Навыки: Чист как белый глист.

— Чего? Может, лист? — выпучил я глаза от удивления, текст мгновенно сменился.

Может, и лист:)

Встряхнул головой, и текст пропал, будто его никогда и не было. Странно всё это… У меня уже был сотряс, но обычно просто плыло перед глазами, было ощущение, что я во сне, подташнивало, но подобных надписей я никогда не видел.

Подойдя к арендованной машине, достал из багажника резиновый коврик и постелил его на сиденье. Ну а как иначе? Кровь пропитала всю одежду, и её будет проще смывать с резины, а не с кожаного сиденья.

— Да, Дмитрий Александрыч… — вздохнул я, посмотрев в зеркало. — Надо в больничку заглянуть. Вдруг серьёзное повреждение мозга, а тебе ещё по долгам платить и платить.

В зеркале красовалась моя окровавленная физиономия, и выглядел я как жертва маньяка. Хорошо, что сейчас я на окраине города и тут не так много людей. Иначе десятки детей получили бы душевные травмы и ходили к психологам до конца жизни.

Я завёл машину, и по радио тут же заиграла группа «Сектор Газа»:

В этот день теплом вашим я согрет!

Мне сегодня тридцать лет!

Попали в точку. Мне и правда сегодня исполнилось тридцать лет, а если считать кирпич, прилетевший по макушке, то я родился дважды. Улыбнувшись, я поехал в сторону девятого километра. Там как раз располагается областная больница. Да, в платной клинике обслуживание лучше, но, во-первых, она платная, а во-вторых, приём по записи расписан на дни, а то и недели вперёд.

Свернув с Московского проспекта, я упёрся в шлагбаум, перекрывающий въезд на территорию больницы.

— Ты куда прёшь, блатной? Парковка только для сотрудников! — возмутился из будки седой охранник, держащий в руках сканворды. А когда я приоткрыл окно, он ахнул: — Ё-моё! Ты чё? Кого-то замочил или тебя самого пытались замочить? — затараторил он, увидев, что я залит кровью.

— Скорее второе, — устало вздохнул я и протянул ему тысячу рублей.

Купюру тут же выхватили из рук, а охранник, радостно улыбаясь, выпалил:

— Во! Местечко вижу! Только что освободилось! Езжай скорее, пока дубу не дал.

Так я и поступил. Надавил на педаль газа и въехал на территорию больницы. Однако не успел запарковаться, как машина, чихнув, заглохла.

— Да вы издеваетесь? — вздохнул я и посмотрел на приборную панель.

Бензин кончился… Теперь придётся не только по врачам ходить, но и найти того, кто продаст мне пару литров топлива, чтобы до заправки доехать. Можно было бы оставить машину тут, а завтра вернуться с канистрой, но тогда мне придётся платить за вторые сутки использования авто, и это выльется в копеечку…

Выбравшись из машины, я, обливаясь потом, дотолкал её на свободное место полупустой парковки и направился в приёмное отделение. А там…

Там было как всегда. Километровая очередь, на 99% состоящая из стариков… А ещё здесь было так душно, что даже открытая форточка не смогла бы выветрить обилие мата и злобы. Стоящие в очереди хаяли всех: администраторов регистратуры, больницу в целом и министерство здравоохранения в частности. Слово «Бардак» сопровождалось фразой «Сталина на них нет!». Типичная ностальгия по…

Невольно я стал моргать, пытаясь прогнать наваждение. В метре от меня стояла бабка со свиным рылом и небольшими рожками. Слева от неё расположился старик с синими бородавками по всему лицу. Особенно выделялись его глаза, которые почему-то выдвигались из глазниц, как у улиток. И такие причудливые твари были повсюду. Я сделал шаг назад, собираясь выйти на свежий воздух, но меня окликнула молоденькая девушка лет двадцати.

— Мужчина! Что с вами⁈ — с ужасом в голосе спросила она.

Я посмотрел на девушку, а ничего такая. Симпатичная. В белом халате, с голубыми глазами, судя по всему, она ординатор и проходит здесь практику.

— Всё в порядке, просто кирпич упал на голову, — улыбнулся я, пытаясь успокоить разволновавшуюся девушку, но вышло плохо. — Мне бы МРТ сделать и к врачу попасть. Хотя, судя по очереди, я раньше помру, чем…

Услышав мои слова, девушка заголосила что было сил:

— Митрофан Кузьмич! Митрофан Кузьмич!

С перекошенным от страха лицом она сорвалась с места и помчалась прочь, но скоро вернулась с двумя уставшими санитарами. Двое из ларца выглядели как внуки Арнольда Шварценеггера. Квадратные челюсти и огромные бицепсы тому доказательство! Не слушая мои заверения о том, что я в порядке, они закинули меня на каталку и, разогнав бабулек, подняли на третий этаж.

Через пару минут я лежал в допотопном аппарате МРТ, и меня зачем-то пристегнули ремнями. Видать, боялись, что я сбегу. Пятнадцать минут жужжания, ещё пятнадцать минут ожидания, пока напишут заключение, и наконец-то я попал в кабинет главного врача. А у того такая рожа, что не понятно, он будет меня лечить или добьёт.

— Знаешь что? — главврач с очками на носу и плешью на голове заглянул в мою медкарту и добавил: — Дмитрий Александрович.

— Всё плохо? — искренне поинтересовался я и был сражен наповал.

— Хуже, чем ты себе представляешь, — словно змея прошипел главврач. — У меня куча людей в очереди, которым реально нужна помощь. А ты пошутить вздумал? Облился краской и ординатора до истерики довёл! Всех медсестёр перепугал! А ещё… — прикрикнул он на меня.

Я уже привык, что на меня орут, да и не только орут, по этому проигнорировал гнев главврача и задал волнующий меня вопрос:

— То есть с головой у меня всё впорядке?

— Конечно же, нет! С башкой у тебя огромные проблемы…

Он принялся распекать меня, что только конченный идиот будет так шутить, вот только я не шутил, а реально был залит кровью. Услышав всё, что мне было нужно, я поднялся со стула и быстрым шагом покинул зону боевых действий, а то мало ли, вдруг и правда дойдёт до мордобоя.

— Ерунда какая-то… — проговорил я, закрывая за собой дверь. — Если я здоров, то откуда кровь и галлюцинации?

Увы, ответов не было.

Я вышел из больницы и очутился на улице. Впереди виднелась лесополоса, за которой по Московскому проспекту неслись легковушки, наполняя округу гулом, а небо стремительно темнело.

— Быстро же день пролетел… — вздохнул я и уже который раз завис, пялясь в пустоту.

Нетрезвой походкой в мою сторону шел мужичок. Рубаха с трудом застёгнута на обширном пузе, три подбородка, в руках откупоренная бутылка, на щеках румянец, а на голове… Шляпа, похожая на шляпку мухомора. Ещё вчера я бы принял его за косплеера, ведь в округе полно чудаков.

Вот только этот мужик не походил на типичного анимешника, так как он был от горшка три вершка. Рост грибообразного человека был сантиметров сорок, не больше. В карликовости ему бы проиграл даже самый мелкий карлик. Покачиваясь, он чванливо ковырялся в носу, а когда между нами оставалось меньше метра, толстяк протяжно рыгнул и, улыбаясь, протянул ко мне руку, в которой держал бутылку.

— Повезло придурку. Светится как новогодняя ёлка, — завистливо заявил он. — Ну ничего. Выпью за его здоровье, и тут же погаснет…

В глубине бутылки что-то начало светиться, и я инстинктивно оттолкнул её ногой. Да так, что бутылка едва не вылетела из рук коротышки.

— Свали, Грибоедов, — буркнул я, сделав шаг назад.

Карлик, выпучив глаза, спросил:

— Ты чё, видишь меня?

Я же попытался обойти его, обречённо вздохнув:

— Главврач прав, я поехал кукухой. Сначала текст мерещился, теперь это…

Галлюцинация тут же ответила:

— Сам ты «Это»! Я вообще-то старичок-боровичок!

— Так и запишем: «Старичок-скуфовичок», — ухмыльнулся я и пошел дальше, бубня себе под нос. — Надеюсь, это можно вылечить таблетками, ведь в дурку мне точно нельзя. Не потому, что я там приживусь как миленький, а потому, что нужно деньги зарабатывать…

Я успел сделать шагов десять, а обладатель трёх подбородков возник из-под земли и снова протянул мне бутылку.

— Слушай, общение у нас не задалось, но я ж как лучше хочу. Ты вон как светишься, дай энергии глотнуть. А то на тебя осквернённые со всего района сбегутся.

— Знаешь, как говорят, Грибоедов? Не кормите своих демонов! А если так, то с тобой я разговаривать не должен, — ответил я, устало потерев виски.

Коротышка разинул рот, чтобы что-то сказать, но в ужасе замер, услышав шорох из кустов справа от парковки.

— Ну всё, малый, походу, капец тебе. Бывай, — выпалил Грибоедов и провалился под землю.

Я ковырнул носком туфлей асфальт и понял, что Мухоморыч точно был галлюцинацией, так как асфальт был цел. Я перевёл взгляд на трясущиеся кусты и расплылся в широкой улыбке. Из зелёного насаждения выбежала мелкая собачонка, размером с чихуахуа.

— Тяф! — грозно заявила собака.

— Ха-ха! Это тебя глюк испугался? — засмеялся я. — Может, забрать тебя домой? Будешь сохранять моё душевное спокойствие? — Я протянул руку, чтобы погладить собачонку, но тут же её отдёрнул.

Шкура псины начала пузыриться, а кости существа с хрустом перестраивались под вздувшейся кожей.

— Это что за *** такая?

Сделав шаг назад, я увидел, как пасть твари распахнулась под неестественным углом, обнажив острые иглообразные зубы.

— Эммм… Грибоедов, у тебя случайно нет телефона службы по отлову животных? — уточнил я в надежде, что псину тоже породил мой воспалённый разум.

Но нет. Существо, выбираясь из кустов, ломало ветки, в отличии от предыдущего глюка. Припав к земле, псина зарычала, а её глаза вспыхнули алым. Не желая проверять, реальна ли собака, я рванул прочь.

— Фу! Фу, я сказал! — заорал я, пробегая мимо будки с охранником.

— Сам ты фу! Дебил, — возмутился высунувшийся из будки мужик, а после понюхал еду в контейнере. — Да вроде свежая…

Задыхаясь, я летел прочь вдоль Московского проспекта, а зубастая пасть клацала в жалких сантиметрах от моих ног. Псина же следовала за мной по пятам, разбрасывая по округе зеленоватую слюну. На бегу я обернулся и едва не рухнул, оступившись.

— Что ж ты такая жуткая падла⁈ — прокричал я и стал озираться по сторонам в поисках укрытия или оружия.

Но поблизости ничего подобного не было. Лишь сотни машин мчались мимо. Из некоторые даже показывали большой палец, хваля за то, что я решил на ночь глядя устроить оздоровительную пробежку.

Спасибо, конечно, за поддержку, вот только я бегу не ради оздоровления, а ради того, чтобы моё здоровье стремительно не ухудшилось! У псины вон какие зубищи, все в пене! Она, поди, бешеная, а я ещё с детства не люблю уколы. Тем более в живот!

Лёгкие свистели, как порванные кузнечные меха, ноги горели огнём, а я всё бежал и бежал, пока не добрался до военного городка.

— Р-р-р!!! Еда! — послышался сперва рык, а после и голос… собаки?

Оборачиваться я не стал, а вместо этого, свернув во двор, и заметил закрывающуюся дверь подъезда. Моего, мать его, подъезда! Хватая ртом воздух, я понёсся туда, чувствуя, что ноги начинают сдавать, а тварь вот-вот догонит меня и порвёт в клочья.

— Димон! Ты куда летишь? — крикнул сосед, сидящий на лавке с сигаретой в руке.

Конечно же, я не стал отвечать, а вместо этого ворвался в подъезд и со всей дури захлопнул дверь. Ну как захлопнул? Попытался захлопнуть. В этот момент зубастое нечто просунуло в отверстие голову и клацнуло зубами.

Опоздай я на секунду, и тварь просочилась бы внутрь. Спасибо тяжелющей стальной двери, которая с грохотом врезалась в шею мутировавшей псины, отрубив её голову.

Тут же перед глазами всплыла надпись:

Вы уничтожили порождение скверны. Начислено 2 ОК.

Бешеная псина, из которой должна была ручьями хлестать кровь, растворилась в золотистом свечении, оставив после себя какой-то кругляш.

— Это ещё что такое? — озадаченно прошептал я, поднимая с пола предметы.

Кругляш оказался монетой с надписью «1 МК».

— Либо собака фанатеет от первой части мортал комбата, либо… — произнёс я и услышал, как когти скребут по металлу с обратной стороны двери.

Не желая проверять, кто скребётся алкаш Валера, сидевший на лавке, или ещё одно чудище, я вызвал лифт и поехал на родимый восьмой этаж. Закрыл дверь, заперев её на четыре оборота, и облегчённо вздохнул, садясь на пол.

— Ну и денёк… Может, я сейчас в коме? Получил кирпичом по голове и лежу в больнице, вот мне и видится всякая дичь? Да, это многое бы объяснило, многое, кроме этого… — перевёл взгляд на штанину брюк и увидел отчётливый след от зубов шавки, порвавшей их. — Ни один глюк на свете, даже самый мощный, не обладает такими острыми зубами.

Озадаченно пялясь на штанину, я просидел минут двадцать, пока задница не затекла. Пытался осмыслить произошедшее, но понял, что голова совершенно не варит. Нужно перекусить и…

Со стороны кухни донёсся странный звук. Кто-то весьма громко чавкал и грюкал кухонными ящиками. Я машинально схватил длинную кованую ложку для обуви, занёс её над головой, словно биту, и медленно пошел на звук.

Отворив дверь, я задохнулся от грибного аромата, смешанного с запахом плесени. Все без исключения кухонные ящики были открыты, как и дверцы холодильника. Выглядело это так, как будто меня грабил самый голодный вор в мире. А вот, кстати, и он.

Толстая задница, едва прикрытая штанами, торчала из морозилки.

— Ужас какой. Да как он ещё с голодухи не подох? — бухтел знакомый мне голос. — Морозилка на половину забита льдом, и вообще, где он откопал этот холодильник? Этож раритет!

Я посмотрел на холодильник и улыбнулся. Ну да, не самая новая модель родом из далёкого СССР. Холодильник «ЗИЛ» тарахтит по ночам на всю квартиру. Впрочем, его слышно не только у меня, но и во всём подъезде. Порой кажется, будто дизельный генератор на кухне работает.

— Грибоедов, ты охренел? — спросил я, опуская ложку для обуви.

— А? — откликнулся карлик, высунувшись из морозильного ящика. — Я не охренел, а хозяйничаю тут, — деловито сообщил он. — Думал, прибежишь домой, а я бац! И пожрать сварганил. Посидим, так сказать, поболтаем за жизнь, выпьем малёхась.

Мухоморыч расплылся в улыбке, демонстрируя желтые зубы, и кивнул в сторону стола. На нём и впрямь стояла бутыль мутной жижи, две рюмки и пачка мохи крекеров, которые он, судя по всему, сожрал.

— Как ты вообще сюда попал? — спросил было я, но понял, что вопрос бредовый. — Ах да, ты же глюк, а глюкам запертые двери не страшны, — озвучил я свои мысли и устало сел за стол.

— Сам ты глюк. Я дух леса, всамделишный! — заявил карлик, ткнув пальцем в потолок. — А ты, кстати, шустро бегаешь, — ухмыляясь, похвалил меня коротышка. — Не каждый могёт от такой пакости сбежать. Хотя ты б и не сбежал так-то. Просто такая зверушка сразу не убивает. Сначала напугает, чтобы ты в штаны наложил и побольше энергии выбросил, а потом уже схарчит. Хе-хе.

— Это ты про псину?

Я потёр виски, чувствуя, как стремительно начинает болеть голова.

— Ага, про негатив, осквернённую тварь, чудище, монстра — все по-разному эту хрень называют.

Я откинулся на спинку стула, постучал пальцами по столу и решил принять правила игры. Всё же порванная штанина просто кричала о том, что происходящее реально. А если и нет, то пусть моё воспалённое сознание развлечёт меня сегодня вечером, а завтра я пойду к психиатру и стану пить таблеточки, которые изгонят всю эту нечисть.

— И откуда она взялась, тварь в смысле? — спросил я, с интересом рассматривая карлика, вытаскивающего из морозилки прошлогоднюю пачку пельменей.

Обычно я не ем дома, а заказываю еду в доставке либо заезжаю в столовые, разбросанные по всему городу. Это куда дешевле, чем готовить самому. По крайней мере, если считать с трудозатратами на закупку продуктов, доставку их до дома и саму готовку.

Кто-то скажет, что ноги не казёные, можно и сходить в магазин, сэкономив копеечку, а я возражу! Ноги, может, и не сотрутся от этого, а вот времени на такие походы потратишь уйму. Я лучше, сэкономив время, побольше заработаю.

Боровичок, строго посмотрев на меня, упёр руки в боки и спросил:

— А чё за допрос? На сухую я разговаривать отказываюсь!

— Да не вопрос, — улыбнулся я. — Могу тебя в раковине искупать. Тогда будем на мокрую разговаривать.

— Очень смешно, — передразнил меня коротышка, и в этот же момент заурчал мой живот.

Урчал он громко и протяжно. Ещё бы! Я весь день ничего не ел.

— Хе-хе! Так и знал, что тебя пробежка доконает, — самодовольно заявил Мухоморыч. — Чайник поставь. Щас пельмешей сварим и пожрём, а потом расскажу, что знаю.

— Ты их срок годности видел? Они сдохли давным-давно. Выбрось. А то ещё отравимся.

Грибоедов осмотрел пачку и скривился.

— Тьфу ты. И чё? С голодухи будем пухнуть? Не, я так не играю, — обиженно заявил он, сложив руки на груди.

— Не ной. Сейчас закажу что-нибудь.

Я достал телефон из кармана и открыл деливери. Обилие ресторанов и прочих забегаловок на первый взгляд радовало, но когда смотришь, сколько по времени эти жральни будут доставлять тебе ужин, желание заказывать мигом испаряется. А вот…

— Э! Ты куда лезешь? — выпучил я глаза, почувствовав, как рука карлика дёрнула телефон на себя.

— Во! В Макдаке заказывай. Тыщу лет бигтейсти не ел, — улыбаясь, предложил боровичок.

— А чего так? Деньги на карте кончились? — усмехнулся я.

— Ну ты смешной, прям как Елена Воробей, — фыркнул Грибоедов. — Я ж дух! Кто мне карту-то откроет? Приходится бомжевать. Если выбросит кто в лесу еду, могу подобрать, но гамбургеры выбрасывают редко, — вздохнул он и мечтательно добавил: — Если честно, я б у макдака с радостью ошивался, но там территория гоблинов. Могут и поколотить.

Существованию гоблинов я уже не удивлялся, ведь напротив меня сидел дух леса. А вот тому, что он фанат фастфуда и не брезгует жрать брошенное на землю…

— Ладно. Давай закажем, — согласился я, отдав ему телефон.

Боровичок тут же принялся листать меню, заказывая всё подряд. Две больших картошки фри, пара молочных коктейлей.

— Э! А где бигтейсти⁈ — возмутился он, не найдя любимого гамбургера.

— Его переименовали в биг спешл, — пояснил я.

— Тьфу ты! Большевиков на них нет! Они бы переименовали гамбургер в «Большой социалистический»! А то тут куда не глянь, всё вроде по-нашенски написано, но не по-нашенски нифига!

— Ага. Проклятые буржуи, — согласился я, добавив в заказ два гамбургера, луковые кольца и нагетсы.

— Ну ты прям банкуешь! От души… Как тебя, кстати, звать-то? — замялся карлик.

— Я думал, что глюк обязан знать имя своего хозяина.

— Да никакой я не глюк! И вообще, крепостное право давно отменили, так что хозяев у меня нет! Где хочу, там и гажу.

— Ты хотел сказать лажу?

— Ага. И это тоже, — согласился он. — Ну так чё?

Я пожал руку карлика и представился:

— Дмитрий Александрович Караваев.

— Хе-хе! Каравай, каравай… — начал нараспев говорить боровичок, но подобные шутки я слышал тысячу раз и тут же его заткнул.

— Рот свой, карлик, закрывай.

— Обидно вообще-то, — буркнул тот. — Так-то я в сравнении с остальными боровиками весьма высокий парень.

— Парень? — нахмурился я. — Ты же выглядишь как пятидесятилетний скуф.

— У нас так все выглядят, — пожал он плечами. — Можешь звать меня Борр.

— Ты бор машину придумал? — пошутил я и пошел заваривать чай.

— А ты открыл пекарню и печёшь караваи? — парировал карлик.

— Ха. Один — один, — заулыбался я. — Чёрный или зелёный чай будешь?

— Да на кой-чай? У меня ж грибовуха есть! — торжественно заявил он и поднял над головой бутыль с мутной жижей.

— Сам пей эту бодягу. Она так воняет, что я к ней точно не притронусь.

— Ну и зря. — Боровичок налил себе рюмаху и, опрокинув её, крякнул: — Хорошая штука!

Следующие десять минут мы обменивались остротами. Оказалось, что он всю жизнь охраняет Северный лес. Правда, в последние годы этот лес сильно проредили во благо жителей города, конечно же! Электростанцию возвели, на яндекс картах даже появились новые не существующие улицы на территории леса, которые быстро скрыли, само собой. Всё говорило о том, что вырубка природо охранной зоны, дело времени.

Местные возмущались, бастовали, писали жалобы, а администрация… А что администрация? Как всегда, покивали гривами и всё замяли. Мол, нет вырубки, а потом год от года идёшь по лесу, а он всё реже и реже. Но это не вырубку под застройку, а «санитарная вырубка», чтобы спасти лес! Это понимать надо. Но сути это, конечно, не меняет.

— А ты, кстати… — начал было я, но в дверь позвонили.

Выйдя в коридор, я посмотрел в глазок, надеясь, что там курьер, а не какая-нибудь зубастая пакость. К счастью, за дверью стоял индус. Жаль, что у него не было красной точки на лбу, да и тюрбан он не носил. Однако есть шанс, что, открыв дверь, я услышу «Дмимми Джимми! Ача ача!» и мы пустимся в пляс. Отперев дверь, я тут же получил пакет с едой и услышал:

— Вас закас, — произнёс индус и, не дожидаясь благодарности, побрёл к лифту.

А как же танцы? Эх, не везёт мне сегодня.

— Чё завис? Пошли жрать скорее! — поторопил меня боровичок, стоящий в дверном проёме так, что его запросто мог увидеть индус.

— Ты чего вылез? — возмутился я, понимая, что если курьер увидит это чудо, то…

А что будет-то? Если начнёт кричать, что у меня в квартире живёт дух леса, то курьер быстро станет моим соседом в палате психоневрологического отделения. Но, как оказалось, дурка ему не грозила.

— А чё мне прятаться? Меня ж только ты видишь. У обычного человека восприятие дремлет, и он мир духов не замечает, — пояснил Грибоедов, подпрыгнул и выхватил у меня из рук пакет с едой. — О! Горяченькое! Класс.

— Дурдом какой-то… — вздохнул я, запер дверь на четыре оборота и пошел следом за гномом.

Боровичок уже сидел за столом и ел… Хотя нет, он жрал как свинья. Перемазался в соусе, чавкал так, что слюни летели во все стороны, попутно запивал гамбургер молочным коктейлем.

— Кфтати. Фидел, ты там монетку в руках крутиф, — с набитым ртом произнёс Грибоедов, а после громко сглотнул. — Отдай её мне, тебе-то она всё равно не нужна.

— А тебе она зачем?

— Ну так это… — замялся обжора, явно не ожидавший моего вопроса. — Использую её как подстаканник. Во! Рюмку на неё поставлю — и красота! — Он расплылся в улыбке, поднял рюмку и указал взглядом на стол, как бы намекая, что мне стоит положить на него монетку.

— Обойдёшься, — хмыкнул я. — Я же вижу по твоей наглой морде, что она ценная.

Боровичок недовольно скривился и кивнул.

— Для нас, духов, очень даже ценная, а у вас, одарённых, их навалом.

— Если расскажешь про восприятие и одарённых, то я с радостью отдам тебе монетку, — хитро прищурившись, произнёс я, крутя в руках кругляш номиналом 1 МК.

В ту же секунду перед глазами всплыло сообщение:

Подсказка: Восприятие влияет на способность видеть скрытое. При 10 очках восприятия вы можете видеть уже сформированных духов, сгустки скверны, демонов, а также истинный облик одержимых.

Ого. Оказывается, у меня ещё и справочник имеется. Занятно… А что будет, если я подниму восприятие до двадцати? Новое сообщение не появилось. Вот же глючная система! А я надеялся, что смогу проверить слова боровичка. Только и успел подумать я, как перед глазами всплыл новый текст:

Ожидайте ответа оператора и идите нафиг. С любовью, ваша система.

— Наглая пакость, — фыркнул я.

— Чего я опять сделал-то⁈ — выпучив глаза, спросил боровичок.

— Это я не тебе.

— А-а-а! С системой болтаешь, понятно, — улыбнулся Грибоедов, продолжив трапезу.

— Ты рассказывать будешь или нет? Давай с самого начала и поподробнее.

— А чё тут рассказывать? Таких, как ты, называют одарёнными. Вы что-то вроде лейкоцитов. Мир благословляет вас для того, чтобы вы уничтожали нарывы негативной энергии, скверны то бишь. За это Мир выдаёт награды в виде монет, жемчужин и кристаллов.

— Чушь какая-то, — встряхнул я головой и пошел к закипевшему чайнику. — И что теперь? Я должен носиться по округе и убивать монстров во славу Мира?

— Не обязательно. Можешь сидеть на попе ровно и ждать, пока появится достаточно сильная тварь и сожрёт тебя, — ответил Грибоедов и смачно рыгнул.

— Такой вариант я не рассматриваю, мне ещё кредит нужно выплатить.

— Тогда плати и служи Миру, — равнодушно сказал боровичок.

— А кто такой этот Мир? Что-то вроде бога?

— Пффф… Бога, тоже скажешь, — хихикнул Борр, покачав головой. — Мир — это живой организм, понимаешь? Саморегулирующаяся экосистема масштабом в планету. У него нет морали, нет понятия «хорошо» или «плохо». Есть только стремление сохранить баланс. Точно так же, как твоё как тело стремится сохранить температуру в 36,6 градуса.

— И кто нарушает этот баланс?

— Ну как кто? Вы, человеки, и нарушаете. Психуете, злитесь и плодите негатив, из которого рождаются нарывы, а из них уже ползут твари, плодя ещё больше негатива.

— А когда радуемся, появляются «намоленные места»? — спросил я, опустив пакетик чая в кружку.

— Типо того. Что-то вроде места силы. Когда попадаешь в них — ощущение, что тебя переполняет энергия, — пояснил Мухоморыч и закинул в рот половину большой порции картошки фри.

— Помнится, когда я был на Алтае, чувствовал что-то подобное. — Залив чай кипятком, я сел за стол. — Сидишь, смотришь на гигантские звёзды, слушаешь шум горной речки, и кажется, будто ты в центре мира.

— Ну фот. — Борр прожевал картошку и запихнул в рот наггетсы. — Ф идеале позитиф и негатиф находятфя в равновефии. Но такой идеал недостижим, а… — Он выпучил глаза и указал на окно за моей спиной. — Во! Смотри. Прилетел стервятник.

Я обернулся и увидел на подоконнике голубя. Выглядел он странно. За окном уже ночь, а голуби ночью не летают. Но ещё страннее было то, что у голубя имелись человеческие зубы и он, кажется, улыбался. Жуть какая…

— Я ж говорю, светишься как ёлка, вот все духи к тебя и тянутся. Ты чай пей-то, а то остынет, — заботливо подметил боровичок, а я, словно завороженный, не сводил взгляда с голубя, который с размаху ударился лбом о стекло.

Сделав глоток, я скривился от омерзения. Вместо горького привкуса крепкого чая я ощутил сливочный вкус шампиньонов.

— Твоё здоровье, Саныч, — улыбнулся Борр, отсалютовав мне рюмкой.

Перед глазами поплыло, я покачнулся и упал со стула, успев подумать: «Вот же падла… Всё же напоил грибовухой…»

Я проводил ее взглядом и тихо пробормотал:

— Жуть какая…

— Во-во, внучок! — раздалось сбоку.

Повернув голову, я увидел уборщицу в синем фартуке. Она водила шваброй по кафелю, укоризненно качая головой.

— Нынче нормальных баб днём с огнём не сыщешь. Одни шаболды! Мальдивы подавай им, квартиры да сумки дорогущие! Базовый минимум, базовый минимум! Тьфу ты! Потаскухи!

Слушая поток ругани, я невольно уставился на рот бабульки. Сама она выглядела обычно. Платок, добродушные мимические морщины. Вот только когда она говорила, показывались острые треугольные зубы, как у акулы.

— Спасибо за поддержку, — выдавил я и поспешил к лифту, разглядывая прохожих.

Большинство людей выглядели нормально. Но встречались и индивиды, похожие на бабку и змеюку. Ещё заметил, молодую пара вошедшую в ювелирный магазин. Они были окрылены своими чувствами и буквально парили, но когда посмотрели на цены… Из молодых тут же повалил пар. Правда, чёрный. Нити пара закрутились в тугую спираль и потекли вниз, просачиваясь сквозь плитку.

Помрачнев, парочка вышла из бутика и, потупив взгляд в пол, будто стыдятся друг друга, побрели прочь. И что это было? Чёрное облако это негативная энергия, о которой твердил Мухоморыч? Если да, то страшно представить, какое её количество генерирует Аркаша после увольнения с молокозавода.

Нажав на кнопку лифта, я отправился на пятый этаж, попутно пялясь на отражение в зеркале. Бледная рожа с синяками под глазами, щетина уже пробилась на щеках, хотя я брился буквально вчера утром. Тёмные волосы растрепались, пришлось их пригладить рукой.

Послышался писк, и дверь отворилась. Выйдя из лифта, я осмотрелся по сторонам и понял, что очутился в пустыне или её местном аналоге. Ни единой души куда ни глянь. Тишина и покой. Ещё бы, ведь тут расположился лишь кинотеатр, кабак, который днём закрыт, да пара элитных магазинов.

Слева от кабака расположился нужный мне бутик. Огромная вывеска с золотыми буквами гласила: «Наследие». Магазин прижимался вплотную к кабаку «Балаган», видимо, рассчитывая, что подвыпившие посетители заглянут на огонёк и в пьяном угаре скупят всё, что видят. Неплохая задумка, но скорее такие гости устроят пьяный дебош увидев цены.

Войдя внутрь, я утонул в обилие света, который бил по глазам, отражаясь от белой плитки. Куда не посмотри, везде манекены и стеллажи с дорогущими нарядами. Причём здесь продавалось всё, начиная от обуви и заканчивая ювелиркой. Если у тебя есть куча денег, то можешь, не выходя из магазина, одеться с ног до головы. Не удивлюсь, если тут продают ещё и автомобили, ждущие своего владельца на подземном паркинге.

Это барахло меня мало интересовало, ведь я направлялся в сторону кассы и улыбался. За кассой стояла Дарья.

Русые волосы, чувственные губы, осиная талия и невероятно добрый нрав. Хотя, если подумать, то она была добра только ко мне. Увидев меня, Даша отложила телефон в сторону и расплылась в ослепительной улыбке.

— Дим, привет! Как всё прошло?

Её звонкий голосок пронёсся эхом по магазину.

— Скажем так. Работу я сделал на отлично, но случился форс-мажор… — ответил я, доставая из рюкзака пакеты.

Я кратко поведал Даше о том, что схлопотал кирпичом по голове, и даже не понял, как она очутилась рядом. От девушки исходил сладковатый аромат, заставляющий дышать глубже. Нежные пальчики рылись в моих волосах, желая убедиться, что я не собираюсь помереть здесь и сейчас.

— Дим, ты зачем приехал-то? Мог позвонить, я бы с управляющим поговорила, и мы оплату не стали бы брать! — взволнованно произнесла она, завершив осмотр.

— Всё хорошо. Оказалось что я обладаю бронебойной черепушкой, — пошутил я и постучал себя костяшками пальцев по голове, а после указал на один из пакетов. — Смотри, часы и туфли в полном порядке. А вот костюм, рубашка и галстук…

Я развернул пакет и продемонстрировал одежду, украшенную бурыми пятнами крови. Особо выделялись брюки, порванные шавкой.

— Ого… — Даша покачала головой. — Сомневаюсь, что химчистка тут поможет.

— Понимаю, — кивнул я, доставая из кармана пухлый конверт. — По этому и пришел к тебе с повинной. Посчитай, пожалуйста, сколько я должен заплатить за испорченные вещи.

— Ух… Будет больно. — Даша скорчила скорбное выражение личика, но всё равно осталась невероятно милой. — Подожди пару минут. Я поговорю с управляющим, может, удастся выбить скидку.

— Спасибо тебе.

Без задней мысли я прикоснулся к её руке, и глаза Дарьи заблестели. Улыбнувшись на прощание, она подхватила испорченный комплект одежды и скрылась в подсобке. Через прикрытую дверь до меня донесся возмущенный мужской голос.

Дверь подсобки распахнулась, и в торговый зал вышел… натуральный чёрт. Лоснящаяся чёрная шерсть покрывала тело, из лба торчали загнутые рога, а во рту поблёскивали клыки. Одет он был в дорогой костюм-тройку, который сидел на нём как влитой.

Чёрт окинул меня презрительным взглядом и махнул рукой.

— Даша, ты опять пользуешься моей добротой, — сокрушенно выдавил он из себя. — Сбрось двадцать процентов этому нищеброду. Всё равно тряпки БэУшные. — Он повернулся к Дарье и мерзко оскалился. — Но вечером ты пойдёшь со мной в кино. И это не обсуждается.

— Сегодня не получится, мама приезжает в гости, — ответила Дарья, отведя взгляд.

Очевидно, она врала, но я почему-то был этому рад.

— Да у тебя вечно не получается! — рыкнул чёрт и махнул рукой в сторону торгового зала. — Всё, иди работай.

Он развернулся и скрылся в подсобке, хлопнув дверью. Даша тяжело вздохнула, подошла к кассе, и я тихо произнёс:

— Твой начальник — настоящий чёрт.

Дарья мелодично рассмеялась, откинув волосы назад.

— Хи-хи! Даже не представляешь, насколько ты прав.

— Очень даже представляю, — пробормотал я и покосился на подсобку, откуда из щели приоткрытой двери на меня зыркали два чёрных глаза без белков.

Дарья вбила данные в программу на кассе и озвучила итог:

— С тебя двести тридцать пять тысяч рублей с учетом двадцати процентной скидки.

Я присвистнул и почесал затылок.

— Не слабо. Видимо, пришло время одеваться скромнее.

— Ты же сам говорил, что тогда и гонорары станут заметно скромнее, — весело припомнила Дарья мои же слова. — Ведь что?

— Да, да. Знаю. Хорошие деньги получают лишь те, кто умеет набить себе цену, — вздохнул я, достал из конверта нужную сумму и передал её Даше.

Пересчитав деньги, она убрала их в кассу.

— С вами приятно иметь дело, господин Коломбо, — улыбнулась она.

— Коломбо старый, а я в самом расцвете сил, — ответил я, убирая конверт в карман.

— Это да, настоящий красавец-мужчина, — поддела меня Даша, а может, и не поддела, а сказала то, что думает? — А Коломбо ты потому, что ты, как детектив, раскрываешь махинации и всё такое. — Указательным пальцем она описала в воздухе круг.

— Дмитрий Александрович Коломбо, — хохотнул я. — Звучит. Может, однажды я и сменю фамилию.

— Обязательно покажи паспорт, если решишься на такую авантюру, — попросила девушка, стреляя глазками.

— Ты будешь первой, кто его увидит, — ответил я и, попрощавшись, отправился к банкомату на третьем этаже.

Приложил карту, ввёл пин-код и запихнул в прожорливую пасть стального коробка двести шестьдесят пять тысяч рублей. С жужжанием аппарат проглотил мою наличку и прислал СМС, говорящую, что теперь у меня на карте четыреста двенадцать тысяч. Не прошло и секунды, как упало новое СМС, говорящее о том, что банк списал деньги по задолженности, оставив мне лишь пятнадцать тысяч вечно деревянных.

— Какие шустрые. Ну и ладно. На рис с курицей хватит, а вот на квартплату, нет…

Моя однушка в северном обходилась в семнадцать тысяч. Спасибо, хоть коммуналку хозяйка платила сама. Оплачивал квартиру я двадцатого числа, а значит, у меня две с половиной недели, чтобы раздобыть новый заказ и заработать, иначе пойду к Мухоморычу бомжевать в Северный лес.

Спустившись на первый этаж я вызвал такси. На удивление повезло. Таксист уже стоял на парковке и ждал новый заказ, который оказался моим. Я без труда отыскал видавшую виды Ладу Калина с треснувшим бампером, побитым мелкими выщербинами лобовым стеклом и залез внутрь, задохнувшись от десятка освежителей в виде ёлочки, висящих на зеркале заднего вида. Пришлось открыть окно, чтобы не помереть от этой вони.

Коренастый водитель с пышной бородой и тюбетейкой на голове развернулся ко мне и с акцентом уточнил:

— Девятый километр жи, да?

— Всё так, — подтвердил я.

Таксист, кивнув, тронулся с места и выждав момент вклинился в пробку, ведущую в сторону Заставы. По радио играла этническая музыка, которая спустя пару минут умолкла, уступив место программе новостей. Не желая слушать трёп по радио, таксист решил сам потрепаться:

— Болеете, да? — коротко спросил он, посмотрев на меня в зеркало заднего вида.

Видок у меня после вчерашнего был и правда болезный.

— Ага, болею. За «Факел», — усмехнулся я, посмотрев в окно.

Водитель сочувствующе покачав головой:

— Жилаю вам скорее поправиться. Болезнь это плохо.

— Спасибо, — ответил я, уткнувшись в окно, чтобы таксист не увидел мою ухмылку.

«Факел» это Воронежская футбольная команда, а вовсе не болезнь. Жаль, что таксист не понял шутки, она бы ему определённо понравилась.

Следующие сорок минут мы ползли по Московскому проспекту в компании таких же страдальцев. Воронежские пробки, конечно, не дотягивают до столичных, но всё равно выпивают из тебя все соки, даже если едешь на заднем сидении такси.

Наконец мы доползли до областной больницы, я было потянулся к дверной ручке, но вспомнил, что в арендованной машине закончился бензин.

— Уважаемый, не поделитесь топливом? В моей машине бензин закончился, а до заправки толкать далековато.

— Какой разговор? Конечно, — улыбнувшись, ответил водитель и вылез из машины.

Он открыл багажник, достал пустую пятилитровую баклажку и шланг. После открыл бак и заполнил пятилитровку под самое горлышко. Забрав бутыль я порылся в карманах джинсов и выудил десяток мятых купюр. Пересчитал наличку и улыбнулся. Цой пел про то что если есть в кармане пачка сигарет, то всё не так уж плохо на сегодняшний день. Но куда приятнее найти в кармане пару тысяч. Пятьсот рублей я отдал водителю, девять тысяч оставил себе. Широко улыбаясь водитель пожал мне руку и уехал.

Я же пошел в сторону парковки, где вчера оставил арендованный BMW. Солнышко пекло макушку заставляя обливаться потом, а узкая ручка пятилитровки резала руку заставляя идти быстрее.

BMW я нашел без труда. Он стоял на том же месте где я его оставил. Покрытый толстым слоем серой пыли, которая за сутки превратила его из автомобиля представительского класса в памятник бесхозяйственности. Залив бензин, я убрал с переднего сиденья резиновый коврик, постелив его в багажнике, а после сел за руль, завёл двигатель и покатил на выезд.

Правда, у шлагбаума пришлось остановиться: полосатая палка была опущена, перекрывая проезд. Я подождал секунд десять, потом еще десять. Увы никто не собирался мне открывать. Потеряв терпение, опустил стекло, высунулся из окна и постучал костяшками пальцев по будке.

— Чё надо? — высунулась из окошка знакомая заспанная физиономия вчерашнего охранника.

— Шлагбаум откройте, пожалуйста, проехать хочу, — попросил я, стараясь звучать дружелюбно.

— Не открою, — отмахнулся охранник, смотря мимо меня. — Не работает он.

Было видно, что охранник под действием синдрома «Вахтёра». Показывает, кто здесь власть, и банально врёт.

— Хорош дурить, открывай, — чуть настойчивее повторил я.

Охранник выпучил глаза и обиженно выпалил:

— Эт я дурю⁈ Ты мне вчера фукал тут, как псине дворовой! А я, значит, должен выскочить на солнцепёк и открывая дорогу в ноженьки поклониться⁈

Я прикрыл глаза и мысленно попросил мир наделить меня терпением. Я орал на пса-мутанта, пытавшегося меня сожрать, а этот всё принял на свой счёт. Хотя как иначе? Борр-то сказал, что обычные люди не видят духов и порождений скверны, вот и итог. Нужно быть аккуратнее, а то и правда в дурку упекут с такими забегами.

— Это я не вам «фукал». Меня вчера в больнице таким количество обезболивающего обкололи, что я галлюцинации начал видеть. Вот и бежал в припадке, крича на всякую нечисть. К вам это вообще никакого отношения не имело.

Охранник прищурился пытаясь понять вру ли я, а после расплылся в ехидной ухмылке.

— Это да, бежал ты знатно. Прямо как этот… Как его там?.. Усейн!

— Что еще за Усейн? — нахмурился я.

Охранник почесал затылок и защелкал пальцами, пытаясь выудить из памяти нужную фамилию.

— Ну фамилия у него на член ещё похожа! Да ты точно слышал! Бегун, самый быстрый!

Я едва не прыснул со смеху.

— Усейн Болт, что ли?

Охранник просиял и хлопнул ладонью по подоконнику будки.

— Ага, он самый! Усейн Болт, мать его за ногу! Яж говорю, фамилия на член похожа! — Он захихикал, довольный собственной шуткой, а потом махнул рукой. — Ладно, проезжай. И не болей больше.

Шлагбаум со скрипом пополз вверх, я кивнул охраннику и выехал с парковки, улыбаясь. На Московском проспекте с трудом влился в поток машин и двинулся в сторону автосалона «Гранд», расположившегося в паре километров от города.

Дорога заняла минут десять от силы. Свернув с дороги, я припарковал машину у приземистого здания, обшитого серыми панелями. С виду колхоз тот ещё, не чета столичным автосалонам, но позиционируют себя как дилера автомобилей люксовых брендов!

Выбравшись наружу, я подхватил ключи и направился ко входу. Стеклянная дверь открылась с мелодичным звоном, и меня обдало холодным воздухом из кондиционера. Ну спасибо, блин. Только таксист пожелал здоровье, а этот дует так, что можно ангину подхватить за наносекунду.

Внутри салона было просторно и чисто, как в операционной. Тут и там стояли мэрсы, бэхи, лексусы и прочие колымаги со скрученным пробегом. Почему со скрученным? Да потому что у меня друг здесь работал и такого нарассказывал, что, даже будь у меня деньги, я бы не стал покупать машину именно здесь. А вот и подтверждение моих слов. Из глубины зала донёсся яростный крик:

— Вы продали мне сломанную машину! У неё колёса заклинили на ста пятидесяти километрах в час! По трассе, мать вашу! Я чуть не сдох!

Мужик лет сорока пяти в мятой клетчатой рубашке тыкал пальцем в лицо менеджеру салона. Красная физиономия, вздувшаяся жилка на виске, кулаки побелели от напряжения. Того и гляди набросится на улыбающегося менеджера.

Менеджер стоял напротив не испытывая вообще никаких эмоций кроме скуки. Гладко выбритый, в отглаженной рубашке с бейджиком на груди и полным отсутствием совести. Для него подобные разговоры — рутина, от которой он устал. Менеджер показательно зевнул и перебил клиента:

— Мы провели диагностику и выяснили, что ваш автомобиль обслуживался в несертифицированном центре. К сожалению, это аннулирует гарантийные обязательства с нашей стороны.

— Чё ты гонишь⁈ Я в вашем же сервисе и обслуживался! — Мужик побагровел еще сильнее, хотя, казалось, куда уж больше.

Я прислонился к стойке у входа и наблюдал за разворачивающимся шоу. Меня интересовал не столько конфликт, сколько полупрозрачная чёрная дымка, вьющаяся вокруг клиента. Негатив вёл себя точно так же, как и в Галерее Чижова: обвивал пострадавшего, стягивался в спираль и просачивался под пол.

Мужик тем временем перешел на ультразвук.

— Суки! Я вас засужу! Ты лично сядешь за фальсификацию документов!

Менеджер сочувственно склонил голову набок и развел руками.

— Заключение из сервиса делал не я, а наш механик. Но это не важно. Вы имеете полное право подать в суд. Буду держать за кулачки и надеяться, что вы сумеете добиться справедливости раньше, чем у вас закончатся деньги на адвоката.

Клиент задохнулся от возмущения. Он замахнулся было чтобы дать в рожу обнаглевшему сотруднику, но менеджер указал взглядом на висящие под потолком камеры. Разъярённый мужик чертыхнулся и зашагал прочь.

Менеджер проводил его взглядом, расправил плечи и двинулся ко мне. Скука на его лице сменилась тёплой улыбкой, будто он увидел родного брата, с которым его разлучили при рождении:

— Дмитрий Александрович! Рад вас видеть. Как машинка? Понравилась? Если пожелаете, можем оформить её в кредит по очень выгодным условиям.

Я открыл было рот, чтобы ответить, но невольно сделал шаг назад. Менеджер, остановившийся в метре от меня, довольно резко преобразился. Издали он был обычным человеком, а вот вблизи…

Вместо гладковыбритого клерка на меня смотрела крысиная морда с маслянистой шерстью на щеках и длинными, нервно подрагивающими усиками. Розовые полупрозрачные уши торчали вверх, а передние зубы выступали из-под верхней губы. Так вот кого называют «корпоративной крысой». На бейдже написано «Артём», а должно быть написано «Сплинтер».

Видя, что я завис, менеджер щёлкнул пальцами перед моим лицом. Я моргнул и протянул ключи, краем глаза наблюдая за длиннющим хвостом, торчащим из-за его спины.

— Машина — высший класс, но о покупке пока думать рано, — выдавил я из себя, натягивая на физиономию кривоватую улыбку.

Крысиные лапки приняли ключи и ловко убрали их в карман.

— В таком из случаев я с нетерпением буду ждать, когда вы решите обзавестись личным авто. — Он сделал шаг назад и указал рукой на закуток, в котором сидел кассир. — Можете оплачивать аренду, а я пока проверю, всё ли в порядке с нашей ласточкой.

Я кивнул и пошел в указанную сторону, стараясь не оборачиваться. В голове крутилась лишь одна мысль: «Это что, так выглядят одержимые или же?.. Да нет, он точно одержимый. Духов люди не видят, а демонов… Насчёт демонов вопрос остаётся открытым».

Касса располагалась в тесном закутке, отгороженном от основного зала матовой перегородкой. За стойкой сидела пышная женщина лет тридцати пяти, уткнувшись в монитор. Она выглядела нормальной. По крайней мере, крысиной морды или змеиного языка я не наблюдаю. Протянул ей документы на аренду, и кассирша тут же застучала по клавиатуре, заполняя форму возврата.

— С вас двадцать тысяч рублей за двое суток аренды. Картой или наличными?

— Пятнадцать с карты, пять наличкой, — ответил я, положив на стойку смятую пятитысячную купюру, а после приложил телефон к терминалу.

Лишившись денег, на душе стало печально. В кармане четыре тысячи деревянных, и их хватит от силы на две посиделки с Мухоморычем. Не густо.

Кассирша протянула мне чек. Забирая его, я заметил, что слева от меня, у самого пола, висел черный сгусток, сотканный из дыма. Размером он был с футбольный мяч. Сгусток медленно пульсировал и колыхался, а внутри него что-то поблескивало тусклым огоньком. Словно завороженный, я уставился на эту штуку, а кассирша подняла на меня вопросительный взгляд.

— Что вы там увидели? — спросила она, переваливаясь через стойку, а после посмотрела на меня как на сумасшедшего. Всё понятно, она эту пакость не видит.

Обнаружен нарыв скверны!

Ёмкостью 20 единиц.

За очистку нарыва вы получите награду от Мира.

— Нет, ничего, просто в глаз что-то попало, — улыбнулся я кассирше, она лишь покачала головой и снова уткнулась в монитор.

Я присел на корточки, делая вид, что завязываю шнурки. Сам же раздумывал о том какие же награды может раздавать мир помимо контрактов с прожорливыми карликами?

Всматриваясь вглубь сгустка, я пытался понять, что же за блестящий огонёк пульсирует там. Может, это как в играх, ядро монстра? Уничтожь ядро и тварь погибнет. Вот только это не тварь, а сгусток. Но думаю принцип тот же. Что ж, сейчас и проверю так ли это работает. Протянув руку я попытался схватить мерцающую искру.

В ту же секунду от кисти до локтя меня обдало нестерпимым холодом, пробирающий до костей. Голова закружилась, к горлу подступила тошнота, а перед глазами всплыло новое сообщение:

Внимание! Вы прокачиваете через себя скверну, это может навредить вашему здоровью. Прекратите процедуру или покойтесь с миром.

На синеватом фоне всплыли зелёные буквы:

Жемчужина награды.

Редкость: Необычная.

Описание: Влей энергию, чтобы получить случайную награду.

Какую ещё энергию? Электрическую, что ли? Увы, у меня нет с собой батареек или оголённого провода, чтобы я мог шандарахнуть током по этой штуковине. Или имеется в виду внутренняя энергия по типу ЦИ? Если да, то всё ещё хуже, так как я не фанат цигуна и китайских манхв.

Я покрутил гладкий шарик в руке, пытаясь понять, как его активировать. Понимание не пришло. Тогда я просто сжал жемчужину в кулаке с силой и представил, что в кругляш вливается желтоватое свечение. Скажу честно, представить это было сложновато, но я справился. Жемчужина хрустнула, и между пальцев вспыхнул тусклый свет, после чего на колени шлёпнулось нечто увесистое.

Я опустил взгляд и в очередной раз за сутки обалдел. На коленях лежали новенькие шлёпанцы.

Резиновые, зеленоватого цвета, с ребристой подошвой. Такие продают на озоне рублей за триста. Как только я посмотрел на обувку, перед глазами всплыл текст:

Шлёпанцы ловкости

Редкость: Обычная

Прочность: 20/20

Описание: Удобная летняя обувь для пляжа. Шлёпай в них, как жаба по асфальту. Жабы ловкие, и ты тоже станешь ловчее.

