такого. О форме они и мечтать не могли.

— Анд, — улыбаясь протянул мне руку Саймон. — Кто бы мог подумать, что тот дежурный гоп-стоп окажется таким судьбоносным. Спасибо.

— Да брось. Сочтёмся.

Было приятно делать добро. Чувствовал себя Дедом Морозом каким-то. Вот для чего нужны деньги.

Домой плёлся на просевшем сахаре. Каждый шаг был как последний, в любой момент мог присесть, чтобы потом прилечь, но всё же как-то повезло. Добрался до кухни, как енот разворошил коробку с гелями, порвал одноразовую упаковку с повидлом, выдавил на крекер. Запихал в рот и захрустел. Подождал, когда сахар разойдётся. Попил воды и собирался идти к брату, но он въехал в кухню в порванной футболке.

— Это что? — спросил я.

— А ты заедь, в смысле зайди к себе.

Я нахмурился и прошёл в комнату. Новое окно было разбито.

— Ну нахрена-а-а! — простонал я. Можно же было просто поднять. После ремонта ничего не приколачивали.

Тайники смысла нет проверять. И так понятно, все обманки вытащили. Утром отец специально оставил карточки, на которых было двадцать-тридцать эргов. Чтобы вор быстро их мог найти и не разнёс полдома.

— Я как раз заехал, и он тут копался, — сказал Пашка. — Я в сторону откатился. Говорю, взял, чё успел, и вали. Он как в жопу ужаленный ломанулся, меня зачем-то дёрнул с перепугу, футболку новую порвал, дебил.

— А пистолет тебе зачем?

— Да я как-то протупил сразу. А потом, уже и смысла ствол светить не было.

— Балда ты. Как он выглядел?

— Не знаю. В маске был. В самодельной.

— Приметы какие-то?

— Белая кожа. Мне показалось, что постарше нас с тобой.

— Ладно. Я пойду поспрашиваю. Может, соседи видели, куда дёрнул.

Я выхватил пистолет и пошёл к Сидни. Постучал рукояткой в дверь. Этот звук она знала прекрасно и сразу открыла, несмотря на то что была частично в неглиже.

— Видела, кто к нам залез?

Девушка помотала головой, глядя на пушку. Она как-то странно переминалась с ноги на ногу.

— Может, зайдешь? — сказала вдруг соседка.

— Чего? — я покачал головой. Придурошная какая-то. То ли рефлекс у неё на пистолеты такой, то ли заводится от пушек.

Я развернулся, спрятал оружие и направился к Копчённому. Он лишь указал двумя пальцами, мол, иди вдоль по улице. Туда побежал. Я увидел Сумасшедшего Эрла. Дошёл до него.

— Ты как, старина? — спросил я у него.

— Эрл в порядке, — он принюхался. — А вот тебя отфильтровали. В тебе стало меньше волшебства. В тебе растёт покупатель. Ты стал как все, маленький ковбой. Пиф-паф. Да-а-а-а. Старый Эрл всё знает. Пиф-паф. И к великому уже дотянешься.

Я цокнул.

— Ты видел, парень пробегал?

— Я всё вижу. Их шпионов, которых они подсылают. Чужаков, — прошептал он, а потом снова повысил голос. — Но этот был обычный. Тут живёт. В нём много того, что родится от созерцания. Эрл бы сказал, что он живёт на первом этаже. Старый-старый Эрл предположил бы, что окна у него выходят на что-то заброшенное. Что-то, от чего веет смертью и старым горем. Что-то, что пропахло страхом от взглядов прохожих.

— Ты знаешь его? — удивился я.

— Безумный Эрл живёт тут всю жизнь. Он гуляет не только по своей улице, но и по всему району. И не только. А если Эрл иногда заблудится, это потому, что они не имеют права меня трогать, но могут менять улицы местами или переставлять дома и деревья, и, конечно, старик не робот. Старик путается.

— Если твоя наводка сработает, жди подгон, — сказал я.

— А если нет? — рассмеялся он. — Эрлу уже ничего не нужно. Только покой. Но они не дают.

А я покачал головой. Старый псих. Я тоже не лучше, нашёл кого слушать.

Самое ближайшее место, описанное безумцем, находилось не так уж далеко. Эта была общага на семь этажей. У входа стоял чернокожий бугай. Я прошёл мимо, а его словно на паузу поставили, даже не шевельнулся. Ясно всё с ним.

Внутри был шум десятков семей. Пахло не передать как.

Выбежал мальчонка лет пяти. За ним женщина с грудным младенцем на руках, поймала беглеца и за ухо завела в комнату. Из другой комнаты вышла молодая девчонка, её попытался ухватить за руку какой-то парень, но она влепила ему по яйцам и чуть не сбила меня, словно мы с её Ромео одну вину на двоих делим.

Я шёл по коридору в поисках открытой справа двери. Слева орал телик. Справа ссорились муж с женой. Прошёл ещё дальше. Теперь слева воняло так, будто там тараканы комнату снимают. Справа тишина.

Иногда судьбу можно было считать по двери. Вот, например. Пулевое, след от топора, когти какой-то твари. Или следующая. Единственная с ковриком под дверью, есть несколько затёртых надписей «шлюха», «мразь», при этом самая чистая дверь из всех, и оттуда доноситься совершенно какое-то ангельское пение.

Я постучал.

Дверь открыла девушка. Голубые глаза, седые волосы, бархатная кожа.

— Можно в твоё окно посмотрю? — спросил я.

— Эм. Ну взгляни.

Я вошёл. Отодвинул штору. Ну да. Видок совпадает с описанным Эрлом.

— Не знаешь, кто у вас тут форточник?

— Своих не сдаю. Мне тут ещё жить.

— Ладно. Спасибо. Волшебно поёшь.

Я вышел и поймал в коридоре старого знакомца. Этот пацан хотел обнести Эрла в день Фазы.

Я прижал его к стенке и упёр пушку под подбородок.

— Привет. Помнишь меня?

Он активно закивал.

— Где живёшь?

— Тринадцатая квартира.

— Счастливчик.

Я спрятал ствол. По коридору прошла смуглая женщина с большой ещё парящей кастрюлей. Затем прошествовала девушка в одном полотенце.

Я схватил парня за шиворот и потащил к нужной двери. Он хотел было постучать, но я не позволил, не хватало, чтобы он шифр отбил, и они все через окно свалили. Попинал низ двери.

Она открылась, и я впихнул мелкого туда, сбив девчонку. Заскочил внутрь, захлопнув дверь. В окно тут же попытался дёрнуть какой-то парень.

— Замер нахер! — крикнул я, вскинув ствол.

Он медленно обернулся и изменился в лице. По фоткам, которые дома были, узнал.

— Я всё отдам, — сказал он.

— Куда денешься. Конечно.

Из комнат высыпали дети всех возрастов. Ну, блин. Я опустил пушку.

Я со всеми познакомился, пока самый старший из них, которого звали Брайан, выгребал заначки, чтобы вернуть мои пятьдесят эргов. У них семья из двенадцати приёмных. Отца нет. «Мать» дома не бывает. Они предоставлены сами себе.

— Зато хотя бы крыша над головой, — сказал Чюпик. Тот самый парень, что пытался обнести Эрла.

— За стекло, так уж и быть, с вас не стрясу, и футболку прощаю — сказал я. — Всё бывайте, форточники. Кстати, могу наводку дать.

— За какой процент?

— Да просто. Был такой тип Давинчи. Может, слышали?

— Эту байку все слышали.

— Узнаете, где живёт, можете работать. Домой он не вернётся. Но я вам не говорил. Ладно, пока.

— Я провожу, — сказала их сестра Эльза.

Она зачем-то довела меня до выхода.

— Если что заходи, у нас почти всегда кто-то дома есть.

— Учту.

— Я Эльза.

— Да я с первого раза запомнил, — усмехнулся я.

Что-то с девчонками тут не так.

Я вернулся домой. Вместе с братом затянули окно специальной плотной плёнкой, купленной на такой случай. Очень удобно садится по раме.

— Погнали во двор. В бочке костёр пожгём, — сказал я.

— Погнали.

На улице уже стемнело. Мы развели огонь.

— Веришь, что всё это происходит? — спросил Пашка.

— Да.

— Мне в последнее время кажется, что это паразит шлёт мне это кино. И там как будто бы даже хеппи-энд в конце.

— Поглядим. До титров ещё далеко. Да и сценаристам я бы не доверял. Чую, готовят что-то.

Утром отец отзвонился, спросил всё ли у нас хорошо и сам сказал, что они домой не зайдут, а сразу на работу из гостиницы. Ничего рассказывать про происшествие я не стал, вместо завтрака и утренней зарядки сбегал за стеклом на рынок. Быстро с братом поставили. Незачем никому попусту волноваться.

Забежал в клуб, чтобы хоть что-то съесть перед занятиями.

— Как первый день с оружием? — спросил Энди, он, похоже, тоже без завтрака остался.

— Шикарно. Вчера пистолет мне сильно пригодился. В гетто очень полезная вещь.

— Ты сейчас серьёзно? — спросил парень.

А я заражал.

— Может, и недолго ты с нами поиграешь. Загребут тебя за твои выходки.

— Так уже брали. Вчера какой-то утырок сдал меня копам. Ликтор или Тадеуш. Или оба.

— О! Ты уже на свободе, — поздоровалась вошедшая Элен.

— Волновалась за меня?

— Пф-ф-ф. Ещё чего, наоборот, выдохнула, что не придётся видеть твою наглую рожу.

— Вы чего все сюда припёрлись? — спросила Любава, сразу направляясь к автомату с кофе.

— Я пистолет поменьше взять, — сказала Элен. Девушка взяла коротконосый револьвер, отвернулась и прицепила на бедро под юбку.

Мы пошли на урок.

— Стойте, — окликнула нас Любава, когда мы двинули к выходу. И вручила нам листовки.

— Что ещё один турнир, — усмехнулся я, и уставился в текст. — Хм… Экскурсия в Архонт и Фатум. А это интересно.

Мы спускались вниз по лестнице, Элен зачиталась, и оступилась. Я поймал её.

— Нас от сборной могут свозить, так что не советую тебе тратить деньги, — сказала девушка. — Которых у тебя и так нет.

— А ты была там?

— Конечно. Много раз.

— И как там?

— Ну-у-у. Интересно, конечно. И всё совсем по-другому.

Мы вышли на улицу.

— А где красивее?

— Сложно сказать. Архонт он такой, — покрутила она рукой у головы.

— Волшебный, — раздался голос сзади. — Волшебный на всю голову, — добавила Рин.

— Типа того.

— А ты тоже везде была? — я сунул ментатке листовку.

— Все были, — сказала Элен. И тут её под локоток взяла Бета.

— Я не была, — сказала она. — Но там просто каждый раз что-то мешало. Один раз самолёт прямо посреди дороги развернулся и полетел обратно.

— Хочешь вместе потом слетаем? — предложила подруге Элен.

— Хочу.

Я тоже загорелся идеей. Было бы очень круто слетать на экскурсию.

Задумался. На первом уроке расписал порядок всех выступлений. И график выходил очень плотный. Прям друг за другом шли. Финал межшкольного чемпионата КП, городские соревнования среди школ по Дигме, дворовый КП отборочные.

Я понял, что это мой последний забег в текущей форме. На следующих соревнованиях, я уже поглощу жемчужину и пройду множество локаций. Буду уже совершенно другим.

На большой перемене нас всех собрали и объявили, что в гости сегодня придут две экскурсии. Гости из других городов из Архонта и Фатума. Как-то плотно сегодня эта тема насела на меня.

Мы вышли встретить их на школьный двор. Все встали по классам. Директор вышел.

Увидели гостей.

Два класса человек по двадцать с небольшим в каждом двигались с разных сторон к воротам. Фатумцы были одеты в синие брюки и рубашки с коротким рукавом и погонами. Двигались строем, маршируя. Сразу был виден старший класса и два его зама.

С другой стороны почти плыли по асфальту гости из архонта. Все в белых свободных штанах, белых же рубашках или блузках и в накидках, часть ещё и с белыми воздушными беретами. Причём человек восемь были прямо в белоснежных одеяниях, которые даже немного поблёскивали на солнце, а вот остальные с еле заметным голубым отливом.

— На месте стой! Раз, два, — объявил старший фатумец.

— Друзья, — проговорил в микрофон директор. — Давайте поприветствуем наших гостей аплодисментами.

Мы нестройно, но громко похлопали.

Фатумцы в ответ громко грянули:

— Здравия желаем, товарищ директор!

— Во глотки лужённые, — проговорил Мбаку.

— Не зря говорят, когда фатумцы к нам переезжают, пускаются тут во все тяжкие, — прошептал Лапе Ликтор.

— После небольшой экскурсии, приглашаем в нашу столовую, там уже накрывают столы.

Архонтцы двинулись желеобразной кучей. Причём восьмёрка в сияющих одеждах была в центре, а те, что с голубым отливом, окружали их живым кольцом. Фатумцы же двинулись строем. У каждого класса было по сопровождающему из тех, кто выпуститься в этом году.

Мелкоту распустили. Кто хотел остаться, остался. Было интересно пообщаться этими инополисниками.

В столовой фатумец скомандовал «вольно» и класс рассыпался на множество синих бусин, раскатившись по всей столовой и перемешавшись с белыми жемчужинами.

Архонтцы вели себя странно. Группе в сияющих одеждах остальные отодвигали стулья и подносили еду, и только потом брали поднос себе и накладывали.

Я сел с Рин, Пашкой, Лу и Амандой. К нам подсел лысый смуглый парень в синей форме и невесомая балерина с одухотворенным лицом.

— Привет, — сказал я.

— Даров, — протянул краба парень. — Я Кенни. Можно просто Кен.

Мы тоже представились.

— Я Снежа, — представилась архонтка.

— Чё правда, у вас прям в школе портал открывался? — спросил парень. — Или так, для туристов байка.

— Открывался, — подтвердил я. — Говорят, половину класса убили.

Аманда удивлённо на меня глянула, но быстро взяла себя в руки.

— Ваши посланники воистину были целованы небом, — проговорила Снежа. Видя недоумённое лицо моего не слишком образованного брата, она пояснила. — Мы верим, что одарённые посланы нам небесами. В каждом из них частичка бога. Все они погибнут, защищая город, едва ли кто доживёт до старости. Мы относимся к ним, как к наместникам бога. И пока они с нами, стараемся отплатить своим служением. Это всё что мы, нищие силой, можем сделать.

Брат хотел что-то спросить, но я пнул его под столом. Ну их. Ещё я Элен чай не подносил.

— Эх. Правильные вещи говоришь, — протянула Рин. — Анд, ну-ка принеси мне булочку вон с того стола.

— Всенепременно госпожа, но есть одно маленькое но, — я поманил её пальцем, и когда она нагнулась, тихо прошептал. — А ты уверена, что я не одарённый?

Девушка поменялась в лице.

Конечно я неодарённый. Но странностей хватает, чтобы Рин могла так подумать.

— А у вас как с этим делом, — спросил я у Кенни.

— Да тип как у вас. Ну тип старшим над подразделением могут чаще поставить одарённого. В основном ментатов или лекарей. А так, — он пожал плечами. — Ну тип круто, но не роляет кароч. Подразделение сильно не только одарённым. Больше упор в целом на слаживание и командную работу. Ну тип, толку с ксера или стихийника, если с ними в группе двенадцать, как наш прапор говорит, «манекенов». Ну тип один хороший снайпер затащит не хуже астрального оборотня.

Снежа покачала головой.

— Если бы всё так было просто.

— Ну тип, а че сложного?

Включили музыку здесь и на улице. Люди начали потихоньку выходить в школьный двор или сдвигали столы. Началось более неформальное общение.

Я увидел, как пара одарённых архонтцев пошла к выходу. У одного были длинные волосы, выкрашенные в белый цвет под стать одежде, из-за этого он напоминал не то эльфа, не то вампира. В дверях перед ними образовалась небольшая очередь. Крашенный взмахнул рукой и повелел:

— С дороги!

— Ну ты чего, Нэд, — одёрнул его второй. — Мы в гостях. Забыл?

— Сила привычки, — коснулся лба парень. — Простите, господа, не могли бы вы поторопиться.

— Аристократия хренова, — пробубнил я. Сразу как-то кулаки зачесались.

Снежа поджала губы.

— Если бы они спасли твою жизнь, ты был бы более благодарен, — с мягкой, словно материнской улыбкой произнесла она.

— Это ему пришлось спасать их задницы, — буркнул Пашка, и я ударил его локтем под ребро.

— Ладно, — сказал я. — Рад был познакомиться с вами и вашей культурой. Скоро буду в гостях.

Я пожал руку Кенни и мягко отбил пять Снеже.

Дошёл до двери и замер, развернулся и гаркнул во всю глотку:

— Становись!

Фатумцы повскакивали со своих мест, опрокинув пару стульев.

— Да ладно, я угораю, вы чё.

Большая часть рассмеялась, но парочка не удержалась от крепких слов, но всё же говорили их с улыбкой. Физрук был тут и показал мне кулак, следом этот же жест продемонстрировал директор.

Мы проходили мимо той самой пары архонтов, которые о чём-то возвышенно вещали в окружении группы фатумцев и кадийцев. Вдруг крашенный повёл ноздрями и резко развернулся в нашу сторону.

— Грязный, — тихо прошипел он.

— Да иди ты! — показал я ему средний палец. — Чистый я.

Второй взмахнул рукой, и капюшон с Пашки сорвало.

— Как это возможно? — возопил тот самый Нэд. — Что грязный делает в школе⁈

— Грязная твоя рожа щас станет, чудище, — сказал я. — Научить тебя вести себя в гостях?

Судя по всему, он был начинающий ищущий, а иначе, как учуял паразита. Он направился ко мне. Второй махнул рукой, но я активировал Стойку, и телекинез не смог меня сдвинуть. Я оскалился и произнёс:

— Морда, сейчас я тебе кое-что объясню.

Телекинетик снова махнул, но тут его волна столкнулась в воздухе с другой. Раздался странный звук, словно гром в ладошках зажали. Мбаку подмигнул ему. Крашенный распростёр руку, и астральный шип нарос поверх кулака. Я такое уже видел, когда нас на пляже тормознул ищущий. Только с тех пор сильно всё поменялось.

Парень хотел меня напугать и направил клинок в шею. Я никогда не перехватал астральное оружие, но, если учесть мою способность взаимодействия с реальностями, сдаётся мне, всё получится. Воля тут играет большую роль, как я понял. Она материализует способность.

Я правой перехватил шип. Крашенный попытался растворить его и не смог. Попробовал надавить, но снова Стойка не позволила. Гость выглядел беспомощно, словно шмель засадивший жало в сосновую смолу, и никак не могущий его вытащить.

Я отпустил шип, и он выполнил волю хозяина, растворившись. Тело архонтца понесло вперёд, на зоботливо подставленный лоб. Он ударился носом и схватился за него. Из-под руки на сияющие белоснежные одежды пролилась кровь, раскрашивая их в неприглядные мирские цвета.

— Добро пожаловать, говнюк. Это Кадия, и тут не любят сраных снобов. И здесь вы всего лишь люди. Люди, которые должны и к остальным относиться, как к людям.

Я развернулся и пошёл.

— Я уже хотел за пистолет хвататься, — рассмеялся Пашка.

— А я почти отдала толпе приказ сдавить их, — сказала Рин. Она размяла кисть, словно физически держала чужие сознания на поводке.

— Я первый раз отбил удар другого кинетика! — сиял Мбаку. — Это офигенно.

— Спасибо, — сказал я. — Но и о себе ты зря забыл.

— Ты о чём?

Услышав шаги, он не обернулся. Инстинкт самосохранения у него что-то пробуксовал.

— Обернись! — крикнула Аманда. Мбаку резко развернулся, и Десятка влетела на него на полной скорости, раскатав по земле. Он простонал от боли.

— Анд, что б тебя! — тихо прошипел кинетик. — Как я мог забыть.

— Ходи и оглядывайся, шутник, — проговорила Аманда. — Весёлые деньги тебя ждут. Так приятно отрабатывать проходы на тебе.

— Прости, — тихо проговорил парень.

— Засунь свои извинения себе в маго-синопс.

— Это куда?

Девушка не ответила. Дала пять Рин, Пашке и хлопнула меня по плечу.

Мы подняли Мбаку.

Ребята направились домой. Я с Пашкой в клуб. Откуда меня вырвали на ковёр к директору, где распекали сначала Энди, потом Томаса, как ответственных за меня, потом очередь дошла и до меня. Но нашёл кого пугать, я теперь важный пись… шишка, в двух сборных, отчисления могу не бояться.

— Ну на камерах же всё видно, — поморщился я от крика. — Оборона чистой воды.

Директор проорался на моих кэпах, да и крыть ему было нечем. Так что лишь выгнал из кабинета.

— На счёт три? — спросил Томас Энди, когда мы вышли. Тот кивнул. — Тогда три!

Они влетели в меня плечами с двух сторон и оставили валяться.

— Когда не надо, так вы сразу братья, — простонал я.

Они засмеялись. Отбили друг другу кулак. Ну хоть объединил их, и то польза.

Потом была тренировка по Дигме. Сегодня мы дуэлились на резиновых пулях на полигоне. Один в один поле для КП, но баррикады прочнее, в основном из дерева. Естественно, Энди выскочил против меня, и показал мне разницу в классе. Я едва ли пару раз по нему попал, в то время, как он по мне прошёлся капитально, выбирая в какую часть тела выстрелить на этот раз. Лишь однажды я спасся, скомандовав осечку.

Вылез из капсулы весь какой-то помятый. На всякий случай задрал футболку и проверил не осталось ли синяков от пуль. Фантомная боль что-то до сих пор не отпускала.

— Жесть, — простонал я. А потом дошло, сегодня же ещё КП, и там Томас будет мне мстить. — Вашу ж династию, спортивную, — выругался я.

Любава лишь сочувственно посмотрела на меня.

— Эй, Анд, — бросил мне в спину Тайлер. — Не спекись раньше времени.

— Не дождётесь.

Переодевшись для тренировки. Я просто улёгся на лавочку на поле и ненадолго отключился, уйдя в путевую комнату. Болтал с Михой, крутил в руках жемчужину Кармы. Родился план, когда я её поглощу. Когда полечу в другой город. Полёт долгий. Съем. Пока перелёт, туда-сюда. Всё равно ощущения не самые приятные. Все помятые приземляются. Потом отсыпаться так и так, так что идеально.

Учёба. Дигма. КП. Учёба. Дигма. КП. Всё это слилось в одну бесконечную тренировку. Путь дал мне возможность заняться этим всем, но вместе с тем, словно отстранил меня от себя. На него совершенно не было никаких сил. Испытывал за это небольшое чувство вины. И находил лишь редкие минуты, чтобы поговорить с наставником. Приходил к нему как в спасительное убежище, немного подышать перед безумной гонкой.

Он лишь улыбался и всё приговаривал:

— Не переживай. Живи жизнь.

Словно недолго мне осталось этой самой жизни.

Я попросил родителей, и они подписали выездную доверенность, которая наделяла меня правами взрослого на время поездки. Мы всем классом решили лететь на экскурсию и, быть может, к нам присоединится ещё сборная по КП, пока не ясно. Но места уже были забронированы. Билеты только ещё не куплены, незачем тратиться, если всё же за счёт сборной удастся скататься.

Неделя выдалась очень плотная по тренировкам. Дэвид и Рик наседали, потому что финал был важным, принципиальным. С заводской школой у нашей давние баталии.

Тренера вроде перенервничали больше нас, но в последний день как-то оттаяли.

— В чём дело? — спросил у них Томас.

— Новость печальная. Пирс Браннер — тренер заводской школы погиб в последнюю Фазу. Его сын, капитан команды, не сможет участвовать в игре. В общем, сами понимаете всё.

— Как-то это неправильно, — сказал я. — Может, имеет смысл перенести игру? Не спортивно выходит.

— Мы предлагали, — вздохнул Дэвид Бул. — Но вы же спортсмены, народ гордый. Сам подумай, отказался бы без Томаса играть?

— Нет. Наоборот, вызов ещё больше.

— Вот и там такие же упрямые лбы.

— Есть одна рискованная идея, — сказал Рик. — Чтобы более близким сделать матч.

Несмотря на то, что места на трибунах не хватило и люди просто сидели на ступенях между рядом и устояли, должного по драматичности финала не вышло. Ну с моей точки зрения. Дело в том, что Рик поделил новый состав на две половины, одних выпустил в первый раунд, других во второй.

Моя минута славы выдалась напряженной. Я не играл в КП, я сражался за полёт в другой полис. За вид из окна иллюминатора. За право увидеть мир.

Я вырвал мяч у противника и бегал с ним до свистка, спасаясь от тройки бугаев. Потом меня повалили. И пытались его вырвать, но я несколько раз применил Стойку, каменея.

В общем, бодались мы на равных и кое-как вырвали победу. Но, если бы играли только старички, наша школа порвала бы соперников с больши́м отрывом.

На следующий день были городские межшкольные соревнования по Дигме. Организаторы учудили, спустили информацию об этом за двадцать четыре часа. Типа настоящий профи всегда готов.

Энди собрал нас на инструктаж и начал рассказывать:

— Все школы будут соревноваться одновременно. Такое редко, но бывает. Обычно стараются растянуть, а тут вот так решили.

— Ночной забег? — спросил я.

— Конечно.

— Фракция вторжения?

— А вот тут самое интересное. Это будут красные коммунары.

— Да ну! — не поверил Тор.

— Ты шутишь? — спросила Любава.

Единственная фракция, которая есть только в Дигме. Точнее, понятно, что этот полис где-то существует. И он вроде как нам враждебен, но тех же отступников или предателей, сокращенно просто «предов», ты в игре не встретишь, хотя это поселения, которые в открытую сотрудничают со вторженцами. Просто платят им дань жертвоприношениями из своих же. Приспособленцы и нелюди. Но в Дигму ввели не их, и это заставляет задуматься.

— То есть, если вы не поняли, сражаться нам придётся с людьми, — сказал Энди. — Хорошо вооруженными. Технологичными противниками. Никто из нас с таким ещё не сталкивался. Их вторжение редкое явление в игре. Так что для всех это будет в новинку.

— А за них могут играть такие же игроки? — спросил я.

Глаза Энди округлились, и он схватился за голову.

— Точно! Вот дерьмо. Профессионалы, отыгрывающие фракцию вторжения. Почти никому неизвестную фракцию…

— Что мы знаем о коммунарах? — спросил Энди.

Любава уже шерстила форум на эту тему, поэтому отвечать начал Тайлер.

— Не чаще раза в год их можно встретить в Дигме, если мне память не изменяет.

— Вот нашла, смотрите, — сказала девушка. — Большие вторжения нечасто, НО, их несколько раз запускали локально, во время, допустим, набега орков, своими какими-то целями занимались коммунары. По большим прорывам инфы немного, даже в закрытом платном канале для профиков. Первый раз это был контакт с простым разведывательным корпусом. Самое базовое вооружение: пистолеты, автоматы, мечи для ближнего боя. Второй раз это уже были полноценные группы вторжения, с тяжелобронированными и тяжеловооруженными штурмовиками. В третий раз — один из немногих дней, когда атаку не смогли отбить. Ночь была проиграна, потому что среди атакующих были полноценные одарённые всех мастей. Каждый раз они всё сильнее, — она развернулась в кресле к нам лицом.

— Они крадут людей, — вспомнил Энди. — Увозят на ужасные эксперименты. Есть слух, что не брезгуют человечиной. Это я к тому, что если попадёте в плен, то… лучше не попадать. Смерть может быть очень неприятной. И это не самое худшее, — капитан посмотрел на девушек. — Они успевают насиловать. Конечно, игра не позволит свершиться акту, вас выкинет, а персонажа будет утерян. Но сам факт, что кто-то будет резать на вас одежду, стягивать штаны… так что мы поймём, если вы откажетесь.

— Я точно пас, — покосилась Софи на своего парня, и Тайлер согласно кивнул.

Элен молчала и задумчиво щелкала застёжкой кобуры.

— Дигма есть Дигма, — пожала плечами Аманда. — Я в деле.

— Я, пожалуй, откажусь, — сказала Элен.

— Любава? — уставилась на девушку капитан.

— Если не уверена не надо, — сказала я. — Есть кому себя проявить.

Девушка кивнула.

— Без меня в этот раз.

— А ещё коммунары допрашивают пленников на месте, — сказал Браво.

— Про промывку не забывайте, — дополнил Тайлер. — Некоторые из тех, кого увели, потом возвращались покорными куклами коммунаров и сражались за них.

— Вы щас про реал или игру? — на всякий случай уточнил я.

— А есть разница? — спросил Тайлер.

Я пожал плечами.

— Я их в глаза не видел, так что, честно говоря, не во всё верю.

Энди состроил непонимающую гримасу.

— Наш маленький Фома, имеет в виду нечистую на руку информационную политику, — пояснил капитану Тайлер. — Он же своими глазами видел, что сделал мой брат и как его выставили в СМИ. Мне он, честно говоря, то же самое рассказывал, что по телеку, но я-то его знаю. В общем, частично я с Андом согласен. Не буду вдаваться в детали, но я знаю людей, которые списывали свои ошибки на предов и коммунаров. И знал тех, кто отдали жизнь за Кадию, защищая город от них. Так что давайте держаться концепции учебников. А этот пустой трёп оставим старикам из ящика.

Все согласились.

— Итак, — хлопнул в ладоши Энди. — Группа семь человек, тяжеловооруженный отряд, рассчитанный на пробитие брони. Задача, скорее всего, будет накрошить как можно больше вторженцев. Пулемёты, мины, и гранатомёты — вот что будет.

— Но орги могут выставить ограничения по тяжелости отряда, — заметил Тайлер.

— Тогда может ставку сделать на залут на месте? — спросил я. — Смысл нам с перегрузом залетать, лучше полезностей для выживания набрать и вооружаться на точке.

Энди и Тайлер переглянулись.

— Две группы придётся делать, — сказал кэп. — Первая… — походил из стороны в сторону. — Я, Тайлер, Браво и… и-и-и…. и и и, и например, например. Пф-ф-ф. Допустим, это будет Тор. Вторая группа: Анд, Годрик и Аманда. Вот так оформим. Возражения, вопросы?

— Кто старший в нашей тройке? — спросила Аманда.

— Анд, очевидно. Годрик он вообще про другое. И там будет хаос, а твой потенциал мы раскроем совсем на иных картах.

— Иди сюда, голова в наушниках, — подозвал я Годрика. — Ты из чего стрелять умеешь, в чём спец?

— Я всё могу, — пожал он плечами. — Спец во всём.

Я вздохнул, коммуницировать с ним будет тяжело.

Имелась вероятность экстренного допроса прям на поле боя, так что решено было вообще готовиться отдельно друг от друга, чтобы мы ничего не знали. Потому что Энди решил действовать по классике, а нас он назвал «реагентами неизвестного происхождения» и сказал, что ждёт химической реакции.

Мы всемером стояли в закрытом железном боксе.

Добро пожаловать на ежегодный межшкольный турнир.

Соревнование пройдут в закрытой локации, где не будет других игроков кроме участников турнира.

Задача команд: выжить как можно дольше, убить как можно больше противников и спасти как можно больше гражданских. Оцениваться будет эффективность обороны города.

Вам даётся шестьдесят секунд на корректировку стратегии на игру с учётом заданных условий.

— Все поняли подвох? — спросил Энди. — Убив игрока из другой команды, вы подрываете обороноспособность города. Так что ни в коем случае не стреляйте даже в тупых ганкеров.

— Первый раз, когда нельзя убивать противников, — заметил Тайлер.

Выберите персонажей из представленного списка.

Имелось три варианта одного и того же персонажа. Худой, среднего телосложения и качок. Можно было поиграться с параметрами роста и ширины плеч, но нельзя было менять весовую категорию.

— Работаем по группам, — напомнил Энди. И они своей четвёркой отошли посовещаться в кружок.

— Я беру среднего телосложения, — сказал я. — Аманда будешь худышкой. Годрик, решай сам.

— Я тяж!

Выберите способность из представленного списка:

Зачатки одарённости. Только прорезавшийся дар одного из семи классических направлений.

Боевые рефлексы. У вас было бурное прошлое. Выберите тип оружия, с которым вы будете обращаться лучше прочих. Пистолет, бластер, пистолет-пулемёт, автомат, снайперская винтовка, нож, чаромёт, гранаты, гранатомёт, пулемёт.

Профессиональное прошлое. Вы когда-то и кем-то работали. Выберите то, что в теории может вам помочь в игре. Спасатель, полицейский, врач, таксист, знающий город как свои пять пальцев и т.д.

Я задумался.

— Аманда, будешь лекарем.

— Взяла.

— Годрик, открой список профессий и возьми, что-то с картографией.

— Утильщика взял. Он был в каждой точке.

— Отлично. Я буду пулемётчиком.

Выберите снаряжение из представленного списка:

На отряд был выделено определённое количество слотов снаряжения. Именно поэтому мы и идём налегке, чтобы вторая группа могла пойти тяжелыми. Например, пистолет занимал всего одну ячейку, автомат три, рюкзак четыре. Пулемёт шесть. Это походило на распределение предметов в инвентаре в древних игрушках. Только вот мы сразу разделили наше поле и не видели, что творит вторая команда.

У нас на всех тридцать слотов снаряжения.

— Аманда, выбирай первая.

— Бластер. Одна ячейка. Обойма к нему одна ячейка. Лёгкий броник — четыре. Постановщик защитного поля — одна. Граната — одна. ИПП — одна.

— Годрик. Сильно не шикуй.

— Тяжелый пятисотый «Смит и Вессон» — две ячейки, барабан к нему — одна. Рюкзак — четыре. Аптечка — две.

Так. Моя очередь.

— Арбалет — две ячейки. Колчан с разнотиповыми болтами — две. Отводящий амулет — одна. Шаромёт — две. Плазменный нож — одна. Ещё четыре осталось, разбирайте по две.

— Тогда мне ещё одну гранату и один магазин, — сказала Аманда.

— Мина — одна ячейка. Больше ничего не надо.

— Ладно, тогда я возьму ещё эми-гранату. Если они высокотехнологичные такие, то может им хоть оптику повырубаю на оружии.

— Тогда я тоже вторую грену на эми-импульсную меняю.

В стене открылось семь лифтов. С крохотными круглыми одиночными кабинами.

Пройдите в отведённый вам участок обороны.

Группа Энди вчетвером кое-как втиснулась в лифт. Мы втроём тоже забрались с трудом, сначала Аманда встала у стены, потом я лицом в лей и затем спиной зашёл Годрик. Но как только двери закрылись, пропорции тела поменялись. Годрик разбух, стал выше на голову и размером с Натаху. Я тоже увеличился до средних значений. Аманда хоть и уменьшилась, но это не особо помогло, я фактически вдавил её в стену, вплотную прижавшись.

Двери раскрылись. Годрик вышел, и мы выдохнули.

Оказались в каком-то офисе. Наше снаряжение лежало на полу. Быстро оделись.

До открытия порталов пять минут.

О! Отлично, у нас есть ещё время подготовиться.

Посмотрел в окна. Четыре здания стояли квадратом, имелся внутренний двор, в который можно было попасть только пройдя сквозь внутренние помещения здания.

— Аманда, эти пять минут твои. Потом командую снова я.

Хотелось посмотреть, что она может в этом статусе. Она на секунду потеряла дар речи, а потом кивнула и выбежала на улицу, поманив нас за собой.

Узкая улочка. Заведения и офисы на первых этажах. Рядом небольшой сквер с лавочками полукругом, фонтаном-памятником первому астральному оборотню. Горожане разбегались. Мимо неспешно ехала полицейская машина, чтобы не сбить прохожих. Аманда выбежала на дорогу, преградив ей путь.

— Какой приказ? — крикнула она в окно.

— Патрулирование.

— Давайте с нами. Пять лучше, чем два, — сказала Аманда.

— Мы расположимся в сквере, — сказал Коп. — Если что будем работать сообща.

Нас подозвал Годрик.

— Карта есть в голове, — тронул он висок указательным пальцем. — Безопасная зона через квартал возле леса. Там психбольница для изменённых.

— Ндауж. Безопасно, обосраться как.

По ушам резанул детский плач. Ребетёнка на велике сбил бегущий прохожий, и тот распластался на асфальте, рассадив коленки.

— Годрик, малого в безопасную, — сказала девушка. Мы будем тут.

Парень убежал. Мы же ловили прохожих и говорили им, где развернулось укрытие.

Время истекло как-то очень быстро.

— Подсади меня, — сказал я, указав на маленький балкончик второго этажа.

Девушка сложила руки ступенькой, и я ухватился за прутья перил. Подтянулся и оказался на высоте. С него можно и вниз спрыгнуть, и внутри дома укрыться, и на третий этаж залезть, а оттуда на крышу, очень удобная позиция.

Портал открылся дальше по улице. Из него вышел пузатый мужик в зелёной форме, броне и с пулемётом. Следом шагнули два робо-пса.

Вот дерьмо. Он хлестнул по улице двумя очередями, словно ради веселья просто разбив окна. Я присел, меня пока не было видно. Робо-пёс заскочил в окно первого этажа и выволок оттуда старика.

Я зарядил стальной болт с широкой круглой головкой наконечника с зелёной полосой. Распыляет токсин. Прицелился чуть выше коммунара и выстрелил, сразу же скрывшись в комнате. Пулемёт прошёл по фасаду здания, сбивая штукатурку. Я прилёг, закрыв голову руками. А потом противник как-то всё прерывистей стал стрелять, пока не заглох совсем.

Я высунулся и бросил эми-гранату. Робо-пёс схватил её зубами, и хотел закинуть в окно, но не успел. Ударил импульс, голубой шар разошёлся и обе собаки завалились на асфальт, обесточенные.

Аманда подбежала и на всякий случай пристрелила обоих в голову. Тут из-за угла показался Годрик. Я жестами указал ему на пулемёт. Здоровяк схватил оружие и подбежал, протянув мне. Я ухватил горячие дуло, зашипел от боли, но всё же вытянул. Зашёл в комнату сорвал штору, скрутил и подвязал к ремню пулемёта. Поднялся на третий этаж и подтянул пулемёт за импровизированную верёвку. Залез на крышу и кое-как расположившись, залёг, наставив оружие на портал.

Из него выбежала группа в пять бойцов, три были с большими противопулевыми щитами. Аманда начала стрелять из бластера, прошивая щиты. Бойцы попрятались за машины. Один подбросил в небо какой-то шар, и он развернулся в большую осу, размером с мяч для КП. Техник подкинул ещё несколько таких, и они, кружась, направились в сторону Аманды.

Я дал очередь из пулемёта, сшибая птичек. Искрящей грудой, они попадали на асфальт. Я прошёлся по двум авто, где укрывались коммунары, не позволяя им поднять головы. А потом сразу откатился, утащив пулемёт. В край крыши ударили сразу несколько автоматов, а потом пару выстрелов из импульсной винтовки.

Упакованные гады. Я только сейчас вспомнил про отводящий амулет, и сжал его активируя.

