Шесть утра. Будильник атаковал меня уже в четвёртый раз. Я свесилась с кровати, подняла телефон с пола и отключила его. Сегодня просыпаться было особенно тяжело.

Не хотелось никуда идти. Но, повалявшись минут десять, я всё-таки заставила себя встать — пропускать работу было не в моих правилах.

Едва я вышла из комнаты, как в нос ударил тяжёлый запах перегара — такой мерзкий, что я невольно зажала нос ладонью и на секунду задержала дыхание. Вонь стояла во всей квартире. Мать и Брайан снова гуляли всю ночь. Сначала из их комнаты доносилась громкая музыка — так, что вибрировали стены, — потом крики, и так до самого утра. Я ворочалась в кровати, накрывалась подушкой, даже пару раз стучала им в стену — всё бесполезно.

В ванной меня ждал ещё один сюрприз — кран снова был сломан. Из него тонкой струйкой текла вода, а ручка болталась, будто кто-то пытался вырвать её с корнем. Брайан. Больше некому. Он жил с нами уже девять лет — и за всё это время не починил ни одной вещи. Зато ломал исправно. А мать делала вид, что в этом нет ничего такого.

— Да сколько можно?! — вырвалось у меня. Голос прозвучал грубо и хрипло после бессонной ночи.

— О, продрала глаза! — заорал Брайан из комнаты. — Если тебе что-то не нравится, проваливай отсюда. И вообще, я спать ложусь, так что закрой рот, пока я добрый.

Я промолчала. Просто закрыла дверь ванной и прижалась лбом к холодному зеркалу. Спорить с ним — всё равно, что биться головой о стену. Только голова потом болит.

Кое-как я привела себя в чувство: умылась холодной водой, почистила зубы и пошла одеваться. Состояние было отвратительное — я чувствовала себя развалиной. После ночных скандалов меня до сих пор мутило от усталости.

Натянув джинсы, свитер, который давно стоило выбросить, кеды и старую куртку, я наконец вышла на улицу. Сегодня было особенно прохладно, но радовало одно — скоро весна. Погода стояла сумасшедшая: то дождь, то снег по колено — и это в конце зимы.

Сейчас только семь утра. Улицы были пустыми — и это, пожалуй, единственное, за что я любила ранние подъёмы. Тишина и чувство, что можно хотя бы полчаса не думать ни о чём важном. Просто идти, смотреть по сторонам и наслаждаться прохладным воздухом.

Я вставила наушники, врубила музыку громче и двинулась в сторону «The Roadside». Ещё одна смена в кафе. Ещё немного денег в конверт. А вечером — ресторан, но об этом я старалась не думать.

Кафе, где я работала официанткой, находилось в получасе ходьбы от дома. Открытие в восемь утра, так что у меня было достаточно времени подготовить зал. Мне нравилось здесь работать. Платили за смену достаточно, а главное — кормили обедом. Бесплатно. Для меня это много значило: на еде я экономила часть зарплаты, и каждая сэкономленная монета уходила в конверт.

В кафе очень вкусно готовили, а цены были доступными — неудивительно, что сюда заезжали и дальнобойщики, и туристы, и парочки, и просто те, кто искал нормальный кофе с горячей едой посреди долгого пути. Но главное, за что я любила это кафе, — его владелица. Её звали Дэрин. Для всех она казалась строгой. Но мне это нравилось, потому что в этом отражалась справедливость. И одновременно Дэрин была доброй. Без притворства. Она открыла «The Roadside» три года назад, после развода, и теперь кафе знали даже за пределами нашего городка. Постоянные гости давно знали: начало недели в «The Roadside» — тёплое. По понедельникам здесь было особенно уютно, и тому была причина.

Я вошла со служебного входа, и меня сразу окутало теплом и ароматом свежих булочек с корицей. Дэрин уже была у плиты. Как кондитер она умела всё: и выпечку, и торты. Каждый понедельник она готовила что-то особенное, и уже через пару часов после открытия подносы пустели.

Это была её фишка, чтобы привлечь местных: люди специально заходили за выпечкой с собой или оставались позавтракать прямо здесь. Посетителей бывало так много, что мы выставляли столики даже на улицу.

— Дэрин! Доброе утро! Какой чудесный запах!

— Эйни! Привет, дорогая! — Она обернулась. — Сегодня у нас мягкие булочки с корицей, и я щедро полила их сливочным кремом. Сама бы съела всё, — она кивнула на те, что уже были готовы для продажи.

— Ты же не забыла о нас с Ноланом и Грейс? — Я перевела взгляд на пустой зал, где пока никого из наших не было.

— Нет, конечно! Я уже пеку для вас отдельную партию, чтобы вы нормально позавтракали перед открытием, а не хватали на бегу.

— Ты самая замечательная владелица на свете.

— Спасибо, Эйни. — Дэрин улыбнулась и повернулась обратно к духовке. — Ты пока зал подготовь, ладно? А я тут закончу. Нолан и Грейс скоро будут, тогда вместе и позавтракаем.

Иногда Дэрин оставалась с нами утром, если у неё не было важных дел в этот день.

Переодевшись в рабочую форму, я зашла в зал. Дежурный свет мягко освещал пустые столы. Я включила верхний — и на секунду зажмурилась: кафе словно выдохнуло и проснулось. Дальше привычный ритуал: поправить стулья, салфетки, проверить, ровно ли стоят приборы.

Стены цвета белого шоколада, фотографии выпечки Дэрин, блюд Грейс, снимки с открытия — всё это делало «The Roadside» не просто местом работы, а чем-то родным. Столы и стулья из светлой кожи добавляли тепла, и даже в пустом зале было уютно. Дэрин когда-то мечтала о кафе, где будет играть приятная музыка, вкусно пахнуть выпечкой и царить семейная атмосфера. И у неё получилось — по-настоящему. Здесь не бывало чужих. Даже случайные гости через пять минут расслаблялись, забывали о времени и почти всегда возвращались сюда. А со временем почти все посетители становились постоянными — из тех, кому уже не нужно меню.

— Дэрин! Ты снова балуешь нас булочками! Мы же скоро не поместимся в твоём кафе! — крикнул Нолан, проходя мимо кухни к раздевалке.

— Ты же спортсмен, Нолан. Тебе можно, — шутливо ответила Дэрин.

— Только баскетбол не забрасывай! — подхватила Грейс. — Иначе булочки победят.

— И тебе привет, мой любимый шеф-повар! — усмехнулся Нолан, скрываясь за дверью раздевалки.

— Доброе утро, Дэрин!

— Привет, Грейс! Эйни уже накрывает завтрак, булочки на подходе и ждут только вас двоих.

Через несколько минут мы уже сидели вчетвером за угловым столом у окна. Дэрин поставила перед нами тарелку с тёплыми булочками, а Нолан — кувшин с кофе.

— Дэрин, ты когда-нибудь спишь? — Грейс потянулась за булочкой и тут же обожглась. — Ай! Горячие!

— Осторожнее, — усмехнулась Дэрин. — Я встала в четыре утра, пока вы всё ещё дрыхли, ведь сегодня день выпечки!

— Я не дрыхла, — буркнула я, наливая всем кофе. — У меня будильник звенит в шесть утра.

— А выглядишь так, будто вообще не спала, — Нолан покосился на меня. — Опять?

Я только пожала плечами. Не хотелось портить утро разговорами о том, о чём и так думать тошно.

— Ладно, не приставай к человеку, — Дэрин легонько стукнула Нолана по руке. — Ешьте давайте, через двадцать минут открываемся. Сегодня будет много гостей, я чувствую.

— Ты каждую неделю так говоришь, — улыбнулась Грейс.

— И каждую неделю я права.

На несколько минут стало тихо. Только звон ложек о кружки и шум дождя, который начался за окном. Такое утро я любила.

Вкусно и плотно позавтракав, мы открыли кафе, и через пять минут, несмотря на дождь, к нам зашли первые посетители — мистер и миссис Харпер, пара, которой было немного за пятьдесят. Они заходили к нам за выпечкой уже третий месяц подряд, когда бывали на рынке, а после заезжали сюда.

— Доброе утро, Эйни! — Мистер и миссис Харпер помахали мне рукой, едва я вышла в зал. — Мы сегодня специально пораньше, чтобы застать ваши шедевры горячими. — Вы и так всегда первые, — улыбнулась я. — Что желаете?

— Как обычно, дорогая. Два кофе и четыре «понедельничных» десерта. Два здесь, два с собой.

— Нолан! Ты, как всегда, прекрасен! — Миссис Харпер никогда не скупилась на комплименты нашему бармену, как только его встречала.

— И вам доброе утро, мистер и миссис Харпер! Отлично выглядите!

— Благодарю! — улыбаясь, ответила миссис Харпер. — Как всегда, пришлось ждать мою любимую Шерил, пока она накрутит свои локоны, — улыбаясь, сказал Гарольд и посмотрел на жену. — Присаживайтесь, сейчас я сварю вам кофе, а Эйни подаст выпечку. Кстати, сегодня у нас вкуснейшие булочки с корицей и молочным кремом — пальчики оближешь!

Не успела я подать Харперам их булочки и кофе, как дверь открылась снова. А потом ещё и ещё. Звон колокольчика над входом уже не затихал. Дождь за окном только подгонял новых посетителей, и проезжавшие мимо сворачивали к нам, словно на запах кофе и выпечки. К девяти зал уже гудел голосами.

Я носилась между кухней и столами, Нолан едва успевал варить кофе, а Дэрин с Грейс колдовали над новыми порциями выпечки и другими блюдами. Ещё через час в кафе не осталось ни одного свободного места, и нам пришлось вынести столы на улицу под навес. Понедельник в «The Roadside» всегда был таким — немного безумным и очень живым.

Кафе работало до пяти, так что на вторую работу я не опаздывала. «The Iron Skillet» считался рестораном: кирпичные стены, приглушённый свет, барная стойка из тёмного дерева и, конечно, алкоголь в меню. Для Кэрролтона это было единственное место, где можно прилично посидеть, съесть хороший стейк и выпить пива. Вечерами здесь собирался весь город. Главной гордостью «The Iron Skillet» было мясо — стейки, рёбрышки, жаркое. Посетители специально приезжали ради фирменного рибая из ближайших городов. Моё место было на кухне, и всё, что творилось в зале, меня не касалось.

Шеф-повар Лари был уже в том возрасте, когда имел за плечами большой опыт, и спокойную уверенность в своей работе. Когда-то он работал строителем, но после переезда в Кэрролтон ещё семь лет назад решил попробовать себя в роли повара. И у него получилось — мясо он готовил так, что пальчики оближешь. Сюда я пришла подработать на лето год назад, ещё когда училась в последнем классе школы. Но потом он решил нанять меня на постоянную основу — с шести вечера до одиннадцати ночи, и меня это полностью устраивало. Платили здесь немного меньше за смену, но и работала я по времени меньше, чем в кафе.

Кстати, о главном. Привет! Меня зовут Эйни, и только мать с отчимом называют меня Эйн. Мне девятнадцать. Я живу в Кэрролтоне — это маленький городок в штате Иллинойс.

Почти никому не нужное место: зарплаты низкие, жизнь — так себе. Нормально зарабатывают только те, кто давно держит здесь бизнес. Школу я окончила год назад. Живу с матерью и её сожителем в доме, который мы снимаем.

Мою мать зовут Орла.

Она так и не вышла замуж после того, как её свадьба с моим биологическим отцом сорвалась. Он бросил её прямо перед церемонией: заявил, что встретил другую и она беременна. А моя мать и её годовалый ребёнок ему больше не нужны.

Родители отца тоже не захотели нас поддерживать. Поэтому я никого из них до сих пор не знаю. Как-то раз я пыталась найти его. Он жил в соседнем городе, но, когда я туда добралась, их уже не было там. Наверное, переехали. А теперь я даже рада, что мы не знакомы. Спустя три года после той попытки я сказала себе: раз я не нужна своему отцу, значит, и он мне тоже не нужен. Никто. Единственным, кто всё-таки появился в нашей жизни, стал Брайан — мой отчим. Мать привела его, когда мне было лет десять. И лучше бы не приводила. В один момент мы остались ни с чем. Восемь лет назад у нас было всё: дом, спокойная жизнь, радость и прочие вещи, которые есть в каждой семье. Но не в моей. А потом мы лишились всего. Мать с отчимом решили продать наш дом и купить другой, но отдали деньги мошенникам. Вернуть, увы, ничего не получилось. Ни дома, ни сбережений — только пустота и чувство, что нас обокрали не только мошенники, но и собственная глупость. С тех пор мы снимаем жильё. Дом старый, с вечно текущей крышей и скрипучими полами — такой, про который не рассказывают с гордостью. Про него вообще стараются не говорить.

Когда мы потеряли дом, что-то сломалось не только в нашем кошельке, но и в матери. Раньше она не пила вообще — даже бокал вина на Новый год был редкостью. А Брайан, при всей его мерзости, хотя бы держал себя в руках. Но после того, как мы остались без всего, они словно разрешили себе не сдерживаться. Сначала — по выходным. Мать говорила, что это просто способ расслабиться после тяжёлой недели. Но вскоре «тяжёлая неделя» стала каждой. Они начали выпивать чаще, бутылка на столе перестала быть чем-то исключительным. А по выходным — особенно. И чем больше они пьют, тем меньше стесняются в выражениях.

Мать больше не работает. Живём на её социальную выплату — её едва хватает, чтобы платить за аренду. Брайан иногда берёт подработки на стройке, но это редко. Очень редко.

С колледжем у меня не сложилось — для учёбы нужны деньги, а у нас их не было. Даже на бесплатное обучение я бы не потянула: нужно было на что-то жить, а помощи ждать не от кого. Поэтому сразу после школы я пошла работать. Теперь почти всё, что я зарабатываю, уходит в конверт. Я коплю на переезд. Уже давно решила: мой город — Бостон. Я никогда там не была, но миссис Харпер и Дэрин столько о нём рассказывали, что теперь Бостон снится мне по ночам. Большой город у океана. Университеты, мосты, красные кирпичные здания и улицы, по которым ходят люди с рюкзаками и стаканчиками кофе. Говорят, осенью там особенно красиво — листва желтеет, и весь город будто светится. Я хочу увидеть это своими глазами.

Проблема одна — деньги. Для Бостона их нужно гораздо больше, чем можно заработать в Кэрролтоне. Я всё посчитала. Для переезда нужна приличная сумма — такая, чтобы хватило на первое время: оплатить жильё за три месяца вперёд, найти работу и просто жить, пока не встану на ноги. С моими доходами это непросто. На себя я трачу немного. Из обязательного — два раза в месяц даю матери на продукты. Всё-таки иногда я ем дома, и не хочется быть в долгу. Но самое ощутимое — это плата за жильё. Когда мне приходится отдавать свои деньги за дом, понимаю: то, что зарабатывает Брайан, и деньги, которые приходят по социальной выплате матери, просто исчезают. В никуда. Они совершенно безответственны. И платить за это приходится мне. Но я справлюсь. Сначала перееду, найду работу, а там — колледж. Не хочу, чтобы вся моя жизнь была похожа на то, что я вижу сейчас.

— Добрый день! Вы сегодня раньше обычного. Как всегда?

— Здравствуй, Эйни! Да, чашечку чая. И что у нас сегодня из сладкого?

— Дэрин приготовила морковный торт. Мы даже не успели попробовать — почти всё разобрали. Но для вас, конечно, мы забронировали отдельную порцию. Присаживайтесь, сейчас я всё принесу.

— Большое спасибо!

Это мистер Миллер — или просто Уильям, как он просит себя называть. Выглядит молодо для своих лет: высокий, подтянутый, с тёмными волосами, в которых только начала пробиваться седина. Всегда опрятный, с добрыми глазами и располагающей улыбкой. Симпатичный. Даже в свои годы — очень даже ничего. Впервые он заехал к нам около двух месяцев назад, ранним утром. Кафе ещё было закрыто, внутри — только Дэрин. И она, никогда не впускавшая посторонних до открытия, вдруг согласилась принять гостя. Впервые на моей памяти. С тех пор Уильям бывает у нас каждую неделю. Говорит, что просто проезжает мимо. Но я не верю в такие совпадения. Он приезжает к нашей владелице.

Когда я принесла заказ, Уильям вдруг спросил:

— Эйни, скажи, пожалуйста, ты не знаешь, замужем ли Дэрин?

Я едва сдержала улыбку. Ну конечно. Я была права.

— Нет, она давно в разводе. И, насколько я знаю, сейчас у неё никого нет.

Уильям чуть заметно выдохнул — будто ждал именно этого ответа.

— Эйни, может, подскажешь? Какие цветы она предпочитает? Хочу передать ей букет.

— Она любит белые розы, — я задумалась, — хотя, если честно, ей нравятся все цветы. Вы можете точно застать её в понедельник, она будет здесь в восемь утра. По этим дням она занимается десертами и выпечкой.

— Спасибо, Эйни, ты облегчила задачу, тогда заеду в понедельник.

Когда Уильям ушёл, я подошла к Дину, который всё это время стоял за барной стойкой и делал вид, что не подслушивает.

— Мне кажется, что скоро Дэрин выйдет замуж ещё раз, — сказала я Дину с улыбкой.

Дин поднял бровь:

— Ты о чём?

— Представляешь, — я повернулась к нему, понизив голос, — Уильям спрашивал, какие цветы ей нравятся. Хотел в следующий приезд передать букет. А я сказала, что она будет здесь в понедельник. Он обещал заехать. Интересно, как она отреагирует?

— Да ну! — Махнул он рукой. — Не знаю, что должно произойти, чтобы она ещё раз на это согласилась. — Он помолчал и добавил уже с тёплой усмешкой: — Надеюсь, она будет в настроении, иначе мы лишимся постоянного гостя. Я даже ради этого приду в свой выходной. Хочу посмотреть на это зрелище.

— Дин! Хватит издеваться!

Мы посмеялись, и каждый вернулся к своим делам.

В понедельник, как и обещал, Уильям приехал с букетом белых роз ровно в восемь утра.

Мы с Корой как раз расставляли в холодильной витрине десерты, которые Дэрин приготовила перед отъездом.

— Доброе утро, девочки! — Уильям остановился в дверях с букетом. — Ну что, я не опоздал? — спросил он с надеждой.

Мы с Корой переглянулись. Похоже, его ждала неприятная новость.

— Дэрин вчера вечером уехала по срочным делам. Мы сами узнали об этом только в последний момент. Простите, что так вышло. — Я помедлила и улыбнулась. — Но у нас для вас небольшой сюрприз.

— Даже так? — Уильям приподнял бровь.

— Перед отъездом Дэрин приготовила десерт. Лично для вас.

Уильям слегка смутился. Букет в его руках чуть дрогнул.

— Для меня? — Он улыбнулся. — Не ожидал. А я могу взять с собой? Честно говоря, заехал только на минутку — подарить цветы.

— Конечно! Пару минут.

Я проводила Уильяма и поставила цветы в вазу в углу барной стойки, чтобы они никому не мешали и дождались Дэрин. Нолан сегодня задержался и пришёл, когда Уильям уже уехал.

— Ого! — присвистнул Нолан, подойдя к барной стойке и глядя на букет. — И что за джентльмен тут у нас? Белые розы, серьёзно? — Он скосил на меня взгляд, и я услышала в голосе нотки пренебрежения.

— Уильям оставил для Дэрин. И что ты имеешь против белых роз? Они шикарны. Между прочим, это и мои любимые цветы тоже, — с гордостью ответила я.

— Я и не заметил, что у Дэрин появился поклонник. А она знает об этом?

— Конечно, знает. И даже иногда отдельно готовит для него десерты. — Я подмигнула Нолану.

— Вот это поворот! А я, как всегда, всё пропустил.

— В среду Дэрин вернётся. Отдашь ей букет лично и всё узнаешь из первых рук. Чуть позже, когда появилась свободная минута, я спросила у Нолана:

— Где задержался? На учёбу ездил?

Нолан вздохнул и отложил тряпку, которой протирал стойку:

— Да, надо долги закрывать. Если отчислят — так и останусь барменом на всю жизнь.

— А практика у тебя будет?

— Да, пару дней назад к нам на факультет пришли люди из крупной редакции. Попросили преподавателей назвать лучшего студента — и выбор пал на меня. Представляешь? — Нолан говорил быстро, будто сам до сих пор не верил. — Меня вызвали и сказали: «Справишься с заданием — получишь место в редакции». И не в какой-нибудь местной газетёнке, а в настоящей, большой.

— А подробности уже есть какие-то? Что за задание?

— Пока ничего не ясно. Сказали, что через пару месяцев со мной свяжутся.

— А где сам хочешь работать? Присмотрел уже что-то?

— Есть пара вариантов, но я пока держу их при себе. Не хотелось бы сглазить.

— Нолан, можно тебя на пару минут? — Крикнула из кухни Кора.

Нолан обернулся на голос.

— Да, сейчас иду. — Потом снова посмотрел на меня, — потом договорим, ладно?

— Хорошо, — я кивнула и пошла поправлять столы.

До закрытия оставалось каких-то пятнадцать минут. Нолан ушёл переодеваться, а я осталась в зале одна. И тут входная дверь открылась — в кафе вошла незнакомая девушка. Она окинула зал быстрым, цепким взглядом — будто искала что-то или кого-то, задержалась на мне чуть дольше, чем нужно, — и только потом шагнула к барной стойке. Я скользнула по ней взглядом в ответ. Хм. Новенькая. Раньше я её здесь точно не встречала.

— Добро пожаловать!

— Здравствуйте.

— Вам меню или, может, что-нибудь на баре желаете?

— Нет, мне ничего не нужно. Нолан здесь?

Она спросила это так, будто он был её мужем. Я на секунду задержала на ней взгляд, потом кивнула:

— Сейчас позову, одну минуту.

Зайдя на кухню, я нашла Нолана у шкафчиков — он как раз застёгивал куртку.

— К тебе пришли. Ждут в зале.

— Кто это? — Он обернулся, выражая искреннее удивление.

— Понятия не имею. Какая-то девушка.

Нолан вышел в зал, а я осталась. Кора уже выключила всё на кухне, и в тишине их голоса доносились отчётливо.

— Привет, Аманда. Что ты тут делаешь?

— Привет! Проезжала рядом, решила зайти. Почему ты вчера не пришёл?

Что ещё за Аманда? Интересно, кто она ему и куда он вчера не пришёл?

— Я был занят. Алкоголь и танцы до утра — это не моё. Ты в курсе.

— Ну что ты такой зануда, Ноли? — Пропищала Аманда.

Ноли? Фу. Что за дурацкое коверканье? И откуда она вообще взялась — такая мерзкая? — пронеслось у меня в голове.

В этот момент на кухню зашла Кора — уже полностью собранная.

— Ты ещё не переоделась? Тебя подождать?

— Да, я сейчас, пять минут. Скажи, пожалуйста, Нолану, что мы уходим.

— Конечно.

Когда я переоделась и вышла из раздевалки, Нолана в кафе уже не было. Мы с Корой всё проверили ещё раз, закрыли дверь и вышли на улицу.

— Ты сегодня домой или у тебя смена в ресторане?

— Сегодня у меня выходной, поэтому домой, — улыбнулась я Коре.

— Тогда мне в другую сторону, — грустно ответила она. — Ну ладно, я пойду, а то уже опаздываю.

Мы попрощались и разошлись каждая в свою сторону. Я включила музыку и медленно побрела домой. Ресторан сегодня и завтра на техническом перерыве, поэтому за долгое время у меня освободилось два вечера подряд. В голове крутилось только одно: кто Нолану эта Аманда? Ревность грызла меня всю дорогу, не отпуская ни на секунду. Я шла по улицам, которые знала наизусть. И, если честно, от них уже тошнило. Каждый день я мечтаю уехать отсюда как можно дальше, потому что находиться в этом аду мне просто уже невыносимо. Возможно, я не до конца понимаю, что может ждать меня в незнакомом городе, но там я хотя бы смогу почувствовать себя свободной и не бояться возвращаться домой. Не знаю, как от всего, что происходило в моей жизни, я не сошла с ума. Я обязательно уеду отсюда. Я себе обещаю.

В пятницу, отработав смену в ресторане, я наконец переоделась и вышла на улицу. Вечерний воздух пах весной — сырой землёй и чем-то свежим, едва уловимым, как будто где-то уже зацвели первые цветы. Снег почти сошёл, но кое-где на обочинах ещё лежали грязные кучки — остатки зимы, которая никак не хотела уходить. Я постояла у входа, вдыхая этот запах, и задумалась. Вызвать такси и через пятнадцать минут оказаться дома — или пойти пешком и растянуть дорогу почти на час. Конечно, я выбрала второе. Несмотря на усталость, ноги сами понесли меня по тротуару. Домой не хотелось. Совсем. Там ждали пропитанные перегаром стены, грязная посуда в раковине и, скорее всего, очередной скандал. А здесь, на улице, было тихо и спокойно. В окнах домов загорался свет, где-то вдалеке лаяла собака, и ветер, ещё прохладный, но уже не зимний, приятно касался лица. Обычный вечер в Кэрролтоне.

Я поёжилась от ветра.

Всё-таки вечерами ещё прохладно. И почему я не додумалась одеться теплее? — мелькнуло в голове, и вдруг кто-то сзади тронул меня за плечо.

Я резко обернулась и уже замахнулась сумкой, но тут же опустила руку. — Нолан! Как ты меня напугал! Нельзя же так подкрадываться. Ты что здесь делаешь? — Я действительно не ожидала его увидеть: он никогда не ходил этой дорогой.

— Фух, я думал, не успею, — он улыбнулся. — Решил тебя проводить до дома. Ты не против?

Сегодня мне как никогда хотелось тишины и одиночества. Но когда я увидела Нолана, поняла — не так уж и хотелось.

— Не против. Прогуляемся вместе.

— Я кое-что для тебя захватил. Знал, что замёрзнешь. — Он достал из рюкзака ярко-синюю тёплую кофту с капюшоном.

Она была огромной — как и всё, что носил Нолан. Я в ней просто утонула.

— Ты, как всегда, знаешь всё наперёд, — я покачала головой и улыбнулась. — Спасибо. Это очень мило с твоей стороны. — Я закуталась в его толстовку и почувствовала парфюм Нолана, от которого кружилась голова. Мне хотелось всегда вдыхать этот запах.

Мы не спеша пошли в сторону моего дома. Нолан — бармен в кафе, мы работаем с ним вместе уже пол года. Ему двадцать, и он учится в универе на факультете коммуникации — будущий журналист. Хотя с его данными в баскетболе странно, что он не выбрал что-то связанное со спортом. Общительный, обаятельный, с классным чувством юмора. И плед взял. Кто так вообще делает?

Я не стала спрашивать, кто такая Аманда, решила оставить это и забыть. Ведь сейчас он был со мной.

— Как прошла смена в ресторане? Работы много было?

— Сегодня нет, — с облегчением выдохнула я. — Видимо, все пришли к нам утром в кафе. Но что-то я за сегодня всё-таки устала.

— Да, несмотря на утренний дождь, столы были полными даже под навесом.

— А ты чем занимался после работы? — Я подняла глаза на Нолана и едва сдержала улыбку. Какой же он красивый.

— Я, можно сказать, тоже на смене был, — он усмехнулся. — помогал маме пересаживать цветы, которые стоят в доме. И как она успевает за ними ухаживать, их же по всему дому просто тьма.

Я рассмеялась.

— Да, это целая наука.

Мы и не заметили, как уже подошли к дому. Всё-таки Нолан — один из тех немногих людей, с кем даже в самый паршивый день вдруг становится легче. Неудивительно, что миссис Харпер от него без ума. Я сняла с себя его кофту, и мы попрощались. Я постояла ещё минуту, глядя Нолану вслед, а потом повернулась к дому. С тревогой я всё-таки открыла дверь и вошла. К моему удивлению, было тихо, поэтому я решилась заглянуть на кухню. Никого. Уже хорошо. Навстречу мне никто не вышел, и я сразу пошла в свою комнату — я чертовски устала.

Через пять минут ко мне вошла мать — как будто ничего и не было прошлой ночью.

— Привет, Эйн. — Называть меня дочерью она никогда не любила.

— Привет, мама.

— Ты сегодня поздно. Где была?

— Как будто ты не знаешь, что пять дней в неделю я работаю в две смены.

— Ну знаешь, я за тобой не слежу, — неприятным тоном ответила мама.

— Ты что-то хотела? Мне нужно сходить в душ и лечь спать, я очень устала.

— Да. Хотела сказать, чтобы не грубила Брайану, — она закрыла дверь, пододвинула ко мне стул и присела, — он взрослый мужчина, а ты разговариваешь с ним неуважительно. Думаешь, я не знаю, что, пока меня нет, ты ведёшь себя ужасно?

— Зачем ты такое говоришь? — Я пыталась говорить тише, чтобы не нагрубить. — Я ему ни одного плохого слова не сказала! Почему ты спрашиваешь за всё с меня? Хоть раз ты слышала, как он со мной разговаривает, если тебя нет рядом? И вообще, пусть он устроится на нормальную работу. Может, тогда перестанет выдумывать. И за жильё тоже нужно платить не только мне.

— Он тоже зарабатывает и тратит всё на нас, не забывай об этом.

— На кого — нас? И что он зарабатывает?! — Я уже не могла сдерживаться, каждое её слово жгло изнутри. — Может, ты хотела сказать — на бутылки, которые вы опустошаете почти каждый вечер?! А еда? Ты думаешь, что ты покупаешь с социальных выплат, этого хватает? Я два раза в месяц хожу в магазин, тащу кучу пакетов на себе! Покупаю абсолютно всё и трачу почти всю свою зарплату!

Я чувствовала, как внутри закипает злость пополам с обидой — я не понимала, как она может всего этого не замечать.

Мать смотрела на меня пустыми глазами — в них не было ни капли сожаления. Для неё я была просто крикливой девчонкой, которая вечно всем недовольна, а Брайан — её мужчина, и он всегда прав. Я видела это по её лицу: мама не пыталась понять меня. Она просто ждала, когда я замолчу. И единственное, что она выдавила:

— Я всё сказала!

Она вышла и захлопнула за собой дверь, а я осталась стоять одна посреди комнаты. И в очередной раз поняла, что здесь меня никто не любит. Впрочем, ко всему этому давно пора просто привыкнуть. Завтра у меня выходной. Вторник и ещё полдня четверга я всегда оставляю для себя — это мои дни на восстановление, работа в двух местах выматывает. Я сходила в душ, легла в кровать и провалилась в сон быстрее, чем ожидала.

На следующий день я открыла глаза, глянула на часы и удивилась: почти десять утра. Ничего себе! Я мысленно себя похвалила: молодец, Эйни, наконец-то дала себе поспать. Как же не хочется сегодня куда-то идти. Настроение — лежать весь день, укутавшись в одеяло, и смотреть сериалы. Но дел у меня было на сегодня прилично. Пора приводить себя в порядок. В кафе я работаю с людьми, и от моего внешнего вида напрямую зависят чаевые. А они мне очень и очень нужны. К счастью, дома сегодня было спокойно — наверное, потому что, кроме меня, здесь никого не было.

Я собралась, не спеша позавтракала и вышла на улицу. День неожиданно выдался тёплым и солнечным — не то что вчера. Сегодня я решила, что зайду в магазин и куплю себе что-нибудь новое. Честно говоря, я уже и забыла, когда в последний раз тратила деньги на одежду. Правда, магазинов в нашем городе раз-два и обчёлся, поэтому сначала я пошла к «Центру». Там можно посидеть у фонтана, выпить кофе и заодно подумать, что именно мне нужно.

Я зашла внутрь, подошла к барной стойке и уже хотела сделать заказ, как вдруг кто-то тронул меня за плечо. Дин.

Мы с ним познакомились полгода назад, в мой первый рабочий день. Я тогда пришла на стажировку в «The Roadside» — и Дэрин поставила его моим наставником. Он работает два дня в неделю, когда у Нолана выходной. Дин оказался на редкость терпеливым. Не раздражался, когда я путала столики, и спокойно объяснял всё по десять раз, если нужно. Мы сразу поладили. С тех пор мы начали общаться и иногда гуляли после смены, но всегда по-дружески. Ни ему, ни мне ничего большего не нужно. С ним просто хорошо — и этого достаточно. Он на год младше меня, но я часто об этом забываю. Серьёзный, сообразительный, с отличным чувством юмора. Похоже, у Дэрин талант, раз она умеет находить таких людей. Вся команда у нас — на своих местах, все вежливые, добрые. Редкость.

— Эйни! Привет! — Дин широко улыбнулся и легко, по-дружески приобнял меня.

— О, Дин! Привет. А я как раз думала, что одной скучно сидеть. Вселенная меня услышала.

— Как ты? Не ожидал тебя здесь сегодня увидеть.

— Всё отлично, спасибо. Да, мне нужно по делам, и решила заглянуть за кофе. А ты один или с кем-то? — С двоюродным братом. — Он кивнул в сторону дальнего столика. — Присоединишься?

— Если не помешаю, то я с радостью. Только недолго, мне ещё ехать на другой конец города.

— Не волнуйся, мы на машине, так что подвезём тебя, куда скажешь. Кстати, Дэрин завтра не будет — она с моими родителями поедет за какой-то кухонной техникой. Так что можно немного расслабиться— с улыбкой сказал Дин.

— Дэрин обещала новые блюда в меню. Что бы это могло быть?

— Готов поспорить — что-то по кондитерской части.

— Возможно, — я пожала плечами. — Кстати, завтра наша смена. Ты ведь помнишь? — Я ткнула его пальцем в плечо.

— Конечно, помню.

Мы забрали кофе, и Дин, зная мою любовь к сладкому, прихватил для меня пирожное. Мы подошли к столику, и он кивнул на парня напротив:

— Эйни, знакомься — это мой брат Джеймс.

Потом перевёл взгляд на брата:

— А это моя подруга Эйни. Мы с ней работаем в кафе у Дэрин.

— Приятно познакомиться, Эйни, — Джеймс с улыбкой протянул мне руку.

— Взаимно, — я протянула руку в ответ. Я поймала себя на том, что разглядываю Джеймса, и, кажется, он отвечал мне тем же.

— Присаживайся, мы недавно пришли. Хорошо, что я тебя встретил, а то этот зануда Джеймс свёл бы меня с ума, — сказал Дин.

— Я бы ещё поспорил, кто из нас зануда, — усмехнулся Джеймс.

Спустя десять минут Дин всё ещё рассказывал что-то про университет, я смеялась, но краем глаза замечала: Джеймс смотрит так пристально, что мне становилось не по себе. Он не сводил с меня глаз с того самого момента, как мы познакомились. Когда Дин сделал паузу, Джеймс спросил:

— Эйни, как ты смотришь на то, чтобы сегодня прогуляться?

Я чуть не поперхнулась кофе и, кажется, покраснела.

— А-а... Извини, но не получится.

— Почему нет? Я совсем не зануда, честное слово. Дин просто пошутил. Правда ведь? — Джеймс посмотрел на брата, ища поддержки.

Дин поймал его взгляд и усмехнулся:

— Эйни — не та девушка, которая будет вешаться на шею первому встречному красавчику. Даже такому, как ты. Так что не доставай её.

Джеймс ничего не ответил. Он перевёл взгляд с брата на меня и улыбнулся — чуть нагло, но обезоруживающе. В этой улыбке была уверенность: он знал, чего хочет, и, похоже, редко принимал «нет» за ответ.

Мы проболтали ещё полчаса, потом парни подбросили меня, куда нужно. Дин предлагал дождаться и отвезти домой, но я отказалась — хотелось пройтись. Закончив всё, что планировала, я вышла из автобуса на остановку раньше и не спеша поплелась домой.

Уж очень наглый этот Джеймс. Хотя красавчиком он, бесспорно, был. Высокий, спортивного телосложения, коротко стриженные тёмно-русые волосы, карие глаза — те самые, что внимательно меня разглядывали. Светло-голубая рубашка, небрежно выпущенная поверх брюк, на ногах — светлые кеды. На запястье левой руки поблёскивали часы. Выглядел он и впрямь отлично — я уже стала забывать, что парни могут носить что-то, кроме спортивных костюмов. Определённо, раньше я его здесь не встречала...

Так, стоп. Я слишком долго о нём думаю, — одёрнула я себя. Хватит. Мне нет до него никакого дела.

На следующий день, пока мы работали, Дин рассказывал про своего брата. Джеймс из Сент-Луиса, ему двадцать три. Недавно окончил университет, и родители подарили ему машину, вот он и заехал похвастаться. В хорошем смысле, конечно. А потом Дин небрежно бросил:

— Ты ему понравилась, между прочим. Хочет позвать тебя куда-нибудь.

Ну вот. Этого мне только не хватало. — Подумала я, но вслух сказала другое:

— Дин, сам посуди. Он в Сент-Луисе, я в Бостон собираюсь. Отношения в мои планы точно не входили.

Про Нолана я рассказывать, конечно же, никому не собиралась.

— Я понимаю, Эйни. Я ему сразу сказал, что не вариант. Но он упёртый — уже и номер твой просил. Я не дал. Сказал, что сначала спрошу у тебя, а там видно будет. — Дин вздохнул. — Он мне, конечно, брат, хоть и двоюродный, но я бы не хотел, чтобы ты с ним связывалась. Джеймс — отличный парень, пока речь не заходит об отношениях. Я его знаю.

Я промолчала. Слова Дина за секунду оставили неприятный осадок. Вот и отлично. Значит, никакого общения с Джеймсом. Оно мне и не нужно, — решила я и вернулась к работе.

Когда гости разошлись и появилось время пообедать, я показала Дину фотографию.

— Скоро у Нолана день рождения. Я купила ему подарок. Что думаешь?

— Ну ты даёшь! Он же стоит кучу денег! — Дин округлил глаза, разглядывая фото. — Ему точно понравится. А у меня, кстати, тоже скоро день рождения. Я люблю футбол, — добавил он с милой улыбкой.

— Дин, — я не сдержала смех, — у тебя день рождения в ноябре. Но я обязательно сделаю тебе хороший подарок, не сомневайся. Кстати, спасибо, что подвезли меня вчера.

— Когда у меня появится машина, я буду для тебя личным водителем. — Он улыбнулся и, склонив голову набок, прижал руку к груди.

Я рассмеялась и легонько толкнула его в плечо.

— Дин, ты лучший.

Он посмотрел на меня и уже тише спросил:

— Так что насчёт Джеймса? Дать ему твой номер?

— Нет. Не надо. — Я покачала головой, не переставая улыбаться, но голос прозвучал решительно.

— Я понял, — кивнул Дин.

Две недели спустя на календаре наконец-то была та самая дата. Нолану — двадцать один. В этот день у меня была смена с Грейс и Дином. Вообще, меня должна была подменить Бетти — моя напарница, — но она, как назло, заболела. Так что пришлось брать с собой приличную одежду и переодеваться в кафе.

Нолан позвал всех нас отметить его день рождения у себя дома. Его родители — фермеры, и ещё пять лет назад они смогли позволить себе купить хороший дом.

Когда мы приехали, я невольно замерла на пару секунд. Дом был шикарный. Двухэтажный, с деревянной верандой ручной работы, которую сделал отец Нолана, мистер Харрис.

Вдоль участка — цветы. Я не знала, как они называются, но они были чудесны. Пышные зелёные кусты, а ближе к дому — молодая магнолия, посаженная совсем недавно. Конечно, здесь большое участие приняла мама Нолана, миссис Харрис. Похоже, она и есть главный садовод в этой семье. А недавно на этом же участке построили маленький домик для гостей. По рассказам Нолана, на праздники у них собираются друзья и родственники, и все дружной компанией гуляют по несколько дней.

Веранда уже была украшена, и нас ждал накрытый стол. Родители Нолана уехали, но оставили всё на нас — они знали: если рядом я и Грейс, волноваться не о чём. Вообще, его семья — и он сам — были замечательными людьми.

Нолану доверяли на все сто. Он помогал родителям с фермой, при этом успевал учиться, работать и заниматься баскетболом, который просто обожал. Чуть позже ненадолго заехала Дэрин. Она не оставила именинника без подарка и, конечно же, торта, который приготовила специально для него.

Народу было мало: все наши из кафе и лучший друг Нолана, Уил. Когда дело дошло до подарков, я вручила ему свой — качественный именной баскетбольный мяч, гравировку на котором я заказывала специально.

Я подошла к Нолану и протянула ему подарок, стараясь скрыть волнение:

— Нолан, с днём рождения. Это для тебя.

Он взял коробку, с любопытством взвесил в руках, а когда открыл — я увидела, как Нолан улыбается всё шире. В тот момент я поняла: копить на этот подарок определённо стоило.

— Эйни! Какой крутой мяч! — Он провёл пальцами по гравировке, прочитал своё имя и покачал головой.

— Спасибо. Я очень рад.

Мы обнялись, и я, стесняясь, поцеловала его в щёку.

К десяти вечера, когда мы уже натанцевались и устали, пришло время торта от Дэрин.

Он был невероятным: мягкий ванильный бисквит, слои сливочного крема, манговый конфитюр на одной половине, кокосовый крем — на другой. Сверху торт был покрыт тонким слоем белой глянцевой глазури, которая красиво поблёскивала при свете. А на ней, как главное украшение, — баскетбольный мяч из белого шоколада, точь-в-точь как тот, что я подарила.

Грейс разрезала торт, я налила всем чай, и как только Нолан попробовал кусочек торта, закатил глаза от удовольствия.

— Я не понимаю, как можно делать такие безумные торты. Это нечто!

— Согласна с тобой, Нолан. Афигенно вкусно. — подхватила его Кора.

— Нолан, ты хоть успел сфоткать торт?

— Грейс, — протянул Нолан, — вот почему ты только сейчас говоришь об этом?

— Нолан посмотрел в сторону разрезанных кусочков.

— А я-то что? Я соцсети не веду, — пожала плечами Грейс.

— Думаю, что Дэрин сделала это за нас. Она же каждый свой торт фотографирует, так что в понедельник спросишь у неё, — сказал Дин, доедая второй кусок.

— Точно! — Я посмотрела на Дина, и он подмигнул мне.

— Завтра всем на работу, пора закругляться, — вздохнула Грейс, а потом оглядела нас и улыбнулась: — Но пешком никто домой не пойдёт. Я попросила мужа заехать за нами. Он возьмёт наш семейный минивэн — поместимся все, даже с запасом. Сегодня он в роли таксиста.

— Спасибо, добрая Грейс, — с улыбкой поклонился Дин. — Мы будем тебе безмерно благодарны. Ты, как всегда, заботлива.

— С тебя — большая кружка твоего фирменного кофе.

— Слушаюсь и повинуюсь. Тебе невозможно отказать, — ответил Дин.

— А я провожу Эйни до дома, — вдруг заявил Нолан. — Прогуляться нам не помешает.

Через пятнадцать минут приехал муж Грэйс.

— Нолан, не опаздывай завтра, — прощаясь, крикнула Грейс.

— Постараюсь, «сестричка».

Грейс была старше Нолана почти на одиннадцать лет, но они всё равно общались как брат и сестра — с постоянными подколками и лёгкостью, будто и правда родные. Мне всегда нравилось наблюдать за ними со стороны.

Мы с Ноланом всех проводили, занесли всю посуду с веранды в дом, выключили свет и вышли на улицу. Нолан, не спрашивая, повернул в сторону моего дома.

— Эйни, как там у тебя дома? — прервал тишину Нолан.

— Всё нормально, лишь бы не сглазить, — я шутливо постучала костяшками по своей голове.

— Ты не думала о том, чтобы снять себе отдельное жильё? Тебе было бы гораздо спокойнее, если бы ты переехала.

— Я уже прокручивала этот вариант у себя в голове, — вздохнула я. — Но нет, самой мне не потянуть.

Нолан задумался на пару секунд, а потом сказал:

— Давай я поговорю со своими родителями. У нас есть соседний домик — ты сегодня его видела, он хоть и маленький, но там есть всё необходимое. Ты могла бы жить одна и ничего не тратить. Хотя бы первое время.

Мы как раз подошли к моему дому и остановились друг напротив друга. Я подняла на него глаза. Я видела, что он говорил абсолютно серьёзно.

— Спасибо, Нолан, но я не хочу быть кому-то обязанной. Тем более твои родители ничего не знают о моих проблемах, а я не хочу, чтобы у них поменялось мнение обо мне.

— Но ты же знаешь их, они хорошие и всё поймут. Даже лишних вопросов не зададут. Тем более этот дом никем не используется, и никому обязанной ты не будешь.

— Это сложно, — я опустила глаза. — Можно я подумаю и отвечу немного позже?

— Хорошо. Просто я не могу даже думать о том, что тебя обижают твои родные. Ты этого не заслуживаешь.

— Нолан, ты же знаешь, я все свои заработанные деньги откладываю на переезд в Бостон. А жить отдельно — это всё равно дополнительные траты, даже если я перееду в домик твоих родителей. Вода, свет, еда, и всё равно какая-то плата за аренду. За всё нужно платить. Я не могу жить совсем бесплатно, а каждая копейка сейчас на счету. Спасибо за твою заботу, мне очень приятно слышать это от тебя.

Тишина затянулась на несколько секунд. Он смотрел на меня, я — на него. И всё, о чём я могла думать в этот момент, — как сильно хочется подойти ещё ближе и просто поцеловать его.

