Сказка Шарля Перро «Золушка» живёт на свете не одно столетие, но до сих пор она по-прежнему любима маленькими читателями по всему миру. Многие художники рисовали «Золушку», но образ доброй, прекрасной принцессы, который воплотили в своих великолепных иллюстрациях известные художники Эрик Булатов и Олег Васильев, стал классическим. Стоит единожды увидеть их Золушку, как сразу понимаешь, что она была именно такой.
Для младшего школьного возраста.
Жил когда-то в одном королевстве знатный дворянин. Была у него любимая жена и прелестная дочка, и всё было хорошо. Но вот однажды жена его заболела и умерла. Погоревал он, а потом решил снова жениться. И так вышло, что жена на этот раз ему попалась злющая, завистливая, высокомерная и к тому же с двумя взрослыми дочерьми такого же нрава, как и она сама.
В первые же месяцы новая хозяйка измучила мужа своими придирками и капризами. Но хуже всего пришлось его родной дочери. Мачеха сразу возненавидела падчерицу – её дочки и так не отличались красотой, а в сравнении с их новой сестрицей это было особенно заметно.
Несчастной девушке досталась самая тяжёлая и грязная работа – мытьё полов и посуды, чистка кастрюль и котлов, уход за грядками в саду, и к тому же она должна была прислуживать хозяйке и её дочерям. А угодить им было очень даже нелегко. Её бранили по любому поводу и без повода, и родной отец не мог за неё заступиться – до того жена подчинила его себе.
Спать ей приходилось на жёсткой соломе в чулане, а иногда, набегавшись за день, она засыпала прямо на ящике с золой. За это ехидные сёстры прозвали её Золушкой, и по-другому её уже никто в доме не называл. А она молча терпела все обиды и оскорбления – ведь от своей родной матери девочка унаследовала не только красоту, но и доброе сердце.
И вот однажды глашатай объявил о том, что через несколько дней король устраивает бал, на который приглашаются все те знатные семьи, где есть дочери. Поговаривали, что он решил женить своего сына и на этом балу принц должен будет выбрать себе невесту.
Конечно, Золушкины сестрицы взволновались не на шутку – их ведь тоже пригласили. Теперь вся жизнь в доме была подчинена подготовке к балу, и в первую очередь – выбору бальных нарядов. К обычным домашним хлопотам у Золушки прибавилась возня с юбками, оборками, воротниками и лентами.
Обе барышни всерьёз рассчитывали на успех у принца. Старшая, толстая Жанетта, объявила:
– На мне будет красное бархатное платье и роскошная заграничная шляпка с разноцветными перьями.
– Моё платье будет в простую клетку, – отвечала младшая, тощая Жавотта, – зато поверх я надену яркую накидку, расшитую золотыми цветами, а ещё бриллиантовый пояс, который ослепит всех своим блеском.
Наряды и шляпки заказывали у лучших портных и модисток, а вот причёсывать сестёр пришлось самой Золушке – они-то знали, что лучше неё никто бы этого не сделал. И всё равно будущие невесты принца постоянно требовали поправить причёску, заменить гребень или заколку, сбегать за какой-нибудь лентой другого цвета – и совсем загоняли бедную девушку.
– Послушай, Золушка, – вдруг спросила старшая сестра, – тебе ведь, наверное, и самой хочется попасть на королевский бал во дворец?
– Что ты, сестрица! Не смейся надо мной. Кто же меня пустит туда в таком платье и в этих башмаках!
– В самом деле, – хихикнула младшая. – Такая замарашка на балу – вот была бы потеха!
Несмотря на такие шутки, добрая Золушка вовсю старалась и причёсывала злых насмешниц как нельзя лучше.
Два последних дня перед балом сёстры не обедали и не ужинали. Обе поминутно бегали к зеркалу – проверяли, не слишком ли они поправились – и разорвали не меньше десятка шнурков, стараясь потуже затянуть свои талии в корсеты.
Когда настал долгожданный день, наряженные в пух и прах дочки с мамашей погрузились в карету и отбыли во дворец.
А Золушка осталась возле дома. Едва карета скрылась за поворотом, она не выдержала и расплакалась.
И тут Золушка увидела свою крёстную, которая иногда заходила её навестить.
– Что случилось, деточка? – спросила она, однако крестница от слёз не могла вымолвить ни слова.
Но крёстная, между прочим, была феей и всё понимала без слов.
– Ты ведь тоже хотела попасть во дворец на бал, не правда ли?
Золушка кивнула.
– Ну что ж, это не так уж трудно сделать, если ты мне поможешь. Для начала принеси-ка с огорода тыкву побольше!
Золушка со всех ног побежала на огород и принесла самую большую тыкву. Ей было ужасно интересно, как обыкновенная тыква сможет перенести её во дворец!
Она положила тыкву к ногам крёстной. А фея без лишних слов достала волшебную палочку, и едва она тронула ею тыкву, как та стала расти на глазах и, наконец, превратилась в прекрасную золотую карету, украшенную изящной резьбой.