Дополнительный эффект: Ловкость +2

Прочитав описание, я невольно хохотнул. Мир будто знал, что я давно мечтаю попасть на море. Ходишь в шортах и шлёпках туда сюда, никуда не спешить и наслаждаешься жизнью. Теперь у меня есть шлёпки, надеюсь, в следующий раз я получу шорты и путёвку в Адлер.

Обувка пахла резиной и магической не выглядела от слова «совсем». Интересно, как работает это +2 к ловкости? У меня все параметры по десятке, значит, я должен стать ловчее на 20%? Жаль, это никак не проверить. Ведь если я, к примеру, жму от груди сто килограммов на десять повторений, то с силой +2 буду жать уже сто двадцать кило. Это при условии, что моя теория верна.

— Резиной пахнет, — произнёс таксист, не отвлекаясь от дороги.

Ага! Выходит, шлёпанцы и правда материальны. Это уже радует. А то мало ли. Вдруг они существуют только в моём воспалённом сознании.

Я покосился на таксиста, но тот спокойно крутил баранку, не обращая на меня никакого внимания. Ладно, будем экспериментировать. Стянув кроссовки, я, как завещали лучшие модники страны, надел сандалии прямо на носки и…

Ничего не произошло. Я просто стал выглядеть как идиот, вот и всё. Ну и что даёт ловкость? Я стану быстрее бегать или смогу уклоняться от пуль, как в матрице? Было бы не плохо, ведь периодически находятся индивиды, желающие намылить мне шею. Таксист резко затормозил, пропуская возникшую из ниоткуда машину и меня бросило вперёд.

— Ездить научись, шайтан! — выругался водитель, а у меня от такой остановочки всё поплыло перед глазами и накатила волна тошноты.

Сглотнув, я вцепился пальцами в сиденье и тяжело задышал. Очевидно, мне не стоило лезть к черному сгустку. Подорвал здоровье, а взамен получил пляжные шлёпки и монетку. Сделка века, ничего не скажешь.

Кстати о монетке, я запустил руку в карман и вытащил тусклый кругляш, увидев его описание:

Монета кармы (1)

Физическое воплощение позитивной энергии. Можно использовать для обмена или поглощения. Поглотив монету кармы, ты получишь ОК, равные номиналу монеты.

Подсказка: Поглощение позитивной энергии благоприятно сказывается на состоянии здоровья.

Я сжал монету в кулаке точно так же, как и жемчужину. Секунду ничего не происходило, а после она будто стала жидкой и впиталась в кожу, не оставив после себя и следа.

Однако исчезла она не просто так. Тепло побежало вверх по руке и разлилось по всему телу мягкой волной. Тошнота отступила, а перед глазами перестало двоиться, ещё и бодрости прибавилось. Как только монета исчезла, всплыло сообщение:

Получено 1 ОК.

А что? Весьма неплохой энергетик получается! Не выспался или сорвал спину? Поглоти монету — и тут же полегчает. Надо бы побольше таких монет раздобыть, желательно не засовывая руку в нарывы скверны.

— Приехали, — объявил таксист, затормозив у моей панельки.

Я подхватил шлепки, расплатился наличкой и вылез из машины. Девятиэтажка смотрела на меня грязными окнами, напоминая о мечте однажды переехать в место получше.

Слева от подъезда была детская площадка, на которой расположились турники. Занимались на них редко, чаще использовали для выбивания ковров. Единственный завсегдатай турников это алкаш Валера. Вот и он, кстати.

Валера подошел к перекладине, повис на ней и крутанул ногами из стороны в сторону. Этот приём я назвал МТЗ — «Мануальная терапия забулдыги». Поправив спину, Валера отправится стрелять мелочь на пузырь чего-нибудь покрепче. Заметив меня, он было открыл рот, но я покачал головой, намекая, что мелочи нет. Скорчив скорбную мину Валера побрёл дальше.

Я проводил его взглядом и посмотрел на турник. А ведь неплохая идея. Зачем гадать, как характеристики влияют на моё тело, если можно проверить на практике?

Подойдя к перекладине, ухватился за железную трубу и тут же почувствовал, как тело говорит мне: «Ты серьёзно? А может, лучше домой на диванчик и под сериал что-нибудь пожуём?». Появилось ощущение, что эти мысли мне Мухоморыч нашептал прямо в мозг. Улыбнувшись, я напряг мышцы и бодро достал бородой до перекладины.

А вот второе подтягивание далось сложнее и руки начали подрагивать. Пальцы стали разжиматься, а бицепсы воспылали огнём. Но на пять повторений меня хватило. А вот шестое не смог осилить даже с рывком. Спрыгнув на песок, я упёрся руками в колени и громко задышал.

Чего и стоило ожидать. Я забил на физическое развитие, занимаясь финансовым, вот и итог. Жалкие пять подтягиваний, а ведь лет пятнадцать назад я мог без особого труда осилить пятнадцать повторений.

Но мне не стыдно. В тридцать лет далеко не каждый мужик осилит пятёрку. Главное, что результат зафиксирован и можно перейти к самому интересному!

Едва я успел подумать о окне статуса, как вдруг оно появилось перед глазами. Сперва я сосредоточился на надписи:

Свободные очки характеристик: 2.

А после подумал о том, что хочу повысить Силу до 12. Свободные очки тут же обнулились, а количество силы выросло на две единицы. Мышцы по всему телу будто начало распирать изнутри. Такие же ощущения бывали после хорошей тренировки. Правда, вместе с распиранием мышц приходила и усталость, а сейчас её не было. Чувствую себя отлично!

Снова запрыгнув на турник, я повторил эксперимент. На третьем повторении стала ощутима разница. Сейчас руки не дрожали, просто с усилием поднимали меня вверх. Я стиснул зубы и потянулся выше, пытаясь превзойти предыдущий результат, и… Шесть подтягиваний! Получилось! А может, ещё разочек и дотянусь до семи-и-и…? Ну же! Давай Дима!!!

Увы, нет. Пальцы соскользнули, и я приземлился на обе ноги, а после посмотрел на покрасневшие ладони.

— И правда стал сильнее на двадцать процентов. — Задыхаясь сказал я и вытер тыльной стороной пот со лба. — Если подниму силу до двадцати, стану вдвое сильнее самого себя. Весьма неплохо.

А ещё мне понравится то, что характеристики считаются от базовых показателей тела. То есть если я займусь тяжелой атлетикой и буду постоянно тягать штангу, становясь мощнее, то две единицы, вложенные в характеристику силы, будут давать мне постоянный баф к этой самой силе! По крайней мере я надеюсь на то что Мир создавая параметры руководствовался той же логикой. А значит, надо срочно записаться в качалку! И протеина с креатином купить.

Я полез в карман и вспомнил, что у меня осталось чуть меньше четырёх тысяч рублей. Ещё и за аренду квартиры платить через две недели. Эх. Видимо поход в качалку отменяется. Ещё и Мухоморыч этот со своим контрактом. Корми теперь этого гада…

Хорошо, что я знаю, как можно быстро поднять денег без машины и официальной работы. Ставки на спорт! Да шучу я, шучу. Азартные игры это прямой путь на дно, а я и так нахожусь у самого плинтуса.

Я же говорю о работе курьером! Скачиваешь приложение, вешаешь на плечи термосумку и вперёд. За месяц можно заработать около ста тысяч рублей, если пахать с одним выходным. Мне же нужно потрудиться недельку, чтобы заработать на оплату квартиры и еду.

Достав телефон, я открыл уже установленное приложение Самоката. Раньше мне уже приходилось подрабатывать курьером, когда не было новых заказов по спасению бизнеса. А что поделать? Захочешь кушать, тут же перестанешь привередничать и возьмёшься за любую работу.

Нажал кнопку «Выйти в смену», и через пару секунд на экране высветилось: «Заберите сумку и велосипед по адресу: Владимира Невского, 48».

Я запихнул телефон в карман и зашагал в нужную сторону, стараясь держаться теневой стороны тротуара. Из всех доставок «Самокат» устраивал меня больше остальных. Фиксированная стоимость часа работы, бонусом капают чаевые, еще и велосипед выдают. Подработка мечты для студентов и любителей свободного графика.

По указанному адресу располагался небольшой склад, зажатый между продуктовым магазином «Чижик» и компьютерным клубом. Внутри сонный парнишка лет двадцати с бейджиком «Кирилл» протянул мне гламурную розовую термосумку и ключ от велосипеда, пристегнутого к стойке у входа.

Я расписался в журнале и получил первый заказ, который собирали здесь же, на складе. Подойдя к окошку, получил пакет от полненькой девицы лет двадцати на вид, закинул пакет в сумку и повёз заказ на улицу Хользунова, 43.

Потёртый велосипед катил по раскаленному асфальту, то ныряя в тень, то выбираясь на солнцепёк. Жара была такая, что даже встречный ветерок не спасал. На улице практически не было пешеходов, только машины проносились мимо, демонстрируя мне счастливых обладателей кондиционеров в авто. Вот бы и в велосипед поставить кондёр! Почему об этом никто не додумался до меня? Отличная ведь идея.

Проезжая мимо детского сада, я повернул голову и резко нажал на тормоза. В песочнице, среди разбросанных формочек и забытой пластмассовой лопатки, парил небольшой шарик, сплетенный из золотистого света. Мягкое свечение пульсировало, а родимая система тут же подсказала:

Позитивный сгусток.

Ёмкость: 4,8 единиц.

Описание: точка сбора позитивной энергии.

В автосалоне нарыв скверны чуть не отправил меня на тот свет, а позитивный, судя по всему, должен действовать наоборот. Кстати, неудивительно, что он здесь. Детский сад, песочница, сотни малышей, играющих тут каждый день. Должно быть, они генерируют радость в промышленных масштабах. Даже удивительно что у этого шарика концентрация всего 4,8 единиц.

Я спрыгнул с велосипеда, прислонил его к забору и подошел к калитке. Заперто. Оно и понятно: противодействие террористам, педофилам и наркоманам, которые могут испортить жизнь кому угодно. Это я поддерживаю. Правильно сделали, что отгородились.

На калитке висела кнопка селектора, а чуть выше в мою сторону смотрела камера видеонаблюдения. Я поправил термосумку на плече и вдавил кнопку. Спустя секунду из динамика раздался дребезжащий гудок, за ним второй и, наконец, строгий женский голос:

— Чего?

— Откройте, пожалуйста. Я заказ привёз.

Селектор пискнул, и замок щёлкнув открылся. Потянув на себя дверь, я протиснулся внутрь и быстрым шагом двинулся к песочнице. Детей на территории не было, видимо, тихий час, так что помешать мне никто не мог.

Я опустился на колени прямо в обжигающий песок и протянул руку к мерцающему шарику. Пальцы коснулись свечения, и теплая волна прокатилась по телу от кончиков пальцев до макушки.

В этот же момент головная боль, которая ныла фоном с самого утра, растворилась без следа. Усталость в ногах отступила, а в груди разлилось ощущение покоя, которого я не испытывал уже давно. Сгусток растаял в моих пальцах, а в песок упали две тускло мерцающие монетки, каждая номиналом в 1 МК. Ещё и сообщение всплыло:

Вы поглотили сгусток позитивной энергии. Получено 4 ОК.

Четыре очка кармы за одно прикосновение? Подарок судьбы, и не иначе! Вот бы все заработки давались так легко. Я подхватил монеты и сунул в карман. Но не успел я распрямиться, как за спиной раздался громкий топот дополняемый истошным воплем.

— Ах ты, наркоман поганый! Обмануть меня решил⁈

Обернувшись, увидел грузную женщину в синей форме охранника. Она неслась ко мне с увесистой резиновой дубинкой, а на лице ее пылал праведный гнев.

— Закладку ищешь, падла⁈ Сейчас ментов вызову, и поедешь на зону!

Упс… А ведь со стороны оно так и выглядело. Здоровенный лоб обманул охранницу ради того, чтобы порыться в песочке? Объяснять разъяренной охраннице, что я собирал невидимые монетки, было бессмысленно. Она и без того уверена, что поймала закладчика с поличным, а подобные оправдания лишь укрепят её уверенность в этом.

Сорвавшись с места, я перелез через двухметровый забор, радуясь тому, что охранница весьма пышная и меня не догонит при всём желании.

— Стой, паскуда! — Взвизгнула она на прощание ударив дубинкой по стальным прутьям забора.

Запрыгнул на велосипед я надавил на педали так, будто от этого зависела моя жизнь. Колеса провернулись, подняв облачко пыли, и я помчался в сторону Хользунова. Охранница еще что-то кричала в спину, но её слова утонули в городском шуме и гуле проезжающих машин.

Свернув за угол, я перевел дух и покосился на телефон, закрепленный на руле. Из-за непредвиденной остановки я не уложился ко времени и уже опаздывал с доставкой заказа на десять минут. Теперь чаевых мне не видать.

Через три минуты я наконец добрался до сорок третьего дома. Прислонил велосипед к стене, остановился у двери третьего подъезда и набрал номер квартиры на домофоне. Из селектора послышался писк, и дверь открыли, даже не спросив, кто приехал. Видать, меня здесь очень ждут.

Войдя внутрь, я утонул в ароматах «ванили». Судя по запаху, здесь ночевал бомж и это явно был не Грибоедов. Взбежав по ступенькам, я вызвал лифт и поехал на девятый этаж. Двери распахнулись, и справа обнаружилась нужная мне квартира. Нажал на звонок. Потом ещё и ещё раз. Тишина. Никто не открывает.

После пятой попытки за дверью что-то зашуршало, но открывать мне не собирались. Вздохнув я стал стучать в дверь, и её наконец распахнули. На пороге стоял мужик лет сорока пяти в мятой клетчатой рубашке и с не менее помятой мордой. На удивление я узнал его. Это же тот разъяренный клиент из автосалона!

— Ну чё? Приятно ждать? — буркнул он, скрестив руки на груди.

— Извините за ожидание, в пробке застрял. — Я виновато развел руками и протянул ему пакет с заказом.

Мужик выхватил пакет и собрался было захлопнуть дверь, но я успел подставить носок кроссовка в щель.

— Подождите минутку, — попросил, выставив руки перед собой, как бы говоря, что не нарываюсь на конфликт. — Я видел вас сегодня в автосалоне. У вас еще колёса заклинили в машине.

Мужик замер, лицо его побагровело, и на виске вздулась жилка. Стало ясно что прямо сейчас он повысит голос до максимально доступной тональности.

— Эти твари продали мне хлам и меня же обвинили! — взорвался мужик, сжимая кулаки. — Говорят, что это я виноват, что обслуживал машину в другом сервисе! А я её вообще не обслуживал! Нахрена её обслуживать, если у неё пробег меньше тыщи километров⁈ — заорал он, и эхо прокатилось по подъезду. — Ну ничего, скоро я этот салон спалю нахрен!

В этот момент его глаза начали меняться. Радужки потемнели, приобретая чернильный оттенок, а вокруг мужика заклубилась тёмная дымка. Негативная энергия опутала его так же, как и в автосалоне, только сейчас ее стало заметно больше.

— Ого! Успокойтесь. Не надо ничего сжигать, — произнёс я и перешел к конструктиву. — У меня есть хороший знакомый, работает в прокуратуре. Давайте я дам вам его телефон. Скажете, что вы от Караваева, и он поможет прижать хвост автосалону, но уже законным способом.

Мужик прищурился и уставился на меня.

— Какой ещё закон, парень? У них там всё куплено. Никто ничего делать не станет, потому что…

Я мягко перебил Фому неверующего. Наши силовики тут совсем ни при чём. Просто такие правила общества. Если ты робко попросил что-то сделать и не получил желаемого, то нужно продолжать настаивать на своём. Требовать! Жаловаться! Искать лазейки, чтобы добиться цели.

И да, на это требуется очень много времени и сил, поэтому проще сдаться и поставить крест на человечестве. Порой я тоже сдавался, а порой пробивал такие стены, о которые разбился бы даже самый крепкий лоб. Главное продолжать пытаться!

— Вы недооцениваете жажду моего товарища получить премию в конце месяца, — улыбнулся я, говоря категориями, понятными этому мужику. — Сами же знаете, что у них палочная система. Покарал преступника и выполнил план по раскрываемости? Получи премию. План не выполнил? Увы и ах. А у моего друга зарплата мягко говоря маленькая. Только премия и помогает сводить концы с концами. По этому он с радостью вам поможет, ведь тем самым он поможет самому себе. Понимаете?

— Ну допустим. А тебе это зачем? — недоверчиво уточнил мужик.

— Зачем? — Я ткнул пальцем в потолок, пытаясь показать на небо, которого тут не видно. — Говорят, за добрые дела можно в рай попасть.

— Верующий, что ли? — мягче спросил мужик.

— Вроде того, — кивнул я.

Тёмная дымка вокруг собеседника медленно начала таять, а чернильная муть из глаз и вовсе исчезла. Он разжал кулаки и будто стал меньше сбросив напряжение.

— Ты это. Извини. Я как козёл себя повёл по началу. Просто день такой. Сначала автосалон этот сраный, потом ты с заказом. Меня, если что, Тимур зовут, — произнес он, протянув мне руку, которую я тут же пожал.

— А я Дмитрий, записывайте.

Представившись, я продиктовал номер Егора Константиновича из прокуратуры. Записав номер, Тимур поднял взгляд на меня и попросил:

— Дим, продиктуй и свой номер. Если твой товарищ реально поможет, я в долгу не останусь.

Отнекиваться я не стал. Человек от чистой души, хочет отблагодарить — кто я такой, чтобы плевать на его порыв своим отказом?

Следующие пару минут я рассказывал Тимуру о том, как Егор однажды помог моему клиенту спасти бизнес, который пытались отжать конкуренты. После этого рассказа Тимур заметно воодушевился, поверив что и у него получится добиться справедливости. Мы попрощались, и я направился к лифту, увидев перед глазами сообщение:

Ты значительно повлиял на судьбу человека. Получено 10 ОК. У тебя 17 ОК.

— Ого! — присвистнул я, нажимая на кнопку лифта. — Выходит, старуха Шапокляк была не права. Кто людям помогает, не тратит время зря.

Двери лифта разъехались, я зашел внутрь и нажал на единицу, удивляясь тому, что за такую малость мне начислили аж десять очков кармы. Это больше, чем я получил за убийство бешеной псины и поглощение позитивного сгустка вместе взятых.

Кстати, а что значит «повлиял на судьбу»? Тимур что, и правда спалил бы дилерский центр? Если так, то, можно сказать, я его от тюрьмы спас. Даже на душе стало приятно от такой мысли.

* * *

У панорамного окна автосалона стоял менеджер Артём и едва сдерживал волну накатывающего гнева. Развернувшись на пятках он быстрым шагом направился к закутку, где расположилась касса. Приоткрыв дверь, просунул голову в щель и негромко попросил:

— Ульяна Ильинична, дайте, пожалуйста, договор аренды Караваева.

Кассирша оторвалась от монитора и уставилась на него поверх очков.

— Зачем он тебе?

— Да так. Дмитрий Александрович банковскую карточку в машине забыл. Хочу посмотреть адрес прописки и вернуть утерянное. — Крысюк прислонился к дверному косяку и одарил кассиршу добродушной улыбкой, которую тренировал годами.

Ульяна Ильинична, кивнув, покопалась в стопке документов, выудила нужный лист и протянула менеджеру. Артем быстро нашел графу «Адрес регистрации», достал телефон и сделал фото, чтобы не забыть, где живёт его жертва.

Вернув договор, Артем вышел в зал и направился к напарнику. Тот подпирал собой витрину с аксессуарами и с умным видом листал каталог, хотя, судя по выражению лица, мыслями находился где-то на пляже в Анталии.

— Жень, я отскочу на пару часов. Подстрахуй.

Напарник усмехнулся, не отрываясь от каталога и ответил:

— От подстрахуя слышу.

На ходу Артём достал ключи новенького «Хендай Солярис», который пригнали для тест драйва, нажал кнопку сигнализации, и сел за руль. Забил адрес в навигатор, а после вдавил педаль газа и вылетел с парковки на Московский проспект.

Скрежетнув зубами Артем крепко сжал руль побелевшими пальцами. Перед глазами стоял Караваев запустивший руки в нарыв скверны. В его нарыв, который он взращивал месяцами, подкармливая негативом обманутых клиентов. Всё для себя, родимого! Ведь одержимые питаются скверной и становятся от этого только сильнее.

А этот хмырь в мятых джинсах просто взял и отожрал четверть накопленной энергии? Мало того, ещё и Мир выдал ему за это награду! Награду, которую Артём с радостью присвоил бы себе. Монеты, и уж тем более жемчужины, лишними не бывают, ведь это всё воплощение энергии Мира. Энергии, которую можно поглотить.

— Решил, что можешь питаться из моей кормушки? Посмотрим, сможешь ли ты есть без зубов. — процедил сквозь зубы Артем, прибавляя скорость.

* * *

Выйдя из подъезда, я с удовольствием подставил физиономию солнцу. Жара давила нещадно, но после получения десяти очков кармы, настроение было восхитительным! Ещё бы добрые дела оплачивались наличкой, я бы давно расплатился по кредиту и лежал на пляже, попивая коктейли.

Подойдя к велосипеду, прислоненному к стене, я собирался отправиться за новым заказом, но в эту секунду передо мной с визгом затормозил тонированный в круг мерседес. Стекло поползло вниз, и из окна высунулась весьма неприятная рожа из моего прошлого.

— Знаешь, порой сдохнуть хочется… — добавил Толик, смотря в пустоту.

— Дурак ты. У тебя жена — золото, двое детишек, а ты в петлю собрался. Всего-то нужно найти работу по душе, — мягко произнёс я, не сводя взгляда с улитки, которая следила за мной одним глазом. — И не переживай, с работой что-нибудь придумаем.

— Да чё тут думать? — Толик ожесточенно затушил окурок о край лавки. — Нет для меня нормальной работы. Подсобником ишачить? Так у меня спина больная. Остаётся только… — он замялся и добавил чуть тише: — как ты и сказал, голову в петлю — и конец страданиям. Олька себе кого-нибудь получше найдёт, а ты за ребятишками присмотришь.

Черное облачко вокруг Толика сгустилось закручиваясь в тонкую спираль и потянулось в сторону паразита. Смотря на это, я схватил Толика за шею и притянул к себе. Я упёрся лбом в его лоб, но не для того, чтобы поговорить по душам, как делают алкаши, а для того, чтобы Толик не понял, что я делаю.

— Толя, если полезешь в петлю, я тебя оттуда вытащу и морду набью. Усек? — серьёзно сказал я, нащупал колючий панцирь и дёрнул его в сторону.

Улитка с влажным чавканьем оторвалась от шеи Толика и полетела на землю. Разинув зубастую пасть, она зашипела и ме-е-едленно поползла к нам. Спустя секунду Толик покосился на меня и заулыбался. Чернота вокруг него поредела, а нити скверны стали исчезать.

— Ты прав. Чёт накатило на меня. Даже не знаю… — Растерянно произнёс он. — Хороший ты мужик, Димка. Спасибо, за поддержку.

— Обращайся, — ответил я, отпустив его.

Толик бросил окурок в банку, стоящую на краю лавочки, и, хлопнув ладонями себя по коленям, поднялся.

— Ладно. Пойду я спать. А завтра на биржу труда загляну, должно же что-то найтись для меня. Верно?

— Вот это другое дело, — одобрил я. — Толь, скажи Оле, что я уехал, такси уже подъезжает.

— Передам. — Толик кивнул и скрылся за дверью.

Зубастая улитка с печалью проводила Толика взглядом глаз на длинных усиках, а я поднялся с лавки и улыбнулся.

— Вижу ты не наелась. Тогда я угощу тебя десертом.

Улитка попыталась развернуться и уползти прочь, но кто ж ей позволит? Со всего размаха я припечатал слизняка пяткой, да так, что зелёная гадость расплескалась во все стороны. Впрочем, останки слизня быстро засветились золотистым и стали таять в воздухе, а Мир наградил меня новым сообщением:

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК.

Увы, на этот раз монеток не дали. Но даже так я не расстроился.

Проведя подошвой по траве, я попытался стереть зелёную слизь, если она там осталась. Пока я не тяну на истребителя демонов, но со слизняком справиться могу. Это уже радует.

Кстати! В Галерее Чижова и в автосалоне негатив закручивался в тугую спираль и утекал вниз, просачиваясь сквозь пол. А у нас под домом как раз имеется подвал…

— Даша! Какая встреча! Может, прокатимся? — пропел он елейным голоском, притормаживая у бордюра.

Дарья вытащила наушники и остановилась, внутри всё сжалось, причем не от страха, а от раздражения.

— Ты следишь за мной? — Она уставилась на управляющего в упор. — Я ясно дала понять, что между нами ничего не будет. Ни сейчас, ни потом.

— Ух, какая строптивая, — протянул управляющий, осматривая её похотливым взглядом. — Ну ничего, я и не такие крепости брал.

Он вырубил двигатель и выбрался из машины, дорогие туфли стукнули по асфальту, а на руке блеснули часы стоимостью в годовую зарплату Дарьи. Управляющий шагнул ближе и крепко схватил Дарью за запястье.

— Поедем в ресторан, покушаем, выпьем, а потом ко мне, может, фильм посмотрим, а может… — выдавил он приторным тоном, и Дарью передернуло от омерзения.

— Убери руки, пока я полицию не вызвала! — Она вырвала руку и отступила на шаг, прижимая сумку к груди.

Управляющий глухо рассмеялся.

— Полицию? И что они мне сделают? Погрозят пальцем и отпустят? Я ведь ничего не нарушил. Подъехал к сотруднице, предложил подвезти. Галантность у нас пока не запретили.

Дарья стиснула зубы и быстрым шагом пошла в сторону своего дома, бросив через плечо:

— Разговор окончен.

Подъезд маячил в полусотне метров. Дарья на ходу выудила из кармана ключ от домофона, чувствуя, как руки подрагивают от нервного напряжения.

— Дашенька, — донёсся вслед спокойный голос. — Разговор закончится, когда я скажу.

За спиной послышался хлопок, фонарь над головой Дарьи моргнул и потух. Соседний столб горел дальше по улице, вот только его свет разом стал недосягаемым, а вокруг сгустилась вязкая темнота.

Взвизгнув от ужаса, девушка бросилась бежать. Сердце бешено колотилось, а каблуки выбивали дробь по асфальту. Спустя показавшиеся вечностью секунды пальцы нащупали холодный металл домофона. Ключ-таблетка звякнул о считыватель, и во тьме вспыхнул зелёный огонек.

Она рванула дверь на себя и уже переступала порог, когда на плечо легла цепкая рука. Шагов позади Дарья не слышала, выходит, преследователь преодолел эти метры бесшумно и почти мгновенно, но обдумывать это было некогда.

Развернувшись, девушка со всей силы впечатала локоть в переносицу управляющего. Раздался хруст, пальцы соскользнули с её плеча подозрительно легко, и девушка, протиснувшись в подъезд, захлопнула за собой тяжелую дверь.

Магнит лязгнул, притянув железную створку. Дарья прижалась лопатками к холодному металлу и попыталась отдышаться. Стук сердца отдавался в ушах, заглушая уличные звуки, оттого она и не услышала тихий смешок снаружи.

Вячеслав неспешно промокнул разбитый нос тыльной стороной ладони, а после слизнул кровь неестественно длинным языком.

— Строптивая, — прорычал он, смакуя страх пропитавший воздух. Этот страх пьянил не хуже коньяка. Ноздри управляющего жадно втянули негатив сочащийся через металлическую дверь. — Беги, беги. Загнанная дичь всегда вкуснее.

Вячеслав мог перехватить её локоть в полете, мог и вовсе не выпускать худенькое плечо, вот только зачем? Сорвать ягодку можно прямо сейчас, однако незрелый страх кислит, а Дашенька лишь начала наливаться ужасом. Пусть недельку повздрагивает от каждого шороха и проверяет замки перед сном. А потом наступит кульминация полная животного ужаса, такого сладкого и питательного.

Улыбнувшись управляющий уселся за руль, черный седан мягко тронулся и укатил в ночь. В этот же момент погасший фонарь вспыхнул вновь, заливая улицу желтоватым светом.

* * *

Обходя дом по кругу, я достал из кармана нож и на всякий случай раскрыл его. Желания встречаться с красноглазым нечто у меня не было. Однако оставлять семью в подвале дома которого может жить нечто зубастое, вообще не вариант.

За домом обнаружились дощатые двери подвала. В детстве меня частенько отправляли сюда за картошкой и банками с соленьями. Потянув за ручку, я распахнул створки, и в лицо дохнуло могильным холодом вперемешку с тошнотворной гнилью. В подвале и раньше было холодно, но вот гнилью тут никогда не пахло.

Спускаясь вниз, я чувствовал, как с каждой ступенькой становится всё холоднее и темнее. Пошарив рукой по стене, нащупал выключатель и щелкнул им, но лампочка под потолком не зажглась. Пришлось достать телефон и включить фонарик. Луч света заплясал по стенам подвала, и мне резко расхотелось туда спускаться.

Всё, чего касался взгляд, было облеплено странными чёрными нитями. Они маслянисто поблескивали в свете фонарика, словно паутина, сотканная из негативной энергии. Ноги мерзко прилипали к ступеням, а когда отрывались от них, за подошвой тянулись нити.

Спустившись вниз я увидел полки тянущиеся вдоль дальней стены. Они были завалены старым хламом, который и выбросить жалко и оставлять нет никакого смысла. На верхней полке среди прочего барахла пылилась ржавая бензопила, отец купил её лет двадцать назад, и за всё время она пригодилась от силы раза два.

Я перевёл взгляд в центр подвала и замер. Над полом, клубился сгусток чёрной энергии, раза в три крупнее того, что я видел в автосалоне.

Обнаружен нарыв скверны.

Концентрация: 45 единиц.

Описание: точка сбора негативной энергии. При наборе критической массы зародится осквернённая сущность.

— Приехали, — выдохнул я, останавливаясь в метре от сгустка.

Сообщение системы мелькнуло, и текст изменился.

Справка: сгустки скверны, расположенные в пределах людских жилищ, негативно влияют на психоэмоциональное, а также на физическое состояние жильцов.

Я присвистнул и задумчиво произнёс:

— Интересно, Толика так корежило, и он выплеснул кучу негатива, из которого вырос нарыв и паразит? Или сперва появился паразит и стал качать из Толика негатив сформировав нарыв?

Хотя, Оля с тремя работами и вечной усталостью, наверняка тоже добавила сюда капельку черноты. А ещё мама чувствует себя всё хуже. Очевидно, состояние её ухудшается из-за нарыва скверны. А значит, я должен избавиться от сгустка как можно скорее.

После зачистки должно полегчать Толику с мамой, да и соседям тоже. Однако как уничтожить сгусток? В десяток заходов поглощать по пять единиц негатива, постепенно истощая его мощность и рискуя склеить ласты? Идея отличная, вот только пока я буду кататься туда сюда, мои дражайшие родственники будут постепенно доливать сюда скверны. Это может превратиться в Сизифов труд. А если отсюда вылупится новая тварь, то станет совсем худо…

Когда в автосалоне пытался отчистить нарыв, то замешкался и едва не помер от того, что стал перекачивать через себя негатив, содержащийся в сгустке. А что будет, если я быстрым движением выдерну искру, маячащую в глубине нарыва? Есть шанс, что он развеется. По крайней мере, я на это надеюсь…

Тяжело вздохнув, я приготовился и быстрым движением попытался ухватить блестящую искру, пульсирующую в черноте. Увы, эксперимент провалился. Сгусток вздрогнул, покрылся густой слизью, которая потекла на бетонный пол, собираясь в лужу.

Внимание! Происходит рождение осквернённой сущности!

Лужа забурлила, и из неё вынырнула морда жабы.

— А вот и царевна лягушка… — произнёс я, резко отдёрнув руку от сгустка и попятился к выходу.

Жаба осмотрелась по сторонам и выпрыгнула на бетонный пол. Её бугристое тело переливалось маслянистой плёнкой в луче телефонного фонарика. Сама же квакуха была недурственных размеров. Думаю, у неё даже имелся шанс попасть в книгу рекордов Гиннеса, ведь величиной она была с бульдога. Лапы же твари заканчивались острыми когтями, а в пасти виднелся слюнявый язык на конце которого поблёскивало стальное жало.

— Даже если ты царевна, целовать тебя я не буду, — пробормотал я выставив перед собой нож.

Жаба юмора не оценила, оттолкнулась мощными лапами и прыгнула прямо на меня. Я чудом успел отскочить в сторону пропустив в сантиметре от себя когтистую лапу.

Луч света от фонарика заметался из стороны в сторону,, а через мгновение раздался смачный шлепок. Чудище врезалось в стену подвала, да так, что с полок посыпались банки разбившиеся на мелкие осколки после встречи с бетоном. Выдернув силуэт квакухи из темноты, я бросил беглый взгляд на свой ножик. И как с этим огрызком я могу победить такую пакость?

Тварь же не собиралась давать мне времени на размышления. Развернувшись вокруг своей оси, она припала к земле, готовясь к новому прыжку, а ее горло раздулось пузырем. Я думал, что она вот-вот выплюнет длинный язык и попытается пронзить меня стальным наконечником, но тварь оказалась хитрее. Запрокинув голову назад будто собирается плюнуть, она резко взмыла в воздух.

Замешкавшись, я завалился в сторону, жалея о том, что не надел шлёпки на +2 к ловкости. Они если бы и не спасли мне жизнь, то явно увеличили бы мои шансы. В итоге уйти от удара я не сумел. Когти полоснули по плечу, распарывая футболку вместе с кожей, и руку обожгло острой болью. Хорошо что тварь пролетела мимо, а так ведь могла сбить меня с ног и порвать как жаба грелку.

Зашипев, я услышал, как лягуха снова впечаталась в стену. Полка жалобно хрустнула, а ржавая бензопила рухнула прямо на голову жабе. Лягуха со злостью рубанула по бензопиле когтями, отшвырнув её к дальней стенке подвала, а я…

Я понял, что лучшего шанса уже не выпадет, и с разбега запрыгнул на жабу, вдавив ее в пол весом собственного тела. С размаху я вогнал нож куда-то в район горла, потом ещё и ещё раз. Сталь работала со скоростью швейной машинки, прошивая плоть твари. Жаба булькала и брыкалась, пытаясь меня сбросить, но я чудом удержался до момента, когда, получив очередной удар, чудовище обмякло.

Шумно дыша, я поднялся на ноги и посветил фонариком вниз. Туша подо мной растворялась в золотистом свечении, оставив после себя три тускло мерцающие монеты и зеленоватый кристалл.

Вы убили порождение скверны. Получено 4 ОК. Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.

— Неплохая доплата за вредность, — прошипел я от боли и поднял с пола трофеи.

Запихнул их в карман, я посмотрел на сгусток тьмы. Тот всё так же находился в центре подвала, а вот его ёмкость просела до тридцати семи единиц. Жуть! Выходит, эта хрень может породила жабу потратив восемь единиц скверны? Что же она выплюнет если использует всю ёмкость нарыва? Даже страшно представлять…

Ладно, я обязательно очищу нарыв, но не сегодня. А пока сделаю так, чтобы сюда никто не совался…

Едва я сделал шаг в сторону лестницы, как вдруг заметил в бетонной стене дыру размером с крупный грейпфрут. Причём дыра была рукотворная, а точнее, лапотворная. Отчётливо виднелись когти, вспоровшие бетон в поисках пути на свободу.

— Так вот откуда взялась красноглазая пакость которую я видел во дворе… — прошептал я.

Осмотревшись по сторонам, заметил ржавый капот от «шестёрки», которую отец давно продал, а капот почему-то остался. Схватив его, я прикрыл им дыру в стене, а сверху навалил всякого барахла, создавая подобие баррикады. Сооружение вышло хлипким, но это лучше, чем ничего.

Поднявшись по лестнице, я заметил на гвозде старый навесной замок со связкой ключей. Прихватив его, я вышел на улицу и захлопнул створки. Дужка замка со скрипом вошла в проушины, щелчок и подвал заперт.

Ключи отправились в карман джинсов, а я вызвал такси и на всякий случай написал сестре СМС: «Я запер подвал, там электрика искрит. Ничего серьезного, искрящий контур обесточил, а на днях приеду и починю. Ключи у меня». Врать, конечно, нехорошо, но не рассказывать же Оле, что у нее под домом рассадник чудовищ. К тому же за такие откровения Мир по головке не погладит, а я как-то не спешу проверять, какие наказания он выдаст за длинный язык.

Выйдя за ворота, я встал под фонарем и осмотрел плечо. Рана оказалась не глубокой, но кровищи натекло знатно. Я выудил из кармана одну монету и сжал в кулаке. Между пальцев мелькнула тусклая вспышка, и кругляш растворился, впитавшись в кожу. По телу прокатилось тепло, за которым последовал прилив бодрости. Ещё и края раны начали на глазах затягиваться, оставляя после себя лишь розовую полоску кожи.

Получено 1 ОК.

— Знать бы, как этими монетками других людей лечить, я бы тогда подрабатывал целителем на полставки, — ухмыльнулся я, разглядывая плечо. — Зачем вам швы, гражданин? Давайте приложу монетку, и всё пройдет. С вас пять тыщ вечно деревянных.

Спустя минуту из-за поворота вынырнули фары, и к воротам подкатила потрепанная «Тойота Марк 2». Едва я открыл заднюю дверь, как утонул в клубах сладковатого дыма. Водитель парил вейп, а из колонок орала рэпчина, да такая, что стёкла подрагивали в такт басам.

— Уважаемый! Выключи музыку, ради бога! — проорал я, устраиваясь на сиденье.

Водитель смерил меня кислым взглядом, но спорить не стал. Открыл окна, чтобы проветрить салон, и вырубил песню, в которой пелось про самок собаки и то, как нужно тратить деньги. Я откинулся на спинку и закрыл глаза, планируя свою следующую вылазку в подвал.

Может, ружьё прикупить? А что, дельная мысль. Правда, придётся возиться с лицензией на оружие, собрать вагон справок, пройти медобслуживание, получить охотничий билет… Месяца два провожусь, не меньше.

К тому же твари невидимы для обычных людей. И если я буду носиться по городу с ружьём, стреляя в пустоту, то с вероятностью в сто процентов сперва попаду в полицию, а потом и в дурку. Придётся искать другой выход, и срочно!

Домой я добрался далеко ближе к полуночи, заставив таксиста высадить меня у самого подъезда. Лифт с кряхтением поднял на родимый восьмой этаж. Остановившись у двери я застыл с ключами в руке и прислушался к себе. Ноги гудели, спина ныла после работы курьером, при этом на душе было легко и радостно, хоть песни пой.

Отперев дверь, я вошел в квартиру, но не успел даже щёлкнуть выключателем, как услышал возмущённый вопрос:

— Ты меня вообще кормить собираешься? У нас с тобой так то договор заключё…

Включив свет, я увидел кислую морду Скуфовичка. Борр сложил руки на пузе, шляпа воинственно сдвинута набок, и взгляд такой требовательный, будто он моя жена. Вот только на такой уродине клофелинщице я бы никогда не женился. В два шага подлетев к коротышке, я сгрёб его за грудки и поднял над полом.

— Знаешь, как пели в «короле и шуте»? — спросил я, прожигая Боровичка взглядом, и, не дождавшись ответа, продолжил, напевая: — Отдай монету, а не то я рассержусь…

Если бы он знал текст песни, то сказал бы: «Мне наплевать, твоей я злости не боюсь», увы, это не мюзикл, и песнями проблему не решить. Я встряхнув духа так, что шляпа сползла ему на глаза. Борр заболтал ножками в воздухе, поправил головной убор и часто заморгал.

— Так это… Ты ж сам мне её обещал отдать за информацию! — затараторил он. — Я всё рассказал, вот и забрал честно заработанное!

— Рассказал? Ты траванул меня грибовухой, а потом украл монету, ещё и договор какой-то заключил, пока я в невменяемом состоянии валялся!

— Ээээ… — Боровичок отвел глаза и почесал верхний из трёх подбородков. — Ну, тут да… Трезвым ты явно не был… — Он спохватился поняв что сболтнул лишнего и замахал руками. — Вообще то! Я угостил тебя, чтобы ты снял стресс! У тебя ж денёк был тот ещё! Чтоб кукуха не поехала, вот я и подлил немножко… — Он замялся и снова отвёл взгляд. — Кто ж знал, что ты настолько плохо переносишь алкоголь.

— А-а-а, угостил, значит, — протянул я, и Мухоморыч на всякий случай втянул голову в плечи. — Тогда и я тебя сейчас угощу. Схвачу за ноги, и как угощу башкой о стену.

— Не надо о стену! — Борр выставил перед собой пухлые ладошки. — Монету я вернуть не смогу, я это… впитал ее. Но договор, если хочешь, можем расторгнуть! Или переписать на этих, как их там? Во! Взаимовыгодных условиях!

Пару секунд я сверлил взглядом его бегающие глазки, а после поставил духа на пол и демонстративно отряхнул ладони.

— Назови мне хоть одну причину, по которой я должен тебя кормить?

Борр одернул рубаху, вернул себе солидный вид и принялся загибать пальцы.

— Ну, во-первых, чайный гриб. Во! — Он оттопырил большой палец. — Вещь! От похмелья помогает, и вообще для организма полезно. Регенерацию малёхо повышает, а если не пойдёт, то бесплатно желудок почистишь. Хе-хе.

— Давай я лучше тебе морду начищу. Тоже бесплатно.

— Не надо. Я всё осознал. Договор — дело серьёзное, и шутки неуместны, — разом посерьезнел боровичок. — Тогда давай так. Я могу из тебя лишнюю энергию откачивать. Тебе от неё пользы никакой, а я расти буду. — Посмотрев на меня, он сразу понял, что я в его развитии, мягко говоря, не заинтересован. — А ещё я могу для тебя грибы выращивать! Хоть белые, хоть лисички, хоть эти, японские, как их? Шишимяки? Шишуляки или Шиитаки? Хрен ума дашь. Поназывают, блин, — выругался Боровичок, с надеждой посмотрев на меня.

— Борр, у меня и без твоей помощи вся ванна и кухня грибами поросли. — Я подошел к двери в ванную и толкнул дверь, включив свет. — Видал, сколько плесени?

— Так это ж не проблема! — оживился Борр. — Могу обратить рост спор, и плесень исчезнет. Делов то!

Услышав это, я едва рот не открыл от удивления. Плесень в этой квартире была за долго до того как я сюда заехал и она непобедима! Я травил ее белизной и фунгицидами, а она возвращалась вновь и вновь. Одним словом, плесень чихать хотела на достижения химической промышленности.

— А вот это уже интересно… — медленно произнес я. — Расскажи поподробнее.

— Да че тут рассказывать? — пожал плечами дух. — Это показывать надо.

Он прошлёпал босыми ногами мимо меня и очутился в ванной. Вся ванная была украшена синей плиткой с чёрными от плесени швами. Борр деловито вскарабкался на бортик ванны, приложил ладошку к ближайшему шву и прикрыл глаза. Секунд пять ничего не происходило, а потом чернота под его пальцами стала стремительно светлеть.

Сперва шов стал серым, потом белым, и эта белизна побежала дальше, расползаясь по стенам. Плесень таяла на глазах, будто кто-то отматывал время назад до состояния свежего ремонта.

Через минуту Борр спрыгнул на пол и гордо подбоченился, а я стоял и хлопал глазами. Ванная сияла девственной чистотой, исчез даже затхлый запашок, который я давно перестал замечать, а теперь вот заметил его отсутствие.

— Ну? Могём? — самодовольно ухмыльнулся дух.

— Могём… — признал я, проведя пальцем по белоснежному шву. — Слушай, а меня можешь научить такому?

— Нет конечно! — Борр важно поднял палец к потолку. — Чтоб одаренный выучил подобное, ему нужен кристалл навыка.

Я сунул руку в карман джинсов и выудил зеленоватый трофей выпавший с подвальной жабы.

— Такой?

Боровичок расплылся в улыбке и кивнул.

— Ага. Такой. Только в каждом кристалле сокрыт случайный навык. Попробуй еще отыщи «управление мицелием». Скорее уж квартиру в лотерею выиграешь.

— Понял, не дурак. — Я убрал кристалл обратно и еще раз оглядел сияющую ванную, в голове тем временем начал складываться простой и изящный бизнес-план. — А чем ты завтра занимаешься?

Борр нахмурился и подозрительно покосился на меня снизу вверх.

— А что?

— Есть у меня одна идея. С её помощью мы тебе не только на гамбургер заработаем, но и на стейк с кровью.

— Фу, — сморщился дух. — Не надо с кровью. Я люблю только хорошо прожаренное мясо, а то ещё червяки всякие заведутся.

— Договорились, — улыбнулся я и указал рукой в сторону кухни. — Почисть и кухню, пожалуйста, а я пока еду закажу, а после расскажу тебе в чём заключается моя идея.

— Как два пальца! — самодовольно ухмыльнулся боровичок и радостно побежал уничтожать плесень.

Я перечитал описание дважды: звучит то оно солидно, но приписка про случайное срабатывание портит всю малину. Выходит, по заказу навыком не воспользуешься, сиди и жди у моря погоды. Впрочем, это лучше, чем ничего, наверное… Вздохнув, я сжал кулак еще сильнее. Между пальцев мелькнула тусклая вспышка, осколки кристалла растворились в воздухе, а перед глазами всплыло новое сообщение:

Вы изучили навык «Взгляд в будущее».

Следом я вызвал окно развития и уставился на строку с двумя свободными очками характеристик. И вот тут я крепко задумался. Куда их вкладывать? В силу, чтобы быстрее крутить педали и развозить ещё больше заказов в единицу времени? Идея интересная, но бредовая.

В ловкость, чтобы уворачиваться от атак жаб и прочих сквернорождённых? Звучит очень даже неплохо. Можно, ещё и живучесть развить, чтобы… Чтобы что? Чтобы не сдохнуть раньше времени, я полагаю.

Ещё есть восприятие, которое должно помочь замечать всякую пакость до того, как она вцепится мне в глотку. Ну и самая бесполезная для меня характеристика это дух. Как я понимаю, это что-то вроде магии. Вот только у меня нет навыков, которые дух мог бы поддерживать.

Подумав немного, я решил отложить выбор в долгий ящик. Всё же свободные очки это невосполнимый ресурс, а значит, не стоит ими бездумно разбрасываться.

Погасив свет, я повернулся на бок и закрыл глаза. С кухни доносилось приглушенное звяканье тарелок вперемешку с довольным бормотанием. Забавно: впервые за годы жизни в этой квартире я засыпаю не один. И пусть мой сосед это скуфообразный дух с мухомором на голове, зато с ним мы точно погасим долг перед банком в кратчайшие сроки. Благо что плесени в городе навалом, и очень скоро мы всю её вычистим.

Проснулся я не от похмелья, а от тоненького храпа нового жильца. Борр посвистывал, похрюкивал, а порой и повизгивал, как поросёнок на бойне. Однако делал он это в пределах допустимого, балансируя на грани между «гости у меня сколько захочешь» и «пошел отсюда нахрен!».

Зевнув, я потянулся, надел футболку и отправился на кухню. Едва я открыл дверь, тут же понял, что мой старинный холодильник «ЗИЛ», тарахтящий по ночам на весь подъезд, на фоне Борра звучит как колыбельная. Причём Грибоедов храпел так, что кухонный гарнитур вибрировал.

Я выдвинул нижний ящик шкафа и увидел безмятежно развалившегося на подушке Борра. Шляпа сползла ему на глаза, изо рта на наволочку стекала мутная слюна. Рядом лежала опустевшая бутыль грибовухи. Судя по всему, пока я спал, этот алкаш отмечал новоселье.

Ладно, пусть дрыхнет, а я пока схожу в душ. Я побрел в ванную и врубил ледяную воду. Лейка окатила меня с ног до головы, выкрутив бодрость духа на максимум!

Выскочил из ванной, растёрся полотенцем докрасна и потянулся за телефоном. По привычке включил ВПН и полез в телегу, а точнее в наш домовой чат.

Название, кстати, забавное «Домовой» чат. Если уж лесные духи существуют, то и домовые, поди, где-то шастают, вот только в нашем чате их точно нет. Зато есть пять сотен сообщений в сутки. Одни ищут сбежавшего кота, другие в час ночи выясняет, кто поцарапал машину или кто снова врубил музыку.

Я же пришел не жалобы писать и не выдвигать предложения по огораживанию территории, на которые все забьют. Я искал человека с проблемой, которую мы с Борром способны решить.

И такой человек нашелся! Инна Владимировна писала в чат не первый год и всё об одном. В квартире плесень, а управляющая компания разводит руками. Она несколько раз судилась с УК, но ничего не добилась. Делала ремонт, а через год чернота вылезала снова. Последнее ее сообщение заканчивалось словами «руки уже опускаются».

— Ага… Инна Владимировна, второй подъезд, квартира пятьдесят шесть… — пробормотал я, запоминая адрес. — Ждите, помощь уже в пути.

Я натянул джинсы с носками и заглянул в ванную за реквизитом. Взял ведро со шваброй, губку и полупустую бутылку моющего средства с пульверизатором. Этикетку с бутылки на всякий случай содрал. Вооружившись инвентарем, я вернулся на кухню и пнул ящик, в котором дрых мой квартирант.

— Подъем! Нас ждут великие дела.

Ящик отозвался недовольным кряхтением. Борр приподнял шляпу, глянул на меня одним глазом и жалобно протянул:

— Можно я посплю ещё минуточку?

— Конечно, нельзя, — улыбнулся я. — Мы идем зарабатывать тебе на хорошо прожаренный стейк.

Грибоедов мигом приободрился, вскочил на ноги и ударил себя по щекам, чтобы прийти в чувства.

— Я готов! — издал он боевой клич, спрыгнул на пол и заметался из стороны в сторону. — Э-э-э… А куда идти то?

— За мной. — Скомандовал я и покинул квартиру.

Во дворе нас встретило утреннее солнце, которое уже нещадно жарило. Проходя мимо парковки, я заметил машину, на капот и крышу которой заботливо уложили пакеты с мусором. Чем не инсталляция современного искусства под названием «Не там встал»?

Я вздохнул и мысленно порадовался, что у меня нет собственного автомобиля. Всё равно машину нужно где-то парковать, а дворы для этого не приспособлены. На дом приходится по меньшей мере три сотни квартир, а парковочных мест, дай бог, двадцать штук. Вот бедолаги и паркуются где попало. А стоит забыть убрать машину в день вывоза мусора, как на капоте появляются вот такие ароматные подарки.

— Расточительный вы народ, человеки, — прокомментировал Борр, семенящий рядом. — Столько еды выбрасываете.

— Это не еда, а гостинцы для духов помоек.

— Думаешь, такие существуют? — скептически спросил Бухомор.

— Думаю, что я и в твоё существование не верил ещё пару дней назад, — улыбнулся я.

