Нас у родителей двое: моя старшая сестра Света пятнадцати лет и я, Сергей, тринадцатилетний пацан. Лет эдак с девяти я начал, как, впрочем, и каждый парень в моем возрасте, сначала неумело, ну а потом все «профессиональней», увлекаться онанизмом. Половое созревание, так сказать, было в разгаре. В отличие от героев инцестуозно-порнографических рассказов, читающих Бунина и др. классиков, мне просто ужасно хотелось, ну хоть с кем-нибудь, ну хоть разочек трахнуться. Просто всунуть для разнообразия. Но вопрос — с кем?..

Была у нас соседка Ленка, она училась в пятом классе, и этим летом я почти уговорил ее снять трусики у нас на задворках, в смысле чтоб хоть посмотреть, полюбоваться эстетики ради, но не вышло, уж больно сильно ее опекала родная мамуля. Да и мелюзга она еще была пузатая. Имели место еще несколько попыток с одноклассницами, но и тут мимо. В голове у них были только фантики да бантики, а в делах любовных они существовали пока на «платоническом уровне», то есть больше чем сходить в кино, поесть мороженого да подержаться за ручку во время прогулок по парку в их планы не входило. И когда я предлагал некоторым из них уединиться у меня в комнате и, так сказать, «себя показать и на других посмотреть», то мне показывали крутящийся палец у виска и в дальнейшем старались избегать, обходя, как чуму. А еще говорят, что женщины взрослеют раньше. Одним словом, лишь «рука своя дроча спасала». А как хотелось большего… Так бы я наверно и дальше прозябал. Но вот недавно произошло следующее. Родители уехали в гости к тетке в деревню на выходные, а мы с сестрой остались одни. В сущности не в первый раз. Живем мы с сестренкой очень дружно и компании друг друга не избегаем, скорей наоборот. Разумеется, у нее есть подруги и у меня друзья, но не такие, за которыми в огонь и воду. Да и женихов-невест тоже пока не наблюдается. Конечно, многие пацаны хотели бы закадрить с моей сестренкой, она очень красивая и невероятно стройная, но Светик не торопится. Мол, «не с кем, одни уроды да козлы кругом». Мне же как брату нравится ее добрый и покладистый характер, и вообще она девчонка с понятием. По всему мы схожимие натуры и мир воспринимаем одинаково. Даже играя в детстве, мы выстраивали себе только нам одним понятный виртуальный мир, дополняя и подхватывая идеи друг друга. А потом как бы жили в нем, понимая друг друга с полуслова. Не мудрено, что мы с сестрой так охотно коротаем время вдвоем.

Вот и в тот раз смотрели телек. Чем еще займешься зимним вечером на каникулах в такой мороз. Шел какой то дежурный фильм, который показывают каждые три месяца. Мы его смотрели так, от нечего делать, без звука, лежа рядышком на диване и почти спали. В комнате был полумрак, и нам было тепло и уютно. Я лежал сзади, обняв сестренку за талию. И не знаю, не то от тепла и запаха, исходившего от любимой сестренки, не то от тесноты, но мне вдруг почудилось, что мой дружок проснулся и встает. Я попытался отодвинуться назад, но уперся в спинку дивана. Я понял неизбежность грядущего, и густая краска ударила мне в лицо. Надо было незамедлительно что-то делать, до того как это заметит сестра, ведь стыд-то какой. И тут подумалось: может, она спит, а он там внизу потихоньку успокоится. Но остановить пробуждение сего молодца в тонкой пижаме на голое тело, прижатого к теплой попке Светки, я не смог бы даже неимоверным усилием воли: возраст, понимаете ли. Член рос и рос. Оставалось одно: тихонько встать и уйти. Но тут я почувствовал легкое покачивание попки сестренки. Она чуть заметными движениями, украдкой будто бы ласкала напрягшийся член ягодичками, тихонько прижимаясь и ведя ими то вверх, то вниз, то из стороны в сторону, а то зажимая его между ними. Неужели заметила, черт! Я затаил дыхание, боясь шевельнутся, не веря в то, что ощущал. Ствол напрягся еще сильней, а в голове все заверте. С одной стороны, мне было очень приятно, с другой то, что происходило, происходило с моей родной сестрой, и это было шокирующим и даже неприличным. Как ни странно, именно это обстоятельство возбуждало меня сильней. Может, она спит и ей что-то снится? Нет, этого не может быть! — совершенно ошеломленный, прикинул я.

