— Какой дом? — не сразу понимаю, о чём идёт речь.

— Тот, который оформили на днях, — отвечает юрист. — Не беспокойтесь, господин Орлов: мы же сразу вместе с договором подписали страховку. Вам должны будут выплатить стоимость ущерба. Хотя, если докажут, что дом был подожжён намеренно — могут и не выплатить. Знаете, даже в моей практике всякое бывало: люди нарочно портили своё имущество, чтобы поиметь деньги со страховой компании, но там тоже не дураки работают. У них свой штат экспертов.

— Понял, — говорю. — Подскажите, огонь перекинулся на соседние дома?

— Нет, соседние дома не пострадали, — вздыхает юрист. — И за это тоже могут зацепиться. Как мне сказали, сам дом был довольно высохший — стены и крыша сразу обвалились и очень быстро сгорели.

Как интересно. Проверяю настройку на свой якорь и удивляюсь ещё раз. Якорь чувствуется прекрасно — будто он абсолютно не пострадал в этом пожаре.

— Хорошо, — спокойно принимаю слова Полевого. — Какие наши дальнейшие действия? Мне что-то нужно срочно сделать?

— Никаких действий, не переживайте, — снова пытается успокоить меня юрист, хотя я не особо нервничаю. Подобный исход рассматривал еще при оформлении договора. — Просто когда будете в следующий раз в городе — подойдите ко мне в офис, чтобы дооформить акты осмотра. Если страховые эксперты проверят место и не найдут, к чему прицепиться, тогда заодно оформим выплаты.

— Это срочно? — уточняю.

— Нет, совсем не срочно, — поясняет Полевой. — Можно сделать в любое свободное время, от этого ситуация не изменится. От вас уже мало, что зависит.

— Понял, — отвечаю. — Тогда у меня будет к вам просьба, господин Полевой. Будьте добры — узнайте, сколько будет стоить возведение похожего домика на том же месте. И главное, чтобы при постройке не было необходимости получать разрешение на большую этажность или достройки. Не хочу лишней бумажной волокиты. Мне хочется понимать, сколько по времени займет само строительство и сколько в итоге будет стоить. И ещё один расчет, если решу возводить домик раза в полтора или два больше предыдущего. Так, для сравнения.

— Разумеется, господин Орлов, сделаю без проблем, — соглашается юрист.

— И ещё кое-что, Марк Анатольевич, — уточняю. — Будьте добры прислать мне краткую выжимку из ответов на вопрос по поводу Марии Львовны.

— Привилегии и вхождение в Род? — переспрашивает он.

— Именно, — подтверждаю. — Мне бы хотелось внимательнее ознакомиться. И если есть возможность, то можно описать ситуацию парой слов прямо сейчас.

— Вкратце могу сказать, что ваша идея по поводу ассоциации их предприятия вполне состоятельна, — с готовностью отвечает Полевой. — Вы можете не брать людей Марии Львовны в свой Род, а сделать их кандидатами. И этого, в принципе, достаточно, чтобы решить те проблемы, про которые вы мне говорили. С одной стороны — не подставляться под проблемы этих людей, которые возникли ещё до ассоциации. С другой — существенно ограничить свободу их маневра. Единственное, что нужно будет сделать — прописать условия принятия, чтобы в случае чего всегда можно было завернуть неугодного кандидата. Больше пока ничего не могу добавить, допишу всё необходимое в бумагах.

— Хорошо, спасибо, — благодарю юриста. — Тогда жду от вас краткую выжимку.

— Да, господин Орлов, сегодня же сделаю, — соглашается он.

Чуть выдыхаю. Не от поджога, конечно. Радует, что вопрос с Марией Львовной потихоньку складывается в рабочую схему. А Полевой в свою очередь поможет мне оформить необходимые бумаги так, чтобы дама не смогла обойти меня на незнании…

— Что-то случилось? — Как только заканчиваю разговор, ко мне сзади подходит Олеся.

— Можно и так сказать. — Оборачиваюсь к девчонке. — Аглая расстроится больше всех.

— Что такое? — тут же интересуется менталистка. Она уже тоже тут как тут.

— Ты как знала, — усмехаюсь и ловлю её обеспокоенный взгляд. — Наш дом в городе сгорел.

— Когда? — удивляется Аглая. — Погоди, мы же только недавно оттуда. Всё было в порядке. Это точно?

— Точно, — подтверждаю. — Мне позвонил юрист. Сказал, что дом загорелся сегодня. Там ничего не осталось, рухнули даже стены.

Прикидываю примерное время: когда я находился в доме и когда ушёл оттуда. Правда, теперь не отношусь к тому утреннему незваному гостю так поверхностно. Человек, которого я так и не увидел, начинает интересовать меня значительно больше, чем несколько часов назад. Вряд ли такие совпадения бывают случайными. С утра я почти поверил, что он пришел не за мной. Побродит-походит и поймет, что ничего ценного унести из дома нельзя. Там остался только старый хлам. Но нет — тут что-то другое.

— Жалко, — с искренним сожалением вздыхает Аглая. — Я уже успела прикипеть к этому домику. А что говорят по поводу страховки? Ты же вроде оформлял её?

— Говорят, если не будет доказан факт поджога — выплатят, — отвечаю. — Страховые боятся, что на них зарабатывают деньги: покупают халупы, сами поджигают, а потом просят кругленькую сумму. Обычно больше, чем стоила эта сожженная хибара. А у меня с момента оформления документов на дом прошло не так уж много времени, как раз подхожу под такое описание, и это может осложнить ситуацию с выплатами.

— Погоди, так ты же всё это время был в Академии, — задумывается Аглая. — Отсюда до города — несколько часов на дирижабле. Да и мы все утро сидели на лекциях — это точно алиби. Что смеяться? Когда бы ты успел поджечь собственный дом? Да и зачем?

— В этом и суть, — поясняю. — Страховой не обязательно, чтобы поджигал именно я, — пожимаю плечами. — По их логике, я мог кого-нибудь нанять. Кто его знает, что страховые эксперты найдут на месте пожара.

— Будем надеяться, что дом загорелся сам, — отвечает менталистка. — Наверняка там были проблемы с проводкой. Тем более, дом сухой — мог вспыхнуть чуть ли не на ровном месте.

— Не знаю по поводу проводки, — пожимаю плечами. — Всё-таки столько лет стоял, никого не трогал — а тут вдруг бац, и сгорел. Но, по большому счету — нам без разницы. Все равно хотели перестраивать.

— И что собираешься делать? — узнает Олеся мой дальнейший план.

— Уже попросил юриста, сколько будет стоить возведение нового дома на том же месте, — рассказываю. — На страховые сильно не рассчитываю. Выплатят — замечательно. Не выплатят — вряд ли смогу хоть что-то сделать и доказать. Так что ничего не изменилось. Будем отстраивать наш штаб, просто теперь с чистого листа. Можно будет сделать, как нам удобнее: увеличить основную комнату, а кухню сделать чуть меньше. — Очень четко представляю, как примерно должен выглядеть будущий дом. Видимо, сказывается опыт расширения моей каморки. Пространственное мышление работает на «ура».

Пока разговариваем, гашу свое желание прийти на место пожара и забрать костяную пластину. В принципе, вряд ли на неё хоть кто-то обратит внимание — пластина не особо заметна, да ещё, скорее всего, закоптилась от огня. И раз до сих пор не разрушилась, то уже вряд ли с ней что-то случится. За сохранность моего нового маяка не переживаю, а вот за нестабильное пространство внутри дома, откуда мог сделать шаг на тропы — очень даже.

Не совсем понятно, к чему привязано это место: к самому дому или к пространственной точке внутри дома. Понятно, что само по себе так называемое «пространственное окно» в своё время создано лже-Кольцовым. На данный момент это всего лишь второе доступное место, где я могу выйти на тропу без дополнительных плясок с бубном. Лишаться такой возможности крайне не хочется. Очень уж мне понравилось, как всего за один час можно попасть в город. Дойти в мастерскую или в нужную лавку, приобрести любой артефакт и как ни в чем не бывало вернуться в Академию. Никаких заказов по информеру, всё можно проверить и потрогать лично. При большой надобности, даже поговорить с мастером. Кстати, если страховые эксперты узнают, что я сегодняшним утром побывал в доме, возникнет много вопросов. Причем не только у экспертов. Хотя, как они узнают? В доме я ничего не трогал, воспользовался точкой перемещения — и всё. Ну да, забрал цепь и костяные пластины — но кто, кроме ребят из моей группы знает, что они оставались там?

Борюсь со внутренним беспокойством и стараюсь объяснить самому себе, что пока ничего страшного не происходит. Худший расклад — страховая компания докажет факт моего утреннего присутствия в доме и попытается связать его с фактом поджога. Да и флаг им в руки! Обойдемся без выплат. Всё равно хотел многое переделать в доме. А вот если пропадет пространственное окно, будет обидно. Как найти второе такое же я пока не знаю.

— Сильно расстроился? — спрашивает Олеся, замечая мой задумчивый вид.

— Из-за дома? — переспрашиваю. — Не особо. Если бы в городе можно было легально с помощью магии сжигать старые халупы, я бы и сам в скором времени это сделал.

— Если нужна будет помощь, можешь на меня рассчитывать, — говорит девчонка. — Думаю, ребята тоже не откажутся помочь.

— Сейчас только закончим с юристом, дождемся ответа страховой и будем думать, что делать дальше, — отвечаю. — А сейчас надо всё-таки прочитать, как работать с камнями. Не зря же нам директор дал целых полчаса.

— Там немного сложнее, чем мы думали, — предупреждает Олеся. — Пока ты разговаривал, Аглая нашла в библиотеке несколько книг. Там и новое издание, и очень-очень старое. Промежуточного нет — может, забрали другие группы. Так вот, подходы абсолютно разные.

— Мне кажется, Генрих Олегович дал нам перерыв не чтобы помочь, а, наоборот, хотел запутать, — вмешивается в разговор Аглая.

За оставшиеся десять минут сам просматриваю найденные книги и понимаю, что ребята правы — если попытаться совместить два описанных метода, получится неизвестно что. Написаны радикально противоположные инструкции. Единственно, что вычленяю из книг — индивидуальный подход к каждой породе. Мелкими буквами в самом низу и одной и второй книги прописано правило зависимости магического сопротивления камня или металла от стихии и предрасположенности мага. Цепляюсь за эту мысль, но пока не совсем понимаю, как она нам поможет.

Перерыв заканчивается. Возвращаемся на продолжение практики. Стараюсь отвлечься от мыслей о пожаре и уйти с головой в процесс — всё равно сейчас не могу ничего сделать. Соваться в город в ближайшее время не стоит, так что выкидываю из мыслей свой пока еще прекрасно работающий якорь и непонятного незнакомца. Лучше займусь всем этим ближе к вечеру. Ещё нужно уточнить несколько моментов у Юрия Олеговича, когда он снова прилетит в Академию. Если будет время — то, пожалуй, вечером схожу забрать якорь и заодно проверить пространство. А еще лучше не вечером, а ночью — так удобнее, да и вряд ли кто-то заметит мое появление.

— Ларик, ты с нами? — отвлекает меня от мыслей Олеся. — Как считаешь, с чего нужно начать?

Садимся за рабочий стол. С некоторым напряжением смотрим на груду камней.

— Нужно придумать какую-то схему и придерживаться выбранных правил, — говорю. — Иначе точно ничего не получится.

— Да ты прям открыл вселенную, — хмыкает Аглая. — И как ты предлагаешь выбрать? А если мы ошибемся?

— Это не так страшно, — отвечаю. — Для этого мы и учимся в Академии. Но я бы проверил одно предположение.

Все внимательно смотрят на меня и ждут, что я собираюсь делать.

— Мне нужно, чтобы каждый из вас отдельно проверил магическую сопротивляемость, — говорю ребятам.

— Может, мы просто разберем эту кучу камней на всех и запишем результаты? — предлагает Аглая. — Иначе мы потратим практически все оставшееся время.

— Кажется, в этом и суть, — отвечаю ей. — Давайте начнем с того, что каждый проверит один и тот же камень. — Беру средний кусок серебристого камня и передаю Олесе.

Основная проблема в том, что при проверке магической проницаемости и сопротивляемости у каждого из нас получаются несколько разные выводы. Как я и думал: в этом тоже есть определённый урок — но пока непонятно какой. Один и тот же осколок камня по отношению к другому занимает разные уровни сопротивления.

— Не понимаю, как так, — произносит Аглая. — У нас должны получиться одинаковые результаты, а тут…

— Примерно об этом я и говорил, — отвечаю менталистке. — По идее, каждому из нас нужна такая коробка. А раз у нас она всего одна, то и задача тут не в том чтобы проверить.

Пробегаемся по осколкам. Один и тот же камень легче даётся Максу — и в то же время тяжелее Марине. При этом усилия они прикладывают примерно одинаковые, как мы и договорились с самого начала: достаточное для формирования одного глифа. Получается неплохая иллюстрация к учебнику: у Марины лучше всего работает воздух, у Макса — земля. При этом осколки дают отличный разлет в характеристиках. Что Марк, что Аглая, озвучивают примерно одинаковые ответы. У нас с Олесей разлет тоже максимальный, но уже на других камнях.

Против воли увлекаюсь и с головой углубляюсь в процесс. Все остальные мысли разом отодвигаются на второй план. Подсознание всё ещё держится за размышления, но где-то на подкорке, не привлекая моё внимание. Очень удобно — в который раз замечаю, что информация варится сама по себе, а через некоторое время в голову приходят нужные ответы.

Перебрав с полсотни камней, выделяем два полюса с которыми все согласны. Первый полюс — с максимальным сопротивлением, который практически не пропускает магию: чуть ли не изолятор. В него как раз попадает аморфный камень и — на удивление — самородное золото.

И второй полюс — на нём, совершенно без удивления, обнаруживаем два серебристых осколка. Думаю, как раз те, что лежали в верхнем ящичке короба.

— Подозреваю, что тут у нас портальное серебро или руда с портальным серебром, — озвучиваю очевидную мысль. — Это лучший проводник для артефакторов. А если учитывать золото — то получается, что мы нашли полюса, и они для всех нас одинаковые.

— У тебя есть идеи? — спрашивает Олеся.

— А что если всё, что внутри камней — очень сильно зависит от стихии каждого из нас? Генрих Олегович намекал на индивидуальность, — напоминаю. — В книгах тоже упоминалось, хоть и мельком. Скажем, Марина и Макс совершенно по-разному чувствуют один и тот же камень потому что у одной стихия — воздух, а у другого — земля.

— Здорово, Орлов. Только всё равно непонятно, как мы в таком случае сможем всё это отсортировать? — усмехается Аглая.

— Мы можем просто взвешивать камни большинством голосов, — предлагаю. — Не зря же Генрих Олегович даёт сегодня столько заданий на работу внутри группы. — То, что получится в результате, даст некую среднюю величину. При этом она совершенно точно не совпадёт с нашим личным мнением. Нам нужен средний результат.

Ребята задумываются. Даже скептически настроенная Аглая в конце концов соглашается.

— Ты же понимаешь, если твой план не сработает, мы банально не успеем попробовать другую тактику до конца занятия, — поддевает меня менталистка.

— Ничего страшного. Не корову проигрываем. Даже если ошибемся, никаких последствий не будет. Но можем попробовать твою тактику, предлагай, — улыбаюсь, прекрасно зная, что у девчонки нет никаких предложений. Жду буквально пару секунд. — Тогда не будем терять времени, давайте начинать.

Схемой голосования работает, как я и предполагал — по крайней мере, задача из спорной сразу превращается в решаемую — пусть даже с некоторыми условностями.

— Ваше время истекло! — произносит Генрих Олегович, как только мы складываем в коробку последний камень. — Лидеры групп, сдавайте работу.

— И помните: от вашей стихийной склонности зависит баланс между сопротивлением и магической проницаемостью, — напоминает Генрих Олегович. — Почти абсолютных полюсов среди материалов действительно всего два — золото и портальное серебро. Безусловно, есть материалы лучшего сопротивления и лучшей проводимости — но они слишком дорогие или слишком специфические. Поэтому в наших условиях идеально подходят только эти два. Всё остальное тоже можно использовать, но уже в зависимости от ситуации.

Директор ходит возле своего стола с очень сосредоточенным видом. Видно, что артефакторика для него не просто занятие, Генрих Олегович по-настоящему старается передать нам основы. Тем более, любой из студентов может пойти по пути артефактора. Мне эта тема, конечно, интересна, но не настолько. Хочется разбираться в металлах и проводимости, но для меня сейчас проще заказать мастеру ту или иную вещь. Знания лишними точно не будут.

— Что могу сказать по результатам практического задания, — произносит Генрих Олегович. — Практически все группы справились. Но есть те, кто справился лучше. Например, группа Орлова. — Слышу, как по аудитории проносится шепот. — Хотите знать почему? Потому что они усреднили результаты. — Директор делает паузу. — Остальные тоже разложили камни в почти правильном порядке. Почти — важное уточнение. Все ваши группы собраны не случайно — помните об этом. Внутри каждой соблюдается тонкий баланс стихий, и группа Орлова, судя по всему, догадалась в чем главная задача.

Вижу как все ребята в нашей группе приподнимают подбородки, а на лице Аглаи расползается довольная ухмылка.

— Очень правильно пойти по пути среднего арифметического, — продолжает директор. — Большинство из вас, — Генрих Олегович обращается к остальным ребятам в аудитории. — Пошли на поводу наиболее опытных членов вашей группы. А задача была совершенно не в этом. Слепо доверять лидеру вы умеете, но в данном случае этого делать не стоило. Тем не менее, вы все распределяли камни в коробке по определенному, пусть и не всегда верному, принципу, а, значит, все выполнили задание. Просто группа Орлова справилась чуть лучше, — еще раз делает акцент директор. — На этом всё. Дописывайте эссе на тему сопротивления материалов — и я вас увижу только на следующей неделе. Советую отнестись серьезно, даже если не собираетесь в будущем иметь дело с артефактами. База вам в любом случае пригодится.

Звенит сигнал об окончании занятия. Группы активно переговариваются, студенты встают и начинают собираться на обед.

— Вместе пойдем? — спрашивает Олеся.

— Конечно, — отвечаю. — Только в комнату зайду. Через двадцать минут встретимся.

— Орлов, — обращается ко мне Аглая. — Ты не забыл сдать книги в библиотеку? Если помнишь, давали всего на два дня.

— Точно! — Вспоминаю про оба тома. — Надеюсь примут без проблем.

— Если не забудешь сегодня сдать, примут, — усмехается менталистка. — А если забудешь, то в следующий раз будешь в конце очереди на выдачу. Библиотекарь очень тщательно следит за этим.

— Спасибо, — благодарю девчонку. — Тогда встречаемся через полчаса, — говорю Олесе. — Успею забежать.

Вместе поднимаемся на этаж с комнатами и расходимся каждый в свою сторону. Дохожу до своей каморки и первым делом нахожу обе библиотечные книги. Первую успел просмотреть ещё тогда, а вторую хотел использовать на изнанке. Кстати, почему бы и не прямо сейчас? У меня осталось примерно полчаса — этого времени вполне достаточно.

Хорошо, что всё своё с собой. И всё-таки решение купить пространственный карман и кольцо было очень правильным. Пользоваться уже намного проще — будто прошло уже несколько лет, а не один день. Закидываю обе книги внутрь пространственного кармана. Надеюсь, они достаточно общеупотребительные, раз никаких действующих печатей нет. Да и вообще — вряд ли кто-то будет перепродавать из Академии базовые учебники.

Книги спокойно опускаются внутрь пространства. Похоже, что печати Академии на них не заряжены и являются чистой формальностью.

Забираю из комнаты книги и быстро выхожу. Иду в сторону директорского кабинета. На первых этажах народу всегда намного больше, чем наверху. Прохожу мимо двери Генриха Олеговича и слышу, как она открывается. Директор выходит в коридор и провожает меня взглядом. Поскольку не собираюсь останавливаться, просто кивает. Тоже киваю и поднимаюсь ещё на один этаж. Рассказывать, почему я здесь вряд ли нужно — и так всё понятно. Радует отношение директора к моим вылазкам: он не пытается остановить или помешать. Видит, знает, но спокойно доверяет мне делать то, что делаю.

Выхожу через уже знакомую красную дверь.

Ещё один шаг — и оказываюсь посреди туманной пустоты между всеми своими якорями. Можно было бы зайти в город, но лучше не сейчас. Логичнее дождаться темноты — так намного безопаснее. Да и вообще — наверное, пока лучше не торопиться и не выяснять, что произошло с якорем после пожара. Главное, что он работает, остальное подождет.

Быстро организую лагерь. Ставлю щит и максимально расширяю сферу — в этот раз получается ещё проще. Словно надуваю воздушный шарик. Только сейчас без лишних усилий: будто сфера подключена к компрессору. Она разворачивается слишком резко и неожиданно. Мгновенно останавливаюсь. Успеваю как раз вовремя — глиф не срывается, щит получается обычным, разве что менее прозрачным. Да и выглядит прочнее. Немного неожиданно для работы с таким объемом пространства. Можно сказать, организую вокруг себя небольшую комнату с матовыми, чуть шевелящимися стенами. Это все «ветер» хаоса. На тропах его чувствую чуть лучше.

Закончив с защитной сферой, организую воздушное кресло, в которое тут же с удовольствием сажусь. Больше мне, по сути, ничего и не надо.

Достаю книгу из пространственного кармана.

Совершенно без удивления понимаю, что умений из наследия лже-Кольцова осознаю чуть больше. Кажется, начинаю управлять и этой частью своего разума. Главное — осознать необходимость определенного действия. И не просто осознать, желательно с посылом и эмоцией. Это становится триггером для подсознания.

Жаль, что умение не всегда полезное — я элементарно не знаю, что именно упаковано в тот архив. Рассчитывать на то, что в любой момент вынырнет какой-то нужный мне навык и будет безоговорочно помогать — бессмысленно и опасно. Рассчитывать исключительно на наследие не стоит. Но сейчас получается очень интересно и вовремя: обнаруживаю, что могу прочитать страницу книги за десять-пятнадцать секунд и полностью запомнить её. Не осознать, мотнуть головой и половину забыть, а именно запомнить: буквально отложив образы в специальную комнату в голове. И, похоже, пятнадцать секунд — не окончательное время. Скорее всего, чем дольше читаю, тем меньше будет уходить времени.

Прикидываю: на книгу уйдёт около четырёх-пяти часов моего времени, потом отдохну и на обед.

И тут высвечивается ещё одна часть наследия. В ту же самую секунду раскладываю все свои ощущения по полочкам. С одной стороны те, которые могу контролировать, с другой — те, которые можно отложить на потом, поскольку они мешают основной задаче. Похоже, получаю в своё распоряжение ещё один потрясающий навык концентрации. Почему-то раньше у меня так не получалось. Что-то похожее чувствовал внутри ритуального круга целителя, но не в других местах. Теперь же всё происходит на тропах и без эликсиров Пилюлькина и без техники Юрия Олеговича. Прямо сейчас навык всплывает естественно, словно работал с ним постоянно и долгое время.

И это раздражает больше всего — невозможность отслеживать и прогнозировать распаковку архива. Казалось бы, разница небольшая: в каких-то ситуациях нужны определенные навыки, и тогда они появлялись как раз вовремя. Сегодня мне просто захотелось быстро обработать огромное количество текста. Но, по сути, именно эта разница и провоцирует распаковку. Хотя бы теперь примерно предполагаю, что происходит.

Пространственное кольцо тоже ведет себя немного странно. Я ведь в первый раз активно использую его тут, в междумирье. Само кольцо при этом никак не меняется. Всё продолжает работать ровно так, как и должно. А вот пространство кармана, по ощущениям, становится более подвижным. Есть догадка, что если очень захотеть, можно раздвинуть стенки этого резервуара, будто они не совсем реальные. Ладно, это всё точно не сейчас. Рисковать дорогой игрушкой можно только на грани безысходности, либо когда игрушка потеряет свою ценность или уйдёт на замену. Пока такие эксперименты проводить не буду. Но — запомню.

Концентрируюсь на второй книге. Она написана не менее особенным языком, чем первая — словно оба автора соревновались друг с другом, кто из них напишет наиболее скучный заумный учебник. Возможно, дело в том, что сама тема мне не очень интересна. То, что описывается в обеих книгах бюрократическим языком, я уже давно отработал на практике и встроил в работу с глифами. Детали — как встать, куда смотреть, что почувствовать, на что не обращать внимание — прямо скажем, сейчас не так важны. Некоторые глифы доведены до автоматизма, и тут сложно найти для себя что-нибудь принципиально новое.

И даже если в этом томе получится найти что-нибудь интересное для расширения возможностей, то можно спокойно скорректировать рабочую схему. Но откуда здесь взяться таким тонким настройкам? Книга-то для первого курса.

Пролистываю страницу за страницей. Если бы рядом стояли наблюдатели — им бы наверняка показалось, что я просто неторопливо листаю книгу в поисках картинок. Хотя стоит отдать должное, картинки во втором томе всё-таки есть, но всё-таки больше концентрируюсь на тексте и запоминаю его почти дословно — даже лучше, чем первую книгу.

Спустя примерно два-три часа чтения, книга в общем и целом заканчивается. Просматриваю еще на раз — так, на всякий случай, но по-прежнему без особого интереса. Сам для себя понимаю, что лучше сделать, чем не сделать. Вдруг упущу что-нибудь важное, и лучше перепроверить.

Задумчиво убираю учебник в пространство кольца. И почти сразу обнаруживаю себя за поеданием шоколадной плитки с ягодами из офицерского пайка. Не то чтобы не контролирую себя в этот момент — скорее, даю телу возможность действовать автоматически. Наверное, иногда так правильно. Просто сейчас автоматизм зашёл немного дальше.

От шоколадной плитки насыщения пока не чувствую — может, придёт чуть позже. Желудок упорно подсказывает, что теперь можно идти на обед.

Что ж — сказано, сделано. Мне собраться — только встать и подпоясаться. Поднимаюсь с воздушного кресла, отменяю глифы и разрываю вязь лагеря.

Закрываю глаза и… не делаю шаг.

Неожиданно понимаю, что Академия, которая обычно была от меня в одном шаге, остаётся на месте, вот только путь к ней резко удлиняется. Не могу сделать свой привычный шаг. Словно за эти пару часов, что я здесь провёл, изменился ландшафт или меня отнесло куда-то далеко. Сложно сказать.

Перепроверяю. Академия не сдвинулась — как была в шаге от меня, так и остаётся. Ощущение позитивного хаоса тоже не пропадает. Он всё так же дует в спину туда, куда собираюсь идти. А вот взвывшее чувство неприятностей физически не даёт мне сделать шаг в сторону Академии.

Если взять аналогию: кажется, будто я плавал на плоту рядом с берегом, отвлёкся на пару часов — а плот унесло течением в открытый океан. И теперь нужно хорошенько постараться, чтобы течение снова помогло причалить к тому же берегу,

Неприятно осознавать, что пространство междумирья настолько неравномерно. С другой стороны, я с этим уже сталкивался, и это для меня не новость. Раз чувство неприятностей подсказывает заменять короткий путь, значит, буду заменять. Своим внутренним ощущениям доверяю намного больше, хотя, так-то, если разобраться, они тоже не совсем мои.

Иду по тропе.

Достаю из пространственного кармана револьвер, проверяю патроны, вбрасываю его в кобуру. На всякий случай достаю спидлоадер. Ощущения вряд ли обманывают. Длинная дорога до Академии, конечно, безопаснее, чем тот шаг, который не получается сделать, но не полностью. Чувство направления не пускает меня напрямую в объятия опасности, но назвать длинную дорогу безоблачной и чудесной тоже не могу. Словно безопасных мест здесь теперь нет.

Чувствую на себе пронзительный взгляд: будто кто-то намеренно ищет меня. Где-то на грани чувствительности. Почти улавливаю. Он ищет меня, а я ищу путь.

Ничего так сходил почитать.

До этого момента с нерешаемыми проблемами в междумирье ещё не сталкивался. Пока что просто иду по тропе и заранее готовлюсь к неприятностям. Не совсем понимаю, куда ведёт новая дорога — хотя по отношению к своим якорям могу прикинуть. В междумирье нет как таковых направлений, есть только моё представление о них. И мои якоря могут помочь только мне самому.

Жители этих мест вряд ли пользуются той же самой картинкой, что и я. Понимаю одно: ожидать появления опасности можно откуда угодно — хоть снизу, хоть сверху. И это ожидание неприятностей усиливается с каждым новым шагом.

— Знаешь, это просто невежливо, — слышу голос за спиной.

Останавливаюсь. Выдыхаю. Ну вот — началось.

Ничего подобного даже близко не предполагал. Монстры — да. Логово очередных паутинников — тоже. Но это… Медленно оборачиваюсь.

Недалеко от меня стоит знакомая девица. Постукивает по сфере защиты. Языки тумана облизывают её тело, как второй костюм. Создается впечатление, будто девчонка стоит внутри белого огня.

Мгновенно вспоминаю, откуда я её знаю: внешний вид совершенно не изменился — будто не прошло этих недель. Разве что глаза стали сильно зелеными и светящимися. Красота девицы из-за этого стала еще более хищной.

Передо мной та самая девушка-некромант, которая на пару с менталистом развалили «Сарай».

— Ты же вроде в портал упала, — вступаю в диалог.

— Может, и упала, — пожимает плечами некромантка. Делает шаг назад — и туман полностью её поглощает.

— Так и я вроде упал… — слышу мужской голос с другой стороны.

Оборачиваюсь. Неподалеку стоит тот самый высокий парень с серьгой в ухе. И тоже аккуратно, плавными змеиными движениями проверяет мой щит на прочность. Без давления, словно просто ищет пальцами изъян.

И вроде бы передо мной знакомые люди, не агрессивные. Но что-то мне в них не нравится — что именно понять пока не получается.

Аккуратно достаю револьвер, чтобы никого не спугнуть. Парень холодно и совершенно без интереса наблюдает за движением моей руки. Как только касаюсь рукоятки, он делает шаг назад — туман поглощает его так же мгновенно как и девчонку.

Взвешиваю ощущения.

Стрелять или нет? По какой-то причине уверен, что выстрел навряд ли достигнет цели. Пока откладываю идею в сторону. Держу револьвер наготове.

Делаю шаг вперёд. Потом ещё один. Туман плавно расступается перед сферой щита, но идти всё так же легко. Делаю привычные шаги, как и раньше. Так же постепенно приближаюсь к нужной точке. Будто возвращаю прежнюю траекторию. Вроде ничего толком не поменялось, но я всё так же напряжён и осторожен.

— Слушай, может, поговорим, как старые знакомые? — раздаётся голос сзади. И этот голос не принадлежит некромантке или её напарнику.

Смотрю, не скрывая удивления. Передо мной стоит Игорь. Тот самый студент, который чуть ли не полностью потерял память. По словам Пилюлькина, его учили заново держать ложку.

— А вот здесь вы ошиблись, — с удовольствием произношу и вскидываю револьвер.

Но Игорь быстро делает шаг назад — и тоже исчезает.

— Хорошо, пусть так, — говорю себе под нос.

Похоже, это не совсем настоящие люди. Но что их объединяет? Не убирая револьвер в кобуру, продолжаю посматривать по сторонам. Понимаю: ко мне в голову давно пытается пробиться мысль — не моя, а очень знакомого существа.

На секунду останавливаюсь и тянусь навстречу своему фамильяру. В ответ меня захлёстывает волной чужой паники.

«Отставить панику. Что случилось? Спокойнее, пожалуйста». — Передаю мысль Икорю.

Ощущения бесёнка уже улавливал неоднократно. Знаю, что он меня слышит, поэтому стараюсь передать мысль как можно точнее. Меньше слов, больше смысла. Очищаю сообщение от всего лишнего. Идея, судя по всему, срабатывает. Паника по-прежнему шарашит — бесёнок не успокаивается полностью, но сейчас хотя бы старается взять себя в лапы. Будто хочет передать мне что-то важное

«Ладно. Покажи, что тебя напугало», — снова формирую короткий посыл и стараюсь чуть ли не по слогам вложить в голову бесёнку. Фон беспокойства зашкаливает.

Чувствую, как Икорь делает над собой очередное усилие и почти приходит в себя. Ужас и страх всё ещё остаются, но теперь монстрик показывает и посылает мысленную картинку, где он героически стоит со своим новым трезубцем рядом со мной.

Забавный. По крайней мере, уже выходит на местами осознанный диалог. Транслирует изображения и пытается предлагать решение пока непонятной для меня ситуации.

«Нет, не надо, — говорю ему, примерно понимая его предложение. — Прямо сейчас я всё хорошо контролирую. Чего ты боишься? — Молчание. — Расскажи, что тебя так напугало?» — повторяю вопрос ещё раз.

Бесёнок будто выдыхает и собирается с мыслями. Ощущаю, как он изо всех сил старается сосредоточиться. Очень хорошо чувствую чуть ли ни каждое изменение в его восприятии. Икорь замирает и выдаёт мне своё видение.

То, что он пытается мне транслировать, воспринимаю не сразу. Я-то тропу воспринимаю несколько по-другому. Передо мной расстилается белёсый светящийся туман, сквозь который почти ничего не видно. Но при этом мне очень комфортно и светло. Вижу тропу, вижу куда иду. Если расширю сферу защиты, буду видеть пространство еще лучше. Вижу, кто и откуда на меня нападает.

Тропа же в видении Икоря — совсем другая. Восприятие бесёнка сильно отличается от моего. Монстрик видит тропу и проход между мирами с другого ракурса. А ведь я и раньше догадывался, что существа, живущие между мирами, должны воспринимать это пространство по-другому. Так и оказалось.

Междумирье Икоря — чёрно-красное, с плотными течениями, где одно переходит в другое. Огромными тяжёлые волны накатывают и отступают. Картинка монстрика больше напоминает океан, нежели тропу. Хотя когда Икорь оказывается на изнанке вместе со мной, он прекрасно пользуется моим сознанием и ярко передаёт свои ощущения. И это тоже говорит о хорошей адаптивности существ.

Бесёнок сбрасывает мне очередной образ: огромное чёрно-красное пятно. Это основа. В середине, в самой глубине, вижу яркую, практически золотую звезду. Удивляюсь.

«Это я⁈» — задаю вопрос.

Тут же приходит эмоция полного согласия. Получается, что с точки зрения Икоря я выделяюсь на фоне всего окружающего — как высоченный яркий столб среди ровного тёмного поля. В представлении монстрика я сияю. Думаю, именно так существа видят практически всех магов. Другое дело, что для бесёнка тумана на тропах вообще не существует: он видит океан-междумирье как хаос волн и течений, а не туман и свет.

Снова включаюсь в видение Икоря. На меня накатывают очень тёмные тяжелые волны. И ладно бы только волны, это полбеды. Волны вижу, но физически почти не чувствую, мне до них в общем-то всё равно. Но вот пространство вокруг меня в чёрно-красном восприятии бесёнка подвижно. Оно шевелится как существо, причем не одно. Но и не целая стая. То, что вижу, больше напоминает кораллы — возможно, это одно существо или…

Их всё-таки много. Пока я гадаю, Икорь кидает эмоции в ответ на мои предположения. Кораллы словно облепили меня и шевелятся совсем близко, стараясь сожрать. Да и чего тут неожиданного? Все существа, встреченные на изнанке всегда стараются убить и съесть — это логично.

Теперь понятно, почему движения парня с серьгой были именно такими. Он двигался плавно и по-змеиному, потому как не человек. Да и девчонка делала тоже самое. И получалось у неё более гибко, чем позволил бы человеческий организм.

Эти вьющиеся кораллы пытаются вскрыть раковину, внутри которой нахожусь. Точно так же парень с девицей прощупывали мою сферу. Забавная аналогия. Но теперь хотя бы понятно, что я ищу.

Сдвигаю курок на револьвере, держу палец на спусковом крючке — чтобы минимизировать время выстрела. Стрелять хочу именно из револьвера, никаких росчерков. Существ, которых показывает мне Икорь, на изнанке никогда не видел и даже не подозревал о их существовании. Нужно попытаться посмотреть, кто это такие. Может просто шевелящийся клубок. А, может, полноценное опасное существо — по картинке очень сложно понять. Моё восприятие сильно отличается от восприятия бесёнка — и это тоже вносит некоторые коррективы.

Видимо, именно поэтому я не мог стрелять по тем образам парня и девчонки — знал, что не попаду. Изнанка дала мне изображение людей, которых знаю, но это лишь иллюзия. Ни один, ни второй не являлись настоящими людьми, оставаясь знакомыми образами. Убить их не получилось бы. Отлично проработанная ментальная атака — так сразу и не догадаешься.

В голове пульсирует главный вопрос — откуда эти существа знают про эти образы? Что их объединяет? И какие еще образы у них есть?

— Может, поговорим? — слышу незнакомый голос.

Рядом со мной, прямо из тумана, появляется незнакомый дядька в костюме.

— А ты кто? — задаю вопрос.

— Я-то? — дядька задумывается. — Человек! — уверенно утверждает.

— Да ты что? Человек. Это звучит гордо, — говорю, не скрывая издевки.

Краем глаза продолжаю посматривать на образ, который во время разговора прилепился к сферической защите. Усмехаюсь. Продолжаю идти по тропе — и чувствую, что двигаюсь именно по той самой дороге, которую изначально себе наметил.

— Вы не представились, — замечаю. — Среди взрослых людей это не принято. Если вы хотите со мной поговорить — тогда будьте добры, представьтесь.

— Ну… пусть будет Пётр, — говорит человек, будто подбирая первое попавшееся имя.

— Нет, Пётр, пулемёт я вам не дам, — произношу с самым серьёзным лицом.

— Что? — не понимает мужик-иллюзия.

— Ничего, ничего, — усмехаюсь. — Это просто одна из шуток, которую только я нахожу смешной. Здесь же на самом деле кроме меня никого нет.

На последнем слове вскидываю револьвер. Пётр тут же делает шаг в туман и исчезает.

— А меня тоже убьёшь? — звучит насмешливый голосок. Слева снова появляется образ некромантки.

— Гдах! — даже не поворачиваюсь. Выстрел гремит в сторону её голоса.

— Обязательно! — произношу. Оборачиваюсь и смотрю на вспыхнувшую золотистыми точками фигуру. Мой резерв незначительно растёт.

Видимо, в образе некромантки ко мне подходило магическое существо. Судя по приросту магии, мелкое. А ничего, приятный бонус.

— Нет, ну я так не играю, — говорит та же девушка и появляется появляется с другой стороны сферы. Образ некромантки обиженно надувает губы, а зелёные глаза смотрят мне прямо в душу.

Убираю револьвер обратно в кобуру.

— О чём ты хочешь поговорить? — спрашиваю и одновременно формирую глиф росчерка внутри сферы. Получить тело для изучения не смогу, а значит — росчерк.

Девица спокойно и легко идёт рядом со мной и ничего не замечает. Постоянно кидает на меня пристальные чуть ли не заигрывающие взгляды.

— Ну же, впусти меня, — просит некромантка. — Посидим, поговорим, как добрые хорошие знакомые. Тебе же наверняка тут одиноко, а мне нужна защита…

Девица не успевает договорить до того, как срывается глиф. Образ тут же рассыпается мелкими звёздочками. Хм. Этот вариант мне нравится намного больше. Даже если глиф практически не напитывать, его хватает, чтобы уничтожить те иллюзии, что появляются рядом. При этом отток магии почти не чувствую. Резерв восполняется почти в том же количестве. А вот с револьвером сложнее: патронов ограниченное количество — да, благодаря пространственному карману их сейчас чуть больше, но тратить направо и налево не тороплюсь. Можно спокойно отгонять иллюзии глифами. Тем более, пока получается.

Но что мне даёт маленький диалог с образом некромантки?

Во-первых, этот монстр точно не умеет в социальное взаимодействие — он его просто не понимает. Во-вторых, у него не получается пролезть сквозь сферическую защиту. Усмехаюсь. А вот не будь у меня сферы, даже при наличии простого щита — я бы, скорее всего, был уже давно съеден. В любом случае, мёртв.

— А почему ты не хочешь меня пустить? — снова слышу голос, но на этот раз мужской. — Ты же знаешь, что здесь опасно? А у тебя очень хорошая защита.

Рядом со сферой появляется парень с серьгой в ухе. Его имя уже успел подзабыть. Вот ещё одно доказательство, что монстр мало того, что не понимает в социальных взаимодействиях — он ещё и не очень умён с человеческой точки зрения. Всё-таки, похоже, передо мной животное, пусть и с развитым способом охоты.

— Почему же не хочу? — задаю вопрос, чтобы задержать внимание иллюзии.

Сам тем временем формирую глиф огня за пределами сферы — поближе к существу. И этот глиф оно, похоже, замечает: сразу отшатывается — и исчезает в тумане.

Ага. Значит, моя сфера каким-то образом прикрывает не только меня самого, но и внутреннее пространство — оно становится не сильно прозрачно для монстров. Интересно.

У сферы появляется мой двойник.

С интересом наблюдаю за самим собой. Кажется, образ списан с меня, но он примерно месячной давности. Парень напротив чуть моложе и заметно худее. Если бы не ментальная дисциплина Кольцова, то, возможно, я бы не заметил этих мелких несоответствий. А так: более узкие плечи, чуть ниже рост. Очевидно, что образ списан с меня в тот момент, когда мы с Игорем с помощью мин провалились в другой мир.

Ага, понятно. Монстр пытается подсовывать мне образы тех людей, которые прошли через портал мины. Значит, существо каким-то образом связано именно с этими вещами. Ещё раз смотрю на своего двойника — образ расплывчатый и поверхностный. Существо цепляет иллюзии некромантки, менталиста с серьгой и Игоря. Последнего, кстати, умудряется показать более узнаваемого и реального. Почти такого, как в жизни, но, опять же, ненадолго.

В мой разум снова пытается пробиться бесёнок. Тянусь разумом ему на встречу. Образ, который приходит от напарника сложно воспринимать напрямую. Но сейчас я обращаю внимание на другое: вижу, как в подсознании монстрика шевелящееся нечто рассыпается искрами. Очень похоже, что два щупальца растворяются в пространстве, оставляя после себя только яркие точки.

Но в сознании бесёнка рассыпается только мелкая составляющая непонятного существа. Вокруг меня вьются сотни подобных, так что проблема не решается. Зато становится понятно, что тварь уязвима.

Из бесёнка выходит неплохой наблюдатель. Тварюшка, которая старается атаковать меня ментально, похоже, не замечает монстрика. В вот он, наоборот, прекрасно её видит и находится где-то рядом. Если понятие «рядом» вообще применимо к междумирью.

Задумываюсь. Моих сил спокойно хватит, чтобы по очереди уничтожить всех этих существ. Судя по тем картинкам, что транслирует Икорь, в совокупности все эти щупальца составляют одно большое существо. Прямо как колония кораллов.

Кое-что мне уже понятно: росчерки и выстрелы либо попадают полностью в организм и тогда уничтожают его, либо монстр успевает отбросить повреждённую часть. Действует по типу ящерицы, только вместо хвоста у него щупальца. Хотя его конечности могут быть чем угодно — тут можно только догадываться.

Ясно одно — мои атаки наводятся именно на организм. Для дальнейшей работы мне нужен хотя бы какой-нибудь образ, пусть и размытый. Тот, за который смогу зацепиться. Просто так шмалять в туман — смысла немного. Может, конечно, задену очередную часть, но этого мало. Надо примерно понять, как выглядит монстр целиком.

«Ты меня видишь?» — спрашиваю бесёнка и получаю конкретную эмоцию. Видит.

Постепенно привыкаю к нашему общению.

' Тогда смотри внимательно', — говорю Икорю и решаю проверить одну мысль.

Формирую росчерки и начинаю обстреливать всё вокруг — без цели, без ритма, без какой-либо читаемой схемы. Проверить все же надо. Икорь молчит, вроде даже наблюдает. По крайней мере, чувствую на себе внимательный взгляд.