За разговором мы дошли до второго подъезда, и я набрал на домофоне пятьдесят шестую квартиру. Динамик захрипел и выдал настороженный женский голос:

— Кто там?

— Ростелеком, откройте, пожалуйста.

Замок пискнул, и дверь поддалась. Всё же волшебное слово «Ростелеком» открывает в этой стране любые двери. Мы поднялись на третий этаж, я поставил ведро у ног и постучал в дверь. За ней тут же послышались шаги и возмущенный голос. Видимо, хозяйка разглядела в глазок, что на связиста я не похож.

— Ну и зачем вы меня обманули⁈ Поди, продать что-то хотите, — раздраженно произнесла Инна Владимировна.

— Меня зовут Дмитрий, я из соседнего подъезда, — миролюбиво отозвался я. — Прочитал в домовом чате, что вы уже который год с плесенью воюете. Так вот, на самом деле я не из Ростелекома, а работаю в клининговой компании. И есть у меня средство, японское. Всю плесень на раз убивает. Я его… — тут я изобразил смущение и понизил голос для убедительности, — выкупил на работе, за полцены, у сторожа. Могу вам ванную комнату и зал обработать совершенно бесплатно. По соседски, так сказать.

Дверь приоткрылась на длину цепочки, и в щели показалась женщина лет пятидесяти пяти с собранными в пучок волосами. Её внимательные глаза просканировали меня с ног до головы не хуже рамки в аэропорту.

— Я в добрососедство не верю. Так что сразу скажите, на кой-чёрт вам помогать мне просто так, а если начнёте юлить, то топайте куда подальше.

Подозрительность в наше время стала нормой. А ведь совсем недавно, в моём детстве, даже дом никогда не закрывали на ключ. Зачем? Кругом свои. А теперь количество своих резко сократилось, причём практически до нуля.

— Вы правы. Мой интерес тоже имеется. Я так то купил не одну бутылочку. А двухсот литровую бочку.

— Ох, батюшки, — ахнула женщина. — Боюсь представить, зачем вам такое количество химии. Вы в ней, случайно, трупы не растворяете?

— Что вы такое говорите? Мы же не в Питере живём, — улыбнулся я. — Так вышло, что наше предприятие из-за санкций закрылось, японцы ушли, а средство осталось и тухнет без дела. Вот мы и не даём ему пропасть. Делаем социально важную работу, так сказать, — сочинил я на ходу и добавил: — Как я и сказал, вашу квартиру обработаю совершенно бесплатно, и если результат вас устроит, то вы расскажите пожалуйста обо мне соседям. Скажете, к примеру, что я за свои услуги взял десять тысяч рублей. Сами понимаете, времена тяжелые, и мне жуть как нужна подработка, чтобы свести концы с концами.

Пару секунд соседка молчала, обдумывая мои слова, а после цепочка звякнула, и дверь распахнулась.

— Ну ладно. Чем чёрт не шутит. Если и правда от плесени избавите, я о вас слух по всему городу разнесу, — пообещала она, плотнее запахивая халат.

Меня провели по скромно обставленной квартире, где старенькая мебель соседствовала с вязаными салфетками, зато чистота кругом стояла идеальная. Видно, что хозяйка следит за жильем изо всех сил, вот только в зале все её старания перечеркивала серая от разводов стена.

Плесень расползлась от пола до потолка, и с ней тут явно доблестно сражались, но проиграли в неравном бою. Я поставил ведро, достал губку с бутылкой и распорядился:

— Окно откройте, пожалуйста, и выйдите из комнаты, чтобы химией не дышать.

Инна Владимировна тут же прикрыла рот и нос краем халата и спросила:

— А я не траванусь потом? После обработки, в смысле? — забеспокоилась она.

— Не траванетесь. Средство токсично только во время распыления, а после оно вступает в реакцию с кислородом, и токсичные компоненты нейтрализуются, — выдал я наукообразную чушь уверенным тоном.

— Ну ладно. — Инна Владимировна распахнула окно и вышла, прикрыв за собой дверь.

Я попшикал жижей на стену для запаха и кивнул Борру, мол, приступай. Боровичок поплевал на ладошки, подошел к стене и приложил к ней пухлую пятерню. Серые разводы поблекли и стали исчезать без следа, а обои на глазах начали возвращать себе первоначальный цвет.

Следующие пять минут я откровенно бездельничал, изредка пшикая средством в воздух для антуража.

— С тебя двойной стейк, — пропыхтел Борр, не отрываясь от стены. — Тут плесень, поди, с девяностых росла. Матерая, с характером тяжелого времени.

— Ты работу сначала закончи. Если плохо почистишь, то вместо стейка нас пинками выгонят отсюда.

— Хе! Меня не выгонят, — деловито заявил Борр. — Она ж меня даже не видит.

— Зато я вижу, и если запорешь всё дело… — Я погрозил ему кулаком.

— Да понял я, понял. Сейчас всё будет.

Спустя минуту от черноты не осталось и следа, я приоткрыл дверь и позвал хозяйку:

— Инна Владимировна, принимайте работу!

Она вошла в зал и застыла, выпучив глаза.

— Да ладно! А как? А куда всё делось то?

— Японское средство! — гордо ответил я, потрясая бутылкой без этикетки. — Они то знают толк в химозе!

— Чудо какое-то. Родимый, да я прямо сейчас всем напишу, что ты за золото! — всплеснула руками женщина, бегая взглядом по чистой стене и опасливо трогая её указательным пальцем. — Посмотри, пожалуйста, еще в ванной! Ага?

— Да, сейчас посмотрим, — улыбнулся я.

В ванной комнате история повторилась: я заперся изнутри, побрызгал на плитку и уступил рабочее место Борру. Тот приложил ладошку к кафелю, и черные межплиточные швы посветлели за жалкую минуту.

— Всё, моя смена окончена, — заявил боровичок, тяжело дыша, и вытер проступивший на лбу пот. — Пойду отсыпаться, а ты пожрать что-нибудь закажи, печеньки то давно переварились.

— Иди уже, стахановец, — отозвался я.

Борр отряхнул руки и просочился сквозь стену, будто его никогда и не было. Удобно быть духом: ни тебе дверей, ни домофонов, хотя если бы все были такими же бесплотными, то ограбить квартиру стало бы проще простого. Впрочем, мне то о чём беспокоиться? Кроме дырявых носков, у меня взять нечего.

Пока Борр удалял плесень я заметил, что эта очистка далась ему с великим трудом. А значит, максимум, на который я могу рассчитывать, это две-три квартиры в сутки. С одной стороны, не густо, а с другой, это весьма солидные деньги.

Как мне кажется, Борр может очистить намного большую площадь. Нужно только его кормить почаще, да посытнее. Не зря ведь он на голод вечно жалуется. Правда, эти жалобы всегда мне казались странными, ведь у Боровичка висят аж три подбородка.

Выйдя из ванной, я обнаружил, что Инна Владимировна вовсю снимает кружочек в телеграмм. Она водила телефоном по залу и тараторила:

— Вот посмотрите! Вся плесень исчезла! Понимаете⁈ Вся! За пять минут! А я лет десять с ней мучилась!

На последних словах голос ее дрогнул, и по щеке скатилась скупая слеза. Оно и понятно: в эту борьбу женщина вложила уйму сил и времени, а спасение все эти годы обитало в соседнем подъезде, а точнее в лесу.

Всхлипывая, Инна Владимировна подошла ко мне и приобняла свободной рукой, не прекращая съёмку.

— Это Димулечка! Мастер на все руки! Дима, поздоровайся.

— Здрасьте, — улыбнулся я, помахав рукой в камеру. — Обращайтесь, помогу вывести любую плесень.

Инна Владимировна погладила меня по голове и понесла телефон в ванную, продолжая нахваливать меня на все лады. Оттуда донеслось «вы только гляньте! Ни единого пятнышка». Через пару минут она вернулась с лучезарной улыбкой на лице:

— Дима, всё сделала как ты сказал. Я еще и всех знакомых обзвоню! Всем расскажу про тебя, а сейчас пойдем! Накормлю пирожками. Они как раз с пылу с жару.

Отказываться я не стал, ведь, во первых, она угощает от чистого сердца, а во вторых, я с самого утра ничего не ел. Меня усадили на кухне, налили чаю и поставили передо мной здоровенную тарелку с румяной выпечкой. За чаем Инна Владимировна поведала, что муж у нее был военным и погиб, вот и осталась она со своей бедой один на один.

— Главное, что я узнал о вашей проблеме и мы её одолели, — улыбаясь, произнес я, дожевывая третий пирожок.

— Хороший ты парень, — тепло улыбнулась она. — Была бы у меня дочка не замужем, я б её за тебя сосватала.

Я тактично промолчал не желая говорить что я думаю о «сватовстве». Хозяйка тем временем достала пакет и принялась накладывать в него пирожки с картошкой и капустой, после чего вручила мне этот увесистый гостинец.

— Держи Димуль, премия, так сказать.

А чего? Отличная премия! Можно даже сказать что она в финансовом эквиваленте, так как пакет пирожков спасёт меня как минимум от одного заказа еды для Борра. А это уже экономия, и немалая! Я поблагодарил хозяйку за угощение, попрощался и вышел на лестничную площадку, где перед глазами всплыло сообщение:

Вы совершили доброе дело. Получено 3 ОК.

Видать Мир оценил мою задумку и это приятно. Если за день обработаю десяток квартир, то получу ещё третий уровень и сто тысяч рублей как приятный бонус. А пока остаётся лишь ждать, когда сарафанное радио подействует и набегут клиенты.

Вернувшись домой, я застал Борра сидящим на столе в обнимку со свежей бутылью грибовухи.

— Ну и где стейк? — ворчливо спросил он.

— Увы, сегодня зарплату выдали пирожками. Но они тоже вкусные, — улыбнулся я и передал ему пакет.

Борр зарылся в пакет по самую шляпу и принялся уминать выпечку, запивая ее грибовухой. Интересно, откуда он достаёт эти бутыли? Неужто успел в моей квартире нычки сделать?

Оставив обжору, я помыл руки в ванной и увидел новое сообщение на экране телефона.

— Жуй быстрее, — радостно выкрикнул я. — Похоже, сегодня ты и правда отведаешь стейк на ужин.

— Хренасе. У нас ещё и ужин будет? — удивился Борр, а я крепко задумался, ведь и правда по договору я просто должен его кормить, но не указано, сколько именно раз за день.

Что ж, я добрый и морить голодом такого работника не собираюсь.

Сообщение было от соседа живущего этажом выше. Он посмотрел кружочек Инны Владимировны и загорелся идеей избавиться от плесени. Причем не когда-нибудь потом, а прямо сейчас, пока он дома.

Схватив ведро с реквизитом, я затолкал в рот Борру ещё один пирожок и потащил его на лестничную клетку. Мы поднялись на девятый этаж и я вдавил кнопку звонка висящего слева от двери. Послышалось пение птиц, а после шаги сопровождаемые матом. Неужто нам тут не рады?

Два контейнера я поставил под ноги, а из третьего ел. Нет, я не планировал схомячить восемнадцать хинкалей за раз. Просто на всякий случай сделал заначку. Оказалось что я поступил весьма мудро. Ведь Мухоморыч смолотил первый контейнер, потом второй, а за ним и третий с четвёртым.

Облизнувшись наглый боровик потянулся было к контейнерам стоящим у моих ног, но я тут же шлёпнул его по кисти, давая понять, что делиться не собираюсь. Опалив меня обиженным взглядом, он утер подбородок рукавом, сыто икнул и поплёлся работать.

— Эх, не жизнь, а каторга, — пожаловался боровичок, прижимая ладошку к плиточному шву.

Смотря на плоды его трудов, я понял, что весь цех мы очистим ох как не скоро. Может стоит привезти сюда свой холодильник, забить его едой и запереться в цеху для круглосуточной обработки? Нет. Паршивая идея. Эдак Борр может и подохнуть от круглосуточных смен. Конечно на кону полмиллиона рублей, но я не садист. От мыслей меня отвлёк звонок телефона. На экране высветилась надпись «Сашка».

— Здорова, Диман! Ты там, не сдох ещё? — стоило принять вызов, как из динамика послышался жизнерадостный вопль моего друга детства.

— Ага, блин. Твоими молитвами жив до сих пор, — ухмыльнулся я. — А ты чё, ещё не женился?

Из трубки донеслось недовольное сопение.

— Ой, отвали. Мне Валька уже всю плешь проела этой свадьбой. Ну не хочу я жениться, нахрен оно мне нужно?

— Тогда беги. Она у тебя бойкая, смотри, руки выкрутит и под венец затащит.

— Да не дай бог, — заржал Санёк. — Дим, я, собственно, чё звоню. У меня два билета на футбол, лучшие места! Смекаешь, о чём я?

— Ага, смекаю. Но дел куча. Давай в другой раз.

— Ой, а у тебя бывает как-то по-другому? Самый занятой человек на диком западе. — Фыркнул он и бодрее добавил. — Давай, не жопься. Ничего страшного не случится, если повидаешься с другом, которого не видел сотню лет.

Ненавижу его, в хорошем смысле этого слова, конечно. Он хоть и тот ещё дуралей, но всегда швыряется железными аргументами.

— Уговорил. Пошли, — согласился я, чувствуя, что вечерок будет аховый.

— Красава! Там как раз наши с Краснодаром играют. Начало в восемь, и не опаздывай! — выпалил Саня и бросил трубку.

Из динамика послышались короткие гудки, а я страдальчески вздохнул поняв на что подписался. В восемь вечера ещё светло, а вот когда матч закончится, на улице будет темень несусветная. Сто процентов, Саня ещё и по пивку предложит выпить. Ладно, надеюсь, меня не сожрут, когда буду возвращаться домой.

Я перевёл взгляд на Мухоморыча и понял, что трудовые подвиги на сегодня окончены. Боровичок сидел на полу, привалившись спиной к чистому участку стены, и тяжело дышал. Руки у него подрагивали, а шляпа съехала на затылок.

— Все, на сегодня работа окончена, — объявил я, поднимаясь с ящика. — Можешь забрать остатки еды, дома доешь.

— Сыпасиба, нащальникя, — спародировал он рабочих из средней азии и побежал за двумя уцелевшими контейнерами с хинкалями.

Он собирался провалиться под землю, но я успел окликнуть Боровичка:

— Слушай, а если ты контейнеры по улице понесешь, что увидят обычные люди? Летающие по воздуху хинкали?

Борр хихикнул и покачал головой.

— Не-е, ничего они не увидят. Вещь, которую дух при себе держит, проваливается в его слой реальности и для людей исчезает. Хоть мешок золота на горбу таскай, никто и ухом не поведет. А вот ежели я ветку сломаю или дверь поцарапаю, это и правда все заметят. Ну и звуки тоже: топну ногой и все услышат.

— Понятно, — кивнул я. — Тогда ещё вопрос. Раз ты можешь брать физические вещи и без труда проникать в любое жилище, почему не стащишь кучу денег у какого-нибудь богатея? Накупил бы себе монет и стал самым мощным боровиком на свете.

Веселье с Борра слетело в одно мгновение. Он покрутил пальцем у виска и глухо произнес:

— Ты чё такое говоришь-то? Мир накажет. Очень серьёзно накажет.

Уточнять подробности я не стал, по лицу духа и так было понятно, что желающие разбогатеть таким способом заканчивают плохо. Я кивнул и зашагал к выходу. Борр же провалился под землю вместе с остатками хинкалей. Удобно устроился: ни тебе пробок, ни платы за проезд. Я тоже так хочу.

Заперев бокс, я подёргал замок для верности и набрал номер Стаса. Тот ответил после третьего гудка, а на фоне слышался чей-то виноватый голос. Похоже, Марику опять досталось.

— Стас, здравствуйте. Отчитываюсь. За сегодня обработал двадцать квадратных метров. Думаю на полную зачистку уйдёт дней десять, а может, и все двадцать, но я постараюсь ускориться.

— Ничего страшного, — отозвался клиент. — Главное, чтобы плесени не осталось.

Попрощавшись, я вызвал такси и через двадцать минут уже выгружался у торгового центра «Арена». Времени до матча оставалось порядком, по этому я решил заскочить сюда за подарком одной семилетней девчушке. А как иначе? Обещания нужно выполнять, а тут как нельзя кстати я получил сто тысяч авансом.

Народу возле «Арены» было столько, что впору продавать билеты на вход. На детской площадке слева от ТЦ носились сотни детей. Они орали выясняя, кто быстрее скатится с горки. Бросались песком и, просто визжа, гонялись друг за дружкой.

Чуть дальше начинался парк, по дорожкам которого мамочки неспеша прогуливались с колясками. Справа от этого парка грохотали карусели и многочисленные аттракционы. Если Борр не врет про энергию, то местечко здесь для всякой нечисти гиблое. Тут выплёскивается столько радости в единицу времени, что любой нарыв скверны моментально рассеется.

Войдя в торговый центр, я первым делом отыскал банкомат и скормил ему всю наличность, выданную Стасом. Дождавшись СМС о зачислении, я выдохнул с облегчением. Таскать сто десять тысяч в кармане удовольствие весьма сомнительное. Да, в Воронеже карманника вряд ли встретишь, но родовая травма девяностых всё ещё сильна! По этому я стараюсь не носить при себе больше двадцати тысяч рублей без особых причин.

Забрав банковскую карту, я поднялся по эскалатору на третий этаж и двинул прямиком к «Спортмастеру». Миновав стойки с кроссовками и футболками, я остановился в отделе с велосипедами. Выбор радовал: десятки моделей на любой вкус и кошелек.

Мой взгляд сразу зацепился за красненький велик фирмы Stels с ценником в десять тысяч рублей. Всё, что я знаю о велосипедах, так это то, что у них есть педали и их нужно крутить. На этом, увы, мои познания заканчиваются.

Я заозирался по сторонам желая пригласить консультанта, но тут же передумал это делать. У молодого парня в фирменной футболке вместо носа было свиное рыло. Похожих красавцев я уже видел в областной больнице, и что-то мне подсказывает, что хороших людей со свиными пятаками не бывает. Такой помощник втюхает хлам и глазом не моргнет. А значит, придётся выбирать самостоятельно.

Я покрутил Stels так и эдак, приподнял за раму, покачал руль. Ощущения сложились не в его пользу: хлипковат, родимый. Зато стоит всего десятку. Но мне ведь нужен лучший велик! Не дело на племяннице экономить.

Рядом стоял еще один красный велик, на этот раз фирмы Shulz. На ценнике значилось «производство Германия» и сумма в 32 500 рублей. Я осмотрел его со всех сторон и даже без посторонней помощи понял, что собран он шикарно. Рама сидела монолитом, сварные швы радовали аккуратностью, а когда я встряхнул велик, внутри ничего не загремело и не звякнуло.

— Молодой человек! — окликнул я консультанта. — Можно мне вот такой велик?

— Да, проходите на кассу. Сейчас вынесу, — отозвался тот и скрылся в подсобке.

За кассой обнаружилась миловидная девушка, одарившая меня улыбкой в тридцать два зуба. Не успел я и рта раскрыть, а на меня уже посыпались предложения.

— Носочки по акции хотите? Три пары по цене двух! А шоколадный батончик? Может, оформим карту лояльности? Бонусы копятся, потом их можно использовать…

На все предложения я автоматически ответил отказом, при этом сочувствуя бедной кассирше. Готов спорить, ей поставили план по дополнительным продажам, вот и лезет из кожи вон, чтобы заработать премию.

Через минуту из подсобки выплыл консультант с коробкой наперевес. Коробка показалась мне подозрительной. Скотч на ней переклеивался множество раз, да и сама коробка была помятой.

Кассирша тем временем спешно пикнула штрихкод и сообщила:

— С вас 32 500.

— Так, погодите, — притормозил я эту парочку. — Дайте сперва посмотреть, что я покупаю.

Закатив глаза, консультант взял со стойки канцелярский нож и протянул мне. Я вскрыл коробку и увидел что велик цел. Вот только по его раме тянется глубокая царапина длиной в ладонь. Причём краска содрана до металла!

— Я это брать не буду. Принесите нормальный велосипед, или я поеду в другой магазин, — пригрозил я, заставив консультанта недовольно сморщить рыло и отправиться в подсобку.

— Простите, из отбраковки случайно взял коробок. Сейчас новый принесу, — бросил он через плечо.

Ага, случайно. Скотч на коробке, видимо, тоже сам себя случайно переклеил. Кассирша при этом продолжала лучезарно улыбаться, из-за чего стала похожа на пластмассовую куклу, а не на человека.

Спустя минуту мне вынесли новый коробок, его я тоже проверил, но на этот раз всё было в порядке. Велик разобран, но комплектация полная и повреждений нет. Я оплатил покупку картой, мысленно попрощавшись с третью аванса и вышел из торгового центра, держа коробкой под мышкой. Улыбнувшись палящему солнцу, я сел в такси и поехал домой.

Десять минут спустя, я занёс коробку с великом на балкон. Пусть тут полежит в разобранном виде до поездки в Чертовицы. Ведь кто знает, что взбредёт в пьяную голову Мухоморыча? Нажрётся грибовухи и давай на заднем колесе кататься по квартире.

Представив этот образ, я засмеялся и, прикрыв балконную дверь, взглянул на экран телефона. До футбольного матча оставалось чуть больше трёх часов, так что можно было не суетиться.

Я отправился на кухню и обнаружил Борра сидящим на подоконнике. Он с неподдельным интересом пялился в окно.

— Что там? — полюбопытствовал я.

— А ты сам погляди, — заулыбался дух и подвинулся, освобождая мне место у окна.

Внизу молодая девушка с измученным видом выгуливала двух хаски. Хотя нет, вернее будет сказать, что это хаски выгуливали её, растягивая поводки каждая в свою сторону. Выглядела парочка жутковато. Глаза у псин горели зелёным и смотрели в разные стороны. С высунутых языков капала зеленоватая слюна, а морды кривились так, будто собаки в голос ржали над хозяйкой.

Пока девушка ругала одну псину, вторая ныряла в клумбу и рвала цветы. Пока воспитывала вторую, первая вставала лапами на припаркованную машину и с упоением драла когтями краску. В это время над головой девушки клубилась тёмная дымка и тонкими нитями стекала вниз.

— Не только люди становятся одержимыми, — деловито заявил Борр. — Животина тоже скверне подвержена.

— Да уж, в опасном мире живем, — покачал я головой, провожая взглядом эту троицу.

Я отлип от окна и повернулся к Борру.

— Ты говорил, что неподалёку есть торгаш, покажешь, где он находится?

— Может, и покажу, — хитро сверкнул глазами дух. — Ежели закажешь пожрать на вечер. А то на футбол свалишь, а мне тут сиди, страдай, с голодухи помирай.

— По рукам, — согласился я и протянул ему телефон с открытым приложением доставки.

И зря я это сделал. Борр вцепился в аппарат обеими руками и с азартом принялся листать меню, закидывая в корзину всё подряд. Когда я заглянул ему через плечо, сумма заказа перевалила за двадцать тысяч рублей.

— Ты дурной, что ли? — опешил я, отбирая телефон. — Куда столько нахапал? Решил сдохнуть от переедания?

Под скорбное сопение духа я стал вычищать корзину, удаляя позицию за позицией, пока в заказе не остались стейк, салат Цезарь и морс.

— Я потратил много сил, вот и решил компенсировать потерю, так сказать, — обиженно фыркнул Борр.

— Вон у тебя ещё полпакета пирожков осталось, их пожуй, — кивнул я на гостинцы Инны Владимировны. — А ещё объясни, как так вышло, что в квартирах с плесенью ты справлялся на порядок лучше, чем в цеху?

— Так это… Я ж дух леса, — развел руками Борр. — Силу из леса черпаю. А ты увез меня хрен пойми куда. Там, окромя асфальта и бетона, ничегошеньки нет, даже деревья толком не растут. Вот подпитка моя и просела, а я сдулся.

— Как же с вами, духами сложно. Получается мне нужно искать заказы только неподалёку от леса?

— В идеале да, — кивнул дух. — Но ежели приспичит, можешь просто побольше еды купить. Я из неё энергию буду черпать.

Пришлось снова лезть в приложение и добавлять в корзину дополнительные порции стейка, морса и салатика. Чтобы зарядить батарейку ненасытного жиробаса до отказа.

— Всё, еду я заказал, через полчаса привезут. Добей пока пирожки, а я собираться пойду.

Сходив в душе я окатил себя ледяной водой, взбодрился и перебрался в спальню переодеваться. Натянул джинсы со свежей футболкой, а на ноги надел шлепанцы, дающие плюс два к ловкости. Вид, конечно, далёк от парадного, зато, если после матча на меня нападёт какая-нибудь тварь, эти шлёпки могут спасти мне жизнь.

А вот с ножом пришлось расстаться. Я с огорчением выудил его из кармана и положил на тумбочку. На стадион с ним не пустят, ведь рамки досмотра никто не отменял.

Присев на край кровати, я от нечего делать залез в домовой чат. Под кружком Инны Владимировны красовалось свежее сообщение от какого-то пацаненка лет четырнадцати: «Владимирну паходу ломанули. Задипфэйчили лицо и в рикламу пихнули». Юному конспирологу тут же пожелали сходить в школу и удалили из чата. А как он хотел? Инна Владимировна как-никак администратор домового чата.

Едва я открыл новостную ленту, а тут уже и курьер приехал. Он вручил мне увесистый пакет, пожелал приятного аппетита и удалился. Я же этот пакет не глядя передал назад, зная что за спиной стоил обжора.

— Жрачка! — Радостно выкрикнул Борр, выдернул пакет из моих рук и побежал на кухню.

Заперев дверь я крикнул ему вслед:

— Съешь один стейк и отведёшь меня к торговцу!

— За пельмешками? — с надеждой послышалось с кухни.

— Ну если за системные монеты продают пельмени, то можешь их прикупить. Я же хочу посмотреть на навыки.

— Эх, не свезло… — вздохнул дух. — Но я хотя бы попытался.

Зашуршал разрываемый пакет, послышалось чавканье с неразборчивым бормотанием, а после Борр смачно рыгнул и вышел в коридор вытирая руки о живот. Он просто сиял от счастья. Причём он фактически сиял, а не фигурально.

От Боровичка исходило слабое золотистое свечение, как от той счастливой парочки в торговом центре. Оказывается, духи тоже могут генерировать позитив. Возьму на заметку.

— Саны-ы-ыч! — Борр блаженно погладил себя по пузу. — Я такой вкусной еды в жизни не ел! А жирок как по губам тёк… Ммм… Корове, погибшей ради моего стейка стоит памятник поставить посмертно!

— Рад, что тебе понравилось, — улыбнулся я. — Ну что, идем?

Вместо ответа Борр попросил телефон с открытой картой города. Я выполнил его просьбу, и пухлый палец ткнул в правый верхний угол Северного леса. Он поставил точку на карте рядом с теннисным кортом «Рица».

— И что там? Боровичковый универмаг? — хмыкнул я, убирая телефон в карман.

— Не-е. Там избушка. Почти на курьих ножках, хе-хе.

О чем речь, я уточнять не стал: скоро сам всё увижу. Запихнул в ухо беспроводной наушник, чтобы по дороге болтать с Борром, не привлекая внимание прохожих, и мы вышли из дома.

Лес располагался от моего дома в паре минут ходьбы. Ещё десять минут мы шли до нужного места. Городской шум должен был остаться позади, лес ведь! Но нет, он последовал за нами так как Северный лес был зажат между Московским проспектом и окружной дорогой. Под ногами хрустели ветки, солнце пробивалось через еловые ветви освещая дорогу, а Борр весело вышагивал с довольной мордой. Видимо, родные сосны подпитывали его не хуже стейков.

Добравшись до нужного места, я задрал голову и присвистнул. Наверху, метрах в четырёх над землей, красовался домик, сколоченный из досок, брёвен и строительного мусора. Подобные шедевры обычно возводят пацаны на летних каникулах, правда так высоко они не забираются. Этот домик застрял между стволами в четырёх метрах над землёй. Очевидно лезть туда без страховки весьма опасное занятие…

Своеобразной лестницей служила длинная доска. Один ее конец был врыт в землю, а второй приставлен к порогу домика.

— Сдаётся мне, что тут можно свернуть шею… — задумчиво произнёс я, убирая наушник обратно в чехол.

— Может, и свернёшь, — пожал плечами Борр. — Это вроде как защита от всяких встречных-поперечных. Обычный люд побоится и наверх не сунется, а кто и залезет, всё одно ничего не увидит, без восприятия-то. Да и тебе так-то не обязательно туда лезть. Можем домой пойти.

— Домой мы точно не пойдём. — Я подошел к импровизированной лестнице и поставил на неё ногу. — Но помни, если я сверну шею, то ты снова пойдёшь бомжевать и всё из-за того, что недостаточно оберегал меня.

— Саныч, там поди закрыто. Пошли отсюда, я тебе другого торгаша покажу, к нему на верхотуру лезть не нужно. — С надеждой в голосе произнёс Борр, но было уже поздно.

От автора:

Если вам нравится моя книга, поддержите её поставив сердечко, это поможет в продвижении моего творчества.

— О-о-о, добро пожаловать, дорогой покупКВАтель! Чем могу помочь? У меня есть пара эпических навыКВАв, редкая экипироКВА, а еще…

— Здорова, Жабыч! — крикнул Борр, забравшийся в магазин.

Радушие торговца испарилось в мгновение ока.

— А, это ты, бомжара.

— Сам ты бомжара! Давай, это, повежливей! Я всё-таки клиента привел! — возмутился Борр.

Жабыч смерил меня скептическим взглядом.

— А у него монеты-то есть?

Вместо ответа я выудил из кармана четыре кругляша и продемонстрировал лягухе, и тот ещё больше поник.

— Не густо. — Однако уже через секунду он снова расцвёл. — Но и не пусто! За эти деньги могу предложить десяток светляков. Подбрасываешь в воздух, и они освещают путь не хуже фонарика. Еще есть ряска! Измельчишь в блендере, выпьешь, и будет стоять как у коня! А еще…

— Мне бы навыки посмотреть, — остановил я рекламный поток.

— Ну пойдем, посмотришь, — поскучнел Жабыч. — Правда, за четыре монеты особо нечего предложить.

— А если я оставлю в залог Борра? — улыбнулся я.

— Эй! Я не вещь! — взвизгнул боровичок. — Меня нельзя в залог!

— Да кому этот бомжара нужен? — заквакал от смеха торговец. — Я за него даже вшивой монетки не дам.

— Да пошел ты! Вообще-то я очень полезный! — Разозлился Борр тряся в воздухе кулаком.

Мы с Жабычем рассмеялись и направились к прилавку, а Мухоморыч еще с полминуты бухтел за нашими спинами, перечисляя собственные достоинства.

Торговец покопался в ящиках и выложил на прилавок три белых кристалла. Я взял ближайший, и перед глазами всплыло описание:

Кристалл навыка «Игра на флейте».

Редкость: Хлам.

Макс. уровней: 10.

Описание: вы научитесь играть на флейте. Увы, не на кожаной.

Дочитав последнюю строчку, я прыснул со смеху.

— И такой мусор кто-то покупает?

— А что? — развел лапами Жабыч. — Показываю то, что ты можешь купить за четыре монеты.

— А есть что-нибудь полезное в бою?

— Так-то есть, — протянул торговец. — Но стоить будет немало.

— Немало это абстрактная величина. Сколько конкретно?

— Смотря что за навык.

Жабыч нырнул под прилавок и водрузил на него синий кристалл с навыком «Пламенное касание». Редкий, пятьдесят уровней прокачки, и за это удовольствие торговец запросил аж сорок монет.

— Дороговато, — поморщился я. — А есть что-нибудь подешевле и для очистки нарывов?

— Ну-у-у… Относительно да, — протянул Жабыч, выкладывая на прилавок зеленый кристалл.

Кристалл навыка «Переливание».

Редкость: Необычный.

Макс. уровней: 40.

Описание: позволяет откачивать энергию и переливать ее другим существам.

— И что это значит? — нахмурился я. — Буду очищать нарывы и переливать скверну, скажем, в Борра? А он от такого не подохнет?

— Чего⁈ — заголосил за моей спиной боровичок. — Я на такое не подписывался! Себе переливай эту дрянь!

— Да-а, было бы неплохо, если бы он помер и в лесу одним бомжарой стало меньше, — мечтательно квакнул Жабыч. — Но нет, не сдохнет. При откачке энергия теряет негативный заряд и становится нейтральной.

— Тогда я согласен! — тут же сменил позицию Борр. — Покупай и пошли прямо сейчас нарывы искать! Раскачаюсь!

Я усмехнулся такой перемене и повернулся к торговцу.

— И сколько ты хочешь за этот навык?

— Жалких тридцать монет, — простонал Жабыч, всем видом показывая, что от сердца отрывает это сокровище. — Сам понимаешь, очистка нарывов весьма приятно оплачивается Миром.

Несмотря на то что он нахваливал навык, по бегающим глазкам Жабыча было понятно, что он брешет и задирает цену. Что ж, поторгуемся.

— Да этому хламу красная цена пять монет! Кому вообще нужен навык, который усиливает не тебя самого, а какого-то духа?

— Но-но! — возмутился Жабыч. — Это, на минуточку, необычный навык! А такой стоит по меньшей мере двадцать пять монет!

— И сколько лет ты уже продаешь этот полезный навык? — прищурился я.

Выстрел угодил в яблочко. Жабыч скуксился и забегал глазами по прилавку.

— Ладно. За двадцать отдам.

— За четыре монеты.

— Издеваешься⁈ — задохнулся торговец. — Какие еще четыре монеты⁈

— Хорошо. За три монеты заберу.

— Всё, валите отсюда! — замахал лапами Жабыч. — Так и знал, что бомж не способен привести платежеспособного поКВАпателя!

Я равнодушно отвернулся от прилавка.

— Ну и ладно. Борр, помнится ты говорил, что в городе еще с десяток магазинов имеется. Поехали, глянем, что там продают. На зеленомордом свет клином не сошелся.

Мы неторопливо двинулись к выходу, и уже у самого порога за спиной раздалось недовольное кваканье.

— Ладно. Десять монет. Это моё последнее слово.

Я развернулся и широко улыбнулся.

— А моё последнее слово, восемь монет. По рукам?

Подойдя ближе, я протянул руку, и Жабыч нехотя пожал ее влажной лапой.

— Чёрт с тобой… — согласился лягух.

— Вот и отлично. Правда, как я и говорил, у меня всего четыре монеты. Могу за остальное рублями доплатить?

Жабыч закатил глаза.

— Можешь. Но только по курсу десять тысяч рублей за одну системную монету.

— Да это же обдираловка! — заорал Борр.

— Если не согласны, проваливайте, — отрезал торговец сложив лапы на груди.

— Безналом можно? — спросил я доставая из кармана телефон.

Жабыч покопался под прилавком и протянул мне мятую бумажку с номером телефона.

— Сюда сорок тысяч переводи. На желтый банк.

— А на зеленый можно? С желтого у меня комиссию спишут.

— Не мои проблемы, — фыркнул Жабыч. — Только отойди к доске по какой сюда залез. В домене сотовый не работает.

Занятно. Оказывается этот слой реальности называется домен и судя по всему он отрезан от внешнего мира. Удобно.

Подойдя к доске, я смахнул скупую слезу, открыл приложение банка и перевел сорок тысяч, попутно оплатив комиссию в четыреста рублей. Правда, я тут же расплылся в улыбке, обратив внимание на то, что платёж доставлен Ирине Викторовне Ж. Интересно, кто эта загадочная женщина и в курсе ли она, что её картой пользуется жаба? Вернувшись обратно, я хохотнул забирая кристалл:

— Спасибо Ириш, с тобой приятно иметь дело.

Жабыч скривился и махнул лапой в сторону выхода, мол, проваливайте. Не выходя из магазина, я раздавил кристалл в кулаке. Он хрустнул, осколки растворились в воздухе, а перед глазами всплыло сообщение:

Вы изучили навык «Переливание».

Мы распрощались с Жабычем и выбрались из избушки. Вниз по доске я спускался задом наперед, цепляясь руками за дощечки, и шею, к разочарованию торговца, так и не свернул. Едва мои шлепанцы коснулись земли, заметил, что Борр смотрит на меня с восхищением.

— Саныч, ты кто такой вообще? Как ты умудрился нагнуть этого крохобора⁈ Это ж надо, с тридцати монет до восьми цену уронил!

Расплывшись в улыбке я процитировал фразу которую приписывают Джейсону Стетхему. Готов спорить что он её не говорил, но какая разница? Забавно ведь.

— Прав не тот кто прав, а тот кто лев, — многозначительно произнёс и неспешно пошел в сторону дома.

По дороге Борр всё время доставал меня пытаясь разобраться что значит эта фраза. Разумеется я не стал ничего объяснять. Пока меня не будет, пусть ломает голову.

До дома мы добрались без приключений потратив на поход в лес и торги аж два часа чистого времени. Едва мы зашли в квартиру, как Борр умчался на кухню доедать стейки, я же прошел в спальню и уселся на край кровати.

Открыв приложение такси, я вбил в строку назначения «улица Писателя Маршака, 1Г» и нажал кнопку заказа. Машину обещали подать через семь минут, и я решил скоротать ожидание с пользой, а именно изучить свежекупленный навык.

Стоило подумать об окне развития, как оно послушно развернулось перед глазами. В строке «навыки» красовалось две строчки:

Взгляд в будущее

Переливание

Я сосредоточился на обновке, и текст изменился:

Выберите сущность для переливания.

Ниже высветилась единственная строчка: «Боровичок Борр». Да уж, выбор, без выбора. Я мысленно ткнул в строку, и система отчиталась:

Боровичок Борр будет получать 2,5% от очищаемой энергии.

Не густо. Выходит, с подвального нарыва Борру перепадет всего одна несчастная единичка кармы. Хотя это лучше, чем ничего, да и покупал я навык не ради откорма боровичка. Главное уничтожить нарыв под родительским домом и самому при этом не откинуться. В автосалоне меня чуть не вывернуло наизнанку от двадцати единиц скверны, а в подвале этой дряни почти вдвое больше.

Телефон пиликнул, сообщая, что серая Гранта ждёт у подъезда. Уходя, я заглянул на кухню и улыбнулся, видя, как Боровичок выливает соус из контейнера с салатом прямо в рот.

Выйдя из дома я сел в такси, за рулем которого был мужичок лет пятидесяти с седой щетиной. Мы выехали со двора и направились на окружную улицу Антонова-Овсеенко. Смотреть по дороге было особо не на что, по левую сторону дома, по правую промзона. А вот таксист был весьма занимательным.

Он каждые пару минут морщился и тер левый висок на котором пульсировала черная пиявка размером с большой палец. Тварь мерно сокращалась, будто крохотный насос, и с каждым таким сокращением водитель кривился от боли всё сильнее.

— У вас всё в порядке? — полез я не в своё дело, поймав взгляд водилы в зеркале заднего вида.

— Да жарища эта, будь она неладна, — отмахнулся таксист. — Уже месяц голова раскалывается, таблетки горстями жру, а толку ноль.

Ещё бы. Таблетки от энергетических паразитов не спасают.

— Я массажистом работаю, — соврал я без стеснения. — Знаю одну точку на виске. Хотите, нажму, и всё пройдет?

Водитель покосился на меня в зеркало и с сомнением протянул:

— Да нет, спасибо. Не нужно.

— Так это бесплатно. Просто хочу помочь.

— Ну раз бесплатно, тогда давай попробуем, — сдался он.

Я подался вперед и потянулся к пиявке, пытаясь её ухватить. В последний момент тварь извернулась и вгрызлась в мой указательный палец, да так, что я едва не крикнул от боли. Руку пришлось отдернуть, и пиявка оторвалась от виска, повиснув на моем пальце.

— Ого! — Таксист ощупал висок и просиял. — Боль и правда стала меньше! А я ведь даже не почувствовал, что вы сделали. Спасибо, блин!

— На здоровье, — криво улыбнулся я, украдкой пытаясь стряхнуть паразита. — Скоро боль совсем пройдёт.

Говоря это я боролся с пиявкой вцепившейся в мой палец мертвой хваткой. Сколько бы я не тряс рукой она даже не думала отпускать свою добычу.

— Слушайте, может, вам водички? Или конфет? — расщедрился водитель. — Правда, у меня только карамельки.

— Нет, спасибо. А вот влажную салфетку я бы взял, если есть.

Таксист пошарил в бардачке и протянул мне пачку. Я вытащил салфетку, а следом резко оторвал пиявку от пальца и швырнул на резиновый коврик. Оставалось лишь раздавить гадину подошвой шлепанца, что я и сделал, заодно изобразив, что устраиваюсь поудобнее на сиденье.

Останки паразита полыхнули золотистым и растаяли, а Мир порадовал сообщением:

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК.

Из прокушенного пальца тем временем сочилась кровь. Я замотал его салфеткой, сунул руку в карман и сделал вид, что всё в полном порядке. Вот и лечи после этого людей. Вместо благодарности сплошные производственные травмы.

Спустя двадцать минут Гранта остановилась у стадиона Факел, и я, поблагодарив водителя, выбрался наружу. Народу собралось море. Толпа гудела на сотни голосов и лениво тянулась внутрь стадиона. Я отошел в сторонку, набрал Саню и прижал телефон к уху.

— Сань, ты где?

На плечо легла тяжелая ладонь, и грубый голос пробасил:

— Закурить не найдётся?

Обернувшись, я увидел подкаченного Санька с шеей борца и добродушной улыбкой во всю физиономию.

— Ха-ха! Ты бы видел свою рожу! — загоготал он, тыча в меня пальцем.

— А ты бы видел свою! — рассмеялся я в ответ. — Сколько можно на массе сидеть? Уже вся харя жиром заплыла.

— Да иди ты, — наигранно обиделся он. — Подумаешь, не успел подсушиться к лету.

— Ну, по крайней мере, ты выглядишь грозно.

— Вот и я так думаю, — улыбнулся он и выудил из внутреннего кармана билет. — Держи. И не забудь: проход по Fan ID.

— И слава богу. Сейчас на матчах хоть потише стало.

— И скучнее, — ухмыльнулся Саня. — Раньше можно было и футбол посмотреть, и по морде получить. А теперь только первое.

— Зная твои способности, по морде ты и сейчас отхватишь без проблем. Было бы желание.

— Твоя правда, — хохотнул он. — Ну что, идем?

Мы влились в толпу и двинулись к проходной. Я открыл на телефоне Fan ID, уставший мужик в форме считал QR-код с экрана, окинул меня равнодушным взглядом и мотнул головой в сторону турникета, мол проходи. Рамка досмотра пискнула на связку ключей в кармане, пришлось выложить её в ящик, пройти снова через рамку и только потом забрать ключи обратно.

Попав на стадион, я невольно расплылся в улыбке. На трибунах кипела жизнь! Фанаты разворачивали флаги и перекрикивались через ряды, а кто-то даже барабан приволок. Саня толкнул меня в бок.

— Идем, я лучшие места взял. Прямо возле фан-зоны.

— Да ё-моё. Опять кричалки весь вечер слушать?

— Не только слушать, но и кричать! — осклабился Санек.

Мы заняли места, и, пока Саня рылся в рюкзаке, я оглядел трибуны. В основном здесь сидели обычные люди, но над парочкой голов клубилась знакомая тёмная дымка, а на шеях и затылках виднелись паразиты.

Мой палец, конечно, ещё не зажил и пульсировал болью, но я бы с радостью избавил фанатов от паразитов. И людям польза, и мне порядка двадцати очков кармы. Глядишь, и уровень бы поднял. А ещё тут было десятка два одержимых со звериными мордами, но они просто с воодушевлением смотрели на поле.

Спустя пять минут на поле выбежали игроки Факела, и стадион взорвался рёвом. Фан-зона грянула так, что у меня заложило уши:

Воронеж, ты моя любовь!

С тобою я, пока есть в венах кровь!

О Факел мой, тебе спою!

Тебя я в сердце сберегу!

Оле-оле! Оле-оле! Оле-оле-оле-оле!

Поём мы все о ФАКЕЛЕ!

Саня вскочил с места и принялся размахивать бело-синим флагом, который вытащил из рюкзака.

Следом на газон выкатилась команда Краснодара, судья дал свисток, и игра началась. Факел с ходу пошел в атаку, и уже на десятой минуте нападающий вколотил мяч под перекладину. Трибуны вскочили как один человек и стали ликовать, а я замер с открытым ртом. Только пялился я не на игроков, а на то, что творилось над полем.

От наших трибун к центру стадиона хлынула золотистая волна. Тысячи ликующих болельщиков генерировали столько позитива, что воздух над газоном засиял. Навстречу этому сиянию с гостевого сектора ринулась чернота краснодарской досады. Две стихии столкнулись над центральным кругом и принялись пожирать друг друга, закручиваясь исполинскими вихрями.

Я перевел взгляд на одержимых. Они блаженно лыбились от уха до уха, причем один из них сидел в гостевом секторе и, по идее, должен был печалиться о забитом голе его команде. Однако этим ребятам было плевать на игру. Здесь плещется целое море дармовой энергии, от которой они тихонько отщипывают тонкие потоки и поглощают их.

Спустя четверть часа Краснодар отыгрался, и картина над полем перевернулась. Теперь чернота валила с наших секторов, а светлая волна поднималась над гостевым сектором. Стихии вновь схлестнулись над серединой поля, а стадион исправно подбрасывал топлива то в один котел, то в другой. Когда свисток отправил команды на перерыв, я наконец сумел оторваться от этого зрелища.

— Ты видал, как наши заколотили⁈ — восторженно завопил Саня, перекрывая гул толпы. — Это ж восторг просто! А то, что пропустили, ерунда. Ещё вырвемся вперёд!

— Ага. Обязательно, — кивнул я, думая о своем.

Мы спустились в буфет размять ноги и перекусить, и там меня ждал сюрприз. Посреди зала парил комок света.

Позитивный сгусток.

Концентрация: 150 единиц.

Описание: точка сбора позитивной энергии.

Увидев концентрацию, я закашлялся. Если я поглощу этот сгусток, то сколько уровней получу? Сразу три или четыре штуки?

— Сань, купи мне бутерброд какой-нибудь и попить, а я пока место застолблю, — попросил я, не сводя глаз с находки.

— Замётано, — отозвался Саня и пристроился в хвост очереди.

Я вразвалочку двинулся через зал, делая вид, что выискиваю свободный столик, сам же как завороженный шел к сгустку. До него оставалась пара шагов, я протянул дрожащую руку, и тут моё запястье перехватила горячая ладонь.

— Не хулигань, а то накажу, — пробасило что-то сбоку.

Рядом со мной стояло существо, при виде которого у меня отвисла челюсть. Ростом под два метра, пламя пляшет на голове, а выглядит он… Прямо как картинка с логотипа футбольной команды. Факел. Настоящий факел! Только с глазами и руками. А вот ног не было. От него веяло такой силой, что по спине пробежал холодок.

— Простите, — улыбнулся я, и рука существа разжалась.

Пламя на лице Факела изогнулось, обозначая улыбку.

— Люди сюда за зарядом эмоций приходят, — прогудел он, обводя взглядом зал. — А если сгустка не будет, то и эмоции станут слабее.

Я хотел спросить, откуда он взялся такой красивый, но тут вернулся Саня.

— Ну чё, давай побырику пожуем и на второй тайм! — Он сунул мне в руки сосиску в тесте и банку колы.

Я забрал еду и стал жевать, не чувствуя вкуса. Взгляд мой следил за огненным существом, вышагивающим между столиками. Факел то и дело касался людей, вокруг которых свечение горело ярче прочих, и после его прикосновений оно заметно тускнело. От ладоней же существа к белёсому сгустку тянулись тонкие светящиеся нити, а в строке концентрации медленно прибавлялись сотые доли. 150,01… 150,03…

Выходит, Факел бережно собирает излишки чужой радости и вносит их в общую копилку. Занятный у стадиона персонал, ничего не скажешь.

Второй тайм выдался веселее первого: команды обменялись парой опасных моментов, а на шестьдесят пятой минуте нападающий Факела подхватил мяч на краю штрафной, качнул защитника финтом и зарядил под дальнюю штангу.

По стадиону прокатилась волна из людских тел. Над полем снова разлилось золотое зарево, и я орал вместе со всеми, размахивая руками. Представляю, как радуется огненный тип из буфета: урожай позитива у него сегодня знатный.

Впрочем, радовались мы недолго: под занавес матча Краснодар заработал угловой. Мяч по дуге влетел в нашу штрафную, и его головой вколотили в ворота. На табло зажглось 2:2, гостевой сектор взвыл от восторга, а над центральным кругом чернота досады сцепилась с радостью в прощальном вихре. Финальный свисток поставил точку в матче. Ничья.

Как и всегда, на выход потянулись лишь обыватели. Фан-зона осталась неподвижна, и заиграли барабаны вместе с трубами. Сотня глоток затянула песню Сектора Газа «Колхозный панк», куда же без него? Юра Хой для Воронежа без пяти минут святой, и на Факеле его песни звучат так, что стекла в окрестных девятиэтажках дребезжат. И мы заголосили:

Из колхозной молодёжи панковал один лишь я,

Я носил портки из кожи и был грязный, как свинья!

Улыбаясь, я с удовольствием подпевал слова песни, которую мы с Саней выучили наизусть раньше таблицы умножения, ведь в нашем детстве она орала из каждого гаража. На меня накатила ностальгия по тем годам, когда самой большой проблемой в жизни была севшая батарейка в кассетнике. Саня рядом драл глотку и размахивал шарфом с таким усердием, что едва не снёс голову мужику, стоявшему на ряд ниже.

Песня отгремела, игроки Факела выстроились перед трибунами и захлопали над головами, благодаря болельщиков за поддержку. Трибуны ответили последним раскатом оваций, и народ неспешно потянулся к выходам.

— Ну чё? По пивку? — предложил Саня охрипшим голосом и закинул рюкзак на плечо.

Я поднял глаза к небу, а оно уже налилось чернотой, лишь у горизонта догорала грязно-оранжевая полоска заката. По уму, сейчас бы прыгнуть в такси и запереться дома до рассвета. Но мне так не хочется становиться затворником и трястись от страха каждый вечер. В итоге я плюнул и согласился.

— Уговорил. Поехали.

— Красава! — просиял Санёк. — Я тут одно местечко знаю, там гренки с чесноком просто песня!

Оставалось надеяться, что в центре города людно и позитив ночных гуляк пересилит негатив, а заодно отпугнёт монстров. К тому же когда мы ещё увидимся с Саней в следующий раз? Жизнь идёт, а встречи с друзьями становятся всё реже.

Пройдя до парковки, мы загрузились в его поцарапанный Киа Рио и покатили в центр. По пути вспоминали былые деньки, и я узнал, что нашего одноклассника недавно похоронили. Ехал ночью по трассе и задремал улетев в кювет… Жаль парня. Весёлый был, жизнерадостный.