Между тем «он» в штанах все больше напрягался, и непроизвольно, скорей импульульсивно от приятного чувства в пахе, я двинул таз навстречу светкиной попке и прижался к ней. Она же, как ни странно, не отодвинулась, а тоже прижалась ко мне. Нет, она явно не спала. И мне стало невыразимо приятно. Никогда еще я не испытывал подобных ощущений. Теперь мы уже терлись друг о друга внаглую. А так ведь, наверно, и кончить можно… Гиперсексуальность… В душе́ понимали, что волей нелепого случая пересекли определенный барьер взаимоотношений между братом и сестрой, и тем не менее продолжали эту бесстыжую игру дальше. Света была в старой футболке в обтяжку и в растянутых из тоненького трикотажа штанишках от пижамы до колен. От нее веяло таким родным и любимым, да и движения ее попки заводили. Я, не выдержав, подумал: будь что будет. Тихонько двинув руку вверх от ее талии к груди и, остановившись на ней, я легонько сжал ее, оценив нежную упругость молодой плоти. Под футболкой тут же напрягся маленький девичий сосок, я отчетливо это почувствовал. От переживаемого наслаждения и новых ощущений у меня закружилась голова и как-то вдруг понесло. Светка никак не сопротивлялась происходящему, напротив, она была спокойной и податливой, явно наслаждаясь этой новой игрой. Несомненно, мы оба ясно понимали, что занимаемся сейчас — чем-то явно не детским. И несомненно, каждый из нас уже не раз в мечтах представлял себе подобную ситуацию и желал этого (я так точно). Но не так, не между сестрой и братом, упаси бог. Но вместе с тем мы наверное оба думали в тот момент, что то настоящее, большое и светлое, с тем, «от бога суженым», придет еще не скоро. А сейчас мы два близких и родных человека, здесь рядом и хотим одного и того же. И шаткая утопия: мол, если в сущности никто из нас не против того, что происходит, то почему бы не попробовать дотронуться до запретного. Нет-нет, только совсем чуть-чуть, самую малость. Ну да, сестра, да, брат, да, нельзя, но ведь нам так хорошо сейчас, и никто об этом никогда не узнает. Уж лучше не думать о том, как далеко мы можем зайти и что же будет дальше после всего этого…

Я приподнялся на локте и поцеловал сестру в шею. Девушка чуть съежилась от щекочущего прикосновения. Теперь, не боясь ничего, я, просунув вторую руку снизу под ее бок, нежно и вместе с тем бессовестно мял теперь уже обе груди сестры. При этом мы оба продолжали ритмично тереться друг о друга, уже достаточно возбужденные, раскрасневшиеся и вспотевшие. Дыхание и у меня и у нее было учащенным и то и дело сбивалось. Под рукой я чувствовал, как часто бьется сердечко сестры, а она, несомненно ощущала мой пульс у себя между ягодиц. Осмелев еще больше, я задрал Светину футболку и впервые в жизни коснулся обеими руками голой девичьей груди. Мне даже показалось, что от полученного, просто обалденного ,ощущения я сейчас кончу. В этот момент я услышал среди мерного поскрипывания дивана и нашего довольного сопения, разорвавший тишину голос сестры, и даже испугался его.

— Эй, ты что делаешь, шалунишка? А?

Таким голосом она до этого никогда не говорила, по крайней мере со мной. Он звучал похотливо, сквозь зубы, как будто ей челюсть оскоминой свело. Она была явно на взлете и уже слабо контролировала себя. До этого все происходило в полной тишине, и было такое ощущение, что каждый из нас сейчас вовсе не занимается блудом, все это вроде бы как детская игра в любовников, и что мы скоро доиграем и как не в чем не бывало будем дальше таращиться в телек, чистиь зубы и продолжать те же братско-сестринские забавы. Этим «Шалунишка» она будто предлагала: давай не играть, давай по настоящему. И я, честно говоря, растерялся, не зная что ответить и, продолжая сжимать грудки, все же выдавил из себя первое, что пришло в голову:

— Какие они у тебя… Свет.