Росчерки хаотично вылетают за границу сферы. Ожидаемого прироста магии в резерве не получаю, даже минимального. Что, собственно, и подтверждает та картинка, которую мне сбрасывает бесёнок.

Росчерки насквозь пролетают через огромное черно-красное пятно. Оно шевелится и расслаивается, будто специально пропуская мои атаки. Реакция у существа, конечно, приличная. Чтобы попасть в него, нужно слишком точно высчитать расстояние между щупальцами. Это не выход.

Хм. Расстояние? Вспоминаю ещё одну вещь, которую до сих пор не попробовал. Убираю револьвер обратно в пространственный карман и достаю пистолет.

— Слушай, а давай попробуем договориться? Что скажешь? — Рядом со сферой снова появляется девчонка-некромантка. Она выныривает из тумана и плавными движениями приближается ближе к сфере, в очередной раз прощупывая мою защиту.

— А чего именно ты хочешь? — спрашиваю, аккуратно поднимая руку с оружием.

Девчонка, вроде как, видит, что я делаю, но почему-то не беспокоится. Видимо, мои последние атаки её совсем не впечатлили. Что ж, это к лучшему.

— Как чего? — Некромантка слишком наигранно вскидывает брови. — Ты поможешь нам пройти в свой мир, а мы тебе — силу, власть и всё, что захочешь. — Завлекающе улыбается и продолжает шарить пальцами по сфере.

— Да ты что? — отвечаю ей тем же. — Прямо всё, что захочу?

— Вообще всё, — с придыханием говорит девчонка. — Мы можем очень многое.

А вот это интересно. Похоже на проявление более высоких когнитивных способностей… либо просто транслирует предложение кого-то третьего. Есть монстр, есть образ девчонки, а есть тот, кто пытается подвести меня к «выгодному» предложению. Сложно, конечно, с этими ментально активными тварями.

— Я подумаю, — отвечаю некромантке.

Выстрел из пистолета обрывает наш диалог. Пуля в мгновение разрывает образ. Только сейчас он не рассыпается искрами, а полноценно взрывается. Этот удар получается более неприятным для твари, чем все мои предыдущие попытки. Туман вокруг бесится и набирает скорость. Чувствую резкий прилив магии. Кажется, ментального монстра задевает очень даже неплохо. Не останавливаюсь, продолжаю стрелять в разные стороны — туда, где вижу движение. И это приносит результат.

Туманные разрывы вокруг становятся всё гуще, будто рвётся сама ткань пространства. Хотя этого точно не может быть — я бы сразу почувствовал.

Тонкий всепоглощающий вой на грани слышимости пытается захватить мой разум. Сопротивляюсь. Каждые десять секунд напор ослабевает.

В мой разум снова стучится бесёнок — теперь от его паники не остаётся и следа. Зажмуриваю глаза и вижу картинку: Икорь радостно подпрыгивает на месте и машет лапами в сторону монстра.

Мысленно тянусь к Икорю, чтобы выйти на своеобразный диалог.

«Покажи», — отправляю запрос.

Почти сразу получаю от бесёнка картинку. Существа разрываются одно за другим: только теперь не золотистыми искрами, а огромными черно-красными кляксами. Каждый взрыв задевает не только то существо, в которое попала пуля, но и соседних. Они тоже взрываются. Создается ощущение, что сам монстр детонирует после первого выстрела — и на нём можно было бы закончить. Но нет — остальные выстрелы только добавляют веселья.

Икорь тоже, судя по эмоции, удивлён масштабом.

Второй выстрел усиливает детонацию. Практически в прямом эфире, благодаря сознанию бесёнка, смотрю, как и что происходит. Со стороны Икоря всё это выглядит куда страшнее.

С моей же стороны ничего страшного не происходит. Открываю глаза и наблюдаю всплески тумана. Он волнуется плотным потоком, и волна за волной накатывает на защитную сферу. Повсюду звучат удары, напоминающие звук хлыста. Иногда вижу, как части монстра прижимаются к защите — и тут же исчезают. Вокруг царит настоящий хаос.

— Ты пожалеешь! — Снова слышу голос.

Оборачиваюсь. За моей спиной, прижавшись всем телом к защитной сфере, стоит девушка-некромантка. Она, не отрываясь, сверлит меня зелёными глазами. Рядом появляется парень с серьгой в ухе. Чуть в стороне еще один образ — незнакомый дядька в костюме.

— Пожалеешь! — хором выкрикивают фигуры. Их голоса сплетаются в один плотный гул.

— Конечно, — соглашаюсь с ними и стреляю примерно посередине.

Еще одна ожидаемая серия взрывов. Туман вокруг замирает.

— И-и-и! — Из тумана с громким писком вываливается бесенок. Рядом трое его подручных. Все появляются с разных сторон. Похоже, Икорь их тоже заставлял наблюдать за монстром. Теперь понятно, почему картинка каждый раз была немного разная.

Икорь воинственно трясет своим золотистым трезубцем из энергии, словно исполняет танец победителя. Трое его подчиненных тоже восхищенно верещат.

— И это все? — удивляюсь. — Мы победили?

Удивляюсь на самом деле сильно, потому что никакого резкого огромного скачка магии после череды выстрелов не почувствовал. По идее, должен. Но вместо этого много мелких скачков — на этом все. Как будто главную цель — центр монстра, я так и не задел.

Икорь утвердительно кивает и бросает мне образ. Ну, конечно, действительно не задел.

Огромное существо не умирает: просто теряет примерно восемьдесят процентов своих щупалец и отползает подальше от меня. Создается ощущение, что монстр отбрасывает все раненые конечности и ныряет в другие глубинные слои междумирья.

— Никто другой не придет на его место? — спрашиваю бесёнка, но тот бешено мотает головой из стороны в сторону. Мол, не придет, эта штука настолько страшная, что надолго распугала всех вокруг.

— Хорошо, значит, самый страшный монстр на тропах междумирья по-прежнему я, — усмехаюсь.

— И-и-и, — бесенок кивает и со всей серьезностью соглашается. Мол, так и есть.

— Ладно, вы как хотите, а мне еще надо в библиотеку. — Повседневная фраза звучит немного безумно во всем этом антураже.

Делаю шаг вперед и понимаю, что тропа значительно сократилась и никакой опасности дальше нет. Словно могу сделать всего три-четыре шага и попасть в Академию. Что ж, значит, идём этим путём. Зачем нарезать круги, если открылась новая дорога: гораздо короче и безопаснее?

Прохожу три шага. Всё это время бесенята радостно прыгают вокруг меня.

— Ну все, остался всего за шаг до Академии, — сообщаю Икорю. Остальные монстрики внимательно прислушиваются. — Мы сейчас выйдем на крышу, и вам там будет неуютно. Поэтому успокаиваемся. Я вас позову, как только отправимся чистить порталы.

Монстрик толкает мне воспоминания зеленоватого прорыва.

— Да, да, ты правильно понял, — отвечаю ему. — Именно их.

Икорь радостно подпрыгивает и уводит за собой бесенят, а я делаю последний шаг — прямиком в Академию.

Монстры пропадают с моего пути я это прекрасно чувствую. Куда не посмотри, вокруг опять плотный туман. Снова непонятно, куда идти.

Резко расширяю сферу щита, и хмарь расступается. Наконец могу хоть как-то ориентироваться в пространстве. Еще несколько шагов — и передо мной возникает красная дверь.

Захожу внутрь Академии и спускаюсь вниз.

Генрих Олегович с легким удивлением смотрит мне вслед: он еще не успевает отойти от кабинета, а я уже возвращаюсь обратно. Для него прошло не больше пары-тройки минут. Этого времени обычно хватает, чтобы подняться на этаж и спуститься обратно.

— Забыл что-то? — спрашивает директор.

— Да, хотел зайти в библиотеку — отвечаю. — Нужно вернуть книги. Говорят, там с этим очень серьезно.

— Это правда, — соглашается со мной Генрих Олегович. — Дорогу, значит, знаешь?

— Конечно, — киваю. — Я там был уже раза два.

— Целых два раза! — усмехается директор. — Это прям достижение на твоем курсе. Ну, ладно, в таком случае не буду отвлекать, а то вдруг третий раз не дойдешь.

Смеюсь и спускаюсь в библиотеку. Все же приключения приключениями, а книги отдать так и так надо. Сразу же подхожу к стойке на входе и вытаскиваю оба учебника из пространственного кармана. Сдаю их девчонке хранительнице. Та очень тщательно проверяет каждую книгу на предмет заломов, лишней грязи и оценивает общее состояние. Перелистывает буквально каждую страничку. Отношусь с пониманием и терпеливо жду: как бы то ни было, за десять минут она точно управится. Кроме меня здесь все равно никого нет.

Без лишних разговоров и уточнений дожидаюсь окончания проверки — в любом случае, оба тома целые.

— Всё в порядке, я их забираю, — говорит библиотекарь, перелистывая последнюю страницу и осматривая корешок.

— Благодарю, — киваю. — В следующий раз смогу получить книги? — уточняю.

— Эти же? — без удивления спрашивает библиотекарь. Ну да, объём тут точно больше, чем на два дня безудержного чтения, и девушка наверняка привыкла к тому, что студенты по несколько раз мусолят одну и ту же литературу.

— Нет, — отвечаю. — С этими уже всё понятно. Хочу чуть позже взять другие, тоже по базовой программе нужно.

— Конечно, молодой человек, заходите, мы всегда будем рады, — услужливо отвечает девушка.

Выхожу из библиотеки с несколько неоднозначным впечатлением. Очень забавный у меня получился выход, где я планировал просто «почитать». Зато столько озарений за небольшой промежуток времени. Тоже дорогого стоит. И эти озарения, кстати, неплохо меня меняют. Даже если взять новый способ запоминания информации — уже потрясающее дополнение и очень нужный навык. Раньше так не умел. Что-то похожее уже делал, но не настолько чётко и детально. Если и дальше получится просматривать нужную мне литературу по такой схеме, изучение материала будет занимать минимум времени. Можно будет нагнать любое пропущенное занятие, а в реальном мире это займет не больше двух минут — подняться на этаж, и спуститься.

Да и сам контакт с тем странным существом в междумирье даёт пару нужных ответов, но при этом появляются новые вопросы. И вот что интересно: одно из предположений меня абсолютно не радует. Важным тут является один момент. Сколько порталов было открыто за последнее время с помощью зеленоватой энергии? Два, три или больше? Кстати, нужно уточнить.

— Юрий Олегович, — вызываю имперского мага по информеру.

— Орлов? — удивляется он. — Ты же вроде ещё отдыхаешь? Как и договорились, часто тебя не трогаю.

— Да, спасибо, Юрий Олегович, — отвечаю. — Я к вам с вопросом. Не подскажете сколько было полноценных прорывов? Если это не является большим секретом, — добавляю.

— Что ты имеешь ввиду под словом «полноценных»? — уточняет маг с ноткой скепсиса в голосе.

— С разрывами пространства и волнами монстров, — объясняю. — В общем, мне нужно знать, сколько всего было успешных прорывов, инициированных некромантами? Желательно перечислить все случаи, в которых вы подозреваете их участие.

— О как, — тянет Юрий Олегович. — А тебе-то всё это зачем?

— Есть у меня некоторые соображения, — расплывчато отвечаю. — Обязательно вам расскажу при следующей встрече. Прямо скажу, соображения не самые приятные.

— Можешь и сейчас рассказать — только найди место потише, — просит имперский маг.

— Юрий Олегович, прямо сейчас не могу: иду на обед, — уточняю. — Да и лучше обсуждать подобные вещи не на ходу.

— Значит информация не такая срочная, немного подождет, — с едва заметным напряжением в голосе констатирует маг. Слышу рядом с ним резкие громкие звуки: крики и взрывы. Маг отвлекается буквально на пару секунд и снова возвращается к нашему разговору. — Где-то через четверть часа буду свободен. Час тебе на обед точно хватит. Давай тогда наберёшь меня через пару часов — и спокойно поговорим на эту тему.

Снова повисает пауза — на этот раз чуть дольше предыдущей. Завершает её громкий взрыв.

— Да, без проблем, — соглашаюсь, когда слышу, что имперский маг снова у информера.

— Не говорю тебе нет, так как ты связан с открытием и закрытием этих порталов, — поясняет Юрий Олегович. — Если информация тебе действительно так нужна, ты её получишь. Но ты должен хорошенько понимать: всё это под большим секретом. Если про наш разговор прознают журналисты — последствий будет не разгрести.

— Понял, Юрий Олегович, — отвечаю. — Наберу вас через два часа.

— Договорились, студент, набирай, — прощается имперский маг и отключается под очередную волну криков.

Похоже, брат директора не прохлаждается ни одной свободной минуты. Постоянно чем-то занят. Благо, меня и правда никто не привлекает чаще обещанного. Могу хоть немного позаниматься своими делами.

— Ларик, — звучит Олесин голос в общей сети. — Ты идёшь обедать?

— Конечно, — отвечаю. — Ты уже готова? За тобой зайти?

— Уже выхожу, — сообщает девчонка.

Меняю траекторию и направляюсь к комнатам. Успеваю как раз вовремя — Олеся закрывает дверь своей каморки.

— Снова привет, — говорю ей и улыбаюсь.

— И тебе! Ты как-то по-другому выглядишь, — оглядывает меня Олеся.

— Что именно изменилось? — удивляюсь.

— Не знаю, — отвечает девчонка, продолжая осматривать меня пристальным взглядом. Потом слегка принюхивается. — От тебя пахнет порохом. Ты ходил стрелять?

— Не совсем, — смущаюсь. Это я как раз не предусмотрел. Надо было зайти в душ сразу после выхода. — Так получилось.

И как ей объяснить, где именно «так получилось»?

— Интересный ты человек, Ларик, — удивляется Олеся. — Тебя не было всего четверть часа, а вид такой, будто сутки вёл бой.

— И сильно заметно? — уточняю.

Девчонка отходит на пару шагов назад и осматривает меня с ног до головы, будто прикидывает.

— А ведь ты не отрицаешь… Нет, не очень заметно, если близко тебя не знать… — тянет Олеся, приглядываясь. — Но, учти, Аглая, например, точно заметит. Разошлись же всего полчаса назад… — прерывается и убирает у меня из волос какой-то мусор. — Даже не буду спрашивать, что это такое.

— И правильно сделаешь, — улыбаюсь.

— Так, Ларик, — тут же принимает решение девчонка. — Давай дуй к себе и меняй накидку на другую академическую. Умойся хорошенько и выходи. Лучше сбить запах, иначе придется отвечать на гору вопросов. Поверь, Аглая тебе их обеспечит. Ты ведь этого не очень хочешь?

— Хорошая идея, — соглашаюсь. — Да и ты неплохо меня знаешь, спасибо. Сейчас всё сделаю, — благодарю за помощь и за отсутствие лишних распросов.

Быстрым шагом направляюсь в свою комнату. Переодеваться немного неудобно — слишком привык к боевой накидке Академии, она прекрасно дополняет кожаный костюм. Но Олеся в данном случае права как никогда. Если она заметила усталость и учуяла запах пороха — менталистка от меня не отстанет, пока я не выложу ей всё, что она захочет слышать. Придумывать небылицы не стоит, поэтому лучшее решение — не вызывать подозрений хотя бы внутри своей группы.

Переодеваюсь и буквально пару минут провожу в ванной. После душа чувствую себя почти новым человеком. Снова удобно. С новыми силами хоть прямо сейчас готов сходить «почитать» еще раз.

Ещё раз оцениваю удобство пространственного кольца. Теперь после ванной и переодеваний мне не нужно заново собирать весь свой арсенал — всё нужное при мне, даже когда сплю. И всё-таки хорошую штуку нашёл — пока нахожу одни плюсы.

Одеваюсь и выхожу в коридор.

— А говорят, что девчонки долго собираются, — шутливо фыркает Олеся.

— Я всего пять минут, не больше, — смеюсь. — Ещё раз спасибо, теперь чувствую себя намного лучше.

— К тому же замечательно выглядишь, — замечает девчонка и подходит ближе. — Погоди, Ларик, у тебя в комнате есть душ?

— Даже больше, — отвечаю, пожимая плечами. — Целая ванная комната.

— А я всё никак не найду времени расширить свою, — вздыхает Олеся. — Всё, на что хватило времени и сил — маленькое зеркало. На этом пока остановилась.

— Я бы предложил свою помощь, — говорю, но ловлю серьезный взгляд девчонки.

— Суть в том, чтобы мы научились сами, — поясняет она. — Ты же не будешь всю жизнь расширять за меня пространство. Надо тренироваться самой.

— Но если что, обращайся, — отвечаю. — Предостерегу тебя от ошибок интерьера. У меня ванная получилась не с первого раза. Сначала половину занимала стена, пользоваться ей было невыносимо.

— Да, понимаю, — смеётся Олеся. — Я начинала строить ещё одну комнату, но столкнулась с чем-то похожим и бросила. И всё равно немного тебе завидую.

— Ты слишком пристально меня рассматриваешь, — снова ловлю серьезный взгляд.

— Точнее, твои царапины на щеке — но это не страшно, — оглядывает меня девчонка. — Мало ли, где мог пораниться. К тому же, они вроде поджившие, — с лёгким сомнением смотрит на меня. Фактически ей нужен всего один шаг, чтобы узнать мой секрет. Но этого шага она не делает нарочно. Что ж, такое я ценю.

— Ладно, пойдём, — зову девчонку.

— После лекций и практической работы хочется есть больше обычного, — замечает она.

Практическая работа, точно… Ну и ну. Словно занятие было не сегодня утром, а вчера.

Доходим до столовой. Ещё издалека замечаю, что вся наша группа уже собралась за столом. Мы немного задержались, но зато пропустили самый пик очереди на раздаче. Порции ещё остаются, а студентов уже намного меньше. Набираем еды и присаживаемся за стол.

— Орлов, что с тобой? — с подозрением спрашивает Аглая.

Олеся кидает на меня взгляд — мол, вот, о чем я тебе и говорила.

— Да вроде обычный, как всегда, — отмахиваюсь.

Сам понимаю, что мои согруппники впервые видят меня сразу после относительно длительного похода в междумирье. Не на следующий день, как это обычно случалось, когда подобные моменты успевают сгладиться. Похоже, я откровенно палюсь.

Мы только приступаем к еде, а ребята уже почти доели. Всё-таки мы прилично задержались, а не как мне казалось. Кажется, время в междумирье немного меня расслабляет, и я в принципе перестаю куда-либо торопиться и тщательно следить за временем.

— Нет, — тянет Аглая, отвлекая меня от мыслей. — В тебе точно что-то изменилось… — Щёлкает пальцами.

— И что же? — усмехаюсь. С менталисткой так просто с темы не съедешь. Прекрасно понимаю, но не напрягаюсь. Вряд ли она догадается, в чем дело. Но Олеся права — вопросов будет ого-го сколько.

— Не могу сказать конкретно, — отвечает Аглая. — Что-то неуловимое… но очень важное.

Менталистка улыбается — и с победным видом смотрит на Олесю.

— Ты тоже заметила? — догадывается Аглая.

Олеся только вопросительно поднимает брови и пожимает плечами, будто не понимает, о чем речь. Ну, а что тут еще скажешь? Благо, остальные ребята увлеченно обсуждают недавнюю практику и вообще не смотрят в нашу сторону. Все, кроме Марка. Парень молча слушает наш разговор. Так странно, он как обычно совсем немногословен — почти как тень, но всегда в курсе всех дел. Его вроде не видно и не слышно, но при этом нужный член команды.

— Вот, — не удержавшись, шепотом произносит Олеся. — Я же тебе говорила.

— Ну, что уж теперь поделать, — пожимаю плечами. — Как есть.

Аглая слышит последнюю фразу, и тут же расплывается в еще более широкой улыбке.

— Да нет, не может быть! — произносит она. — Вы бы не успели! Вас не было всего двадцать минут! — девчонка толсто намекает на тонкие обстоятельства. Указывает пальцем то на меня, то на Олесю — и снова на меня.

Олеся непонимающе приподнимает брови — и вдруг до неё доходит, о чем речь. Щеки девчонки вспыхивают.

— Нет! — резко отрицает она. — Ничего не было! Между нами ничего. Не было. — В голосе слышится смущение вперемешку с обидой. Решаю ничего не добавлять, чтобы не раздувать тему еще больше.

— Ладно-ладно, извини, — усмехается Аглая и тут же отворачивается к группе, но продолжает победно улыбаться.

Олеся вцепляется в мою руку под столом. Ребята заканчивают обсуждать прошедшее занятие и все внимание снова достается нам.

— Как у вас дела? — спрашивает Марина. — Какие планы на вечер?

То ли Марина с Максом менее наблюдательные, то ли им просто всё равно, какой у меня внешний вид. Ребята даже близко не подают виду, что заметили изменения. Кажется, несоответствия могла заметить только Аглая. Жаль, что мы сразу наткнулись именно на неё.

И вроде бы мои отлучки уже не такой большой секрет, но рассказывать о походах на изнанку пока не тороплюсь. Всему своё время.

В какой-то момент рассматриваю идею взять с собой на изнанку всю свою группу, но с лёгкой грустью отказываюсь от этой мысли. Меня-то ментальные твари не могут захватить за счёт пелены, а рисковать ребятами ни в коем случае не хочется. Сегодня, например, ситуация чуть не вышла из-под контроля — сперва иллюзии меня убедили в своей оригинальности. Хорошо, что ненадолго. Да и вряд ли бы я отнесся без подозрений к чему угодно встреченному на тропах. Это для монстров там родной дом, но не для нас. Пара-тройка человек со всей империи могут там гулять. Монстры этого понять не могут, и слава богам. Существо пыталось затронуть моё сознание, но не смогло — пошло обходным путем. А вот про ребят такого не скажешь. Тащить их на изнанку пока что рано. Если пойдем все вместе, сожрут всех. Следить за сохранностью щита и каждого из команды намного тяжелее, чем нести ответственность только за себя. Да и удар изнутри купировать очень непросто.

Ментальные атаки на изнанке встречаются даже у мелких тварей вроде бесов. Риски слишком большие. Откладываю идею на дальнюю полку — на будущее. Да и по-хорошему, в команде при выходе в междумирье точно должен быть менталист. Это Юрию Олеговичу повезло, менталист у него приписан сразу. А вот нам такие выходы точно выйдут боком. Хотя… с учетом костяной плашки-якоря уже появляются варианты.

— Так что планируете на вечер? — снова спрашивает Марина, когда за столом возникает небольшая заминка.

— Мы пойдём гулять, — быстрее меня отвечает Олеся. И, кажется, понимаю, зачем она так делает — чтобы не дать Аглае возможность продолжить допрос. Идея хорошая — пусть пройдет немного времени, вдруг, менталистка переключится на какую-то более интересную для неё тему. Но галочку по поводу меня она себе поставила — это факт.

— Мне нужно поговорить с Юрием Олеговичем, — говорю чуть тише, чтобы слышала только Олеся. — Так что предлагаю пойти в сад целителей. Немного прийти в себя точно не помешает.

— Ммм… — довольно произносит Аглая. — Пока Орлов ходит по свиданиям, предлагаю всем остальным потренироваться на полигоне. По поводу места можно не переживать, я вчера вечером спрашивала — всё свободно.

— А мы возьмём кофе и пойдем смотреть на рыбок, — обращается ко мне Олеся и выглядит уже не такой смущенной.

— Ну да, — парирует менталистка. — Вам же можно сдавать все зачеты без подготовки. Хорошо, когда есть правильные знакомства…

— Или нужные знания, — отвечает на выпад Олеся, но я сжимаю её руку под столом, чтобы она не отвечала на провокации Аглаи. Менталистка постоянно всех прощупывает в грубой форме.

Заканчиваем обед и выходим вместе с Олесей на улицу. Направляемся в сторону посёлка. Захожу в лавку и беру два кофе. Под легкую беседу доходим до сада целителей. После обеда тут пока что никого нет — сад совсем пустой.

— Не могу поверить, ни одного человека, — удивляюсь.

— Я уже несколько раз приходила сюда в это время, — говорит Олеся. — А вот вечером настоящий аншлаг. Тебе нужно было связаться с имперским магом?

— Да, — киваю. — Давай, пока здесь никого нет, ты пойдешь к пруду, а я поговорю с Юрием Олеговичем? Хорошо? — Отдаю девушке стаканы.

Олеся соглашается и отходит в беседку. Сразу вызываю имперского мага.

— Юрий Олегович, вам удобно говорить? — уточняю.

— Да, студент, я уже освободился. — Пауза. — Что на этот раз будешь врать?

— Зачем врать? — удивляюсь. — Я звоню поделиться идеей. У меня всего лишь есть подозрение, что смысл прорыва — не в охоте монстров на людей, не в их побеге из мира и не в атаке как таковой.

— Так. Продолжай, Орлов. — Имперский маг внимательно слушает.

— Смысл прорыва — перенести в наш мир ментально активных существ, — озвучиваю предположение. — И как раз с этим у меня проблема. Я не могу этого доказать — точнее, не знаю как это сделать. Но вы же сами видели: когда мы выходили к любому из порталов, монстры стояли под контролем.

— Да, Орлов, видел, — подтверждает маг.

— Поэтому у меня появилось подозрение, что маленькие отряды монстров не могут перенести это существо, — продолжаю. — А само оно не может переместиться незаметно. Возможно, существуют ещё какие-то ограничения, о которых мы не знаем. Но проблема в том, что большой отряд с большой вероятностью сможет перенести контролёра к нам в мир.

— И на основании чего ты сделал такие выводы? — интересуется имперский маг.

Юрий Олегович не торопится рассказывать про прорывы. Да, определенную информацию он периодически даёт, но не более того. Им движет не только секретность и боязнь, что журналисты пронюхают то, о чем им не нужно знать. Имперский маг осторожничает по своим внутренним соображениям. Но меня слушает с явным интересом.

— Сейчас объясню, — хочу попробовать совершить обмен информацией. — Я уверен, что Кольцов уже не был человеком. — Приоткрываю немного неочевидный момент. — То существо, которое представлялось имперским следователем Кольцовым, на самом деле таковым не являлось. Да, тело осталось его, он разговаривал и жил так, как Кольцов, но разумом владел кто-то другой.

— Тело мы нашли, — подтверждает Юрий Олегович. — И оно было далеко не первой свежести. — О чём я, кстати, тоже догадывался благодаря запаху и виду. — Правда, мы предполагали, что Кольцов был личем, контролируемым несколько странным образом.

— Не думаю, — отвечаю. — Он же вроде был нормальным…

— Да, — соглашается имперский маг. — Вроде. Но труп, когда мы его нашли, был недельной свежести. В теле Кольцова на тот момент остановились все процессы. Но ты продолжай, Орлов, продолжай. Учитывая твои таланты, предполагаю, ты тогда не упустил шанс сходить в междумирье?

— Да, всё так, — говорю. — Собственно, это и было моим открытием таланта. Но при этом мало что могу рассказать про тот день.

— Кроме того, что в тот же день обычная девочка Ариадна стала менталистом — пусть и относительно слабым, — продолжает проводить параллели имперский маг.

— И это тоже, — не вижу смысла спорить. — Может быть, у неё и раньше были зачатки, но не хватало одного шага, который ей помог сделать этот следователь. Правда, насколько я знаю, она абсолютно ничего не помнит — память стёрта.

— Да, мы знаем, проверяли, — отвечает Юрий Олегович.

И тут понимаю, что имперский маг знает не просто больше, чем показывает — он видит всю картину намного шире, чем я. И странно, что он не поднимал тему про Ариадну и лже-Кольцова раньше. Если разобраться, поводов, чтобы начать разговор хватало — даже если взять наш последний совместный выход.

— Вы проверяли? — переспрашиваю.

— Понятно, что не лично я, — поясняет имперский маг. — Но я курирую это расследование.

— Значит, тело Кольцова осталось там, — делаю вывод и выдерживаю паузу. — И, получается, что исследовать, как именно влияет на него «наездник» не выйдет.

— Не совсем так, — не соглашается Юрий Олегович. — Все же в нашем мире недельные трупы нечасто разговаривают и ведут социальную жизнь. Поэтому весь путь следователя разобран по минутам. Сразу скажу: к тебе, если что, претензий нет. В общем, ты теперь подозреваешь, что-то существо, которое захватило тело Кольцова, хочет вернуться обратно в наш мир?

— Здесь всё немного интереснее, — рассказываю. — Почти уверен, что существо, которое подчинило себе тело Кольцова как раз не хотело оставаться. Но никто ведь не мешает ему иметь «родственников», — грустно усмехаюсь. — Откуда мы можем знать, что нет других тварей с похожими возможностями?

— Доказательства? — спрашивает имперец.

— Никаких, — повторяю. — Я же говорю, у меня нет прямых доказательств, только догадки. Во-первых, у нас есть принципиально возможная ситуация — когда существо захватывает разум человека и живёт в нём как паразит. Во-вторых, мы знаем, что армию монстров держит под контролем кто-то один. Некое существо, которое мы не видим и не слышим, но контроль налицо.

— И то скрытый, — добавляет имперский маг. — Мы узнали об этом контроле и поводках только за счёт менталиста.

— И всё это напрямую связано с междумирьем, — продолжаю. Делаю паузу. Имперец меня не перебивает, но и не даёт новых вводных. — Есть ощущение, что всё перечисленное связано — и связано примерно так, как я сказал.

Пока Юрий Олегович обдумывает всё, что я сказал, кидаю взгляд на беседку, где сидит Олеся. Девчонка выглядит вполне расслабленной: пьёт кофе и смотрит на пруд с рыбками. Как только чувствует на себе взгляд, сразу поворачивается в мою сторону. С пониманием улыбается.

Мне нравится, что можно вот так прийти в сад и не опасаться, что кто-нибудь попробует залезть в мои дела. С Аглаей, например, так спокойно прогуляться вряд ли получится, слишком уж она хочет быть в курсе всех событий. Здесь же вижу безусловный интерес девчонки, но она понимает, что всё необходимое я и сам рассказываю. И это самое ценное.

— Орлов, ты еще на связи? — уточняет имперский маг. — Если да, продолжай.

— Так вот, — возвращаюсь к разговору. — Эти ментально активные твари могут хотеть попасть к нам. А их на изнанке, как я понимаю, немало. И представьте, что смогут сотворить существа с таким высоким уровнем ментальной подготовки? Кольцов разговаривал разумно. Да, его логика не всегда была понятна — но в разумности никто не сомневался. С ним сотрудничали. Он несколько дней работал со всеми официальными лицами. Но, похоже, его конечная цель — всё-таки исчезнуть из нашего мира. И поэтому он хотел видеть именно меня. Каким-то образом он понимал, что я — его билет назад. Сейчас это очевидно. Но не все похожие существа следуют такой логике. Остальные могут передвигаться совсем другими маршрутами.

Существо, завладевшее телом следователя, хотело покинуть наш мир, а остальные подобные существа, по ходу, наоборот хотят попасть сюда.

— Это допущение на грани реальности, — задумчиво произносит имперский маг.

— Да, — соглашаюсь. — Но только представьте опасность этого допущения. Мы не можем его игнорировать.

— Хорошо, — соглашается имперец. — Предположим, ты узнаешь количество прорывов — и что ты таким образом выяснишь?

— Если мы знаем количество прорывов — значит, мы знаем людей, которые в них выжили, — объясняю логику рассуждений. — Всех выживших можно проверить с помощью менталистов. Если найдутся несостыковки, мы уже знаем куда смотреть. Как минимум сможем попробовать проконтролировать выживших и обезопасить от них остальных людей.

Юрий Олегович устало вздыхает. Очевидно, когда перед глазами есть вся картина, можно меньше тыкать пальцем в небо. Но, учитывая тот факт, что имперец не спешит заканчивать наш разговор, мои предположения имеют вес.

— Выживших людей немного, — говорит он. — И все они сейчас на строгом контроле. Проблема в том, что один из таких людей — ты. Как тебе такой подход?

— Обескураживает, — говорю.

— Вот именно, — продолжает имперский маг. — Хорошо, тогда зайдём с другого конца. Предположим, мы знаем всех выживших в прорывах людей поимённо.

— А вы знаете? — удивляюсь.

— Я же говорю — предположим. — Буквально слышу, как Юрий Олегович усмехается на другом конце информера. — Если брать в расчет историю с Кольцовым, то можно сказать, что при переселении в него существа, он стал неплохим менталистом, судя по контролю — намного сильнее, чем он был при жизни. И как ты собираешься определять менталиста такого уровня?

— Если он будет в активном поиске — замечу, — предполагаю. — Но если не будет себя проявлять — вряд ли отличу от обычного человека.

— Вот именно, — подтверждает имперец. — Повторюсь, мы следим за выжившими людьми, и все они поставлены на карандаш. Любой действующий менталист выдаёт себя, когда начинает вербовать других и добиваться каких-то целей. Так, например, получилось с Кольцовым. Если бы он не захотел тебя видеть — мы бы его навряд ли нашли. Он отлично выполнял всю работу.

— Неожиданно, — говорю.

— Но идею ты подбросил знатную — этого не отнять, — Юрий Олегович снова вздыхает. — Но мы следим за людьми, пережившими прорывы, немного с другой целью. Теперь, после нашего разговора, доведём до наших людей новую информацию. Не зря ты меня набрал, Орлов, молодец. Ты для этого хотел выяснить точное количество прорывов?

— Да, — подтверждаю. — Я подозревал, что не один такой, но не знал, что вы следите за всеми выжившими.

— Ничего страшного. И, знаешь что? Не бери в голову, — советует имперец. — Мы контролируем этот вопрос — теперь будем контролировать ещё лучше. Ресурсов пока хватает, да и таких людей пока не очень много.

— За мной тоже следят? — задаю вопрос, и ответ на него очевиден. Но мне банально интересно, что ответит имперский маг.

— А сам как думаешь? — слышу, как ухмыляется Юрий Олегович.

— Вряд ли бы конкретно меня оставили без наблюдения, — отвечаю.

— Правильно думаешь, — смеется имперец. — Ещё раз говорю, не бери в голову, Орлов. Если ты не замечал, что за тобой следят — тебя эта информация вообще никак не должна касаться. Лучше набирайся сил и готовься к закрытию порталов. И скажу тебе по секрету: то, что ты сейчас делаешь для империи — важнее любых подозрений. Так что живи свою жизнь и не заморачивайся. Но за сигнал — спасибо. Кстати, что будешь делать с домом? Остатки всё ещё лежат и немного чадят.

— Что? До сих пор? — удивляюсь.

— Пожар был хороший. Я даже успел посмотрел на него, — рассказывает имперский маг.

— Там всё сгорело? — уточняю.

— Всё — напрочь, Орлов, напрочь. Ничего не осталось. — Подтверждает Юрий Олегович и выдерживает короткую паузу. — Не хочешь спросить, кто тебя так подставил? Или сам знаешь?

— Да я, в общем-то, не в курсе, — честно отвечаю. — А вы…

— А я просто держу на контроле всё, что происходит в городе, особенно нестандартное и, прямо скажем, яркое, — усмехается имперец. — Как, например, пожар в твоём доме. Правда, страховая жаловалась, что ты сжёг его ради страховой премии. Купил развалюху, решил нажиться — схема-то рабочая.

Слышно, что имперский маг откровенно подтрунивает над ситуацией.

— Юрий Олегович…

— Да ладно тебе, Орлов. — Слышу, как он улыбается на том конце провода. — Я и так знаю, что ты вряд ли будешь заниматься подобными вещами… этому дому красная цена сто империалов — и то только за счёт земли под ним. Понятно, что это не твоих рук дело. Но скажу тебе так: поджог был — и сожгли дом очень качественно. Соседние дома при этом не пострадали.

— Повезло, — говорю.

— Повезло, — соглашается имперский маг. — А по поводу страховой можешь даже не заморачиваться — они выплатят тебе деньги. Я за этим уже слежу. Но на выходных будь добр приехать в город — помимо пожара нужно решить еще один вопрос — с твоими новыми людьми. На встречу ты один не пойдёшь. Пойду вместе с тобой.

— Хорошо, — удивлённо соглашаюсь. — Юрий Олегович, а ваше появление не придаст слишком большого веса моему договору с Марией Львовной?

— С этой целью всё и задумывается, — поясняет имперец. — В общем, скажу так, некроманты не закончатся — мы с ними бодаемся уже лет пятьдесят, причем остро. И ещё будем бодаться столько же. Ты нужен империи. Обеспечить тебя мелким доходом да ещё за чужой счёт? Да это же сказка, — усмехается Юрий Олегович.

— А вам это зачем? — всё-таки решаю спросить.

— Для своего будущего ученика я такими ситуациями не пренебрегаю, — отвечает Юрий Олегович. — Твою группу, кстати, тоже приставим к делу — но чуть позже, когда они хотя бы немного заматереют. Так что не переживай. Но пока мне нужен только ты — с твоим талантом и живой. Поэтому рискуй, пожалуйста, в меру. Ты быстро растёшь после таких случаев — понимаю. И уже поговорил по этому поводу с братом. Но нам нужен не просто сильный маг — нам нужен тот, кто умеет закрывать порталы. По крайней мере, пока мы не поймём природу этого явления. Сильным магом ты и так станешь — будешь держаться меня, не переживай. Ладно, Орлов, я уже и так много сказал. До выходных свяжемся, если нужно будет срочно закрыть прорыв. А на выходных не забудь — жду тебя в городе.

— Понял, Юрий Олегович, на выходных буду в городе. — Но имперский маг отключается, не дослушав.

Вздыхаю, убираю информер и направляюсь в беседку к Олесе. Куча ненужной информации сразу вымывается из разума — в который раз сад целителей действует на меня максимально благотворно.

— Что-то произошло? — спрашивает Олеся, улавливая последние тревожные мысли на моём лице.

— Вроде нет, всё более или менее, — отвечаю и даже не кривлю душой.

— Вид у тебя, конечно, сегодня такой, будто ты держишь на плечах весь мир, — говорит девчонка. — Но осколки уже падают, а ты не знаешь, как их поймать.

Олеся проявляет неожиданную чуткость, потому что по ощущениям почти так и есть. Другое дело, что осколки я пока ловлю вполне успешно. Но сколько еще впереди — другой вопрос.

— Держи свой кофе. — Девчонка протягивает мне чашку слегка остывшего напитка. — Он тебя почти дождался. А я успела прогуляться по саду, там новые деревья, стало еще красивее.

— Тогда давай посидим тут, — предлагаю, показывая на пруд, и делаю глоток едва теплого кофе. Но это сейчас не имеет никакого значения: внутри будто расслабляется натянутая до невозможности струна.

Хорошо, что мы сейчас оказались именно здесь. И ещё очень повезло, что вокруг нет людей. Нужно немного подумать.

Сажусь рядом с Олесей. Девчонка кидает на меня взгляд и будто считывает моё желание. Больше не задаёт никаких вопросов и не пытается навязать разговор только ради того, чтобы разбавить тишину. Нам и так очень комфортно. По крайней мере, так чувствую.

Несмотря на всю сегодняшнюю нагрузку и на приключение в междумирье от сердца почти отлегло. В конце концов опасность не чрезмерная. А если не обращать внимание на ментальных монстров и остальные формальности, идея об отработке новых техник и чтение книг в межреальности очень годная. И главное — реально рабочая. Мои возможности кратно увеличиваются — пусть это сейчас и не сильно заметно. Думаю, дальше — больше. Пока что теория на первом курсе простейшая, сильных скачков тут не увидишь. Мы уже не просто изучили её, можно сказать, построили на ней свою жизнь.

Любая программа настраивается по среднему, а то и по самому медленному ученику. Пока не поймут последние, никуда двигаться не будем. Похоже, у Академии Седьмого Шага именно такое кредо: доводить всех магов до максимальной точки, которую только можно почувствовать. И так для каждого студента без исключения. В нашем случае аналогично: вся группа будет ждать самого медленного.

Для меня это не плохо и не хорошо. Но фактически всю теорию — именно теорию, не практику, теперь могу подтягивать самостоятельно. Особенно это касается тех предметов, которые изучаю без особого удовольствия: например, историю магии и юридическое взаимодействие. Да и все остальные предметы тоже, за исключением разве что начертательной магии. Единственный предмет, где роль преподавателя остается решающей, и работать лучше под его наблюдением. Мало ли — дорисуешь что-нибудь не так и призовёшь кита вместо кота. И ладно просто призовёшь — так ещё и сил потратишь столько, что не заметишь, как получишь истощение. А там далеко не факт, что откачают. Любая ошибка в ритуальной магии чревата. Поэтому начерталку в междумирье трогать не буду: здесь мне в случае ошибки никто не поможет.

А вот вопросов из-за ментального монстра, который уполз в сторону от меня, возникает всё больше, и ответов на них всё меньше. Самое неприятное умение тварюшки — это наличие знакомых и незнакомых мне образов. Похоже, показанные образы создаются в момент пересечения окна портала у мины. Сама мина, очевидно, не имеет записывающих глифов. Она же деактивируется сразу после того, как срабатывает, а, значит, в момент срабатывания есть то, что сохраняет образ. Всё происходит быстро: буквально за те несколько секунд, пока реальные люди проходят через портал. Здесь всё кристально понятно за счёт моего образа, который я успел как следует рассмотреть. Плюс образ Игоря — парень выглядел точь-в-точь, как в день нашего неожиданного перехода после взрыва мины. Совпадает всё вплоть до одежды.

Ещё нужно иметь в виду, что время внутри межреальности идёт иначе — что для меня, что для других. Монстры вообще его не воспринимают. Поэтому вовсе не факт, что наше прохождение сквозь портал занимает для них секунды. Возможно, проходит больше времени, просто мы его не чувствуем. При этом почти уверен, что ментальная тварь не была разумной. Слишком глупые подходы и попытки завести разговор через образы. Складывается ощущение, что монстру просто накидали алгоритмов, и он перебирал заранее записанные ролики. Что, кстати, вполне возможно.

И получается… а получается, если честно, какая-то ерунда. Все мины срабатывали в разных местах. В разное время и с разными людьми. Да и не все образы монстра мне знакомы: например, мужика в костюме вообще ни разу не видел. Вряд ли это случайно увиденный на улице человек. Во-первых, он должен пройти вместе с миной через портал, чтобы образ смог записаться. Во-вторых, образ достаточно яркий — и если бы он закрепился на подкорке моего сознания, то сейчас точно бы всплыл. Ещё раз прислушиваюсь к себе и проверяю: нет, этого мужика точно не знаю. Значит — не прямая атака на разум.

А еще мы — не единственные, с кем отрабатывали эту схему. При этом образы действовали и разговаривали совершенно не так, как в момент перехода, но очень близко к своим оригиналам. Про мужика ничего конкретного сказать не могу — я его не знаю.

Получается, был снят не совсем образ, скорее, ментальный слепок.

До сегодняшней встречи с монстром даже не представлял, как это всё можно провернуть, но после сообщения о пожаре появляется одна мысль — и она меня нисколько не радует.

Начнем с того, что случилось с костяной пластиной? Она впитала мой якорь — ведь я до сих пор отлично его чувствую. И он работает даже лучше, чем первоначальный. Значит пока что можно предположить две идеи. Но ни одна из них мне не нравится.

Первая: у каждой мины с другой стороны пространства существует нечто, что реагирует на проход и записывает образы. Очень сложная мыслительная конструкция. Если честно, я ни на грош не верю, что такая штука может существовать в реальности. Просто не совсем понятно зачем такая нужна и как её применять? К тому же, всё это слишком сложно для существ, у которых, судя по всему, нет технической цивилизации.

Есть ещё вторая идея. И она мне нравится еще меньше первой. А что если сами мины — это тоже своеобразный маяк, но не для людей, как в моём случае? И фактически мина не открывает портал — она просто активирует вызов. А сам портал при этом открывается с помощью такой же ментальной твари — наподобие той, что я сегодня встретил на изнанке. Монстр незаметно пропускает людей через себя, либо рядом с собой — и в момент перехода снимает с них образы. Например, для дальнейшей охоты. Так себе предположение. Ведь если оно хоть на йоту верное, то мины вместо отличного инструмента перемещения на тропу, превращаются в довольно опасный способ умереть для любого, кто ими пользуется. Пусть и не всегда осознанно.