Но не успела я решиться, как меня отрезвил телефонный звонок. Отец Нолана сообщил, что они с мамой уже вернулись домой. Я ещё раз поздравила его с днём рождения, и мы попрощались.

Придя домой, я быстро зашла в свою комнату, взяла пижаму и пошла в душ. Я долго стояла под горячей водой, хотелось смыть не только усталость, но и этот вечер. Вернее, не сам вечер, а мысли, которые он оставил. Я вышла из душа, забралась под одеяло и потянулась к тумбочке. Несмотря на то, что завтра рано вставать, я всё равно достала дневник. Мне нужно выговориться хоть кому-то. Дневник — единственный, кто слушает.

«Мы стоим напротив так близко,

И я тону в глазах твоих светлых.

Это всё, что мне нужно в пасмурный вечер».

«Привет, друг!

Сегодня был день рождения Нолана. Мы здорово провели время всей нашей компанией, а потом он проводил меня до дома. И знаешь, он предложил мне переехать в домик его родителей. Сказал, что там есть всё необходимое и я могла бы жить одна.

Но я не хочу. Не потому, что не ценю его заботу, — наоборот. Просто я буду чувствовать себя неловко. Как будто я кому-то обязана. Как будто я не справляюсь сама. А я справляюсь. Пусть трудно, пусть через силу, но это моя жизнь. И я не хочу, чтобы его родители смотрели на меня с жалостью.

Интересно, что он чувствует ко мне? Нравлюсь ли я ему — или это просто желание помочь? И как мне быть с Бостоном, если я вдруг пойму, что влюбилась?

Отказаться ради своей мечты? А стоит ли?

А ещё вчера я случайно встретила в «Центре» Дина. Это кафе в самом центре нашего городка.

Дин познакомил меня со своим братом — Джеймсом. Он потом сказал, что я понравилась его брату. Но мне это не нужно. Меня никто не интересует, кроме Нолана.

Последние два месяца я просто не могу на него насмотреться. Поначалу он был для меня просто парнем, с которым приятно работать. Но потом что-то пошло не так. Мой пульс учащался каждый раз, когда я шла на смену и понимала, что сейчас его увижу. И я скучала, когда мы не виделись. Есть ли у него кто-то? Мы никогда не лезли в личную жизнь друг друга — всегда обходили эту тему стороной... Но эта Аманда... Кто она? Ладно. Не знаю. Но почему-то мне страшно даже думать об этом.

Я отложила дневник, выключила свет и ещё какое-то время лежала в темноте. Мысли крутились вокруг сегодняшнего вечера: его взгляд, его слова, это неловкое молчание у дома. Мы были ближе, чем когда-либо.

Утром я открыла глаза и поняла, что улыбаюсь. Впервые за чёрт знает сколько времени. Потому что я наконец поняла: Нолану на меня не всё равно. Он думает обо мне.

Эта мысль согревала меня всё утро. Позавчера я получила зарплату и, как обычно, первым делом купила продуктов домой, так что сегодня можно было позволить себе нормальный завтрак.

Я вышла из комнаты, прошла на кухню и выдохнула: дома только я. Пока грелся чайник, я уже готовила завтрак: на сковородке поджаривались бекон и яйца, а сверху медленно плавился ломтик сыра. На тарелке уже ждали нарезанный кружочками помидор и два ломтика тостового хлеба. Сама не знаю, зачем проснулась в полшестого, но теперь была этому даже рада — утро получилось шикарным.

Позавтракав, я собралась и вышла из дома. Я потянулась к наушникам, но не успела я их надеть, сзади раздались шаги. Я резко обернулась и увидела Нолана. Он стоял в паре шагов от меня и пытался отдышаться.

— Я думал, что не успею. Фух.

— Доброе утро! Что-то случилось? — Увидев его, я не сдержала улыбку.

— Нет, просто хочу вместе пройтись до работы. Я кофе нам взял, будешь?

— Конечно! — Я обрадовалась его заботе и взяла стаканчик с кофе. — Спасибо. А ты чего так рано?

— Да что-то не спалось утром, решил, что хороший повод нам побыть наедине..

— Эм-м, что-то на тебя это не похоже, — ляпнула я первое, что пришло в голову, потому что не ожидала от него такое услышать. Нолан улыбнулся, ничего не сказав в ответ.

До открытия почти час, поэтому мы шли не спеша, болтая о чём только приходит в голову этим ранним утром. На пороге кафе нас встретила Грейс.

— Привет, Эйни!

— Привет, Грейс!

— Нолан, а тебя что, солнце разбудило? — усмехнулась Грейс. — Ты сегодня непривычно рано.

— Нет, я забрался в твой минивэн и приехал вместе с тобой, просто ты не заметила, — не растерялся Нолан. — Я принёс нам по кусочку торта. Мама сказала накормить вас завтраком.

— Я всегда за. Тем более у меня есть чай, который тебе понравится. Уверена, ты захочешь ввести его в меню, — ответила Грейс и пошла ставить чайник.

Нолан пошёл переодеваться, а я сразу в зал, чтобы подготовить нам стол для завтрака. Через пять минут Нолан ещё не вернулся, поэтому я подошла к раздевалке, в надежде, что он уже освободил её, как вдруг услышала его голос:

— Привет. Нет, я не смог. Попробую в другой раз. Всё, мне надо бежать.

Я подошла чуть ближе к двери, пытаясь разобрать, с кем он говорит. Через пару секунд дверь резко открылась, и мы столкнулись лицом к лицу.

— Ты что, подслушивала? — Нолан прищурился, но в уголках губ я увидела улыбку.

— Нет! Я думала, что раздевалка уже свободна, но услышала голоса. Не успела открыть дверь, ты меня опередил, — я попыталась заглянуть ему за плечо. — Ты там не один?

Нолан отступил в сторону, показывая пустую раздевалку.

— Я по телефону разговаривал. Друг просил помочь книгу найти. Я думал, в нашей университетской библиотеке есть, но не нашёл.

— Понятно. — Я улыбнулась и кивнула в сторону зала. — Ну что, пойдём пить чай?

— Пойдём, — ответил Нолан.

Грейс заварила зелёный чай, и уже с первого глотка я поняла — это что-то особенное. Мягкий, с тёплым ореховым привкусом и едва уловимым вкусом сладкого риса. Генмайча — так назывался чай. Его привезли родители Грейс из Японии: после того как её муж Роберт начал хорошо зарабатывать, они могли раз в год позволить себе путешествия. Грейс добавила ещё в чашку замороженных ягод — они медленно таяли, делая вкус ещё глубже и свежее. Ничего подобного я раньше не пробовала.

Мы сидели перед открытием втроём за угловым столиком у окна. В зале было тихо. Мы завтракали сэндвичами от мамы Нолана и пили удивительный чай от родителей Грейс.

— Ты была права, — Нолан посмотрел на Грейс. — Это необычно и вкусно. Но не думаю, что здесь он кому-то будет нужен. В основном пьют кофе и твой невероятный морс. А для себя ты можешь в следующий раз попросить родителей привезти побольше. Мы с радостью будем пробовать новое, — Нолан сделал глоток, прикрыл глаза на секунду и довольно улыбнулся, наслаждаясь моментом.

После завтрака Грейс дала мне пакетик ещё одного чая — названия я даже не запомнила, но, как она сказала, по-простому его можно назвать «Медовая орхидея». Уже жду не дождусь, когда смогу его заварить.

Смена в кафе прошла хорошо, ничего нового. А вот в ресторане меня ждали новости.

Я зашла на кухню и увидела Лари — он стоял у плиты и что-то помешивал в кастрюле. На секунду он отвлёкся, бросил на меня короткий взгляд и тут же отвернулся.

— Привет, Эйни.

— Привет, Лари! — Я подошла к вешалке, где висел мой фартук. Как дела? Что нового?

— Тут тобой интересовались, — сказал он, не отрываясь от работы. — Какая-то девица приходила.

Я удивлённо посмотрела на Лари.

— Да? А кто она? И что ей было нужно?

— Не представилась. Но пыталась выяснить, кто тебя встречает и провожает. Томас мне рассказал, когда она уже ушла, так что я её не видел. — Лари обернулся, задумавшись, постучал щипцами по столу и добавил: — Странная особа, честное слово.

Кто бы это мог быть? Моё сердце забилось чуть быстрее — не от страха, а от неприятного холодка внутри. Я тут же направилась к нашему бармену Томасу, который как раз был свободен.

— Привет, Томас, — я подошла к барной стойке и облокотилась на неё, стараясь говорить спокойно. — Расскажи мне про ту девушку, что расспрашивала обо мне. Как она выглядела?

Томас оторвался от бокалов, которые протирал.

— И тебе привет, Эйни. Ну-у... — Он прищурился, вспоминая. — Она была с чёрной короткой стрижкой, как она называется...

— Каре? — Я улыбнулась.

— Ах да, каре. И в прозрачных очках.

— А сколько ей примерно лет? — Я чуть нахмурилась, пытаясь представить образ.

— Ну, на вид не больше тридцати, — Томас поставил бокал на место и развернулся ко мне. — Заказала кофе с коньяком и села за стойку. Я сперва даже не понял, что ей надо: просто сидит и смотрит на меня. Сначала решил, что мы с ней, может, пересекались где-то, и спросил: «А мы с тобой знакомы?»

— А она что? — спросила я.

А она покачала головой и говорит: «Нет, я Эйни знаю, но мы с ней давно не виделись». И тут же стала расспрашивать: есть ли у тебя парень, кто тебя встречает и провожает. — Томас развёл руками. — Я даже растерялся, честное слово.

— И что ты ей ответил?

— Сказал, что никого с тобой не видел, и ещё что ты всегда такси берёшь с кем-то из наших. Ну, на всякий случай, чтобы она не думала, что ты одна ходишь.

— Ладно, — я на секунду задумалась. — Спасибо, Томас.

— Да не за что, Эйни. Если что, мы своих в обиду не дадим, не волнуйся. — Томас подмигнул мне.

— Я знаю, — я улыбнулась в ответ и пошла на кухню, прокручивая в голове описание: короткое каре, прозрачные очки, до тридцати. Нет. У меня не было таких знакомых. Совсем. Две недели спустя на календаре наконец-то была та самая дата. Нолану — двадцать один. В этот день у меня была смена с Грейс и Дином. Вообще, меня должна была подменить Бетти — моя напарница, — но она, как назло, заболела. Так что пришлось брать с собой приличную одежду и переодеваться в кафе.

Нолан позвал всех нас отметить его день рождения у себя дома. Его родители — фермеры, и ещё пять лет назад они смогли позволить себе купить хороший дом.

Когда мы приехали, я невольно замерла на пару секунд. Дом был шикарный. Двухэтажный, с деревянной верандой ручной работы, которую сделал отец Нолана, мистер Харрис.

Вдоль участка — цветы. Я не знала, как они называются, но они были чудесны. Пышные зелёные кусты, а ближе к дому — молодая магнолия, посаженная совсем недавно. Конечно, здесь большое участие приняла мама Нолана, миссис Харрис. Похоже, она и есть главный садовод в этой семье. А недавно на этом же участке построили маленький домик для гостей. По рассказам Нолана, на праздники у них собираются друзья и родственники, и все дружной компанией гуляют по несколько дней.

Веранда уже была украшена, и нас ждал накрытый стол. Родители Нолана уехали, но оставили всё на нас — они знали: если рядом я и Грейс, волноваться не о чём. Вообще, его семья — и он сам — были замечательными людьми. Нолану доверяли на все сто. Он помогал родителям с фермой, при этом успевал учиться, работать и заниматься баскетболом, который просто обожал. Чуть позже ненадолго заехала Дэрин. Она не оставила именинника без подарка и, конечно же, торта, который приготовила специально для него.

Народу было мало: все наши из кафе и лучший друг Нолана, Уил. Когда дело дошло до подарков, я вручила ему свой — качественный именной баскетбольный мяч, гравировку на котором я заказывала специально.

Я подошла к Нолану и протянула ему подарок, стараясь скрыть волнение:

— Нолан, с днём рождения. Это для тебя.

Он взял коробку, с любопытством взвесил в руках, а когда открыл — я увидела, как Нолан улыбается всё шире. В тот момент я поняла: копить на этот подарок определённо стоило.

— Эйни! Какой крутой мяч! — Он провёл пальцами по гравировке, прочитал своё имя и покачал головой.

— Спасибо. Я очень рад.

Мы обнялись, и я, стесняясь, поцеловала его в щёку.

К десяти вечера, когда мы уже натанцевались и устали, пришло время торта от Дэрин.

Он был невероятным: мягкий ванильный бисквит, слои сливочного крема, манговый конфитюр на одной половине, кокосовый крем — на другой. Сверху торт был покрыт тонким слоем белой глянцевой глазури, которая красиво поблёскивала при свете. А на ней, как главное украшение, — баскетбольный мяч из белого шоколада, точь-в-точь как тот, что я подарила.

Грейс разрезала торт, я налила всем чай, и как только Нолан попробовал кусочек торта, закатил глаза от удовольствия.

— Я не понимаю, как можно делать такие безумные торты. Это нечто!

— Согласна с тобой, Нолан. Афигенно вкусно. — подхватила его Кора.

— Нолан, ты хоть успел сфоткать торт?

— Грейс, — протянул Нолан, — вот почему ты только сейчас говоришь об этом? — Нолан посмотрел в сторону разрезанных кусочков.

— А я-то что? Я соцсети не веду, — пожала плечами Грейс.

— Думаю, что Дэрин сделала это за нас. Она же каждый свой торт фотографирует, так что в понедельник спросишь у неё, — сказал Дин, доедая второй кусок.

— Точно! — Я посмотрела на Дина, и он подмигнул мне.

— Завтра всем на работу, пора закругляться, — вздохнула Грейс, а потом оглядела нас и улыбнулась: — Но расходиться пешком не придётся. Я попросила мужа заехать за нами. Он возьмёт наш семейный минивэн — поместимся все, даже с запасом. Сегодня он в роли таксиста.

— Спасибо, добрая Грейс, — с улыбкой поклонился Дин. — Мы будем тебе безмерно благодарны. Ты, как всегда, заботлива.

— С тебя — большая кружка твоего фирменного кофе.

— Слушаюсь и повинуюсь. Тебе невозможно отказать, — ответил Дин.

— А я провожу Эйни до дома, — вдруг заявил Нолан. — Прогуляться нам не помешает.

Через пятнадцать минут приехал муж Грэйс.

— Нолан, не опаздывай завтра, — прощаясь, крикнула Грейс.

— Постараюсь, «сестричка».

Грейс была старше Нолана почти на одиннадцать лет, но они всё равно общались как брат и сестра — с постоянными подколками и лёгкостью, будто и правда родные. Мне всегда нравилось наблюдать за ними со стороны.

Мы с Ноланом остались вдвоём, занесли всю посуду с веранды в дом, выключили свет и вышли на улицу. Нолан, не спрашивая, повернул в сторону моего дома — молча, как будто так и должно быть. Я не возражала.

— Эйни, как там у тебя дома? — прервал тишину Нолан.

— Всё нормально, лишь бы не сглазить, — я шутливо постучала костяшками по своей голове.

— Ты не думала о том, чтобы снять себе отдельное жильё? Тебе было бы гораздо спокойнее, если бы ты переехала.

— Я уже прокручивала этот вариант у себя в голове, — вздохнула я. — Но нет, самой мне не потянуть.

Нолан задумался на пару секунд, а потом сказал:

— Давай я поговорю со своими родителями. У нас есть соседний домик — ты сегодня его видела, он хоть и маленький, но там есть всё необходимое. Ты могла бы жить одна и ничего не тратить. Хотя бы первое время.

Мы как раз подошли к моему дому и остановились друг напротив друга. Я подняла на него глаза. Я видела, что он говорил абсолютно серьёзно.

— Спасибо, Нолан, но я не хочу быть кому-то обязанной. Тем более твои родители ничего не знают моих проблемах, а я не хочу, чтобы у них поменялось мнение обо мне.

— Но ты же знаешь их, они хорошие и всё поймут. Даже лишних вопросов не зададут. Тем более этот дом никем не используется, и никому обязанной ты не будешь.

— Это сложно, — я опустила глаза. — Можно я подумаю и отвечу немного позже?

— Хорошо. Просто я не могу даже думать о том, что тебя обижают твои родные. Ты этого не заслуживаешь.

— Нолан, ты же знаешь, я все свои заработанные деньги откладываю на переезд в Бостон. А жить отдельно — это всё равно дополнительные траты, даже если я перееду в домик твоих родителей. Вода, свет, еда, и всё равно какая-то плата за аренду. За всё нужно платить. Я не могу жить совсем бесплатно, а каждая копейка сейчас на счету. Спасибо за твою заботу, мне очень приятно слышать это от тебя.

Тишина затянулась на несколько секунд. Он смотрел на меня, я — на него. И всё, о чём я могла думать в этот момент, — как сильно хочется подойти ещё ближе и просто поцеловать его.

Но не успела я решиться, как меня отрезвил телефонный звонок. Отец Нолана сообщил, что они с мамой уже вернулись домой. Я ещё раз поздравила его с днём рождения, и мы попрощались.

Придя домой, я быстро зашла в свою комнату, взяла пижаму и пошла в душ. Я долго стояла под горячей водой, хотелось смыть не только усталость, но и этот вечер. Вернее, не сам вечер, а мысли, которые он оставил. Я вышла из душа, забралась под одеяло и потянулась к тумбочке. Несмотря на то, что завтра рано вставать, я всё равно достала дневник. Мне нужно выговориться хоть кому-то. Дневник — единственный, кто слушает.

«Мы стоим напротив так близко,

И я тону в глазах твоих светлых.

Это всё, что мне нужно в пасмурный вечер».

«Привет, друг!

Сегодня был день рождения Нолана. Мы здорово провели время всей нашей компанией, а потом он проводил меня до дома. И знаешь, он предложил мне переехать в домик его родителей. Сказал, что там есть всё необходимое и я могла бы жить одна.

Но я не хочу. Не потому, что не ценю его заботу, — наоборот. Просто я буду чувствовать себя неловко. Как будто я кому-то обязана. Как будто я не справляюсь сама. А я справляюсь. Пусть трудно, пусть через силу — но это моя жизнь. И я не хочу, чтобы его родители смотрели на меня с жалостью.

Интересно, что он чувствует ко мне? Нравлюсь ли я ему — или это просто желание помочь? И как мне быть с Бостоном, если я вдруг пойму, что влюбилась?

Отказаться ради своей мечты? А стоит ли?

А ещё вчера я случайно встретила в „Центре“ Дина. Это кафе в самом центре нашего городка.

Дин познакомил меня со своим братом — Джеймсом. Он потом сказал, что я понравилась его брату. Но мне это не нужно. Меня никто не интересует, кроме Нолана.

Последние два месяца я просто не могу на него насмотреться. Поначалу он был для меня просто парнем, с которым приятно работать. Но потом что-то пошло не так. Мой пульс учащался каждый раз, когда я шла на смену и понимала, что сейчас его увижу. И я скучала, когда мы не виделись.

Есть ли у него кто-то? Мы никогда не лезли в личную жизнь друг друга — всегда обходили эту тему стороной... Но эта Аманда... Кто она? Ладно. Не знаю. Но почему-то мне страшно даже думать об этом».

Я отложила дневник, выключила свет и ещё какое-то время лежала в темноте. Мысли крутились вокруг сегодняшнего вечера: его взгляд, его слова, это неловкое молчание у дома. Мы были ближе, чем когда-либо.

Утром я открыла глаза и поняла, что улыбаюсь. Впервые за чёрт знает сколько времени. Потому что я наконец поняла: Нолану на меня не всё равно. Он думает обо мне.

Эта мысль согревала меня всё утро. Позавчера я получила зарплату и, как обычно, первым делом купила продуктов домой, так что сегодня можно было позволить себе нормальный завтрак — яичницу с беконом и сыром.

Я вышла из комнаты, прошла на кухню и выдохнула: дома только я. Пока грелся чайник, я уже готовила завтрак: яйца зашкворчали на сковородке, бекон зарумянился, сверху медленно плавился ломтик сыра. На тарелке уже ждали нарезанный кружочками помидор и два ломтика тостового хлеба. Сама не знаю, зачем проснулась в полшестого, но теперь была этому даже рада — утро получилось шикарным.

Позавтракав, я собралась и вышла из дома. Я потянулась к наушникам, но не успела я их надеть, как сзади раздались шаги. Я резко обернулась и увидела Нолана. Он стоял в паре шагов от меня и пытался отдышаться.

— Я думал, что не успею. Фух.

— Доброе утро! Что-то случилось? — Увидев его, я не сдержала улыбку.

— Нет, просто хочу вместе пройтись до работы. Я кофе нам взял, будешь?

— Конечно! Спасибо. А ты чего так рано?

— Да что-то не спалось утром, решил, что хороший повод нам побыть наедине.

— Эм-м, что-то на тебя это не похоже, — я не ожидала от него этого услышать, поэтому ляпнула, что пришло в голову.

Нолан ничего не сказал в ответ, лишь улыбнулся, и мы пошли в сторону кафе.

До открытия почти час, поэтому мы пошли не спеша, болтая о чем только приходит в голову этим ранним утром. На пороге кафе нас встретила Грейс.

— Нолан, а тебя что, солнце разбудило? — усмехнулась Грейс. — Ты сегодня непривычно рано.

— Нет, я забрался в твой минивэн и приехал вместе с тобой, — не растерялся Нолан. — Я принёс нам по кусочку торта. Мама сказала накормить вас завтраком

— Я всегда за. Тем более у меня есть чай, который тебе понравится. Ты точно захочешь ввести его в меню, — ответила Грейс и пошла ставить чайник.

Нолан пошёл переодеваться, а я сразу в зал, чтобы подготовить нам стол для завтрака. Через пять минут Нолан ещё не вернулся, поэтому я подошла к раздевалке, в надежде, что он уже переоделся и освободил её, как вдруг услышала его голос:

— Привет. Нет, я не смог. Попробую в другой раз. Всё, мне надо бежать.

Я подошла чуть ближе к двери, пытаясь разобрать, с кем он говорит. Голос у него был странный — не такой, как обычно. Через пару секунд дверь резко открылась и мы столкнулись лицом к лицу.

— Ты что, подслушивала? — Нолан прищурился, но в уголках губ я увидела улыбку.

— Нет! Я думала, что раздевалка уже свободна. Но услышала твой голос, хотела зайти, но ты неожиданно вышел. — Я попыталась заглянуть ему за плечо. — Ты там не один?

Нолан отступил в сторону, показывая пустую раздевалку.

— Я по телефону разговаривал. Друг просил помочь книгу найти. Я думал, в нашей университетской библиотеке есть, но не нашёл.

Я выдохнула. Просто друг.

— Понятно. — Я улыбнулась и кивнула в сторону зала. — Ну что, пойдём пить чай?

— Пойдём, — ответил Нолан.

Грейс заварила зелёный чай, и уже с первого глотка я поняла — это что-то особенное. Мягкий, с тёплым ореховым привкусом и едва уловимым вкусом сладкого риса. Генмайча — так назывался чай. Его привезли родители Грейс из Японии: после того как Роберт начал хорошо зарабатывать, они могли раз в год позволить себе путешествия. Грейс добавила ещё в чашку замороженных ягод — они медленно таяли, делая вкус ещё глубже и свежее. Ничего подобного я раньше не пробовала.

Мы сидели перед открытием втроём за угловым столиком у окна. В зале было тихо. Мы завтракали сэндвичами от мамы Нолана и пили удивительный чай от родителей Грейс.

— Ты была права, — Нолан посмотрел на Грейс. — Это необычно и вкусно. Но не думаю, что здесь он кому-то будет нужен. В основном пьют кофе и твой невероятный морс. А для себя ты можешь в следующий раз попросить родителей привезти побольше. Мы с радостью будем пробовать новое, — Нолан сделал глоток, прикрыл глаза на секунду и довольно улыбнулся, наслаждаясь моментом.

После завтрака Грейс дала мне пакетик ещё одного чая — названия я даже не запомнила, но, как она сказала, по-простому его можно назвать «Медовая орхидея». Уже жду не дождусь, когда смогу его заварить.

Смена в кафе прошла хорошо, ничего нового. А вот в ресторане меня ждали новости.

Я зашла на кухню и увидела Лари — он стоял у плиты и что-то мешал в кастрюле. На секунду отвлёкся, бросил на меня короткий взгляд и тут же отвернулся.

— Лари, привет! — Я прошла к вешалке, где висел мой фартук.

— Привет. Тут тобой интересовались, — сказал он, не отрываясь от сотейника. — Какая-то девица приходила.

Я удивлённо посмотрела на Лари.

— Да? А кто она? И что ей нужно было?

— Не представилась. Пыталась выяснить, кто тебя встречает и провожает. Томас мне рассказал, когда она уже ушла, так что я её не видел. — Лари обернулся, задумавшись, постучал щипцами по столу и добавил: — Странная особа, честное слово.

Кто бы это мог быть? Сердце забилось чуть быстрее — не от страха, а от неприятного холодка внутри. Я тут же направилась к нашему бармену Томасу, который как раз был свободен.

— Привет, Томас, — я подошла к барной стойке и облокотилась на неё, стараясь говорить спокойно. — Расскажи мне про ту девушку, что про меня расспрашивала. Как она выглядела?

Томас оторвался от бокалов, которые протирал.

— И тебе привет, Эйни. Ну-у... — Он прищурился, вспоминая. — Она была с чёрной короткой стрижкой, как она называется... Ах да, каре. И в прозрачных очках.

— А сколько ей примерно лет? — Я чуть нахмурилась, пытаясь представить образ.

— Ну, на вид не больше тридцати, — Томас поставил бокал на место и развернулся ко мне. — Заказала кофе с коньяком и села за стойку. Я сперва даже не понял, что ей надо: просто сидит и смотрит на меня. Сначала решил, что мы с ней, может, пересекались где-то и спросил: «А мы с тобой не знакомы?»

— А она что? — Я подалась вперёд.

А она покачала головой и говорит: «Нет, я знаю Эйни, но мы с ней давно не виделись». И тут же стала расспрашивать: есть ли у тебя парень, кто тебя встречает и провожает. — Томас развёл руками. — Я даже растерялся, честное слово.

— И что ты ей ответил?

— Сказал, что никого с тобой не видел, и ещё что ты всегда такси берёшь, с кем-то из наших. Ну, на всякий случай, чтобы она не думала, что ты одна ходишь.

— Ладно, — я задумалась. — Спасибо, Томас.

— Да не за что, если что, мы своих в обиду не дадим, не волнуйся. — Томас подмигнул мне.

— Я знаю, — я улыбнулась в ответ и пошла на кухню, прокручивая в голове описание: короткое каре, прозрачные очки, до тридцати. Нет. У меня не было таких знакомых. Совсем.

— Ты вообще понимаешь, что я не могу одна с двумя детьми сидеть, пока ты где-то шляешься неизвестно где?! — Грейс швырнула полотенце на стол. — Я тоже устаю, Роберт. И мне тоже нужны выходные. Хотя бы иногда.

— Я работаю и зарабатываю хорошие деньги для нашей семьи, — Роберт даже не обернулся, продолжая копаться в бумагах. — Две машины, дом, твоя дорогая одежда, отпуск где захочешь — думаешь, это с неба падает? Я вкалываю, а ты обвиняешь меня непонятно в чём! И ещё, ты, наверное, забыла, что мы строим дом в Сент-Луисе и, чтобы туда переехать, нужно вложить огромные деньги!

— А ты, видимо, забыл, что я тоже работаю, — Грейс скрестила руки на груди. — И тоже вкладываю деньги в нашу стройку.

Роберт наконец повернулся. Посмотрел на неё — не со злостью, скорее устало.

— Твои копейки погоды не делают, извини за прямоту.

— Ах, копейки! Эти копейки кормили нас четверых, пока ты сидел без работы полтора года! Думаю, тебе следует извиниться, Роберт.

— На правду не обижаются, Грейс. И да, я помню то время. Когда меня сократили, я сам сидел с детьми, пока ты работала.

— А ты помнишь, во что превращался дом, пока меня не было? Я приходила — и каждый раз одно и то же: грязная одежда, посуда в раковине, бардак. И кто всё это разгребал? Я. После смены. А ты этого будто не замечал. Ты обесцениваешь всё, что я делаю.

— Слушай, Грейс, в чём твоя претензия? Я приезжаю ночевать домой, приношу деньги. Что тебе ещё нужно?

— Мне нужно, чтобы ты приходил вовремя и на выходных не уезжал по первому же звонку непонятно от кого. Думаешь, я не чувствую запаха женских духов на твоём костюме?

— Так, Грейс, с меня хватит, я уехал на работу.

Роберт схватил ключи и вышел, громко хлопнув дверью. Грейс вздрогнула, облокотилась на стену и закрыла лицо руками. Она не плакала — просто устала.

— Мамочка, вы опять ругались с папой? — маленькая Сара появилась в дверях и потянулась к Грейс.

— Нет, солнышко, мы просто громко разговаривали, — Грейс опустилась на корточки и обняла малышку. — А твой брат ещё спит? — спросила она, сажая дочку на стул.

— Нет, он пошёл умываться и собираться в школу, а мой рюкзачок он помог мне собрать ещё вчера.

— Какой заботливый у тебя брат, — улыбнулась Грейс.

— Мамочка, ты ведь помнишь, что завтра у Кевина день рождения?

— Конечно, милая. А сколько шариков мы сегодня должны надуть, когда он уснёт?

— Десять! — Сара радостно захлопала в ладоши. — Ему же целых десять лет исполняется! — Она просто светилась от счастья при мысли о завтрашнем дне и своём подарке для брата.

— Правильно! А теперь беги за Кевином и возвращайтесь вместе завтракать, — сказала Грейс.

Сара спрыгнула со стула и побежала в детскую, хлопая босыми пятками по полу. Грейс проводила её взглядом, а потом повернулась к плите. Пора варить кашу и делать тосты.

Я вышла из дома, надела наушники, капюшон и не спеша поплелась на работу.

Прошло несколько дней, а я всё никак не могла выкинуть из головы мысли про ту, которая пыталась узнать обо мне какую-то информацию.

Я перебрала всех знакомых — никого похожего. Даже залезла на странички одноклассниц в интернете: вдруг кто-то сменил стиль? Но нет. Никто не подходил под описание. И как теперь узнать, кто это был? Что ей от меня надо? От всего этого мне стало не по себе.

Из соседнего дома вышла миссис Таунс и замахала ему рукой.

— Нолан! А Эйни уже ушла, видела её минут десять назад. Она на работу спешила, вы разминулись.

— Доброе утро, миссис Таунс. Спасибо! — он улыбнулся, но было видно, что он не рад, что его заметили. — Без паники, — пробормотал он себе под нос. — Она даже не вспомнит, что видела меня здесь.

Нолан постучал в дверь. Прошло несколько минут, прежде чем она открылась. На пороге стояла Орла — мать Эйни.

— Ты кто? — спросила она сонным голосом, явно не ожидавшая гостей в такой ранний час.

— Меня зовут Нолан, я друг Эйни. Разрешите с вами поговорить?

— Что тебе надо? Она ушла уже, — грубо бросила Орла, даже не пытаясь скрыть раздражение.

— Я пришёл к вам. Позвольте мне войти, и я всё объясню.

— Ну, заходи, раз друг, — Орла кивнула в сторону гостиной и отошла.

В обед к нам в кафе пришли Дин и Джеймс. Вот этого я никак не ожидала.

Ну нет, — подумала я, но встретила их приветливо.

— Привет, Эйни, — одновременно произнесли Дин и Джеймс.

— Привет-привет, — отозвалась я.

Если Дину я была рада, то его брату — не очень.

— Мы пообедать. Джеймс только с дороги, приехал на выходные, — объяснил Дин.

— Сегодня на кухне Кора, накормит вас как надо.

Кора — младшая сестра Грейс. Ещё учится на повара, но уже мало чем уступает старшей. Дэрин взяла её на работу год назад и теперь они с Грейс работают посменно.

— О, давно её не видел. Пойду поздороваюсь, — бросил Дин и исчез.

Мы остались вдвоём. Нолан ушёл на час по своим делам, но уже скоро должен был вернуться. Быстрее бы это «скоро» наступило.

Джеймс пристально наблюдал за мной, пока я делала вид, что убираюсь за барной стойкой.

— Эйни, давай увидимся? Сегодня вечером или завтра? Просто погуляем вдвоём. Я заеду за тобой, куда скажешь.

— Ни сегодня, ни завтра. У меня смена до одиннадцати ночи.

— Но кафе ведь закрывается в пять, — Джеймс нахмурился.

— Дин тебе не сказал? Я работаю во вторую смену в ресторане. А потом иду домой отдыхать.

— Вот оно что. Тогда позволь мне хотя бы подвезти тебя. Терпеть не могу, когда девушка возвращается домой одна в такой поздний час.

— Джеймс, извини, но сегодня я не в настроении болтать по ночам. Я дико устала, а выходной у меня только послезавтра.

Не успела я добавить, что и на выходных у меня нет времени, как за спиной почувствовала знакомый запах парфюма. Нолан.

«Наконец-то он вернулся. Моё спасение», — подумала я про себя.

Он зашёл в зал и кинул взгляд сначала на меня, потом на Джеймса.

— Нолан, это Джеймс, двоюродный брат Дина, — быстро сказала я. — Джеймс, это Нолан, наш бармен.

Они пожали друг другу руки и обменялись приветствиями. В этот момент из кухни вернулся Дин. Нолан, увидев его, усмехнулся:

— Как давно не виделись! Прям вечность.

— Я просто очень соскучился по тебе, — Дин хлопнул Нолана по плечу в ответ. — Сделай нам, пожалуйста, два кофе с собой. Кора сказала, что приготовит сейчас что-то очень вкусное.

— Надеюсь, это не яичница, а то я уже не могу на неё смотреть.

— Расслабься, Джеймс. Это точно не она. Кора умеет готовить. Грейс скоро можно на пенсию отправлять.

— Смотри, чтобы Грейс это не услышала, а то ты там быстрее окажешься.

— Грейс знает, что она незаменима, так что не волнуйся, Нолан.

— Ну-ну, — бросил он в ответ и начал подготавливать всё для кофе.

После того как братья пообедали, Джеймс подошёл ко мне и снова предложил меня подвезти. Как будто разговора ещё пятнадцать минут назад не существовало.

— Джеймс, я же сказала — не могу сегодня.

— Ну хорошо, как скажешь. — Джеймс слегка улыбнулся. — Тогда до встречи, Эйни.

Он кивнул на прощание, задержал на мне взгляд ещё на секунду и направился к выходу. Дин, попрощавшись со всеми нами, пошёл следом. Когда за ними закрылась дверь, я, наконец выдохнула.

Нолан подошёл ближе и пристально посмотрел на меня.

— Что этому Джеймсу от тебя надо? — Голос у него прозвучал немного резче, чем обычно.

— Предлагал подвезти до дома.

Я отвела взгляд и стала поправлять салфетки на стойке — просто чтобы чем-то занять руки.

— Мы с Дином уже столько работаем, а он ни словом не обмолвился, что у него брат есть. А ты как с ним познакомилась?

На днях зашла за кофе в «Центр» и наткнулась на них.

— И что, он так сразу стал к тебе клеиться?

— Ну, можно сказать и так. На следующий день мы работали с Дином, и он рассказал, что я понравилась Джеймсу и тот просил мой номер. Я отказала. А сегодня они приехали сюда. Если честно, не понимаю его настойчивости. Я ведь ясно дала понять, что он меня не интересует.

— Надо же, один раз тебя увидел — и уже такой настойчивый. Очень интересно, — Нолан старался говорить спокойно, но сарказм так и сквозил в голосе.

— Думаю, он всё понял. А если нет — я скажу Дину. Пусть сам разбирается со своим братом. Я ему ничего не обещала. — Я посмотрела на Нолана и чуть не засмеялась от его выражения лица. — А что такое?

— Ничего. Просто он слишком настойчивый, а мне это не нравится.

— Даже так? — Я слегка улыбнулась. Надо же, Нолан ревнует?

Вечером после смены в ресторане, когда я уже собиралась домой, мне написал Дин:

«Эйни, Джеймс никак не может угомониться. Пытается выпытать у меня адрес ресторана. Я сказал, что ты уже ушла домой».

Я быстро набрала ответ:

«Дин, пожалуйста, разберись с этим. Твой брат меня не интересует, и такая настойчивость мне совсем не нужна».

«Прости, пожалуйста, что познакомил тебя с ним. Не думал, что ты его так зацепишь. Ничего не понимаю».

Я вышла на улицу, и сердце застучало чаще. У входа стоял Нолан. Красавчик даже не предупредил, что придёт.

— Привет, — сказал он, явно высматривая кого-то позади меня.

— Добрый вечер, — с улыбкой ответила я. — Ты сегодня в роли моего телохранителя?

— Ага, — хмыкнул он. — Что-то мне подсказывало, что братишка мог заявиться. Решил — если что, попробуем ещё разок ему всё объяснить.

Мне не понравился его тон, но я промолчала. Решила, что сейчас не время для выяснения отношений.

— Он не знает этот адрес. И надеюсь, никогда не узнает. Кстати, пару минут назад Дин писал — Джеймс его уже допрашивал.

— Какой настырный. Если что, сразу говори мне, я разберусь с ним.

— Нолан, я, конечно, понимаю, что такая настойчивость не совсем адекватна, но давай не будем агрессировать? Мне это не нравится.

— Ладно, извини. Больше так не буду.

Мы шли не спеша, и я то и дело поглядывала на Нолана. Он молчал, засунув руки в карманы, и смотрел куда-то вперёд.

— Вот мы и добрались. Спасибо, что проводил. Теперь я в полной безопасности, — с лёгкой иронией сказала я.

— Не за что, Эйни. Всегда к твоим услугам. — Он слегка улыбнулся и махнул мне рукой. — До завтра. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи!

Я уже успела переодеться и приготовить себе какао, когда телефон пиликнул. Сообщение от Нолана.

«Ещё раз спокойной ночи, Эйни!»

Я улыбнулась и быстро набрала ответ:

«Спокойной ночи, Нолан!»

Странно. Он написал мне это сообщение. Мы никогда не переписывались с ним — он всегда держался отстранённо, хоть и проявлял какую-то заботу. Впрочем, он так относился ко всем.

Пролетел месяц. Джеймс больше не появлялся. И отлично. А вот эта Аманда мелькала пару раз у нас в кафе. Я не стала спрашивать об этом Нолана, потому что кто я такая, чтобы лезть в его отношения. Хотя не понятно, что между ними было. Нолан не показывал никаких теплых эмоций в её сторону.

В мой выходной Дин позвал меня прогуляться. Мы встретились с ним у «Центра» и зашли внутрь. За столиком я увидела Нолана и Аманду. Я была в недоумении. Сначала он холоден к ней, а сегодня уже весело общается с ней в кафе. Мило. Я быстро отвернулась от них, не хотела, чтобы Нолан меня заметил. Дин повернулся ко мне и спросил:

— Ты выбрала, что будешь пить? Эйни?

— Да? — Я перевела взгляд на него.

— Что-то случилось? — Дин смотрел на меня с серьёзным выражением лица.

— Нет, а что такое? — Я улыбнулась ему.

— Я спросил, что ты будешь пить? Но ты не ответила. И твое выражение лица говорит что ты увидела приведение.

— Прости, я задумалась. Всё хорошо. Я буду капучино с ореховым сиропом. А ты?

— А я с карамельным. Сейчас закажу, — Дин подошёл к кассе, и я успела спросить:

— Только давай пройдемся по улице? Что-то не хочется сидеть в помещении.

— Как скажешь. — Он кивнул. — Тебе взять пирожное?

— Нет, неудобно на ходу его есть, спасибо. — Я осталась одна и думала: Дин такой милый, жаль, что у него нет девушки.

Через несколько минут я увидела, что Нолан идет в нашу сторону, и быстро отвела взгляд, надеясь, что он нас не заметит. В кафе было много людей.

— Эйни? — удивлённо спросил Нолан. — Что ты тут делаешь?

— И тебе привет, — спокойно ответила я.

«Действительно, и что же я могу делать в кофейне?» — пронеслось у меня в голове.

— Привет, Нолан, — Дин возник у него за спиной. Нолан перевёл взгляд с меня на Дина и обратно. Удивление на его лице мелькнуло лишь на секунду, но я успела это заметить.

— Мы гуляем, а ты-то тут что делаешь? И кто за баром, если мы оба здесь?

— Дэрин всех отпустила в обед и закрыла кафе. Какая-то важная встреча, сказала, мы ей там не нужны.

— Понятно. А ты здесь один? — спросил Дин, но не успел Нолан ответить, сзади к Нолану подошла Аманда и обняла его за плечи.

— Вот ты где! А я тебя потеряла. Ты куда пропал?

Вот оно что. Я прикусила губу и постаралась не подать виду, что меня это задело.

— Познакомьтесь, это Аманда, моя подруга, — сухо сказал Нолан.

— Привет, — она махнула нам рукой и широко улыбнулась.

— А, ну раз ты не один, тогда мы пойдём. — Сказал Дин. Нолан даже не предложил нам остаться, поэтому мы с Дином попрощались и вышли из «Центра». Я обернулась и заметила, что Нолан смотрел нам вслед. Я быстро отвернулась и завела с Дином разговор о какой-то ерунде.

Около десяти часов вечера пришло сообщение от Нолана.

«И как тебе Дин?»

Я уставилась на экран телефона. Вот это наглость. Стоял там с этой мерзкой Амандой, пока она вешалась ему на плечи, а теперь спрашивает про Дина?

Я набрала ответ:

«Отлично. А как Аманда?»

Телефон пиликнул почти мгновенно:

«Это моя знакомая, не более».

Я фыркнула.

«То подруга, то знакомая — ты уже определись. Такая знакомая, что при всех на тебе повисла, будто ты её собственность, и пришла на работу узнать, почему тебя не было на вечеринке?»

«Ты что, подслушивала наш разговор?»

«Нет, вы так громко разговаривали, что мне и не пришлось этого делать. И вообще, мне что, больше нечем заняться, как стоять и подслушивать?» На этом наш диалог был закончен. Видимо, он не ожидал такой наглости в ответ и не смог придумать, что написать.

На следующий день мы почти не разговаривали. В такие дни работа не радовала — всё валилось из рук, а на душе было тоскливо. До конца смены оставалось совсем немного, когда входная дверь распахнулась. Дверь распахнулась. Дин. А за ним, конечно же, его братец. Чудесно. Просто чудесно. Беда не приходит одна, — я закатила глаза, пока никто не видел. — Всем привет! — Дин влетел с улыбкой до ушей.

Я поздоровалась с Дином.

— Привет, — Джеймс кивнул, оглядывая зал и его взгляд задержался на мне. — Эйни, ты сегодня отлично выглядишь.

«О нет, только не это», — пронеслось у меня в голове. Я выдавила вежливую улыбку, но ничего не ответила. — Ага, целый день на ногах — это так освежает, — Нолан вклинился раньше, чем я успела открыть рот. В его голосе не было ни капли дружелюбия.

Джеймс сделал вид, что не заметил сарказма, а Нолан почему-то напрягся, но перевёл своё внимание на Дина.

— Дин, если ты соскучился по работе — выходи завтра за меня. Я только за. — Радостно предложил Нолан.

— Да я хоть каждый день за тебя работать могу. Но как же ты без выпечки Дэрин проживёшь? — тут же парировал Дин.

Из кухни вышла Кора и к ней сразу же подошёл Дин.

— Кора, знакомься — это Джеймс, мой брат. Помнишь, я рассказывал?

— Джеймс, а это Кора. Сестра Грейс. Ты с ней лично ещё не пересекался, но в прошлый раз она готовила для тебя обед.

— Приятно познакомиться! — Кора застенчиво махнула рукой Джеймсу.

— Привет, — без особого интереса ответил Джеймс и тут же перевёл взгляд на меня.

— Мы тут с Дином подумали: чего это девчонки одни домой пойдут? И решили, что подвезём их. И тебя заодно, Нолан, так уж и быть, тоже можем захватить. Если место найдётся, — Джеймс усмехнулся.

— Я, пожалуй, пройдусь. Для здоровья полезнее, — раздражённо ответил Нолан. Я отвела Дина в сторону и заговорила шёпотом. — Дин, почему Джеймс опять здесь? Ты же видишь, как он смотрит на меня? Мне проблем и без него хватает.

— Тише, Эйни. У меня есть план. Я специально приехал с ним, потому что сегодня работает Кора. Я знаю, что у неё никого нет, и хочу отвлечь Джеймса от тебя. Пусть обратит внимание на Кору. Тем более она не против, я уже спросил у неё.

Я вздохнула:

— А если ничего не выйдет и он не оставит меня в покое?

— Я уверен, всё будет хорошо. — Спокойно и обнадёживающе ответил Дин.

— Ладно, — я посмотрела на часы, — мне нужно бежать в ресторан.

— Давай мы тебя подвезём?

— Нет. Это моя страховка для спокойствия, а то Джеймс и туда будет приезжать.

— Хорошо. Я понял.

— Так-так, детишки! — раздался голос Дэрин, и она зашла в зал. — Что за сбор? Почему вы не дома за уроками?

— Привет! — хором отозвались мы.

— Привет, — Дэрин поздоровалась с нами, а потом воскликнула: — Джеймс! Какими судьбами? — Она заметно оживилась, подошла к нему, и они обнялись.