Зарядил болт с огоньком на круглом наконечнике и стрельнул навесом. Он воткнулся в крышу машины, заключённое в наконечнике топливо растеклось и вспыхнуло, подожгло разлитый бензин, и пламя мигом перекинулось на вторую машину. Противники заорали.

Один ринулся вперёд, прикрываясь щитом, за ним бежали два других без остановки стреляя, одиночными и не давая Аманде подняться. И тут громыхнул револьвер Годрика. Танчащий игрок замер на секунду, я высунулся с крыши и пустил болт ему в плечо. Щит выпал и следующий рокочущий выстрел, попросту снёс его, швырнув в столб.

В этот миг ударили дробовик и винтовка копов, добивая двух оставшихся без защиты. Эту волну отбили.

Я маякнул Годрику, и он рванул к порталу, доставая на ходу мину.

— На тело! — заорал я. Он схватил мертвого коммунара и положил на мину у портала. Тут же припустил обратно, заняв позицию за пикапом.

Аманда успела налутать пару винтовок. Одну взяла сама, другую швырнула мне. Я не сразу разобрался, где в этом сборище кнопок нужные. Активировал выскакивающий коллиматор. Навёл на портал красную точку.

Поигрался с настройками, понял как делать зум. Перевёл взгляд на перпендикулярную улицу. Там на крыше несколько противников срезали с убитого игрока уши, намереваясь перекусить.

Я выставил поправку на дистанцию в триста метров и дал очередь из трёх пуль. Одного убил, а второй скатился с черепицы и шмякнулся на асфальт. Дал зум ещё дальше, там картина складывалась ещё хуже. Двое коммунар срезали одёжку с перепуганной до смерти девчонки. До туда не добью выстрелом.

Я вздохнул. Навёл прицел на портал, и оттуда шагнула группа с постановщиком защитного поля. Я дал два выстрела, но пули ударились о стену кокона и упали. Я сменил позицию. Один из коммунар перевернул заминированное тело.

Рвануло!

Постановщик погас.

И мы ударили в три ствола. Бойцы были крайне бронированные, в футуристичном доспехе, покрывающем всё тело. Все пули по касательной соскальзывали. А прямые попадания, лишь заставляя их укрыться. Понятно, что доспех не вечный, защитные элементы будут разрушаться, но от этого не легче.

Я сорвал с пояса гранату и метнул. Следом полетел подарочек Аманды. Два взрыва почти слились в один. Я просто добил магазин, пока там всё в дыму, и не прилетит в ответ. Потом подтащил пулемёт, и секунд за пять добил остаток ленты.

Спрыгнул с крыши и бросился к копам. На них налетела стая механических ос. Одну сбил выстрел из дробовика. Я выхватил жезл и крутанул кольцо над рукоятью, активируя режим «картечь» и стал поливать рой, пока не посбивал всех. Как же непривычно, что отдачи нет и звука выстрела.

Посмотрел на копов, один из них начал оседать. В плече у него торчало жало осы.

— Снотврное, пхоже, — заплетающимся языком протянул он.

Аманда вручила мне бластер. Сама подобрала пистолет коммунара и импульсную винтовку. Годрик уже набил рюкзак магазинами, один автомат держал в руках, второй повесил на грудь, третий вручил полицейскому. К тому же напялил шлем, хоть и с вмятиной на виске.

И тут из портала шагнуло то, что я точно не ожидал увидеть.

— Боевой, мать его, мех, — ошарашенно выдал я.

Здоровенная бронекабина с руками, ногами, вооружением и пилотом, который этим всем рулит.

В Кадии их было совсем немного и все они трофейные. Ресурс у них небольшой, потому используют эту технику крайне редко и в основном в случае нашествия инсектойдов. Там мехи проявляют себя эффективнее всего.

К нам по крыше бежал другой игрок. Он прыгнул с крыши на крышу, и мог долететь, но тут две пулемётных очереди из оружий меха буквально разорвали его тушку на куски прямо в воздухе. Посыпался мясной дождь.

Я прыгнул за руль полицейской тачки.

— Коммунара положи, — крикнул Годрику. Он усадил мне труп на колени. А следом запихнул ещё один. Я почти не видел дороги и с трудом дышал. Кое-как тронулся с места и выжал газ.

Мех не торопясь шёл по улице. Заглядывал в окна. На запятках у него сидели два бойца. Мех проламывал стену, хватал человека, автоматически упаковывал в сетку и передавал двоим из ларца, которые быстро заносили пленника в портал.

Я гнал на полной скорости. Мех обернулся на звук, открыл огонь и повёл ствол в мою сторону. Лобовое взорвалось осколками. Тела на мне сотрясались, работая пулеуловителями.

Раздался грохот столкновения. Меня лишь слегка бросило вперёд. Некуда было. Нос разбил. Но это ерунда.

Мех жужжал сервоприводами, пытаясь встать с машины, прогибая крышу и грозясь меня раздавить. Я дотянулся до бластера и стал палить в упор. Прошивая мягкий металл машины, но плазма попадала в стекло и растекалась по нему, начиная плавить его, но не более. И тут я увидел синюю вспышку.

Эми-заряд прошёлся по меху. У меня у самого сердце чуть не встало. Туша отключилась и начала наваливаться на авто. Годрик сунулся в окно и не придумал ничего лучше, чем подставить автомат как подпорку. Открыл заднюю дверь, разложил кресло и выволок меня.

Арбалет был в хлам, а самый эффективный мой наконечник со взрывчатой головкой ещё не использовался. Портал опять засветился, пропуская кого-то. Я рванул туда и укрылся за порталом. По звуку понял, что это очередной мех, а эми больше нет.

Выскочил из-за спины. Застрелил двух бойцов. Запрыгнул на их место. Провернул головку болта, она замигала, воткнул в сочленение и спрыгнул, перекатился и закрыл голову руками. Рвануло. Мех немного повело, он врезался в здание, проломив стену. Зашарил по кирпичам, пытаясь их откинуть, чтобы не мешали гироскопу ловить баланс.

Я метнул бластер Аманде, которая укрылась за тушей второго меха. Она поймала оружие и начала стрелять по ногам. Тут защита была слабее. Девушка перебивала эластичные шланги псевдомышц, расплавляла коленные сочленения.

Мех упал на спину, но продолжил стрелять, не видя нас.

Годрик уже вытащил из полицейской тачки шланг с канистрой и набирал бензин. Подбежал со слепой зоны. Полил мех. Пилот заорал. Попытался нажать открытие кабины, но стекло заклинило. Годрик стрельнул пару раз по корпусу и искры воспламенили топливо. Мех загорелся. Пилот долбился в стекло и орал.

Дигма тварь, что ж ты с нами творишь.

Аманда подогнала прямо к порталу машину, заблокировав его ненадолго. Годрик принёс нам четвёрку футуристичных гранат, снятых с противников. Хм, какой интересный тут взрыватель, если примотать к нему шнурок…

— У меня есть идея, — сказал я. — Хочу на ту сторону скататься.

— Ты псих! — воскликнула Аманда.

— Так не делают, — добавил Годрик.

Я пожал плечами. Мы нашли изоленту в одной из тачек. Я примотал на лобовуху четыре грены вместе с эми-наконечником, пакетом пуль и канистрой бенза. Сюда же воткнул блоки питания с робо-псин. Аманда отогнала танку от портала, и я, утопив педаль газа, рванул туда.

Успел увидеть вспышку переноса, взвод противников, с кучей роботов всех мастей и две группы одарённых.

— Гори! — только и успел крикнуть я, разом сжигая всю ману, и дёрнул шнурок, активируя гранаты.

Я сел на край капсулы. Руки дрожали, в носу ещё стоял запах гари. Да уж, если выбирать между КП и Дигмой, КП выигрывает с большим запасом.

Подошла Любава.

— Ты как?

Я устало уткнулся в неё лбом, пытаясь восстановить дыхание.

— Это было больно, — сказал я. — Я сделал всё, что мог. Как остальные?

— Пока держаться. Но очень многие команды уже выбыли.

— Ну и отлично.

Я надел новенький наградной кастомный бомбер. У меня было два обычных, выданных за вхождение в сборные, потом к ним добавился наградной за кубок по КП, и теперь есть ещё вот этот.

— Церемонии награждения как таковой не будет, — сказал Энди. — Медали нам передадут вместе с грамотами сегодня. Будет поздравление от школы. И через какое-то время позовут в кадийский офис Дигмы. Там вручат кубок, проведут экскурсию и надо будет подписать бумажку о неразглашении, и узнаете кое-что… — загадочно добавил Энди.

Я переглянулся с Аманадой, Пашкой и Элен.

— Ти Джей, ты пока туда не пойдёшь, только на следующий год. Для тебя же лучше, — сказал Энди.

Да что там такого?

— Ну всё, — подвёл итог Энди. — Кэп проставляется, кто, что будет есть?

Чемпион города по КП и по Дигме. Меня узнавали, со мной теперь здоровались не только в школе, но и на улице другие подростки. Это было странно и непривычно. Девчонки мне улыбались или смущенно отводили глаза.

С Элен, кажется, стал нормально общаться, когда рядом нет Беты так уж точно. Её подруга так и не простила мне тот шлепок по заднице. С Рин, мы, пожалуй, что и сдружились, да и с Амандой тоже.

Прочувствовать и насладиться триумфом было особо некогда. Странный взлёт, сотни часов труда забываются, и кажется, что в одночасье стал из изгоя звездой.

Остались последние ближайшие соревнования. Я уже предвкушал возращение в Путь. Соскучился по нему. Если бы у меня сейчас забрали КП и Дигму эта утрата так бы не ощущалась.

На следующий день были соревнования по дворовому КП. Я позвал Аманду посмотреть, конечно, она согласилась. На всякий случай позвал ещё и Элен, которая начала ломаться. Тогда я подключил административный ресурс, и её сюда направил уже Томас, нарабатывать насмотренность, нам как новичкам полезно, и всё такое.

— Сказал бы, что нужны игроки на замену, на всякий случай, я бы откликнулась, — попеняла мне Аманда.

— Но вообще, я тебя больше как помощника капитана позвал.

Дедушка-тренер на первую игру прийти не смог. Разволновался из-за неё, похоже.

— Первый тур будет лёгкий, — напомнил я. — И никаких драк до финального свистка, иначе дисквал игрока.

Против нас вышла сборная какого-то двора, одеты были хуже нас. Белый верх, чёрный низ. Мы хотя бы в форме. Натаха тупо пробежала до конца поля, закинув мяч. Не было никого, кто бы её остановил.

Вторая игра выпала против чисто женской команды какого-то предприятия. Ну что сказать, это было красиво, приятно, эстетично, и совершенно неконкурентно. У парней мозги отключились, но всё же работу мы выполнили.

А вот в третьей игре нас заставили пожрать земли и пожевать гипсокартон. Уж не знаю, по приколу или по указанию сверху, выскочила команда утильщиков. Понятно, что последний раз, они играли лет десять-пятнадцать назад в школе, но здоровые все мужики с очень тяжелой работой. В общем, играть не умели, но поваляли знатно.

На победу проставлялся Буян.

— Отборочные мы прошли, — сказал я, поднимая стакан сока. — Давайте, за красивую игру.

Мы набивали животы. Аманда с ужасом смотрела на то, как живущие в гетто уничтожают пищевые запасы.

— Дальше всё на зубах вырывать придётся, — сказал я. — Так что тренировки придётся усилить.

В этот же день, я в кои-то веки погулял с семьёй в парке. Пусть и поздно вечером, но всё равно. Мы так лет триста не выбирались.

— Я вот думаю в такой цвет фасад дома покрасить, — сказал отец, глядя на фургончик с мороженным.

— Хороший цвет, — согласилась мама. — Но вообще, я бы уже начала думать над первым взносом у нового жилья.

Мы все на неё посмотрели.

— Как будто бы всё наладилось, и если ужмёмся, сможем себе позволить ипотеку, если продадим наш дом. Будем жить, пусь и на окраине центра, но всё же.

— Надо ещё подождать, — сказал отец. — Посмотреть, как дела пойдут. Я в целом не против. Парни, вы что скажете.

— Как-то это неожиданно, — сказал Пашка. — Устаешь, конечно, крутить колёса в такие дали, ну не знаю. Анд?

Я молчал. Только сейчас дошло, что на самом деле не хочу покидать гетто. Да в центре безопаснее моих родным, но мне самому не хочется уезжать из района. Слишком многое с ним связанно.

— Я не знаю, мам. Я люблю гетто. Я понимаю, что это не здоровая тема, но всё же. Это мой район. У него самая богатая история в городе.

— Андрей, — с какой-то заботой и сожалением посмотрела на меня мама. — Я услышала тебя. Вернёмся к теме, когда и если созреем финансово.

Я согласно кивнул. В крайнем случае, я же смогу съехать, арендовать или забрать пустующий старый трейлер и заняться его восстановлением. Собрать двигатель на свалке и кататься, ночуя каждый раз в разном месте. Можно, на нём в центр будет выезжать, чтобы провожать закаты на берегу реки и встречать рассветы.

— Носки взял? — спросила мама.

— Ну ма-а-ам. Я всё взял.

— Какой-то у тебя маленький рюкзак.

— Я же не на год еду. Это короткая экскурсия. В крайнем случае, одолжу футболку у кого-нибудь. Или буду в форме сборной гонять. У меня их теперь аж две штуки и целая коллекция чемпионских бомберов.

— Четыре это ещё не коллекция, — заметил брат.

— А я твои два тоже посчитал. Всё равно нифига не носишь.

— Эй, руки прочь. Я их честно заработал.

Я взял рюкзак. Вышел тяжелее, чем хотел, но мама напихала вещей.

— Всё. Всем пока.

Я пожал брату и отцу руку, а мама поцеловала меня, глядя вслед так, словно на дежурство в Фазу провожает.

Я шёл в какой-то особой весёлости. Наверное, так себя чувствую люди перед отпуском.

— Ты куда намылился такой довольный? — окликнул меня Клёпа.

— Да вот лечу. Смотреть красоты заморские.

— А они прям заморские?

— Да фиг знает. У меня по географии беда.

Мы поржали, и я пошёл дальше.

— Эрл! — махнул старику. Он принюхался ко мне издали и покачал головой, скривив морду.

— Ты стал как все. Растратил искры созерцания. Как все, Андрюшка. Поди прочь.

Я покачал головой.

На выходе из района мне попался Столб.

— Как жизнь, молодая? — спросил я.

— Да брось, какая уж тут молодость. Сам-то как?

Я рассказал, что выиграл всех и вся, и бездомный как-то помрачнел.

— Если пригласят в офис, — сказал вдруг он. — Будь осторожен со всеми. Подписывай только одну бумагу.

— Эм… ладно учту.

Я бы расспросил его подробнее, но не было времени. Что-то мутное там. Откуда вообще бездомному знать такие нюансы? Надо будет потолковать с ним.

Припустил до школы. По дороге увидел проезжавших мимо Буяна с Натахой. Помахал им, но не уверен, что они меня видели.

У ворот стояло два школьных автобуса. Мы набились туда с рюкзаками, как огурцы в банку.

Слева сидела Рин. Спереди Аманда с Мбаку. Сзади была Бета с Элен.

— Анд, — спросила Бета. — Чем от тебя таким пахнет?

— Не знаю, — пожал я плечами. Она перегнулась через спинку и принюхалась.

— Ты бреешься уже, что ли? — удивилась девушка.

— Так давно. Каждый день теперь с этого начинается.

Все заинтересовались и стали прислушиваться. Ликтор даже ничего не сказал, лишь улыбался каким-то своим мыслям.

Автобус тронулся. Все пришли в оживление.

— Может, что-нибудь споём? — предложила Аманда.

Я к своему стыду, был далёк от современной музыки. Знал старые хиты. Знал стихи нескольких уличных поэтов из родного гетто. Ну ещё недавно Годрик включал какую-то свою музыку, но меня не зацепило.

— Давайте «куклу архимага», — предложил Шон.

Водитель врубил минусовку и заулыбался, глядя на нас в зеркало заднего вида.

И тут неожиданно Рин запела таким ярким и пронзительным голосом.

— Как невольница в ночи глухой

Меняет бессоница образ твой.

Чьих любовница ты кровей?

Зачем тебе охотиться на людей?

И тут уже весь класс подхватил:

— Как невольница в ночи глухой

Меняет бессонница образ твой.

Чьих же кровница ты идей?

Зачем тебе охотиться на людей?

Подпевая, я прикрыл глаза и активировал «Путеходец».

— Чьих же кровница ты идей? Зачем тебе охотиться на людей? — проорал прыгая, вокруг Михаила. Он смеялся. Словно про Карму песня. — Чьих же кровница ты идей? Зачем тебе охотиться на людей?

Я извлёк жемчужины и положил их на ладонь.

Усиленная жемчужина пилигрима (Кармы) Томпсон Карины. 25 лет. Раса Человек.

Владелец — Андрей Богданов.

Возможно поглощение.

Содержит:

30 очков умений

60 очков характеристик

10 Умений.

Инвентарь 20 ячеек.

Я согласился.

Моя белая начала впитывать в себя чужую жемчужину. Увеличилась в размерах, поглотив её окончательно, и оставив лишь черно-серые песчинки. Внутри проявилась крохотная еле заметная розоватая прожилка, словно видимый капилляр на белке глаза.

— Процесс интеграции займёт время, — сказал Михаил. — Загляни через полчаса. Можно будет выбрать характеристики.

Я кивнул. Испарил свою жемчужину. Поворошил оставшиеся от жемчужины крупицы. Неожиданно пришла идея. Я порезал палец и замешал кровь с этими частицами. Взял меч Кармы и вывел вертикально на лезвии слово «Карма».

— Отныне имя тебе Карма, — сказал я. Кровь вмиг испарилась, а горящие, вытравленные на металле буквы остались. Я глянул на полоску маны, и она оказалась пустой.

Михаил уважительно поджал губы.

— Как ты научился продавливать реальность голосом.

Тут ещё и ритуалистика примешалась, ну да ладно.

— До скорой встречи, наставник, — сказал я.

До аэропорта добрались быстро. Я не понимал, боюсь ли летать. Вроде волнения не чувствовал. Зато уже ощущал, как расширились мои энергетические возможности. Эхо уже впитал в себя новую силу, и пусть Анд ещё не выбрал новые характеристики и не принял всю её мощь, накатывала некая слабость.

Мы сдали багаж и почти сразу была посадка на рейс. С моим оружием возникли сложности, но увидев логотип Дигмы и всё тщательно проверив, сотрудники успокоились.

Лайнер был больше, чем я думал. У трапа плечом столкнулся с Ликтором, шагнули одновременно, он лишь усмехнулся и пропустил вперёд.

Я поднялся на борт. Оказывается, сборная по КП, черлидерши и даже комментаторы Тор и Алёна уже были в самолёте. Помимо ребят с моей школы, тут присутствовало и несколько других пассажиров.

Я с нетерпением ждал взлёта, а вот Рин что-то разволновалась.

— Ты боишься летать? — спросил я.

— Нет. Но в самолёте стократ острее чувствуешь страх других. Я пытаюсь всех успокоить, но тут сложно закрываться и невольно принимаешь удар на себя.

— Да и оставь людям их страх.

— Ты что⁈ Это такой редкий шанс попрактиковаться.

Меня уже накрывала усталость.

Красивая, и я бы даже сказал сексуальная русоволосая стюардесса по имени Лиза провела предполётный инструктаж. Самолёт начал медленно брать разбег. Сразу настала тишина в салоне. Все пялились в окна. Рин уже до боли сжимала мне руку, и я мягко накрыл её ладонь своей.

— Что ты там так высматриваешь? — спросила она, видя, как я прилип к окну. Родное словно бескрайнее гетто казалось теперь таким маленьким. Я разглядел русло. Свой крохотный домик. Особняк рогатых. Жилище Лупиты. Качалку.

Аж в груди защемило. Я невольно набычился, чтобы глаза блестеть не начали. А Рин увидела моё лицо в отражении иллюминатора и засмеялась.

Кадия на расстоянии стала совсем маленькой. Просто крышка от бутылки, на которой кто-то нарисовал целый город.

Я откинулся на спинку.

— Не верится. Просто не верится.

— Давай махнёмся, — предложила Рин. — Я тоже хочу в окно посмотреть.

— Давай. Я всё равно уже выключаюсь.

Я встал, Рин протиснулась между мной и креслом.

— Слушай, — прошептал я ей. — Меня может очень крепко выключить. И если будет что-то важное, разбуди своим даром.

Она нахмурилась.

— Это опять твои штучки?

— Сама ты штучка, — усмехнулся я.

Я убрал подлокотник между нами и прикрыл глаза. Сделал вид, что уснул, и как бы невзначай уронил руку ей на бедро.

Сны были странные. Очень яркие и в тоже время рвущиеся, мимолётные, абсолютно не запоминающиеся. Один только остался в памяти, где Миха пел «мёртвого коммунара».

Проснулся от того, что кто-то прошёл мимо и задел. Захотелось в туалет. Но сон держал крепко, снова отрубился, пока опять кто-то не задел, возвращаясь назад. Я всё же продрал глаза. Встал, направился прямо по проходу. Но меня опередил выскочивший из-за шторки пилот.

— Оп, я первый! — весело бросил он и заскочил. Я развернулся, решил не идти на место, а подождать тут и начал всех разглядывать.

Бета дрыхла на плече у Элен. Томас, кажется, подкатывал к Фионе. Заур и Кайрат о чём-то спорили. Ликтор сидел будто каменный, Лапа пытался ему что-то говорить, но тот не слышал. Рин смотрела в окно, поймала мой взгляд и улыбнулась. Саманта Агаян о чём-то трепалась со своими чирлидершами. Моника тоже как-то затесалась в их компашку. Тадеуш дрых. Камуй дрессировал какого-то хомячка, зверёк бегал по спинке кресла. Аманда и Шон с интересом наблюдали за маленьким пушистым театром имени одного щекастого актёра. Олаф пытался скопировать бутылку воды, но копия рассыпалась на фиолетовые осколки, которые потом таяли без следа. Надо же. Похоже, не так-то это всё просто.

Пилот вышел, я зашёл в туалет. Гудела вентиляция. Пока опустошал бензобак она затихла, а когда нажал на слив, снова загудела. Как легко впечатлить парня из гетто.

Вышел, чуть посмеиваясь с самого себя. Уселся на место. Рин положила мне голову на плечо, а я свою склонил на её.

Проснулся от ментального шлепка. Всё тряслось и громыхало. Люди кричали. Что-то бубнил громкоговоритель. Кто-то из пассажиров валялся в проходе, и не мог подняться из-за тряски.

— Что это? — заорал я. — Турбулетность?

— Подаем! — прокричала Рин, на лице застыла маска страха. Она пропускала через себя страх смерти десятков человек, и явно не справлялась.

— Мамочки! — воскликнул кто-то.

Только сейчас заметил болтающиеся маски. Глянул в окно, земля очень быстро приближалась. Я схватил Рин за подбородок и повернул лицом к себе.

— Смотри на меня. Читай меня!

В глазах ментатки снова появилась осмысленность. Девушка сфокусировалась на мне, и её сразу отпустило, ведь меня она считать не могла.

— Сейчас я вам покажу, как парни из гетто терпят авиакатастрофу.

В кресло сжимало со страшной силой. Ремень сдавил так, что стало тяжело дышать. Мигало аварийное освещение. Почувствовал запахи, кого-то стошнило, кто-то обделался и промочил штаны. Двигатели поменяли тональность и взревели как при взлёте.

Небо в окне исчезло, ему на смену пришло быстро приближающееся зеленое море вершин деревьев. С полок посыпалась ручная кладь.

Только сейчас удалось расшифровать напряженный голос стюардессы в динамиках.

— Сохраняйте спокойствие. Мы не падаем в штопоре, а совершаем контролируемую экстренную посадку. Не отстёгивайте ремни безопасности до полной остановки самолёта.

Я снова глянул в окно. Какая нахрен посадка⁈ Я видел посадки, и они нифига не такие быстрые и не под таким углом. Заметил рухнувшее дерево, вспорхнувшую с него гарпию и какой-то живой зеленый столб дыма.

Внутри всё похолодело, когда дошло, что даже если выживу при падении, останусь посреди леса за сотни километров от города на территории, кишащей тварями из сотни раз фракций. Окажусь там, где ещё никто и никогда не выживал.

— Нет! Нет! Нет! — причитал кто-то.

Мимо пролетела бутылка воды. А следом в лоб ударил телефон.

Женские визги смешивались с чьим-то мужским истеричным плачем. Кто-то молился торопливо и сбивчиво. Не знаю, как я вычленил это, среди шума, салон дребезжал так, что казалось сейчас самолёт развалиться от перегрузок. Уши закладывало.

Я активировал «Путеходец». Единственный способ уцелеть сейчас, это увеличить свою выживаемость.

— Мих, я падаю с самолётом! — заорал я. — У меня очень мало времени.

При поглощении жемчужины вы сможете перенять лишь часть её содержимого. Выберите приоритет:

— Очки умений

— Очки характеристик

— Умения

— Содержимое инвентаря

На приоритетном компоненте повышается шанс перенять набранный потенциал с наименьшими потерями.

Я задумался. Я помню, как Карма с мечом в животе сиганула с крыши и выжила. Это же как раз должно быть в умениях, но где вероятность, что по закону подлости, оно не окажется за бортом? В инвентаре вряд ли у неё найдётся телепорт или парашют. Возможно, раскачанные характеристики смогут меня спасти?

Твою ж налево. Что выбрать⁈

OG187 со скрипом шейного сочленения поднял голову и увидел падающий самолёт. Процессор напрягся, высчитывая скорость падения, заставляя систему охлаждения поработать. Расчёт, точнее, вердикт был однозначный — разобьются.

OG попытался улыбнуться, но забыл, что имитатор нижней челюсти ему сломал дряхлый лич. Мимоходом Сто Восемьдесят Седьмой открыл внутренние логи и отключил программу имитации дружелюбия до первого контакта с разумными, оцененными системой как «опасность».

Далёкий грохот падения раскатился по джунглям. Из руки выскочил плазменный резак, и механоид, кроша лианы пошёл к месту крушения.

Двухметровый крылатый ящер сидел на ветке. Когтистая лапа держала нагое женское тело, невкусные и некрасивые пернатые крылья, он уже оторвал и отбросил в сторону. Осторожно с хрустом открыл грудную клетку и съел сердце. Затем аккуратно когтем вырезал печень и проглотил её.

Поднял голову, услышав гул в небесах. Когда-то мама учила прятаться от таких птиц, но потом сама же охотилась на них. Этот стальной и неуклюжий псевдодракон почесал брюхо вершинами деревьев, а потом скрылся из вида и грохнулся где-то в дали. Даже крылья не сложил перед посадкой.

В месте крушения занялся пожар в небо поднялся столб чёрного дыма. Дракон уже обрёл зачатки сознания и мог побороть инстинкты, он не боялся столбов дыма, всё же это не живой зелёный опасный дым, который убил его отца, это обычный собрат огня.

Дракон откусил голову добычи. Самые ценные части важные для развития разума он пожрал. Можно полететь и посмотреть, что там. Всё-таки до превращения в драконида ему нужно сожрать ещё несколько тысяч разумных.

Земля содрогнулась. Геоморф почувствовал толчок небывалой силы. Даже, когда беременный великан падает, вибрации и то не такие мощные. Монстр испугался. Инстинкты вопили, что нужно бежать, но она давно не та глупая особь, что погибает, отложив яйца теоморфов, которые потом обращаются в аэроморфов и летят домой. Дом остался далеко. Тут все циклы работают по-другому.

Любопытство победило, когда он почувствовал вибрацию сородича. Ну уж нет, если там будет еда, незачем ей делиться.

Аурум. Это имя в насмешку он получил от старого вампира, что не стал убивать свежеобращеного оборотня, а вдоволь поиздевавшись отпустил его.

Уже который день он брёл голодным по этому проклятому лесу. Охота никак не складывалась. И на каждую новую попытку оставалось всё меньше сил. Аурум уже подумал притвориться мёртвым, и поймать добычу таким низким, как говорил вожак «щенячьим» способом.

Он не увидел сам момент падения, зато учуял запах крови, который ветер принёс. Рот наполнился слюной. Аурум чуть было не завыл и ринулся к цели.

Всё вокруг провоняло эльфами. Тетрадаэль и сам когда-то носил в себе частицу их крови. Точнее, это остроухие пошли от другой линии его предков. По крайней мере, так было в его мире. Здешние же эльфы страшно его бесили.

Испить из них было всё равно, что человеку хлебать болотную жижу. И разило от них кровавой магией их жестоких диких божков за версту. Вообще, тут ему по большей части нравилось, но вкусных экземпляров попадалось немного. Он уже всерьёз подумал кого-нибудь обратить, и посылать охотиться вместо себя.

Искусственную птицу местных аборигенов он услышал издали, и на всякий случай стал невидимым и скрылся за стволом дерева. Иногда они могли увидеть цель в разных спектрах и выстрелить из пулемёта или пустить ракету ради веселья.

Но эта птица не охотилась. Она стремительно неслась к земле. Ещё до падения Тетрадаэль понял, к чему идёт и рванул примерно туда, куда грохнется неболёт. Надо успеть урвать хоть немного вкусной кровушки, пока зверьё со всей округи не превратило обломки в пиршественный стол.

Очки умений мне никак не помогут. Всё что поглощу, этого и так должно хватить с головой.

Значит, вопрос только в самих умениях или характеристиках. Но у Кармы было всего десять умений. Она, наверное, как я не бродила по локациям, отсюда такой скудный выбор. Не брала всё подряд, чётко выстраивала билд, и надо признать, у неё неплохо получалось. Если бы не ритуал, я бы погиб.

Шестьдесят очков характеристик против десяти умений. В таком ракурсе, как будто бы даже глупо сравнивать.

Я поставить приоритет на Умениях.

Поглощено:

22 из 30 очков умений

47 из 60 очков характеристик

8 из 10 Умений.

11 из 20 предметов инвентаря

Я открыл список доставшихся умений.

Вам выданы базовые версии умений.

Вот, блин, то есть весь функционал Кармы перенять не выйдет. Придётся самому прокачивать умения.

1. Сила панд. Вы способны падать с высоты с гораздо меньшим уроном телу. Чем выше, тем слабее работает навык.

2. Выносливость. Вы способны восстанавливать запас сил, за счёт очков маны.

3. Из последних сил. В случае своевременной активации умения, получив серьёзные ранения вы имеете запас времени сохранения физического функционирования. Затраты маны: 1 единица за 1 секунду

4. Управление оружием. Избранное оружие всегда возвращается вам в руку.

Чего, блин? Это вот с этого уровня она прокачала умение до того, с чем мне пришлось столкнуться?

5. Копирование оружия. Вы создаёте путевую копию оружия. Затраты маны в зависимости от веса, размера и материала предмета.

Ну хотя бы тут повезло. Клинок Кармы сам копия, потому затраты маны на него будут минимальны. Но и швыряться им я пока не смогу. Точнее, смогу, но на ручной тяге.

6. Размытый рывок. Вы скользите в сторону, вперёд и назад, размывая свой силуэт.

7. Пафос пилигрима. Вы способны задать магический спецэффект использованию инвентаря. База спецэффектов будет пополняться по мере появления большей насмотренности.

8. Сновиденное копирование.

Навык уже имеется. Дублирование невозможно.

Умение заменено на свободное очко умений и координаты локации со следующей ступенью развития навыка.

Ну не зря выбрал приоритетность эту. Навык Панд может помочь пережить падение. Да и удирать придётся, перевод маны в выносливость пригодится.

Открыл список своих старых умений, и в комплект к Панде и Сопротивлению Физ урону, взял Сопротивление Воздуху и Сопротивление Земле. Это должно хоть немного помочь. Связки навыков, как я давно выяснил, дают усиленный, и не задекларированный эффект.

Так. Теперь надо быстро раскидать характеристики. С остальным разберёмся потом. Не хотелось бы погибнуть из-за того, что увлёкся билдостроительством. Время тут конечно течёт ужасно медленно, но всё же не замирает на совсем.

Шесть очков сразу в Инвентарь, доведя ячейки до десяти. Если выживу, придётся много всего хватать. Осталось ещё сорок одно.

Сразу пятёрку в Телосложение, надеюсь, хотя бы визиуально проявится не сразу. Пять в Ловкость, на мне очень нужна будет. Три пункта в Интеллект, глядишь выдумаю, что полезное. Семь в Силу, из-под обломков себя вытаскивать пригодиться. Двадцать одно в ману, чтобы её стало триста единиц. Чую, волжбу системную творить придётся аки архимаг.

— Ну всё, Мих. Мне пора. Надеюсь, ещё свидимся.

Учитель обнял меня. А я закрыл глаза и снова очутился в эпицентре авиакатастрофы.

После тишины путевой комнаты, шум ударил по ушам особенно резко. Самолёт заскрёб пузом по верхушкам деревьев. Корпус затрещал. Фюзеляж лопнул. Заорала сирена разгерметизации, но её тут же перебил поток ветра. В салон ворвался дикий, бешенный воздух, ухватить его ноздрями было почти невозможно. Одно из кресел сорвало и выбросило в пробоину. Несколько иллюминаторов выдавило.

За секунду до удара все звуки исчезли. Мы все разом стали одним организмом. Одним испуганным сжавшимся от страха сердцем, а потом по ушам прокатился грохот. Запахло гарью и кровью, и я отключился.

Пришёл в себя и резко открыл глаза. Прямо посреди прохода на тонком стволе как на шампуре висела девчонка-чирлидерша, под которой натекла огромная багровая лужа. Пригляделся, не Аманда и не Софи. Отстегнул ремень. Повернулся к Рин. Поднял её голову. Вроде жива. Нос разбит, волосы в крови, где-то на макушке кожа лопнула от удара о переднее кресло.

Народ стонал. Кто-то ревел или истошно выл от боли.

В первую очередь надо привести в порядок Рин и Элен. Два столба нашей попытки выжить.

Я похлопал ментатку по щекам. Без толку. Попытался отстегнул ремень, но он заел. Какого лича? Судно вообще проходило проверки?

Дёрнул застёжку со всей силы. Не помогло. Воняла гарью, что-то уже успело загореться. Надо сваливать.

Закрутился в поисках Лапы или Шона.

— Шон! — окрикнул парня. Он сидел в кресле бестолково водя глазами из стороны в сторону. Одна рука безвольно свисала, сломал, похоже, и боится ей шевелить. — Ш-о-о-он! Рыжий, твою мать! — рявкнул я, и парень сфокусировал на мне взгляд. — Отстёгивайся и дуй сюда.

— Не получается одной рукой.

— Используй свой сраный огонь! — зарычал я.

— Точно! — осенило его. То ли контузия, то ли просто шок. Пиромант щёлкнул зажигалкой и пламя быстро перегрызло ремень. Он, изрядно прихрамывая, подбежал.

— Пережги пристёжку.

Шон исполнил.

— Помогай остальным, — скомандовал я.

По салону шла стюардесса с нашатырём.

— Нужно покинуть салон, — говорила она немного заплетающимся языком, и подносила ватку всем, кто попадался на пути. Даже тем, кто сам брёл к дырке в корпусе.

— Иди сюда! — крикнул я и замахал рукой. Она побежала, но упала, растянулась, ватку с нашатырём не выронила. — Сними свои сраные туфли, быстро! Как зовут?

Она поднялась.

— Лиза.

— Делай, что хочешь, но приведи в чувство эту девушку. От неё зависит твоя жизнь. Слышишь? Усвоила? Только она тебя спасёт.

Я пошёл искать Элен.

На своём месте её не было. Она обнаружилась в конце салона, лежащая в отключке. Видимо, встала и потеряла сознание.

Пощупал пульс. Жива.

Выдохнул.

— Эй, Элен! — пошлёпал по щекам. — Давай же! Очнись, Маверик. Чтоб тебя! Я к тебе сейчас в трусы залезу.

— Я убью тебя, Богданов, — тихо проговорила она. — Даже за взгляд туда, вырву глаза.

— Ты только в себя приди, — обрадовался я. — Потом делай, что хочешь. Ты как? — я посадил её.

— Не знаю. Хреново.

— Диагностика, Элен! Лекарь ты или кто?

Она приложила пальцы к вискам и потрясла головой.

— Не получается, — тихо проговорила она. — Дай сюда свою немытую башку.

— Она мытая.

— Заткнись, Анд, — устало сказала Элен. Коснулась моего лба. А вторую руку приложила себе к груди. — Сотрясение мозга. Внутреннее кровотечение. Сломано два нижних ребра с правой стороны почему-то. Физический шок организма от выброса гормонов. Передозировка в первую очередь адреналином.

— Это я по твоей трясущейся руке вижу. Лечи себя. Быстро! Времени в обрез, Маверик.

Она положила руки к вискам и попыталась лечиться.

— Не могу. Словно внутреннее зрение пропадает. Диагностическое.

Я положил ей руку на лоб.

— А так?

— Так вижу. Надо от кого-то отталкиваться.

Я подтянул за ногу какую-то черлидершу в отключке.

— Вот держи её за лодыжку и лечись. Быстрее, Элен.

— Лапа! — заорал я. — Где ты?

Саманта Агаян указала в другой конец ближе к туалету. Лапа в приступе встал вместе с креслом, точнее это сделал его астральный оборотень. А сейчас парень лежал без сознания.

Я подошёл к Рин.

— Ты как?

— Я не знаю, — вяло произнесла она.

— Иди к Элен.

— Через две минуты вы обе должны быть здоровыми и готовыми к решительным действиям и марш-броску через джунгли.

— Мне очень плохо, Анд.

Я глянул на стюардессу.

— Доставь её к лекарю, — приказал я.

— Мне нужно…

— Слушать мои команды! — заорал я. — Без них ты сдохнешь!

Она кивнула, вжав голову в плечи. Подняла Рин и потащила. Я вырвал нашатырь у неё из пальцев и подошёл к Лапе. Он совсем по-звериному повёл носом, а потом оскалился, подпрыгнул вместе с креслом. Заозирался. Глаза засветились ярко-синим.

— Эй, придурок, — я пощёлкал пальцами у его лица. — Ты как?

— Анд? Почему я стою с креслом как сраная черепашка-ниндзя?

— Порви ремни и помоги высвободиться всем, кто не может.

Он бросил взгляд в салон и вмиг всё вспомнил и осознал. Зрачки расширились. Мелькнули астральные когти и кресло упало.

Я подошёл к Аманде. Она была в сознании, но ноги ей придавило куском свернувшегося от давления фюзеляжа.

— Их хоть не срезало? — спросил я.

— Не знаю. Я попыталась поднять, но он очень тяжелый.

— Сейчас подниму.

— Я на бицепс шестьдесят поднимаю, и не смогла.

— Сколько?

Ко мне подошёл Заур.

— Ты как? — хлопнул он меня по спине.

Я обернулся на звук. Лицо его превратилось в кровавую маску. Из плеча торчал осколок.

— Я-то в порядке. Дёрни её, когда подниму кусок.

Я присел, как перед штангой, выставил угол спины и поднял фюзеляж силой ног. Заур вытащил Аманду.

— Фух, — выдохнул я, отпуская. — Как ноги?

— Больно шевелить.