Хотя изначально примерно так и было. Тропы, по сути, не опасны только для меня, а для других людей — верная смерть. Поэтому принципиальной разницы, в общем-то, нет.

А для меня… хм. Для меня эта гипотеза тоже ничего не меняет. Монстры всё равно не могут меня прочитать, поэтому у них не получается на полную катушку воспользоваться моим разумом и завладеть моими мыслями. Прочитать внешне — да ради бога, сколько угодно.

Единственное — при переходе мины через портал, у меня всегда была защита. Но лицо и ладони не были закрыты. Значит, сейчас нужно что-то с этим сделать. Рисковать и думать, попаду ли я в процессе перехода через очередной портал в желудок такого существа, очень не хочется.

С другой стороны, с кем бы не проходили через портал, мы всё время попадали в один и тот же мир, просто в разные места. И все эти места соответствовали изначальному пространству. Если перемещались из Академии — попадали туда же. Если из гостиницы — тоже. Значит, тут работают определенные ограничения. Просто я их не понимаю — и шансов разобраться не сказать, что много.

К тому же, рассчитывать на то, что поняв глифы мины, смогу так же легко открывать порталы в междумирье — похоже, не стоит. Всё-таки лучше поохотиться на записи профессора. Вернее, не профессора, а его учеников. Будет намного больше толку, чем разбираться вслепую.

— Хорошо здесь, правда? — выждав время, спрашивает Олеся.

И снова вовремя. Меня слишком быстро утягивает в омут своих же мыслей. И чем дальше — тем непонятнее. Вопросы на поверхности более менее решены. Можно немного передохнуть и просто подышать.

— Это точно, — отвечаю.

Девчонка всегда вовремя замечает мои погружения — и вытаскивает меня обратно из раковины.

— Знаешь, когда я впервые сюда пришла, мне сильно не понравилось, — рассказывает Олеся. — Во второй всё прошло значительно лучше, но не идеально. Всё равно чувствовала дискомфорт. А сейчас — будто приехала домой, где меня ждали. Необычное чувство. — Добавляет девчонка с некоторой грустью в голосе. — К сожалению, по-настоящему так уже никогда не будет. Никто меня больше не ждет — и дома у меня нет. Теперь только если создавать его самой.

Ничего так — вечер откровений.

— Но ведь сейчас ты вполне можешь позволить себе дом, — стараюсь подобрать слова. Совсем не ожидал услышать ничего подобного. Видимо, пока я сидел и разбирался со своими мыслями, девчонка занималась тем же самым, но в своей голове. — Или хотя бы начать планировать.

— Могу, — подтверждает Олеся. — Но пока я не знаю где хочу дом и как он должен выглядеть. В общем, сложно…

Снова слышу сигнал информера — входящий вызов от неизвестного абонента. Сбрасываю и спокойно допиваю уже совсем холодный кофе.

Место позволяет отпустить все беспокойства и отдохнуть хотя бы несколько минут. И я точно не собираюсь тратить эти недолгие мгновения на разговоры неизвестно с кем. Отключаю оповещения на информере.

— У нас теперь есть место, где можно построить практически всё, что угодно, — стараюсь поддержать девчонку. — Учитывая последние изменения — у нас есть не просто дом, а участок, где можно всё возвести с нуля. Если хочешь, часть его будет твоей.

— Ох, Ларик, это очень щедро с твоей стороны, но я не хотела тебя грузить, извини, — чуть веселее улыбается Олеся. Мой жест ей определенно приятен, но пока что ничего конкретного она не отвечает. — Не знаю, что на меня накатило…

Снова недолго. Как ни странно, никого из нас это молчание не напрягает. Скорее, наоборот, навевает уют и спокойствие. Иногда достаточно просто сидеть рядом.

— Действительно ли всё так плохо? — размышляет Олеся, вытянув руку в сторону пруда. — Я маг — в потенциале даже сильный. Целителем мне, конечно, не стать, но кое-что в этом направлении тоже может получиться.

Вода в прудике закручивается, повинуясь жесту девчонки. Рыбки мечутся, не понимая, что происходит. Олеся, заметив хаотичные всплески и движения, отпускает воду.

— Заработаю, выберу подходящее место, — продолжает девчонка. — Да и в остальном, если так посмотреть, все в порядке… — Делаует паузу. — Друзья есть, поддержка тоже. Преподаватели говорят про потенциал. Ты, опять же рядом… — бросает на меня короткий, но многозначительный взгляд. — Странно, что я всё это тебе говорю… — Несмело улыбается.

— Да ладно тебе, не чужие люди, — подбадриваю девчонку. — С домом точно не будет проблем, даже не переживай. Думаю, мы сможем построить на участке что-нибудь такое, чтобы у каждого из нас было немного личного места.

— Мне тоже кажется, что делать из дома какое-то предприятие не стоит, — вторит моим мыслям Олеся. — Кафе и ресторанов в городе и без того хватает. Потратим много сил, и не факт, что из этого выйдет что-нибудь годное.

— Просто построим место, где можно переночевать, — продолжаю. — Которое даст каждому из нас хотя бы примерно ощущение дома

— Может, нам тоже стоит прикупить участки где-нибудь неподалеку? — воодушевленно спрашивает девчонка. — По идее, построить дом — не так сложно… — с головой уходит в мечты.

— Мне кажется, это нам пока что не по средствам, — аккуратно возвращаю Олесю, пока она не напридумывала хрустальные замки. — Идея сама по себе неплохая, но Аглая уже узнавала цену. Мне-то досталась развалюха за смешной ценник. Плюс ко всему сочетание удачных факторов: место, где расположен дом с плохой репутацией, хозяин хотел побыстрее его сбагрить… Таких совпадений по городу не так уж много.

— Да, тут ты прав, — вздохнув, соглашается Олеся. — Ладно, уговорил, будем пользоваться твоим домом.

— Домом, — хмыкаю. Нет там пока никакого дома, — усмехаюсь. — Там сейчас только черная выгоревшая земля и развалины. Так что у нас есть только участок.

— Уже хоть что-то, — уже намного веселее отвечает Олеся. — Ладно. Не обращай внимания, это у меня просто лёгкая хандра. Ни с того, ни с сего, иногда случается. Пойдём прогуляемся? — Легонько стучит кулачком в моё плечо.

— Пойдём конечно, — соглашаюсь.

Не очень представляю, что делать с упадническим настроением девчонки. Хочется как-то отвлечь и развеселить. Ни разу не видел её такой поникшей. Злой или уставшей — да, но не такой… Были бы мы в городе — можно было бы затащить девчонку в синематеку или в парк аттракционов. Но у нас на территории Академии ничего подобного нет. Из всех развлечений только кафетерий, лавочка в посёлке и этот сад. И так по кругу. Ах, да, ещё занятия физрука — но это так себе развлечение.

— Знаешь, Ларик, я тут подумала… — загадочно произносит Олеся. — Что если взять и немного отойти от правил? — Бросает на меня хитрый взгляд.

— В каком смысле? — спрашиваю.

— Да ничего такого, сейчас объясню, — отвечает девчонка. — Мы же самостоятельно расширяем свои комнаты, так? Представляем в голове, потом воспроизводим наши желания, — кратко очерчивает инструкцию. — Благодаря этому мы лучше развиваемся и точнее пишем глифы. Учимся сосредотачиваться. В общем, помнишь я тебе говорила, что создала зеркало и больше у меня не было времени? — Ждет, пока кивну. — Так вот, время было. Я пробовала много раз — у меня никак не получается расширить комнату. — Девчонка снова смущенно улыбается.

— Я же предлагал тебе помощь, — напоминаю. — И чего раньше не сказала?

— Думала, почитаю в библиотеке, и со временем всё получится. — Олеся опускает взгляд. — Слушай, я тут подумала: мне так хочется иметь что-нибудь наподобие дома. Может, ты мне сделаешь комнату с ванной? Как у тебя. Я хоть и не видела, но мне не так важно, как она будет выглядеть. Надоело ходить в общую душевую…

Задумываюсь над предложением. Понимаю, что девчонке сейчас просто необходимо своё пространство — причем не те несколько, предоставленных Академией, квадратных метров с кроватью и шкафом. Нужно немного больше, чтобы стены не так давили.

— Давай сделаем по-другому, — предлагаю. — Я тебе без проблем помогу. Но рисовать глифы ты будешь сама. Количеством магии я тебя подстрахую, не беда. И в те моменты, когда не сможешь сосредоточиться тоже.

— Так ещё лучше! — тут же загорается идеей девчонка.

Понимаю, что нам подвернулась очень хорошая мысль, а главное полезная. Расширение комнаты поможет переключить Олесю с хандры на вполне себе рабочий настрой.

— А когда? — с надеждой уточняет девчонка.

— Предлагаю не откладывать, — пожимаю плечами. — Пойдем прямо сейчас. Вечер у нас не занят, да и на ужин мы можем спокойно опоздать — мы же ни к чему не привязаны.

— Готов слушать подколки Аглаи? — с улыбкой спрашивает Олеся.

— Хоть до ночи, — смеюсь.

— Кстати, до ужина ещё два часа, — говорит Олеся.

— Тем более, — отвечаю. — За два часа можно много чего сделать.

— Сомневаюсь, — вздыхает девчонка. — У меня за два часа получается нарисовать всего треть вязи — и она тут же рассыпается. Настолько у меня не хватает сосредоточенности.

— Зато мы знаем, что именно нужно тренировать, — стараюсь успокоить. — Пойдём, разберёмся, где у тебя затык и чего не хватает. Вполне возможно, что на самом деле всё нормально — просто чуть-чуть не доворачиваешь.

— Хорошо, пойдём. — Девчонку устраивает такое решение, и она тянет меня за собой. Не теряя времени, идём к Академии.

Олеся немного притормаживает возле своей двери.

— Чаю я тебе как гостю не предложу, — уточняет она.

— Да в общем-то и не надо — мы же здесь больше по работе. — Слегка улыбаюсь.

Девчонка открывает дверь, несколько секунд осматривается на пороге — и только потом запускает меня.

— Заходи, Ларик. Будь как дома, — приглашает Олеся.

— Но не забывай, что ты в гостях, — хмыкаю и захожу в комнату.

Кровать у противоположной стены, небольшой шкаф и тумбочка — всё стандартно и узнаваемо. Тут же кусок стены с нестабильной магией, который обрывается и впечатывается во внешнюю стену.

— Видишь, — слегка смущаясь, показывает девчонка. — Я начала делать, но это всё, на что меня хватило.

Олеся в совокупности смогла отвоевать всего полтора метра нового пространства — маленький коридор. На этом её запал, очевидно, иссяк. Небольшое узкое, но во весь рост, зеркало в коридоре сделать тоже получилось.

— Как только начинаю рисовать глиф дальше — он срывается, — объясняет девчонка. — Нужно стараться делать всё в одно время, а у меня не получается. Внимание рассеивается, и вязь рассыпается.

— Подожди, подожди, подожди, — останавливаю волну жалоб. — Олеся, выдыхай. Всё правда нормально. Я думал у тебя не получилось ничего кроме зеркала.

— Так и есть! Ты же видишь этот никчемный кусок стены. — Девчонка показывает на часть коридора.

— В том и дело, что вижу, — улыбаюсь. — И это очень — повторюсь — очень хорошо. Намного лучше, чем «ничего не получается». Всё у тебя замечательно. Скажу больше: ты бы спокойно справилась без моей помощи. Да, медленно, но справилась бы. Просто вместе мы сделаем немного быстрее. Давай лучше зайдём и посмотрим на всё это с другой стороны. Ты знаешь, чего именно хочешь? Что должно быть в следующей комнате?

— Да, знаю, — с уверенностью кивает Олеся.

— Ну, вот, прекрасно. Расскажи мне, — прошу.

— Там, где зеркало, я хочу большую ванную, — рассказывает девчонка. — И зеркало хочу чуть шире и желательно в раме — чтобы красивее…

— Стоп, стоп, стоп, — останавливаю поток мыслей. — Ты же всё это представляешь? — Ловлю непонимающий взгляд. — То, что ты мне сейчас рассказываешь — не картинка, это твои желания. Большая ванная, красивое зеркало — это очень расплывчатые образы. Можно сказать, твои эмоции. С помощью эмоций ты не сможешь расширить пространство. Запомни, когда ты рисуешь глифы, то должна видеть перед собой чёткий образ того, что хочешь получить. Детали, цвет, размеры. Если представляешь пол — покрытие и всё остальное вплоть до плинтусов.

— Нам никто об этом не говорил, — хмурится Олеся. — Просто сказали: хотите увеличить свою комнату, рисуйте вязь глифов. Вот я и рисовала.

— Да, всё так, — подтверждаю. — Но мне в свое время Германыч объяснил, что я делаю не так. Если хочешь создать ещё одну пустую комнату — скорее всего, она будет копией этой. — Обвожу рукой каморку. Скорее всего, на подсознании ты представляешь именно её — ведь так проще. Но здесь есть хитрость.

Сажусь на тумбочку. Впервые чувствую себя в роли преподавателя. Стараюсь подбирать слова так, чтобы они были максимально понятны. Если вспомнить, как мне изначально давалось расширение пространства — можно долго смеяться. Благо, никто не успел увидеть мой эксперимент с половиной ванны в стене. Сейчас-то я понимаю все ошибки, но тогда расширение пространства мне тоже казалось чем-то запредельным. Зато с кабинетом уже пошло намного проще: не без нюансов, но с проработкой мелких деталей, вплоть до дверных ручек и дверок шкафа.

— Понимаешь, в чем дело, — продолжаю рассказывать. — Пространство за этой стеной, — показываю рукой на стену с языками хмари, которые Олеся не видит. — Оно очень восприимчиво к нашим образам. Если ты будешь чётко представлять перед собой картинку — именно картинку, не желания, то вязь не сорвется и ты воплотишь изображение из головы в жизнь.

— Как так? — удивляется девчонка. — Хочешь сказать, я могу представить любую картинку? И не обязательно делать по шаблону этой комнаты?

— Абсолютно любую. — подтверждаю. — У меня в комнате ванная из мрамора, а кабинет отделан чёрным деревом.

— Ого! Серьезно? Я хочу посмотреть! — Олеся уже готова идти и смотреть всё перечисленное вживую.

— Нет-нет-нет, — останавливаю её порыв. — Давай сначала закончим с твоей комнатой: а то ты посмотришь на мою ванную, начнёшь представлять смешанную картинку, и в результате ничего путного не получится. — Киваю на кривой полутораметровый коридор, который получился у Олеси. — Для начала представь, где именно должна быть дверь. Помнишь, я тебе рассказывал, что у меня была целая проблема: я не смог представить себе стену — и теперь у меня ванная открытого типа. Выходит прямо в спальню с половиной стены.

— Да, говорил. Помню, — смеется девушка

— Вот. Ты же не хочешь себе такую? — улыбаюсь. — Тогда сразу представь, где у тебя находится стена, где вход, где сама ванна — всё нужно представлять детально. Давай, начинай.

Девчонка закрывает глаза и проводит так пару минут, потом морщится.

— У меня не получается, — заявляет Олеся. — Я представляю либо дверь, либо комнату, либо зеркало — всё отдельно. Ванну вообще не могу представить. Знаю, что она большая, но этого мало. Дальше размеров дело не идет.

— Хорошо. Открывай глаза, — решаю сделать по-другому. — Давай попробуем нарисовать то, что ты хочешь.

Беру листок и схематично набрасываю план комнаты по ее словам.

— Так? Правь, если не совпадает. — Показываю.

— А ты хорошо рисуешь, — замечает Олеся. — Такие ровные линии.

Схема комнаты и правда получается довольно чёткая. Интересно — рукой сознательно почти не управляю. Просто делаю движение — и линии ложатся точно так, как задумал.

— Так будет проще, — поясняю. — А теперь держи листок перед собой и представляй: какой пол, из чего сделана ванна, какое зеркало, что ещё есть в комнате, вплоть до крючков для полотенец. Главное попробуй представить комнату как объёмное изображение. Как будто ты делаешь шаг, а впереди дверь твоей ванной. Открываешь дверь, заходишь, наливаешь воду, проходишь по полу, подходишь к зеркалу.

— А сейчас-то почему не выходит? — сердится девчонка, снова открывая глаза. — Я же делаю, как ты сказал.

— Наверное, ты переключилась на чувственные ощущения? — предполагаю. — Например, представила холодный или теплый пол?

— Да, точно, тёплый, — кивает Олеся. — Я опять сделала что-то не так?

— Вместо ощущения нужно рисовать картинку, — объясняю еще раз. Помню, как тоже запинался именно на чувственных ощущениях. — Например, не теплый пол, а ковер с высоким ворсом. Например, розовый или синий — какой тебе угодно. Хоть фиолетовый. Просто представляй, как ты по нему идешь.

— Красный! — озвучивает Олеся и снова старается представить то, о чем я ей говорю.

— Вот, отлично, — подбадриваю девчонку. — А теперь держи в голове эту сценку и начинай вязать глифы. Не торопись, мы никуда не опаздываем.

Олеся с закрытыми глазами уверенно выписывает линии, но в какой-то момент её рука начинает дрожать.

— Что случилось? — задаю вопрос.

— Я забыла про переход, — сокрушается она.

— Не переживай и не останавливайся. Сейчас помогу. Вот, смотри, — зажигаю перед девчонкой трафарет, по которому можно рисовать дальше.

Так намного проще. Можно идти по линиям трафарета, пока я постепенно стираю линии впереди — чтобы быстрее запомнить, как это делать, и что происходит.

К четвёртому глифу моя идея срабатывает. Руки Олеси больше не дрожат. Она, цепляясь за собственную магию, строит глиф всего одним движением. Вязь нарастает глиф за глифом. Стараюсь не спугнуть процесс — поэтому слежу молча.

Не проходит и получаса, как Олеся целиком заканчивает вязь. Общая площадь вязи примерно метр или два. Этого хватит минимум на полкомнаты, если учитывать мой опыт.

— Молодец, — хвалю девчонку. — Теперь осталось напитать.

Делаем это вдвоём — так получается намного быстрее. И, в общем-то, никак не нарушает правил Академии.

— Теперь толкай, — говорю.

Олеся толкает вязь от себя — и комната на секунду освещается вспышкой света. Стена отступает на пару метров.

— Видишь, у тебя получается! — обращаюсь к девчонке.

— Да! — радостно отвечает Олеся, завороженно глядя в открывшееся пространство. — Удивительно! Давай ещё раз — тогда вся ванная будет закончена.

Стена делает еще один шаг назад и замирает входной дверью. Думаю, за ней процесс продолжается. И я его практически вижу. Языки хмари пробиваются сквозь стену.

— Повторим? — с азартом спрашивает Олеся.

— Конечно, — киваю, и мы продолжаем.

Открываем новую, только что появившуюся дверь. Формирую в воздухе новый трафарет для девчонки.

На этот раз трафарет более прозрачный и с меньшим количеством деталей. Олеся это замечает и сама вспоминает, где что писать. Спокойно слежу и не подсказываю. Всё и так получается лучше, чем думал.

Олеся толкает вязь ещё раз, и стена снова отступает на пару метров. Перед нами открывается кафельная ванна.

— Всё в точности так, как я и задумывала! — Радостно смотрит на комнату Олеся. — Только как подключить её к воде? — Да, когда-то я тоже задавался этим вопросом.

— Не переживай, мы потом разберемся с подключением, — обещаю. — Это всё делается не так уж сложно — с помощью амулетов. Я у себя именно так и сделал. Тут тоже спасибо Германычу за совет. Но пока не отвлекайся — давай еще. Осталось совсем немного. — Киваю на последнюю стену. Силы ещё есть?

— Есть! — воодушевленно отвечает девчонка и продолжает вязать глифы уже практически без моей помощи.

Ну вот, теперь она сможет расширять свою комнату как и когда захочет. Сложнее всего понять принцип, а остальное — дело техники. В этом вопросе могу быть абсолютно спокоен.

За собой же замечаю странную вещь: пока рассказываю Олесе принцип вязи, одновременно продумываю в голове следующий этап расширения своей каморки. Хотя, моё почти трехкомнатное жилище язык не поворачивается называть каморкой. Можно будет создать небольшую обеденную зону, если вдруг захочется выпить чаю. Поставить холодильник. Использовать по назначению его вряд ли придется, а вот сохранность запчастей монстров он обеспечит.

— Мы же сегодня закончим с ванной? — с блеском в глазах интересуется Олеся.

— А ты разве её ещё не доделала? — спрашиваю.

Комната, на мой взгляд, принимает почти законченный вид. Единственное — одна часть ванной всё ещё остаётся нестабильной стеной.

— Нет, я очень хочу окно в ванной, — сообщает девчонка.

— Зачем? — удивляюсь.

— Это просто моя мечта, — улыбается Олеся. Она явно чувствует, что всё задуманное получается ровно так, как рисуется в её голове, поэтому и решается на эксперименты. — И желательно где-нибудь вот здесь. — Показывает на нестабильную часть стены, которая ещё не завязана под комнату.

— А сил-то хватит? — спрашиваю. — Можно отложить на потом.

— Нет, хочу доделать всё сегодня. Должно хватить, — говорит Олеся и ненадолго задумывается. — Но небольшой перерыв, наверное, стоит сделать.

— Согласен, — киваю. — А то схватишь истощение. Всё-таки ты проделала большую работу.

— Всё благодаря тебя. Тогда, может быть, покажешь мне свою комнату? — Хитро смотрит на меня Олеся.

Любопытство всё-таки берёт верх. Прикидываю. В принципе, почему бы и нет? Коконы с монстрами в ванной не стоят — уже неплохо. Не придется в очередной раз закрывать глаза на мои не всегда понятные дела. Да и Олесина комната уже практически закончена — она сама вполне сможет доделать всякую мелочевку.

— Так и быть, пойдём, покажу свои неудачные опыты. — Выхожу в коридор.

Подходим к моему жилищу, открываю дверь. Бардака в комнате нет, так как практически всё ношу с собой. Одежда висит в шкафу. Существ и монстриков в комнате тоже не наблюдается — я бы почувствовал заранее. Бесенята сейчас где–то на изнанке.

— Ух ты! — произносит Олеся, остановившись на входе. — А почему я не додумалась, что можно сделать такие высокие потолки? — удивляется. Оглядывается. — Да, и правда смешно: у тебя ванная прямо в жилой комнате.

— А ещё не сразу подумал, что вместо кабинета лучше было сделать спальню, — рассказываю про ещё одно упущение. — В общем, куда ни глянь, везде немного неправильно и не совсем так, как нужно. Точнее, не так, как бы мне этого хотелось. Но я ещё поработаю над спальней вон там. — Показываю в сторону дальней стены возле ванной. — Если сделать дверь, получится нормально.

— Я так понимаю, что на спальне ты не остановишься? — догадывается девчонка.

— Буду ориентироваться по свободному времени, — отвечаю. — В третий раз хотелось бы всё наконец досконально продумать. В идеале сделаю спальню, из неё выход в ванную, и через ванную проход во все остальные комнаты. Может быть, еще организую что-нибудь вроде гостиной. Останется только стены правильно поставить.

— Какие у тебя грандиозные планы. Отлично придумал, — кивает Олеся. — С твоими способностями это всё можно отстроить очень быстро. Хотя я теперь тоже потренируюсь и сделаю ещё одну комнату. Ладно, пойдём, покажешь свой кабинет, — тянет меня девчонка и всё ещё поглядывает в сторону ванной. Похоже, запоминает, что ещё интересного можно добавить в свою комнату.

— Ну, заходи, — произношу и открываю дверь.

— Ох! — восклицает девчонка. — Красиво, строго. Вот, оказывается, как ты представляешь себе комфортное место для работы…

— Вроде того, — пожимаю плечами. — Правда, использовать его для работы я так и не сподобился. Может быть, чуть позже.

— Да уж, забавно. — Олеся закрывает дверь и нетерпеливо направляется к выходу. — Всё, я отдохнула, пойдём доделаем.

— Пойдём, но мне кажется, ты уже сама сможешь доделать всё, что захочется, — отвечаю.

— Наверное, — говорит Олеся, — только с тобой мне спокойнее. Или у тебя свои дела?

— Вроде нет, могу охранять твоё спокойствие вплоть до ужина, — соглашаюсь. — Время ещё есть.

Возвращаемся в комнату девчонки.

— Итак, окно хочу такое же, как в главном зале: стрельчатое, высокое, узкое, через него будет видно небо, — мечтательно перечисляет Олеся.

— И всё же, зачем тебе окно? — интересуюсь.

— Ларик, ты не понимаешь, — отмахивается девчонка. — Когда лежишь в ванной, очень здорово смотреть на небо…

— Наверное, — пожимаю плечами. — Никогда об этом не думал.

И всё равно не до конца понимаю идею. Но если девушке хочется, пусть делает. Самое главное — она сменила своего неприятное состояние на рабочее.

Снова готовимся к изменениям. Девчонка сама берёт лист бумаги и отрисовывает пару линий — то, что она хочет увидеть. Закрывает глаза.

— Всё, начинаю, — произносит и начинает сплетать глифы.

Символы ложатся быстро. Всё-таки Олесе просто не хватало нескольких важных моментов в плетении, которые она быстро отработала по моему трафарету. И научилась работать с картинкой в голове. Магии я тоже добавил прилично, но акцентировать на этом не стал. Будем честными: объём резерва у Олеси всё же меньше, несмотря на то, что разово она может выдать намного больше, чем я. Но запитать целую комнату за один день она смогла исключительно с моей помощью. Вряд ли без меня она решит снова за пару часов отстроить себе хоромы.

Ещё четверть часа накидывает глифы. Я ей почти не помогаю. Как только начинаем напитывать вязь, стена отступает и обнажает именно такое окно, про которое говорила девчонка: высокое и стрельчатое.

— О, замечательно, — Олеся открывает глаза. — Именно так и хотела.

Подбегает к новому окну и выглядывает на улицу.

— О, Ларик, смотри, отсюда виден дирижабль Прокофьева! — Показывает вниз.

— Да ладно? — удивляюсь, — получается, твоя комната выходит на посадочную площадку?

Подхожу к Олесе. Смотрю вниз и вижу дирижабль. Матросы занимаются разгрузкой. Корабль неожиданно оказывается почти под нами.

— Получается так, — пожимает плечами девчонка. — Смотри, а это что? — Показывает на быстро летящую чёрную точку.

Та очень быстро увеличивается, и буквально через несколько секунд становится понятно, что это черный винтокрыл. Кажется, я прекрасно знаю, кому он принадлежит.

— Это? — переспрашиваю и тут же достаю информер. — Это проблема.

Вздыхаю, когда вижу с десяток непринятых вызовов.

— Что происходит? Это серьёзно? — удивляется Олеся, глядя на мою реакцию.

— Для тебя? Нет, — качаю головой. — А вот для империи, похоже, да.

Просматриваю вызовы на информере. Вызовов примерно с десяток, три из них с неизвестного номера, которого у меня нет в контактах. Найти, кто бы это мог быть тоже не получается. А вот семь оставшихся пропущенных уже от Юрия Олеговича. И это довольно неприятно.

Винтокрыл резко заходит на посадку. Да так, что матросы, разгружающие дирижабль слегка отшатываются. Люк, похоже, открывается ещё в воздухе, потому что как только винтокрыл касается земли, оттуда выскакивает Юрий Олегович. Следом выходят девушки: Ариадна и Юлия — менталистка имперца. Рядом пара бойцов в чёрной броне.

— А их-то сюда зачем привезли? — удивляюсь и тут же ловлю ничего непонимающий взгляд Олеси.

Юрий Олегович оборачивается, что-то сообщает бойцам, и те располагаются в охране рядом с винтокрылом. Сам имперский маг срывается в сторону Академии: не сказать, что он бежит, скорее, скользит над землёй. Девчонки-менталистки переглядываются и спокойно идут вслед за ним.

Ариадна словно чувствует мой взгляд и смотрит прямиком в недавно созданное окно. Как бы невзначай машет рукой.

— Это кто? — чуть нахмурившись, спрашивает Олеся.

— Это Ариадна, — отвечаю. — Моя медсестра из госпиталя. Помогала мне после прорыва. А сейчас — приданная мне Юрием Олеговичем менталистка.

— Приданная? — не понимает девчонка и снова смотрит в окно. Менталистки, как и Юрий Олегович, уже успевают скрыться из вида.

— Да, это решение имперского мага, — отвечаю.

— Она просто приставленный к тебе менталист и всё? — с лёгкой надеждой спрашивает Олеся.

— А что ещё? — пожимаю плечами и отлепляюсь от окна.

Интересно, как Ариадна смогла меня углядеть? Окно в только что построенной ванной стрельчатое, к тому же закрыто стеклом. Да и бликов слишком много — вряд ли снаружи хоть что-нибудь видно. И поздновато уже, сумерки, — и ведь менталистка всё равно точно знала, что я здесь. Да, Юрий Олегович прав, определённая связь с Ариадной у нас уже есть.

Вижу очередной вызов на информере, тут же принимаю его.

— Орлов, ты где? Я около твоей комнаты, а тебя там нет, — скороговоркой произносит Юрий Олегович.

— Я в двадцати метрах от вас, сейчас буду, — отвечаю и оборачиваюсь к Олесе. — Извини, там происходит какая-то ерунда. Мне нужно идти, — поясняю и всё еще держу информер возле уха.

— Тебе нужно что-нибудь захватить из комнаты? — отрывисто спрашивает имперский маг.

— Нет, всё своё с собой, — говорю ему, а сам в этот момент мысленно проверяю всё, что лежит в пространственном кармане.

Несколько пачек патронов, револьвер, пистолет, паёк…

— Тогда быстро сюда! — командным тоном произносит имперский маг.

Олеся открывает дверь и с нескрываемым страхом смотрит мне вслед.

— Да всё нормально, не переживай, — успокаиваю девчонку. — Если рядом имперский маг, мне ничего не страшно.

— Ну да, я именно поэтому и переживаю, — говорит Олеся. — Когда он рядом, ничего хорошего и тем более спокойного не происходит.

И тут она права. Но делать нечего: зовут, надо идти. Быстро выхожу из комнаты. Коридор, переход.

Около моей двери нетерпеливо переминается с ноги на ногу Юрий Олегович. Со стороны лестницы бегут Генрих Олегович и Пилюлькин.

— Костя! — тут же кричит Пилюлькину имперский маг. — Ему! — Показывает на меня. — Срочно эликсир ускорения и регенерации. Быстрее-быстрее! А еще полный комплект для восстановления.

— Комплект для восстановления у него уже есть, — отвечает целитель. Вид у него тоже взволнованный.

— Отлично, тогда давай всё остальное, — торопит имперец. — Одна нога тут, другая там! Скорее же!

Вспоминаю: да, действительно, у меня ещё осталось по одному пузырьку из комплекта, выданного Пилюлькиным. Целитель получает поручение имперского мага и бежит вниз, видимо, в свой кабинет.

— Генрих… — обращается к директору Юрий Олегович. — У тебя сейчас никто не выходил на изнанку? Мне надо точно знать!

— Нет, все преподаватели на месте, — отвечает директор.

— Вот и отлично, — выдыхает имперский маг. — Передай всем, пусть не выходят.

— Юра, объясни, что происходит? — задаёт вопрос Генрих Олегович. — По какому праву ты врываешься в Академию и раздаешь указания? — директор пока не ругается, но по лицу считывается волнение.

— Это неважно, — отмахивается Юрий Олегович. — У нас кризис.

— У вас кризис или у всех кризис? — уточняет директор.

Юрий Олегович смотрит на него и обманчиво спокойно говорит:

— У всех кризис, Генрих, у всех. Просто вы ещё об этом не знаете. Студент? — оборачивается ко мне.

— Да, я уже здесь, подошёл, — отвечаю. Что случилось, Юрий Олегович?

— Да неужели! — нервно говорит имперец. — По пути расскажу. Держись за мной. — Юрий Олегович смотрит мне за спину. — Где там наше прикрытие?

Впрочем, я и без него чувствую, что к нам поднимаются обе менталистки.

— Все на месте? — больше для проформы уточняет имперский маг. — Тогда за мной.

Юрий Олегович быстро подходит к лестнице. По пути он перехватывает Пилюлькина — тот практически бегом поднимается из целительской на этаж общежития.

— Вот, держи, — целитель торопливо впихивает мне в руки два уже знакомых пузырька. — Как пользоваться помнишь? — уточняет.

— Помню, — коротко киваю.

— Ну вот и всё, — отвечает Пилюлькин. — Юра, потом два-три дня студента ни в коем случае не беспокой, иначе ему будет плохо, — предупреждает имперца.

— Плохо — потерпит, — отмахивается имперский маг. — Разберёмся. Не знаю, насколько быстро мы успеем со всем этим закончить. Если не разберемся, то плохо будет не только студенту. Все, не стоим, не стоим. Студент, за мной!

Юрий Олегович показывает девчонкам на верхний этаж, и мы всей группой поднимаемся к директорскому кабинету. С нами идёт Генрих Олегович, а на лестнице к нам неожиданно присоединяется физрук.

— О, и ты здесь, — усмехается Юрий Олегович.

— Тебя не спросил, — огрызается физрук.

Кажется, эти двое сильно друг друга не любят.

— Так, диспозиция меняется, — сообщает имперский маг. — Девочки, троих сможете прикрыть?

Менталистки переглядываются, после чего Юлия кивает.

— Прикроем, — с уверенностью отвечает она.

— Ты идёшь с нами, — заявляет Юрий Олегович, обращаясь к физруку.

— Ты не оху… — Физрук осекается на полуслове, бросив взгляд на стоящих рядом девчонок, и вместо этого спрашивает:

— А больше ничего не хочешь? — С вызовом смотрит на имперского мага.

— Больше? От тебя? Нет, ничего, — между делом кидает Юрий Олегович, вообще не стесняясь, что мы слышим всё, о чем они говорят. — Но сейчас ты в любом случае идёшь со мной. Считай, я мобилизовал тебя своим личным указом. Бумагу дать?

Физрук поджимает губы. Видно, как он буквально сдерживается от ещё нескольких ярких выражений. Судя по пристальным взглядам в мою сторону и сторону девчонок, его как раз очень волнует, что о нём подумают.

— Запихни её знаешь куда? — спрашивает физрук и недовольно морщится. — Ладно, идём.

— Тебе что-нибудь нужно из амулетов или ещё чего? — уточняет имперец. — Может, переодеться?

— Юра, любой нормальный маг носит всё своё с собой, — отвечает физрук. — И одевается, так сказать, «по погоде».

— Ну вот и молодец, значит, сделал выводы, — усмехается имперский маг.

В разговоре проскакивает много фраз, которые понятны только им двоим. Да и мне, если честно, не очень хочется вдаваться в их дела. Физрука, очевидно, берут с собой для подкрепления — как опытного и более менее сильного мага из преподавательского состава. Ну да, от молодых теоретиков смысла будет мало, и неважно, куда мы направляемся.

Идём вперёд немного увеличенным составом.

— Юля, этого тщательнее прикрывай, — имперский маг отдает приказ своей менталистке и кивает в сторону физрука. — С дисциплиной у него так себе, но помочь, если что, сможет.

— Юрий Олегович, — всё же решаю обратиться. — Возможно, мой вопрос не ко времени… — Иду сразу за имперским магом. Физрук бросает на меня удивлённый взгляд, но никак не комментирует. — А что, собственно, происходит? — спрашиваю. — Вы обещали рассказать.

— У нас прорывы, Орлов, — отвечает имперец. — Прорывы, понимаешь? Их много, причем одновременных. Закрывать, как понимаешь, кроме тебя, некому. Иначе мы бы тебя не искали со всеми собаками, — намекает на пропущенные вызовы.

— Понятно, — говорю и прикидываю свои возможности. — Подождите. В смысле прорывы? У вас же там оставались отряды и всё такое. Да и срочного ничего не было?

— Отряды оставались, — подтверждает Юрий Олегович. — Вот только прорывы активизировались сразу по нескольким направлениям. Полноценные отряды монстров ещё не вырвались на свободу, но порталы уже пульсируют. Мелкие группы существ пока сдерживают, но дело — дрянь.

— Насколько часто пульсируют? — уточняю. У меня уже есть понимание насчет пульсации: чем она чаще, тем больше вероятность быстрого открытия портала, а, следовательно, и волны вышедших оттуда существ.

— Правильный вопрос, — отвечает имперский маг. — Не раз в час, как раньше, а раз в десять минут, выбрасывая очередную партию тварей. Передышки практически никакой.

— Может быть, я смогу помочь? — спрашивает Генрих Олегович.

— Мог бы, но за тобой, вон, дети в Академии, — отвечает имперец. — Извини, Генрих, в этот раз ты останешься здесь. Юля троих не прикроет, а вот эта девочка, — указывает на Ариадну. — Пока слишком неопытная, чтобы на неё полагаться.

— Ты думаешь, я не справлюсь с какой-то ментальной гадостью? — с нотами обиды спрашивает директор.

— Там не просто какой-то менталист, — отвечает Юрий Олегович и на секунду останавливается. — Ты же знаешь мою Юлю? — Кидает взгляд на девушку.

— Ты ещё спрашиваешь, — хмыкает директор. — И что с того?

— Представь её возможности и умножь их примерно в десять раз, — объясняет имперский маг. — Тогда получишь силу атакующих монстров. Хотя, может, там даже больше, чем в десять — пока анализ расходится. Нет, если ты полностью уверен, что сможешь прикрыть себя, и Академия не останется без управления…

Генрих Олегович слегка смущается.

— Вот именно, — констатирует имперский маг, замечая реакцию брата. — Юля, конечно, сможет нас прикрыть, но когда случится глобальная атака — тут без вариантов. Четыре человека для моей менталистки многовато. Так что ты остаёшься в Академии охранять детей. Если вдруг что — единственная точка входа, ты знаешь где. Оборонять её несложно. Других выходов у вас тут, вроде бы, нет — в прошлый раз я всё хорошенько проверил.

Подходим к красной двери.

— Так, а сейчас секунду подождём, — произносит Юрий Олегович.

— И чего мы будем ждать? — удивляется директор.

— Моих сотрудников, — поглядывая на лестницу, отвечает имперский маг.

Кажется, маг пришел в Академию первым, чтобы заранее собрать всех и подготовить. Всё рассчитано.

По лестнице поднимаются двое бойцов в чёрных доспехах. В общем-то ничего необычного, если бы не огромный металлический кейс у них в руках. Теперь понятно, зачем нужны бойцы: имперец приставил их не для собственной охраны, а для того, чтобы охранять кейс.

— Что внутри? — спрашиваю.

Похоже, этот вопрос возник у всех.

— Камни, которые мы собрали в местах прорывов, — объясняет имперский маг. — Кстати, Орлов, ты сможешь определить, какие из них нам нужны?

— Очень сомневаюсь, — честно говорю. — Мне нужно делать это там, внутри.

Имперский маг кивает.

— Так, бойцы, пока свободны, — обращается к ребятам в черной броне.

Бойцы зачистки ставят кейс на пол, козыряют и тут же уходят.

— Ладно, возьму с собой, — произносит Юрий Олегович, и железный ящик подлетает над полом. — Если уж серьезно, то лишняя штука — привлекает к себе много внимания, но что поделать.

— Юра, давай я возьму, — говорит физрук. — Перекидывай поводок на меня.

Имперский маг соглашается, и я буквально вижу, как поводок заклинания переходит к физруку. Тот слегка дёргается.

— Вы что туда свинцовых чушек накидали? — удивляется он.

— Конкретно их там нет, — усмехается имперский маг. — Я же говорю, камни там, камни. Ну, что, все готовы? — Окидывает взглядом всю компанию. — Раз готовы, тогда пошли.

Открывает красную дверь.

Никаких долгих речей или прочих проводов — просто делаем шаг и оказываемся на крыше здания. Хаос легко меня принимает. Чувствую себя комфортно, а вот всех остальных попутчиков хаос будто не хочет здесь видеть. Я буквально слышу его сердитое ворчание. Похоже на резкие порывы ветра.

— Держимся за мной! — командует Юрий Олегович. — Смотрим друг за другом.

Всем, кто идёт рядом, тут крайне неуютно.

— Тихо, тихо, тихо, тихо, — шепотом стараюсь успокоить это место.

Имперский маг напряжен, сосредоточен и полностью готов к любой атакующей гадости. Девчонки тоже беспокойны.

— Тебе тоже тревожно? — тихо спрашивает Юлю. — Сознание не чувствую, но стоять тут не хочется. — Ариадна оглядывается.

— Точно сказать не могу, держись рядом с нами, — отвечает имперская менталистка и медленно продвигается вперед.

И только физруку всё нипочём. Он с интересом наблюдает и слушает, что я делаю.

Хаос негромко ворчит, как рассерженный пёс.

— Ничего себе. — Смотрю на мгновенно вспыхнувшие и тут же погасшие камни.

Понимаю, что никто из окружающих магов не видит эту пульсацию.

— А можно увидеть все остальные камни? — обращаюсь к имперскому магу.

Юрий Олегович поднимает верхнюю сетку. Оказывается, осколки камней лежат на отдельных сетках, которые слоями установлены в ящике.

— Тебе нужны абсолютно все? — уточняет имперец.

— Желательно да, — киваю.

Имперский маг делает жест рукой. Из ящика вылетают сразу пять заполненных камнями сеточек. Получается, что осколков относительно немного, но все они распределены по группам и объединены по какому-то определенному признаку. Каждый слой расположен в отдельной сетке. Остальные послойно находятся друг над другом, образуя ярусы.

По какому принципу образованы эти самые группы, не совсем понятно. Возможно, кто-то уже пытался прочитать надписи на осколках. Камни расположены в сетках либо по принципу надписей, либо по принципу сохранности — но это только мои предположения.

На одном из ярусов вижу пустые куски плиты — просто отколотые. Они образуют одну из групп. Но есть важный момент: пульсировали только те, что лежали сверху. Удивлён, что маги этого не заметили. Остальные камни мутно светятся, но ничего особенного с ними больше не происходит.

Осколки, расположенные сверху, кажется, имеют более высокий общий фон магии, чем у остальных. И, судя по всему, он провоцирует пульсацию.

— Юрий Олегович, а вы знаете, чем эти камни отличаются от остальных? — задаю вопрос.

— Это же верхняя сетка? — уточняет имперский маг.

— Да, верхняя, — кивает Юлия и внимательно смотрит на меня.

— Это те самые камни, которые обнаружили давно — чуть ли не первыми, — поясняет Юрий Олегович. — А все остальные. — Показывает на другие ряды. — Нашли намного позже.

— С ними уже пытались что-нибудь сделать? — интересуюсь.

— Само собой, — отвечает имперец. — Из них хотели собрать плиту с надписями, чтобы дешифровать. Но пока безуспешно — не хватает больших кусков текста. Да и, вообще, плита не выглядит цельной.

— Других таких же осколков нет? — спрашиваю.

— Нет. Здесь все собранные, — задумывается Юрий Олегович. — Если бы были другие, я бы знал. Это все, что нам удалось собрать.

Сетки с плитами и впрямь выглядят как большая картинка, расколотая на кусочки пазлов. Однотонная серая, с непонятным выбитым текстом. Первый сеточный ряд плотно напитан магией, остальные как дополнение. Даже если собрать воедино весь текст, не факт, что получится его перевести — по поводу языка имперец тоже ничего не говорит. Он даже сейчас делится информацией весьма ограниченно и неохотно.

— Понятно, — говорю. — Тогда у меня к вам другой вопрос. Так понимаю, что прорывы активизировались ровно в тех местах, где были собраны эти осколки? Я сейчас имею ввиду те, что собраны давно.

— Так и есть, — подтверждает имперский маг. — Значит, у этих камней есть отличия, раз ты их узнал?