— Да вот заехали забрать девёченок и подвезти до дома. А Нолан упирается, говорит, пройтись хочет. Он что, у вас за здоровый образ жизни? — Джеймс нагло усмехнулся.

И я тут же почувствовала, как между парнями нарастает напряжение. Джеймс не унимался, продолжая цеплять Нолана.

— Он у нас баскетболист, так что это в его духе, — Дэрин улыбнулась, будто не заметила сарказма Джеймса. — Ладно, раз я уже здесь, не выключайте свет. Сейчас буду принимать новое оборудование. А вы по домам!

Мы попрощались с Дэрин и всей компанией вышли на улицу.

— Эйни, садись вперед, — сказал Джеймс и открыл дверь машины.

— С чего ты решил, что я поеду с вами? Мне на работу, так что езжайте без меня, — я еле сдерживалась, чтобы не нагрубить.

— Ну что ты, в самом деле? — Джеймс продолжал доставать меня. — Так же быстрее будет. В этот момент я посмотрела на Дина своим фирменным взглядом, от которого, как мне показалось, у него побежали мурашки по телу. Нолан в это время молча стоял и наблюдал за происходящим.

— Джеймс, нам в другую сторону, — вмешался Дин. — Давай отвезём Кору. Поехали!

Джеймс нехотя кивнул, бросил на меня короткий взгляд и сел за руль. Кора уже сидела на заднем сиденье и махала нам рукой. Через минуту машина скрылась за поворотом, и мы с Ноланом остались вдвоём.

— Ничего себе! — Нолан посмотрел на меня и от его взгляда мне стало не по себе. — Сразу двое. Уже решила, кого выберешь? Джеймса? Или малыша Дина? А может, сразу обоих?

Я не понимала, что происходит.

— Ты что несёшь? — Я старалась говорить спокойно, не переходя на крик. — С каких пор ты так со мной разговариваешь?

— А что я такого сказал? — Нолан пожал плечами. — Интересно же, кто тебе всё-таки больше приглянулся.

— Так, — Я медленно выдохнула. — Я не собираюсь разговаривать с тобой в таком тоне. Извини, но мне надо идти. До завтра. — Я развернулась и пошла в сторону ресторана.

— Хорошего вечера! — крикнул Нолан мне вслед.

Я надела наушники, включила музыку и быстрым шагом пошла в ресторан, прокручивая в голове всю эту ситуацию. Какого чёрта вообще произошло? Всё же было нормально, пока он не увидел меня с Дином в кофейне. Неужели он и вправду решил, что Дин за мной ухаживает? А если даже и так, ему-то какое дело? Сам гуляет с кем хочет и ещё смеет меня в чем-то обвинять. Даже если он мне нравится, это не даёт ему никого права грубить мне. Ещё и этот Джеймс. Достал. Прилип как банный лист, а мы даже толком не знакомы. В ресторане моя смена прошла, как обычно, хорошо. Я готовила салаты, делала заготовки для хлебных сухариков и чистила овощи для фирменного соуса Лари. А ещё сегодня он приготовил такое шикарное мясо на обед, что я попросила вторую порцию. Я хоть и работала не полный день, но Лари никогда не оставлял меня голодной. Я была ему благодарна.

Одиннадцать ночи. Всё. Смена окончена. Я переоделась, попрощалась со всеми и пошла к выходу, но застыла на месте. Потому что...

Облокотившись на машину, стоял Джеймс. Один. А где Дин?!

Я вышла на улицу и подошла к Джеймсу.

— Что ты здесь делаешь? — Голос прозвучал резче, чем я хотела, но и так сойдёт.

— Приехал за тобой. Уже поздно, ты знаешь, что ходить одной опасно.

— Где Дин? — раздражённо спросила я.

— Отвёз его домой. — Спокойно ответил Джеймс.

Я не стала спрашивать, откуда он узнал этот адрес. Разберусь с его братом позже. Дин у меня получит по полной программе.

— Почему ты меня преследуешь? Ты видел меня всего один раз и уже что-то себе напридумывал.

— Ничего я тебя не преследую. Просто ты мне понравилась с первого взгляда. Хочешь сказать, так не бывает?

— Дело не в этом. Бывает, наверное. Но ты ведёшь себя слишком настойчиво, и меня это пугает.

— Правда? — удивлённо спросил Джеймс. — Прости, если я так себя повёл. Я правда не хотел тебя напугать. — А зачем ты Нолана провоцировал? — Я скрестила руки. — Ты же специально это делал.

— Сам не знаю, — он пожал плечами. — Он смотрит на тебя так, будто ты его собственность. А насколько я знаю, вы даже не встречаетесь. Меня это, честно говоря, задело. Вот я и решил проверить, насколько он вообще стрессоустойчив, — с усмешкой ответил он.

— Это глупо, так себя вести. Думаешь девушкам нравится, когда парни ведут себя как малолетние придурки?

Джеймс рассмеялся.

— Эйни, я правда не со зла. Прости, обещаю, такого больше не повторится. И, наверное, мне стоило начать по-другому. Давай попробуем познакомиться заново?

Я перевела дыхание. Ситуация была странной, но одно я знала точно: брат Дина не причинит мне вреда.

— Ну, давай попробуем, — скептически ответила я.

— Джеймс, — он протянул мне руку.

— Эйни, — я протянула руку в ответ.

— Ну что, теперь я могу тебя подвезти? — отпуская нехотя мою руку, спросил Джеймс.

Я глянула на часы. Идти пешком — значит завтра быть совершенно разбитой.

— Ладно. Но с условием. — Я попыталась пригрозить ему пальцем, но, учитывая разницу в росте, наверное, это было для него смешно. — Ты перестаёшь давить, если я говорю «нет». Мне это не нравится. И ничем хорошим это не закончится.

— Я всё понял. Уже сто раз пожалел о своём поведении, — он улыбнулся, взялся за ручку и открыл мне дверь машины.

Всю дорогу в машине играла музыка, и Джеймс не лез с разговорами.

Неужели он может вести себя нормально? — промелькнуло у меня в голове. Он такой классный, когда молчит.

Я отстегнула ремень и повернулась к нему:

— Приехали. Спасибо, что подвёз. Дину огромный привет.

— Не за что, Эйни. Передам. Спокойной ночи.

— И тебе спокойной ночи. — Я вышла из машины и направилась к дому.

Дин сидел на кровати и лениво листал ленту новостей, когда экран телефона засветился входящим звонком. Кора.

— Дин, привет! Прости, что так поздно, не разбудила? — раздался взволнованный голос Коры.

— Привет. Нет, я не спал. Что-то стряслось? — с волнением спросил Дин.

— Да нет, всё в порядке, — она сидела на кухне, поджав под себя ноги, и крутила в пальцах уголок салфетки. — Мы с Джеймсом обменялись номерами, но у меня он почему-то не сохранился. Можешь скинуть?

— Без проблем. Сейчас напишу.

— Спасибо! — Радостно ответила Кора.

— Да не за что! Слушай, а как вы доехали? Как тебе Джеймс? — Дину явно было любопытно, как обстоят дела у брата.

— Да нормально доехали, хорошо пообщались. Если честно, он мне очень понравился. — Стеснительно ответила Кора.

— Я очень рад! — Искренне сказал Дин. — Ладно, спокойной ночи, увидимся завтра.

— Спокойной ночи, Дин! Жду номер.

Джеймс ещё спал, когда его разбудил звук телефона. Он нехотя приоткрыл глаза и потянулся за ним.

«Доброе утро, Джеймс! Как твои дела? Как спалось?»

— Только семь утра, — пробормотал он сонно, откидываясь на подушку. — Кто это вообще такой смелый, чтобы будить меня в выходной?

Ни подписи, ни намёка. Странно. Ну и ладно. Джеймс отложил телефон, закрыл глаза и попытался снова провалиться в сон. Но через десять минут телефон опять пиликнул.

«Джеймс, это Кора».

— Поспать, видимо, мне сегодня не светит, — тихо сказал Джеймс и, тяжело вздохнув, начал набирать ответ:

«Привет, Кора. Спасибо, у меня всё хорошо. Как твои дела?»

И тут Кору понесло. Сообщения посыпались одно за другим. За весь день у Джеймса хватило терпения ответить только на четыре из них.

Вечером Джеймс приехал к Дину домой.

— Привет, любимый брат, — произнёс Джеймс таким тоном, что Дин сразу напрягся.

— Привет, — нахмурился он, пытаясь понять, что скрывается за этим приветствием.

Братья остановились у входа в дом.

— Ты случайно не в курсе, кто дал мой номер Коре? — спросил Джеймс.

Дин с облегчением выдохнул.

— А, ты про это? Я уж подумал, что-то случилось. Так она вчера позвонила мне и сказала, что твой номер у неё не сохранился. Попросила скинуть — я и отправил. А что такое? Что-то не так?

— Ты не подумал, что стоило бы сначала предупредить меня? Написать, позвонить? — Джеймс покачал головой. — Ох, Дин, ну и проблему ты мне подкинул.

— Так, я запутался. — Дин тряхнул головой. — Вы же вроде вчера нормально пообщались. Кора мне сказала, что вы провели время вместе и даже номерами обменялись. А теперь ты недоволен, что я ей твой номер дал?

— Твоя распрекрасная Кора уже с семи утра мне телефон сообщениями завалила — каждые полчаса по сообщению, как по расписанию. И, между прочим, номер я ей свой не давал. Только её записал, ну как записал — сделал вид.

Дин не удержался и рассмеялся.

— Кора? Сумасшедшая фанатка? С чего она вдруг... А ты что?

Джеймс не злился на Дина, но вся эта ситуация ему совершенно не нравилась.

— После четырех часов её бесконечных сообщений я не выдержал, — Джеймс достал телефон и для убедительности показал все сообщения. — Написал ей, что нам не стоит нам общаться. Вежливо написал, заметь. Насколько это вообще возможно. Представляешь, я даже смайлик поставил, чтобы смягчить. Но она то ли не поняла, то ли не захотела понять. Потому что через пять минут пришло новое сообщение. Потом ещё. И ещё. Я открыл телефон, а там их столько! Я не выдержал и просто заблокировал её номер. — Вижу, тебе смешно, — мрачно заметил Джеймс.

У Дина тут же пропала улыбка с лица, и он сказал на полном серьёзе:

— Прости меня, я же не знал, что так будет. На работе она ведёт себя адекватно. Никаких странностей за ней я не замечал.

— Ладно, проехали. Ничего страшного не случилось. Но в следующий раз сначала спроси у меня, а то мало ли кто ещё захочет со мной пообщаться, — с усмешкой ответил Джеймс.

Следующие пару дней мы с Ноланом почти не разговаривали. Работали, каждый сам по себе. Мне было не по себе, но подходить я не собиралась. У меня гордость. Он — не знаю почему. Может, ему было стыдно за тот разговор. А может, просто не хотел.

В субботу я должна была работать с Ноланом, но неожиданно вместо него вышел Дин. Я даже не удивилась. И не стала спрашивать. Хватит. Устала бегать за ним. Да, он был мне небезразличен. Но уважение к себе у меня тоже имеется.

Дин возился с кофемашиной, когда дверь открылась и зашёл Джеймс.

— Может, тебе ключи от кафе дать? — спросил у брата Дин.

— Обойдусь. Привет. Эйни здесь? — Джеймс оглядел зал.

— Здесь. Но я же тебе сказал, чтобы ты к ней не цеплялся. — Дин отставил в сторону бутылку молока и посмотрел на брата.

— Дин, мы с ней уже всё выяснили.

— Ого! — Дин от удивления даже присвистнул. — Джеймс с цветами. Брат, ты в порядке? — Дин облокотился на барную стойку, чтобы рассмотреть букет. — Даже страшно представить, кому ты их принёс. Но всё же — кому?

— Вообще-то, я тебе хотел их подарить. Но ты плохо себя ведёшь. — Джеймс сделал вид, что улыбнулся.

В этот момент я вышла из подсобки и направилась к барной стойке. Выйдя в зал, я увидела его. Джеймс. Опять? Надеюсь, он не по мою душу.

— Привет, Эйни. — Поздоровался со мной Джеймс. Сегодня он был непривычно серьёзным.

— Привет. — спокойно поздоровалась я и хотела пройти за барную стойку, как Джеймс подошел ко мне и протянул огромный букет белых роз.

— Это тебе. Прости меня за моё поведение ещё раз. Не хочу, чтобы между нами было недопонимание.

Дин выглядел озадаченным — похоже, он и сам не ожидал от брата такого жеста.

Я приняла букет.

— Спасибо, Джеймс. Не стоило.

— Стоило. — Он улыбнулся краешком губ. — Ладно, мне пора. Хорошего дня, Эйни. Пока, Дин.

Джеймс вышел из кафе и уехал. Без лишних слов.

Я только открыла рот, чтобы поговорить с Дином, как в кафе вошли наши постоянные гости, и я отложила разговор.

Цветы были шикарны. Я поставила их в вазу и уже собиралась вернуться к работе, как вдруг заметила среди бутонов маленькую записку. Развернула — а там номер телефона Джеймса и несколько строк:

«Если тебе понадобится помощь, позвони в любое время суток.»

Я хотела её выбросить, но всё же сунула её в карман фартука.

Когда зал опустел, я подошла к Дину.

— Может, ты мне расскажешь, какого чёрта ты всё-таки рассказал ему, где находится ресторан? В тот же вечер, когда вы якобы поехали отвозить Кору, Джеймс встретил меня у входа после смены.

— Как? — Дин удивлённо посмотрел на меня. — Почему ты сразу не написала мне? Я даже не знал. Он отвёз сначала меня домой, а потом действительно уехал с Корой. Но я не говорил ему адрес, честное слово. Я же тебе обещал.

— Правда? — Я прищурилась и посмотрела Дину в глаза.

— Правда. Я хоть раз тебя обманывал? — Уверенно спросил он.

Я задумалась. И правда, Дин никогда меня не подставлял.

— Нужно спросить у Коры... Но она же не могла... — Я на секунду задумалась. — Хотя могла. Она та ещё болтушка.

— Ты поэтому полдня со мной разговаривала сквозь зубы? — Дин состроил грустное лицо.

— Нет, я просто была в своих мыслях, прости, если это так выглядело. А по поводу Джеймса я собиралась поговорить с тобой после работы. Я же не из тех, кто будет дуться и молчать. Извини, что раньше не подошла.

— Это ты меня прости. Я всё понимаю. И отчасти тоже виноват. — Дин вздохнул. — А что насчёт Джеймса? Он сказал, что вы помирились.

— Он в тот вечер попросил у меня прощения. Я сказала, что он пугает меня своим поведением и что его настойчивость вышла за рамки. Он извинился. Наверное, поэтому и принёс сегодня букет. Только зачем — не знаю. — Я пожала плечами. — Я на него не обижаюсь.

— Я даже не думал, что он знает, что это. — Дин усмехнулся. — Джеймс — и цветы. Я думал, это миф. А он, оказывается, из Сент-Луиса притащился, чтобы лично тебе их отдать. Даже мне не доверил. Обидно, вообще-то.

— Жаль Кору. Похоже, Джеймс ей понравился. — Я на секунду задумалась и подошла ближе к Дину. — Может, тогда к Коре ты присмотришься? — Я подмигнула ему.

— К Коре? Ну нет, — Дин покачал головой, — я пока не готов к таким приключениям.

Мы оба улыбнулись, и в этот момент в кафе зашёл Нолан.

— Ну, у нас сегодня день гостей, — объявил Дин. — Все решили порадовать нас своим присутствием.

— И тебе привет, бездельник, — усмехнулся Нолан.

— И когда же я им стал? — Дин покосился на Нолана.

— Ты до сих пор не вызвал мастера отремонтировать кофемашину.

— Вообще-то, её уже сделали. Единственное, мне непонятно, почему ты вечно оставляешь мастера на меня.

Нолан ничего не ответил ему, потому что его внимание привлёк огромный букет роз.

— Уильям опять решил побаловать нашу прелестную Дэрин?

— Нет, это Джеймс подарил Эйни.

— Ого! — Присвистнул Нолан. — И с чего такая щедрость твоего драгоценного братца? — его настроение резко изменилось.

— Без понятия, — Дин отвернулся к кофемашине, давая понять, что тема закрыта.

В этот момент я вышла в зал и увидела Нолана. Он никогда не приходил в свой выходной. Странно.

— Привет, Нолан. — Я положила Дину на барную стойку три пачки кофе.

— День добрый, — не сводя с меня глаз, он продолжил: — А я смотрю — белые розы. Думал, для Дэрин, а они, оказывается, для тебя. Джеймс времени зря не теряет. Жаль, что я всё пропустил.

Тон Нолана мне не понравился, и я за секунду вскипела.

— В чём проблема, Нолан? Если у тебя есть ко мне вопросы — смело задавай. Я слушаю.

— Да какие тут вопросы? — Он ухмыльнулся. — Сама говорила, что Джеймс тебя не интересует, а теперь он цветочки таскает. Как-то не сходится, Эйни. Тебе не кажется?

Я на секунду потеряла дар речи от его наглости.

— Нолан, полегче, — Дин встал рядом со мной. — Я не знаю, что между вами произошло, но не смей с ней так разговаривать.

— Не вмешивайся, Дин. Это не твоё дело. — Раздражённо ответил Нолан.

— Нет, это моё дело. Эйни — моя подруга. И я не позволю, чтобы ты на неё наезжал. Что с тобой вообще происходит? — Дин нахмурился.

Всё это время Нолан стоял и смотрел мне в глаза.

— Со мной всё в порядке. — Ответил он и ушёл на кухню.

Сегодня Грейс вышла с выходных. И так как они с Ноланом хорошо общаются, может, хоть она расскажет мне, в чём дело и что вообще с ним происходит.

Дин проводил Нолана взглядом и выдохнул.

— Я таким его никогда не видел.

— И не говори. С того дня, как он нас вместе увидел, его будто подменили.

— Серьёзно? — Дин удивлённо посмотрел на меня. — Погоди, так ты ему нравишься? Вот это поворот.

— Ты с чего это взял? — спросила я, делая вид, что ничего не понимаю.

— Ну, тут же всё очевидно, — усмехнулся Дин. — Его колкие фразочки в твою сторону. Ты ему небезразлична. Очень.

Я промолчала. Я и сама не знала, что между нами. Иногда кажется — да, а иногда...

— Эйни, можно тебя на минутку? — голос Грейс вырвал меня из размышлений.

— Иду. Дин, если что — я скоро.

Я зашла на кухню. Грейс стояла, скрестив руки на груди, а Нолан хмуро смотрел в окно. Похоже, она уже успела с ним поговорить.

— Так, я не знаю, что у вас там происходит, — Грейс перевела взгляд с него на меня, — но вам надо поговорить. Я пока побуду у Дина.

— Грейс... — начал Нолан, но она уже вышла.

Мы остались вдвоём. Тишина. Он по-прежнему смотрел в окно, а я смотрела на него и ждала.

— Прости, — выдохнул он и наконец повернулся ко мне. — За все слова. Сам не знаю, что на меня нашло.

«Наконец-то», — подумала я.

— Что вообще с тобой происходит? — Я подошла к нему чуть ближе.

— Не знаю, Эйни. В последнее время я сам не свой. Не хочу больше с тобой ругаться. Давай просто помиримся?

— Ладно, проехали, — я задумалась, а потом добавила: — Только, пожалуйста, больше никогда так со мной не разговаривай.

— Я не хотел. Прости. Правда, прости. — Нолан сделал шаг ко мне, и в этот момент в дверях появилась Грейс.

— Эйни, там гости пришли. Ты нужна в зале.

Я кивнула и, бросив взгляд на Нолана, вышла из кухни.

— Ну что? Поговорили? — Дин поймал меня, как только я освободилась. — Узнала, что с ним?

— Нет, он просто извинился, и всё. Честное слово, в последнее время все вокруг только и делают, что извиняются. — Я вздохнула и положила ему руку на плечо. — Спасибо, что заступился. Для меня это важно. Но не ссорься из-за меня с Ноланом.

— Да я и не ссорился. Но тебя я в обиду никому не дам. Ты моя подруга, а я всегда защищаю своих.

Я молча кивнула и улыбнулась. Мне стало очень приятно, что для Дина я своя...

Рабочий день наконец-то закончился. Я добралась до дома, скинула кеды и рухнула на кровать. Нолан, Джеймс — мысли перемешались в кашу. За что мне всё это? Через пять минут я села, потянулась к тумбочке и достала дневник. Пора выговориться. Хотя бы бумаге.

«Добрый вечер!

Столько всего произошло, а я лишь сейчас добралась до тебя, чтобы всё рассказать. Помнишь, я рассказывала тебе про Джеймса, брата Дина? Я пыталась отшить его, но на Джеймса это, по всей видимости, не сработало: он узнал адрес ресторана, который я так старалась от него скрыть, и всё же приехал туда.

Я высказала ему всё, что думаю о его поведении. Он попросил прощения и сказал, что больше такого не повторится. Дин сказал, что Джеймс не для отношений. Почему — не спрашивала. Меня интересует только Нолан. Кстати, о нём. Когда Дин и Джеймс заявились к нам, Джеймс пытался зацепить Нолана. А тот — ноль эмоций. Я ещё удивилась: Нолан смог промолчать на такую дерзость? Серьёзно? А сегодня Джеймс принёс мне букет белых роз. Оставила их в кафе — не хватало ещё дома объяснять матери, откуда цветы. Хотя... Она бы и не спросила. Я её уже давно не интересую. Так вот, после того как Джеймс уехал, пришёл Нолан. Как только он увидел букет и узнал, что он не для Дэрин, а для меня, Нолан поменялся в лице. Начал дерзить мне, после чего извинился уже через десять минут. Мы вроде как помирились, но осадок остался. Терпеть не могу ссоры.

И Дин заступился за меня.

Ладно. Вот что ещё. У меня скоро день рождения. Я никогда не отмечала его по-нормальному — не с кем было. Мать с сожителем, отчимом язык не поворачивается его назвать, справляются всегда без меня. В этот день я хочу быть где угодно, только не дома. Впрочем, как и во все остальные праздники.

Единственное, на что не жалко денег, — торт. Попрошу Дэрин испечь. У неё они волшебные. Угощу ребят в кафе, отнесу по куску Лари и Томасу.

На сегодня всё. Спасибо, что выслушал. Спокойной ночи!»

Две недели пролетели незаметно. На календаре уже суббота, и в воздухе витает предвкушение праздника. Ещё во вторник у Дэрин был день рождения, но она решила перенести праздник на воскресенье, чтобы мы могли без особых финансовых потерь закрыть кафе на целый день — в воскресенье посетителей почти не бывает. Поэтому сегодня после работы я, Грейс и Дин остались украшать зал к завтрашнему торжеству.

Дэрин попросила помочь и пообещала всем премию, так что я без колебаний отпросилась на пару дней в ресторане. Мне очень хотелось выглядеть иначе, чем обычно, поэтому я сделала себе подарок — купила кое-что красивое. Так одеваться мне было некуда: праздники обходили меня стороной. Разве что недавний день рождения Нолана, но там все были в джинсах и футболках. А здесь — день рождения Дэрин. За всё время, что я у неё работала, я привязалась к ней всем сердцем. Прийти в чём попало было просто невозможно. На днях я зашла в наш секонд-хенд. Там работает Сара — мы с ней познакомились через кафе: она часто заходит к нам за выпечкой. И теперь, если мне что-то нужно, Сара подсказывает, в какой день лучше заглянуть.

Несколько дней назад, в свой выходной, я позвонила Саре, и она сказала, что у неё кое-что для меня есть. Через час я была уже на месте.

Я зашла в магазин и огляделась.

— Сара, Привет! Ты здесь?

— Даже не ожидала, что ты так быстро придёшь, — из подсобки вышла невысокого роста рыжеволосая женщина и улыбнулась мне. — Привет, дорогая. Ну что, будем примерять?

— Конечно! Я готова.

— Тогда пойдём, — она махнула мне рукой, и я вместе с ней зашла за прилавок. — Вот, смотри, здесь есть платье, несколько юбок и прикольные блузки. Чего бы ты хотела?

— Даже не знаю. — Я пожала плечами и взяла в руки сначала одно, потом другое и еще раз посмотрела на вешалки. — А это что? — Я подошла ближе, сняла с вешалки костюм и стала разглядывать его.

— Это я только что достала, ещё не успела отпарить. — Сказала Сара.

— Это просто что-то невероятное! — Я подошла к зеркалу и приложила к себе костюм.

Верх — блуза из кремового шёлка в крупный чёрный горох. Мягкая, струящаяся ткань, а на талии сзади — аккуратный бант. Юбка — прямая, с узором из чёрных веточек, который делал её строгой и в то же время очень женственной.

— Я беру это! — Радостно сказала я, посмотрев на Сару через зеркало.

— Я знала, что тебе понравится. Давай подберём ещё туфли. У меня здесь как раз остались одни лодочки, — Сара достала из шкафа туфли чёрного цвета, — вот, смотри.

— Мне нравится. И цвет как раз подходит, отлично!

После того как мы всё украсили, я пришла домой и снова всё примерила. Долго крутилась у зеркала, разглядывая себя со всех сторон. Волосы, которые я всегда стягиваю в хвост, на завтра я решила распустить и накрутить. С такой укладкой я буду смотреться совсем по-другому. Мне было так странно смотреть на девушку в отражении — ту, что стояла в красивом костюме и на каблуках.

«Эйни», — сказала я сама себе, — «ты только посмотри. Юбка, каблуки... Кто бы мог подумать, что ты вообще можешь такой красивой?»

Я чувствовала себя непривычно, но мне безумно это нравилось. Даже если я так буду выглядеть всего один день — мне не жаль потраченных денег.

Рядом на стуле уже стоял подарок для Дэрин — монстера, красивый зелёный цветок в небольшом горшке. Он был ещё крошечным, так что ей придётся заботиться и растить его. Я долго думала, что подарить: она обожает цветы и кондитерское дело. Но для выпечки у неё и так есть всё необходимое. А этот цветок будет напоминать ей обо мне.

Я ещё раз взглянула на себя в зеркало, улыбнулась и сняла костюм. Пора привести его в порядок перед завтрашним днём. Я аккуратно выгладила юбку и блузку, повесила на вешалку и пошла в душ.

Через десять минут я вернулась в свою комнату.

«А куда делась моя одежда?» — Я уставилась на пустую вешалку, но тут же услышала голоса в доме. Я вышла в коридор и увидела, как мать кружится посреди кухни в моём новом костюме, а Брайан, пьяно улыбаясь, пытается подхватить её на руки. Я шагнула ближе, чувствуя, как внутри закипает злость.

— Мама, зачем ты взяла мои вещи без спроса?

— А тебе чё, жалко для родной матери? — влез Брайан.

Я даже не посмотрела в его сторону.

— Мама, пожалуйста, сними. Мне завтра в этом нужно пойти на день рождения. Я только погладила всё. Обещаю — завтра вернусь и отдам тебе костюм.

Мать даже не обернулась, продолжая кружиться и разглядывать юбку.

— На какой ещё день рождения? И к кому? У тебя же ни друзей, ни подруг нет.

— Да какая разница! Пожалуйста, просто сними. Я тебя очень прошу. Мама!

Я хотела подойти к ней, чтобы остановить её, но не успела сделать и шага — Брайан уже подхватил её на руки, наступил на подол юбки и споткнулся. Первой рухнула мама, а он, пытаясь удержать её, вцепился в рукав блузки и повалился следом. Раздался треск ткани — блузка порвалась. Я подбежала и помогла матери встать. Хорошо, что с ней ничего не случилось и всё обошлось.

— Мама... Я же просила, — прошептала я, глядя на неё и уже понимая, что ничего не исправить.

— Сейчас-сейчас. Подожди, Эйн, я всё сниму. Брайан, помоги мне. — Он, шатаясь, поднялся на ноги, подхватил мать под локоть, и они, смеясь, ушли в свою комнату.

А я так и осталась стоять посреди кухни в полном непонимании, что мне теперь делать. Ведь уже завтра в десять утра мне нужно быть в кафе, чтобы накрывать на стол.

Через пять минут мама вернула мне костюм — на юбке затяжки от ботинка Брайана, а на блузке теперь красовалась дыра.

Ну конечно. Стоило мне впервые за много лет купить себе красивую вещь — и вот результат. Я сидела на кровати и смотрела на дырку в блузке. Единственный день рождения, на который меня позвали, — и мне нечего надеть. Мне хотелось заплакать, но я приказала себе остановиться. Не хватало ещё завтра явиться с красными глазами и опухшим лицом.

Я посмотрела на часы — половина девятого. Немного подумала и всё же решилась написать Грейс. Просить о чём-то я не любила, но другого выхода просто не было. Мы с ней одного роста и похожей комплекции, так что у неё наверняка есть что-то для меня. Я взяла телефон и набрала сообщение:

«Грейс, привет! Извини, что обращаюсь с просьбой, но ты не могла бы одолжить мне на завтра какое-нибудь платье? Я умудрилась испортить свой костюм».

Ответ пришёл через полчаса:

«Эйни, привет! Без проблем! Сейчас скину тебе фотки — выбирай любое!»

Грейс скинула мне целых шесть вариантов. Я остановилась на белом атласном платье — лёгком, струящемся, на тонких бретельках. Оно идеально сочеталось с моими новыми туфлями, и она пообещала принести к нему лёгкий кардиган такого же цвета. Мне было очень приятно, что Грейс не отказала.

Утро воскресенья наступило быстро. После вчерашней истории с костюмом я просто радовалась, что мне помогла Грейс.

Первым делом я забежала в цветочную лавку за букетом и подарочной упаковкой для монстеры, а потом поспешила в кафе. У входа меня уже ждал Дин, и мы вместе зашли внутрь. Время — десять утра, а на кухне Кора и Грейс уже как феечки занимались готовкой. Нолан, как всегда, опаздывал. Дэрин придёт к часу, гости — к двум.

Я расставляла бокалы на столах, когда услышала звон колокольчика над входной дверью. Кто-то пришёл.

— Простите, но сегодня мы не работаем, — сказала я, ещё не успев обернуться.

Из-за спины раздался голос, который я уже ни с кем не спутаю.

— Привет, милая Эйни.

Я обернулась и встретилась с ним взглядом. Джеймс. Он улыбнулся и подошёл ко мне.

— Привет, — я отвернулась и закатила глаза. — Что ты здесь делаешь? — сухо поинтересовалась я.

— Меня пригласила Дэрин. — Он снял куртку и повесил её на спинку стула. — Я сейчас помогу тебе. Подожди минутку, только руки помою.

Он ушёл, а я продолжила расставлять бокалы. Через пару минут Джеймс вернулся, взял со стола стопку тарелок и стал их расставлять.

— Не знала, что вы с Дэрин общаетесь.

— Наши семьи давно дружат, так что мы почти родные, — ответил он на полном серьёзе, а потом добавил с улыбкой: — Я знал, что ты будешь рада меня видеть.

— С чего ты решил, что вообще меня интересуешь? — Я резко обернулась и в упор посмотрела на него.

— Ну, я же умный парень. Я такие вещи сразу вижу. Ты просто пока не готова это признать.

В этот момент из кухни вышли Нолан и Грейс.

— А мы уже подумали, что гости пришли, — сказала Грейс.

Нолан, на ходу вытирая руки полотенцем, остановился в проходе.

— О-о, какие люди, — протянул он, явно не радуясь встрече. — Что, других мест пообедать не нашлось?

Грейс бросила на меня быстрый взгляд и чуть заметно поджала губы.

— Нет, симпатяжка, я к Дэрин приехал, — Джеймс ответил совершенно спокойно, но между ними за долю секунды повисло напряжение.

— А, ну тогда ладно. Только ты тут недолго, — бросил Нолан и ушёл обратно на кухню.

Мы проводили Нолана взглядом.

— Это что было? — Грейс перевела озадаченный взгляд с меня на Джеймса. — Эйни, может, представишь нас друг другу?

Я вздохнула и кивнула в сторону Джеймса:

— Грейс, это Джеймс. Джеймс, это Грейс. Он двоюродный брат Дина.

Джеймс сделал шаг навстречу и протянул Грейс руку:

— Привет, Грейс! Очень приятно.

— Привет, Джеймс! — Грейс пожала его ладонь и открыто начала его разглядывать. — Я и не знала, что у Дина такой симпатичный брат.

— Спасибо за комплимент, Грейс, — ответил Джеймс и грустно выдохнул, а потом перевёл взгляд на меня. — Жаль, что только ты так считаешь.

Я фыркнула и перевела тему.

— Грейс, что там с морсом?

— Так он уже давно готов и ждёт, пока его поставят на стол. Пойдём, я покажу, где какой стоит.

Мы с Грейс зашли на кухню и подошли к холодильнику.

— А ты почему мне не рассказывала, что у тебя поклонник появился?

— Какой?

— Как какой? — с удивлением спросила Грейс. — Джеймс.

— А-а, он. — Я скривила лицо. — Грейс, мне на него всё равно.

— Пф-ф, Эйни. Ты вообще его видела? Он же красавчик, такой весь статный. Тем более неровно к тебе дышит. Присмотрись, как время будет, — она подмигнула мне.

— Я не люблю наглых, так что этот вариант мимо.

— Ну ты даёшь! Я бы на твоём месте уже давно закрутила с ним. Ладно, через месяц посмотрим, что ты мне скажешь, — хитро усмехнулась Грейс. — Вот, этот клюквенный, а этот ягодный. Забирай пока два, сейчас я ещё принесу.

Когда мы закончили расставлять последние закуски, в кафе один за другим начали входить гости — друзья Дэрин. Скорее всего, они приехали из Сент-Луиса: Дэрин родом оттуда, и большинство её близких живут там же. Сама она предупредила, что будет к двум, — так что у нас оставалось время познакомиться с её гостями.

Гости выглядели по-настоящему празднично. Мужчины — в отглаженных рубашках и классических брюках. А женщины... Каждая словно сошла с обложки.

Первой из гостей, с кем я познакомилась, была Кейси. Она надела длинное жёлтое платье с запа́хом и нежным цветочным принтом: V-образный вырез, короткие рукава с аккуратными отворотами. Вторая подруга, Дэрин, выбрала миди-платье из денима с объёмными длинными рукавами, серебряные серьги в форме цветка и кольцо из того же комплекта. Третья гостья появилась в тёмно-коричневом комбинезоне, который безупречно сочетался с туфлями-лодочками и массивным золотым браслетом.

Но главной этого дня была, конечно же, Дэрин. От неё невозможно было оторвать взгляд.

Сегодня Дэрин изменила себе: вместо привычного строгого костюма на ней было платье красивого винного цвета из шёлка. Ткань переливалась под солнечными лучами, струилась вниз мягкими волнами до самого пола. Аккуратный круглый вырез, длинные рукава — ничего лишнего, но именно поэтому от неё невозможно было отвести взгляд. Из украшений — серьги-гвоздики и браслет из белого золота: один и тот же камень, один стиль. В руках клатч пастельно-розового цвета, на ногах — шикарные туфли-лодочки на тонком каблуке. Сдержанное, но притягивающее всё внимание платье мне очень нравилось. Оно было лучшим из всех, что я когда-либо видела. Я поймала себя на том, что смотрю на неё как заворожённая.

Пока Дин и Нолан рассаживали гостей, я наконец выбралась в раздевалку. Мне нужно было привести в порядок и переодеться в платье, которое принесла для меня Грейс.

Я зашла в раздевалку и увидела прекрасное платье, которое висело на плечиках. Молочного цвета, на тонких бретельках, в пол, с V-образным вырезом. Поверх него — такого же цвета кардиган. Я переоделась, поправила волосы и вышла в коридор, где тут же столкнулась с Джеймсом.

Он замер на месте. Взгляд скользнул по мне сверху вниз и обратно. Джеймс явно не ожидал увидеть меня такой.

— Эйни, ты невероятна в этом платье! — Его глаза засветились. — И эта укладка тебе очень идёт.

— Спасибо, Джеймс, — я сдержанно улыбнулась и направилась к гостям, чувствуя, как его взгляд всё ещё скользит по моей спине.

Я вошла в зал и сразу поймала на себе взгляд Грейс — она помахала мне рукой и кивнула на свободное место рядом с собой. Я улыбнулась, проскользнула к столу и только успела поправить платье, как заметила, что следом за мной в зал заходит Джеймс. Он обвёл глазами гостей, нашёл свободный стул и сел за стол.

Я перевела взгляд на Нолана — и тут же пожалела. Он сидел напротив и смотрел на Джеймса, чуть прищурившись. Потом посмотрел на меня. Ничего не сказал, только сжал бокал покрепче и сделал глоток.

Тем временем один из гостей — высокий мужчина с аккуратной бородой — поднялся с бокалом и попросил внимания. В зале стало тихо.

— Дэрин, мы с тобой знакомы уже много лет, и всё это время ты остаёшься для меня примером. Ты удивительный человек, верный друг и женщина, которая умеет собрать вокруг себя самых лучших людей. Я поднимаю этот бокал за тебя — за твоё сердце, за твой ум, за твоё кафе. С днём рождения!

Все дружно подхватили тост, зазвенели бокалы, и я наконец выдохнула — праздник идёт как надо.

Спустя какое-то время гости разбрелись по залу: кто-то танцевал, кто-то общался с Дэрин, кто-то снова наполнял тарелки. Я как раз потянулась за соком, когда рядом вдруг оказался Нолан. Тронул за локоть и тихо сказал:

— Отойдём на пару минут?

Я встала и вышла следом за ним на улицу. Мы остановились, и я заговорила первой:

— Что случилось?

Нолан прокашлялся и сунул руки в карманы.

— У вас с Джеймсом что-то есть?

— Нет. — Я накинула капюшон на голову. — А почему ты спрашиваешь?

— Да так, просто любопытно. Он весь день с тебя глаз не сводит. Я уж подумал, что он твой парень.

Между нами повисло молчание. Просто любопытно? И всё?

Я смотрела на Нолана и не знала, что сказать. Почему его это вообще волнует? Зачем он вытащил меня на улицу, если ему «просто любопытно»? И как у меня могут быть отношения с Джеймсом, если есть ты, Нолан? Но он, видимо, даже не догадывался об этом.

Мы стояли у кафе, и вдруг я почувствовала на себе чей-то взгляд. По ту сторону окна на нас пристально смотрел Джеймс. От этого взгляда мне стало не по себе. Но тут дверь распахнулась, я вздрогнула и обернулась.

— Ребятки, вот вы где! — Улыбнулась Дэрин. — Спасибо вам огромное за этот день. Всё просто чудесно, гости в восторге!

— Это тебе спасибо. За то, что ты у нас такая — самая лучшая, — я шагнула к ней и обняла.

— Скоро гости начнут расходиться. Поможете мне убрать со столов? — С надеждой спросила владелица.

— Дэрин, ты чего? Даже не думай. Мы сами всё уберём и подготовим кафе к завтрашнему дню. Не переживай, мы справимся.

— Правда? — Она радостно выдохнула. — Спасибо, мои дорогие. Тогда я успею заскочить домой и привести себя в порядок. — Она приоткрыла дверь и обернулась. — А вы чего на холоде стоите? Сейчас будем торт есть, пойдёмте.

— Сейчас, Дэрин, пару минут, и зайдём, — ответил Нолан.

Он проводил её взглядом, а потом вернулся ко мне.

— Интересно, а твой Джеймс тоже останется помогать? — бросил он с ехидной усмешкой.

— Надеюсь, что нет. И он не мой. — Я взялась за ручку двери. — Пошли внутрь, нужно делать кофе и выносить торт.

Я стояла на кухне и смотрела, как Грейс разрезает торт, но мысленно я была не здесь. С чего это Нолан вдруг стал таким дерзким? «Твой Джеймс»... Терпеть не могу, когда со мной разговаривают в таком тоне.

Грейс заметила мой отсутствующий взгляд и улыбнулась.

— Эйни! О чём задумалась?

— Да так, ни о чём. Свечи уже можно зажигать?

— Да, но сначала нужно сказать Дину, чтобы сделал музыку потише.

— Сейчас схожу.

Мы зажгли свечи и под аплодисменты вынесли торт. Дэрин загадала желание, мы с Грейс разрезали его и подали каждому по кусочку.

Снаружи торт был оформлен каким-то белым кремом, а сверху украшала свежая клубника. Внутри прослойка из вишневого джема с шоколадными коржами.

Торт был восхитительным, никто не остался равнодушным. Помимо поздравлений, Дэрин получала комплименты как кондитер.

Через некоторое время, когда гости выпили кофе и доели торт, праздник пошёл к своему завершению. Уходя, все гости благодарили всю нашу команду, и я уверена, всем было приятно.

После того, как мы всех проводили, нас осталось впятером: я, Грейс, Кора, Нолан и — кто бы сомневался

— Джеймс. Бетти, как всегда, не пришла — то ли уехала, то ли просто не любит компании.

Грейс вернулась в зал и устало посмотрела на нас.

— Ребятки, давайте быстренько уберём и поедем по домам. У меня ещё одно мероприятие намечается. — Она выдержала паузу и начала раздавать работу:

— Значит так: Дин несёт всю посуду на кухню, мы с Корой моем её, парни пылесосят и моют пол, Эйни подготавливает столы к завтрашнему дню. Всем всё понятно?

— Да! — Хором отозвались мы.

— Вот и умнички. Кора и Эйни, пойдёмте. — Она махнула нам рукой, и мы послушано пошли за ней.

Спустя некоторое время Нолан подошёл к Грейс, которая мыла посуду, и поставил очередную стопку грязных тарелок возле раковины.

— Грейс, а куда это ты собралась, если не секрет?

— Так я тебе взяла и рассказала. Дела личные. — Игриво ответила Грейс.

— Уж не те ли это личные дела, которые подъезжают за тобой к служебному входу? — Нолан ухмыльнулся.

— Так, малыш, думаю, это тебя не должно волновать. Пусть это останется между нами, хорошо? Никому знать не обязательно, — Грейс подмигнула ему.

— Хорошо, как скажешь. Тайна так тайна, — он ехидно улыбнулся и ушёл.

Дин куда-то ушёл и в зале остались Джеймс и Нолан. Джеймс передвинул стул и посмотрел на Нолана:

— Весь вечер хотел спросить, а что у тебя с Эйни?

Тот выпрямился, но не обернулся:

— Тебе-то какое дело? — Грубо ответил Нолан.

— Да вот смотрю я на тебя и думаю: мутный ты какой-то. Оставил бы её в покое — всем было бы лучше.

Нолан медленно повернулся, подошёл почти вплотную и посмотрел Джеймсу прямо в глаза.

— А если не оставлю, то что?

Джеймс не успел ответить. В зал вошла Кора.

— А что это вы тут? — Она подошла к парням.

— Ничего, — бросил Джеймс и, не глядя на Кору, ушёл на кухню.

Пока Грейс мыла посуду, Кора ненадолго вышла в зал.

Я расставляла протёртые тарелки на место, и ко мне подошёл Джеймс.

— Эйни, ты не знаешь, куда Дин пропал?

— Не видела. Может, вышел на улицу.

— Можно тебя кое о чём спросить?

— Попробуй, — ответила я, но тут же насторожилась.

Джеймс вдруг аккуратно взял меня за руку. Я тут же её одёрнула.

— Вы с Ноланом встречаетесь?

Он серьёзно сейчас? Что за день такой? Я пыталась держать себя в руках, но у меня это плохо получалось.

— А тебе-то какая разница? — С раздражением ответила я.

— Просто ты... — начал Джеймс, и в этот самый момент дверь кухни распахнулась.

Влетел радостный Дин и громко объявил:

— Всё! Мы закончили! Пол блестит, столы расставлены, салфетки, приборы — всё как надо. А ещё я вынес мусор! — С гордостью произнёс он.

— Ну что за мальчики! — Всплеснула руками Грейс. — Просто слов нет. Раз так, тогда все свободны. Мы на кухне тоже закончили.

Мы все дружно начали собираться домой. Грейс на ходу сдёрнула фартук, Кора подхватила сумку, парни выключили свет в зале. Через десять минут мы уже стояли на улице. Грейс уехала быстрее всех.

— Мы с Дином можем подбросить кого-нибудь до дома, — предложил Джеймс, и его взгляд остановился прямо на мне.

— Я провожу Кору, если она не против, — неожиданно вызвался Нолан и повернулся к ней.

Она на секунду растерялась, а потом улыбнулась:

— Я только за.

У меня участился пульс. Он пойдёт провожать Кору? Серьёзно? А почему не меня?

Я решительно повернулась к Джеймсу, стараясь, чтобы голос звучал как можно беззаботнее:

— Джеймс, может, пройдёмся? Целый день в четырёх стенах, хочется подышать воздухом.

Повисла пауза. Дин, Нолан и Джеймс уставились на меня так, будто я сказала что-то немыслимое. Кора в этот момент поправляла сумку на плече и, видимо, ничего не заметила.

— Конечно, я буду только рад, — наконец выговорил Джеймс, всё ещё глядя на меня с лёгким недоумением. А потом повернулся к брату и протянул ему ключи: — Держи. Едь домой. Мы с Эйни прогуляемся.

Я уже собралась уходить, когда Нолан заговорил:

— А с чего такая честь, Эйни? Ты же не хотела общаться с Джеймсом.