Я повертелся в поисках осколков. Нашёл кусок тарелки. Оттянул штанину и распорол сначала одну, потом вторую, оголяя темную кожу. Надо коленями зрели две огромных гематомы с ладошку размером. На чёрной коже они выглядели довольно непривычно.

— Кажется, время признаться, какой у тебя дар, — сказал я.

— А сам как думаешь? — поморщилась девушка, выдыхая от боли, видимо кровоток восстановился и много маленьких лилипутов начали всаживать копья ей икры и пятки.

— Астральный оборотень.

Она кивнула.

— Я сейчас.

Сбегал к Рин и Элен. Они уже поднялись.

Я взял за локоть стюардессу.

— Лиз, действуй по протоколу. Проверь пилотов. Оружие. Связь. Маяк. И вот это вот всё.

— Рин, займись своей сферой, — наклонил её к себе и прошептал. — Пусть все меня слушаются. Надо спешить.

Она кивнула.

— Элен, за мной, — скомандовал я.

— Анд, — попыталась было что-то сказать лекарь.

— Просто заткнись и делай, Маверик. Я тебя прошу.

Мы подошли к Аманде.

— Давай, волчица, покажи коготки на указательных и закрой глаза.

— А если я так не умею? — спросила Аманда.

Я помнил, что раньше Лапа даже форму принять не мог нормально. Но было стойкое чувство, что с Бронкс такого нет.

— Не беси. Контузия портит твой характер.

Она закрыла газа и проявила сиреневые когти на указательных пальцах.

— Где нервы в ногах? — спросил Элен. — Рули, чтобы я её не обезножил. Я делаю прокол и спускаю кровь, ты закрываешь порез и запускаешь реген.

Девушка удивилась, но кивнула.

Я взял ладошку Аманды в свою, словно учил её компьютерной мышью пользоваться и опустил её палец, она дернулась и втянула губы от боли. Я обхватил гематому и стал сжимать руками с двух сторон, выгоняя лишнюю кровь. Элен тут же затянула порез и запустила генерацию.

— Не знала, что ты посещал курсы лекарей, — сказала она. — Это там учат, что спуск крови в таких большим гематомах ускорит постановку на ноги.

Я не стал ничего отвечать. Повторили манипуляцию со второй ногой.

— Занимайся ранеными. Заур, будешь помогать.

— Я, может, крови боюсь, — пробубнил он.

— Тогда в зеркало лучше пока не смотри.

— Да иди ты, — беззлобно бросил он.

Слева в салон заглядывало дерево и придавило ноги миниатюрной Мэй Сяонань. Девчонка уже имела на лице все признаки кислородного голодания. Крохотные ручки едва давали сил отодвигать дерево раз в десять секунд и делать вдох.

Лапа пытался найти рычаг, но не смог, потому просто иногда помогал отодвинуть дерево, чтобы девушка могла сделать вдох.

— Херней занимаешься, — зло проговорил я с силой пнул фюзеляж немного отогнув его и расширив проход наружу, потом упёрся плечом и рывками стал сдвигать. Тут подошёл пошатывающийся Томас и помог. Упражнение с тренировок, так что справились.

Высота была метра три. Я прыгнул вниз на ковёр высокой травы. Нашёл сосенку. Пока никто не видит материализовал меч Кармы и отсек лишние ветки. Вернулся к пробоине и протянул шест Томасу. Прыгнул, ухватился за край и залез в салон.

Подошёл к Мэй, вогнал рычаг меж кресел.

— Я и Лапа давим, ты выдёргиваешь девчонку, — обратился к Томасу. Тот кивнул. — На счёт ноль. Ноль!

Я навалился на палку. Силы в руках было теперь очень много. Дерево отошло достаточно, чтобы Томас смог через верх, через спинку, вытащить Мэй.

Она часто-часто задышала.

— С-с-спа…

— Да продышишь сначала, — сказал я.

— Помогите! Помогите, — причитал кто-то.

Я повернулся на звук. Это была Линда. Я её и не знал особо. Помню только, что в первую физру, когда играл в КП, Элен отправила её на скамейку запасных и дала мне шанс.

Копус самолёта разошёлся прямо под её креслом. И её выгнуло, сломав спину. Я бросил короткий взгляд на Элен. Она подошла дотронулась до раненной и сразу покачала головой. Раскрыла было рот для пояснений, но тут уже я помотал башкой.

— Все наружу! — скомандовал я. — Там ещё могут быть выжившие. Помогайте друг другу спускаться. Берите ручную кладь. Пригодиться.

Я пошёл к Линде.

— Очень больно, — проговорила она. Глаза были полны слёз. Я даже ног не чувствую, но всё равно очень больно.

— Прости меня, — сказал я. — Прости, что не знал тебя. И что… — артефакт появился в руке, и я всадил в сердце осколок лезвия. Подержал за руку, словно забирая последнее тепло, прикрыл ей глаза и развернулся.

На меня смотрели многие.

— Чё пялитесь? Кто-то другой хотел это сделать?

Все сразу отвернулись. Они выбирались через пробоину. Многие всё еще пребывали в отключке и их осторожно спускали.

Я столкнулся с Лизой.

На ногах уже были не туфли, а походные кроссовки. Вместо юбки зелёные штаны, а поверх кардигана камуфляжная куртка. На плечах большой рюкзак, с притороченным к нему топориком. В руках огромный телефон с антенной.

Раньше такие работали по спутниковой связи. Но надо понимать, что со спутниками давным-давно мы не дружим. Связь держится за счёт замаскированных антенных группировок и стратостатов, а в ряде случаев и их младших братьев аэростатов.

— Пилоты мертвы. И моя напарница тоже, — сказала Лиза.

Я прошёл за шторку, в уголок борт-работников. Вторую стюардессу раздавило слетевшим с креплений холодильником. Она так и сидела оплывшим поломанным силуэтом, пристёгнутым к креслу.

— Элен, — окликнул я. — Проверь пилотов.

Девушка зашла, вздрогнула от вида стюардессы. И проследовала дальше. Я прошёл за ней. Заглянул в кабину. Левый, вероятно капитан судна, не получил никаких видимых повреждений. Правый же превратился в стеклоуловитель.

Одноклассница лишь коснулась обоих, развернулась ко мне и покачала головой.

Мы вернулись в закуток. Холодильник-убийца валялся мордой вниз. Я перевернул его, под удивленный вздох стюардессы.

— А по тебе и не скажешь, — сказала она.

— Любой рюкзак быстро! — Лиза метнулась в салон и бросила первый попавшийся. Я вытряхнул его. Закинул обратно пару шоколадок. Раскрыл холодильник и стал сгребать воду в рюкзак.

— Всё, валим, — объявил я.

Мы аккуратно спустились. Все были с рюкзаками. Я стал вручать каждому по бутылке воды.

— Шон, потуши пламя. Иначе мы все тут сгорим.

Хвост уже натурально пылал.

— Я попробую, — неуверенно проговорил парень. — Специализация у меня обратная.

— Есть водные стихийники? — развернулся я ко всем.

— Да, — неожиданно ответила Софи.

— Займись, — скомандовал я.

— Эй, — окликнула она меня. — Выбирай выражения и…

— Не время, Софи, — устало проговорил я.

— Кто тебя вообще главным поставил⁈ — она ткнула палец мне в грудь. — Да пару месяцев назад…

Я развернулся и поймал взглядом Рин.

— Сломай её нахер! — скомандовал я.

— Обалде…– начала было выкрикивать Софи, но я резко влепил ей пощёчину. Сейчас не до сантиментов. Девушка замахнулась для ответного удара, но тут же руки обвисли плетьми. — Ты прав, нужно потушить пожар, — сказала она. — Но за это ещё ответишь, — коснулась она щеки.

Вот тебе и демонстрация. Если бы не падение, вряд ли бы Рин удалось подобное. Но психика у всех сейчас была мягкая как пластилин, и ментатка могла рулить людьми легче, чем обычно.

Я обвёл всех суровым взглядом и достал пистолет.

— Кто будет вредничать, оставлю на корм тварям.

— Много на себя берёшь, — сказал Томас.

Я пожал плечами.

— Командуй, — швырнул ему пистолет. — Что делаем, капитан?

— Э-э-э, ну-у, э-э-э.

— Вот и заткнись, — я вырвал оружие у него из рук и спрятал. — Нужно быстро соорудить носилки, для тех, кто не может ходить.

— В самолёте есть одни, — сказала Лиза.

— Заур, сходи с ней. Я пока ещё сделаю.

Я взял топорик и принялся строгать четыре палки. Затем сбегал в салон сорвал шторки с уголка стюардесс и на обрывки проводов и проволоку присобачил на скорую руку.

— Нужно сваливать, — сказал я.

— Почему? — спросил Ликтор. — Надо дождаться помощи.

— Ты тупой? — заорал я. — Здесь куча трупов и воняет кровью за километр. Да сигнальный дым мы потушили. Но даже отряд спецуры тут сейчас не продержится и часа. Помощь прибудет хрен знает когда.

— Ну сигнал же ушёл, — сказала Рин. — Вдруг она уже в пути, а мы уйдём.

Я посмотрел на Лизу.

— Что говорит протокол?

— Если вы не в горах, покиньте место крушения, как можно быстрее, — процитировала она.

— Кайрат-Заур, носилки с Мэй. Томас-Тай, носилки с Фрэнком. Тадеуш-Мбаку, носилки с Амандой. Я, Шон и Ликтор впереди. Камуй, где этот зверолов?

— Здесь.

— Ты замыкающий. По дороге создавай что-то боеспособное.

— Но у меня только мой любимый хомяк.

— Это твоё единственное оружие. Он отделяет тебя от смерти. Вперёд. Так, ему в пару… — я оглядел всех. Ещё и способностей ни у кого нифига не знаю. — Лапа.

Оборотень кивнул.

Я поймал глазами ксера.

— Олаф, призови оружие. Пойдешь слева от вторых носилок. Лиза справа. Лиз, пытайся выйти на связь. Элен, лечи по пути. Остальные встаньте между носилками и направляющим и между носилками и замыкающим.

Я поймал взглядом какого-то незнакомого мужика и взрослую женщину. Выжившие из других пассажиров. Надо же.

— Рин, смотри, чтобы никто не отстал. Адреналиновый отходняк уже загасила?

— Да.

— Умничка. Работай. Сделай так, чтобы мы не разбежались в ужасе от первого же лесного комара.

В небе промелькнула тень.

— А-а-а! — воскликнул Тор.

— Мамочки, — прошептала Алёна.

— Валим! Валим! — заорал я. Уже слышал, как шумит лес со всех сторон.

Уважаемые читатели, выложил две главы. Одну на сегодня, другую на завтра))

Пятницу возьму выходной, предстоит поездка. Так что следующая глава, скорее всего, выйдет только в субботу.

Остаётся лишь надеяться, что твари долго будут выковыривать погибших из салона и все передерутся, дав нам шанс уйти.

— Надо бежать по следу самолётного скольжения, — сказал Ликтор. — Так проще, не придётся пробираться.

— Нельзя, — сказал я. — По этой просеке все крупные твари пойдут. Те, кто поменьше, побоятся. Перпендикулярно линии падения идём.

Медлительной змеей мы ломанулись сквозь лес.

— Обратите внимание на деревья. Это очень странно, — сказал Ликтор.

Обычные секвойи, берёзы, сосны, ивы, ели и дубы перемежались с большими и маленькими папоротниками и тропическими деревьями, названия которых никто кроме Зеленоволосого и не знал. Получалась странная смесь джунглей и обычного леса.

Я увидел, что Лиз вооружилась пистолетом. Видимо, был в тревожном рюкзаке.

— Лиза, передай пистолет Тору.

Девушка не стала спорить и послушалась. Спасибо Рин.

На бегу я незаметно материализовал пистолет Давинчи. Кто бы мог подумать, что буду благодарен Ликтору за покушение. Если бы не оно, чувствовал бы себя голым сейчас. Ещё бы меч достать, но будет странно. Как я это объясню?

Хотя… боевой пистолет на борту, да ещё и с глушителем, тоже тяжело оправдать. Но с другой стороны, копии Дигмы имеются. Можно как-то к этому подвязать и наплести про помощь Рин. Мол, запудрила мозги сотрудникам. Только её надо подговорить. И придётся немного открыться, иначе никак. Тут уже у неё все козыри, не отвертишься.

— Чужой разум. Гуманоид, — подала голос ментатка. — Тоже боится.

— Не замедляем шаг, — сказал я. — Он один, нас много. Вперёд-вперёд!

Слева раздался рык. Шипастый волк! Эту тварь сложно с кем-то перепутать из-за характерно влажного булькающего рычания. Но агрился он не на нас. Донеслись звуки схватки. Вверх по стволу рванула фигурка, похожая на человеческую, и все же не один из нас. Но шипастый зверь умел карабкаться. Уцепился зубами за ветку и подтянулся на лапах.

Только по телеку такое видел.

— Не стоим, мать вашу. Не замедляемся! — тихо прорычал я.

Волк обернулся. В холке метра полтора, а то и больше, и это ещё не взрослая особь. Конечно, между одиночкой со знакомым запахом и целым отрядом, воняющим непонятной цивилизацией, он выберет одиночку, которого уже загнал на дерево.

Впереди начался совсем бурелом. Справа от него выскочил самец с планеты обезьян. Это был шимпанзе, но с почти человеческим строением лица, очень яркая мимика и нет волос на морде. Он шарахнулся в сторону на бегу. Хотел кинуться на Лизу, но я вскинул пистолет, и примат заскочил на дерево, а потом ушёл по верхам, к месту схватки шипастого волка.

— Огибаем бурелом слева, — сказал я.

— Почему не справа? — спросил Ликтор. — Там уже прошёл примат, там чисто.

Да твою же бабушку, что ж она тебя в детстве клюкой не била⁈ Каждое моё решение будешь оспаривать?

— Тебе можно идти справа. Остальные мне важны, — бросил я.

Ликтор фыркнул и отделился. Отряд обогнул явно не простое место. Вероятно, тут была какая-то аномалия или сражение гигантских тварей. Ликтор вскрикнул и, царапаясь о ветки и врезаясь в деревья, быстро нагнал нас.

— Невидимый муравейник, — пожаловался он. На руке вздувался волдырь. И на голове зрела шишка. — Как ты его разглядел?

— Я не разглядел, — отрывисто бросил я, вскидывая пистолет на медлительного зомби орка. — Шимпанзе, когда выбежал, дёрнулся в сторону, перед тем как на Лизу кинуться.

— Убить нежить? — спросил кто-то сзади.

— Не трогайте клыкастика, — сказал я. — Он нам не помеха, а преследователей может отвлечь.

— Большая псевдоразумная сущность, — предупредила Рин.

Псевдоразумная. Интересно даже, как это ощущается и как это всё работает.

Я отделился от отряда и направился в указанном ментаткой направлении. Намеренно шумел, ломал ветки и стучал по стволам, чтобы неизвестный монстр заинтересовался. Это был огр. Причём старый, поросший мхом и лишайником. Кое-где в трещинах роговых пластин росли даже карликовые ползучие деревья. На плече и голове гиганта жили пара макак. Вероятно, падальщики и чистильщики.

Можно целую диссертацию после похода написать.

Я свистнул. Огр подслеповато щурясь пошёл на звук. Мне важно, чтобы он на отряд не вышел. Совсем у него с глазами беда. Мимо меня сейчас проскочит, но тут обезьяны загорланили, и он, словно понимая их, свернул. Учуял мой запах. Зарычал.

Я повёл его к зомби. Мёртвый орк вытянул руки. Слышал, что в дикой природе некоторые виды ходячих умнеют, этот был не из тех. Огр схватил клыкастого вместо меня. И я по тихой скрылся в зелени и почти догнал отряд, когда услышал крики.

Припустил во всю прыть. Доносилось рычание. Выскочил на поляну.

Облезлый оборотень в полуформе, даже обернуться не успел, с опаленной мордой пытался вырваться из корней, которые обхватили его ноги.

— Лиз! — махнул я. Она кинула мне топорик, и я отсёк твари кисть, отбил удар второй лапы и саданул ему по башке, оглушая. Потом сделал два надреза под коленями и вернул топор обратно. — Классно сработано, парни, — сказал я.

Отряд уже не надо было пинать. Сами снова выстроились паровозом и пошли.

— Почему не убил? — спросил Шон.

— Незачем. Он нам время подарит. Преследователи будут. Пусть отвлекаются.

Пиромант кивнул.

— Никого не цапнул? — поинтересовался я, осматривая всех.

— Нет, — сказал Ликтор. — Он обращаться начал, и мы ударили первыми.

— Лиз, как связь? — обратился к стюардессе.

— Пока никак.

— На привале на дерево залезем, — сказал я, и девушка кивнула.

Я услышал хлопанье крыльев и резко обернулся. Никого.

— Идите, не тормозите, — поморщился я. Сколько-то прошёл и остановился за деревом. Отряд стал удаляться, а я следил за верхушками и слушал, но ничего. Догнал своих.

— Руки и ноги потихоньку забиваются, — сказал Мбаку. И все носильщики одобрительно загудели.

— Пит-стоп шестьдесят секунд, — объявил я. — Менять будем только одну, нет, полторы пары носильщиков по очереди. Что с Фрэнком? — спросил у Элен.

— Пальцы ноги сломаны. Ну и остальной букет.

— Фрэнк, приятель, я тебя как рюкзак сейчас возьму, и парни смогут отдохнуть, но в случае опасности сразу спрыгивай на целую ногу. Справишься?

— Да, — уверенно заявил он.

Я взял его на спину. Вот не зря брата таскал, пригодилось.

— Так, мужик, — обратился я к незнакомцу из пассажиров. — Тебя как зовут?

— Теодор.

— Смотри, Тео. Вижу часы механические у тебя. Каждые пятнадцать минут будешь менять одного из носильщиков, понял? А я каждые пятнадцать буду менять свой живой рюкзак. Всё, тронулись.

— Я так быстро выдохнусь, — заметил он.

— Поменяем и тебя, не боись.

Нос уловил яркий запах травяного сока. Я резко обернулся. Увидел, как расходится и приминается трава, соскользнул с места взглядом, чтобы не вспугнуть невидимку. И как бы случайно шагнул ему наперерез.

Перехват!

Я поймал невидимый клинок. Был секундный эффект неожиданности, так что развил успех, вывернул оружие из ладоней и, так и держа лезвие в зажиме, махнул, вскрывая горло. Меня окропило кровью.

Передо мной проявился падающий силуэт тифлинга. Характерная красная кожа, широкий лоб, рога, хвост. При этом кинжал растворился в руках. Это было призванное оружие.

— Обшманай, — сказал я Шону.

Он присел и пошарил по телу.

— Ничего.

Неужели всё их колдовство, это магия призыва?

Я наставил пистолет на деревья впереди.

— Считаю до трёх, потом будет много трупов! — возвысил голос.

И множество прозрачных силуэтов ломанулось в сторону. Надо же! На удачу ведь крикнул. Хе-хе.

С дерева спикировало что-то похожее на исполинскую летучую мышь или какой-то подвид вампира в животной форме. Монстр схватил одного из невидимок, ударил о ветку до хруста и понёс вдаль.

Я проводил существо взглядом. Вот кто за нами крался. Вообще, происходящее напоминало мне командную версию Нежных Болотных Джунглей Сиби. Вроде и легче даже. Но жизнь всего одна, так что режим «хардкор».

— Да не стойте вы с раскрытыми ртами! — взмолился я и пихнул Ликтора вперёд, а Шону чуть не влепил поджопник.

— Анд, а где ты пистолет взял боевой? Как на борт его пронёс? — спросил рыжий.

— Это долгая история, — ответил я. — И не щёлкай жигой. Экономь ресурс.

Мы бежали ещё какое-то время, пока Теодор, задыхаясь, не выдал:

— Пятнадцать минут.

Я положил Фрэнка на носилки. Взял на плечи Мэй и рассмеялся.

— Пушинка, тебя бьют, что ли, если поесть пытаешься?

Девчонка ткнула меня своим крохотным кулачком.

— У меня кости лёгкие, — пробурчала она.

Мы снова ускорились. Лиза упала и растянулась, чуть не раскроив себе лицо топором.

— Возьмите у неё рюкзак, — скомандовал я. Но инициативных не нашлось. Я поймал глазами взрослую женщину, возможно, супругу Теодора. И даже говорить ничего не пришлось, сама взяла.

— Паутина, — сказал Шон.

— Отворачиваем, — выдал я, ловя нехорошие воспоминания. Ещё этих тварей нам тут и не хватало сейчас. Вроде никто не вляпался, и паук не вышел из укрытия.

Бежали бодро, всё научились более-менее не врезаться друг другу в спины. Даже ускорялись, когда дорога позволяла, пока Элен не крикнула: «Стой!». Все обернулись, Камышин валялся лицом в мох.

— Что с ним? — спросил я. Планировал, что он сменит кого-то из носильщиков, а вот как вышло. Лекарь присела над телом.

— Если кратко, надрыв селезёнки. Я проверяла Камышина ещё в самолёте. Всё было нормально. Вероятно, до этого кровь скапливалась под капсулой органа, а сейчас давление усилилось, и всё сразу хлынуло в брюшную полость, — говоря это, она старела на глазах, кожа стала сухой, появились синяки под глазами, волосы поблёкли и сделались ломкими. — Всё. Прорыв закрыла. Но в брюшной полости есть кровь. Либо сейчас откачиваю, либо потом, — она уставилась на меня.

— Давай сейчас.

Подсела Лиза. Достала из рюкзака аптечку.

— Дренажную иглу, — сказала Элен.

Я сканировал округу и одним глазом смотрел за девушкой. Она сделала прокол чуть ниже пупка, из иглы хлынула струйка вязкой вишнёвой крови. Лилось по ощущению мучительно долго. Хотя, конечно, всё прошло быстро. Стакан или чуть больше вампирского лакомства остался на траве.

Элен быстро всё свернула. Аптечку оставила у себя, перекинув через плечо.

— Камышин, тащить тебя некому, — сказал я, когда Лиза будила его нашатырём и брызгая водой. — Камышин! — я пнул его по подошве кроссовка. — Важный матч впереди просыпайся. Ты в атаке.

Парень раскрыл глаза.

— А? Что?

Его быстро подняли, и отряд двинулся дальше. Хотя, конечно, парню было очень плохо. На лбу испарина. Нездоровая бледность. Но что поделать.

Я обернулся на звук. Неизвестный морф, похожий на человека без кожи, жрал листву вместе с землей в том месте, где слили кровь. Ликтор тоже обернулся, и лицо его чуть не позеленело в цвет волос. Он надул щеки, медленно выдыхая и борясь с приступом дурноты.

Какое-то время двигались без приключений. Пока Ликтор не сказал:

— Замерли все!

И все послушались.

— Видите еле заметные белые нити? Это грибница человеколовки. Хотя, конечно, она жрёт всех и вся. Не наступайте. Обходим слева и справа. Не знаю, подземный это вид или верховой. Так что смотрите и на кроны, и под ногами.

— Ботан, я впечатлён, — сказал я. — Вернёмся, потребую для тебя пятёрку по биологии.

— У меня и так пять, придурок, — зло процедил парень.

— Тогда попрошу шестёрку.

Мы обошли опасный участок и снова собрались в единую цепь. Я поглядывал назад и услышал подавленный девичий вскрик. Это Софи закрыла сама себе рот от увиденного. Морф, что жрал землю, пошёл по следу и влетел в ловушку.

— Всё же подземная, — довольно выдал Ликтор. Хищное растение тянуло в землю морфа, и тот ничего не мог поделать.

Я автоматически ловил правильный ритм дыхания по пересечённой местности, но начал замечать, что другие задыхаются не столько от нагрузок, большинство тут спортсмены всё же, сколько от ломаного темпа движения.

Среди деревьев мелькнуло существо. Я вскинул пистолет. Слева ещё парочка.

— Что это? — зашипел Ликтор.

— Кто это? — испуганно проговорил Шон.

Неизвестные двигались очень быстро, и вот на очередном рывке я их различил.

— Ящеры.

Один из них спрыгнул с дерева и повалил Элен. Я не решился стрелять, и тут другой сбил с ног Лизу. Они выпрыгивали из травы и спускались из кроны. Пять, семь, девять, десять.

Светло-коричневые щиты, короткие серпы с длинными рукоятями, которые они цепляли к спинам. Твари шипели, выстроившись в шеренгу.

Вожака с одним глазом можно было сразу опознать. Он пытался что-то сказать, но, конечно, никто не понимал. Ящеры не атаковали. Лишь обозначили своё недовольство. Застучали серпами о маленькие круглые щиты, словно из ореховой скорлупы сделанные.

— Медленно отходим, — сказал я.

Ящеры шипели. Выстроились как столбы и не позволяли нам зайти за их территорию. Явно были какие-то метки. Скорее всего мочевина. Но таких нюхачей среди нас не сыскалось.

Мы кое-как обогнули их участок.

Сзади, в районе самолёта, раздался ужасающий гул.

— Ву-у-у-у-у!

Ящеры запрыгнули на деревья и спрятались, и даже три шипастых волка, передумали следить за нами, прижали уши и драпанули, царапая шкурой деревья и срывая листья.

Затем раздались раскаты. Словно два трицератопса лбами столкнулись. Все испуганно оборачивались.

— Я всё. Я больше не могу, — начал задыхаться Тай. — Хоть минуту отдышаться бы.

— Прыгай вместо Мэй, — сказал я. — Две минуты даю. Туша ты без кардио. И ведь не бежали даже.

— По лесу тяжело. Это тебе не поле.

— Да ты и на поле… — не стал я продолжать. Он очень хорош был только один раунд. — Ох! — выдохнул я, когда Тай уцепился. Шаги сразу стали тяжелыми, я сильно продавливал мягкую почву.

Пришлось считать секунды, ровно на сто двадцатой скинул Тая.

— Аманда, такси Анд-экспресс подано.

— Ну прям пять звёзд сервис, — сказала она, цепляясь мне за шею.

Сзади донёсся звон мечей. И глухие удары о чей-то панцирь. Дерьмо! Кто-то с кем-то схлестнулся, идя по нашему следу.

— Ходу! — выдал Шон, припуская вперёд всех.

Впереди показался просвет средь деревьев. Мы ускорились. Сзади доносились голоса преследователей.

— Шон, беги со всех ног, крикнешь, что там.

Идущие по следу словно знали, деваться нам некуда и немного замедлились. Не нравится мне это.

— Обрыв! — воскликнул Шон.

Я остался замыкающим и прибыл на место последним. Когда-то здесь бежала река, но давно обмелела. Это было пересохшее русло, образовавшее чуть ли не целый каньон. Неширокий, но очень глубокий, никак не спустишься.

— Роняйте дерево и переползайте. Я выиграю время, — сказал я. — Шон за мной. Фаерболы мне нужны.

— Лучше рубить вот это дерево, — сказал Ликтор.

Я пошёл назад, почти сразу застучал топор.

Оказалось, за нами шли эльфы. Одна из худших их разновидностей. Лысые, с туго обтянутым черепом и деформированной мощной челюстью. При этом женщины у них нормальные. Только мужики уродцы.

Не знаю, сколько было изначально, но насчитать удалось десять морд. Видно, что недавно из тяжелой схватки вышли. Немного перемотанные, потрёпанные, с царапинами и в крови.

— Раздуть пламя сможешь? — тихо спросил я. Пиромант кивнул. — Сделай мне туннель, чтобы они прямо на меня шли и обойти с краёв не могли.

Щелкнула зажигалка. Тихо занялся валежник, и когда эльфы приблизились шагов на сто, пламя уже разошлось полукольцом, оставив небольшой проход. Несколько стрел ушли на пробу в молоко. Эх, подобрать бы.

— Я всё почти, — пожаловался Шон. — Батарейка села.

— Иди назад. Я догоню.

Шаги стали удаляться.

Эльфы были знакомы с пиромантией, и, похоже, не очень боялись такого слабого мага. Часть целилась из луков по сторонам, не зная, где противник. А другие выстроились в цепь за воином с щитом.

Я использовал Копирование Оружия. Пистолет из правой клонировался в левую. Ха-ха, работает!

Резко высунулся из-за дерева и дважды выстрелил с обоих рук. Четыре пули легли в цель, легко прошили щит воина и ещё двух за ним. Тройка тел упала, остальные рассыпались. Несколько стрел врезались в ствол, за которым я прятался.

Услышал, как дерево с треском заваливается. Сейчас наши будут перебираться. Дело это небыстрое, учитывая носилки. Хотя Мбаку может их перенести, наверное.

Я попытался вспомнить хоть одно слово на эльфийском, но что-то в голове было пусто. Услышал шорох сзади и резко обернулся. Ко мне полз Камуй. Сверху на зверолове сидел разъевшийся до размеров мартышки хомяк.

— Мы уже перебираемся.

— Отправь своего зверька за луком. Видишь, там раненные или даже мёртвые. Пусть притащит оружие.

— Проще по-другому, — сказал заклинатель животных и указал на кроны. Пара огромных ворон размером с ястреба, спокойно выжидала своего часа. Четыре таких налетят, и не факт, что жив останешься.

Все птицы резко сорвались вниз и накинулись на эльфов, одна схватил лук в лапы и колчан в клюв и полетела, сбросив оружие мне.

— Тяжело управлять, — пожаловался Камуй. — Слишком умные. Своя воля очень сильная.

Я наложил стрелу и ранил ещё одного эльфа. Вороны спрятались в кронах, а остроухие затаились. Похоже, поняли, что непросто всё будет. И решили подумать.

Мы отползли, а потом перебрались по стволу и скинули его в пропасть. Ничего не мешает эльфам перейти так же. Но зазор по времени у нас есть.

Я отослал отряд, а сам смастерил укрытие, обмазал наконечник в найденном тут помёте какого-то зверя и принялся караулить. Остроухие нагрянули минут через пять. Я чётко прицелился в грудь старшего среди них. Причём, он был самым молодым.

Отпустил древко. Стрела ушла в полёт. Эльф обернулся на звук и пошатнулся, когда стрела вонзилась в плечо.

Скосил!

Он презрительно скривился. Я потом пригляделся к ране и выругался. Понял, что легко не отделается.

Остальные потянулись к колчанам, и я резко выскочил из своего укрытия и дал дёру, пока они не начали простреливать все подходящие для лёжки места. Эльфы едва ли меня видели, но стрелы полетели так, словно у меня на спине была мишень. По касательной рассекло бедро.

Я нагнал своих. Дорога стала поспокойнее. Деревья чуть пореже. Но тропа пошла в гору. Двигаться с одной стороны было проще, а с другой чуть тяжелее.

— Может, не будем на подъём идти? — спросил Ликтор. И все одобрительно загалдели. Хотелось уже пристрелить смутьяна. Вот такие и поднимали бунт на корабле.

— Ещё полчаса, — сказал я. — Если за это время не попадётся место для привала. Свернём. НО! Если попадётся, ты больше не влезаешь со своим дебильным нытьём.

— Это не нытьё, кретин! — зарычал он.

— Просто шагай, — вздохнул я.

Пока силы Рин и заработанных очков авторитета хватало, чтобы держать группу в узде. Но после отдыха, всё изменится. Они успеют подумать, повариться в своих страхах, окончательно схлынет шок, накатит усталость и голод. И вот тогда мне придётся непросто.

Вскоре, как я и предполагал попалось место для привала. Правда, рассчитывал найти сопку и занять её вершину. Но так тоже хорошо. Это был холм, в котором нашлась нора. Вход в неё затянуло растениями.

У Лиз в рюкзаке обнаружился фонарик. Я вошёл в пещеру.

— Ход копал не зверь, — сказал я. За мной сунулся Лапа. — Следы лопаты.

— Гномы? — спросил парень.

Я пожал плечами.

— С той же вероятностью могут быть гоблины.

Внутри не было подпорок, но ход почему-то не обрушился. Возможно, выкопан недавно. Метров через семь тоннель плавно сворачивал в широкий зал, а дальше шёл вниз в небольшой подвал. Также имелось ещё несколько ответвлений и даже была вставлена труба, для кислорода или будущий дымоотвод.

Мы вернулись.

— Хоббичья нора, — сказал я всем. — Выкопали, но доделывать почему-то не стали.

— Но потолки почти под человека, — заметил Лапа.

Тут я лишь пожал плечами.

— Кто у нас тут самый высокий? — взгляд сразу остановился на Семёне. Его Рик редко выпускал на поле. Сёма был точечный игрок. — Давай на холм, — скомандовал я, и сунул ему в руки топор.

Хлопнул по плечу парня под номером тридцать три. Он был довольно нелюдимый, но играл хорошо, я знал только, что зовут его Боб.

— На входе покараулишь, — сказал ему. — Если что, сразу кричите.

Срезал парню первую попавшую палку и наскоро заточил ножом.

— Всё стерегите наш покой. Скоро сменю.

Пока все заползали внутрь, я смастерил пару факелов, зашёл последним, воткнул их в землю. Поджог.

— Ты как? — спросил у Элен. — Вытянешь лечение?

— Можно подумать у меня есть выбор, — сказала она. — С помощью Беты как-нибудь правлюсь.

— Так, народ. Надо наконец посчитаться. Попробовать поймать связь и расспросить нашу стюардессу о ходе событий. Интересно же, почему мы упали.

— Не знаю, почему мы упали, — сказала Элен. — Но пилот погиб задолго до крушения, — заявила она.

— Это точно?

— Совершенно точно. Причина смерти никак не связана с экстренной потерей высоты или чем-нибудь подобным.

И что это, нахрен, всё значит?

— И от чего он умер? — спросил я.

— Я не патологоанатом, у меня была всего лишь секунда времени. Я бы сказала, что это похоже на отказ органов.

— Нескольких?

— Да. Сначала из строя вышла печень, потом почки, затем лёгкие и следом сердце. Скорее всего, отравление.

Я повернулся к Лизе.

— Как всё было?

— Я не знаю, — ответила девушка. — Полёт шёл нормально, а потом началась тряска как при турбулентности. Это обычное дело. Затем я почувствовала характерное… в общем, это уже профессиональное, я поняла, мы снижаемся. Внимания особого не обратила. Думала, стая птиц, например, воздушный шар с ретранслятором или какая-нибудь виверна в небе. Хотя они так высоко обычно не поднимаются. Только драконы, но те, в большинстве своём боятся самолётов. Их долго к этому приучали.

— Ближе к делу, — нервно сказал Ликтор. — Пожалуйста, — добавил он. — Нам всем очень интересно, почему мы оказались в этой заднице.

Стюардесса кивнула.

— Затем самолёт резко швырнуло вниз. Я не успела куда-то присесть и меня бросило в дверь. Очень сильно отбила спину. Кое-как доползла до места и пристегнулась. Через переборку слышала шум, ругань пилотов, и крик автопилота. Там такое характерный голос и звук: «Вуп-вуп! Руль на себя! Вуп-вуп! Руль на себя!». От резкого снижения мне поплохело, я чуть не отключилась. Позже увидела в иллюминаторе, что земля очень близко. Услышала, как второй пилот отправляет сигнал «SOS», но не знаю, был ли контакт с ретранслятором в это время. Турбины изменили тональность на взлётную. Пилот пытался поднять самолёт, но уже не смог. Доложил об экстренной посадке по связи, и затем был удар, и вот это вот всё.

Стояла тишина. Я идиот! Надо было сначала выспросить её в одиночку, и чтобы она упустила удручающие подробности. Всего одно-единственное «но не знаю, был ли контакт с ретранслятором в это время», так портило ситуацию.

— Какой протокол действий полисов? — спросил я.

— Конечно, самолёт всегда может сбиться с курса. Сигнал может потеряться по дороге. Но есть регламент. Если мы не выйдем на связь один раз, это ничего страшного. Два — уже подозрительно. Три — нас объявляют в поиск. Четыре — считают сбившимися с курса. Пять — авиакатастрофа. Когда на третьей стадии объявляют в поиск, то готовят к вылету поисковые самолёты. Уходит сигнал на аэро и стратостаты, и те начинают фотографировать местность чаще. На четвёртой стадии вылетают самолёты, операторы отсматривают пришедшие фото. На пятой точно по нашему маршруту пускают другой самолёт. В любом случае, след от падения увидят. Там длинная просека. Плюс сам самолёт. И непременно остатки топлива, так или иначе, вытекут, учитывая деятельность тварей в месте крушения. Они загорятся. Будет след от пожара. Нас найдут.

— Значит, просто подождём спасателей, — заключила Рин.

Я покачал головой.

— Мы не знаем, сколько по времени это займёт. Мы можем дождаться совсем не их.

— И что ты предлагаешь? — возмутился Ликтор. — Дальше ломиться через эти дебри⁈

— Эй, мне не упало рулить кучкой великовозрастных детей! — ткнул я ему пальцем в грудь. — Я могу взять Элен, Рин, Аманду, Лиз и уйти. Впятером мы точно спасёмся, а вы делайте, что хотите. Я никому не навязывался в вожди. Так что можешь начинать репетировать речь для журналистов, если выживешь, расскажешь, как всех геройски спас. Рули ситуацией. Ну! Начинай! Я пока послушаю твой гениальный план, чтобы точно знать, как делать не надо.

— Пошёл ты! — пихнул он меня. И я едва сдержался, чтобы не врезать ему. Между нами встал Томас.

— Остыньте парни. Послушай, Анд, я хочу, чтобы ты правильно меня понял. Меня чуть задевает то, как ты взялся тут командовать и распоряжаться нашими жизнями.

— Капитанское эго задел, надо же, — усмехнулся я. — У нас же тут КП. Всё исход по очкам решает. Робинзоны десять убитых, твари леса восемь. Побеждают робинзоны. Пошли вы все нахер! Я своё слово сказал. У меня есть план. Я знаю, что делать. Вы все нет. Удачи вам ребята. Никого тащить силком не собираюсь.

Томас вздохнул и всплеснул руками.

— Я думаю нам всем надо остыть, — сказал он.

— Я и не нагревался, — буркнул я.

Уселся и откупорил бутылку воды. Выпил треть и убрал в рюкзак.

— Лично вот я отдохнул, — сказал я. — Аманда, Рин, Элен, Лиз, как будете готовы выступать, разбудите, и пойдём.

Я улёгся на ляжки Рин, использовал Путеходец и мгновенно отключился.

Вряд ли же обоих часовых сняло нечто летучее. Мы бы услышали хоть какой-то крик или хлопанье крыльев. Но сработали тихо.

И что мне сейчас сказать людям? Как преподать эту новость? Томас и так пока оппозиции, хотя ему лучшее копьё вручил, может, это как-то сгладит. Ладно молчун Боб, не самый компанейский парень, но с Сёмой кэп несколько лет тренировался.

Я стал вглядываться в почву. Следов волочения нет. Спустился с холма и осмотрел всё у входа. Тут отпечатков валом, все наши и ничего не разобрать. Зато сразу чувствовалась работа навыка следопыт. В этой мешанине чётко видел свои следы и следы тех, кто прошёл с носилками.

Стал обходить холм, поднимаясь верх по спирали. Тут и пенёк есть и камней достаточно. Неудивительно, что следов не осталось. Я бы и сам, пожалуй, смог такое провернуть, правда без груза в виде часового.