— Есть, — соглашаюсь. — Все камни в ящике в основном спящие. Те, что посередине — наполовину спящие, а эти. — Показываю на верхния ряд. — Вот-вот активизируются. По крайней мере, у меня такое ощущение.

— Количество камней совпадает с числом активных порталов, — подтверждает мою догадку имперский маг. Остальные пока не проснулись?

— Вроде нет, — пожимаю плечами. — Не так как эти. Или те, что мы уже закрывали.

— Ну хорошо, я тебя услышал, — отвечает Юрий Олегович и делает легкий жест рукой. Ненужные сетки залетают обратно в ящик. Перед нами остаётся только первый верхний слой с активными осколками.

— Что тебе нужно для того, чтобы понять, куда мы идём? — спрашивает имперец.

— Ничего. Только, пожалуйста, не убирайте защиту, — прошу мага.

Физрук прислушивается к моим словам, но не встревает. Менталистки стоят рядом и периодически переглядываются. По лицам видно, что ни одна ни вторая не посвящены глубоко в тему. Юлия ловит каждое слово и, очевидно, старается составить в голове общую картину. От Ариадны чувствуется легкая растерянность, но, возможно, её эмоции считываю только я. Значит, она мне позволяет. С каждым нашим выходом чуть больше понимаю, о чем говорил Юрий Олегович, когда приставлял ко мне девчонку. Мы определенно доверяем друг другу больше, чем остальным, благодаря этому можем лучше почувствовать состояние своего напарника. Прямо сейчас мы не работаем в паре, но я всё равно ловлю себя на том, что ориентируюсь на эмоции девушки.

Беру в руки все пять камней, закрываю глаза и прислушиваюсь к ощущениям. Все дороги сами по себе безопасны, а вот выходы мне не нравятся. Опасность чувствуется абсолютно везде. Выбираю из пяти камней самый плотный по магии. Настраиваюсь на этот якорь. Думаю, у меня получится сделать шаг именно к тому порталу, от которого держу ключ.

— Всё, — говорю и открываю глаза. — Юрий Олегович, я готов. Главное не снимайте защиту при переходе, — напоминаю. — Нас там будет ждать что-то опасное.

— Принято, — кивает имперский маг. — Тогда идём, — обращается ко всем остальным. — Только постарайся вести нас побыстрее, — просит меня.

— Юрий Олегович, я, конечно, постараюсь, — отвечаю. — Но в любом случае мы придём туда раньше, чем если бы шли пешком или даже летели на дирижабле. Считайте, что времени мы так и так сэкономим прилично.

Снова встаём друг за другом, как и в предыдущий раз — только теперь имперский маг держит вокруг нас плотную плёнку защиты. Щит делает чуть меньше, но плотнее, чем раньше. Видимо, подозревает, что так будет проще вести группу. И — что самое интересное — правильно подозревает. Чем меньше цель, тем легче я её тяну.

Делаю шаг.

Туман здесь другой — более концентрированный. Не белёсый, а почти серебристый, с синеватыми прожилками, которые медленно пульсируют. Замечаю это впервые — либо раньше так не присматривался.

Чувство неприятностей не молчит — так, слегка задумчиво сигнализирует. Скорее всего, мне одному там были бы не рады. Более того, меня бы точно ждала серьезная опасность. А вот, учитывая состав нашей компании, величина опасности роли не играет. Что бы там ни было, мы должны справиться.

Ещё шаг. И ещё один.

— Внимание, — говорю, — мы почти на месте.

Чувствую спиной, как магия защиты активизируется. Прекрасно понимаю логику Юрия Олеговича: потерять меня здесь как проводника — и они останутся наедине с тропой со всеми своими силами и возможностями. Я этого не вижу, но прекрасно ощущаю: даже пространство вокруг меня становится стабильнее. Кажется, имперский маг не просто защищает всю нашу группу, он вдобавок набрасывает на меня дополнительный защитный конструкт. Ощущается как тонкое одеяло.

Не сопротивляюсь — пусть. Чувство опасности от этого никуда не пропадает.

— Ну, что ж, поехали, — предупреждаю всю нашу группу — и делаю очередной шаг.

Последнее, что успеваю почувствовать до выхода — туман вокруг нас сжимается в кулак и сразу же отпускает. Словно нас пропускают в ворота. А тот, кто находится по ту сторону, уже знает, что мы идём.

Пространство сменяется. На нас буквально обрушиваются звуки боя со всеми пряниками и пирогами: визгом, грохотом, ошмётками плоти, кровищей и магическими техниками.

Прямо перед нами идёт бой всех против всех. Рядом моргает зеркало портала — то сворачиваясь, то разворачиваясь. Замирает на несколько секунд — и за эти секунды сквозь портал успевают пробиться самые быстрые или самые ловкие монстры. Те, кому везет чуть больше, успевают уйти от дикой бойни около портала.

Если бы существо, которое контролирует людей и монстров, было бы видно — любой из нашей группы мог бы добросить до него камень. Настолько оно близко. Но из всех присутствующих вижу его только я. И лишь благодаря своему таланту знаю, где оно находится. Юля тут же направляет имперского мага в нужную сторону.

Наблюдаю со стороны. Ментальное существо представляет собой небольшой шарик — по крайней мере, именно так работает моё восприятие. Маленький шар около метра в диаметре, от него спускаются вниз тысяча нитей. Шарик легко перемещается поверху и постоянно восстанавливает порванный контроль над монстрами. В месиве боя сделать это не так уж просто. С каждой оборванной нитью шар немного замедляется. Еле успеваю это заметить. Видимо, само существо не обладает силой. Или обладает, но небольшой. Может быть, у ментальных монстров есть первичные способности, но всё остальное они определенно тянут из своих подконтрольных тварюшек.

Размышления проносятся в голове за секунды — и тут в нашу защиту врезается первый монстр. Необычно — привычный сценарий немного ломается: похоже, вся эта относительно небольшая армия существ снялась с места не по графику. Действуют они не скоординированно, будто наугад. Контролёр буквально объят облаком нитей. Замечаю всё больше обрывов — всё из-за дикой бойни вокруг.

Происходит примерно всё то же самое, что и в прошлый раз, но с небольшим отличием: здесь контролер никак не влияет на бой. Монстры безостановочно нападают друг на друга, и не потому что мы вмешались в процесс — они сражались в момент перехода. Похоже, мы приходим к завершающей стадии.

Можно подумать, что ментальному монстру кто-то мешает и срывает контроль. Он ведь не просто так не может удержать нити. Прицепиться и накинуть поводок тоже удается далеко не на каждого из воюющих. В результате — перед нами ещё более кровавая и ожесточенная битва, чем в прошлые разы. Может быть, так и задумано — просто мы пока не понимаем логику, что тоже вполне реально.

Твари вокруг продолжают наскакивать друг на друга, не замечая своих ран и повреждений — будто их гонит вперед что-то более страшное, чем физические увечья. Монстры всё время пытаются заскочить в окно портала, но оно зажигается лишь на секунды. Именно в эти секунды перед самим окном происходит не давка, а самая настоящая королевская битва. Остаются единицы, которые проваливаются внутрь по пирамиде тел. Всё для того, чтобы вырваться в наш мир.

Сейчас можно сказать наверняка: существа конкретно от чего-то бегут. Или от кого-то. На мой взгляд, здесь больше монстров, чем в предыдущих спокойно стоявших армиях. Но определить в моменте сложно — слишком много движения и перемещений.

— Девочки, держите? — спрашивает Юрий Олегович.

В нашу защиту неоднократно вбиваются нити. Срываются и не могут зацепиться. Создается ощущение, что щит отталкивает поводки как ненужную грязь. До людей не дотягиваются, но мне кажется, что с моей защитой было бы интереснее. Монстр её, похоже, вообще не определял.

Юрий Олегович наблюдает за происходящим и решает бросить объёмный сканирующий конструкт. Поводки на него никак не реагируют. Никакого особо заметного результата.

— Давайте я поставлю свой щит, — говорю, прикидывая разницу. — Может быть, менталистам будет проще.

Смотрю на замерших Юлю и Ариадну. Девчонки с серьёзным напряжением тоже работают над нашей защитой.

— Думаешь, поможет? — с сомнением спрашивает имперский маг.

— В прошлые разы вроде помогало, — отвечаю ему.

— Ладно, ставь, — недолго думая, соглашается Юрий Олегович. — Только сможешь сформировать щит, захватив мою защиту снаружи? Мне сейчас будет сложно погасить конфликт между ними. У тебя же простейшая сферическая защита?

— Да, Юрий Олегович, — подтверждаю. — Справлюсь.

Физрук с интересом наблюдает за всем, что происходит вокруг. Монстров он не просто не боится: наоборот, кажется, что у него чешутся руки, но в бой всё равно пока не вмешивается.

Ставлю вокруг нас сферический щит и тут же проседаю от десятков прилетевших ударов. Защитная плёнка Юрия Олеговича сразу уменьшается примерно на пару шагов и почти что прилипает к нам. Меня в этот же момент словно оглушает, хотя никаких звуков до этого не слышу. Имперский маг реагирует очень быстро: оперативно приглушает всё происходящее снаружи. Ощущение, словно меня ударили по голове никуда не пропадает. Кажется, что мою голову на секунду запихивают в мешок плотно набитый ватой. Слух не теряю, но при этом будто бы глохну.

Щит проседает. И самое скверное, что такого быстрого расхода магии у меня не было ни разу. Ни один из выходов даже не сравнится.

Мгновенно формирую росчерк — и первая тварь, которая влетает в щит, осыпается серебристым пеплом. Существо с огромной пастью рвалось к нам, не особо понимая, что тут происходит. Подозреваю, что монстр не осознавал нас как опасность.

— Кто это такой? — спрашивает Ариадна, отшатываясь в середину щита.

Риторический вопрос. Раньше тварь, влетевшая в сферическую защиту, могла быть каким-нибудь очень крупным хищником, в холке размером с человека.

Следом на нас бездумно бросается ещё одна животина. И без разницы, что только что произошло с её предшественником. В броске монстра встречает росчерк. До границ щита долетает только серебристый пепел, а я чувствую приличный подъём магии.

— Такое ощущение, что тварь нас не видела, — говорит имперский маг.

И тут я с ним согласен. Монстр не обращал внимание ни на что вокруг, будто сзади за ним гналась целая стая ему подобных. Или даже кто-то пострашнее. Посылаю толику магии в мозг для ускорения. Вроде бы пока что справлюсь без эликсира Пилюлькина.

На всё про всё уходит пара секунд — не больше, и мы тоже включаемся в общую битву.

Огонь. Снова огонь. Формирую глифы со скоростью пулемента. О револьвере пока даже не задумываюсь: с росчерками работать намного проще. Организм быстрее входит в определенный ритм.

Юрий Олегович, похоже, воспринимает происходящее как способ слегка меня раскачать. С того времени, как ставлю защитную сферу, имперец не вмешивается и молча наблюдает, как я работаю. На это так же влияет то, что мы оказываемся несколько с краю основной битвы, поэтому до нас добирается не так много монстров.

Ещё, видимо, имперский маг хочет посмотреть, что и как происходит. Делает свои прикидки и выводы. Не обращаю внимания и просто работаю в режиме конвейера.

Росчерк. Еще один. Одна из тварей всё же успевает прорваться — её скупым движением руки снимает физрук. Существо разламывается надвое и ударяется о сферу уже мёртвым. Твари грызутся между собой и бросаются друг на друга. Мелкие стайные только успевают разлетаться в разные стороны. Их разбрасывают более крупные, которые прорываются к порталу.

Во всей этой толкучке замечаю, как невидимое ментальное существо постепенно продвигается к порталу. И когда основные носители становятся очевидными — мне становится не по себе. На этот раз не шесть, а все девять рептилоидов являются основными контролируемыми существами этой твари. Кроме них — несколько крупных существ, похожие на бизонов, только более бронированные. Ещё поводки опоясывают юрких летающих тварей. Все движутся одним отрядом, и всего на секунду мелькают в общей толпе.

Волна основного боя невероятно быстро доходит до нас и захлестывает буквально с головой. Когти, зубы, лапы — всё смешивается в неразбериху.

Имперский маг заканчивает наблюдения и всё-таки включается в бой у окна портала.

Глифами сбить волну существ банально не успеваю: их слишком много. И все они с глухим звуком бьются о защитную сферу. Тут, помимо имперского мага, к бою подключается физрук. При этом видеть контролёра менталисткам сразу становится проще. Мой щит снимает с них часть нагрузки, и на лицах девчонок читается облегчение.

Юля уже более осмысленным взглядом оценивает местонахождение контролёра. Вот только тварь тоже не стоит на месте. Вместо привычного плавного перемещения, начинает хаотично дёргаться и вращаться — видимо, чувствует внимание.

— Орлов, держишь? — спокойно спрашивает Юрий Олегович.

— Вроде да, — отвечаю. — Пока держу.

Защита имперского мага окружает нас вторым внешним слоем. Если твари смогут проломить мою сферу, то первые несколько секунд с нами ничего страшного точно не случится. А дальше разберёмся.

— Мне нужна всего минута, — сообщает имперец и принимается готовить что-то действительно серьезное.

— Без проблем, — говорю ему, хотя чувствую, как магия уходит всё быстрее и быстрее, даже с учётом росчерков.

— Тридцать секунд, — произносит имперский маг.

Понимаю, что сфера щита может просесть в любую секунду.

На всякий случай достаю пистолет.

Физрук по-прежнему скуп на движения, но рядом с ним будто работает газонокосилка. С той стороны сферы, где он стоит, монстры выпахиваются вместе с землёй. Физрук, даже не оборачиваясь, держит чуть ли не половину окружности. Существа, которые туда попадают, мгновенно переламываются, разбиваются, сталкиваются. Что с ними происходит — не особо слежу, но та сторона полностью свободна.

Юрий Олегович снова зажигает яркое солнце — чуть в отдалении. До нас доходит часть ударной волны. Монстров издалека набрасывает на мой щит. А вот главному контролёру без разницы: он уже уполз довольно далеко от эпицентра.

— Контролёр не уничтожен, — информирую имперского мага.

— Сделать по-другому не могу, — сквозь зубы отвечает он. — Если сделаю, нас может задеть.

Видимо, слишком близко к нашей защите серьёзного ущерба не создашь.

Воздух вокруг нас взрывается сотнями молний. В этот момент яркое солнце прокатывается по монстрам, бесследно выжигая добрую половину. Но основная задача у него другая. Солнечный круг пробирается в атакующий сектор и уходит в сторону контролёра.

— Туда, — показывает Юля, и Юрий Олегович немного меняет направление своего конструкта.

Солнце растекается по воздуху серебристой искрящейся плоскостью. И, кажется, существо это замечает. Навстречу конструкту группами выпрыгивают разные монстры. Твари принимают удар на себя.

Тут же перестаю уничтожать росчерками существ, бьющихся в сферическую защиту. Запас магии тут же заметно уменьшается.

Убираю пистолет в кобуру и достаю костяную пластину. Кладу её ближе к телу.

— Объяснишь? — спрашивает физрук.

— Чуть позже, — отвечаю.

Тот только кивает и продолжает перемалывать монстров. До нас добирается основной атакующий ответ — первая тройка рептилоидов врывается в хаотичные ряды монстров.

Существа бьются ещё более слаженно, чем до этого. Когда в прошлый раз стоял под сферой совсем один, чувствовал, что они будто выстраивают стратегию нападения. Сейчас наблюдаю за их приближением, и закрадывается мысль, что они и правда разумные. Рептилоиды идут вперед и чётко подставляют под удары других существ. Контролёр в этот момент фиксирует каждое движение, да и, вообще, они двигаются, будто один организм. Ну, тут никаких неожиданностей — они все находятся под управлением. А вот то, что контролер стал очень неплохо управлять своими юнитами — плохая новость.

— Юрий Олегович! — предупреждаю имперского мага.

— Вижу, вижу, не беспокойся, — отвечает он.

Продолжаю уменьшать запасы магии. Буквально готовлюсь к последнему выходу.

— Контролёр мой, — сообщаю имперцу и ловлю озадаченные взгляды менталисток и физрука.

— Ты знаешь куда стрелять? — уточняет Юрий Олегович.

— Да! Я его чувствую! — Улыбаюсь.

— А чего раньше не убил? — не понимает имперский маг.

— Да потому что без подготовки меня разорвет ко всем чертям от притока магии, — говорю как есть. — Если есть накопители, пожалуйста, приготовьте на всякий случай.

Имперский маг бросает взгляд на физрука. Тот кивает и достаёт из внутреннего кармана крупный кристалл. На стандартные накопители не похож. Больше напоминает большой кристалл кварца, но при этом чувствую от него определённую волну магии.

— Подойдёт? — спрашивает меня физрук.

— Наверное, — пожимаю плечами. — На всякий случай держите его при себе.

Весь разговор идёт примерно в одном ключе: физрук спокойно разговаривает со мной, а его магия, словно без его участия, продолжает перемалывать существ.

Прыжок первой тройки рептилоидов. Удар в щит.

В этот же момент формирую глиф огня. Контролёр будет пробовать уйти, но шансов у него нет.

Бой! И невидимое существо загорается изнутри. Тонкие нити контроля тоже сгорают и осыпаются серебристым пеплом.

Некоторые из подконтрольных существ успевают сбросить поводки, в том числе все рептилоиды. Некоторые из монстров не успевают среагировать и остаются прикрепленными к горящему ментальному существу. Их тоже разносит в серебряную пыль.

Чувствую, как мой резерв начинает наполняться магией.

— Я сейчас не смогу ничего делать, — кричу Юрию Олеговичу.

Зажмуриваюсь, стискиваю зубы и пропускаю через себя новый поток магии. Боль сильная, но стерпеть можно. В прошлый раз тоже выдержал, но как будет сейчас, до конца непонятно.

Резерв заполняется почти мгновенно — и я про это помню. Костяной накопитель специально размещаю напротив солнечного сплетения, без учёта, что придется перекачивать магию с помощью рук.

Понимаю, что поток поступающей после смерти монстра энергии, не заканчивается. Если его не перенаправить, дело кончится плохо. Выталкиваю магию из центра тела в накопитель. Чувствую, как импульсы расходятся по телу и ухают в костяную пластину как в бездну. Какую прекрасную штуку я всё-таки подобрал. Накопитель наполняется, но не скажу, что сильно быстро.

Похоже, как раз вовремя успеваю переработать излишки и даже не сгореть. Бой вокруг не утихает. Рептилоиды пользуются моментом и добираются до наших щитов. Мою сферу пробивают сразу в нескольких местах. Физрук с имперским магом работают на пару, но сдержать тварей не удается. Но, как понимаю, всё пока под контролем, так как Юрий Олегович пока не обращается к своему таланту. Видимо, оставляет как последний шанс.

Твари очень вовремя давят на щиты — и это тоже помогает мне вытянуть как можно больше магии из резерва, чтобы не сгореть. По ощущениям, магия не успевает подобраться к верхней границе резерва.

Снова на пару мгновений успеваю почувствовать себя воздушным шариком, но напор постепенно нормализуется. Уткнувшись в верхнюю границу, отступает. Часть магии отводится в накопитель, часть — в щит, но отвлечься и вступить в схватку с рептилоидами всё равно никак не могу. Иначе потеряю концентрацию и поток пробьет границу резерва либо с одной, либо с другой стороны. Нужно постоянно держать руку на пульсе и перенаправлять.

Слышу, как идёт бой. Рептилоиды наскакивают на нашу защиту, но физрук и Юрий Олегович разбираются с ними по одному. Тварей настолько много, что защита трещит по швам. Меня буквально сжирает ощущение, что не могу им помочь. Ни отвлечься, ни создать глиф прямо сейчас не получится. Через силу сосредотачиваюсь и стараюсь почувствовать, сколько может в себя вместить костяная пластина. Кажется, сравнение с бездной подобрано не случайно — нет даже малейшего ощущения, что в накопителе вот-вот кончится место.

У меня за спиной раздаётся тяжёлый вой. Видимо, имперский маг сбрасывает свои заглушающие конструкты. Рептилоиды еле успевают уйти от его магии. Тем более, что они восприимчивы далеко не к каждой атаке.

Ещё секунд тридцать, и нашу защиту обязательно взломают. Хочется думать, что магия закончится быстрее. В ту же секунду, как резерв начинает ползти вниз, открываю глаза и формирую глиф огня.

Удар — и один из рептилоидов рассыпается серебряной пылью. Резерв снова подскакивает вверх. Излишки сами уходят в накопитель. По ощущениям, за всё это время заряжаю едва ли четверть пластины, и это очень неплохой результат.

Ещё удар — и наконец магия начинает более ощутимо идти вниз. Выдыхаю. Вроде бы пережил эту волну. Контролеры слишком сильно поднимают уровень магии — даже больше, чем люди.

Очередной росчерк улетает в ближайшего к нам рептилоида. Один из них дотрагивается когтями до защиты имперского мага — и вот тут неожиданность. Защита Юрия Олеговича работает именно так, как и должна: банально схлопывается. Имперцу приходится отвлекаться от основного боя и ставить новую. Пусть это и занимает всего секунду — но я всё равно замечаю. Как и быстрый, почти незаметный взгляд в мою сторону. Вероятно, у имперского мага в голове возникает вопрос, почему сфера моего щита не ведет себя точно так же от прикосновений когтей. Но пока он мне его не задает.

Физрук стоит рядом и, судя по выражению лица, слегка волнуется — у него против рептилоидов почти ничего нет. Большую часть его атакующего арсенала монстры просто игнорируют. Всё-таки не зря они охотятся именно на магов. Менталистки нервно переглядываются, но ничего не говорят. Слышу только обрывок Юлиной фразы про скользкий разум. Кажется, Аглая во время битвы на реке тоже говорила о чем-то подобном. Так что разум, как я и догадывался, у этих существ есть, и не каждый опытный менталист может его захватить. Про Ариадну и говорить не стоит: она просто выжидающе смотрит на Юлю, но имперская менталистка только мотает головой.

Не беспокоится только Юрий Олегович. Свой талант он пока еще не пустил в ход, так что момент последнего шанса остается за ним. Да и мой щит вполне себе выдерживает натиск крокодилоподобных — на что, кстати говоря, имперский маг продолжает посматривать с явным интересом. Похоже, его сейчас больше интересует диагностика моего щита, чем атака рептилоидов. Ну да, когда достигаешь определенного уровня силы, приоритеты очевидно смещаются.

Помимо атаки рептилоидов, бой вокруг тоже продолжается. Но именно эти твари крутятся около нашей защиты. Когда открываю глаза, в щите застревают когти сразу шестерых существ, с учётом того, что двоих успеваю снять. Похоже, они всей своей бандой рванули сюда.

Месиво вокруг не прекращается ни на секунду, и не становится менее интенсивным. Просто существ благодаря неестественному отбору становится меньше. Все выжившие монстры более агрессивны, поэтому бой идёт практически на каждом метре. Рептилоидов тоже задевают нападки измененных существ: монстры недовольно взрыкивают, но по-прежнему не могут вытащить когти из щита. Как и в прошлый раз.

Рептилоиды попадают в ловушку. Вот только существ, которые могут хотя бы поцарапать монстров, не так чтобы много.

С одной стороны, крокодилоподобные изо всех сил рвутся к нам, с другой — не могут вытащить лапы. Но теперь это уже не так важно. Меняю пистолет на револьвер — а потом плюю на эту идею. Таскать с собой головы, когти или зубы не хочется. Всё это, по сути, почти бесполезное барахло, сейчас собирать ингредиенты — только терять время.

Физрук едва слышно выдыхает — значит, тоже беспокоился, просто не показывал. Менталистки тоже не стоят на месте и, судя по всему, нащупывают уязвимые места у этих же тварей. Девчонки недолго переговариваются и всё-таки заставляют одного из рептилоидов замереть и открыть рот — куда тут же влетает техника физрука. Втроём они срабатывают очень слаженно, будто тренировались месяцами. Голову рептилоида разрывает изнутри — и он тоже падает рядом со щитом, повисая на вбитых в границу когтях.

Формирую пять росчерков, они вылетают друг за другом — и твари буквально растворяются в серебристом сиянии.

Юрий Олегович замирает — и новая глобальная техника расходится от границ щита. За ней можно проследить по искажению воздуха. Монстров буквально переворачивает: всех, кто находится за границей нашего купола. Похоже, крокодилообразные твари не просто игнорируют магию, они ещё каким-то образом блокируют большую часть возможностей мага, даже такого сильного, как Юрий Олегович.

Но эта техника тварям в прямом смысле не по зубам. Существа вытягиваются над землёй, и с ними происходит какая-то ересь: лапы неестественно выгибаются и ломаются. Тварей словно складывает по линии магической техники. Смотрю на Юрия Олеговича. Спокойный вид имперского мага говорит о том, что так и задумано. Волны техники быстро расходятся над всей площадью боя.

— А почему раньше так не сделали? — спрашиваю.

— Любая тварь с серьёзным сопротивлением. — Маг машет рукой на остатки рептилоидного монстра. — И техника схлопывается. Сейчас — самое то. Крокодилообразные уничтожены, а тварей с большей магической сопротивляемостью мы не видели. Всякая техника хороша в своём месте. — Добавляет Юрий Олегович. — Тот же шар света я никак не мог сделать ближе — в противном случае нам бы тоже досталось.

— Да, это я уже понял, — киваю.

Переводим дух. Поле устлано кучей мертвых существ. Мысленно отправляю бесёнку картинку активного портала. Вокруг не осталось никого из живых монстров.

— Так, — говорю, — этот камень откладываем.

Юрий Олегович непонимающе смотрит на меня.

— Когда зачистим портал, сразу после этого зачистим камень, — объясняю. — Идём к следующей битве или нам нужно отдохнуть?

Имперский маг переглядывается с остальными участниками группы. Менталистки после удачного захвата разума одного из рептилоидов, немного приободряются. Физрук и вовсе не выглядит уставшим — его эмоциональная регенерация работает на «ура».

— Можем идти, — делает вывод имперский маг и собирается уточнить ещё пару моментов. Сразу понимаю, о чем пойдёт речь.

— А портал — это моя забота, — перехватываю вопрос мага. — Не переживайте, главное — зачистить армию монстров.

— Как знаешь, — соглашается маг. — С монстрами мы справимся.

Стараюсь мысленно передать бесёнку координаты, где нахожусь. Для этого подключаю ощущение здесь и сейчас — действую интуитивно, но чувствую, как это работает. Монстрик радостно бежит навстречу. Стараюсь его ненадолго остановить, и вроде получается. Запрещаю Икорю появляться сразу, пока вся наша толпа находится тут.

— Ну что, идём? — спрашиваю группу.

Все кивают и собираются. Беру следующий по магической насыщенности камень — он, как и ожидается, тоже с проблемами на другом конце пути.

Даю бесёнку разрешение появиться рядом с порталом. Как только вижу зелёную ниточку трещины в пространстве, через которую он вываливается, делаю шаг.

— Эй, Орлов, там всё нормально? — удивляется физрук, оглядываясь на исчезающий в тумане портал.

— Не переживайте, всё под контролем, — отвечаю ему.

— Ты уверен? — спрашивает препод. — Там ещё оставался коготь.

— Ну, может, вот такая флуктуация, — отвечаю физруку. — Давайте пока не будем трогать эту тему.

— Пока не будем, — поддерживает Юрий Олегович.

— Не слишком ли много запретных тем для одного студента? — ворчливо спрашивает физрук. Но его вопрос не требует ответа.

Имперец, судя по всему, с ним не в тех отношениях, чтобы пускаться в объяснения здесь и сейчас. Ему тоже хочется о многом со мной поговорить, но не здесь. Не удивлюсь, если по возвращении в Академию меня будет ждать допрос с пристрастием. Хотя всегда можно сослаться на усталость или магическое истощение и уйти в кабинет Пилюлькина. После таких-то выходов.

Вторым шагом погружаемся в такой же бой, как до этого. Только сейчас мы выпадаем совсем рядом с порталом сразу со всеми щитами, какие можем накинуть.

Уже знаем, чего можно ожидать от этого места, поэтому встреча проходит в тёплой, можно сказать, дружественной обстановке.

— Орлов? — обращается ко мне Юрий Олегович.

— Нет, я сейчас не могу, слишком много магии, — отвечаю. — Пока без меня.

— Принято. — Кивает имперский маг.

Физрук следит за нашей коммуникацией с Юрием Олеговичем и старается не выказывать удивления. Понимание с полуслова экономит время и делает процесс более результативным.

Рядом со щитом снова включается мясорубка, в которую затягивает всех ближайших тварей. Оглядываюсь в поисках контролёра, но на этом поле его не видно. То ли он каким-то образом маскируется, то ли просто не попадает в сферу обзора. Нахожу взглядом нити: они вытягиваются в странном направлении. У предыдущего ментального монстра они тянулись наверх, здесь же они словно запутаны. Понятно — контролёр прячется.

А вот это нехорошо.

Если эти существа начинают действовать разумно — опасность резко возрастает.

Юрий Олегович и физрук перемалывают монстров. Вокруг кричащее и визжащее месиво. Мой щит пока не подвергается атакам — в этот раз мы выходим с самого края портала. По сути, он образует дополнительный барьер. Это спасает, но не сильно: то один, то другой монстр нас всё равно замечают. Правда, тут же натыкаются на атаку имперского мага и гибнут, не успев зацепить наши щиты.

— Юрий Олегович, мне нужно, чтобы пара существ добралась до щита, — сообщаю магу. — Иначе я не смогу принять на себя магию этой твари.

— Сейчас не придётся, Орлов, так что погоди, — говорит имперский маг и заканчивает массивную связку глифов.

Рукотворное солнце имперца зажигается там, куда стягиваются все нити.

Юрий Олегович не видит существо, но огненный шар вспыхивает в самом плотном скоплении нитей. Похоже, Юля довольно точно координирует имперского мага.

Стоны, крики, вой — поле взрывается громкими звуками и тут же затихает. Магия имперца без разбора выжигает большую часть тварей. Остатки монстров выбивает физрук.

Пара уцелевших рептилоидов каким-то образом успевают увернуться от конструкта имперского мага и рвутся к нам. Сейчас у меня нет сильного подъёма магии, поэтому пара росчерков тут же прерывает их прорыв.

— С этими как-то проще, — говорю и оглядываюсь, чтобы оценить обстановку.

— Да, проще, — подтверждает имперец. Только мне теперь нужно отдохнуть, — усмехается. — Всё имеет свою цену.

Имперский маг создает воздушное кресло и присаживается.

— Буквально пару минут, — выдыхает Юрий Олегович. — Ты как раз пока добьёшь остатки, — обращается к физруку имперец, подсвечивая направление боя.

Физрук не особо вслушивается, только кивает — и убегающие монстры взрываются облаком кровавых брызг.

Всё-таки у каждого из них есть свой уникальный ультимативный конструкт. Но пользуются они этим «бонусом» не так часто. Видимо, эти глифы требуют очень большого напряжения или их попросту долгого рисовать, поэтому их сложно применять в бою. Вывод приходит сам собой после громоздкой атаки имперского мага. Видно, что Юрию Олеговичу всесжигающее солнце даётся непросто — как и в прошлый раз. Теперь ему нужно время на восстановление.

— Могу дать накопитель, — предлагаю. Мне сейчас столько энергии точно не нужно.

— Хм-м… — задумывается маг. — А почему нет? Давай. — Протягивает руку.

Вытаскиваю из внутреннего нагрудного кармана костяную пластину с большим объёмом моей магии и отдаю имперскому магу. Раньше не понимал, что можно складывать так близко к телу, теперь же в полной мере смог оценить пошив одежды. Накидка из драконьей кожи всё-таки предназначена для магов — о чем свидетельствует карман для накопителя. Хотя охотникам тоже всегда найдется, что туда положить.

— Спасибо, Орлов, — благодарит имперец. — Выручил.

Физрук после этих слов усмехается себе под нос, но никак не комментирует. Я и сам прекрасно понимаю, что Юрий Олегович просит у меня пластину скорее для анализа, чем для реального восстановления. Ему намного интереснее понять, как именно работает неизвестный материал, и что можно от меня ожидать.

Вижу, как лепестки хмари как пылесосом втягиваются в тело мага. В этом месте, где больше неопределённости и магии восстановиться несложно. Юрий Олегович восстанавливается скорее активно, а не пассивно, как все остальные. Ещё одно доказательство, что моя костяная пластина нужна ему постольку поскольку — и физрук это тоже прекрасно понимает.

— Контролёр тут? — спрашивает имперец и смотрит на менталисток.

Ариадна отрицательно качает головой.

— Нет, никого нет, — добавляет Юля.

— Отлично, — говорит Юрий Олегович. — Орлов, ты же дашь мне потом посмотреть эту штуку? — обращается ко мне.

— Вам нужна конкретно эта пластина? — уточняю.

— Ну… — тянет имперский маг. — В принципе, можно любую другую, но с такими же свойствами накопителя. А что, у тебя их много?

— Нет, не много, — отвечаю. — Но для анализа одолжить смогу. Тем более, что Пилюлькин уже забрал одну себе. Так что в товарных количествах этих штук у меня нет.

— Понятно, — кивает маг и возвращает мне накопитель. Он не спрашивает, где я взял эти штуковины — возможно, все вопросы задаст потом. Вместо разговоров имперец бегло оглядывает всех нас.

— Ну, что? Перевели дух? — уточняет и не дожидается ответа. — Идём к следующему порталу?

Все дружно киваем. Менталистки, судя по виду, в этот раз вообще не устали. Ариадна слегка улыбается и постоянно о чем-то спрашивает Юлю. Да уж, учиться в таком месте — самое то.

Времени остаётся всё меньше.

Похоже, имперский маг не замечает, что все перемещения происходят не случайно, и мы попадаем к порталам как раз вовремя. А вот мне для этого приходится прилагать определённые усилия.

Постоянно прислушиваюсь к себе и ощущаю: в каких местах могу оказаться именно в тот момент, когда атаки только начинаются. Все пять боёв — пять активных порталов словно застывают, продолжая находиться в одном временном промежутке. Кажется, что я будто перебираю слои реальности и каждый раз попадаю в начало нового варианта. Эффект дня сурка помноженный на пять. И это ещё раз подтверждает: межреальность неоднородна и работает по совсем другим законам. Когда прихожу сюда, то привношу свои законы, но в таком варианте они действуют ограниченно. К тому же очень сильно зависят от моего восприятия.

Есть ещё один интересный момент: я не могу вернуться в прошлое. Уже пробовал нащупать дорогу, чтобы переместить нас туда, где порталы ещё не начали работать. Нет такой дороги. Могу вывести только в момент попадания в межреальность. Всё, что происходит здесь, имеет одну и ту же координату. Я, как ни странно, могу её двигать, но только вперёд. Каждый из боёв как-будто длится в своём временном промежутке, который вообще никак не коррелирует с остальными пятью. Каждая точка и каждое перемещение отделено от предыдущего, но при этом происходят в одно и то же время.

Это всё определенно стоит запомнить, но говорить об этом вслух, при имперском маге, точно незачем. Всё равно он не узнает с точностью до минуты или до секунды, когда именно будут закрыты порталы. Бесёнок, по моим ощущениям, только начал поглощать энергию того, который остался позади. Порталы будут закрываться по очереди, а не одновременно.

Пытаюсь осознать само существование пяти одновременных временных линий. Получается плохо.

Встаю с воздушного кресла, которое успел сформировать для себя и Ариадны.

— Раз мы идём дальше — предлагаю действовать по той же схеме: так же, как и раньше, — говорю группе.

Возражений нет.

И снова иду во главе группы под защитой Юрия Олеговича. Следующий по интенсивности магии камень зажат у меня в руке.

Делаем шаг в молочную стену тумана. Потом второй. На третьем просто оборачиваюсь к имперцу и киваю.

Маги собираются и мельком переглядываются. Мы готовы атаковать — и снова вылетаем с тропы прямо посреди боя.

Возле этого портала снова ничего нового: попадаем в самое начало боя, пока без контролера: он прячется. К тому же находится достаточно далеко, чтобы нам грозила опасность — всё ещё можем достать его глобальной техникой. Что, собственно, и происходит. Над полем снова загорается рукотворное солнце — и Юрий Олегович сразу после этого оседает на созданный из воздуха диван.

— Дальше ты, — кивает физруку. Тот без слов приступает к работе.

Две трети безумного боя сгорает в яркой вспышке имперского мага. Но оставшаяся треть монстров, при прочих равных, может доставить нам большие неприятности. Беспокойство всё равно не приходит — Юрий Олегович не задействовал свой козырь. У него точно остались запасы — просто именно сейчас лучше восстановиться. Это понимают все.

Менталистки помогают физруку, подставляя под его удары самых крупных или опасных тварей. Ариадна работает в тандеме с Юлей — и пару раз я ловлю её довольный взгляд. Видимо, в Академии менталистов дела теперь идут совсем иначе. Думаю, внимание имперского мага сразу повысило рейтинг Ариадны. Во взгляде девчонки появляется то, чего не было раньше. Девчонка довольна и намного больше уверена в себе. Всё чаще она действует без советов менталистки имперского мага.

А может быть, это именно то, о чём раньше упоминал Юрий Олегович: быть приписанной к конкретному магу — для менталистов вершина возможностей и максимальная свобода, которую только можно представить. В таком случае у Ариадны должны были появиться недоброжелатели. Что ж, я могу им только посочувствовать. Состраданием девушка особо не болеет и вторую щеку, похоже, не подставляет. Не делала этого, когда была медсестрой, а сейчас тем более не собирается. Зато чувство справедливости у неё развито значительно сильнее, чем погоня за бонусами. В госпитале она прикрывала меня именно потому, что считала это правильным.

С армией монстров разбираемся как по накатанной. Ничего нового или необычного: можно сказать, схема уже отработана.

— Орлов? — вопросительно смотрит на меня Юрий Олегович, показывая на в очередной раз вспыхнувшее окно портала.

— Я это всё уберу, просто чуть попозже, — говорю ему. — Главное, чтобы на поле не появилось никого нового. Но, надеюсь, что в любом случае такой армии монстров тут уже не будет.

Не говорить же имперскому магу о том, что как только мы отсюда уйдём, время застынет, и поле снова станет для меня замороженным — и простоит в таком состоянии до тех пор, пока не вернусь. Правда, подозреваю, что это правило действует только пока я сам нахожусь в межреальности. Если вдруг выйду в свой мир, местное время снова запустится — и, вернувшись, могу обнаружить много изменений. Это тоже один из законов мира изнанки, который вывожу для себя. Никакого внутреннего протеста он у меня не вызывает.

Физрук размеренно добивает оставшихся тварей. Создаётся впечатление, что он получает от этого процесса определенное удовольствие. После него, конечно, более грязновато, чем после работы имперского мага. После работы имперца остаются только дым и пепел. Сейчас же вокруг нашего щита — куча мертвых покореженных тел и кровища. Объёмы, конечно, поражают. Препод практически в одиночку уничтожает десятки существ. Да ещё с таким задором. Я вкладываю лишь небольшую толику в бой своими росчерками. Благо, под ускорением уже навострился их формировать почти как пулемет. Но мои попадания разовые — монстры по одиночке вспыхивают факелами при каждом попадании. А вот физрук уничтожает тварей буквально отрядами. Здесь, в междумирье, это получается у него несколько проще, чем в нашем мире. Не помню, чтобы препод при нас настолько ловко уничтожал существ.

— Вроде всё, — объявляет физрук, добивая последнюю стаю измененных. В момент, когда монстры умирают, препод на них даже не смотрит.

— Точно? — переспрашивает имперский маг, обращаясь к своей менталистке.

— Да, — не задумываясь, отвечает Юля.

Ариадна бросает на меня взгляд. Всю дорогу чувствую её незримую помощь — словно основная задача менталистки держать надо мной щит. И девчонка отдаётся этому с такой рьяной сосредоточенностью, что, может быть, дело не только в получении нового опыта или развитии старого. Кажется, личные отношения тоже играют немаловажную роль. Ариадна почти не мешает и уж тем более не лезет, куда не надо — только активно защищает.

Как только встречаемся взглядами с девчонкой, она бросает мне картинку — взгляд менталиста на последние секунды существования тварей. Чтобы я понимал, почему Юля может говорить об отсутствии монстров с такой уверенностью.

Картинка немного странная и непривычная обычному взгляду. Серая равнина, по которой бегают белые точки — разумные существа, пусть даже в нечеловеческом виде. Если уж честно, в полном смысле разумными их не называть. Белые точки мгновенно гаснут после того, как физрук применяет свой магический конструкт.

Менталисты не видят сами техники, зато они видят последствия. Сейчас вся серая долина полностью пуста. Кроме нас тут никого нет. Точки разумных — как их видят менталисты — относятся только к нашей группе: Юля прикрывает имперского мага и физрука, меня прикрывает Ариадна. Наши разумы, прикрытые девчонками, словно размываются, собираясь и снова исчезая — будто отражение на воде: дрожащее, но устойчивое. Теперь я хотя бы знаю, как мы выглядим для других менталистов в пространстве.

Выбираю новый камень. В принципе, их осталось не так много.

В этот раз Юрий Олегович не предлагает отдохнуть — видимо, прошлого короткого перерыва магу вполне хватило. Физрук тоже чувствует себя неплохо, правда, мельком замечаю, как препод сжимает в руках накопитель. Видимо, восстанавливается. Не удивительно — после такой бешеной техники его резерв явно поистрепался. Но ладно, это всё мелочи жизни.

— Нам ещё нужно время? — спрашиваю.

— Нет, можем идти, — принимает решение за всех Юрий Олегович.

Все уже привычно выстраиваются, ставим защиту — и делаем шаг.

Со следующим порталом происходит всё то же самое, будто существа работают под копирку — хотя, может быть, так и есть. На этот раз появляемся так же к началу боя. Юрию Олеговичу снова хватает магии и сил на формирование конструкта — его рукотворное солнце уничтожает две трети тварей. Он всё так же спокойно контролирует наплывы, пока физрук деловито уничтожает монстров оставшихся без контролёра. Когда одно действие выполняешь столько раз, оно начинает казаться рутиной. Поэтому в активной фазе атаки я практически не участвую — зато прислушиваюсь к бесёнку и понимаю, что первый портал он уже зачистил вместе со своей группой поддержки.

Бесенята рады бы перейти ко второму, только они его не видят. И с этим, похоже, можно попробовать им помочь.

Пока физрук работает техниками по монстрам, открываю сундук и нахожу камень, который соответствует второму порталу. Камни для меня сильно отличаются друг от друга. Беру в руку нужный осколок и несколько секунд вслушиваюсь в ту связь, которая имеет ключ к своему порталу. Второй камень сильно отличается от первого — и для того, чтобы увидеть разницу, мне не нужно напрягаться. Абсолютно два разных наполнения энергией.

Через несколько секунд понимаю: сделать с порталом всё то же самое, что и в прошлый раз не получится. Этого будет недостаточно. Всё-таки бесёнок не до конца разумный — как ни крути, он монстр. Если просто показать ему картинку, куда идти, он попросту ничего не поймёт. Стараюсь прислушаться к ощущениям, который связаны с порталом: хочу почувствовать его ритм работы, пульсацию, плотность магии…

— Эй, Орлов, куда собрался? — слышу обеспокоенный голос имперца.

Он выдёргивает меня из ощущений. Открываю глаза.

— Что случилось? — удивляюсь.

— Кажется, ты начал исчезать: вокруг тебя задрожал воздух, — задумчиво произносит маг. — Не самое приятное, что мне доводилось видеть, — добавляет он с недовольством.

Меня прошибает холодный пот. А ведь жизни моих попутчиков сейчас как никогда зависят от меня. Неприятное ощущение отпускает. Портал пульсирует, маги смогут спокойно вернуться через него — в том случае, если со мной что-нибудь случится.

А ведь это нешуточное оружие. Если у меня получится захватывать человека из нашего мира и перемещаться вместе с ним без его желания… то мало кто сможет выбраться с этих троп.