Я обернулась, чтобы ответить ему, как Кора меня опередила:

— Нолан, — Кора потянула его за рукав и понизила голос, — тебе-то какая разница? Пойдём уже, а?

— Отличный совет, — Джеймс даже не обернулся к Нолану. — Послушай девушку. А мы с Эйни сами разберёмся.

— Ну-ну, — бросил Нолан, но всё же развернулся, и они с Корой ушли в другую сторону.

Дин сел за руль и открыл окно.

— Эйни, если что, звони.

— Хорошо, — я искренне улыбнулась ему.

— А ты, Джеймс, не вздумай её обижать. Всё, я уехал.

Джеймс не успел ответить брату.

— Вот же засранец, — улыбнулся Джеймс и посмотрел на меня. — Ну что, куда пойдем?

— Давай просто неспеша пройдемся до моего дома?

— Конечно. С тобой хоть на край света, — сказал Джеймс, но тут же сделал серьёзный вид. — Прости, забыл, что так лучше не говорить.

Я закатила глаза и кивнула.

— Молодец, хоть это запомнил. Ну что, мы идём? — Я хотела закинуть рюкзак на плечо, но Джеймс его перехватил.

— Можно я его понесу? — Он состроил такое лицо, что отказать мне было трудно.

— Как хочешь, — я пожала плечами и отдала рюкзак ему.

Мы направились в сторону моего дома. Джеймс что-то рассказывал, а я почти не слушала. В голове крутилось только одно: Нолан и Кора.

Вдруг он остановил меня и спросил:

— С тобой всё в порядке? Ещё час назад ты была в хорошем настроении.

— Всё хорошо, — я улыбнулась через силу. — Ты лучше скажи — дорогу к Дину без машины найдёшь?

— Конечно, найду. Я здесь уже не в первый раз, — он заметно оживился, и было видно: ему приятна моя забота.

Мы пошли дальше, и я немного отвлеклась от своих мыслей. «А ведь Джеймс не такой уж и мерзкий, каким показался мне вначале», — мелькнуло у меня в голове.

За этими размышлениями я и не заметила, как мы оказались у моего дома. Я остановилась и повернулась к нему:

— Вот мы и пришли. Спасибо, что проводил.

— Это тебе спасибо за вечер. — Джеймс отдал мне рюкзак. — Был рад тебя увидеть сегодня.

— Не заблудись на обратном пути. — Я хотела улыбнуться, но сдержалась. — Хорошего вечера.

— Не волнуйся, я знаю, куда идти, — мило улыбнулся Джеймс. — Спасибо, Эйни. И тебе хорошо отдохнуть.

Я зашла в дом, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. День получился слишком длинным и слишком странным. Нолан ушёл с Корой. Я прогулялась с Джеймсом. Что вообще происходит? Ответов у меня пока не было.

Моё утро началось, как обычно. Я пришла на смену пораньше и сразу направилась в раздевалку. Там уже была Кора.

— Доброе утро! — с улыбкой сказала я ей и подошла к своему шкафчику.

— Привет, — бросила Кора, не поднимая головы, продолжая перебирать что-то в своей сумке.

Я достала из рюкзака шоколадку, помахала ей в воздухе:

— Давай попьём чай? У меня есть с чем.

— Спасибо, но я как-нибудь обойдусь, — ответила Кора и даже не обернулась.

Я положила шоколадку на стол и скрестила руки:

— Кора, я тебя чем-то обидела?

— Нет.

— Тогда давай сразу начистоту. Если что-то не так — скажи. Недомолвки нам будут только мешать.

Кора выдохнула, повернулась ко мне и пристально посмотрела:

— Ладно, слушай. Дин познакомил меня с Джеймсом. Ему было всё интересно обо мне... Даже мой номер взял. А потом он заявился сюда с цветами. И дарит их тебе. Не мне. Объясни, что мне думать, Эйни?

Фух. Я перевела дух. А я-то думала, стряслось что-то серьёзное.

— Кора, я не знала... — начала я, но она перебила.

— Понимаешь... Я ждала, что он позвонит мне или напишет. А он приехал сюда с букетом — такой уверенный, такой... Я вышла за тобой, стояла рядом, а он прошёл мимо. И даже не заметил меня. — Кора отвела глаза.

— Кора, милая, ты всё не так поняла. Он просто хотел загладить вину. За прошлое. Мне он не нужен, честное слово. А почему не пишет тебе, я правда не знаю. — Я подошла к ней ближе. — Хочешь, я у Дина спрошу? Может, он что-то знает.

Кора заметно повеселела:

— Правда спросишь?

— Конечно. — Я улыбнулась ей.

— Спасибо, Эйни! — Она обняла меня, и я почувствовала, как ситуация разрешилась.

Чуть позже я подошла к Дину. Он прибирался на полках — расставлял посуду, что-то протирал, явно старался себя чем-то занять.

— Слушай, а ты не знаешь, что там у Джеймса с Корой? — спросила я, чувствуя лёгкую неловкость.

Дин обернулся и пожал плечами.

— Нет, я у Джеймса ничего не спрашивал. А что такое?

— Ничего, проехали. — Я решила быстро сменить тему. — Ты, смотрю, тут генеральную уборку затеял.

— Да, решил, что пора прибраться. Нолан свою часть работы опять благополучно забыл — приходится всё делать самому. — Дин сделал паузу. — Может, кофе выпьем? Вчера привезли апельсиновый сок, так что могу предложить тебе твой любимый бамбл. — Дин улыбнулся и, кажется, уже знал ответ.

Прошла неделя. Смена в ресторане закончилась поздно, потому что было много гостей и нам пришлось задержаться на час. Я ужасно устала, да и настроения у меня весь день не было. Я вышла на улицу и тяжело выдохнула. Погода заметно ухудшилась: ещё днём небо было без единого облака, а сейчас моросил мелкий дождь. Я постояла несколько минут, думая рискнуть или нет. И, конечно же, я не стала брать такси. Собралась с мыслями и пошла без зонта, надеясь, что успею добежать до дома. Но как же я сильно ошиблась. На полпути небо словно прорвало — дождь в один миг превратился в сплошную стену воды. Весна только началась, а погода уже показывала характер. Завтра у меня день рождения, и, кажется, природа решила сделать мне традиционный подарок — дождь. Ну, впрочем, как всегда.

Я пришла домой промокшая до нитки и сразу пошла в душ. Я стояла под горячей водой и чувствовала первый звоночек — горло начинает болеть. Отлично. Просто отлично. Ну почему всё всегда идёт не так? Да, я всегда паникую, когда чувствую, что заболеваю. Потому что простуда — это больничный, а больничный — минус деньги. А тут ещё и день рождения. Значит, вместо поздравления ребят — кровать, чай, таблетки. И никакого торта от Дэрин. Дома пока было спокойно, но, зная мою мать, это не к добру. Я легла в кровать и, собрав остатки сил, я достала дневник.

«Приветик, друг! Завтра, то есть уже сегодня у меня день рождения, и я взяла выходной и в кафе, и в ресторане — хочу наконец-то выспаться. Никакого праздника я не планировала, просто хотела собраться с ребятами в кафе, попить чай с тортом. С Ноланом мы вроде бы помирились, но легче не стало. Он говорит со мной только по работе, и больше ни слова. А ведь раньше мне казалось, что между нами что-то есть. И ещё он, кажется, с Амандой. Я видела их в кофейне — сидели обнявшись. Нолан всё больше кажется мне странным, и я не понимаю, зачем он так со мной поступает. Я стараюсь о нём не думать. Почти не смотрю в его сторону, вроде так легче. Но на самом деле я ужасно скучаю. По нашим прогулкам. По разговорам. По тому, как было раньше. Но пора прекращать всё это. И поздравит ли он меня? Думаю, вряд ли.

Всё, иду спать. Спасибо, что выслушал.»

Проснулась я в пять утра оттого, что лежу на мокрой подушке. Всю ночь я ворочалась — было плохо, но спать хотелось так сильно, что я не могла заставить себя встать. Горло болело всё сильнее, и в конце концов мне пришлось подняться и найти градусник. Через три минуты на нём высветилось: 38,9. Мои сонные глаза округлились до предела. Ну почему всё не как у людей? Надо было вчера взять такси. Когда-нибудь моя вечная экономия меня и погубит.

Я встала с кровати и выглянула в окно. Дождь шёл до сих пор, и это мне совершенно не нравилось. Если я пойду в аптеку по такой погоде, то неизвестно, что будет со мной через несколько часов. Я так давно не простужалась, что лекарств почти не было. С этой мыслью я вышла из комнаты — и застыла в дверях. Из спальни матери доносились смех и музыка. Похоже, они уже начали отмечать мой день рождения. В пять утра. Серьёзно?

Я поплелась на кухню, и, пока грелся чайник, я нашла лимон и съела почти половину. Конечно, глупо надеяться, что лимон спасёт меня на все сто процентов, но другого варианта пока не было. Я заварила себе чай, впихнув в кружку ещё толстую дольку лимона, соскребла остатки малинового варенья, которое я покупала месяца три назад, и пошла обратно к себе. И вдруг стало так тоскливо оттого, что мы с Ноланом не общаемся как раньше, что его нет рядом и что я даже не могу написать ему с просьбой купить лекарства. Именно в такие минуты мне больше всего не хватало его заботы. А может, я всё сама себе придумала и у него нет ко мне никаких чувств?

Чай и лимон сделали своё дело — я проспала около часа. Я немного полежала и набрала сообщение Грейс. В это время она собирает детей и мужа.

«Доброе утро, Грейс! Я заболела, так что сегодня не приду. Предупреди, пожалуйста, Дина, Кору и Нолана, что меня не будет. А торт поешьте без меня».

Минут через десять она ответила:

«Малышка! С днём твоего рождения! Всё остальное скажу при встрече. Выздоравливай, жду тебя на работе! Целую!»

Я улыбнулась сообщению Грейс, отложила телефон, без сил собралась и вышла из дома. Дождь немного стих — и это уже было везением. Я раскрыла зонт, включила в наушниках любимую песню и не спеша поплелась в аптеку.

Я только успела переступить порог дома, как телефон пиликнул — сообщение от Дина.

«Милая Эйни! С твоим днём рождения! Будь счастлива, пусть твои желания исполняются с лёгкостью! Твоя улыбка прекрасна, как и ты! Подарок уже ждёт тебя. Обнимаю!»

Я улыбнулась и быстро набрала ответ:

«Дин, большое спасибо! Но я заболела, так что сегодня без меня. Твой кусочек торта у Грейс».

Дин тут же ответил:

«Когда ты успела заболеть? Тебе что-нибудь нужно?»

«Нет, уже всё купила. Спасибо».

Через пару часов, помимо Дина и Грейс, мне написали Дэрин, Кора и Бетти. От Нолана — ни строчки. А ещё я вдруг вспомнила, что давно не появлялся Джеймс. И зачем я о нём думаю?

К обеду мне снова стало нехорошо. Я выпила лекарства и попыталась уснуть, но из другой комнаты с самого утра не затихала музыка. Я заставила себя подняться с кровати и выйти из комнаты. Меня уже трясло от злости, и я с силой распахнула дверь в комнату матери и Брайана.

— Неужели вы не понимаете, что я заболела? — прохрипела я, чувствуя, как каждое слово даётся с трудом. — Мама? Сделай музыку тише, пожалуйста!

Но мама даже не пошевелилась.

— Ну что ты опять выдумываешь? Я же знаю, что у тебя там ничего не слышно, — отозвалась она равнодушно.

От бессилия и обиды потекли слёзы.

— Ты прекрасно знаешь, что это не так! — Голос дрожал, но я продолжала. — У нас стены как бумага. Я слышу каждое слово, каждый звук!

— Ну какая ты неблагодарная! — покачала головой мама. — У меня, между прочим, сегодня праздник, а ты хочешь, чтобы мы сидели в тишине? Всё, не мешай нам.

— Это я неблагодарная? Тебе не стыдно такое говорить своей дочери, которая работает... — И не успела я договорить, как влез Брайан.

— Заткнись и вали в свою комнату, — отрезал он, не глядя в мою сторону.

— Сам заткнись. Я не с тобой разговариваю, — прохрипела я.

— Ах ты, дрянь! — взревел Брайан.

Он вскочил, и я не успела ничего понять — пощёчина обожгла лицо, а в следующую секунду он уже схватил меня за руки и потащил из комнаты.

— Проваливай из моей комнаты! Запрись у себя и не смей больше сюда совать свой нос!

— Мама! — Рыдая взахлёб, я пыталась отцепить от себя его пальцы. — Почему ты меня не защищаешь? Ты разве не видишь, что он делает?! Я же твоя дочь! Почему ты молчишь?!

— Ой, да не трогай ты её, — отмахнулась мать, даже не обернувшись.

— Ага, чтобы эта сучка решала, что мне делать в моём собственном доме? — Он впился в меня взглядом, полным ненависти, но я каким-то чудом смогла вырваться. Я оттолкнула его, бросилась к себе, захлопнула дверь и заперлась на ключ, хотя понимала: в этом доме замок ничего не решает.

Я прижалась спиной к двери, медленно опустилась на пол и закрыла руками лицо. Почему всё так? Почему именно сегодня?

Меня трясло, и от шока я перестала плакать. Впервые в жизни кто-то поднял на меня руку. И это был не чужой человек. Это был тот, с кем я жила под одной крышей столько лет. А мама... Мама даже не заступилась.

— Привет, Нолан! — Дин вошёл в кафе, стряхивая капли дождя с куртки.

В зале было пусто. Почти. У барной стойки стояла Аманда.

— Привет, — бросил Нолан, не оборачиваясь.

— Чай будешь? Эйни сегодня не придёт, так что торт теперь под ответственностью Грейс, — с улыбкой сообщил Дин.

— А ты только за этим пришёл? И почему она не придёт?

— Не только. Я зарядку вчера забыл. А Эйни заболела. Ты её хоть поздравил?

— А я смотрю, ты уже в курсе всего. Решил подкатить к ней, пока я не вижу? — Он впился в Дина взглядом.

Дин на секунду потерял дар речи. Но не успел он ответить — Аманда вклинилась в разговор.

— Что значит «подкатить, пока ты не видишь»? — Она удивлённо приподняла брови и в упор уставилась на Нолана.

— А тебе-то что? — бросил он ей.

— То есть как это «что»? Я твоя девушка! А ты смеешь такое говорить?!

Дин ещё больше вытаращил глаза на Нолана и присвистнул:

— Ну ничего себе заявочки! И давно ты в отношениях? Но Нолан его не слышал. Он смотрел на Аманду — и заводился всё сильнее.

— Я тебе никогда не говорил, что мы встречаемся. И вообще, ты достала меня! Что ты за мной таскаешься?

— Я таскаюсь?! — взвилась Аманда. — Ты вообще соображаешь, с кем разговариваешь?!

Дин стоял молча, не в силах понять, что происходит, как вдруг он почувствовал чей-то взгляд за спиной. Обернулся — и замер. В дверях стояла Дэрин. Серьёзная, с ледяным взглядом, и она явно всё слышала. «О нет, — подумал он, — сейчас нам всем достанется».

— Нолан. В мой кабинет. Живо. Дин — за бар.

— А вы, — Дэрин обратилась к Аманде, — на выход. Это кафе, а не место для скандалов.

Аманда хотела что-то возразить, но, встретив взгляд Дэрин, передумала и быстро ушла.

Дэрин плотно закрыла дверь кабинета, подошла к Нолану и скрестила руки.

— Потрудись объяснить, что за крики были сейчас в зале?

— Прости, Дэрин. Я не хотел. Так вышло.

— «Так вышло»? — Она чуть наклонила голову набок. — Это не ответ. Ты уже второй месяц ведёшь себя так, будто тебя подменили. И тебе повезло, что зал был пуст. Будь там посетители, ты бы здесь уже не работал. Она выдержала паузу.

— За свой счёт берёшь два дня. Отдохни, приведи мысли в порядок и возвращайся в нормальном состоянии. Ещё одна такая выходка — и мы прощаемся. Я слишком дорожу этим местом. Ты понял меня?

Нолан кивнул и опустил глаза.

— Прости, Дэрин. Этого больше не повторится.

— Я очень на это надеюсь, — бросила Дэрин и толкнула дверь кабинета.

В зале Дин стоял у бара, перекладывая салфетки без всякого смысла.

— Дин, ты сможешь подменить Нолана на два дня?

— Да, конечно. — Без лишних вопросов ответил он.

— Отлично. А теперь все по домам.

Около семи вечера телефон пиликнул. Я посмотрела на экран с надеждой, хотя даже не знала, на что надеюсь.

Сообщение от Джеймса...

«Привет, Эйни. Ты дома?»

Странно. Мы долго не общались, с чего это вдруг? Сегодня у меня не было сил что-то выяснять, поэтому я просто ответила:

«Привет. Да».

«Выйди, пожалуйста. Я у твоего дома».

Это ещё что? Зачем он приехал? Я бросила взгляд в окно. На улице уже стемнело, тогда может, он и не заметит синяка. Я переоделась, тихо выскользнула из комнаты и, стараясь не шуметь, вышла из дома. После того, что случилось, оставаться здесь было невыносимо.

Я подошла к машине, открыла дверь и села, сразу опустив голову вниз — меньше всего мне хотелось, чтобы он видел меня такой.

— Привет ещё раз. Какими судьбами? — Я заговорила первой. Голос хрипел ещё больше, потому что после скандала я долго не могла остановиться плакать.

— Привет. Мама отправила меня передать кое-что родителям Дина. Заодно решил и к тебе заехать — давно не виделись. — Джеймс не сводил с меня глаз, и от этого мне было неловко.

— Эйни, что случилось? — спросил он тихо, почти шёпотом.

Одного этого вопроса оказалось достаточно. Слёзы, которые я полчаса назад смогла остановить, хлынули снова. Джеймс ничего не сказал — просто притянул меня к себе. От него пахло парфюмом — мягким, тёплым, каким-то неожиданно уютным. И впервые за этот ужасный день я почувствовала, что не одна.

— Да ты вся горишь, — вдруг сказал он, отстраняясь. — У тебя температура. — Он прислонил свою ладонь к моей голове.

— Да, вчера попала под ливень, — ответила я. Как бы я ни старалась успокоиться, слёзы предательски скатывались по щекам.

— А это? Он мягко, но настойчиво развернул меня к свету. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, увидела, как он замер и его взгляд стал испуганным. — Он легко, почти невесомо коснулся пальцами моей скулы, там, где расплывался синяк. — Кто это сделал?

Я хотела соврать, придумать что угодно, но голос дрогнул — и наружу хлынула правда. Про удар, про мать, которая молчала, про то, как она меня предала в мой день рождения. Я говорила и боялась встретиться с ним взглядом — щёки горели, и это был не жар, а стыд. Мне казалось, если он заглянет мне в глаза, то увидит абсолютно всё, о чём я ещё промолчала: грязь, боль, унижение — всё, в чём я жила уже много лет.

Джеймс молча смотрел перед собой, сжимая руль. А потом спросил:

— Тебе нужно много вещей?

— Что? Каких вещей?

Джеймс посмотрел на меня.

— Возьми всё необходимое, то, что тебе понадобится на несколько дней. Я отвезу тебя к себе. У меня дом на другом конце города, там никто не живёт. Тебе нужно отдохнуть и выспаться в тишине.

— Зачем тебе это? — Я подняла на него удивлённый взгляд.

— Потому что мне не всё равно. Я не смогу просто уехать, зная, в каком аду ты находишься. Поэтому ты не останешься сегодня здесь. — Он сделал паузу и добавил уже мягче, с лёгкой улыбкой: — Обещаю, приставать не буду.

Мне не хотелось никуда уезжать, но он был прав — оставаться дома было невозможно.

— Хорошо. Я недолго.

— Тогда пойдём.

— Я схожу сама, а ты подождёшь здесь.

— Нет. Я провожу тебя до двери и подожду там.

Я не стала спорить — сил уже не осталось. Мы подошли к дому и я тихо зашла внутрь. В доме по-прежнему гремела музыка, но голосов слышно не было — кажется, они уснули. Быстро покидала в сумку самое необходимое и вышла.

— Всё в порядке? — Джеймс шагнул навстречу и взял мою сумку.

— Да, поехали отсюда.

Когда мы наконец добрались до его дома, я первым делом пошла в душ. Хотелось смыть с себя этот день — весь, до последней капли. Я переоделась в свою пижаму и пришла на кухню. Джеймс уже заваривал чай.

— Поешь немного, — он поставил передо мной тарелку с блинчиками и мёдом.

— Спасибо большое, но есть мне не хочется. Чая будет достаточно.

— Ты вообще сегодня что-нибудь ела? — Джеймс внимательно посмотрел на меня. — И лекарства. Тебе нужно что-то от температуры. Я схожу в аптеку.

— Не надо, — я покачала головой и слегка улыбнулась. — Я ещё утром всё купила, они там, в сумке.

— Почему ты не написала мне? — Джеймс нахмурился, опуская чашку на стол. — Я бы привёз всё, что нужно.

— Джеймс, мы виделись пару раз. С чего бы мне тебя просить?

— Потому что я просил тебя писать, если что-то случится.

— Я Коре сказала...

— Кора? — Он даже не повёл бровью. — При чём тут она? Мне нет до неё дела.

Я не нашла, что ответить и сделала глоток чая.

— Поговорим обо всём потом, — сказал Джеймс.

На некоторое время повисла тишина.

Мы допили чай, я приняла лекарства, а потом Джеймс показал мне мою комнату, застелил кровать и заботливо укутал меня одеялом. Уже стоя в дверях, спросил:

— Дэрин знает, что ты заболела?

— Да, я взяла пять дней больничного.

— Вот и молодец, — кивнул он, выключая свет. — Я буду рядом. Если что-то понадобится — сразу зови. Выздоравливай. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Джеймс. Спасибо.

Он ушёл, оставив дверь приоткрытой. Через несколько минут я уже провалилась в сон.

Открыла глаза, когда за окном только-только светало. Голова всё ещё болела, но уже не была такой тяжёлой. Я медленно повернулась на бок — и замерла. Рядом, сидя в кресле, спал Джеймс.

Через секунду Джеймс пошевелился, поднял голову и посмотрел на меня — ещё сонный, но уже встревоженный.

— Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, немного лучше, чем вчера. А почему ты здесь? — Я нахмурила брови.

— Через час зашёл проверить тебя. Ты ворочалась, я спросил, всё ли в порядке, но ты не ответила. Я подошёл ближе и понял, что у тебя жар. Не стал будить тебя, старался сбить температуру маминым способом, прикладывая полотенце к твоей голове, — Джеймс кивнул в сторону тумбочки и я проследила за его взглядом.

— Я ничего не помню...

— Это нормально, — он встал, разминая плечи. — Я заварю чай. И поешь немного. Это обязательно.

Он вышел, а я встала, чтобы заправить кровать. Джеймс. Тот самый, которого ещё недавно я на дух не переносила, — сидел ночью у моей кровати и прикладывал полотенце. Кто бы мог подумать.

Я умылась, почистила зубы, привела себя в порядок и вышла на кухню. На столе уже стояли две кружки с чаем, тарелка с блинчиками и мёд. Сев за стол, я обхватила кружку ладонями и наконец решилась:

— Прости, что вчера всё на тебя вывалила. И спасибо за всё. Особенно за то, что дежурил ночью. Я уже и не помню, когда обо мне так заботились.

Он посмотрел на меня — и в этом взгляде было столько тёплого волнения, что я даже смутилась.

— Не за что, Эйни. Правда. Думаю, на моём месте так поступил бы каждый. — Он замолчал, будто решая, стоит ли говорить дальше. — Но есть кое-что, чего я не понимаю. Где был Нолан? Почему ты оказалась одна в такой ситуации?

Я поджала губы и отвела взгляд.

— Мы почти не общаемся. Только по работе. И, судя по тому, что он вчера не поздравил меня, у него есть дела поважнее.

— Ясно, — Джеймс отставил кружку в сторону, и его голос стал жёстче. — То есть ты лежишь с температурой, а он не удосужился даже пару слов написать. — Он выдохнул, сдерживая себя. — А ведь так старательно строил из себя неравнодушного.

— А чей это дом? — Я быстро перевела взгляд на шкафчики. Отличный способ сменить тему, ничего не скажешь.

Джеймс улыбнулся.

— Мой. С шестнадцати лет работаю у отца в фирме. Я честно выполняю свои обязанности, он честно платит. Я мало на что трачу — стараюсь откладывать, вот купил этот дом, потому что часто приезжаю к Дину и его родителям. Чтобы их не стеснять, остаюсь здесь.

— Я думала, ты очередной мажор, — вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык.

— Это потому что я умный и красивый? — Джеймс рассмеялся. — Все так думают, но на самом деле я просто много работал. Хотя без отца, конечно, не обошлось. Ему я благодарен.

— Ты молодец, раз сам заработал. — Я слегка улыбнулась и на минуту замолчала, помешивая чай. Потом спросила: — А Дин в курсе, что вчера случилось?

— Нет, я ничего ему не говорил. А надо?

— Нет. — Я покачала головой. — Из всех — только Нолан в курсе, что у меня дома происходит. Но о вчерашнем знаешь только ты... Ладно, Джеймс, спасибо за завтрак. Мне уже лучше, я пойду собираться.

— Куда? — Он удивлённо посмотрел на меня.

— Как куда? Домой. Не могу же я тут оставаться. Я и так впервые ночевала неизвестно где.

— Ну уж нет, — Джеймс поставил свою кружку на стол. — Только сбили температуру, а ты уже рвёшься домой? Туда, где тебе не дадут отдохнуть? Даже не думай. Пару дней здесь — и я сам тебя отвезу.

— Но...

— Либо ты остаёшься здесь, либо я еду с тобой и лечу тебя там. Выбирай.

Я выдохнула.

— Хорошо, я останусь. Спасибо.

— Тебе нужно лечь поспать, — сказал Джеймс, убирая со стола, — а мне надо заскочить к Дину и купить продуктов. У нас тут, кроме маминых блинчиков, шаром покати.

— Если усну, разбуди, когда вернешься. Я что-нибудь приготовлю.

— Готовить? Ты? — Он сделал вид, что глубоко оскорблен. — Я, между прочим, прекрасно готовлю. Потом еще не захочешь от меня уезжать.

— Да ты почти идеальный, — усмехнулась я.

— Почти?! — Джеймс удивлённо вскинул брови.

Я в ответ только улыбнулась, выпила лекарства и встала из-за стола.

— Пойду прилягу.

Джеймс уехал, и я осталась наедине с собой. Было странно находиться в чужом доме, но тишина и уют меня успокаивали. Я лежала в постели, но мысли не давали покоя. Почему всё это случилось со мной? Брайан посмел поднять на меня руку — это не укладывалось в голове. Как мне теперь возвращаться туда, где собственная мать даже не попыталась меня защитить? Нолан... Эта Аманда... Ещё месяц назад я была уверена, что между мной и Ноланом что-то есть, а теперь он даже не смотрит в мою сторону. И теперь Джеймс снова появился в моей жизни... Что мне со всем этим делать? Вопросов было так много, что я не заметила, как провалилась в сон.

Меня разбудил какой-то шум. Я вздрогнула и, всё ещё сонная, вышла из комнаты. Звук доносился из кухни. Я осторожно заглянула — и выдохнула с облегчением.

Джеймс стоял у плиты, что-то помешивая, и даже не заметил, что я смотрю на него. Я прислонилась к косяку и молча разглядывала его. Адекватный, заботливый — кто этот человек и куда делся тот наглый парень?

— Даже не слышала, как ты вернулся, — сказала я, всё ещё стоя в дверях.

Джеймс обернулся, и на его лице появилась тёплая улыбка, от которой у меня внутри что-то дрогнуло.

— Я тебя разбудил? Прости. Я старался делать всё тише, но вышло как обычно.

— Нет, всё нормально. — Я улыбнулась в ответ. Его забота покоряла меня с каждой минутой.

— Ты хоть немного поспала? — Джеймс достал из холодильника молоко, налил в стакан и поставил греть в микроволновку.

— Да, уснула почти сразу, как ты уехал. — Я присела за стол. — Сколько сейчас времени? Даже не знаю, где мой телефон.

— Три часа. — Он отошёл от плиты и, глядя на меня, добавил: — Так, обед готов. Бульон — обязательно. А на второе паста с овощами. Решил, что котлеты — это слишком для начала.

— Котлеты? — Я не сдержалась и рассмеялась. — Действительно, к котлетам я пока не готова.

Мы вместе накрыли на стол и через несколько минут уже сидели друг напротив друга. В доме Джеймса мне понравилось, как всё было обустроено не только в комнате, где я спала, но и в кухне. Это пока те места, в которых я смогла осмотреться. Вместо привычного обеденного стола у окна расположили светлую барную стойку с высокими стульями и полочками, на которых стояли разные специи и вино. Высокий холодильник, печь с духовкой, небольшие шкафчики и столешница в цвет барной стойки, где готовил Джеймс.

От запаха еды закружилась голова — кажется, я и правда проголодалась.

Я попробовала бульон и прикрыла глаза от удовольствия.

— Джеймс, ты меня удивляешь с каждой минутой. Спасибо за твою заботу.

— Мне несложно. — Он отвёл взгляд. — Я должен загладить своё поведение. То, как я вёл себя тогда... Это было не по-джентльменски.

Я хотела сказать, что я уже давно его простила, но он опередил меня.

— Кстати, Дин сегодня был на работе, пришлось ехать туда. Обстановка там, мягко говоря, не очень.

— А что случилось? — я удивлённо посмотрела на него. — По-моему, впервые в нашем кафе что-то пошло не так.

— Нолан вчера устроил разборки со своей дамой. Прямо в кафе. Дэрин отправила его на два дня домой освежиться. Не успел узнать подробности, Дин был занят и не в духе.

— Похоже, вчера у всех был весёлый день, — хмыкнула я. — Странно, Дин мне ничего не писал.

— Ты болеешь, вот и не стал дёргать. Может, хочешь, чтобы он пришёл?

Я подняла на него глаза.

— Нет. Мне хватает того, что ты видишь меня такой.

Джеймс нахмурился.

— Эйни, так нельзя. Ты не можешь держать всё в себе. У тебя есть люди, которым не всё равно. Дэрин, например, она же тебя обожает. И в обиду не даст. — Он вдруг осёкся. — Погоди. Она что, тоже ничего не знает?

Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Нет. Во-первых, о том, что у меня происходит дома, знать никому не обязательно. Нолан и так в курсе — и что? Помогло? А во-вторых... то, что случилось вчера, было впервые. Раньше Брайан меня не трогал. Я сама не знаю, что на него нашло.

Джеймс покачал головой.

— Зря ты так. Одной всегда очень трудно справляться с проблемами, тем более такими серьёзными. А если он в следующий раз такое же вытворит, что тогда? — Он отложил ложку и внимательно посмотрел на меня. — Дэрин... Она о тебе всегда с таким теплом говорит, что я, ещё не зная тебя, всё думал: что же это за Эйни, если сама Дэрин от неё без ума? Поэтому, если тебе что-то понадобится, помощь любая, сразу обращайся к ней. Ты же знаешь её, она за своих всегда заступится.

— Я не знала, что она ко мне так относится. То есть... Я, конечно, чувствовала её заботу, но чтобы настолько... — Я отвела взгляд, чувствуя, что краснею, и плавно ушла от этого разговора: — Спасибо за обед, всё безумно вкусно. Какие ещё секретные навыки имеются? — С искренним интересом спросила я.

— Я же говорил, что умею готовить. А секреты... Терпение, Эйни. Всему своё время. — Он подмигнул мне. — Но вообще — да, я потрясающий.

Джеймс не подпустил меня к мытью посуды, так что я просто сидела и смотрела, как он ловко справляется с тарелками. Когда всё было убрано, он повернулся ко мне, вытер руки и вдруг сказал:

— Чуть не забыл, — он взял с полки небольшой тюбик. — Мазь от синяков. В аптеке сказали, что помогает быстро.

Я не успела ничего сказать. Джеймс уже подошёл ближе, выдавил немного мази на пальцы и осторожно коснулся моей щеки. Движения были лёгкими, почти невесомыми. Я стояла молча, боясь вздохнуть, и чувствовала только тепло его рук и странное, непривычное волнение. В этот момент я поняла — что-то изменилось во мне. Кажется, именно в эту секунду я впервые посмотрела на Джеймса по-настоящему.

Он убрал тюбик на полку, а потом вдруг взял меня за руку.

— Идём. Тебе нужно лежать и пить больше воды.

Мы зашли в комнату, я села в кресло, а Джеймс встала у окна.

— Мне нужно съездить домой, взять кое-что из одежды. Не думал, что задержусь здесь, — он на секунду замолчал и посмотрел на меня, — но вышло иначе. И мне нравится такой поворот.

— А родители не будут переживать, что ты не ночуешь дома?

— В Сент-Луисе я живу отдельно, так что отчитываться перед ними мне не надо. Да и они не из тех, кто следят за каждым моим шагом. Представляешь, они почему-то уверены, что я у них умница и сам во всём разберусь. — Джеймс довольно улыбнулся. — Хотя я с ними полностью согласен.

— Умница? — я приподняла бровь, не в силах сдержать улыбку.

— А что, есть сомнения? — он изобразил притворную обиду. — Между прочим, я готовлю, убираюсь, забочусь о больных и даже не прошу ничего взамен. По-моему, идеальное определение.

— Нет, никаких сомнений. Я усмехнулась и покачала головой. — Ты и правда молодец.

Мы ещё немного поболтали, а потом Джеймс уехал, и я осталась одна. Часы показывали пять вечера, так что ложиться спать было уже бессмысленно. Я вспомнила про телефон и потянулась к сумке. Перебрала всё, что там было, и нашла его на самом дне. Нажала кнопку — бесполезно, батарея села. Хорошо, что зарядка всегда при мне. Когда я включила телефон, на экран тут же посыпались сообщения. Мать звонила пять раз — видимо, сегодня пойдёт снег. Пропущенные от Дина. И неожиданно — Кора.

Я собиралась набрать Кору, но мне позвонил Дин. Я взяла трубку и услышала его взволнованный голос.

— Эйни, привет! Наконец-то я дозвонился! — выпалил он с явным облегчением. — Ты куда пропала? Как ты?

— Привет, Дин, — я постаралась, чтобы голос звучал бодрее, чем я себя чувствовала, но хриплость меня подводила. — Спасибо, немного лучше. Лечусь. А ты как?

— Я в порядке. Жду, когда ты уже выйдешь, а то с Бетти как-то день проходит не так, — грустно сказал он. — Ещё...

— Что такое?

— Дэрин попросила передать тебе подарок. Может, я зайду завтра?

Нет, нет, нет, — мысленно запаниковала я. — Только не домой. И не завтра. Он не должен увидеть меня с синяком. И он же не знает, где я. Так, стоп. А почему он молчит про Нолана и Аманду? Ну Дин... Я тряхнула головой, возвращаясь к разговору, и как можно спокойнее ответила:

— Прости, но пока я не в лучшем состоянии. Давай, когда выйду на работу, тогда и заберу, хорошо?

— Ладно, договорились. Главное — поправляйся! — уже бодрее сказал он. — И не пропадай больше, а то я здесь с ума сойду.

Вечером вернулся Джеймс, мы поужинали, и я сразу пошла спать. Состояние у меня было отвратительное. Температура то поднималась, то приходила в норму, и так весь день. Горло разболелось ещё сильнее, никакие таблетки не помогали, только тёплый чай лишь на время гасил боль. Джеймс привёз из дома протёртый с сахаром имбирь с лимоном и намешал мне в кружку с чаем. Хорошо, что я не чувствовала этот вкус.

Весь следующий день я проспала. Джеймс будил меня, чтобы поесть и выпить лекарства, а потом я опять засыпала — всё как в тумане. Видимо, организм наконец-то взял своё.

Утром я проснулась сама — не от будильника и не от прикосновения Джеймса с лекарствами. Просто открыла глаза и поняла, что наконец-то выспалась и чувствую себя лучше. Вот уже третий день я жила у Джеймса, время пролетело незаметно.

В доме было тихо. Я вышла из комнаты и поняла, что Джеймса нигде нет. Странно — он не говорил, что куда-то уедет.

Пока его не было, я позволила себе немного осмотреться. Дом оказался небольшим, но удивительно уютным: две спальни и гостиная, выдержанные в светлых, спокойных тонах. В гостиной стоял большой тёмно-серый диван, на котором лежали мягкие подушки, возле дивана — изящный стеклянный столик, а на стене — телевизор. На полу — пушистый ковёр, в котором ноги просто утопали. Ни единого намёка на беспорядок — каждая вещь знала своё место.

На полках несколько фотографий в тонких рамках. На одной — Дин и Джеймс в окружении родных, на другой — сам Джеймс с родителями и маленькой девочкой лет четырёх. Значит, у него есть младшая сестра. «Вот откуда в нём столько заботы», — вслух сказала сама себе. Теперь всё встало на свои места.

Через час Джеймс вернулся. Я поправляла подушки в своей комнате и не успела выйти. Он постучал в дверь.

— Эйни, можно?

— Конечно, заходи.

Я обернулась — и замерла. В дверях стоял Джеймс. В одной руке он держал огромный букет, в котором смешались белые, розовые, голубые, жёлтые и светло-зелёные розы, в другой — маленькую коробочку. От неожиданности я даже забыла, что хотела сказать.

— Я думал, ты спишь, — он мило улыбнулся.

— Нет. Я не смогла уснуть. И, кажется, даже успела по тебе соскучиться.

«Я что, сказала это вслух?» — подумала про себя я.

— Я же говорил, что ты будешь от меня без ума, — он подмигнул.

Я улыбнулась и закатила глаза, а Джеймс сделал серьёзное выражение лица.

— Пусть с опозданием, но я не мог не поздравить тебя. Это тебе. — Джеймс протянул мне букет и коробочку. — С днём рождения, милая Эйни.

— Я... Я даже не знаю, что сказать, — пробормотала я, чувствуя, как краснеют щёки. — Ты и так столько для меня сделал... Спасибо, не нужно было.

— Даже ничего не говори. В этом случае я ничего не хочу знать.

Я покрутила коробочку в руках.

— А что там?

— Открой, — Джеймс чуть склонил голову и улыбнулся.

Я села на кровать и открыла коробочку. Внутри лежал кейс в приятном молочном цвете — лёгкий, приятный на ощупь. Он металлический? Я стала рассматривать дальше. Крышка держалась на магните и открылась легко, почти невесомо. А внутри — проводные наушники молочного цвета, точь-в-точь в тон родному оттенку кейса. У нас таких точно не найти. Может, их вообще нигде не продавали. Или таких просто не существовало — до этого самого момента. Джеймс нарушил тишину первым.

— Я заметил, что твои наушники уже доживают последние дни, — он улыбнулся краешком губ. — А раз ты пользуешься плеером, значит, беспроводные тебе ни к чему. Я мог бы придумать что-то особенное, но знал, что другой подарок ты просто не примешь.

— Мне очень приятно. Правда. — Я всё ещё крутила кейс в пальцах, не в силах оторвать от него взгляд. И ты прав — другое я бы не взяла. Наушники — прелесть. Но кейс... Где ты его нашёл? И когда ты успел?

— Заказал ещё вчера, а сегодня забрал. И ещё кое-что — я привёз торт. Дэрин, конечно, не знала, кому он достанется, но это неважно. Всё, что она готовит, — идеально. Так что даже не сомневайся, — он улыбнулся.

— Мне ли этого не знать, — я улыбнулась в ответ.

— А теперь пойдём завтракать, — Джеймс взял меня за руку и потянул в сторону кухни.

Мы сидели за столом, ели торт, пили чай и просто болтали. Ни о чём важном — и в этом было всё. Впервые за много лет я почувствовала себя счастливой. С синяком на лице, с тем, что творилось дома... С осознанием, что уже завтра мне предстоит вернуться туда, где я пустое место. Но сегодня я здесь. Мне спокойно. Мне уютно. И я ничего не боюсь.

Было так хорошо, что не хотелось портить момент. Но я всё же решилась:

— Завтра утром я поеду домой.

— Уже завтра? — Джеймс заметно погрустнел. — Может, останешься ещё на денёк? У тебя ещё два выходных, и я свободен до следующей недели. Просто... Мне с тобой хорошо. Не хочу, чтобы ты уходила.

— Да, мне уже лучше благодаря тебе. — Я выдержала паузу. — И мне с тобой тоже хорошо.

Джеймс замер. А потом, пытаясь сдержать улыбку, спросил:

— Стоп. Мне не послышалось?

— Тебе не послышалось, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Но завтра мне надо домой. Если утром будешь спать, я просто прикрою дверь.

— Как я буду спать, если мне нужно везти тебя домой?

— Я вызову такси. Мне и так неловко, что я напрягала тебя все эти дни.

— Эйни, я тебя сюда привёз, я и отвезу обратно. Тем более мне нужно убедиться, что когда ты зайдёшь домой, у тебя всё хорошо. А потом я поеду по своим делам.

— Хорошо, — сдалась я. — Я уже понимаю, что с тобой спорить бесполезно.

День пролетел незаметно. Мы сидели в гостиной, за окном моросил дождь, капли тихо стучали по стеклу. Мы болтали обо всём подряд: о кафе, о его учёбе, о том, чем занимаемся в свободное время.

Мне было интересно с ним, легко и спокойно. Я слушала Джеймса и вдруг поймала себя на мысли, что его голос успокаивает. Очень. Я сама не заметила, как стала слушать не то, что он говорит, а как.

Эйни, соберись. Ты вообще понимаешь, о чём думаешь? — мысленно сказала я себе. Чтобы переключиться, спросила:

— Джеймс... Можно вопрос?

— Конечно, — он заинтересованно посмотрел на меня.

— Хочу узнать про Кору. Она сказала, ты взял номер и не позвонил. И мне показалось, что она сильно расстроилась, потому что ты ей понравился. Что между вами произошло?

Рассказывать, как именно Кора переживала, я не стала — пусть лучше он сам объяснит.

Джеймс вздохнул.

— После того как я подвёз её в тот вечер и поехал к тебе в ресторан, она позвонила Дину и попросила мой номер. А на следующий день с самого утра начала писать мне сообщения. Я столько в жизни от одного человека не получал, — он усмехнулся. — Я честно ей написал: «Ты классная, но нам не по пути». Но Кора не поняла и продолжала атаковать меня. После этого я перестал отвечать, а потом вообще заблокировал.

— Вот оно как, — медленно проговорила я. И кто из них мне врёт? Он или Кора?

Мы ещё немного посидели в гостиной, а потом разошлись по комнатам. Впервые в своей жизни я была в чужом доме с парнем, которого совсем не знала. Но ощущение, что Джеймс стал мне ближе, кажется, мне нравилось всё сильнее.

Утром я собрала все свои вещи, и мы поехали. Джеймс молча вёл машину, но по глазам было видно — он не хотел меня отпускать. Когда мы подъехали к моему дому, он припарковался и посмотрел на меня:

— Как только поймёшь, что там и как, — сразу напиши, я буду ждать здесь.

— Обязательно. — Я улыбнулась и вышла из машины.

Я зашла в дом и выдохнула. Тихо. Значит, пока всё спокойно.

Я достала телефон и набрала сообщение Джеймсу

«Всё хорошо, ты свободен».

Ответ пришёл сразу:

«А я так надеялся, что сегодня мы вместе поужинаем. А если серьёзно — я рад, что всё хорошо. Пиши, если тебе будет нужна помощь».

Не успела я ответить Джеймсу, как из своей комнаты вышла мама.

— Доченька! — Она накинулась на меня с объятиями. — Где ты была всё это время?

Я не поверила своим ушам. Я точно пришла к себе домой? И она назвала меня «доченька»?

— Какие красивые цветы! Откуда? Кто подарил? — вопросы сыпались один за другим. Я отстранилась и молча ушла в свою комнату. Через пять минут в дверь постучали. Мама зашла, не дожидаясь разрешения.

— Эйни, прости нас, пожалуйста, за тот вечер. Брайан сам не свой был, сама не знаю, что на него нашло. — Мама подошла ближе, наклонилась ко мне и спросила чуть тише: — Скажи, ты ведь никуда не заявляла?

Ах, вот оно что. Поэтому я не Эйн, а «Доченька».

— Ну, теперь мне всё понятно. А то я уж подумала, что мою мать заколдовали. Поэтому ты такая ласковая? Думала, я растаю и забуду, что твой мужик меня ударил?

— Эйн, он не хотел, ты же знаешь. Он просто...

— Даже слушать не хочу. Где он сам? И почему не пришёл извиняться? Ах да — он же смелый только после пары стаканов чего покрепче. — Язвительно сказала я.

Мама ничего не ответила и опустила глаза.

— Можешь быть спокойна — никуда я не заявляла. Но если он ещё раз выкинет что-то подобное — пеняйте на себя.

— Спасибо... Спасибо, доченька. Он больше так не будет, честное слово. — Она заметно оживилась и выскользнула за дверь.

Я лежала и смотрела в потолок. Как можно так относиться к собственной дочери? К себе? За все эти годы она так и не поняла, что губит не только свою жизнь, но и мою. И ради кого? Ради Брайана. Что она в нём нашла? Ни мозгов, ни денег, ни капли уважения. Возможно, я полная дура, что не стала заявлять на него, но на всё это у меня сил просто не было. Я понимала, что сделаю хуже только себе, ведь это разбирательство, истерика матери и ещё куча проблем, которые могут быть. Поэтому мне нужно просто работать и копить деньги на переезд.