После этого фея отправила крестницу за мышеловкой. В неё уже попалась полдюжина мышей. Фея велела Золушке приоткрывать дверцу и выпускать мышей по одной. Каждую из них она трогала палочкой, и они одна за другой превращались в серых коней. Вскоре золотая карета была запряжена шестёркой великолепных мышастых рысаков в серебряной сбруе.
Но где взять кучера? Фея на минуту задумалась, и Золушка робко предложила:
– Не заглянуть ли мне в крысоловку? Если попалась крыса, может быть, она сойдёт за кучера…
– Умница, девочка! – похвалила её крёстная. – Конечно, сойдёт.
Когда Золушка принесла крысоловку, оказалось, что в ней сидят целых три большущие крысы.
Фея выбрала из них самую крупную и усатую, коснулась её волшебной палочкой, и та превратилась в длинноносого кучера с лихо закрученными усами, каким позавидовал бы даже старший королевский кучер.
– Ну, и последнее, – сказала фея. – В саду, на куче песка возле лейки, сидят шесть ящериц. Неси их сюда.
Золушка так и сделала. Только она вытряхнула ящериц из фартука, как волшебница тем же способом сотворила из них шестерых лакеев в париках и зелёных ливреях, украшенных золотыми галунами. Они тут же заняли свои места на запятках и по бокам кареты, причём с таким важным видом, будто всю жизнь только и делали, что сопровождали золочёные экипажи, а не ползали в садовой траве.
– Ну что ж, – сказала фея, – теперь тебе есть на чём ехать. Можешь отправляться хоть сию минуту. Ты довольна, моя милая?
– Ещё бы! – воскликнула Золушка. – Спасибо вам, дорогая крёстная. Но только как я поеду во дворец в старом, заплатанном, перепачканном золой платье?
Тут волшебница молча прикоснулась своей палочкой к подолу Золушкиного платья – и оно превратилось в изумительный наряд из золотой и серебряной парчи, украшенный вытканными цветами и усеянный драгоценными камнями и самоцветами.
Напоследок крёстная преподнесла Золушке туфельки из чистейшего хрусталя, переливающегося всеми цветами радуги.
– Вот теперь всё в полном порядке! – сказала фея. – А сейчас запомни самое главное: ты должна возвратиться с бала до полуночи. Смотри не опаздывай, иначе все увидят, как твоя карета превратится в тыкву, лошади – в мышей, лакеи – в ящериц, кучер – в крысу, а твоё роскошное платье – в жалкие обноски.
– Не волнуйтесь, я не опоздаю ни на секунду! – ответила счастливая Золушка, садясь в карету, и шестёрка коней понесла её ко дворцу.
Бал к этому времени был в самом разгаре. Когда принцу доложили, что приехала какая-то прекрасная незнакомка, он поспешил покинуть зал, чтобы встретить её самому.
Как только принц ввёл опоздавшую гостью, все ахнули от восхищения, а музыканты на минуту перестали играть.
– До чего хороша! – повторяли на все лады кавалеры и дамы. Даже у старика короля, которого ужасно утомляли балы, загорелись глаза при виде столь прелестной юной особы. А придворные модницы старательно разглядывали её наряд, чтобы завтра же заказать модисткам что-то подобное.
Принц проводил девушку на самое почётное место, а как только музыка вновь зазвучала, пригласил её на танец. Они закружились по паркету, и оказалось, что очаровательная незнакомка ещё и прекрасно танцует.
После танцев начали разносить пирожные и фрукты, но принцу было не до угощений – так он был увлечён своей гостьей. А Золушка между тем подошла к своим сёстрам. Она сказала им что-то приятное и угостила эклерами и яблоками с подноса, поданного лакеем.
Жанетта и Жавотта были приятно изумлены. Они уже не надеялись стать принцессами, но внимание со стороны только что танцевавшей с принцем знатной красавицы было для них весьма лестно. Конечно, они не узнали в ней свою сестру.
Вдруг Золушка услышала, как дворцовые часы бьют без четверти двенадцать. Заметив, что принц на минуту отвлёкся, она поднялась, попрощалась со всеми и быстро вышла из зала – никто не успел и слова сказать.
По дороге домой она ещё сумела заехать к волшебнице крёстной, чтобы рассказать обо всём и поблагодарить её за чудесный вечер.
– Если бы мне снова попасть во дворец! – сказала она на прощанье. – По-моему, принц тоже был бы рад…
Домой она поспела к самой полуночи, и как только на ней оказалась её обычная старенькая одежда, к дому подкатили мачеха с дочерьми.
– А я уже совсем вас заждалась, – встретила их Золушка, протирая глаза, будто только что проснулась.
– На нашем месте ты бы тоже не спешила домой, – сказала Жанетта. – Было столько интересного! И какую же мы видели красавицу! Она танцевала с принцем, а потом подсела к нам – да-да, именно к нам! – и угостила пирожными и фруктами.