Но сама идея про подобное оружие… или, скорее, ловушку, не оставляет меня в покое. И ведь идея не совсем моя. Менталист из города использовал мины именно в качестве оружия — перемещая неугодных ему людей на другой план или в другой мир. После этого полностью забывал об их существовании — да и зачем помнить о смертниках?

— Спасибо, Юрий Олегович, — благодарю мага. Понимаю, что он благодаря своей наблюдательности успел остановить процесс. — Я вроде в порядке. Вы бы и без меня смогли отсюда выйти, — киваю на портал.

— Смогли бы, — ворчливо добавляет имперский маг. — Но я слишком хорошо помню то самое ощущение перемещения в одиночку. Второй раз не очень хочется повторять.

Юрий Олегович и до этого момента прекрасно знал о том, что при желании сможет выбраться отсюда в любой момент. Скорее всего, больше переживал за меня. Либо за меня, как за свой универсальный ключ — что тоже возможно. К тому же имперец считает меня своим, можно сказать, приобретением — что тоже похоже на правду, но лишь отчасти. Тропы в потенциале — огромная степень свободы от кого угодно. Но пока просто ставим себе галочку.

Снова закрываю глаза и стараюсь передать бесёнку весь свой комплект ощущений. Чувствую, как монстрик замирает, пытаясь разобраться в том, что я ему показываю. Бесёнка озаряет. Эмоции от своего фамильяра здесь, на изнанке, передаются очень неплохо — мне для этого даже не требуется личное общение. Но восприятие у Икоря несколько другое — всё-таки он не человек.

Чувствую, как бесёнок, радостно подпрыгивая, собирает всю свою банду — и они идут ко второму порталу. Успеваю почувствовать предвкушение от того, что их там снова вкусно накормят. Икорь прекрасно понимает, куда надо двигаться, поэтому пока что могу отключиться и не следить за его перемещениями.

— Ну что, идём к следующему порталу? — спрашиваю, как только физрук заканчивает бой.

— Да, секунду, — отвечает препод и снова берет в руки накопитель.

— Ты как? — спрашивает физрука имперец. Кажется, проявляет почти искреннее участие.

— Нормально, уже почти восстановился, — отвечает физрук. — Здесь магии намного больше, чем на территории Академии. Использовать её легче.

— Тоже заметил, — говорит имперский маг и удовлетворенно кивает.

Вокруг щита разбросаны груды переломанных мертвых тел. Мясорубка физрука отработала как и в прошлые разы. Результативный конструкт, ничего не скажешь.

— Орлов, ты тоже готов? — уточняет Юрий Олегович.

— Да, можем идти, — подтверждаю и бросаю взгляд на менталисток. С каждым перемещением девчонки выглядят все увереннее и веселее.

Менталистка имперца периодически что-то нашептывает Ариадне. Видимо, процесс обучения в самом разгаре. К их разговорам не прислушиваюсь — там своя атмосфера.

— Раз все готовы, тогда пошли, — произносит имперец.

Беру последний камень — он ощущается значительно слабее всех предыдущих. И сразу понимаю почему, как только переходим на поле. Успеваем заметить пару последних рептилоидов, исчезающих в портале. Королевская битва продолжается совсем вяло: большая часть монстров уже мертва. Видимо, этот портал начал свою активность намного раньше нашего прихода.

— За ними! — тут же ориентируется Юрий Олегович.

Монстры добираются до открытого портала и тут же ложатся замертво — в них прилетает конструкт имперского мага. А мы аккуратно пробираемся сквозь завалы к самому зеркалу. Сейчас портал полностью нестабильный, но в ближайшие несколько минут наверняка всё станет проще. Главное, чтобы дождались бойцы на другом конце.

— Орлов, что-то можно сделать? — Юрий Олегович кивает на закрывшуюся трещину.

Молча качаю головой. Да и откуда мне знать?

Ставлю щит, и пока мы ждём открытия, перемещаюсь чуть ближе к ящику с камнями. Юрий Олегович вместе с физруком молча и методично перемалывают остатки монстров. Это довольно легко, поскольку менталистки тоже включаются в работу. Особой опасности здесь не чувствую, так что прикрывать меня нет необходимости. Контролёр, я так понимаю, забрал с собой сильнейших монстров из армии.

— Сейчас покажу ещё кое-что, — говорит Юля, обращаясь к Ариадне.

Монстры по очереди замирают, подставляясь под удары физрука или Юрия Олеговича. Вижу как неподалеку застывает целая группа существ — и как раз в этот момент лицо Ариадны меняется. Девчонка становится более сосредоточенной и серьезной. Видимо, переняла бразды правления.

Имперский маг отрабатывает зачистку совершенно в пасмурном настроении. Кажется, он все же надеялся, что мы не пустим в наш мир ни одного монстра. Но мы и так сделали максимум. Сделать больше просто нереально — правда доказать этого я не могу.

Задумываюсь. По идее, если мы отсюда уйдем, неизвестно, как это отразится на бесенятах. Аккуратно присматриваю за бесёнком: всё равно никакой работы мне сейчас не достаётся — разве что редкие росчерки. В общей, уже порядком утихшей бойне, они никакой роли не играют.

Монстрик и его банда неожиданно быстро заканчивают со вторым порталом. Бесёнок посылает мне мысль, что второй портал тоже закрыт, и еда закончилась. Немного удивлён: прежде на зачистку одного портала у всей команды существ уходила целая куча времени, а сейчас они, вроде как, справляются сразу с двумя. Самое странное, что Икорь продолжает транслировать мне ожидание еды.

Беру из ящика третий и четвёртый камень. Сначала настраиваюсь на третий — как только бесёнок понимает, где находится портал, он мысленно передаёт сигнал «стоп». То же самое делаю с четвёртым осколком. Всё же бесенята лучше ориентируются внутри пространства междумирья. Раз получилось зачистить второй портал — может, точно так же получится с третьим и четвёртым? Бесенята подозрительно быстро умудряются сожрать огромное количество энергии, но в данном случае грех жаловаться. Их прожорливость сейчас как нельзя кстати.

На всякий случай проверяю второй осколок — и действительно, камень словно теряет наводку. Через него практически ничего не чувствую. Открытые до этого зеркала перемещения и камни теперь не привязаны друг к другу. В ящике просто остаются осколки, наполненные зеленоватой магией некромантов.

Камень после зачистки портала перестаёт быть ключом, либо ему нужно время, чтобы собрать из пространства новую магию. В общем-то, неважно, осколки на всякий случай тоже нужно будет очистить.

Пятый камень начинает пульсировать.

— Юрий Олегович! — обращаюсь к магу за минуту до того, как трещина в пространстве разворачивается в стабильный портал.

— Все подходим ближе ко мне! — распоряжается Юрий Олегович. — Сбрасывай свою защиту, — говорит мне, и я тут же скидываю сферу.

Сферический щит схлопывается, а имперский маг укрепляет и максимально сжимает свою защиту. Она становится практически непрозрачной. Мы словно оказываемся одной очень плотно сжатой точкой. Внутри из-за ящика с камнями немного тесновато. Менталистки садятся на крышку и так у нас хотя бы получается разместиться.

— На выходе наверняка идёт бой, — сообщает Юрий Олегович. — Как только портал развернётся — прыгаем. Старайтесь держаться на ногах, — обращается к девушкам. — В любом случае сразу ставьте ментальные щиты. — Поворачивается ко мне. — Орлов, сразу выставляй защитную сферу — прочную, насколько это возможно, я потом всё откорректирую. И никуда не лезь, инициатива тут может быть лишней, поверь. Мы с твоим преподавателем решим, что делать дальше — это не твоя забота.

Киваю. В принципе, согласен с магом. Теперь главное не потеряться в портале. Портал открывается, и мы все вместе прыгаем внутрь зеленоватого зеркала.

Внутри нас кидает из стороны в сторону. Очень похоже на то, что было при переходе с минами и Генрихом Олеговичем. Сейчас его брат делает примерно то же самое — подтягивает нас всех ближе друг к другу, чтобы мы не потерялись в этом неосознаваемом тоннеле. Правда сам переход длится намного дольше, чем с помощью мин — словно мы далеко летим по очень длинной извилистой трубе. Хотя толком не могу сказать, что именно происходит, так как понимания стен, верха и низа здесь элементарно нет. Мы просто летим, но ощущение движения не очень реальное.

Радует одно — всё рано или поздно заканчивается. И слава богам. Состояние перемещения крайне неприятное и беззащитное. Хочется, чтобы оно прекратилось как можно скорее.

Наконец вываливаемся из портала. Пространство вокруг нас моргает: на секунду хаос исчезает и тут же появляется что-то другое, более упорядоченное. Вокруг проявляются контуры мира, словно на негативе. Пара секунд, и все становится нормально. Портал открывается рядом с какими-то зданиями. Похоже на склады, только на этот раз они не спрятаны внутри огромного ангара.

Мы вываливаемся в звуки боя. Вокруг разрушены низкие пакгаузы — будто по ним прошло стадо мамонтов. Буквально всё раскидано в разные стороны. Бой идёт чуть дальше от нас, но его слышно здесь. Десятки разорванных людей — и ни одного рептилоида. Первые жертвы среди тварей появляются только в разрушенном ангаре напротив. И тоже не рептилоиды.

Здание не устояло от ударов и сложилось внутрь. Сейчас это больше напоминает смесь металлических балок, листов железа и всякой складированной внутри ерунды. Напрямую бой не видно, но зато по разрушениям вокруг мы прекрасно можем проследить боевой путь группы монстров.

— Быстрее, — торопит нас Юрий Олегович. — Орлов, прими ускоритель.

— Думаете, нужно? — удивляюсь.

— Не думаю — я уверен, — заявляет имперский маг. — И ещё кое-что: всегда держись позади меня. Не рискуй.

— То есть мы дома? — спрашиваю, хотя ответ очевиден.

— Ну, как сказать, дома… — отвечает Юрий Олегович. — В центре Империи, неподалёку от столицы, — бросает имперский маг уже на бегу.

Маг бросает ящик с камнями прямо перед порталом и накладывает довольно сложную систему глифов. Ящик подёргивается дымкой и пропадает из зрительного восприятия. Хотя ощущения подсказывают мне, где он находится.

— Быстрее, — снова подгоняет нас имперский маг.

Осматриваем склад со всех сторон. На бегу выпиваю склянку с ускорителем и подаю магию в мышцы. Это помогает не отставать от магов и девчонок. Юрий Олегович каким-то образом тянет их за собой. Видно, что обе барышни почти не касаются земли. Наверное, мы бежим быстрее, чем самый быстрый бегун, но всё равно достаточно медленно по меркам происходящего.

За углом полуразрушенного здания встречаем бронированную машину, ткнувшуюся боком в каменную осыпь стены. Понятно, что в машине не осталось никого живого — она слегка чадит. Рядом разорванные тела бойцов. В общем — всё то, что ожидаешь увидеть там, где прошли рептилоиды.

До этого момента мне каким-то образом везло. Я находился либо в самом начале их атаки, либо когда рептилоиды были под контролем. Да и внутри междумирья, по большей части, они мне проигрывают. Рассматриваю машину, где прошёл их боевой отряд. И если вспомнить предыдущие встречи — таких отрядов по три особи здесь может быть штуки три, а то и четыре.

Из порталов вышла не совсем стандартная армия монстров. Хорошо, что порталы открылись не в зоне центральной застройки, где разгуливает толпа людей. На складах почти никого нет, хотя горит и дымит уже не первое здание. Дым поднимается вверх, и с видимостью всё в порядке.

Похоже, военные тут тоже разгулялись — гремят взрывы и очереди. Звуки боя всё ближе. Неожиданно во всей этой мешанине раздаются хищные рыки. По моим ощущениям в этом рычании больше торжества, чем отчаяния или боли.

Судя по всему, в этом огненном аду побеждают далеко не люди. В рычании тварей слышится скорее азарт, чем желание напугать.

Трупов по дороге становится всё больше. Люди очевидно стоят насмерть, но им это не сильно помогает.

На земле местами лежат бойцы в чёрной броне, располосованной от паха до горла. Там точно уже никому не помочь. Чем дальше проходим, тем их больше. Похоже, армейским на помощь пришел батальон зачистки, но остановить эти машины смерти у них не получилось. Разве что чуть замедлить продвижение — твари не успели уйти за те десять минут, что нас разделяли.

Слышу шум винтов — похоже, на помощь приходит винтокрыл. Может быть, даже не один. За взрывами их плохо слышно. Возможно, они прилетели раньше и теперь заходят на второй круг. По логике, винтокрыл — идеальная машина против рептилоидов. Они, по идее, никак не могут её достать.

Внезапно винт начинает свистеть — и сквозь чёрный дым видно, как винтокрыл, закручиваясь и теряя управление, падает в сторону соседнего склада. Взрыва не происходит, но склад держится на честном слове. Интересно, как рептилоиды его достали? Дальность атаки когтей точно не та. Да и сам винтокрыл при желании можно разогнать до приличной скорости.

— Дальше! — Юрий Олегович подгоняет нас к самому бою. — Это не наша забота! — Мельком смотрит в сторону упавшего винтокрыла.

Поворачиваем за угол — и я словно оказываюсь в синематике. В той самой картине про батальонную зачистку. На меня волной накатывает бой, в котором всего шесть тварей противостоят чудовищному количеству людей — насколько их много даже посчитать не могу. Люди бросают на монстров бронированные машины, но существа взламывают их буквально походя. Но люди продолжают делать это просто потому, что нет других вариантов. Рептилоидов можно остановить только кинетически — и то не факт. Вообще не представляю, какое оружие может хотя бы поцарапать крокодилоподобных.

Нас захлёстывает шквал свинца — и если бы не защита Юрия Олеговича, подозреваю, что мой щит вряд ли бы справился. Свистящие пули проходят рядом, но, вероятно, за счёт изменения векторов. Вокруг стреляет всё, что может стрелять. Залпы доносятся отовсюду. А вот магов поблизости практически нет. Возможно, они тут были, но, вероятнее всего, стали первыми жертвами рептилоидов.

— Одаренных атакующих тут нет, — сообщает имперская менталистка.

Юрий Олегович кивает и с ходу вступает в бой, формируя тяжёлые магические удары. Твари словно чувствуют это — чего, кстати, нельзя исключать. В нашем более бедном на магию мире каждая магическая атака видна как маяк в ночи — и, судя по реакции тварей, они чувствуют и видят её примерно так же.

Звучит короткий рык, похожий на команду — и шестёрка рептилоидов резко разделяется. Трое продолжают уничтожать военных, а остальные трое тут же разбегается в разные стороны, забивая нам прицел. Теперь они переключаются и атакует нас.

Это мы уже проходили.

По поводу трёх тварей, которые идут на нас, даже не заморачиваюсь. Имперский маг уже не один раз показывал, что три особи контролируются легко — поэтому на них даже не отвлекаюсь. Пользоваться револьвером или росчерками сейчас не вариант: рептилоиды просто подставят под удар других монстров. Тех, которые первыми попадутся на пути. Рептилоиды уже не один раз показывали, как пользуются другими существами в роли живых щитов. Жду, пока атакующие окажутся слишком близко — чтобы у них не было шансов уклониться.

Другие твари нас не замечают, продолжая выбивать вояк — и там любая помощь будет к месту. Кроме того, я не вижу контролёра, только шестёрку рептилоидов, которые отлично работают в команде. Непонятно, кто ими управляет. Нити вроде бы есть, но сказать наверняка нельзя — их видно намного хуже, чем в межреальности.

Выбиваю росчерками огромных существ — они напоминают быков, только уже измененных. Твари агрессивно атакуют военных. Вижу стайки мелких монстриков, которые тоже уклоняются от выстрелов. Здесь огонь пистолета пришелся бы очень кстати, но до линии боя с военными метров сто пятьдесят. И если пистолет туда добьёт, то на излёте и неточно. Так что остаются только росчерки. Формирую их в диком темпе.

Краем глаза посматриваю на рептилоидов — те забивают прицел и дёргаются в разные стороны. Существа быстро приближаются к нам. Пару раз в них стреляет физрук, но его магия буквально облизывает чешую и сползает, не причинив ни толики вреда.

— Ты будешь с ними что-то делать? — спрашивает физрук у имперского мага.

— Спокойно. Всё рассчитано, — отвечает он.

Преподаватель непонимающе смотрит сначала на Юрия Олеговича, потом на меня. Физрук пожимает плечами и продолжает отстреливать других тварей из отряда прорыва. Спокойно меняю пистолет на револьвер — здесь, скорее всего, будет кому поручить разделать туши и переслать мне мою долю.

Нахожусь в состоянии без эмоций. Второй раз ловлю подобное ощущение в серьёзной переделке.

— Ариадна, тут есть контролёр? — спрашиваю девчонку.

Та смотрит на Юлю. Менталистка имперского мага сильно напряжена и, похоже, пока не может разговаривать.

— Вроде нет, — отвечает Ариадна. — Но Юля передает, что кто-то похожий прямо сейчас быстро удаляется от нас.

— Значит, это все, — киваю на трупы монстров, — оставленный заслон, — делаю вывод.

Хитро. Получается, что здесь тоже нельзя задерживаться.

— Есть варианты? — спрашивает Юрий Олегович, услышав наш разговор.

Видимо, имперский маг тоже понимает идею — и его раздражает, что он не может двинуться вперёд. Обойти шестёрку рептилоидов и несколько десятков монстров довольно сложно — хотя вариант он всё равно ищет. Секунда-две — и монстры одновременно прыгают на щит с трёх разных сторон.

Если бы мы были обычными магами — всех трёх одновременно мы бы точно не уничтожили. Рептилоиды практически допрыгивают до нас и медленно начинают двигаться обратно. Юрий Олегович ловит их своим талантом.

— Гдах! Гдах! Гдах! — Три выстрела находят свои цели. Здесь им не помогает ни броня, ни сопротивляемость. Существа умирают за одну секунду.

— Быстрее вперёд, — не сдерживаясь, рычит Юрий Олегович.

Мы рвемся к оставшимся трём тварям. Те сразу же отвлекаются от бойцов зачистки и атакуют щит. Но их ждёт, в общем-то, та же судьба. Теряем на этом всего минуту.

Пробегаем мимо ведущих бой бойцов. Теперь им будет намного проще справиться с оставшимися монстрами прорыва. Если бы мы не убрали рептилоидов, шансы на спасение всех, кто здесь есть, стремились к нулю.

— Куда? — нетерпеливо спрашивает Юрий Олегович и кидает на меня колючий взгляд.

— Вот за этим пакгаузом, — показываю. — Дальше, похоже, равнина. Контролер уже пару минут находится там.

Менталистка имперца в подтверждение кивает. Юрий Олегович постоянно держит с ней контакт — если не зрительный, то мысленный. Наверняка они работают в паре не первый год и за это время успели хорошенько друг на друга настроиться. Провожу аналогию с Ариадной — возможно, имперский маг доверяет Юле больше, чем остальным. Или у него не было выбора, и девчонку просто приставили к нему? А ведь этим можно объяснить некоторое пренебрежение с его стороны. Ладно, не моё дело.

Мысли проносятся в голове, пока мы добегаем до границы складов. Выскакиваем за порванную решётку ограждения — и действительно, среди высокой травы мелькают зеленоватые макушки рептилоидов. А вот невидимого шара контролёра над ними не видно.

Высокая трава перед нами ложится за секунды, так же, как недавно ложились монстры — секторами. Что ж, газонокосилка физрука, похоже, рубит не только существ, но и выполняет свои прямые функции.

Бежим следом за монстрами по скошенной траве — очень удобно. Дорога перед нами абсолютно чистая.

— А ты неплохо приспособил свой глиф, — между делом кидает Юрий Олегович.

Физрук в ответ только хмыкает. Напряженность между ним и магом сохраняется такая, что её можно потрогать. Даже в такой нестандартной ситуации препод умудряется сохранять прежнюю манеру поведения. Кстати, его помощь при закрытии порталов оказалась очень кстати — имперец об этом наверняка знал и все продумал. Из Академии, если так посудить, кроме Генриха Олеговича и физрука больше никого не возьмешь. Целитель хорош при длительных многодневных выходах, Германыч пригодился бы на охоте — он знает, как максимально грамотно разделывать существ. И, что самое главное, с удовольствием это делает. Вдобавок ко всему, может потом выгодно сбагрить всю добычу.

— И долго мы будем мяться? — спрашивает физрук и получает еще один раздраженный взгляд имперца.

— Думаешь, я кот, который решил поиграть со своей добычей? — злобно бросает Юрий Олегович. — Я не смогу их отсюда достать — слишком далеко. Надо подобраться ближе. Если такой умный, может, придумаешь, как нам это сделать?

Вопрос остается без ответа. Стараемся приблизиться к монстрам, но наши скорости примерно равны.

— Они нас заметили, — сообщает Юля.

Твари подпускают нас чуть ближе, и чисто технически мы их догоняем. Правда, почти уже у самой границы поля.

— Нужно туда! — На бегу указываю рукой нужную сторону, но имперский маг и без меня это понимает. Прямо над рептилоидами загорается маленькое солнышко.

Похоже, эта техника имперца не совсем атакующая — скорее, что-то вроде пометки. Имперский маг на ходу достаёт амулет и запускает его. Вокруг раздаётся скрежещущий звук — такой, что сводит зубы.

Из плотного черного дыма, стоящего над складами, выныривает ещё один винтокрыл. Видимо, звук амулета означает, что ситуация выходит из-под контроля.

Видимо, бойцы зачистки в корабле понимают: помощь нужна немедленно, и отвлекаются от помощи своему батальону.

Винтокрыл проходится над тремя существами, которых видят под отметкой имперца. Аппарат заходит именно туда, куда они двигаются, зависает на краю поля и сразу же атакует. Вокруг рептилоидов взлетает земля…

Монстры тут же замедляются. Этой недолгой заминки нам хватает. На мгновение кажется, будто рептилоиды вполне сознательно обращаются друг к другу и что-то обсуждают. Все трое разворачиваются и тут же мчатся в нашу сторону. А ведь грамотно — винтокрыл отваливает обратно. Все равно он не может стрелять, не задевая нас.

Интересного мало. Монстры так же расходятся в стороны и так же атакуют одновременно. Эта атака буквально скопирована с предыдущих схваток. Поэтому, когда звучит последний выстрел из револьвера — понимаю, что на поле и в складах остается как минимум шесть моих личных голов этих существ. В этот раз полностью уверен, их есть кому забрать и без меня.

— И это всё? — недоумевает физрук.

Юрий Олегович не отвечает и продолжает внимательно посматривать вокруг.

— Юля? — обращается он к менталистке.

— Не чувствую никого рядом, — качает головой девушка.

— Не может быть всё так просто, — говорю. — У них точно был контролёр — я в этом уверен.

Юля вместе с Ариадной почти одновременно кивают.

— Мы тоже видели, — чуть ли не хором произносят менталистки.

— Хотите сказать, что контролёр ушёл сам? — усмехается физрук.

— Они говорят ровно то, что чувствуют, — отрезает имперский маг.

Его помощница виновато пожимает плечами.

— Я его не чувствую, — повторяет менталистка имперца. — В прошлые разы было по-другому. Сейчас его нет поблизости, да и вообще над полем.

Имперский маг бросает взгляд на Ариадну.

— Я тоже не чувствую, — более свободно добавляет бывшая медсестра. В отличие от Юли, она никак не привязана к имперскому магу. Скорее, теперь привязана ко мне — поэтому никакой вины ни перед кем не чувствует.

— Мы торопились как могли — даже более того, — замечаю. — Просто для контролёра, очевидно, было важно попасть в наш мир.

— Поэтому он и попал, — вздыхает физрук с таким видом, будто виноваты все вокруг. Имперец же, наоборот, ведет себя более сдержанно и принимает обстоятельства такими, какие они есть.

Смотрю на цепочки следов за границами боя. Неожиданно в глаза бросаются знакомы контуры — словно передо мной всплывает картинка из прошлого, когда дядька учил меня читать следы.

На секунду замираю, переваривая увиденное. Ощущения внутри подсказывают, что это умение конкретно из прошлой жизни, и к наследию лже-Кольцова не имеет никакого отношения.

Границы боя не особо велики.

Рептилоиды реализовали абсолютно стандартную тактику: атака с трёх направлений разом. И если бы не талант Юрия Олеговича — она бы точно сработала. Разрушений вокруг было бы намного больше. А так мы просто дождались, пока твари прыгнут на щит — и как только они ударились о защиту и отскочили, револьвер уничтожил всех троих. По сути, ничего нового или интересного — но без Юрия Олеговича такой финт ушами я бы в жизни не провернул. Даже будь я вдвое могущественнее, чем сейчас.

Бой не успевает затереть следы на земле. Они чётко читаются, и по ним прекрасно можно отследить, как рептилоиды бежали от нас, и как нападали — все видно как на ладони. Не затоптано. Благо, прошло слишком мало времени, и сейчас можно отследить всё до последней точки и коготка. И здесь абсолютно нет преувеличений — прекрасно вижу, где именно вставала лапа, и куда опускались большие когти.

Несколько раз возвращаюсь взглядом к следам. И вроде бы всё понятно, но в очертаниях вижу что-то не совсем правильное — как только это понимаю, тут же решаю немного пройтись вперёд.

— Орлов, что такое? — уточняет Юрий Олегович, считывая мои эмоции.

Даже не пытаюсь скрыть озадаченность. В идеале нужно разбираться здесь и сейчас.

— Мне что-то не нравится, — задумчиво говорю.

— А я думал у нас тут намечается лёгкая прогулка, — смеется физрук. — Мне вот всё нравится.

— Юля? — спрашивает имперский маг, не обращая никакого внимания на слова препода.

— Вокруг никого нет, Юрий Олегович, — сообщает менталистка. — Пока что, — добавляет, прислушавшись к ощущениям. — Но скоро будут здесь — уже бегут к нам со стороны пакгаузов.

— Хорошо, пусть бегут, — с готовностью кивает маг.

Он, очевидно, хватается за любую мелочь, которая, возможно, даст ему нормально закончить работу с этим порталом. Поэтому просто кивает мне — мол, продолжай. О безопасности он позаботился, с военными поговорит сам. Сзади, за моим правым плечом, идёт Ариадна. Что ж, наверное, это и правильно — на всякий случай. Да и лишняя защита от контролёра никогда не лишняя. Атаковать без посредников он тоже не будет — просто мало ли какая у него маскировка? Эти ментальные твари ведут себя не очень предсказуемо — и с каждым порталом их непредсказуемость растет. Как минимум один, вот, вырвался в наш мир — и это не самая радостная новость для всех нас.

Лица у всей группы напряженные. Довольным остается только физрук — он с предвкушением потирает руки.

— Чего стоим, кого ждем? — спрашивает препод и смотрит сквозь меня. Видно, что идти под руководством студента ему не нравится. Еще бы — когда привык командовать парадом, а тут тебя держат в качестве прикрытия и в основном на добивании.

— Пошли, — командует имперец, снова игнорируя выпад. Нервы у всех напряжены, но прямо сейчас начинать выяснение отношений не к месту.

Очень напоминает отношения в нашей группе. За эмоциональные качели у нас отвечает Аглая — все остальные вовремя сохраняют выдержку. Возможно, физрук тоже проверяет наши нервы на крепость. К слову, Юрий Олегович с этой проверкой справляется идеально.

Иду дальше по центральному следу — он читается лучше всех остальных. Тяжёлые, вмятые в мягкую землю следы рептилоида отчетливо видны, будто рассматриваю их под лупой. Нисколько не напрягаясь, отслеживаю шаги существа.

— Вот — произношу и резко останавливаюсь.

— Что? — спрашивает Ариадна. Остальные тоже кидают на меня непонимающие взгляды.

— Юрий Олегович, я наконец понял, что именно меня смутило! — говорю имперцу.

— Орлов, ты что-то нашёл? — имперский маг быстро подходит ближе вместе с остальными.

— Да. Смотрите. — Показываю на землю. — Видите след?

— Обычный след, — фыркает физрук. — Как и все остальные.

Имперец молчит и ждет, что я отвечу.

— Казалось бы, обычный — да… — подтверждаю. — Но не совсем.

Вот оно. То самое ощущение, когда что-то не сходится, а ты не сразу можешь определить, что именно.

— Посмотрите сюда внимательнее, — говорю группе. — Кусочек земли не до конца осыпался — но вместе со следом рептилоида, идет след от ботинка. Кто-то бежал по полю одновременно с ним.

— Не может быть. Рептилоиды не любят людей, — замечает Юрий Олегович. — Они бы разорвали любого человека, который подошел бы ближе, чем на десять метров. Ты же сам видел.

— В этом-то и прелесть, — подтверждаю. — Если есть следы ботинка, он перекрыт рептилоидом — то есть он прошел чуть позже, но трупа мы не находили — значит, кто-то бежал впереди. — Задумчиво смотрю на имперского мага. — Мы же помним про лже-Кольцова?

Юрий Олегович всё понимает. Делает жест рукой, отрывается от земли и чуть подлетает вверх. Его брат как-то раз тоже использовал этот маневр. Интересно, как много энергии он тратит в этот момент? Ладно, об этом можно поговорить потом. Сейчас важно разобраться, кто прошел в портал вместе с монстрами.

— Ни черта не видно, — с сожалением качает головой имперский маг. — Так, — говорит он физруку, — встретишь военных — никого сюда не пускать.

— А мы? — уточняет Юля.

— Девчонки, ваша помощь тоже понадобится, — отвечает имперец. — Расходимся веером и продолжаем искать следы. Скорее всего, они будут там, где рептилоиды повернули нам навстречу. Если найдёте что-нибудь раньше — тут же зовите. Всё, работаем, работаем, времени нет. — Поторапливает с напряжением в голосе. — Идём по следам. Я беру правый, Орлов — продолжай идти по центру. Девчонки — за вами левый.

Все согласно кивают и расходятся. Физрук уходит встречать спешащих к нам вояк.

Быстро бегу по следу.

— … Посмотри сюда, Ларик, кто здесь прошёл?

— Волк, дядя Карл, — отвечаю.

— Правильно. А куда он шел?

— К лесу, дядь Карл, — показываю в сторону сосняка.

— Правильно, — кивает дядька.

Мы идём по выселкам с раннего утра. Видимо, ночью прошёл лёгкий дождь, и почва на песчаном языке до сих пор мягкая. Между полем и лесом очень хорошо отпечатываются следы.

Дядька берёт меня с собой совсем маленького. Наверное, ради дополнительного урока. Мы идём по дюне, на которой довольно чётко прослеживаются длинные следы.

— А сколько их здесь было? — спрашивает дядька.

Оглядываюсь — и больше не нахожу ни одного следа.

— Один, — удивляюсь такому простому вопросу.

— А если присмотреться? — спрашивает дядя Карл. — Видишь след? А в нём ещё один — чуть поменьше. Это означает, что первым прошёл более крупный волк, а за ним след в след шёл ещё один, чуть поменьше. Скорее всего самка, — машет рукой в сторону леса.

— Они всегда так ходят, след в след? — интересуюсь.

— Нет, далеко не всегда, — качает головой дядька. — Но бывает. А теперь посмотри сюда. Что здесь происходит?

Вижу, как цепочка следов раздваивается и расходится в разные стороны.

— Они решили пойти рядом? — стараюсь угадать.

— Нет, Ларик. Здесь они пошли на охоту, — поясняет дядька. — Давай посмотрим, кого они увидели.

Проходим чуть вперёд.

— Видишь? — спрашивает меня.

Внимательно присматриваюсь: чем дальше идут следы, тем они глубже. Между ними большие промежутки.

— Большой волк погнался? — предполагаю.

— Так, — с улыбкой кивает дядя Карл и снова становится серьезным. — А за кем?

Вижу глубокий длинный смазанный след. Его пересекает более крупный волчий. Снова след в следе, но уже совсем другой.

— Заяц? — называю один из вариантов, хотя немного сомневаюсь.

— Правильно, — улыбается дядька. — Это именно заяц. Здесь они его увидели, а отсюда он рванул. И они за ним побежали.

— Дядь Карл, а кто же из них выиграл? — задаю вопрос, который волнует меня больше всего.

— Кто ж знает? — пожимает плечами дядька. — Надо дальше смотреть. — Показывает на цепочку следов, которые уходят в кусты на краю леса…

Воспоминание из детства буквально всплывает перед глазами. Сейчас происходит слишком похожая ситуация. Иду по следу рептилоидов.

Передо мной цепочка огромных следов, а внутри каждого еще один — только не заячий. Слабые следы ботинка подменяют хорошо знакомую картинку и перекрывают широкие следы рептилоида, просто не полностью.

Быстро добираемся до конца цепочки следов. По следам легко читается всё происходящее: в паре метров от того места, где разворачивался рептилоид, есть отпечатки небольших ботинок и… как ни странно, детских ладошек. Словно рептилоид отбросил от себя ребёнка на пару метров, чтобы мы не связали следы друг с другом. И вот тут следы разворачиваются навстречу нам.

— Сюда! — кричу имперскому магу.

Юрий Олегович появляется мгновенно, почти сразу за ним подбегают менталистки. Последним не спеша подходит физрук.

— Ну и что тут у тебя? — немного надменно спрашивает препод, будто не ждет ничего вразумительного.

— Кажется, я нашёл нашу пропажу, — говорю группе. — Вот след контролера. — Показываю на детские ладошки.

— Уверен? — спрашивает имперец.

— Более чем, — киваю. — До сюда рептилоиды его донесли, — показываю на цепочку следов. — В том месте, где мы нашли след, передали друг другу. А потом добросили. Видите тяжёлые вмятины в земле? Здесь он упал, а дальше побежал вперёд.

Прикидываю расстояние до застройки.

— Сейчас он уже в пригороде, — продолжаю. — Отсюда метров триста. Пока мы вели бой, он должен был успеть добежать до домов.

— Подожди, — останавливает меня физрук. — Хочешь сказать, мы сейчас охотимся на монстра в теле ребёнка?

— И это очень плохо, — говорит Юрий Олегович.

— Да, хорошего мало, — соглашаюсь. — Если мы уничтожим ребёнка — скажут, что маги убивают детей.

— Уверены, что это следы ребёнка, а не какого-нибудь измененного монстра? — переспрашивает физрук.

— Слушай, сам посмотри, — подзывает его ближе Юрий Олегович. — Как думаешь, кому могут принадлежать такие ладони? — Показывает на оставленные следы. — Только ребёнку или в крайнем случае девушке.

— Судя по ботинкам, всё-таки ребёнок, — киваю на довольно грубые, хоть и маленькие следы рядом с отпечатками ладоней.

— Согласен, — кивает имперский маг. — Ну, и что предлагаешь, Орлов? — обращается ко мне.

— Пока продолжаем идти по следам, — отвечаю. — Авось найдём что-нибудь связанное с ребёнком. Но, по-хорошему, нам не помешают люди с собаками. Среди городских мы его сами просто не найдём. Шансов примерно ноль, — пожимаю плечами. — Но есть и хорошие новости.

— Какие? — с подозрением спрашивает Юрий Олегович.

— Скорее всего контролёр не сможет перескочить на другого человека, — предполагаю.

— Почему ты так считаешь? — Приподнимает бровь имперец, поглядывая на Юлю. Менталистка едва заметно пожимает плечами.

— Просто логика, — отвечаю. — Если вспомнить лже-Кольцова — он занял полумертвое тело и уже разваливался на ходу. И он не мог занять тело другого носителя — до последнего находился в следователе. Скорее всего, здесь произойдет то же самое. У этих существ точно есть какие-то ограничения. Не удивлюсь, если они сразу срастаются с носителем и при этом теряют очень много сил, если вдруг приходится перескочить. В общем и целом, у нас есть определенный запас времени, пока существо не адаптируется.

— Определенный запас времени… — хмыкает физрук. — Звучит не очень обнадеживающе. А что потом? Когда этот запас времени иссякнет?

— А потом мы вряд ли узнаем в теле ребенка иномирную тварь, — отвечаю. — Зато на его месте будет очень сильный менталист — причём, скорее всего, неподконтрольный. Даже вам, — обращаюсь к имперцу.

— Об этом я и сам знаю, — резко отвечает он. — А про то, что не может перескочить на другого носителя очень сомневаюсь.

— Смотрите, логика у меня какая: лже-Кольцов точно оставался наедине с врачом. А тот всё-таки серьёзный маг, — объясняю. — Но других одарённых этот монстр тоже видел — и имел возможность перескочить на любого, но почему-то этого не сделал. А ведь тело следователя уже плохо функционировало.

Физрук смотрит на нас с лёгким непониманием — с этой стороной моей жизни он не знаком. Но пока мы с имперцем не говорим ни о чем секретном.

— Что ж, я принимаю твои аргументы, согласен — имперца чуть отпускает.

Тут же берётся за информер.

— Оцепить район — с четвёртой Сенной по третью Радиальную, — отдаёт команду. — Особое внимание уделять детям, хрупким девушкам или карликам.

Хмыкаю — а почему нет? Вполне могло быть и такое.

— Если заметите что-то подобное, обязательно доведите до сведения стражи, — продолжает имперец. — При любых подозрениях таких людей задерживайте в первую очередь. Имейте в виду, тот, кто нам нужен, может вести себя не совсем адекватно. Всё так? — Смотрит на меня.

— Скорее всего, — киваю. — Он вряд ли знаком с нашим миром.

— Выполнять. Жду от вас любую информацию, — говорит Юрий Олегович, убирает информер и снова обращается ко мне. — За десять минут он не мог убраться дальше ближайших кварталов. Стражи на улицах сейчас много. Дороги перекроем.

— А канализацию? — предполагаю ещё один не самый очевидный вариант.

— Через канализацию там никто не пройдёт. — Юрий Олегович сразу же понимает, о чём говорю. — Так, Орлов, а теперь по поводу тебя. Даже не знаю, стоит ли участвовать тебе в этой истории.

— Ну, — переглядываюсь с Ариадной. — А почему бы и нет? Мы можем попробовать определить существо вдвоём. — Девчонка тут же кивает.

— Юля? — обращается к менталистке имперец.

— Я тоже могу попробовать, — недолго думая, соглашается она.

— Предлагаю разделиться точно так же, как мы делали сейчас в поле, — говорю имперцу.

— Хорошая идея, — соглашается он. — Ещё задействуем других — кого сможем. Людей много, полиция уже направлена на поиски. Но мы ищем что-нибудь нестандартное.

— Думаю существо способно обдурить неодаренных, — говорю. — У нас намного больше шансов его обнаружить.

— Тоже верно, — кивает Юрий Олегович. — Тебя с нами не беру, — обращается к физруку и ловит недовольный взгляд. — Давай только без пререканий. Сам посуди — в случае чего нас нужно будет прикрыть. А девочек только двое. Так что остаёшься взаимодействовать со стражей.

Физрук набирает побольше воздуха и громко выдыхает, но соглашается.

— Тогда не будем терять время, — продолжает имперец. — Вы направо, — обращается к нам с Ариадной. — Мы налево. Так быстрее осмотрим все дома.

Ещё секунда — и мы расходимся.

Ненадолго словно погружаюсь в вату. Слышу прекрасно, чувствую замечательно — может быть даже лучше, чем обычно. Очевидно, это всё происходит стараниями Ариадны. Эту технику я узнал — та самая защита, которую она держала сначала вокруг меня, а сейчас повесила более стационарный вариант — привязанный к моему разуму.

Расходимся. Торопиться уже нет никакого смысла — существо себя обязательно выдаст. Всё-таки оно не привыкло прятаться, зато привыкло использовать других. Около складов не так много мест. Поэтому я практически полностью уверен: мы его найдём. Привычки так сразу не меняются.

Кто бы то ни был — вряд ли это будет какой-нибудь подготовленный человек. Скорее ребёнок из беспризорников или девушка-работница всё тех же складов. Вариантов не сильно много — а, соответственно, что первый, что вторая почти не имеют возможностей сбежать или на что-то повлиять.

Расходимся.

Оглядываюсь по сторонам.

— Ларион, как будем искать? — задаёт вопрос Ариадна.

— Для начала ищем любое проявление ментальной магии, либо другой непорядок в пространстве, — объясняю. — Существо вряд ли сможет просто затаиться. Особое внимание, как ты уже слышала, на детей и девушек.

— Поняла, — кивает Ариадна. — Ты правда думаешь, что этот монстр мог вселиться в ребенка?

— А что ему помешает? — отвечаю. — Дети, как мне кажется, более уязвимы и доверчивы к миру. Лже-Кольцов выбрал тело следака, когда тот уже почти ушел из жизни — тоже ведь не случайно. Эта тварь ищет ослабленный или пока еще не приспособленный к жизни организм. В данном случае, судя по следам, это удалось.

Город выглядит спокойным — никого ничего не беспокоит. Никто никуда не бежит. Люди просто идут по своим делам и не обращают на нас особого внимания — так же, как и на слишком активную стражу. Некоторые с недоумением посматривают и немного сторонятся служителей закона. Но так как никого из прибывших стража не задерживает и агрессивных действий не производит — народ просто удивляется и идёт дальше.

Хм. Куда бы я пошёл на месте ребёнка? Останавливаюсь и смотрю по сторонам. Предположим: я никогда не видел большое количество людей. Мне плохо, я ничего не понимаю. Нужна временная адаптация.

— Подвалов поблизости нет, — размышляю вслух. — На первых этажах в основном магазины или ресторанчики — туда тоже не забежишь.

— Зачем тебе подвалы? — удивляется менталистка. — Думаешь, ребёнку не будет страшно? Там сыро и страшно.

— Ищу укромное место, — отвечаю. — Если монстр не приглушает основные чувства детского организма — тогда ты права. Но если у существа хватило сил подчинить эмоциональный фон…

— Ну да, мы про него не так много знаем… — соглашается Ариадна.

За то время, пока осматриваюсь, менталистка успевает подозвать работника ближайшей кафешки. Тот быстро понимает что нужно. На всё про всё уходит пара минут, и, когда оборачиваюсь, меня уже ждёт стакан ароматного напитка с пеной. Пахнет шоколадом.

— Я так поняла, кофе они не делают, — объясняет девчонка так, словно мы с ней вышли на обычную прогулку, а не искать опасного монстра. — Я попросила какао.

— И когда ты успела? Неожиданно, — отвечаю и забираю стакан. — Но спасибо.

— В Академии менталистов нас учат не концентрироваться на одной точке, — улыбается Ариадна. — Нужно смотреть вглубь и по сторонам. Отвлекаться. Думать не так, как привык.

— Хорошее замечание, — говорю девчонке и делаю глоток. Мозг сразу переключается, а тело чуть замедляется. Может, иногда это и к лучшему, кто знает…

— Ну что, куда направляемся? — спрашивает менталистка.

— Смотри, вон там парк, — показываю рукой на небольшой парк между двумя кварталами. — Похоже, туда выходит два разных квартала. Имеет смысл заглянуть и туда. Пройдемся в самом парке — вдруг там есть укромные места.

— Пошли, — кивает Ариадна.

Меня удивляет её реакция. Девушка спокойно воспринимает тот факт, что мы прямо сейчас преследуем смертельно опасное существо. Не сильно торопимся, но и не на бегу. Успеваю допить какао и немного выдохнуть. Уверенность, что мы всё делаем правильно только укрепляется. Спокойно добираемся до парка.

Парк несколько больше, чем казалось издалека, но укромными местами похвастаться не может — просматривается насквозь. Да и парком это место назвать сложно — скорее, небольшое пешеходное пространство между двух дорог.

У входа замечаем тётку, которая кормит мелких птиц. Похоже, она сидит здесь довольно давно.

— То, что нужно! — говорю менталистке. — Это же как раз наш свидетель. Идём.

Ариадна следует чуть поодаль, чтобы сразу не обращать на себя внимание.

— Здравствуйте, — обращаюсь к тётке.

— И тебе, мил человек, — отвечает она, не отводя взгляда от птиц.

— Вы же здесь давно сидите? — спрашиваю.

Тётка с подозрением смотрит на мою форменную одежду и лычки мага.

— Чего надо? — меняет тон.

— Подскажите, здесь случайно не пробегал мелкий такой парень? — спрашиваю. — Или девчонка? Может видели кого-нибудь из детей?