Эти пять дней моего внепланового больничного прошли одновременно плохо и хорошо. Предательство моей мамы засело навсегда в моём сердце. Джеймса я узнала с другой стороны, но я по-прежнему влюблена в Нолана.

Утро. Пора собираться на работу.

Я стояла у зеркала и рассматривала синяк. Он почти прошёл, но если повернуть голову к самому свету, можно было различить бледную тень — доказательство того, что мой день рождения мне не приснился.

Телефон издал звук сообщения. Джеймс.

«Доброе утро! Как ты себя чувствуешь?»

Я тут же набрала ответ:

«Доброе утро! Почти здорова. А как ты?»

«Я тоже в порядке. Возвращаюсь к работе. Но уже скучаю по нашим разговорам».

Я не стала отвечать — просто убрала телефон и продолжила собираться, но поймала себя на том, что улыбаюсь...

Я накинула на себя ветровку, обула кеды и надела наушники, которые подарил мне Джеймс, и вышла из дома. Погода сегодня была ветреной, поэтому я почти бежала, чтобы снова не простудиться. Подходя к кафе, я почувствовала, как меня накрывает волнение. Первым, кого я увидела, была Грейс.

— Грейс! Доброе утро! — улыбнулась я ей.

— Эйни, малышка, привет! Как же я скучала! — Грейс бросилась ко мне и заключила в тёплые объятия.

— Я тоже очень рада тебя видеть, — я прижалась к ней в ответ.

— Ты даже не представляешь, как долго тянулись эти дни. Хуже, чем последняя неделя перед отпуском. — Грейс тяжело вздохнула, но тут же улыбнулась и хлопнула в ладоши. — Но всё, теперь ты здесь! А у нас для тебя сюрприз: Дэрин вчера вечером испекла лимонный тарт, потому что твой праздничный торт мы, честно говоря, умяли. Прости. — Она бросила на меня извиняющийся взгляд.

— Лимонный тарт? — я удивлённо переспросила. — Вы знаете, чем меня подкупить.

— Поэтому Дэрин и выбрала именно его, — Грейс подмигнула и вдруг спохватилась: — Ой, кстати! Вообще-то, Дин должен был вручить тебе подарок от Дэрин, но ты его мастерски отшила, так что теперь всё у меня — и от неё, и от меня. В обед торжественно подарю. А Дин обещал подарить свой подарок лично.

— Спасибо, Грейс. — Я на секунду замялась. — А кто сегодня за баром?

— Нолан. Уже здесь, колдует над новой кофемашиной — Дэрин вчера привезла.

— Хорошо, — улыбнулась я — пойду переоденусь и за работу.

Я вышла из раздевалки, набрала в грудь побольше воздуха и толкнула дверь в зал.

— Доброе утро, Нолан.

Он обернулся, и наши взгляды на мгновение пересеклись. Всего на долю секунды, но я успела заметить, как он напрягся.

— Доброе утро, Эйни. Рад тебя видеть. Ты как? Полегчало?

— Да, спасибо, что спросил. Всё уже хорошо. — Я хотела спросить, как он был здесь без меня, но он кивнул и отвернулся к кофемашине. Между нами сразу повисла эта дурацкая неловкость. Я молчала, не зная, как себя вести. Нолан, кажется, чувствовал то же самое, или как объяснить его поведение, я просто не знала.

В обед Грейс подарила мне подарки от себя, Дэрин и от моей сменщицы Бэтти, которая казалась мне уже невидимкой, потому что давно её не видела. Пообедав вкуснейшим луковым супом, который для нас приготовила мой любимый повар Грейс, я вышла из кухни, как вдруг Нолан схватил меня за руку.

— Пойдём. Нам надо поговорить, — сказал он серьёзно и потянул меня в раздевалку. И, едва дверь закрылась, Нолан подошёл ко мне почти вплотную. Его взгляд впился в моё лицо.

— Откуда это? — Он схватил меня за плечи. — Эйни! Откуда синяк?!

— Ты что творишь?! Мне больно! — я резко вырвалась и отступила.

Нолан замер. Кажется, он сам испугался того, как сорвался. Он тоже сделал шаг назад и поднял руки.

— Прости... Прости меня. Я не хотел. — Он выдохнул и заговорил спокойнее: — Эйни, скажи, что случилось?

Я прижалась спиной к стене и не могла отвести от него взгляд.

— Что это сейчас было? Зачем ты хватаешь меня за руки? — С дрожью в голосе спросила я.

— Эйни, — он сделал шаг ко мне, но я вытянула руку, давая понять, чтобы он не приближался.

— Стой, где стоишь. Ты пугаешь меня, Нолан.

— Я знаю. Знаю, что веду себя как идиот. Но ты должна мне рассказать. Ты же знаешь, что я переживаю за тебя. Раньше ты мне всё рассказывала, а сейчас ты как будто замкнулась в себе. От этого мне неспокойно.

— Должна? Ты серьёзно? — Я скрестила руки на груди. — Ты практически игнорировал меня, делал вид, что мы чужие. А потом и вовсе не поздравил с днём рождения. Ни звонка, ни сообщения — просто тишина. А теперь ты требуешь, чтобы я перед тобой отчитывалась? Не лучшая идея, Нолан.

Я замолчала на несколько секунд, хотя внутри всё кипело.

— В общем... — Я выдохнула, пытаясь успокоиться. — Нам надо работать.

Нолан ничего не ответил. Лишь посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, а потом вышел.

В коридоре он обернулся вполоборота:

— Мы недоговорили. Сегодня я провожу тебя домой.

Букет, который оставил Уильям для Дэрин, дождался её в целости и сохранности. В цветах Уильям оставил записку с его номером и короткой просьбой: «Позвони, если захочешь». Дэрин долго думала, стоит ли снова начинать с кем-то общение. Долгое время она не могла решить, что ей делать. В конце концов желание снова попробовать отношения перебороло Дэрин. Спустя неделю её пальцы сами набрали номер.

Несколько гудков в трубке...

— Алло? — раздался мужской приятный голос.

— Уильям? Это Дэрин...

Она услышала, как на том конце на секунду замолчали, а потом раздалось радостное:

— Дэрин! Я так рад, что ты позвонила!

Она улыбнулась и продолжила: — Хотела поблагодарить за цветы, они прекрасны.

— Ты успела вернуться до того, как они завяли?

— Да, успела.

Уильям на секунду замолчал, будто собираясь с духом.

— Я давно хотел... В общем, могу я пригласить тебя на обед? Понимаю, это звучит внезапно, но...

— Действительно, внезапно. — Дэрин рассмеялась, но тут же добавила: — Но я согласна. Где, когда и во сколько?

— Давай в среду, часов в двенадцать? А вот где, я бы хотел посоветоваться с тобой. Я, к сожалению, не знаю вашего города.

— Поняла. Я напишу тебе адрес. Есть тут одна кофейня — варят просто потрясающий кофе. Встретимся прямо там.

— Отлично! — Воскликнул Уильям.

— Тогда до встречи. Мне пора бежать.

— До встречи, Дэрин! — тепло попрощался он.

В среду, как и договаривались, Уильям приехал по нужному адресу. Он стоял у своей машины, когда рядом припарковался «Форд». Из него вышла Дэрин, и он тут же направился к ней.

— Дэрин! Привет! — радостно поприветствовал Уильям.

— Привет, Уильям, — она улыбнулась ему.

Уильям не мог отвести взгляд от Дэрин. Чёрное платье — строгое, облегающее, с длинным рукавом, чуть ниже колена. Бежевые лодочки, светлое пальто, аккуратные украшения. Всё это было на ней безупречно. В свои сорок шесть Дэрин выглядела так, будто время к ней просто не прикасалось.

— Ты прекрасно выглядишь. Это тебе, — он протянул небольшую корзинку с цветами.

Корзинка, перевязанная нежно-розовой лентой, была наполнена цветами: диантусы, кустовые розы, хризантемы. Дэрин приняла её с лёгкой, едва заметной улыбкой, но было видно — ей приятно. К цветам у неё была особая любовь — каждые две недели она ставила свежий букет на барную стойку в своём кафе, и он становился частью уюта.

— Ну что, пойдём? — Кивнула Дэрин в сторону кофейни.

Конечно, они приехали в «Центр», кофейню, которая была единственной в городе, где можно было попробовать каждую неделю свежесваренный кофе прямо на песке.

Они зашли внутрь, выбрали столик у окна и сели в ожидании кофе и десертов.

Дэрин с интересом посмотрела на Уильяма:

— Как ты вообще узнал о моём кафе? Насколько я понимаю, ты не живёшь здесь?

— Нет, я из Сент-Луиса. А узнал случайно. Один из моих сотрудников постоянно привозил выпечку. Я как-то попробовал и спросил, откуда. А потом решил заехать сам... и вот встретил тебя. — Он посмотрел на неё с улыбкой.

Дэрин удивлённо переспросила: — Из Луиса? Я тоже оттуда.

— Да? — Тоже удивился Уильям. — А как ты оказалась здесь?

— Ох, это долгая и не совсем приятная история. Давай не будем сегодня портить такой чудесный день?

— Конечно, — согласился Уильям.

Официант принёс кофе и два пирожных. Дэрин и Уильям заказали по кусочку медовика.

— Ты сказал, у тебя свои сотрудники? Чем ты занимаешься? — Дэрин заинтересованно посмотрела на Уильяма.

— У меня своя транспортная компания. Уже десять лет помогаем людям с перевозками между штатами.

— Десять лет? Это серьёзный срок. Ты молодец, — Дэрин одобрительно кивнула. — А я сейчас готовлюсь к ремонту помещения под новое кафе — точнее, там будет кондитерская. Как думаешь, твоя фирма могла бы взяться за доставку строительных материалов?

— Конечно. Я лично этим займусь. Только предупреди за день. — Уильям попробовал медовик и удивлённо покачал головой: — Это самый вкусный медовик, который я когда-либо ел.

Дэрин не смогла сдержать улыбку и чуть выпрямилась. — Некоторые торты сюда поставляю я. Готовлю вечером, а утром они уже здесь. Вот и медовик тоже делала я.

— Правда? — Радостно спросил Уильям. — Значит, я не ошибся, когда решил приехать впервые... Искал, где готовят лучшую выпечку, а нашёл того, кто её создаёт.

Уильям улыбнулся и поднял чашку:

— За самую вкусную выпечку и её создательницу.

Дэрин, чуть смутившись, подняла свою.

Мой день пролетел незаметно. Я даже не успела понять, что уже смена закончена. Я вышла из кафе и не успела пройти и нескольких шагов, как за спиной раздался знакомый голос.

— Эйни, постой! — Окликнул меня Нолан.

— Чего ты хочешь? — бросила я, даже не обернувшись, и ускорила шаг.

— Просто расскажи, что произошло! — Крикнул он.

— Я, по-моему, предельно ясно объяснила: я не желаю ничего тебе рассказывать. Какой теперь смысл, если всё уже случилось.

— Эйни, — он преградил мне путь, — прости меня. За всё.

— Опять? Ты серьёзно? — Я посмотрела на него. — Мы ведь уже проходили это. Может, хоть раз объяснишь, что с тобой творится? Ты ведёшь себя просто ужасно, и я тебя не узнаю.

— Я... — Нолан сделал паузу, а потом выпалил: — Ты мне нравишься, Эйни.

Я открыла рот и тут же его закрыла. Что?

— Что ты сказал?

— Ты мне нравишься. Очень. Ты дорога мне. — Нолан взял мою руку и накрыл своей ладонью.

— А как же Аманда?

Нолан замер.

— Ты в курсе? Откуда? — На его лице отразилось искреннее замешательство.

— В курсе. А это что, секрет? — спокойно ответила я.

— Да нет, просто... С ней... — Нолан хотел что-то сказать, я бросила взгляд на часы и перебила его.

— Всё, мне пора. Я опаздываю в ресторан. Потом договорим.

— Я встречу тебя в одиннадцать после работы. — Сказал Нолан.

Я кивнула и ушла. Но весь вечер его слова не выходили у меня из головы.

Смена в ресторане закончилась, и я вышла на улицу. Первым делом огляделась — ни души. Но через несколько секунд из-за угла появился Нолан.

— Ты всё-таки пришёл. А я уже успела обрадоваться, что обойдусь сегодня без душевных бесед.

— Я же обещал. — Серьёзно сказал он и кивнул в сторону дороги. — Пойдём?

— Пойдём. — ответила я, и мы пошли в сторону моего дома.

— Я хочу, чтобы ты знала, что с Амандой всё закончено. Это было ошибкой. — Уверенно сказал он.

— Ты сказал, что я тебе нравлюсь. — Я старалась, чтобы голос звучал спокойно. — Тогда зачем ты начал встречаться с ней?

Нолан замолчал, будто не знал, как выкрутиться.

— Аманда... — Он выдохнул. — Она ходила за мной. Признавалась в любви. А я был идиотом и не останавливал это сразу. Просто общался с ней — и всё, правда. А потом как-то само собой завертелось. Я даже не понял, как это случилось. Глупо вышло.

— Что-то я не понимаю ничего. Аманда тебе не нравилась, но ты начал с ней встречаться. Но нравилась тебе я, но ты начал вести себя со мной так отвратительно, что мы даже перестали нормально общаться. Что-то тут не сходится. Мне кажется, ты чего-то недоговариваешь.

Я посмотрела на Нолана, он тяжело выдохнул и опустил глаза.

— Когда я увидел вас с Дином, — начал он, — а потом он ещё и заступился за тебя...

— Стоп, — я резко остановилась. — Ты сейчас серьёзно?

— Эйни, послушай, пожалуйста. Когда я увидел тебя с Дином в кафе, а потом он за тебя заступился, и ещё эти цветы от Джеймса... Я просто взбесился. Ревновал дико, пытался сдерживаться, не реагировать. Но когда ты приняла букет, понял — Джеймс тебе не безразличен.

Я не выдержала и рассмеялась.

— По-твоему, подарить кому-то букет — это признание в любви? А принять его — ответить тем же? Интересная у тебя логика.

— Нет, но...

— Что «но»? — Я остановилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Я была с тобой честна. Ты знал, что я не дала Джеймсу номер. Что с Дином мы просто друзья. И ты не мог не замечать, что ты мне нравишься. А что сделал ты? Назло начал встречаться со своей Амандой!

— Эйни, она не моя. Пожалуйста, не говори так. Но ты права. Во всём права, — он шагнул ближе. — Давай помиримся? Я правда больше не могу без тебя.

— И что дальше? Помиримся, а через неделю ты опять начнёшь меня игнорировать?

— Нет, Эйни. — Он покачал головой. — На этот раз всё будет по-другому.

— Ты же понимаешь — если это повторится, я не прощу.

— Понимаю, — тихо сказал Нолан, а потом он вдруг притянул меня к себе и крепко обнял. От неожиданности у меня сбилось дыхание. Может, это всё снится? Но его прикосновения были настоящими.

— Что ты сейчас чувствуешь? — Спросил он, обнимая меня крепче.

— Я чувствую твоё дыхание на шее, — отшутилась я, хотя внутри всё пело.

— Сегодня ты особенно остроумна, — усмехнулся Нолан, немного отстранился от меня и посмотрел на меня.

— Хороший учитель попался, — я улыбнулась и подняла на него глаза.

— Ещё несколько месяцев назад я был уверен, что смогу держать себя в руках. Что перетерплю. Ты уедешь в Бостон — и всё пройдёт. Я не хотел мешать тебе, отнимать твою мечту. Но после всех ссор, тех дней, когда мы молчали, я понял: ты мне нужна. Я хочу быть рядом, защищать тебя, провожать после работы. Гулять и болтать обо всём, как только появляется минута. Ты понравилась мне в самый первый день — как только вошла в мою жизнь.

Я изо всех сил старалась выглядеть спокойной. Нолан даже не догадывался, что творилось у меня внутри в этот момент. Я слушала — и не верила. Это говорил он. Тот самый Нолан, который мне так сильно нравился.

А потом он замолчал и поцеловал меня. Нежно, но настойчиво, будто ждал этого целую вечность. И на секунду для меня всё вокруг перестало существовать.

— Уже поздно, тебе нужно как следует отдохнуть, — тихо сказал Нолан, отстраняясь от меня, взял меня за руку, и мы не спеша пошли в сторону моего дома.

— Как ты? — спросил он.

— Немного устала, — с улыбкой ответила я. — А ты как?

— После смены помогал отцу по хозяйству. Думаю, как только доберусь до кровати — отключусь через секунду. На завтра у тебя есть какие-то планы?

— Нет, в этот выходной я наконец-то весь день свободна. Мечтаю выспаться и просто отдохнуть. А что?

— Может, завтра погуляем? Хочу побыть с тобой вдвоём.

— Я согласна. Только давай после обеда?

— Конечно. Просто напиши, когда освободишься, и я зайду за тобой.

— Договорились. — Я кивнула и посмотрела на Нолана. — Ну вот, мы на месте.

— Не хочу тебя отпускать, — Нолан снова обнял меня, и провел рукой по волосам.

— Завтра увидимся, — с лёгкой усмешкой ответила я.

— Ты сегодня совсем неромантичная, — он посмотрел на меня и поцеловал в нос.

— Грейс, — Кора окликнула её и прищурилась. — Ты с кем это вчера уехала домой раньше времени? Или не домой?

— Ты что, следишь за мной? — Грейс резко обернулась и посмотрела на сестру.

— Не слежу. Но я стажируюсь у тебя уже неделю по новому меню и дважды замечала, как ты уходишь на час раньше.

— Это не твоё дело. — Резко ответила Грейс. — Займись лучше новыми блюдами.

— Дэрин добавила всего пять позиций, но я уже всё выучила и приготовила на пробу. Она одобрила, — Кора выдержала паузу. — А Роберт знает, с кем ты и куда ездишь? Или мне рассказать ему?

Грейс шагнула ближе и впилась в неё взглядом:

— Только попробуй сунуть свой нос, куда не надо. Иначе я расскажу Джеймсу, какая ты на самом деле. Да и всем остальным будет полезно узнать. Ты меня поняла?

— Да, я всё поняла, — тихо ответила Кора и опустила взгляд.

— Так-то лучше.

Дом встретил меня знакомой вонью алкоголя и грохотом музыки. Хорошее настроение, с которым я вернулась, испарилось мгновенно — как и надежда на спокойный выходной. Как же я устала. От этого дома, от этих пьяных лиц, от бесконечного круга, в котором ничего не меняется. Почти каждый день я возвращаюсь поздно ночью с работы — и снова это. Я села на кровать и достала дневник — в нём я хранила конверт с деньгами на переезд. Сегодня были выплаты в ресторане, так что нужно всё пересчитать и добавить заработанное.

— О нет... Нет, нет, нет... — прошептала я.

Слёзы подступили мгновенно и тут же потекли по щекам, всё быстрее и быстрее. Я даже не пыталась их вытирать. Я вскочила и стала переворачивать комнату вверх дном — сдёрнула одеяло, вытряхнула сумку, открыла все ящики. Пусто. Конверта нигде не было. Меня затрясло. Я пулей вылетела из комнаты и со всей силы толкнула дверь в спальню матери.

— Кто украл мои деньги?! — закричала я и оглядела спальню.

Никто не ответил. Тогда я подошла к колонкам и вырубила музыку.

— Где мои деньги? Я вас спрашиваю! — закричала я ещё громче.

— Никто у тебя ничего не крал, — спокойно ответила мама.

Я перевела взгляд на Брайана. Он сидел в кресле, развалившись, и смотрел на меня в упор — нагло, не моргая, с мерзкой ухмылкой.

И я всё поняла. Без слов. Меня накрыла истерика.

— Так это ты их взял?! — Рыдая и заикаясь, я пыталась выдавить из себя слова. — Как ты посмел рыться в моей комнате?

— В этом доме нет ничего твоего! — рявкнул он. — Всё общее, если ты ещё не уяснила!

— Мама! Скажи хоть что-нибудь! Зачем вы забрали мои деньги?!

— Нам нужно было заплатить за дом, — сухо ответила она.

— Что значит заплатить за дом? Я что, разве не плачу за него? — Я пыталась вытирать слёзы, но это было бесполезно. — А остальное? Там было намного больше!

— Мы отдали долг Брайана, — сказала мама, и в её голосе не прозвучало ни стыда, ни сожаления. — Эйни, ну правда, прекрати. Мы семья, в этом доме всё общее. И вообще, иди спать.

— Я тебя не понимаю! Как ты могла так со мной поступить? Я ведь плачу за это жильё — отдаю половину каждый месяц, покупаю продукты. Что тебе ещё от меня нужно? Почему ты просто не спросила, а взяла без разрешения?! — Я смотрела на неё, надеясь увидеть хоть проблеск понимания, но в ответ — всё та же глухая стена.

— А ты! — Я резко повернулась к Брайану, и он невольно вжался в кресло. — Здоровый мужик, а живёшь за мой счёт! Просто берёшь и выгребаешь мои деньги — те, что я зарабатываю с утра до ночи! Надо было всё-таки подать на тебя заявление. Ненавижу.

Брайан уже начал подниматься с кресла, но мать опередила его — схватила меня за плечи, вытолкала в коридор и захлопнула дверь перед моим лицом.

Я забежала к себе, захлопнула дверь и, прижавшись к ней спиной, скатилась на пол. Слёзы текли не переставая. Как она могла? Моя собственная мать — человек, который должен был защищать меня, — снова предала. Я всё ещё сидела на полу, когда до меня дошло, что денег больше нет. Тогда я поднялась, рухнула на кровать и, уткнувшись лицом в подушку, просто закричала.

Утро встретило меня головной болью и жаждой. Я встала, глянула в зеркало — и чуть не отшатнулась. Красные заплаканные глаза, лицо опухло так, будто я не спала неделю. Через несколько минут я написала Бетти и попросила подменить меня завтра в кафе. Она согласилась без лишних вопросов, и за это я была ей благодарна. Отработаю позже, когда приду в себя. Лари тоже отпустил без проблем. Осталось написать Нолану.

Объяснять, что со мной, не хотелось — именно поэтому встречу лучше просто перенести. В последнее время я ему не доверяю. Собравшись с мыслями, я начала набирать:

«Доброе утро, Нолан. Что-то я совсем без сил, может, погуляем на следующих выходных?»

Следующее сообщение пришло через минуту — он словно почувствовал что-то сквозь расстояние.

«Доброе. Может, мне прийти к тебе?»

«Не нужно, всё нормально. Просто за эту неделю очень устала — Лари загрузил заказами, сил почти не осталось. Как твои дела?»

«У меня отлично! Раз встретиться не получается, поеду помогать родителям на ферме. Слушай, может, тебе в ресторане брать меньше? Ты себя совсем не жалеешь».

Я смотрела на его сообщение и ненавидела себя за эту ложь. Он ведь правда переживал. Но я всё же сдержалась и просто ответила:

«Я подумаю над этим)»

Весь день я пролежала в кровати — в наушниках играла музыка, а я смотрела в одну точку. Есть совершенно не хотелось, хорошо, что вчера купила бутылку колы. Мир за окном жил своей жизнью, а у меня внутри всё замерло. Слёзы накатывали волнами: отступали, давали короткую передышку и возвращались снова.

Вечером кто-то постучал в дверь моей комнаты.

— Эйни, ты дома? — Мать заглянула в комнату и, увидев меня в кровати, удивлённо подняла брови. — Я думала, ты сегодня на работе.

Я ничего не ответила ей.

— Ты чего это разлеглась? Заболела, что ли? — Она подошла ближе, но явно не для того, чтобы пожалеть. Скорее оценить масштаб проблемы.

— Это всё, что ты можешь мне сказать? — Тихо спросила я.

— А что ты хочешь от меня услышать? — Удивлённо спросила мама.

— Для начала — извинись за то, что вы украли мои деньги. А потом верни всё, что от них осталось.

— Ох, Эйни, опять ты за своё, — Она раздражённо закатила глаза. — Никто ничего не крал. Мы взяли их на семейные нужды. И вообще, тебе они были не так нужны, как нам. Иначе зачем ты копишь, если не на крайний случай?

— Они мои! Я заработала их своим трудом! — я сорвалась на крик, не в силах больше сдерживаться.

— Ну вот, — она всплеснула руками. — Живёшь с нами под одной крышей — значит, деньги общие. И всё равно уже ничего не осталось, так что не о чем и говорить.

— Мам, — я подняла на неё взгляд, — ты хоть когда-нибудь любила меня?

— Что за глупости ты говоришь, конечно, я тебя люблю.

— Если бы ты меня любила — хоть раз встала бы на мою сторону. Хоть раз, мам! Твой Брайан ударил меня — а ты даже слова ему не сказала. А теперь вы вдвоём украли мои деньги, и ты опять делаешь вид, что всё нормально! Как ты можешь предавать свою родную дочь?

— Ты вечно всё преувеличиваешь, — она отмахнулась. — Сама придумываешь драму на пустом месте.

— Как ты... — я осеклась, почувствовав, как к горлу подкатывает ком обиды и слёз. — Оставь меня одну. Мне нужно отдохнуть.

Мать вышла из комнаты, не сказав ни слова. Я надела наушники и попыталась уснуть.

Следующее утро не принесло мне облегчения, на душе было так же муторно, как и вчера. Я налила воды, села на кровать и взяла телефон. Несколько пропущенных. Сообщения. И всё от Нолана.

Сердце забилось быстрее. Точно. Я же не предупредила его, что сегодня я взяла выходной. Окончательно проснувшись, я набрала сообщение.

«Доброе утро, Нолан) Прости, что не предупредила тебя. Бетти согласилась подменить меня, просто мне нужен был ещё один день, чтобы восстановить силы».

Я отложила телефон, но он завибрировал почти сразу.

«Эйни, ты могла бы и вчера написать, что не выйдешь сегодня на смену. Я переживал, ты пропала и не отвечала».

«Прости, не думала, что ты будешь волноваться. Увидимся послезавтра».

Я полежала ещё немного и решила, что сегодня нужно всё-таки поесть. Живот сводило, со вчерашнего дня во рту не было ничего, кроме колы. Я вышла из комнаты и прислушалась — в доме было тихо, а значит, я осталась одна.

Я открыла холодильник и удивлённо уставилась на него: он ломился от продуктов. Впервые за долгое время. Мясо, сыр, йогурт, свежие овощи и ещё много чего — всё, что я обычно покупаю понемногу, сейчас лежало в избытке. Я ухмыльнулась и сказала вслух — Интересно, на чьи это деньги?

Рабочий день подошёл к концу, и сотрудники постепенно расходились. Джеймс уже взялся за ручку дверцы, когда позади раздались торопливые шаги.

— Джеймс, приветик! — Ребекка возникла словно из ниоткуда и, обойдя его, игриво коснулась плеча. — Ты куда пропал? Тебя не было целую неделю.

— Уезжал, — сухо ответил он, не поднимая на Ребекку взгляд. — Что-то важное?

— Я просто соскучилась, — она растянула губы в улыбке. — А ты что, даже не рад?

Джеймс уже открывал дверцу машины, когда Ребекка мгновенно шагнула вперёд и, упёршись ладонью в дверь, не дала ему сесть. Он не стал скрывать, что её появление его разозлило.

— Ребекка, мы расстались. Ты что, следишь за мной? И откуда ты знаешь, сколько меня не было? С моим секретарём спелась?

— Увы, твоя секретарша оказалась неподкупной, — она капризно надула губы, положила ладони Джеймсу на грудь и потянулась к лицу, пытаясь поцеловать.

Джеймс взял её за запястья и уверенно отстранил.

— Послушай меня внимательно: хватит за мной ходить, я всё сказал ещё месяц назад. И к тому же у меня теперь есть девушка, так что между нами всё. Окончательно. Ты мне больше неинтересна.

— Ой, да ладно! — Ребекка ухмыльнулась, не веря ни единому слову. — И где же ты её откопал?

— Неважно где. Ты за три дня, пока меня не было, нашла себе парня. Неужели тебя удивляет, что я нашёл девушку за целый месяц?

— Ну Джейми, ты что, всё ещё дуешься за тот случай? Это было два месяца назад и совсем несерьёзно.

— Нет, не дуюсь. Но я тебе уже всё сказал. — Джеймс аккуратно отвёл Ребекку в сторону. — Мне нужно ехать. — Он сел в машину и уехал.

Воскресное утро обещало быть тихим. Посетителей в кафе по выходным всегда меньше, а это значило, что можно выдохнуть.

Я толкнула дверь кафе и с порога улыбнулась

— Доброе утро, Дин!

Он стоял за барной стойкой и смотрел на разобранную кофемашину с таким видом, будто она лично его оскорбила

— Эйни, привет! — Дин поднял голову, но, встретившись со мной взглядом, чуть нахмурился. Улыбка у меня, видимо, вышла так себе.

— С тобой всё хорошо? Ты какая-то грустная.

— Да, — кивнула я, — я в порядке, спасибо.

— Ну ладно, попробую тебе поверить, — Дин выдохнул и перевёл тему. — Ты только представь, Нолан оставил мне кофемашину в разобранном виде. После чистки, видите ли. Вот засранец! Ты, кстати, не знаешь, вчера привезли заказ для бара?

— Не знаю, но я сейчас посмотрю, — я открыла шкаф, где у нас хранились запасы для бара.

— Кстати, — Дин посмотрел на меня, — в субботу Дэрин хочет всех собрать. Сказала, есть повод что-то отметить. Закроемся пораньше на два часа. Кора и Грейс уже придумывают, чем нас угощать.

— Интересно, что за повод? В любом случае я только за.

Закончив с последним столиком, я подошла к Дину и, набравшись смелости, спросила — стараясь, чтобы голос звучал небрежно:

— Дин, как там Джеймс?

Он оторвался от своих дел и удивлённо уставился на меня.

— Джеймс? Мне не послышалось?

— Нет, ты всё правильно понял. — Я еле заметно улыбнулась.

Он уже открыл рот, чтобы ответить, но его телефон издал короткий сигнал. Дин глянул на сообщение и усмехнулся:

— Лёгок на помине. Джеймс будет через двадцать минут. — Он убрал телефон и глянул на меня с понимающей улыбкой. — Думаю, он будет рад, если ты спросишь его сама.

— Ладно, — выдохнула я, пытаясь скрыть радость.

— Что между вами происходит?

— Ничего, — я пожала плечами и, кажется, сделала это слишком небрежно. — Мы же тогда помирились. Вот и интересуюсь просто.

— Что-то ты мне недоговариваешь, — взгляд у Дина был слишком подозрительным.

Я собиралась ответить, но в этот момент я услышала шум подъезжающей машины. Дин повернул голову, прислушался, и я воспользовалась паузой, чтобы улизнуть на кухню. Грейс как раз наливала себе чай — отличный повод сделать вид, что я страшно занята.

Через пару минут из зала послышались голоса.

— Джеймс, ты как всегда вовремя! Все только разошлись, и теперь я могу уделить тебе всё своё внимание.

— Ценю твою заботу, брат, — усмехнулся Джеймс. — Прямо чувствую себя важной персоной.

— Ну, ты у нас и есть важная персона. Только никому не говори.

— Так, Эйни, бросай свои разговоры! Мой ненаглядный брат приехал! — раздался голос Дина.

Через несколько минут я подошла к барной стойке и сразу увидела его.

— Привет, Эйни, — Джеймс улыбнулся при виде меня своей привычной, нагловатой улыбкой.

— Привет, — я улыбнулась, но тут же одёрнула себя — пусть не думает, что я очень рада его видеть.

На некоторое время между нами троими повисла тишина. Мы с Джеймсом стояли и смотрели друг на друга, не в силах отвести взгляд. Дин перевёл взгляд с меня на брата, потом обратно и подозрительно прищурился.

— Так-так... — протянул он, — я здесь лишний. Пойду-ка я к Грейс. Принесу тебе что-нибудь вкусное, — бросил он Джеймсу через плечо и скрылся на кухне, оставив нас вдвоём.

— Очень рад тебя видеть, ты сегодня прекрасно выглядишь.

— Спасибо, Джеймс. Я тоже рада тебя видеть. Ты по делу или просто заехал пообедать?

— Вообще-то, я приехал к тебе. Ну, и к Дину заодно — он улыбнулся краешком губ. — Я подумал — почему бы снова не попробовать пригласить тебя куда-нибудь прогуляться? Хотя бы на час.

— Хорошо. Давай, — я ответила почти сразу, даже не дав себе времени подумать. Наверное, я ждала этих слов с той самой минуты, как узнала, что он приедет. — Должна же я как-то отблагодарить тебя за твою заботу.

Джеймс посмотрел на меня так, будто не поверил, что я согласилась. А потом кивнул, и на лице появилась довольная улыбка.

— Ну что, наговорились? — Дин вернулся с тарелкой еды для Джеймса. — Присаживайся, сейчас я тебе сделаю кофе.

— Дин, ты просто чудо, — Джеймс с благодарностью посмотрел на брата. — Кофе и еда — ты знаешь, как сделать меня счастливым.

Я зашла через служебный вход, и с первых шагов меня встретил насыщенный, горьковатый запах свежесваренного кофе. Обычно он успокаивал, но сегодня — нет. Не сегодня.

Нолан уже стоял за стойкой и натирал посуду, хотя до открытия оставалось полчаса.

— Доброе утро, Нолан, — я подошла с улыбкой.

— Доброе, — ответил он, даже не взглянув на меня.

— Как дела? — спросила я.

— Нормально. — Он кивнул и продолжил натирать стакан — тщательно, будто это требовало всего его внимания. Я развернулась и ушла в раздевалку. Переоделась, собрала волосы в тугой хвост, одёрнула фартук и вышла обратно в зал.

Что такого могло случиться? Мы же с ним всё выяснили, ещё недавно провожал, целовал... А теперь будто чужой. Ничего не понимаю. Я подумала, что если не спрошу сейчас, потом буду жалеть. Подошла ближе и тихо спросила:

— Нолан, что опять случилось между нами?

— Ничего. — Он снова не обернулся.

Я уставилась на него в недоумении. «Ничего»? С этим тоном и спиной вместо лица?

— Да повернись ты уже наконец, я с тобой разговариваю! Почему ты даже не можешь посмотреть на меня? — От его неуважения внутри нарастала злость. — Ты не отвечаешь на мои сообщения, сам не пишешь. И снова разговариваешь со мной, как несколько недель назад. Ты же обещал, что такого больше не повторится.

— Эйни, ты себе что-то надумала. Я просто был занят — сначала ездил в универ, потом помогал отцу. Устал так, что сил хватало только дойти до кровати и лечь спать. Всё хорошо, — он, наконец, обернулся и даже изобразил улыбку. Вот только она вышла ужасно неискренней. Я смотрела на него и не верила ни единому слову.

— Ладно, — тихо сказала я скорее себе, чем ему. — Надумала, значит, надумала. Он хочет держать дистанцию? Что ж. Думаю, пора уже отпустить эту ситуацию. А заодно, кажется, и его.

В субботу мы собрались все вместе. Грейс и Кора сделали закуски и испекли мясной пирог. Нолан по просьбе Дэрин купил шампанское.

Дэрин встала из-за стола с бокалом в руке — такая сияющая и взволнованная, какой я не видела её уже очень давно.

— Спасибо вам, мои дорогие, за всё, что вы делаете. За ваше отношение к этому месту. Для меня это правда важно, — она обвела нас глазами, задерживаясь на каждом. — Я хочу поделиться новостью: недавно я подписала договор на покупку помещения под второе кафе. Работы впереди много, но я счастлива. Без вас ничего бы не случилось. За вас.

Мы подняли бокалы с шампанским, и я, глядя на сияющую Дэрин, чувствовала только радость. Она не испугалась, взялась за второе кафе, и это вызывало уважение. Как она будет всё успевать, я пока не понимала, но сегодня точно не время было об этом думать.

Четыре года назад Дэрин была замужем за Рональдом. Они перебрались в Кэрролтон почти случайно: сестра Рональда с мужем уехала в командировку на целый год, и нужно было кому-то присматривать за их домом. Рональд согласился, и они с Дэрин собрали вещи.

До переезда Дэрин была шеф-кондитером в ресторане — серьёзная должность, где требовались строгость, творчество и умение держать всё под контролем. Всё это в ней прекрасно сочеталось. Оказавшись в Кэрролтоне, Дэрин первым делом отправилась искать место, где можно выпить приличный кофе. Она обошла, кажется, все заведения в окру́ге и честно пыталась найти хоть что-то достойное. Но увы. Такого заведения здесь попросту не было. Вот тогда ей и пришла в голову идея: почему бы не открыть собственную пекарню? Для начала небольшую, на несколько столиков. Место, куда люди будут приходить за тем самым вкусным десертом.

К счастью, её муж был финансовым аналитиком, так что с расчётами и планированием расходов проблем возникнуть не должно было.

Дэрин быстро нашла подходящее помещение. Пока шёл ремонт, она искала бармена — она с самого начала хотела, чтобы в пекарне подавали не только выпечку, но и приличный кофе. Повесила объявление прямо на дверь — и одним из первых откликнулся Нолан. Дэрин всегда считала, что молодые должны сами зарабатывать на карманные расходы, поэтому долго не думала и согласилась его взять на работу. Правда, для начала — только на неполный день. Нолан тогда только поступал в университет, и учёба была для него в приоритете, поэтому такое предложение его устраивало.

В день открытия пекарни народу собралось много — почти весь город пришёл на праздник. Играла музыка, фасад помещения был нарядно украшен разноцветными шарами. Рональд появился позже, когда последние гости уже разошлись и Дэрин в одиночестве наводила порядок в опустевшем зале.

— Где ты был? — Дэрин посмотрела на мужа обиженным взглядом.

— Нужно было отъехать по работе, нужно было срочно отвезти документы. А где все? — Рональд оглянулся по сторонам. — Что, никто не пришёл?

— Ты опоздал. Все уже ушли. Было много людей, и выпечки не осталось, — ответила она, не скрывая разочарования.

— Прости. Но я правда не мог не поехать сегодня.

— Знаешь, я всё чаще ловлю себя на мысли, что у тебя кто-то есть. Ещё когда мы жили в Сент-Луисе, ты никогда не приходил вовремя. Даже чтобы просто забрать меня с работы. — Может, ты хочешь мне что-то рассказать? — Дэрин пристально посмотрела на мужа.

— А что ты хочешь услышать? Не накручивай себя, Дэрин, — он подошёл и сухо поцеловал её в щёку.

Всё складывалось как нельзя лучше. За три месяца пекарня не только окупилась, но и начала приносить хорошую прибыль. Выпечку Дэрин разбирали с самого утра — цены были доступными, а повторить такое качество дома ни у кого не получалось. Многие жители уже не представляли без неё свой день. После уроков в пекарню забегали школьники, и Дэрин, зная об этом, заранее готовила для них дополнительную партию. Но желающих становилось всё больше, и в какой-то момент она впервые задумалась — а не расширить ли помещение и не открыть полноценное кафе?

Ничего не предвещало, когда на столе завибрировал телефон. Дэрин отвлеклась и взяла трубку.

— Слушаю.

— Здравствуйте. Это Дэрин? — Голос был женский, незнакомый, но звучал вполне мирно.

— Да. А с кем я говорю?

— Меня зовут Шарлотта. Я хотела бы с вами поговорить. Вы сейчас в Сент-Луисе?

— Ваше имя мне ни о чём не говорит. Я живу и работаю в Луизиане. И у меня нет времени на пустые разговоры. Кто вы и что вам нужно? Говорите сразу.

— Мне нужно поговорить с вами о Рональде. — Настойчиво продолжала Шарлотта. — Скажите, куда я могу подъехать?

— Если это настолько важно — приезжайте. Спросите любого прохожего, где находится пекарня «Дэрин», вам укажут дорогу. Всего доброго. — Она сбросила звонок и посмотрела на телефон... Шарлотта? Кто это?

Спустя два дня в пекарню зашла незнакомка. Нолан тут же отметил — она не местная.

— Добро пожаловать! Что желаете? — он изобразил дежурную улыбку.

— Здравствуйте. Мне нужна Дэрин. Она здесь работает?

— Да. А вы по какому вопросу? — Нолан насторожился.

— Передайте, что пришла Шарлотта. Она поймёт.

— Минуту, — кивнул Нолан и уже на ходу добавил: — Присмотрите пока что-нибудь в дорогу, выпечка у нас отличная. — Он бросил короткий взгляд на незнакомку и скрылся за дверью кухни.

— Дэрин, там к тебе какая-то Шарлотта. Говорит, ты поймёшь.

— Спасибо, Нолан. Пусть выйдет на улицу, я сейчас. — Она отложила бумаги и встала из-за стола.

Дэрин вышла из пекарни и увидела девушку. Окинула её взглядом — лет тридцать, не больше, и лицо совершенно незнакомое.

— Это вы мне звонили?

— Да. Здравствуйте, Дэрин. Это была я.

— Что вам нужно и откуда вы меня знаете?

— Я приехала поговорить о Рональде.

— Теперь ясно, — Дэрин усмехнулась. — Дайте угадаю, вы его любовница и приехали просить, чтобы я его отпустила?

— Откуда вы знаете? Он вам рассказал? — удивлённо спросила Шарлотта.

— Нет, догадалась.

— Вы правы, мы с Рональдом уже давно вместе и любим друг друга. Поэтому я и приехала сюда, чтобы уже поставить точки над i. Поймите меня — я устала ждать, поэтому хочу, чтобы вы дали развод и всё обошлось без суда. Что касается пекарни — прошу вас на неё не претендовать, потому что оформлена она на Рональда, а значит, по закону принадлежит ему. Тем более, он столько всего сюда вложил. — Шарлотта бросила взгляд на пекарню. — Я предлагаю разойтись мирно, и мы даже выплатим вам компенсацию. В противном случае мы заберём её через суд и оставим вас без ничего.

Дэрин не ожидала такого. Она громко рассмеялась от искреннего изумления.

— Стоп, — Дэрин на мгновение растерялась, но тут же взяла себя в руки. — Кроме того, что он подсчитывал убытки, твой Рональд не вложил сюда больше ни капли своего ума, ни тем более денег.

— Как же? Пекарня ведь записана на него. Он закупал оборудование, занимался документами, открытием — значит, он и есть владелец.

— Пекарня оформлена на него только потому, что он местный. Но это ничего не меняет. Я сама искала помещение, сама закупала оборудование, сама договаривалась с поставщиками. Все деньги здесь — мои. Тем более пеку выпечку я и никто больше. И каждый, кто работал со мной, это подтвердит. Так что можешь расслабиться — в суде я докажу это без проблем.

Шарлотта выдохнула и подошла ближе к Дэрин

— Славная Дэрин, я, может, и выгляжу простовато, но кое-что могу. Мой отец — адвокат, и я сделаю так, что вы останетесь не только без пекарни, но и без дома, в котором живёте. Если мы с вами не договоримся. — Она выдержала паузу и добавила с недоброй улыбкой, — Подумайте, чтобы не остаться на улице.

— Ох, как ты заговорила, — Дэрин скрестила руки на груди и не отступила ни на шаг. — А ты не подумала, что твой план может не сработать? Дом куплен тоже на мои деньги, все счета оплачиваю я, и вот незадача, оформлен он на меня. Ладно дом, но вот только не пойму, зачем тебе пекарня? Всего три месяца, как я её открыла. Печь ты точно не будешь, — Дэрин усмехнулась и прошлась по Шарлотте глазами, — да и бизнес-леди с тебя точно не выйдет.

— Рональд показал мне документы, так что я в курсе: оборудование здесь тянет на кругленькую сумму. Так что, если мы всё это продадим, выйдет отличная прибавка к нашему семейному бюджету.

— К вашему семейному? — с улыбкой переспросила Дэрин. — Шла бы ты отсюда и своему «семьянину» передай, да и сама запомни: я не отдам ни дом, ни пекарню и завтра же подам на развод. Катитесь оба на все четыре стороны.

Дэрин развернулась, зашла в пекарню и даже не подала виду, будто что-то случилось.

— Всё в порядке? — осторожно поинтересовался Нолан.

— Да, всё нормально. Продолжаем работать.

Вскоре Дэрин развелась. Дом остался за ней — тут Рональд спорить не стал. А вот за пекарню пришлось бороться в суде, он не собирался уступать. Вместе с Шарлоттой они распустили по городу слухи и нашли каких-то «свидетелей», которые не захотели прийти в суд и анонимно дали показания, что Дэрин проработала в пекарне всего две недели, после чего Рональд был вынужден её уволить. Причиной назвали антисанитарию — при ней на кухне такое творилось, что стыдно вспомнить. А раз уволили — значит, никакая она не хозяйка. Рональд и Шарлотта также предоставили поддельные документы, из которых следовало, что Дэрин не имеет никакого отношения к купленному для пекарни оборудованию. Бывший муж с новой женой вывезли всё до последнего поддона и распродали. Вернуться в Сент-Луис было некуда и незачем.

Спустя время Дэрин взяла кредит и на свой страх и риск открыла уже не пекарню, а полноценное кафе — такое, как хотела. Так появился «The Roadside». И теперь, годы спустя, мы сидели в этом самом кафе. Дэрин объявила о покупке второго помещения, и все были на подъёме — шампанское, поздравления, планы.