Ладно, пойду на поиски парней. Всё равно хотел ещё дальше уйти. Только надо караул выставить посолиднее.

Я отозвал в сторону Элен, Рин и Аманду. Мы отошли подальше от холма. Эх, сюда бы Буяна ещё в компашку, вышел бы неплохой состав, но имеем, что имеем.

— Итак, дамы. Буду предельно честен. Я сейчас вам немного откроюсь и сильно рискую, погружая в самые сокровенные тайны, от которых держал подальше даже собственного брата. Это необходимо, чтобы мы все выжили. Ну или хотя бы кто-то. Возможно, я делаю это зря и к закату нас уже спасут. Но, если нет, если наше маленькое приключение затянется на дни и недели… В общем, я хочу, чтобы вы поклялись своей анальной девственностью, что никому не расскажете, то, что я вам поведаю.

Аманда едва сдержала смех, Рин выпучила глаза от удивления, а Элен вся пошла красными пятнами от возмущения. Судя по сжатым кулакам, в любую секунду девчонка могла взорваться и оповестить всю округу пронзительным гневным криком. И я сделал единственно возможное в этой ситуации, использовал Пафос Пилигрима и проявил из инвентаря меч.

Элен захлопнула рот, и я тут же спрятал оружие.

— Так ты кто-то вроде ксера? — спросила Аманда.

— Кто-то вроде, — не стал я ничего раскрывать. — Клянитесь! — потребовал я.

Аманда покачала головой, вздыхая:

— Мы на краю света и на краю гибели, и ты хочешь, чтобы мы на полном серьёзе это произнесли.

— Время утекает, дамы. И я буду говорить только после вашей клятвы на крови.

— Ещё и на крови? — возмутилась Элен.

Я снова проявил меч, и протянул кончик лезвия к Аманде. Она осторожно порезала палец и стараясь держать серьёзную мину произнесла:

— Клянусь своей анальной девственностью, что никому не раскрою секретов Анда и тех тайн, что он нам поведает, — сказав это, она закрыла рот и начала сдавленно хохотать. — Это какое-то безумие. Я разбилась на самолёте, и мне чудится этот бред в последние мгновения жизни мозга.

Рин менее аккуратно порезалась, простонала от боли и шипя сквозь зубы проговорила:

— Клянусь своей анальной девственностью, что всё, услышанное тут, останется между нами.

— Ты чёртов извращенец, Богданов! — зло проговорила Элен. — Как только мы спасёмся, я убью тебя за то, что заставил меня это произнести.

— Ближе к делу. Времени мало, — сказал я, ещё больше выводя Элен. Не знаю, зачем, просто чувствовал, что всё это время вёл себя с ней неправильно. Пытался нормально общаться, но теперь, видимо, Дипломатия подсказывала, что выстраивать надёжные отношения с Элен мужчинам нужно через конфликт. Нет, не так как с Ликтором, чтобы она киллеров наняла, а через то, чтобы залазить ей под кожу. Хотя пока без понятия почему так, может, ещё выясню.

Лекарша запыхтела, но всё же выдала:

— Клянусь своей анальной девственностью, что никому ничего не расскажу, даже под пытками и страхом смерти. Доволен?

— Теперь даже не знаю, у меня такой соблазн, чтобы вы проговорились.

Элен врезала мне в плечо со всей силы, и мне пришлось втянуть губы, чтобы не заржать в голос. Видимо, меня нервяк накрывает, а иначе не ясно, откуда такая весёлость. Защитная реакция, похоже.

— В общем так, девчата. Вы уже видели, что у меня есть пара фокусов в рукаве. Знать о них больше никому не нужно. Но мне надо, чтобы вы меня прикрывали. Объясняли мои странности и, если придётся, откровенно врали, глядя людям в глаза. По-другому выжить у нас не выйдет.

— Это ты так считаешь, — заметила Рин.

— Разумеется, — кивнул я. — Правда в том, что я много раз был в подобных ситуациях. Мне отчасти проще. Потому не растерялся.

— В Дигме или в жизни? — спросила Аманда прищурившись.

— И там и тут, и… не важно, — я вытащил пистолет. — Вижу, ты почти нормально ходишь.

— Стараниями Элен.

— Вот держи. Там осталось немного патронов, но такому меткому стрелку хватит. Я сейчас уйду, и, если что-то случится, услышу выстрелы и вернусь. Часовые пропали. Я не знаю, что или кто их унёс и живы ли они. Следов нет. А я их очень хорошо читаю. Я иду на поиски парней и места для ночёвки.

— Один? — спросила Элен.

Я задумался. Лишнее глаза будут только мешать, если и брать, то посвящённых. Но они все здесь нужны. Элен будет лечить, Рин мониторить ситуацию и контролировать фон группы, Аманда второй стрелок в случае атаки.

— Один, — сказал я. — Вы тут нужны, а чужие глаза только навредят.

— Не знай я тебя, — вступила Рин. — Подумала бы, что ты решил свинтить.

— Честно говоря, даже на секунду такой мысли не было.

— Ну и дурак, — заявила Элен.

— Сейчас кое-какие приготовления сделаю и пойду.

Теперь я был умнее, так что отозвал для приватной беседы Лизу.

— Слушай, такой вопрос. А как сильно мы отклонились с курса?

— Я понятия не имею, Анд.

— Ну-у, то есть, имеется вероятность, что нас вообще не найдут?

— Да. Но я не стала это при всех озвучивать.

— Это ты молодец. А сигнальная ракетница у тебя есть?

— Да. В быстром доступе в рюкзаке.

Я отпустил стюардессу и позвал Мбаку и Тая. Мы нарубили немного кольев и наставили их у входа. Хоть какая-то защита.

— Итак, — зашёл я в пещеру. — Пока отдыхайте. Следующий переход будет быстрый, так что набирайтесь сил. У Лиз в рюкзаке наверняка есть припасы. Может, у кого ещё что найдётся. Немного поднимите сахар в крови. Надеюсь, еду без меня вы поделить сможете. Я уйду на поиск места для ночёвки и поиск пропавших часовых. Кто-то тихо их снял, не оставив следов.

Народ сразу зашептался.

— В связи с чем, — продолжил я, повысив голос. — Даже в туалет теперь нужно ходить по трое. Да, неприятно. Но-о зато вернётесь живыми. Два несменных часовых Тор и Аманда. Тор, начнёшь на холме, через полчаса поменяетесь с Амандой, она уйдёт наверх. Остальных на дежурство себе в пару назначат они сами. Копья передавать этим двум часовым. Дежурить двойками и никак иначе. Всё. Скоро вернусь.

Я развернулся, и тут в спину прилетело:

— Свинтить решил? — бросил Ликтор.

Первый импульс был резко сократить дистанцию и вырубить его. Но вместо этого я развернулся и посмотрел ему в глаза:

— Мы непохожи, — спокойно проговорил я. — Так что не надо примерять на меня свои мысли. Хотел бы я уйти, оставил бы вам лекаря и пистолет? Ещё одна попытка саботажа, и я приму меры, потому что твоя трусость как яд отравляет всех.

— Ах ты! — дёрнулся он, но его схватили за плечи и не позволили прорваться ко мне.

— Если кто хочет составить мне компанию, я не против, — сказал, уже выйдя из зала. — Просто хотел дать всем побольше отдохнуть.

Я вышел, но так никто за мной следом и не направился. Ушёл в зелень и спрятал лук в инвентарь, проявил меч, сделал два круга по лесу возле холма. В первый обход заглубился метров на десять, а вот второй уже шагов на пятьдесят. И всё же нашёл след.

Судя по всему некто, даже траву примятую поправлял, но на такой дистанции перестал так тщательно следить. Какова вероятность, что у вкусной группы туристов появится дотошный следопыт? Вот именно.

Я пошёл в направлении найденной примятости. И в вскоре обнаружил влажный листок на дереве. Солнце не успело испарить с него влагу. Непонятно пот это или слюна.

Затем уже в низком месте разглядел полноценный след. Босая нога, похожая на человеческую. Дальше они не так активно скрывались. И я уже открыто читал их маршрут.

Гуманоиды или кто-то с набором человеческих ног. Не будем уходить в фантастические версии, что некто заставил часовых разуться и ведёт их под ментальным контролем. Хотя… есть такие существа. Но надеюсь, всё же мы не такие везунчики.

След был обычный совершенно не продавленный, как бывает под грузом тел. Наши, например, хоть и на двоих делили вес раненых, всё равно куда сильнее отставляли отпечатки. То есть, группа как минимум восемь существ.

Я долго брёл. Прошёл несколько удобных для ночёвки сопок. Дорога пошла совсем в гору. Почва стала сухой и каменистой. Следы пропали.

Я изучил тетиву лука. Похоже, из каких-то кишок сделана. Долго не прослужит. Всё же перекинул её через грудь и не пошёл по тропе, присел в кустах, отключился и взял Природный Альпинизм. Стал взбираться по склону горы. Пальцы уверенно находили зацепы, а вес собственного тела перестал так тянуть вниз. Поднялся на небольшое плато, но не спешил вылезать.

Долго слушал и принюхивался. Всё же выбрался. Тут сходилось три тропы. Одна вниз две вверх. Сделал укрытие из камней и ещё немного решил подождать. И не зря.

Вскоре увидел, как сам по себе катнулся камешек. Прищурился и разглядел едва различимый силуэт, спускающийся с тропы. Невидимка. Неужели опять тифлинги?

Затем вверх стало подниматься существо. В этот раз без невидимости. Не захотел или не смог соблюдать караульный устав. Сначала подумал это гуль, но пригляделся и понял, это дикий вампир.

Существа стайные. Хитрые в охоте, но сами по себе не очень умны. Нет у них никакой цивилизации. Обычно на побегушках у разумных вампиров. Клыков нет, зато когти в наличии. Голые и не имеют половых признаков, будто куклы. Как размножаются не совсем ясно. Возможно, это такой вид вампирской отбраковки, одна из мутаций. Но это не точно.

Я не стал упускать шанс, прицелился и пустил стрелу. Она вошла точно в голову. Тело завалилось. Я подождал. Но никакой реакции не было. Похоже, скрытно сработал.

Подбежал, на всякий случай пронзил наконечником сердце. Поднял труп и унёс за камни. Присыпал следы крови.

Пошёл вниз по тропе за вторым часовым. Он был в невидимости. Причём в статичном положении такую цель не разглядишь. Спалил я его только по траве, шевелящейся от дыхания. Если бы поднимался не по склону, как раз вышел бы к нему.

Я тихо стал натягивать лук, чтобы не начал скрипеть от натуги. Первую стрелу пустил не в полную силу. Она вонзилась куда-то в тело кровососа. Вампир подскочил. И вторую я засадил уже ориентируясь по первой, парящей в воздухе, стреле. Цель оступилась и упала, покатившись со склона и обламывая древки. Третья ушла в пыльный сгусток. Добил невидимку мечом, и он тут же выпал в реальность. Теперь прятать тело уже не имело смысла.

Пошёл вверх. Убрал в инвентарь меч и кровавые стрелы.

Логово нашёл быстро. Это оказалась пещера.

Зрелище было гадкое. Под потолком имелось вбитое враспор бревно. К нему за ноги были подвешены Сёма и Боб. В шеях торчали трубки, из которых в выдолбленные в камне чаши стекала кровь. Некоторые из вампиров свернулись в позу эмбриона и дремали в углах пещеры. Из-за бледной кожи, их можно было спутать с камнями. Остальные по очереди лакомились. Складывали длинный язык трубочкой и всасывали кровь из чаш.

Я посчитал. Четверо спят. Один дежурит у входа. Двое сидят, словно медитируют, хотя они слишком тупые для такого. Шесть ждёт очередь на кормёжку. Получается, они от нас так и так не отстанут. Будут по два выносить и питаться очень долго.

Напряг память, вспоминая всё, что знаю об этих существах. Кажется, у них есть суперсила. Повышенная регенерация. Прыгают вроде тоже как кузнечики. Глупо, наверное, самому на них лезть. Но пока хожу за подмогой, да и не факт, что скрытно сработаем. В общем, рискну. Если что, всегда успею убежать. А нет, они же ещё очень быстро бегают. Да и пофиг.

Зато, когда отряд сюда приведу, впечатлятся моей мощью и поменьше бузить будут.

Я натянул тетиву, и часовой как сова повернул башку.

— Из гетто с любовью! — тихо прошептал я, отпуская древко. Стрела угодила в горло, противник откинулся и захрипел, стал отползать, ранение для него совсем не смертельное, но надеюсь, хоть из схватки выбил.

Повезло, что они все в пещере. Им некуда было деться с траектории огня. Я пустил подряд четырнадцать стрел, особо не целясь. И все так или иначе нашли свои цели. Лук откинул в сторону, извлёк меч и ринулся на врагов.

Первым на свет выскочил высоченный вампир. В отличие от более низких и сутулых собратьев, этот держал осанку и с тремя стрелами в корпусе. Солнечный свет этим тварям ничуть не мешал, не та разновидность.

Он прыгнул, когда между нами оставалось шагов десять. Зачем? Загадка.

Я крутанулся, вкладывая всю силу в удар с плеча. Устоять на ногах после такого не удалось. Противник сшиб меня, но большего сделать не успел. Шея была перерублена, хотя он ещё был жив, но не очень функционален.

Я скинул тело, быстро поднялся и блокировал мечом выпад когтистой лапы. Плоть столкнулась со сталью. От силы удара вампира меч вывернуло из руки, но и монстр остался без кисти. Я материализовал артефакт без лезвия, и молниеносным выпадом вскрыл ему глотку. Исполнил Уклон, уходя от атаки целой руки.

Вонзил клинок в грудь и дёрнул вниз. Внутренности высыпались под ноги вампиру, он запутался в них и упал.

Так. Там был ещё какой-то Размытый Рывок. А ну-ка! Я не двигал ногами, но стоя к следующему противнику лицом, отъехал на три шага назад. А это удобно.

Что там ещё нового? Призыв оружия. Я пожелал, чтобы меч Кармы вернулся в ладонь, и он устремился в неё. Да на пути была спина твари, но что поделать. Клинок пробил его, и вампир упал. А меч, сломал пару рёбер, вывернулся и оказался у меня.

Классный навык!

Следующий вампир попался куда умнее. Он не попёр нахрапом, а дождался двух сородичей. Да они были раненные и медлительные, но их было трое.

Размытый Рывок!

Я вышел из рывка с ударом. И противник упал без головы, которая продолжала вращать глазными яблоками и щёлкать челюстями.

Два других пошли в атаку одновременно.

Рывок назад. Уклон влево.

И снова сдвоенная атака противников. Только на этот раз между нами было тело. Правый вампир потратил секунду, чтобы переступить, и за это время я уже принял на меч его сородича. Выдернуть клинок из груди не успевал.

Другой кровопийца бы сбил меня, если бы учёл все нюансы. Но схватив меня за плечи и пытаясь укусить, он упустил тот момент, что в груди у него было две стрелы. Древки упёрлись в меня, и вампир содрогнулся от боли. Я дёрнул обе стрелы назад, вырывая с мясом и вогнал левую в левого противника, а правую в правого.

И тут ещё один влетел в нас, разметав всех троих. Меня прокатило по жесткой поверхности, перекувырнуло через голову и протащило. Футбольный удар прилетел в плечо. Меня оторвало от земли.

Уклон! Немыслимым образом я перекувырнулся в воздухе. И смог приземлиться на ноги.

Вампир со стрелой в ноге уже замахнулся когтистой лапой. Я материализовал артефакт, и бокен встретил его ударом в горло. Меч сменил форму, став деревянным клинком. Боковой удар прочертил алую полосу, лишив противника глаз.

Рефлекторно врезал в пах, но без толку. Они же там без причиндалов.

Меч опять поменялся, блеснув на солнце косым срезом обломка. Осколок вошёл в глазницу. Тварь дёрнула головой, лишая меня оружия. Замотала башкой. Мозг явно был не задет.

И тут до меня дошло. Силой мысли потянул на себя Карму. Клинок влетел рукоятью в ладони, и я зарубил кровососа.

Следующий начал играть со мной в обманки, словно хотел обойти меня с мячом, но я просто создал копию оружия и метнул меч, оборвав его финты.

Остальные были совсем молодые, бестолково кружили, но сами боялись, в итоге «выиграл по очкам», затыкал мелкими порезами, а затем уже, когда они замедлились, убил. Двое драпанули по склону. Да и фиг с ними. Едва пара раненных диких вампиров сможет долго протянуть.

Ещё двое спящих до этого кровососов вяло шевелилась. Похоже, были в чём-то вроде анабиоза, и процесс пробуждения был довольно медленным. Я подошёл и зарубил всех.

Вынес тела из пещеры. Подумал-подумал, да и чуть приукрасил произошедшее. Раскидал по округе побольше конечностей, превратил скромную кровавую бойню в ещё более ужасающую картину. Пусть одноклассники думают, что я чудовище.

Я услышал гул в небе и тут же выскочил наружу.

Это был самолёт!

Но видел ли пилот что-то? Успела ли Лиза выстрелить из сигнального пистолета?

Я проводил самолёт, гадая, видел ли он что-то или нет. Вздохнул и вернулся к делам насущным.

Вытащил из тел целые стрелы и вырезал наконечники от поломанных. Зашёл в пещеру и понял, почему вампиры выбрали её. Из скалы вытекала тонкая струйка воды. Она убегала вниз в крохотную щелку. Интересно, сколько лет вода растачивала себе ход?

Воспользовавшись природным умывальником, смыл кровь. Обнаружил, что меня цапнули когтями. Уж не знаю, кто и когда, под адреналином не заметил, но бок был распорот, три аккуратных пореза. Кровь остановилась быстро, но отметины неприятные, короста от движений будет лопаться и мочить одежду. Чтобы не вонять кровью во время дороги, нашел какой-то пахучий карликовый куст и, нажевав горькой терпкой кашицы, намазал раны, обмотал их остатками футболки. Так-то лучше.

Пора возвращаться. Думается мне, дикие вампиры отвадили всех соваться в своё логово, и какое-то время их репутация будет нас защищать от всех, кроме тех, кто приходил охотиться на кровососов.

Обратно двигался довольно быстро. Пару раз за мной пытался кто-то гнаться, но я пускал стрелу назад, и преследователь пугался. А в одном месте я залёг, пропустив небольшой отряд сумеречных гномов. На руках у них был раненый и два трупа.

Хотел застать своих врасплох, но Камую меня сдала какая-то птичка, которую я даже и не видел.

Элен встретила меня сорокалетней женщиной.

— А ты ничего такая милфа будешь, — сказал я, и получил усталый тычок в плечо. — И сколько батареек потратила? — спросил я.

— Всех обесточила, к сожалению. Зато даже Шону перелом руки немного залечила. Хотя, казалось бы, травма не первой очереди.

Я зашёл в хобби-нору, народ оценил мой внешний вид. Некоторые расслабленно выдохнули, похоже, уже попрощались со мной.

— Что случилось? — спросила Рин.

— Потом расскажу. Сами увидите. Идём. Нашёл нормальное место для ночёвки. Времени мало, скоро закат.

— Дай займусь, — прикоснулась к повязке Элен.

— Да брось, — отмахнулся я. — Царапина.

Отозвал Лиз в сторонку и спросил:

— Самолёт видели?

— Нет. Только слышали. Когда я выбежала, его уже и след простыл, — она расстроенно поджала губы. Будем надеяться, он видел место крушения и туда пришлют спасательную группу.

Я кивнул.

Теперь никого на носилках тащить не надо было. Все двигались сами, пусть и прихрамывая. Я определил порядок движения, и мы пошли.

— Ликтор, — подошёл я к парню. — Найди по пути что-то, чем можно затянуть вход в пещеру или вроде того.

Он кивнул.

— Мне Лапа в пару нужен. Мы будем иногда отходить от группы.

— Делай.

Поначалу шли нормально, но потом столкнулись со стаей из пяти шипастых волков. Вожак долго играл со мной в гляделки, но не увидев там и капли волнения, рыкнул и увёл группу стороной.

Затем на наш след встал оборотень. Здоровый такой. Метра под два с половинной в звериной форме, но, похоже, под личиной зверя был разум человека. Оценив перспективы схватки и вряд ли считав значение двух средних пальцев, он ещё какое-то время нервировал отряд, но всё же отстал, когда мы приблизились к территории диких вампиров.

— Фиона, ты ничего не чувствовала, — спросил я.

— Нет.

Я кивнул.

— А что? — спросила она.

И тут мы поднялись на плато, где случилось побоище.

— Да так, — пожал я плечами.

Отряд замер, разглядывая картину. Голые порубленные тела, оскаленные пасти, отсечённые когтистые лапы и залитые кровью камни.

— Собственно, вот, — сказал я. — Убийцы Боба и Сёмы. Найдены и наказаны. Не стойте как вкопанные. Кидайте рюкзаки в пещеру и помогите мне здесь прибраться.

Несколько человек едва сдерживали рвотные порывы. Другие же даже сейчас брезгливо переступали следы засохшей крови.

Меч Кармы удалось легализовать в глазах отряда, сказал, что нашёл здесь в пещере.

Головы кровососов я насадил на пики и расставил вокруг лагеря как некую границу. Если кто-то боялся их, то тех, кто убил кровососов, должны и подавно опасаться. Тела сложили одной кучкой подальше. Кстати, у нескольких какой-то горный зверь успел выесть внутренности, пока я ходил.

Сёму и Боба похоронили в камнях.

С небольшой группой я сходил за хворостом, на случай если будет холодно, и нашёл ещё пару заготовок под копья и древки стрел. А потом притащили ещё и подстилки на пол пещеры.

— Ликтор, — подошёл я к дендровику. — Что с защитой?

— Да. Сейчас. Всё, что нашёл, это резиновую иву, не помню, как она по-научному называется. А ещё жалящая лоза и крапива-убийца. Полностью закрываю вход?

— Нет. Народ же по нужде будет выходить. Оставь проход с Тая шириной. Если Хант пролезет, остальные и подавно.

Парень кивнул. Попросил принести тела вампиров, как питательную среду для растений. Я с Мбаку приволок трупы и присыпал их кусками сухой земли и камнями.

Все вымотались, так что первую смену караула я определил себе. Остальные будут дежурить по трое.

Народ поделил на всех две плитки шоколада. Что-то там какие-то крохи оставались ещё на утро. Я от своего кусочка отказался в пользу Элен. Ей сейчас нужнее. А завтра что-нибудь придумаю.

Уснули почти все и почти мгновенно. Я же, наконец, напялил какую-то футболку. Ликтор закончил возведение преграды. Резиновая ива, конечно, не была резиновой, но зато довольно жесткая и почти не гнётся. Её оплела жалящая лоза, причём, я дурак палец сунул проверить, куснула как заправская пчела. Перед всем этим великолепием выросла крапива-убийца.

У нас такую только на выставках можно встретить, слишком уж опасная тварь. Взрослые нормально переживают её укус, но дети могут и в больницу попасть, потому, собственно, её вытравливают и за городом вблизи стен, чтобы семечко даже ветром не занесло.

Народ начал жаться друг к другу спинами. Мёрзли. Хоть и напялили всю одежду. Я развёл костёр. Дым поднимался к потолку и вылетал из пещеры. Внизу дышать было комфортно. Сначала обжёг копья, сделав нормальные наконечники, потом вышел на улицу.

Мастерил древки для стрел, сидел и пялился на звёзды. Помнится, когда гулял по стене с Джессикой, сказал ей, что мечтаю побывать за стенами Кадии, пройтись по лесу и переночевать там под звёздами у костра. Сбылась мечта, но есть нюанс.

Разбудил Аманду, Томаса и Заура. Бронкс подсела ко мне, ёжась и сонно зевая. Опёрлась на меня.

— Ты тёплый.

— Если буду холодным, дела совсем паршиво, — улыбнулся я и показал ей на звёзды. — Гляди, твоя ночь. Созвездие Астрального Оборотня.

Я показал ей рандомный набор светящихся звёзд. Батя говорил, девчонки всегда верят в такое.

— Почему десятый номер? — спросил я.

— Мой отец был профессиональным спортсменом. Это был его номер. Карьеру закончил рано. Потом он стал полицейским, и его позывной был Десятка. Погиб во время подкопа гномов. Об этом даже не сказали в новостях, бросили на место всех, кто был в округе, пока не приехала спецгруппа с земляным стихийником.

— Что-то такое я и думал. Ладно, Десятка, мне пора спать. Если ты не против, я останусь на твоих ногах и немного погрею тебя. Если что, буди.

Я закрыл глаза и оказался в Пути.

— Ну наконец-то, — выдохнул я. — Это был безумно долгий день.

— Уже знаешь, куда отправишься?

— Конечно, — сказал я. — Отправлюсь на пол, буду лежать и отдыхать, пока мысли в голове не устаканятся.

Не знаю, сколько времени прошло, пока психологическое давление отпустило. Я прогонял в уме разные ситуации. Посему выходило, что сейчас нужнее прочих мне навык проноса снаряжения из Пути в реал. К тому же и координаты локации у меня имеются.

Придя в себя, несколько часов пересказывал наставнику всё, что случилось.

— Да уж, удивительное испытание выпало на твою долю, — сказал он.

— И выжить там — наименьшая из проблем. Тяжелее всего с утра будет иметь дело с толпой злых голодных и измотанных людей. Ладно, душу отвёл, пообщался, пора и за дело взяться. Нужен навык переноса предметов из Путь в реал, иначе завтрашний день переживут немногие.

Я подошёл к печати. Она считала мои желания и перестроилась, перетасовав своё наполнение под нужные координаты.

Библиотека Сидиуса.

Текущий архивариус Модест. Вы уверены, что хотите попасть в библиотеку по его правилам?

И тут снова что-то новенькое. Надо же.

Я пошёл на аукцион. И здесь меня ждал ещё один сюрприз. Мануалы отличались. «Путевые заметки по Библиотеке Сидиуса по старым правилам архивариуса Эгро», «Путевые заметки Библиотеки Сидиуса по новым правилам архивариуса Эгро», «Путевые заметки Библиотеки Сидиуса по правилам архивариуса Танто», «Путевые заметки Библиотеки Сидиуса по правилам архивариуса Модеста».

И этих архивариусов там был с десяток. И фиг пойми, какой сейчас нужен свод правил. Там иногда даже приписка «комбинированный» встречалась.

— Мих, знаешь что-нибудь про Библиотеку Сидиуса?

Он хмыкнул и кивнул.

— Знаю многое, но сказать не вправе. Интересное испытание. Условия там часто меняются, но это ты, наверно и так понял.

— Опять сплошные загадки, — вздохнул я.

— Отточишь разум, — пожал плечами учитель.

В итоге купил первый попавшийся мануал по текущему архивариусу, чтобы хоть немного ориентироваться, что там вообще происходит. Автора-пилигрима звали Заумь Ходячая. Я сразу представил эдакую заучку с раскачкой в тряпичного дэмедж дилера. В очках и тонкой мантии на голое тело…

Так, стоп! Не туда фантазия ускакала.

Раскрыл книгу.

'Приветствую тебя, коллега.

Библиотеки и архивы мои любимые локации. Надеюсь, и тебе они полюбятся, если, конечно, в твоих жилах течёт хоть капля крови истинных пилигримов.

Итак… архивариусы. По одной из легенд они когда-то вели войну между собой за эту библиотеку, но потом всё же решили объединиться и стеречь знания вместе. Другие мифы на эту тему найдешь сам, если, конечно, в тебе сильна тяга к знаниям.

Иногда архивариус погибает окончательно или уходит с поста, иногда появляются новые члены администрации архива.

Каждый архивариус правит определённый промежуток времени, но иногда его могут спихнуть досрочно пилигримы или другой архивариус. Всё что нужно для этого, это найти одну-единственную избранную им книгу, и как только это случится, архивариус теряет власть.

Нет ничего хуже, чем если это произойдёт прямо во время твоего прохождения испытания.

Уже чувствую подвох с этой книгой. Тем не менее почему-то улыбнулся. Я любил книги. И пусть тут наверняка будет непросто, само предвкушение приключения разжигало во мне пламя авантюризма и словно стирало всю усталость.

Для лучшего понимания рекомендую ознакомиться со всеми версиями правил конкретного архивариуса.

Тут я взял паузу и купил ещё три книги, чтобы сравнить и на случай, если архивариус сменится прямо во время прохождения.

Ох. Глаза полезли на лоб. Вот уж точно каждый дро… гхм, в смысле, новая метла по-новому метёт.

Один архивариус давал ровно одну попытку прохождения архива. Другой разрешал сколько угодно раз выходить в путевую комнату, но запрещал погибать. Третий отменял все умения и навыки, оставляя вошедших без системных костылей. Четвёртый запрещал наносить прямой урон, то есть приходилось изгаляться, чтобы бороться с конкурентами. Пятый менял гравитацию, делая её как в космическом корабле. Шестой, то есть мой, оказался редким оригиналом.

Итак. Правила, с которыми мне пришлось столкнуться при прохождении локации во время правления Модеста…

Кэмэл потянул штурвал на себя.

Могучий разведывательный самолёт рассек облако и скрылся в его пуховых телесах. Внизу пролетало несколько маленьких особей неизвестного вида. Это могли быть виверны или же птеродактили. Вроде и не такая уж помеха, но вступать в контакт лишний раз не хочется. Ещё повредят обшивку, придётся лететь на базу.

Пилот не стал долго задерживаться в облаке. Ему важно было видеть землю. Самолёт начал снижаться. Это был уже третий вылет подряд, конечно, в нарушение всех протоколов, но что поделать, на пропавшем «Океаник 747» его двоюродный брат был капитаном. Он должен сделать всё возможное, а иначе как потом смотреть тётушке в глаза.

Радейка загорелась зелёным. Поймала запись сигнала ретранслятора. Пилот щелкнул по кнопке, воспроизводя.

— Ясный Сокол, говорит Небо Кадии, что там у тебя?

Пока он находился в зоне покрытия наземной станции или же стратостата, решил сразу передать сообщение, пусть и информационно пустое, зато будут знать, что жив.

— Сокол Небу. Пока чисто. Нахожусь уже в третьем квадрате по старой системе. Как у других?

Кэмэл увидел вдали что-то или показалось?

Самолёт сменил курс, лёг на крыло снижаясь. Возможно, крупный механоид или вроде того. Самая большая опасность в том, что эти твари могут иногда перехватывать радиосигнал и устанавливать ловушки на самолёты-разведчики. До запчастей и механизмов они голодны как младенец до молока.

— Сокол Небу. Что-то увидел. Снижаюсь, лечу на доразведку.

Он подрубил усилок второй рации, ориентированной не на ретрансляторы, а на сигнал с земли, даже на слабый, даже помехи будут знаком.

На секунды за небольшим горным выступом показался не то дым, не то стая птиц. Сердцебиение участилось. Тем не менее Кэмэл сохранил самообладание. Не стал пролетать над скалами. Глянул на бак. Топлива оставалось совсем немного, едва хватит на обратный путь, и всё же он принял решение обогнуть опасный участок и не пролетать над местом потенциальной засады.

Совершая полётный манёвр, пилот уже полноценно разглядел тонкий столб дыма, который тут же исчез, словно кто-то затушил пламя, но, чтобы авиационное топливо потухло, надо сильно постараться. Если это, конечно, был самолёт, а не поселение орков, например, или выносная кузня гномов, с вредным производством.

Он облетел природную преграду и увидел далеко вдали широкую просеку от самолётного следа. А уже потом обломки. Чёрный ящик не передавал никаких сообщений. Сигнала ретранслятора не было, и Кэмэл выругался, нажал запись послания.

— Сокол передаёт Небу! — затараторил пилот. — Я нашёл их. Третий квадрат по старой системе. Чёрный ящик молчит. Запись не уловил. Повторяю третий квадрат по старой системе. Координаты: четыре-семь, точка, четыре-восемь-три-девять, северной широты. Один-ноль-три, точка, ноль-два-семь-восемь, западной долготы. Приём. Повторяю. Координаты места крушения. Сорок семь градусов, двадцать девять минут, северной широты. Сто три градуса, ноль одна минута западной долготы.

Радейка загорелась оранжевым, уйдя в режим ретрансляции.

Пилот закрыл листком счётчик топлива, чтобы он не раздражал, и начал снижаться, пытаясь разглядеть мизерные фигурки, которые брели по тормозному следу самолёта. Волосы на руках невольно зашевелились. Кажется, там шествовал архилич с небольшим отрядом кадавров и некрохимер.

Впрочем, вряд ли ему что-то светит. С высоты был виден ажиотаж у обломков. Местами корпус пробит, видно, что внутрь пролезало нечто массивное. Да и сейчас Кэмэл заприметил нескольких гигантских пауков, которые раскинули свои сети по округе в ожидании добычи.

Всё было в крови, её возле самолёта пролилось много. Ещё долго это место будет манить тварей всех мастей.

Вооруженный отряд приматов с планеты обезьян оккупировал ветки деревьев. Вожак пальнул из лука. Стрела бестолково с глухим стуком ударилась о корпус самолёта разведчика, и разумные приматы стали скалить зубы и смеяться ничуть не хуже диких сородичей.

Кэмэл включил камеру, но она передавала лишь чёрную картинку. Автоматика барахлила, выдвижная крышка объектива заела. Пилот выругался, поднял самолёт, заклинил руль, отодвинул кресло, дотянулся до пола, взял специальный щуп, просунул в щель и попытался поймать тонкий тросик, подцепил его крючком и дернул, открыв створку. На экране появилась картинка. Он пошёл на второй вираж, чтобы всё подробно записать.

Развернулся. Взял курс до дома и включил получившуюся запись, чтобы самому внимательнее всё рассмотреть. Кадры удручали и застывали в памяти, словно просеянные золотые песчинки в сите.

Обрывки юбки чирлидерши. Зверолюд тигр с рукой в зубах, за которым гналась группа резвых зомби-мутантов. Механоид с винтовкой на спине, сидящий на крыше самолёта и считающий найденные мобильные телефоны. Старый вампир, аккуратно вытиравший рот белым платком и помахавший им вслед самолёту.

Кэмэл вздохнул.

Он пролетел уже долго, когда наконец радейка сменила цвет лампочки, сигнализируя, что сообщение ушло. Прошло ещё минут сорок, когда ретрансляторы выстроились в цепь как планеты при параде, и установился прямой канал с Небом Кадии.

— Сокол ответь Небу.

— Сокол на приёме.

— Как там?

— Жопа, НК. Полная задница. Отправляю фото. Судя по следам на корпусе, мало кто выжил при падении, а те, кто всё же уцелел, были съедены. Там весь лес на пир собрался. Объявляйте отбой поисковой операции.

— Принято, Сокол. Ждём на базе.

— Или возле неё. Топлива мало. Возможно, сяду рядышком в поле.

— Готовим эвакуационную группу на всякий случай.

Прошло ещё минут десять-пятнадцать, когда неожиданно поймавшая прямой контакт радейка выдала:

— Твою мать! — от диспетчера. — Фото только что пришло, Сокол.

— Дисциплина связи, — раздался смертельно уставший голос начальника лётной части. — Отбой поисковой операции. Передайте всем. Сокол, зайди ко мне, как приземлишься.

— Есть!

Все твои умения и навыки проявятся в виде иконок внизу границы обзора. Каждому твоему навыку будет задано время отката, даже если его не было. Некоторые заученные связки ударов, могут тоже превратиться в навык, соответственно, и приобрести кулдаун. Тебе будет присвоен уровень и количество ХП. Дебафы будут отображены значками в правом верхнем углу. Я адаптировалась к этому долго.

Хм. Непривычно, конечно, но не так уж и плохо. Я такое видел в старых ММО-побегушках. Помню, когда нас в начальной школе водили в музей Дигмы, даже давали в конце поиграть в них.

А теперь самое важное. То, что даёт этому мануалу столько процентов.

Книги. Книги — это суть библиотеки. Её кровь и плоть. Её разум и её душа. Некоторые из них сможешь прочесть легко, другие никогда тебе не дадутся в руки. За открытие некоторых книг придётся платить. Кровью, смекалкой или даже… временем и жизнью.

Больше информации, ты узнаешь в других моих книгах по этой локации. Это был самый базовый сборник. Если интересен бестиарий и прочие нюансы загляни туда. Но если в тебе есть дух авантюризма, то шагни в этот удивительный мир уже сейчас. И если ты полюбишь его так же, как и я, то, может, однажды мы встретимся, и нам будет о чём поговорить.

Я отложил книгу. Этот пилигрим оставляла приятное впечатление. Пожалуй, послушаю её и пойду с имеющейся информацией.

Итак. Десять ячеек инвентаря. Плюс рюкзак.

Артефакт в ножны. Меч Кармы туда же, но на другое бедро. КотКоинов оставалось кот наплакал. Выставил на торги все купленные мануалы, но пока их ещё приобретут. Взял два зелья лечения. Две таблетки маны были. Ещё копьё в инвентарь сунул, а также стрелы, болты и нож. Две ячейки остались свободны. Зато я был на редкость лёгок и манёвренен.

Хлопнул себя по лбу. Вспомнил, что нужно разобрать наследство Кармы. Двенадцать предметов. Они лежали отдельно на полу в непрозрачных пузырях.

Итак. Поехали.

Первый предмет.

Свиток заклинания «Наследство». Если вы окончательно погибаете, всё ваше имущество перемешается к вашему наследнику. Требуется его кровь для привязки. Свиток разрушается после срабатывания даже в инвентаре .

Второй.

Свиток заклинания «Последняя воля». Ваш убийца получит тот же урон, что и вы.

Третий.

Свиток телепорта. Выберите точку на карте, зафиксируйте её на свитке. В нужный момент просто откройте свиток. Количество маны, требующейся на процесс переноса, зависит от веса и массы перемещаемого. Возможно заменить её капсулами маны или зельем маны, содержащими нужное количество магических единиц энергии.

Четвёртый.

Кольцо Силы.Часть сета семи искушений. Сила +10%. Выковано посреди границы миров, остужалось в экстракте погашения вибраций. Признано мирозданием. Работает на любом существе во всех мирах.

Если выберусь, можно брату передать. Или по крайней мере, могу попробовать найти такое же на Телосложение.

Пятый.

Зелье магической силы. Увеличивает в два раза запас и регенерацию маны на одну схватку. Как только вы вышли из боя, наступает откат.

Интересное свойство. Понятно, почему она вообще не переживала о мане.

Шестой.

Таблетка Маны.

Седьмой.

Зелье лечения.

Восьмой

Универсальная отмычка. Легко вскрывает все простые замки. Будьте осторожны, она довольно хрупкая.

Интересно. Учитывая, что я не взломщик не в одном месте, очень полезная штука.

Девятый.

Зелье антизапаха. Скрывает ваш запах даже от самых чувствительных ноздрей.

Пожалуй, тут не буду тратить. Утащу в реал, если, конечно, удастся добыть навык.

Юбилейный десятый.

Оборотное зелье. Вы принимаете облик объекта, чью частицу ДНК вы поместили в раствор. Важно — объект должен быть вашего типа существ. Например, человек сможет стать эльфом и даже вампиром, но не сможет стать зомби или оборотнем. Время действия: от пробуждения до сна.

Одиннадцатый.