Светка вдруг прекратила движение попкой, неожиданно закинула руку за спину и положила ладошку на член, поверх тонкого трикотажа штанов.

— Ого! Ничего себе малыш!.. — тем же похотливым тоном промолвила она. Я даже не успел среагировать, как она уже забралась ко мне под пижаму и стала неторопливо мять моего красавца. От неожиданности, что мое копье дрочит нежная девичья ручка сестренки, я чуть не закричал от кайфа. Светик делала это немного неумело, но все же очень хорошо. Наверно, ей было не очень-то удобно в такой позе. И она, все так же лежа спиной ко мне, вынула руку из моих штанов и, подергав вниз за их резинку, сказала:

— Сними, пожалуйста это, а то я так не могу.

Мы оба замерли, я в нерешительности, а Светка в ожидании. Прошло наверно с минуту… Но я не шевелился.

— Э-эй, слоник, дай мне свой хоботок! — подгоняя мою нерешительность, шаловливо шепнула сестра фразу из нами обоими любимой в детстве сказки. Выпустив прелестные титечки, я обеими руками нехотя потянул штаны вниз и, сняв их, улегся снова. Света в это время повернулась ко мне и мы встретились глазами. Каждый из нас прочел во взгляде другого бесстыжую похоть пополам со стыдливой нерешительностью, но мы, как бы не замечая этого, быстро отвели глаза, подчиняясь нестерпимой хотячке и продолжали дальше. Старая, на целых два размера меньше нужного, футболка задралась на ней и мне были видны небольшие, но очень красивой формы грудки. Света потянулась вверх, чтобы включить торшер возле дивана, потому как в сумерках невозможно было разглядеть любопытных для нее подробностей. При этом она как бы случайно легла соском мне прямо на лицо; я тут же обвил его губами и стал сосать и облизывать.

— Сережка! Хулиган… — снова воскликнула она, но задержалась в таком положении, хотя в комнате уже стало светло. Она либо наслаждалась моей лаской, либо стеснялась ею же включенного света, скорей всего, второе. Пытаясь разрядить обстановку, я снова обнял ее за талию и теперь повел руками вниз к симпатичной пухлой попке. Гладкая кожа на ее талии была перетянута резинкой пижамы. Я, чуть-чуть задержавшись на ней, скользил ниже и начал потихоньку мять ягодички обеими руками, продолжая ласкать сосок, говоря прямо в него:

— Слоник ждет.

Немного освоившись и уже не так стесняясь обнаженной груди и того, что на мне нет штанов, Светик поднялась и села передо мной, демонстрируя свои прелести. Щеки ее горели; по-прежнему избегая прямого взгляда со мной, и она предложила:

— А давай целоваться, хочешь? — Я пожал плечами. — Что, не умеешь? Ну, давай научу, — как-то особенно соблазнительно пролепетала она.

Сестренка легла на меня сверху, и мы стали неистово заглатывать и сосать губы и языки друг у друга, с одной только разницей в положении: я был внизу без штанов, а Света только с задранной футболкой, но сверху. Она лихо пользовалась своей «форой» и все время бесстыже мяла мне член и мошонку. Мне же в таком положении была доступна только ее попочка. И я решил тоже не теряться. Запустив два больших пальца под растянутую резинку пижамы, начал сдвигать ее штанишки вниз. Светка тут же вскочила и, отрывая мои руки от себя, воскликнула:

— Не, не, не!.. У меня там под ними больше ничего нет.

— У меня тоже, — парировал я.