Пока Дэрин, Дин, Грейс и Кора увлечённо обсуждали меню для нового кафе, я тихо поднялась и направилась к раздевалке. Уже у самой двери сзади кто-то подошёл и мягко, но уверенно обхватил моё запястье.

Я вздрогнула. Нолан.

— Ты меня до смерти напугал, — выдохнула я, пытаясь унять сердцебиение. — Что случилось?

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — спросил он с серьёзным видом.

Я чуть не рассмеялась. Вот уж чего не ждала — вопросов от того, кто сам ведёт себя, мягко говоря, странно.

— По-моему, это я должна спрашивать, а не ты, — я попыталась вырвать руку, но он сжал её крепче.

— Эйни, — он чуть повысил голос, но было слышно, что это не от злости, а от переживания. — Я не давал повода сомневаться во мне. Ты ведь знаешь, что я всегда готов прийти на помощь. Так почему ты скрывала от меня то, что случилось у тебя дома?

— Я правда не понимаю, о чём ты. Что-то случилось?

— Ты серьёзно? — он не отводил взгляда. — Я знаю, что у тебя украли деньги.

Поэтому и ждал всё это время, когда ты придёшь и расскажешь.

— Но как... Откуда ты узнал? — я смотрела на него, всё ещё не в силах осознать услышанное.

— В тот день, когда мы собирались гулять, твои родители пришли к моим.

Отдать долг...

— Какой долг? О чём ты говоришь?

— Я не хотел, чтобы ты об этом узнала… Твои родители время от времени занимают у моего отца. В тот раз я был дома и случайно услышал их разговор. Твоя мать сказала, что они возвращают всё вовремя. А потом прозвучало твоё имя. Понимаешь? Твоё имя.

Я вышел и спросил прямо: «Откуда у них такая сумма?» И твой отчим, с улыбкой, представляешь, сказал: «У Эйн клад нашли».

Он сделал паузу и продолжил:

— Я ждал, что ты позвонишь. Или подойдешь, когда увидимся, и всё расскажешь.

В его взгляде читалась растерянность, смешанная с болью.

— Значит, я для тебя никто.

Слёзы потекли из моих глаз. Я ничего не могла сказать — мысли разбегались, и я не понимала, что спросить первым: почему они вообще берут у них в долг? Откуда они знают друг друга? И главное — почему Нолан не сказал мне об этом раньше?

Он вывел меня на улицу и прижал к себе — крепко, так, что я слышала его частое сердцебиение. Неужели это правда? Я была опустошена, раздавлена, но именно сейчас, посреди всего этого кошмара, он снова меня обнимал.

Так, мы простояли минут пять, а может, и больше, но нужно было возвращаться внутрь. Я отлучилась умыться и привести себя в порядок, а Нолан вернулся к остальным. Когда я зашла в зал, то с облегчением поняла — никто не заметил нашего отсутствия. На улице уже начало темнеть, и Дин включил приглушённый свет, а за столом по-прежнему что-то горячо обсуждали.

— Дэрин, тут без тебя твой поклонник снова заезжал, — Дин растянулся в улыбке и подмигнул. — А ты как специально выходной взяла.

— Это ты про Уильяма? — Пытаясь сделать вид, что искренне не понимает.

— Конечно, про Уильяма. Или ты кому-то ещё оставляешь коробку с выпечкой?

— Ешь давай и не умничай, — пробурчала Дэрин и сделала глоток кофе, но улыбка всё равно выдала её. Она не хотела никому рассказывать о том, что они с Уильямом уже виделись. И не раз.

Мы посидели ещё немного, потом собрали посуду, убрали со стола и начали расходиться. Вечер встретил нас прохладой — середина весны, а зима ещё цеплялась за каждый вечер. Я попрощалась со всеми и вышла на улицу, Нолан вышел следом.

— Я провожу, — сказал он. Не спросил, а просто сказал.

Я промолчала, но отказываться не стала. Когда мы отошли от кафе, Нолан вдруг остановился и спросил:

— Пойдём, посидим в парке?

— Пойдём, — согласилась я, поплотнее запахивая куртку.

Всю дорогу до парка мы шли молча, и я была этому рада. Подойдя к парку, Нолан ушёл за кофе, а я опустилась на скамейку. Достала зеркальце, блеск — и заметила кейс. Тот самый, который Джеймс подарил мне на день рождения вместе с наушниками. И я вдруг поймала себя на мысли, от которой внутри всё перевернулось: мне его не хватает. По-настоящему. Джеймс. Я отчётливо, до мурашек, почувствовала, как сильно скучаю. По его голосу, по тому, как он смотрел на меня, по его парфюму. И я не знала, радоваться этому или бояться.

Я открыла кейс и вдруг заметила, что на внутренней стороне крышки была какая-то надпись — красивым, изящным шрифтом, но почти незаметным. А ведь Джеймс заказывал этот кейс специально для меня. Что здесь написано? Я подсветила телефоном и прочитала — медленно, по буквам. А потом перечитала снова.

«Я всегда рядом с тобой. Просто позвони мне».

Как? Как я могла не замечать этого раньше? Я открывала этот кейс десятки раз — и ни разу не увидела. Я не смогла сдержать улыбку, разглядывая гравировку, и так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как подошёл Нолан.

— Из-за чего это ты так светишься? — с каким-то недовольством спросил он.

Я быстро закрыла кейс и убрала в сумку.

— Да так, вспомнила, как Дэрин засмущалась, когда речь зашла про Уильяма.

— Ты тоже заметила? — он улыбнулся, но как-то неестественно. — Вот, я взял тебе капучино с корицей.

Я кивнула, взяла у него стаканчик и заметила, что он принёс только один. — Спасибо! А где твой?

— Прости, Эйни. Мне позвонили родители и попросили прийти домой как можно скорее. Отец сказал, что один не справляется на ферме — нужна моя помощь. Ты не обидишься? — он виновато посмотрел на меня.

— Нет, конечно, я всё понимаю, беги. Увидимся в кафе.

— Не скучай, Эйни. — Он приобнял и быстро ушёл.

Звонок от родителей? Что-то я сомневаюсь. Пока Нолан устраивает мне истерики и отдаляется, я всё чаще думаю о другом. О Джеймсе. Особенно сейчас — после того, что прочитала на кейсе. Может, позвонить ему? Нет, лучше напишу — мало ли, вдруг занят.

Уильям и Дэрин сидели в гостиной, склонившись над столом. Перед ними — списки гостей, стопка приглашений и две чашки с давно остывшим чаем, про который оба забыли.

— Дэрин, милая, — Уильям накрыл её руку своей, — может, пора уже всем рассказать? Через два месяца мы муж и жена. Они точно обрадуются.

— Скоро, Уильям. Обещаю. Просто я так волнуюсь из-за этой свадьбы — сама не своя. Дай мне ещё немного времени.

— Всё так и должно быть, — Уильям взял её руку, поднёс к губам и поцеловал — медленно, нежно, как умел только он. — Ты ведь невеста. Моя невеста. — Он чуть отстранился и заглянул в список. — Сколько ещё добавим?

— Пять, — Дэрин улыбнулась, поправляя приглашения. — Надеюсь, все смогут.

Я открыла сообщения, нашла Джеймса и, помедлив пару секунд, набрала:

«Привет! Ты случайно не в Кэрролтоне?»

Я держала телефон в руках и с нетерпением ждала ответа. Он завибрировал.

«Привет, Эйни! Да, ещё вчера приехал. Соскучилась? Я знал, что ты долго без меня не сможешь».

Я улыбнулась и быстро ответила:

«Я у Центра, на скамейке. Приходи, если хочешь».

«Буду через пятнадцать минут. Какой кофе тебе взять?»

«Спасибо, у меня уже есть. Возьми только себе».

Как я вообще решилась ему написать? Волнение нахлынуло с новой силой, но я уже ждала — ждала, когда пройдут эти пятнадцать минут и он приедет. После тех дней, что он провёл рядом, ухаживая за мной, я посмотрела на Джеймса с другой стороны. Он был старше Нолана всего на два года, но вёл себя совсем по-другому — спокойнее, увереннее, надёжнее. И это подкупало.

Я читала что-то в телефоне, как вдруг услышала шаги. Подняла голову — и сердце забилось быстрее.

— Привет! Я не опоздал? — Джеймс стоял передо мной с букетом — нежно-розовых, свежих, ещё в капельках воды роз.

— Привет, — я улыбнулась в ответ и взяла цветы. Я смотрела на него и не могла отвести глаз. Он стоял передо мной — как всегда с иголочки, будто ехал на деловую встречу, а не на кофе в парке. Он окутывал, заполнял всё вокруг, и на несколько секунд я просто забыла обо всём. Был только он.

— Я тебя не отвлекла?

— Наоборот, ты очень вовремя. Я был у Дина, и тут к его родителям приехала Дэрин. Мы немного поболтали, но разговор был... Скажем так, взрослый и скучный. А потом ты написала, спасла меня от этой тоски, и я сразу поехал к тебе. По пути завёз Дина к другу. Кстати, он просил передать привет.

— Мы сегодня закрылись пораньше — Дэрин устроила маленький праздник в честь нового помещения. Правда, где оно, так и не призналась. Сказала: «Сюрприз».

— Я тоже сегодня узнал. Она всегда так — до последнего молчит, боится сглазить. — Мы переглянулись с Джеймсом и, не сговариваясь, улыбнулись.

Джеймс опустился рядом и, чуть наклонив голову, спросил:

— Так почему ты мне написала?

— Я же обещала прогуляться, вот и решила — почему бы и нет? Надо же хоть как-то тебя отблагодарить за спасение.

— И я скучал по тебе, Эйни. — Он улыбнулся, словно он прочитал между строк всё, что я не сказала. Его улыбка нравилась мне всё сильнее. Мне хотелось рассматривать Джеймса, но я изо всех сил скрывала, что он меня привлекает. Я терялась — совсем недавно я его избегала, а сегодня сама позвала встретиться.

Утро у Дина не задалось. Он зашёл на кухню, и мать встретила его с таким лицом, что он сразу понял — разговора не избежать. Он сел за стол, мать поставила перед ним стакан с соком, тарелку с тостами и присела рядом. Немного помолчала, словно собираясь с мыслями, а потом заговорила — тихо, но очень серьёзно.

— Дин, эта девушка... — мать поджала губы, ей было неприятно даже произносить это вслух. — Ты знаешь, о ком я. Ты не должен с ней общаться.

— Я даже не хочу об этом говорить, прости, но я не буду делать всё, что ты говоришь.

— Это не обсуждается, Дин. Пока ты живёшь в этом доме, ты будешь следовать моим правилам. Я сказала: значит, так и будет.

— Мама, ты не права! — Дин повысил голос, но старался держать себя в руках. — Она хорошая. И я не собираюсь от неё отворачиваться только потому, что кому-то что-то не нравится. Я с ней общался и буду общаться. И бросать её сейчас я точно не стану.

— Я тебя предупредила, Дин. — Мать посмотрела на него в упор, и в её голосе не было ни капли сомнения. — Ты прекратишь с ней общаться. Это моё последнее слово.

Дин стиснул челюсть, но заставил себя не сорваться.

— А что скажет отец? Ты ведь с ним не говорила об этом? Я уверен — он встанет на мою сторону.

— Отец тут ни при чём, — отрезала она. — Вопрос закрыт.

— Нет, мама, не закрыт! — Дин встал из-за стола и посмотрел на неё с обидой. — Ты даже не хочешь меня услышать. Просто ставишь перед фактом, как будто моё мнение ничего не значит.

Он никогда не позволял себе так разговаривать с ней, но сейчас молчать было нельзя. Мать бросила на него короткий взгляд и молча ушла.

Меня разбудил звонок в дверь. Я приоткрыла глаза, глянула на часы — только девять утра. Кто может прийти так рано? В доме было тихо, значит, кроме меня, никого нет. Я выбралась из кровати, накинула кофту и пошла открывать.

На пороге стоял Дин.

— Дин? Что-то случилось? — я сонно потёрла глаза, пытаясь прийти в себя. Меньше всего я ожидала увидеть именно его.

— Ты что, ещё спишь? — с удивлением спросил он.

— Уже нет, — я улыбнулась его вопросу. — Так что стряслось? Или ты просто соскучился?

— Эйни... Давай отойдём? — Он взял меня за руку, и мы зашли за угол дома.

— Я... — Он явно подбирал слова. — Я не знаю, как тебе это сказать...

— Да что такое, Дин?! Не тяни, мне уже не по себе.

— Вот, прочти.

Он молча протянул мне телефон. А следом — газету.

— Это же ты, — тихо сказал он. — Я сразу всё понял. Кафе, ресторан, переезд... Я просто сложил всё вместе.

Я взяла телефон из его рук и начала читать:

«Казалось бы, что может скрываться за дверями обычного дома? Оказывается, даже в нашем городе есть те, кто живёт в ужасных условиях и при этом терроризирует собственную дочь. Девушка работала сразу в двух заведениях и честно откладывала каждый заработанный цент на новую жизнь в другом штате. Но мать с сожителем украли все её сбережения и спустили до последней копейки на выпивку. А три месяца назад, в день, когда девушка должна была принимать поздравления, так называемый отчим ударил её по лицу. Мать стояла рядом. И даже не попыталась защитить родного ребёнка. Как прикажете относиться к таким людям? И как долго это будет продолжаться?»

С каждым прочитанным словом мои глаза от удивления становились всё шире. Слёзы застилали экран, буквы расплывались, и я уже с трудом разбирала текст. Но Дин не дал дочитать до конца — он осторожно забрал телефон из моих рук и молча, крепко прижал меня к себе.

— Дин... Что это?! — голос сорвался, и я разрыдалась прямо у него на груди. Я попыталась отстраниться, но он лишь обнял крепче, не отпуская ни на миг.

— Эйни... Пожалуйста, успокойся, — тихо шептал он, прижимая меня к себе так, будто пытался защитить от всего мира. Я чувствовала, как напряжены его плечи, как бьётся его сердце, и что ему самому было больно видеть меня такой. Я не могла себя сдерживать — меня трясло, и единственное, что держало на ногах, были руки Дина.

Через пару минут я всё-таки отстранилась от него, вытирая слёзы.

— Прости... Мне нужно домой. Прости.

Я убежала, не оборачиваясь. В груди жгло от стыда. Я влетела в свою комнату, зарылась лицом в подушку и закричала — громко, насколько хватило сил.

Кто это сделал? Кто посмел? За что? Два часа меня колотило, и я не могла успокоиться. Что теперь делать? Как жить, если весь город знает правду о моей семье, а у меня не осталось ни денег, ни места, куда можно сбежать?

Дома по-прежнему никого не было. Я зашла в комнату матери, нашла пачку сигарет и закурила. Впервые в жизни. Руки дрожали, но я затянулась — лишь бы хоть немного унять эту боль внутри.

— Фу, какая гадость, — я закашлялась, поперхнувшись дымом. — Кому вообще это может помогать? Отвратительно. Я начала перебирать в уме всех, кому было хоть что-то известно. Мать и Брайан? Нет. Им это невыгодно. После того, что случилось, они и так на грани — зачем им выносить сор из избы и позориться ещё больше? Нолан? Нет. Я не рассказывала ему, кто именно ударил меня. Он не мог знать. Я уже почти сдалась, как вдруг меня осенило — Джеймс. Только он видел меня такой, и он обо всём знал.

— Дин, это Джеймс! — голос сорвался, я почти кричала. — Он всё знал, понимаешь? Всё! Я сама ему рассказала… тогда, у него дома. Больше некому. Некому! Но зачем? Зачем он это сделал?!

— Эйни, подожди, успокойся, — он говорил осторожно, будто боялся спугнуть. — Почему ты решила, что это он? Откуда ему знать такие подробности? Вы ведь почти не общались!

— Потому что я сама ему всё рассказала, Дин! — голос снова дрогнул, и к горлу подступил ком. — Абсолютно всё. Он знал каждую деталь.

— Но как... Я даже не...

— Прости, Дин, я больше не могу, — перебила я его и, не дожидаясь ответа, сбросила звонок.

Я снова расплакалась. Слёзы, которые я с таким трудом остановила, снова предательски потекли из глаз.

Джеймс уже собирался звонить брату, когда тот, наконец, появился на пороге.

— Где ты был? Ты же сказал, что тебе нужна машина на десять минут. Знал бы, что так задержишься, я бы с тобой поехал.

Дин даже не присел. Он прошёлся по комнате, потом резко остановился и посмотрел на брата...

— Джеймс, поехали к тебе. Нам надо поговорить.

— Почему не здесь? — Джеймс удивился.

— Потому что разговор будет долгим. — серьёзно ответил Дин.

— Ладно, а что случилось-то?

— Скоро узнаешь. Поехали. — Дин дал ключи брату, и они вышли из дома.

Минут через десять они уже были на месте. Джеймс открыл дверь, и Дин первым прошёл в гостиную. Джеймс — за ним.

— Ну и что за важный разговор? — спросил Джеймс, опускаясь в кресло. — Может, ты хочешь попросить у меня ключи и переехать сюда вместе со своей подружкой?

— Сейчас не до шуток, Джеймс, — Дин даже не улыбнулся. — Ты знаешь что-нибудь о статье про Эйни? Только давай честно.

— О какой статье? — Джеймс нахмурился и посмотрел на Дина с искренним непониманием.

— Хочешь сказать, это не ты всё устроил?

— Дин, я понятия не имею, о чём речь. — Джеймс повысил голос, но тут же осёкся. — Давай с самого начала. И побыстрее — я уже начинаю волноваться.

Дин набрал в грудь воздуха и заговорил. Он рассказал обо всём, что произошло за эти два часа, — начиная с той минуты, когда утром увидел статью.

— А когда я уже ехал к тебе, позвонила Эйни. Она сказала, что обо всём, что с ней случилось, знал только ты.

— Что? Я? — Джеймс замер, переваривая услышанное. — Да, я знал. Но я не...

Дин побледнел.

— Так это всё-таки ты?! Какого чёрта, Джеймс?!

— Так, стоп. Успокойся, — Джеймс встал из кресла. — Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо. Я бы никогда так не поступил, тем более с Эйни. Я люблю её.

— Ты её... что? — Дин посмотрел на брата. — Любишь? Ты серьёзно?

— Да. — Уверенно ответил Джеймс. — С самого первого взгляда.

— Хорошо, допустим, я тебе верю. Но если это не ты — тогда кто? Мне Эйни никогда ничего такого не рассказывала. Бетти, Дэрин, Грейс — они тоже не в курсе, иначе бы мимо меня такое точно не прошло

Они переглянулись — и в один голос сказали:

— Нолан.

— Это точно он, больше некому, — Джеймс сжал челюсть и отвёл взгляд, пытаясь сдержать злость.

— Но зачем ему это? — Дин присел на диван и задумался. — Нолан всегда хорошо относился к Эйни, помогал во всём по работе, да и мне кажется, что она ему нравится. — Он перевёл взгляд на брата. — Ой, извини, что-то я не то ляпнул. Просто я пытаюсь понять... Не вяжется это с ним. Хотя... — осёкся он на полуслове.

— Что? Договаривай. — нетерпеливо сказал Джеймс.

— Нолан учится на журналиста. Он всё-таки может быть к этому причастен.

Джеймс нахмурился, и в его взгляде мелькнуло что-то недоброе.

— Нет, — Дин выставил руку, не пропуская брата. — Я знаю тебя. Когда ты злишься, ты сначала делаешь, потом думаешь. Не надо. Пусть Эйни сама разберётся.

— Но она то думает, что это я!

— Давай успокоимся и всё хорошо обдумаем. Нам нельзя сейчас ошибаться и делать всё на эмоциях. — сказал Дин.

— Ладно, ты прав. — Джеймс выдохнул и присел на диван. — Погоди, а что там с деньгами? Ничено такого не знаю.

— Я и сам не в курсе. Эйни мне ничего не рассказала. Когда я приехал сегодня к ней и показал статью, она так расплакалась... А потом сказала, что ей нужно домой, быстро ушла домой. Я не стал идти за ней, потому что понимал: сейчас она хочет побыть одна. — Дин достал из куртки телефон и протянул его Джейсу. — Вот, читай.

Когда Джеймс дочитал статью, он был в ярости.

— Какого черта, Дин? — он посмотрел на брата. — Какая тварь посмела сделать это? Неужели Нолан действительно знал обо всём этом и у него хватило смелости написать такое?

— Да, Джеймс, я полностью с тобой согласен. Я, наверное, впервые вижу, чтобы так проехались по человеку в нашем городе. — с грустью сказал Дин.

— Зачем ты поехал к ней один? И почему сразу мне ничего не сказал?

— Я же не знал, что у тебя к ней всё серьёзно. — Дин прищурился и посмотрел на брата. — Вообще, у меня к тебе много вопросов.

— Но ты знал, что она мне нравится. Позвони Эйни и дай трубку, когда она ответит, а я пока напишу сообщение.

Я сидела на полу, прижавшись спиной к холодной стене. За два часа я вымоталась сильнее, чем за целый месяц на работе. Внутри — пустота. Я обратила внимание на телефон — экран засветился. Я разблокировала и увидела три пропущенных от Дина и сообщение от Джеймса.

«Эйни, привет. Я знаю, что случилось. Но пожалуйста, поверь мне — это сделал не я. Прошу тебя, давай просто поговорим, перезвони мне».

— Джеймс, она не отвечает, — сказал Дин после трёх попыток дозвониться.

— Тогда я сам поеду к ней. Привезу её сюда, и потом решим, что делать дальше.

— Знаешь, я думаю, лучше отвезти её к Дэрин. Она любит Эйни и поможет ей. Но ехать должен я. Она сейчас уверена, что это ты всё сделал. Тебя она видеть не захочет.

— Ты прав. — Кивнул Джеймс. — Дэрин — лучший вариант. Давай так — ты едь за Эйни, а я пока позвоню ей и всё объясню.

Дин уехал, а Джеймс набрал номер Дэрин.

— Привет, Джеймс! Рада тебя слышать.

— Привет, крёстная. Как ты? — Джеймс пытался говорить спокойнее.

— Всё замечательно. А как ты? Родители? — ответила Дэрин.

— Всё отлично, трудятся без выходных. Скажи, ты сегодня занята?

— Сейчас еду домой переодеться, потом на встречу. А что такое? — с волнением спросила Дэрин.

— Тут такое дело... Ты сейчас очень нужна Эйни. Больше такой, как ты, у неё никого нет.

— Эйни? А что случилось? — удивлённо спросила Дэрин.

— С ней всё в порядке, не переживай. Просто ей сейчас нужно выговориться, и чтобы рядом был кто-то, кому она доверяет. Хотя бы на день. У тебя получится отменить на сегодня свои дела?

— Ты меня пугаешь, Джеймс... Но, конечно, я всё отменю.

— Спасибо, — обрадовался он. — Крёстная, ты самая лучшая. Дин уже поехал за Эйни, он привезёт её к тебе. А я подъеду позже.

— Что за тайны, Джеймс? Объясни мне хоть в двух словах. Я же должна понимать, что случилось.

— Это долгая история. Но если коротко — кто-то выпустил статью про Эйни и её семью. Она вышла сегодня утром — и в интернете, и в газете. Она думает, что всё это сделал я. Но, естественно, это не я.

Дэрин сразу изменилась в голосе.

— Пусть Дин немедленно везёт её ко мне. А ты набери, когда соберешься ехать к нам.

— Конечно, — ответил Джеймс.

Дэрин сбросила звонок, завела машину и выехала со стоянки, отменяя по пути две встречи, поехала домой.

— Нолан, ты видел новости? — Грейс подошла почти беззвучно, и он невольно вздрогнул, когда услышал её голос прямо над ухом. Она нервно вертела телефон в руках.

— Какие новости? — Нолан обернулся.

— Там про Эйни. Про её семью. Такое пишут... Ужас просто. — На Грейс не было лица.

Нолан нахмурился.

— А с чего ты взяла, что это про неё?

— Утром Кора скинула мне ссылку. Я прочитала — и, похоже, это действительно про нашу Эйни.

— Первый раз слышу. Дай посмотреть. — Нолан взял у Грейс телефон и начал читать. С каждой строчкой его лицо становилось всё мрачнее. Он перечитал статью дважды, будто надеясь, что ему показалось. — Я не верю своим глазам... А ты звонила ей? Что она сказала?

— Не берёт трубку. Как ты думаешь, это правда?

— Я... Я не знаю. — Растерянно ответил Нолан.

— Ты же с ней ближе всех, Нолан! — Грейс резко сменила тон. — Как можно быть рядом и не знать, что у неё творится дома?! Что ты стоишь? Звони ей! Сейчас же!

Я долго сидела, глядя в телефон, и наконец решилась. Набрала Нолана.

— Привет, — еле слышно поздоровалась я.

— Эйни! — воскликнул Нолан, и в его голосе слышалось волнение. — Я сам собирался тебе звонить.

— Ничего не спрашивай, — сказала я спокойно, хотя внутри всё дрожало. — Ты сможешь встретить меня сегодня после работы?

— После ресторана? — удивлённо спросил он. — Я... да, конечно. Смогу.

— Тогда до встречи.

— До встречи.

Едва Нолан опустил телефон, Грейс впилась в него взглядом:

— Ну? Что она сказала?

— Попросила встретить её после работы, — Нолан всё ещё держал телефон в руке, явно не ожидая такого поворота.

— Я думала, она вообще не выйдет сегодня из дома...

В дверь позвонили, и я вздрогнула. Дома никого не было, и мне пришлось открыть дверь с опухшим лицом от слёз. На пороге снова стоял Дин.

— Что ты здесь делаешь? Прости, но я правда хочу побыть одна. Тебе лучше уйти.

— Я приехал за тобой, собирайся. Я отвезу тебя к Дэрин, она уже дома и ждёт тебя.

— К Дэрин? — я замерла на полуслове. — Зачем? Ты... Ты всё ей рассказал?! — внутри всё сжалось от новой волны паники.

— Тише, Эйни, — Дин говорил мягко, почти шёпотом. — Я ничего ей не рассказывал. Но она всё равно узнает. Поехали. Тебе сейчас нужен отдых, а Дэрин — именно тот человек, рядом с которым станет хоть немного легче.

Я посмотрела на Дина и молча кивнула. Собрала кое-какие вещи, и мы сели в машину. Ехали в полной тишине, пока Дин не заговорил:

— Эйни, пожалуйста, выслушай меня. Это сделал не Джеймс.

— Не надо, Дин. Я понимаю, он твой брат, но не надо его защищать. Только не сейчас.

— Если бы это сделал он, я бы первый набил ему морду, но я знаю своего брата, Эйни. Поверь мне.

Я ничего не ответила. Отвернулась к окну и просто смотрела на проплывающие мимо дома, даже не пытаясь думать.

Дин припарковал машину и повернулся ко мне.

— Мы приехали, — сказал он.

Дэрин жила в частном доме в тихом зелёном районе Кэрролтона — здесь почти не было машин, а по вечерам пахло скошенной травой и цветами с соседних участков.

Мы зашли в дом, и Дин крикнул с порога:

— Дэрин, мы приехали!

— Проходите, я на кухне! — ответила Дэрин. Она стояла у стола, но, едва заметив меня, тут же оставила всё, подошла ко мне и обняла.

— Милая моя, хорошо, что ты приехала ко мне. Как ты? — она чуть отстранилась и посмотрела мне в глаза.

— Привет, Дэрин. Я в порядке, — я попыталась улыбнуться, хотя мне давалось это с трудом.

— Ничего не бойся. Ты под моей защитой. Будь как дома и просто постарайся выдохнуть, — спокойно сказала Дэрин.

Я улыбнулась и поблагодарила её.

— А теперь, мои дорогие, мойте руки и за стол. Вчера испекла черничный пирог, и, честно говоря, сама не знаю, как удержалась и не съела его одна, — голос Дэрин звучал непривычно мягко.

По дороге в ванную я не удержалась и спросила:

— Куда дели строгую Дэрин? Такой я её вижу впервые.

— Просто на работе и дома это две разных женщины, — усмехнулся Дин.

Мы вернулись на кухню и, увидев за столом Уильяма, переглянулись.

— Знакомьтесь, это Уильям. Уильям, это Дин и Эйни.

— Спасибо, мы уже знакомы, — Уильям улыбнулся. — Привет, ребята.

— Привет, — отозвались мы с Дином в один голос.

— Уильям попьёт с нами чай и поедет по делам. А потом мы поговорим, — добавила Дэрин.

Первые минуты мне было очень неловко, будто ворвалась в чью-то уютную жизнь, где мне не место. Дэрин никогда не видела меня такой — заплаканной и разбитой, но Уильям и Дэрин завели какой-то лёгкий разговор, и напряжение понемногу ушло. Когда мы допили чай, Уильям попрощался и уехал, и мы остались на кухне втроём.

— А теперь, милые мои, рассказывайте. Что случилось? И с самого начала.

Первым заговорил Дин. Потом я продолжила, и чем дольше я говорила, тем отчётливее видела, как меняется лицо Дэрин: злость, удивление, сочувствие сменяли друг друга. Когда я замолчала, она подошла и обняла меня. В её глазах стояли слёзы, но она быстро взяла себя в руки.

— Почему ты всё это время молчала? Разве ты не знала, что я всегда приду тебе на помощь? Эйни, детка... — Она снова обняла меня, крепче, чем в первый раз.

И вдруг стало так тепло, как не было уже очень давно. Я даже не могла вспомнить, обнимала ли меня когда-нибудь так моя собственная мать.

— Спасибо, Дэрин. Я думала, что справлюсь сама, но что-то пошло не так.

— А я? Эйни, я ведь твой друг, — В голосе Дина прозвучала обида. Кажется, я значила для него больше, чем думала.

— Прости, Дин, — я коснулась его руки. — Мне было трудно рассказать. Очень трудно

— Дин, не дави на Эйни. Такие вещи не рассказывают просто так. Это очень личное. — Дэрин выпрямилась, и её голос зазвучал строже, — А теперь давайте по существу, чьих рук это дело? У вас есть догадки?

Мы с Дином переглянулись. Я успела сказать первой:

— Джеймс.

— А я думаю, это Нолан, — тут же добавил Дин.

— Нолан? — переспросила я.

— Джеймс? Нолан? Погодите. При чём здесь Джеймс? — она посмотрела на меня. — Вы разве общаетесь?

— Виделись пару раз, — ответила я.

— Тётя, это точно не Джеймс, — настаивал Дин.

— Тётя? — я уставилась на него. — И почему я узнаю об этом только сейчас? Хотя нет, сейчас это неважно.

— Знают друг друга настолько, что Джеймс решил отомстить? — удивлённо спросила Дэрин.

— Отомстить? За что? — я непонимающе посмотрела на неё.

— А вы правда считаете, что такие статьи появляются случайно? — Дэрин окинула нас взглядом. — Тем более про тебя, Эйни. Ты постоянно работаешь, что это ещё может быть?

— Дэрин, я думаю, это Джеймс.

Она тихо рассмеялась.

— Джеймс? Он бы никогда на такое не пошёл. Я знаю его с пелёнок, он хорошо воспитан. И к тому же он мой крестник и прекрасно понимает: если натворит что-то подобное, мало ему не покажется.

Крестник? Сегодня точно день новостей.

— Но Джеймс — единственный, кто знал всё. Он приехал ко мне в день рождения и видел синяк.

— Это случилось прямо в твой день рождения? — Дин испуганно посмотрел на меня. — И ты даже не позвонила?

— Дин, хватит, — осадила его Дэрин. — А почему вы упомянули Нолана?

— Потому что... Он тоже знал. Но не всё. Это Дин думает на него. Только Нолан меня в тот день даже не поздравил. Мы вообще не общались.

— Так, я всё поняла, — Дэрин решительно поднялась. — Эйни, ты остаёшься у меня. С Бетти я договорюсь. Дин, ты за ней присмотришь, пока я не вернусь. Мне нужно кое-куда съездить. В холодильнике полно еды, не голодайте. Скоро буду.

Мы убрали со стола, и я почувствовала, как наваливается усталость. Дин, кажется, это заметил.

— Может, тебе поспать?

— Мне сейчас не до сна. Я просто хочу полежать, а ты, если можешь, побудь рядом.

— Конечно. — Он улыбнулся мне. — Пойдём, провожу тебя в гостиную.

Дом был небольшим, но очень уютным. Каждая деталь отражала её характер — ничего лишнего, всё строго и со вкусом. Никаких фотографий на стенах, никаких картин, зато повсюду стояли цветы в горшках — на полу у окон, на полках шкафа, на журнальном столике. Интересно, какой Дэрин была в молодости? Я обвела комнату взглядом и вдруг поняла: эта гостиная напомнила мне дом Джеймса. Тот же стиль, та же атмосфера.

«А ведь они с Джеймсом очень похожи», — мелькнуло у меня в голове.

— Присаживайся, я сейчас принесу тебе плед.

— Почему ты не рассказывал, что Дэрин — твоя тётя? И что она крёстная Джеймса?

— Я не хотел, чтобы кто-то подумал, будто я работаю здесь только из-за неё. А про Джеймса... Даже не знаю.

— Но ты же ведь отлично справляешься. Никто бы так не подумал, что ты работаешь здесь только из-за неё.

— Спасибо, но, по-моему, ты меня сейчас просто успокаиваешь, — Дин сел рядом, и я положила голову ему на плечо.

— Если ты вдруг забыл — всему, что я умею, меня научил ты.

— Я помню, — сказал он тихо, и в голосе послышалась улыбка.

Дин включил телевизор, а я даже не заметила, как уснула. Вскоре меня разбудили голоса с кухни.

— Дэрин, этого просто не может быть, — настаивал Дин.

— Два человека видели его машину именно в тот день, — сказала Дэрин.

— И ты правда в это веришь? Мне кажется, надо ещё разобраться.

— Я была бы счастлива, если бы это оказалось неправдой. Но мне нужно поговорить с ним лично. Ты знаешь, где он сейчас?

— Скорее всего, у себя. Он сам дал мне машину, чтобы я привёз Эйни сюда.

Что?! Это он отправил Дина за мной?!

Я вышла из гостиной, сделав вид, что только что проснулась и ничего не слышала.

— Дэрин, ты уже вернулась.

— Да, милая. — Она сняла пальто и присела на край стула. — Я была в редакции. Хотела выяснить, кто передал материал. Пока всё указывает на Джеймса. Но я должна проверить кое-что ещё.

Я переглянулась с Дином. Он сидел молча, но по лицу было видно, что он не верит.

— Я это с самого начала говорила. Только не понимаю — зачем? Мы не ссорились, не общались с того дня, когда он привёз меня домой.

Дин прищурился — точно так же, как всегда, когда что-то не укладывалось у него в голове, — и я поняла, что сейчас придётся всё объяснять.

И я рассказала им про то, как Джеймс забрал меня к себе, как ухаживал за мной, пока я болела. Дэрин слушала спокойно, будто ничему не удивляясь. А вот Дин сидел с открытым ртом.

— И он даже не сказал мне, что ты у него. Вот тебе и брат, — пробубнил Дин.

— Прекрати. Сейчас не о тебе речь, — Дэрин бросила на Дина строгий взгляд.

— Джеймс предлагал позвать тебя, но я не хотела, чтобы ты всё это знал. Прости.

— Так, — Дэрин хлопнула ладонями по столу и поднялась. — Делаем паузу. Всем нужно остыть, чтобы потом думать на свежую голову. Вы без меня наверняка голодные, так что сейчас будем обедать.

Когда мы сели за стол, Дэрин неожиданно достала две маленькие открытки и протянула нам.

— Что это? — Я повертела открытку в руках, ещё не успев заглянуть внутрь.

— Это приглашение, мои дорогие. На нашу с Уильямом свадьбу, которая состоится уже через месяц.

Мы с Дином переглянулись. Кажется, до нас не сразу дошёл смысл. А потом — спустя пару секунд — мы уже обнимали Дэрин. Я так искренне радовалась за неё, что на какое-то время забыла обо всём.

— Поздравляю, — моя улыбка была до ушей, я просто не могла её сдержать.

— Но когда? Когда вы успели? — Дин тоже был рад, но явно не понимал, почему он узнаёт об этом только сейчас.

— Спасибо, милая, — она тепло улыбнулась мне, а потом перевела взгляд на Дина. — Не обижайся, мой хороший, — Дэрин обняла его за плечи. — Никто об этом, кроме вас, не знает, так что вы первые. Мы не хотели никому говорить, пока не определимся с датой. А теперь всё решено — и с датой, и с рестораном. Осталось только разослать приглашения. Сегодня Уильям приедет вечером, и вы познакомитесь с ним поближе. Он замечательный, — с нежностью произнесла она.

— Дэрин, — я замялась, — может, мне лучше домой? Не хочу вам мешать.

— Эйни, о чём ты говоришь? Ты давно своя, и я тебя никуда не отпущу. К тому же мне крайне необходимо женское мнение по поводу моего будущего мужа, — она улыбнулась и подмигнула.

Я улыбнулась, и мы с Дином засыпали Дэрин вопросами. Оказалось, Уильям — владелец небольшой транспортной компании, пять лет как разведён, и у него двое детей — двое сыновей девяти лет.

— А ты не спрашивала, почему они с женой развелись? — нахмурился Дин. — Если он обижает женщин, то нам такой родственник не нужен.

— Бывшая жена сама попросила развод. Встретила другого человека и во всём призналась. Уильям не стал мешать ей и согласился на развод. А детей забирает к себе каждые выходные. Я уже их видела — чудесные ребята, очень воспитанные.

В семь приехал Уильям. Он нам обоим нравился, так что мысленно мы его уже одобрили. Мы хорошо посидели за ужином, а после проводили Дина. Я пошла в комнату, которую подготовили для меня. Мне было здесь очень хорошо — как будто кто-то охранял меня и мой покой. Чувство, что ты там, где должна быть.

Когда я вошла в комнату, где буду ночевать, первым делом в глаза бросился книжный шкаф из тёмного дерева — весь заставленный книгами. Напротив него — двуспальная кровать с мягким покрывалом и подушками. Дэрин уже позаботилась, даже полотенца оставила. У окна притаилось кресло, в углу рядом с кроватью — белый комод с узорами, на нём зеркало и светильник в золотом цвете. Я села в кресло и выдохнула: «Неужели этот день наконец закончится». И тут же вспомнила про Нолана. Я же просила его встретить меня с работы.

Я глянула на часы — половина десятого. Надеюсь, он ещё не вышел из дома встречать меня. Я быстро набрала сообщение:

«Нолан, я взяла отгул, поэтому встречать с работы меня не нужно».

«Хорошо, ты всё правильно сделала. А завтра нам надо поговорить, я кое-что узнал. Напиши, как проснёшься, и я приду».

Я решила отложить разговор с Дэрин до завтра — спрошу, разрешит ли она Нолану приехать. Но даже если нет, я всё равно найду способ с ним увидеться.

Нам нужно поговорить.

Утром я открыла глаза, и первая мысль была: мне срочно нужна такая же кровать домой. Спать на ней было одно удовольствие. Несмотря на вчерашний кошмарный день, я выспалась и проснулась сама, без всякого будильника, ровно в семь.

Я умылась и, выйдя из ванной, сразу уловила аромат печёных яблок. Когда я зашла на кухню, через окно увидела, как Дэрин провожает Уильяма на работу. Я налила себе стакан воды и дождалась её возвращения.

Она вернулась и встретила меня с искренней улыбкой.

— Доброе утро, Эйни! Как тебе спалось на новом месте?

— Доброе утро, Дэрин! Просто чудесно, спасибо, — ответила я.

— Я уже испекла шарлотку и заварила чай. Садись скорее завтракать.

— А Уильям к нам не присоединится? — Я сделала вид, будто не заметила их прощания у двери.

— Нет, он уже уехал по делам. Так что мы с тобой пьём чай вдвоём.

— Дэрин, я хотела спросить... Могу я сказать Нолану, что я здесь? Он просит о встрече — говорит, нужно серьёзно поговорить, да и мне есть что ему сказать. Попрошу его подойти к дому, выйду навстречу — там и поговорим.

Дэрин насторожилась, но не подала виду.

— Конечно, можно. И поговорите в доме, незачем стоять на улице. Лишние уши вам ни к чему.

— Большое спасибо. Тогда после завтрака напишу ему.

После того как мы поели, я помогла Дэрин убрать со стола и зашла в комнату, чтобы написать Нолану.

«Доброе утро! Тут такое дело, я у Дэрин в гостях. Приходи к ней, поговорим здесь. Ты знаешь адрес?»

Ответ пришёл через десять минут:

«Доброе утро! Конечно. Буду через сорок минут».

Пока я его ждала, мы с Дэрин устроились в гостиной и разговорились о свадебном платье.

— Я присмотрела пару вариантов и как раз в четверг собираюсь на примерку в Сент-Луис. А у тебя выходной — давай поедем вместе?

Мне было приятно, но при этом немного неловко — так близко мы с ней никогда не общались.

— Вместе? Я... Я согласна. Только я ничего не понимаю в платьях, — застенчиво сказала я.

— Не волнуйся, я тоже ничего не понимаю в свадебных платьях, — мы рассмеялись, и тут раздался звонок в дверь.

— Это, наверное, Нолан, — я поднялась и направилась к двери.

— Привет, Эйни. — Нолан был каким-то растерянным.

— Привет, Нолан, заходи.

Я провела его на кухню, и к нам вышла Дэрин.

— Привет, Нолан, — она слегка улыбнулась, как будто не очень была рада его видеть.

— Доброе утро, Дэрин. — Он сел за стол. — Я ненадолго.

— Хорошо, вы общайтесь, а я пойду к себе. — Она ушла, и мы с Ноланом остались вдвоём. Он сразу подошёл ближе и взял мою руку в свою.

— Почему ты здесь? — спросил он.

— Это долго объяснять. Ты уже всё знаешь?

— Да. Вчера Грейс показала мне статью. О каких побоях там речь?

Я отвела взгляд, пытаясь удержать себя в руках.

— В мой день рождения, — выдохнула я и рассказала ему всё. Почти всё. О Джеймсе я не сказала ни слова.

Нолан слушал, и я видела, как его лицо меняется — с каждой секундой всё больше.

— Это тот синяк, который я видел у тебя на лице? Почему ты мне тогда не позвонила?! — Он старался говорить тише. — Я бы всё бросил и пришёл. Неужели ты мне настолько не доверяешь?

— Ты даже не поздравил меня, Нолан. Ни слова не написал. А теперь спрашиваешь, почему я не позвонила?

— Я знаю. Оправданий у меня нет. Но то, что случилось, гораздо серьёзнее наших обид. А ты написала заявление в полицию?

— Нет. Не стала. Не вижу смысла — всё равно ничего не изменится. Ты сказал, что тебе нужно со мной серьёзно поговорить. О чём?

Дэрин зашла к себе в комнату и набрала Джеймса.

— Привет, Джеймс.

— Крёстная, я как раз собирался тебе звонить.

— Давай сначала я, — она перешла на тихий голос. — Вчера я разговаривала со знакомым из издательства. Он сказал, что кто-то из сотрудников видел твою машину и парня, очень похожего на тебя. Подробностей не знает, но сам понимаешь...

— Я там не был, — отрезал он. — Зато я узнал, что у Нолана есть друзья в этой редакции. Так что статья — дело одного звонка. Я почти уверен, что это он. Осталось кое-что подтвердить.

— Я знаю, — Дэрин вздохнула. — Но это ещё не всё. Нолан сейчас здесь, у меня дома. Эйни сказала, что он хотел о чём-то поговорить.

— Что? — голос Джеймса сорвался почти на крик. — Зачем ты вообще пустила его на порог?

— Тише, — осадила она. — Эйни сама захотела с ним увидеться, я не стала ей мешать. А тебе я верю, Джеймс. Но нам нужны доказательства.

— Хорошо. Когда я что-то узнаю, я позвоню тебе.

Я проводила Нолана, пришла в гостиную и опустилась в кресло. Услышала шаги Дэрин и, не дожидаясь вопроса, сказала:

— Нолан уехал.

— Рассказывай, — она села напротив и внимательно посмотрела на меня.

— В общем, он сказал, что навёл справки. Эту статью заказал парень по имени Джеймс — позвонил за три дня до всего, передал с курьером материалы и заплатил хорошую сумму. — Я устало потёрла лоб. — Если честно, у меня уже нет сил разбираться, кто прав, а кто виноват. Не понимаю одного — что мне теперь со всем этим делать? Как теперь появиться на работе?

Дэрин слушала, и с каждым моим словом в ней закипала злость. «Вот же дрянь, — пронеслось у неё в голове. — Думаешь, что можешь меня обхитрить?» Она сделала паузу, а потом заговорила — спокойно и уверенно, как умела только она.

— Эйни, детка, эта ситуация и правда очень неприятная. Я не могу прочувствовать твою боль до конца, но поверь — ничего ужасного не случилось. В наше кафе приходят люди, которым нет дела до городских сплетен. А главное — никаких доказательств у автора статьи нет. Так что ты можешь спокойно работать и ни о чём не беспокоиться. А сегодня вечером мы во всём разберёмся. — Она посмотрела на меня так, будто уже знала, кто за всем этим стоит.

— А Грейс, Кора, Бетти? Они тоже всё знают? — спросила я с надеждой, что они не в курсе.

— Да, но поверь — никто тебя не осуждает. Ты ни в чём не виновата, и мы все за тебя переживаем.

От её слов мне стало немного легче, и я даже улыбнулась.