Порошок сокрытия. Вы можете спрятать с его помощью, что угодно. Следы крови, отпечатки пальцев, отпечатки обуви.

Всё у неё было заточено под убийство и сокрытие следов.

Ну и последний.

Записка.

Я развернул.

Если ты это читаешь, значит, сам Путь хотел, чтобы ты увидел этот текст, статистически сохранение записки маловероятно. Прости меня, Анд. Я выбрала может и неправильную, но единственно возможную для меня дорогу. Никогда не иди по моим стопам. Убивая пилигримов, я прикоснулась лишь к нескольким тайнам Пути и хочу завещать их тебе.

Первая. Подумай, что происходит с путевыми комнатами, когда погибает пилигрим, и поищи ответ на этот вопрос.

Вторая. Подумай, как мир присоединяется к Пути. Поиск ответов на эти вопросы, откроет для тебя нечто удивительное.

Удачи.

Вот так вот. Я поджал губы. Посмотрел на Михаила, уже знал, что он ответит, но обязан был спросить.

— Если пилигрим погибает, что случается с его путевой комнатой?

— М-м-м. А-а. Она… — он не смог сказать ни слова, а силуэт начал подрагивать в реальности. Запретные знания.

— Как новые миры присоединяются к Пути?

— Ну… э-э.

— Понятно. Так я и думал.

В инвентарь убрал Универсальную Отмычку. Надел кольцо Силы. Глянул характеристики.

Анд. Раса Человек.

Характеристики:

Интеллект 18

Сила 17

Телосложение 11

Ловкость 17

Мана 300

Преодоление 17

Инвентарь 10

А неплохо вышло. Много семнашек получилось.

Подумал-подумал. Библиотека всё же. Шуметь там нежелательно. Наверное, имеет смысл взять скрытное оружие. Поискал на полу среди гор хлама из разряда «может пригодиться», взял плевательную трубку, которую снял с туземцев в Джунглях Сиби.

Вроде и пару дротиков оставалось.

Зашарил рукой. Что-то кольнуло палец, одёрнул.

— Кажется, нашёл, — протянул я, поднимая дротик. — Со снотворным был. Хе-хе.

Проснулся от легких толчков. Наставник пытался меня расшевелить. Я сел, ко лбу что-то прилипло. Прикоснулся и на ладонь выпал КотКоин. Учитель засмеялся.

— Он у тебя на лбу отпечатался.

Я потёр след. Денежное клеймо себе оформил, блин.

Зашёл на аук. На последние копейки купил обычные дротики. И то не все в размер попались, пришлось ещё перья подпаливать и подрезать. Порылся на полу, нашёл яд и сонное зелье. Будем работать с этим.

Пришлось флакон с хилкой перенести из инвентаря на пояс. Вместо него сунул в пространственное хранилище дротики.

Ну всё. Поехали.

Наступил на печать, уже немного позабытое чувство переноса, и вот я стою на небольшом островке земли, парящем в воздухе. Мимо летает по причудливым траекториям множество таких. Какие-то анфилады лестниц, деревья, куски стены, статуи. Всё кружило по своим маршрутам.

Я тут был не один. Куча пилигримов прыгала с платформы на платформу. Их целью являлся большой остров, на котором стояло здание библиотеки. Красивая постройка, с античными мотивами в архитектуре. Так и хотелось назвать её храмом знаний.

Я прыгнул на пролетающую кружащуюся лестницу. С неё перескочил на дрейфующий постамент со статуей.

— Повежливей с богиней! — крикнул кто-то.

Я задрал голову и понял, что держусь за грудь статуи. Надпись стёрлась, и я не мог прочитать, кому принадлежит скульптура.

— Ну извиняй, красавица, — сказал я. — Уж больно ухватистый у тебя бюст отрос.

Впереди пролетала большая платформа, выложенная плитами. Я прыгнул и грохнулся, нога поехала. Следующей возможности перескочить предстояло ждать долго. Кусок улетел сильно ввысь, а потом неспешно спускался. Ко мне запрыгнул ещё один пилигрим. Не то механоид, не то просто в футуристичной броне. Признаков агрессии не проявлял.

Он перепрыгнул раньше меня, на скульптуру каменного корабля. Я же сиганул на следующую статую.

— Извращенец! — крикнула сверху какая-то девчонка.

Я пригляделся, куда угодил. Оказалось, на кровать к обнаженной каменной леди.

Я перескочил на следующую идеально круглую платформу, и сразу после этого она начала плавно вращаться.

— Посторонись! — услышал голос. Отскочил в сторону, на моё место упал и прокатился парень. Лицо почти человеческое, но безволосое, на башке аквариум, присоединённый к скафандру. Голова вытянутая. И жабры на шее.

— А как ты говоришь? — удивился я.

— Ртом, блин! — выдал он, пуская пузырьки, но до меня дошёл чистый голос. Магия, не иначе.

Платформа начала вращаться быстрее. И тут к нам заскочил хоббит. На спине было нечто вроде панциря, а в руках небольшая секира под его руку.

Круг начал вертеться ещё быстрее. Хоббита сбило с ног, и он покатился, вонзил секиру, заскрёб ей, пока не зацепился за выемку в камне. Жаброголовый держал баланс как опытный сёрфер.

— Нет, не прыгай! — заорал он, махая руками гному. Но тот сиганул со своего острова.

И тут диск ещё больше ускорился. Парень опрокинулся назад, стукнулся аквариумом, стекло разбилось, насыщенная кислородом вода вытекла, и он начал задыхаться, а потом влетел в гнома, который вбил кирку.

Я вонзил меч в стык плит.

Как перепрыгивать на следующую платформу на такой скорости — совершенно неясно.

Замедлить её! Ну конечно.

— Скинь тело! — крикнул гному.

Он кое-как отбросил от себя труп, и его унесло, сбросив в пропасть. Платформа не замедлилась. Меня скоро стошнит от этой круговерти. И уж точно, я никуда перепрыгнуть не смогу, даже когда она остановится.

Гном тоже не дурак. Понял, что к чему, отцепил кирку и, отдавшись на волю инерции, поскользил к хоббиту. Не было никакой солидарности недоросликов, влетел ногой ему в морду и сбросил того с платформы.

Замахнулся трофейной секирой в меня.

— Назад! — заорал я, и оружие подчинилось. Полетело в обидчика, треснув того по шлему. Гном выругался.

Я же дотянулся до трубки. Зарядил дротик и плюнул. Игла воткнулась противнику в щеку. Бородатый зло ощерился, но тут пальцы начали слабеть, а веки тяжелеть, и его унесло.

Диск стал замедляться, а потом совсем остановился. Я лежал, очень долго приходя в себя. Потом всё же встал и побрёл, пошатываясь.

Прыгнул на следующий островок, но промазал, вестибулярка подвела. Я ударился о край и полетел вниз, рухнув на зелёную платформу. Поморщился, вставая, сильно отбил спину. До библиотеки оставалось совсем немного.

Я заприметил скульптуру каменного грифона. Захотелось на ней прибыть. Уж больно красивая.

Долго ждал, когда наши траектории совпадут, и всё же оседлал каменную птицу. Потом приземлился на остров не как все кубарем, а статно спрыгнул с пролетающей мимо птицы.

— Понторез, — насмешливо бросила та же девчонка, что обзывала меня извращенцем. Я присмотрелся. Гремлинша в корсете с сиськами навыкат. В руках два кремниевых пистолета, на поясе короткий клинок.

— Свали, ушастая, — прошёл я мимо. Взошёл по широченной лестнице, оглядел огромные статуи двух сфинксов — один был с мужским, другой с женским лицом.

И тут они резко расправили крылья, перекрыв мне проход.

— Читательский билет, — потребовала сфинкс. Сфинкса? Сфинскиня? Сфинскунья? В общем, женская особь.

— У меня его нет.

— Без билета не положено.

— Ну есть один вариант, — хитро протянул второй. — Можешь отгадать загадку.

— Нет, спасибо, — отказался я.

— Тогда брысь! — возмутилась сфинкса. Небрежный жест крылом, и меня словно соринку веником сдуло. Я прокатился кубарем.

Гремлинша ухахатывалась. Ну-ну. Посмотрим, как ты пройдешь.

Я уселся и стал наблюдать за остальными пилигримами. Вот какой-то седовласый и седобородый старец в балахоне взошёл по лестнице и показал читательский билет. Пусть он и был опален и потрёпан и видно, что склеен, но проканало.

— Уважаемый! — окликнул я его и быстро стал взбегать по лестнице. — А не подскажите, где вы взя…

Резкий удар крылом выбил из головы все мысли. Картинка закрутилась, и пришёл в себя уже под заливистый смех гремлинши. Мелкая стерва.

Ей надоело ждать, и она начала собирать и подговаривать других пилигримов.

— Эй, пойдешь с нами? — спросила она.

Я покачал головой. Не верилось, что у них что-то выйдет.

Собралось с десяток авантюристов всех мастей. Некоторые вооружились зельями, другие свитками. По команде ушастой они пустили иллюзорные заклинания и кинули различные зелья скрыта. Гурьбой ринулись на лестницу.

Сфинкс махнул лапами в окутавший лестницу магический туман, а его подружка взлетела и начала разгонять цветастое волшебное зарево взмахами крыльев. Гремлинша выстрелила из пистолетов, и всё затянуло облаками серого удушливого дыма. Закашлялись другие пилигримы. А когда снова всё развеялось, то я невольно уважительно поджал губы.

Гремлинша нырнула в дверь. Она одна из всей группы смогла проскользнуть заставу, показав способ. Остальные тела валялись изломанными кровавыми куклами. Исполинская лапа сфикса оказалась смертельным оружием.

Долго не было новых желающих. Похоже, сфинкс заскучала, посмотрела на меня, подмигнула и спросила:

— И всё же не хочешь отгадать загадку?

— Чуть позже, — улыбнулся я.

Сегодня какой-то фестиваль полуросликов. Девушка пикси, едва ли больше хоббита, махая прозрачными переливающимися крыльями, подлетела к сфинксам.

— Приветствую, о мудрые стражи, — немного поклонилась она. — У меня нет билета, но я бы хотела пройти.

— Загадку?

— Да.

— Тогда слушай, — сказал сфинкс. — Что есть у меня, но чем воспользоваться я не вправе, а ты вправе, но у тебя этого нет.

— Ну это легко, — пожала плечами пикси. — Право войти в библиотеку.

— Верно, — улыбнулась девушка сфинкс. — Добро пожаловать, страждущая до знаний.

— Спасибо, — кивнула пикси и полетела, отворила дверь, за которой была абсолютная тьма, и смело погрузилась в неё.

— Не хочешь отгадать загадку? — снова посмотрела на меня страж.

— Ещё не созрел, — покачал я головой. Понял, что за игру они затеяли.

Несколько пилигримов воодушевились прохождением пикси и подошли.

— Мы тоже хотим пройти. Можем ли мы вместе отгадывать?

— Можете, — кивнул сфинкс. — В чём смысл жизни?

— Э-э-э.

— Чего, блин⁈ — возмутились оба пилигрима.

— Это ваш окончательный ответ? — предвкушающе оскалилась сфинкс.

— Нет-нет! — замахал руками путник и переглянулся с товарищем. В глазах у того застыл лишь страх. — Ну отвечай! Ты же решил подойти.

— Сам отвечай!

— Время утекает, — предупредил сфинкс.

— Да что б вас. Его нет! — заорал парень. Исполинская лапа опустилась, как судейский молоток. А потом поднялась, растягивая остатки плоти как жвачку, прилипшую к подошве к жару.

— А твой ответ? — спросила страж.

Парень лишь мотал головой и вяло промямлил.

— Его никто не знает.

— Неправильно!

Удар лапы отправил его в полёт метров на семьдесят.

Сфинкс повернулась ко мне. Я лишь покачал головой. И тут дверь библиотеки открылась. Оттуда вышел читатель. Под мышкой у него был потёртый томик. Бодрой походкой он направился к портальной площадке, огороженной резными перилами.

Перед тем как телепортироваться, он отсалютовал нам книгой. И я заметил, что закладкой внутри служил читательский билет.

— Вот в чём дело! — воскликнул дроу, ловко приземляясь с очередной подплывшей платформы. — Нужно просто убить вышедшего пилигрима.

Пока ждали следующего читателя, собралась целая толпа в пятнадцать человек. Меня несколько раз звали поучаствовать, но мне такое не по нраву. Если и решу отобрать билет, то только в честной схватке один на один.

Едва двери библиотеки открылись, как группа оживилась. Они боялись входить в зону доступа крыльев сфинксов, а потому ждали спуска пилигрима.

— Подскажите, а как пройти в библиотеку? — вышла вперёд самая миловидная эльфийка.

Читатель открыл было рот, но тут эльфийка притянула его к себе и впилась губами, уперевшись в него упругим бюстом. Путник опешил, и когда поцелуй завершился, он раскрыл рот в немом изумлении, глядя на кривой клинок в животе. Телепортировался в сторону, но в спину ему ударила стрела, он сделал ещё два рывка, но его сначала ожалил фаербол, а потом кинжал воткнулся меж лопаток, закончив путь живучего игрока.

Толпа налетела и начала грубо шмонать тело.

— Нашёл! — воскликнул высокий эльф, воздев билет к небу. — Как делить будем?

— Может, по жребию? — предложила эльфийка.

И сразу после этого началось то, что можно было сразу предсказать. Королевская битва. Пилигримы начали мочить друг друга. Крики, звон стали, росчерки заклятий, вспышки, грохот, стоны и плач. Секунд за двадцать из полутора десятков на ногах осталась одна-единственная грудастая остроухая в окружении корчащихся в муках тел разной степени повреждения.

Она начала отступать, глядя на меня.

— Не подходи, — прошипела она.

— Да мне оно и нахрен не упало, — сказал я. — Падаль падальщикам.

Эльфийка ушла внутрь. Я всё ждал своего момента. Пилигримы иногда отгадывали загадки, а иногда становились жертвой жестоких сфинксов.

— Ты меня уже раздражаешь, — сказала львица с головой женщины.

— Ну отвернись, — посоветовал я ей. — Или чай с ромашкой попей.

Я увидел совсем юную на вид девчонку. Едва ли она была даже младше меня и, вероятно, младше Пашки, лет четырнадцать ей. Из-под кожаной брони торчала ткань очень характерной расцветки одной из школ Архонта.

Я тут же отвернулся. Сорвал маску с одного из убитых тут, надел и поманил девчонку пальцем.

— Как зовут?

— Акулина.

— А меня Эхо. Послушай меня, Акула. Никогда никому не говори своё настоящее имя, откуда ты и никогда не проноси в этот мир вещи из своего. Многие пилигримы явятся за тобой в твой мир и убьют. И повезёт, если только тебя, а не всех, кто тебе дорог. Я сейчас закрою тебя плащом, а ты поменяешь свой приметный поддоспешник.

— А ты тоже из моего мир…

— Нет! Но у меня там есть хороший друг, который меня не раз спасал. Так что я сразу узнал эти цвета. Переоделась?

— Да.

— А теперь пойдём к свинксам.

Она прыснула в кулачок со смеху.

Сфинкс, конечно, считала оскорбление и уже нехорошо на меня косилась. Но я понимал правила игры, они не посмеют меня тронуть вне регламента, как Михаил не сможет мне раскрыть какие-то тайны Пути.

— Загадку, — потребовал я.

К нам тихо подошёл полуорк и зверолюдка-медведица. Массивная такая, плечистая девица, с довольно добрым человеческим лицом, медвежьими ушами и волосатыми руками, покрытыми густой бурой шерстью.

— Это мои друзья, — сказала Акулина. — Мы нашли способ, как почаще вместе проходить испытания. Но мы тебе его не скажем, прости.

— Ничего, — улыбнулся я. — Загадку! — повторил я.

— Если его потянуть, он растянется, это идеально помещается между грудей, если подёргать, значит, правильно работает, предназначено, чтобы вставлять в щель. Что это? — спросил сфинкс.

Акулина засмущалась. Щёчки порозовели.

— Он что, про член? — спросила она шепотом, багровея до самых ушей.

Троица долго совещалась, но так и не нашла ответ.

— Ну у нас будет четыре попытки, — вздохнула девушка.

— Я знаю, что это, — сказал я. — Ремень безопасности.

Акулина звонко рассмеялась.

— А ведь точно!

Мы шагнули вперёд, но сфинкс выставил крыло.

— Слишком большая группа для такой загадки, пройдут только трое, — мстительно оскалилась страж.

Я пожал плечами и сказал:

— Идите.

Троица друзей неуверенно двинулась, и их пропустили.

— Спасибо! — крикнула Акулина и замахала мне рукой.

— Будь осторожна. Там, — я показал себе за спину большим пальцем, но она поняла, что я имел в виду другой мир, и кивнула.

Я же дождался следующего выходящего читателя. Это был нескладный сутулый человек. Подошёл к нему и сказал:

— Извините, уважаемый, а не передадите мне свой читательский билет. Он же вам больше не нужен.

— Да, пожалуйста, возьмите.

Билет лёг ко мне в руку.

— Спасибо, — благодарно проговорил я и услышал, как кто-то воскликнул:

— А чё так можно было⁈

Я спокойно прошёл мимо сфинксов. Страж махнула крылом, желая меня напугать, но я даже ухом не повел. Улыбнулся, глядя на неё, и покачал головой. Остановился. Резко материализовал в руке меч и ткнул сфинкса в задницу.

Она вскрикнула и взлетела, а я, задорно хохоча, драпанул к дверям. Раскрыл створку и шагнул во тьму. Перед глазами стали появляться иконки умений.

Ведётся пересчёт характеристик для присвоения уровня и количества ХП. Ожидайте переноса в локацию.

Уровень 24.

ХП 2100

Я оказался в дышащем роскошной стариной помещении. Пахло книгами, печатной краской, немного старым деревом от мебели. Слева была стойка с библиотекарем.

Высокое худое существо в капюшоне при этом без лица, передняя часть головы состояла из анатомически загнутого экрана, по которому пробегали строчки кода.

— Предъявите, пожалуйста, билет или покиньте библиотеку, — вежливо обратился он совершенно обычным голосом.

— Да, пожалуйста, — я показал билет.

Он кивнул.

— Пожалуйста, соблюдайте тишину. Бо́льшая часть книг в свободном доступе.

Я поблагодарил библиотекаря и огляделся внимательнее. Имелись тут столы, стулья, светильники. Вдаль уходили стеллажи с книгами. Была лестница на другой этаж, открытые и закрытые двери в прочие залы.

Подошёл к первой полке. Взял книгу с деревянной обложкой. Раскрыл. Пахнуло чем-то кисловатым и старой книжной пылью. Писалась вручную Краска была стара как мир и, похоже, с добавлением уксусного вина. Написано только с одной стороны, потому что чернила въедались в бумагу, и на обороте оставались отпечатки.

Закрыл поставил на место. Надо идти вглубь. На виду, конечно, тоже часто прячут, но шанс найти что-то стоящее статистически ничтожен.

Я шёл дальше и дальше. Мимо бесконечных рядов, заставленных книгами, изредка отвлекаясь на яркую обложку, зачитываясь первыми страницами и выдёргивая себя за шкирку. Я же по тут по делу! Вышел в большой зал, который вёл в ещё более огромный. Понял, что попросту заблужусь в этом помещении.

Открыл меню доступных умений. Где там оно было, выпало после прохождения лабиринта. Ага. Вот.

Ориентирование в лабиринте. Вы лучше запоминаете куда свернули, подмечаете малейшие детали, которые другие не заметят. Иногда интуитивно понимаете, где ловушки. Умение развивается само по себе, чем больше вы пройдёте запутанных помещений, тем лучше будете себя в них чувствовать.

Теперь мне куда спокойнее.

Всё вокруг как-то неуловимо изменилось. Стало немного темнее. Книги толще. Корешки ярче. И где мне здесь искать нужный навык?

Я взял книгу с красным корешком, раскрыл на иллюстрации с каким-то теневым чудовищем. И тут изображение ожило. Укусило за палец, и я выронил томик. Тварь раскинула лапы, начала увеличиваться и вылезать наружу.

Я выхватил меч и, коснувшись обложки, захлопнул книгу. Тварь обрезало, и она развеялась с жутким шипящим воем. Аж ухо заложило.

Со всех сторон зашикали. Но я никого не видел. Появился призрак с моноклем и поцокал языком.

— Молодой человек, это библиотека!

Он исчез так же внезапно как и появился. Ндауж.

Я побрёл дальше. Череда шкафов засасывала в глубину библиотеки словно в воронку. Фантастические истории про путешествия в разные миры перемежались с теориями о бесконечности мультивселенной. Сборники стихов о нелёгкой судьбе пилигримов сменяли старые свитки с набросками первых научных изысканий о природе этого мира.

Нашёл забавную книгу, где учёные спорили друг с другом прямо на её страницах. Наверное, долго бродили тут, возвращаясь сюда, чтобы прочитать ответ оппонента. Главное, что почерпнул из всех них — почти всегда окружавшая путевую комнату Тьма писалась с большой буквы. Многие сходились во мнении, что это живая субстанция. Был с десяток историй о пилигримах, слишком увлёкшихся её исследованием и сошедших с ума. Но ничего о том, что происходит с путевой комнатой после смерти владельца.

Закрыл дочитанную книжицу, и тут перед глазами всплыла надпись.

Получено очков библиотеки 2.

Интересно что это и зачем оно нужно.

Увидел сквозь ряды какого-то бедолагу, который невесть как попал в клетку из шкафов. Они окружали его со всех четырёх сторон. Взобраться он не мог, книги либо падали, либо смыкались на пальцах, а то и скидывали ногу, если он ставил её на полку.

Тогда попавший в ловушку пилигрим стал вытаскивать книги, чтобы проползти сквозь стеллаж. Но и тут был подвох. Он убрал одну, и всё было нормально, но как только брал вторую книгу, первая возвращалась на место. Бедняга схватился за голову. Потом начал морщить лоб. Заметил на полу ещё один томик с этой полки.

— Эту я читал, и она не вернулась на полку. Хм. Получается, надо всё это осилить.

Пилигрим тяжело выдохнул и уселся на пол. Взял книгу и открыл на первой странице. На одной полке несколько десятков книг, даже если будет читать по одной в день, он тут на месяц как минимум завис.

Коварное местечко. Одно дело читать то, что нравится, тогда он попал в отпуск, и совсем другое то, что подсунули насильно.

Увидел странного гуманоида со световым мечом. Он был больше человека раза в полтора. Вместо волос тонкие рожки, зачесанные назад. И два больших, обрамляющих голову как обод.

Зачем ходить тут с мечом?

Я пошёл за ним. Он долго брёл меж рядов. Тридцать второй уровень. Четыре тысячи ХП. Заметил другого пилигрима ящеролюда. Швырнул в него сгусток энергии, повесив метку. Взмахнул несколько раз рукой, накинув два ослабляющих дебафа. Эффектов я не знал, но понятно по цветам, ничего хорошего в кислотные испарения не раскрасят.

Ящер развернулся. Навесил на себя морозную ауру и ледяной доспех. И швырнул пару сосулек, но ганкер отбил их и пронзил доспех. Его заморозила и замедлила аура, но он успел нанести критический урон. Даже несмотря на то, что ящер заморозил свои раны, ХП утекало, и он погиб за два такта дебафа.

Ганкер даже обыскивать тело не стал. И зачем он это сделал? Может, они кровные враги.

Я на всякий случай обнажил меч, рогатый резко развернулся, накинул на меня метку и дал дёру. Метка ещё долго пульсировала и раздражала.

Я пошёл дальше. Наткнулся на несколько оброненных книг и поставил на полку.

Получено очков библиотеки 2. Всего 4.

Хм, и за такое тоже дают.

Я прошёл ещё несколько секций и увидел интересный корешок. «Алхимия Фламюлюса Никола». Едва взял её в руки, как со столов на меня прыгнули золочённые, закопчённые подсвечники.

Подсвечник. Уровень 10.

Подсвечник. Уровень 12.

Они вспыхнули. Стали походить на двух мелких змей-горынычей с тремя головами и начали плеваться огнём. В Библиотеке, мать их! Я начал ловить крохотные фаерболы, чтобы ничего не вспыхнуло. А кожаному доспеху ничего от такого не будет.

Выхватив оружие, ударил мечом, срубая свечки. ХП противников разом рухнуло в желтую зону. Вдарил по корпусу, сыпанули искры, а вот урона особо не нанёс. Схватил за основание и зашвырнул вдаль со всей силы и второй туда же. Они с грохотом приземлились, снова со всех сторон зашикали и явился строгий призрак.

— Молодой человек, это библиотека, — взмолился он дребезжащим голосом. — Последнее предупреждение.

Я вернулся к своей книге. Раскрыл и вздохнул. Видимо, два моба всегда охраняли именно её. Ну как охраняли. Страницы были подпорчены пламенем.

Я начал листать то, что сохранилось. Один-единственный рецепт.

Зелье молодости. Замедляет процесс старения. Ингредиенты: капля крови десяти молодых красоток разных рас.

Вот уж подарок для мамы! Элен, конечно, сейчас нужнее. Но фиг ей, пусть сама молодеет. Теперь я просто обязан вернуться и вручить ей это.

Я быстро стал двигаться по библиотеке.

— Акулина! — обрадовался я. Троица превратилась в двоицу. Осталась лишь зверолюдка с медвежьими ушами и сама Акулина. — Где третьего потеряли?

— Погиб в битве с книжным стеллажом, — пожаловалась зверолюдка. Руки её, кстати, уже не были волосатыми. Видимо, это опционально.

— Мне ваша помощь нужна, — сказал я. — Есть склянка пустая?

— Для тебя хоть две, — Акулина порылась в сумке и вручила мне склянку.

— А теперь по две капли вашей крови мне, пожалуйста.

— Ты чего удумал? — насторожилась медведица. Я показал им рецепт зелья, и они зарделись. Дали мне по капле крови.

— Вас тут, кстати, без билета на прессуют? — поинтересовался у них.

— Нет. Но мы видели библиотекаря. Он спросил кодовое слово. Повторили ему отгадку, и тот нас пропустил. Зато те, кто проскочил и без загадки и без билета передвигаются как мыши. Их отлавливают и убивают. А за голову нарушителей даже дают награду! Хотим половить их, когда закончим, — поделилась Акулина.

Я спросил, где они видели библиотекаря, поблагодарил девушек и побежал дальше.

Так, одну каплю крови возьму ещё у кого-то из девчонок в реале. Итого ещё семь надо.

Увидел библиотекаря. Он выглядел как и предыдущий. Высокий, худой, с экраном вместо лица.

— Не подскажите, где найти что-нибудь по семи кольцам искушения?

— Это вам в отдел артефакторики. Прямо минут пятнадцать. Потом налево.

Я кивнул и пошёл, считая секунды. Примерно на девятисотой повернул налево. Тут много было профильных книг, даже биографии великих кузнецов и артефакторов, живущих или живших ранее в Пути. Но мне оно не сильно интересно. Сказания, легенды, мифы. О! Вот она.

Вытащил какую-то увлекательную книжицу. Там описывалась история кольца Телосложения. Причём писалась книга разными авторами, каждый следующий владелец описывал своё владение. Иногда без имён, анонимно. Иногда начинал свою часть повествования с родословной.

Невольно зачитался, не заметил, как пролетело несколько часов. Получил ещё одно очко библиотеки и координаты локации, где кольцо дропнулось с тела пилигрима. Что ж, и туда наведаюсь. По остальным кольцам информации не нашлось. Но оно и не удивительно, слишком легко бы было всё за раз найти.

Я развернулся и не смог выйти. Книжные шкафы были со всех сторон. Серьёзно? Ну не-е-ет. Неужели, и я угодил в ту же ловушку, которую недавно видел.

Конечно, для порядка попытался взобраться по шкафам, но не тут-то было. Один раз полка вообще сложилась, а когда я грохнулся, собралась, как ни в чём не бывало. Я обнажил меч, но тогда десяток книг из других секций разом взметнулась вверх и замерла, готовая обрушить на меня всю тяжесть знаний. И всё бы ничего, но от некоторых веяло стихийной магией, а на других были обложки с монстрами, нет сомнений, они полезут со страниц.

Вот, блин. Я убрал меч, и книги вернулись на свои места.

Я подошёл к полке, по которой смогу пролезть на ту сторону. Посчитал. Тридцать четыре книги. Прям всё вот это читать?

Посмотрел названия. Ну нет, какой к бабуинам «Бафер с руками из ж…»? Кто это вообще придумал?

Полистал остальное. Да я не осилю эту полку. Должен быть способ проще. Начал внимательнее изучать названия и увидел тонкую книжицу с надписью «Каталог секции». Вытащил раскрыл. Ну конечно! Тут едва ли треть указана. Здесь же на шнурке болталась ручка, так что я принялся быстро вписывать названия и имя автора. Когда поставил точку, стеллаж заскрипел по полу и отъехал в сторону, выпуская меня.

— Ты как выбрался? — ошарашенно уставилась на меня бледнокожая гномиха. — Я из такой ловушки двадцать три дня выбиралась.

— Дашь две капли крови, расскажу.

— Да хоть литр, вампирюга, колись давай.

Я взял кровь и честно поделился способом.

— Вот, блин. А мне и в голову такое не пришло.

Мы разошлись каждый в свою сторону. В одном из залов увидел, как троица пилигримов пытается поймать одну из книг. Целый рой словно потревоженные пчёлы кружились в воздухе. Один читатель сломал ножку стула и сшибал их как наглых ворон, второй ловил в мешок, третий стрелял из лука. Побитые книги падали на пол.

Да уж. Вот тебе и охота за знаниями. Уверен, библиотека их за такое накажет.

Даже остановился досмотреть представление. Ко мне подошёл библиотекарь и наблюдал за этим безобразием. Пилигримы поймали нужную книгу, а когда раскрыли её, то начали ругаться. Текст исчез со страниц. Библиотекарь щёлкнул пальцами, и книги снова вспорхнули и начали лупить горе-читателей с разгона врезаясь в них.

Я пошёл дальше и столкнулся нос к носу с пилигримом. Его лицо было смутно знакомо.

— Проблемы? — уточнил он, это был молодой полуминотавр.

Я покачал головой, спешно пытаясь вспомнить, где видел эту рожу. Характерная ведь такая, с бычьим шнобелем. Вспомнил! Храм скорби. Он убивал жителей локации Тишькрай, изнасиловал многих девушек.

Меч с шелестом вышел из ножен. И он обернулся на звук.

— Всё-таки проблемы? — спросил он, ничуть меня не боясь.

Я глянул на его уровень. Сороковой.

Активировал отображение логов, чтобы лучше ориентироваться в бою. Сухие цифры остужают голову.

— Привет тебе от жителей Тишькрая.

Минотавр поменялся в лице. Бросил на пол книги и выхватил два меча.

— Кто ты, нахрен, такой? — заорал он.

Я двинулся на него и копировал меч во вторую руку, видя на панели, как навык ушёл в пятисекундный откат. Махнул копией со всей силы. Минотавр скрестил перед собой мечи, активируя защитную абилку. Только вот копии жили недолго. Меч растворился в руке, и я нанёс удар вторым клинком, распарывая ему брюхо по ремню как по линейке.

Полоса здоровья дёрнулась. Из шести тысяч ХП, у противника осталось лишь две. Да мы теперь на равных.

Он топнул ногой, пол пошёл трещинами. Уклон!

Навык тут же ушёл в трёхсекундный откат. Там, где я стоял, доски провалились. Противник выхватил склянку с зельем лечения, но я метнул меч. Он попал в пузырёк и разбил его.

Я побежал к противнику, выхватывая рукоять. На секунду враг сосредоточился на ней, словно не веря, что я с этим в бой собрался. Его полоса ХП потихоньку регенерировала. Живучий гад.

Он засветился. Словно вот-вот активирует какую-то ульту. Я ударил, в процессе меч превратился в бокен, но минотавр не защитился, ведь думал, дистанция будет ближней. Я вонзил оружие в рану на животе.

Вы нанесли урон 970 единиц.

Свечение оборвалось. Я отскочил и потянул на себя меч Кармы. Клинок полетел по кратчайшей траектории и вонзился в спину противнику.

Критический удар. Вы нанесли урон 2500 единиц.

Вы убили пилигрима Кастуса. Получено 4000 единиц опыта.

Внизу проявилась полоса. Опыта.

Вот почему тот игрок охотился на ящера. Наверняка за повышение уровня дают очки умений и всё прочее причитающееся. Получается, большинство сюда и не за книгами пришло вовсе.

Нехорошо так делать. Ненавижу сраных ганкеров. Думают им здесь лёгких фарм на зубрилах. Как бы не так.

Я стал прислушиваться и осторожно двигаться по книжному лабиринту.

— Эй, — окликнул меня игрок. — Мы ведь уже виделись?

Я пожал плечами.

— Мне кажется, мы виделись. Я заблудился, не подскажешь, как выйти?

— Листок есть?

Он вытащил мне листок, и я начертил ему примерную карту.

— Будь осторожен. Ганкеры попадаются.

Пилигрим благодарно кивнул.

Я остановился у таблички «Запретная секция. Вход только по пропускам». И я бы туда не пошёл, если бы не надпись на корешке одной из книг «Как ориентироваться в библиотеке». Она-то мне и нужна.

Едва подошёл, книги вспорхнули все до одной и закружились под потолком. Угу. Такое я уже видел. И видел, что бывает, если пытаться их приземлить варварскими методами. И как тогда мне её достать?

Я поймал руками самый толстый фолиант, он бился как здоровенный карп, или даже как кот, когда понял, что зря ссал в тапки и фраза «ножничками чик-чик» больше не угроза, а реальность.

Я сунул томик в рюкзак. Поймал ещё четыре таких. Больше не влезло. Ещё один в руки, и меня оторвало от земли. Я хаотично кружился по комнате влекомый силой левитации книги. Пока, наконец, не удалось случайно пересечься с нужным мне произведением.

Опустил толстый том из рук, и потерял баланс, тут же полетел вниз и схватил желанную книгу. Рюкзак сработал как парашют, и я мягко приземлился. Раскрыл котомку, и книги выпорхнули и спокойно стали прилетать на полку. Я же сел за столик изучать правила.

Вот оно что. Всё самое ценное обязательно охраняется. Есть три метода получить знания: очками библиотеки, физической силой или силой мысли. Если бы у меня был показатель мощи не семнадцать, а, например, тридцать, я бы в той ловушке мог шкаф просто отодвинуть вместе со всеми книгами. Тут написано, что он весит в среднем не больше трёхсот килограмм.

Тут даже имелась многоуровневая схема этого храма знаний.

Захлопнул книгу и поставил на место.

Получено 1 очко библиотеки. Всего 5.

Ага. Отлично, и что с ними делать-то?

Я пошёл дальше и вскоре стал свидетелем ещё одного жестокого убийства. На огра уронили два шкафа. Он оказался зажат, и ему комбинациями ударов по ногам быстро снесли всё ХП.

Не стал упускать момент.

Пока группа была занята облутом тела. Взял трубку и по очереди стрельнул в каждого дротиком со снотворным. Убийцы разлеглись на полу, словно просто устали.

— Ты что дротишь? — услышал я удивлённый женский голос.

— А что в библиотеке нельзя дротить? — развернулся на звук.

— Ну как-то это не принято, общественное место всё-таки.

Небольшого ростика человеческая девушка в очках и берете, коротких шортах и кожаной куртке поверх льняной рубахи. «Заумь Ходячая. Ур 56».

— Да ладно! — не поверил я своим глазам.

— Мы знакомы? — удивилась девушка.

— Заочно. Твой мануал привёл меня сюда. Очень увлекательно был написан.

— С-спасибо, — засмущалась девушка.

— Извини, ты мне не поможешь в одном деле.

— Смотря в каком?

Я протянул ей рецепт зелья.

— Хм. Я даже не знаю, где тут найти молодых красавиц. Попробуй в двести седьмой секции, там постоянно какие-то барышни читают про принцев-драконов и тому подобное.

— Да нет же, — рассмеялся я. — Мне нужны две капли твоей крови.

— М-моей? Что? Оу! — она даже прикрыла рот ладошкой. — М-моей. Ну да. Это так неожиданно, — пилигрим засмущалась и выставила ручку, словно для поцелуя. Я сделал нежный прокол и сцедил две капли.

— Благодарю. С удовольствием провёл бы с тобой больше времени, но дела зовут. Не знаешь, где почитать что-то про свитки?

— Тебе на тридцатый этаж. Тебе какие конкретно?

— Те, что можно использовать без соответствующего навыка.

— Хм. Универсальные. Все эти вещи называются «для не посвященных» или «вибростойкие» иногда. Да много названий. В общем, добыть это будет непросто.

— Благодарю.

Я пошёл дальше и остановился у лестницы. Тут был круглый стенд, и все книги имели маленький замочек. «Этажи библиотеки». Та-а-ак. Вот ты-то мне и нужна, красавица. Иди-ка сюда.

Я извлёк универсальную отмычку из наследства Кармы. Проверим её в деле.

В целом вскрывать было довольно просто. Я ориентировался по хрусту. Если сильно хрустит не туда кручу, если нет сопротивления и хруста — всё верно. Если пошёл натяг, тут же ослаблял и вскоре вскрыл замочек.

Отпер книгу. Там описывался сложный маршрут на каждый из этажей. Но в конце имелось заглавие, а затем слова от автора. Совершенно душнейшая простыня пространного текста меня насторожила. Никто в здравом уме не будет читать её. Кому вообще интересно это? Пилигримам надо попасть на нужный этаж, и не более.

Я прочёл намеренно нуднейший текст и в очередной раз похвалил себя за терпение. Там был короткий маршрут. Положил на пол книгу на странице с тридцатым этажом и наступил на неё двумя ногами. Мигом переместившись, вылез из такой же книги на тридцатом этаже. Удобно, однако.

Нужную секцию нашёл легко. Тут стоял пилигрим в чёрных одеяниях ниндзя с замотанным лицом. На поясе катана.

— Не могу тебя пропустить, — сказал он. — За проход придётся платить.

Голос был знаком.

— Чем? — спросил я.

— Можно КотКоинами. Сорок тысяч, и читай. Или балами библиотеки. Две тысячи, и вход свободен.

— Рановато я на тридцатый этаж залез, да? — усмехнулся я. — А тебя случайно не Фантом зовут? — прищурился я.

Пилигрим вздрогнул. Неужели это тот загадочный воин в шляпе из Джунглей Сиби.

— Откуда ты знаешь? — насторожился он. — Я тебя вижу впервые.

— Что?

И тут справа от нас возник ребёнок в балахоне и очках.

— Как интересно, — проговорил он. — Есть ещё один способ прочесть книги здесь. Это называется альтернативная плата.

— Кто ты? — спросил я.

— Я архивариус Ток. Ты можешь остаться здесь на службу в виде копии самого себя. Она отплатит долг, служа архивариусам и библиотеке.

Я задумался. Обречь дубликат своего разума служить тут неизвестно сколько. Пока его не смогут убить вероятно. А если он тут обчитается и придумает способ стать настоящим пилигримом? Или ещё что похуже случится.