— Сами не знаете, кого ищите? — недовольно хмыкает тётка. — Нет, не видела. Я тут не за этим. Видишь же, просто птичек кормлю. Ничего не видела, ничего не знаю, никем не интересуюсь.

— Она врёт, — говорит Ариадна и спокойно подходит ко мне сзади.

Тётка вскидывается и замечает отметки — Академия, менталист.

— А ты, мозгокрутка, немного на себя берёшь? — повышает голос женщина. — Кто тебе позволил копаться в чужих мозгах⁈ Не имеешь права! — и тут же начинает истошно орать: — Стража! Стража!

Кажется, тётка ждет от нас определенную реакцию, но не дождется. Вместо того, чтобы испугаться и немедленно убегать, я стою и жду.

— А чего мы, собственно, ждём? — спрашивает Ариадна.

— Она что-то знает, — отвечаю. — А ждём мы стражу.

— Зачем? — не понимает девушка.

— Потому что без стражи оказывать давление на свидетеля нельзя, — объясняю. — А со стражей вполне себе можно.

Зажигаю на руке глиф и холодно улыбаюсь.

— Не имеете права! — вопит тётка и неуверенно отступает.

— Нет-нет, постойте, оставайтесь, пожалуйста с нами, — прошу с легкой улыбкой. — Вон, посмотрите, как вы просили, — показываю на бегущего к нам стражника.

— А вон еще один, — улыбается Ариадна.

Действительно — к нам подбегают сразу два наряда с разных сторон.

— Маг, быстро погаси огонь! — орёт страж издалека.

Тётка тут же приободряется и перестаёт отшагивать. На её лице появляется пренебрежительная гримаса. Так обычно смотрят на здоровенную муху, которую собираются смачно прихлопнуть.

— Да, погаси огонь! — поддакивает тётка.

Смеюсь — и действительно гашу.

— А разговоров-то было! — продолжает женщина. — Ничего вы мне, магики, не сделаете! Понятно?

Стражник подходит ближе.

— Добрый день, господин Орлов, — здоровается со мной, и тётка заметно бледнеет.

Стражник меня очевидно знает — несмотря на то, что я вижу его в первый раз.

— Нам нужно срочно допросить эту женщину, — сообщаю ему. — Она точно видела подозреваемого и знает, куда он ушёл.

— Стоять! — Стражник тут же оборачивается и останавливает женщину, которая только было собралась сбежать. — Вы куда собрались?

— Так я птичек покормила, и всё — теперь ухожу, — бархатным голоском произносит женщина. От её сварливости не остается и следа.

— Нет-нет, я сказал стоять. — Останавливает тетку стражник.

— А чего это я вам буду рассказывать-то? — не унимается тётка. — Мало ли кто где был.

— Мы теряем время. Она точно что-то знает, — говорю стражнику, пока тот достает из внутреннего кармана уже прошедшее по всем каналам предписание имперского мага. — Но работать с ней без свидетеля мы не можем.

— Менталист действительно не имеет права работать с неодарёнными без присутствия официального надзорного органа. — Тут же добавляет стражник. — Но теперь официальный надзорный орган, то есть я, перед вами.

— Вон второй надзорный орган бежит, и третий вместе с ним, — добавляет Ариадна.

В пятидесяти метрах от нас бежит ещё один наряд стражи. Только сержант, судя по всему, всё время присутствует в этом парке, а наряд полиции — видимо, направлен как усиление. Никому из них вообще не интересна лишняя работа, но начальство сказало «надо» — значит надо. Поэтому к женщине сразу перестают относиться позитивно.

— Можете приступать, госпожа менталистка, — обращается стражник к Ариадне.

Тётка делает большие глаза и начинает возмущаться:

— А чего сразу мозгокрутку подключать⁈ Вы за кого меня принимаете⁈ Да кто вам позволил⁈

— С надзорными органами, как мы все видим, у нас порядок, — стражник игнорирует нападки женщины. — Не обращайте внимания на внешние обстоятельства, работайте, — разрешает Ариадне стражник.

— А что сразу «работайте»? — тут же дёргается тётка. — Я готова сотрудничать, никогда не говорила что не готова! С официальными лицами сотрудничать я готова, готова, — частит и заикается женщина. — Не надо ко мне в мозг лазить, не надо. Я не знаю, как мне это потом аукнется.

— Да никак не аукнется, — успокаивает её Ариадна. — Мы просто посмотрим некоторые детали. Что вы видели, что знаете.

— Да я-то что? Я ничего… — оправдывается женщина. — Я видела, что вы преследуете девчонку. Бежит, вся в слезах — жалко её стало. Мало ли кто преследует? А тут ещё магики! Что мне думать? Вы же вообще что угодно можете сделать, законы вам не писаны…

— К делу! — стражник обрывает тётку на полуслове. — Итак: рассказывайте четко: кто, как выглядела, куда направлялась?

— Хорошо, хорошо, — соглашается тётка. — Я всё расскажу, только не надо лезть в мозг! Раз стража тоже преследует, значит натворила чего… Тёмненькая такая, хрупкая…

— Неправду говорит, — с натяжкой улыбается Ариадна.

— Да правду я говорю, правду! — снова повышает голос тётка и смотрит на стражника умоляющим взглядом. — Ничего не знаю. Что видела — то говорю.

— Неправду, — спокойно констатирует менталистка.

— Так, гражданка, — стражник активирует амулет у себя на груди. — Сил у нас больше нет и времени тоже мало. Госпожа менталист, вы можете работать с неодарёнными так, чтобы не трогать основные функции?

— Могу, — с готовностью кивает Ариадна.

— Тогда под запись: я, сержант…

— Да ладно, ладно, я всё и так расскажу, — прерывает разговор тетка. — Только не надо мозгокрутку…

— Вы уже всё сказали, — равнодушно произносит стражник и продолжает бубнить в амулет.

— Ну ладно… Беленькая она была, девчонка эта, беленькая. Да, и побежала вон туда, — показывает пальцем тётка.

— Это правда? — Смотрит на Ариадну стражник.

— Теперь правда, — кивает та. Всё-таки тётка принимает правильное решение и сильно сокращает нам время поиска.

— Молоденькая такая… — продолжает тётка. — Глазки ясные. Злые люди её преследуют. Попросила, чтобы я ничего не говорила. А я что? Птичек кормлю. Мне не жалко. Молчать — оно же не мешки ворочать. Мало ли кто тут бегает.

— Всё-всё, понятно, — стражник останавливает словесный поток. — Злые люди, говорите?

— Это она про нас, — отвечаю и снова смотрю на тётку. — Что ещё можете сказать про эту девушку?

— Что я ещё могу сказать? — удивляется тётка. — Ну, пробежала и пробежала. — Ловит серьезный взгляд стражника. — Ладно-ладно. Одета в зеленоватую курточку с капюшоном — такая неброская… штаны и ботинки у неё мужские. Что ещё? — пожимает плечами.

— Больше ничего, — останавливает её Ариадна. — Это всё правда. Воздействия на неё не вижу.

— Спасибо за помощь, господин стражник, — благодарю мужика. — Вы дальше разберётесь?

— Да, ребят, бегите, — отвечает он и придерживает тётку за руку.

— А что я? — ерепенится женщина. — Я всё сказала! Всё, что знаю.

— Да-да, конечно, — кивает стражник. — Сейчас наряд разберётся.

Мы сразу срываемся с места и слышим издалека, как тётка всё ещё ругается где-то вдалеке. Ускорение продолжает действовать, когда я к нему обращаюсь — стараюсь тянуть за собой Ариадну.

— Всё, Ларион, подожди, дальше я не смогу так бежать, — говорит девушка.

С этой женщиной мы, конечно, потеряли пару минут — но выиграли правильное направление.

Останавливаюсь и достаю информер.

— Юрий Олегович, скорее всего, мы нашли нашего контролера, — сообщаю без лишних слов.

— Да? — удивляется маг. — Так и мы нашли. У вас кто?

— Говорят, девчонка, молоденькая, светленькая, — передаю описание. — А у вас?

— А у нас парень, маленький, чёрноволосый, — отзывается маг.

— Не может быть… — задумываюсь. — Там ведь только одни следы.

— Вот и я думаю об этом, — вздыхает имперец. — Сколько он зарядил по пути людей под своё прикрытие?

Юрий Олегович выдвигает тут же самую мысль, которую держу в голове. В свое время парень в капюшоне мимоходом подряжал людей на атаку.

— Ладно, бегите за своим контролером, — распоряжается имперский маг. — А мы пойдем за своим.

Бежим в ту сторону, куда показала тётка. Ныряем в арку между домами и выбегаем посреди большого заросшего двора. Деревьев и кустов тут больше, чем в парке — за счет чего достаточно мест, чтобы спрятаться.

Во дворе бегают дети. Но того, кто нам нужен, среди них точно нет — вряд ли бы существо решило участвовать в групповых играх. Остальные люди занимаются своими делами: кто-то чинит тележку, кто-то гуляет с собакой. Со стороны — вроде бы абсолютно обычная жизнь.

На секунду останавливаюсь и окидываю взглядом всё, что есть рядом. К сожалению, весь двор не просматривается, но его большую часть всё же видно.

— Думаю, нам туда, — показываю на несколько стоящих низких деревьев, кооторые довольно сильно заросли вокруг. Там как раз несложно спрятаться.

Проходим мимо играющих детей. Мальчишки чуть постарше провожают нас взглядами и перешептываются. Те, что помладше, не обращают никакого внимания — им намного интереснее играть в мяч или кататься на велосипеде.

— Дяденька, а ты маг? — неожиданно рядом с нами появляется пацанчик лет семи. Он радостно подпрыгивает и с любопытством изучает наши накидки. С пацанёнком подбегает его стайка.

— Маг, — отвечаю. — Учусь в Академии.

— Круто! — восклицает парнишка. — Это значит, ты видел императора?

— Нет, — говорю. — А должен?

— Ну, тогда ты не крутой маг, — расстроенно замечает пацанчик. — Крутые маги обязательно знакомятся с императором: он им выдаёт значки. Когда я вырасту, стану крутым магом.

— Обязательно, — подтверждаю. — А император выдаст тебе значок.

— Я тоже так думаю! — отвечает довольный ребёнок и бежит дальше. Его стайка восхищённо несётся следом, а мы ныряем в небольшой садик.

В полумраке видно плохо, но в общем и целом понятно — здесь никого нет, иначе мы бы сразу обнаружили пропажу.

Смотрю на дерево — и в кроне замечаю вжавшегося подростка, сидящего между веток. Рукой останавливаю Ариадну и прижимаю палец к губам. Менталитска сразу всё понимает и замирает.

— Эй, слезай! — говорю подростку.

— Не слезу! — доносится сверху девичий голосок.

— Слезай, говорю. Хуже будет, — перехожу к угрозам.

— Не слезу. Вы опасные, — утверждает девчонка.

— Кто же тебя так напугал? — включаюсь в диалог.

Девчонка, которую вижу в кроне, не особо похожа на нашего клиента. Магии вокруг тоже не чувствую, как и щупалец менталиста.

С другой стороны, существо может запросто скрываться и пробовать маскироваться.

— Слезай, — повторяю. — Мы же нашли тебя? Нашли. А раз так — либо ты слезешь сама, либо придём, но уже не одни — с полицией. Они тебя снимут оттуда, и у тебя будут большие проблемы. Тебе это надо?

— Ладно-ладно, — бурчит девчонка сверху. — Не надо…

Она по-мальчишески слезает с дерева. Отсюда получается разглядеть, что перед нами не миниатюрная девушка, как предполагалось раньше, а вполне себе подросток — от силы лет двенадцати. Просто очень худая.

По мере того, как девчонка приближается, вижу, что она одета в обноски. В практически целую, но сильно ношеную одежду.

Наконец девчонка спрыгивает вниз и тут же пытается сбежать. Но я именного этого от неё и ожидаю, так что просто ловлю за плечо.

— Куда? — спрашиваю. — Стоять! Пошли за нами! Какие у тебя интересные тапки. — Смотрю на ботинки, очень напоминающие те, что были на контролёре. Чтобы определить точнее, надо глянуть на подошву. По крайней мере, размер сходится со следами на земле.

— Мои тапки! — вскрикивает девчонка. — Что хочу, то и ношу!

Она не воспринимается как контролёр. Не ощущаю ничего подобного даже близко. Описание точь-в-точь совпадает со словами тётки, которая кормила птиц. Худющая, белобрысая, с короткой стрижкой, грязные волосы выбиваются из-под кепки. Одета дёшево, в немного затасканные вещи — будто из них выросли пара братьев и сестер. Но добротно, без дыр. Всё, что раньше рвалось, достаточно хорошо зачинено. В общем и целом впечатление создаёт хорошее — но мы тут никак не за впечатлением.

— Пустышка? — спрашивает меня Ариадна.

— Ты тоже почувствовала? — удивляюсь. Думал, это только мои ощущения.

— Контролёр способен очень хорошо скрываться, — напоминает менталистка. — Поэтому пока не знаю. По-хорошему, надо проверить.

— И куда вы меня теперь отведете? — с обидой в голосе спрашивает девчонка.

— Этого пока не знаю, — отвечаю. — Сейчас узнаем у главного полицейского.

— За что к полицейскому? — задаёт вопрос девчонка и пытается вырваться. — Я же ничего не нарушала!

— Не нарушала, — соглашаюсь. — Но пойти с нами всё равно придётся.

Крепко держу девчонку за плечо, поскольку она уже второй раз пытается сбежать. В этот раз всё серьёзнее: она уже была готова оставить куртку у меня в руках.

— Не дёргайся, — предупреждаю. — Если ты нам не нужна — получишь один золотой от меня.

— Серьёзно? Один золотой? — глаза девчонки расширяются, но на лице тут же проскакивает недоверие. — Не обманешь? — По реакциям чувствуется опыт воспитания улиц.

Достаю из кармана монетку.

— Вот, видишь? — Показываю. — Обещаю, что отдам. Даю слово. Только не дёргайся и не убегай.

Моё обещание действует. Тело подростка расслабляется, и я могу выпустить плечо.

— Хорошо, — довольно соглашается девчонка, поправляя зеленоватую курточку и кепку. — Пошли к страже. — И теперь она сама ведёт меня за собой.

Переглядываемся с Ариадной.

— Нет, точно не наш клиент, — задумчиво говорю. — Хотя, насчет маскировки ты права. Контролер может легко не подавать виду — но слишком уж она социализированная. — Киваю на девушку. Ладно, пошли.

— Да уж, — соглашается менталистка. — Но надо за ней понаблюдать.

Идём за девчонкой. Та не скрывает радости и подпрыгивает на каждый шаг. Один золотой для нее веская причина, чтобы довериться незнакомым людям. С другой стороны, если так посмотреть, то я не намного её старше, а менталистку она, похоже, вовсе не боится.

Возвращаемся к тому месту, где оставили физрука. Оказывается, пока нас не было, преподаватель зря времени не терял: он уже организовал специальное место в отдельно стоящей кафешке для надзора за приведенными беспризорными детьми.

Слышу, как физрук координирует прибывающих. Стража идёт хоть и редким, но непрерывным потоком. В кафешку заводят по одному, а то и по двое детей, а также молодых девчонок небольшого роста. Эту версию исключать не стали.

Схема уже поставлена на поток. Здание охраняется, а возле входа выставлена стража. Наряды заводят одного, потом второго в отдельную комнату. Всё происходит под контролем физрука.

— Вы тоже привели? Заводите! — криво улыбается препод.

Заходим в кафе. За столами уже сидят человек десять молодых ребят и девушек. Некоторые из них вообще не понимают, что происходит. Сидят, словно потерянные.

— Эй, ты обещал один золотой! — Бесцеремонно разворачивается ко мне девчонка и протягивает руку.

— Держи, раз обещал, — говорю и незаметно протягиваю монетку.

— Ну всё, как и договаривались, я пришла, — хитро улыбается беспризорница. — Пора и честь знать. — Она делает очередную попытку сбежать. Ловлю за тонкое запястье и не даю сделать даже шаг в сторону.

— А теперь стоим и ждём, — строго произношу.

— Чего ждём? — вздыхает девчонка.

К нам подходит стражник.

— Вы тоже привели? — Хмурит лоб. — Ладно, давайте размещать вашу находку, что поделать.

— Не подскажете, что тут происходит? — задаю ему вопрос.

— Ведут со всех сторон. Дети сыплются как из рога изобилия, — объясняет мужик в форме. — Район-то, как видите, не очень благополучный, — пожимает плечами. — Детей без родителей и без дела на улицах очень много. — Кивает на собравшихся. — Описание того, кого вы ловите, крайне расплывчато, подходят все мелкие. На район выделено усиление, так что сейчас работаем плотно. А ваш препод предложил такой вариант, — обводит рукой помещение. — Оплатил кафе.

— А почему именно здесь? — удивляюсь.

— Кафе небольшое, удобно контролировать всех, кто здесь есть, — объясняет стражник. — Туалет, опять же… кто знает, надолго ли мы тут. Перекусить можно. Хотя это было не обязательно, но зато помогло удержать — некоторые из них не всегда едят хотя бы раз в день.

Стражник показывает на пару человек за отдельным столом: они, не глядя по сторонам, наворачивают еду, будто их и правда не кормили несколько дней. Кстати, может быть, всё именно так и есть.

— Мы только что прошлись по двору, — рассказываю. — Местные дети просто играют, вроде бы всё спокойно. Не сказать, что район неблагополучный.

— Двор возле парка? — переспрашивает стражник. — Там, можно сказать, благополучный район, ещё туда-сюда. Это вы дальше не забирались…

В помещение заходит Юрий Олегович и Юля. Они тоже приводят чернявого мальчишку.

— Да уж, — тут же оценивает обстановку имперский маг. — Как думаешь, сколько ещё приведут по нашему описанию?

Стражник чешет голову.

— Да примерно столько же, — отвечает он. — Беспризорников здесь много.

— Понятно, — кивает имперец. — Ладно, тогда ждём. А мы с тобой, Орлов, снова вернемся на улицу и поищем там, — обращается ко мне.

— Хорошо. Тогда мы пойдем прямо, а вы в соседний квартал? — предлагаю.

— Идёт, — соглашается имперец, после чего расходимся.

— Кажется, они привели слишком много людей, — говорит Ариадна.

— Нам бы не помешало прикинуть, откуда приводят больше всего… — произношу, и тут в голову приходит мысль. — Подожди, давай вернёмся? Надо кое-что выяснить.

Менталистка не задаёт лишних вопросов и просто возвращается вместе со мной обратно в кафешку.

— Снова вы? — обращается к нам всё тот же стражник. — Вы же вроде как ушли.

— Было такое. Только у меня появился вопрос, — говорю ему. — Вы же присутствовали, когда привели большую часть людей?

— Да, я был здесь. — Стражник кивает на дальний стол.

— Скажите, вот эти ребята. — Показываю на нескольких человек, которые словно не понимают, где они находятся. — Вы знаете, откуда их привели?

— Эти? — переспрашивает стражник. — Группа с маршрута Литвина и Раковского. — достаёт карту. — Они у нас патрулируют примерно отсюда, — выделяет место на карте. — И до сюда.

— А вот это уже кое-что, — говорю. — Пойдём, — киваю Ариадне.

— Ты что-то понял? — спрашивает менталистка.

— Возможно, — отвечаю, беру переговорник и набираю имперского мага.

— Да, Орлов, — устало отвечает Юрий Олегович.

— Смотрите, у нас сейчас очень много пойманных ребят, — сразу перехожу к делу. — Некоторые из них вообще не соображают, где они находятся. Понимаете о чём я? Контролёр — существо с изнанки.

— Да, я это понимаю, — подтверждает имперский маг.

— Есть у меня лёгкое подозрение, что тот человек, в которого он подселился, будет показывать значительно больший уровень заражения магией, чем все остальные, — высказываю догадку.

— А это хорошая идея, Орлов. Вполне логично, — тут же оживляется Юрий Олегович. — Молодец. Сейчас займусь. Ты, кстати, сам сейчас куда?

— Стражник показал тот район, откуда те пара человек, которые не понимают, где находятся, — рассказываю. — Мне кажется, всё это похоже на ментальный удар. И контролёр мог пробегать именно там.

— Если так, то отлично, — говорит имперец. — Если хочешь, проверяй сам — от удара тебя защитит твоя девчонка, а с остальным ты и сам справишься. А если не справишься, тогда кричи — стражи на улицах уже много. Я как вернусь — отдам распоряжения.

Заканчиваю разговор и убираю информер.

— Думаешь, что среди тех, кто находится здесь, нет контролёра? — спрашивает Ариадна.

— Почти уверен, что нет. — Пожимаю плечами. — Много ли нужно ментальной силы, чтобы отвести глаза неодарённому? Да практически ноль. Думаю, на страже и жителях это работает вообще без проблем. А вот нас с тобой не так просто заморочить.

— А если он сейчас сидит в какой-нибудь квартире? — предполагает Ариадна. — Как тогда мы будем его искать?

— Давай попробуем посмотреть по соседям, — предлагаю. — Другого варианта всё равно нет. Вряд ли бы он стал ломиться в дверь. Постучать или что-то сказать — это довольно развитый социальный навык. Вряд ли бы он успел его выцепить за те несколько минут, пока сидел в человеке.

— Контролер, очевидно, бежал и прятался, — говорит менталистка.

— Поэтому мы ищем жителей, которые могли что-то видеть, — киваю. — А если ситуация выбивается из контекста обычной жизни — они обратят на это внимание и будут обсуждать между собой очень долго. Проще говоря, нам нужны местные сплетни, — смеюсь. — Или просто слушаем разговоры и пытаемся понять, какие тут самые обсуждаемые события.

— В общем, как и раньше: ищем что-то необычное, — подводит итог девчонка. — А зачем мы тогда связались с той странной тёткой?

— Как зачем? — переспрашиваю. — Она тоже могла быть свидетелем. Просто, когда я сейчас увидел эту кучу людей в кафе, то сразу понял — мы упускаем одну важную деталь. — Пожимаю плечами. — Там и тётка, например, вполне могла видеть сразу двух человек, но про одного из них забыла. Ментальное воздействие никто не отменял.

— Логично, — соглашается Ариадна.

Направляемся к соседнему кварталу, про который говорил стражник. Практически сразу натыкаемся на небольшую толпу. Слышим крики и возмущения. Четыре человека окружили женщину, которая громко высказывает своё «фи» по поводу современной молодёжи.

— Вот видишь, уже нашли, — киваю на людей и быстро подхожу к эпицентру событий, чтобы зацепить кусок разговора.

— … Паразит такой, толкнул и даже не извинился! — жалуется женщина.

— Парень? — спрашиваю.

— Да нет, какой парень! Девчонка, хулиганка. Хотя выглядит как парень, — на секунду задумывается тётка. — Ну ты посмотри, паразитка какая.

— Куда побежала? — задаю вопрос.

— Туда! — Показывает женщина. — Ещё и Машку толкнула, ты представляешь? Ни стыда, ни совести. Во какая современная молодежь! Совсем распоясались.

— Нет-нет, она побежала туда, — вступает в разговор другая женщина.

— Спасибо, — благодарю их и отхожу. — За мной, — говорю Ариадне.

Вместе с Ариадной бежим в указанную сторону. Тех, кто возмущается на улице, больше не встречаем, зато натыкаемся на стражника, который патрулирует улицу. Парень стоит слегка осоловелый, смотрит в пустоту. Не обращает внимания на другой патруль стражи, которая спокойно проходит мимо.

— Кажется, мы идём по верному следу, — говорю Ариадне и киваю на стражника.

— Думаешь, существо осталось в этом районе? — задаёт вопрос менталистка.

— Конечно нет, — отвечаю. — Контролер в любом случае постарается исчезнуть. Он не заточен под социальную активность, зато заточен под скрытность и маскировку. Но сложность в другом — ему нужно исчезнуть там, где стражники не видят друг друга. Скорее всего, обработать нескольких людей за один раз он не может. А, значит, оцепление более-менее в безопасности.

— До тех пор, пока они не расслабятся, — замечает Ариадна.

— Или так, — соглашаюсь. — Юрий Олегович всех предупредил и поставил на уши, поэтому ничего не должно выйти из-под контроля.

— Я бы не исключала человеческий фактор, — хмыкает менталистка. — Все по-разному относятся к распоряжениям. Но мы, конечно же, будем надеяться на добросовестность стражи. Надеюсь, их предупредили, что ходить по одному не стоит.

Внезапно замечаю мужика, который выходит из дома и замирает перед прямо на выходе, словно не знает, куда идти.

— А вот и наш клиент, — киваю в сторону растерянного человека и быстро подбегаю ближе.

Ариадна не торопится, позволяя мне подойти первому. В прошлый раз эта тактика отлично сработала с любительницей птиц.

— Что-то случилось? Вам помочь? — задаю несколько вопросов мужчине и слежу за его реакцией.

— Мне? — немного невпопад спрашивает мужик. — А что случилось? — искренне не понимает он, находясь в полудрёме. Глаза полуприкрыты, взгляд рассеянный.

Мужик вроде смотрит на меня, но никак не может сосредоточиться, уставившись куда-то сквозь меня, в пустоту.

— Похоже на сильный ментальный удар, — тихо информирует меня Ариадна.

— Ему нужна помощь? — уточняю.

— Нет, сознание быстро восстановится, — со знанием дела говорит менталистка. — Как только вернется домой, отлежится, отоспится — будет как новенький. Больше воды и свежего воздуха — вот и всё лечение. Поверь, твоя помощь ему не нужна. Это несложная техника.

— Тогда нам нужно войти, можно? — спрашиваю мужика. — И скажите, в этом доме есть подвал?

Мужчина немного покачивается из стороны в сторону и не сразу реагирует на мои вопросы — стоит, будто переваривая каждую произнесенную букву. Беззвучно шевелит губами.

— Дай ему время, — советует Ариадна. — Не торопи. Сознанию в таком состоянии нужно больше времени, чтобы услышать и обработать информацию. Главное не задавай больше вопросов, ему сейчас и так тяжело.

— В моём доме? — переспрашивает мужик примерно через минуту. — Здесь есть подвал. Хороший подвал… — зависает, снова глядя в пустоту.

— Где вход? — задаю вопрос и терпеливо жду, пока он дойдет до хозяина дома.

— Как обычно, под лестницей, — некоторое время спустя, произносит он.

Взгляд мужика немного проясняется и он уже значительно быстрее берет себя в руки — видимо, вспомнил что-то связанное с реальностью. Пока он окончательно не очнулся, проходим в дом.

— Зачем тебе подвал? — спрашивает меня Ариадна.

— Не помешает проверить, — отвечаю. — Каждую комнату проверять долго, а вот подвал — отличное укрытие, как по мне.

Планировка дома немного неудобная. Почти сразу перед входом небольшой холл — вещей и шкафов немного, наверх ведет крайне дешёвая лестница.

— Думаешь, контролер не пойдёт наверх? — задаёт вопрос менталистка.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Пока я спускаюсь вниз, можешь на всякий случай остаться рядом с лестницей? Я бы не исключал все возможные варианты.

— Да, согласна, — кивает Ариадна. — Будет жалко его упустить.

Оставляю девчонку недалеко от входа, а сам подхожу к небольшому люку и внимательно его осматриваю. Так — крышку подвала только что поднимали: она неплотно прилегает к полу. Пыль четко сбита по краю. Вряд ли это дело рук хозяина дома.

Аккуратно открываю люк.

Тут же снизу что-то летит мне прямо в лицо. Резко отбиваю удар. Сначала в меня попадает ком тряпок, следом за ним ржавая миска, потом гнутая сковородка. И всё это вылетает из темноты. Едва успеваю убирать голову и уворачиваться от непонятных снарядов.

— Ларион! — кричит Ариадна.

Тут же выпрыгиваю из подвала, захлопываю люк и закрываю защёлку. Кто бы там ни был — пусть пока там и остаётся.

Выбегаю в коридор и вижу, как прямо с лестницы на Ариадну прыгают сразу двое. Девчонка чуть старше меня — тёмненькая, хрупкая. И следом парень намного моложе.

Да сколько же он умудрился захватить детей?

Мгновенно выставляю щит перед менталисткой. Вторым щитом прижимаю обоих детей к стене.

— Зови полицию, пусть забирают, — говорю Ариадне.

Та кивает и выбегает на улицу.

— Магик, отпусти нас, — просит девчонка.

— Нет, — мотаю головой. — Соберём вас всех в одном месте, а дальше разберёмся.

— Нас преследуют, — хнычет девчонка. — Отпусти!

Мальчишка кивает и пытается выбраться из-под щита. Первоначальное впечатление, что парень маленький, оказывается неверным — показалось. Он примерно того же возраста, что и девчонка, просто небольшого роста.

По крышке подвального люка начинают громко стучать — буквально пытаются выломать защёлку. Оглядываюсь: крышка пока ещё держит того, кто находится под ней.

— Нет, ребята, — говорю. — Вы сейчас пойдёте с нами — и это не обсуждается. Поэтому молчим и слушаем.

Девчонка довольно бойкая — говорит за обоих и не собирается выполнять мои указания.

— Чем мы вам помешали? — спрашивает она. — Мы ничего не сделали!

— Не помешали, — спокойно отвечаю. — Просто подходите под описание. Так что не дергайся и пошли с нами.

Из под щита вырваться никому так и не удаётся. Крышка люка ходит ходуном.

Громко грохоча сапогами, в дом вваливаются два наряда стражи.

— Эти двое? — сразу звучит вопрос.

— Думаю, их трое, — поправляю. — Ещё кто-то заперт в подвале. Слышите, как пытается выбраться? — киваю в сторону люка. Тот, кто сидит под крышкой, скорее всего, тоже услышал топот и затаился.

Один стражник тут же направляется туда.

— Ничего не слышу, — говорит.

— Да там он, там, — убеждаю. — Только когда будете открывать вход в подвал, будьте аккуратнее, он сразу кидается всем, что попадёт под руку. Так что берегите головы.

— Хорошо, мы его заберём, — дружно кивают стражники, и еще пара из наряда отправляются к подвалу.

— Господин маг, вы применяете магию в черте города, — тут же заявляет главный, что отдает приказы. — К тому же, используете свою силу по отношению к неодарённым. И, может быть, несовершеннолетним.

— Возможно неодаренным, — поправляю его. — Мы сейчас не можем этого утверждать, но всё, что я делаю, обусловлено необходимостью — иначе подростки могли сбежать.

— Может быть и могли, — подтверждает стражник. — Но я всё равно отражу данный факт в своем отчете. Вы применяете магию по отношению к жителям города без прямой атаки на вас.

— Хорошо. Отразите, — соглашаюсь. — Пусть с этой историей разбирается Юрий Олегович. Мне сейчас точно не до этого. — Спорить не буду — всё равно пока нет смысла.

— Но детей мы заберём, — кивает стражник

Девчонка возле стены тут же веселеет.

— А мы вас на всякий случай сопроводим, — говорю, замечая реакцию.

Лицо девчонки мгновенно мрачнеет — похоже, она рассчитывала дернуть отсюда при первой подвернувшейся возможности вместе с мальчишкой. И, скорее всего, план максимально прост — дождаться удачного момента и рвануть от стражи в разные стороны.

Стражники достают из подвала пацана лет одиннадцати-двенадцати.

— Ты лучше не дёргайся, — советует один из стражников, сжимая в руках его предплечье.

— Не имеете права! — кричит мальчишка. — Я вообще-то знакомый! Меня сам Маргорон знает!

Слышу довольно странный набор звуков, но ожидаемый от беспризорника.

— Да-да, пошли давай! — не обращая внимания, подгоняет его стражник.

Как и обещали, сопровождаем задержанных ребят. Парень постарше плетётся, еле переставляя ноги, постоянно спотыкаясь — будто нарочно вставляет нам палки в колёса и старается задержать. Девчонка идёт рядом и постоянно придерживает его, но паренёк словно назло спотыкается каждые двадцать метров. А, может, и правда назло. Я по этому поводу никаких негативных эмоций не испытываю: понимаю, что он всего лишь жертва менталиста — и относиться к нему нужно соответствующе.

Минут за десять добираемся до кафешки, полной задержанных подростков и не только, хотя отсюда добежали минуты за три — в полтора раза быстрее. Сейчас уже не торопимся. Тех, кого искали, вроде как, нашли.

Нас встречает Юрий Олегович.

— Кого можно было собрать — собрали, — отчитывается главный стражник. — Если среди них нет нужного — придётся обшарить каждый дом.

Юля очень внимательно осматривает всех приведенных подростков. В помещении их немало: всего человек тридцать. Кажется, будто в одном месте собрали целый школьный выпускной класс, но не дали детям задание.

Многие знакомы друг с другом и активно жестикулируют и переговариваются. Их я бы даже не стал проверять: слишком много социального взаимодействия. Некоторые из детей вообще ни с кем незнакомы — сидят волками и зашуганно смотрят вокруг. Некоторые из них до сих пор выглядят потерянными. Этих ребят особенно жалко: попасть под торопливый удар менталиста — не самая приятная вещь. Тот же Игорь не даст соврать. Он забыл почти год своей жизни, а то и два. И теперь ему приходится собирать всё заново. Ребята не виноваты — они просто оказались не в том месте и не в то время.

— Сейчас привезут диагностические комплексы из госпиталя. — К нам подходит Юрий Олегович.

— Зачем? — удивляюсь. — Стандартные разве не подойдут? Здесь же не требуется точность.

— В общем-то ты прав, — соглашается со мной имперский маг и с некоторой неприязнью смотрит на собранных подростков. Причём смотрит не как на людей, а как на дополнительную работу. — Только мы имеем дело с очень умелым монстром, если взять для примера того же Кольцова. Так что проверять будем не только уровень заражения, а все возможные параметры. Здесь может отразиться любой из десятков критериев, которые отличают это существо от человека. Короче говоря, Орлов, я немного модифицировал твою идею.

Имперец говорит так тихо, что нас никто не слышит, но некоторые из ребят с опасением посматривают на стражу. Понимаю их — они бы с удовольствием сбежали, но вокруг слишком много людей.

— Юля, работай, — Юрий Олегович отдаёт распоряжение менталистке.

Девушка кивает. Вижу, как всё помещение затягивает еле видимая объемная ментальная сеть. Она собрана из мелких ячеек, через которые точно никто не проскочит. И, судя по всему, вижу её только я и менталистки.

Бабах! — найденный нами парень снова падает на ровном месте — похоже он наступил на развязавшийся шнурок. Приглядываюсь: ботинки у него сильно большие, словно подобраны не по размеру.

Продолжаю осматривать собранный в кафешке народ. Здесь очень много беспризорников. Одеты плохо, но чисто. Некоторые худые, но откровенно голодающих здесь нет. Как и сказал стражник, некоторые из ребят плотно не ели один день, максимум два. Совсем неблагополучных среди задержанных не наблюдаю. Но вообще-то, это хорошо для такого необычного среза столичной жизни.

Вижу, как Ариадна тоже пробегает взглядом по каждому из подростков.

— Откровенно потрёпанных жизнью здесь нет, — замечает менталистка, полностью повторяя мои мысли.

Перед нами резкие, немного озлобленные ребята, чуть более серьёзные, чем положено детям и подросткам. Но откровенно проблемных — ни одного.

Снаружи останавливаются машины. Похоже, прибыли из госпиталя и сейчас выгружают тяжелое оборудование.

— Что с нами будет⁈ — раздается вопрос из толпы. Все вокруг замирают от неожиданности.

Не сразу определяю, кто конкретно задаёт вопрос. Девчонка, которую мы привели первой, дерзко делает шаг вперёд и ждёт, пока ей ответят.

— Ничего плохого, — честно отвечаю ей. — Просто проверят на заражение и магию.

— А что потом? — не унимается девчонка.

— После этого отпустят или окажут первую помощь, — пожимаю плечами.

— Вот так бесплатно? — раздаётся недоверчивый голос. На этот раз спрашивает паренёк в слишком большой для него куртке.

Оглядываюсь на Юрия Олеговича. Тот, морщится, но кивает.

— Да, бесплатно, — подтверждаю. — Если потребуется, подлечат. Скажем так, воспринимайте это как плату за беспокойство.

— Мы здесь, потому что у вас что-то произошло? — раздается детский любознательный голос с другой стороны.

— А вы сами не видите? — усмехаюсь.

— Стражи на улицах намного больше обычного, — отвечает девчонка постарше. Подростки посмелее друг за другом вступают в разговор со мной.

— А ещё горят склады, — подсказывает ещё один беспризорник.

— И всех вас заперли в одном помещении, — продолжаю. — Разве это обычно для вашего города?

— Ну да, уел, — хмыкает паренёк, закатывая слишком длинные рукава.

Мой взгляд постоянно возвращается к парочке подростков, которых мы привели последними. Девчонка явно заботится о парне — а тот ведет себя так, будто не от мира сего. И он тут такой не один: еще несколько ребят сидят с отсутствующими взглядами. Похоже, им нехило досталось.

Щупалец менталиста, как ни странно, не вижу. Только Юлины техники. Все те, кого здесь собрали, абсолютно адекватные и абсолютно не похожи на одарённых. Никакого движения хмари вокруг. Из магов здесь только я, физрук и Юрий Олегович.

Препод постоянно чем-то занят. Подходит к некоторым подросткам, задаёт вопросы, что-то записывает. С имперцем не разговаривает, видимо, ведет своё расследование. Мне тоже не особо хочется с ним контачить — да и вряд ли физрук тут чем-то поможет. Нужен целитель и определяющие комплексы.

В кафешку заходит мужик в чёрной броне, у него в руках кейс. Скорее всего, он слабо одарённый, потому что замечаю рядом с ним лёгкие завихрения хмари. Следом входит ещё один, тоже в чёрной броне. Судя по всему, из госпиталя к нам отправили бойцов зачистки. В обычной жизни они в своих костюмах смотрятся очень странно. Футуристичная, местами зализанная, с резкими гранями чёрная броня. Посреди небольшой кафешки это не самая привычная картина — примерно так же к месту, как изящные стулья и кресла из двадцатого века.

Бойцы зачистки быстро подключают и активируют амулеты. Прямо на глазах перед нами вырастает что-то вроде сканирующего круга — похожего на тот, который видел в кабинете Пилюлькина. Назначение наверняка, примерно такое же: снимать максимальное количество параметров.

Бойцы в чёрной броне заканчивают, не затягивая процесс, складывают кофры и отходят в сторону.

В дверь заходит целитель в форменной одежде. Выглядит очень недовольным.

— Это вам я обязан за сверхурочную работу? — спрашивает он имперского мага. В отличии от других, у целителя к Юрию Олеговичу нет никакого пиетета.

— Да. Мне. Приступайте, — кивает Юрий Олегович, не обращая внимания на тон вошедшего.

— И что, прикажете смотреть всех тридцать человек? — спрашивает целитель.

— А что делать? — отвечает ему имперец. — Нам необходимо минимальное заключение по каждому из них, и желательно как можно быстрее.

Подростки с интересом смотрят на происходящее. Большая часть задержанных — беспризорники и хрупкие девушки, которые не смогли толком сказать, кто они и откуда. Обещание подлечиться за счёт государства никто не хочет игнорировать. Приём целителей — довольно дорогое удовольствие. Можно сказать, что те, кто здесь собрались, в каком-то смысле вытянули счастливый билет.

— Тогда обеспечьте мне условия для работы, — немного капризно просит целитель.

— Что вам нужно? — деловито уточняет имперский маг.

— Стол, стул и накопители, — звучит ответ.

— Конечно, господин целитель, сейчас всё будет, — имперец тут же кивает одному из бойцов.

Боец в черном срывается с места и через секунду возвращается с ещё одним кофром — похоже, с накопителями. В чём лично убеждаюсь, когда целитель открывает крышку: в ячейках стоят примерно три десятка небольших, продолговатых, молочно-белых кристалла, похожие на кварц. От них будто слышится негромкое гудение.

Ребята вокруг заметно волнуются.

— Ну, что, начинаем, — вздыхает целитель.

Подростки переглядываются. Первой со своего места встаёт девчонка в зеленоватой курточке, которую мы сняли с дерева. Неожиданно она самая смелая.

— Куда вставать? — спрашивает она. Голос слегка дрожит.

— В центр круга, — безучастно показывает целитель. Оно и понятно: впереди его ждет работа с тридцатью такими же почти детьми.

Девчонка заходит в центр.

— Ну что, лепила, я здоровая? — чуть нагловато смотрит на целителя.

Тот, очевидно, привык видеть разных пациентов, поэтому не особо реагирует — только усмехается.

— Сейчас поглядим, — отвечает ей.

Ритуальный круг зажигается, и становится видна полукруглая граница — внутреннее пространство словно меняет цвет: внутри появляются насыщенные магией глифы и золотистые искорки. Кажется, их вижу только я — все остальные даже не поднимают головы и не реагируют. Свечение резко отключается.

Диагностический комплекс выглядит намного серьёзнее, чем тот, что стоит у нас в Академии. Что ж — получаю интересное подтверждение, что наше учебное заведение не на пике новинок.

— Так, девушка, слушайте меня внимательно, — обращается к девчонке целитель, — у вас есть небольшие проблемы, которые я не буду озвучивать вслух. Держите направление, — протягивает небольшой листок бумаги. — Придёте в госпиталь, господа военные вам всё оплатят. — Кидает взгляд на имперца и чуть злобно улыбается. — Как и обещано.

На лице Юрия Олеговича мелькает недовольная гримаса: целитель точно знает, куда бить.

— Следующий, — объявляет он.

За девчонкой тянутся остальные ребята. Народ проходит через диагноста очень быстро. Это на девчонку целитель потратил аж полминуты, с остальными вообще не церемонится. Как только следующий подросток встает в центр диагноста, сфера загорается — целитель уже отдаёт направление. Причем листки сразу же подписаны — остается только выбрать нужный.

Не знаю, как так быстро управляется со всеми целитель: то ли за счет своего опыта, то ли диагностическая машинерия настолько подробная и быстрая в работе.

Странного почти ничего не происходит. Вот только последняя группа ребят, которую мы привели из дома, ведёт себя немного неадекватно. Сначала не совсем понимаю, что происходит, но рука уже сама скользит в сумку, где нащупывает портальную мину. Не понимаю почему именно её — но именно после этого становится как-то спокойнее.

Несколько секунд не получается разобрать, с чем связано моё беспокойство. Потом понимаю: девчонка, которую мы вывели из дома, вместе с пареньком постоянно перемещаются в хвост очереди — словно случайно пропуская вперед одного, другого, третьего… А ведь они в самом начале проверки сидели недалеко от диагноста и могли быть одни из первых.

Не перестаю наблюдать за этими двумя ребятами. Паренёк всё еще не совсем понимает, что происходит, и выглядит потерянным. Девчонка таскает его за собой по кафешке, имитируя жажду деятельности. То им якобы мешают стулья, то стол, то они стараются обойти других ребят, чтобы усесться подальше от окна. Всё это выглядит как случайность, и не сразу бросается в глаза — но случайности множатся, и мой мозг практически неосознанно начинает обрабатывать их поведение. Бросаю сначала один взгляд на ребят, потом второй. На третий раз начинаю внимательно следить за этой парочкой. Остальной народ проходит проверку у целителя и быстро заканчивается. Целитель знает своё дело: подростки постепенно получают направления и расходятся обратно по местам.

— Юрий Олегович?.. — обращаюсь к имперскому магу, но он не даёт мне договорить.

— Да, я тоже слежу, — коротко отвечает он. Похоже, определил ненормальное поведение этой парочки ещё раньше меня.

Когда очередь всё-таки доходит до девчонки — пропускать уже некого. Девушка сажает парнишку за стол, а сама подходит к диагносту. Заходит в круг — и целитель сразу поднимает на неё немного удивленный взгляд.

— Девушка, а вы в курсе, что… — снова смотрит на диагност. — Вы же маг! — произносит он. — А почему без опознавательных знаков?