– Вы, наверное, ей чем-то понравились, – улыбнулась Золушка. – А как её звали?
– А вот это никому не известно… Ясно только, что принц дорого бы дал, чтобы узнать её имя и откуда она сама.
– Какие же вы счастливые! – вздохнула Золушка. – Вот бы и мне повидать такую… Сестрица Жавотта, может быть, ты одолжишь мне на вечер своё старое жёлтенькое платье?
– Ещё чего! – зевнула Жавотта. – У такой чумички, как ты, оно через пять минут будет чёрным от золы…
Впрочем, Золушка не слишком рассчитывала на другой ответ. Да если бы даже у неё и оказалось такое платье, что бы она стала делать? Не идти же просто так во дворец…
На другой день всех снова позвали на бал – принц ведь не сделал ещё свой выбор. И снова сёстры с мачехой поехали, а Золушка с помощью крёстной отправилась вслед за ними.
В этот раз платье на ней было ещё ослепительнее, чем прежде.
Увидев вчерашнюю незнакомку, принц окончательно потерял голову. Он не отходил от неё ни на шаг, танцевал только с ней, всё время говорил что-то такое, от чего у Золушки тоже закружилась голова – и она забыла обо всём, даже о том, когда ей нужно уходить. Опомнилась она, только услышав, как часы начали бить полночь.
Золушка ахнула и бросилась к выходу. Удивлённый наследник престола побежал было за ней, но она упорхнула, как испуганная птичка. Выбежав на лестницу, принц увидел на ступеньках второпях потерянную гостьей хрустальную туфельку. Он поднял её и велел расспросить стражников, не видели ли они, куда уехала золотая карета, запряжённая шестёркой серых коней. Но стражники доложили, что за последнее время мимо них никто не проезжал, только пробегала какая-то нищенка.
А Золушка, едва переводя дух, добежала до дома. Снова у неё не было ни кареты, ни коней, ни лакеев. Как и вчера, исчезло бальное платье, но, как воспоминание о прошедшем празднике, осталась единственная хрустальная туфелька, парная к той, что слетела с её ноги на дворцовой лестнице.
Вскоре вернулись сёстры с мамашей. Золушка спросила, что нового было на балу, не приезжала ли в этот раз та самая красавица – и услышала в ответ, что она снова приехала и опять танцевала с принцем, но сбежала, едва лишь часы пробили двенадцать.
– До того торопилась, – сказала Жанетта, – что потеряла на лестнице свой хрустальный башмачок.
– Да-да, – подхватила Жавотта, – а принц подобрал его и весь оставшийся вечер прижимал к своей груди.
– Наверняка он влюбился по уши, – язвительно добавила мачеха. – Принцам нравятся красотки, которые теряют обувь на балах.
Так оно и было на самом деле. На другой день по всему королевству было объявлено, что та девушка, которой придётся впору хрустальная туфелька, станет женой принца.
Само собой, первым делом туфельку примерили принцессам, графиням, герцогиням, баронессам, следом пошли придворные дамы, богатые иностранки – но всем туфелька оказалась мала.
После этого придворный камердинер с лакеями и охраной отправился по дворянским усадьбам и, в конце концов, попал в дом отца Золушки.
Как же старались Жанетта и Жавотта втиснуть свои ноги в крошечную туфельку! Однако она им надевалась лишь на кончики пальцев. А Золушка только улыбалась, глядя на их тщетные усилия, и, наконец, произнесла:
– Возможно, она подойдёт мне?
Обе сестрицы чуть не покатились со смеху. Но камердинер, примерявший им туфельку, взглянув на Золушку, заметил, что она очень хороша собой, и сказал:
– Мне велено примерять туфельку всем девушкам королевства без исключения. Пожалуйте вашу ножку, барышня!
Он подал девушке руку и усадил в кресло, а когда лакей надел ей туфельку, всем стало ясно, что поиски закончились: хрустальный башмачок словно был изготовлен по размеру этой маленькой ножки!
У мачехи и сестёр глаза на лоб полезли. Но они ещё больше изумились, увидев, как Золушка достала из кармана передника вторую точно такую же туфельку и надела её на другую ножку.
В то же мгновение дверь отворилась, и в дом вошла фея – крёстная Золушки. Не говоря ни слова, она коснулась своей волшебной палочкой её заплатанного платья – и Золушка предстала во всём блеске своего бального наряда.
Только теперь обе сестрицы узнали в ней красавицу, очаровавшую принца на балу.
Они упали к её ногам, моля о прощении за всё то, что она от них вытерпела. И конечно, девушка простила им все обиды – как мы уже знаем, у неё была не только очаровательная внешность, но и добрая душа.
Золушку немедленно отвезли во дворец, и счастливый принц с восхищением заметил, что она стала ещё милее, чем раньше.
А уже на следующий день они обвенчались, и всё королевство праздновало весёлую свадьбу.