Светка опустила взгляд на член, скорей всего она уже давно хотела туда посмотреть, ища весомый повод, но, по-видимому, стеснялась. Иначе зачем же свет. Взгляд ее просто поплыл, увиденное ей по-всему очень нравилось и заводило. Приготовленные слова повисли у нее на губах. Пытаясь что-то сказать, она никак не могла собраться с мыслями, и то и дело переводила взгляд с моего лица на вздыбленный орган, и там он задерживался дольше. То, что у меня ниже пояса из одежды ничего нет, было налицо. Так что, как не крути, а возразить особенно было нечего. Меня даже, откровенно говоря, смешил этот ее блуждающий, растерянный, блядский взгляд на члене.

— Све-е-ет… Но я тоже хочу кое-что увидеть, — зазывно попытался я вернуть сестру в действительность. Светка как-то нервно мотнула головой, продолжая таращиться на меня ниже пояса.

— Э-эй, Све-етик, — не отставл я…

На миг мне показалось, что что-то с ней не так. Немудрено ведь: мы заходили все дальше и дальше за грань дозволенного. Наверно, теперь ей вдруг стало очевидно, что́ она, старшая сестра, тут за вещи вытворяет с младшим братом. И что если кто-то узнает об этом, то опозорят и всю вину свалят на нее и еще будут упрекать в том что это она, «блядь такая», совратила братишку. Напротив, наши братско-сестринские отношения были вполне естественными и невинными. Мы тысячу раз касались друг друга и ничего подобного типа этого вашего сексп не испытывали. Она еще совсем недавно увидела меня случайно совершенно голым в ванне и не придала этому никакого значения. Так же как и я не предавал значения тому, когда она бегала по дому в одной футболке и трусиках, вызывающе увязших в попке (ну может, совсем немножко). Мы часто дурачились и барахтались с ней, хватая друг друга в пылу за интимные места, даже не замечая того. И вот настал момент, когда наши щенячьи умы поглотило половое любопытство и внезапно проснувшаяся запретная похоть друг к другу, и все вмиг изменилось.

Светка спросила;

— Тебе нравится, когда я его так глажу?..

— Да.

— Он у тебя уже такой большой… Я как-то у подружки в журнале видела у одного, но там уже мужик, а ты ведь еще мальчишка. У тебя уже было с девчонками?

— Нет. А у тебя с парнями?

— Не-а. Так, целовалась пару раз. А твой я вижу в первый раз живьем. Ну, в смысле, когда он стоит… А ты делаешь… ну это.

— Что это?

— Ну, играешь с ним.

Я снова покраснел, не зная, как ответить. В таком не сознаются даже другу, а тем более сестре. Хотя — сестре…. И я замотал головой. Но Света не унималась.

— Сереж, ну что ты, меня стесняешься, что ли? Я же никому не расскажу, честно, честно. Ну все же мальчишки это делают. А мне так это нравится, и я бы очень, очень хотела посмотреть. — Голос ее снова становился похотливым. И она, наклонившись, клянча, шепнула мне на ухо:.

— Давай, ты мне покажешь, как ты это делаешь, а? Пожалуйста, ну, Сереж.

Я был в тупике, с одной стороны мне и хотелось этого, с другой, вот так просто сознаться сестре что я дрочу, было нелепо. Но Светка не отставала, продолжала попрошайничать.

— Ну пожалуйста, Сереж, ну совсем чуть-чуть.

Я скрепя сердцем опустил руку и, привычно взяв ствол, стал медленно дрочить на глазах собственной сестры: мне было неловко и вместе с тем почему-то приятно. Особенно от Светкиного вида. Она, неотрывным взглядом вцепившись в меня, попеременно глядела то в лицо, то на промежность, как бы изучая мое внутреннее и внешнее состояние. Ее явно сшибало с колес то, что пацан перед ней так доверчиво дрочил. Взгляд ее затуманился и она даже подалась вперед, чуть было не уткнувшись лицом в мой конец. Не унимаясь в своем желании все знать, она спросила:

— А о чем ты думаешь, когда ты вот так делаешь.