— Ты права, ничего страшного не случилось. Нужно выходить на работу. Завтра же заступлю в смену.

— Ты уверена? — спросила Дэрин.

— Да, — кивнула я, — я справлюсь.

— Я горжусь тобой. Ты у меня большая умничка, — Дэрин подсела ближе и обняла меня.

После обеда Дэрин ушла в спальню, плотно закрыла за собой дверь и снова набрала Джеймса.

— Ты не представляешь, что Нолан сегодня наплёл Эйни, когда был у нас. И она пересказала ему всё — слово в слово.

— Крёстная, не волнуйся, я всё узнал. Скоро буду у тебя.

Джеймс приехал ровно в шесть.

— Ну, рассказывай, что узнал? — с нетерпением спросила Дэрин.

— Давай я вам двоим всё расскажу. На второй раз меня просто не хватит. — Он потёр переносицу. — Крёстная, ты только присядь, когда я начну говорить.

Она насторожилась, вглядываясь в его лицо, но лишь коротко кивнула.

— Где Эйни? — спросил Джеймс.

— Она в гостиной, — ответила Дэрин.

— Тогда пойдем.

Я сидела в наушниках и не сразу заметила, как кто-то подошёл ко мне. Лёгкое прикосновение к плечу заставило меня обернуться. Я увидела Джеймса и вскочила с дивана как ужаленная.

— Ты?! — закричала я. — Как ты посмел ко мне подойти?!

— Эйни, тише, — Дэрин встала между нами. — Он сейчас всё нам расскажет. Давай выслушаем его.

Дэрин взяла меня за руку, и мы вместе опустились на диван. Джеймс сел в кресло напротив. Несколько секунд он молчал, собираясь с мыслями, а потом заговорил:

— Когда Нолан начал ухаживать за тобой, он уже всё продумал, потому что видел — ты к нему неравнодушна. Он стал уделять тебе больше внимания, провожать, быть рядом. А когда убедился, что ты действительно им увлечена, начал вести себя совсем иначе — грубо, отстранённо. Тогда же он попросил свою знакомую из университета, Аманду, подыграть ему. Она появилась не просто так — он хотел, чтобы ты начала ревновать и выплёскивала эмоции ещё сильнее. Дальше всё пошло по его плану: ссоры, примирения, снова ссоры. Всё сработало. А когда ты уже готова была прекратить с ним общение, он вдруг признался тебе в чувствах. Он играл с тобой, чтобы ты не могла думать ни о чём другом. Помнишь день, когда вы должны были открывать кафе вместе, а он опоздал? В это время он был у твоих родителей.

Я сидела, вжимаясь в диван, и мне казалось, что я проваливаюсь в него всё глубже.

— Что ты несёшь?! Ты... — Я начала нервничать ещё сильнее.

— Эйни, прошу, просто дослушай, — Джеймс остановил меня.

— Когда Нолан пришёл к тебе домой, он договорился с Брайаном и твоей матерью, чтобы отчим ударил тебя во время очередной ссоры. И заплатил им за это. Так вышло, что это произошло в твой собственный день рождения. Нолан уже обо всём знал, и всё, что происходило потом у тебя дома, подстроил он.

— Джеймс... — Голос Дэрин дрогнул. — Ты вообще понимаешь, что ты сейчас говоришь?

— Да, крёстная, я всё понимаю, — Джеймс перевёл дыхание и продолжил: — Как ты уже поняла, твои родители взяли деньги. Ещё Нолан поставил одно условие — записать весь скандал на диктофон. Он оставил его у Брайана, и когда ты зашла к ним в комнату, тот включил запись.

— А потом твои родители украли твои сбережения. Они даже не знали, что ты копишь, пока Нолан не просветил их. Зачем ему это? Ради статьи. Ради должности. В университете ему пообещали место в известной жёлтой газете с одним условием: он должен написать статью, которая станет сенсацией в его родном городе.

И он написал. Ту самую. Номер смели с прилавков, а под постом в городской группе набрались сотни комментариев. Статья разлетелась по другим изданиям — её перепечатывали, добавляя новые «подробности». А у Нолана был план и посерьёзнее — он хотел заснять скандал, чтобы потом использовать запись. Он успел спрятать в квартире пару камер, но твоя мать нашла их и разбила. Видимо, даже она решила, что это уже слишком. Когда он пришёл в ту самую редакцию, где ему обещали должность, и положил на стол только диктофонную запись. Ему сказали, что без видео это не сенсация — в газету может написать любой. Поэтому должность ему так и не дали.

— И сколько... — я, проглатывая слёзы, пыталась спросить, — сколько он им заплатил?

— Большую сумму для этого города. Тут он не пожалел.

— Джеймс... Но как? Как ты всё это узнал? — Дэрин смотрела на него, будто не верила собственным ушам.

— Это мой маленький секрет. Хотя, признаюсь, основное я узнал лично от звезды жёлтой прессы. — Сегодня, когда я приехал к Нолану, в доме была Кора. Как выяснилось, она помогала ему с самого начала. Они начали встречаться почти сразу, как только Кора устроилась в кафе, — то есть уже около года. А после того, как вы с Ноланом познакомились, он предложил Коре подставить тебя, и она согласилась. Кора следила за каждым твоим шагом. Даже заявилась однажды в ресторан, где ты работаешь, пыталась разузнать что-то ещё. Но, кажется, ничего нового не выведала.

Нолан поднялся с кресла и тяжело выдохнул.

— Это ещё не всё. Теперь о тебе, Дэрин. Помнишь суд, когда вы с бывшим мужем делили пекарню? Те самые «свидетели», которые обливали тебя грязью? Это был Нолан. Шарлотта заплатила ему, и он дал показания. Анонимно.

Лицо Джеймса мгновенно изменилось.

— Эйни? Что с тобой?! — он бросился ко мне, но я уже проваливалась в темноту.

Очнулась я от резкого запаха нашатырного спирта, лёжа на кровати, рядом на стуле сидел Джеймс и держал меня за руку.

— Эйни! Как ты нас напугала, — Джеймс пересел на кровать.

Я попыталась приподняться, но сил пока не было.

— Тебе сейчас лучше полежать. Как ты себя чувствуешь?

— Я в порядке, спасибо.

— Дэрин пошла заваривать нам травяной чай. Я сейчас скажу ей, что ты очнулась, и сразу вернусь. — Он вышел, а я всё же заставила себя подняться и пересесть в кресло. Голова гудела, но внутри было спокойно.

Джеймс быстро вернулся и протянул мне кружку.

— Вот, попей. Я попросил Дэрин остаться на кухне, чтобы поговорить с тобой наедине.

— Спасибо, — я подняла на него виноватый взгляд. — Джеймс, я даже представить не могла, что Нолан на такое способен. Прости меня, что не верила тебе.

— Не извиняйся, Эйни. Ты знала его гораздо дольше. Я бы на твоём месте, наверное, тоже себе не поверил. Особенно после того, как вёл себя вначале.

— Ты сказал, Нолан тебе что-то рассказал. Как ты узнал, где он живёт?

— Когда Дин мне всё рассказал, я сначала сунулся в редакцию — вежливо послали. Тогда я узнал, в каком универе он учится, пробрался туда и уже там вышел на Нолана с его заданием. Ну а с этим придурком барменом мы быстро нашли общий язык.

Нас прервал звонок моего телефона. На экране высветилось «Мама». Я посмотрела на Джеймса и показала, от кого звонок.

— Как думаешь, стоит ли ответить?

— Думаю да. Нам нужно понимать, как они отреагировали на всё это, так что давай послушаем.

Я поднесла трубку к уху — и тут же пожалела.

— Ах ты неблагодарная дрянь! — Она орала так, что я на секунду отстранила телефон. — Весь город теперь тычет в нас пальцами! Из-за тебя! Что ты натворила?!

Я застыла. Джеймс сжал челюсти так, что побелели скулы, но не проронил ни слова.

В трубке что-то грохнуло, зашуршало, и сквозь помехи прорвался другой голос. Брайан.

— Дай сюда! Не лезь!

Брайан вырывал трубку.

— Отдай! Отдай телефон, я сказал!

— Заткнись! Я сам!

И вдруг — тишина.

А через несколько секунд заговорил Брайан.

— Послушай сюда, тварь. Пауза. Он ждал ответа. Я молчала.

— Ты меня слышишь? Слышишь меня, сука? Если я тебя увижу в своём доме, — продолжал он, и каждое слово падало, как камень, — тебе лучше бежать. Поняла? Бе-жать. Ноги в руки — и бежать. Потому что, клянусь, я за себя не ручаюсь.

Мать на заднем плане всё не унималась — пыталась вырвать трубку обратно.

Их голоса мешались, перебивали друг друга, и из динамика теперь доносился сплошной поток мата. Я не могла отключиться — телефон будто прирос к уху.

Джеймс стоял напротив и смотрел на меня, и я видела, как его глаза становятся всё шире.

Он шагнул ко мне и потянулся к телефону.

— Дай, — произнёс он. А может, мне просто показалось — я уже не разбирала слов.

Я не сопротивлялась. Он осторожно забрал телефон из моих ослабевших пальцев, и в этот момент меня накрыло. Я начала истерично смеяться, так что он на мгновение замер. А потом смех сменился слезами, и я уже не могла остановиться. Дэрин вбежала в комнату.

— Эйни! — лицо у Дэрин было испуганным. — Джеймс! Что с ней?

Она бросилась ко мне, приподняла моё лицо за подбородок, а потом резко обернулась к Джеймсу.

— Веди её в ванную и умой холодной водой! Быстро!

Джеймс помог мне подняться и, придерживая за плечи, отвёл в ванную. Включил холодную воду, набрал в ладони и плеснул мне в лицо. Ледяная вода обожгла кожу, но именно это привело меня в чувство. Я выдохнула и, всё ещё дрожа, оперлась руками о раковину.

— Ты как? Вот, попей, — он протянул мне стакан с водой.

— Уже лучше. — Я отпила глоток, поставила стакан на раковину и повернулась к нему. Сделала шаг и крепко обняла, хотя тело всё ещё била мелкая дрожь. — Я так рада, что это не ты. Безумно рада. И спасибо, что ты сейчас рядом.

Я прижалась к нему, чувствуя его тепло, и дрожь постепенно начала отступать. В его объятиях было так хорошо, так спокойно, что мне хотелось, чтобы этот момент длился бесконечно.

Джеймс обнял меня в ответ и тихо произнёс:

— Это тебе спасибо. За то, что ты есть у меня.

Мы простояли так, наверное, ещё минут десять — просто обнимая друг друга, будто встретились после долгой разлуки.

Наконец я выдохнула и тихо сказала: нужно вернуться к Дэрин. Мы вышли из ванной и заглянули на кухню. Дэрин сидела за столом и что-то делала в ноутбуке.

— Дэрин, мы вернулись. И очень хотим попить с тобой чаю.

Она увидела, что я уже пришла в себя, и заметно обрадовалась.

— Ну наконец-то, дорогие мои! А то я уже вас заждалась. — Дэрин оторвалась от ноутбука и обвела нас тёплым взглядом. — Я тут подумала — давайте сегодня просто забудем обо всём, что случилось. Нам всем нужно выдохнуть. А завтра, на свежую голову и с новыми силами, будем думать, что делать дальше. Уильям скоро приедет, посидим, выпьем вина. Сегодня — можно.

Она перевела взгляд на Джеймса и улыбнулась.

— Джеймс, ты ведь останешься у нас?

— Разумеется, крёстная.

— Вот и славно.

После вкусного ужина мы ещё немного посидели вчетвером: я, Дэрин, Уильям и Джеймс. Болтали о пустяках, смеялись, а потом, пожелав друг другу спокойной ночи, разошлись по комнатам. Прошёл час, а я всё лежала и не могла уснуть. Смотрела в потолок и думала: за что? Как вообще мама согласилась на такое? Неужели это стоило каких-то денег? Нолан... Всё рассчитал. Как у него только ума хватило? И почему он выбрал меня? Зачем вообще так поступать с людьми? Ещё и Кора ему помогала. И они встречаются, с ума можно сойти... Как я могла работать с ними и ничего не замечать? А знала ли Грейс о том, что делала её сестра?

Я полежала ещё немного, а потом встала и тихо пошла на кухню, чтобы попить воды. Через пять минут в коридоре раздался шорох. На кухню зашёл Джеймс.

— Тоже не спится? — спросила я и тут же пожалела, что задержала на нём взгляд. Он стоял в одних шортах, взъерошенный и без футболки. Я попыталась смотреть ему в лицо, но глаза предательски скользнули ниже по его телу. «А он ничего», — мелькнуло в голове, и я почувствовала, как к щекам приливает тепло. Надеюсь, в темноте этого не видно.

— Как тут уснёшь, когда ты в соседней комнате? Лежу и думаю о тебе. — Он налил себе в стакан воды и сел рядом со мной.

— Какие планы на завтра?

— Выхожу на работу. А ещё надо что-то решать с жильём — не могу же я вечно здесь оставаться. У Дэрин теперь своя семья.

— Ты теперь часть нашей семьи, так что будешь жить здесь, и это не обсуждается. Ко мне же ты откажешься переехать, да? — Джеймс произнёс это с таким серьёзным лицом, что я невольно рассмеялась.

— Спасибо, конечно, но с какой стати? Мы с Дэрин знакомы меньше года, а с тобой и вовсе несколько месяцев.

— А какая разница, кто сколько знаком? Достаточно того, что Дэрин любит тебя, защищает и не даст в обиду никому. Я уверен, что Нолану и Коре ещё достанется.

— А ты не знаешь, что она теперь будет с ними делать?

— Вышвырнет обоих и сделает так, что ни в одно приличное место их не возьмут. Хотя приличных мест в этом городе и без того раз-два и обчёлся.

— Если всё так, то Дэрин придётся искать сразу двух новых сотрудников. А тут ещё свадьба на носу... И я со своими проблемами как снег на голову.

— Ты забываешь, что она ещё узнала про Нолана и тот суд. Так что не переживай — Дэрин и не с таким справлялась. Тем более теперь она не одна — с ней Уильям. Да и мы поможем. А Дину пока придётся поработать без выходных.

Джеймс зевнул, и я посмотрела на часы — два часа ночи.

— Пойдём спать? Завтра тяжёлый день.

— Конечно, пойдём.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись. Я легла в кровать, закрыла глаза и подумала о том, что завтра меня ждёт работа, кафе, люди, но теперь я знаю правду — и это многое меняет.

— Доброе утро, крёстная, — Джеймс появился на кухне, вдохнул тёплый аромат и блаженно улыбнулся. — Как же вкусно пахнет. Я уже забыл, что по утрам существует что-то, кроме омлета и хлопьев.

— Доброе утро, Джейми, — Дэрин как раз доставала что-то из духовки. — Присаживайся. Сегодня на завтрак маффины с черникой, шоколадом и бананом, — объявила она, не оборачиваясь от плиты.

Услышав это, Джеймс тут же подошёл к ней, обнял за плечи и заглянул в глаза с самым невинным выражением лица, на какое был способен.

— Можно я к тебе перееду? Обещаю вести себя хорошо.

Дэрин отстранилась и расплылась в улыбке. — И это всё? Только ради завтраков?

— Нет, что ты. Ещё ради обедов и ужинов, разумеется, — ответил он с той самой дерзкой искоркой в глазах, которую она так хорошо знала.

— Мог бы и соврать, — Дэрин усмехнулась и легонько хлопнула его по плечу. — Ладно уж, переезжай. Но предупреждаю — готовить будем по очереди.

— Я согласен, — Джеймс сел за стол.

— Эйни ещё не вставала? — спросила Дэрин.

— Когда я шёл сюда, дверь в её комнату была закрыта.

— Вот и хорошо. Мне нужно с тобой посоветоваться, — Дэрин села рядом и заговорила тише. — Как думаешь, она согласится переехать ко мне? Точнее, к нам с Уильямом. Я просто не хочу, чтобы она возвращалась в тот дом. К матери.

— А ты с Уильямом уже говорила? Что он думает?

— Он полностью за. Мы утром всё обсудили и вместе решили — так будет правильно. Я очень привязалась к Эйни за эти месяцы. А теперь, когда на неё обрушилось столько всего, я просто не могу оставить её одну. Попробую убедить её пожить у нас хотя бы до свадьбы. Потому что у меня для неё есть одна хорошая новость, — Дэрин улыбнулась, и Джеймс сразу узнал этот взгляд — с хитринкой. Это означало, что она задумала что-то особенное.

— Мне ты, разумеется, пока ничего не расскажешь?

— Прости, Джейми, — она виновато улыбнулась, обняла его за плечи и продолжила накрывать на стол.

Я умылась, привела себя в порядок и вышла на кухню. Джеймс и Дэрин уже сидели за столом.

— Всем доброе утро! — сказала я и оглядела кухню.

— Доброе утро, — Дэрин улыбнулась мне, а Джеймс не сводил с меня глаз. — Тебе так идёт эта пижама.

— Спасибо, Джеймс, ты тоже... Неплохо выглядишь, — пробормотала я и тут же перевела взгляд на Дэрин. — Может, я помогу накрыть на стол?

— Отдыхай, милая. Джеймс поможет — он же у нас джентльмен. Сейчас позавтракаем и поедем.

После завтрака мы быстро собрались и сели в машину Дэрин.

Всю дорогу до кафе, а ехать было всего минут десять, я нервничала всё сильнее. Я не появлялась на работе несколько дней, и за всё это время никто из ребят мне не написал. Сегодня в смене Дин и Грейс. Как всё пройдёт?

Как только мы с Дэрин вошли внутрь, нас встретила Грейс. Она кинулась ко мне и крепко обняла.

— Эйни! Я так рада, что ты здесь! Как ты? — она отстранилась, а потом снова обняла меня.

— Всё хорошо, Грейс, спасибо, — ответила я, но в голове пронеслось: «Искренне ли? Или она такая же, как её сестра?»

— Надеюсь, ты пришла не за вещами? Ты ведь не уволишься? Не бросишь нас? — Грейс состроила умоляющее лицо.

— Нет, не брошу, — я улыбнулась. — Куда мне ещё идти? Только к вам.

— Эйни! Ну наконец-то! — Дин услышал голоса на кухне, подошёл к нам. — Я уже думал, что навеки останусь один. Где ты так долго была? Здесь без тебя пусто.

— Привет, Дин. Я тоже безумно рада тебя видеть. Ты прав, что-то в последнее время я и правда много отдыхаю. Но теперь я в строю и готова работать.

После того как Джеймс нам всё рассказал, мы с Дэрин ни разу не касались темы Нолана и Коры. Я не знала, что теперь с ними будет и как нам работать дальше, поэтому ждала момента, когда все посетители уйдут и я смогу расспросить Дина.

Но едва зал опустел, как сквозь окно я заметила фигуру, приближающуюся к кафе. Я застыла на месте, перевела взгляд на Дина, потом снова в окно. Дверь открылась, и вошёл Нолан.

Я бросилась к Нолану, вцепилась в его плечи и стала трясти изо всех сил.

— Зачем?! Зачем ты всё это сделал?! Почему я? Что я тебе такого сделала?!

Он стоял и улыбался, глядя мне прямо в глаза. И от этой улыбки меня затрясло ещё сильнее. Дин подскочил сзади и попытался оттащить меня, но Нолан сам разжал мои пальцы и брезгливо убрал мои руки со своих плеч.

— Почему? — переспросил он тихо, почти ласково. — Потому что ты тупая курица, которая возомнила о себе непонятно что, — произнёс он всё с той же улыбкой. — Неужели ты всерьёз думала, что такой, как я, мог в тебя влюбиться?

Руки Дина, державшие меня, разжались, и мы оба застыли от этих слов.

— Ты, которая живёт в старом грязном доме, где ремонта не было лет тридцать, с отчимом-тираном и матерью, которая готова за деньги закопать собственную дочь. Ты — страшная, неприятная особа, с которой даже обниматься было противно. И как моя Кора всё это вытерпела, бедная, — Нолан смотрел на меня с презрением, и в его голосе не было ни капли сожаления.

Дин встал передо мной и бросился на Нолана с кулаками. Грейс подбежала к нам, и мы с ней вдвоём попытались оттащить его от Нолана.

— Думал, всё сойдёт тебе с рук?! — выкрикивал Дин, замахиваясь снова и снова.

— Хватит! Дин, отпусти его, — в зал вошла Дэрин и сказала это таким тоном, от которого, как мне показалось, у всех побежали мурашки. Дин остановился, отпустил Нолана и шагнул назад. В зале повисла тишина.

Дэрин обвела всех взглядом.

— Дин, как это понимать? — Она посмотрела на него, а потом медленно перевела взгляд на Нолана. — А ты, я смотрю, уже здесь. Когда явится твоя подружка Кора?

— Моя подружка? — удивлённо переспросил Нолан. — Дэрин, что случилось?

— Сейчас я вам объясню, что случилось, — ответила она.

В этот момент дверь открылась, и в зал вошла Кора. Она оглядела всех и, как ни в чём не бывало, с улыбкой произнесла:

— Всем привет!

А потом увидела Нолана — и её улыбка сразу исчезла. Она метнулась к нему, испуганно вглядываясь в лицо.

— Милый! Что с тобой? У тебя кровь! — сказала она, пытаясь найти платок в сумки.

— Я в курсе, — буркнул он, вытирая нос рукавом.

— Отлично. Раз все в сборе, начнём. Эйни, закрой дверь и повесь табличку, что мы закрыты.

— Хорошо, — я подошла к двери, закрыла её, чувствуя, как внутри всё сжимается от напряжения. Почему эти двое здесь?

Дэрин стояла напротив Нолана и Коры и переводила взгляд с одного на другого.

— Значит так, работнички. Вы меня, конечно, удивили, но ты, Нолан, — особенно. Предать меня в самом начале, когда я дала тебе шанс, и при этом смотреть в глаза столько лет, как ни в чём не бывало… Тебе надо было в театральный поступать, там бы ты пригодился куда больше.

Я перевела взгляд на Грейс. Она стояла рядом со мной, и по её лицу было видно, что она уже всё знает.

— Не знаю, на что вы надеялись, когда всё это затевали, но вам, к моему счастью, не повезло. — Дэрин говорила спокойно, и от этого становилось ещё страшнее. — Насколько мне известно, Нолан, работу в той редакции ты так и не получил?

Лицо Нолана вытянулось. Он явно не понимал, откуда ей известны такие подробности.

— Вот и здесь ты больше не работаешь, — продолжала Дэрин. — Как и ты, Кора. Я уже обзвонила всех знакомых в нашем городе, так что нормальной работы вам не видать. Можете, конечно, попытаться уехать, но только не в Сент-Луис — там о тебе, Нолан, тоже уже в курсе. — Дэрин сделала паузу. — И ещё кое-что. Сегодня утром я заехала к тебе домой, и теперь твои родители в курсе, что ты натворил.

Нолан ещё больше изменился в лице. Вся его самоуверенность исчезла в один миг.

— Ты... Ты рассказала моим родителям? — его голос дрогнул.

— А ты думал, что можешь играть чужими судьбами, и тебе это сойдёт с рук? Ты, наверное, забыл, что нельзя так со мной поступать, а тем более с моими близкими. Я даю вам пять минут. Собирайте свои вещи и проваливайте отсюда, чтобы вас двоих я здесь больше не видела. Дин, Грейс — проследите, чтобы они забрали только своё и не прихватили ничего лишнего. — Дэрин ещё раз посмотрела на Нолана и Кору и ушла в свой кабинет.

Дин проводил их в подсобку, чтобы они собрали вещи, а через пару минут они ушли. Мы остались втроём — я, Дин и Грейс.

— Ребят, у меня просто нет слов, — Грейс перевела на меня виноватый взгляд. — Я видела их вместе, но мне и в голову не могло прийти, что они что-то затевают... А Нолан... Я просто в шоке. — Эйни, прости меня.

— Грейс, тебе не за что извиняться. Никто не мог знать, на что они способны, — ответила я.

— Да-а-а, теперь мне за двоих вкалывать, — тоскливо протянул Дин, явно пытаясь хоть немного снять напряжение.

— Не тебе одному, — подхватила Грейс.

— Не волнуйтесь, — думаю, Дэрин быстро найдёт замену им обоим, — попыталась успокоить я Дина и Грейс.

Когда мы вернулись домой к Дэрин, Джеймса ещё не было. Позже пришло сообщение.

«Эйни, я приеду завтра вечером. Скучай по мне. Обнимаю».

Я улыбнулась и набрала ответ:

«Возвращайся поскорее».

Я переоделась, и Дэрин позвала меня в гостиную. Мы сели на диван, и она взяла меня за руку.

— Эйни, как ты смотришь на то, чтобы переехать сюда, к нам с Уильямом?

Я на мгновение потеряла дар речи.

— К вам? Но... это как-то слишком. У вас ведь скоро свадьба, вы только начинаете жить вместе. Я не хочу мешать. Это неправильно.

— Послушай, милая, — Дэрин сжала мою ладонь и заглянула в глаза. — Я всегда мечтала о большой семье, но своих детей у меня, к сожалению, нет. И когда ты приехала ко мне — пусть всего на несколько дней, — я вдруг почувствовала себя по-настоящему счастливой. Поэтому я не хочу, чтобы ты возвращалась туда, где тебя обижают. Останься. Хотя бы до свадьбы — поможешь мне с подготовкой, а заодно и от проблем отвлечёшься. А потом ещё раз всё обсудим.

Мне было очень приятно слышать то, что говорила Дэрин, поэтому, недолго думая, я сказала:

— Спасибо за твою заботу. Конечно, я согласна и с радостью во всём помогу тебе.

Дэрин радостно выдохнула и обняла меня.

Через несколько дней мы с Джеймсом подъехали к моему дому и дождались, пока мать с Брайаном уйдут. Как только они скрылись из виду, я быстро зашла внутрь и собрала все свои вещи. С ними я больше не общалась — и, честно говоря, меня это радовало.

Из ресторана я уволилась. Теперь работала только в кафе «The Roadside» — три дня в неделю за баром, ещё два официанткой. Мне нравилось, что смены заканчивались в пять вечера и после работы я могла делать всё, что захочу.

За две недели у Дэрин я заново узнала, что такое тишина по ночам и сон до самого утра. Денег она брать категорически отказывалась, так что я помогала ей по дому — мы вместе наводили порядок и по очереди готовили. До свадьбы оставалась всего неделя, а это значило, что скоро придётся съезжать. Листая в очередной раз сайт по поиску жилья, я увидела, что за небольшую сумму сдаётся гостевой домик. На следующий день сразу после работы я пошла туда и договорилась, что перееду через десять дней. Домик был крошечным, всего двенадцать метров вместе с душем и туалетом, но меня это вполне устраивало, потому что всё время проводила на работе. Дэрин я пока ничего не сказала, как и Дину с Джеймсом.

На месте Коры теперь работал Джон — повар-самоучка, но с очень хорошим чувством вкуса. Он прошёл стажировку у Грейс, приготовил для Дэрин пробные блюда из нашего меню и был с радостью принят на работу. Джону сорок, он в разводе, и у него есть пятилетний Шон, который остался жить с ним. Я видела, как няня приводила мальчика к окончанию рабочего дня. Джон оказался приятным мужчиной — тут не поспоришь. Наверное, поэтому Грейс быстро нашла с ним общий язык, как и с его маленьким сыном.

Перед началом смены ко мне подошла Грейс. После того случая с Корой и Ноланом мы с ней стали общаться гораздо ближе.

— Эйни, я хотела с тобой поговорить, — она сделала паузу, будто собираясь с духом. — Как тебе Джон?

— В каком смысле? — Я нахмурилась и отложила тряпку, которой протирала стойку.

— В самом прямом. Он пригласил меня на свидание после работы.

— Грейс, я тебя, конечно, люблю, но если не ошибаюсь, ты замужем?

— Почти, — она отвела взгляд и нервно поправила фартук.

— Как это почти? Что-то случилось?

— Случилось, — Грейс усмехнулась. — Весь прошлый месяц я следила за мужем и узнала, что у него есть любовница. Я давно подозревала, но хотела убедиться наверняка. Попросила помочь старого знакомого из колледжа — у него есть машина, и Роберт его точно не знает.

— Грейс, это что, шутка? — я смотрела на неё удивлёнными глазами. — Вы же столько лет вместе... А... А ты их видела? Ты уверена, что это любовница? Может, просто коллега?

— Эйни, они сидели в ресторане и целовались. Я подошла к ним и напрямую спросила: «И долго ты будешь мне врать?», а он даже не и глазом не моргнул. Мне кажется, он даже был рад, что все так случилось.

— Бедная моя Грейс, — я подошла и обняла её. — И что теперь? Вы разводитесь? А как же дом в Сент-Луисе? — вопросы сыпались сами, потому что Грейс была мне дорога и я переживала за неё всем сердцем.

— Нет, пока идёт стройка, мы решили не разводиться, потому что уже оба вложили туда свои деньги. Когда достроим дом — продадим его и поделим сумму пополам.

— А ты уверена, что он отдаст тебе деньги? Ты же знаешь, как Дэрин осталась ни с чем.

— Я всё прекрасно помню. Именно поэтому, когда мы только покупали участок, сразу оформили его через нотариуса в равных долях и подписали договор — в случае развода всё делится пополам.

— Умничка, — я выдохнула с облегчением. — А вы сейчас так и живёте вместе?

— Да, но по выходным он теперь ночует не дома. У него со своей пассией свободные отношения. Ладно, что скажешь насчёт Джона?

— Ну-у, он вроде ничего... Я не знаю, Грейс, он работает здесь меньше двух недель, мы о нём почти ничего не знаем. Сходи, конечно, но будь осторожна.

— Спасибо, крошка, — Грейс обняла меня и ушла на кухню.

Я весь день не могла выкинуть из головы одно и то же: как можно предавать таких женщин, как Дэрин и Грейс? Зачем вообще жениться, если потом ты ищешь кого-то на стороне?

За эти две недели мы с Джеймсом виделись всего пару раз — у него накопилась куча работы, и он отрабатывал все те дни, что пропадал, пока был моим личным супергероем. Но мы часто писали друг другу и созванивались. Но мне безумно хотелось видеть его. Рядом с ним становилось спокойнее — как будто всё плохое отступало. Когда он приезжал, мы садились за стол впятером — Дэрин с Уильямом, Дин, он и я. Ели, болтали обо всём на свете, и я ловила себя на мысли, что раньше даже не представляла, сколько счастья могут дарить такие простые вечера.

— Эйни, ты занята? — вечером в дверь моей комнаты постучалась Дэрин и заглянула внутрь. — Я завтра еду в Сент-Луис выбирать свадебное платье. Поедешь со мной?

— Уже завтра?! Конечно, поеду! А кто ещё будет?

— Только мы вдвоём. Больше никто и не нужен, — она улыбнулась и добавила с иронией, — у моих подруг напрочь отсутствует вкус. — Кстати, мы как раз будем проезжать мимо офиса Джеймса. Если хочешь — можем заглянуть к нему. Или, — она хитро прищурилась, — устроим ему сюрприз и позовём на обед в какое-нибудь уютное кафе? — Она смотрела на меня так, будто уже наперёд знала, что я отвечу.

— Давай второй вариант, так будет лучше. — Смущённо ответила я. — А ехать до Сент-Луиса долго?

— Чуть больше часа. Будем выезжать в семь, чтобы не поздно вернуться.

— А разве платье можно выбрать за один день?

— Я его уже выбрала, — Дэрин улыбнулась. — Осталось только примерить. Если сядет идеально — будем свободны и успеем погулять.

— Если успеем прогуляемся по городу, я буду только рада. Я ни разу там не была.

Утром мы позавтракали, я даже застала Уильяма — он сегодня был выходной и остался дома, — потом собрались и выехали вдвоём с Дэрин. Накануне вечером, когда мы общались с Джеймсом, я еле сдержалась, чтобы не рассказать, что завтра мы с ним увидимся.

Когда впереди показался Сент-Луис, я прижалась лбом к стеклу. Всё было другое — улицы, дома, даже деревья казались иными. Мне двадцать, а я никогда не выезжала за пределы своего городка. И теперь, глядя на незнакомые улочки, проплывающие мимо, я вдруг осознала: я совсем ничего не видела в этой жизни.

Первым делом мы заехали в свадебный салон. Дэрин сразу прошла в примерочную — там её уже ждали несколько отложенных вариантов. А я осталась в зале и принялась разглядывать всё вокруг. Платья искрились на вешалках, а рядом — кружевные сорочки, туфли, украшения, всё такое нежное и воздушное, что у меня просто разбегались глаза.

— Эйни, — негромко позвала Дэрин.

Я обернулась и прижала руки к груди. Она стояла в белом платье — строгом и в то же время невероятно женственном. Ткань облегала фигуру до колен, будто вторая кожа, а ниже расходилась мягкими волнами. Дэрин сделала лёгкий оборот, и юбка поплыла, напоминая хвост русалки. Длинные рукава плавно струились по рукам, добавляя движениям грации. Никакой пышности, никакого кружева — только чистый, изящный силуэт и переливающаяся при каждом движении ткань.

— Дэрин! Ты просто невероятная! Тебе безумно идёт! — Я обошла её кругом, разглядывая со всех сторон. — Уильям будет в восторге.

— Спасибо, милая. Мне и самой очень нравится, — она улыбнулась. — Значит, на нём и остановимся.

Пока Дэрин переодевалась, я ходила по салону и сама не заметила, как оказалась в отделе с платьями для подружек невесты. Сзади тихо кто-то подошёл.

— Ты движешься в правильном направлении, — Дэрин взяла платье, которое я рассматривала. — Теперь нужно найти что-то и для тебя.

— Для меня? — я растерялась.

— Конечно. Ты ведь придёшь на мою свадьбу?

И тут я осознала, что мне действительно нечего надеть. Поэтому просто кивнула, и мы стали перебирать всё подряд.

— Кажется, я нашла, — я подошла к Дэрин, бережно прижимая к себе платье. Оно было светло-кремового оттенка, со спущенными плечами и струящейся от талии юбкой в пол.

— Давай примерим, мне уже нравится, — она улыбнулась, рассматривая его.

Я надела платье и вышла из примерочной.

— Эйни! Ты просто красавица! Это платье будто на тебя сшито, — Дэрин всплеснула руками. — А тебе нравится?

— Оно идеальное, — выдохнула я, но тут же заметила ценник, и улыбка исчезла с моего лица. — Только, кажется, я с ним пролетаю.

Дэрин взглянула на меня с немым вопросом, а потом, кажется, поняла

— Милая, даже не думай о деньгах. Это будет мой подарок.

— Но… — хотела возразить я, но она не дала мне договорить и попросила не спорить. Вслед за этим мы подобрали туфли, и потом сразу отправились в кафе.

— Ну что, наберёшь Джеймсу? — лукаво улыбнулась Дэрин, когда мы уже подъезжали.

— Да, сейчас. — Я достала телефон из рюкзака и нажала вызов. Внутри уже вовсю трепетали бабочки.

— Привет, Джеймс! Ты сейчас не занят?

— Эйни, привет! — В его голосе сразу послышалась улыбка. — Нет, я как раз иду на обед. Ты по мне соскучилась? Приятно.

— Очень кстати! Мы с Дэрин сидим в кафе... — Я на секунду отвлеклась. — Дэрин, как называется это место? Точно, «Суп и паста». Присоединишься к нам?

— Стоп. Вы в Сент-Луисе?! — Удивлённо спросил он.

— Да! — не скрывая улыбки от Дэрин, ответила я.

— Буду через десять минут.

Мы только устроились за столиком и ждали меню, как в кафе вошёл Джеймс.

— Вот это сюрприз, вы что, специально приехали со мной пообедать? — он широко улыбнулся. — Я очень рад вас видеть.

— И тебе привет, Джейми, — Дэрин первой обняла его. А потом Джеймс повернулся ко мне и без единого слова притянул к себе, заключая в тёплые объятия.

— Ну рассказывайте, как вы здесь оказались? — он, наконец, отпустил меня и перевёл взгляд с меня на Дэрин и обратно.

— Мы приехали за свадебным платьем для Дэрин, — начала я, а потом добавила тише, чувствуя, как предательски краснеют щёки: — И тебя повидать.

Джеймс расплылся в улыбке. Но Дэрин тут же строго на него посмотрела:

— Ты ведь помнишь, какого числа и куда приходить?

— Конечно, помню, крёстная, я специально взял выходные на несколько дней. Такой праздник нельзя портить работой. Всё хотел спросить, Вы приедете за день до свадьбы или за два? — я совершенно не понимала, о чём Джеймс спрашивает Дэрин.

— Будем у вас накануне вечером, чтобы успеть со всеми повидаться и лечь пораньше, — ответила Дэрин. А потом, заметив моё растерянное лицо, добавила: — Эйни, я совсем забыла тебе сказать. Вечером перед свадьбой мы все вместе едем к родителям Джеймса. Переночуем там, а утром спокойно соберёмся и поедем в ресторан. Разумеется, ты едешь с нами.

Такого поворота я не ожидала. Ехать с ночёвкой к незнакомым людям, да ещё и к родителям Джеймса... Мне стало не по себе.

— Может, я просто приеду утром? — я умоляюще посмотрела на Дэрин.

— Утром у нас будут визажист и мастер по причёскам, в этот день мы все должны сиять. И не переживай — родители Джеймса замечательные, адекватные люди. А если захочешь, можешь вообще остаться у Джеймса. Она перевела взгляд на племянника. — Правда ведь?

— Эйни, конечно, я буду только рад. Оставайся, тем более я очень соскучился по нашим уютным вечерам, — Джеймс подмигнул мне.

— Хорошо, — сдалась я и улыбнулась.

Мы пили чай, когда к нашему столику неожиданно подошла незнакомая девушка. Ни слова не сказав, она с лёгкой игривостью закрыла Джеймсу глаза ладонями. Дэрин и я замерли, не понимая, что происходит. Джеймс аккуратно, но решительно убрал её руки, обернулся — и я успела поймать тот миг, когда его настроение изменилось.

— А вот и я! — завопила Ребекка писклявым голосом.

— Что ты тут делаешь? — голос Джеймса прозвучал грубо, и я вздрогнула. Таким я его ещё не слышала — будто это был кто-то другой.

— Может, всё-таки представишь меня своим очаровательным спутницам? — она бесцеремонно опустилась на свободный стул за нашим столиком.

— Джеймс, кто эта девушка? — в голосе Дэрин прозвучало плохо скрываемое раздражение.

Джеймс уже открыл рот, чтобы ответить, но Ребекка опередила его:

— Я Ребекка, очень приятно. — Она протянула руку, — Я девушка Джеймса. А вы, должно быть, его мама?

Дэрин даже не шевельнулась и не протянула руку в ответ.

— Ты — моя бывшая девушка, — сделал акцент Джеймс, вставая из-за стола. — Я сейчас вернусь. Пошли, — Он взял Ребекку за руку и увёл её на улицу.

Я сидела, не проронив ни слова. Дэрин тоже молчала. Мы обе просто ждали, когда Джеймс вернётся и всё объяснит.

— Ты что творишь? — Нахмурился Джеймс. — Ребекка, как бы это помягче выразиться. Ты совсем дура или прикидываешься? И как ты узнала, где я?

— Я соединила наши телефоны и теперь мы можем найти друг друга на карте, — радостно сказала Ребекка.

— Что? — Джеймс достал телефон и зашёл в настройки. — Вот чёрт! Когда ты только успела?

— Джейми, почему ты злишься? — Ребекка попыталась обнять его, но он сделал шаг назад.

— Сколько тебе можно повторять, что мы расстались и никогда не сойдёмся? — Джеймс закипал, — Думаешь, я шучу?

— Прекрати так со мной разговаривать! И вообще, раз так, тогда это я тебя бросаю! Но ты ещё пожалеешь, — она развернулась и пошла к своей машине.

Джеймс появился через пару минут и виновато посмотрел на меня.

— Простите, что так вышло. Между нами давно всё кончено, просто она не хочет этого признавать.

— Ничего, всё нормально, — сказала Дэрин. — Я рада, что она осталась в прошлом. Не самая приятная компания.

После обеда Джеймс уехал на работу, а мы с Дэрин задержались в городе — прошлись по магазинам, присмотрели украшения и всякие милые мелочи. Домой вернулись не слишком поздно, так что у нас осталось время спокойно обсудить предстоящую свадьбу.

— А Грейс приглашена? — спросила я.

— Конечно. Несмотря на историю с Корой, я своего отношения к Грейс не изменила, она здесь ни при чём. Так что приедет прямо к ресторану, и не одна, а с Джоном.

— С Джоном? — я удивлённо посмотрела на Дэрин. — Ты и про Джона знаешь?

— Теперь да, — она легко улыбнулась. — Я случайно услышала, как Грейс договаривалась с родителями, чтобы те посидели с детьми. Спросила её: «А где Роберт?» — ну, она мне всё и рассказала. Так что я пригласила их вдвоём. Пусть проведут вечер вместе.

Я откинулась на спинку дивана и улыбнулась. Впереди была свадьба, и впервые за долгое время будущее не пугало, а обещало что-то хорошее.

Настал день свадьбы Дэрин и Уильяма. Вчера я всё-таки осталась ночевать у Джеймса. Его родителей я не знала, а с ним мне было спокойнее. Будильник прозвенел в пять утра. Я специально проснулась раньше, чтобы успеть приготовить завтрак, мне хотелось тоже что-нибудь приготовить для Джеймса. Я умылась, пришла на кухню и стала искать, что вообще здесь есть. Через минуту я уже нашла всё, что нужно для панкейков, и ещё кленовый сироп. Отлично! — радостно сказала я сама себе. Всё, что мне нужно. Солнце уже поднималось, и я даже не хотела опускать жалюзи: вид из окна был потрясающим. Город только просыпался, но люди уже куда-то спешили.

Через полчаса Джеймс тихо зашёл на кухню и молча наблюдал, как я готовлю. Я обернулась — и подпрыгнула от неожиданности, а он рассмеялся.

— Прости, не хотел тебя напугать, — он подошёл ближе, взял муку и, не дав мне опомниться, оставил на моей щеке лёгкий белый след. — Ты такая красивая.

Я хотела возмутиться, но не смогла: он поцеловал меня в нос и сел за стол.

— И тебе доброе утро, Джейми, — пробормотала я, пытаясь выглядеть серьёзной, но уголки губ всё равно ползли вверх.

— Сегодня мы стали ещё ближе, теперь ты называешь меня Джейми, — по его выражению лица я поняла, что ему это нравится.

— Мы с тобой уже ближе некуда, — я усмехнулась и продолжила накрывать на стол.

— Чем это так вкусно пахнет? И вообще, во сколько ты проснулась? — Джеймс посмотрел на часы, и его лицо стало смешным и милым одновременно: он явно не ожидал, что встал в свой выходной так рано. — Эйни, ещё шести нет. — Я тебе мешаю спать? — в его голосе послышалась грусть.

— Нет, я прекрасно выспалась, тем более мы спим в разных комнатах, как ты можешь мешать мне? — я улыбнулась, давая понять, что дело вовсе не в нём. — Я решила, что теперь моя очередь поухаживать за тобой.

Я поставила на стол тарелку с панкейками, политыми кленовым сиропом. Джеймс посмотрел на них с искренним восхищением, а потом взял тарелку и сам положил панкейки сначала мне, потом себе.

— Даже не думай спорить, ты готовила, я ухаживаю.

— Ну как я могу с тобой спорить, если это бесполезно? — улыбнулась я.

— Ты такая умничка, — улыбнулся он своей наглой улыбкой и попробовал кусочек панкейка. — Эйни, очень вкусно. Загадаю желание, чтобы ты готовила мне их чаще.

— Это всего лишь панкейки, не преувеличивай, — я опустила глаза и почувствовала, как моё лицо краснеет. — А ты с кем-то живёшь? — спросила я, но уже через секунду пожалела: я не была готова услышать, что у него кто-то есть.

— Нет, а почему ты так решила?

— Просто у тебя здесь много всего такого, чем парни обычно не пользуются. Разные специи, мука... Джеймс, — я рассмеялась, — у тебя даже мука есть.

Он не сдержался и засмеялся вместе со мной.

— А ты думаешь, что парни готовить не умеют? Не забывай, кто моя крёстная, — произнёс он с гордостью. — Если честно, это она научила меня почти всему, что знает сама. Пока родители работали, я всё время проводил с ней.

— Я не знала, что вы так близки. Дэрин о тебе никогда не рассказывала, как и Дин. Да и в Кэрролтоне я тебя не видела.

— Она не любит рассказывать о себе, а тем более о своих близких. А в Кэрролтон я приезжал часто, просто мы с Дином обычно сидели у него дома.

— Понятно, — я неслышно выдохнула и решилась спросить: — Скажи, а твои родители, они какие?

— Они у меня замечательные, — он улыбнулся. — В папу я характером, а в маму красотой. Не волнуйся, у мамы характер тоже что надо — вы с ней точно поладите. Кстати, если помнишь, я взял отгулы на три дня, поэтому хочу, чтобы после свадьбы мы с тобой побыли вместе ещё пару дней. Сходим в ресторан, погуляем по городу.

Я улыбнулась, но тут же одернула себя.

— Дэрин закрыла кафе на пару дней, поэтому у меня есть всего два дня, сегодня и завтра. Да и вообще, мне будет лучше, если обратно я поеду с Дэрин и Уильямом.