— Либо я могу предложить тебе другой контракт, — не унимался архивариус. — Выдерну тебя на защиту из путевой комнаты, например. Будешь реальный ты, постережёшь секцию и обратно по своим делам уйдёшь тут же. Десятка два смертей с тебя, думаю, будет достаточно.

Я посмотрел на него.

— Заумь Ходячая тоже копия, — понял я. Иначе бы чего автору мануалов, которые пишутся после прохождения испытания, делать в библиотеке?

Архивариус кивнул.

Заумь вполне себе хорошо поживает. Если я смогу вынести с собой универсальные свитки это будет просто шикарно. Фантома в бою одолеть вряд ли получится. Другая его версия и шанса мне не давала.

Или копить на проходку? Но это очень долгий фарм. Или всё же согласиться и создать копию? Но у него и копия артефакта будет. Не то, что хочется оставлять в руках непонятных архивариусов. Чего это он тут вообще появился?

— Мне нужно посоветоваться с учителем, — сказал я. — Фантом, бой?

Он кивнул.

Я достал рукоять. В прошлый раз мне удалось продержаться один удар против него, и тогда Уклонов было больше, а тут кулдаун. Но это другая версия Фантома. Возможно, более слабая, возможно, он тут уже не один десяток лет кукует. А ещё в тот раз у него был цзянь, а сейчас катана. Да и я порядком заматерел с тех пор.

Зато теперь понятно, зачем иметь два похожих по функционалу навыка. Чтобы, если изменились условия, сохранилось хотя бы пара попыток уйти от атаки.

Фантом перенёс вес на одну ногу и положил ладонь на рукоять меча. Доставать Карму смысла нет. Она слишком тяжёлая, с ней ничего не успею сделать, оружие противника куда легче, то есть быстрее.

У меня секунд десять на всё про всё. Не успею, и мне крышка.

С вероятностью девяносто шесть процентов, он не будет ничего выдумывать и нанесёт удар в рывке, вынимая оружие из ножен и распорет мне бок. Я помнил скорость другой его версии.

Мы встретились взглядами, и кивнули друг другу. Погнали! В тот же миг я закрыл бок лезвием. Меня обдало потоком воздуха от размазавшегося на скорости противника. Почти в замедленной съёмке видел, как его даже не вышедший до конца клинок скользит по осколку лезвия.

Он вышел из рывка, полностью вынув меч. А я не глядя бросил руку за спину, чуть довернув корпус и попал в плоть.

Размытый Рывок! Отъехал спиной назад, и катана трижды рассекла воздух в том месте, где был. Я исполнил встречный выпад. Бокен стал проявляться в реальности, и ткнул Фантома в переносицу. Раздался хруст кости, и вместе с тем снова просвистела катана. Куски дерева с глухим стуком падали на пол.

Уклон!

Противник провалился с ударом. И я вложился в выпад деревянным мечом со всей силы рассекая шею противника тонкой заточенной кромкой.

Он отшатнулся, закрывая глубокий разрез. К тому же из-за пропитавшейся кровью повязки, этот ниндзя не мог нормально вдохнуть. И я ринулся развивать атаку, но тут услышал окрик архивариуса.

— Стой!

Я и не подумал останавливаться, может, это уловка. И тогда время замерло.

Тут же явился другой архивариус.

— Ток, старина, ты вмешиваешься в схватку, — улыбаясь заявила высокая блондинка с чёлкой и двумя свисающими по краям прядками, на ней был красивый раскрашенный балахон с поясом, который, впрочем, не мог спрятать огромной груди.

— Юка, не лезь в мои дела.

— Если время снова побежит, этот воин выйдет из рывка и убьёт твоего знаменитого стража. Такой юный и такой сильный.

— Везучий просто. Я его и так допущу до этой секции. Незачем марать пол кровью.

— Аахахаххахахахахахаха, — заливисто рассмеялась девушка. Похоже, архивариусы единственные, кого тишина в библиотеке не беспокоит. — И всё же это нечестно, — она подняла руку, готовясь щёлкнуть пальцами.

— Что тебе нужно? — раздраженно спросил Ток. Из-за того, что он был в образе ребёнка, возникал некий диссонанс.

— Если парень заключит контракт, то со мной, ясно тебе? — посмотрела она на коллегу.

— Да хоть с самой Би… — он осёкся.

А что? Неплохая мысль.

Я попробовал пошевелиться и пространство вокруг завибрировало.

— Смотри-ка он пытается выбраться в отличии от твоего хвалёного Фантома, у которого даже мысли в голове почти замерли. Интересный мальчишка. Признай его победу.

— Ты победил, — сказал Ток.

— Да не ты! — всплеснула руками женщина. — Ему чхать на твоё мнение с высокой колокольни, — она небрежно махнула кистью, и Фантом отмер. — Признай его победу.

Он склонил голову, держась за рану на шее. Через пальцы хлестала кровь.

— Ты победил, — еле как выдал он.

Архивариус щелкнул пальцами, и пилигрим исцелился. С меня тоже спало оцепенение.

— Так нечестно, — сказал я, понимая, что Ток нарушил правила, и я могу требовать компенсацию.

Юка смеялась.

— Так его, парень, раздень этого прощелыгу до нитки.

— Раздевать предпочитаю женщин, — не растерялся я. И девушка запрокинула голову громко гогоча на всю библиотеку.

— Вы ведь все бывшие пилигримы? — спросил я.

— Мы двое да, — не стал отмалчиваться Ток. — Но есть среди нас и исконные жители Пути, пришедшие сюда не дорогой сновидений.

Я кивнул.

— Мне нужно знать, где находится нужный мне навык. Перенос предметов из Пути в реальность.

— Самого навыка тут нет, — сказала Юка. — Но есть книга, прочитав которую ты получишь его после прохождения библиотеки.

Я уставился на архивариуса. Он долго играл со мной в гляделки, но, видимо, забыл, что выглядит как едва ступивший на подростковую тропу. Всё же отвёл глаза и сказал:

— Заброшенное крыло на седьмом и четвертом этаже. «Особенности копий или нематериальная материальность» автор Фёдор Допельгангеров. Разумеется, псевдоним, — поспешил он ответить на немой вопрос в глазах.

— Спасибо, — кивнул я. — И вам, мудрейшая и красивейшая из архивариусов.

— Ох, ну какой джентльмен, не то что некоторые. Так уж и быть, проси одну услугу, подскажу, что хочешь. Найдёшь любую книгу.

— Мне бы от вас хотелось нечто иного, — я протянул рецепт зелья молодости.

— Казанова, альфонс, что он делает, вы только посмотрите. Подкат засчитан. А как твоё настоящее имя?

— Эхо.

— Угу. Ладно, не прокатило. Так уж и быть, исключительно за то, что ты меня сильно повеселил и утёр нос Току, вот тебе две капли моей крови.

Пробирки вспорхнули с пояса и в них упало ровно по одной капле, после чего они вернулись на место.

— И ещё совет. В рецепте намеренно дана неточная формулировка. Ты наверняка думаешь, что разные расы одного вида сработают, но нет. Высокий эльф и просто эльф — подойдут. Человек из одного мира и из другого тоже годится. Но разные расы с твоего мира не сработают. Теперь понял?

— Да. Спасибо. И ещё вопрос напоследок. А у вас типа орден?

— Что-то вроде, — сказала она и осыпалась грудой листов.

Я повернулся к стенду и принялся изучать информацию по свиткам. Всё оказалось проще и сложнее одновременно. Чтобы свитки сработали, они должны быть универсальными, но магия на бумаге одна из самых нестабильных. В том же кольце, она зачарованием заперта навеки. Но стоит листу намокнуть и этого иногда достаточно, чтобы колдовство в лучшем случае не сработало, в худшем случился выплеск случайного эффекта.

Проштудировав некое количество изысканий на эту тему, узнал, что выхода из ситуации всего три. Делать свитки на земле без привязки и на плотной прочной бумаге. Или добыть материал устойчивый к отсутствию навыка владения свитками и нанести магию на месте. Шанс сработки пятьдесят на пятьдесят. Но до обоих вариантов мне ещё как до Луны на воздушном шаре. Это надо качать несколько смежных магических профессий.

Был ещё один выход — сразу отыскать такие свитки под ключ.

Именно это я и решил сделать. Пошёл в круглый зал, искаженный пространственной магией. Словно оказался внутри башни. Задрал голову, пытаясь разглядеть потолок. Тут на десятки метров вверх были свитки в гнёздах. Свитки самого разного толка. И конечно, среди десятков тысяч найдутся нужные мне. Всего-то и нужно потратить уйму времени на их поиск.

Либо вспомнить главную мантру библиотеки — мозги тут всегда выручают. Я нашёл библиотекаря, и он подсказал мне, где найти Акулину с её подругой и Заумь. Собрав компашку, позвал их помочь мне в поисках нужных свитков. Сэкономил время в четыре раза. Девушки были мне благодарны и согласились за просто так, а Зауми я пообещал вернуть времязатраты. Она нам тоже поставила задачи по поиску, так что делали как бы общее дело. Плюс пообещал, что, если будут нападать другие игроки, весь опыт отдам девушкам.

Не знаю, сколько времени прошло, но спустя сотни просмотренных свитков, несколько магических ожогов, два падения с большой высоты, четыре схватки с ганкерами, мы всё-таки встретились внизу и начали хвастаться уловом.

У меня был один пустой свиток и один с заклинанием «Отпугивание призрака». Акулина нашла свиток вскрытия замка, его мы отдали Зауми. Подруга Акулы собрала больше всех. Как-то ей свезло, будто в лесу наткнулась на целое семейство грибов. Четыре свитка.

Дублирование навыка. Используйте любое умение или заклинание в зеркальную поверхность свитка. На 60 секунд владетель свитка, получит эту способность.

Этот был универсальным.

Поднятие мертвеца. Убитое существо поднимется из мёртвых и будет сражаться на вашей стороне какое-то непродолжительное время. Чем слабее существо, тем дольше оно будет сражаться.

Это обычный.

Поиск. Любой предмет, который был утерян найдёт, если есть хоть какая-то зацепка.

Это мы отдали Зауми.

Цепная молния. Все противники по цепи получают заряд тока.

Этот был универсальный.

Заумь нашла три свитка. Один на иллюзорный доспех отдала Акулине. Один, свойства которого отказалась раскрывать, оставила себе и последний передала мне.

Призыв гоблинов-призраков. Хитрая банда думала, что удастся обмануть нанимателя, но неизвестный маг заставит их выплатить долг по контракту даже после смерти.

Этот тоже для всех подойдёт.

Надо будет их как-то легализовать в глазах людей. Выдать за свою находку — не лучшая идея. Пожалуй, пусть их обнаружит, например, Элен с кем-то нейтральным в паре. А потом уже подойду я, возьму находки и распределю. Те свитки, что могу использовать только я, оставлю себе, а остальные раздам и никто ничего не поймёт.

Чтобы потом не забыть, сразу взял навык.

Использование свитков. Вы способны использовать магические свитки.

Вот так вот. Стал чуточку опаснее и универсальнее. Но и это только начало.

Я отправился изучать вопрос по зельям. Хватило пары базовых книг, чтобы понять, эта наука не для меня. Собственно, не новость вообще. Не видел я себя алхимиком, даже под бетонной плитой обстоятельств. Слишком сложно, слишком муторно, иногда требует лабораторных условий. В походе я смогу сварить или настаивать лишь простейшие зелья лечения и маны. Что интересно, последние будут работать и на одноклассниках.

Путь всегда был доминантом и подминал под себе законы других миров. Так что моё зелье маны сработает на всех, разве что по Элен могут быть вопросы.

После этого направился в заброшенное крыло.

Оно было закрыто на амбарный замок, но в ход пошла универсальная отмычка. Пришлось чуть повозиться, но всё же отпер. Внутри царило запустение. Лежала пыль. Освещения не имелось. Стояла посеревшая и потрескавшаяся от времени мебель. Повсюду свисала паутина. Порой ей целиком как в кокон были затянуты целый полки с книгами.

Даже подсвечник зажигать опасно. Всё нахрен вспыхнет.

Я достал светозарный камень. Прикрыл дверь, чтобы не ждать гостей. По скрипучему полу двинулся вперёд.

Увидел на столе раскрытую книгу. Её оставили в таком состоянии очень давно. Я взял писчее перо и осторожно смахнул им пыль.

«Я стану архивариусом. Почти закончил свою книгу. Скоро выставлю её на суд читателей и других архивариусов. Осталось совсем немно…».

Последняя буква вильнула, а страницы были забрызганы кровью. Получается, один из критериев, чтобы стать архивариусом — написать книгу. Интересно.

Если не получится больше ничего, уйду на пенсию сюда. Идеальное место, чтобы провести старость.

Я пролистал книгу. Это был дневник. Причём довольно увлекательный, написанный изначально не для себя, а в художественном стиле. Каждая глава писалась по горячим следам, а потому словно носила слепок произошедшего.

Я не нашёл его имя, взял перо, и кровью подписал книгу «Дневник неизвестного пилигрима» и взял с собой. Потом поставлю куда-нибудь, куда по смыслу подойдёт или просто сдам на руки библиотекарю.

Я прошёлся по небольшому помещению и сложилось странное впечатление, будто у запустения имелся хозяин, как бы странно это не звучало, но словно заброшенность была исполнена по каким-то правилам.

Я убрал слой паутины, чтобы можно было прочитать название. Нашёл нужную книгу, но взять с полки не смог. Фолианты попросту не вытаскивались. Ни один из них, словно были приклеены.

Хм.

Подёргал. Проверку на Силу, явно провалил. Упёрся ногой в стеллаж и потянул, но тут же отпустил. Показалось, что обложка не выдержит. Не хотелось повредить экземпляр.

И едва отпустил, он выпал мне в руку. Ну конечно! Старо как мир. Если тебе дорого что-то, отпусти, чтобы не навредить.

Я улыбнулся и похлопал по боку книжный шкаф, словно это он придумал этот мини-квест.

Уселся на опасно скрипнувший стул и принялся изучать книгу. Давно столько не читал.

Автор выдвигал теорию о том, что некоторые локации Пути симуляция, потому делать копии для него легко. А вот потом он больше задавал вопросов, чем давал ответов. Почему из симуляции получается протащить предмет в реальность? Потому что она тоже симуляция? А где доказательства? А если нет, то как это происходит? И ответ у него был только один. Он назвал это энергией демиурга. Именно она воплощает в реальности копию Пути. А мы лишь платим за конвертацию своей маной.

Я почитал ещё пару книг, где этого автора разбили в пух и прах. Утверждая, что именно пилигримы и есть те самые носители искры творца, и только они изменяют эту реальность. Сложилось мнение, что Ток меня обманул, и от той книги мне бы не перепал навык. А вот от других вполне мог. Получается, поленился бы, мог остаться с фигой в кармане.

Я направился на выход. Дёрнул ручку и зарычал от досады.

— Да ладно!

Дверь не открывалась. Нужно было в очередной раз напрягать уже изрядно подуставшие мозги.

Я прощупал кладку и каждый гвоздик на двери. Двигал шкафы, попытался нажимать на корешки книг, но всё это не срабатывало. Уже хотел рискнуть и зажечь свечки, как бы опасно этот тут не было. А потом заметил, что на одной из полок словно не хватает книги. Это и невидно особо было. Рассохшиеся от времени, чуть разбухшие тома, почти скрыли эту щель. Я раздвинул их, и кое-как втиснул «Дневник неизвестного пилигрима».

Услышал звук какого-то механизма. Кажется, теперь путь свободен. Получается, остальные, кто попадал сюда были вынуждены писать книгу, чтобы выбраться. А мне повезло.

— Хитро, — раздался голос, и я резко обернулся.

Узнал по балахону архивариуса. Но только это был его призрак, давно почивший один из правителей этого места.

— Но так не пойдёт, парень. Никто не уходит отсюда без написания книги. Каждый должен пройти через это. Каждый! — резко выкрикнул он сближаясь. Его холодные руки схватили меня за запястье левой руки и потащили к столу. Я рефлекторно махнул правым кулаком, но он прошёл сквозь голову, ощутив лишь прохладу. При этом существо продолжало бубнить:

— Вы все должны придумывать истории. Персонажей. Трехактная структура или ломанный ритм. Неважно! Вы…

И только теперь вгляделся в уровень существа.

Сумасшедший призрак архивариуса. Уровень 99.

Так, да⁈

Я выхватил артефакт и резанул осколком ему по запястью. Призрачная рука осталась на моем предплечье, а он уставился на меня жуткими провалами глаз и завопил:

— Как? Не-е-е-е-е-е-ет! Я же теперь не смогу писать. Я правша!

Подтвердилась одна из моих теорий. Это очень непростой меч. Он работает и по призракам или, по крайней мере, по существам плотно вписанным в мир испытания.

Я поднёс клинок к горлу твари. И призрачный свет стал утекать через крохотный провал.

— А где у призраков сердце? — спросил я.

— Не знаю. Моё сердце на страницах.

— Нельзя убить архивариуса, пока цела его книга, да? — усмехнулся я. — Может, мне просто сжечь всё в этой комнате?

— Н-нет. Не надо! Ты и так лишил меня руки. Мне придётся прождать сотни лет и прочесть тысячи трудов по строению призраков, прежде, чем смогу пришить её.

— Или можешь просто выучиться писать левой.

И тут до меня дошло. Я пронзительно глянул в его глаза.

— Думал, что мне не давало покоя, когда читал. Все книги в одном стиле. Это всё твои труды?

— Да.

— Псих. Долбанный псих.

Я убрал меч.

— Убирайся в бездны своего сознания, и не смей больше мешать пилигримам. Я прослежу за тобой.

— Как интересно.

— Есть способ. Поверь. Ты и сам знаешь.

Я покинул заброшенный зал и долго бродил пока не встретил библиотекаря. Пытался найти что-то по моему мечу, но, конечно же ничегошечки не нашлось. Как и про Круг. Имелись упоминания, мол, некий странный орден. Были даже книги от некоторых учеников членов круга. Но ничего полезного.

Я нашёл Заумь и попросил меня убить. Нужно было выйти и поговорить с Михаилом. Девушка удивилась просьбе, но всё же не отказалась от халявного опыта и даже пообещала стеречь меня, если выпадет лут.

— Долго ты, — заметил учитель.

— Я на минутку. Совет нужен.

— Ты ради этого погиб? — удивился он.

— Ну иначе было никак. Ты же знаешь про контракты в библиотеке.

— Конечно. Я бы советовал тебе не связываться с этими архивариусами.

— С ними и не планировал. — улыбнулся я. — Один из них оговорился. Можно заключить контракт с библиотекой. И я, кажется, понял как. Нужно написать книгу. Я хочу оставить там свою копию.

Михаил надолго ушёл в размышления, а когда отвис осторожно сказал:

— Это очень безумная затея. И вместе с тем отличная. Я даже не решусь что-то советовать. Тот самый случай, когда ты выбираешь свой путь.

Я благодарно кивнул. Тогда всё решено.

Я снова ступил в печать и очутился уже внутри у самой стойки с библиотекарем.

— Можно мне писчее средство? — спросил я.

— Конечно. Что желаете? Перо, ручку, перьевую ручку.

— А клавиатуры нет?

— К сожалению нет.

— Давайте ручку. И пустую книгу.

— Оу! Читатель дочитался до самых сокровенных тайн Библиотеки. Поздравляю и удачи на этом нелёгком пути. Он многих сломал и даже свёл с ума. Сотни и тысячи.

— Я не поведусь на это.

— Ладно, я обязан был попробовать, — вывел он улыбку на цифровом лице.

Я уселся за ближайший стол, раскрыл книгу и написал название «Путь трёх совершенствований».

Труд вышел долгим. Даже боюсь предположить, сколько прошло времени, но получилось три тома. Конечно, я изменил имена, название локаций и прочие детали, чтобы нельзя было вычислить. А то, мало ли, кому она в руки попадёт, потом заявится ко мне в гетто очередной любитель поглощать чужие жемчужины.

А вот теперь было самое интересное, я понятия не имел, куда дальше с этим идти. К библиотекарю? Или просто поставить книги на полку и откроется функционал прямого взаимодействия с Библиотекой. Что она вообще такое? Эгрегор, ИИ, некий коллективный разум мёртвых и живых архивариусов или, может, просто разумное существо, запертое в теле могущественного накачанного магической энергией здания. Наверное, кроме Пути никто этого не знает.

Я подошёл к стойке с библиотекарем.

— Хочу пополнить ваш фонд.

Работник храма знаний усмехнулся.

— Это вам к нашему заведующему. Пройдите вон туда прямо и слева будет дверь.

— Но я там ходил, нет там двери.

— А теперь будет, — нарисовал цифровую улыбку из строчек кода библиотекарь.

Я направился туда и на самом деле обнаружил дверь. Зашёл. Обстановка как в обычном букинисте. Горы книг повсюду, в том числе и стопками на полу. Библиотекарь лишь мельком глянул на меня.

— Оставь на столе. И возьми белый лист.

Я послушался. Там сразу побежали строки.

'Приветствую тебя, пилигрим Эхо, достойный продолжатель дела Круга. Ценю оказанное тобой доверие и буду рада заключить с тобой сделку. Твоей копии придётся трудится на благо меня. Охранять закрытые секции, наводить порядок на полках и многое-многое другое.

Если ты согласен, то проси, что тебе не хватает'.

Я точно знал, чего хотел, взял перо и написал.

'Сильно не загружай мою копию. Пусть хоть где-то я буду спокойно существовать. Читать и размышлять о жизни. И давай мне писать продолжение истории. Интересно будет потом сличить реальность и фантазии.

А ещё мне нужен список алхимических свойств земных растений, если есть, и рецепт четырёх самых базовых зелий. Регенерации здоровья, маны и восстановления здоровья и маны. И дорогая книга, чтобы толкнуть на ауке. Ну и оставшиеся капли крови для зелья молодости'.

«Да будет так. В целях безопасности книга размещена на полках будет лишь после твоей смерти. Копия тебя появится, как только ты покинешь локацию. Могу перенести тебя отсюда сразу в путевую комнату».

Я покачал головой. Чашу испытания я должен испить до конца. Выйти на улицу и пройти до портальной печати.

Захотелось вынести отсюда что-нибудь на память. Интересное место.

— Я оставлю себе ручку? — спросил у заведующего.

— Да, пожалуйста, — улыбнулся он и передал мне книгу рецептов зелий и книгу на продажу.

Я направился к выходу. У стойки меня ждали девушки. Все они были копиями, что служат кому-то из архивариусов и каждая поделилась кровью для зелья. Я поблагодарил их и отпустил.

— До свидания, — сказал библиотекарю.

— До свидания. Удачной вам дороги.

Открыл дверь и шагнул во тьму. Секунду переноса, и очутился на крыльце. Иконки умений пропали с экрана. Ожидал, что сейчас на меня кинется толпа пилигримов, но нет. Группа из пяти человек отгадывала загадку.

Я проскользнул мимо сфинксов и стал ждать кандидата достойного читательского билета. Спустя десятки лиц всё же увидел юного парня, который восторженными глазами разглядывал фасад здания, потом долго рассматривал стражей библиотеки.

Я подошёл и вручил ему билет. Надеюсь, не ошибся. Хлопнул опешившего пилигрима по плечу и пошёл к портальной площадке.

Оказался в путевой комнате.

Поздравляем! Вы прошли испытание.

Получено:

1 ОХ.

1 очко Интеллекта.

Вот так вот. Сразу за меня выбор сделали. Такое впервые. Забавно.

Свободное сразу вкинул в Силу. Как будто бы с остальным пока порядок.

— Как прошло? — спросил наставник.

— Великолепно. Надо побольше уделять времени работе с мечом. Сегодня она мне сильно помогла. Потренируемся?

— Я уже думал, не спросишь, — улыбнулся он. — Раз ты созрел. Давай покажу тебе один сложный фокус. Вряд ли сможешь исполнить, но должен знать, что так можно. Создай деревянный меч и бей исключительно колющие.

У него на поясе появились ножны. Мы замерли в позах с ладонями на рукоятях. Одновременно ринулись в атаку, выхватывая мечи. Я направил клинок ему в бедро, оно было ближе всего. Наставник сместился, кончик оружия угодил прямо в его ножны, и я попросту загнал меч в чужие ножны. Тут же получил по рукам деревянным мечом.

— Как ты это сделал? — удивился я, вытаскивая оружие.

— Тренировки. Ты даже не заметил, что ножны перевёрнуты. Большой просчёт. Такие мелочи порой важны. Можно вообще использовать ножны, как полноценное оружие и как точку в схватке, перехватить чужой клинок. Очень эффектно получается.

— Не сомневаюсь. Если бы со мной в реальной бою такое проделали, я бы был морально уничтожен. Спасибо за урок.

Я уселся на пол и открыл меню новых умений.

Дневники пилигрима. Все произошедшие с вами события кратко конспектируются. Необходим запас бумаги и писчих средств. Либо бесконечная книга или бесконечный свиток.

Интересно, но память в таком случае вообще атрофируется. Знаю я этот ленивый мозг. На любую попытку воззвать к воспоминаниям, он скажет «в дневнике глянь, я тебе не компьютер».

Обратное копирование. Теперь вы можете переносить предметы из Пути в реальность. Затраты маны зависят от веса, сложности конструкции и магической наполненности объекта. Например, фляжка с водой обойдётся вам в 2 единицы маны. Зелье здоровья в 30. Пистолет «Кольт», без пуль, в 270. Полуторный меч весом 1470 гр. в 147 единиц маны. Конкретные показатели смотреть на каждый предмет отдельно.

Сразу взял данную новую ступень развития навыка. Зелье и свитки пронесу. С остальным придётся заморочиться, выпивать зелье увеличения максимального запаса маны, например.

Скорочтение. Вы прочитываете страницу за десяток секунд.

Ого! Пригодится при следующему походе в библиотеку. Но это исключительно для полезной информации, художественную литературу так читать не имеет никакого смысла.

А сейчас время выучить ещё кое-что новое из закромов, так сказать.

Травничество. В любой, даже техногенной локации, есть ресурсы для крафта и алхимии. Мхи, лишайники, грибки, цветы — всё это вы сможете разыскивать, различать и добывать на продажу или для собственных зелий.

Алхимия. Основы зельеварения. Зелья усиливают ваши характеристики. Яды — негативно влияют на противников.

Открыл книгу по алхимии и погрузился в изучение. Спустя пару часов вынырнул из неё с распухшей головой. Придётся пробовать все ингредиенты, чтобы понять их свойства. Но в остальном вроде ничего сложного. Варишь или настаиваешь, иногда замораживаешь. Если мы не говорим о сильных эффектах и длительных свойствах. Чем больше мороки, тем сильнее зелье.

Купленные манулы всё ещё никто не приобрёл. Но вот библиотечную книгу взяли. Причём в ней кроме печати библиотеки ничего примечательного и не было. Но как удалось понять, это очень престижно принести в другую библиотеку такой экземпляр, получишь какие-то преференции.

На две тысячи купил набор юного алхимика. Склянки в ударопрочном корпусе. Самые базовые ингредиенты. Ситечки, фильтры и прочая мелкая атрибутика.

Сварил зелье молодости. Ну как сварил тоже, потряс, посыпал алхимический краситель, который просто изменяет цвет, и разбавил водой. Маны как не бывало.

Блин! А про это никто не предупреждал. Варка зелий ману жрёт. Я вообще такого нигде не встречал. Несправедливо! Алхимия, блин! От слова химия. Когда борщ варишь, что-то мана не съедается.

Купил набор базовых зелий на ауке. И зелье увеличения максимального запаса маны. Смогу вынести все свитки и два зелья, только вот надо сначала проснуться. Отойти в сторонку и использовать Путеходец, а то странно будет очнуться со склянками и свитками в руках. Боюсь, тут уже отмазаться не выйдет.

Я открыл глаза. Лежал в пещере. Под головой рюкзак. За стеной растений, закрывших вход, видно, что начало светать. Прикрыл веки, снова очутился в Пути, взял в руку склянку с зельем молодости. Ещё раз проснулся. Пробирка была в руке. Спрятал её в карман.

Набрал сочащейся из скалы воды в бутылку и вышел на улицу. Караулили Мбаку, Лиз и Софи. Причём у последней сказались последствия экстренного лечения. Сосуды в глазах полопались.

— А чего наружи, а не в пещере? — тихо спросил я.

— Там совсем вырубает, — сказал Мбаку. — Тут хотя бы за рассветом наблюдаешь.

— Биологические механизмы включаются, — добавила Софи.

— Полейте мне воды, — сказал я и вручил Мбаку бутылку. Умылся. И даже почистить зубы. Паста была в рюкзаке у стюардессы, как и зубная щётка, которую она мне торжественно вручила, как символ власти.

— От голов тухлятиной несёт, — сказала Софи. — Обязательно было их вокруг лагеря ставить?

— Пойдём я тебе кое-что покажу, — мотнул я головой. Мы немного прошли. Потом чуть-чуть спустились до границы становища. — А теперь смотри внимательно. Вот эти отпечатки ты должна различить. Похожи на следы кровавых эльфов. Прошли и испугались дальше подниматься. Видишь на кусте клок шерсти, а вот царапина от когтей на камне, размер лапы сама представляешь. Идём дальше. Видишь этот сухой куст, точнее, то, что от него осталось. Насколько большая тварь здесь побывала, что не побоялась шуметь ночью, как думаешь? Но побоялась зайти на помеченную территорию. Пошли ниже.

— Может не надо вдвоём туда.

— Пошли-пошли. До вон того камня. Из-за него выглядывали на дорогу и видели частокол. Там основные следы. Большинство ночных визитёров довольствовались картинкой чужих голов на пике. Смотри, видишь эти чёткие отпечатки сапог. Два разведчика. Мужчина и женщина. По исполнению я бы предположил, что орочья обувка.

Последнюю подробность уже выдумывал, но девушка впечатлялась, так что почему бы и да.

— Дальше гляди. Маленькие босые ноги.

— Хоббиты.

— Да. Причём обрати внимание на крошки. Это хлеб. Я так думаю, те хоббиты, в чьей недостроенной норе мы встали на привал. Они живут где-то рядом. Живут хорошо, если у них есть мука, и они могут печь. Понимаешь? Дальше, идём к самому подножию. Последняя треть тех, кто мог к нам нагрянуть почуяли запах падали и не сунулись дальше.

Мы спустились до самого низа.

— Тут что динозавр был? — испуганно произнесла девушка, оглядываясь.

След впечатлял. Сантиметров пятьдесят в длину. И прошёл, видимо, тихо. Надо будет ещё расспросить всех часовых.

— Вопросы остались? — посмотрел я на Софи. Она покачала головой. В идеале, чтобы она нашу прогулку ещё всем пересказала. Было бы прекрасно.

Мы поднялись. Лагерь уже просыпался. Я всех выгонял из пещеры и призывал не шуметь, чтобы Элен и Рин побольше поспали. Все понимали важность этого и по мере сил пытались не быть громкими.

Я расспрашивал часовых о том, как проходили дежурства и характере ночных звуков. Подтвердились мои догадки. Ночью вокруг было шумно. Хищников хватает и в тёмное время суток.

Я пересчитал народ. Все на месте.

Чирлидерши немного стеснялись своей утренней помятости. Трудно было с этого не смеяться. Проснулась Рин и сразу такая сосредоточенная стала. Я покачал головой, намекая, что пока ей не стоит работать.

— Проснись для начала. Успеется ещё.

Потом самолично разбудил Элен.

— Выйди, — недовольно спрятала она лицо. — Дай умыться наедине.

Я вышел, а когда девушка позвала, постарался не выдать своих эмоций. Она всё ещё выглядела старше своего возраста в два раза.

— Я сильно плохо выгляжу?

— Ты хорошо выглядишь, но не на свой возраст, — спокойно заметил я.

— Раньше меня всегда другие лекари восстанавливали, — странным голосом выдала она.

— Вот держи, — я сунул ей пробирку.

— Что это за синяя гадость?

— Витаминный коктейль. Просто выпей. Подожди какое-то время, можешь смотреться в зеркальце и когда поймешь, что стала лучше выглядеть, выходи к людям.

Я вышел наружу. Все ждали моего слова. Были немного опухшие и сильно голодные.

— Значит так, народ, — сказал я. — У всех высыпали последствия экстренного лечения. Синяки и многие другие скрытые симптомы. Плюс болят, мышцы, суставы и связки после перехода. У кого-то начались воспаления после царапин о колючие кусты. Ходоки из вас сегодня так себе. Мы с Ликтором сейчас поищем съедобные растения. Потом я с Лиз поднимусь повыше, половим связь. Затем, как и говорил вчера, схожу с кем-то к обломкам. Добудем оружие, еды, лекарств и, если повезёт, радейку побольше. Пока мы всё это делаем, будут дневные дежурства, чтобы вас не схватили за задницу. Остальные в это время пользуются тем, что у нас есть источник воды, стираются, ополаскиваются, те, кто стояли смену под утро, можете доспать. Всё. Не шуметь. Быть на чеку. Аманда, попили дежурства. Ликтор, погнали.

— Я не очень разбираюсь в съедобных растениях, — тихо проговорил он, когда мы пошли от лагеря.

— Ну ты хоть знаешь, в каких нет токсинов.

Теперь и я пойму, но с ним быстрее. Да и если вырублюсь от съеденной гадости, лучше, чтобы был кто-то рядом.

— Это да. Но меня больше готовили по боевой части, а сельхоз дендровики это отдельная специальность по-своему увлечённых одарённых. Я с ними не ладил никогда особо. Надо их видеть. Там такие кадры.

— Ты сам тоже тот ещё кадр. Да и я. Да и Тор какой-нибудь. Так что…

— Ну с такой стороны я не думал. Что мы вообще ищем?

— Любую съедобную ботву. Корнеплоды. Ягоды. Грибы.

— Грибы. Нашёл грибника, — недовольно проворчал он.

Я уже не слушал, наложил стрелу на лук. Мелкая птаха увлечённо пела, ничуть нас не боясь. Я прицелился с шести шагов и пришпилил её к дереву.

— Так мы на охоте или…

— Или. Тебе что было бы лучше, ждать непонятных листьев и получить их, или получить их и ещё мясо на костре в придачу?

— Второе, конечно.

— Вот и топай. Ищи клетчатку к белку.

Мы шли по самой кромке зарослей. Я убил двух змей и с десяток крупных ящериц.

— Я не буду это жрать, — заявил Зеленоволосый.

— Я тебе и не предложу. Ты главное не проболтайся, что это. Я сниму шкуру, нарежу и закину на угли. Никто и не поймёт, что сожрал, и все будут сытыми.

Ликтор насобирал охапку разных листьев и штук двенадцать каких-то корнеплодов и под пятьдесят съедобных голов каких-то цветков. Я узнал среди них только клевер и одуванчик.

Я добавил к этому ещё полтора десятка грибов. Нашёл больше, но под сотню отбраковал, оказались, ядовитыми. Спасибо навыкам, теперь определяю такое на раз. Два самых неприметных оставил. Они пойдут потом на яд. Один припрятал, у него целебные свойства, потом на зелье улетит.

Я, вообще, всю дорогу шёл, пожевывал стебельки, листочки, лепестки, цветочки. Уже полный карман полезных ингредиентов насобирал.

Удалось подстрелить крупную птицу, похожую на какую-то зажравшуюся лесную чайку. А затем Ликтор меня удивил, указал на пернатую, которую я проморгал.

Она бесшумно шелушила шишку и поедала орехи. При этом зелёный окрас прятал её в листве, и ела она только на ветру. Перья трепетали, и птица сливалась с деревом. Но как только порывы стихали, она замирала до следующего потока. Хитрая.

Я подстрелил её, но пернатая осталась в кроне. Пришлось лезть на дерево. Обломалась ветка, и я шмякнулся с трёх метров оземь, и даже простонать от боли не смог. Ликтор всей своей мимикой сигнализировал что-то. Я замер.

Над нами пролетела стая птеродактилей, и как только она скрылась, мимо прошла группа, судя по амбре, разумной нежити. Скорее всего зомби, сохранившие сознание.

Когда всё затихло, полез во второй заход. Схватился за стрелу, на руку попала птичья кровь, и я зашипел от боли. Отпустил добычу, и она упала вниз. Кожу разъедало. Стал спешно тереться о листья. Спрыгнул на землю. Полил руку. На коже остался ожог.

— Ядовитая тварь, — выругался я.

— Кто бы мог подумать, — озадаченно проговорил Ликтор.

Мы пошли дальше. Я нашёл чьи-то запасы в дупле. Там были орехи, желуди и даже целые шишки. Подстрелил какую-то острозубую белку, которая мне штаны прокусила. Её тоже разделал сразу и порубил, чтобы никто не догадался.

На этом же дереве подстрелил ещё одну крупную птицу. Пришпилил её к стволу. На этот раз за ней полез Ликтор и сбросил мне добычу.

— Съесть её не выйдет, — сказал он, спрыгнув.

— Да я и сам заметил.

Птица жрала слишком много смолистых почек. Почти заживо замариновалась в этом. Наверняка и не разлагается даже после смерти.

— В следующий раз надо с собой Камуя брать, — сказал я. — Не хотелось его запас сил на подобное тратить, но, видимо, придётся.

Мы вернулись в лагерь. Каменная чаша, которая имелась в пещере была обожжена, отмыта и обеззаражена. После чего всё добытое, кроме желудей высыпали туда и стали варить методом закладывания раскалённых в огне камней.

Соль и перец опять же имелись в рюкзаке Лиз. Так что похлёбка вышла нормальная. Я так и вовсе навернул с удовольствием. Остальные по большей части нос кривили, но понимали, что неизвестно когда будет следующая еда и будет ли вообще. Разве, что пара девчонок из чирлидерш ограничились несколькими грибами и цветками одуванчиков.

— Если свалитесь от бессилия, вас никто не потащит, — предупредил я и посмотрел на лекаря.

Элен стала немного моложе и продолжала возвращаться в норму.

— Лиз, — позвал я стюардессу, когда утолили голод. Хотя и не все. Тот же Тай выглядел голодным. Даже узнал у Ликтора, как из желудей получить что-то съедобное и занялся. Ещё и орехи из шишек выковыривал.

Лиз полезла наверх, я же позвал с собой ещё и Рин. Ей не помешает чуток проветрить голову, отдалившись от людей.

Мы взобрались вверх по тропе. Встали на удобный камень. Стюардесса включила ретрансляторный телефон и вытянула длинную телескопическую антенну.

— СОС. СОС! Говорит Океаник Семь Четыре Семь. Повторяю. СОС! Океаник Семь Четыре Семь.

Сигнал начал воспроизводится по кругу. Диод на рации был красным. Мы крутились, вертелись. Взобрались ещё повыше. Отсюда наши уже видели нас как на ладони.

Послышались какие-то помехи.

— Такое и от металлических руд может быть, не обольщайтесь, — сказала Лиза. — СОС! Говорит Семь Четыре Семь Океаник. СОС!

— Это я… Оке…ник, — раздался на том конце тихий хриплый голос. Лиза подпрыгнула, Рин чуть не взвизгнула. Я повернулся ухом. — Я Семь Четы… Семь.

— Это Лиза! — заорала стюардесса.