— Представляю, как сношаю тебя в попку…

— В попку? Оригинал…

— Ух… Это у нас, пацанов, называется дрочить, — пояснил я. — Еще думаю… О девчонках, об их попках, титьках и письках, и мне бы очень хотелось рассмотреть живую голую девчонку, но они все только о себе думают, — с укоризной отметил я. Светка поняла, к чему я клоню и густо покраснела; волнение ее было видно невооруженным глазом, сердце билось так, что каждый его стук сотрясал все ее тело. Она сняла задранную футболку. Взяв мои руки, сестра прижала их к своей талии на уровне резинки розовой пижамы, как бы возвращая меня к прерванному действию. Я тихонько стал стягивать с нее последний бастион. Светик податливо приподняла попку, помогая мне, но при этом закрыв рукой промежность. Ах ты скромница!.. Когда пижама полетела на пол, она вытянула, скрестив, стройные ножки, а руки вытянула вдоль тела. В такой позе, совершенно голая, она, конечно, была сногсшибательна. Немного ниже лобка между стиснутых ног чуть-чуть виднелась этакая милая щелочка, очень красивые еще девичьи бедра переходили в изящную талию. Молодые неловкие груди упруго торчали небольшими бугорками, а на хрупких плечиках раскинулись волнистые каштановые волосы. Все это было прекрасно, но мне хотелось увидеть больше. И я осторожно стал раздвигать ее ножки за колени. Картина, которая мне открылась, была изумительна. Две нежные ягодички плавно переходили в две пухлые внешние губки влагалища, которое уже слегка поросло мягкими волосиками вверх до красивой формы лобка. Весь вид Светки был настолько красивым и возбуждающим, что я аж замер от шока. Но снова ее голос привел меня в чувства.

— Ну что же ты сидишь, как это, эм-м… дрочи.

Я как очумелый, ухватившись за член, стал работать, блуждая взглядом по всему ее телу. Передо мной было то, о чем я так мечтал каждый раз, когда онанировал, даже больше, это было явью и изумительно красиво. В таком темпе я бы долго не продержался и уже совсем скоро почувствовал приливающий оргазм. Но не хотелось, чтобы все так банально закончилось. И превозмогая желание, я робко обратился:

— Света, а можно я тебя там немножко потрогаю.

Светка снова покраснела, но без уговоров согласилась, скорей всего она и сама этого хотела. Дрожащей рукой я нежно провел по ее киске вниз, а потом вверх, повторяя эту сладкую процедуру для нас обоих снова и снова. Кожа на ее половых губках была ни с чем не сравнима. От моих ласк сестричка заводилась все больше и больше, и вскоре, легко приподнимая таз, призывно стремилась навстречу моим пальцам и ладошке.

— А ты тоже играешь со своей?

Светка замялась и даже сконфузилась, не говоря ни да ни нет.

— Ну я же тебе все рассказал, хоть мне и стыдно было. Знаешь, так нельзя, вроде как кинула, — продолжал я. Светка явно смущалась, не желая отвечать на такие вопросы, поэтому молча просунула свою руку под мою, опустив ладонь на свое сокровище. Указательным и безымянным пальцами она ловко раздвинула выпуклую щелочку, в то время как средним пальцем стала тереть маленький бугорочек сверху влагалища. Затем она скользнула всей рукой вниз, шире раздвинув внешние губки, стала ласкать симпатичные розовенькие малые губки с нежными лепестками по краям, чуть-чуть углубляясь в дырочку между ними. Пальцы ее тут же заблестели от влаги и она снова вернулась к клитору, шаловливо проделывая с ним всякие штучки — она теребила его настолько разными способами, что я удивился. До чего же у нас, парней, проще. Движения эти повторялись с определенной периодичностью и виден было немалый опыт во всех ее деяниях. На лице Светы выражалось огромное блаженство, глазки закатились, а на лбу собрались морщинки. Второй рукой она то мяла грудь, то ласкала тот или иной сосочек. И утопала в блаженстве, закрыв глаза, эротично постанывая. Я поистине любовался ею и радовался за сестру, тому что ей так хорошо. Щеки ее горели, по всему ей было несколько стыдно мастурбировать перед братом, но и одновременно ужасно приятно ощущать его наглый взор на своей киске. Она то и дело возвращалась ко мне взглядом. И тут я опять услышал Светкин голос, но уже в приказном тоне.