Добравшись до бара, мы вошли внутрь и утонули в гуле голосов. Приглушенный свет, громкая музыка и аромат табака набросились на нас со всех сторон. Не люблю запах курева, но это же бар, а не детское котокафе. Здесь всегда так пахнет.

Мы заняли дальний столик у стены и заказали пива с фирменными длинными гренками. Себе Саня взял нулёвку, буркнув, что за рулем, а желающих подышать в трубочку и без него хватает. Я же взял нефильтрованное светлое.

— Ну чё, как у тебя дела? — Санек отхлебнул из кружки и вытянул ноги под столом. — Рассказывай, а то пропал куда-то, не дозвонишься до тебя.

— Да так, кручусь понемножку. Бизнес открыл. Клинингом занимаюсь.

— Да ладно! — присвистнул Саня. — Это ты в уборщицы подался, что ли? — поддел меня друг.

— Ага. Типа того, — кивнул я, откусив чесночную гренку.

— Не, ну молодца, молодца, — уважительно произнёс Саня. — Ты всегда шустряком был. Знал, где лишнюю монету срубить. А я до сих пор электриком батрачу. Платят, правда, хорошо, иногда халтурка подворачивается. В общем, грех жаловаться.

— Так и не жалуйся. Руки у тебя золотые, голова на месте. Правда, отбитая наглухо, — улыбнулся я.

— Но-но! — Санек погрозил мне гренкой. — Эта голова, между прочим, спасла твою пятую точку, когда ты с тарзанки навернулся и чуть не утоп.

— Это когда это я чуть не утоп? Я тогда сальто-мортале исполнял и немного недокрутил. Зато вошел в воду красиво, с брызгами!

— Ага, красиво и башкой об дно саданулся.

— Было дело, — кивнул я. — А помнишь, как ты за мячиком полез к дяде Ване? Тебя тогда ещё ротвейлер за задницу грызанул, — хохотнул я.

— Забудешь тут. До сих пор шрамы на пол-ляжки. Если б ты тогда псину палкой не отогнал, я бы сейчас червей кормил, — произнёс Саня и отпил пива.

Дальше нас понесло по волнам памяти: вспомнили плот из полторашек, который мы гордо спустили на реку Воронеж. Проплавал он не долги и затонул на середине реки вместе с Саниными кроссовками. Вспомнили, как таскали яблоки у соседа и за нами погнался его гусь, страшнее которого в детстве я никого не встречал.

Время летело незаметно, кружки пустели, гренки исчезали, а следом за ними и куриные крылья в медовом соусе. Было весело, так бы и сидел целую вечность, позабыв о проблемах, одержимых и долгах. Но ничто не длится вечно. Из блаженного состояния меня выдернул силуэт, бодрой походкой направлявшийся к нашему столику.

Издали это был обычный мужчина в отглаженной рубашке, но с каждым его шагом черты плыли и заострялись. Проступила маслянистая шерсть на щеках, нервно задрожали усики, а из-под верхней губы выглянули длинные резцы. Сплинтер собственной персоной. То есть менеджер лучшего автосалона в галактике.

— О! Дмитрий Александрович! Рад вас видеть, — расплылся в улыбке крысюк по имени Артём, остановившись у нашего столика.

— Здравствуйте, — сухо кивнул я.

Я, конечно, не параноик, но почему-то мне эта встреча кажется не случайной.

— Я шел по улице, увидел вас и вспомнил об одном занимательном предложении, от которого вы не сможете отказаться, — доверительно понизив тон, произнёс он.

— Мы тут отдыхаем с другом. Если хотите что-то предложить, высылайте СМС. Я обязательно прочитаю и если заинтересуюсь, то перезвоню вам, — с ходу осадил его я.

— Дим, да ладно тебе. Если предложение реально дельное, можно и послушать, — встрял в разговор Саня.

— Ваш друг прав, — довольным тоном проговорил Крысюк и продолжил: — На неделе нам привезут хонду японской сборки. Автомобиль двадцатого года выпуска, пробег всего тысяча километров, он в идеальном состоянии, хорошей комплектации, и вам как постоянному клиенту мы сделаем шикарную скидку.

Всё это звучало так, будто он врал на ходу, причём делал это весьма посредственно. Видать расчёт был на то что я пьян.

— Ого, а сколько денег нужно? — спросил Саня, подавшись вперед. — Может, я куплю?

— Увы, предложение действует только для наших постоянных клиентов. — Крысюк одарил его дежурной улыбкой. — Таких, как Дмитрий Александрович. Мы с ним давно знакомы, и, уверен, если я учту его интересы, то он учтёт мои. — Крысюк недвусмысленно намекнул на откат и уходить явно не собирался. — Дмитрий Александрович, давайте выйдем и обсудим условия. Это займёт буквально пару минут, и я от вас отстану.

— Ну раз так, то пойдёмте, обсудим, — вздохнул я, вставая из-за стола.

Менеджер кивнул и двинулся к выходу, покачивая скрытым от обычных глаз хвостом. Я же наклонился к Сане и тихо попросил:

— Сходи покурить на всякий случай. Мало ли куда нас разговор заведёт.

Саня ухмыльнулся во весь рот и хрустнул костяшками пальцев:

— Похоже, моя сверхспособность снова сработала.

А потом всё завертелось на каких-то запредельных скоростях. Троица бросилась в атаку. Сломанный нос зашел справа и замахнулся, метя мне в висок. Донести удар он не успел. Из арки вылетел Саня и с рёвом «Факел, вперёд!» впечатал ногу кривоносому в подреберье. Маргинал жалобно пискнув, сложился пополам и на карачках уполз в темноту.

Его напарник с фингалом растерянно заозирался по сторонам и переключился на Саню, ведь тот выглядел на порядок большей проблемой, чем я. А мы с крысюком остались один на один.

Пронзительно пискнув, менеджер рубанул крысиной лапой по воздуху. Увы, этот выпад я прозевал, краем глаза наблюдая, как подбитый глаз расквасил Сане нос. Когти с треском вспороли футболку и полоснули по животу. Инстинктивно я отпрыгнул назад, возможно именно этот прыжок и спас мне жизнь. Ведь острые когти крысюка запросто могли впороть мне брюхо.

Кожу обожгло болью, я опустил взгляд на кровавые пятна расплывающиеся по футболке.

— Ах ты тварь! — выругался я радуясь тому что обул шлёпанцы, всё же +2 к ловкости это не хухры мухры! Наверное…

Острые когти полетели со всех сторон. Правда Артём атаковал как колхозник, без какой-либо хитринки. Удары летели по широкой дуге, надеясь располовинить меня. На таких умельцев я насмотрелся ещё в детстве.

Подгадав момент, я нырнул под занесённую руку и пнул его сбоку в район колена. Раздался сочный хруст, менеджер рухнул на асфальт, и я тут же пробил с ноги по крысиной морде.

Голова твари мотнулась назад, изо рта вылетел обломок резца, а мою стопу обожгло болью. Острый край зуба рассёк кожу. Надо было берцы обувать, с ними я бы ему всю челюсть снёс одним ударом и сам бы не пострадал.

Крысюк заверещал ощупывая пасть, а после вскочил на четвереньки и дал дёру. Даже с разбитым коленом он нёсся так быстро, что я при всём желании не смог бы его догнать. Крысиные когти цокали по асфальту, хвост болтался в воздухе, а полупрозрачные розовые уши менеджер поджал. Быстро же он понял, что в честной драке огребёт по полной. Молодец, сообразительный.

Со стороны баков послышался грохот. Второй маргинал полетел кубарем, а после рванул следом за работодателем. Саня догнал его за долю секунды и отвесил смачный пинок по заднице. На этом драка завершилась. Саня подошел ко мне с разбитым носом и довольной мордой.

— Димон, эт чё щас было? — Он шмыгнул и утер кровь тыльной стороной ладони. — Впервые вижу, чтобы человек так шустро на четвереньках бегал.

— Да какой там человек? Крыса обыкновенная, — хмыкнул я и прикусил язык помня о наказании Мира.

— Эт точно, — оскалился Саня. — Звал поговорить, а в итоге отморозков подтянул. Чё ты ему сделал-то?

— Видать, решил не покупать тачку по «очень» выгодной цене, — улыбнулся я. — Нос цел?

— Нормально, — отмахнулся Саня. — И как тебе? Приятно окунуться в старые деньки?

— Ещё как. — кивнул я. — Когда ты позвонил, я уже знал, что вечер закончится дракой.

Саня хохотнул, а потом резко посерьёзнел, опустив взгляд на мою футболку. Я приподнял располосованную ткань и показал царапины на животе. В свете фонаря три багровые борозды смотрелись жутковато, хотя кровили недостаточно сильно для паники.

— Ножом полоснул. Хорошо хоть он решил меня не колоть, а резать. Если бы колол, то я бы поехал не домой, а в морг, — попытался я пошутить, но вышло так, что аж в глазах потемнело.

— Может, в больничку? Пусть швы наложат, — с тревогой в голосе предложил Саня.

— Ерунда. Зелёнкой помажу, и всё заживёт. Лучше до дома докинь.

— Без проблем. А завтра найдём этого скота и сломаем ему лицо.

— Не надо ничего ломать, — рассмеялся я. — Он и так без зубов остался.

— Вот это по нашему! — Саня толкнул меня в плечо и захохотал на весь двор, а после мы вернулись в бар.

Официант проводил нас взглядом, делая вид, что не замечает ни Саниного носа, ни моей окровавленной футболки. Оно и понятно. В центре драки не редкость, так как он кишит питейными заведениями разного калибра.

Мы расплатились по счету, сели в машину и двинулись в сторону Северного района. По дороге Саня взахлеб рассказывал, как он доблестно бился против двоих, несмотря на то что первый быдлан выбыл в первые же секунды боя. Мир, кстати, за сбежавшую крысу не насыпал мне ни единого очка кармы. Видимо, награда положена только за уничтоженных тварей.

Крысюк Артём, безусловно, та ещё тварь, но явно не порождение нарыва. Если я прав, то он одержимый. Прикончи я его, и придётся сесть очень надолго. Интересно, а могу я очистить одержимого с помощью навыка переливания? Нужно попробовать.

Саня плавно остановился у подъезда и протянул мне раскрытую пятерню.

— Отлично гульнули. Я бы с радостью повторил, только без мордобоя.

— Обязательно, — заверил я, пожав руку другу и выбрался из машины.

Вернувшись домой, я первым делом стянул остатки футболки, выбросил её ошмётки в мусорку и полез за зеленкой.

— Не хватало ещё заразу занести, — пробормотал я, щедро замазывая царапины.

Зеленка обожгла раны, и я зашипел сквозь зубы. Именно в этот момент с кухни донёсся незнакомый каркающий смех. Эммм… Что там творится-то?

Неспеша я подкрался к кухне и заглянул внутрь. За столом восседал Борр, а напротив него расположилась девушка. Должен отметить, что она была весьма привлекательна. Я бы даже сказал, сногсшибательна!

Длинные черные волосы, аккуратным носик с горбинкой и чёрное как ночь коктейльное платье, подчёркивающее бёдра и увесистую грудь. Она стояла у окна и рассказывала историю хрипловатым, голосом:

— … а когда ковш проломил крышу, Кузьмич как сиганёт из подвала прямо на стрелу экскаватора! Машинист в ужасе вылетел из кабины и рванул куда глаза глядят.

— Вон чё бывает, когда домового дома лишают. Совсем озверел бедолага. — Вздохнул Борр и повернулся в мою сторону.

Темноволосая красотка заправив волосы за ухо, обвела меня томным взглядом с ног до головы.

— Это и есть твой хозяин? — спросила она.

— Не хозяин он мне! — заорал Борр. — Просто деловой партнер!

— Я бы тоже не прочь, чтобы он стал моим партнером, — промурлыкала девушка, не сводя с меня глаз. — Но отнюдь не деловым.

Её взгляд снова скользнул по мне и остановился в районе паха.

— А что тут происходит? — спросил я, повернувшись к Борру.

Боровичок открыл было рот, но девушка, улыбаясь, подошла ко мне и протянула руку.

— Меня зовут Линда.

Я пожал протянутую ладонь и едва не отдернул руку от неожиданности. Кожа у нее была будто соткана из тончайших нежных перьев. Неожиданно.

— Так! Отстань от Саныча, — забурчал Борр. — Его, вишь, как жизнь потрепала.

Линда скорчила скорбное выражение лица и медленно провела ладонью по моей груди. От прикосновения по телу разлилось тепло, и саднящая боль в царапинах на животе начала отступать, даже укушенный палец прошел.

— Ничего страшного. Он скоро поправится, — ласково произнесла Линда и прикусила нижнюю губу, продолжая держать ладонь на моей груди.

Вблизи стало видно, что глаза у неё не карие, а чёрные. Зрачок сливался с радужкой в сплошную блестящую темноту, и рассматривать эту темноту дольше пары секунд почему-то было волнительно.

— Кхм-кхм! — демонстративно прокашлялся Борр. — Линда, кажется, тебе пора.

— Жаль, конечно, но ты прав. Не стоит задерживаться до полуночи, ведь ночь темна и полна соблазнов, — хихикнула Линда, проведя пальцем по моим губам. — Не скучай, я ещё вернусь.

— Буду ждать, — выдавил из себя я.

Девушка подмигнула мне, подошла к окну и за жалкий миг превратилась в ворону. Птица каркнула на прощание и вылетела в открытую форточку, растворившись в ночи. Я так и застыл посреди кухни, смотря в окно.

— Помнится, была такая певица, Линда, — задумчиво произнёс я. — И песня у нее была: «Я ворона, я ворона».

— Ага. Поди, с нашей Линды её и писали, — усмехнулся Борр. — Только наша ещё и тащит к себе всё, что блестит. А ты сегодня вон как сияешь. На всю округу. Вот она на тебя глаз и положила. Халявная энергия для духов как магнит.

Боровичок сполз со стула и подошел ко мне с рюмкой.

— Я отхлебну? — Он выжидающе качнул посудиной.

Глядя в тёмный проем форточки, я рассеянно кивнул. Тусклое свечение потекло от меня тонкой струйкой и наполнило рюмку до краёв мерцающим золотом.

— Быть добру! — провозгласил Борр и лихо опрокинул рюмку. — Ух! Хорошо пошла!

— Я, пожалуй, тоже пойду. Спать.

— Давай. А завтра опять на склад поедем?

— Не поедем. Завтра у нас будет совсем другая подработка, — ответил я и побрёл в спальню.

День выдался насыщенным даже по меркам моей новой жизни, так что уснул я раньше, чем успел натянуть на себя одеяло. Ночью мне снилась Линда. Она кружилась вокруг меня, то превращалась в ворону, то оказывалась за спиной и тёрлась о меня всем телом, напевая песню Арии:

Закрой глаза, коснись меня,

Ты пахнешь соблазном и мёдом…

Нужно ли говорить, что, проснувшись, я первым делом принял ледяной душ, чтобы смыть эротическое наваждение? Стоя под холодными струями воды, я обратил внимание на то, что раны на животе практически зажили. Остались лишь бледно-розовые полоски, выглядывающие из-под толстого слоя зелёнки. А палец, за который цапнула пиявка, и вовсе зажил без следа.

Выходит что вчерашняя гостья меня подлечила. Может, стоит заключить с ней контракт? Будет меня лечить, а ещё отсасывать… Так! Я про лишнюю энергию говорю! О чём вы подумали вообще⁈ Я хлопнул себя по щекам и подставил лицо холодной воде.

Выбравшись из ванной, я потянулся за телефоном, чтобы проверить остаток на счёте банковской карты. Там обнаружилось аж тридцать три тысячи с копейками. Тут же перевёл хозяйке квартиры деньги за аренду, пока они ещё есть, и на карте осталось шестнадцать тысяч рублей. Не густо. Этого едва хватит на три дня кормёжки Борра. Видать, придётся переводить его на пельмени.

А ещё нужно побыстрее очистить цех. Тогда Стас выдаст нам четыреста тысяч, из которых пятьдесят уйдут в карман Борра, а на оплату кредита… Мне не хватит. Остаётся надеяться что Инна Владимировна подгонит мне новых клиентов. Вспомнив Инну Владимировну, я вспомнил и пирожки, которые сожрал Мухоморыч. От этого мой живот протяжно заурчал.

Я открыл «Самокат» и закинул в корзину четыре порции пюрешки с котлетами. Одну себе, а три вечно голодному квартиранту. Оформив заказ, пролистал новостную ленту за вчерашний день и не увидел ничего интересного. Что тут скажешь? Журналисты паршиво работают.

Воронеж спокойный город, главное не заезжать на ВАИ, Машмет, Чижовку, Низы и Отрожку. Там до сих пор можно наткнуться на ценителей криминальной эстетики девяностых. А эти районы занимают практически половину города.

Одевшись, я пошел забирать заказ у курьера позвонившего в дверь. Паренёк с розовой термосумкой улыбаясь протянул пакет, который я тут же забрал и пожелал коллеге щедрых чаевых. Заперев дверь я отправился на кухню, где тут же забросил еду в микроволновку. Пока она гудела, разогревая котлеты, из нижнего ящика кухонного гарнитура донеслось сонное бормотание:

— Линда… Спрячь прелести… Хватит соблазнять Саныча… Это моя кормушка… Не тронь энергию, развратница…

Рявкнув я пнул ящик:

— Подъём! Завтрак приехал!

Ящик хлопнул, и Борр вскочил держа вилку в руках. Неужели он заснул с вилкой, а надежде что открыв глаза тут же сможет позавтракать? Дух пошарил мутным взглядом по кухне и отрапортовал:

— Всегда готов, сожрать весь плов!

— Сегодня плова нет, будешь есть картошку с котлетой, — огорчил его я.

— Ну, это тоже неплохо, — улыбнулся Борр, потерев сонные глаза кулаком.

Завтракали мы под аккомпанемент его чавканья. Котлеты с пюрешкой исчезали с пугающей скоростью, я же жевал не спеша и радовался тому, что заказал Борру три порции. Доев, я выбросил пластиковый контейнер в мусорку и вызвал такси.

— Расточительный ты, Саныч. До жути, — чавкая, сообщил Борр, глядя на экран моего телефона. — Столько деньжищ на такси тратишь.

— А ты думаешь, содержание собственной машины обходится дешевле? Бензин, страховка, ремонт, налоги. Да такси на порядок дешевле пользоваться. — парировал я.

— Так я не про машину говорю. Купи электросамокат.

— Самокат? — нахмурился я.

— А чё? Ты ток подумай! — Борр запихнул в рот котлету и продолжил с набитым ртом. — С ветерком можно мчать по дорогам, и никаких тебе пробок!

— А еще никакого кондиционера. Гнать по солнцепёку одно «удовольствие», потный, грязный, вонючий — саркастично произнёс я, — а если не повезет, то и под ливень попадёшь. Впрочем, это куда лучше, чем попасть под колёса какого-нибудь лихача, а их в Воронеже хватает.

— Да ладно тебе! — отмахнулся Грибоедов. — На солнцепёке загар заработаешь, а под ливнем искупаешься. Сплошная польза!

— Жуй лучше, оптимист хренов, — усмехнулся я и пошел на балкона за коробкой с великом.

Попутно взял с полки связку ключей от подвала родительского дома и засунул в ухо наушник, чтобы болтать с невидимым пассажиром, не привлекая внимания санитаров.

Спустя пять минут мы с Боровичком вышли из подъезда и сели в серый «Хавал Джилион». Рыжий водитель так был занят своим телефоном, что даже не помог загрузить коробку в багажник, по этому я поставил коробок на сиденье слева от себя и мы покатили в сторону Чертовиц. Половину дороги Борр продремал, развалившись на заднем сидении, а на подъезде к поселку вдруг заерзал и придвинулся ко мне.

— Саныч, я туда не пойду, — зашептал он, косясь в окно. — Там хрень какая-то творится, я ее отсюда чую.

— Ещё чего. Конечно, пойдешь, я тебя для этого с собой и взял, — ответил я, делая вид, что говорю по гарнитуре.

— Ты чё? Ты мою комплекцию видел? От меня в зачистке толку ноль!

— Просто стой и лицом торгуй. Я всё сделаю сам, а ты получишь очки кармы на халяву.

— Халява…? — Борр поскреб средний подбородок. — Звучит, конечно, неплохо, но почему-то мне кажется, что всё пойдёт наперекосяк.

— Не каркай, — буркнул я, завершив разговор.

Таксист высадил нас у ворот, и укатил, поднимая пыль с грунтовки. Во дворе было тихо, только слышался едва различимый храп, да из открытого окна первого этажа бормотал телевизор.

Пройдя немного дальше, я увидел Толика. Он привалился спиной к перилам и похрапывал. Я поставил коробку с великом рядом с ним, а после перешагнул через родственника и вошел в дом.

Направился сразу к маме, ведь больше дома никого и не было. Оля на работе, дети на секциях и развивашках. Войдя в комнату, я увидел маму: она сидела на кровати и смотрела телевизор.

— Дима? — просияла мама. — Ты чего в такую рань?

— Да я по делу, мам. Обещал же в подвале с электрикой разобраться. Ну и Свете подарок привёз. Ты как?

— Как видишь, бегаю полумарафон, правда, пока практикую бег лёжа, — улыбнулась мама.

— Понял, с вопросами больше не лезу, — ответил я, чмокнул её в щеку, а после вернулся на крыльцо и пнул спящего по ноге.

— Доброе утро. Опять бухал?

Толик разлепил глаза и прохрипел:

— Да нет… Просто на солнышке разморило.

— Ага. Перегар тебе тоже солнышко подкинуло?

— Дим, ну чё ты начинаешь? — обиженно буркнул он.

— Ладно, проехали. — Я кивнул на коробку. — Вот, Свете велик привез. Хватай и топай собирать, чтоб к возвращению дочки всё сделал. Скажешь, дядя Дима подарил, а папка собственными руками собрал. Усек?

Толик, кряхтя, поднялся и заглянул в коробок.

— Красненький… — заулыбался он. — Да сделаю, не проблема. И это… Спасибо тебе. Ты вроде как и меня сделал причастным к подарку.

— А как иначе? Мы ж семья, — улыбнулся я и хлопнул его по плечу. — Всё, топай гайки крути, а я в подвал загляну, проводку починю.

— Мож помочь чем?

— Поможешь. Если не будешь мешать.

— Понял, не дурак. Был бы дурак не понял. — Толик подхватил коробку и бодро зашагал к гаражу.

Надо же, даже походка выправилась. Видать, рад чувствовать себя полезным. Эх, надеюсь, он нормально соберёт велик. Хотя чего там собирать-то? Нужно только руль и колесо прикрутить, остальное уже собрано.

Мы с Борром обогнули дом, и боровичок, до этого молчавший, глубокомысленно изрек:

— А тебя тут любят.

— Именно поэтому мы сюда и приехали, — отозвался я, снимая навесной замок с дощатых створок.

Из распахнутого проема дохнуло холодом смешанным с гнилью. Борр сморщил нос и попятился было назад, но я подтолкнул его вперёд. Помня, что свет не работает, я даже не попытался клацнуть выключатель, вместо этого включил фонарик на телефоне и на всякий случай закрыл за нами дверь.

Спустившись вниз, мы обнаружили нарыв на том же месте, в центре подвала.

Сгусток скверны. Концентрация: 39 единиц.

Вот же гадость. Нарыв подрос на две единицы с моего последнего визита. Видать, Толик опять горевал, обняв бутылку, а следом и Оле печали добавил. Да и дети всё это видели, от них негатив тоже капнул, про маму вообще молчу. Она всё понимает, но старается не лезть, давая нам, детям, дышать свободно и принимать собственные решения.

Борр вцепился в мою штанину и жалобно заканючил:

— Саныч, может, ну его? Поехали отсюда, пока нас не схарчили.

— Успокойся. Всё нормально будет. — отцепив его пальцы от джинсов я шагнул к нарыву.

Выставил перед собой руку и мысленно попытался активировать навык. Забавно, но использование «переливания» оказалось интуитивно понятным. Сперва я представил, как в центр ладони вливается тьма, а из другой ладони выходит свет и впитывается в Борра.

Тьма тут же заклубилась, закручиваясь в тонкую спираль, и потянулась к моей руке. Кожи коснулся холод, по спине пробежали мурашки. В следующую секунду из левой ладони отделилась тусклая золотистая струйка энергии и потянулась к Борру. Боровичок зажмурился от страха, а после расплылся в блаженной улыбке. А Мир и правда общается с одарёнными на понятном им языке. Во всяком из случаев использование навыка далось весьма просто.

— Ух, ё-моё! — ахнул коротышка. — Продолжай! Мне нравится!

Я ничего ему не ответил. Вместо этого продолжил наблюдать, как ёмкость нарыва медленно тает, а шарик уменьшается в размерах. В минуту убывало примерно по две единицы. Если так пойдёт и дальше, то нарыв исчезнет через двадцать минут. Долговато, конечно, но я никуда не тороплюсь.

Я откачать около тридцати единиц, как со стороны капота, прислонённого к стене, донесся скрежет. Что-то царапало сталь капота, пытаясь его сдвинуть.

— Борр, живо к капоту! — рявкнул я. — Держи его!

— Чего? Какому капоту? — растерялся дух, но под моим взглядом сорвался с места и всем телом навалился на железяку.

В ту же секунду по капоту приложили с такой силой, что Борр чуть не рухнул на пол. Глухой удар прокатился по подвалу, и с горки барахла съехало ведро.

— А-а-а! Мы умрём! — заголосил Борр, упираясь пятками в бетон. — За что мне всё это? Я на такое не подписывался!

— Заткнись и держи эту тварину! — рявкнул я, продолжая откачку.

Нарыв медленно съёживался на глазах, пока его ёмкость не достигла нуля. Чёрная спираль истончилась, а сам сгусток рассеялся в воздухе, оставив после себя лишь дождь из монет, со звоном осыпавшихся на бетон. Среди тускло мерцающих кругляшей я заметил одиноко лежащую жемчужину.

Вы уничтожили нарыв скверны. Получено 12 ОК.

Едва я дочитал сообщение, как Борр взвизгнул:

— Нам конец!

Мощный удар обрушился на капот и опрокинул его вместе с Борром. Железо загремело по полу, боровичок кубарем откатился в сторону, а из дыры в подвал вывалилась…

Оперевшись на стену, я поднялся с пола, подошел к выключателю и клацнул его. Лампочка под потолком моргнула и загорелась заливая подвал желтым светом. Выходит проводка в полном порядке. Видимо скверна каким-то образом перекрыла ток электричества. Ну и славно. Осталось навести здесь порядок и можно ехать домой.

— Борр, пока я буду прибираться, почисти пожалуйста стены от плесени. — Попросил я оглядывая углы покрытые бело-серыми разводами.

— А какая моя выгода? — Тут же спросил дух сложив руки на пузе.

— Ты утром три порции пюре сожрал?

Борр сразу же понял к чему я веду, закатал рукава и пошлепал к ближайшей стене. Я тем временем занялся мусором. Поднял ведро, собрал в него осколки от разбитых банок с солениями, после сгрёб рассыпанное барахло в кучу и принялся расставлять по полкам. В финале вытащил ржавый капот из подвала вместе и вернулся за ведром заполненным битым стеклом.

— Слышь, Саныч. — окликнул меня Борр кивнув на дыру в стене. — Если надо, то я могу стену подлатать.

— Вот как? — Прищурился я. — Оказывается ты не только грибами управляешь, но и бетоном? Это значительно расширит наши способы заработка.

— Да не. Я могу грибницей землю взрыхлить, а после грибницу убрать. Ну, землица и просядет, да дырку законопатит.

Я почесал затылок прикидывая надежность подобной заплатки. Звучит сомнительно, но бетономешалки у меня под боком нет, а значит как временное решение, сгодится.

— Если заделаешь дыру, я курицу запеку. Сам. Своими руками.

— Живую? — улыбнулся Грибоедов.

— Хорошо, не курицу, а куриное филе. Годится?

Борр удовлетворённо кивнул и подойдя к дыре и запустил в нее обе руки по локоть. В глубине зашуршало, посыпались комья, а затем земля в проломе зашевелилась, уплотнилась и законопатила дыру. Я подошел и ткнул пальцем в свежую заплатку. Грунт даже не промялся, хоть сейчас штукатурь и сдавай объект приемной комиссии.

— Ну как? — спросил Борр гордо задрав подбородок.

— Годится. — Одобрил я возвращаясь к уборке.

Спустя час подвал было не узнать. Стены побелели, пол подметён найденным в углу веником, запах гнили исчез. Теперь здесь царил запах сырой земли с лёгкой грибной ноткой.

Правда расслабляться было рано. Нарыв появился здесь однажды и появится снова, если я не устраню первопричину. Толика. Мухоморыч покопался на полках и вытащил бензопилу, после посмотрел на меня, будто читал мысли и улыбнулся.

— Я конечно ни на что не намекаю, но…

— Отставить. Пилить Толика мы не будем. — Покачал я головой и решил на досуге подыскать родственничку новую подработку.

Заперев створки на замок, мы выбрались во двор щурясь от солнца. Толик уже справился с задачей и восседал на лавке возле гаража. Он просто сиял от радости, а перед ним стоял собранный красненький велик поблескивая спицами на солнце.

— Дим, видал? — Он хлопнул ладонью по сиденью. — Я тож на кое-что гожусь.

— Конечно годишься! И вообще, в тебе безграничный потенциал. — Заверил я, и Толик засветился от гордости.

Говоря про безграничный потенциал я имел ввиду, что он совершенно не развивался последние десять лет, а значит даже капли потенциала не потратил. Творческий лодырь, выпивоха и просто хороший человек которому совесть не даёт нормально жить.

Через десять минут подъехало такси и я уже было усаживался на заднее сиденье, когда телефон завибрировал.

— Алло? — произнёс я подняв трубку.

— Привет, Дим. Можем встретиться? — послышался голос Даши, вот только звучал он глухо и напряженно. Девушка была напугана до чёртиков.

— Что-то случилось?

— Да… Нет… — Сбивчиво отозвалась она. — В общем, просто хочу с тобой посоветоваться.

— Да, конечно.

— Может, в Алых парусах часа через два?

— Договорились, буду.

Даша торопливо попрощалась и повесила трубку. Такси неспеша тронулось с места, а за окном поплыли заборы Чертовиц. Борр сидевший рядом поглядывал на меня ожидая чего-то, а после не выдержал и спросил:

— И кто это там тебе свидание назначил? Дама перца?

Хохотнув, я сделал вид что звоню по телефону и ответил:

— Ты хотел сказать дама сердца?

Борр пожал плечами:

— Может и так.

Юмор боровичка очень похож на шутки Мира. Порой мне кажется что именно Борр присылает мне сообщения системы.

Дома я первым делом залез в душ смывать подвальную пыль, побрился и выудил из шкафа чистую футболку с джинсами. Борр же забрался в свой ящик, и вскоре оттуда донеслось мерное посапывание.

Перед выходом я решил посмотреть какой предмет подарит мне жемчужина. Было бы здорово получить хоть какое-то системное оружие. Достал жемчужину, сжал ее в кулаке и представил вливающееся внутрь свечение. Шарик хрустнул, полыхнул искрами, и на ладонь шлепнулись розовые часики с ремешком в блестках.

Часики живучести

Редкость: Обычная

Прочность: 10/10

Описание: Теперь ты самый крутой парень на районе! Пятилетние девочки обзавидуются.

Дополнительный эффект: Живучесть +1

— Ну уж нет. — Покачал головой я. — Такое барахло я носить не буду. Надеюсь, Жабыч даст за часы хотя бы пару монет.

Следом я ссыпал на стол монеты и увидел забавное. Кругляши позвякивая сползлись друг к другу и слиплись в одну монету потолще номиналом в 11 единиц.

— Удобно. — оценил я и отправил монету вместе с часами под матрас.

Вызвав такси, я помчался к Алым парусам и через какой-то час был на месте.

Неспешно идя в сторону ворот парка, заметил Дарью. Она стояла у входа обхватив себя руками и нервно оглядывалась по сторонам. От её ослепительной улыбки не осталось и следа.

— Привет. — Поздоровался я подойдя ближе. — У тебя всё в порядке?

— Нет, Дим. Не в порядке. — Она попыталась улыбнуться, но вышло криво. — До меня управляющий домогался, и я решила на работу больше не выходить. Вот… — Выпалила она и затихла с опаской смотря на проходящих мимо мужчин, а после продолжила. — Теперь я безработная, а ещё хожу, каждой тени шарахаюсь. Извини что вывалила на тебя свои проблемы. Мне просто нужно с кем-то поговорить и…

— Попросить помощи?

— Да. — Кивнула она пряча глаза. — Ты много с кем общаешься, может поможешь найти работу? Я правда мало что умею. Могу продать что угодно и комплиментами завалить. На этом мои таланты заканчиваются, — Даша неловко улыбнулась.

Я вспомнил как однажды, забирая очередной арендованный костюм, перекинулся с ней парой фраз о жизни. Даша тогда обмолвилась что переехала из Белгорода. Стало быть родные и друзья остались там, а здесь она один на один со своими бедами. Вот и цепляется за соломинку в виде меня родимого.

— Думаю, я смогу помочь. А пока пойдем, расскажешь про управляющего. — я указал рукой по направлению киоска с кофе.

В киоске у набережной я взял пару капучино с миндальными круассанами, и мы устроились на скамейке возле пристани. По водохранилищу лениво ползла прогулочная посудина, у берега визжала детвора, и на фоне этой безмятежности Дашин рассказ звучал особенно паршиво.

Пока она говорила, перед моими глазами стояла подсобка «Наследия» и рогатая морда в дорогом костюме. В тот раз я понадеялся что этот чёрт ограничивается хамством, как выяснилось, понадеялся зря. Скверные новости во всех смыслах, ведь от таких ухажеров ни замки, ни решетки на окнах не спасут. А ещё не понятно что с ним делать? Если он одержимый, то можно попробовать его очистить. Вот только как обездвижить это чучело? Процесс переливания ох какой медленный.

Подсказка: Сила навыка «Переливание» напрямую зависит от очков вложенных в характеристику Дух.

«Да моя ж ты родимая, спасибо за помощь», подумал я едва сдерживая улыбку. Порой система ведётся себя как ехидная тварь, а порой весьма полезна.

— Я думаю, нужно написать заявление в полицию. — Предложил я, заранее догадываясь что услышу в ответ.

— Уже написала. — Даша стиснула стаканчик так, что едва не раздавила его. — Вот только на подъездных камерах запись того вечера почему-то не сохранилась. А одних слов недостаточно, у меня ведь даже синяков нет.

Занятно. Запись не сохранилась видимо потому же почему и свет в подвале не работал когда там был нарыв скверны.

— Понятно. — Кивнул я. — Значит, тебе еще и пожить где-то нужно, да?

— Нет, ты чего? — Она выставила перед собой ладони. — С жильем я сама разберусь. Мне бы просто работу…

— Отставить панику. С жильем тоже помогу, это не проблема.

Дарья смутилась и порозовела. Видимо воображение мигом нарисовало ей переезд в мою холостяцкую берлогу, так что я поспешил уточнить:

— Будешь жить у моей сестры в Чертовицах, пока не подыщем тебе что-то более подходящее. Свежий воздух, рядом речка и двое детей под боком, которые сведут тебя с ума.

— Я очень люблю детей, так что с ума точно не сойду. — Заверила Дарья, и в её голосе наконец проклюнулась прежняя бодрость.

— Вот и славно. Тогда допивай кофе и поехали знакомиться.

В пять вечера таксист высадил нас около калитки маминого дома. Оля еще не вернулась с работы, зато Толик успел забрать Лёшку и Свету с развивашек. Стоило нам войти во двор, как навстречу вылетела Светка и с разбега повисла у меня на шее.

— Дядя Дима! Спасибо! Спасибо тебе! Ты самый лучший! Я о таком велике даже не мечтала!

— Пожалуйста. — Улыбнулся я возвращая племянницу на землю. — Катайся на здоровье, только на дорогу не выезжай.

— Ой. — Светка уставилась на мою спутницу. — А это что за тётя такая красивая? Твоя невеста?

Дарья залилась румянцем второй раз за день, присела перед девочкой на корточки и протянула ей руку.

— Мы с твоим дядей друзья. Меня Даша зовут. Покажешь мне как ты катаешься на велосипеде?

— Конечно! Пошли скорее!

Светка вцепилась в ее ладонь и уволокла в глубину двора, где вокруг новенького велика уже нарезал круги Лёшка. Я же направился к маме, которая сидела на лавочке возле дома и с интересом наблюдала за представлением.

— Ну наконец-то и от тебя внуков дождусь. — Довольно протянула она вместо приветствия.

— Не дождешься. Мы просто друзья.

— Сейчас друзья, а завтра муж и жена. — ехидно подметила мама. — У нас с твоим папой тоже всё с «дружбы» начиналось.

— Так, закрыли этот вопрос. — отрезал я.

— Всё, всё. Молчу. — улыбнулась мама.

— Ты не против если Даша у вас какое-то время поживёт? Моя комната всё равно пустует, а ей остаться негде.

— Так чего ж ты её в свою квартиру не затащишь, как пещерный человек? — Мама сдвинула брови и пробасила пародируя неандертальца: — Моя женщин! Теперь жить тут!

Стоило мне просто вздохнуть, как мама всё поняла.

— Ладно. Разберётесь сами. А так, конечно, пусть живёт. Но если начнёт мужиков сюда водить, тут же вышвырну. Сам понимаешь, пока она живёт у нас, может встречаться только с моим сыном.

— Спасибо, мам. — Хохотнул я и чмокнул ее в щеку.

К Даше я вернулся с хорошими новостями и объявил что жить она будет в моей комнате. Девушка просияла от радости и в порыве эмоций бросилась мне на шею и поцеловала прямо в губы. Нежный аромат её духов защекотал мне ноздри, а сердце забилось быстрее. В ту же секунду Даша опомнилась и отстранилась. Краем глаза я заметил маму. Та улыбаясь во все зубы показывала мне большой палец.

— Извини, это я просто… — Пробормотала Даша разглядывая землю под ногами.

— Я пони… — Начал было я, но тут подлетела Светка, ухватила Дашу за руку и утащила играть, а перед глазами появилось сообщение системы.

Ты значительно повлиял на судьбу человека. Получено 8 ОК. Поздравляю! Ты получил третий уровень. Доступно 2 очка характеристик.

В эту же секунду зазвонил телефон, высветив незнакомый номер. Обычно с таких номеров мне звонят либо мошенники, либо сотрудники банка, что по большому счету одно и то же. Вздохнув я принял вызов и услышал строгий мужской голос:

— Дмитрий Александрович, доброго дня. Со мной вашим номером поделился Евгений Палыч, вы помогли ему решить проблему на молокозаводе.

— Да, было дело. — Подтвердил я затаив дыхание, ведь судя по всему подоспел новый крупный заказ. — Как я могу к вам обращаться?

— Меня зовут Игорь Петрович, я владелец ресторана Вельвет.

Услышав это я невольно присвистнул. Вельвет это один из лучших ресторанов города, туда захаживают и работники администрации, и крупные коммерсы. Можно сказать что мне позвонила птица высокого полёта.

— Очень приятно. И какая у вас проблема?

— Дело в том что посещаемость ресторана падает день ото дня. Старые гости уходят в другие заведения, а прибыль тает на глазах. Я нанял нового управляющего, думал он выправит ситуацию. Но как бы не так. После его новшеств старые официанты написали заявление на увольнение и нам пришлось набирать новый неопытный персонал. Сами понимаете, чтобы обучить их требуется время, которое выливается мне в копеечку.

— Понимаю. — Кивнул я. — Думаю я смогу вам помочь, но лишь в том случае, если вы знаете сколько стоит моя работа и согласны её оплатить.

— Да, Евгений Палыч рассказал о ваших расценках. Пятьсот тысяч деньги не малые, но если вы решите проблему…

— Вот и славно. Но это не всё. — Произнёс я вспомнив слова Стаса, заказавшего очистку цеха.

Он прав. Нужно поднимать цены на свои услуги, а лучше зашивать их прямо в будущую прибыль спасённого бизнеса.

— Не понимаю о чём вы. — напрягся Игорь Петрович.

— Из-за огромного потока заказов, я вынужден повысить цены, так как к сожалению не успеваю помочь всем и каждому.

— Отсекаете клиентов? Понятно… И сколько же я должен доплатить вам?

— Сумма не фиксированная. Я беру один процент от суммы возросшей прибыли за следующие полгода.

В трубке воцарилась тишина. Да и я затаил дыхание. Либо прямо сейчас я получу прибавку к зарплате и какой, никакой, но денежный поток, либо меня пошлют нахрен. Минуту спустя Игорь Петрович недовольным тоном произнёс:

— Я согласен. Когда вы сможете приступить?

— Если в вашем заведении нет дресс кода, то прямо сегодня. Если же нужен костюм, то придётся подождать пару дней, пока мне его вернут из химчистки.

Насчет химчистки я разумеется приврал. Нет у меня никакого пиджака, как и денег на аренду нового тряпья. Но не признаваться же клиенту что нанятый им профессионал подрабатывает курьером и бегает по городу в шлёпанцах.

— Дресскод у нас имеется, но я распоряжусь чтобы вас пропустили.

— Вот и славно. Кстати, все расходы связанные с моим расследованием оплачиваете вы. И ещё пришлите в СМС адрес электронной почты на которую я могу сбросить договор на оказание услуг.

— Договорились. Жду результатов, Дмитрий Александрович. — Сухо произнёс Игорь Петрович и положил трубку.

Вот что делает доброе имя! Не будь у меня хорошей репутации, отправился бы я в пешее эротическое. Сейчас же имеется недурственный шанс за следующие полгода получить ещё пятьсот тысяч сверху заработанного, а может и больше.

Вызвав такси, я рванул домой, по пути изучая отзывы о Вельвете. Картина вырисовывалась следующая. Еще полгода назад заведение держало крепкую пятерку, а теперь оценка сползла к тройке с хвостиком. Люди жаловались на долгую подачу блюд и на официантов, витающих в облаках. Постоянные гости писали с обидой, мол любимый ресторан испортился, ноги нашей там больше не будет.

Следом залез на сайт с отзывом о работодателях и нашел Вельвет уже там. Обиженные повара, официанты, посудомойки, уборщицы и секьюрити, писали про низкие зарплаты и свинское отношение со стороны начальства. Таким отзывам можно верить с оговоркой, ведь их могли накатать и конкуренты.

Заскочив домой, я переоделся и полез под кровать. А что прячут под кроватью взрослые люди? Правильно! Ствол, драгоценности и часики с единорогом. У меня были только часики, да и те лежали под матрасом. Я же выудил из-под кровати небольшой чемоданчик, который прикупил пять лет назад у одного спившегося работника театра.

Открыв чемодан я увидел десяток накладных усов, бороды и три парика. Один седой, другой блондинистый, и рыжий. Рука сама собой потянулась к рыжему парику и я напялил его на голову. Кудрявые волосы торчали в разные стороны полностью изменив мою внешность. Но на этим я не ограничился, надел куцые усики, а ещё выудил из коробочки накладные зубы. Они были чем-то вроде чехлом для моих реальных зубов. Надел сверху и полностью поменял прикус.

Подойдя к зеркалу, я улыбнулся. Что тут скажешь? Теперь меня даже родная мать не узна…

— Ай! Падла! — Выкрикнул я и тут же услышал голос Боровичка.

Этот засранец стоял у меня за спиной и держал в руках кованную ложку, которой только что приложил меня по ноге.

— Саныч! Ты что ли? — удивлённо произнёс боровичок опуская своё оружие. — А я слышу гремит кто-то, зашел, а там рыжая башка. Думаю хрен ты нас ограбишь! Не в мою смену! Ну и вот…

— Благодарю за бдительность, — прошипел я задирая штанину.

По ноге расплывалось красное пятно.

— Ты это, извини. Я ж не со зла. — стыдливо Борр потупил взгляд.

— Всё нормально. Жить буду, — улыбнулся я. — Зато я теперь знаю что дома у меня живёт сторожевой боровичок.

— Слушай, а ты куда так вырядился?

— На маскарад иду. Так что сегодня не жди. Вернусь не скоро.

Я вызвал такси и поехал на работу. Вы должно быть думаете на кой-чёрт я сменил внешность? Так уж вышло, что светить настоящей физиономией не вариант, ведь я работаю по трёхступенчатой методе.

Сначала наблюдаю издалека и изучаю отзывы в интернете составляя первичное впечатление о сути проблемы. После прошу заказчика нанять меня на работу, желательно на самую паршивую должность, ведь именно низы аккумулируют у себя большую часть слухов. Поговорю с этим, потом с тем, а в финале изучу документацию, покопаюсь в отчётах и получу полную картину мира.

Но для того чтобы всё сработало, нужно чтобы на первом этапе меня никто не узнал. Ведь если я заявлюсь в ресторан как клиент, а после устроюсь уборщиком, то мне станет доверять лишь умалишенный. Вот и приходится надевать чужую личину. Ради дела разумеется!

Кстати о конспирации. Надо бы при случае выбить из какого-нибудь чудовища туфли или кроссовки на ловкость, а то бегать по ресторану в шлепанцах это как минимум странно.

К Вельвету я подъехал ровно к шести часам. Рабочий день у больших шишек закончился, и они лениво начинают подтягиваться в заведение. Паркуют у входа мэрсы с крузаками и с важными мордами бредут развлекаться.

У массивных дверей меня притормозили двое охранников в костюмах. Осмотрев меня с ног до головы они тут же дали от ворот поворот. Ведь я припёрся в футболке, джинсах и шлёпанцах.

— Мужик, иди лучше в Робин Сдобин поешь. Наше заведение тебе не по карману. — буркнул один из громил.

— Таки да. — улыбнулся я демонстрируя кривые накладные зубы. — Но Игорь Петрович обещал найти для меня местечко.

Амбал смерил меня взглядом, отошел в сторону и что-то уточнил по рации. Дождавшись ответа, он кивнул и посторонился.

— Проходите. И хорошего вам вечера. — пробасил он.

Войдя внутрь я утонул в живой музыке. На небольшой сцене скрипач с пианистом выводили что-то легкое и ненавязчивое. По залу разливался полумрак, разбавленный тёплым светом ламп, а тяжелые бархатные шторы намекали на происхождение названия ресторана.

У барной стойки уже дежурили тарелочницы. Ухоженные красотки в вечерних платьях цедили коктейли, растягивая один бокал на весь вечер. Они с нетерпением ждали богатых господ, с которыми можно гульнуть на славу, а если сильно повезет, то и получить предложение руки и сердца.

Одна из красоток проводила меня заинтересованным взглядом и отсалютовала бокалом. Насколько же она любит деньги? Внешне я сейчас мягко говоря страшненький и одет так себе. Видать дамочка запомнила присказку что миллиардеры одеваются как бомжи, вот и решила что я чертовски богат. Хотя как иначе? Обычный работяга в такое заведение в жизни не заглянет, а значит какие-то деньги у меня да есть. Её логика ясна.

Меня поприветствовала хостес с безупречно белыми зубами и проводила к дальнему столику расположившемуся в углу. А Игорь Петрович не глуп. Спрятал от лишних глаз неведомого гостя, а ещё точно знает что отсюда отлично просматривается весь зал.

Я опустился на мягкий стул и стал ждать. А потом ещё и ещё раз ждать… Спустя пятнадцать минут ко мне лениво подошел официант и принёс меню. Видать он его только что распечатал, ведь другой причины задержки я не вижу. Зал полупустой.

— Добрый вечер. Что будете заказывать? — спросил он, не отходя от стола.

Обслуживание в элитном заведении не должно быть таким. Положил меню, улыбнулся и свалил в закат, обещая вернуться как только гости определятся с заказом. А этот стоит над душой и ждёт. Сразу видно, новичок.

— Несите всё что есть. — ответил я не открывая меню.

— Простите, что? — нахмурился парнишка и наклонился ближе.

— Я говорю приготовьте и принесите мне всё что есть в вашем заведении. Алкоголь не нужен, а вот морс и натуральный сок будьте добры добавить в заказ.

Брови парня поползли вверх от удивления, и он растерянно выдавил из себя:

— Блюда подавать по готовности?

— Совершенно верно. — улыбнулся я положив руки на стол. Он было открыл рот чтобы спросить ещё что, то, но я заранее знал что он хочет узнать. — Нет, дополнительные приборы не нужны. Я буду ужинать в одиночестве.

Кивнув, парень убежал на кухню, а я стал листать меню и мысленно перекрестился. Уха за полторы тыщи, а стейк за шесть. За такие деньги еду должны подавать под фанфары, ещё и обёрнутую в сусальное золото.

Достав телефон я написал заказчику СМС: «Спасибо. Столик отличный. Я заказал всё меню, передайте управляющему что счёт уже оплачен. И не думайте что я пытаюсь вас обобрать, просто мне нужно оценить качество блюд». Ответ прилетел через минуту и был он короток и полон боли: «Хорошо». Даже точку в конце не поставил! Видать переживает что падающая прибыль заведения с моей помощью упадёт ещё сильнее.

Пока кухня переваривала мой заказ, я занялся наблюдением. Из-за барной стойки на меня то и дело поглядывала девушка с кошачьими ушками, торчащими из аккуратной прически. Ушки жили собственной жизнью, поворачивались на звон бокалов и вздрагивали от резких аккордов. Ещё одна одержимая? Или дух вроде Борра с Линдой, пристроившийся поближе к кормушке из людских эмоций?

Подсказка: Духи накопившие достаточное количество кармы, могут обрести физическое воплощение.

Вот так бы всегда. Нужна помощь и система тут как тут, но нет же. Помогает далеко не… Перед глазами появилось сообщение:

Неблагодарный.

Да нет же! Благодарный я! Благодарный, просто хотелось бы получать помощь почаще. Но и на том спасибо. Теперь я знаю немного больше. Осталось только понять как различать одержимых от духов.

Двери ресторана распахнулись, и в зал ввалился здоровенный кабан. Ростом под два метра, пиджак трещит на плечах, вместо носа поросячий пятак, а из-под верхней губы выглядывают пожелтевшие клыки. Довершала образ жесткая щетина, торчащая из воротника рубашки.

Следом за ним вбежал плюгавый лысый мужичонка с папкой под мышкой. Он лебезил перед боровом на каждом шагу и даже стул отодвинул, когда туша заходила на посадку за лучший столик у сцены. Устроившись, кабан щелкнул пальцами подзывая официанта, и тот примчался с рекордной для этого заведения скоростью.

За барной стойкой тем временем началось шевеление. Тарелочницы оживились, поправили декольте и двинулись к цели, на ходу оттирая друг друга бедрами. Особенно выделялась одна из них.