Повисает пауза. Еще один взгляд в диагност, и целитель с ужасом смотрит на имперца.

— Тревога!!! — шепчет он.

Не знаю, на что рассчитывала девчонка. Наверное, на серьезный навык скрытности, не меньше. И ведь на самом деле сначала никто ничего не понял. Неодаренная, как и все, испуганная, никаких амулетов с собой не таскает — любой бы из нашей группы это заметил.

Сейчас поздно думать об этом. В тот момент, когда целитель шепчет: «тревога», девчонку словно подменяют. Её тело мгновенно наливается зеленым светящимся некромантским оттенком магии. А молодой парнишка за столом, со сбитыми ботинками не по размеру, мгновенно взрывается во все стороны тысячью ментальных щупалец.

Сразу становится понятно, почему ботинки парню не по размеру: свои он отдал той девчонке, которую мы снимали с дерева: вот и путался в ногах. Всё это за секунду проносится в голове.

Десятки подростков вокруг нас подскакивают со своих мест, переворачивая столы и стулья. Бросают всё, что держат в руках и с места атакуют меня, целителя, Юрия Олеговича и бронированных бойцов. Вообще всех, кто попадется под руку. Только что абсолютно довольные жизнью дети, превращаются в неорганизованную толпу, жаждущую убийства, полностью игнорируя инстинкт самосохранения. И с чего такая реакция? Минуту назад они только-только прошли диагностику и сидели полностью довольные жизнью. Ещё бы: им всем выдали направления в госпиталь и пообещали целительство за счет империи. И тут такая реакция…

Хорошо, что нападение никак не касается работников кафешки. Но не потому что они такие счастливцы, просто они находятся сильно в стороне.

Куклы атакуют только нас.

Похоже, за те десять минут, пока мы теряем контролера, он бежит через ближайшие к кафешке кварталы, и практически все встреченные подростки и люди с неустойчивой психикой становятся его целью.

Щупальца находят своих кукол, и десятки нитей вырываются за стены кафешки. Наверняка находят свои цели еще и на улице. Отчетливо видно, что монстр выбрасывает щупальца не наугад. Он тянется к конкретным людям, которых касался до этого. Именно поэтому работники кафешки поначалу полностью избегают контроля.

Вижу, как разум возвращается к парнишке, которого оставили за столом. Он смотрит на меня словно в первый раз, но вполне себе осознанно, не так, как раньше.

Вот только разум не совсем человеческий…

Парнишка выдыхает, но его тело тут же изгибает чуть ли не пополам. Лопаются сосуды и капилляры. И будто под сильным давлением, из глаз и носа стекают струйки крови.

Юрий Олегович тут же реагирует и формирует конструкт.

Девчонка замирает как парализованная, а вот до парня талант имперца не дотягивается. Либо талант работает слишком избирательно. Всё-так к нам сейчас рвется целая толпа подростков.

Не задумываясь ставлю над собой, обеими менталистками, Юрием Олеговичем и целителем сферический щит. Девчонка в диагносте тоже попадает в защитный радиус. Пока не видно и не слышно только физрука.

Подростки со всей силы бьются в защиту, но не могут её пробить. Целитель растерянно оглядывается и мотает головой в разные стороны.

— Что тут происходит? — с ужасом, но всё ещё очень тихо произносит он.

Бойцы остаются за пределами моего щита, и на них, словно градом, обрушиваются удары, но черная броня спокойно выдерживает подобные нагрузки.

— Не стрелять! — кричит Юрий Олегович, но бойцы даже не дергаются. Очевидно, что их инстинкты не рассчитаны на атаки мирного населения. Бойцов зачистки точно затачивали под другие задачи.

Хорошо, что в самом помещении стражи стоят только ближе к лестнице и к черному выходу, куда потерявшие разум подростки даже не смотрят. Повезло.

Местная охрана отдергивает руки от оружия и скрывается за дверьми. Похоже, это единственное правильное, что они могут сейчас сделать. То же самое пытаются сделать и остальные работники кафешки. Они стоят далеко от всего происходящего и быстро ориентируются. Возможно, некоторые из них раньше работали в каком-нибудь не самом благополучном баре, и поэтому прекрасно знают, как реагировать в момент беспорядков. Но не все успевают укрыться: поскольку некоторые ментальные щупальца остаются без подконтрольных, они тут же впиваются в головы работников.

Бармены теряют индивидуальность. Контролер медленно поднимается со стола. Работники кафешки уже достают ножи, спрятанные за стойкой. Вот теперь в этой истории могут появиться жертвы.

Рывком вбиваю магию в глиф сферического щита и расширяю его на контролера. Уже слышу звуки на улицы — там какая-то неконтролируемая паника. Вопли и визги. Но пока что нужно разобраться со всем, что происходит внутри заведения.

Щит резко расширяется, захватывая в свой радиус контроллера. Остальных людей слегка отбрасывает в сторону. Понимаю, что сильно рискую, но, с другой стороны, почему бы и нет? У меня есть поддержка Ариадны. Менталистка работает как надо: огромные снопы щупалец наполовину обрезаются моим щитом и тут же вытягиваются в мою сторону. Девчонка не позволяет им зацепиться. Ухватиться им просто не за что. Меня для них словно не существует.

В этот момент задерживаю взгляд на Ариадне: она выглядит максимально напряженной. Видно, как техника, которую девчонка использует прямо сейчас по отношению ко мне, вытягивает из неё силы. Сосредоточенный взгляд сверлит контроллера.

Тварь видит меня прямо перед собой, но абсолютно ничего не может сделать.

Смотрю на менталистку Юрия Олеговича и понимаю, что она тоже работает на пределе. Что именно она делает, не понимаю, но, похоже, Юля пыталась снять контроль с детей. У неё начинает получаться, как только обрезаю контур части щупалец. Девчонка работает на износ — видно, как на лбу пульсирует жилка.

Очень вовремя перевожу взгляд на имперца — Юрий Олегович как раз дотягивается до монстра. Замирает и на секунду словно теряет разум во взгляде. Успеваю забеспокоиться, но имперский маг обрывает оставшиеся ментальные щупальца.

Как только нити рвутся, народ вокруг нас буквально валится с ног. Очень похоже на оборванные нити марионеток. У кукол словно заканчивается завод, их ноги не держат и подгибаются как бумажные. Контролер прямо на глазах теряет управление.

— Юрий Олегович, — встревоженно обращаюсь к имперскому магу. — Что теперь делать?

Целитель вроде берет себя в руки и смотрит на имперца с тем же вопросом.

— Как что? Паралич на этих двоих, чтобы не дернулись, — говорит Юрий Олегович целителю. — А дальше будем разбираться. Забираем их с собой.

Замечаю, как в это же мгновение к парню возвращается разум. Слежу, как меняется его лицо — рот расплывается в злобной улыбке, будто усмехается. А вот это неожиданно. Не знаю, как он преодолевает талант Юрия Олеговича, но зрачки парня гуляют, а зрение будто теряет фокус. Складывается впечатление, что он изо всех сил борется с талантом мага. Пока безуспешно. По идее, время для него должно откатиться назад, но, с другой стороны, у твари изнанки совсем другое понимание временных потоков. Тварь внутри мальчишки продолжает зло усмехаться, пока за его спиной появляется зеленая трещина. Все происходит в секунду.

— А вот и не угадал, не уйдешь, — говорю вслух.

Мгновенно взвожу мину в руке. Парнишка на секунду застывает, после чего проваливается в светящуюся зеленым трещину в пространстве. Успеваю только схватить мину и бросить ее в уже закрывающееся пространство. Кажется, что вижу, как в этот же момент срабатывает мина, но уже где-то совсем в другом месте.

— Ничего себе! — Юрий Олегович удивленно смотрит в сторону исчезнувшего контроллера. — Никогда раньше не думал, что кто-то может хоть что-нибудь сделать с моим талантом.

С девчонкой все проходит штатно. Целитель формирует вязь глифов, и девушка просто замирает.

— В стазис её, — распоряжается Юрий Олегович. — А ты, Орлов, можешь снимать защиту. Этих мы и без тебя откачаем, — обводит рукой всех ребят на полу. — Вот только жаль, что монстра всё-таки упустили.

— Не то чтобы упустили, — задумчиво говорю. — Я же с ним отправил портальную мину, — напоминаю.

— И что с того? — не понимает имперский маг.

— Если я правильно понимаю, мы теперь можем узнать, где окажется это существо, — предполагаю.

— Оттуда есть дорога обратно? — тихо спрашивает имперец, намекая на Междумирье.

— Нет, — отвечаю. — Не думаю. Туда, где оказался монстр, так просто не добраться. Соответственно, выбраться тоже сложно. Дверь есть, но очень-очень далеко. Думаю, ему просто не дойти.

— Хорошо, если так, — кивает Юрий Олегович. — Этого нам будет достаточно, чтобы подобная ерунда больше никогда не повторилась.

Дверь кафешки хлопает, и вся наша команда поворачивается на звук.

— А ты вовремя! — с укором говорит имперец вошедшему физруку.

— Не понял, — произносит препод, оглядывая людей на полу. — Что тут произошло?

— Мы нашли контроллера, — говорю ему.

— А ты, собственно, где был? — спрашивает имперский маг. — Мы тут, понимаете ли, работаем…

— Нужно было проверить ещё пару человек — слишком странное отсутствующее поведение, — объясняет физрук. — Но когда пришел, они уже были в полном порядке.

— Как думаешь, контроллер мог попытаться отвлечь нас таким образом? — обращается ко мне Юрий Олегович.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Мне кажется, слишком хитрая схема для него. Тем более она завязана на социальном взаимодействии — а с этим, как мы выяснили, у монстра очень плохо.

— Или не настолько плохо, как нам казалось. — Задумчиво потирает подбородок имперец. — А чего так долго ходил, если там уже все нормально? — снова обращается к физруку.

— Зашел по пути, чтобы договориться по поводу обеда, — всё еще в легком удивлении отвечает препод. — Я же не знал, насколько это затянется.

— Мы же и так находимся в кафе? — напоминаю и вижу, как препод морщится.

— Я бы тут даже врагов не решился кормить, — пренебрежительно отвечает он.

— Ой, Дима, не знал, что ты у нас такой гурман, — хмыкает Юрий Олегович. Снова мимоходом проскакивает имя физрука. — Ладно, вернёмся к нашим баранам… кхм. в смысле, к детям. Эту забираем с собой, — кивает на взятую в качестве трофея девушку-некромантку. Девчонка не смогла никого атаковать, только успела засветиться в диагносте.

— Что теперь с ней будет? — интересуюсь.

— Допросим, — пожимает плечами имперец. — А там будет видно. Если понадобится, вывернем наизнанку, чтобы понять, как избежать подобных ситуаций. Сколько у нас еще осталось этих осколков?

— Двадцать три, если считать только те, что в ящике, — примерно прикидываю.

— Вот именно, — кивает имперец. — Представляешь, сколько ещё порталов? Поэтому любой шаг, который позволит нам избежать проблем, будет хорошим и правильным шагом. Так что заберем её с собой, а там разберемся. Здесь её разумник всё равно хотел всех помножить на ноль.

— Мне лучше закрыть еще один портал или тут побыть? — задаю вопрос имперцу. Он ненадолго задумывается.

— Знаешь, Орлов, лучше проходи обратно в тот портал, если он до сих пор открыт, а потом домой, — говорит Юрий Олегович. — И забери своего препода, — кивает на физрука. — Отведи его обратно, и тогда закрывай портал. А я пока останусь здесь. Работы несколько больше, чем мне хотелось. — Со вздохом оглядывает поле боя.

— А как же обед? — спрашивает физрук. — Я договорился вон там, — показывает в сторону дороги.

— Вас что в Академии не кормят? — усмехается имперский маг. — Давайте закончим работу, а потом уже всё остальное.

— Слушай, Орлов, — неожиданно обращается ко мне физрук на ходу, пока мы идём к горящим складам. — Это же столица, так? — Кивает на город, который проступает далеко в тумане — на холмах.

— Да, столица, — подтверждаю. — По крайней мере, Юрий Олегович так сказал. Но до самого города ещё прилично.

— Это не так важно, — отвечает препод. — Знаешь, мне, конечно, очень интересен твой способ передвижения, и ты как-то не сильно горишь желанием про него рассказывать. Поэтому задам тебе всего два вопроса.

— Задавайте, — пожимает плечами.

Ариадна идёт за нами, не вмешиваясь в разговор.

— Ты можешь перемещаться таким образом практически везде? — интересуется физрук.

— Нет, — говорю. — Сейчас мы воспользовались тем порталом, который открыли некроманты. Моя роль тут глубоко вторичная: я только нашёл дорогу до сюда.

— Жаль, — разочарованно вздыхает препод. — Тогда ладно, вопрос снят. Как считаешь, сам портал — безопасная штука?

— Понятия не имею, — честно отвечаю. — Наверное. По крайней мере, в самом портале опасности не ощущается. Я уже видел много таких.

— Ага, — кивает физрук. — К тому же с другой стороны портала мы вроде бы всё зачистили.

— Да… — подтверждаю и не совсем понимаю, к чему ведет препод.

Если бы не просьба имперца, вообще бы не стал заморачиваться общими перемещениями. На самом деле, мне одному или вдвоём с Ариадной перемещаться намного безопаснее, но говорить об этом физруку не буду. Лишнее. Да и особо ничего не поменяет. Доставить его всё же придётся — уже пообещал.

— Раз всё зачистили, значит, в моём присутствии необходимости больше нет? — неожиданно спрашивает преподаватель.

— Скорее всего, — соглашаюсь. — Осталось только проводить вас до Академии по просьбе Юрия Олеговича.

— Э, нет, этого не надо, — тут же отметает идею физрук. — Я лучше останусь здесь. Может, и ты до Академии доберёшься обычным человеческим способом? Зачем зря рисковать? Я с тобой пойти не смогу: а тут, вдруг при перемещении наткнешься на монстров?

— Тогда это их проблемы, — неохотно улыбаюсь. — Мне проще переместиться сразу: это быстрее. К тому же я не знаю, где находится столица, и как долго отсюда добираться до Академии. — Разбираться в этом нет ни сил, ни желания.

— Всё с тобой понятно, Орлов, — хмыкает физрук. — Двойка тебе по географии. Учти, так дело не пойдёт: будешь потом отдельно сдавать мне зачёт. В общем, я остаюсь здесь — мне и без того нужно было заглянуть сюда по делам Академии, а тут такая оказия.

— Тогда передайте Юрию Олеговичу, что я все же предлагал, — не без удовольствия отвечаю преподу. У меня будто камень с плеч упал — точнее, не самый желанный попутчик.

С Ариадной мы можем немного отложить возвращение в Академию. Минус одна лишняя точка.

— Скажу-скажу, — машет рукой физрук. — Ты сам ему ничего не говори. И директору тоже. Я лучше сам.

Молча киваю — это уже не моя проблема. Моё дело — предложить. Кстати, интересно другое: физрук очень равнодушно отнёсся к возможности перемещения через порталы, как только узнал, что я не могу открывать их сам. Хотя логично — он слышал, что основная задача закрыть эти пространственные дыры.

Физрук разворачивается и тут же уходит в сторону скопления экипажей. Похоже, что стража не пускает в район лишние машины. А мы за разговором как раз доходим до границы патрулируемого округа.

— Может и мы прогуляемся по столице? — несмело предлагает Ариадна, глядя вслед физруку и с грустью смотрит на открывающийся в тумане вид.

— Идея, конечно, неплохая, — задумываюсь. — Но у меня есть лёгкое подозрение, что оставлять портал открытым так надолго нельзя. Нужно его хотя бы проверить. А то мало ли — вдруг с той стороны опять начнет собираться непонятно что. А так — мне в любом случае придётся его закрывать — и чем быстрее, тем лучше.

— Тогда закроем и погуляем? — настойчиво спрашивает менталистка. — Всё равно тебе не нужно его контролировать, — намекает на бесенят.

— А, знаешь, может, и погуляем, — отвечаю девчонке. — Только все же в обратном порядке — сначала погуляем, потом закроем, а то непонятно как отсюда выбираться. Но у меня есть кое-какая идея. Раз физрук отказался возвращаться с нами в Академию, значит, мы можем тоже немного изменить маршрут.

— А если Юрий Олегович об этом узнает? — удивляется моей идее Ариадна.

— Думаю, ему без разницы, — говорю. — Главное, что мы делаем то, что должны. Остальное, в принципе, его не касается. Вернуться в Академию мы так и так успеем. Если мы сейчас сделаем то, что я придумал, то в следующий раз сможем очень быстро попасть в столицу.

— Не томи, рассказывай, — просит менталистка и заговорщицки улыбается. В который раз замечаю, что ей не приходится навязывать приключения — она сама их ждёт с удовольствием.

— Мне кажется, что горящие склады — идеальное место, чтобы что-то спрятать, — отвечаю. — Давай сейчас доберёмся с тобой до портала, а потом разберёмся со всем остальным.

— Умеешь ты навести интригу, — смеётся девчонка, но реагирует как обычно сдержанно. Всё-таки работать с ней одно удовольствие.

Прикидываю. Темнота уже падает на город. Время прошло незаметно. Не обращал на это внимания, пока мы воевали и бегали в поисках контролера. Предместья столицы освещены очень неплохо, поэтому не сразу заметил, что вокруг уже почти темно. Ещё минут двадцать-тридцать, и темнота будет такая, что хоть глаз выколи. Особенно с учётом разбомбленных складов и разбитого армейского имущества — освещение там явно не в порядке. Особенно сейчас отблески огня неплохо видны на фоне стремительно темнеющего неба.

Благодаря пожарам, найти склады несложно. Разве что идти по полю не очень комфортно.

Проходим между длинными горящими помещениями. По сторонам столпы дыма, под ногами обломки стеллажей и тех вещей, которые раньше здесь хранились. Между пакгаузами ходят патрули солдат — наверное, выискивают выживших тварей. После нашего вмешательства всех оставшихся крупных монстров из портала армия раскатывает намного легче. Нас знают, и постоянно представляться нужды нет — и это очень удобно. Ходим в основном там, где всё освещено. Армейцы немного в стороне бегают с переносными фонарями, но эта суета нам неинтересна.

Дальше идём как можно аккуратнее, и не зря — из темноты вырывается мелкая стайная тварюшка, чтобы тут же сгореть в пламени моего росчерка. Все же по складам разбежалось много некрупных монстров. И если крупных всех точно выбили, то мелкие всё ещё пытаются уйти от групп зачистки.

Место портала тоже находится под серьёзной охраной. Военные восстановили укрепления и поставили наблюдателей. Даже подтянули тяжелое оружие. Правда в прошлый раз это все не помогло.

Здесь нас тоже узнают.

— Господин маг, — обращается ко мне командир расчета тяжелого пулемета. И кажется, по совместительству, командир этого заслона.

— Да? — переспрашиваю и останавливаюсь. Ариадна остаётся за моей спиной.

— Чего нам ждать с ТОЙ стороны? — уточняет молодой парень, примерно лет на пять старше меня. Видно, что повысили его совсем недавно. Может быть, как раз сегодня, сразу после мясорубки. Остальные бойцы тут же прислушиваются к разговору.

— Скорее всего, ничего не ждать, — отвечаю. — Если только нас минут через десять-двадцать. А так — все, кто были с той стороны, уже вывалились в портал. Сейчас там остались только разрозненные некрупные монстры. И то, рептилоидов, — смотрю в непонимающие глаза бойца. — То есть монстров прорыва, точно не будет. И, кстати, — вспоминаю кое-что важное. — Я заявляю права на шесть их голов. Так что сообщите своим, хорошо?

— Конечно, господин маг, — отвечает командир. — А кто может подтвердить ваши права? — уточняет.

— Имперский маг, — отсылаю бойца к Юрию Олеговичу. — Все вопросы к нему. И если мои трофеи не будут собраны, возникнут некоторые проблемы, и тоже с его стороны.

— Понял. Разрешите выполнять? — спрашивает военный.

— Разрешаю. — Отпускаю парня. Хотя сам теряюсь в догадках — я не вхожу в официальную структуру армии, чего ради он побежал подчиняться? На радостях, что ли?

Портал снова проявляет активность.

— Ариадна? — обращаюсь к девушке и беру её за руку.

— Я за тобой! — тут же отвечает менталистка.

— Ты же умеешь отводить взгляды? — уточняю.

— Конечно, — тихо отвечает она. — Но кроме тебя об этом никто не знает.

— Отлично! — улыбаюсь. — Тогда работай в полную силу. Мало ли кто нас ждет на той стороне. Просто на всякий случай.

Ставлю сферу защиты, и мы тут же ныряем в портал.

На тропах чувствую себя намного лучше. Словно возвращаюсь домой. В принципе, я смог бы переместиться и с помощью осколка.

После шага в портал, попадаем в междумирье. В те несколько секунд, пока мы перемещаемся, для меня все кристально ясно. До этого момента было не так. Попутчики словно скрадывали мои ощущения: я словно тащил их за собой и тратил на это чрезмерно много сил… Сейчас же будто попадаю в бассейн с кристально чистой водой. Прекрасно знаю где нахожусь и куда идти дальше. Ориентируюсь намного легче.

И… кажется, чувствую эмоции Ариадны… И поверхностные мысли… Это немного странно. Ново.

Портал выплевывает нас на место бывшей битвы. В отличии от предыдущих разов, мы мягко появляемся прямо на земле. Никаких кувырков или падений. Просто делаем последний шаг возле трещины портала.

Вокруг разбросаны тела монстров. За всё то время, пока нас не было, ничего необычного не происходит. И, кажется, время тут обусловлено соединением с нашим миром.

— Вокруг никого. — Вижу, как Ариадна бросает в пространство сигнальную сеть, такую же, как использовала Юлия.

— Отлично, — тихо отвечаю девушке и поднимаю руку. Замираю.

Во мне что-то изменилось. Причем сильно. И это требует срочного анализа.

Быстро перебираю себя.

Кажется, новое ощущение появилось после атаки контролера. Когда он пытался меня продавить остатками щупалец. Просто до поры, до времени я не обращал внимания на эту новую способность.

Стараюсь скорее закрыться от мыслей Ариадны. Девчонка смотрит на меня невинными глазами, без единого намека.

Неожиданно шквал её эмоциональных переживаний и мимолетные мысли становятся видны ещё более отчетливо. Переживаю их как свои. От некоторых мог бы даже покраснеть, если бы ментально не был сильно старше. И ведь многие мысли связаны непосредственно со мной.

Тут же ставлю стену. И ставлю её так умеючи, словно делаю эьто не в первый раз. Снова замираю.

Настраиваюсь на ощущения бесёнка. Тут тоже удивляюсь четкости восприятия. Прекрасно чувствую, где сейчас находится монстрик. Словно на секунду он становится моей рукой или ногой. Вроде бы не обращаешь на неё внимание, но при этом чувствуешь каждую неровность пола или шершавость поднятого камня. Сытый монстрик прямо сейчас бездействует.

Ладно. Нужно будет проверить. Сейчас важно другое.

Четвертый портал, который по моим прикидкам должен быть почти закрыт, всё ещё существует. Странно. По-хорошему, Икорь вместе со своими подчиненными должен сейчас доедать остатки его энергии. Хотя этой энергии им, по идее, слишком много. Но почему-то монстрик был уверен, что съест всё.

Перепроверяю — ничего подобного. Бесёнок в полном спокойствии — просто стоит и ждёт.

— Кажется, нам нужно заглянуть ещё в одно место, — говорю Ариадне. — Кое-что пошло не по плану. Держись за меня. — Протягиваю руку.

— Ты уверен, что это безопасно? — спрашивает менталистка и подходит ближе.

— Сейчас проверим, — говорю.

Чувствую пальцы девушки в своей ладони и делаю шаг в туман. Сразу же разворачиваю сферу щита, хотя опасности не ощущаю. Вываливаемся на поле возле четвертого портала. Щит и правда не пригождается: никаких монстров тут нет. А вот портал, как я и чувствовал, всё ещё существует. Но больше всего удивляет не это: возле портала спокойно стоит Икорь. Он смотрит на целую свору бесенят. Вокруг скачут не только его подчиненные, но и более мелкие монстрики.

Ариадна вздрагивает и отпускает мою руку. Она в свое время уже видела бесенят рядом с некромантами. Только их тогда было всего четверо. Но такая стая монстриков в действии — это совсем другое. На этот раз их больше десятка. Пытаюсь посчитать. Существа верещат, разевают пасти, но на нас — ноль внимания. И по примерным прикидкам, на каждого подчиненного монстрика приходится еще по три тварюшки. Видимо, эволюция у них прошла не зря: и в какой-то момент у существ появляется способность управлять себе подобными, но более слабыми и менее развитыми. Эти новые мелкие тупые злобные существа крайне похожи на Икоря до первой эволюции. Икорь держит их в железных рукавицах. Если сказали есть и не на что не отвлекаться — так они и делают. Монстрики ползают и жрут, пока не отваливаются на землю переполненные энергией портала.

Икорь подскакивает ко мне с немного виноватым видом.

— И-и-и, — тихонько верещит он и поворачивается в сторону своей стаи. Поднимает лапы вверх, показывая на происходящее.

— Хочешь сказать, выполняешь задачу любыми способами? — говорю Икорю.

Наблюдаю, как существа пылесосят энергию портала. Получается у них неплохо. Трое подчиненных Икоря уже с надутыми животами и еле передвигаются, зато звучно рычат на мелких. Понятно — в них уже столько не вмещается, поэтому пришла подмога. В принципе, ничего сильно страшного в этом не вижу. Решили собрать целую стаю — пусть. Главное — контролируют, и благодаря этому получится закончить начатое.

— Ещё с одним справитесь? — задаю вопрос бесёнку. Тот активно машет головой, не собираясь отказываться.

— А сам чего расслабляешься? — задаю вопрос.

Ловлю непонимающий взгляд. Монстрику нужно немного время, чтобы понять, о чём речь. Как только понимает, гладит себя лапой по вздутому животу. Мол, больше пока не влазит.

— Понятно, решил сделать перерыв перед последним, — улыбаюсь.

— И-и-и, — радостно верещит бесёнок.

Слежу за скоростью мелких тварюшек. Даже не верится, что встретил Икоря именно таким. Сейчас он больше напоминает разумное существо, чем одного из этих хаотичных созданий. Крылья прилично отросли, тельце тоже увеличилось. Даже когти на лапах выглядят более внушительно. Сейчас преподаватели убили бы Икоря без раздумий. Монстрик вытянулся, заматерел и больше напоминает опасную иномирную тварь, чем мелкого хулигана. Сравнивать монстрика, прошедшего несколько эволюций с его предшественниками забавно.

— Тогда как закончите здесь, скажу, куда дальше, — говорю бесёнку.

— И-и-и, — протяжно пищит он, и я понимаю, что проблем с закрытием пятого портала тоже не возникнет — тем более, здесь уже почти всё зачищено.

Ариадна не подходит и стоит там, где мы появились пару минут назад.

Напоследок оглядываю поле. Несколько тварюшек доедают тела убитых монстров — видимо, у них своё разделение. Не удивлюсь, если потом эти товарищи ещё поделятся ингредиентами. Просить их об этом не буду — пока не до этого. Нужно сначала закончить с порталами.

— И-и-и? — Икорь снова подбегает ко мне и смотрит в сторону мелких существ, которые охотно жрут тела монстров. Управляются на удивление быстро.

— Хочешь поделиться? — задаю вопрос. — Хорошо. Если найдёте, что-нибудь интересное, притаскивайте.

Если монстрики решили таким образом отблагодарить меня за энергию порталов, мешать им не буду. В любом случае, всё, что они принесут, будет упаковано в серебристую пленку, и за это неплохо заплатят.

— Можем идти, — говорю менталистке. — Тут всё под контролем. Сейчас мы выйдем на тропы и отправимся ещё в одно место. Там тоже сразу работай в полную силу.

Ариадна серьезно кивает, и следует за мной. Снова беру ее за руку. Девчонка доверчиво вцепляется в мою ладонь, будто в нашей паре старший по возрасту я. Хорошо.

Делаю всего пару шагов в сторону от поля, и мы снова попадаем в густую стену тумана.

Сразу же настраиваюсь на свой маяк. Плашку чувствую так же отчетливо, как и раньше. Значит, с ней всё в порядке.

Шаг, второй — и мы выходим прямо на пепелище. По привычке ставлю сферическую защиту.

— Мы же в городе! — оглядываясь, говорит Ариадна. — Тут нельзя пользоваться магией.

— В городе, — подтверждаю. — И лучше быть живыми и под щитом, чем соблюдать законы.

— С чего ты вообще взял, что нам тут что-то угрожает? — удивляется менталистка, ненадолго задумываясь. — Погоди, это же…

— Здесь был мой дом, — киваю. — Примерно тут прошла твоя инициация, о которой ты практически ничего не помнишь. Здесь же мы познакомились с лже-Кольцовым и впервые вышли с ним на тропы. В общем, историческое место, — усмехаюсь.

Теперь же вокруг сплошь развалины. Как и сказал Полевой, соседние дома уцелели. Опасности рядом не чувствую, прямого внимания тоже. А вот редкие прохожие мелькают где-то вдалеке.

— Отведешь глаза, чтобы нас сейчас никто не увидел? — спрашиваю менталистку.

— Уже, — сосредоточенно отвечает Ариадна.

В который раз благодарно киваю и снимаю защиту.

— Будь аккуратнее, — девчонка переходит на шепот. — Мне кажется, я чувствую внимание рядом. У нас мало времени, и лучше не шуметь.

Тут полностью доверяю ощущениям девчонки и быстро прохожу по пожарищу. Чувство не из приятных. Вроде совсем недавно прятал плашку в деревянный шкаф, а сейчас на месте дома провалившаяся внутрь крыша и рухнувшие потолочные перекрытия. Обугленные куски шифера и уже дотлевшие деревяшки.

Стены сгорают почти полностью, оставляя острые обгоревшие зубья бруса. Дом будто вывернули наизнанку и вытащили из него все внутренности. В сумерках это особенно мрачное зрелище.

Обгоревшие бревна под ногами покрылись глубокими трещинами и блестящим налетом. Эта текстура угля отдаленно напоминает чешую.

Да уж, для того, чтобы отстроить заново какое-то подобие жилища, нужно сначала вывезти весь этот мусор. Ребятам из группы дом в таком виде лучше не показывать: Аглая и Олеся наверняка расстроятся больше всех. У меня внутри нет никаких эмоций по поводу этого места: ну, сгорел дом, да сгорел. Абсолютно никакой привязки. Единственное — придется развернуть стройку, а это лишний кипиш и лишнее внимание к этому месту. Но отстраивать заново всё равно рано или поздно пришлось бы.

Ещё один грустный момент: тут и без экспертизы можно понять, что дом подожгли. Вряд ли что-нибудь могло загореться внутри само по себе. Да, состояние дома далеко не новое, но до того, пока я его не купил, никаких нареканий даже близко не было. С другой стороны, это не моя проблема, а страховой. С моей стороны ее уже решил Юрий Олегович, а как страховая будет себе это объяснять — меня волнует крайне мало.

Прислушиваюсь к ощущениям маяка. Плашка где-то совсем близко — чуть ли не под ногами. В который раз удивляюсь, как сильно изменилось восприятие. По идее, маяк крови должен быть менее точным, но нет. Каким-то образом новый материал влияет на меня более остро. Чувствую себя металлоискателем, и если бы на нужном месте мог бы запищать — то обязательно бы это сделал. Замираю на том месте, где маяк буквально притягивает меня к себе.

— Ларион, сюда и правда идут, — шепотом произносит Ариадна.

Сажусь рядом с обгоревшим брусом и принимаюсь откапывать плашку.

— У нас же ещё есть время? — уточняю.

— Нормально, думаю есть, — шёпотом отвечает Ариадна. — Я ещё ни разу не пробовала работать в полную силу. В любом случая я тебя прикрою.

— Вот и отлично, — говорю и откидываю обгоревшие куски бруса. — Прикрывай.

Работа в полную силу звучит многообещающе. Да и Ариадна ни разу меня не подводила. В который раз чувствую практически безусловное доверие и ещё глубже погружаюсь в ощущение якоря.

— Пока мы не делаем ничего резкого и привлекающего внимания. Я уверена, что нас не заметят, — предполагает менталистка. — А если заметят, то быстро забудут, — добавляет с нотками злости в голосе.

— Так понимаю, ты сейчас намекаешь на своих? — спрашиваю.

— Да, на своих, на кого же ещё? — хмыкает девчонка. — За то время, пока учусь, крови они мне попили достаточно.

Концентрируюсь на поиске плашки и стараюсь искать её как можно тише, чтобы не привлекать внимания. Всё выгорело буквально до золы, и как плашка выжила в этом огне — непонятно. Если бы в шкафу осталась колба с кровью, то плакал бы мой якорь.

Зато теперь не придется вывозить из дома весь ненужный хлам. Усмехаюсь собственным мыслям. Да уж — было бы откуда вывозить…

Влажный пепел уже слежался: видимо, дом тушили водой и ещё чем-то специфическим. В любом случае, те, кто тушили пожар, делали свою работу от души.

Достаю вторую пластину накопителя, ту, что на время отдавал Юрию Олеговичу. Начинаю с её помощью аккуратно отгребать пепел. Можно было бы не заморачиваться и воспользоваться магией, но тогда мы точно нашумим. И, скорее всего, лишние магические всполохи привлекут ненужное внимание. Сферическая защита уже давно убрана, как таковой опасности не ощущаю.

Ещё пара движений — и наконец натыкаюсь на нужную вещь.

— Всё, — шепчу менталистке. — Я нашёл то, что надо. Можем уходить.

— Тихо, замри, — произносит девушка. — Рядом менталист.

Сам тоже вижу, как над нами шевелятся щупальца. Одно почти успевает меня задеть, защита Ариадны работает и здесь. Ментальное щупальце проходит мимо нас. Спокойно пережидаю интерес менталиста.

Ещё пара минут, и человек, подошедший к пепелищу, разворачивается и, судя по шагам, уходит. При этом его внимание всё ещё остаётся здесь: щупальца продолжают обшаривать дальний остов дома.

Оставляю это видение в покое. Непонятно, кто именно пришел к моему дому, и что именно этому человеку нужно. Узнавать не ни времени, ни желания.

Ариадна придерживает меня за руку. Когда щупальца ментального мага уходят с пепелища, а шаги затихают вдали — девушка меня отпускает.

— Всё, можно идти, — говорит она. — Куда дальше?

— Недалеко, — отвечаю. — До нужной точки осталось пройти ещё метра три. — Кивком головы показываю ту сторону, куда нам нужно переместиться.

Ариадна мне доверяет, и, аккуратно пригнувшись, мы медленно переползаем на три метра к центру. Здесь ещё чадят угли.

— Это может отвлечь от перемещения, — объясняю девушке. — Сможешь сделать так, чтобы я не замечал этого дыма? — спрашиваю.

Менталистка понимающе кивает.

— Я постараюсь, — отвечает она и смотрит в сторону дыма.

Ни секунды не сомневаюсь, что всё получится. Закрываю глаза и тянусь к ослабленному пространству: благо оно не привязано к уровню пола. Это точка, до которой мне просто необходимо дотронуться. До сих пор не знаю, что это. Думаю, не самое тонкое место в пространстве, а, скорее, направляющая. То, за что можно зацепиться, чтобы меня выкинуло на тропы.

Беру Ариадну за руку.

— Закрывай глаза, — говорю ей. — Так будет легче.

Вместе с девчонкой делаю шаг.

Запах костра и звуки щёлкающих углей перестают отвлекать. Всё, происходящее вокруг нас по-прежнему где-то рядом, но при этом ни один звук совершенно не влияет на ощущения. Похоже, всё это не внутреннее состояние, а внешняя блокировка. Ариадна умеет намного больше, чем можно себе представить. После работы с помощницей имперца, девушка действует с большей уверенностью. Совместная работа, хоть и не долгая, не проходит бесследно.

— Я готова, — слышу голос менталистки и аккуратно тяну её за собой.

На грани чувствительности снова слышу, как к нам возвращается наблюдатель. Вот только он опоздал: мы уже в процессе. Ещё один шаг, и мы вываливаемся на тропы.

— Замечательно, — выдыхает Ариадна, а я тут же ставлю защиту. Мало ли что может на нас вылететь. — Мы успели!

— Успели? — переспрашиваю.

— Он вернулся, — девушка подтверждает мои мысли. — Причём в этот раз ощущался ещё более активный поиск.

— Ты знаешь, кто это был? — задаю вопрос.

— Знаю. Вернее, догадываюсь, — вздыхает менталистка. — Но имя тебе всё равно ничего нового не скажет. Этот маг из нашей Академии. Женщина — заместительница Воблы.

— И чего им здесь нужно? — удивляюсь.

— Вот и мне интересно, — задумчиво произносит Ариадна. — Юрий Олегович, насколько знаю, официально меня забрал. По идее, никто не должен меня искать.

— Ладно, мы сейчас всё равно ничего не выясним, — делаю вывод. — Но это всё лучше, чем поджигатель. Или думаешь, они все из одного котла?

— Поджигатель был не наш, — заявляет девушка.

— На самом деле тоже так думаю, — соглашаюсь. — Ломать над этим голову нет никакого смысла. Тем более, я почему-то уверен, что поджег — не единственное, с чем нам предстоит разобраться. По всей видимости, дальше будут ещё выпады в мою сторону. Остаётся только подождать.

Кладу добытый якорь вместе с практически нетронутым накопителем к себе в сумку.

— Пошли прятать пластину, — говорю менталистке. — Главное, мы успели найти то, за чем пришли.

Ариада радостно хлопает в ладоши — возвратиться в столицу это ее идея. И девушка очевидно рада увидеть город. Пусть и всего на несколько часов. В который раз убеждаюсь: всё-таки она ещё совсем девчонка, несмотря на то, что чуть старше меня и серьезно работала медсестрой.

К пятому порталу мы выходим довольно быстро. Изменений тут практически никаких, но я и не ожидал. Разве что вижу определённое движение где-то вдалеке.

Не долго думая, кидаю туда росчерк. Судя по всему, во что-то попадаю. Вдалеке вспыхивают серебристые искры. И после этого не вижу никакого движения, только туман медленно, как мне кажется, все же наступает на это поле.

Дожидаемся, пока портал стабилизируется, и это почти не занимает времени. Сейчас зеленоватое зеркало уже появляется все чаще. Даже пяти минут не проходит. Что ж, пара секунд дезориентации, и мы вываливаемся на складах. Все же на самом деле — маги меня тормозили. С Ариадной же перемещение даже через эту неприятную кишку проходит намного быстрее.

Бойцы зря времени не теряют. Сколько нас не было? Минут десять? Ну вот. А за это время заслон успевает неплохо сорганизоваться. Очень неприятно ощущать, когда в твою грудь направлен ствол крупнокалиберного пулемета. И не один.

Отряд зачистки при этом настроен довольно предвзято. Благо, раньше времени никто не стреляет, хоть на этом спасибо.

Тут же ставлю сферу щита.

— Орлов? — слышу довольно странный вопрос, но не сразу понимаю, кто меня спрашивает.

— Ещё утром был Орловым. — Киваю.

На мою спутницу, как ни странно, никто не обращает внимания.

— Чем докажешь? — раздается в микрофон.

Неожиданный вопрос.

— Мне нужно доказывать? — удивляюсь. — А что конкретно?

— Например, что ты прямо сейчас не под контролем, — несколько невнятно говорит первый голос. Потом тот же голос начинает перед кем-то оправдываться. — Нет, ну а что? Он вышел из портала — я его вижу.

— Так он только что туда вошёл! — Слышу ответ.

Второй голос я уже узнаю — он принадлежит начальнику, с которым мы разговаривали перед уходом. Нас не было смешное время, а у военных уже что-то поменялось.

— Так он же всё равно может быть под контролем? — спрашивает боец. — Нам же сказали про ментальные удары и всё такое…

— Да ты слушай больше, — отвечает начальник. — Это тебя не касается. Тем более, видишь: с ним девчонка из менталистов — и с ней всё нормально. Опусти оружие. Он нам поможет закрыть портал.

Боец выслушивает ещё пару шипящих тихих слов, и микрофон недолго пищит, будто его закрывают рукой.

— Господин маг, подскажите, вам что-нибудь нужно для работы? — в конце концов раздаётся голос начальника поста в микрофон.

Напряжение тут же спадает.

— Только ваш контроль тут, — отвечаю и ещё раз сверяюсь с объевшимся бесёнком. — К сожалению в ближайшее время я не смогу закрыть портал, поэтому мы задержимся в столице еще на пару часов. Там возникли технические сложности, — стараюсь подобрать слова.

— Чего нам ожидать из портала? — интересуется начальник поста.

— Только мелких тварей, — говорю ему. — Я уже проверил: они периодически появляются, но серьезной атаки можете не ожидать.

— Принято. — Слышу короткий ответ.

Ствол пулемёта опускается. Сразу становится немного легче. Когда прямо перед тобой ствол оружия, всё-таки немного не по себе. Даже когда знаешь, что, скорее всего, тебе ничего не угрожает.

— Пойдём, — тихо зову Ариадну.

Аккуратно разворачиваемся и уходим по нашему старому маршруту, где не так давно бежала атакующая волна.

Мертвые тела людей, так же как и туши монстров, уже убрали. Броневик тоже. Остались только слегка дымящиеся и разрушенные пакгаузы — подозреваю, они здесь надолго. Тут надо сначала тушить, потом искать хозяев. Внутри горит много чего, и всё неравномерно.

У армии сейчас несколько другие задачи. Вот отловят всех, кто несанкционированно сюда пробрался, и тогда уже будут думать о работе с очагами пожаров. А пока мелкие очаги даже не думают гасить просто сдерживают огонь. Так, чтобы он не распространялся дальше.

Иду и посматриваю по сторонам: выискиваю невредимые стены складов. В принципе, меня устроит любое незаметное место.

Засовываю руку и тянусь к пластинке в сумке, чтобы примерно прикинуть, куда можно её приспособить. И вот тут понимаю, что две пластины, одна из которых — заряженный накопитель с моей энергией, а вторая — пластина, впитавшая якорь из моей же крови, притянулись друг к другу словно магниты. Ненадолго останавливаюсь, чтобы проверить. Достаю обе костяные пластины.

Технически, если постараться, у меня получится оторвать их друг от друга — по крайней мере, они не слиплись, а именно притянулись. Это чувствуется. Попробую сделать это позже. Очевидное притяжение между ними меня слегка удивляет. Но ещё больше удивляет ощутимый взаимообмен между этими двумя кусками кости. Такое ощущение, что накопитель отдаёт силу пластине с якорем, а якорь будто становится частью первой пластины. От этого якорь чувствуется ещё более отчетливее, чем раньше. Моя магия словно усиливает его. Кажется, вторая пластина приобретает те же свойства, что и первая. Но пока это не очень очевидно. На секунду замираю. Это же… очень многообещающая штука.

— Ларион, ты чего застыл? — спрашивает Ариадна, посматривая по сторонам. Чувствую, как в какой-то момент она начинает отводить глаза ближайшим солдатам.

— Слушай, а ты сейчас работаешь с той же самой техникой отведения глаз? — задаю вопрос менталистке. — Точно так же, как на месте моего сгоревшего дома?

— Да, — вообще не удивляясь говорит Ариадна. — Я немного притормозила работу, когда мы вышли из портала, но сразу же возобновила, как только мы отошли от военных. Зачем нам лишние риски?

Понятно. Пока ничего не говорю девушке. Сам эту технику, конечно, не повторю — у меня нет нужной энергии… или… пока что нет. Как любит говорить Генрих Олегович, любые навыке при должных тренировках можно наработать. Главное — многократные повторения и усилия.

Самое интересное заключается в другом — у меня получается понять, что именно в эту секунду делает Ариадна. Чувствую её, несмотря на самоограничение. Да так отчетливо, словно я сам создаю отвод глаз. Нереально. Это тоже нужно переварить.