— Дрочи! — Я, подчиняясь, тихонько заработал рукой. Сестра, увидев желаемое зрелище снова закрыла глаза и уже громко протянула долгое «А-а-а…» Пытаясь использовать ситуацию, теперь уже я стал приставать к ней с расспросами.

— Светик, а что ты себе представляешь.

— Сереж, не надо, я стесняюсь. Дрочу потихоньку и…

— Свет?

— Сереженька, ты подумаешь что я шлюха. Ой! Хорошо-то как. Дрочнула энд кончила.

— Да ты что, никогда, или ты мне не доверяешь.

— Сереж, но такое не рассказывают.

— Светик, это же только мне, твоему слоненку, а? Мне теперь еще больше хочется узнать, о чем ты думаешь при этом.

— Ну-у… ладно. Сейчас или вообще….

— Вообще…. — выбрал я для начала. Она теперь явно хотела поговорить и только для приличия немного поломалась. Видно, переступив барьер и показав брату, как она мастурбирует, что ей явно доставляло удовольствие, Светлана захотела поделиться и подробностями своих бдядских фантазий.

— Вообще я представляю, как меня какой-нибудь высокий красивый мужчина, или мальчик, короче не важно, сначала целует в губы долго, долго, а потом медленно раздевает. Потом у него глаза на лоб лезут от того, какая я красивая. Потом он берет меня на руки и несет в спальню. Там он кладет меня на большу-у-ую белую кровать и ласкает руками и губами везде, везде как ты сегодня. И еще… Как он целует мои сисечки, мою… попку… и…

Она чуть замялась, оценив, серьезно ли я воспринимаю ее эротичный мир и продолжила.

— Как он целует мое тело, все ниже и ниже и… и… потом лижет меня там. А-а-а, м-м-м.

Она опять блаженно застонала, сладострастница. Указывая милым пальчиком на киску, мол тут лижут. Теперь она уже не просто ласкала себя, а неистово всей ладонью растирала клитор. Понимая, что Светка в состоянии, близком к следующему оргазму, я продолжал ее расспрашивать.

— Свет, а дальше. — Я тоже продолжал дрочить.

— А потом он входит в меня своим большим хуем и ебет, ебет, ебет! О господи, как я этого хочу.

Светка выражалась нецензурщиной, что было необычно. Она вдруг резко остановилась и я так и не понял, кончила она или нет. Но во всяком случае, возбуждение ее не прошло. Сестра все еще конвульсивно сжимала бедра, скрестив ножки. Глаза ее были закрыты и она так пролежала минуты три. После чего она с все еще закрытыми глазами прошептала;

— Сережа. Мне стыдно просить тебя об этом.

— О чем, Светик? Трахаться хочешь? Это ведь не постыдно

— Я хотела бы… м-м-э. Не мог бы ты поцеловать меня там.

Выдавив это из себя, она стыдливо закрыла лицо руками и широко раздвинула ноги, киска ее, как маленькая роза, расцвела и раскрылась алым бутоном. Я тут же прильнул к ней и стал целовать половые губки, ягодички, ножки, а чуть освоившись — и лизать письку. Сестричка от таких ласк выгнулась подо мной дугой.

— О господи, как это хорош… хорошо, — задыхаясь, простонала она. Дальше, с нарастающим возбуждением, она руками с силой прижала мою голову к промежности, помогая при этом себе и ногами, словно боясь упустить сие счастье. Я буквально пил девичьи соки, обильно текущие из киски, и мне казалось, что это самый сладкий нектар на свете. Светин клитор значительно подрос и упруго противостоял моему языку, писька вся раскрылась, позволяя мне посетить каждый свой заветный уголок. Руками я ласкал все, до чего только мог достать, и попку, и груди, и ножки. Так продолжалось довольно долго.