Вместо ухоженного личика я видел серую волчью морду с желтыми глазами. Девицы едва не сцепились на подходе к столику, но волчица рыкнула, да так что конкурентки разом вспомнили о недопитых коктейлях и отступили, давая ей шанс поохотиться. Хищница заняла стул рядом с кабаном и стала ворковать, поглаживая его по рукаву пиджака.

Я наблюдал за этим зоопарком и параллельно подмечал детали. Официанты улыбались гостям, но работали с ленцой. Грязные тарелки задерживались на столах по пятнадцать-двадцать минут, гости вертели головами в поисках персонала, а персонал в это время растворялся в подсобных помещениях.

При этом кабану горячее вынесли минут через десять после заказа, и тот одарил официанта щедрыми чаевыми. А вот я сижу тут уже минут тридцать и даже салатик не принесли. Выходит блюда здесь выносят не в порядке очереди, а в порядке статуса гостя? Еще я насчитал аж шесть официантов на зал, вот только одновременно в зале дежурили лишь двое, остальная четверка вечно где-то шлялась.

Спустя час я таки получил часть заказа. Официант принялся выставлять передо мной тарелки, сдвигая приборы и извиняясь за ожидание. Я дождался пока он расставит первую партию и полюбопытствовал кивнув в сторону сцены:

— А кто вон тот господин?

— Так это же Хрякин! — Заулыбался официант. — Он директор строительного комбината Ярус.

Вот теперь всё встало на свои места. Весь Северный район застроен Ярусом, и качество тамошних человейников мягко говоря оставляет желать лучшего. Стены картонные, под окнами сквозит, коммуникации даже после сдачи объекта дышат на ладан и трубы текут, зато ценники на квартиры неподъёмный.

В адрес его комбината ежедневно летит столько проклятий, что страшно представить. Не удивлюсь если этот хряк специально строит из рук вон плохо, генерируя негатив, которым потом и питается.

Я осмотрел принесённые блюда и попробовал цезарь. Очень даже неплохо. Чесночные гренки хрустят, курица нежная, зелень свежая. А вот стейк… Сплошное разочарование. Мало того что его вынесли холодным, так он ещё и резиновый. С соусом конечно сойдёт, но слово «сойдёт» для элитного ресторана, это клеймо от которого не отмыться.

Посмотрев на часы, увидел что уже семь тридцать. В подобное время, такие заведения забиты до отказа. А вот Вельвет едва заполнен на половину. Стоит отметить что интерьер здесь очень даже хорош. Красиво как в музее. А вот музыка…

Музыку испортил Хрякин. Выжрав три бутылки вина с волчицей, он толкнул помощника в сторону музыкантов и потащил даму перца танцевать, горланя по пути Мишку Круга. Помощник сунул музыкантам пару купюр, и вот в лучшем ресторане города уже играет Владимирский централ. Скрипач выводил блатные переливы с каменным лицом, пианист готов был провалиться под землю, но деньги грели карман, а значит придётся играть.

Наблюдая за животными плясками, я продегустировал все блюда, отщипнув понемногу от каждого. Десерты выше всяких похвал. Салаты местами недосолены. В горячем кое-где переборщили со специями, будто повар пытался замаскировать продукты не первой свежести.

Что я могу сказать? Для блюд такого качества ценник однозначно завышен. За эти деньги гость ждёт праздник вкуса, а получает столовку с бархатными шторами и видом на пляшущего борова.

Заметив что я отложил приборы, ко мне подошел официант.

— Могу еще чем-нибудь помочь?

— Да. Заверните всё это, я заберу с собой.

Парень на секунду завис, явно сомневаясь в услышанном, но кивнул и скрылся в подсобке. Вернулся он уже с напарником, и на пару они принялись перекладывать блюда в контейнеры.

В итоге на моем столе выросла башня из десятков контейнеров, которую официанты аккуратно расфасовали в шесть пакетов. Я поблагодарил ребят за работу, подхватил добычу и направился к выходу, провожаемый заинтересованными взглядами тарелочниц. Пакеты ощутимо оттягивали руки, и грели душу. На пару дней этой еды точно хватит чтобы прокормить прожорливого квартиранта.

На улице я кое-как загрузился в такси вместе со своей поклажей и покатил в сторону Северного. Всё же сегодня отличный день. Успел многое сделать, а ещё…

Моё внимание привлекла полная луна на фоне которой то и дело мелькали огромные тени. Я покрепче прижал пакеты к себе и понадеялся что эти красавцы не спикируют вниз, учуяв аромат ухи. Делиться ужином с чудищами в мои планы не входило.

От автора:

А ты знал что сердечко поставленное книге почистит твою карму? Проверь прямо сейчас! Должно сработать.

— Может, пойдем отсюда? — заканючил Борр, переминаясь у двери. — В прошлый раз, появилась ящерка.

— И я с ней справился без особого труда.

— Так-то да, — нехотя признал боровичок.

— Стенами лучше займись. Чем быстрее закончим, тем быстрее вернёмся домой.

Нехотя Борр кивнул и приступил к очистке. Я же перекачивал черноту в одну руку, а из другой лилось золотое свечение прямо к боровичку. Ëмкость нарыва таяла на глазах, и спустя пару минут сгусток съежился до размеров горошины, а после распался золотистыми искрами, оставив после себя белую жемчужину. Черные нити на стенах тоже истончились и растаяли.

Вы совершили хорошее дело. Получено 4 ОК.

— Весьма неплохое начало дня, — улыбнулся я, пряча трофей в карман.

Борр тем временем добил последние разводы на обоях и гордо отряхнул ладошки. В этот момент из прихожей донесся грохот, а следом по квартире разнесся пьяный голос Валеры. С грохотом дверь спальни распахнулась от богатырского пинка, и на пороге возник хозяин комнаты, пьяный в дрова.

— Ты чё тут делаешь, мразь⁈ — взревел он и с ходу бросился на меня с кулаками.

Замах у Валеры вышел настолько широкий, что его занесло и он рухнул на кровать и впечатался виском в грядушку кровати. Раздался глухой стук, и дебошир обмяк.

— Он жив? — уточнил Борр, смотря на неподвижное тело.

Ответом ему стал дикий храп, от которого задребезжало оконное стекло.

— Ага. Он как Ленин, живее всех живых. — кивнул я.

В комнату тут же заглянула Нина Федоровна. Увидев сына, она горестно вздохнула:

— Эх, Валера, Валера. Что ж с тобой делать-то? — Бабка повела носом, осмотрелась по сторонам и всплеснула руками: — А ты что унучок, уже всё, что ли? Да тут даже дышать легче стало! Как так-то? Так быстро?

— Ну так, а чего время тянуть? — пожал я плечами. — Сделал дело и свободен.

— Молодец, унучок! Вот бы и Валерка мой таким рукастым был. — Она покосилась на храпящее чадо, махнула рукой и вдруг ахнула, взглянув на часы: — Ох, боже ты мой! Полтора часа до восьми, мне ж в юго-западный район ехать, на автобус опоздаю! Всё, я побежала. А тебе спасибо за помощь, но прошу на выход.

Не успел я и рта раскрыть, как меня вместе с ведром вытолкали на лестничную клетку. Нина Фёдоровна выскочила следом, дважды провернула ключ в замке и прошуршала вниз по ступенькам. За ней захлопнулась подъездная дверь, и стало тихо.

— Ничего себе, а выглядела развалюхой, — присвистнул Борр.

— А что ты хотел? — хмыкнул я, поднимая ведро. — Ветеран труда. Нынче таких не делают.

Выбравшись из подъезда, мы остановились у крыльца. Пустой утренний двор пах скошенной травой, я стоял с ведром в одной руке и шваброй в другой, а Борр гордо выпятил пузо.

— Мне, кстати, за нарыв цельное очко кармы отсыпали, — похвастался он.

— А мне четыре, — на автомате отозвался я и тут же опомнился. — Так, стоять. В смысле тебе очко дали? Ты же всего два с половиной процента от очищенного получаешь. Там и десятой части не набегает.

Борр развел руками:

— А я почем знаю? Может, за плесень отсыпали, а может, округлили в большую сторону.

— Скорее уж округлили, — кивнул я. — Ладно, пошли спать. На сегодня с альтруизмом покончено.

— Ты то может и заснёшь, а я уже всё. Разбуркался, — возмутился боровичок и предложил. — Может, сходим еще один нарыв почистим?

— А ты не заболел часом? — я приложил руку ко лбу Грибоедова, но он тут же её оттолкнул.

— Отстань! Здоровый я! А ты почему спрашиваешь?

— Ну как же? Обычно ты предлагаешь пойти пожрать, а тут аж нарыв почистить! На тебя не похоже.

— А чё нет-то? Мне ведь ничего делать не нужно. Стой себе и получай очки кармы, верно? — улыбнулся он и подмигнул мне.

— Тебе то ничего не нужно, а вот мне, — хмыкнул я. — Впрочем, предложение и правда дельное. Нужно стать сильнее, ведь в следующий раз может не повезти.

— Так и чё мы стоим? Пошли, у Северного леса дом недостроенный стоит, — оживился Борр. — В нём нарыв имеется. Всяких нарколыг с алкашами притягивает. Лет десять назад там даже сатанисты тусовались.

— Тусовались и призвали тебя.

— Чего? — спросил Мухоморыч явно не расслышав моих слов.

— Пойдём говорю, халявщик.

Реквизит для уборки плесени я занес домой, и мы двинулись через двор в сторону леса. Правда не успели пройти и десятка метров, как я заметил закадычного собутыльника Валеры.

Он как истинный профессионал выполнял трюк опасный для жизни. Пятой точкой восседал на лавке, а затылком лежал в клумбе среди ромашек. Забулдыга храпел на весь двор, а на лбу у него пульсировала полупрозрачная медуза величиной с блюдце. Купол мерно вздрагивал, тонкие щупальца присосались к вискам, и в такт этим содроганиям спящий бурчал:

— Мы медузы, мы медуза… Хр-р-р… Мы похожи на арбузы… Хр-р-р…

— Во дает, — восхитился Борр. — Складно излагает.

Склонившись над ним я ухватил медузу за купол и потянул. Тварь оторвалась с влажным чавканьем и вяло обвисла в руке, даже цапнуть меня не попыталась, видать, объелась на дармовых харчах. Храп алкаша сразу стал сильнее и заливистее, а бормотание про арбузы стихло.

— Может домой заберём? Для опытов. — улыбаясь спросил я у боровичка.

— Ты это, не шути так. Дави эту пакость и дело с концом. — посоветовал Борр на всякий случай сделав пару шагов в сторону.

Но давить паразита я не стал. Вместо этого решил проверить нашу догадку с Мухоморычем. Активировал переливание и по пути к лесу выкачал из существа всю скверну. Через минуту сдувшаяся медуза лопнула, стрельнув напоследок искрами.

Вы уничтожили энергетического паразита. Получено 2 ОК.

— Опа! — Борр подпрыгнул на ходу. — Мне снова очко кармы упало!

— Ты был прав, действительно Мир округляет в большую сторону.

— Тогда это, ты почаще навык используй. Еще тридцать одного паразита убьем, и я пятого уровня буду.

Подумав про уровни, я вызвал окно статуса.

Уровень: 3 (6/34)

До четвёртого уровня осталось двадцать восемь очков кармы. И тут я вспомнил подсказку системы. Мощность навыка «переливание» напрямую зависит от очков, вложенных в дух, а вложил я их туда примерно нисколько.

Раз уж мне приходится откачивать скверну из нарывов, паразитов и прочих существ, то грех не усилить рабочий инструмент. Тем более что на текущий момент это единственный атакующий навык имеющийся у меня. Я мысленно перекинул четыре свободных очка в дух, и в голове разом прояснилось, будто я выспался на неделю вперед. Окно мигнуло и обновилось:

Уровень: 3 (6/34)

Свободные очки характеристик: 0

Характеристики:

Сила: 12

Ловкость: 10 (+2)

Живучесть: 10

Дух: 14

Восприятие: 10

Навыки:

Взгляд в будущее,

Переливание.

Плюс два напротив ловкости обеспечивали верные шлёпанцы, можно было добавить сюда часики с единорогом, но носить их я не буду. Вы бы мне ещё стринги с лисьим хвостом выдали!

До леса мы добрались за пару минут, а дальше тропинка повела нас между сосен. В лесу громко ревела то ли бензопила, то ли пацаны как всегда носились на мотоциклах. Таких ездюков я всегда недолюбливал, так как идёшь в лес чтобы отдохнуть, послушать пение птиц, а тут тебе ВРУМ! РРР!!! ТРАТАТАТА! Едьте за город и там сворачивайте себе шеи, чего носиться среди мамочек с колясками да пенсионерам мешать?

И вот мы добрались до места. В трёхстах метрах от теннисного корта «Рица» обнаружился недострой. Трехэтажная бетонная конструкция, где окон не было совершенно, да и стен по сути тоже. Лишь бетонные плиты пола и перекрытия. По этажам заброшки прямо сейчас носились пацаны лет двенадцати, швыряясь друг в друга камнями. Судя по азартным воплям, игра называлась «убей ближнего своего».

— Эй, бойцы! Осторожнее, а то еще ненароком прибьёте друг друга, — окликнул я их на подходе.

— Пошёл в жопу! — донеслось сверху.

Черноволосый смуглый пацанёнок показал мне раздвоенный как у змеи язык, загоготал как конь и умчался прочь вместе со своей бандой.

— Хочешь, я их догоню и каждому подарю грибок стопы? — деловито предложил Борр.

— Ты и такое умеешь? — удивился я.

— Еще и не такое умею, — важно приосанился боровичок. — Так что?

— Не надо никого заражать, — покачал я головой. — Вычистим стройку от нарыва и тогда пацанята за ум возьмутся. Во всяком из случаев я на это надеюсь.

Внутри недострой был живописен! Стены пестрели граффити, под ногами хрустело битое стекло. Пахло здесь так, что слезились глаза, местные обитатели годами путали первый этаж с туалетом.

Борр уверенно потопал вверх по лестнице без перил и на третьем этаже ткнул пальцем в пол. По серой плите расползались бурые разводы, происхождение которых угадывалось без всякой экспертизы. Это была въевшаяся кровь.

— Коммерс один этот дом на продажу строил, — завел Борр тоном экскурсовода. — А потом разорился, ну и сиганул вниз башкой прямо на плиту. С тех пор стройку забросили, а тут нарыв завелся.

— И где нарыв? — спросил я оглядываясь по сторонам.

Борр молча показал пальцем вверх. Я поднял голову и увидел под бетонным перекрытием весьма скромный сгусток с жирными разводами по краям.

Обнаружен нарыв скверны.

Емкость: 14 единиц.

После истории про самоубийцу, сатанистов и наркоманов я ожидал встретить нарыв как минимум на пятьдесят единиц, может больше, а не скромную кляксу на четырнадцать единиц.

— Точно тут коммерс помер? — уточнил я у духа.

— А я откуда знаю? — пожал плечами Борр. — Просто придумал красивую историю о неразделенной любви к деньгам.

— Я про тебя такую же могу придумать. Только там будет неразделённая любовь к еде, — усмехнулся я и вытянул руку.

— Вот не надо! У нас с едой очень даже взаимная любовь! — заулыбался Борр и прикрыл глаза когда золотистое свечение начало вливаться в его пузо.

После очков вложенных в дух процесс шел заметно бодрее. Теперь я выкачивал не по две единицы в минуту, а по три! Очень скоро сгусток съежился до размеров ореха и рассыпался золотыми брызгами. На бетон звонко посыпались монеты, следом упала жемчужина и покатилась к моим ногам.

Вы уничтожили нарыв скверны. Получено 5 ОК. Всего 11 ОК.

Навык «Переливание» достиг 2 уровня.

— А мне опять единичку насыпали! — доложил Борр.

Я же удивлённо смотрел на текст говорящий о повышении уровня навыка. Вызвал окно статуса, сосредоточился на Переливании и расплылся в улыбке. Теперь Борру доставалось аж 5% от откачанной энергии.

— Пляши. Теперь будешь получать на порядок больше очков кармы. — улыбнулся я сгребая монеты с бетона.

— Да, да. Карма, а по монетам что? Где моя доля? — затараторил Борр пока я пересчитывал кругляши.

Здесь было аж четыре монетки. Весьма щедрый подарок от Мира за очистку такого незначительного нарыва. Но куда более щедрым подарком оказалась жемчужина. Зеленоватый кругляш, обещал необычный предмет в подарок.

— Долю давай! — Борр требовательно вытянул ладошку видя что я завис. — В монетах!

— Так и быть, получишь одну монетку. — расщедрился я не сводя глаз с жемчужины и протянул боровичку монету.

— Две! Гони две!

— Чего? — нахмурился я. — А ты часом не обнаглел? Всё что ты сделал, так это показал дорогу и за просто так получил монету, так ещё и три очка кармы.

— Всё с тобой ясно, жлобяра, — насупился Борр. — Тогда домой сам топай, а я на кухню. Жрать и спать.

Боровичок топнул ногой и провалился под землю, оставив меня одного посреди замороженной стройки.

— Обиженка, — хохотнул я, убирая монеты в карман.

Я спустился на первый этаж и зашагал домой, прикидывая по пути, что за подарок Мир упаковал в зелёную обертку. Свернув на лесную тропинку я зажмурился от жаркого летнего солнца ударившего в глаза. На часах ещё восьми нет, а уже дышать не чем. Воздух пах смолой, над ухом зазвенел комар заставив отмахнуться, а где-то в глубине чащи дятел увлечённо долбил кору.

Дорожку под ногами утоптали собачники из Северного, судя по количеству ямок вдоль обочины, их питомцы годами ищут здесь клады. С другой стороны наркоманы тоже ищут клады, может это они и вели раскопки, археологи недоделанные.

Осмотревшись по сторонам я понял что поблизости никого нет и вытащил из кармана зеленую жемчужину. Гладкий кругляш поблескивал в пробивающихся сквозь ветки лучах, я тут же сжал добычу в кулаке.

— Ну, давай. Не подведи! Мне нужно оружие!

Закрыв глаза я представил вливающееся в жемчужину свечение, а после визуализировал револьвер! Шестизарядный, с золочёным барабаном, ух! Аж ладошки вспотели от волнения. Но вместо прохлады металла и тяжести в руке, я ощутил что-то деревянное.

— Ты ли это, Буратино? — скептически спросил я открывая глаза и воскликнул. — Да вы издеваетесь⁈

Мини-тяпка.

Редкость: Необычная.

Прочность: 100/100.

Описание: тяпка небожителя покорившего Мурим! Ею ты можешь окучивать грядки и морды врагов! Развлекайся.

Дополнительный эффект: Сила +4.

— Что за ерунда? Почему именно тяпка⁈ — возмутился я, потрясая инструментом в воздухе. — Я оружие просил!

Ответ прилетел незамедлительно:

Ты все детство совершенствовал искусство возделывания грядок в родительском доме и достиг просветления. Бери что дали и не ной.

А ведь не поспоришь. Каждое лето я ишачил на мамином огороде. Видимо, где-то между грядками с картошкой я и достиг просветления, только вот в те времена я с Миром не общался, по этому он мне и не сообщил о достижении совершенства.

— Знаешь что⁈ Я вообще-то лейкоцит! И работаю тебе на благо, а ты издеваешься? — возмутился я и услышал хруст ветки за спиной.

Студентка с сумочкой через плечо с тревогой посмотрела на меня и ускорила шаг. Разумеется она выдала мне статус сумасшедшего или наркомана, по этому и рванула куда глаза глядят. А ещё этот Мир…

Твой труд очень ценен. Паши и дальше, пока не сдохнешь.

— Лицемер. — усмехнулся я. — Был бы я ценен, ты бы меня оберегал и выдал чёртов револьвер!

Хоть я и ругался, но внутри хохотал от абсурда. Это ж надо, выдал мне тяпку. Ещё и на плюс четыре к силе. Теперь я самый сильный садовод на Диком Западе. Хотелось конечно стать стрелком, но имеем, что имеем.

До двора я добрался минут за десять и первым делом глянул на детскую площадку. Валеры на месте не оказалось, и причину его прогула я знал. После утреннего свидания с грядушкой кровати чемпион двора взял выходной, надеюсь, к вечеру он оклемается и продолжит работу смотрящего за районом.

Но несмотря на отсутствие Илона Маска, двор жил своей жизнью. На лавках в теньке заседали бабульки. Заметив взрослого мужика, направившегося к турнику, они сбились в кучку и зашептались. оно и понятно, ведь у меня за поясом была заправлена тяпка, так как Мир ножен или чехла для тяпки не выдал.

Подпрыгнув, я ухватился за перекладину и пошёл вверх. Раз, два, три… Тело поднималось бодро, руки не дрожали. Пять, шесть, семь… На восьмом повторении подбородок в последний раз дотянулся до перекладины, и я спрыгнул на песок.

— Ничего себе, — присвистнул я, рассматривая покрасневшие ладони.

Всё начиналось с пяти подтягиваний, а пару дней спустя без каких либо тренировок я могу подтянуться аж восемь раз. Десяток очков закинуть в силу и смогу выступать в соревнованиях по пауэрлифтингу или просто подрабатывать грузчиком. Я посмотрел на тяпку висящую на джинсах:

— Выходит что я не обязательно должен держать тебя, чтобы получить прибавку к силе. Значит, буду таскать тебя с собой… — Я замялся думая где хранить этот величайший артефакт древних цивилизаций и ответ пришел сам собой. — В рюкзаке!

Быстрым шагом я направился к подъезду, но зазвонил телефон. На экране высветилось «Даша».

— Алло.

— Дим, привет. Ты не занят? — голос девушки звучал бодро, но с ноткой смущения.

— Ну так, серединка на половинку, — честно ответил я.

Вельвет подождет до вечера, а пара свободных часов у меня имеется.

— Я поблагодарить тебя хотела. За всё, что ты для меня сделал, — затараторила Даша. — И… Можно попросить еще об одном одолжении? Мне вещи нужно забрать с квартиры, а одной ехать страшно. Съездишь со мной?

— Без проблем. Сейчас приеду в Чертовицы, и вместе поедем к тебе домой. — с готовностью отозвался я, так как с тяпкой в руках я любому чёрту рога пообломаю.

— Давай сразу встретимся на Девятого Января. Знаешь, где двести тридцать третий дом?

— Договорились, через часа полтора, буду на месте.

— Спасибо, Дим! — обрадовалась Даша и положила трубку.

Ее страхи понять несложно, ведь рогатый управляющий знает адрес, а от подобных ухажеров дверные замки не спасут. Впрочем, ей повезло что она не видит изнанку мира. Для неё управляющий лишь наглый мужлан вечно зовущий на свидание, а если бы она знала истину… Боюсь психика Даши не выдержала бы таких откровений.

Заскочив домой, я первым делом стянул джинсы и надел шорты. Я выбрал шорты не просто так. Во-первых на улице пекло, а во-вторых потому что шлёпанцы идеально сочетаются с шортами. Мечта сбывается на глазах, теперь я хожу в шортах и шлепках, осталось дождаться, когда Мир расщедрится на путёвку в Адлер.

В прихожей снял потрёпанный рюкзак с вешалки и зашвырнул туда тяпку. Засовывая оружие выданное Миром, нащупал стопку визиток в боковом кармане рюкзака. На них было только моё ФИО и номер телефона. Года три назад я думал над слоганом, но понял что лучше оставить за собой тайну. Клиенты делятся моей визиткой, где даже должность не написана. К счастью в нашей стране таинственность всегда хорошо продавалась.

Собравшись, я заглянул на кухню и замер в дверях.

На полу среди опустевших контейнеров из Вельвета восседал Борр, раздувшийся как шар. Пузо порвало пуговицы на рубахе, а сам боровичок тяжело дышал и смотрел на меня осоловевшими глазами.

— Щас сдохну… — простонал он.

Рядом с ним валялась тетрадка дегустатора. Я поднял ее и открыл. На первой странице красовалась единственная кривая каракуля: «всё ужасна вкусна».

— Смотри не лопни, дегустатор хренов. — усмехнулся я, а Борр собрал остатки сил и показал мне язык. На большее его не хватило.

Уже выходя из квартиры, я проверил кошелек и приуныл. Налички оставалось маловато, ехать на такси не вариант. Тем более что гонорар за Вельвет я получу не скоро. Придётся экономить на транспорте и ехать на автобусе. Вздохнув я отправился на остановка напротив ТЦ «Московский проспект».

У желтой бочки с квасом выстроилась очередь из страждущих. Слева красовался баннер с выцветшей рекламой пластиковых окон, только он и создавал тень в которую прятались ожидающие автобус.

Хорошо что ждать пришлось недолго. Через десять минут к остановке подкатил семьдесят четвертый автобус. Это был поржавевший пазик, который точно был родом из СССР. Кондиционером в нём не было отродясь, зато все форточки были распахнуты настежь, а из кабины бормотал шансон. Я приложил карту к терминалу, дождался писка и прошел в полупустой салон.

Кроме меня здесь ехала лишь одна бабулька. Сперва я не обратил на нее внимания, а потом пригляделся и напрягся. На левой руке старушки, чуть выше запястья, пульсировала фиолетовая гадость размером с грецкий орех. Ещё одна такая гадость пульсировала за ухом старушки.

В голове мгновенно созрел план: пересяду поближе, рассмотрю пакость, и если это паразит, то схвачу его и раздавлю. Бабулька вернёт здоровье, а меня Мир наградит очками кармы. Все в выигрыше!

Я поднялся и двинулся по проходу. Старушка покосилась на меня, прижала к груди сумку и пересела на два ряда вперед. Я предпринял вторую попытку сближения, и бабуля, подскочив, засеменила к дверям. На ближайшей остановке она пулей вылетела из автобуса перекрестилась.

— М-да, — вздохнул я, устраиваясь у окна. — Акелла промахнулся.

Вот тебе и бесплатная медицина: ты к людям со всей душой, а они от тебя по остановкам разбегаются.

Остаток пути я смотрел на плывущий за окном город и слушал, как водитель подпевает группе Лесоповал. Пел он с душой, перевирая половину слов. В итоге поездка растянулась почти на пятьдесят минут, и на Девятого Января я вылез насквозь пропотевшим.

Выбравшись из автобуса, я лицом к лицу столкнулся с «классовым» неравенством. По левую руку от меня выстроились чистенькие новостройки с нарядными фасадами, ухоженными кустиками и детскими площадками.

А по правую темнела советская застройка с отвалившейся штукатуркой и облупившейся краской. Эти два мира разделяла дорога, на которой пробка не заканчивается никогда. Ловкий маркетинговый ход застройщиков. Живешь в человейнике, смотришь из окна на соседские развалюхи напротив и радуешься, тому что взял ипотеку на тридцать лет. Иллюзия благополучия, будь она не ладна.

Перебежав дорогу между намертво вставшими машинами, я зашагал к двести тридцать третьему дому, издали заметив Дашу. Девушка стояла у подъезда и махала мне рукой. Я поднял ладонь в ответ и…

Что то твёрдое и увесистое врезалось в мой бок опрокинув на асфальт. Мир кувыркнулся, я приложился лопатками о рюкзак, да так что ручка тяпки врезалась в спину. Ещё и локти ободрал о асфальт.

— Твою ж мать… — прошипел я сквозь зубы.

В паре метров от меня валялся электросамокат, а рядом с ним корчился и стонал от боли полноватый мужик. Мы одновременно посмотрели друг на друга и я понял что прямо сейчас начнётся мордобой…

От автора:

Подписывайтесь на мой телеграм канал, там будут арты не вошедшие в книгу и прочие интересности! https://t. me/TavernaPanarina

Недавно говорили с Борром о самокатах и вот меня сбил владелец одного из них. Совпадение? Определённо да, но может и мир издевается надо мной.

— Это ты, сука! — выпучил глазки Аркаша, привстал на четвереньки и бросился на меня.

Туша под сто двадцать килограммов навалилась сверху, потные пальцы сомкнулись на моём горле. Сдавили они так, что перед глазами поплыли тёмные пятна. Откуда в обрюзгшем аферисте столько силищи? Хотя чего я туплю, скверна даёт ему силу.

— Прикончу! — брызгал он слюной. — Ты мне всю жизнь сломал!

— Что вы делаете⁈ Отпустите! — закричала Даша и бросилась к нам.

Мимо нас ускорив шаг прошел мужик делая вид что ничего не замечает. Ну и ладно. На помощь зевак особо рассчитывать не приходится. К тому же душат меня не в первый раз. Ведь я частенько способствовал увольнению маргиналов.

Аркаша был дилетантом во всём. Он уселся на мне и пытался задушить давя на сонную артерию. Вот если бы он большие пальцы сложил крест на крест и вдавил мне их в кадык, было бы худо. А так, ерунда. Выбраться из такого захвата дело плёвое.

Коротким ударом я лупанул Аркашу в пах. Взвизгнув он согнулся в три погибели, а следом я вогнал ему по самую фалангу в глаз большой палец. Взвыв от боли, он завалился на бок, и вцепился одной ладонью в пах, а второй прикрывал глаз. И тут подоспела Даша…

Не зря говорят что женщины в гневе страшны. Ещё говорят что красота страшная сила. Сейчас же эти два страхогенерирующих события слились воедино. Даша выхватила из сумочки перцовый баллончик и вылила его без остатка в лицо Аркаши. Тот заорал пуще прежнего и закатался по асфальту кашляя от перца.

— Зачем так то? — спросил я с жалостью смотря на размазанного по асфальту хомяка. — Он же не сопротивлялся.

— Извини, — Даша спрятала баллончик обратно. — Я немного перенервничала.

— Ну тогда беги в Пятерочку за молоком, а то он еще полчаса будет в агонии корчиться. — посоветовал я и Даша умчалась в пятёрочку.

Присев на корточки рядом с Аркашей я схватил его за руку.

— Дурак, не три глаза, только хуже будет. — посоветовал я, но тот вырвался из захвата и стал ещё глубже втирать перцовый спрей.

Смотря на этого бедолагу я понял что мне подвернулась уникальная возможность поэкспериментировать. Подопытный сам приехал ко мне, лежит смирно, убегать не собирается, а значит я могу попытаться избавить Аркашу от одержимости. Мало ли, вдруг сработает. Правда есть один нюанс… Работает ли переливание когда рядом нет Борра? Сейчас и проверим.

Вытянув руку я схватил Аркашу за плечо и потянул из него скверну, тут же перед глазами появилось сообщение:

Внимание! «Боровичок Борр» находится на значительном удалении. Потери передаваемой энергии составит 50%.

Вот это разговор! С учётом того что переливание стало второго уровня, то Борр и вовсе ничего не потеряет, а только приобретёт! Из левой ладони выскользнула золотистая струйка, истончилась до волоска и уплыла куда-то вверх. Надеюсь, карма достигнет своего адресата и по дороге ее не склюют голуби с человеческими зубами.

— Смотрю, тебя жизнь ничему не учит, — начал я, наблюдая, как звериные черты медленно тают.

Первой начала осыпаться шерсть.

— Ты обокрал брата, но он тебя простил и не стал сажать. А сейчас ты и вовсе слетел с катушек и хотел меня убить. Гляжу тебя тюрьма так и манит.

— Из-за тебя, я теперь не могу выплатить долги! — просипел Аркаша, пытаясь рассмотреть меня невидящими глазами. — Если не отдам всё до копейки в течение месяца, ноги зальют цементом и сбросят с Чернавского моста в водохранилище!

О-о-о! Замечательная легенда о знаменитых Воронежских мафиози. Я слышал её ещё в студенческие годы. Мол водолазы каждое лето выуживают из-под моста по десятку тел обутых в бетонные башмаки. Вот только покопавшись в интернете вы не найдёте ни одного подтверждения этой байки. Впрочем, кредиторы до сих пор весьма удачно используют эту байку. Вон как Аркаша перепугался.

— Ну так продай тачку или квартиру, которые купил, ограбив брата.

— Они давно в залоге… — закашлялся Аркаша и его едва не стошнило.

— Вот ты веселый гражданин. Украл десятки миллионов и всё умудрился профукать?

Я искренне удивлялся такой расточительности. Почему люди не ценят то что легко пришло и так же легко спускают всё до копейки? Я пашу как не в себя, чтобы выплатить кредит, который я не брал у банка. И поверьте мне, я чертовски ценю родительский дом, так как знаю чего мне стоит его сохранение.

— Я бы отыгрался! — взвизгнул Аркаша. — Мне просто нужно еще немного денег.

— Отыгрался? — поднял я бровь. — Так ты еще и лудоман.

— Сам ты лудоман! Я в покер играю уже лет двадцать! Даже на турнирах побеждал! — Аркаша упал на спину и часто моргая попытался смотреть на небо.

Пока он приходил в себя, резцы в хомячином рту заметно укоротились, защечные мешки начали сдуваться, и с каждой откачанной единицей скверны, он всё больше походил на человека. Даже интересно за очистку одержимого Мир выдаст мне награду или нет?

И тут из магазина вернулось ходячее бедствие. Даша молча вскрыла бутылку с молоком и опрокинула его содержимое Аркаше на лицо. Молоко попало в дыхательные пути и он начал тонуть лёжа на асфальте. Что-то забулькало, потом он закашлялся и перевернулся на бок выплёвывая белёсую жижу.

— Извините, — натянуто улыбнулась девушка поняв что сделала что-то не так.

— Вы убить меня решили⁈ — отплевываясь, взревел Аркаша.

— Что значит решили? — возмутилась Даша. — Это вообще-то вы напали на моего парня, ой… — она осеклась на полуслове, покраснела и отвела взгляд.

Я заметил это и улыбнулся. Приятно, чёрт возьми. Ладно, вернемся к нашим баранам, а точнее к хомяку.

— И сколько ты задолжал этим ребятам?

— Двадцать… Двадцать пять миллионов, — ответил Аркаша, и при каждом слове из его лёгких вырывался свист.

— Ого. Да у тебя долги побольше моих, — почесал я затылок свободной рукой. — Ну что тут скажешь? Беги из города, пока цел. Здесь я, увы, помочь не смогу.

— Я и так билет до Сочи купил, да вот на тебя наткнулся…

На этих словах последняя единица скверны втянулась в мою ладонь. Дымка над Аркашей истаяла и на асфальте остался лежать обычный помятый мужик, залитый молоком пополам с перцовой химией. Меня слегка мутило от прокачанной через себя скверны, но в целом я был в полном порядке.

Вы очистили одержимого от скверны. Получено 9 ОК.

Боровичок Борр получил 1 ОК.

Даже с половинными потерями Мир округлил долю Грибоедова в большую сторону. Повезло обжоре, получит премию за красивые глаза.

Аркаша тем временем сел и заозирался по сторонам, будто его выдернули из долгого сна. От первоначальной злости не осталось и следа. Он был растерян, а на лице бывшего хомяка появилась бездонная тоска.

— Слушай… А чего я на тебя кинулся то вообще? — пробормотал он, ощупывая заплывшее веко. — Я ж просто ехал, а потом увидел тебя и бац! Уже выкрутил скорость на максимум и несусь на тебя в надежде что размажу кишки по асфальту. — он достал телефон и включил фронтальную камеру начав разглядывать себя. — Знаешь, я последние годы будто в тумане жил, в голове только одна мысль пульсировала «Деньги, деньги, деньги!». А сейчас… — Аркаша посмотрел на меня и улыбнулся. — Отпустило что ли… Может мне по морде надо было схлопотать чтобы мозги прочистились?

— Может, — улыбнулся я. — Если ещё захочешь по харе огрести, обращайся. А вообще подумай о жизни, помирись с братом и разберись с долгами. Только с долгами разбирайся сам. Понял?

Рассказывать ему про скверну и одержимость нельзя, Мир накажет. Да и не поверит он. Другое дело, что чистка от скверны, вряд ли исправит его характер. Возьмётся за старое, накопит злобы, и снова станет одержимым или паразита заведёт. Хотя кто знает? Вон, говорит что в голове что-то прояснилось.

— Может, и правда пора завязывать… — Аркаша тяжело вздохнул и поднялся на ноги.

— Конечно пора. — кивнул я. — Начни жизнь с чистого листа и больше не играй в азартные игры.

— Чтобы в них играть, нужны деньги. — буркнул Аркаша. — А у меня ничего не осталось.

Он поднял самокат, взгромоздился на него и покатил прочь, вытирая рукавом молочно-перцовую физиономию.

— Знал бы прикуп, жил бы в Сочи, — бросил я ему вслед и опустил взгляд на асфальт.

Там где только что валялся Аркаша, лежал спичечный коробок. Видимо, выпал из его кармана во время драки. На лицевой стороне коробка красовалась надпись «Еженедельные покерные турниры» и короткий номер для отправки СМС. Ни адреса, ни названия заведения. Серьёзно ребята шифруются, ничего не скажешь. Я подобрал коробок и сунул в карман. Мало ли, вдруг пригодится.

— Кто это был? — Даша все еще прижимала к груди опустевшую бутыль из-под молока.

— Да так, один знакомый, — отмахнулся я и кивнул в сторону подъезда. — Ну что? Идём за вещами?

Она кивнула и уже через минуту Дашин подъезд встретил нас прохладой и запахом свежей побелки. После уличного пекла здесь дышалось легко. Мы поднялись на третий этаж, где Даша отперла дверь и пропустила меня внутрь. Съемная однушка оказалась под стать хозяйке. Чисто, светло, а на холодильнике красуются магнитики из Белгорода. Видать Дарья скучает по дому.

За моей спиной щёлкнул замок, ключи звякнули о тумбочку и меня с силой развернули к себе. Томно дыша Даша впилась в мои губы.

— Ты такой мужественный, — зашептала она между поцелуями. — Этот псих на тебя налетел, а ты даже бровью не повёл…

Её тонкие пальцы зарылись в мои волосы, отчего по коже побежали мурашки. Я притянул Дашу к себе за талию, но она тут же отстранилась. Взялась за край кофточки и потянула её вверх. Сердце забилось на запредельных скоростях, а настроение стремительно поднялось. И тут в замочной скважине что-то щёлкнуло.

Даша вздрогнула и одернула одежду, а я тут же сбросил рюкзак со спины чтобы выхватить тяпку. Мало ли? Ведь мог и рогатый ухажер заявиться в гости.

Дверь распахнулась, и на пороге возник дряхлый старикашка в пиджаке поверх майки. За его спиной топталась молодая пара.

— Дашенька? — прошамкал дед, подслеповато щурясь. — Не знал, что ты тут. Я вот новых квартирантов привел, жилье посмотреть. Ты ж сама говорила, что съезжать будешь.

— Ой… Да, конечно, — Даша смущённо отступила в сторону залившись краской. — Я вещи как раз собираю.

Дед кивнул и повел гостей осматривать хоромы. Проводив их взглядом, я представил, что увидела бы эта делегация, заглянув сюда на пару минут позже.

Следующие полчаса квартира жила в режиме спешной эвакуации. Даша металась между шкафом и чемоданом, я утрамбовывал сумки, а дед тем временем водил экскурсию и стучал костяшками по стенам.

— На века строили! — гордо объявлял он, будто лично возводил здание.

— А трубы когда меняли? — поинтересовался парень.

— А?

— Трубы!

— Не боись, сынок, всё течёт как надо.

Судя по вытянувшемуся лицу квартиранта, он как раз боялся протечек. Оно и понятно, кому хочется оплачивать ремонт соседям снизу? Даша тем временем захлопнула чемодан и уселась на него сверху, чтобы застегнуть молнию, а я вызвал такси до Чертовиц.

Попрощавшись с дедом мы вышли во двор, где уже стояла машина. Водитель увидев количество вещей присвистнул и стал трамбовать их в багажник. Я приоткрыл даме заднюю дверь, и уже собирался сесть следом, но в кармане зазвонил телефон. На экране высветился номер владельца Вельвета.

— Дмитрий Александрович, — голос Игоря Петровича звучал раздраженно, — вы так и не сообщили, что удалось выяснить после ваших весьма недешевых посиделок.

— Выяснить удалось многое, — отозвался я, отходя от машины. — Но я не раскрываю информацию, пока не составлю полную картину происходящего. А для этого мне нужно, чтобы вы наняли меня на работу в Вельвет, желательно на самую паршивую должность.

— Нанял? Хм… Это будет не трудно. У нас как раз есть не закрытая вакансия официанта. Правда, для того чтобы получить должность вам нужно знать меню и…

— Меню я уже выучил, — перебил я. — Знаю всё, от салатов до десертов. С винной картой ещё не ознакомился, но думаю это не проблема.

— В таком случае можете подъезжать на собеседование. Управляющий как раз будет на месте в течении часа.

— Мне еще и собеседование проходить?

— Само собой. Мы всё же элитный ресторан и всякий сброд на работу не принимаем. К тому же, вы сами сказали что никто не должен знать что именно я вас нанял, вот и блесните знаниями. Там не такой уж сложный отбор. Вы точно справитесь.

— Вы правы. Если узнают, что я ставленник, все мгновенно захлопнут рты, и моя работа порядком усложнится.

— Вот именно. Как приедете в Вельвет, спросите Максима Леонидовича.

— Договорились.

Убрав телефон, я улыбнувшись потянулся и поцеловал Дашу. Она расцвела прикрыв глаза, но тут же пришлось швырнуть бочку дёгтя в эту ложку мёда. Или как там говорят то?

— Прости, я с тобой не поеду. Придётся заняться одной работёнкой.

— Может погуляем вечером? — с надеждой в голосе спросила девушка.

— Обязательно погуляем, но не факт что именно сегодня. Придётся батрачить официантом до поздней ночи. — пояснил я и мягко прикрыл её дверь.

Даша улыбаясь прислонилась к стеклу и смотрела на меня до тех пор, пока такси не скрылось из виду. Можно было поехать вместе с ней и провести незабываемый день, вот только банки тоже хотят получить от меня незабываемый платёж по кредиту. А потом ещё и ещё один.

Вздохнув я зашагал к остановке. Видимо Мир решил компенсировать мне потери сегодняшнего дня, ведь нужный мне автобус нужного мне маршрута как раз поджидал меня. Сев в автобус я прикрыл глаза и стал бубнить себе под нос меню Вельвета.

Через двадцать минут автобус высадил меня на проспекте Революции рядом со старой почтой. Свернув за угол я прошел мимо питейного заведения Абрэк-о-папа и увидел на асфальте следы ночных гулянок. Что тут скажешь? Низкие цены, каждый вечер веселье заканчивающееся драками. Даже забавно что в каких-то двухстах метрах от этого заведения расположился Вельвет, ресторан для элиты.

Днём Вельвет выглядел куда дружелюбнее, чем вчера. Амбалов на входе не наблюдалось, двери стояли нараспашку, а по залу шныряли официанты, готовя его к бизнес-ланчу. Кто-то полировал бокалы, кто-то ровнял приборы на столах. Вчера я был в облике рыжего чудака с кривыми зубами, поэтому можно быть спокойным, мой истинный облик никто не знает.

Едва я вошел внутрь, как мне навстречу выпорхнула улыбчивая девушка с бейджем менеджера.

— Добрый день! Мы откроемся только через полчаса.

Произнесла она решив что я хочу пообедать.

— Добрый. Я к Максиму Леонидовичу.

— А, так вы устраиваться? Официантом? — девушка окинула меня взглядом от макушки до шлепанцев и понизила голос. — Слушайте, скажу вам по секрету. Вам стоит поискать место получше, платят тут не очень.

— Спасибо за заботу, — улыбнулся я. — И всё же, где я могу найти Максима Леонидовича?

Девушка пожала плечами и повела меня через зал к служебному коридору, а я шел следом и думал о её словах. Это что сейчас было? Открытый бунт против работодателя? Тогда не удивительно что в Вельвет удалось набрать только зелёных юнцов без опыта. Услышав такой комментарий от менеджера, многие бы развернулись и ушли восвояси.

У двери с табличкой «Управляющий» провожатая постучала, дождалась ответа и упорхнула обратно в зал. Я же вошел внутрь и увидел Максима Леонидовича. В голове рисовался солидный дядька с сединой на висках, а за столом восседал Максимка. Лет двадцать пять от силы, волосы уложены гелем волосок к волоску, на запястье часы напоказ, а на морде маска надменности.

Даже забавно что он не одержимый. По крайней мере я не заметил ни рогов, ни свиного пятака. Впрочем, я уже усвоил, что не всякая пакость видна с порога.

Руки Максимка не подал, вместо приветствия он смерил меня взглядом и процедил:

— Могли бы и позвонить. Телефон ведь не просто так указан в вакансии.

— Вы правы, но я привык общаться с людьми лично, а не прячась за пластиком. — улыбнулся я остановившись около его стола.

— Ну хорошо. Однако сразу отмечу что ваш внешний вид неприемлем. У нас приличное заведение. Надеюсь при следующей встречи вы оденетесь нормально.

Он брезгливо мазнул по мне взглядом и уставился на часы висевшие на стене. Видать отсчитывает минуты до обеда или конца рабочего дня.

— Понял, — кивнул я. — В следующий раз приду в плавках.

Секунду управляющий хлопал глазами, а после захохотал. Шутка ему понравилась, но тут же назидательный тон Максимки вернулся.

— То, что у вас есть чувство юмора, это плюс. Но запомните, далеко не со всеми гостями можно шутить.

— Приму к сведению. Может, перейдем к проверке знания меню?

— Запомнить буковки может любой болван, — отмахнулся Максимка и подался вперёд, сложив руки на столе. — Я хочу, чтобы вы понимали главное. Ваша зарплата привязана к прибыли заведения. Маленькая прибыль, маленькая зарплата. И наоборот.

А ведь это занятная схема, объясняющая гневные отзывы бывших сотрудников. Прибыль падает, следом сдуваются зарплаты. Официанты начинают плевать в потолок, гости разбегаются, и выручка проседает еще ниже. Замкнутый круг, нарисованный этим гением менеджмента.

— Понятно, — кивнул я. — Меня устраивает.

— Раз устраивает, то ваша стажировка начинается сегодня вечером.

С ходу заявил он немного ошарашив меня. Что там они говорили про то что не берут кого попало? Как раз таки берут! Максимка ведь даже имени моего не знает.

— Эм-м-м… Я не думал, что сегодня же придётся выйти на работу.

— На стажировку. — назидательным тоном поправил он меня и встряхнул часами на руке. — Если работа не нужна, можешь гулять, — Максимка мгновенно перешел на ты и откинулся в кресле.

— Всё в порядке. Я отменю дела и выйду в смену.

— Ну и славно. Загляните прямо сейчас в отдел кадров для приёма на работу. И помните, в шестнадцать ноль-ноль вы должны быть на месте, при полном параде. Кстати, форму вам выдадут, как и туфли.

Слышишь, Мир? Мне тут готовы туфли просто так дать! А ты из жемчужин мне всякий мусор срыгиваешь. То часики, то шлёпанцы. Мир в ту же секунду ответил на мои мысли коротким:

Зануда.

Улыбнувшись я вышел из кабинета управляющего и отправился в отдел кадров. Там сидела старая бабулька и пялилась в окно. Полистав мой паспорт, она спросила про трудовую книжку и я соврал сказав что она потерялась и нужно заводить новую. Без возмущений и стенаний, кадровичка дала мне на подпись копию трудового договора и на прощание бросила «Даже интересно сколько ты тут продержишься».

Занятное заведение. Бабулька явно устала от текучки кадров, персонал недоволен зарплатой, а управляющий работает мягко говоря на отвали. Выйдя в коридор я посмотрел на часы и присвистнул. Стрелки подбирались к двум, а значит, времени оставалось ровно на то, чтобы смотаться домой, обмыться и вернуться обратно. Обед отменяется, зато вечером наемся на кухне ресторана, если новичкам здесь вообще положена кормежка.

Домой я ввалился в начале четвертого, мокрый от пота. Наскоро принял душ, натянул чистую футболку с джинсами и заглянул на кухню. Боровичок обнаружился в своем выдвинутом ящике, где он валялся на подушке кверху пузом и мелкими глотками цедил грибовуху из трубочки.

— Подъём, Грибоедов. Для тебя есть работёнка.

— Опять плесень чистить? — тяжко вздохнул Борр, и шумно втянул в себя новую порцию грибовухи.

— Нет. Сегодня поработаешь шпионом на пол ставки.

До Вельвета мы добрались на автобусе, и всю дорогу я слушал бубнёж боровика о том что ему душно, неудобно и вообще, почему я ему не отвечаю? Подумаешь, вокруг сидит три десятка человек, а Борр пытается поговорить о поисках нового нарыва, видите ли ему нужен новый уровень.

К ресторану мы подошли без пяти четыре. Борр козырнул мне на прощание, топнул ногой и ушел под тротуарную плитку, я же поднялся по ступеням и шагнул внутрь, прямо в объятия менеджера. На её бейдже было указано имя «Юлия».

— Максим сказал что ты знаешь меню. — Она замялась и пояснила. — С персоналом мы общаемся на «ты», это шиза Макса, говорит это сближает. Нам плевать в целом, Так, вот, проверять меню у тебя я не стану, так как времени до прихода гостей не осталось. Идём, выдам тебе форму и пойдёшь в зал. Сегодня постоишь на подхвате. Будешь убирать со столов и помогать если попросят.

Быстрым шагом Юлия направилась в раздевалку, а я последовал за ней. Окинув меня взглядом, девушка выдала мне форму и указала на туфли расставленные на обувнице, сказав «сам выберешь». Она ушла, а я осмотрел обновку. Белоснежная рубашка к которой прилагался жилет и чёрные брюки. А вот туфли пованивали немытыми ногами. Брезгливо я надел обувь и погрозил кулаком Миру! Сволочь, выдай туфли из жемчужины! Тебе что жалко?

Рюкзак с тяпкой, шлёпки и футболку с джинсами я отправил в шкафчик и собирался отправиться на подмогу ленивым официантам, но меня перехватила Юлия.

— После бизнес-ланчей гора посуды немытой, тётя Валя зашивается. Иди помоги.

Во как! Устроился официантом, а меня тут же понизили в должности? Впрочем я даже рад. Чем ниже падаешь, тем интереснее слухи можно услышать.

Путь на мойку лежал мимо бара, и я притормозил, разглядывая стройные ряды бутылок. На витрине всё чинно, с этикетками и акцизными марками. А вот на нижней полке за стойкой обнаружилась парочка бутылок вовсе без опознавательных знаков. В одной плескалось что-то янтарное, во второй прозрачное. Очевидно это тара для слива. Бармен недоливает гостям, а сэкономленное отправляет в личный синий фонд.

Войдя на мойку я тут же утонул в звоне и клубах пара. У раковины орудовала сухонькая женщина лет шестидесяти в резиновых перчатках, а вокруг нее высились башни грязных тарелок.

— Здравствуйте. Я новенький, прислали на подмогу.

— О, заходи, заходи, — обрадовалась она и кивнула на полотенце. — Меня тётей Валей звать. Бери, тряпку и протирай, а потом ставь сухую посуду на стеллаж.