— Я сам отвезу тебя домой, а за тебя поработают Дин и твоя напарница Бэтти. Не волнуйся, с Дэрин договоримся, — Джеймс подмигнул мне.

— Дэрин, прости, конечно, но зачем ты позвала эту... как её... Ани? — с пренебрежением спросила Триша.

— Во-первых, её зовут Эйни, — спокойно ответила Дэрин. — А во-вторых, что-то не так, Триша?

— Ну, ты же читала, что про неё писали? Аж дух захватывает. Мне её, безусловно, жаль, — Триша поджала губы, — но, знаешь, есть в ней что-то... неприятное. — Она произнесла это таким тоном, будто ставила точку в разговоре.

— Ты с ней даже не знакома. И она не обязана тебе нравиться, но говорить такое в моём присутствии я бы тебе не советовала. В конце концов, это моя свадьба, и гостей выбираю я, — Дэрин произнесла это так, что Триша на мгновение растерялась.

— Ну-ну. Как бы тебе не пришлось пожалеть о своей доброте, — язвительно ответила Триша.

— Послушай, дорогая, — Дэрин чуть наклонилась к ней и понизила голос, — там, в гостиной, твой муж, Ричард и Уильям. Иди к ним, выпей шампанского. И пожалуйста, не порти мне сегодня настроение.

— Без проблем. Подожду визажиста внизу. — Триша выплыла из комнаты и плотно закрыла за собой дверь.

— Что это сейчас было? — Эллен удивлённо посмотрела на Дэрин.

— Это, Эллен, называется невоспитанностью. Она уже успела напеть тебе про Эйни?

— Ну так, в двух словах. Но я, честно говоря, не пойму, с чего она так взъелась. Какая разница, кто что пишет и что происходит в чужой семье?

— И я о том же, а Триша всё суёт нос, куда не просят, и мне уже все уши прожужжала по телефону.

— Так там правда всё настолько плохо? — Эллен посмотрела на Дэрин с тревогой.

— Ну, как тебе сказать... — Дэрин сделала паузу. — Родители у неё — настоящий кошмар, а сама Эйни чудесная, просто не повезло с семьёй. Но знаешь, кто всё это подстроил?

— Нет. А ты? — просила Эллен.

— Конечно, знаю, благодаря твоему сыну. Садись поудобнее. — Дэрин кивнула на кресло и, когда Эллен устроилась, начала рассказывать. Всё — с самого начала и до конца. Эллен слушала, не сводя с Дэрин глаз, и казалось, что она впитывает каждое слово, будто от этого зависело, поймёт она всё правильно или нет.

— Так что теперь Эйни живёт у меня, — Дэрин выдохнула, будто с плеч свалился тяжёлый груз, который она долго несла одна. Потом её голос стал твёрже: — Эйни мне уже как родная, и я не позволю кому-то о ней плохо говорить.

— Боже мой... — Эллен нахмурилась и покачала головой. — Бедная девочка, как она всё это выдерживает. Так а Триша-то чего о ней гадости говорит, зная всё это? Совсем совести нет. Не переживай, если что — я рядом.

— И кстати, — Дэрин улыбнулась, — сдаётся мне, что наш Джейми влюблён в неё по уши.

— Да ладно?! — Эллен искренне удивилась. Вот же тихоня! И ведь даже не рассказывал ничего.

— Сегодня сама всё увидишь, — тихо сказала Дэрин, и её лицо вдруг стало таким спокойным, будто она наконец-то поняла, что всё идёт как надо.

Мы остановились у дома родителей Джеймса. Он заглушил двигатель и повернулся ко мне:

— Волнуешься?

— Немного. — Я пожала плечами. — А Родители Дина тоже будут?

— В полном составе, — Джеймс усмехнулся. — Настоящее родительское собрание. Не переживай, всё будет хорошо.

Я кивнула, и мы вышли из машины.

— И ещё, — он улыбнулся и взял меня за руку, — я тебя познакомлю со своей сестрой.

Мы не успели войти в дом, как к Джеймсу подбежала маленькая девочка и обняла его

— Джейми! Ты приехал! — радостно закричала она.

— Привет, малышка, — Джеймс нежно обнял её, взял на руки и повернулся ко мне. — Познакомься, Эмили, это Эйни. А это моя сестра Эмили.

— Можно просто Эми, — она посмотрела на меня своими голубыми глазками и по-деловому протянула руку. — Приятно познакомиться.

Я чуть не рассмеялась от умиления, но аккуратно пожала в ответ её маленькую ладошку.

— Приятно познакомиться, Эми, — ответила я.

Потом Джеймс представил меня своим родителям и всем остальным, кого я не знала. Я старалась улыбаться, хотя внутри нарастала паника. И тут, словно почувствовав моё состояние, ко мне подошла Дэрин. — Привет, моя хорошая. Ну что, девочки, раз все в сборе — поднимаемся наверх. Пусть мужчины поскучают.

Мы дружно направились к лестнице, но, поднимаясь по ступенькам, я никак не могла отделаться от тревожной мысли: «Почему мама Дина смотрела на меня так... странно?»

Когда мы уже были в спальне мамы Джеймса, она поставила передо мной кружку с кофе, посмотрела на меня и улыбнулась.

— Эйни, я очень рада с тобой познакомиться.

— Спасибо, миссис Райли, мне тоже очень приятно, — я улыбнулась в ответ.

— Дэрин сказала, что ты любишь капучино с сиропом, поэтому я сделала тебе на свой вкус, добавила ореховый, подойдет?

— Это мой любимый, — ответила я. — Спасибо!

— И не стесняйся, — она пододвинула ближе ко мне коробку, — угощайся конфетами.

Спустя два часа мы спустились на первый этаж — с безупречным макияжем, красиво уложенными волосами и в красивых платьях.

Джеймс подошёл ко мне, и его глаза светились.

— Эйни, ты шикарно выглядишь. — Он разглядывал меня со всех сторон. — Тебе очень идёт это платье.

Тут подошёл Дин и, присвистнув, покачал головой:

— Знаешь, тебе невероятно идут платья. И туфли. Носи их чаще.

— Спасибо, Дин. Но я же всё время на работе. В платье и на каблуках с полным подносом тарелок — это гиблое дело. От меня бы только туфли и уцелели, — усмехнулась я.

Откуда-то сбоку возникла миссис Фэррис и, бросив быстрый взгляд на улыбающегося сына, обратилась к нему:

— Дин, помоги мне, пожалуйста. Нужно отнести пакет в машину, папа уже там.

— Конечно, мам, — Дин бросил на меня короткий тёплый взгляд и ушёл следом за ней.

— Джеймс, — я наклонилась к нему и тихо спросила, — ты заметил, как странно она на меня смотрит?

— Да, — он едва заметно кивнул. — Не бери в голову. Тришу иногда заносит. Но если она хоть слово тебе скажет, сразу говори мне.

Через десять минут мы расселись по машинам и поехали к ресторану. Дорога заняла не больше пятнадцати минут. У входа уже собирались гости — друзья и родные Уильяма и Дэрин. А спустя полчаса подъехала машина с сыновьями Уильяма Мэттом и Полом, сегодня они были с няней. Мальчики были в одинаковых костюмах — белом и нежно-голубом, — и, увидев отца с Дэрин, тут же кинулись к ним с объятиями.

Через несколько минут гости потянулись внутрь, и я вместе со всеми переступила порог. Ресторан, который выбрали Дэрин и Уильям, оказался чудесным: небольшой уютный зал, рассчитанный ровно на двадцать пять человек, — именно столько гостей и было приглашено на свадьбу. Стиль свадьбы молодожёны выбрали в светлых тонах, всё как любит Дэрин.

Согласно карточкам на столах, мы с Джеймсом сидели рядом. Компанию нам должны были составить Грейс, Джон и Дин.

— Ну, как вам зал? — Дин опустился на стул возле меня.

— Очень красивый, — я с интересом огляделась.

— У крёстной всегда был безупречный вкус, — кивнул Джеймс.

В этот момент мы заметили спешащих к нам Грейс и Джона.

— Грейс! — Я радостно вскочила. — Джон! А я уж думала, вы заблудились.

— Пробка, представляешь? — Возмущённо сказала Грейс. — Почти у самого ресторана.

Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями.

— О, смотри, мы все за одним столом! — Грейс засияла, увидев все наши имена рядом.

Когда все гости заняли свои места, свет в зале приглушили, и ведущий торжественно объявил:

— Дамы и господа, встречайте жениха и невесту!

Двери распахнулись, и на пороге зала появились Уильям и Дэрин. Гости поднялись со своих мест, зазвучала медленная, трогательная мелодия, и под аплодисменты молодожёны прошли к своему столу. Я почувствовала, как по щекам покатились слёзы. Это были слёзы радости — за Дэрин, за её долгожданное счастье.

Ведущий сразу объявил первый танец, и они закружились — медленно, словно для них остановилось время.

Джеймс заметил мои слёзы, легко коснулся моей щеки, стирая слезинки кончиками пальцев, и наклонился ко мне:

— Я так рад за них, — прошептал он, а потом, чуть помедлив, добавил: — Думаю, скоро будет ещё одна свадьба.

— Чья? — спросила я.

— Скоро узнаешь, — с улыбкой ответил он.

Первый танец молодожёнов завершился под гром аплодисментов. Гости окружили Дэрин и Уильяма с поздравлениями, а потом зал наполнился музыкой и смехом — веселье набирало обороты. И вдруг ведущий объявил белый танец.

Я не стала ждать ни секунды. Подошла к Джеймсу и протянула руку:

— Потанцуешь со мной?

Он ответил сразу, сжав мою ладонь в своей. Мы медленно задвигались в такт музыке, и он притянул меня ближе — так, что я почувствовала тепло его дыхания.

— Эйни, — прошептал он, и от его голоса, тихого и близкого, по спине побежали мурашки. — Я давно собирался сказать: ты мне безумно нравишься. — Он чуть отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза, и улыбнулся — той самой наглой, но совершенно обезоруживающей улыбкой. — Надеюсь, я не слишком спешу?

— Нет, — я улыбнулась, чувствуя, как бешено колотится сердце. С каждым днём я всё сильнее хотела, чтобы он был рядом.

Когда медленный танец закончился, мы подошли к Дэрин и Уильяму, чтобы поздравить их ещё раз.

— Крёстная, я искренне рад за тебя, — Джеймс обнял её и обратился к Уильяму: — Береги её, она у нас такая одна.

— Обещаю, — Уильям посмотрел Джеймсу в глаза и крепко пожал руку.

Тут же к нам подошли Триша и Курт.

— Примите мои поздравления, — Курт тепло обнял Дэрин, потом Уильяма. — От всего сердца желаю вам счастья. Ты счастливчик, Уильям, не подведи.

— Дэрин, дорогая, будем надеяться, что этот брак окажется удачнее предыдущего, — Триша растянула губы в сладчайшей улыбке, и в её голосе отчётливо прозвучал яд.

В ту же секунду я почувствовала, как по спине пробежал холодок, а Джеймс застыл на месте. Он медленно повернул голову и мы встретились взглядами — кажется, даже он не ожидал такого.

— Знаешь, Триша, я иногда думаю: а правильный ли выбор сделал в своё время Курт? Ему, бедному, с тобой, наверное, ох как непросто, — с усмешкой покачала головой Дэрин и повернулась к мужу. — Вот видишь, Уильям, я же тебя предупреждала.

— Не переживай, родная. Главное — не принимай близко к сердцу, — Уильям мягко притянул Дэрин к себе и поцеловал в щёчку.

А Триша тем временем уже перевела взгляд на меня.

— Эйни, — она окинула меня оценивающим взглядом. вот смотрю я на тебя и никак не пойму: что у тебя общего с моим сыном? Почему он за тебя заступается? Девочка из неблагополучной семьи, с дурной репутацией, а так и вьётся вокруг тебя

Я оцепенела от услышанного. Просто стояла и смотрела на неё, забыв, что у меня есть голос.

— Триша, ты в своём уме? — не выдержал Курт, дёрнув жену за руку. — Мы на свадьбе, ради всего святого…

— А что, мне молчать? — Я вижу, как эта девочка вертит всеми. Сначала Дин, теперь Джеймс… Я имею право переживать! Я...

Не дожидаясь, что дальше скажет Триша, Джеймс шагнул вперёд и встал напротив неё, закрывая меня собой.

— Кто ты такая, чтобы кого-то судить? — голос Джеймса был спокойным, но я чувствовала, как он старается сдерживаться. — Эйни — моя девушка, а с Дином они просто дружат. Так что выдохни: твой сыночек весь твой.

— Триша, отойдём на минутку, — Дэрин цепко взяла её за локоть, и они ушли в холл. Голос её дрожал от возмущения: — Я ещё днём тебя предупредила — не трогай Эйни. А ты решила устроить сцену прямо на моей свадьбе?!

— Что за крики? Что случилось? — к ним подошла встревоженная Эллен.

— Дэрин, — протянула Триша, — ну посуди сама: она же нищая. А Джеймс — он что, правда, с ней? Да таким, как она, только деньги нужны.

— Ты что, перебрала? — Эллен вытаращилась на неё.

— Да нет же, — Триша попыталась возразить, но её перебила собственная икота. Она прижала ладонь к губам и сказала уже тише: — Всего два бокала...

— Значит так, либо ты сейчас же уезжаешь, либо я за себя не отвечаю, — отрезала Дэрин.

— Уехать? С твоей свадьбы? Мы даже торта ещё не видели! — Триша изобразила, что ей обидно, но тут же переключилась на Эллен: — Кстати, ты в курсе, с кем связался твой сын?

— В курсе. И что? — Эллен сердито посмотрела на Тришу.

— И тебя совсем не смущает, что у неё ни гроша за душой, а родители — беспробудные пьяницы?

— А тебе-то что за дело? — Эллен искренне не понимала, что несет Триша. — Я в жизнь сына не вмешиваюсь, в отличие от некоторых. Он нашёл себе девушку, и я приму любой его выбор.

— Ну-ну, — Триша скривила губы. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда эта девица оберёт вас до нитки.

— Триша, я тебя просто не узнаю. — Возмущению Эллен не было предела. — Когда ты успела стать такой?

Я стояла за углом, в нескольких метрах от них, и слышала каждое слово. То, что говорила обо мне Триша, вонзалось в меня иглами — от всего этого хотелось просто исчезнуть. Но голоса Дэрин и миссис Рэйли звучали иначе — спокойно, уверенно, они заступались за меня.

Я вернулась в зал, опустилась на стул и одним глотком осушила бокал красного вина. Джеймс тут же оказался рядом.

— Эйни, что произошло? — он смотрел на меня растерянно.

— Нет, ничего. Всё в порядке. Наверное, просто устала, — я отвела взгляд в сторону.

— Эйни, ты совершенно не умеешь врать. Пожалуйста, расскажи, что случилось, — он взял меня за руку, и этого хватило, чтобы я решилась пересказать всё, что только что слышала.

Джеймс слушал, и я видела, как в нём закипает злость, а потом он шумно выдохнул и взял себя в руки.

— Я очень тебя прошу, не бери в голову её слова. Триша всегда была такой, особенно когда выпьет. А мамой я горжусь, она всегда на моей стороне.

— Да, она у тебя замечательная. Но зачем ты сказал всем, что я твоя девушка? Можно было обойтись без обмана.

— Знаешь, мне кажется, хватит притворяться, что мы просто друзья. — Он взял меня за руку. — Я хочу, чтобы ты была рядом со мной. К тому же я уже видел тебя без макияжа — так что теперь ты точно никуда не денешься.

Мы рассмеялись, и Джеймс притянул меня ближе к себе. Он запустил пальцы в мои волосы — мягко, едва касаясь, — а потом наклонился и поцеловал меня.

— Так ты согласна быть моей? — Джеймс отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Ты до сих пор не понял? — я улыбнулась и, не дожидаясь ответа, притянула его к себе и поцеловала.

— Ого! — Грейс подошла к нам и прервала нас. — Ребята, я так за вас рада! Сегодня определённо день влюблённых, — она плюхнулась на стул рядом. — Ну что, следующая свадьба ваша?

— Кто знает, кто знает, — Джеймс подмигнул ей и сказал: — Я сейчас вернусь.

Мы с Грейс и Джоном о чём-то болтали, как вдруг я заметила Дэрин — с ней явно было что-то не так.

— Там у Дэрин что-то происходит. Идём.

Мы подошли к ней и стали ждать, пока она закончит разговор по телефону. Вид у неё был потерянный.

— Дэрин, что стряслось? — спросила я. — На тебе лица нет.

— Уильям... Где он? — Дэрин оглянулась. — Пожалуйста, найдите его, пусть немедленно идёт в холл. Я буду там.

— Хорошо, сейчас найдём, — ответила Грейс.

Мы разбежались в разные стороны, и почти сразу я наткнулась на Джеймса.

— Нужно найти Уильяма. Дэрин ждёт его в холле. — Я взяла его за руку и потянула за собой.

— Что произошло? — Джеймс нахмурился.

— Пока не знаю. Уильям! — я заметила его в толпе и замахала рукой. — Джеймс, он здесь!

Мы пробрались к нему — Уильям беседовал с кем-то из гостей, и я прервала их разговор:

— Прости, что прерываю, но тебе срочно нужно к Дэрин.

— Что-то случилось? Где она? — растерянно спросил Уильям.

— В холле. — Я махнула рукой. — Пойдём, мы проводим.

— Родная, что произошло? — Уильям подошёл, нежно взял её руки в свои и поцеловал.

Дэрин посмотрела на него, и в её глазах читался шок пополам с неверием. Такой растерянной я её ещё никогда не видела.

— Звонил шериф из Кэрролтона. Моё кафе... — она сделала паузу, — сгорело.

— Сгорело?! — переспросил Уильям. — Когда?

Мы с Джеймсом переглянулись. Ни он, ни я не смогли выдавить ни слова.

— Полчаса назад. Когда приехали пожарные, огонь уже перекинулся на зал. Кто это сделал, пока неизвестно.

— Милая... — Уильям притянул её к себе, а потом мягко отстранился. — Знаешь, нам очень повезло. Хорошо, что мы вывезли всё ещё вчера.

— В каком смысле — «вывезли»? — спросил Джеймс.

Дэрин посмотрела на Уильяма и перевела взгляд на Джеймса.

— Я собиралась рассказать об этом завтра, но раз так... — она сделала паузу и продолжила: — Я закрыла кафе. Мы с Уильямом вывезли всё ценное ещё вчера. Внутри оставалась пара стульев и какой-то хлам — ничего важного.

— Что? — Джеймс нахмурил брови. — Как это вывезли? Ты закрыла кафе? Так, подожди. А как же Эйни? — он перевёл взгляд на меня, потом снова на Дэрин. — А Грейс, Джон? Они же ничего не знали. Ты даже мне ничего не сказала.

— Джейми... Эйни... — Дэрин устало вздохнула. — Не волнуйтесь, я всё объясню завтра. Только не сегодня, ладно?

Мы не стали настаивать. Дэрин и так была вымотана до предела, и наши вопросы могли подождать. По просьбе Дэрин Грейс и Джону мы ничего не рассказали. Вернувшись в зал, мы пробыли там ещё час или два — гости танцевали, пили шампанское, но праздник уже шёл к финалу. Ближе к полуночи зал опустел. Мы обняли Дэрин, Уильяма, перекинулись парой слов с Грейс и, наконец, сели в машину. Джеймс завёл двигатель, и мы поехали к нему.

— Ну и денёк. — закрывая входную дверь, сказал Джеймс.

— Согласна. Даже не представляю, как всё это переварить. — Я опустилась на диван и, наконец, позволила себе выдохнуть.

— Не могу понять, почему Дэрин решила закрыть кафе? — Джеймс сел рядом со мной.

— Даже не знаю, — я покачала головой. — Вчера с утра они с Уильямом куда-то уезжали и вернулись только перед тем, как мы поехали сюда.

— И что это за история с поджогом? Кто вообще мог это сделать? — Джейс задумался.

— Я даже думать об этом сейчас не готова. За последние месяцы случилось столько, что я уже, кажется, вообще перестала удивляться.

В дверь позвонили. Мы с Джеймсом одновременно повернулись на звук, нехотя встали с дивана и пошли открывать. На пороге стоял Дин.

— Привет. — Улыбнулся он. — Не прогоните? Я не выдержал и от такого количества родни сбежал.

— Заходи, о чём речь, — Джеймс захлопнул дверь. — Пойдёмте на кухню.

Джеймс выставил на стол три бокала и бутылку красного вина.

— Ты тоже будешь? — Дин удивлённо приподнял бровь, глядя на брата. — Я думал, ты сегодня вообще не пьёшь.

— На свадьбе не пил, но сейчас другое дело. Надо немного разгрузить голову.

— Кстати, Дэрин просила предупредить, что завтра в десять утра выезжаем в Кэрролтон. Нас вызывают в участок по поводу поджога.

— Я еду с вами, — Джеймс сказал это без сомнений.

— Отлично, значит, поедем вместе. — Дин поднял бокал, и мы с Джеймсом последовали его примеру.

— Дин, а ты знал? — спросил Джеймс у брата.

— Что Дэрин хочет закрыть кафе? Нет, конечно, иначе бы я сразу вам рассказал. Ты же знаешь, что Дэрин редко кого посвящает в свои планы. Думаю, это из-за того случая с её бывшим мужем. Не доверяет теперь никому.

— Думаю, правильно делает, — сказал Джеймс. — В бизнесе вообще никому доверять нельзя.

Спустя полчаса Дин зевнул, признал поражение и отправился спать, а мы с Джеймсом вышли на балкон. Ночной воздух приятно холодил лицо.

— Можно задать тебе вопрос? — я повернулась к Джеймсу.

— Конечно, спрашивай, всё что угодно. — уверенно ответил он.

— Вы с Ребеккой правда расстались? Мне бы не хотелось влезать в чьи-то отношения.

— Да, — ответил Джеймс, и я никогда не видела его таким серьёзным. — Больше месяца назад. Когда я уезжал в командировку на три дня, она закрутила с кем-то. А потом я узнал, и разорвал с ней отношения. Но как видишь, она пока не поняла.

Я промолчала. Наши взгляды встретились, и мы были не в силах отвести глаз. Джеймс подошёл ко мне, его руки мягко обвили меня, и он нежно поцеловал меня. Его рука остановилась на моей талии, потом скользнула ниже — по пояснице, неторопливо, но уверенно. Он притянул меня так близко, что я слышала, как бьётся его сердце. Мне это нравилось. Я ловила каждое прикосновение, каждый его вдох, запах парфюма и хотела, чтобы этот момент никогда не заканчивался.

Настало утро. Будильник зазвенел в восемь утра. Я проснулась в комнате Джеймса, но его рядом не было. Я вышла и сразу услышала, как кто-то на кухне гремит посудой.

«Точно Джеймс», — как будто поспорила я сама с собой. Я неслышно зашла на кухню и обвила его руками со спины.

— Доброе утро, Джейми.

— Доброе утро, Эйни, — он обернулся, ответил на объятия и нежно поцеловал меня. — Как спалось на новом месте? Я ночью не слишком шумел? — в его глазах мелькнула улыбка.

— Спалось отлично. Кажется, я даже выспалась. А я тебе не мешала? — спросила я.

— Нет, но твоя рука, оказывается, очень тяжёлая. Ты знала об этом?

— Я что, ударила тебя? — я испуганно посмотрела на него.

— Слегка, — Джеймс рассмеялся, и в этот момент на кухню вплыл заспанный Дин.

— Чем это здесь пахнет? Доброе утро, кстати! — он плюхнулся на стул.

— Доброе, — хором отозвались мы с Джеймсом.

— Стоит мне приехать к брату, как он тут же начинает колдовать на кухне. Обожаю у него гостить, — Дин глянул на Джеймса с довольным лицом.

— Ах, вот в чём дело. А я-то думал — ты ко мне по любви, — Джеймс с усмешкой водрузил на стол тарелку с пышными вафлями и свежими ягодами.

— Конечно, по любви. Ты же у меня один такой.

После завтрака мы собрались, сели в машину и не успели отъехать от дома, как у меня зазвонил телефон. На экране высветилось «Дэрин».

— Эйни, доброе утро! Как ты? — её голос на удивление был энергичный.

— Доброе утро, Дэрин. Всё отлично. А вы как? — ответила я.

— Мы замечательно. Передай, пожалуйста, Джеймсу — пусть едет сразу к нам домой. Мы с Уильямом уже в пути.

— Хорошо, скоро будем. — Я сбросила звонок и передала Джеймсу то, что просила Дэрин. Спустя час мы были у дома Дэрин, но внутри — тишина. Джеймс набрал крёстную.

— Алло, мы тут вас ждём, а вы где?.. Ага... Понял. Выезжаем. — Он убрал телефон и перевёл взгляд на нас. — Едем к кафе. Вернее, к тому, что от него осталось.

Когда мы подъехали, возле обгоревших стен уже стояли Дэрин, Уильям, Грейс, Джон и ещё несколько человек. Мы поздоровались и молча уставились на обгоревшее здание.

К нам подошла Дэрин:

— Страховщик подтвердил, что это поджог. Если докажут, что я ни при чём, — выплатят компенсацию.

— А камеры? — спросила Грейс. — Они что, не работали?

— Увы, — Дэрин покачала головой. — Я сама их выключила, когда мы всё вывезли.

— И что, никто не заметил, кто тут крутился? — Возмущённо спросил Джеймс.

— Пока никаких зацепок, остаётся только ждать, — Дэрин обвела всех взглядом и добавила: — Ладно, поехали к нам, мне нужно с вами поговорить.

Через десять минут мы все зашли в дом и расселись за кухонным столом.

— Надеюсь, то, что я сейчас скажу, вас не расстроит. — Она переглянулась с мужем, и на губах у неё мелькнула та самая улыбка, которую я знала слишком хорошо. Улыбка, после которой обычно следовало что-то неожиданное. — Как вы знаете, месяц назад я купила помещение под кондитерскую. Оно в Сент-Луисе.

Я моргнула. Сент-Луис — это же совсем другой город.

Она сделала паузу, и наши взгляды встретились. В голове пронеслось столько мыслей: что же мне теперь делать? Я осталась без работы. Кафе больше нет, из ресторана я ушла полностью. Без жилья — платить за него теперь нечем. И без Дэрин, которая стала для меня по-настоящему близким человеком.

— В общем, там уже кипит ремонт. Через месяц — открытие, — рассказывая, Дэрин просто сияла. Правда, кроме неё и Уильяма, никто эту радость пока не разделял. — Вам, Грейс и Джон, я хочу предложить кое-что особенное — места в одном из лучших ресторанов Сент-Луиса с очень достойной оплатой. И с жильём вам помогут. Владелец ресторана — мой друг, он с удовольствием возьмёт вас обоих. А если Сент-Луис вам не по душе — есть место и здесь: Том и Лорен, хозяева «Центра», расширяются и отчаянно ищут толковых поваров. Я замолвила за вас словечко — они вас тоже ждут, так что выбор за вами. — А Эйни... — она посмотрела на меня с улыбкой, — тебе я предлагаю стать администратором в кондитерской. И насчёт жилья тоже не волнуйся: у Уильяма есть свободная квартира, можешь переехать туда и жить спокойно. Никаких денег не нужно. — Она перевела дух и опустилась на стул рядом с Дином. — Ну вот и всё. Что думаете?

За столом повисла тишина — все переваривали услышанное. Первым опомнился Джеймс.

— Крёстная, ты меня переплюнула. Я думал, это я мастер сюрпризов, — он обвёл всех глазами, задержавшись на мне.

— А как же я? — обиженно посмотрел Дин на свою тётю.

— Дин, если твоя мама тебя отпустит — переезжай. Я буду только рада, чтобы ты работал у меня, тем более с Эйни вы отлично ладите.

После слов Дэрин он заметно обрадовался.

— Я только за, тем более я там учусь. Зачем мне быть без работы и ездить отсюда в Луис на учебу? Конечно, я перееду. — уверенно сказал Дин.

— Даже если я и соглашусь переехать, — с грустью сказала Грейс, — то мне не с кем будет оставлять детей. Мои родители живут здесь и навряд ли согласятся переехать в съёмное жильё.

— Я бы не хотел никуда переезжать, я только перевёз сюда своих родителей, — ответил Джон, и было видно, как Грейс заметно расстроилась от его слов.

— Джон, прости, что так вышло. — С сожалением сказала Дэрин. — Я не планировала такого исхода. Но дом Уильяма в Луисе, там я открываю кондитерскую, потому что я так долго шла к этому. — Дэрин опустила глаза. — И вы же знаете, что половина выручки кафе была из-за моих десертов и пирогов. А привозить сюда их — это большие затраты.

— Мы всё понимаем, — тихо сказала Грейс.

— Грейс, по поводу детей не волнуйся, у тебя будет хорошая зарплата, на которую ты сможешь не только нанять няню, но и устроить их в хороший садик и школу. Кстати, у детей Уильяма замечательная няня, поэтому искать тебе её не придётся. Мы с ней договоримся. — Дэрин сделала паузу и продолжила: — Тем более чем быстрее вы с Робертом достроите дом в Луисе, тем для тебя лучше — сможешь купить там квартиру, — слова Дэрин показались даже для меня очень убедительными.

— Сколько времени мне даётся на раздумье? — спросила Грейс.

— Милая, по-моему, ты уже всё для себя решила, но, а если серьёзно, у тебя есть неделя на подумать. — Дэрин улыбнулась и встала из-за стола. — Ну а теперь — чай! И торт! — скомандовала она, и они с Уильямом засуетились у стола.

В это время мы с Джеймсом выскользнули на улицу.

— Что ты думаешь по поводу переезда? Ты же согласна? — он посмотрел на меня с надеждой в глазах.

— Конечно, согласна. Разве у меня есть выбор? — ответила я.

— Я очень рад, что ты будешь ещё ближе ко мне. — Джеймс обнял меня, и мне стало намного легче.

Через неделю Дэрин и Уильям перевезли меня в Сент-Луис. Со мной временно будет жить Грейс, пока не найдёт себе нормальное жильё, чтобы забрать сюда детей. А вот Джон выбрал работу в «Центре» и решил остаться в Кэрролтоне. Дин тоже перебрался из Кэрролтона и теперь жил у Джеймса.

Пока шёл ремонт в кондитерской, у нас троих выдался внеплановый отпуск. Мы с Грейс и Дином почти каждый день гуляли по городу. Джеймс уехал в командировку на несколько дней, и поэтому за главного остался Дин.

Мы шли по набережной, как вдруг Дин оживился, заулыбался и помахал кому-то в толпе. Я проследила за его взглядом — и меня будто окатило холодной водой. К нам приближались миссис Райли, мама Джеймса, и миссис Фэррис, мама Дина. «Только не сейчас. Ну почему?» — проскулила я про себя.

— Мама, не знал, что ты приедешь, — Дин приобнял её.

— Да я не собиралась, но Эллен пригласила, и я подумала — почему бы и нет.

— А мне даже не позвонила, — Нахмурился Дин.

— Девочки, вы сегодня просто прелесть, — миссис Рэйли одарила нас с Грейс тёплой улыбкой. — Джеймс ещё не появлялся? — её вопрос был адресован почему-то мне, а не Дину.

— Спасибо! Вы тоже чудесно выглядите, — я вежливо улыбнулась. — Джеймса пока нет. — Я метнула взгляд на Дина, безмолвно умоляя о помощи.

— Эллен, Джеймс будет дома уже вечером, он звонил мне утром, — спас меня Дин.

— Дорогой, составь нам компанию — мы тут собрались в один уютный ресторанчик, — Триша обращалась к сыну, демонстративно не замечая нас с Грейс. И всё это время она сверлила меня взглядом. Мне хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы оказаться подальше отсюда. Миссис Рэйли будто угадала мои мысли.

— Триша, не мешай им. Пойдём, нам есть что обсудить, — она мягко потянула подругу за собой.

— Да, мам, вам лучше вдвоем поболтать. — поддержал Дин Эллен.

— Ну ладно, сынок, как хочешь. — недовольно ответила Триша.

Все обменялись быстрыми «пока» и, наконец, разошлись. Мы опустились на скамейку, и Грейс вдруг заговорила первой:

— Дин, что творится с твоей матерью?

— В каком смысле? — он поднял на неё удивлённый взгляд.

— Я понимаю, любовь — дело добровольное. Но элементарное уважение-то куда делось? Что ей такого сделала Эйни?

— А, ты об этом... — Дин опустил голову и сделал паузу. — Думаю, что она увидела в Эйни себя, и её это бесит.

Мы с Грейс переглянулись и тут же потребовали объяснений. Дин коротко пересказал нам историю своей матери.

— Вы ведь даже не знакомы? — Грейс перевела взгляд на меня.

— Нет, — я помотала головой, — мы до этого не встречались.

— Эйни, прости, я сам понимаю, что это ужасно. Но я, к сожалению, не могу на неё повлиять. Каждый раз, когда происходит что-то подобное, я уже ничего не говорю ей, я бессилен.

— Дин, ты тут ни при чём, — попыталась успокоить его я. — Всё нормально. Просто нам с миссис Фэррис не стоит встречаться.

Вечером, когда Джеймс вернулся в город, он первым делом приехал ко мне и крепко обнял меня прямо с порога. Мы ещё не успели толком поговорить, как у него зазвонил телефон — это была Дэрин. Она попросила нас всех утром приехать к ним с Уильямом.

На следующий день за мной и Грейс заехали Джеймс и Дин, и мы двинулись к месту.

— Привет, крёстная, — с порога начал Джеймс, проходя в гостиную. — Ты решила всех нас накормить вкусным обедом?

Они с Уильямом обменялись крепким рукопожатием, а мы с Дэрин тепло обнялись. Я уже очень по ней соскучилась. Грейс и Дин тоже поздоровались и сели вместе с нами.

— Это само собой, — улыбнулась она. — Рада всех вас видеть, мои дорогие. Присаживайтесь, у меня для вас есть новости.

— Когда ты так говоришь, я начинаю волноваться, — усмехнулся Джеймс, и в его глазах мелькнуло любопытство. Мы расселись. Дэрин обвела нас взглядом — выдержала короткую паузу, как всегда делала перед чем-то важным.

— Вчера вечером звонил следователь по делу о поджоге, — Дэрин сделала паузу.

— Они нашли виновных и уже принимают меры, — сказала Дэрин.

— Крёстная, не томи! — Джеймс не мог найти себе места. — Кто?!

— Да говори уже, Дэрин! — Дин в нетерпении подался вперёд.

— Нолан и Кора.

— Что?! — вырвалось у всех почти одновременно.

— Да, к сожалению, это так, — Дэрин с сочувствием посмотрела на Грейс. — Следователь обнаружил машину с работающим видеорегистратором — там записан каждый момент.

— И что с ними теперь будет? — у Грейс мгновенно потекли слёзы.

— Нужно съездить в полицейский участок. По телефону деталей не сообщили. Если хочешь — поедем вместе.

— Да. Конечно, я с тобой. — вытирая слёзы сказала Грейс.

Дэрин приобняла её и тихо добавила:

— Им повезло, что здание было пустым. Может, отделаются штрафом.

— И почему я не удивлён, что это Нолан? — сказал вслух Джеймс, и это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Да, — согласилась с ним Дэрин. — Не ожидала, что он окажется таким подлым. И зачем ему всё это, мы и не узнаем. — Ладно, ребятки, давайте обедать. Уильям, — она посмотрела на мужа, — ты займись напитками, а я пока порежу мясо.

— Хорошо, дорогая, — с улыбкой ответил ей Уильям.

Уже через пять дней Грейс обустраивалась в новой двухкомнатной квартире. Тэрон, владелец ресторана, в котором она работала, помог найти жильё. Детей она забрала сразу же, потому что вопрос с няней был решён уже давно. А ещё через неделю состоялось открытие кондитерской. Дэрин назвала её «Ваниль» — просто и понятно. Поначалу мне было тяжело: администратор — это не только красивый бейджик, но и бесконечные бумаги, поставки, расписание. К вечеру я валилась с ног. Но как только в дверях появлялся Джеймс, усталость куда-то исчезала. Он заезжал за мной каждый день после работы, и мы ехали к нему. Я садилась на своё место у окна за барной стойкой и просто смотрела, как он колдует у плиты. Ему нравилось готовить для нас ужин. Иногда к нам присоединялся Дин — он всё ещё жил у Джеймса. Мы болтали, смеялись и спорили о какой-нибудь ерунде.

В один из таких уютных вечеров Джеймс вдруг сказал:

— Мои родители приглашают нас на ужин в эту субботу. Ты как?

Я поперхнулась соком и закашлялась. С его семьёй мы не виделись с самой свадьбы Дэрин и Уильяма.

— Они что... в курсе? Про нас? — я испуганно уставилась на него.

— Разумеется. Я ещё на свадьбе всем объявил, забыла? — он бросил на меня хитрый взгляд, но тут же добавил: — Мама потом переспросила: серьёзно или нет. Я сказал «да».

— И что она? — я опустила глаза в пол, боясь услышать ответ.

— Обрадовалась. А ты чего ждала? — Джеймс встал со стула и подошёл ко мне. — Эйни, посмотри на меня. Что-то случилось?

Я нехотя подняла глаза.

— Я просто боюсь... что миссис Фэррис могла наговорить твоей маме обо мне.

— Милая, на мою маму никто не может повлиять, даже отец, — Джеймс усмехнулся. — Так что поверь, её не волнуют ни твои родные, ни деньги, ни что-либо ещё. И вообще — моя семья примет любой мой выбор, так что не волнуйся, всё будет хорошо. — Он поцеловал меня и прижал к себе. — А Эмили уже за тебя все уши прожужжала, когда узнала, что мы придём вместе.

— Правда?

— Конечно, правда. Ты ей ещё на свадьбе понравилась — она потом весь вечер про тебя спрашивала. Так что теперь никуда от неё не денешься. — Мы оба рассмеялись, и я вдруг почувствовала, что мне стало спокойно. Не только от его слов, но и от мысли, что меня уже ждут в этой семье.

Наступила суббота. Мы приехали к родителям Джеймса и не успели выйти из машины, как из дома выбежала Эмили. Она замахала нам рукой и запрыгала на месте, ожидая, когда мы подойдём ближе. Следом за ней вышла миссис Рэйли.

Эмили обняла брата, а потом потянулась ко мне. Я на миг растерялась, но тут же обняла её в ответ.

— Привет, мой хороший, — миссис Рэйли чмокнула Джеймса в щёку, потом перевела взгляд на меня и улыбнулась: — Эйни, дорогая, я так рада, что ты смогла приехать. — И заключила меня в тёплые объятия.

— Я вас так ждала! — Эмили ухватила нас обоих за руки и потащила в гостиную. — Па-ап! Смотри, кто приехал!

Мистер Райли вышел нам навстречу. Мы обменялись приветствиями, и он скомандовал:

— Всё, разговоры потом. Все за стол!

В доме родителей Джеймса мы провели почти целый день — и он пролетел как один миг. Мы играли с Эмили, которая не отходила от нас ни на шаг. Кстати, у них живёт лабрадор по кличке Граф — его подарили Эми на четвёртый день рождения, и вот уже год он полноправный член семьи.

День пролетел так быстро, что мы не заметили, как за окном стемнело. Сегодня я ночую у Джеймса, потому что Дин уехал к родителям на выходные. Весь день Джеймс был каким-то другим, но я не могла понять почему.

Мы приехали домой, и Джеймс вдруг предложил:

— Может, выпьем вина?

«Странно», — подумала я, но не подала виду.

— Давай, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал естественнее, но он всё равно получился настороженным.

Мы устроились в гостиной. Отсюда открывался безумно красивый вид на город: огни фонарей мягко подсвечивали улицы, а где-то вдалеке проплывали светящиеся точки машин. Джеймс разлил вино по бокалам и сказал:

— Закрой глаза и не открывай, пока я не скажу. Хорошо?

Я кивнула и послушно закрыла глаза. Послышались шаги — он куда-то ушёл.

В гостиной тихо играла музыка — что-то спокойное, без слов, — но я всё равно прислушивалась к звукам за её пределами. Сердце стучало быстрее обычного. Где-то в глубине дома хлопнула дверь, потом ещё одна, а затем шаги стали ближе — он возвращался. Я почувствовала его присутствие раньше, чем услышала: знакомый запах, тепло совсем рядом. Джеймс остановился прямо передо мной.

— А теперь вставай, — он взял меня за руки и помог подняться. — Только осторожно. Он тихо выдохнул — волновался. Джеймс — и волновался.

— Открывай глаза, — прошептал он.

И я открыла. Передо мной стоял Джеймс и держал в руках маленькую розовую бархатную коробочку. Открытую. А в ней — кольцо. Маленькое, изящное, с камнем, который мягко блестел в полумраке комнаты.

— Эйни, — голос дрогнул, но он справился, — согласишься ли ты стать моей женой?

На мгновение я забыла, как дышать, а потом по щекам невольно потекли слёзы. Неужели это правда? Неужели это сейчас происходит со мной? Джеймс — тот, кого ещё недавно я не хотела знать, — сейчас стоял передо мной с кольцом в руках. Мой Джеймс. Человек, которого я люблю всем сердцем.

— Эйни, — он бережно стёр слезинки с моих щёк и улыбнулся. — Надеюсь, это от счастья?

— Да, — прошептала я и улыбнулась. — Я согласна.

Он осторожно надел кольцо мне на палец, заглянул в глаза и тихо произнёс:

— Я так тебя люблю.

— И я тебя люблю, Джейми, — тихо произнесла я. — Очень.

Спустя месяц мы с Джеймсом поженились. Гостей было немного, десять человек со стороны Джеймса, а с моей была Дэрин, Грейс и Джон. Я безмерно им благодарна за то, что они были рядом со мной в этот день. Мать с её сожителем я, конечно же, не пригласила. После того случая со статьей она винила во всем меня. А в чем была моя вина? Я так и не поняла. Поэтому я оборвала с ними все связи и не жалела об этом. А вот родители Джеймса приняли меня с открытым сердцем. Рядом с ними я наконец почувствовала, что такое семья — настоящая, теплая, где тебя любят просто так.

Дин начал встречаться с девушкой по имени Лесли. Они познакомились в кондитерской и вот уже два месяца они вместе. Дин и Лесли часто бывают у нас с Джеймсом в гостях или мы все вместе идём гулять. Мать Дина, отреагировала на это не слишком спокойно, но Дин отстоял свою личную жизнь, и со временем она перестала вмешиваться. Мы с Тришей так и не помирились, хотя лично я с ней и не ссорилась. До сих пор не понимаю, что плохого я ей сделала. Мы с Джеймсом всё же передали приглашение на свадьбу через Дина, но она не приехала.

Грейс вскоре развелась с мужем, а спустя полтора года вышла замуж за Тэрона, владельца ресторана, куда её устроила Дэрин. Красивая получилась пара. У Тэрона от предыдущего брака есть сын, поэтому у детей Грейс появился сводный брат.

Нолану и Коре выставили штраф за поджог. Дэрин не стала подавать в суд — они и так были напуганы, и она решила, что этот урок не пройдёт для них даром. Нолан пытался извиниться перед Дэрин, но она даже не стала его слушать.

А Дэрин была окружена самыми близкими людьми. Рядом с ней — Уильям, его дети, и ещё Джеймс, Дин и я. Её давняя мечта, наконец, сбылась: у неё появилась большая и дружная семья. И от этого она, кажется, была самой счастливой на свете.

Теперь, смотря на всё, что происходило со мной до этого момента, я понимаю, что всем всё возвращается. Главное — верить, что хорошее впереди, и не опускать руки. Не знаю, чтобы я делала, если бы в моей жизни не было такого человека, как Дэрин, но я бы точно постаралась сделать всё, чтобы выбраться из ада, в котором я так долго жила.

Через месяц после свадьбы Джеймс подошёл ко мне с двумя билетами в руках. Я мыла посуду и не сразу поняла, что он протягивает.

— Собирайся, — сказал он с улыбкой. — Мы едем в Бостон.

Я замерла. Посмотрела на билеты. Потом на него. Потом снова на билеты.

— Ты серьёзно? — спросила я.

— Абсолютно. Ты же хотела увидеть его своими глазами.

Я не помню, как оказалась у него на руках. Просто в один миг я уже висела на нём, обхватив ногами, и сжимала его шею так крепко, что он засмеялся и пошатнулся.

— Милая! Ты меня задушишь!

— Я тебя люблю! — выдохнула я ему в плечо. — Ты самый лучший муж на свете!

Он поставил меня на пол, но я всё ещё не отпускала его — просто стояла и улыбалась до ушей, глядя ему в глаза.

— Ну что, собираемся? — спросил он.

Я кивнула, не в силах выговорить ни слова.

Мы летели на самолёте — впервые в моей жизни. Я прижималась лицом к иллюминатору и смотрела, как под нами проплывают облака. Джеймс держал меня за руку и молчал. Он знал: сейчас мне не нужны слова.

Бостон встретил нас ветром и солнцем. Мы гуляли по набережной, ели мороженое у океана, сидели на скамейке и смотрели на паруса. Я не могла поверить, что это происходит со мной.

— Спасибо, — сказала я тихо, когда мы стояли у парапета и смотрели на закат.

— За что? — спросил он.

— За то, что ты привёз меня сюда. За то, что ты есть.

Джеймс крепко обнял меня, и я закрыла глаза.