— Лиз, я жив. Рация цела. Тут творился настоящий кош…р. Паук оплёл всю кабину снаружи в изнутри. Другие твари не смогли прорваться. Сра…ный арахнид люби…т свежее мя-со. Я… не могу выбраться из кабин… Пока поставил радейку на трансляцию СОС. Сеанс кажды… час, в ровно. Если получи…

Он не договорил сигнал совсем оборвался.

Мы ошарашенно переглядывались. Один из пилотов был жив. Как это возможно?

Рин начала осторожно спускаться, чтобы сообщить новость остальным. Лиза сидела в прострации. Надо было как-то выдернуть её из этого состояния, потому сказал:

— Вот смотрю на тебя и из головы не выходит анекдот про стюардессу и двух пилотов.

— Что за анекдот? — вернулась она в реальность.

— Неужели не слышала?

— Нет.

— Ну как спасут, спроси у кого-нибудь.

Я тоже начал спуск и крикнул:

— Рин, дождись нас, пожалуйста. Мне будет спокойнее, если я тебя подстрахую на том камне.

Девушка недовольно на меня глянула, но всё же дождалась. Мы вернулись к остальным. Ментатка была очень сосредоточенна, ей не саму новость поведать хотелось, её интересовал эмоциональный фон окружающих при этом.

Пока Лиза вещала, я за локоток отвёл Элен.

— Скажи мне, наш дорогой лекарь, а как так, нахрен, вышло, что один из пилотов жив⁈

— Который из них?

— Я не знаю, — подозвал Лизу. — Кто из пилотов говорил?

— Я не поняла по голосу, — сконфуженно призналась она. — Вроде Стив. Его место было справа.

— Это точно был кто-то из них? — насторожился я.

— Точно. Голос знакомый сто процентов.

Я уставился на Элен.

— Чисто теоретически, он мог выжить, — неуверенно проговорила она. — Если он одарённый. Или, например, его повреждения казались серьёзными только в шоковом состоянии. Возможно, сердце не билось в момент диагностики, а потом запустилось.

Я запыхтел.

— У меня была всего секунда! — возмутилась Элен.

— Да забей, — зло отмахнулся я. — Всё равно мы бы его не вытащили и не донесли в тот момент.

Я подозвал пошушукаться Аманду, Элен и Рин.

— Итак, леди. Слушайте меня сейчас внимательно. Я пойду за радейкой. И с высокой долей вероятности добуду её. Когда нас спасут, неважно каким сценарием, будем ли приближаться к полису пешим ходом или заслышим лопасти вертолётов, как только вы поймёте, что до спасения рукой подать, в тот же миг вы должны обрушить мою репутацию.

— В смысле? — спросила Аманда.

— Слух первый — вампиров я не убивал. Я нашёл их тела порубленными и малодушно присвоил это себе, чтобы проще было управлять группой. Вам случайно проболтался. На каждую мою победу, вы должны придумать обесценку. Окей? Иначе по приезду в полис меня ждут тёплые объятия ректально термальной терапии.

Я каждой заглянул в глаза. Вроде прониклись.

— Второе. Я кое-что добыл. Сейчас передам это одной из вас. Вы возьмёте себе небольшую группу, будете обследовать склон вверху, и якобы найдёте это в одной из щелей. Должны быть нейтральные свидетели.

— Я могу, — сказала Рин.

Я зашёл в пещеру. Взял первый попавшийся рюкзак, вытряхнул из него всё, использовал «Путеходец». Попросил Михаила подписать свитки рисунками, чтобы было понятно их назначение. Быстро выпил зелье увеличения запаса маны и зелье его восполнения. Взял все свитки, зелье маны и зелье здоровья. Больше ничего не влезло.

Открыл глаза, в руках были иномирские предметы. Спрятал их в рюкзак. Вышел, шепнул Рин где всё оставил.

— Послушайте, — подозвал я всех. — Какое-то время нам придётся тут задержаться. Лучше обследовать склон хотя бы немного. Чтобы сходов не было, элементарно, осыпей всяких. Путь отхода найти, мало ли. Или пещеру удобнее и комфортнее. Группа нужна небольшая. Обязательно стихийник земли, так, кто у нас был, Тай, ты же?

— Я, — отозвался он.

— К тебе в пару…

— Я пойду! — вызвалась Рин.

— Вот. Ещё в помощь Кай Элион и Дилон Роуз из чирлидеров.

У последнего брат погиб в самолёте, так что ему надо постоянно что-то делать, иначе будет в себе вариться.

Группа взяла воды в бутылках и пошла вверх по тропе. На виду были, так что я за них не боялся.

— Аманда, — подозвал я помощницу. — Вот того запомнила?

— Дилона?

— Да.

— Ну.

— Его почаще запрягай куда-то.

— Ладно.

— И до того, как уйду, найди мне, пожалуйста, пустой рюкзак. В боковой карман сунь бинт или футболку, пущенную на лоскуты.

— Поняла, — отозвалась девушка и ушла в пещеру.

Я задумался над командой для вылазки. Нужны выносливые и полностью здоровые, без недавних серьёзных травм. Будет минимум три рюкзака. Но в идеале четыре. Радейка, еда, второй тревожный рюкзак с припасами, и на сдачу все полезности, которые найду.

Лизу точно беру. Без неё в этом выходе никак. Если придётся тащить пилота, фиг с ним, сам уволоку. Зеленоволосый будет больше бесить, по его профилю там работы нет. Лапу возьму, здоровый гад, чтобы он с Ликтором и Тадеушем здесь не шушукался, а то эта троица тут выдумает что-нибудь.

Ну и Кая и Дилона. Тоже спортивные парни. Настроены нейтрально, не надо будет их одёргивать по пути. Наоборот, пока ходим, впечатлятся как Софи сегодня утром, после её рассказа мой авторитет у чирлидерш явно возрос, так что ещё немного поднять репутацию в одной из группировок не помешает.

Вообще тут интересная картинка получается. Три основных банды нарисовалось. КП, чирлидеры и одноклассники. Понятно, что есть пересекающиеся там и там, но в основном так кучкуются. Плюс моя банда из трёх девиц и четвёртой на подхвате.

Я увидел, как фигурки на склоне стали стягиваться к Дилону. Что-то бурно обсуждали, а потом двинули все вместе вниз. Закончилась их маленькая экспедиция. Рин молодец, смогла обставить даже лучше, чем просил. Нашёл всё чирлидер, а не она. Так достовернее даже. Нас с ним ничего особо не связывает.

Дилона окружили. Он демонстрировал находки.

— Что это?

— Какие-то странные склянки.

— Осторожнее с ними. Может, это алхимические гранаты.

— Выглядят как зелки из старых ММО, — заметил Тор.

— Бумага какая-то. Свитки непонятные.

Я протиснулся вперёд. Сделал вид, что всё изучаю.

— Дайте соломинку какую-то, — попросил я. — Элен страхуй, если откинусь, спасай.

Откупорил крышку зелья лечения, макнул стебелёк облизал его.

Все внимательно смотрели.

— Ай! — схватился я за живот, и люди шарахнулись, но тут же разогнулся, улыбаясь. — Нормально всё.

Макнул тростинку другим концом и намазал одну из многочисленных царапин, она на глазах затянулась. Я закрыл зелье и вручил Элен.

— Держи. Применять в экстренных случаях.

Пояснять ничего никому было не надо. Все и так поняли.

— А кто нашёл? — спросил я.

— Я, — ответил Дилон.

— Ну премию выписать не могу, но спасибо скажу. Настоящий клад нашёл. Кто хорошо внутренний резерв свой чувствует?

— Ну я, — отозвался Шон.

— Пускай фаербол, а потом пару капель из синей банки попробуй.

В общем, спектакль разыграли знатный. Народ обрадовался находке. Со свитками было ещё проще. Миха их подписал, так что раздал те, которые работают у всех самым башковитым. «Копирование навыка» Рин, «Призыв гоблинов-призраков» Томасу, Цепную Молнию Тору. «Поднятие мертвеца» оставил себе.

Решил сходить в пещеру, смыть с себя грязь. Благо грязная вода не застаивалась, а сразу утекала.

Сел под поток, стекающий со стены, и снова активировал Путеходец. Наставника не было. Мне нужно быстро взять новые навыки, которые могут пригодится. В первую очередь все защитные.

Иммунитет к трупному яду. Иммунитет 77%. Если имеется навык Сопротивление Укусам вырастает на 11% до 88%. Если имеется Регенерация, иммунитет к трупному яду 96%.

Сопротивление зомби-вирусам. Сопротивление 77%. Если имеется Сопротивление Укусам 88%. Если имеется Регенерация, сопротивление зомби-вирусам 96%. Без Регенерации — 77%.

У меня по обоим полный пакет на 96%.

Ну и, учитывая активность различных видов нежити, не помешает ещё кое-что. Главное в решающий момент, вообще вспомнить, что эти умения теперь есть.

Обнаружение нежити. Без затрат маны вы способны определить наличие нежити по второстепенным признакам: следы, запах, характерные локации и звуки. С манозатратой — вы пускаете импульс, определяющий нежить. Дистанция зависит от количества потраченной магической энергии.

Отпугивание нежити. Вы способны отогнать нежить слабее или схожего с вами этапа развития. Затраты маны: 10 единиц за использование, вероятность срабатывания 96%. Стайная нежить: 20 единиц за использование, вероятность срабатывания 50%. Подконтрольная нежить 30 единиц использования, вероятность срабатывания 20%.

Развоплощение нежити. Вы способны развеять силу, поддерживающую жизнь в трупе. Затраты маны 40 единиц — одиночная или стайная особь. 50 единиц подконтрольная. В случае с зомби-вирусами вероятность зависит от силы и происхождения штамма и рассчитывается индивидуально, но не ниже 10%, в среднем 22%.

Не известно, когда вернёмся, так что к ним в пару.

Ночное зрение. Вы лучше видите в темноте.

Хрен знает, что в походе может случиться, так что плюсом

Сопротивление безумию. В зонах повышенной ментальной опасности вы более устойчивы к воздействию. Ваш разум стойко переносит негативное влияние. Психоделические картины, игры света и звука слабее давят на психику. Такие виды, как, например: мертвецы, безумцы, реки крови, ужасающие чудища и высокие процентные ставки по ипотеке вызывают меньшую тревогу и не задерживаются в памяти. Снижена вероятность появления кошмаров после пережитого.

Ну и в пару к природному альпинизму, раз уж мы тут.

Карабканье. Вы способны взбираться на различные постройки и рукотворные объекты с большей уверенностью и меньшей травматизацией. Вы лучше чувствуете кладку, и интуитивно надёжнее вяжете узлы. Ваши пальцы, запястья и предплечья стали крепче. Побочные эффекты: Сила+1. При наличии Природного Альпинизма умение получает второй уровень и становится Развитым Карабканьем.

Ну и самое-самое последнее.

Пробитие шкуры. При встрече с толстокожими противниками вы можете усилить удар, увеличив шанс пробития шкуры. 1 единица маны равна 1% увеличения силы удара.

Фух, ну вроде неплохо вышло. Не забыть бы это всё. Почему и не хотел всё скопом брать. Это же постепенно надо в арсенал интегрировать, чтобы срастаться с умениями. А теперь попробуй запомни всё за раз.

Перед походом, я скинул футболку, чтобы сменить повязку, но тут неожиданно ко мне подсела одна из чирлидерш Цветанка, батарейка, если память не подводит.

— Давай помогу, — сказала она и начала бережно влажной тряпкой смывать засохшую кровь. Подошла Элен, слегка коснулась раны и пошла дальше.

— Я тоже с вами хочу, — уселась рядом Мэй.

— Ты оправилась уже? Как рёбра? Как дышишь?

— Нормально, — буркнула она.

— Вот что, — сказал я и поманил её пальцем и шёпотом произнёс. — Если ты такая вся из себя ищущая, какого чёрта проглядела перевёртыша?

— Но и Рин тоже, — удивлённо проговорила она.

— И Рин и ты. Вдвоём ворон считали. Но не возьму я тебя не поэтому, глупо рисковать ищущей. Если ты не заметила, я никого с недавними серьёзными травмами не взял и набрал крепышей. Работай по профилю, оцени следы на тропе. Может, почувствуешь нечто интересное. Ты мне как рабочий инструмент нужна, когда мы вернёмся.

Девушка насупилась и ушла. Я вздохнул.

— Тяжело быть главным? — спросила Цветанка.

— Так себе работёнка, — признался я. — Можно я тебя Цветик буду звать?

— Можно, но только наедине, — смущенно улыбнулась девушка.

Я протирал меч, думая, что нужно ему ещё ножны с Пути притараканить. А то сейчас, конечно, петлю на поясе сделаю, но это совсем не то, мешаться будет сильнее. Всё же хорошо наточен.

— А почему у тебя на мече по-нашему написано «Карма»? — спросила Цветанка.

Твою мать! И ведь многие прислушиваются к нашему разговору.

— Без понятия, — сказал я. — Может, это и не по-нашему, просто буквы схожие. А может, у него какая-то своя интересная история. Мне, честно говоря, пофиг. Главное, что он похож на мой меч из Дигмы. Хотя там у меня потяжелее грамм на сто двадцать был.

— Закончила, — сказала девушка.

— Спасибо за помощь, — я накинул футболку.

— Когда отъесться успел? — спросил Лапа, подходя.

— У тебя сколько тренировок в день было?

— В день? Штук пять-семь в неделю.

— А у меня три в день. Вот и прикинь.

Только вот вложенные очки Телосложения будут добавлять мне день от дня больше массы. Все начнут худеть, а я набирать. Как отмазаться? Подумают, командир в крысу точит что-то по ночам.

Я снарядил группу. У всех были пустые рюкзаки, не считая бутылки воды и чего-то похожего на жгут и бинт. Обычно это был легко затягивающийся ремень и майка, распущенная на полосы.

— Оружие по пути сделаю, — сказал я.

Спустились с тропы и провёл инструктаж:

— Те, кто хотят вернуться, должны слушаться безукоризненно. Остальные могут делать, что хотят. Ерунды я никакой не выдумываю. Всё по делу. Идём!

Мы выдвинулись, я сразу начал присматривать подходящие древки для копий. Срубил сначала одно. Сделали привал, заточил его об лезвие меча. Заодно проверил следы, там, где мы были с Ликтором, уже и не найти нехоженого места. Много кто прошёл в поисках нас, да не судьба встретиться была.

Мышцы постанывали, так что я задрал темп, чтобы разогнать кровь и прошла эта вязкая деревянность в движениях. Нашёл ещё одно отличное древко, сделали привал под раскидистым дубом. Это копьё заточил иначе. Сделал с большой зазубренной.

— Смотри, — вручил его Лапе. — Это оружие одного удара. Тут видишь, как тонко у наконечника получилось. Вонзаешь его и дёргаешь, обламывая. Наконечник остаётся в теле противника. Он большой и неудобный. Понял?

— Да.

— Отлично. Идё… — я затих на полуслове. Послышалось хлопанье крыльев. — Прячьтесь все! — прошипел я.

Народ раскатился за кусты и вжался в стволы.

Тяжело махая крыльями, пролетело серокожее существо. Тело гуманоида, при этом большие кожистые крылья.

— Похоже, гаргулья, — заметил Лапа, когда опасность миновала.

Народ гадал, кто это. Я же сорвал гриб. Сыроежка, надо же. Повезло. Молча махнул рукой, призывая продолжить движение и жестами же предложил группе гриб, но все отказались, тогда закинул в рот. Вкус так себе без соли и добавок, но дарённым калориям в зубы не смотрят.

Сеанс связи чуть не прошляпили. Но ловило тут плохо. «Лиза» ещё худо бедно разобрали, и ещё «я-то вас слышу», и всё. Хотя бы знаем, что ещё жив собеседник.

По пути заметил на дереве скелет то ли лося, то ли дикой лошади. Кто и зачем его туда закинул непонятно, но я не поленился, залез и забрал копыто. Пригодится.

Мы уже очень сильно отдалились от лагеря, когда Дилон тихо подозвал нас и указал на ствол. В неизвестное дерево(Ликтора с нами нет) была вбита острая деревяная трубка и заткнута пробкой.

— Эльфийский кран, — тихо пошутил Лапа.

Я залпом осушил свою бутылку, дёрнул пробку и подставил горлышко. Полилось довольно быстро. Бутылка наполнилась за пару минут, а потом поток иссяк и стал капать совсем по чуть-чуть.

Я сделал глоток. Вкусно. Очень освежающая вода. И Лапа прав, вероятно, эльфийские тропы тут. И, если пройдут, поймут, что кто-то был и всё выпил. Возможно, на своих подумают, а может и на чужих. Лучше следы запутать.

Я вынул копыто, отправил отряд чуть подальше, сам же вывел рисунок изображающий остановившегося на лёжку кентавра. Даже почки посрывал вверху на уровне его башки для достоверности.

Быстро догнал своих. Сегодня как-то везло. Пока не на кого не нарвались. В ровно попробовали выйти на связь. Ничего толком не услышали. Только беканье и меканье да помехи. Но хотя бы поняли, что пилот всё ещё жив.

А потом я нашёл следы ящеров. Прошла большая группа. Метров через двести увидел след обувки. А потом опять только ящеры.

— Пойдём по этой просеке, — прошептал я. — Группа была большая десять-двенадцать особей. Многие побояться им на след вставать. Спокойно минуем какое-то расстояние.

— Кто это? — спросил Лапа. — Динозавры какие-то или разумные рептилии?

— Нет. Похоже наездники на ящерах.

— Я бы предположила, что бездники, — сказала Лиза.

Я недоумённо на неё посмотрел, пытаясь вспомнить, кто там вообще в этой фракции.

— У них ещё уши такие огромные и длинные, заострённые, как кривой кинжал выглядят. Глаза без зрачков с отливом.

— Всё вспомнил, — сказал я. Эта фракция славилась своими ведьмами. Наши стихийники молний и рядом с ними не валялись. Те как шарахнут, предохранитель на подстанции слетит.

Чем дольше мы шли, тем веселее мне становилось, бездники, похоже, к самолёту чапают. По дороге сделал копья всем и даже себе. Потом из частей обшивки ещё острые, хорошие наконечники скрафтчу.

Вышли мы совсем не с той стороны, с которой уносили отсюда ноги. Я заметил на деревьях множество караулящих. Был тут и молодой разумный шимпанзе в хорошем таком шлеме, лук, правда, похуже моего, а тетива вроде лучше. Пауков насчитал троих. Один вампир, который сразу ретировался, едва нас завидел, то ли за подмогой, то ли силы сравнил и разуверился в себе.

Мы сидели и выжидали. В ноль-ноль очередного часа всё же состоялся сеанс связи.

— Скажи, что зайдём с закатом с хвоста, — предупредил я девушку.

Связь была нормальная. Она коротко переговорила с пилотом. Он сообщил, что радейка один раз мигала зелёным. Вроде как высокий шанс, что отправила сигнал «SOS» на пролетающий ретранслятор.

— Я иду один, — сказал я. — Если всё нормально, вызову вас по связи. Будьте начеку.

Я стал тихо красться, подолгу замирая. Подошёл с кабины. Подволок сваленное дерево, тихо опустил на нос самолёта и взобрался. Стекло было затянуто паутиной, только поэтому пилота не сожрали.

Я осторожно проткнул её и разрезал мечом. Резко нырнул в кабину. Первого пилота не было. А вот второй, держал трубку рации в руках. Всё так же был весь в осколках. Буквально живого места на нём не было. В шее осколок размером с ладонь. Серая-синяя кожа мертвеца. Запах мертвеца.

Что за нахер?

Он резко распахнул глаза. Это были мёртвые глаза. Мёртвые и совершенно разумные.

— Сос. Океаник Семь Четыре Семь, — улыбнулся он.

Я врубил Обнаружение Нежити. От салона фонило десятками аур, да и по округе было рассыпано прилично. Но хуже всех мёртвым солнцем пульсировал тот, кто это всё затеял.

Я щёлкнул тумблер радейки, и она зашипела.

— Лиза бегите! — заорал я. — Это ловушка. Лич! Это проделки лича!

Глянул на шкалу маны. Что-то я не рассчитал со сканирующим заклинанием. Двести единиц всего осталось.

Лич. Лич. Лич. В самом базовом варианте, это мёртвый некромант, возродивший сам себя и через это обманувший законы мироздания и получивший тем самым огромную силу. Но учитывая наш мир, это мог быть кто угодно по происхождению, в том числе и рождённый в Некрополе. То есть представитель изначально мёртвой цивилизации, чьи тела существуют по законам смерти с рождения.

Пилот выронил трубку рации и попытался подняться. Я снёс ему башку ударом Кармы, лишив лича зрения. Он не сделал из пилота разумного зомби, он просто управлял им, как мы управляем аватарами в Дигме. И если смог копаться в его воспоминаниях, это очень могущественная и хитрая тварь.

Я подскочил к двери и заблокировал замок одной кнопкой на ручке. Повернулся к радиостанции. Прямо на панели имелась рукоять. Положил трубку на рычажки и закрепил штатным креплением. Взялся за рукоятку, провернул на сорок пять градусов и дёрнул. Радейка вышла из пазов. Она оказалась меньше, чем я думал, и куда легче. Сунул её в рюкзак.

В дверь ударили. Ага, удачи. Обычный зомби её не сломает.

И тут полотно пробили здоровенным мечом. Судя по чёрным следам будто от дымящейся плесени и угольной коррозии, окружившей края пробоя, клинок был проклят. Вот дерьмо! В щель заглянула большой глаз. Я показал ему средний палец. Похоже, это был кадавр.

Лич со своим маленьким отрядом. Вот задница-то!

Я выбрался через окно. Внизу уже караулили зомби. Они оказались вооружены копьями с наконечниками из алюминия, добытого из частей фюзеляжа. Охренеть, у некроманта свой оружейник. Куда я влез?

Я стянул лук через голову и пустил стрелу точно в глаз первому мертвецу. Второй кинул копьё, и я уклонился, перехватив его. Крутанул в руке и бросил обратно. Наконечник слишком лёгкий, летело так себе, но всё же пробил грудь. Прыгнул сверху, вбивая ногу в древко и пронзая тварь насквозь.

Дёрнул стрелу из глаза первого и пробил ей висок второго. Схватил копьё и ломанулся в сторону, противоположную той, из которой пришёл.

Из салона выскочил кадавр. Я откинул лук, рассматривая приближающуюся тварь. Тело человека, большая голова и огромные суставчатые ноги и руки, из-за чего он напоминал паука.

— Срань! Что ж ты большой такой.

Смысла бежать не было. Мертвецы не устают, они просто загонят меня, никакого кардио не хватит от них улепётывать. Варианта только два, убить всех марионеток лича, либо его самого. Проблема в том, что миньонов у него дохрена. А самого его можно уничтожить только через кремацию. В остальных случаях есть шанс, что он выживет.

Кадавр был невероятно быстр. Он дёрнулся из стороны в сторону, сделал обманный выпад правой лапой, заставив меня отскочить, и просто прыгнул влево, ловя меня на увороте. Огромная башка влетела в живот, выбивая воздух.

Я плюхнулся на задницу, сразу же переворачиваясь набок, чтобы по инерции не упасть на спину. Там ведь радейка. Вскочил и тут же получил по шее длиннющей, будто телескопической, лапой.

Мир мигнул. Ноги чуть загуляли, но устоял, отступая. Следующий выпад кадавра встретил копьём и тут же ударил, рассекая шею. Как же ему было насрать на это.

Снова удар рукой, и я мягко отпарировал его, будто работал с бокеном, и развил атаку, вонзая копьё в шею. Башка повисла. Задел позвоночник. Тварь пыталась ещё что-то сделать, но конечности не особо слушались. Пошёл перебой сигналов.

Я поднял с земли лук и пальнул в паука на дереве. Он стал спускаться. Шимпанзе с планеты обезьян скалил клыки, ему зрелище нравилось. Остальные два паука тоже полезли на землю, решив принять участие в охоте.

Часть зомби в это время уже обогнули самолёт и построились.

Двести маны. Двести маны. Так! Новые умения.

Отпугивание нежити. По подконтрольной вероятность срабатывания всего двадцать процентов.

Интересно, как оно работает. Я активировал умение, в руке появился бледный светящийся сгусток будто концентрированный туман, и я направил его в ближайшего зомби. Шар заклинания влетел в грудь, и тот сбился с шага. Затем замер, ошарашенно завертелся и драпанул прочь, сбив своего сородича.

Троица мертвецов с копьями попыталась меня зажать, но они при жизни не владели этим оружием, и сам некромант им пользоваться не умел, а потому я легко с ними разделался, закручивая влево, отбивая удар и контратакуя точно в голову.

Цоканье когтей по крыше самолёта заставило резко обернуться. Некрохимера!

Она прыгнула, заслоняя солнце. Я бросил Отпугивание. Но оно не сработало. Ушёл в перекат. Тварь приземлилась, тормозя когтями и вздымая листья и землю.

Мимолётный взгляд на цель. Оскаленная пасть с острыми зубами, гибкое тело с торчащими рёбрами, и длинный хвост с острым костяным наконечником.

Тварь ударила левой лапой. Размытый Рывок назад и сразу вперёд. Кулдауна-то теперь нет. Лёгкий наконечник вонзился в грудь монстра, да там и остался. Уклон! Когти распороли воздух.

Я извлёк меч из петли и тут же закрылся им.

Молниеносный удар хвоста по металлу оглушил. Вибрация очень жестко отыграла в руки. Я даже испугался, что меч лопнул, но нет. Просто очень хлёстко вышло. Химера трясла хвостом, кажется, повредила его. Ударила лапой по копью в груди, выворачивая его из раны. И тут же последовал новый взмах хвоста.

Я бросил меч навстречу и отсёк эту жопную булаву.

Уклон!

Не успел!

Когти пропороли плечо, и меня отбросило.

Я прокатился по земле. Едва успел поднять Карму, как тварь прыгнула с новым ударом. Копировал оружие, закрывшись крест-накрест. Стойка!

Химера такого не ожидала. Лапа отскочила от защиты, и тварь врезалась в мечи.

Я отпрыгнул на два шага. Метнул меч. Он вонзился в лапу твари. Монстр вцепился в него зубами, чтобы вырвать, и в этот миг я сделал призыв оружия. Карма дернулась, выбивая зубы и разрезая пасть.

Я призвал артефакт с деревянным лезвием и нанёс косой удар, лишая химеру обоих глаз. Дальше было неинтересно. Прикончил быстро.

Но почему некромант медлит? Почему играется? А, ну да. Ответ уже был в вопросе. Вот в чём дело. Он просто развлекается, или, быть может, обучается. Здесь в джунглях нечасто столкнёшься с людьми. Большинство противников совсем иного склада.

Раскрылась дверь аварийного выхода. Химеры и кадавры выходили, выстроившись в лестницу. Показались одежды некроманта. Почему белые?

Фигура в балахоне с костяным посохом шагнула на спину чудища, они боялись шелохнуться, и она спускалась по ним, неспешно и статно.

Пауки, уже добившие мелких зомби и пеленавшие их в кокон, бросили добычу и припустили прочь, некромант взмахнул рукой, и один из кадавров кинулся за ними, секунды за четыре оборвав тем все лапы и оставив их корчиться в муках.

Капюшон спал. Это оказалась девушка лет двадцати. Серо-синеватая кожа мертвеца. Ярко-красная помада. Большие глаза с длинными накрашенными ресницами. Седые волосы перекрашены в абсолютную белизну.

— Да ну нахер, — тихо прошептал я, шокированный увиденным. Не старик, покрытый струпьями, не худой мужик с изъеденным могильными червями лицом. Девушка. Девушка, которую заботит её внешность. Безумие. Это самое настоящее безумие.

Она что-то произнесла на неизвестном мне языке. А потом в голову вбили картинку, где я встаю на колени, а следом под ультразвук, вызванный ментальным ударом, прилетел ещё один кадр, где я уже с белёсыми глазами мертвеца, но это всё же я, разум мне сохранят, но свободы у меня уже не будет. Я стану свитой некромантки.

Альтернатива была ясна и без новых мыслеобразов. В случае отказа в лучшем случае стану кормом.

Я осторожно кивнул. Сделал шаг вперёд. Второй, третий. Дорогу мне преградили химера и кадавр. Я осторожно взял Карму в две руки и вложил рукоять в зубы химеры.

— Подержи, зубастая.

Некроманта снова что-то произнесла, красноречиво указав на землю.

— Госпожа, лич… личиха, личина, гхм, личинка. Я… э-э-э гхм. В общем.

Кадавр немного отступил. Я посмотрел в глаза некромантки. Никакой пустой злобы. Холодный, глубокий, печальный взгляд мёртвых глаз. Там было много боли.

Я начал опускаться на одно колено и бросил одновременно Отпугивание Нежити в кадавра и Развоплощение Нежити в лича. Кадавр дернулся назад и даже задел хозяйку, убегая. Лич замерла. Конечно, нет такой вселенной, в которой мне бы удалось её развоплотить.

Но магия попыталась дёрнуть душу из тела. И этого краткого мига хватило, чтобы некромантка ощутила близость окончательной смерти. Она испуганно выдохнула и просто оцепенела от страха.

Размытый Рывок!

Выходя из манёвра, материализовал в руке рукоять и вбил обломанное лезвие прямо в мёртвое сердце. Дёрнул назад и вонзил в темечко.

Некрос рухнула как подкошенная. А я развернулся к её воинству, кровожадно скалясь.

Швырнул ещё одно Развоплощение, у химеры с мечом в зубах разъехались лапы, и она упала. Ура! Прокнуло!

Я потянул Карму на себя и двинулся на замерших мертвецов. Они, похоже, чувствовали именно развеивание некрочар. Всё же от этого зависит их существование, может, сами от природы такое ощущают, а может, хозяйка научила.

Твари попятились. Я зарычал и побежал на них, создавая в руке белёсый туман заклятия, и отряд некромантки стал разбегаться.

Я же схватил посох и спрятал его в инвентарь. Взял за ногу некромантку и потащил к крылу, на участок с выжженной землёй, которая загорелась тут от разлива топлива. Положил тело на жирную сажу. В крыле были топливные баки. Часть из них повредилась, другая была цела.

Я отогнул мятый лист фюзеляжа. Тело лича уже мандражировало. Вот-вот встанет. Дотянулся левой рукой до сливного крана. Выудил шланг, подцепил, открыл, направил струю в мертвячку.

Обильно полил её, одеяние пропиталось и прилипло к телу, некромантка начала подниматься. Я закрыл кран и драпанул. Начитывая на ходу: «Гори-гори ясно, чтобы не погасло! Гори-гори ясно, чтобы не погасло!».

Повелительница мёртвых рванула за мной, словно мы в КП играем, и я с мячом бегу к её порталу.

— Гори-гори ясно, чтобы не погасло! — орал я уже во всю глотку. — ГОРИ! ГОРИ ЯСНО!

И тут я прям услышал, как полыхнуло пламя. Меня обожгло. То есть она меня почти схватила! Вот ведь резвая.

Я упал и прокатился по земле. Некромантка корчилась и каталась, пытаясь сбить пламя. Тут подбежала вся её некростая, они вскрыли себе вены, заливая её чёрной кровью и пытаясь затушить. А потом одна из особей, просто легла сверху, полностью закрыв хозяйку и прекращая подачу кислорода.

Я уже схватил рюкзак. Два копья и обошёл самолёт. Залез внутрь, надеясь, что они не подумают, что я такой наглый. Осторожно смотрел за ними в щели в корпусе.

Похоже, тут для ослабевшего лича стало опасно. Слуги подняли её и понесли прочь.

Шумно выдохнул. Не верилось, что отбился и смог отогнать некроманта. Конечно, она быстро восстановит силы и, быть может, даже будет искать мести. Или нет. Кто их знает.

Только теперь смог осмотреться. Весь салон был в засохшей крови от пола до потолка. Имелись тут и следы засохшего помёта животных. Часть кресел выломана и ободрана. Повсюду отметины от когтей, кости, разбитые черепа, даже какие-то обломки хитина и иномирского оружия. В дальней части чья-то кладка под полом.

Я тихо раскрыл рюкзак, извлёк рацию и запустил поиск связи. Жужжалку мучать не стал, чтобы не шуметь, подключился с батареи.

— Лиза ответь Анду. Лиза Анду.

— Пш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш! На приёме.

— Я жив. Лича что-то напугало. Жду вас. Приём.

— Анд. Пш! Я тебе не верю. Пш. Пш. Приём, — даже через помехи я услышал, сколько было сожаления в её словах.

— Понял. Отдышусь, доберусь сам. Значит, в другой раз всё утащим. Осторожнее там, я вас умоляю. Отбой.

— Стой. Это правда ты?

— Я не знаю, как доказать, Лиз. Мозги не очень варят сейчас. Идите, я тут разберусь.

— Я приду одна. Рацию оставлю парням.

— Ты дура, что ли, Лиз⁈ А если я под контролем лича?

— Нет. Он бы не догадался так диалог вести.

На улице кто-то сцепился с кем-то. Раздавалось рычание, а потом шарахнул разряд молнии, и всё стихло.

Я отключил связь. Крадучись стал рыскать по салону. Стаскивал оставшуюся ручную кладь. Промыл рану, перебинтовался, примотав поверх бинта кашицу из трав, чтобы кровью не выдать себя.

— Анд Лизе. Анд ответь Лизе, — зашипела радейка.

— Анд, — откликнулся я.

— Мы подходим.

— Вы все?

— Да.

— Вроде и идиоты, а вроде и молодцы. Там два копья видите воткнуты в землю?

— Да.

— Вот я у этой дырки забирался. Подходите с этого края.

Я встретил гостей.

— Мне вас что, бить и хвалить одновременно? — обрадовался я.

— Как ты выжил? — спросил Лапа.

— Да хрен его знает. Одного зомби убил, второго. Потом пауки послазили. Затем кадавр меня подрал, — я показал плечо. — Лич игрался тупо. Знал, что я уже никуда не денусь. Но его что-то напугало. Он вместе со всем отрядом, как рванёт из самолёта, я чуть штаны не обмочил. И в лес дёрнули, а за ними нечто пронеслось. Несколько тварей убило и за некросом в чащу. И всё.

Если бы мне такое наплели, я бы по следам понял, что брехня. Но тут таких умельцев не было, так что авось проканает.

Лиза показала, где хранится второй тревожный рюкзак. Мы поставили холодильник. Подняли плиту пола и вытащили его.

Я сразу извлёк пистолет.

— Лапа, ты же умеешь.

— В Дигму гоняю же, — усмехнулся парень и взял оружие.

Вытащил аптечку из рюкзака и переложил к себе, чтобы все яйца в одной корзине не хранить. Дилон накинул его на плечи и сказал:

— Можно ещё доложить.

Я кивнул.

Мы добыли запасы, которые имелись на борту: лётные сухпаи, немного чайкофского, сахар, столовые приборы, особенно ножи. Всё в дело пойдёт. В кабине нашлась ещё одна бортовая аптечка, бортовой журнал и компас.

— Тут должно быть оружие пилотов, — сказала Лиза. — Но не факт, что они его брали в рейс. Это рекомендация, а не обязанность. Возиться с оружейкой в порту не каждый захочет. Нам они, конечно, не докладывали, кто что брал.

Мы облазили всё. Но не нашли.

Лиза вышла. А я использовал Путеходец и взял ещё одно умение.

Поиск тайников. У вас появляется настоящее чутьё на потаённые места. Вы лучше чувствуете вибрации при простукивании стен, а глаз с ходу определит нужную книгу, выдернув которую шкаф провернётся, явив вашему взору сокровищницу.

В моём недавнем забеге по библиотеке этот навык бы мне не помешал, но тогда я про него не вспомнил. Осмотрел кабину новым взглядом, с ходу заметил чуть расточенную от частой закрутки резьбу на одном из шурупов. Значит, и отвёртка рядом. Ну да. Вот. Прямо под сидушкой. Выкрутил, и панель немного отошла. Там оказались эрги, несколько карточек.

Тьфу. Сплюнул, но всё же закинул в инвентарь. Потом сброшу в Пути.

Под сиденьями мы уже смотрели и не нашли. Хм. А что если…

Я отогнул фальш-панель, фонарика не было, но Ночное Зрение и днём работало в тёмных углах. Ну да. Штатно тут этих боковушек у механизма кресла нет. Это уже для удобства поставили. Внутри лежал пистолет и обойма, а под вторым креслом только две обоймы. Самого оружия нет на месте.

Достал ствол.

Вышел и шепнул Лизе о находке и вручил ей пистолет.

Народ вытрясал все рюкзаки на предмет съестного и бутылок воды. Нашли всяких снеков. Воду выпили и набрали в тару авиатоплива.

Я же занялся стрелами. Их осталось мало, а в переходе могут понадобиться.

Разобрал одно из кресел. Каркас был металлическим, и лёгкие трубки отлично подходили на роль древков. Так же и в салоне, и с улицы местами наружу торчали композитные и углепластиковые элементы обшивки. Их тоже взял. Попробую, пойдут ли. В дело пошли так же пара кусков трубопроводов, несколько штырей, тяги и трубки управления. И ещё какие-то подходящие штуки.

Хвостовики лепил из бутылок, в будущем, может, поменяю на перья, а может и нет, а вот наконечники просто вбивал внутрь, потом выправлял и наскоро затачивал.

Антенну, кстати, забрала себе Лиза. Потом приладим к радейке.

— Всё не потащим, — сказал я. — Уйдём налегке, чтобы могли бежать. Если что, потом ещё схожу с кем-то.

Я запрятал уже готовые рюкзаки под панели пола. И парочку зарыл рядом в лесу, ибо самолёт и сгореть может.

Всё, что на нас, было распределено равномерно. У каждого немного еды, вещей, что-то из медицины, куски фюзеляжа для крафта, провода, бутылка топлива.

Теперь осталось добраться до базы.

— Выходим, — сказал я.

Лапа спрыгнул первым и помог Лизе и Каю спуститься, а Дилон завис возле одного из кровавых пятен.

— Идём, — сказал я.

Он кивнул, смахнул слезу и спрыгнул вниз.

— Идите, я догоню, — сказал я и пошёл к паучьим нитям. Срезал несколько подходящих, скрутил и убрал. Потом тетиву заменю. Этой скоро кранты.

Догнал своих.

Вдали с треском упало дерево, а потом я услышал раскатистое.

— Ву-у-у-у-у-у!

Такое уже было, когда драпали в прошлый раз. Повезло, что далеко. Хотя всё равно страшно. Птицы даже упорхнули. А оборотень-медведь пронёсся, со страху не заметив нас.

— Дилон, ты как? — спросил я.

— Нормально, — сказал парень. Всё же правильно, что я его взял. Он бы точно с ума сходил в лагере.

Я шёл впереди. Приходилось смотреть и вперёд, и по сторонам, и на землю, и вверх.

Я заметил шелуху от коры и листья возле дерева. Кто-то взбирался и нашелушил.

— Назад, — тихо проговорил я. И тут крылатая тварь спикировала совсем с другого ствола. — Гарпии!

Самая крупная из них схватила Кая когтями за плечи и понесла.

Ещё три крылатые бестии налетели с разных сторон.

Засада!