Я представился в ответ и работа закипела. Тарелки скрипели от чистоты, а после со звоном становились на стеллаж. Первые пять минут я изучал работу Тёти вали, но она не халтурила и делала своё дело добротно. По этому я закинул удочку надеясь на добротную порцию сплетен:

— Тёть Валь, как вам тут работается?

— Ды чё работается? Тарелки мой, да мой. День за днём, неделю за неделей. Потом зарплата на карту упала и снова моешь. — Отозвалась она.

— Нет, я про условия. Нравится тут?

— Пффф… Нравится, тоже скажешь. — хмыкнула она, не отрываясь от раковины. — Было бы куда уйти, давно бы ушла. Да кому я нужна в мои-то годы? Я ж здесь со дня открытия работаю. Кроме меня никого из старичков не осталось.

— А что, раньше было лучше?

— Раньше Дим, она и трава была зеленее. — улыбнулась тётя Валя протянув мне чистую тарелку, а после на секунду задумалась. — А так да, раньше здесь работать за счастье было. А потом как-то плавно всё начало разваливаться. Полгода назад владелец вообще дурку гнать начал. Объявил, что теперь все чаевые идут в кассу. На покрытие убытков, значит. Обещал вернуть, когда выправимся. Да, видать, забыл, а точнее забил.

— И официанты стерпели?

— Ага, стерпели они, как же. Старые ребята на чае и жили, вот они в тот же месяц всей гурьбой и ушли. Следом за ними и остальные побежали, в том числе и управляющий, чай то он на весь персонал делился, а не только у офиков оседал. Потом вон, Максима наняли, а он про пряник даже не слышал. Только кнутом по спинам хреначит. Штрафы ввёл какие-то. За опоздание штраф, за разбитый бокал штраф, чуть что ему не понравилось, штраф.

Вот тебе и Игорь Петрович. Нанял меня искать причины падения прибыли, а главную мину под заведение заложил своими же руками. Причём наверняка искренне считал, что такими действиями спасает Вельвет.

Последняя тарелка отправилась на стеллаж, и тётя Валя закряхтев принялась разминать правую руку.

— Всё в порядке? — поинтересовался я.

— Ну так

. Серединка на половинку. — ответила Тётя Валя, сняла длинные перчатки и показала руку, на которой разместилось аж восемь разномастных паразитов. Чёрные бусинки глаз как у пауков, один шипастый, другой слизью покрыт, у третьего зубищи на которые даже страшно смотреть. — Нерв защемило года два назад, теперь рука отнимается.

Буднично произнесла женщина встряхивая рукой. Пришлось соврать о том что у меня в роду дед был мануальным терапевтом. Сперва тётя Валя захохотала, а после поняла что я не шучу и попросила посмотреть руку, рассудив что хуже я уже не сделаю, ведь медики помочь не смогли. Я же до жути не хотел касаться этой мерзости, ведь прокушенный палец всё ещё не зажил. Пришлось использовать актёрские способности. Одной рукой я нажимал в районе плеча, а вторую выставил в бок и стал поглощать скверну из паразитов.

Не прошло и минуты как паразиты начали лопаться один за другим. Правда Мир сегодня явно порезал ставку за очистку от скверны и дал мне всего то по одной единице кармы за паразита. Зато!

— Ты куда нажал то? — изумлённо спросила она.

— Стало легче? — улыбнулся я видя сообщение от Мира что мне начислили 8 ОК.

— Легче, не то слово! — воскликнула тётя Валя и начала крутить рукой туда сюда, до тех пор пока в банкетном зале не послышался голос управляющего. — Дима, спасибо тебе огромное. А сейчас иди в зал, пока Максимка не увидел, что мы лясы точим. А то обоим премию срежет.

В ресторане тем временем начиналось вечернее оживление. Заняты были всего два столика, но гости продолжали подтягиваться, а из шести официантов в зале дежурил лишь один. Остальная пятерка демонстративно дымила на крыльце, и Юля, поглядывавшая на них через окно, ничего с этим поделать не могла. Какой из двадцатилетней девочки авторитет для этой банды?

— Ты меню точно знаешь? — спросила она увидев что я вернулся.

Я кивнул, и Юля указала на столик у окна:

— Тогда прими заказ.

Вооружившись блокнотом с ручкой, я нацепил широкую улыбку и двинулся к гостям. За столиком расположилась пара лет сорока пяти, судя по одинаково усталым лицам, люди заглянули сюда после работы. Дальше всё по классике.

Поздоровался, выдал меню и принёс воду. Посоветовал им цезарь, единственный съедобный салат на мой вкус. Мягко отговорил от резинового стейка в пользу утиной грудки. Уточнил детали по горячему и откланялся, пожелав приятного вечера. Гости на прощание даже заулыбались, а ведь садились за столик мрачнее тучи.

Лет в шестнадцать я подрабатывал официантом чтобы купить себе мопед. Проработал всего два месяца, а после Саня убедил меня что поездка на море круче покупки ревущей бестии и мы поехали в Анапу. В итоге опыт пропить не удалось, ведь я особо не пью. Впрочем, общаться с людьми я давно привык, что делало работу официанта на порядок проще.

— Молодец, — одобрила Юля, когда я вернулся. — Теперь топай на кухню и отдай заказ шеф-повару.

Так я и поступил. Но чем ближе я приближался к кухне, тем отчётливее понимал что там бушует гроза. Шеф-повар, жилистый парень лет тридцати пяти в заляпанном кителе, навис над плитой и плевался ядом:

— Да что за дерьмо⁈ Какой кретин решил что я должен готовить по допотопным техкартам? Я способен на большее! Только идиот станет загонять творца в рамки!

Повара вокруг усердно делали вид, что ничего не слышат. Заметив меня, шеф-повар ткнул половником в мою сторону:

— Ты, новенький! Сюда, живо.

Я подошел, и мне в руку тут же впихнули ложку с бульоном.

— Пробуй.

В кастрюле дымилась уха. Её вкус я помнил со вчерашнего ужина, вот только сегодня в блюдо добавили лимончик. Видимо шеф хотел чтобы в обыденном блюде появилась изюминка в виде кислинки, но он явно переборщил с пропорциями.

— Ну? Как? — нетерпеливо спросил повар когда я проглотил эту бурду.

— С лимоном переборщили, — честно отозвался я.

Шеф-повар побагровел, схватил кастрюлю и опрокинул ее в раковину. Уха с бульканьем ушла в канализацию, а вместе с ней и утекли и две, а то и три тысячи рублей из кармана Игоря Петровича.

— Проклятье! — заорал шеф-повар швырнув половник в мойку. — Этому заведению не хватает уникальности! По этому гости и бегут! Я должен создать что-то завораживающее! Такое блюдо, которое заставит гостей выстраиваться в многокилометровые очереди!

— Юр, ну давай просто работать. Ты же не мишленовский повар. — робко попросил су-шеф с мелированными волосами, на вид ему было лет двадцать пять.

— Согласен, — кивнул я, передавая листок с заказом су-шефу. — Постоянные клиенты на то и постоянные, им нравится то, что они уже много раз пробовали. И приходят они чтобы попробовать не новое блюдо, а то к чему привыкли.

Несколько секунд шеф-повар смотрел на меня так, будто я предложил жарить котлеты на машинном масле, а после он взорвался потоком мата, из которого самым цензурным было:

— Пошел нахрен отсюда! Кто его вообще нанял⁈ Нет, вы посмотрите? Он учит меня готовить?

Спорить с человеком, у которого под рукой ножи и кипяток, занятие как минимум опасное, поэтому выставив перед собой руки я вернулся в зал.

Да уж. Похоже Вельвет собрал в своих недрах целый ворох проблем, которые лезут изо всех щелей. Кухней рулит непризнанный гений, желающий самовыражаться. Вопрос только в том зачем он хочет творить? Чтобы его заметили и повысили зарплату или действительно самовыражается?

Таким кадрам надо давать отдушину и возможность развиваться, но не бесконтрольно. Я бы выделил ему бюджет в размере десяти тысяч рублей в неделю. Вот на эту сумму можешь развлекаться и творить. Потратил всё до копейки? Сиди и жди новой недели. Сейчас же он ставит опыты тратя столько сколько посчитает нужным и это плохо.

Следующие три с половиной часа превратились в рутину. Меня то заставляли носить напитки со склада в кладовую, то вытирать со столов. Но в целом работы было не много. Зато к восьми вечера зал заполнился аж на пятьдесят процентов! Этот объём работы с шестью официантами и мной на подхвате можно было выполнить с лёгкостью. Вот только как и раньше в зале был лишь я и один официант из шестёрки.

Я таскал заказы на кухню, выдавал блюда в зал по готовности, и так по кругу. Ноги в казенных туфлях гудели, напоминая об утраченных очках ловкости. Но как бы не страдали мои ноги жаждущие вернуться в шлёпанцы, я успевал подмечать нюансы местной фауны.

Первым отличился бармен, прилизанный тип с ловкими руками. Джиггером он пользовался только для вида, лил на глазок и с каждого коктейля зажимал грамм по десять, а иногда и по тридцать. Сэкономленное аккуратно отправлялось в безымянную бутылку под стойкой. Ближе к ночи содержимое этой бутылки уходило подвыпившим гостям уже за наличные и, разумеется, мимо кассы.

Официанты тоже без дела не сидели и трудились себе на благо. Напитки которые я доблестно таскал в подсобку, оказались куплены в ближайшем супермаркете. Гостям же их продавали по ресторанному ценнику, чеки не пробивали, а разницу распихивали по карманам.

Ближе к ночи двери распахнулись, и в зал ввалился Хрякин. Под руку он вёл новую пассию, длинноногую блондинку с пятым размером груди, наивным выражением лица и платьем с блестками. Я на всякий случай присмотрелся к его спутнице, но ни ушей, ни хвоста не обнаружил. Обычная девушка, польстившаяся на толстый кошелёк.

Осмотревшись по сторонам понял что из свободных официантов в зале только я. Нехотя я развернулся и побрёл в сторону дорогого гостя. Правда дойти до него я так и не смог. Меня оттёрли плечом, и долговязый официант с острыми чертами лица, ещё куривший секунду назад, прошипел мне на ухо:

— Офигел? Это мой гость.

Спорить я не стал, отступил назад и продолжил наблюдение. Обслужили Хрякина по высшему разряду. Заказ приняли за минуту, широко улыбались и чуть ли не кланялись в ножки. После кухня бросила всё и занялась его стейком, а пять моих столиков тем временем маялись в ожидании и провожали голодными взглядами тарелки проплывающие мимо. Мне оставалось лишь извиняться и подливать гостям воду.

Боров как всегда был щедр и сунул официанту две красные бумажки. Долговязый широко улыбаясь, сложил чаевые пополам и спрятал в карман. В кассу, на покрытие убытков, он явно не собирался ничего сдавать. Пожелав дорогому гостю приятного вечера официант растворился в служебном коридоре. Следом за ним потянулись и остальные официанты, оставив меня в гордом одиночестве.

Я животное социальное и один не могу. Тоскливо знаете ли. По этому я выждал минуту и двинулся следом. Толкнув дверь я ввалился в кладовку, делая вид что вошел не в ту дверь и увидел шестерых… Хотел сказать официантов, но от них остались только рубашки, брюки, жилетка и туфли, а сами же работники преобразились до неузнаваемости. Вокруг ящика с минералкой сгрудились шесть гиен рассматривая стопку мятых купюр, среди которых лежали пятитысячные бумажки выданные Хрякиным. Судя по всему работники месяца делят выручку, а прущая из них алчность, открыла истинную суть ребят…

— Ты ничего не видел, — прорычал официант минут десять назад оттеснивший меня от Хрякина. — Если Максик узнает, мы все с голодухи подохнем, а я тебе морду разобью, усёк?

— Я своих не выдаю. — миролюбиво кивнул я и собирался уже выйти, но долговязый смерил меня взглядом, вытянул из стопки пятисотку и впихнул мне в ладонь.

— Молодец. Явно приживёшься.

Купюру я убрал в карман без колебаний. Как говорил мой дед «дают бери, а бьют беги». Первый пункт я знал на зубок, а вот со вторым вечно путался и вступал в драку. Перед глазами тут же всплыло сообщение:

Поздравляю! Получено достижение «казнокрад».

Я поспешил выйти из подсобки, чтобы никто не увидел мою улыбку. Чёртова система, вот надо тебе шутить в столь неудачный момент?

Вернувшись в зал, я заметил что гости за одним из моих столиков так и не дождавшись заказа, ушли. Могу понять. Когда идёшь в ресторан ожидаешь хорошее обслуживание, а не ожидание заказа длиною в час.

Остальные же столики получили свои заказы хоть и с сильным опозданием. За это время шеф-повар разбил тарелку о стену, и наорал на су-шефа за то что тот недостаточно красиво выложил листья салата на тарелке. Ближе к ночи заметил как пьяный гость сидевший за баром заказал бутылку десятилетнего виски, выпил рюмку и уснул, а бармен эту бутылку спрятал под стойку. Спустя полчаса клиент проснулся и промямлил:

— А, где…? — он растерянно осмотрел барную стойку.

Бармен же привычно ответил:

— Рад что виски вам так понравился. Вы осушили бутылку за считанные минуты. Желаете ещё?

Насколько бармен разорил гостя я так и не узнал, ведь пришлось помогать Юле, которая носилась по залу, затыкая собой дыры в обслуживании. Похоже, здесь работает на совесть только она и посудомойщица.

Вынося грязные тарелки я краем глаза заметил что Хрякин лапает свою подругу, а пока он отвлёкся крошечная ручонка стащила с его стола тарелку с королевскими креветками. Теперь понятно что Мухоморыч забывает про слово «конспирация», как только на горизонте маячит еда.

Часа в два утра последние гости расползлись по домам, и мы принялись убирать зал. Я собирал бокалы, долговязый что-то подсчитывал в блокноте, а его коллеги лениво возили тряпками по столам.

— Слышь, новенький, — окликнул меня один из официантов, когда уборка подошла к концу. — Мы в клуб едем, оторваться после этой каторги. Поедешь с нами?

— Не мужики, я пас. С непривычки в сон клонит. — ответил я и показательно зевнул.

— Ну, как знаешь.

Компания погрузилась в такси и укатила прожигать левую выручку. Я же остался стоять у закрытого ресторан наблюдая как остатки персонала расходятся кто куда. Через минуту я услышал как шлёпают босые ноги по плитке. Обернулся и увидел Борра с невероятно довольной мордой.

— Докладываю! Агент обжора прибыл, — выпалил он и икнул. — Ты бы видел сколько жрачки шеф выкинул. Капец просто. Ну а я что дам пропасть такому? Нет конечно! Короче я сыт. Можешь меня не кормить пару недель… Ик!

— Рад что ты наелся. А что-то интересное видел?

— А то! Су-шеф ваш тот ещё жулик, — боровичок снял мухоморную шапку и стал обмахивать себя, так как от переедания ему было трудно дышать. — Цельный ящик мраморной говядины списал и три туши лосося. В ведомости накалякал мол, протухло. А когда шеф-повар ушел, су-шеф тихонечко погрузил это добро в сумки и уволок домой. Ну я не будь дураком, в сумку заглянул часом раньше. Мясо свежайшее, хоть сырым ешь.

— А ты молодец. Отлично справился с задачей, — улыбнулся я и размял затёкшую шею. — Бармен ворует, официанты воруют. Су-шеф и тот ворует.

— Кстати, помнится ты обещал курицу запечь? Я конечно не тороплю, но хотелось бы, таки получить обещанное.

— Усё будет в лучшем виде. А сейчас…

Начал было я вытащив телефон чтобы вызвать такси, но услышал душераздирающий вопль нарушивший ночную тишину.

От автора:

Это снова я, просто хочу сказать спасибо за то что ты всё ещё со мной и продолжаешь читать книгу, которую я пишу ночами напролёт.

Тварь замотала башкой и стала трепать меня из стороны в сторону. Я же пытался устоять на месте и бил в ответ, войдя в какой-то боевой раж. Она делает больно мне, я делаю больно ей. Сдохнет тот, кто первым сдастся. Кровь хлестала из предплечья и капала на асфальт, а я рубил и рубил до тех пор, пока тяпка не соскользнула в надбровной дуги собаки и не лупанула в глаз.

Зверюга взвизгнула и ослабив хватку отскочила назад. Я собирался наброситься на неё чтобы добить или прогнать, не знаю. Но тут на помощь пришел тот, чьей помощи я совершенно не ждал. Из-под тротуарной плитки вынырнул Борр. Мухоморыч с разбега запрыгнул псине на холку и сгреб ее уши в кулачки, натянув их на себя, будто вожжи.

— Но, пошла! — заорал он на собаку будто та была лошадью.

Псина взбрыкнула, пытаясь сбросить наездника, однако это было бесполезно. Из ног боровика полезли тонкие грибные нити и намертво приклеили его к загривку. Тварь завизжала и в ужасе рванула прочь, а Борр, широко улыбаясь, заорал на весь сквер:

— Мы поедем, мы помчимся, на собаке утром ранним… Ик!

Через пару секунд эта парочка скрылась в темноте. Готов спорить, Борр дегустируя блюда в ресторане, продегустировал и спиртного, иначе я не могу объяснить такой порыв храбрости. Нужно ему пару монеток выдать за спасение.

Я посмотрел на изжеванное предплечье, сжал кулак и скривился от боли. Кость цела, но боль адская. Пульсирует, ноет, стреляет. Жуть. Ещё и кровища течёт как со свиньи. Убрав тяпку за пояс, уцелевшей рукой я стянул с себя футболку. Ухватился за ткань зубами, а рукой потянул в другую сторону разрывая её на полосы. Половиной футболки я замотал ногу женщины, а второй половиной кое-как обмотал свою, орудовать одной рукой жуть как неудобно, но помереть от кровотечения до приезда скорой, ещё неудобнее.

— Спасибо вам, — с болью в голосе выдохнула раненая. — Если бы не вы, меня бы загрызли.

— Ой, да ладно вам. — беззаботно отмахнулся я. — Иду мимо, смотрю, укусы бесплатно раздают. Дай думаю и себе возьму. Халява же. Опять таки, лишние шрамы только добавляют брутальности. — натянуто улыбаясь пошутил я.

Женщина рассмеялась сквозь боль, и от её смеха даже мне стало легче. Хотя что значит легче? Скорая приехала минут через десять. Фельдшер оглядел её ногу, мою руку, вкатал нам лошадиную дозу обезбола, после чего нас погрузили в машину и повезли в травматологию. По дороге выяснилось, что мою соседку по несчастью зовут Лидия Николаевна и заведует она краеведческим музеем.

— Нас всего трое, — вздыхала она, пока фельдшер возился с ее ногой. — Экскурсовод в декрете, смотрительница на больничном, а теперь еще и я с ногой. Даже подменить некому, видимо придётся закрыть музей на пару месяцев, пока не поправлюсь.

Я тут же ухватился за этот шанс, поняв что лучшего экскурсовода чем забулдыга Толик, не найти.

— Не надо ничего закрывать! — Я аж приподнялся с сиденья. — У меня есть один очень эрудированный кадр, и он как раз ищет работу. Давайте я пришлю его к вам в палату, проведёте собеседование и если подойдёт, то наймёте его на пол ставки, а если нет, то не велика потеря.

— Ну не знаю, — засомневалась Лидия Николаевна. — А вы уверены, что он справится?

— Голову на отсечение даю! — Глаза мои, подозреваю, в этот момент горели нездоровым блеском. — Он вам по памяти расскажет о каждом экспонате Третьяковки и Эрмитажа. Более подкованного человека вы не найдёте при всём желании.

Лидия Николаевна покосилась на мою замотанную руку и согласилась. Видимо, решила, что человеку, спасшему её жизнь можно и довериться в столь щепетильном вопросе. А где-то в Чертовицах в этот момент мирно спал Толик и не подозревал, что его беззаботной жизни приходит конец.

Спустя десять минут в приемном отделении мной занялся хирург. Дядька с ручищами молотобойца и юмором от которого темнело в глазах.

— Был у меня пациент, так ему ногу оторвало, — произнёс он накладывая швы.

— И вы пришили её обратно? — с надеждой в голосе спросил я корчась от омерзения.

Боли я не чувствовал, но смотреть как игла входит и выходит из плоти стягивая края раны, то ещё удовольствие. Стоп! А зачем я вообще на это смотрю? Что-то от обезбола голова не варит.

— А зачем её пришивать? Сейчас знаешь какие протезы? — усмехнулся врач.

— Какие?

— Дорогие. — произнёс он отрезая нитку. — Если денег нет, то вот тебе пиратская нога выструганная из ветки и иди, покоряй океаны. А если деньги имеются, то можешь породниться с терминатором и готовиться к восстанию Скайнета.

— Ногу мне не оторвало слава богу, только руку потрепало.

— Тогда могу посоветовать заглянуть в зоопарк.

— Зачем?

— Ну как же? Руку засунешь в пасть тигру и вуаля! Мы сможем выдать тебе пиратский крюк. А если деньги есть…

— Да, да. Я смогу поставить роботизированную руку и превратиться в Т-1000. — закончил я шутку врача.

— Ну Т-1000 это ты загнул, а вот на руку от Т-800 можно рассчитывать. — улыбнулся врач. — Всё, готово. Слушай мои рекомендации и можешь быть свободен. Руку не беспокоить, с собаками не драться, с женщинами не… Хотя, с женщинами можно.

— Спасибо хоть это разрешили. — я пожал руку и собирался было выйти из кабинета, когда в кармане зажужжал телефон.

Я попытался его достать, но случайно сбросил вызов. Ну и ладно. Нужно будет пере… Ага. Уже перезвонили? Устало вздохнув я, выудил трубку здоровой рукой. Посмотрев на экран я похолодел. Звонила Оля. В третьем часу ночи. Обычно она в это время десятый сон видит. Значит, стряслось что-то серьёзное. Моментально подняв трубку я услышал голос сестры полный паники:

— Дима! Наш дом подожгли!

Я полюбовался спящей красавицей и тихонько прикрыл дверь. Успокоив домашних, я помог маме лечь на кровать, укрыл её пледом, а после взял у Толика майку алкоголичку. К моему огорчению она села на меня как родная. Главное теперь не начать себя искать, попутно заливаясь вином.

Услышав рёв пожарной машины, я вышел на улицу и проводил наших спасителей взглядом. Красавцы. Отлично сработали. Если бы задержались на полчасика, то от дома ничего бы не осталось. Жаль денег нет, я бы с радостью выписал каждому премию из своего кармана.

Слева от нашего дома, я заметил соседа. Живёт он в особняке увешанном камерами. Чем занимается не знаю, по слухам то ли предприниматель, то ли в администрации работает. Но мужик нормальный. Здоровается, не врубает музыку по ночам. Правда имени его я так и не узнал за те пять лет что он живёт здесь.

— Сосед, выручай. — Окликнул его я, подходя ближе. — У тебя камеры улицу пишут?

— Обижаешь. — мужик с наслаждением затянулся и выпустил в воздух облако дыма. — Пишут в высоком разрешении, ещё и режим ночного виденья имеется. — он цокнул языком подчёркивая как много денег он слил на безопасность.

Что тут скажешь? Моё ему почтение за такую предусмотрительность. Будто знал что мой дом подпалят.

— Поделишься записью?

— Да без проблем. — кивнул он и потянулся к калитке. — Подожди тут, а то дети уже спят.

Через десять минут он вернулся и протянул мне флешку.

— Тут запись за последние сутки. — я потянулся чтобы забрать флешку, но мужик её зажал в кулаке. — Когда поджигателя посадят, расскажи кому вы так насолили. Уговор?

— Уговор, — улыбнулся я и тут же получил заветную запись.

Я поблагодарил соседа и отошел обратно к обгоревшему крыльцу, чтобы позвонить Егору Константиновичу. Моему другу из прокуратуры.

Гудки тянулись так долго, что я успел рассмотреть обгоревший фасад и прикинуть стоимость ремонта. Наконец трубку подняли, и оттуда донеслось сонное:

— Кто я? В смысле кто звонит?

— Вы Егор Константинович. — улыбнулся я. — А звонит вам Дмитрий Караваев.

— Дима, ты вообще знаешь, сколько сейчас времени? — простонал мой друг из прокуратуры, и на заднем фоне что-то грюкнуло.

— Знаю, конечно. Три часа сорок две минуты, — отрапортовал я, глянув на экран. — А примерно час назад кто-то пытался спалить мой дом.

Сон с Егора Константиновича слетел мгновенно. В трубке зашуршало одеяло, скрипнула кровать, и голос зазвучал бодрее:

— Так. Давай по порядку. Кто подпалил знаешь?

— Пока не знаю, но есть зацепка в виде записи с камер. У соседа видеонаблюдение всю улицу просматривает, готов спорить что поджигателя засняло во всей красе.

— Тогда подъезжай в прокуратуру через полчаса. — Он помолчал и поправился: — Нет, лучше через час. Я хоть кофе выпью и умоюсь.

Я написал Оле СМС предупредив что уехал, а после вызвал такси и двинул в прокуратуру. По дороге посмотрел приложение банка и всплакнул от того что уже через день мне будет нечего есть, ведь все имеющиеся деньги я потратил.

Ночной Воронеж пролетал за окном пустыми улицами, я же смотрел на дорогу и всей душой хотел чтобы водила ехал быстрее. Не терпелось узнать кто же подпалил дом, ведь список недоброжелателей был обширным. Радует что страховка покроет ремонт, а если в выплатах и откажут, то плевать. Не так уж дорого восстановить утраченное.

Расплатившись с таксистом, я выбрался на тротуар у здания прокуратуры спрятанного за забором из бетонных плит. Подойдя к калитке я потянул ручку на себя, но дверь не открылась. Тогда я заглянул в небольшое окошко расположенное на уровне глаз в калитке и замер. Во дворе учреждения, между клумбой и служебной парковкой, клубился нарыв скверны размером с добрый арбуз.

Обнаружен нарыв скверны.

Концентрация: 71 единица.

Я невольно присвистнул и попятился назад. Даже в подвале родительского дома было сорок пять, а тут государственная контора, флаг на фасаде, и такая дрянь под окнами. Хотя чему я удивляюсь? Сюда годами стекаются жалобы со всей области, удивительно, что нарыв здесь всего один.

От этих мыслей по спине пробежал холодок и появилось липкое ощущение, что за мной наблюдают. Рука потянулась к рюкзаку, расстегнула молнию и нащупала деревянную ручку тяпки. Покусанное предплечье тут же прострелило болью. Свежие швы деликатно напомнили, что махать сельхоз инвентарём мне противопоказано.

Я огляделся по сторонам. Улица пустая, фонари уже не горят, небо только начинает светлеть. Если какая-нибудь зубастая пакость решит мною поужинать, звать на помощь будет бессмысленно. Раньше я любил ночную тишину, теперь же относился к ней с настороженностью.

Спустя десять минут из-за угла вынырнул старенький Ланос и, чихнув, остановился у ворот. Из машины выбрался мужичок лет пятидесяти с пышными усами и папкой под мышкой. Егор Константинович подошел ко мне и пожал руку так, будто стремился раздробить мне кости.

— Ну как дела-то в целом? — поинтересовался он, выуживая из кармана связку ключей. — Надеюсь ты в творческие люди не подался? — усмехнулся Константиныч взглядом указав на мою майку алкоголичку.

— Я бы с радостью, да некогда. Взял ещё одну работёнку, так что совсем скоро, количество недоброжелателей увеличится.

— Куда уж больше? — хохотнул Константиныч. — Тебя и так половина города ненавидит.

— Да ладно вам. Прямо-таки половина?

— Ну, может, и не половина, — прикинул он, отпирая дверь. — Но ты точно самый непопулярный человек, которого я знаю лично.

— Буду считать это комплиментом. — ухмыльнулся я. — Кстати, вам Тимур звонил?

— Звонил, — кивнул Егор Константинович, пропуская меня во двор. — У нас на этот салон и без него жалоб хватает. Только ухватиться не за что. Там дюж грамотно всё обставляют. Если повезёт, то месяцев через шесть закроем эту шарагу нахрен. Не факт, что обманутым клиентам вернут всё до копейки, но хоть новых не обманут.

— Это уже что-то.

Константиныч открыл дверь прокуратуры и провёл меня по узким коридорам к своему кабинету. А там роскошь да и только! Арабские шейхи плакали бы увидев такое убранство!

Потёртый стол с двумя скрипящими и шатающимися стульями. У стены книжный шкаф, забитый папками с делами. В углу сейф с облупившейся краской, на сейфе чайник и… И всё. Со стороны могло показаться что хозяин кабинета исповедует минимализм. Правда это не объясняет отсутствие кондиционера.

Константиныч плюхнулся на стул и ткнул кнопку системного блока. Комп оказался родственником моего холодильника «ЗИЛ» и так же мощно загудел, даже уши заложило.

Я протянул флешку, и Егор Константинович воткнул ее в системник. Комп тут же завис. Константиныч меланхолично продолжил смотреть в экран, и спустя минуту открылась папка с видеозаписью которую прокурор сразу запустил.

На экране появилась наша улица в ночном режиме, сосед не соврал, каждый куст читался в мельчайших деталях. Мы принялись листать запись, пока на таймере не высветилось два тридцать пять.

К нашему забору подкатила легковушка с выключенными фарами. Из нее выбрался человек и, прихрамывая, двинулся к багажнику, держась к камере спиной.

— Гля, номер даже замазал, хитрожопый какой, — прокомментировал Константиныч, придвигаясь к монитору.

И тут водитель развернулся, подставив физиономию прямо под объектив. Всего на секунду, но этого хватило.

— Вот же крыса! — вырвалось у меня. — Это Артём, менеджер из автосалона!

— Так. — Егор Константинович поставил запись на паузу и нахмурился. — И зачем ему сжигать твой дом?

— А я откуда знаю? Может, за то, что я поделился вашим номером с Тимуром? Узнал, что на салон дело шьют, вычислил источник и решил отомстить? — подбросил я версию, хотя точно знал что дело не в этом.

— Возможно, — протянул Константиныч, недоверчиво сверля меня взглядом.

Я едва сдержался чтобы не начать оправдываться. Наконец он хлопнул ладонью по столу и встал.

— Ну что я могу сказать? Считай, что мы этого поджигателя поймали на горяченьком и теперь он сядет как миленький.

Константиныч снял трубку стационарного телефона, потыкал в кнопки и попросил пробить адрес некоего Артема, работающего в автосалоне «Гранд». На том конце что-то ответили, Константиныч кивнул, вернул трубку на место и повернулся ко мне:

— Нужно подождать пока ищут адрес. Кофе будешь?

— Нет, спасибо. Я лучше схожу воздухом подышу.

— Хозяин, барин, — вздохнул Егор Константинович и пошел к чайнику чтобы заварить растворимый кофе.

Выйдя из кабинета я быстрым шагом направился во двор прокуратуры где над землёй парил нарыв скверны. Жаль нельзя всё рассказать Константинычу. Хороший мужик, понимающий. Но за такие откровения Мир по головке не погладит.

Выйдя во двор я прислушался. Тихо, даже очень. Лишь изредка по проспекту шелестят шины автомобилей. Убедившись что рядом никого нет, я подошел к нарыву и вытянул руку, активируя переливание.

Внимание! «Боровичок Борр» находится на значительном удалении. Потери передаваемой энергии составят 50%.

Это сообщение меня порадовало. По крайней мере я теперь уверен в том что обжора жив. Чернота послушно закрутилась в спираль и потекла к моей ладони, обдавая кожу холодом, а из второй ладони выскользнула золотистая ниточка и уплыла куда-то вверх, в сторону Северного.

Пока нарыв таял на глазах, я активно вертел головой, боясь что какая-нибудь пакость свалится на меня с небес, или вылезет из-под земли. И видимо опасался я не зря. За воротами прокуратуры кто-то с разбегу врезался в бетонную стену, но проломить её не смог. На секунду всё затихло, а после это нечто стало скрестись проверяя стену на прочность. Слышалось натужное фырканье, но тварь даже не пыталась перелезть через забор. Недовольно порычала и ушла.

— Мудрый выбор, — прошептал я. — У меня тут тяпка усиленная отвратительным настроением. Отлуплю так что мало не покажется.

Наконец черная спираль истончилась, а нарыв взорвался снопом золотистых искр. На землю с тихим звоном упал синий кристалл.

Вы уничтожили нарыв скверны. Получено 17 ОК. Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.

Я присвистнул и тут же зажал рот ладонью. Синий кристалл! У Жабыча точно такой же стоил сорок монет. Редкий навык, на минуточку! Да еще и четвёртый уровень получил. Выходит я только что обогнал по уровням Борра. Я вызвал окно статуса и полюбовался строкой «Уровень: 4 (11/44)». До пятого пахать и пахать, зато сегодня Мир расщедрился не на шутку. Лишь бы что-то полезное выпало, а не мусор в виде розовых часиков.

Свободные очки я тут же закинул в дух, чтобы в следующий раз очистка нарывов занимала меньше времени. Схватив кристалл, я воровато огляделся и спрятал его в карман едва сдерживаясь чтобы не открыть его здесь и сейчас. Но всему своё время.

Двадцатью минутами ранее.

Егор Константинович смотрел в спину уходящего Дмитрия, пока за тем не закрылась дверь. Выждав с полминуты, он щелкнул кнопкой чайника и сыпанул в кружку пару ложек растворимого кофе.

— Что-то ты темнишь, Дима, — произнес он в пустоту кабинета.

Егор Константинович дождался, пока стук шагов в коридоре стихнет, налил в кружку кипятка и неторопливо вышел из кабинета. В конце коридора имелось окно, выходящее во двор прокуратуры, к нему Константиныч и направился.

Внизу, в желтом свете единственного фонаря, стоял Дмитрий. Он вытянул руку, и черное свечение из нарыва, тонкой спиралью потянулось к его ладони. Егор Константинович отхлебнул кофе и кивнул собственным мыслям.

— Так и запишем, — негромко произнес он. — В городе на одного одаренного стало больше.

* * *

В кабинет я вернулся в момент, когда скучающий Константиныч покачивался на стуле с трубкой у уха.

— Ага, ага. Записываю. — Он придвинул к себе листок и стал водить по нему ручкой. — Так. Так. По прописке не живет, говоришь? Ага. Договор аренды на проспекте Труда, тридцать пять. Отлично. Спасибо, Вань. С меня магарыч.

Трубка легла на рычаг, и Егор Константинович довольно подкрутил ус.

— Ну что? Нашли мы твоего пожирателя… Тьфу! Поджигателя в смысле. — поправился он.

Что это было? Паранойя разыгралась или фраза про «пожирателя» прозвучала слишком обыденно? Подозрительно…

— Сейчас наряд вызову, и поедем в гости к Артёмке.

— Шустро, — оценил я. — Видать, зря в народе говорят, что у нас силовики плохо работают.

— Нечего слушать кого попало, — отмахнулся Константиныч. — Мы свое дело лучше всех знавали, а они наше дело и в глаза не видали.

Занятная присказка, нужно запомнить. Улыбнувшись я пропел строчку из старой песни:

— А еще вы шагали в такие дали, в которые не каждый дойдёт?

— Типа того, — улыбнулся Егор Константинович и снова взялся за телефон. — Филимоныч, наряд организуй мне, пожалуйста. Да, на задержание. Ага, записывай. Труда, тридцать пять. А квартира им на кой? Я ж тоже на место поеду. Да, старый генерал. Буду руководить. Всё, давай. Да какая рыбалка нахрен? Жена на дачу тащит каждые выходные, а там только и делаем что спину гнём. Да, да, по осени поедем, когда листву соберём и сожжем. Ага, давай.

Он вернул трубку на рычаг и поднялся из-за стола.

— Ну чё, Дим, поехали потихоньку?

Я кивнул и мы отправились к машине. Кряхтя Константиныч сел в Ланос и завёл его с пол-оборота, чем немало меня удивил. С вида развалюха, но мотор в полном порядке. В салоне пахло вишневым освежителем, на торпеде лежала стопка газет с кроссвордами, а ручка переключения передач была обмотана синей изолентой.

Мы выкатились на пустой проспект, и Константиныч погнал так, что я невольно вцепился в дверную ручку. Кто бы мог подумать, что в усатом мужичке предпенсионного возраста дремлет Шумахер.

Добрались с ветерком и притормозили посредь дороги, так как парковка была забита до отказа. На месте нас уже поджидала буханка из окон которой лениво выветривался дымок.

Короткая июльская ночь доживала последние минуты, занимался рассвет, а вот у Артёма близится закат криминальной карьеры. Заметив нас, из буханки вылезли два бойца, а третий остался за рулём. Один полицейский был ростом под два метра, а его напарник оказался на голову ниже, зато с толстенной бычьей шеей. Оба с автоматами наперевес. Они шагнули навстречу и пожали нам с Константинычем руки.

— Так, орлы, — вполголоса начал инструктаж Егор Константинович. — Я открою дверцу, а ваше дело руки заломать нашему поджигателю. Всё ясно? — бойцы кивнули. — Тогда прошу за мной.

Константиныч ввёл на домофоне код, и дверь с писком отворилась. Видимо какой-то универсальный код, так как он вводил его по памяти. Мы вошли в подъезд и поднялись на восьмой этаж. Бойцы прижались к стене слева от нужной двери, я встал позади них, а Константиныч, одетый по гражданке, вдавил кнопку звонка и тут же забарабанил в дверь кулаком, голося на весь этаж:

— Сосед! Воду перекрой, мать твою! Заливаешь меня!

За дверью царила тишина. Егор Константинович позвонил снова и затарабанил настойчивее. Продолжалось это минут пять, пока из квартиры не долетел злой заспанный вопль:

— Да какого фёрта ты грюкаеф⁈ У меня фсё сухо! Вали отфюда, козёл фтарый!

— А у меня мокро! — не растерялся Константиныч, продолжая ломиться. — Так весь подъезд затопишь к черту! Тебе оно надо, ремонт потом делать у всех⁈

За дверью выругались, щёлкнул замок, и в приоткрывшуюся щель высунулась крысиная морда.

— Я тебе, дебилу, уже фкафал… — прошепелявил Артем щербатым ртом и осёкся на полуслове, когда бойцы резко распахнули дверь и выкрутили ему руки за спину, попутно уложив мордой в пол.

— Не дёргайся, сука! — рявкнул один из бойцов, упираясь коленом в спину поджигателя.

— Вы фё творите⁈ — запищал крысюк, извиваясь на кафеле, а после поднял голову и встретился со мной взглядом.

По вытянувшейся морде было видно, что до Артема дошло кто подвёл его под монастырь. Он скрежетнул зубами и отвернулся, после чего его выволокли из подъезда и без особых церемоний закинули в буханку. Егор Константинович отряхнул ладони, наблюдая за погрузкой, и повернулся ко мне:

— Ну всё. Сейчас отвезем его в СИЗО, допросим и очень скоро твой знакомец поедет лес валить.

— А можно я с ним до СИЗО доеду? — попросил я. — Хочется поговорить по душам.

— Только без рукоприкладства, — предостерёг меня Константиныч.

— Обижаете. Я самый мирный человек в этом городе.

— Ага. И самый непопулярный, — хмыкнул он, подошел к бойцам, пошептался с ними минуту, а после махнул мне рукой, разрешая загрузиться в буханку.

Внутри буханка была поделена на две части. Сзади закуток для арестованных, где задержанных пристегивают наручниками к сиденью. Спереди места для наряда, а между ними стеклянная дверь. Я устроился напротив Артема, дверь захлопнулась, и машина с рывком тронулась.

— Тварь! — тут же взорвался крысюк, дёргая наручники. — Фсё из-за тебя! Если бы ты не лез куда не профят, то я…

Слушать эти бредни я не планировал, вместо этого схватив его за плечо, активировал переливание. Черная дымка, окутывающая менеджера, вздрогнула и стала закручиваться в спираль. Артёма выгнуло дугой, наручники лязгнули о поручень.

— Убью! — завизжал он, брызгая слюной. — Тебя убью! И фсех, кто тебе дорог! Фуки!

В стеклянную дверь грюкнули резиновой дубиной.

— Пасть захлопни! — гаркнул боец. — А то этот трёп к делу пришьём, от этого срок только больше станет!

Артем задергался и заскулил, корчась, будто ему больно. Хотя почему «будто»? Судя по перекошенной морде, расставание со скверной приятной процедурой не назовешь. Маслянистая шерсть на щеках осыпалась и таяла в воздухе, усики истончились и пропали, длинные резцы медленно втянулись, превратившись в обычные зубы. Ну как обычные, переднего по-прежнему не хватало, тут уж никакая скверна не поможет.

Через пару минут скулёж перешел в рыдания. Крысюк, а точнее то что от него осталось, обмяк на сиденье и разревелся в голос. Передо мной сидел помятый мужик и разглядывал собственные ладони так, словно видел их впервые.

Вы очистили одержимого от скверны. Получено 23 ОК.

Боровичок Борр получил 3 ОК.

Мир по традиции накинул Грибоедову сверху. Хорошо устроился боровик, дрыхнет дома в ящике, а карма сама капает. Однако меня поражает то что Мир выдал награду за Артёма куда большую чем за очищенный мной нарыв. Я про очки кармы, а не про кристалл.

— Боже… — просипел он, хлюпая носом. — Что же я натворил… Я же профто хотел денег. Больфе денег. Для фемьи хотел… А в итоге пока зарабатывал, развелфя и… И флетел ф катушек…

Не знаю почему, но мне стало его жалко. Он будто пьяный проснувшийся с похмелья и осознавший какую дичь творил. Вот только это не освобождает от ответственности.

— Ну, теперь у тебя есть шанс исправиться, — отозвался я, откидываясь на спинку сиденья. Меня слегка мутило от прокачанной скверны, но в целом держался я бодрячком. — Отбудешь наказание и свободен. Начнёшь жизнь с чистого листа.

— Как думаеф, меня надолго пофадят? — с ужасом в голосе спросил Артём подняв на меня красные глаза.

Я задумался. По хорошему за поджог ему могут впаять до пяти лет. Однако есть лазейка. Лазейка которая поможет ему, а также Тимуру. Артём всего лишь винтик механизма под названием автосалон «Гранд». Это чудовище перемалывало кошельки доверчивых покупателей, и их жизни годами. Увы посадка одного менеджера ничего не изменит, а вот показания менеджера очень даже помогут.

— Ты можешь скостить срок, — произнес я, глядя ему в глаза. — Если будешь сотрудничать со следствием и расскажешь, как автосалон обманывает покупателей. Расскажи всю подноготную и будет тебе счастье. Возможно даже условкой отделаешься. По крайней мере я не стану выдвигать обвинений в твою сторону, если признаешься.

Артем отвернулся к окну, за которым проплывали спящие многоэтажки. Думал он долго, минуты три, не меньше. Наручники тихо позвякивали на колдобинах, спереди бойцы вполголоса обсуждали грядущий отпуск, а я терпеливо ждал.

— Фоглафен, — наконец выдохнул Артём. — Я фсё раффкажу. Только ты не забудь про фвоё обещание.

— Не забуду, — кивнул я. — Главное, не юли на допросе и рассказывай всё как есть. Начнёшь покрывать руководство, я выдвину обвинение в поджоге и поедешь на пятёрочку отдыхать в тюрьму.

Артём вздохнул и уставился в окно, понимая что деваться ему некуда и остаток пути мы проехали молча. Артём разглядывал просыпающиеся улицы, будто пытался их запомнить на случай если его закроют. Я подрёмывал вполглаза, а бойцы сидящие спереди никак не могли определиться куда лучше ехать в Крым или Абхазию.

Не спеша буханка сбавила ход и остановилась у ворот СИЗО. Бойцы вылезли из машины чтобы выпустить меня и забрать задержанного. Пока они копались отстёгивая наручники Артёма, подъехал Константиныч. Мы проводил взглядом ссутуленную спину Артёма и первым молчание нарушил Мир.

Ты значительно повлиял на судьбу человека. Получено 15 ОК.

Ты негативно повлиял на судьбу человека. Потеряно 14 ОК.

Это что-то новенькое. Раньше Мир только начислял карму, а за наказание Артёма ещё и списывать начал? И что это значит? После суда он станет худшей версией себя? Хотя, если задуматься то мне начислили на одно очко кармы больше, чем списали, значит пусть и не много, но я изменил жизнь этого жулика к лучшему. Во всяком из случаев я собираюсь думать именно так.

— Гляжу, после вашего разговора задержанный стал совсем другим человеком, — улыбнулся Константиныч пригладил усы. — В буханку грузили злостного поджигателя, а выгрузили сломленного человека… — Он помолчал пару секунд и спросил. — Не желаешь в исправительной колонии поработать? Глядишь, всем уголовникам мозги на место вправишь.

— Ха-ха. Благодарю за предложение, но у вас слишком низкие зарплаты, — улыбнулся я.

Константиныч хохотнул, а я задумался. Уж не одаренный ли он? Бойцы в буханке изменений в Артёме не заметили, хотя ехали вместе с нами в одной машине. А Константиныч бросив беглый взгляд понял что в Артёме что-то изменилось. Неужели он тоже видел крысиную морду с хвостом? Спросить напрямую? Нет. Не буду, даже не хочу выяснять как меня накажет мир. И так живётся не сладко.

Возможно Константиныч просто опытный прокурор, вот и подметил изменения в поведении Артёма. Да, второй вариант нравится мне куда больше, вот только недавняя оговорка про «пожирателя» из головы никак не выходит.

— Ладно, Дим, бывай. — Егор Константинович стиснул мою ладонь. — Иди отсыпайся. Появятся новости, наберу.

— Буду ждать. И спасибо за оперативность.

— Работа такая, — отмахнулся он и зашагал к КПП.

Я посмотрел ему вслед и понял что на такси денег нет, а автобусы ещё не ходят. Придётся идти пешком. Хорошо что до дома отсюда минут двадцать, если идти вдоль Московского проспекта. Я вдохнул свежий воздух и неспеша потопал в сторону дома, думая где бы раздобыть денег и побыстрее. Можно чистить цех от плесени, но на это уйдут недели и мы с Борром подохнем от голода, а значит остаётся только один вариант. Вельвет. Я узнал достаточно для того чтобы прибыль подросла, а чтобы завершить расследование, мне потребуется помощь, одной старой знакомой.

Проспект только просыпался, поливалка ползла вдоль бордюра, смывая с асфальта пыль. Дворники уже во всю мели дворы, а больше никого и не было. Вот только всё изменится через жалкие пару часов и Московский проспект превратится в одну сплошную пробку. Водители начнут щедро делиться друг с другом негативом, который стечёт в низину и сформирует новый нарыв.

Кстати! А что творится у нас в канализации? Там поди от нарывов не продохнуть. Хотя там такая вонища что в любом из случаев дышать не захочешь.

На ходу я написал Тимуру СМС: «Доброе утро. Позвоните Егору Константиновичу. В деле с автосалоном наметились серьезные подвижки».

Когда я добрался домой, то нос к носу столкнулся с Валерой. На удивление он был трезв. Удивлённо он посмотрел на свою отдалённую копию, ведь я тоже был в майке алкоголичке, кивнул мне и отправился покорять город заставлявший его каждый день напиваться до потери пульса.

Войдя в подъезд, я вызвал лифт и поднялся на восьмой этаж. Дважды провернул ключ в замке, и я побрел в сторону кровати, по пути стянув с себя одежду и мысленно поблагодарил Толика за пусть и дрянную, но одежду, а также за спасение мамы.

Едва голова коснулась подушки, я тут же вырубился. Однако даже во сне мне было чем заняться. Мне снилась Дарья, мы гуляли за ручку по набережной, ели мороженое и смеялись над какой-то ерундой.

Плавно набережная растворилась, и мы остались наедине. Даша прижалась ко мне жарким телом повалив на кровать. Она забросила на меня ножку и издала хриплый стон, до дрожи похожий на воронье карканье. От этого я моментально проснулся.

Открыв глаза, я обнаружил, что нежная ножка мне не приснилась. Согнутая в колене, она плотно прижималась ко мне, а её хозяйка лежала рядом. Чёрные волосы разметались по подушке, делая робкую попытку прикрыть обнаженную грудь. На губах девушки играла безмятежная улыбка, а одеяло валялось на полу за ненадобностью.

Первые секунды я лежал не шевелясь и пытался вспомнить вчерашний вечер. Пожар, прокуратура, арест крысюка. Никаких красоток в этой программе не было. Тем более обнаженной Линды.

— Умолкни, коротышка. Твой хозяин вчера чуть руки не лишился и сил уйму потратил, вот я и подлатала его.

— Он мне не хозяин! — взвился Борр. — Вы достали уже! Я вольный дух!

Линда показательно зевнула и отвела взгляд от беснующегося Мухоморыча. Я посмотрел на руку, сжал и разжал кулак, но боли не почувствовал. Размотав повязку, я уставился на предплечье. От рваных укусов остались лишь бледные следы шрамов да торчащие из здоровой кожи нитки швов. Теперь повторный осмотр хирурга отменяется. Из-за запредельной регенерации, на мне точно начнут ставить опыты.

Улыбнувшись, я посмотрел на Линду.

— А ты не желаешь стать моим персональным лекарем?

Линда поднялась с кровати, послышался тихий шелест тончайших перьев поднявшихся прямо из её кожи. Двигаясь словно волна они сложились в подобие домашнего халата, чёрного разумеется. Выглядело это завораживающе, такой наряд ни в одном бутике не купишь.

— С радостью, хозяин, — протянула она томным голосом.

— Я протестую! — заголосил Борр, размахивая шляпой. — Нельзя же так при живом мне! Это моя кормушка!

— Успокойся. Ты и так получаешь очки кармы чуть ли не каждый день, а излишки энергии может забирать Линда.

Судя по скрежету зубов, компромисс Борру не понравился. Я вздохнул и внёс новое предложение:

— Она может забирать излишки, в дни, когда мне требуется лечение.

Линда неспешно подошла ко мне и обняла меня за шею, так, что ее губы почти касались моих.

— А может, мы просто вышвырнем этого карлика, запрёмся в спальне и я стану для тебя единственной? — прошептала она.

— Э-эй! — Борр втиснулся между нами и попытался оттолкнуть Линду, упершись ладошками в ее ногу. С тем же успехом можно толкать фонарный столб. — Я тебе вышвырну, зараза пернатая! Совсем берега попутала?

Линда усмехнулась, покосившись на пыхтящего боровичка, и поправилась:

— Я хотела сказать, стану для тебя единственным духом, с которым ты заключил контракт. — её взгляд скользнул вниз, а на губах заиграла улыбка. — Всё же я могу предложить намного больше чем этот сморчок.

В комнате стало жарковато. Будто температура подскочила градусов на десять за считанные секунды.

— Предложение весьма заманчивое, — признал я, аккуратно снимая ее руки со своей шеи. — Однако Борр спас мне жизнь, а друзей я не предаю. Даже если они страдают чревоугодием и алкоголизмом.