Вдруг Светка, с силой оторвав мою голову от себя, снова неожиданно скрестила ножки, зажав в районе своей зализанной пещерки правую ладонь и стала ритмично сжимать и натирать девичий похотничок. Видимо, ей захотелось чередовать лизание и мастурбацию. Она лежала на спине и была такой желанной, такой красивой и такой развратной и бесстыжей блядью, что я уже с силой удерживал себя, чтобы не наброситься на нее. Как бы чувствуя, что со мной происходит, Света поднялась, и мы, стоя на коленях, слились в поцелуе, онанируя друг перед другом. Шмыгнув от моих губ к уху, она прошептала:

— Знаешь, о чем я больше всего мечтаю, когда играю с собой, и что бы я хотела проделать с каким-нибудь мужиком. Или с тобой…

Это! Произнося последнюю фразу, она толкнула меня и я, не удержав равновесия, упал спиной на диван. Еще мгновение, и она уже со смаком сосала и облизывала член. Понравилось. Мне было очень кайфово, и конечно я бы и дальше готов был получать от таких Светиных ласк удовольствие, но мне хотелось другого. Собрав всю свою волю, я выдержал минуты три, дожидаясь, пока сестра чуточку утолит свое желание, чтобы она не обиделась, и аккуратно отстранил ее.

— Светик, — сказал я, — если если мы так будем продолжать дальше, я кончу тебе прямо в рот.

— Не сдерживай себя, негодяй, я знаю, что́ это, и я этого хочу, — спокойно и с юморком ответила она. И снова стала смачно сосать. — Кончи мне в рот.

— Можно, Светик? Свет, но я хочу другого, а «это» ты же уже попробовала. Дай и мне чего-нибудь попробовать. Я весь вечер терпел и теперь бы хотел тебя…Знаешь… Хочу тебя ебать. Выебать тебя, детка. — Я тоже начал материться.

И я ее выебал. Так уж получилось. Она поохала для приличия, потом смирилась. До чего же приятно ебать родную. Но сначала пришлось выслушать монолог.

— Сереженька, ну разве тебе плохо вот так, а? А «то самое» нам нельзя, мы же… Да, я тоже очень хочу, но пойми, я еще девочка, и что я потом скажу мужу. Давай без этого, а? — наивно пролепетала она, и покраснела, понимая что после того что мы тут делали и, вероятно, будем делать и в будущем, говорить о невинности, смешно. Тем не менее она упорно пыталась защитить свою целочку. И продолжала:

— Ну если сильно хочешь, можешь трахнуть меня в… — Она замялась не сказав… «в попку». Но я понял. Догадливый пацан! Сестра предлагала брату засунуть ей в анус и при этом остаться целомудренной, ведь это было аморальным и выходило за все рамки. И тем не менее Светка чувствовала, что ужасно хочет этого. Несколько лет назад двое парней на вечеринке изнасиловали старшую сестру ее подруги. И она знала, что кроме прочего насильники поимели жертву и в зад. Сначала Светлана была ужасно напугана и шокирована, но где-то через год у той же подруги она увидела порножурнал, принадлежавший той же изнасилованной старшой сестре. Там мужики большущими членами драли маленьких и хрупких девчонок в попки, и судя по лицам девочек, это им очень нравилось. Странно, думала она, наверно это не так уж и противно, а может и приятно, раз она такие журналы после всего этого хранит и смотрит. Страх со временем постепенно перешел в любопытство.

Таки она решила попробовать, сначала пальчиком, потом заграничной тушью в виде тонкого пениса; запретный плод, известно, сладок, и в первый же раз, к собственному удивлению, бурно кончила. После этого подобная игра стала неотъемлемой частью почти при каждой мастурбации. И она уже просто мечтала попробовать подобное по-настоящему. Тем более что не надо было боятся последствий. Но мужчиной, с которым она была бы согласна на такое, не боясь хамства и обвинений в распутстве был пока только ее брат. Она по сути весь вечер вела его к этому. И вот чувствуя, что желанное может сейчас стать действительностью, она даже задрожала, но старалась не выдать себя. Непринужденно пытаясь делать вид, что как бы жертвует своей попкой ради любимого братика.

— Ну?.. Куда?.. — переспросил я. Она молчала. А я чувствовал себя использованным. Видишь ли, для мужа себя бережет. Дура. Весь вечер я ее ублажал, а ей все мало, еще и в очко ее трахни, ненасытная. — Светик, не надо делать мне одолжения. Я тебя насиловать не хочу, — уже совсем спокойно сказал я.