Я выстрелил из лука, но стрела застряла в мощных крыльях. Откинул бесполезное оружие, выхватил меч, разрезав поясную петлю, и рубанул мечом гарпию, которая попыталась меня схватить. Отсёк когтистую птичью лапу и ударил ещё раз с плеча, разрубив по диагонали рёбра и часть живота. Оттолкнул ещё пытающуюся махать агонизирующую тварь.

Разбежался и прыгнул, повиснув на ногах Кая, но несущая его крупная гарпия продолжала подниматься.

Дилон отмахивался копьём, и вроде даже задел одну и нападавших.

Лапа же был схвачен и поднят верх ногами, но подтянулся и махнул астральными когтями. Рухнул с трёх метров на спину и выгнулся дугой, застонав от боли.

Грохнул выстрел.

Одна из противниц рухнула на землю с перебитым крылом. Сложив крылья за спину, она побежала, запинаясь и ударяясь о деревья.

Кай вопил от боли. Когти гарпии впивались в плоть. Я оттолкнулся ногой от дерева, и крылатая вильнула, выправляя крен. Тогда я уцепился ногами за ветку. Тварь начала материться на неизвестном языке.

Гарпия махнула крыльями, и мой захват разорвался. Мы снова стали подниматься. И тут мне вцепились в ноги. Это был Дилон. Но и этот вес монстр нёс, пусть и с натугой. Наоборот, обрадовалась, в три раза больше мяса. И тогда прыгнула Лиз.

Мои руки начали соскальзывать. Я ухватился за ремень Кая, но он лопнул, я перехватился за ноги, но кроссовки соскользнули, и мы втроём растянулись на земле.

Я вытащил из инвентаря пистолет, едва прицелился и сразу выстрелил. Ещё один взмах крыльями и высота стала бы критической.

Гарпия вскрикнула от боли и выронила Кая. Он ударился несколько раз о дерево и упал. Крылатая же по неровной траектории стала медленно удаляться. А потом села на секвойю и скрылась в кроне.

Мы наперегонки бросились к парню. Он был в отключке. На плечах дырки от когтей. Весь в царапинах.

— Лиз, Дилон, соберите вещи. Надо сваливать, на выстрел нагрянут любопытные и смелые.

Я поднял лук и поймал в прицел спину гарпии, что пешком пыталась скрыться, но ходьба не их сильная сторона. Выстрелил и попал прямо меж крыльев. Она завалилась. Хоть немного времени нам выиграет.

— Лапа, ты как?

— Вроде жив, — сказал он и закашлялся.

В голове помутнело. Я ухватился за дерево, чтобы не упасть. Живот свело резкой болью. Медленно выдохнул, что за хрень?

Лиза резко подошла и задрала мне футболку. На животе расплылись гематомы и подкожные кровоподтёки.

Я вспомнил тот удар башкой кадавра. Тогда показалось терпимо, усадил на жопу, и всё. На адреналине даже не заметил. А вон оно как сыграло, после всех нагрузок. И это с Регенерацией и Сопротивлением Физ Атакам. Охренеть!

— Лиз, аптечку.

Она быстро подсела рядом и раскрыла сумку с красным крестом. Я взял иглу, протёр самую крупную гематому спиртовой салфеткой и проткнул. Выпустил лишнюю кровь на эту же салфетку. Зажал и закрыл прокол медицинским клеем. Фух. Всё. Жить можно. Хотя там и внутри наверняка не всё ладно. Но пострадать потом можно, когда до Кадии доберёмся.

— Жесть, — скривился Лапа. — Жизнь без страховки — отстой.

Я не стал отвечать, взял Карму и подошёл к убитой мечом гарпии. Таких вживую ещё не видел, чтобы лицо, тело, руки были человеческими, а ноги птичьи. Я поднял меч над головой и с силой опустил, перерубив сустав крыла. Ударил ещё раз и отсёк крыло окончательно.

Сложил его, перехватил куском провода. В размахе они метра три и весили около пятнашки. Плюнул и попытался впихнуть крыло в инвентарь. Хрен там плавал. Не лезет.

Я ещё повозился с проводами и создал что-то вроде нагрудного рюкзака, повесив крыло впереди себя. Да неудобно, но оно мне нужно для крафта. Быстро повторил манипуляцию со вторым крылом и нацепил сзади на Дилона, а рюкзак он перевесил наперёд.

Кай пришёл в себя. Мы попытались поднять его, но он зашипел от боли.

— Не могу встать на ногу. Похоже, сломана, — пожаловался он.

— Поедешь на спине, — сказал я. Ему помогли усесться ко мне как рюкзак. — Всё, ходу!

Мы припустили. Было тяжело. У меня получался вес Кая плюс крыло. У лапы и Лизы два рюкзака. У Дилона рюкзак и крыло. А ведь хотел налегке пройтись.

Я догнал раненую ползущую гарпию и вырвал стрелу. Они на вес золота сейчас. Сзади уже доносилось чавканье, кто-то настиг первую убитую. Эти звуки подстегнули круче тренерской ругани.

Мы вспугнули стайку крохотных фей. В отличие от больших сородичей эти были безобидны.

— За дыханием следите, — проговорил я. — Ритм свой поймайте при движении. Будете под меня подстраиваться — рано выдохнетесь.

— Да что ты за киборг сраный? — прогундел Лапа, запнувшись и ударившись лбом о березу. Вместо третьего глаза вздулась шишка.

— Три тренировки в день, помнишь? — вдарил я ему в плечо.

Какое-то время мы ловили баланс. Я не торопился, отслеживая состояние группы.

— Дракон в небе, — подала голос Лиз.

— Левее уходим, — рулил я. — Там кроны гуще. Даже маленький дракоша нас раскидает.

— Он вроде немаленький, — задрал голову Дилон.

Я струхнул, когда владыка неба сложил крылья и резко пошёл вниз, но пронесло, не в нашу сторону. Лес наполнился голосами. Кричали гуманоиды со схожим связочным аппаратом. Интересно даже кто. Звук исторгаемого драконом пламени был как мёд для ушей. Кушай-кушай, горячее сырым не бывает. И за нами меньше любопытных пойдёт.

Я только сейчас догадался вынуть обойму из пистолета. Один патрон. Но мой хотя бы с глушителем.

— Лиз, у тебя такой калибр?

— Да.

— Делись обоймой.

Я дослал патрон в патронник и сменил магазин. Ещё четырнадцать выстрелов есть. Или двадцать восемь с копированием. Я глянул на шкалу маны. Ну да. Один разок фокус проканает, а так пустой. Поистратился сильно.

— Помогите, — раздался слева метрах в пятидесяти женский голос.

Я резко встал за дерево и выглянул. Кверху головой болталась чирлидерша. Юбка, естественно, сползла, оголяя зад и выставляя напоказ тонкие розовые трусики. Под ней валялся чемодан на колёсиках. Виднелся след примятой травы. Она его реально тащила по лесу.

Дилон встал за соседним деревом.

— Думаешь, ловушка? — пристроилась за мной Лиз.

— Лесная фракция? — спросил Лапа. — Эльфы? Дриады? Они такое любят.

— Почти угадал, — тихо прошептал я. — Дилон, скажи мне, что под юбкой у ваших девчонок.

— Шорты.

— А у этой?

— Трусы.

— Обходим стороной, — сказал я.

— Перевёртыши, — понял парень.

— Капец ты внимательный, — буркнул Лапа.

— Это хуже перевёртышей, — сказал я. — Это мимики. Сунул пистолет под ремень, на самом деле переместив в инвентарь, пока никто не видит.

Отряд двинулся дальше, а я материализовал лук и тут же врезал кулаком Каю по здоровой ноге.

— Заткнись, — прошипел я. — Ты ничего не видел! — пригрозил я. — Ксер и ксер. Этой мой секрет, понял?

Я прицелился в чемодан и выпустил стрелу. Мимик сразу обернулся бесформенной кучей желе и зашипел, пытаясь выдавить из себя стрелу.

— Эльфы! — услышал я испуганный голос чирлидерши. Она мигом оказалась на земле и бросилась прочь. А за ней ещё два куста устремились. Да тут целая банда была. И ведь как с ходу по стреле определили эльфийскую работу.

Я догнал группу. Долго шли, я прислушивался к дыханию группы и начал присматривать место для привала. Нашёл полянку, окруженную цветами-капканами. Чтобы их узнать, не надо быть Ликтором. Похожи на лесные кувшинки, но стоит наступить, древесная пасть смыкается на ноге.

— Владение дриад, — проговорил я. Они обожали всё ими засевать. Когда атаку на Кадию проводят, потом коммунальщики несколько недель этот сорняк по всему городу выпалывают.

— А если явятся владельцы, — сказал Дилон.

— Договоримся, — заявил я.

Мы попили воды, закинули по леденцу, чтобы держать на уровне сахар в крови, немного отдохнули. Лиза даже размяла мне икры и ляжки, а затем направились дальше.

Пот с меня лил градом. Но всё же это был посильный для меня путь. Пусть со сжатыми зубами и счётом шагов.

И раз. И два. И ещё шажок. Вот уже десять. А теперь заново, и раз, и два. Ещё парочка. Расти Преодоление, возрастай родимое.

Десятка два мелких стычек мы прошли достойно, потому что, как правило, сталкивались лоб в лоб и одновременно с противниками пугались. Особенно твари шарахались от Лапы, когда он принимал форму астрального оборотня.

Многие жители леса, получив царапину, отступали, не понимая даже с кем столкнулись. С их точки зрения, мы четыре непонятных существа с длинными жалами на деревянных хвостах, один и вовсе призрачный волк какой-то, второй двухголовый, четырёхрукий и четырёхногий. Наверное, думали, нечто вроде «Ну их этих мутантов, вдруг заразные».

Один раз вышла глупая трата патронов. Хоббит-одиночка скатился со склона, заставив нас вздрогнуть, сам дёрнулся с перепугу и словил пулю. Молодой совсем был.

Мы перекусили собранными им ягодами и двинулись дальше.

Уже показалось подножие. Открылось второе дыхание. Нас догадались встретить, несмотря на всю опасность этого мероприятия. Группа из четырёх человек забрала рюкзаки.

Я выдохнул. Уже не был уверен, что осилю подъём в гору.

Улыбнулся и шагнул, наступил на что-то. И это что-то зашипело. Змея! Ногу обожгло, и я свалился вместе с раненым. Змеюка куснула и Кая.

— За Элен быстро! — заорал кто-то.

— Может отсосать, — произнесла, кажется, Цветанка.

Так и хотелось сказать: «Обязательно, но сначала яд нейтрализуйте». Но язык не слушался. Веки отяжелели. Ядрёная ползучая гадина попалась. Давай, Реген, тащи катку.

Глаза открыл в пещере. Я тут находился не один. Три девушки и четыре парня с повязками сидели и тихо болтали или пребывали в отключке. Похоже, что-то случилось, пока нас не было. Кая я среди них не увидел. Неужели Элен его уже на ноги поставила?

— Эй, — окликнул я Теодора. Мужик обернулся, и мои брови невольно подпрыгнули, через всё лицо у него шла ужасная двойная кровавая полоска. Разрез был до самой кости, и Элен даже не стала тратить силы, чтобы его затянуть. Просто остановила кровь и зашила вручную. Значит, ей пришлось потрудиться, и она экономила ресурс, даже с зельями маны и лечения. — Окликни кого-нибудь.

Он вышел и вернулся уже с лекаршей, которая выглядела теперь даже старше Теодора, который, вообще-то, самый старший из нас.

— Бабуль, ты ли это? — уставился я на неё. Меньше пятидесяти двух бы не дал.

Она пнула меня по кроссовке за глупую шутку и присела, коснувшись лба.

— Здоров абсолютно. Удивительно, но на тебе мои способности работают в несколько раз лучше, чем на ком-либо ещё.

Рассказать бы ей про Регенерацию, да не буду. Пусть думает что хочет.

— Может, это судьба, — раздался голос Аманды, и Элен пронзила её взглядом.

— Вы рискуете остаться без медпомощи, госпожа Бронкс, — холодно бросила Элен. Была вся какая-то нервная и дёрганная. На пределе прям.

Аманда открыла было рот, чтобы как-то парировать, но я сказал:

— Эй, не донимай её.

Бронкс дала мне попить, и я смог подняться. Была лёгкая слабость, как в первый день простуды или, наоборот, в последний, но на этом всё.

— Кай умер, — сообщила Аманда, когда мы вышли наружу.

— Да ну нахер! — выругался я. — Я же донёс его. До самого лагеря, блин! Почти.

— Злая шутка судьбы, — философски заметил девушка.

— Манал я такой юмор. Что тут было?

— Грифон напал. Ну как напал. Сначала сел возле пещеры. Стал клокотать. Все перепугались. Половина на улице была, а он вход перекрыл. Бил лапой и щёлкал клювом. Потом улетел. Затем через какое-то время снова вернулся.

Тут подошёл Камуй.

— Я попытался с ним в контакт вступить, но это очень сильное полуразумное животное. То есть, у него высокий интеллект, очень высокий, но это всё же зверь по своей сути. Я понял, что он злится всё сильнее, но не понимал из-за чего, и в итоге он побежал клокоча. Хотел просто напугать, но выглядело со стороны как атака, и Тор выстрелил. Лишь немного повредил ему крыло, но особого вреда не нанёс, тогда монстр взбесился и ну… ты видел в пещере.

— Никого не убил хоть?

— Хомяка моего унёс. Теперь вот, — он указал на большую мышь, отожравшуюся уже до размеров крысы. — Новую зверушку качаю. А Хома уже размером со сторожевую собаку был, — расстроено протянул парень.

— И никто не понял, что хотел грифон? — обвёл я всех взглядом.

— Нет, — сказал Камуй.

— Здесь кто жил до этого? — спросил я.

— Дикие вампиры.

— Пили кровь, — подтолкнул я. — А костей вы много тут нашли?

— Не было вообще, — сконфуженно произнесла Аманда.

— Но тела куда-то девались, — заметил я. — Тупни, блин.

— А он ведь подходил к вонючей куче тел вампиров, — заметил Камуй.

— Ему свежее мясо надо было, — сказал я. — Не везёт нам сегодня с пернатыми.

Я поймал глазами Рин. Она была уставшая. Похоже, пришлось ей попотеть, чтобы тут всех в кулаке сдержать.

Созвал на совет Элен, Аманду и Рин.

— Докладывайте, — сказал я.

— Я постаралась экономить, — начала Элен. — Подключала батареек, немного зелья маны и немного зелья лечения. В общем, по чуть-чуть от всех источников. И всё равно, ну вот, — она провела рукой от головы до талии.

— Рин? — уставился я на псионика.

— Отпусти меня погулять, — сказала она. — Иначе я с ума сойду. Это очень тяжело.

— Да пожалуйста. Иди проветривай голову. Прям щас можешь уйти подальше наверх. Только чтобы я тебя видел, и пистолет возьми.

Я подозвал Лизу вместо Рин.

— По бортовому журналу есть, что сказать? — просил я у неё.

— Есть, и не только по нему.

— Хорошо. Аманда?

— Народ был занят делом. Я проследила, чтобы все застирали грязную кровавую одежду, сами помылись. Песка и травы даже натаскали, хотя были шампуни у Софи и ещё этой, за тобой которая вьётся.

— Цветанки?

— Да.

— Смены по дежурствам как?

— Нормально, хотя в голове держать это трудно.

— Попроси тетрадку и веди там список, чтобы потом обидок не было.

— Бумаги жалко.

— Задницу и листьями подтирать можно, — сказал я. — Я сейчас схожу помоюсь, и продолжим.

— Там раненые в пещере, — заметила девушка.

— Да и чхать, — сказал я. — Крыльями меня закроете и будете как шторку их держать.

— А если мы подглядывать начнём? — весело проговорила Лиза.

— Мне стесняться нечего, — сказал я.

Сходил в пещеру, помылся, переоделся и вышел для обстоятельной беседы со стюардессой. Народ уже ждал от меня какого-то слова.

— Смотри, — сказала Лиз, разворачивая карту.

— Можно? — подошёл Томас и Ликтор, следом потянулись остальные любопытные.

— Эй! — окликнул я их. — Софи, сюда, остальные свалите, нечего толпиться. Всё всем расскажем и покажем. Как дикари, чесслово.

— Ну мы сейчас и есть дикари, — заметил Тор.

Но увидев мой кулак, сразу стих.

Лиза провела маршрут пальцем от Кадии до Фатума.

— Мы должны были следовать вот так. Но примерно в этой точке начали падение.

Я понял её мысль и поспешил продолжить:

— Учитывая, что там везде равнина, а мы дошли до каких-то предгорий, мы вот в этой области где-то, левее маршрута, получается.

— Нужно ещё поискать ориентиры, — сказала стюардесса.

Я кивнул.

— Взберусь на гору или пойду вот так, — я провёл линию пальцем. — В реку в любом случае упрусь и станет яснее, где мы именно. Вдруг изгиб русла какой приметный обнаружу. И уже сможем строить план, как добираться.

— Можно по реке, — сказал Ликтор. — Можно построить плот и…

— Быть съеденными речными тварями, — оборвал я его. — Ты забыл, почему у Кадии дамба с двух сторон? И всё равно ведь проплывают бестии всякие. А тут, на дикой земле, страшно представить, чем кишит вода.

— А ты предлагаешь пешком идти⁈ — взорвался Ликтор. — Нас с каждым днём всё меньше. Элен уже старуха!

— Заткнись, — спокойно сказал я. — Или общайся ровно, или выйди нахрен и уступи место кому-то менее истеричному.

Он сжал кулаки и шумно задышал.

— Скандалы будешь дома родне закатывать, — добил я его. Он поиграл желваками и отошёл. Его место заняла Бета.

— Жаль, навигатор не уцелел, — сказала Лиза. — Он писал маршрут. По нему было бы проще.

— Имеем, что имеем, — пожал я плечами.

Поднялся на небольшой камень и повысил голос.

— Значит так, народ. Сейчас у нас пять основных задач. Первая — укрепить оборону лагеря. Придётся тут ещё задержаться. Вторая — повысить боеспособность отряда. Это я на себя возьму, наделаю оружия. Третья — дойти до реки, посмотреть, есть ли там вообще спуски, кто и что там водится, можно ли, например, добывать рыбу или рыба добудет нас. Четвертая — подняться на близлежащую пиковую точку. Оглядеть округу. Может, этими двумя шагами, мы чётче определим наше местоположение. И пятая, наш самолёт по пути где-то стошнило багажом. Нужно пройти по примерному маршруту падения и найти чемоданы. В них экипировка для КП, считай, доспехи. Ну и, возможно, ещё чего полезного отыщется.

Понятный план их воодушевил. Настороженность с лиц ушла. Все стали живо обсуждать.

Я вздохнул. Вроде какой-то авторитет заимел. Но это всё до первой ошибки. А она непременно случиться. И что тогда делать не очень ясно.

Скорей бы ночь. Уйду в Путь, подальше от этого всего бремени. Там я только за себя отвечаю.

Я остался только с Амандой.

— А ты складно говоришь, — подбодрила она меня.

— Угу, — буркнул я. — Придумай, пожалуйста, кто со мной в горы сейчас сунется и собери рюкзак в дорогу. Я пока пойду оружие поделаю.

Я оборудовал место. Притащил с леса заботливо выкорчеванным кем-то пенёк, судя по роговым частицам, это кто-то просто почесался так. Подобрал булыжники нужной формы, развёл костёр, взял топорик, связку проводов, тюбик клея, крыло гарпии и так по мелочи всякого.

Сначала взялся за копья. На смену деревянным теперь пришли с металлическими наконечниками. Потом принялся за стрелы. В итоге пожалел, что взял мало композитов всяких. Стрелы вышли самые лучшие из них. В полёте себя естественнее ощущали как будто.

Вообще, ощутил, что появился некий лукарский снобизм. Мол, вот с дерева стрелы самые настоящие и лучше всех, а всё остальное это так. Откуда вдруг? Может, меня всё же эльфы покусали.

Надо бы второго стрелка завести в отряде.

Нашёл себе здоровенный дрын в лесу. Обточил его под лук. Старую тетиву переставил на эту необработанную заготовку, себе сделал новую из паутины, только вот растягивалась зараза, пришлось очень толстую плести и слабину вытягивать как бы. Ну всё равно, надо следить, чтобы натяжение не падало и, если что, дорабатывать.

Нужен кто-то сильный и без способностей. Ха.

— Кайрат, а ты из лука в Дигме стрелял?

— Не особо. Пару раз, может, когда ночь была и порох не работал.

— Плохо. Ну ладно. Будешь учиться. Я вас прикрою сверху, а ты с кем-то сходи вниз и набери гибких стеблей для чучела. Я сплету мишень специальную, по ней работай, и всем дашь попробовать, если у кого будет хорошо получаться, на пару станете тренироваться. Всё, ты теперь старший по запасному луку.

— Есть! — браво козырнул он.

— На жопе шерсть, — добавил я. — Иди уже.

Всё одну головную боль скинул. Показал остальным, как пользоваться копьём. Самые базовые удары. А потом скрафтил себе деревянную киянку и сделал из остатков обшивки две нагрудных пластины.

Оставался один маленький нюанс.

— Гхм, дамы, — сказал я. — Мне необходимо произвести, как бы это сказать, замеры, для большей анатомической точности. Вы ничего такого не подумайте.

— Только попробуй!

— На глаз делай.

— Извращенец!

— И не стыдно?

Гхм. Ну ладно, на глаз так на глаз.

Пока работал наблюдал за людьми.

Лапа, Тадеуш и Ликтор кучковались вместе. Плохо это.

— Аманд, — подозвал девушку и прошептал на ухо. — Та троица, чтобы вместе никогда на дежурство не попадала.

— Хорошо. Поняла.

— Вот и умница. Чтоб я без тебя вообще делал.

— Выл от горя.

Затем занялся остатками крыльев. Они были очень плотные. Стрела тогда увязла. Пуля, пробив переплетенье крыльев, теряет основную силу. Тот же грифон навалял всем по первое число и был таков. Хотя из рассказа следовало, что стреляли в него метров с пяти.

К тому же они очень лёгкие, что критично при бое или активном передвижении по лесу. Сделал ещё два нагрудника.

Подозвал Элен и Рин. Вручил им доспех из алюминия и строго настрого наказал не выходить без них из пещеры. Крылатые выдал Лизе и Камую.

Мышь зверолова уже была размером с кролика. Я сводил его вниз, и он поймал ещё и птицу, будет у нас за часового. Это была странная мелкая хищная и зла пернатая.

— Их называют боевитка, — пояснил он. — Характер у них не соскучишься. Навсегда запоминают тех, кто их обидел.

Остался ещё материал крыла. Подумал, кому ещё нужно раздать. Надо это как-то грамотно сделать. В итоге решил, что Бете, как основной батарейке Элен, с которой у неё лучшая связка.

— Отвали! — заорал Саманта Агаян на весь лагерь. — Сколько раз тебе сказать?

Тадеуш пытался отвести её в сторонку, но девушка вырвалась и ушла.

Хм…

— Аманда, — тихо проговорил я. — Организуй мне беседу с Самантой, чтобы никто не знал об этом.

— Попроси всех помочь со своими делами, — сказала девушка. — А я с ней поговорю, чтобы она откликнулась, вроде как сама.

Я дождался знака и громко спросил:

— Порукодельничать никто не хочет?

— Я! — отозвалась Саманта.

— Смотри, вот эти острые края доспеха нужно зашлифовать камнем, вот так, — я показал.

Все быстро потеряли к нам интерес, я сел к ней спиной и тихо проговорил, чтобы никто не слышал.

— Саманта, могу ли я тебя кое о чём попросить.

— Это что-то с Тадеушем, — сразу догадалась она.

— Да.

— Это наши с ним дела.

— Я знаю. Но ест вещь, в которой только ты можешь помочь. И если это не сделать, боюсь, всё может плохо кончится. Если откажешься я пойму. Просьба такая себе, с точки зрения морали. Можно сказать, даже немного оскорбительная по отношению к тебе.

— Говори уже, — явно заинтересовалась она.

— Не могла бы ты начать оказывать знаки внимания Ликтору.

— Что? Ты охренел⁈ — прошипела она.

— Я хочу, чтобы ты вбила клин между Ликтором и Тадеушем, чтобы однажды они вдвоём не вбили мне нож в спину. И я сейчас не фигурально выражаюсь.

— Ты козёл, Андрей Богданов.

Я лишь пожал плечами.

— Пусть так. Но козёл, который хочет, чтобы все выжили.

— Хорошо.

— Спасибо.

— Засунь его себе в задницу.

Девушка встала и ушла.

Фух.

Только выдохнул и хлебнул воды, как Аманда вручила мне рюкзак.

— Там вода, перекус, мини-аптечка, верёвка, маленькая радейка и бинокль.

— Бинокль⁈ — удивился я.

— Да в рюкзаке у Лизы был.

— Здорово.

— Успеете до темноты? — поинтересовалась она.

— Не факт, — сказал я. — Потому один пойду.

— Может, лучше на завтра оставить?

— Завтра до реки, — отрезал я.

— Не ходи один, — попросила Аманда. — А если ногу подвернёшь или ещё что.

— Ладно, — вздохнул я, пока остальные наседать не начали. — Мэй, ты как? Дышишь нормально?

— Нормально, — бодро отозвалась девчонка.

Вот и выведаю у неё по пути все секреты ищущих.

— Тогда за мной.

Аманда мне подобрала двух девушек. Зою Нур, худышку с цветными косами, батарейку по специализации, и Тару Майю, черноволосую смуглую красотку зверолова. Её питомца я не видел.

Обе так и были в форме чирлидерш.

— Вам реально в этом удобно? — спросил я.

— Да, — с вызовом во взгляде ответила Тара.

— Ладно, — сказал я. — А кто у тебя в подчинении?

— Геккончик. Он вон, — она указала на почти полностью сливавшегося с камнями геккона. Тварь уже вымахала в метр и обросла броней. А в природе небось с ладошку. — Сегодня ночью он уже на дежурство сможет заступить. Долго его подчиняла. Одиночка. Еле как продавила волю до конца.

— Ладно, красавицы. Идём.

Не хотел брать, но надо, чтобы они нашли ножны для меча мне. Устал как дурак его таскать.

Мы начали подъем, я шел впереди. Иногда подавал девушкам руку. Мэй и Зоя принимали, а вот Тара два раза прошла мимо, и больше я ей руку не протягивал.

— Начинает темнеть, — заметила Зоя.

— Привал минута, — объявил я. Тут можно было осмотреться и немного наладить контакт. — Зой, можно я тебя на руки возьму?

— Зачем? — удивилась она и даже отшатнулась.

— Интересно, сколько ты весишь. Уж больно хрупкая на вид, как балерина.

— Это кажется только, — она заученным чирлидерским движение прыгнула мне на руки.

— Ну да. Пушинка. Я вспомнил только сейчас. Это ведь тебя всегда наверх пирамиды ставят, когда вы фигуру строите.

— Да, — улыбнулась она.

— У меня сердце каждый раз замирает, когда ты оттуда падаешь и тебя ловят.

— На то и расчёт, — подмигнула девушка.

Тара лишь закатила глаза. Как с ней общаться пока не ясно. Но придётся контактировать с каждым. Для той же Зои я теперь не просто неплохо командующий пацан, цена авторитету которого до первой ошибки, а парень, у которого за неё сердце замирает.

— Можно волосы твои посмотреть? — спросил я и, не дожидаясь ответа, взял прядь Зои в руку. — Интересные такие.

— Это не краска, если что. Мутация.

— Да ну! — удивился я. — Круто.

— Повезло тебе с мутацией, — сказала Мэй, которая кроме меня ни с кем обычно и не разговаривала.

— Ага, могло третье ухо на лбу вырасти, — холодно бросила Тара. И Зоя показала ей язык.

Я осмотрел склон. Подозрительно тихо тут. Подошёл к краям и поглядел с обрыва. Красиво, блин. Все эти изгибы гор. Вроде и надежно стоишь на плато, а от смерти отделяет полшага.

Ветер рванул снизу, растрепав девчонкам волосы.

— Идём, — объявил я.

Немного отстал, пропуская спутниц вперёд, и когда они скрылись за поворотом тропы, сел, использовал Путеходец. Вытащил ножны. Для маскировки схватил с пола ещё обломанное древко и какой-то мятый наплечник. Открыл глаза. Быстро встал, примерился и со всей силы забросил всё наверх, на следующий виток тропы. Теперь они их первыми найдут.

Догнал девушек. Тропа стала поуже, и приходилось частенько взбираться с опорой на руки. Тара шла передо мной, так что мне открывались неплохие виды. Вроде и нет у них приседаний как базового упражнения, а так и не скажешь.

Справа потянулся отвесный склон.

Тут уже пошла каменная и совсем узкая дорога. В одном месте и вовсе был переход над пропастью вдоль скалы.

Мэй и Зои на нём было комфортно, а вот Тара бросила на меня тревожный взгляд. Спиной к стене ей задница мешала, а лицом к ней грудь.

— Надо было грифона очаровывать. Сейчас бы так не мучилась, — поддел я её.

— Пройти-то мне теперь как? — возмутилась она.

Я подошёл, и у самого сердце забилось. А эти две прошмыгнули и хоть бы фиг.

Я достал из рюкзака верёвку и перекинул её на ту сторону. Мэй поймала.

— Вдвоём натягивайте, сделаем нашей фигуристой спутнице перила.

Тара, осторожно ступая, начала переходить. Я следил за каждым шагом. Но натяжение было несильным, она лишь слегка опиралась на верёвку и прошла нормально.

Когда я перешёл, она всё еще стояла, опираясь руками на колени, и пыталась отдышаться.

— Спасибо, — проговорила она.

Мы пошли дальше.

Меня заинтересовали следы. Маленькая нога. Похоже на гоблинский след.

— Будьте осторожнее, — предупредил я. Тара обернулась. Я показал ей отпечаток.

Дамы двигались вперёд, а я взобрался на камень и внимательно изучал округу. Ничего похожего на тайные ходы горных гоблиноидов не было.

— Глядите! — неожиданно воскликнула Зоя.

— Зои, что там? — спросила отставшая Тара.

Я сделал вид, что насторожился.

— Возможно эт следы сражения, — задумчиво проговорила девушка.

Я догнал их. Нашему вниманию предстал натюрморт: ножны, древко и наплечник.

— Хм, — задумчиво протянул я и поднял ножны. Повертел, словно в первый раз видел, и вставил меч. — Ха!

— Древко возьмите. На хворост пойдёт, а наплечник как сувенир, — сказал я.

Я изобразил неловкость в движениях, отыгрывал неумение надевать ножны. Зоя и Мэй мне помогли.

До вершины оставалось немного.

— Поднажмём! — протянул я и пошёл вперёд, подавая пример. Уже скоро солнце за гору зайдёт и совсем ничего не видно будет.

— Всё. На месте, — объявил я. — Можете полюбоваться видами.

Я полез на самый пик почти треугольной формы. Забрался по огромным камням ещё метров на двенадцать. Отсюда открывался совершенно потрясающий вид на линию холмов и зубцы гор.

На одном из них было что-то непонятное, не то чьё-то жилище, не то какое-то существо. В сумерках уже не разобрать. С утра ещё посмотрю.

Достал рацию.

— Лиз ответь Анду. Лиз Анду.

— Лиза, — «взяла трубку» девушка.

— Мы на месте. Уже темно, спускаться не будем. На рассвете придём.

— Принято.

— Сейчас попробую отсюда с высоты связь половить.

Я вытянул антенну и запустил поиск. Что удивительно несколько раз ловил непонятные сигналы, какие-то зашифрованные коды из жутких помех. Выставил базовую частоту ретрансляторов, но ничего не нашёл. Зачем-то всё равно выслал сигнал о помощи.

Спустился.

— Ночуем тут, — объявил я. — Вон под тем камнем будем как под навесом. Все влезем. Утром ещё раз слажу и при свете дня осмотрю горы.

— А это не опасно? — спросила Тара.

— Не опасней, чем в темноте спускаться. Во сне хотя бы ноги не переломаешь.

Девушки разложили плед и рюкзаки под головы вместо подушек.

— Голодные? — спросил я.

— Есть такое, — призналась Зоя.

— Сейчас.

Я сходил и собрал хвост. Пересохшие, почти невесомы ветки редких кустарников, которые зачастую демонстрировали запредельную тягу к жизни, прорастая почти на голых камнях. Я, конечно, не Ликтор, но эти кусты уважал сильнее прочих горных жителей. Гоблины и гномы по сравнению с ними — огурцы тепличные.

Я развёл огонь и разогрел сухпай прямо в упаковке. Отдельно в железной кружке погрел чайкофский.

Девушки улеглись.

Я взял себе первую смену дежурства. Слушал, как меняется их дыхание, когда они засыпают. Только одна делали вид, что спит.

— Тара, — обратился я и угадал.

— Что? — тихо отозвалась она.

— Спи спокойно. Ничего не случится. Никто вас не потревожит.

Удивительно, но минут через пять она уснула. Хотя я уже приготовился вырубать его Заговорами.

Я слушал горы. Ветер стих и давал насладиться звуками. Хлопанье крыльев дракона разносилось особенно слышно. Есть у этих гор свой хозяин, значит.

Горы жили. Осыпалась земля и камни, вылезали из нор ночные зверьки. И кто-то тихо крался.

— Я тебя слышу, — проговорил я.

Из-за камня вышел седой гоблин. Один глаз был с бельмом. Зубов едва ли половина. Крючковатые пальцы с разбухшими суставами плохо слушались, но он кое-как жестами показал, что он стар и безобиден. Хотя это и так было видно.

— Чего тебе надо, старик?

Не особо я ему доверял. Где один гоблин, там и целое племя. Хотя уж следы группы я бы заметил.

Он показал на небо и сложил руки крестом. Показал, что хочет пить.

Видимо, давно дождей не было, и его привычные места пересохли. Гоблин снял с плеча мешок на лямках и стал вытаскивать свои невеликие сокровища. Деревянный стакан, ржавая полоска ножа, полоски кожи, крысиные шкуры, наконечники стрел, причём очень разные.

— Наконечники все возьму, — я отложил семь самых функциональных на вид. Налил ему воды в стакан. — Не попадайся нам на глаза. Я тебя не трону, но остальные могут напугаться.

Продублировал сказанное жестами, и он вроде понял. Ушёл и ещё долго сидел за камнем. Всё же раздумывал, получится ли напасть.

— Я убью тебя, старик. Только косой взгляд бросишь, и ты покойник, — пообещал я. И тогда он всё же ушел.

Я разбудил на дежурство Мэй.

— Ну давай, ищущая, скажи, кто тут был.

Она встрепенулась. Сонливость отступила. Девушка не видела следов в темноте, но безошибочно замирала в тех местах, где стоял гоблин.

— Точно иномирец, — осторожно произнесла она. — Один. Но с ним что-то не так. Странное чувство. Возможно, он родился на земле, или полукровка с человеком. Слабый фон. Крайне слабый. Я бы предположила, что это кобольд, орк, гоблин или подземный эльф.

Я бросил ей наконечник. Она принюхалась.

— Гоблин!

Я удовлетворённо кивнул. Подвернулся удачный момент, выспросить её про секреты ищущих.

— Так что вы из себя представляете? — поинтересовался я.

— Вообще-то, в рамках противодействия любой агентурной деятельности вторженцев нам, в отличии от других, запрещено разглашать какие-либо подробности о себе.

— Да брось. Мы в жопе мира. Возможно, уже ночью меня убьёт старый гоблин, потому что кто-то из вас проспит смену. Как ты поняла, что ты ищущая?

— Ну, — она пожала плечами. — Я всегда чувствовала всякое. Непонятные тревоги перед Фазой, которые потом, лет в двенадцать сменились ночными припадками и дневными паническими атаками. Это ужасное чувство, кажется, что ты сейчас умрёшь, и совершенно не ясно, от чего.

Я кивнул, мол, продолжай.

— На первом же осмотре врач сказал, что мне нужно в даровый центр. Там специалист сходу определил, в чём дело, и мной занялись уже наши братья ищущие. Сначала нас учили различать магические частицы. Молекула Сахарова, ангельнул, мидароксы и прочие. У них у всех своё ощущение. Потом началось натаскивание на существ из разных фракций. Постоянно сличаешь ощущения. Должен держать в голове всю эту карту «астральных запахов» или магических слепков. В общем, довольно сложная дисциплина.

— Но она тебя поддаётся.

Мэй пожала плечами.

— Я бы сказала, что я середняк. Когда поступлю в академию, там уже будут детективные практики, разборы реальных дел. Мы будем «нюхать порталы». Как бы жестко это ни было. На таких вылазках, чтобы обучить ищущих, часто погибает много простых бойцов. И меня ждёт всё это, и многое-многое другое. А до того времени нужно выучить весь этот алфавит «ищущих». Понятно, что там будет всё глубиннее. Я надеюсь, что нам расскажут тайну всей этой системы. Почему происходит открытие порталов.

— Думаешь, это известно? — удивился я.

Девчонка пожала плечами.

— Расскажи о себе, — попросил я.

— Ну у меня три брата и… — она что-то вещала о первой, второй и третьей школе. А я не заметил, как отрубился.

Очнулся рывком. Солнце уже выходило из-за горы. Просрал! Отрубился и профукал ночь в Пути. Сейчас тогда спустимся и лягу спать. Уж мои законные четыре часа сна группа без меня продержится, никуда не денется.

Я растолкал девчонок, а сам размялся и полез на гору. Надо рассмотреть при свете, что там за пятно непонятное было.

Забрался на пик. Поднял бинокль. Так, вижу вон там какие-то ходы. На той горе вроде даже створки каменные. Полноценная дверь. Работа, вероятно, гномская. Надеюсь, хотя бы не гномы пустоты, а обычные.

Я опустил бинокль. Глядя на всё это безобразие, чувствуется, что все эти твари теперь хозяева земли. А мы заперты в городах, будто в какой-то резервации.

Вон то пятно. Серо-голубое какое-то, будто под цвет облаков. Снова припал к оптике и замер с открытым ртом. Это был аэростат. Да, спущенный, сдувшийся, но всё же. Под ним даже имелся подвес для пассажиров или аппаратуры. И вроде целый.

— Эй, кто-нибудь. Залезьте ко мне. Я должен убедиться, что мне не мерещится.

Чирлидерши сделали привычную для себя лесенку и говорили Мэй, куда ступать, чтобы она могла по ним подняться. Затем она полезла уже сама, и тут я подал ей руку.

— Вон туда смотри, — указала я, протягивая бинокль.

Девушка глянула и повернулась ко мне с расширившимися зрачками.

— Девчонки. Вам надо это видеть, — протянула она.

И все полезли. Пришлось потесниться.

— Скорее, бежим вниз. Надо всем рассказать! — затараторила Зоя.

Я вызвал лагерь по связи. Спросил, как там дела. Ещё раз попробовал поймать связь, но не вышло.

Мы спустились. Лагерь пробуждался от сонного оцепенения. Я пока не стал никому ничего сообщать. Дождался, когда все соберутся, и объявил:

— Мы нашли аэростат!

Все запереглядывались, загомонили.

— Это шанс, — сказал я. — Если даже не улететь на нём, то подняться вверх и гарантированно поймать устойчивую связь.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.