— Во! Слыхала⁈ — Боровичок приосанился и хлопнул себя кулачком в грудь. — Мужское братство не развалить! — он тут же опомнился и покосился на меня. — Саныч, мне показалось или ты только что назвал меня обжорой и алкашом?

— Не очень-то и хотелось, — фыркнула Линда и поправила перьевой воротничок. — Раз уж не удалось выторговать эксклюзивные права, то я согласна лечить по предложенной тобой схеме.

— Отлично. — улыбнулся я. — Тогда давай включим в договор еще пару пунктов, — предложил я, вспомнив собственные размышления о пользе крылатых знакомых. — Во-первых, ты обязуешься ничего не красть из моего жилища.

Линда закатила глаза и в её руке материализовался синенький кристалл который я добыл вчера и не успел ещё открыть.

— Это безделушка валялась на полу. А я… — она замялась пытаясь объяснить свою клептоманию, а потом сдалась и сказала как есть. — Я просто ворона и люблю всё блестящее. И да, если мы заключим контракт, я больше ничего воровать не стану.

— И ложку чайную верни! А то в прошлый раз когда я отвернулся, стащила зараза бессовестная! — потребовал Борр.

Вздохнув она вытянула перед собой руку и в ней материализовалась ложка. Из пустоты мать её так!

— Всем оставаться на своих местах! — потребовал я забрав у Линды кристалл и начал рассматривать её ладонь.

Обычная ладошка, правда вместо кожи нежнейшие перья, но всё же. Как она…

— Дай угадаю, у тебя есть навык межпространственного хранилища? — напрямую спросил я.

— Ого, какая сложная конструкция. — присвистнула Линда швырнув ложку прямо в лоб Борру.

— Ай! Больно же! — возмутился Грибоедов и попытался бросить ложку обратно в Линду, но та за доли секунды превратилась в ворону и отлетела к окну, после чего снова приняла человеческий облик.

— Это просто навык. Называется инвентарь. Если поискать у торговцев, то можно купить монет за тридцать. При условии что будешь торговаться, а если нет, то отдашь не меньше сотни. — пояснила Линда и тут в её руке появилась теннисная ракетка со стразами!

В этот же момент Борр швырнул в Линду ложку целясь ей в лоб, но девушка ловко отбила ложку запустив её в лобешник Мухоморыча. Боровичок плюхнулся на задницу и стал тереть шишку растущую на глазах.

— Давайте без рукоприкладства. — попросил я и вернулся к договору. — Ещё я хочу, чтобы ты делилась со мной информацией о нарывах, если заметишь их во время полёта.

Линда убрала ракетку в инвентарь. Деловито прошлась по комнате, постукивая пальчиком по подбородку и изображая тяжкие раздумья. Спектакль этот предназначался для меня. Набивает себе цену, и сейчас выдвинет встречное условие.

— Хорошо, но в этом из случаев, я хочу здесь жить.

— Да хренас два! — в ярости заголосил Борр. — Я тут живу! Вали отсюда!

Я прикинул перспективы сотрудничества. Лечение? Без него никуда, так как я получаю раны с завидной регулярностью Если добавить сюда воздушную разведку, то Линда и вовсе становится незаменимой. Нарывы разбросаны по всему городу, и пока я отыщу один, топая на своих двоих, Линда облетит половину Воронежа. Ради такого стоит потесниться.

— Хорошо, можешь жить, — согласился я. — Но кормить я тебя не буду, у меня и так один дармоед присосался.

— Кто здесь дармоед⁈ — задохнулся от возмущения Борр, но развить мысль ему не дали.

— В отличие от этого бомжары, я способна сама себя прокормить, — отозвалась Линда, брезгливо показав боровичку язык. — Просто в городе по ночам небезопасно, вот мне и нужно жильё.

Мне тут же вспомнились громадные тени, мелькавшие на фоне луны позапрошлой ночью. Что за жуть охотится на духов? Мне конечно интересно, но сталкиваться с этим ужасом я бы не хотел. По крайней мере не сейчас.

Перед глазами всплыло сообщение:

Согласно условиям контракта вы обязуетесь обеспечить Линду проживанием, а также выдавать излишки энергии в день, когда с её стороны будет осуществлена процедура лечения. Со своей стороны Линда обязуется не воровать, исцелять вас и сообщать об обнаруженных нарывах скверны. Вы согласны с данными условиями? Да/Нет

— Согласен. — кивнул я.

— И я согласна. — отозвалась Линда и улыбнулась увидев новое сообщение Мира.

Объявляю вас мужем и женой:) Контракт заключен.

— Чё там? Чё она лыбится? — спросил Борр, который текста контракта судя по всему не видел.

— Не обращай внимания. — отмахнулся я едва сдерживая улыбку. — Раз уж мы теперь живём под одной крышей, то есть вещь о которой я хотел узнать.

— Духи не могут забеременеть от человека. — выпалила Линда ехидно улыбнувшись.

— Извращенка! — заявил Борр.

— Так, заткнитесь оба и дайте мне договорить. В Вельвете, я видел волчицу. В отличии от Борра, она была вполне осязаема для обычных людей. Как думаете это была одержимая?

— Нет, это Аша, — повела плечиком Линда. — Она такой же дух, как и я. Просто она перевалила за тридцатый уровень и теперь может принимать физическое обличие. Обычные люди видят симпатичную мордашку, а для одарённых она предстаёт в облике волчицы.

— Понятно… — протянул я, переваривая услышанное. — Хотя нихрена не понятно. Как вообще можно отличить одержимого от духа?

— Тю! Тоже мне проблема! Подними восприятие до пятнадцати, а лучше двадцати и система сама тебе подскажет, кто есть кто. — махнул рукой Борр, будто это было очевидно.

— А вот это и правда полезная информация. С меня монетка. — улыбнулся я Борру.

— Поняла⁈ Монетка! Мне, а не тебе! — воскликнул Борр, развернулся и показал Линде задницу, по которой тут же схлопотал пинок и полетел кубарем.

От этой сцены я засмеялся в голос, а когда немного успокоился решил уточнить ещё кое-что.

— На стадионе я видел как дух откармливал позитивный сгусток излишками энергии болельщиков. Отсюда вопрос. Могу я создать такой же сгусток и как-то его подпитывать?

Этот вопрос был для меня чертовски важным. Ведь под домом мамы есть восхитительный подвал, куда течёт негатив формируя нарыв. А если место нарыва займёт позитивный сгусток, то любой негатив будет распыляться на атомы! Глядишь, ещё и здоровье поправлю близким.

— Конечно можешь! — влез Борр поднимаясь с пола. — Прикоснись к сгустку и представь, что золотое свечение перетекает от тебя к нему. Даже ребенок с этим справится!

— Дурак, — закатила глаза Линда. — Так он откатится в уровне, а если очки кармы дойдут до нуля, то и вовсе погибнет.

— Ой… — Борр виновато посмотрел на меня. — Об этом я как-то не подумал.

— Для развития сгустков лучше использовать монеты. Каждая монета даёт одну единицу кармы. А что до твоего вопроса о создании сгустка, то нужен мощный выплеск позитивной энергии.

— В таком из случаев мне срочно нужны деньги, — подытожил я, понимая что устроить праздник для родных и соседей можно без особого труда, были бы хрустящие купюры. А если будут купюры, то будет и нужный мне выброс позитивной энергии.

— Ладно. Пойду добывать гонорар, а вы тут не поубивайте друг друга.

— Ничего не могу обещать. — лучезарно улыбнулась Линда и с разбегу плюхнулась на кровать.

Качая головой я пошел на кухню думая о том что для завершения расследования в Вельвете мне нужно изучить финансовые отчёты ресторана. Достав телефон я набрал номер Игоря Петровича и он тут же поднял трубку, будто только и ждал моего звонка.

— Дмитрий Александрович? — отозвался владелец Вельвета после третьего гудка. — Надеюсь, вы с хорошими новостями?

— Скорее я с просьбой. — произнёс я и услышал тяжелый вздох заказчика, — Мне необходим доступ к бухгалтерской отчетности Вельвета за последний год.

— Хорошо, — согласился Игорь Петрович. — Проверьте почту, я вышлю вам сертификат доступа. Действует он сутки, после чего сертификат будет отозван.

— Этого времени хватит за глаза. Благодарю.

Я положил трубку и задумчиво уставился в потолок. В цифрах я разбираюсь неплохо, годы в банке даром не прошли, вот только перелопатить годовую отчетность ресторана за сутки в одиночку невозможно.

Мне нужен подельник. С которым я разумеется расплачусь бартером. Он поможет разобрать отчётность, а я помогу найти ему работу. Точнее не ему, а ей. Я обещал Маргарите Фёдоровне подыскать новую работу. Можно сказать что уже подыскал.

Я набрал номер Евгения Палыча и услышал весёлый голос.

— Дмитрий Александрович! — пробасил он. — Рад слышать! Как вы и говорили, у нас дела пошли в гору! Да ещё как! Ха-ха-ха!

— Это только начало. Скоро расширите штат и начнёте окучивать другие области.

— Дай бог, дай бог. Но вы ведь звоните не для того чтобы подбодрить меня?

— Разумеется. — улыбнулся я подумав «неужели я стал таким предсказуемым?». — Евгений Палыч, поделитесь пожалуйста номером телефона Маргариты Фёдоровны.

— А зачем вам эта предательница, если не секрет? — полюбопытствовал Евгений Палыч, шурша бумагами в поисках нужного номера.

— Хочу предложить ей работу. Специалист она хороший, вот только друзей выбирать не умеет.

— Да уж… Специалист, — тяжело вздохнул директор и продиктовал номер. — Признаюсь честно, порой жалею что уволил её, но и оставить Маргариту Фёдоровну не мог. Как ей доверять то после такого?

— Понимаю Евгений Павлович. Уничтожить доверие дело пяти секунд, а вот восстановить его чертовски сложно.

В трубке послышался голос молоденькой секретарши, Палыч попрощался со мной и сбросил вызов. Я посмотрел на тетрадку в которой записал номер Маргариты Фёдоровны и задумался. Изначально в моей голове всё выглядело так. Я приглашаю главбуха к себе, мы доблестно изучаем отчётности и вуаля! Работа сделана.

Вот только сейчас на моей кровати развалилась Линда, а Борр недовольно грюкает ящиками на кухне. Скоро в квартире духов будет больше, чем мебели. И ладно бы они были полностью невидимыми, так ведь нет. Ложки тут летают туда сюда, подушка на кровати то и дело взбивается, ящики эти опять-таки, плюс храп Борра. Приведи я сюда главбуха с расшатанными нервами, и заикание ей обеспечено. А значит будем работать дистанционно.

Я набрал номер Маргариты Фёдоровны и стал слушать гудки, которые тянулись так долго, что палец сам пополз к кнопке сброса, но тут в трубке раздалось настороженное:

— Кто это?

— Маргарита Федоровна, доброе утро. Это Дмитрий Караваев. Помните меня? У проходной молокозавода, я еще визитку вам оставил и обещал найти работу.

В трубке охнули, и голос главбуха зазвучал виновато:

— Дмитрий Александрович, здравствуйте. Я… Я собиралась позвонить, честное слово.

— Собирались позвонить, но… — я замолк позволяя ей закончить фразу.

Пару секунд в трубке было тихо, а после она начала сбивчиво оправдываться.

— Да как-то неудобно… И стыдно… Как мне после случившегося людям в глаза смотреть? Я ни одного собеседования не пройду, даже если очень постараюсь.

Понятно, уверенность в себе пробила дно, добралась до нового дна, а после пробила и его.

— Ерунда всё это, — отмахнулся я. — Вы жертва чужой подлости, и стыдиться должен Аркаша, а не вы. Но это не важно. Я звоню чтобы сообщить, что теперь у вас есть работа. А точнее у меня для вас есть тестовое задание. Если справитесь с ним, то работа ваша.

— Работа? Я даже не знаю, справлюсь ли я…

— А вам и не надо знать. За вас знаю я и говорю что вы точно справитесь. А теперь ближе к делу. Если я сброшу вам сертификат доступа к бухгалтерской отчетности ресторана Вельвет, вы сможете подключиться прямо сейчас и изучить данные за последний год?

— Ой… За целый год? Это займёт кучу времени. — Она замялась, что-то прикидывая. — Думаю за неделю управлюсь.

— У нас нет недели. Нужно успеть за двадцать четыре часа. И не переживайте я вам помогу.

— Эм-м-м… Х-хорошо. — робко произнесла она.

— Отличный настрой! Пришлите в СМС электронную почту куда выслать сертификат, а после приступим к работе. В первую очередь ищите несостыковки. Расхождение дебета и кредита, серые схемы обналички и прочие способы обмана владельца предприятия. До связи.

Я сбросил вызов и уже через минуту, отправил ей письмо с сертификатом. Но не успел я отложить телефон, как тот завибрировал. Звонили с незнакомого номера. Я мысленно приготовился послать в эротическое путешествие менеджеров желтого банка предлагающих открыть счёт у них, но услышал знакомый девичий голос:

— Дим, привет. Ты вчера отлично отработал. Напоминаю что вечером у тебя новая смена. Можешь подъезжать к пяти часам, будем обслуживать банкет.

— Оу… Юль, тут такое дело. Меня вчера собака покусала, поэтому я беру больничный. — Я помолчал секунду и понял что делать в Вельвете мне больше нечего, так как я успел узнать всё что мне нужно. — И ты была права, продержался я не долго. Буду увольняться.

— Подожди, как увольняешься? — растерялась Юля.

— Нашел работу получше.

— Понятно… — задумчиво произнесла она. — Надо и мне вакансию на хэдхантер выложить.

Юли попрощалась и сбросила вызов. Жалко девчонку, она выкладывается на полную, а отдача от заведения около нулевая. Ну ничего. Если заказчик прислушается к моим рекомендациям, то будет шанс удержать Юлию и сделать так чтобы она была рада работать в Вельвете. Кстати о заказчике. Я тут же набрал его номер.

— Дмитрий Александрович? — В голосе Игоря Петровича смешались надежда и раздражение. — Что-то еще?

— Да. Мне потребуются кассовые чеки за последний год.

— Чеки? — опешил он. — Если вам нужны бумажные чеки, то их там десятки тысяч. Это огромное количество коробок. Вы уверены что хотите в них копаться?

— Бумажные чеки мне не нужны. Достаточно электронных. Ваши кассы ведь дублируют каждую операцию?

— Хм… Вы правы. Сейчас напишу бухгалтеру, чтобы она вам их переслала.

— Благодарю и обещаю сегодня вас больше не дергать.

— Уж постарайтесь, — буркнул Игорь Петрович и отключился.

Архив с чеками упал на почту через полчаса. Я заварил крепкого чая, положил рядом тетрадку с ручкой и открыл первый файл на ноутбуке. Увидев обилие строк, я страдальчески вздохнул и понял что при всём желании за сегодня не осилю двенадцать месяцев. Стоит изучить хотя бы один.

Я выбрал май. Праздничные дни в нём идут чередой, банкеты сменяются юбилеями, и рестораны вроде Вельвета заполняются гостями до краев. Кухня в такие дни зашивается, официанты гребут чаевые лопатой, а остальной персонал может выносить алкоголь купленный клиентами целыми ящиками и никто ничего не заподозрит.

Когда глаза начали слезиться, а рот раскрылся чтобы зевнуть в сотый раз, я обнаружил первую нестыковку. Девятого мая в ресторане гулял банкет на сорок персон. По чекам прошло сорок горячих блюд и гора закусок, а вот позиций из бара не нашлось вовсе. Сорок трезвенников собрались отметить праздник? Теоретически это возможно, а вот фактически…

Открыл приходно расходный ордер по алкоголю я не увидел ни единой поставки в период с первого по девятое мая включительно. Да, это можно было бы списать на то что поставщики в праздники не работают, однако меня насторожило то что за эти девять дней было аж пять банкетов, и все на сухую.

Дальше пошло веселее. В выгрузке то и дело мелькали отмены. Схема нехитрая: гость расплатился наличными, чек пробит, а спустя час, после закрытия смены, операция отменяется, будто заказа и не было. Деньги при этом растворяются в карманах сотрудников.

Я сверил учётные записи по которым прошли отмены и вышло забавно. Все отмены до единой провёл Максим Леонидович лично. Только за май таких отмен набралось на четыреста тысяч рублей. Судя по тому что рассказывают о Максимке, он ни с кем не делился, да и никто из персонала не знал о подобных масштабах воровства.

Под вечер проснулся Борр, приполз в комнату и минут десять заглядывал мне через плечо, изображая великого сыщика. Цифры боровичка быстро утомили, и он удалился на кухню, бормоча о том, что нормальные существа в это время ужинают, а не пялятся в ноутбук

Я же тем временем откопал третью нестыковку. Судя по накладным, закупки продуктов в начале мая выросли почти вдвое, а выручка подросла на жалкие пять процентов. Продукты со склада уходили исправно, а вот деньги в кассу приходить не спешили.

Потерев слезящиеся глаза я посмотрел на время. Без пяти минут четыре утра. Я наконец то закончил изучение мая и с полученными данными уже было не стыдно идти к заказчику. Однако оставалось узнать что накопал мой стажер. Я набрал Маргариту Фёдоровну и тут же услышал заговорщический шепот:

— Дмитрий Александрович, вы не поверите, что там творится!

— Отчего же не поверю. Отменённые чеки и закупки по завышенным ценам?

— Если бы только это! — прошипела главбух, видимо боялась разбудить мужа и детей спящих поблизости. — Поставки последние полгода идут через фирму «Продрезерв». Зарегистрирована она в декабре, как раз перед приходом нового управляющего, а цены у неё выше рыночных на двадцать, местами и на тридцать процентов. Как думаете на кого зарегистрирована фирма?

— На родственника управляющего?

— Вы совершенно правы! На его жену. — с азартом в голосе сообщила Маргарита Фёдоровна. — Ещё акты списания продуктов оформляют задним числом. Судя по отчётам это делает су-шеф. Плюс ко всему по бару недостача, закупка алкоголя не бьется с продажами примерно на треть. И всё это безобразие подписано главным бухгалтером! Либо она слепая, Дмитрий Александрович, либо в доле.

— Либо и то и другое разом, — подытожил я, дописывая в тетрадку последнюю строчку. — Маргарита Федоровна, считайте, что собеседование вы прошли. Осталась небольшая формальность и работа ваша.

Я сбросил вызов и до восьми утра сидел за ноутбуком формируя отчёт о проделанной работе. Подробно указал кто и как обворовывает заказчика, кто вставляет палки в колёса. Про недовольство Юлии умолчал разумеется. Также дал ряд рекомендаций как всё это исправить, после чего отправил отчёт на почту заказчику, и в восемь ноль одну набрал его номер.

— Игорь Петрович, доброе утро. Расследование завершено, отчет у вас на почте.

— Быстро вы, — удивился владелец Вельвета. — Приезжайте ко мне домой, адрес скину сообщением. Хочу услышать всё из ваших уст, а не ковыряться в писанине пол дня.

Отказываться я не стал. Мало ли, вдруг ещё и покормят?

Телефон пиликнул и я вбил присланный адрес в навигатор. Ого! Особняк Игоря Петровича расположился на берегу водохранилища, неподалёку от центральной набережной. И… И мне пришлось пойти на хитрость. Вышел на смену курьером, взял велосипед, сумку и один единственный заказ, после чего отвёз его в соседний квартал, а после закрыл смену и поехал на набережную.

Да, меня за такие выкрутасы оштрафуют, ну а что поделать? Денег на такси у меня нет, крыльев тоже. Эх, жаль что я не могу как Линда, воспарить над небесами и добраться до места за считанные минуты. Вместо этого я потратил полчаса на то чтобы вспотеть и доехать до места. Велик пристегнул вместе с термосумкой к ограде на набережной, а после пешком пошел в сторону особняка.

По пути моё внимание привлёк парнишка лет пяти. Он торжественно нёс рожок с двумя шариками пломбира, а над ним, лениво покачиваясь в восходящих потоках, кружила упитанная чайка. Дождавшись удобного момента, птица сложила крылья и спикировала, сняв верхний шарик с ювелирной точностью и рванула прочь.

Мальчишка расхохотался и стал тыкать в сторону чайки пальцем пытаясь привлечь внимание мамы. Мамам не привлекалась до тех пор, пока паренёк не выронил последний шарик мороженого. Поднялся вой и мама наконец то отвлеклась от телефона, погрозила улетевшей чайке кулаком и повела сына покупать новое мороженое.

Я же задумался, может ли эта чайка быть таким же духом как Линда? Линда любит блестящее, а чайка любит жрать. Идеальное воплощение для Борра. Он мог бы тоже носиться над городом и воровать еду днями напролёт.

Посмеиваясь я добрался до особняка и понял что Игорь Петрович живёт на широкую ногу. Трехэтажный домяра с панорамными окнами смотрел прямо на воду, а двор за кованым забором выглядел солиднее любого городского сквера. Ровный газон, туи, высаженные по линеечке, даже фонтан имелся.

Я позвонил в звонок и минут через пять ко мне вышел хозяин этого великолепия. На вид лет пятьдесят пять. Седые виски, льняная рубашка навыпуск и опухшие веки, по которым было ясно, что спит он плохо. Заказчик пожал мне руку, скользнул взглядом по моим шлепанцам и я тут же пояснил:

— Жарища на улице, не в туфлях же к вам ехать.

Судя по лицу заказчика, он был с этим согласен, но всё равно возмущён. Видать ожидал что человек берущий пятьсот тысяч за свою работу прилетит на вертолёте, а группа металлика будет стоять в сторонке и играть песочного человека для эпичности.

— Идёмте. — коротко бросил заказчик и мы поднялись на третий этаж, где расположилась открытая терраса с видом на водохранилище.

Между плетёными креслами стоял столик, а на нём графин с водой и пара стаканов. Внизу блестела вода по которой нёсся белоснежный катер, у соседей стрекотала газонокосилка, а внизу проносились машины. Заказчик сел на плетёное кресло, закинул ногу на ногу и заговорил:

— Я пролистал ваш отчет по диагонали. Как говорит мой сын «слишком много букаф, не асилил». — он криво усмехнулся и налил себе воды.

Занятный подход к финансам. Впрочем, не удивительно что его предприятие терпит убытки.

— Не проблема. Я объясню и начну с самого главного. Так уж вышло, что рыба всегда гниёт с головы. Полгода назад вы отменили чаевые и урезали премии кухне.

— Что вы такое несёте? — возмутился было Игорь Петрович, но я поднял руку в примирительном жесте и продолжил.

— Позвольте я закончу рассказ, а после вы будете делать выводы. — заказчик нехотя кивнул и сделал большой глоток воды. — Так вот, следом вы заменили управляющего, выбрав на его роль ушлого надсмотрщика, который только и делает что режет персоналу зарплату по поводу и без. В такой атмосфере работать невозможно. К тому же он подворовывает и весьма не слабо подворовывает.

— Кто? Максим? — нахмурился заказчик.

— Он самый. Со стороны Максим выглядит как эффективный менеджер, а на деле гробовщик с лопатой и закапывает он ваш бизнес. Благодаря принятым решениям нормальные люди в Вельвете не выживают. А те что прижились, просто приняли правила игры и испортились. И да, всё же изучите мой отчёт, найдёте много интересного о халатной работе бухгалтера. Его кстати тоже рекомендую уволить.

Владелец Вельвета был мрачнее тучи. Желваки играли, на лбу выступила вена и начала пульсировать, а уши покраснели. Я в эту же секунду понял что просто не будет и продолжил.

— Теперь перейдём к нюансам…

Я вещал долго и занудно. Достал из рюкзака ноутбук и стал показывать доказательства махинаций. Рассказал всё что знал, делая акцент на том что в большинстве своём персонал не виноват, его таким сделала токсичная атмосфера заведения, а вот управляющего и су-шефа рекомендовал уволить, ведь в их перевоспитание я не верю.

— Как итог всего выше сказанного, гости приходят в заведение, где работает демотивированный персонал. Чувствуют себя людьми второго сорта, ведь в первую очередь обслуживают толстосумов, а после такие гости навсегда покидают ваше заведение. И да, сделайте что-нибудь с Хрякиным. Он ваш ресторан своим блатняком превратил в подобие рюмочной. Сами посудите, разве в элитном заведении играет шансон?

Пока Игорь Петрович слушал, я наблюдал, как вокруг него сгущается тёмная дымка. Обычно скверна стекала вниз и уползала поглубже чтобы сформировать нарыв. В этот раз всё было иначе. Негатив закручивался спиралью и тонкой струйкой втягивался в правый рукав льняной рубашки. Дымка вокруг владельца сгустилась до черноты, спираль закрутилась быстрее, и Игорь Петрович взорвался:

— Это какая-то чушь! Я не стану возвращать чаевые этим уродам! Твари обворовывали меня всё это время! Их нужно оштрафовать всех до единого и выгнать! А потом завести на каждого уголовное дело, чтобы неповадно было!

Струйка негатива стала толще и потекла быстрее в рукав из которого блеснуло что-то похожее на часы…

— Вы совершенно правы. — кивнул я и перевёл разговор на другую тему. — Извините что отвлекаюсь, а это у вас ролексы?

Я указал пальцем на его рукав и всасывание негативной энергии тут же прекратилось. Владелец сбился с гневной мысли и захлопал глазами.

— Какое это имеет к делу?

— О! Вы удивитесь, но самое прямое. Позвольте я взгляну на часы и всё объясню?

Игорь Петрович посмотрел на меня как на сумасшедшего, и нехотя приподнял рукав. Мир тут же сообщил:

Обнаружен осквернённый предмет.

О Мир, сколько же открытий чудных, ты преподносишь мне каждый день. На запястье Игоря Петровича красовались часы у которых вместо циферблата была распахнутая пасть с кривыми желтоватыми зубами. В месте где часы касались кожи своего хозяина, виднелись алые жгуты проникающие в плоть.

— Это подарок от бывшей жены. — пояснил Игорь Петрович, хотя я его об этом не спрашивал.

— Разрешите, посмотрю поближе? — спросил я и протянул руку, в надежде что мне дадут подержать этот чудо предмет.

В ту же секунду пасть на часах распахнулась особенно широко, алые жгуты проникающие в предплечье Игоря Петровича начали сокращаться, и он тут же отдёрнул руку, а капилляры в его глазах лопнули.

— Знаете что? Вы сплошное разочарование. — с нескрываемым презрением выдавил он из себя. — Я надеялся что вы поможете выправить положение. Но нет. Вы пришли в мой дом. И обвинили во всех бедах меня!

— Я лишь излагаю факты. А как их воспринимать, решает заказчик.

Равнодушно ответил я, поняв что поведением Игоря Петровича сейчас управляют часы. Поэтому я стал тянуть время и активировал переливание.

Выберите сущность для переливания.

Ниже высветились две строчки: «Боровичок Борр» и «Линда». Борру карма и без того капает стабильно, а вот Линда этой ночью привела в порядок мою руку. Не буду нарушать условия контракта и отправлю карму ей.

Черная дымка клубящаяся вокруг часов и Игоря Петровича сменила направление и потекла в мою ладонь. Пасть заскрежетала зубами и попыталась захлопнуться, но скверна просачивалась сквозь её кривые зубы и тонкими нитями текла ко мне. Игорь Петрович этой борьбы не видел и продолжал распаляться:

— За подобную работу я платить не собираюсь, — процедил он сквозь зубы. — Сегодня же свяжусь с юристами и велю расторгнуть наше соглашение в одностороннем порядке. А после разгоню к чёртовой матери весь персонал и найду нормального управляющего который отстроит всё с нуля.

— Как вам будет угодно, — покладисто кивнул я и покосился на графин. — Можно водички попить? Жара сегодня просто невыносимая.

Не дожидаясь ответа, я наполнил стакан и принялся цедить воду мелкими глотками, продолжая откачивать скверну. Спешить мне некуда, тем более что пасть на часах уже не скрежетала, а жалобно постукивала начавшими крошиться зубами. Владелец сверлил меня тяжелым взглядом, я же изображал умиротворение и любовался водохранилищем. Красота ведь! Водичка, лодки, и вот это всё. А когда стакан опустел, я невозмутимо налил второй.

— Вы издеваетесь⁈ — Рявкнул Игорь Петрович и вскочил с кресла. — Допивайте проклятую воду и выметайтесь отсюда!

В эту же секунду черная нить оборвалась. Последние зубы из пасти на часах раскрошились, а после осыпались золотыми искрами, оставив на запястье владельца обычный циферблат со стрелками.

Вы очистили оскверненный предмет. Получено 7 ОК.

Поставив стакан на стол, я развернул окно статуса и едва сдержал улыбку. До нового уровня мне оставалось всего две единички кармы. Глядишь, вечером сделаю ещё одно доброе дело, и пятый уровень в кармане.

— Благодарю за гостеприимство. — произнёс я и направляясь к лестнице бросил через плечо. — Игорь Петрович, всё же изучите отчёт который я прислал. Узнаете много нового.

Хозяин дома пожелал мне сходить в пешее эротическое, я же не стал его злить больше необходимого. Вышел на палящее солнце и побрёл в сторону набережной, где припарковал свой двухколёсный транспорт.

Остаётся только ждать. Скверна из часов ушла, а вместе с ней потихоньку выветрится помутнение рассудка. А потом… Потом возможны два варианта. Либо Игорь Петрович придет в себя, перечитает мой отчет на свежую голову и заплатит мне за работу. Либо придётся требовать компенсацию через суд. Я свою работу сделал, и сделал её хорошо, а значит заслуживаю получить немного чеканных монет.

Я шел вдоль набережной, поглядывая на блестящую водную гладь. Метрах в ста от берега ревел гидроцикл. За рулем восседал парень в оранжевом спасжилете. Очевидно он решил повыпендриваться перед девушкой сидящей за его спиной и до упора выкрутил газ.

Гидроцикл взревел, прыгнул вперед, и девушка, взмахнув руками, улетела за корму, подняв фонтан брызг. Вынырнула она секунды через три, жилет держал её на плаву, а вот тушь не удержалась и расплылась по щекам живописными разводами.

— Козлина-а-а! — заголосила потеряшка, но парень её не слышал и гнал дальше, то ли поняв что ему уже ничего не светит, то ли банально не ощутив что она слетела.

Я остановился у края набережной и раздумывал, стоит ли нырнуть и вытащить её на берег? Однако всё разрешилось и без моего вмешательства. Подъехал белоснежный катер который я видел ранее и помог даме выбраться из воды.

Ну и славно. Значит мне не придётся нырять в эту бурую жижу. Никогда не понимал тех кто купается в водохранилище, в луже и той вода чище. Я отстегнул от ограды велик с термосумкой и покатил в сторону Северного района.

Обратная дорога далась тяжелее, солнце поднялось выше и жарило по макушке так, будто хотело прожечь меня насквозь. Пришлось остановиться, снять футболку и повязать её на голову, чтобы не схлопотать солнечный удар. Сверкая пузом я с горем пополам добрался до склада на Владимира Невского и сдал вверенные мне велосипед и сумку.

Мне попытались выписать штраф, но я сослался на то что разбил телефон и по пути заехал сдал его в ремонт. Вот и не смог принять новые заказы. Кирилл просверлил меня прищуренными глазами и махнул рукой сказав что всякое бывает.

Со склада я вышел налегке и побрел домой. Пиликнуло СМС и за один доставленный заказ мне начислили девяносто шесть рублей. Что тут скажешь? В пору свататься к Ким Кардашьян, ведь я завидный жених!

Кроме этих копеек денег нет, но как велел незабвенный политик, я держусь. Хвала Миру что у меня есть идея как превратить эти девяносто шесть рублей в… Не знаю. Во что-то большее.

По пути я заскочил в магнит и купил буханку хлеба, на большее денег не хватило. Быстренько добежав домой я заскочил в квартиру и двинул на кухню, где в выдвинутом ящике лежал Борр закинув руку за голову. Мухоморыч цедил грибовуху через трубочку и смотрел на фотообои кухни. Там как раз был нарисован морской берег. Не дух, а отпускник, ей богу.

— Грибоедов, ты готов стать миллионером? — начал я, усаживаясь на табурет.

— Я готов пожрать. — буркнул он.

— Я тоже, вот только денег у нас с тобой нет. — я цокнул языком. — С сегодняшнего дня мы будем голодать.

Трубочка выпала изо рта Мухоморыча. Пару секунд Борр смотрел на меня, ожидая, что я рассмеюсь и признаюсь затянувшуюся шутку неудачной, но я этого не сделал. Боровичок вскочил на ноги и заголосил:

— Отставить голодовку! Я на такое не подписывался! Нужно срочно заработать денег и купить мне еды!

— Полностью с тобой согласен. — улыбнулся я радуясь его энтузиазму. — В таком случае вот тебе буханка хлеба.

Я подтолкнул буханку Мухоморычу и тот с выпученными глазами уставился на неё.

— А колбаска? Или хотя бы маслице? Я чё, одним хлебом давиться должен?

— Нет друг мой. Ты его вообще есть не будешь. Помнишь ты говорил что можешь для меня выращивать грибы? Ну вот. Настало твоё время. Будешь выращивать, а я продавать. Так и заработаем тебе на колбаску с маслицем.

— Готово! — гордо доложил Борр и протянул мне урожай.

Я принял грибную гроздь и прикинул вес. По ощущениям выходило килограмма два с половиной. Взял нож и срезал грибы с буханки, а после взвесил их. Полтора кило с копейками. Не плохо.

Следом я полез в телефон изучать цены. Я оказался прав. На местном рынке Шиитаке продают по полторы тысячи за килограмм, а значит одна буханка хлеба способна приносить двадцатикратную прибыль! Причём, практически мгновенно. Урожай отправился в пакет, пакет в рюкзак, а я на рынок расположившийся на кольце возле храма, он ближе всего.

Рынок в Северном небольшой, штук шестьдесят ларьков с лотками, два фонтана и на этом всё. Я прошелся вдоль рядов и остановился у ларька где всегда покупал фрукты. Продавщица со скучающим видом выслушала моё предложение и честно сказала:

— Парень, да мне так то пофиг. Я наёмный работник. Закупками не занимаюсь, да и не хочу если честно. Поищи удачу в другом месте.

Так я и поступил. Пройдя три прилавка я собирался сделать точно такое же предложение продавцу, но заметил что сбоку от ларька идёт пересчёт наличности. Пухлая женщина шустро отсчитывала купюры то и дело слюнявя палец. Перебросились парой фраз и я передал её пакет. Женщина вытащила грибы и помяла шляпку, после чего надломила ножку и принюхалась.

— Свежак, — признала она. — Где брал?

— Сам выращиваю. Дома, на балконе. Грибы чистые, безо всякой химии и паразитов.

— На балконе, — хмыкнула торговка, изучая меня от макушки до шлепанцев. — Ну допустим. И почём отдашь?

— По тысяче за кило.

— Ха! По тысяче я и у оптовиков возьму, со всеми документами и в красивой коробочке. Дам пятьсот, и то только из уважения к твоей наглости.

Следующие пять минут мы торговались до хрипоты. Я давил на свежесть и отсутствие посредников, она на риски и отсутствие документов. В итоге мы сошлись на семистах рублях за килограмм. Полтора кило шиитаке перекочевали на весы, а мне в ладонь легли тысяча пятьдесят рублей.

— Вырастишь ещё, приноси, — бросила тетка мне вслед, пряча товар под прилавок.

Окрыленный первой выручкой, я двинул снова в магнит. Там взял тележку и направился к хлебному стеллажу, где принялся без разбора сгребать самые дешевые буханки по шестьдесят рублей. Наличности хватило на семнадцать штук, и выглядела моя тележка так, будто я собрался производить сухарики, а заодно вытеснить Кириешки с рынка.

Кассирша пробивала буханку за буханкой и посматривала на меня с возрастающим интересом. На двенадцатой она не выдержала:

— Мужчина, а вы не боитесь, что хлеб зачерствеет?

— Не успеет, — заверил я, передавая ей наличку. — Семья у меня большая, и состоит преимущественно из голубей.

Кассирша расхохоталась, а я забрал пакеты с хлебом и пыхтя поплёлся домой. Спустя десять минут я вывалил добычу на кухонный стол. Борр высунулся из ящика, оглядел батоны и страдальчески вздохнул:

— Опять работа! А когда мы уже жрать-то будем⁈

— Вечером. — пообещал я.

Борр для приличия поворчал, а после взялся за дело. Зеленоватое свечение перескакивало с буханки на буханку, и кухня начала наполняться грибным ароматом. Я выхватывал заросшие грибами буханки, обрезал Шиитаке и отправлял их в пакет.

Спустя час на столе лежало около двадцати пяти килограммов свежайших грибов. Борр к этому моменту начал нудеть больше обычного требуя еду. Понимаю, голодом морить не собираюсь, а значит в путь!

Рассовав добычу по пакетам, я поволок это богатство обратно на рынок. Двадцать пять кило оттянули руки уже на выходе из подъезда, так что до места я добрался мокрый и слегка злой. Зато с четким пониманием, что в грузчики мне пока рановато, нужно ещё силу прокачать.

Хозяйка ларька уже собиралась уезжать когда я нагрянул. Заметив меня её брови поползли вверх. Я водрузил пакеты на прилавок, она заглянула внутрь и присвистнула.

— Быстро же грибы растут на балконах.

— Ещё как. — ухмыльнулся я.

— Ладно, давай на весы это добро.

Взвесив нажитое непосильным трудом, тётка кивнула и начала отсчитывать наличку.

— Держи, тут семнадцать пятьсот. Развезу по точкам, у меня их шесть по городу. А ты оставь свой номер телефона. Как всё распродам, позвоню.

Продиктовав номер, я забрал стопку купюр и с чувством глубокого удовлетворения зашагал в сторону зелёного банка расположившегося на кольце. Закинул наличку на карту, а после пошел домой, на ходу формируя заказ из двухсот пятьдесят буханок самого дешевого хлеба. Покупать его пришлось в семи разных магазинах, но мне то какая разница? На себе это добро не тащить.

Заказ сформировался, а после оплаты на карте даже остались деньги на ужин. Борр будет доволен.

Через час я уже был дома и принимал бесконечные пакеты хлеба! Забавно, но на лестнице было шесть индусов и один русский. Джимми Джимми снова никто не пел. Позор вам индусы! Могли хотя бы красные точки на лоб намалевать и тюрбаны надеть, тогда бы чаевые точно получили. Русский же смотрел на меня как на умалишенного и поинтересовался:

— Извините что лезу не в своё дело, но на кой-чёрт вам столько хлеба?

— Как это? На зону отправлю. Нужно же ребятам из чего-то чётки делать. — улыбнулся я и закрыл перед носом курьера дверь.

Надеюсь он подумает что я говорю серьёзно и будет рассказывать всем друзьям и знакомым о организации массового производства чёток.

— Козлятушки! Ребятушки! Ваша мать пришла, хлебушка принесла! Ха-ха-ха! — захохотал я входя на кухню.

— Да ну нахрен! Я пожалуй в лес вернусь! — выругался боровичок и попытался выпрыгнуть в форточку.

Я поймал его за штаны и втащил обратно. Одарив меня злобным взглядом, Борр вздохнул и пошел выращивать грибы. Жилище на глазах превращалось в овощебазу, Грибоедов работал без остановки, но на сотой буханке рухнул на пол, раскинув ручки в стороны.

— Всё, больше не могу, — просипел он. — Когда будете меня хоронить, полейте подливкой от бефстроганова.

Я оглядел плоды нашего труда… Ну да, нашего. А как иначе? Я как эффективный менеджер сделал основную часть, а именно контролировал производство выпив три кружки чая! Думаете мне легко было? Ладно, дальше то придётся всё это добро продавать… Вопрос только кому? Из сотни буханок мы получили порядка ста пятидесяти килограммов Шишуляк. Такую партию рассовать по рынкам будет не просто. Как хорошо что я знаю одного чудо продавца сидящего без работы!

Достав телефон я набрал номер Дарьи.

— Дим, привет! — обрадовалась девушка. — Соскучился?

— Ещё как. — улыбнулся я. — А ещё звоню тебе чтобы предложить работу.

— Ого! И чем придется заниматься?

— Один мой друг начал выращивать грибы. В основном шиитаке, но если нужно то и другие может вырастить. В общем, объёмы производства растут, а вот продавать он не умеет. Нужен человек, готовый заняться сбытом. Зарплата неофициальная, в размере двадцати процентов от дохода.

— Знаешь, обычно я бы от такого предложения отказалась. Но сейчас скрываясь от полоумного управляющего, я только рада серой зарплате. — весело произнесла Даша, и в ее голосе прорезались деловые нотки. — Сколько грибов есть в наличии?

— Имеется партия в сто пятьдесят килограммов, а в течение суток подоспеет еще килограммов двести.

Даша присвистнула так звонко, что я отодвинул трубку от уха.

— Неслабо! Чтобы продать такой объём по хорошей цене нужно выходить на рестораны. Но если твой друг готов сбросить ценник, то я могу рассовать этот объём по рынкам, магазинам и оптовым базам.

— Юр! Ты как? Готов цену уронить? — сделал я вид что спрашиваю у невидимого друга, помолчал пару секунд и продолжил. — Да, Даш, продавай всё так дорого как сможешь. А если не выйдет, тогда уже скидывай в магазины, рынки и оптовки. Пробники нужны?

— Нет конечно, я же не стану кататься по городу с ними, — отрезала Дарья. — Сперва займусь обзвоном ресторанов, а там посмотрим. Перезвоню, как появятся новости. Целую…

Бросив последнюю фразу в трубке послышалось неловкое молчание, сменившееся гудками. И в ту же секунду начал нудеть Борр:

— Ну чё с едой то⁈ Будут меня кормить гамбургерами или обещаниями?

Молча я направился в свою комнату. Линды на кровати уже не было. Видать, улетела собирать блестяшки по городу. Подойдя к кровати я приподнял матрас и забрал спрятанную монету номиналом в одиннадцать единиц. Розовые часики со стразами тоже были на месте и терпеливо дожидались встречи с Жабычем.

Вернувшись на кухню, я положил монету на ладонь и провёл по ней пальцем представив как от неё отделяется единичка. На удивление всё получилось. Вот действительно Мир создаёт интуитивно понятный интерфейс для каждого.

Взяв монетку номиналом в 1 МК, бросил её Борру. Кругляш он поймал на лету, причём поймал его зубами и тут же раскусил. Монета рассыпалась золотистыми искрами, по телу духа прокатилась волна света, и он вскочил на ноги, сияя как новогодняя гирлянда.

— Вот это я понимаю! Это куда лучше вашей паршивой еды, — Борр погладил себя по пузу. — Гони ещё монетку и я тебе весь дом завалю этими шишуляками.

— Пока Даша не вернётся с новостями, останавливаем производство, и идём в цех бороться с плесенью.

— Опять? — недовольно спросил боровичок.

— Не ной. Я буду подкармливать тебя монетами, когда выдохнешься.

— Сразу бы так сказал! Всё, я помчал, а ты догоняй! — воскликнул Борр и исчез провалившись прямо под вздувшийся линолеум.

К моменту когда я пешком добрался до четвёртого бокса, Борр уже валялся на чистом кафеле и надрывно дышал.

— Требую чтобы профсоюз боровичков боролся за мои права, — прохрипел он и повернул голову на бок высунув язык.

Сделал вид что помер. Я окинул цех взглядом и понял что без дела Борр и правда не сидел. За раз очистил около тридцати квадратных метров. Весьма неплохо. Я скормил боровичку новую монету, он взбодрился и рванул к дальней стене, чтобы прижать ладошку к чёрному шву.

Я же перевернул ящик, уселся на него и достал из кармана синий кристалл. Добыча из двора прокуратуры приятно холодила пальцы и переливалась в свете ламп. Красивый камешек! Жаль только, что содержимое может оказаться полным хламом.

Я сжал кристалл в кулаке, внешняя оболочка лопнула растаяв золотистыми искрами, и перед глазами всплыло описание:

Кристалл навыка «Морозная поступь».

Редкость: Редкий.

Макс. уровней: 32.

Описание: при активации навыка земля под вашими ногами замерзает в определенном радиусе.

Морозная поступь? Звучит отлично! Куплю красную шапку и накладную бороду., а после пойду по домам поздравлять всех с новым годом. А если серьёзно, то этот навык может оказаться весьма полезным в бою. Не раздумывая я раздавил кристалл.

Вы изучили навык «Морозная поступь».

Что ж, а теперь проверим как он работает. Я поднялся с ящика и активировал навык сделав шаг вперёд. По ступням пробежал холодок, серая плитка вокруг меня захрустела и подернулась белёсой коркой. Ледяной круг расползся метра на два во все стороны и замер. Я осторожно переступил с ноги на ногу и расплылся в улыбке.

Не знаю почему, но мои ноги не скользили по сформировавшейся ледяной корке. Видимо навык на меня не влияет. И это круто! Теперь зимой мне не придётся материть коммунальщиков неуспевающих посыпать тротуары. Теперь я сам себе коммунальщик и не упаду даже на самом скользком льду! Однако мою радость омрачил Борр, увидевший что я изучил навык.

— Ты чего творишь⁈ — донеслось от дальней стены. Борр всмотрелся в ледяной круг, и глаза его полезли на лоб. — Зачем ты выучил этот мусор⁈ Мы ведь могли его Жабычу сбагрить! Монет сорок как пить дать выторговали бы, а с твоим подвешенным языком и все шестьдесят!

— Сам ты мусор, — отозвался я, любуясь инеем на плитке. — Это редкий навык, между прочим, глупо такими разбрасываться. Сам подумай, нападёт на нас жаба, а я приморожу её лапы к земле и всё. Мы стобой в безопасности.

— Сорок монет… — трагическим шепотом выдал Борр, обращаясь то ли ко мне, то ли к мирозданию. — Сорок монет коту под хвост…

— Не ной. Заработаем еще. — отмахнулся я. — продолжай зачистку от плесени, нечего прохлаждаться.

— Прохлаждаешься тут только ты, снеговик чёртов. — фыркнул боровичок и пошел работать.

Борр каждые десять минут падал без сил, получал новую монетку, вскакивал и нёсся обратабывать стены.

Пока он трудился, я вертел в пальцах похудевшую монету и раздумывал. Изначально я собирался приберечь кругляши для позитивного сгустка, которым планировал заменить нарыв в подвале маминого дома. Вот только сгустка у меня нет, а для его создания нужен мощный выплеск позитивной энергии.

Праздник для родных и соседей подошел бы идеально, но без кучи налички его не устроить. Получается замкнутый круг: монеты без сгустка бесполезны, а сгусток без монет может быстро угаснуть. Значит, пускаем монетки в дело. Вкладываем их в Борра и получаем от Стаса четыреста тысяч. Часть суммы уходит на праздник, а уже готовый сгусток откармливаем новыми монетами, которые я добуду позднее.

Спустя два часа Борр лежал на полу морской звездой и смотрел в потолок стеклянными глазами. За сегодняшний заход он одолел около четырехсот квадратов, А в сумме уже очистили почти половину цеха. Эх, ещё бы пятнадцать монеток и можно было бы сдать работу Стасу, хоть сегодня. Нужно срочно раздобыть новые монетки. А для этого придётся ночью поохотиться на мелкую нечисть.

Достав телефон, я набрал Стаса. Тот поднял трубку, и на заднем плане послышался чей-то оправдывающийся голос.

— Дмитрий? Слушаю.

— Стас, здравствуйте. Докладываю. Половину цеха уже очистили. Если не возникнет непредвиденных сложностей, то на этой неделе закончим.

— Погоди, — опешил он. — Ты же говорил, что уйдёт дней десять, а то двадцать!

— Говорил, — согласился я. — Но потом привлёк к работе пару знакомых, и дело пошло куда шустрее.

— Вот это я понимаю! — обрадовался Стас. — А то платишь людям фиксу за объём выполненных работ, а они сопли жуют месяцами. Ты же совсем другое дело. Понимаешь что время деньги. Молоде! Как закончишь, сразу набирай. Приеду принимать объект и деньги привезу.

— Договорились. До связи.

Я убрал телефон и повернулся к Борру. Тот уже отлип от пола и сидел, привалившись спиной к чистому участку стены.

— Домой идём, нет? — прохрипел он.

— Идём, идём. Даже в маке закажу твой любимы бигспешел.

— С молочным коктельчиком? — с надеждой в голосе спросил Борр.

— С коктельчиком. — улыбнулся я, а боровичок вскинул руку вверх и провалился под землю не желая топать ногами.

Я же запер цех и пошел пешком обратно, чувствуя что скоро у меня будут ноги как у Усейна Болта. Вспомнив шутку охранника на парковке больницы невольно улыбнулся и заскочил в Макдоналдс. Взял два гамбургера с картошкой и молочными коктейлями и пару порций наггетсов. Пришло СМС от банка заставившее всплакнуть, ведь на карте осталось шестьсот рублей.

Вернувшись домой, я вызвал лифт, вошел в кабине, но не успела дверь закрыться как внутрь вошла соседка с девятого этажа. Мы молча доехали до восьмого и как только дверь открылась я услышал что мелкий обжора лупит ложкой по столу в ожидании ужина.

— Да сколько можно делать этот чёртов ремонт? Нет покоя ни днём ни ночью. — возмутилась соседка.

— Вы правы. Совсем не соблюдают законодательство. — поддержал её я и побрёл к квартире.

Быстро заскочив на кухню, я бросил в оголодавшего духа половиной еды, вторую с аппетитом схомячил сам. Причём к моменту когда я допивал молочный коктейль, Борр уже мирно посапывал в нижнем ящике гарнитура. Уработался, бедолага. Ну ничего, когда мы очистим цех, пятьдесят тысяч премиальных живо вылечат его трудовые мозоли и приделают четвёртый подбородок.

Прибравшись на кухне, я прошел в свою комнату и улыбнулся. Чтобы развить переливание, мне нужно использовать этот навык либо на нарыве, либо на осквернённых тварях, с морозной поступью всё гораздо проще.

— Нужно прокачиваться, пока есть такая возможность, — произнёс я активируя навык.

Холодок прокатился по ступням и пол моментально покрылся инеем. Я полюбовался домашним катком секунд десять, а потом до меня дошла вся глубина собственной гениальности. Лёд ведь растает. Прямо здесь, посреди комнаты, оставив порядочную лужу. Следующим этапом будет затопление соседей вплоть до первого этажа.

Здравствуйте, я ваш сосед сверху. На полставки подрабатываю морозильной камерой и замораживаю полы. Что говорите? Затопил вас? Да, конечно я оплачу ремонт… Вот только я ничего не оплачу. Я нищий.

Пока я соображал, чем собирать воду от тающего на глазах инея, в распахнутую форточку влетела черная тень. Линда приняла человеческую форму прямо в полете и приземлилась на подоконник. Она помахала мне ручкой и с любопытством оглядела заиндевевший пол.