— Сереж, не обижайся. Но я правда хочу, что бы ты меня — туда, — с наигранным выражением стервы ответила мне сестра, при этом как бы указывая направление, слегка наклонив головку и нацеливая ее в дырочку ануса. Терпение мое было на исходе, я уже больше не видел перед собой моей любимой сестренки, нет, передо мной стояла маленькая пятнадцатилетняя бесстыжая шлюшка. Встав с дивана, я обошел Светку сзади и поставил раком. Она, глядя на меня через плечо, нагло улыбалась. Ягодицы ее в таком положении были раздвинуты и явно была видна розетка девчоночьего очочка. Правда, под ним мило красовалась и Светкина пиздюличка с огромной каплей густого беловатого сока смазки посередине. Ее полуоткрытая щелочка была бы мне сейчас, пожалуй, милей, но селяви… Имея кое-какой опыт из порнухи и рассказов друзей, я для начала, совсем не брезгуя, вылизал Светкину попку, она аж завыла от этого. Затем, смочив указательный палец, я стал «смазывать» внутри, снова и снова добавляя слюну. Когда палец стал проходить довольно легко, я смочил слюной и свой конец и приставил его к разработанному отверстию.

— Не передумала? — еще раз спросил я.

— Ну давай же скорей! — она молила. Попочка страждала. Она явно хотела. Взмолилась она от нетерпения, дрожа всем телом. И я на удивление довольно легко вошел в анус сестры. При этом она так громко вскрикнула, что ее, наверное услышал весь подъезд. И я потихоньку стал трахать родную сестру в девственный зад. Светка от удовольствия просто стонала, то и дело подгоняя меня.

Член был довольно туго обжат стенками теплого девичьего очка. «А в попу тоже неплохо!» — удовлетворенно отметил я. Мысль была нелепа, ведь сравнивать мне было не с чем. Я двигался все быстрей и сильней.

— Еще, еще!

И по мере возбуждения ее стоны перешли в крик, она мотала головой, разбрасывая волосы, цеплялась ногтями в обшивку дивана и усиленно подмахивая мне. Я же не то от непривычки, либо от перестояка очень долго не мог кончить, тем более что судорожное подмахивание сестры постоянно сбивала меня с ритма. И вот на одной из таких «аритмий» мой член выскочил из сестры, затерявшись где то между ее ног. На мое удивление Светик быстро схватила его рукой и направила в…

— Свет, не туда, это же… — поспешил я предупредить ошибку сестры, так как мой конец на треть вошел в ее нежную пизденочку и уперся в преграду. Но Светка продолжая удерживать член на прежнем месте воскликнула:

— Сереженька, давай трахни меня теперь сюда, я хочу!!!

Меня два раза уговаривать не пришлось. С размаху я вошел в Светика по самые яйца, разом в клочья разорвав ее невинность. От резкой боли она аж обмякла, но я не останавливался, долбя ее со всей силой. Примерно после пятого толчка похоть и молодость взяли свое и Светик на удивление ритмично стала подмахивать мне. Мы вместе наслаждались ярчайшим актом в нашей начинающейся половой жизни. Еще до того, как я наконец-то кончил ей прямо в матку, она успела приплыть аж три раза.

Мы упали навзничь и моментально уснули. Часа в два ночи я проснулся оттого, что Светка дрочила и сосала моего бойца. Уже через несколько минут я неистово трахал ее во всех позах и во все дырки. Так продолжалось с перерывами то в полчаса то в пять минут почти два дня до самого приезда родителей. Они, увидав нас, перепугались, не понимая, что произошло с нами, на нас от усталости просто лица не было. Мы соврали, что заболели гриппом. И они, слава богу, ничего не заметили.

С тех пор прошло уже три месяца. Все это время мы со Светиком еблись по пять-шесть раз на дню, как только оставались одни. Но вот беда, доигрались: Светик беременна. Что делать не знаем, родителям сказать или самим врача искать, пока трахаемся дальше. Но что бы ни было, нас уже не разлучить…