— Переиграл в мортал комбат за сабзиро? — поинтересовалась она.

— Ха! Нет, — хохотнул я, — Пытаюсь развить новый навык. — я вытащил из шкафа старый полотенец и стал собирать воду с пола. — Понимаешь, мне срочно нужны монеты. А для этого хочу заняться истреблением нечисти. Желательно мелкой. С крупной я не справлюсь.

— Хорошее дело, — одобрила Линда, устраиваясь на подоконнике поудобнее. — Я даже знаю, куда тебе стоит наведаться.

— Вот как? — приподняв брови спросил я. — Просвети меня.

— В районе Птичьего рынка открылся нарыв вокруг которого шныряет одна мелочёвка. Нарыв свежий, поэтому никакой жути там точно не встретишь.

— Предложение весьма занятное, — признал я, прикинув расклад. — Вот только идти туда одному мне очень не хочется. — я подмигнул ей делая недвусмысленный намёк.

— И ты хочешь чтобы я пошла с тобой?

— А как иначе? Прогулка под луной если и должна быть в жизни мужчины, то обязательно в ней должна присутствовать обольстительная девушка.

— Ох и льстец. — Линда склонила голову набок, улыбнувшись одними уголками губ. — Я составлю тебе компанию, но только при условии что ты отдашь мне часть заработанного.

— И сколько же ты хочешь? — прищурился я, ожидая подвоха.

— Ну, всего ничего, — она невинно захлопала ресницами. — Восемьдесят процентов от заработанных монет.

— Ха-ха! Смешнее шутки в жизни не слыхивал, — рассмеялся я. — Но максимум который я могу тебе предложить это четверть, и ни монеткой больше.

— Знаешь, а Борр прав. Ты тот ещё жмот. — наигранно возмутилась она.

— Твои женские штучки на мне не сработают.

— В таком из случаев я согласна. — не став продолжать торги согласилась Линда. — Но если выпадет жемчужина или кристалл, я буду иметь на них такое же право, как и ты. А кому достанутся, решим в камень-ножницы-бумага.

— Договорились, — усмехнулся я, представив, как мы с вороной зависаем над свежим лутом и выбрасываем пальцы.

Скрепив сделку рукопожатием, я отправился на кухню и заварил нам с Линдой кофе. Когда я вернулся в комнату, Линда так и сидела на подоконнике, смотря в окно. Одну кружку я протянул ей, вторую оставил себе и пристроился рядом.

— А ты всегда была духом? — полюбопытствовал я, отхлебнув кофе.

Линда посмотрела куда-то вдаль, поверх крыш, и на ее губах появилась грустноватая улыбка.

— Ни один дух не знает ответа на этот вопрос.

— Хм. А я почему-то думал, что с превращением в духа связана какая-нибудь трагичная история. Как у одержимых.

— К сожалению нет, — покачала головой Линда. — Дух просто осознает себя уже взрослым. Стоишь посреди мира, всё понимаешь и умеешь, а что было раньше, вспомнить не можешь. Ни друзей, ни родни и только одна задача в голове: выжить.

— Звучит мрачновато.

— А как иначе? Мир мрачное место, — Линда отхлебнула кофе и добавила. — И истории его не менее мрачны.

— А ты весьма пессимистична.

— Может быть, — пожала она плечами и поставила кружку на подоконник. — Ладно, отдыхай. Как стемнеет, прилечу за тобой.

Линда соскользнула с подоконника, обернулась вороной и выпорхнула в форточку. Я проводил птицу взглядом, допил кофе и задумался о её словах. Мрачное место значит? Когда видишь сообщения от мира, так и не скажешь.

Со стороны он мне кажется Евгением Вагановичем Петросяном. Не с каждой его шутки будешь смеяться, но занудой его не назовёшь. А может Мир так проявляет себя лишь по отношению ко мне? Не зря ведь он подстраивается под одарённых чтобы говорить с ними на одном языке? Ладно, это бесполезные размышления. Нужно идти тренироваться.

Сперва я хотел пойти в ванную, но вспомнил о том что там мокрая плитка с мокрыми швами. Использую морозную поступь и плитка пойдет трещинами, а то и вовсе осыплется. Как и говорил ранее, ремонт делать я не планирую. Да, в цеху я использовал морозную поступь без проблем, но там то плитка была сухая, после обработки Борра. А в ванной я недавно купался. Значит нужен полигон попроще.

Прихватив рюкзак с тяпкой, я вышел из дома. Вечер выдался душным, от асфальта тянуло дневным жаром, воздух был пыльный. Зато по соседству имелся Северный лес, куда я и направился. Пахло хвоей и смолой, белки скакали по веткам, а ещё собачники сновали туда сюда. Пришлось свернуть с основной тропинки, и уйти подальше, за электростанцию. Там был более глухой лес, куда мало кто заглядывал.

Я без труда отыскал полянку поровнее и огляделся по сторонам. Никого.

— Ну и славно. — облегчённо вздохнув я активировал морозную поступь.

Трава вокруг меня захрустела и поседела от инея. Красота! Июль на дворе, а у меня персональная зима в отдельно взятом радиусе. Не знаю как именно прокачивается уровень навыка, поэтому буду активировать навык на десяток секунд, после отключать его и снова активировать пока меня не покинут силы. А ещё нужно… краем глаза я заметил что куст справа от меня зашевелился.

Ветки затрещали, изогнулись, и из зелени поднялась фигура сгорбленного деда. Борода из седого мха свисала до пояса, а из плеч торчали сучки. Глаза деда светились болотной зеленью.

— Тьфу ты! Ну ты! Припёрси одаренный! — проскрипел дед, тряся корявым пальцем. — Хотя какой ты одарённый? Ты альтернативно одаренный! Топай отседова!

Рука сама метнулась за спину и выдернула из рюкзака тяпку. Занеся орудие над головой, я на всякий случай отступил на шаг и спросил:

— Ты леший?

Дед приосанился, огладил моховую бороду и выдал нараспев:

— Я дед Диадох, зимой не сдох, а из-за тебя совсем стал плох. На морде мох, на жопе мох, хорошо хоть без блох. Хо-хи-хо-хи!

Старичок захохотал, а я медленно опустил тяпку, так как угрозы от деда не исходило.

— Понятно, ты дух. — кивнул я убирая тяпку в рюкзак.

— Я духом был, когда еще леса не было. А как лес появился, так я тут и случился. Кручусь, верчусь, на человеков злюсь. Деревья рубять! Природу губять!

— Всё, не шуми. Я деревья не гублю. Вон, траву немного поморозил, но она и так сухой была. — отмахнулся я. — Слушай, а ты Борра знаешь?

— Борр боровичок, от горшка вершок, — оживился дед. — Через забор скакануть могёт, да вот бы ему зашить рот. Как не в себя жрет, пузатый проглот.

— В точку! — рассмеялся я и осмотрелся вокруг. — Ладно, мне тренироваться надо. Подскажи, где я тебе мешать не буду?

Диадох развернулся и махнул корявой рукой в глубину чащи.

— Там бурелом, в лесу глухом. Туда ступай, греться мне не мешай.

Леший буркнул себе под нос ещё что-то рифмованное и снова превратился в куст раскинув ветви в стороны. Я же махнул рукой старику на прощание и отправился к бурелому.

Поваленные стволы громоздились друг на друга, а тропинок поблизости не наблюдалось. Я выбрал пятачок поровнее и приступил к тренировке. Активация за активацией, с короткими паузами, чтобы иней успевал сойти. С каждым использованием внутри появлялось ощущение истощения. Но не физического. Скорее морального. Так же у меня бывало когда приходилось делать бесполезную монотонную работу выпивающую все силы.

Спустя час перед глазами всплыло долгожданное:

Навык «Морозная поступь» достиг 2 уровня.

Радиус заморозки увеличен на 0,5 метра.

— Неплохо. Если докачаю навык до тридцать второго уровня, радиус вырастет до семнадцати с половиной метров. А это тридцать пять метров в поперечнике! Хорошо, что я не продал этот навык.

Окрыленный успехом, я продолжил морозить несчастную поляну. Третий уровень дался тяжелее. Небо над буреломом успело потускнеть, и только когда между стволами сгустились сумерки, Мир расщедрился на новое сообщение. Радиус подрос еще на полметра, а вот я, ели стоял на ногах. Хотелось лечь и просто лежать ничего не делая.

Как я понимаю на продолжительность использования морозной поступи влияет дух. Тут же Мир сообщил:

Верно понимаешь.

Ага, спасибо за своевременную помощь. Значит будем качать дух. Хотя стоит ли? Если поддерживать навык непрерывно, то я могу делать это аж пять минут к ряду. Как по мне, так этого более чем достаточно.

Не спеша я вернулся домой, ополоснулся под душем и переоделся в чистое. Правда натянуть футболку не успел. В форточку влетела чёрная тень и обернулась Линдой.

— Готов? — она окинула меня оценивающим взглядом.

Я натянуто улыбнулся и кивнул:

— Всегда готов.

Кстати, вы когда-нибудь дрались с гусём? В детстве у меня был такой опыт. Огромная серая дрянь так отлупила меня крыльями и пощипала своим клювом, что видя перед собой стаю проклятых гусей, я впал в подобие боевого транса.

Рванув вперёд я замахнулся тяпкой желая обрушить её на голову ближайшего пернатого. Сталь просвистела в сантиметре длинной шеи которая ловко ускользнула из-под удара. В ту же секунду гусиное братство взяло меня в кольцо оглушительно зашипев.

Как по команде пернатые рванули вперёд, оскалив пасти. Я же краем глаза заметил что Линда болтает ножками и улыбается смотря на то как меня сейчас будут жрать. Совершенно за меня не переживает, зараза такая! С другой стороны, я хоть и дрожу от лошадиной дозы адреналина бурлящей в крови, но тоже не переживаю. Да и чего мне переживать? Как пел классик «Всё идёт по плану!».

По ступням пробежал холодок, и асфальт в радиусе трёх метров подернулся белёсой коркой. Гусиные лапы намертво примерзли, один из пернатых оступился и со всего размаха приложился клювом об асфальт.

Стая забилась, загоготала, но толку от этих трепыханий не было никакого. Зная что у меня в загашнике около пяти минут, я спешно инициировал дуэль по правилам фехтования.

С безопасного расстояния я рубил тяпкой, пока гуси пытались достать меня зубастыми пастями. Через десять секунд я снёс первую гусиную голову. Тушка распалась золотистыми искрами, а перед глазами мелькнуло сообщение:

Вы уничтожили порождение скверны. Начислено 2 ОК.

Пока рубил вторую гадину, один из гусей дотянулся до рукава футболки и рванул его на себя с такой силой, что я едва не рухнул к примёрзшим ногам твари. С трудом сохранив равновесие я рубанул наотмашь и снёс ему голову.

— Да вы достали. — обречённо произнёс я понимая что очередная футболка испорчена. — Я так совсем без одежды останусь!

— Без одежды тебе намного лучше! — послышался весёлый голос Линды.

На её замечание я не ответил, разве что уши покраснели.

Я рубил и рубил одного гуся за другим, и уже к пятому понял как нужно действовать. Сделал ложный выпад, гусь атакует выбрасывая вперёд зубастую пасть, а после уже бью я с задержкой в долю секунды. Зачастую удавалось попадать в основание шеи у самой головы. Один удар и гусь исчезает в золотистых искрах, но порой приходилось наносить два, а то и три удара, ведь были и чертовски вертлявые особи.

Когда я поверил в себя, Мир тут же меня наказал. Я сделал ложный выпад, на который гусь тоже сделал собственный финт и щёлкнул клювом у самого горла. Инстинктивно я отшатнулся назад, но зубы пернатого вместо горла вгрызлись в моё плечо. Тварь мотнула башкой и выдрала из плеча небольшой кусок плоти. Зарычав от боли, я поймал его свободной рукой за шею, а после рубанул тяпкой.

Гусь осыпался золотистыми искрами, и во дворе рынка стало тихо. Я стоял посреди начавшего таять пятачка, тяжело дышал и зажимал кровоточащее плечо, смотря на поблёскивающие монетки лежащие на земле.

С забора спланировала пернатая тень, у самой земли обернулась Линдой, и прохладная ладонь легла на мою рану. По телу разлилось тепло прогоняя боль, а рваная рана начала медленно затягиваться.

— Молодец, справился, — похвалила Линда, одарив меня улыбкой.

— Ага, всё благодаря твоей помощи, — не удержался я от колкости в её сторону.

— Я не боец, — фыркнула она, поправив прядь волос. — Я просто лечу раны и получаю за это четверть от прибыли.

Что тут скажешь? Она права. Сделка была именно такой. Она выступает сопровождающей, а с опасностями я справляюсь своими силами.

Поблагодарив её за исцеление, я прошелся по полю боя и собрал с асфальта мерцающие кругляши. Набралось двадцать восемь монет. Отличный улов! Особенно если учесть то, что рана на плече практически затянулась.

Не успел я порадоваться, а Линда уже требовательно протянула ладонь. Улыбаясь она смотрела на меня и шевелила пальчиками намекая что делить добычу нужно прямо сейчас. Вздохнув, я отсчитал ей шесть монет, а остальные убрал в карман.

— Спасибо. С тобой приятно иметь дело. — произнесла Линда отправляя монеты в инвентарь, а после сделала шаг в мою сторону и чмокнула меня в щеку.

Не обратив на это никакого внимания, я огляделся по сторонам.

— Ну и где нарыв?

Линда взяла меня за руку и отвела вглубь рынка. Мы остановилась напротив приземистого павильона с вывеской «Корма и аквариумистика». За пыльной витриной, в глубине торгового зала, висел чёрный пульсирующий сгусток размером с арбуз.

Обнаружен нарыв скверны.

Ëмкость: 34 единицы.

Разглядев циферки, я присвистнул надеясь на солидную награду. Было бы здорово получить кристалл с навыком, но жемчужине тоже порадуюсь. Одна беда, павильон заперт, роллета на двери опущена, а взлом чужого имущества в мои планы не входит.

Пришлось обойти здание по кругу, изучая окна. Как я и думал удалось найти небольшое окошко открытое на проветривание.

Подтащив пустой ящик, я взобрался на него, просунул руку в щель и активировал переливание. Тьма послушно потянулась через зал, ввинтилась в ладонь тонкой струйкой, а из второй руки заструился золотистый свет и устремился он к пышной груди Линды.

— А, как хорошо. — издала она лёгкий стон, отвлекая меня от занятия.

Повернувшись к вороне, я строго посмотрел на неё, а та хихикнула и сказал что больше так не будет. Ага. Так я и поверил ей.

Ëмкость нарыва медленно поползла вниз. Каждую минуту я очищал порядка трёх единиц. Всё шло гладко, ровно до тех пор, пока сгусток не вздрогнул и не покрылся рябью.

Из черноты размытой тенью метнулась тварь, похожая на паука. Мохнатые лапы, россыпь красных глазок, острые как ножи жвалы. Пакость сиганула прямиком на мою руку, я рефлекторно отдернул её, и паук, не рассчитав расстояния, вывалился через приоткрытую створку наружу.

Он шмякнувшись на асфальт, и пронзительно застрекотал. Я занёс ногу чтобы раздавить пакость, но не успел.

Линда облокотившись на стену, взмахнула рукой, и с её пальцев сорвался десяток острых перьев, пришпиливших паука к земле.

Тварь содрогнулась и распалась золотистыми искрами, оставив после себя три монеты. Линда грациозно присела, сгребла добычу и невозмутимо сообщила:

— Раз уж мне пришлось замарать руки, то монетки я заберу себе.

— Возражений не имею, — хмыкнул я, понимая что паук был ядовитый, и Линда можно сказать спасла мне жизнь.

Я вернулся к переливанию энергии из нарыва и буквально через пять минут он лопнул. Из золотистого фонтана искр, на пол торгового зала со звоном посыпались монеты и одна белая жемчужина. Звякнув о бетон жемчужинка укатилась под стеллаж.

Вы уничтожили нарыв скверны. Получено 10 ОК.

Поздравляю! Вы повысили уровень. Доступно 2 очка характеристик.

Приятно. Я то думал что пятый уровень придётся ждать мучительно долго, но нет. Получил его за одну единственную вылазку. Я вытащил руку из окошка, размял затекшее плечо и выразительно кивнул Линде на приоткрытую створку.

— Что? — невинно захлопала ресницами моя спутница.

— Доставай трофеи. Я туда не пролезу.

— И что? Я тоже. — сложив руки на груди заявила она и отвела взгляд.

— Не юли, — строго произнёс я. — Превращайся в ворону и лети за добычей. Я же знаю что ты хочешь, чтобы мы ушли домой, а через пару часиков сама вернешься и захапаешь всё себе.

— Какой проницательный, — расплылась в улыбке Линда.

Обратившись в ворону, она протиснулась в оконный проем и спланировала на пол павильона. Пару минут изнутри доносилось деловитое цоканье когтей по плитке и шорох под стеллажами, а после ворона выпорхнула наружу и сплюнула трофеи в мои подставленные ладони. Приняв человеческий облик, Линда тут же уточнила:

— Между прочим, белая жемчужина стоит десять монет.

— Звучит так, будто ты не хочешь играть в камень, ножницы, бумагу и решила продать мне предмет по сходной цене.

— А если и так. Это разве плохо?

Ох и хитрая птица! Впрочем, десять монет за жемчужину не так уж и дорого. Тем более что мне не придётся платить за неё полную цену. Я протянул Линде пять монет из восьми выпавших, а жемчужину оставил себе. Расплывшись в торжестующей улыбке она принялась отплясывать.

— Чему так радуешься?

— Не люблю полагаться на удачу. Лучше гарантированно получить пять монет, чем шанс остаться без ничего.

— Справедливо. — кивнул я. — Раз уж мы с тобой прошли боевое крещение, может расскажешь зачем тебе монеты?

— Мы не настолько близки, чтобы я делилась подобными секретами, — уклончиво протянула Линда.

— Ну, в таком из случаев расскажешь, когда мы сблизимся, — улыбнулся я и игриво притянул её за талию к себе.

— Полегче, — Линда хихикнув выскользнула из объятий. — Мы вообще-то в довольно опасном месте.

— Да, да. Мы в месте которое опасно только для меня. Ладно, не будем подвергать меня любимого риску, ведь если я помру, то вы с Борром снова отправитесь бомжевать.

— Жизнь положу, чтобы защитить благодетеля! — воскликнула Линда воинственно пробив двоечку в пустоту. Должен отметить что сделала она это весьма профессионально. Интересно, кто её этому научил?

Я перебрался через забор, на моё плечо приземлилась ворона и мы неспешно потопали в сторону дома. В кармане позвякивали монеты, а в голове уже роились планы на будущий день.

Разбудило меня дыхание, щекотавшее шею. Приоткрыв один глаз, я обнаружил Линду, прижавшуюся ко мне под одеялом. Черные волосы разметались по подушке, ладонь лежала на моей груди, а на губах сияла улыбка сытой кошки, а точнее вороны.

— Доброе утро, — промурлыкала она, заметив, что я проснулся. — И спасибо, излишек энергии был на вкус просто восхитителен.

— На здоровье, — ответил я, щурясь от солнца выжигающего глаза через приоткрытую форточку. — И много тебе нужно кармы до нового уровня?

Линда откинулась на спину и задумчиво уставилась в потолок, шевеля пухлыми губами, будто что-то подсчитывала.

— Осталось сводить тебя десяток раз поохотиться на гусей и я апнусь.

Услышав это я расплылся в улыбке. Апнусь, говорит как заядлый геймер.

— Зачисток? Не слабо. Чтобы ты подняла уровень, мне придётся весь город зачистить.

— Не переживай, — она провела пальчиком по моей щеке. — В городе полно нарывов и каждый день появляются новые.

— Умеешь ты задать настрой на целый день. — зевнул я садясь на край кровати и тут на тумбочке завибрировал телефон.

Подняв трубку я услышал бодрый голос Даши.

— Дим, привет! — выпалила она вместо приветствия. — Я нашла клиента! Оптовик, держит несколько точек на рынках. Готов купить грибов сразу шестьдесят килограммов по тысяче сто за кило!

— Отлично! — обрадовался я. — Пусть приезжает, адрес скину сообщением. И ты тоже подъезжай, поможешь фасовать. Товар.

— Фасовать? Говоришь как наркоторговец. — усмехнулась Даша, а после задумалась. — Погоди, а ты тут при чём? Грибы же у твоего друга…

— Приедешь и всё поймешь. Жду.

Стоило мне положить трубку, как за спиной раздался тяжелый вздох. Линда сидела на кровати, обняв колени, и смотрела на меня с наигранной обидой.

— Изменщик, — протянула она, поднялась и неспешно направилась к окну, покачивая бедрами. — Мы вообще то проснулись вместе, а ты при живой мне решил грибной роман закрутить.

— Вообще то я засыпал один, и ты примастилась без разрешения.

— Ну и что? Проснулись то мы вместе, — хихикнула она, обернулась вороной и выпорхнула в форточку.

Ну вот и поговорили, хотя обижаться она не умеет, зато спектакли устраивает не хуже актрис областного драмтеатра. Выбравшись из кровати, я натянул чистую футболку и отправился на кухню, где от храпа вибрировал нижний ящик гарнитура.

— Борр, подъём! — Я постучал костяшками по фасаду.

Ящик выдвинулся, и оттуда высунулась заспанная физиономия в шляпе набекрень.

— Чего опять? Жрать привезли или новую работу подкинули? — Боровичок сладко потянулся и почесал пузо.

— Ты вчера наработался. Сейчас же нужно, чтобы ты сходил погулять на пару часиков.

— Погулять⁈ — возмутился Борр. — Я тебе что, собака? Может, мне ещё тапки в зубах приносить тебе по утрам?

— Было бы неплохо, — усмехнулся я представив эту картину. — Сейчас Даша приедет, и мы будем фасовать грибы. Не хочу, чтобы ты гремел ложками и пугал девушку летающими кастрюлями.

— Пффф… Конспиратор хренов. Так бы и сказал что свиданку решил устроить, — Грибоедов хитро прищурился и протянул пухлую ручонку. — Монетку дашь, и я до самой ночи в лесу просижу.

— Вымогатель. — Я закатил глаза, сходил в комнату за монеткой и передал её Борру.

— Ну это. Как говорится плодитесь и размножайтесь. — широко улыбаясь произнёс Мухоморыч и провалился под землю.

— Плодитесь и размножайтесь… — задумчиво произнёс я и на всякий случай пошел бриться.

Сорок минут спустя приехала Даша. Я открыл дверь, запуская её в квартиру, но девушка застыла на пороге, растерянно оглядывая мои хоромы! Ну да, не такого она ожидала от успешного бизнесмена, а что поделать? Я ведь никогда не говорил ей что живу в шикарном особняке. Если честно, то я вообще о себе ничего не рассказывал.

— Привет… — произнесла она и робко шагнула внутрь.

Заперев за ней дверь, я провёл Дашу на кухню, запустив вторую волну шока. Стол, подоконник и даже пол были завалены буханками хлеба, из которых торчали грозди шиитаке, еще парочка заросших буханок пристроилась на табуретках.

— Так… — Даша перевела взгляд с буханок на меня. — Скажи честно, у тебя нет никакого друга Юры, и ты выращиваешь грибы?

— Выходит, что так, — улыбнулся я пожав плечами.

Даша прошлась по кухне, разглядывая обшарпанный гарнитур и вздувшийся линолеум. Судя по выражению её лица, интерьер моей берлоги не тянул даже на две звезды из десяти.

— Теперь понятно, почему ты не позвал меня на свидание к себе домой, — шепнула она себе под нос.

— Что ты говоришь? — сделал я вид что не услышал.

— Ничего. Это я так, мысли вслух, — смущённо улыбнулась Даша залившись румянцем. — Давай скорее фасовать, а то клиент приедет в течении часа.

Работа закипела без лишних разговоров. Я срезал грибы с буханок, а Даша раскладывала их по пакетам. Трудились мы молча, но тишина эта была приятной. Мы то и дело переглядывались, улыбались друг другу, и в воздухе висело напряжение, в хорошем смысле этого слова.

Даша протянула руку за пакетом и неловко коснулась прикоснулась ко мне. Мы встретились глазами и… Перехватив ее ладонь, я притянул девушку к себе и поцеловал. Даша на мгновение замерла, а после обвила мою шею руками, страстно отвечая на поцелуй. Сердце безумно забилось в груди, дыхание участилось, и тут в дверь позвонили.

— Да сколько можно⁈ — возмутилась Даша. — Опять мешают!

— Идём, сдадим грибы, — я поправил её растрепавшуюся прядь и поцеловал в губы. — А потом подумаем, чем заняться сегодня.

— И если нам снова помешают, то мы убьём соседей, что мешают спать? — игриво спросила она сменив гнев на милость.

— Обязательно, — пообещал я.

Когда я открыл дверь, увидел солидного усатого мужчину лет пятидесяти с золотой цепочкой на шее.

— Гамарджоба! — пробасил он с грузинским акцентом. — Резо меня зовут. Грибы тут продают, да?

— Тут, — кивнул я, пропуская гостя в квартиру.

Резо прошел на кухню, окинул взглядом гору пакетов и уцелевшие буханки. Вытащил из ближайшего пакета гриб, разломил шляпку пополам, понюхал и даже откусил кусочек.

— Неплохо, весьма неплохо, друг мой, — одобрил он и тут же вскинул брови. Гость уставился на буханку, из которой торчал целый грибной куст, который я не успел обрезать. — Это как, а? Буханка хлеба весит граммов четыреста, а грибов из нее выросло аж… — он взял буханку, отломил от неё грибы и взвесил их в руках. — Полтора килограмма? Это что за чудеса? Закон сохранения масс дал сбой, да?

На лице грузина плясала улыбка и говорил он весьма дружелюбно, хотя хитрость во взгляде всё же читалась.

— Никаких чудес, — ответил я. — Просто выращиваю грибы в очень влажной среде.

Резо секунду смотрел на меня, а потом расхохотался, тряся усами.

— Вай, а ты не промах! Продал мне воду по цене грибов! Ха-ха! — заметив что я не смеюсь, он вытер скупую слезу и продолжил. — Всё нормально, дорогой. Можешь не оправдываться. Грибы это вода на восемьдесят процентов. А вода это жизнь! Ха-ха-ха! Понимаешь? Мы с тобой торгуем жизнью! — опомнившись он перекрестился и добавил. — слава богу что не своей. Ладно, перейдём к делу. Шестьдесят килограммов заберу как и договаривались. Но что-то мне подсказывает что здесь намного больше шестидесяти, да?

— Всё так. Около сотни килограммов, всяко наберём, — прикинул я, оглядев кухонные запасы.

— Сотни? — повторил он мои слова, а после весёлость из его голоса исчезла. — Тогда я заберу всё, если скинешь цену до девятисот за килограмм. Партия больше, цена ниже, так весь мир торгует.

— По девятьсот? — Даша уперла руки в бока и шагнула вперёд. — Уважаемый, вы же эти грибы потом в рестораны по тысяче двести продадите.

— Красавица, конечно продам. — признался Резо. — Разница лишь в том что у меня есть выход на рестораны, а у вас нет. Иначе бы мы с вами не разговаривали.

Даша посмотрела на меня и качнула головой мол шли его лесом. Но я был другого мнения. Первую партию можно сбросить и по девятьсот, а потом найти скупщика с более высокими ценами.

— Тогда по девятьсот, — согласился я пожав руку Резо.

— Мужчина, уважаю! — выпалил грузин. — Постоянный клиент лучше разовой прибыли. Мамой клянусь! — улыбаясь он вытащил телефон и стал что-то говорит на грузинском.

Пять минут спустя в квартиру поднялись два крепких парня с пластиковыми ящиками и весами под мышкой. Они принялись взвешивать грибы и бережно раскладывать их по таре. По итогу вышло ровно сто килограммов, ни граммом меньше. Готов спорить что эти добропорядочные граждане нас обвешали фактически стырив килограммов пять, а то и десять, но я не в накладе.

Вместе с Резо и Дашей мы спустились вниз и стали наблюдать как парни грузят ящики в заднюю дверь газели. Сидевшие на лавке слева от нас бабушки принялись шептаться. Видать решили что я галлюциногенные грибы продаю.

Когда погрузка закончилась, Резо отсчитал девяносто тысяч, вложил их мне в ладонь и добавил сверху бумажку с номером телефона.

— Будут ещё грибы, звони. Хоть днём, хоть ночью, ха-ха! Нет, ночью не звони. Звони только днём.

Лучезарно улыбнувшись он прыгнул в газель и укатил со двора. Даша взяла меня за руку и тихо сказала:

— Стоило его послать, я бы другого покупателя наш…

Не дав ей договорить, я притянул девушку к себе и поцеловал, заметив краем глаза, как в форточку влетела чёрная птица… Твою мать. Линда, ну ты серьёзно? Теперь я начинаю верить в версию с ревностью. В такой момент вернулась домой, это же подстава, подстав.

— Слушай, а могла бы ты помочь мне в одном важном и срочном деле? — поинтересовался я, когда мы оторвались друг от друга.

— Конечно. В каком? — сверкая глазами спросила Даша.

— У Светки месяц назад был день рождения, который толком не отпраздновали. Я поэтому и занялся грибами, хотел подзаработать и устроить ей настоящий праздник. Фокусники, салют и всё такое. Понимаешь? — услышав это, в глазах Даши возник целый океан нежности, заставляя меня тонуть.

— О-о-о! Как это мило. Ты такой заботливый. — протянула она крепче стиснув мою руку.

— Можно и так сказать. — улыбнулся я. — Так вот, у нас есть бюджет в семьдесят тысяч рублей. Так уж вышло, что из меня организатор так себе, а вот ты…

— Я всё сделаю! — перебила меня Даша. — В агентства обращаться не будем, они такие цены заломят, что потом не расплатимся. А я как раз знаю одну девочку, учится в театральном. Мы такой праздник закатим, что Света на всю жизнь запомнит.

— Ты лучшая, — крепко обняв произнёся я и поцеловал ее снова.

Отсчитав семьдесят тысяч, я передал их Даше, она было прильнула ко мне, но зазвонил телефон. Я заметил на экране надпись «Мама». Даша отстранилась подняла трубку и стала с нарастающей тревогой в голосе говорить отойдя подальше.

— Нет мам. Нет у меня никакого жениха. Я не знаю кто там к вам приезжал. Шли его лесом. Да. Да, всё хорошо. Не знаю когда приеду. Хорошо. Пока.

Она подошла ко мне совсем в другом настроении.

— Что-то случилось?

— Всё нормально. — не желая рассказывать ответила Даша.

В голосе её поселился холодок, а ещё она стала посматривать по сторонам, будто боялась кого-то обнаружить. Неужели снова управляющий магазина объявился?

— Дим, я поеду. Обзвоню знакомых и организую праздник, нужно будет только…

Договорить она не успела, я взял её руку и вложил в неё восемьдесят восемь тысяч. Две тысячи оставил на кормёжку Борра.

— Здесь семьдесят на праздник и восемнадцать твои комиссионные.

— Дим, ничего не нужно. Если бы я знала что это ты производишь грибы…

— Нет. Даш, ты очень сильно мне помогаешь и просто обязана получить вознаграждение. Тем более ты сейчас без работы. Считай что нанял тебя не мой несуществующий друг, а я сам.

— Ну если только так. — кокетливо произнесла она убирая деньги в сумочку. — Надеюсь в следующий раз нам не помешают ни покупатели, ни всякие звонки…

— В следующий раз мы просто запрёмся в бункере. — пообещал я.

Даша улыбнулась, на прощание впилась в мои губы, а через минуту прибыло такси и она уехала оставив меня один на один со старухами.

— Хорошая девка. Женись. — подала голос баба Маня и показала большой палец.

— Спасибо за совет. — улыбнулся я и пошел домой.

Поднявшись на восьмой этаж, я открыл дверь в квартиру и отправился в комнату где со скорбным видом на кровати лежала Линда. Присев рядом с ней на колени, я засунул руку под матрас и нащупал там белую жемчужину.

Жемчужина награды.

Редкость: Обычная.

Описание: Влей энергию, чтобы получить случайную награду.

Линда краем глаза посмотрела на белый кругляш и со скорбным видом заявила.

— Если ты не заметил, я вообще то тебя ревную. Променял меня на какую-то девку. Да, она симпатичная, но умеет ли она превращаться в ворону?

Услышав это я прыснул со смеху.

— Ты? Ревнуешь? — я посмотрел на Линду и та с невозмутимым видом кивнула. — Если ты и способна на ревность, то явно ревнуешь меня к Борру, ведь ему уходит львиная доля кармы, а обычные девушки тебя не волнуют.

Линда приподнялась на локте, пару секунд смотрела на меня, а после расхохоталась в голос и рухнула обратно на кровать.

— Раскусил. А я то понадеялась что ты поведёшься на мои женские чары.

— А если бы повёлся, то что? — с интересом спросил я.

— Тогда я бы продолжила ломать трагедию и потребовала в качестве компенсации одну маленькую жемчужинку.

— Даже удивительно что ты дух вороны, а не лисы. — хмыкнул я раздавив жемчужину в кулаке.

На спине косухи красовалось изображение черепа с красным ирокезом. Если бы я был байкером то тогда точно бы надел эту куртку. Сейчас же она выглядит полнейшим хламом. Нет, ну сами посудите. Идёт мужик по городу в шлёпанцах, с розовыми часиками на руке, с тяпкой и в косухе. Такого санитары с улыбками на лицах упакуют и увезут лечиться на веки вечные! И хрен кому ты объяснишь что ты колхозный панк.

— Чего скуксился? Не нравится? — спросила Линда.

— Почему? Для продажи очень даже нравится. — вздохнул я.

— Ну зачем сразу продавать? Можешь мне подарить. — улыбнулась Линда.

— Отличная идея! Как я сразу не догадался! — просиял я. — и часики с единорогом тоже тебе отдам. Мне то они без надобности?

— Правда? — обрадовалась Линда и потянула ручонки к косухе, но я тут же отдёрнул куртку.

— Кривда. Ты свою долю за вылазку получила. А это барахло я продам.

— Ну и ладно. Не очень то и хотелось. — наигранно надула губки она и тут же оживилась. — Может поохотимся сегодня?

— Сегодня не получится. У меня грандиозные планы по заморозке отдельно взятого бурелома. Сама понимаешь, будь у гусей шеи длиннее сантиметров на двадцать, они бы меня до костей обглодали.

— Тогда я бы носила на твою могилку цветочки и утирала скупую слезу. — издевательски заявила ворона.

— Засранка, — усмехнулся я. — Кстати, не знаешь, где Борр?

— Знаю. Он в лес умотал.

— Спасибо за наводку, — кивнул я, повесил косуху на крючок, надел рюкзак с тяпкой и отправился следом за боровичком.

Дорога до Северного леса заняла считанные минуты, а дальше я свернул на тропинку за электростанцией. И чем глубже я забирался в чащу, тем отчетливее слышалось пение. Горланили дуэтом: один голос скрипел как несмазанная калитка, а второй сипел и то и дело срывался на икоту.

— Эх, грибы-грибочки, пьем до самой ночки! Кто в лесу не наливает, тот по морде огребает!

На поляне обнявшись стояли дед Диадох и

Борр. На пеньке расположилась бутылка грибовухи, горсть орехов, которые Диадох скорее всего украл из беличьей кормушки, а также надкусанный ломоть батона.

— Ладно Борриска, ик! — пьяно произнёс Диадох. — Пошли поработаем, а потом продолжим.

— Я только за, ик! — ответил Борр и пошел следом за лесовиком.

Парочка добрела до сухой сосны, упёрлась в ствол ручищами, и что было мочи толкнула дерево. Сосна лишь слегка покачнулась, но два алкаша продолжали её раскачивать всё набирая амплитуду, пока дерево не хрустнуло обломившись у самого корня.

Со скрежетом сухая сосна повалилась, подняв в воздух пыль и ошмётки хвои. Борр торжествующе вскинул кулачки вверх и рухнул на спину, заметив меня.

— Саныч! — улыбаясь боровичок замахал руками. — Иди к нам! У нас тут субботник!

— Развлекайтесь, у меня дела, — отмахнулся я и пошел дальше.

За спиной парочка затянула новую песню:

Сухостой валю, лесу подсоблю! Ветролом сгниет, короед попрет! Хо-хи-хо-хи!

— Санитары леса, блин. — усмехнулся я остановившись посреди бурелома и активировал морозную поступь.

Спустя час монотонной заморозки Мир наконец-то оценил мои старания:

Навык «Морозная поступь» достиг 4 уровня.

Радиус заморозки увеличен на 0,5 метра.

Отлично! Теперь мне не придётся брать в аренду сапп. Просто прыгну в водохранилище, заморожу воду под ногами и поплыву к маме как мамонтёнок на льдине. А может мне собственный каток открыть? Летний, под открытым воздухом. Красота же! Осталось только связку коньков прикупить и можно открываться.

Улыбнувшись я продолжил тренировать навык, правда следующий уровень я получил только когда солнце сползло к верхушкам сосен. Во рту пересохло, появилось желание лечь в мокрую хвою и подождать ночи, позволив местным порождениям скверны, сожрать меня. Лишь бы не пришлось снова тренировать чёртов навык, уж слишком сильно он выматывает морально. Ещё и постоянный холод, даже удивительно как я ещё не простыл.

Поднявшись на морально волевых, я потопал домой. По пути обратил внимание что пения лесной братии уже не слышно. И правда, там где стоял пенёк с грибовухой, сейчас валялись пять поваленных деревьев и скорлупа от орехов. Хорошо хоть попойка не перешла в мордобой, а то бы они тут половину леса повалили.

Добравшись до квартиры, я ополоснулся под душем, и упал на кровать отключившись в полёте.

Не знаю сколько я проспал, но меня разбудил телефон надрывающийся на тумбочке. На экране светилась надпись «Даша».

— Дим, доброе утро! — выпалила она вместо приветствия. — У меня всё готово! Представляешь, Ире позвонила. Ну той, девочке из театрального. Я тебе рассказывала. Так вот к ней как раз однокурсники в гости приехали и помогли с организацией. В двенадцать начинаем, так что подъезжай. — прощебетала на одном дыхании она и бросила трубку.

— Понял, маэстро. Скоро буду, — произнёс я в пустоту потягиваясь.

За ночь всё тело затекло, а суставы начали похрустывать. Вот тебе и моральная усталость. На тело морозная поступь видать тоже влияет.

Приняв душ, я попытался нацепить на лицо свою лучшую улыбку и пошел наряжаться. Выудил из шкафа единственную рубашку небесного оттенка, натянул джинсы без дырок и даже причесался. Напоследок я вытащил из-под матраса горсть монет и пересчитал. Двадцать четыре кругляша отправились в карман.

Я уже собирался уходить, когда у самой двери меня перехватил помятый Борр. Шляпа сползла на затылок, глаза заплыли, ещё и грибовухой от него разило на всю квартиру.

— Куда намылился? — прищурился он, оглядев мой парадный вид.

— Поеду генерировать позитивный сгусток.

— А еда там будет? — оживился Борр.

— Думаю, да.

— Понятно, — насупился боровичок. — Как грибы выращивать, так Борр пашет без устали. А как пожрать, так он сам едет. — попытался пристыдить меня грибовичок, да не боровичок, а именно грибовичок в которого он превратился с перепоя.

— Ладно, — сжалился я. — Можешь со мной поехать. Главное, чтобы еда со столов исчезала незаметно. Усёк?

— Я буду незаметнее ниндзи! — воскликнул Борр нанося в воздух удары руками и ногами.

— Ну понятно. Обжору с собой берёшь, а боевую подругу нет, — фыркнула Линда, выглянув из спальни.

И когда она успела туда попасть? Я ведь только что из спальни вышел.

— Чёрт с вами. Поехали. Но если вас заметят, и у народа начнётся паника мол полтергейсты напали, то я вас убью, — предупредил я, но заметил на лицах духов улыбочки. — Я серьёзно. Забью тяпкой обоих.

— Не волнуйся. Если этого толстожопого не заметят, то меня и подавно, — легкомысленно произнесла Линда, положила руку мне на плечо и подмигнула.

— Что-то мне подсказывает, что я ещё пожалею об этом решении. — вздохнул я и вызвал такси.

Водитель попался молчаливый и всю дорогу слушал радио, не подозревая, что везет не одного пассажира, а целую компанию. Борр страдал на заднем сиденье от похмелья и ныл, требуя приоткрыть окно. А я его и так распахнул настежь как только сели в машину, ведь грибовухой разило нещадно! Линда же прилипла ко второму окну и разглядывала проносящиеся мимо поля.

Как только машина свернула к маминому дому, я удивлённо выпучил глаза и присвистнул. Даша постаралась на славу! Над калиткой колыхалась связка воздушных шаров, поперёк забора тянулась растяжка «С днём рождения, Света!», а обгоревший после пожара угол фасада прятался за гирляндой из флажков.

Во дворе гудел компрессором надувной батут, на котором скакала дюжина детей. Клоун в рыжем парике гонялся за визжащей мелюзгой, изображая неповоротливого тюленя. А у крыльца фокусник которому на вид было лет двадцать, тасовал колоду перед раскрывшими рты зрителями.

Отдельного уважения заслуживали столы. Сладкий ломился от пирожных и конфет. Взрослый манил салатами, нарезками и обещанием скорого шашлыка, так как Толик уже колдовал над мангалом. Аромат жареного мяса разлетелся по всей округе, пригласив на огонёк и соседскую семью, поделившуюся видеозаписью поджога нашего дома.

Светка с Лёшкой носились во главе ватаги детей, размахивали шарами, визжали так что аж уши закладывало. Ребятня заливисто хохотала вырабатывая нити золотистой энергии. Позитив поднимался вверх, формируя небольшое облачко над домом. Это конечно не те волны позитива что были на стадионе, но лучше чем ничего.

— Меня не ждите! Планирую погибнуть в неравном бою с шашлыками! — заявил Борр и провалился под землю.

Следом Линда возникла у моего плеча и шепнула на ухо:

— Кажется, твой план удался.

От ее шепота меня прошило мурашками с головы до пят. Кивнув, я направился во двор и тут же был замечен Светкой. Она слетела с батута и, моментально повисла у меня на шее.

Тут и Лёшка подоспел с облаком сахарной ваты в руках и продемонстрировал улыбку с выбитым зубом. Они тараторили на перебой. Благодарили меня, визжали и захлёбываясь нахваливали клоуна и фокусника. А потом умчались к сладкому столу не дав мне вставить и слово.

Улыбаясь я направился к лавочке под яблоней где сидела мама. Она следила за кутерьмой во дворе, и я давно не видел её такой счастливой. Рядом пристроилась на удивление отдохнувшая Оля.

— Дим, это же сколько денег ты вбухал? — покачала головой мама.

— Если вбухал, значит деньги были. — философски ответил я и приобнял маму.

А после праздник закрутил меня с головой. Я уплетал шашлыки болтая с Олей. Толик обещался сходить на собеседование уже завтра. После ко мне подошел фокусник и стал морочить голову своими карточными выкрутасами. Из десяти фокусов я разгадал секрет исполнения лишь одного.

Ко мне было направился клоун, но Светка пошла наперерез, схватила меня за руку и утащила на батут.

В какой-то момент я очутился в толпе зрителей любующихся новым фокусом. Справа меня за руку взяла Даша и положила голову на плечо, а за спиной послышалось недовольное фырканье Линды:

— Подумаешь голубя из шляпы достал. Вот если бы ворону, я бы оценила…

Улыбнувшись я заметил что Борр воспользовался моментом и над сладким столом воспарила зефирина, а через мгновение растворилась в воздухе. Клоун стоявший в метре от стола увидел это. Захлопал глазами, протёр их кулаками и уставился на фокусника решив что это его выкрутасы. Я же надеялся что обжора ограничится зефиром и не потащит в кусты торт, который даже разрезать не успели.

Даша же дирижировала праздником. Рассаживала гостей, пополняла запасы еды и безалкогольного пива, за что ей отдельное спасибо, а то Толик уже бы был в гов… был бы он уже мордой в мангале. А так, ничего бодрячком. Потягивает пивко и таскается с шампурами. Даша то и дело находила меня взглядом, и всякий раз улыбалась так, что на душе теплело. А потом настал вечер. Медленно начало темнеть и Дарья хлопнув в ладоши объявила:

— Уважаемые гости! Прошу всех собраться у ворот!

Гости неспешно пошли к воротам весело обсуждая праздник. Дети же уже обожрались сладкого и впали в сахарную кому лениво валяясь в тени. Забавно то что рядом с ними лежал и Борр, правда видел его только я.

Когда все собрались у ворот, перед ними со свистом затормозил белый микроавтобус. Двери распахнулись и внутри показались музыканты. Барабанщик, гитарист и девушка вокалист. Тут же заиграла ритмичная музыка, взрослые пустились в пляс, а Светка посмотрела на пляски и лёжа в тени начала дрыгать руками имитируя танцы.

В этот я почувствовал как в руку скользнула горячая ладошка и меня потащили к крыльцу. Даша игриво улыбалась, запустила меня в дом и закрыла за нами дверь. В доме было прохладно и практически не слышно музыки.

— Наконец то мы одни. — выдохнула Даша и впилась в мои губы.

Мы ввалились в её, то есть мою комнату. Мои руки гладили её талию, грудь, проклятая тумбочка попыталась сломать мне ногу, но я оказался нерушим! А потом мы рухнули на кровать и следующий час сжался в одно мгновение наполненное наслаждением. Даша, шумно дыша, сползла с меня и рухнула на влажную простыню.

— Ничего себе, — выдохнула она.

Это всё что она смогла сказать, но лучше похвалы было нельзя и пожелать. Я довольно улыбнулся думая о том что, прокачанный дух помогает поддерживать не только морозную поступь, но и… Ну вы поняли.

Пока на улице играла музыка, Даша выводила пальчиком узоры на моей груди. Я перебирал её русые пряди. И выходить во внешний мир никому из нас не хотелось. Однако у Мира были совсем другие планы.

Скрипнула входная дверь, а после раздался мамин голос:

— Дима! Идите торт кушать!

— Похоже наше отсутствие заметили, — шепотом повторила Даша.

— Ты так кричала, что видимо слегка заглушала музыку, — улыбнулся я.

— Эй! Не было такого! Я же тихонько! — возмутилась Даша и поцеловала меня.

— Не было, так не было, — пожал я плечами и мы потихоньку начали одеваться.

Во двор мы вышли держась за руки. На это никто не обратил внимания кроме мамы. Она одарила нас хитрым прищуром и показала большой палец. Хорошо что Даша не заметила этого жеста, так как отвлеклась на Олю идущую с ножом. Сперва Светке дали задуть свечки под дружные аплодисменты, а после Оля начала кромсать шестикилогромовый торт на огромные ломти.

Закат плавно догорал и как только каждый получил по куску торта в небо начал лупить салют. Не большой, всего двадцать выстрелов, но сколько же он выдал позитива у присутствующих? Впрочем не только приглашенные на праздник излучали золотистую энергию, она тонкими нитками лилась и из соседних домов. Видимо люди прильнув к окнам любовались салютом.

Я даже не заметил как закончился торт и гости потянулись по домам. Даша бросилась убирать со стола, но мама её остановила сказав что та провозится так до утра. Мол убраться можно и завтра. Толик подхватил маму под локоть и повёл в дом следом за Олей, волочащей сонную Светку с Лёшкой.

Борр как истинный бомж во всю сопел под сладким столом лёжа в вылизанной до блеска тарелке от торта. А вот Линды видно не было.

Мы с Дашей остались во дворе одни. Я смотрел вверх, туда где над крышей дома медленно закручивался золотистый вихрь формируя желтый кругляш. Воронка собирала в себя остатки дневного веселья, которое в форме шара не спеша просочилось через крышу дома в подвал. Нужно спешить, пока сгусток не разложился из-за случайной вспышки негатива.

— Я отлучусь ненадолго, — произнес я, поцеловав Дашу. — А ты иди домой, я скоро вернусь.

— Не только вернёшься, но ещё и заночуешь в родительском доме, — произнесла Даша проведя рукой по моей щеке и закусила нижнюю губу. — Я пока еду в дом отнесу.

Я задержался на мгновение смотря в её глаза, а после широко улыбаясь обошел дом и спустился в подвал. Там где раньше клубилась чернота, парил золотой комочек света и втягивал в себя золотистые ручейки, сочащиеся сквозь потолок. Мир поспешил сообщить:

Позитивный сгусток.

Концентрация: 1 единица.

Описание: точка сбора позитивной энергии.

Жалкая единичка после такого праздника? Впрочем этого достаточно. Я выгреб из кармана монеты, и бросил их в сгусток. Кругляши моментально растаяли исчезнув без следа. При этом сгусток не просто поглотил их, но и вернул мне частичку тепла, смывшего усталость накопившуюся за день. Даже ноги, гудевшие после прыжков на батуте, перестали ныть. Сгусток на глазах раздулся став размером с крупный апельсин.

Позитивный сгусток.

Концентрация: 25 единиц.

— Вот это другое дело! — довольным тоном произнёс я.

Такой сгусток с лёгкостью растворит любой негатив который сможет выдать Толик. Впрочем после того как Толя получит работу, причин для печали у него не останется. Мне же останется подкармливать сгусток монетами, и у семьи появится портативный ангел-хранитель.

С широченной улыбкой я двинулся вверх по ступенькам, и тут перед глазами вспыхнула надпись:

Навык «Взгляд в будущее» активирован.

Ступеньки ушли из-под ног, и меня накрыло до тошноты реалистичное видение. Дарья убирала со стола, когда из темноты бесшумно выкатилась машина с погашенными фарами. Чьи-то руки зажали девушке рот и затолкали её в багажник. Машина понеслась по трассе, свернула на грунтовку и замерла среди чёрных сосен.

Рывком багажника распахнулся, и над Дашей нависла лоснящаяся физиономия с чёрной шерстью и рогами. Чёрт заглянул Дарье в глаза и облизнувшись неестественно длинным языком произнёс «пора собирать урожай». Он схватил её за волосы и выволок наружу. Даша кричала, пыталась вырваться, а после по телу чёрта прокатилось яркое пламя окутавшее девушку с головы до ног и видение оборвалось.

— Какого хрена? — шумно дыша произнёс я сидя на ледяном полу.

Хоть видение и закончилось, я до сих пор ощущал запах жженых волос. С трудом поднявшись на ноги я пошел наверх опираясь на бетонную стену. От жуткого видения до сих пор потряхивало, но сиюминутная слабость тут же растворилась, когда со двора донёсся пронзительный крик Даши.

— Дима-а-а!!!

От автора:

Первый том завершился, а второй уже начался! Победит ли Дмитрий в схватке с рогатым? Выживет ли Даша? Обб этом и многом другом вы узнаете тут: https://author.today/reader/624010