Тут же в голову приходит другая мысль. Я только что обратился к бесёнку, несмотря на расстояние между нами — и довольно точно понял, что ближайшие пару часов он не сможет ничего сожрать. И это не произвольный промежуток времени, а вполне чёткое ощущение от существа.

Следующая мысль меня буквально ошарашивает: монстрик может появляться по моему зову вне тонких мест пространства. Вспоминаю ритуал некромантов на их территории. Значит, при наличии энергии, бесенок может сделать свою временную трещину.

Смотрю абсолютно другими глазами на камень некроманта в своём кармане.

— Что случилось? — обеспокоенно интересуется Ариадна.

— Ничего страшного, — улыбаюсь. — По-моему, наоборот — всё становится предельно понятно и интересно.

И ведь бесёнок каждый раз создаёт щель между мирами, куда убегают все его подчинённые. Есть у меня лёгкое подозрение, что если я сам не научусь делать временные порталы, у меня уже есть возможность создавать их другим способом. Пусть и не совсем своими руками… И, может быть, таким порталом смогу пользоваться и я в том числе? Нужно проверять. Эксперимент, конечно, не самый безопасный — неизвестно, куда эта щель в пространстве может вывести… но при положительном исходе оно точно того стоит.

В центральные города при таком раскладе не полезешь: по словам Юрия Олеговича, там везде установлены детекторы против некромантов и тварей прорыва. Но, например, такие места, как этот склад — вполне себе реальная точка для перемещения.

Оглядываюсь вокруг. Здесь детекторов точно нет.

А теперь вторая часть этой головоломки. Снова нащупываю костяные пластины. А ведь они очень неплохо дополняют возможности моей навигации. И если с их помощью получится ориентироваться в порталах бесёнка…

Ладно, стоп. Делаю несколько глубоких вдохов и задумываюсь: а что конкретно изменится благодаря этой возможности? В потенциале — получу возможность перемещения в любой город или точку, где оставлю свой якорь. Да, получу. Только зачем мне это? Разве что смогу быть извозчиком для кого-нибудь из великих магов — а оно мне надо? Тем более, что такой опыт уже имеется, и таскать за собой магов мне не сильно понравилось.

Перемещаться самому — другое дело. Когда есть возможность исчезнуть в любой момент и появиться там, где тебя не ждут — это дорогого стоит. И, опять же, подобное имеет смысл в том случае, если делаю всё сам, один. Но если действовать через бесёнка, то время, затраченное на подготовку, может не всегда окупиться. Хотя возможность свинтить практически из любого места всё-таки неплоха.

Для чего ещё может понадобиться такая интересная способность? По большому счёту, её важность принципиальна не для меня. Вон как возбудился физрук, когда подумал, что я имею отношение к отрытию порталов. И как быстро он потерял интерес к разговору, когда узнал, что влиять на создание и открытие порталов я никак не могу. Да и Юрий Олегович недалеко ушёл.

В общем, способность больше важна для третьих лиц: для государства, магов и других заинтересованных в перемещении людей. Лично для меня это хорошая секретная дверь. Если понадобится, могу отступить в любой момент или неожиданно появиться в нужном месте. Но лучше об этом никому не знать, а то сразу прибегут использовать.

А ведь самое интересное заключается в другом. Все эти странные бонусы получаю как раз после неудавшегося нападения контролёра. Чётче чувствую и понимаю, что делает Ариадна, более конкретно ощущаю эмоции и желания бесёнка.

Менталистка, конечно, успела защитить мой разум при нападении, но что-то всё-таки изменилось. Мой ментал будто перезагрузили и прокачали — пусть лично мне это было незаметно.

Перевожу взгляд на пластины. А ведь из этих штук можно сделать кое-что интересное. Смотрю на Ариадну. И если получится оставить мой якорь девчонке, тогда я смогу в любой момент её найти. Алгоритм при этом будет довольно простой. Если нам вдруг понадобится совместная вылазка, мы сможем обеспечить её в два счета. Например, сможем сходить за теми же костяшками. Думаю, костяные пластины — не единственная редкость в междумирье. Скорее всего, если задаться конкретной целью, можно отыскать много всего интересного. Но просто так ходить в междумирье небезопасно.

Оглядываю девчонку с ног до головы, и вижу, как она немного смущается. По-хорошему, надо бы её приодеть и купить амулетов. Вспоминаю свой набор, и ещё раз убеждаюсь в правильности своих мыслей. Заодно можно и для себя подобрать что-нибудь новенькое или заменить часть вещей на новые и более мощные. Та же драконья кожа спасала меня очень много раз. Надо выбрать время и покопаться в информере — не факт, что в магазинах снова повезет с продавцами. В общем, теперь есть, чем заняться. С другой стороны, мы ведь сейчас в столице. Можно сразу прийти в нужный магазин и посмотреть всё, что нужно. И сразу потрогать, проверить и прикинуть, насколько пригодится та или иная вещь. Всё-таки иногда на прилавках встречаю слишком странные и абсолютно ненужные амулеты.

— Орлов, я тебя боюсь, — чуть отступает назад Ариадна. Понимаю, что завис в собственных мыслях, не отводя от неё взгляд.

— Слушай, а что у тебя с амулетами? — задаю вопрос.

— Да ну, какие там амулеты? — Пожимает плечами менталистка. — Я же была обычной медсестрой в госпитале. Теперь просто студентка. Нам положены только личные знаки и официальный перстень. Наше оружие — это наш разум.

— Да, да, я понимаю. В общем, надо будет тебя немного прокачать в этом плане, — предлагаю девчонке. — С безопасностью у тебя всё плохо — ситуацию спасало только наличие имперского мага вместе с нами. Но мы не всегда будем ходить в междумирье с Юрием Олеговичем. Да и я не всеведущий. Надо прийти в столичную мастерскую и на месте прикинуть, что нам пригодится в будущем. Можешь тоже подумать и предложить. Одна голова хорошо, две — ещё лучше.

Девчонка забывает, как дышать.

— Ларион… — тихо произносит она. — Хочешь сказать, мы пойдём покупать артефакты… мне? Но ведь…

Задумываюсь.

— За оплату не переживай, — сразу же успокаиваю Ариадну. — Я, пожалуй, попробую обеспечить тебя уже проверенным набором. Мы с ребятами из моей группы уже использовали кое-что из амулетов.

— Я так не могу, — вздыхает девчонка, но возражения не принимаются.

— Даже не думай отказываться, — говорю ей. — Несколько рептилоидов мы завалили с твоей помощью. — Киваю на те места, где раньше валялись туши монстров прорыва и рептилоидов. — Так что твоя доля в этом тоже есть. Правда, деньги за головы тварей мне пока не поступили. Но не беда: уверен, что их не зажилят. Всё-таки мы с ними расправились на глазах имперского мага. Если что, он поможет решить вопрос. Так что давай прямо сейчас попробуем купить тебе подарок. Пойдём.

Разворачиваюсь.

— Мы же хотели спрятать пластину? — напоминает девушка.

— Мы это обязательно сделаем, но на обратном пути, — говорю. — Мне как раз нужно немного времени.

Говорить Ариадне, что происходит с костяными пластинами, не тороплюсь. Не думаю, что эта информация ей сейчас хоть сколько-нибудь пригодится. Зачем засорять голову ненужными фактами? Тем более, всё это не более, чем эксперимент. Если смотреть по динамике обмена, кости станут похожи друг на друга уже очень скоро: часа через два-три. Почему не подождать и не посмотреть на результат?

Похоже, девчонка уже где-то внутри согласилась на поход за амулетами — да и кто бы на её месте отказался?

— Ладно, — говорю, — здесь нам пока делать нечего. Давай-ка постепенно сворачиваться.

Проходим по тому же самому маршруту — вокруг всё те же разрушения, что и в прошлый раз.

— Может, пойдём к выходу? — спрашивает Ариадна. — Если идти по центральной дороге, можно быстрее выйти со складов.

— Можно, — подтверждаю, — только там всё равно никого нет. Сомневаюсь, что извозчики стоят и дожидаются, когда армия разберётся со складами, и вдруг появится работа. Нет. Смысла никакого. Лучше пойдём через поле, а потом в ту сторону, куда пошёл физрук. Ты же помнишь, как много извозчиков там стояло, несмотря на сумерки? Думаю, сейчас там тоже есть хотя бы несколько экипажей. Военные ещё не закончили свою работу. — Киваю в сторону города.

— И непонятно, когда закончат, — соглашается менталистка.

Мы как обычно быстро договариваемся. Пока что не помню ни одной ситуации, где бы наши мнения резко разошлись. Взять ту же Аглаю — работать с ней в паре намного тяжелее. Подобрать своего менталиста, как показывает практика, не так уж просто. В данном случае мне и правда везёт. Мы с Ариадной нашли общий язык чуть ли не сразу — ещё в госпитале. Даже если вспомнить ситуацию с тем зараженным, который проломил стену палаты — девчонка уже тогда вела себя абсолютно адекватно. Никаких истерик и необдуманных поступков.

— Смотри, как красиво, — девчонка показывает в сторону множества огней.

Город уже светится, и в неверном свете фонарей кружащие винтокрылы с прожекторами смотрятся готично. Больше двух винтокрылов одновременно я раньше не видел, а сейчас в воздухе сразу пять машин, три из которых освещают поле прожекторами. Пролетают над ним и делают размашистые дуги до склада.

На складах сейчас светло: некоторые здания всё ещё в огне. Тяжёлые длинные тени среди пламенных отблесков, но при этом видно почти как днём. Картина страшная, но если не вдаваться в подробности, завораживает. Вместе с менталисткой, не сговариваясь, замираем, чтобы оценить масштабы происходящего. Да уж — восстанавливать потери придётся долго, да и непонятно, есть ли в этом смысл. Намного проще найти другое место для хранения, чем разобраться с этими разрушениями.

Замечаю, насколько привык не спать ночами. Вроде бы столько событий, а сна ни в одном глазу. Город тоже не спит. Столица зажигает иллюминацию — похоже, прямо сейчас начинается вторая активная половина суток.

Спокойно выбираемся со складов ни разу не споткнувшись. Перебираемся через разрушенные стены и выходим к полю.

— Ого, тут тоже поработали бойцы зачистки, — замечает Ариадна.

Да, поле тоже решили прочесать — всё, что раньше тут росло, в данный момент срезано под корень.

— Я думал тебе нравился лабиринт из высоченных стеблей, который организовал физрук, — улыбаюсь.

— Зря ты смеёшься, — говорит менталистка. — Без его газонокосилки мы бы в жизни здесь не пробрались.

Так и есть. Юрий Олегович обязательно придумал бы что-нибудь другое, но сейчас об этом думать не приходится. Поле выглядит как стол — плоское, заваленное стеблями недозревших растений.

— Интересно, что тут росло? — интересуется Ариадна, поднимая один из срезанных ростков.

— Точно что-то съедобное. — смотрю на валяющиеся стебли. Штука напоминает гибрид кукурузы и пшеницы. Высокие стебли с крупными колосьями и кисточками наверху в две трети человеческого роста. Никогда такого не видел. Изжелта зеленые листья очень большие и жёсткие. Но за счет этого двигаться по земле намного легче, чем раньше: плотные срезанные стебли неплохо держат тело, незначительно проминаясь под ботинками. Создается ощущение, будто идёшь по плотному чуть пружинящему мату.

Мы мгновенно попадаем в свет одного из прожекторов — любое движение внутри поля сразу отслеживается винтокрылами. Идти не прекращаем и больше не останавливаемся — машу рукой винтокрылу, а потом на всякий случай зажигаю высокий сноп огня. Винтокрыл несколько секунд держит прожектор так, чтобы мы полностью попадали в поле зрения сидящего внутри, а потом резко разворачивается и летит дальше по своим делам. Видимо, связь у военных между собой налажена.

— А если бы пальнули? — спрашивает Ариадна.

В голосе менталистки страха нет от слова совсем, но она заметила, что я даже не собирался ставить над нами щит.

— Не пальнули бы, — заверяю. — У меня свои отношения с батальонами зачистки. Такой глупости они бы точно не допустили. Они наверняка общаются между собой.

— Я так понимаю, ты им прилично помог в своё время? — спрашивает Ариадна, но любопытства в её голосе не слышу. Возможно, я сам как-то раз обмолвился о нашей работе с Пилюлькиным. Хотя догадаться, почему бойцы зачистки меня не трогают, можно и без лишних вводных.

— Вроде того, — коротко киваю. Рассказывать про нитевых монстров и про благодарности бойцов батальона в виде камней не горю желанием. Опять же — лишняя информация.

Главное, что прямо сейчас мы свободно идём по полю и нас не трогают по очевидным для меня причинам. На самом же деле, эту вроде бы очевидную вещь вывожу для себя не так давно. Фактически, признаки того, что бойцы в чёрном меня узнали, были ещё в самом начале: когда они принесли аппаратуру для целителя. Но поскольку мне тогда их расположение было не особо нужно — я об этом не думал. Интересно, с какой скоростью меняется жизнь. Вроде бы совсем недавно сидел в своей комнате в Академии и даже не предполагал, что меня занесёт в подобную историю. Да и вообще, с появлением в моей жизни имперского мага, всё резко поменялось.

Подходим к оцеплению — здесь снова получаю подтверждение своих мыслей. Сначала в глаза бьёт свет из прожектора, ослепляя и меня и Ариадну. Закрываюсь рукой, и свет тут же уходит в сторону.

— Господин Орлов, — гудит боец в чёрной броне. — Нужна какая-нибудь помощь?

Тут не спрашивают, кто я и зачем пришел, только уточняют, чем могут быть полезны. Ариадна смотрит в сторону прожектора, приподняв бровь. Кажется, что происходящее больше забавляет менталистку, чем пугает.

— Нет, спасибо, — отвечаю бойцу. — Мы тут по своим делам. Кстати, не подскажете, какие амулетные лавки сейчас работают в столице? В такой поздний час большинство мастерских, скорее всего, закрыты — не хотелось бы терять время.

— В столице? — переспрашивает боец. — Практически все лавки и мастерские круглосуточные. Но если вам нужен совет — лучше поезжайте на улицу Мастеров. Посмотрите сначала там.

— А потом? — уточняю. — Вдруг мы не найдём то, что ищем.

— Если вы там чего-то не найдёте — значит, этого просто не существует, — пожимает плечами боец в закрытом шлеме.

— Спасибо большое, — благодарю его и прохожу дальше. Боец еле заметно кивает.

Со стороны наше общение и впрямь выглядит слегка странно. Замечаю, как всё меньше анализирую происходящее — сознание будто тратит силы на обработку более важных и не поверхностных вопросов. Со мной происходит такое далеко не в первый раз: пока я живу относительно спокойную жизнь, пусть и небольшими промежутками, в моей голове переваривается информация.

— Ну вот, слышала? — обращаюсь к Ариадне, пока мы спокойно проходим мимо армейских. Бойцы в обычной форме только провожают нас взглядами. При этом вижу, что других людей банально разворачивают.

— Это вообще законно? — с легкой улыбкой спрашивает менталистка. Она и впрямь откровенно веселится. — Господин Орлов, кажется, вы тут не простая фигура.

— Ой, перестань, — отмахиваюсь и смотрю, как многие пытаются пробиться через оцепление. Но безрезультатно.

— Я на всякий случай отведу взгляды, — говорит Ариадна.

Прекрасно понимаю логику. Если нас заметит какой-нибудь неуравновешенный, на нас обратят много лишнего внимания. А это нас задержит. Так что чем меньше взглядов в нашу сторону, тем лучше.

Доходим до извозчиков. Приглядываюсь и бросаю взгляд в сторону. Как и ожидал, экипажей здесь предостаточно. Видимо, этот район не такое уж социальное дно. Обеспеченных жителей по ту сторону хватает. Иначе какой смысл тут пастись?

— Выбирай любого, — говорю девчонке, сохраняя приподнятое настроение. Всё-таки не так часто мы выбираемся куда-нибудь вместе отдельно от работы.

Общаться с менталисткой на отвлеченные темы мне тоже вполне комфортно. Уже продумываю, куда можем еще заглянуть, если останется время после выбора амулетов. Знать бы ещё, чем живёт столица. Судя по огням, тут всё намного глобальнее, чем в нашем привычном городке, куда мы обычно выбираемся с ребятами. Думаю, имеет смысл немного задержаться.

— Мне нравится вон тот, — показывает Ариадна, когда мы подходим ближе.

— На улицу Мастеров отвезёте? — спрашиваю ближайшего к нам извозчика.

— Конечно, магик, садитесь, — кивает дядька. — Домчу, даже не заметите.

Ариадна вспыхивает радостью, но тут же берёт себя в руки. Я это прекрасно вижу. Чувствую, что сама идея покупки артефактов девушке очень приятна. Не меньше радости ей доставляет тот факт, что артефакт, по сути, будет подарком лично от меня. Кажется, она не ожидала ничего подобного.

— Я так понимаю, ты уже придумал, что мы будем смотреть в мастерской? — спрашивает менталистка.

— Конечно, но сама тоже подумай, что может тебе пригодиться, — отвечаю ей. — Я буду делать упор на боевую составляющую.

— Через четверть часа будем на месте, молодые люди, — замечает водитель. — Пристегнитесь!

Экипаж неторопливо проезжает по ярко освещённой улице. На улицах города не очень много людей — особенно там, где сейчас стоит оцепление. И как только мы выезжаем ближе к центру — это становится ещё заметнее. Город невысокий, не такой как наш. Домов-крепостей здесь, похоже, вообще нет. Люди селятся районами: там, где победнее, видны домики по три-четыре этажа без особых украшений. Но даже здесь люди стараются хоть как-то выделиться. Украшают не дома, а сами подъезды к ним. Возле каждого подъезда стоят простенькие, но недавно выкрашенные лавочки. Над входами в дома кованые козырьки. Видно, что всё сделано своими руками — и от этого район выглядит еще более уютно.

Но общая бедность некоторых районов становится очевидной, когда мы подъезжаем к более благополучным местам. Здесь, похоже, живут более обеспеченные люди. Дома словно раскрывают свои окна: они примерно в два раза больше, чем в предыдущем районе, который только что проехали. Опять же, дома не очень высокие, но строились с любовью. Всё выглядит продуманным и подогнанным под один стиль.

Понимаю: в таких домах квартира, скорее всего, занимает целый этаж. Довольно удобно, но больше подходит для больших семей. Здесь на окнах нет ставень, в отличие от предыдущего квартала. Света тоже намного больше, так как освещены почти все этажи.

— Кажется, люди в центре вообще не беспокоятся ни о каких прорывах или монстрах, — замечает Ариадна.

— Есть такое, — смотрю на ближайшее к нам сверкающее разноцветными огнями окно.

Здесь идёт обычная человеческая жизнь — и сейчас ещё достаточно рано, чтобы это было заметно в полной мере. Домов с тёмными окнами почти нет: из всего множества всего несколько подряд с выключенным светом. И то, скорее всего, только потому что хозяева на работе. Но это так, моё предположение. Свет в окнах не горит блоками, что ещё раз подтверждает мои догадки: квартиры тут занимают целый этаж.

Утыкаемся в стекло вместе с Ариадной. Та восторженно ахает, когда мы проезжаем мимо особенно интересных зданий.

— Какие большие тут квартиры, — менталистка размышляет вместе со мной в унисон.

— И фасады красивые, — добавляю.

— Может быть, внутри тоже вполне себе, — задумчиво произносит Ариадна. — Интересно, сколько здесь стоит участок? Мне кажется, целую квартиру в этом районе сложно потянуть.

Девчонка тоже, как и некоторые из нашей группы, задумывается над приобретением домика или квартиры. А что, логично: это второй вариант по приоритетности сразу после оплаты обучения в Академии. Да, я слышал, что некоторым выделяют квартиры при поступлении на службу после обучения, но выбирать там не приходится. Да и ждать придется достаточно долго.

Кстати, присутственных мест мы пока не проезжаем. Либо проезжаем, но ничего не знаем про них. По крайней мере, всё работает, и свет везде горит. Тёмных улиц не заметно — даже если всматриваться в переулки, убегающие в сторону от центральной улицы.

Столица продолжает жить своей привычной жизнью — параллельной той бойне, из которой мы только что вышли.

Извозчик едет неторопливо — примерно с той же скоростью, что и в нашем городке. Видимо, замечает, с каким интересом мы разглядываем дома. За счёт широких улиц, при желании, можно доехать в два раза быстрее.

— Если вы торопитесь, могу поднажать, — говорит мужик на всякий случай.

— Не стоит, мы не сильно спешим, — отвечаю ему, не отлипая от окна.

Город не очень зелёный. Парков по пути тоже не встречаем — хотя внутри небольших кварталов есть небольшие зелёные зоны — возможно, это они и есть. Но утверждать не возьмусь.

Чем ближе к центру — тем больше людей видим на улице. Не сказать что их много. Днём их наверняка значительно больше. Главное, что прохожие абсолютно никуда не спешат. Большая часть очевидно прогуливается — для многих рабочий день давно подошел к концу, и есть свободное время, чтобы насладиться хорошей погодой.

— А ресторанов и кафе здесь нет? — удивляется Ариадна.

— На параллельной улице есть всё, — довольно ухмыляется водитель. — Всё, о чём только можно подумать, — добавляет.

Где-то я уже это слышал.

Экипаж сворачивает, и по пути начинают попадаться ресторанчики и кабаки. Проезжая мимо одного из них, видим, как оттуда вываливается весёлая компания — на удивление не замечаю никакой агрессии. Такое ощущение, что за порядком здесь следят очень строго. С другой стороны, может быть, мы просто едем не по тем районам. Ни городовых, ни стражи на улице не видно.

— Смотри, как тут здорово! — Ариадна с восторгом смотрит на яркие огни ресторанов. — У нас в городе что-то подобное только на набережной, и то не так ярко.

Водитель только мельком поворачивается к нам и ухмыляется. Мы для него обычные восторженные туристы из приграничного городка. Как по мне, кабаки и рестораны вполне обычные — ничем не отличаются от уже привычных. Тот же «У реки» выглядит куда интереснее за счет водного антуража. Но менталистке наверняка кажется, что всё столичное должно чем-то отличаться. Вряд ли, конечно. Но шанс это проверить у нас ещё будет.

— Мы уже в самом центре? — спрашивает извозчика Ариадна.

— Почти, — отвечает он.

Чем ближе мы подбираемся к центру, тем выше становятся дома. Внешний вид тоже значительно богаче. На улицах всё больше попадается молодёжь: ребята идут по направлению нашего экипажа. Видимо, тоже в центр. Компании подростков перемежаются парочками. Иногда вижу двух девчонок с веселыми взглядами. Народ тут не особо чего-либо боится. В городе, где есть серьёзная опасность, так беззаботно не ходят. Скорее всего отношения жителей друг к другу тоже довольно предсказуемы.

В какой-то момент съезжаем с центральной улицы. На мгновение, в самом конце улицы, прямо перед окнами экипажа проносится крупное здание, похожее на дом-крепость. Скорее всего там как раз и центр — но нам не туда.

Вдали от центральной улицы, почти ничего не меняется. Пока мы не въезжаем под светящийся купол. Похоже, будто над нами летают тысячи мотыльков. Из окон кареты купол виден не очень хорошо, но магию в куполе однозначно чувствую. Ага, значит, внутри столицы подконтрольную магию всё-таки применяют. И, как позже понимаю, не только для освещения, поскольку «светлячки» вдобавок ко всему создают позитивное настроение. И это отражается на лицах прохожих.

Мне становится немного не по себе, насколько большая разница между моим мироощущением и мироощущением городских жителей. Причём, если быть совсем честным, в нашем городке, народ тоже не особо озабочен выживанием. Но здесь люди словно полностью отрываются от реальности.

Или… в голову внезапно приходит мысль… их нарочно отрывают?

Что если менталисты могут работать здесь круглые сутки? Или, например, только по вечерам?

— Ариадна, — тихо обращаюсь к девчонке. — Не знаешь, есть ли ментальные техники, которые могут незаметно работать с неодарёнными? Не личной направленности, а площадные? Чтобы задействовать как можно больше людей.

Задаю вопрос — а сам уже знаю ответ. Он словно всплывает сам.

— Да, есть, — спокойно отвечает Ариадна, не придавая особого значения моим словам. Менталистка продолжает восхищенно следить за жизнью улиц.

Расспрашивать её дальше не собираюсь — просто нет смысла, поскольку только что вспомнил характеристики этой техники.

Техника аккуратная, слабого воздействия — где-то на уровне маркетинговых. Действует как запах кофе или быстрая музыка в супермаркетах: лёгкий толчок подсознанию. Серьёзного влияния техника не оказывает, но немного смещает акценты. И ведь в неё можно встроить абсолютно любое настроение. Какое умеешь испытывать сам, такое и можно. А выделить нужное для менталиста вообще не работа.

И ведь все менталисты связаны определёнными клятвами, и фактически сейчас только мы с Ариадной можем свободно рассуждать о подобных воздействиях на большие группы людей. Через какое-то время вообще останусь только я. И ведь техника заметна лишь потому что мне есть, с чем сравнить. Люди в других районах так себя не ведут. Нужно хорошенько приглядываться к прохожим, чтобы заметить небольшие отличия в настроении и поведении. Для обычного человека всё происходящее останется за кадром.

А так — подумаешь: чуть более весёлые и беззаботные люди, ничего такого. Бросаю взгляд на менталистку. Ариадна едет, смотрит по сторонам и никак не реагирует. Для девушки подобная работа с населением не представляет ничего из ряда вон выходящего. Просто очередной винтик в системе управления. Ничего такого.

Ладно, об этом можно подумать чуть позже. Сейчас это не имеет никакого значения. Хотя, конечно, напрашивается развитие мыслей — в некого магического Большого брата, что следит за каждым. Может, так оно и есть, раз платежи в основном осуществляются через переводы — так проще отследить общий денежный поток. А если понадобится, проверить лично каждого или конкретное заведение на предмет трат или поступлений. Об этом раньше тоже не задумывался.

Всё, вроде как, происходит само собой, но при этом существуют личные зоны в информере, где на каждого хранится целый архив информации. А также переписки, звонки, виртуальные чеки…

Ещё, если вспомнить, как быстро становились недоступными статьи и видео про недавние Прорывы, можно догадаться, что за новостями следят отдельно. Это стало очевидным еще тогда, в госпитале. Всё, что можно найти в информере, тоже проходит определенные проверки. Причем уходит на это не так много времени. Сейчас напрямую мне это никак не мешает и лично меня не касается. Выбрасываю лишние мысли из головы. Чувствую, как размышления снова уползают на подкорку и перевариваются уже там.

Извозчик останавливается перед выездом на широченную улицу.

— Приехали, господа магики, — окликает нас мужик.

— Уже? — удивляюсь, как быстро пролетело время за размышлениями.

— Вон там — улица Мастеров, — показывает извозчик. — Экипажи туда не пускают — там пешеходная зона.

— Почему? — задаю вопрос. — Мне казалось, здесь везде можно проехать.

— Не всем, — уклончиво отвечает мужик. — Так там в основном различные лавки и мастерские. Нашему брату-извозчику туда нельзя, но через каждые несколько домов есть удобные подъезды, как этот. Вы всегда сможете нанять экипаж, который отвезет вас обратно.

— Спасибо, — киваю и расплачиваюсь. — Что-то еще? — Вижу, как странно смотрит на меня извозчик. Будто хочет сказать что-то еще.

— Только вы… — задумывается на секунду. — Вы же не местные? Ведь так?

— Очевидно, — соглашаюсь.

— Вот. Если это заметно даже мне — то продавцам в лавках и подавно, — говорит мужик. — Так что не покупайте сразу то, что приглянется. Походите, приценитесь в нескольких местах. А если решили, то лучше торгуйтесь. Здесь редко кто торгуется, но вам точно будут заряжать цену чуть ли не вдвое дороже.

— Понял. А почему вы мне помогаете? — удивляюсь.

— Да так, навеяло как-то, — с грустной улыбкой отвечает извозчик. — Я же сам тоже не из столицы. Моя семья живёт на окраине маленького городишки. Приехал сюда первым из братьев, потом уже остальных подтянул. Родной-то у меня всего один, а двоюродных — пруд пруди. Но не суть. Когда впервые пошел за покупками, никак не мог понять, почему всё вокруг втрое дороже, чем у нас. Подумал: «Наверное, в столице всегда так». Ага. Целую неделю меня доили, пока я не забрел в один из захудалых рыночков. Вот там-то одна бабуля рассказала, как в столице наживаются вот на таких неопытных туристах и приезжих. Доят их, доят, пока обратно не уедут. Поток тут ого-го: никого не жалеют. Уедут одни, на смену обязательно придут другие.

— С гостиницами тут тоже так? — спрашиваю.

— С жильём немного проще, особенно, если можно забронировать через информер, — объясняет мужик. — Вообще, советую сначала прошерстить нужные товары в сети, а уж потом закупаться. И если будете проходить мимо лавки «Магические безделушки», обязательно зайдите. Не пожалеете. Скажете, что от Матвея, то есть от меня, — слегка улыбается. — Не думаю, что брат даст вам большую скидку, но, по крайней мере, не будет так заряжать цену, как остальные. Сегодня вроде как раз его смена. Он тоже был приезжим, думаю, ещё помнит, какого это. Он тоже Матвей, как и я, — усмехается.

— Как странно ваши родители поступили с именами, — удивляется Ариадна.

— Почему же странно? — спрашивает извозчик. — Меня назвали в честь деда по отцовской линии. Матвеем. А моего брата в честь второго деда, по материнской. Да, тоже Матвеем.

— Интересно, — говорю. — Он — Матвей, и вы — Матвей? Вас в детстве не путали?

— Путали, конечно, — смеётся мужик. — Да чего уж там: нас до сих пор путают. Говорят, мы внешне сильно похожи, но я так не считаю. В общем, если зайдёте в магазинчик, сами посмотрите. В общем, вам вот туда, — показывает вдоль улицы.

Вроде простая немного смешная история, но запоминается. И в лавку после такого рассказа тоже захотелось зайти. Ловко придумал этот извозчик. Уже интересно ее найти — хотя бы посмотреть на его брата.

Улыбаюсь — забавно.

— Всего доброго! — прощаемся с извозчиком и выходим на улицу вместе с Ариадной.

— Он так интересно рассказывал, я аж заслушалась! — говорит менталистка. — Мы же обязательно туда зайдём? Ещё и название такое интересное… «Магические безделушки» — мне кажется, мы обязательно найдём там что-нибудь интересное, даже если по мелочи. Тем более, у тебя есть ребята в группе, которым можно привезти сувениры из столицы. Вдруг кто-то из них ни разу тут не был?

Менталистка подкидывает неплохую идею. Первым делом думаю про Олесю. Девчонка точно оценит этот жест. Но для начала надо понять, что продают в этом странном магазинчике — не факт, что вещи обязательно окажутся годными.

— Да, рассказывать этот извозчик мастер, — усмехаюсь. — Думаю, именно так они с братом и зарабатывают. Направляют туристов друг к другу. Кстати, не факт, что история достоверная: люди готовы выдумывать, что угодно, чтобы заработать. Тем более, он сам сказал, что приходится крутиться.

— Ты думаешь я удержалась и не проверила, пока он рассказывал? — хитро улыбается Ариадна. — Всё правда до последнего слова. Поэтому нам теперь точно надо посмотреть на второго Матвея.

— Тогда для начала прогуляемся по улице, а там уже решим, куда заглянуть, — предлагаю. — Мне пока что сложно тут сориентироваться.

— Конечно, — соглашается Ариадна.

Десять шагов — и попадаем на улицу Мастеров. Здесь людей не просто много, а очень много. В основном все молодые. Кажется, молодежь тянется сюда не только из-за круглосуточных ресторанов и кабаков: ночные скидки, которые крутятся крупными цифрами и переливаются чуть ли не перед каждой магической лавочкой тоже делают своё дело.

Если бы я увидел что-то подобное в нашем городке, то обязательно бы запомнил магазин. Похоже, что в столице все заведения перенимают примерно одни и те же способы заманить клиента — и глаз быстро замыливается. Буквально через пять минут перестаю обращать внимание на цифры и просто иду вперёд.

— Ну, что, в какую сторону? — спрашиваю у Ариадны спустя несколько минут.

Девушка неуверенно стоит посередине улицы и оглядывается. Похоже, она впервые в таком крупном городе и в таком потоке людей. Буквально чувствую, как Ариадна ставит ментальные блоки на своём восприятии, чтобы не слышать десятки голосов вокруг. Хорошо, что меня это никак не касается. Чувствую себя точно так же, как обычно. У меня нет активного ментала… или пока нет.

— Куда скажешь, — растерянно отвечает девчонка.

Киваю и поворачиваю направо. Непривычно видеть Ариадну в таком состоянии. Если вспомнить мясорубку с монстрами, да и вообще, любую нашу встречу, она всегда выглядела намного увереннее и спокойнее.

Вытягиваю девушку на середину улицы. Многие обращают на нас внимание, но внимание больше косвенное. Видимо, магами на этой улице особо никого не удивишь. Мы тоже периодически видим форменные мантии вдали или за витринами магазинов.

— Предлагаю ещё немного прогуляться, чтобы привыкнуть к постоянному шуму, — говорю девушке.

— Да! — резко отвечает она и ещё крепче вцепляется в мою руку.

— Ты переживаешь? — удивляюсь.

— Немного, — отвечает Ариадна. — А ещё чувствую что-то странное вокруг, но не могу на этом сосредоточиться — в столице слишком много людей.

— Предлагаю взять кофе и выдохнуть, — киваю на ближайшую забегаловку.

— Отличная идея, Ларион. Отличная. — Девушка говорит это с таким облегчением, что становится ясно — ей сейчас действительно непросто.

Ариадна эмоционально выматывает себя — её шатает из стороны в сторону. Я это чувствую, но пока не понимаю, с чем может быть связано подобное состояние менталистки. Напоминает приступ паники. Но ведь девчонка медсестра — и часто работала с людьми. Да и в нашем городе не так уж пусто на улицах. В том же госпитале или на центральной набережной точно так же ходят десятки людей. Но именно здесь и сейчас что-то происходит, и, похоже, опыт Ариадны пасует.

Заходим в ближайшую кофейню. Посетителей здесь немного, но заведение не смотря на свою направленность, работает круглосуточно.

— Добрый вечер! — здоровается немного заспанный человек за стойкой. — У нас есть не только кофе. Также можем предложить вкусные травяные чаи, морсы и свежевыжатые соки. Выпечка вся сегодняшняя, на неё действует скидка. Вот эти булочки пекли только в обед, — тут же заливается соловьем молодой парнишка.

— Здравствуйте. Нам два кофе, — делаю короткий заказ. — И желательно покрепче.

— Ого! Назревает бессонная ночь? — парень старается поддержать разговор, но я не реагирую. Меня в этот момент больше беспокоит состояние Ариадны.

— Спасибо, мы подождём за столиком, — кидаю пареньку, и увожу менталистку в самый дальний угол.

Здесь большой мягкий диван и панорамное окно, через которое можно спокойно наблюдать за прохожими и жизнью вечерней столицы.

Кофе приносят быстро. Всё это время Ариадна смотрит на улицу в одну точку. Стараюсь её лишний раз не трогать.

Девушка строит блоки, и словно неоднократно складывает из них преграду. Та исчезает, но Ариадна не сдается. И ведь не скажешь ей, что я это чувствую…

Рядом с кружками на стол опускаются два больших шоколадных кекса в золотой обёртке.

— Мы не заказывали, — сухо говорю работнику, вспоминая слова извозчика. Тут нужно быть внимательнее и осторожнее с любыми покупками.

— Нет-нет, вы не поняли, — улыбается парень. — За счёт заведения. Точнее, я всё равно через пару часов буду вынужден их списать. В ночное время кофейни — не самое популярное место, все в основном сидят в ресторанах. А вот к шести утра народ уже подтягивается к нам, но там привезут новую порцию выпечки. Если понравятся, — кидает взгляд на кексы. — У нас еще осталось несколько штук. Отдам за полцены.

— Благодарю, — отвечаю парнишке, и протягиваю один из кексов Ариадне.

Девушка выныривает из своих мыслей и делает глубокий вдох, будто и правда находится всё это время под водой.

Кофе тут сильно средний, а вот выпечка и правда неплохая. Кусочки шоколада тают на языке, а тесто приятно рассыпается во рту.

Ариадна механически откусывает, а я вдруг понимаю, чем могу незаметно помочь. Как только Ариадна поднимает свою стену в очередной раз, я чуть придерживаю то, что создает её разум. Этого хватает, и ментальный блок тут же выстраивается в полноценную защиту, отсекая девчонку от непонятного раздражителя.

— Ты как? — спрашиваю менталистку, как только она немного приходит в себя.

— Всё хорошо, — почти без эмоций отвечает Ариадна. — Просто немного устала после дороги. Не обращай внимания. Куда мы дальше? В «Магические безделушки»? — задаёт вопрос как ни в чём не бывало и залпом допивает чашку кофе.

Зайти в рекомендаванное место — отличная идея. Да и вряд ли там будет много народу.

Мне тоже становится заметно легче, галочку всё равно ставлю: что-то вокруг сильно не в порядке, расслабляться не стоит. Переводим дыхание. Чувствую не просто спокойствие, скорее, неожиданный прилив сил. Даже не верится, что пять минут отдыха чуть ли не заменяют полноценный сон. Но именно так себя и чувствую после кофе: бодрым и почти отдохнувшим.

На выходе из кофейни менталистка снова касается моей руки.

— Что такое? — спрашиваю её.

— Ларион, а мы можем взять с собой ещё парочку десертов? — немного смутившись, интересуется Ариадна. — Кажется, мой мозг требует больше сахара.

— Вообще не проблема, — смеюсь. — Заберём всё, что у них осталось.

Подхожу к прилавку.

— Мы заберём все шоколадные кексы, и что там у вас ещё осталось, — говорю. Уставший парень сразу же просыпается.

— Всё понравилось? — спрашивает он. — Могу предложить ещё кофе.

— Нет-нет, кофе не нужно, — не раздумывая отказываюсь. — Лучше налейте литр морса.

— Будет сделано! — радостно отвечает парнишка и быстро упаковывает наш заказ. Пишет на салфетке сумму перевода. И она раза в полтора отличается от той, что я уже прикинул в своей голове.

К сожалению, Матвей всё же оказался прав. Судя по всему, каждое заведение пользуется своими способами, чтобы навариться на туристах. С виду добродушный паренёк проявляет огромную щедрость и приносит нам бесплатные десерты, а потом всё равно включает их в итоговую стоимость.

— Вы обещали скидку, — напоминаю ему.

— Да, всё верно, — ничуть не смущается продавец. — Тут с учетом чаевых.

Машу на всё это рукой и расплачиваюсь. Чаевые сильно завышены, но выяснять и торговаться за каждый империал сейчас точно не собираюсь. Парнишка точно так же как и я понимает, что мы зашли к нему в первый и в последний раз.

Стоит отдать должное: все десерты упакованы очень компактно и спокойно помещаются в сумку. Ариадна тоже выглядит довольной и по-прежнему ждет меня возле двери.

— Всего доброго! — слышу уже за спиной.

Как только отходим на пару шагов, вижу, как на двери переворачивается табличка «Закрыто до 5 утра».

Шум столицы уже не вызывает в Ариадне таких бурных переживаний. Но девушка всё равно легонько держит меня под руку. Мы идём по пешеходной зоне, и тут совершенно нет никакого транспорта, как и сказал извозчик. По обеим сторонам различные лавочки и магазинчики, украшенные разноцветными лампочками и живыми цветами.

— Ничего себе они тут заморачиваются с оформлением, — замечает Ариадна. — Это же жутко дорого! — Смотрит на огромные бутоны вокруг яркой вывески цветочного магазина.

— Поверь, они тут умеют зарабатывать деньги, — вспоминаю недавние чаевые. Сам себе делаю заметку, что, пожалуй, это единственный раз, когда я уступаю местным торговцам. Осадок все же остаётся.

— О, смотри! — произносит менталистка и показывает на небольшую табличку над входом. Кажется, мы пришли по адресу. И тут я тоже прав: людей немного. Больно непроходное место. «Магические безделушки» зажаты и немного утоплены между двумя большими ресторанами, которые соревнуются друг с другом в магической рекламе. Если бы мы не высматривали в том числе и эту надпись, то вряд ли бы вообще заметили лавку.

Заходим внутрь небольшого уютного магазинчика. Звуки «праздника» снаружи словно отсекает. Все стены заняты полками и навесными стеклянными витринами. Оформлено недорого, но со вкусом. На подоконнике выставлены столичные сувениры, под стеклом аккуратно разложены различные амулеты.

За стойкой магазина стоит извозчик. Один в один. Он с интересом наблюдает за нами.

— Матвей? — задаю вопрос. — Здравствуйте.

— Да, и вам того же, — удивляется тот. — Мы знакомы?

Вглядываюсь в лицо продавца. Практически никаких отличий от извозчика. Кажется, что пока мы сидели и пили кофе, он успел добежать до лавочки и встретить нас уже тут. Разве что едва заметные мимические отличия говорят о том, что между нами совсем другой человек.

— Мы ехали вместе с вашим братом… — объясняю, но Матвей меня прерывает.

— Ах, брат! Ни слова больше, я всё понял, — на его лице тут же растекается улыбка. — Видимо, вы ему особенно понравились, раз он отправил вас ко мне в магазинчик. Проходите, осматривайтесь, будьте как дома.

Ариадна кидает на меня короткий взгляд. Сразу понимаю, что она имеет в виду. Мы далеко не первые, кого так же обрабатывают два брата. Что поделать — каждый крутится как может. Вижу заинтересованный взгляд менталистки и решаю все равно посмотреть, что интересного могут предложить нам в этом месте.

— Чего желает барышня? — услужливо спрашивает Матвей. — Могу предложить уходовые амулеты: разлетаются, как горячие пирожки. Девушки их очень любят.

— Давайте глянем, — не скрывает интереса Ариадна и сразу же проходит к витрине с мелкими вещицами.

— Начнём с самого востребованного, — говорит продавец, поднимая стекло. — Гребень со встроенным накопителем. Подойдёт для быстрого расчёсывания. Буквально десять секунд, и ваша шевелюра в полном порядке! Будто только-только вышли из лучшего салона красоты.

— А можно посмотреть, как он работает? — спрашивает девушка.

— К сожалению, все наши амулеты настраиваются на покупательниц уже дома, — картинно вздыхает Матвей. — Но, поверьте, вы ни минуты не пожалеете. Я смотрю, у вас очень густые волосы. Наверняка нужно очень много времени, чтобы их уложить?

— Не сказала бы… — с сомнением отвечает менталистка. — Ладно, покажите, что еще у вас есть?

Переходим к другой витрине с множеством различных брошек. Тут и животные с глазами-алмазами, и насекомые. Моё внимание привлекает небольшой черный паук с длинными лапками.

— Амулеты для чистки одежды, — презентует Матвей. — Очень ходовое средство. Отутюжить каждую складочку, отмыть любое загрязнение, и всё это в красивой упаковке. Очень спасает наших прекрасных дам в ресторанах или в гостях, когда не нужно сразу же бежать в уборную. Достаточно просто прикоснуться к своей замечательной брошке, и ваше платье снова как новенькое!

— И сколько стоит такое удовольствие? — задаю вопрос, так как в лавке ни под одним товаром не указана стоимость.

Замечаю, как Матвей бегло окидывает нас взглядом и совсем недолго раздумывает.

— Каждая десять империалов, — произносит он. — Но мы никогда не экономим на качестве изделий. Это не обычная бижутерия, а настоящая сталь! Накопители тоже очень мощные. И заменяемые! Что важно! Вся стоимость в основном из-за них. В комплекте два накопителя, вы можете заряжать один, пока второй отлично работает на вас. Если вы купите подобный амулет в другой лавке, то придется заряжать его каждый день. Нашего хватает на десять, а то и на пятнадцать дней неинтенсивного использования.

А вот тут Матвей совершает ошибку, сам того не подозревая. В голову закрадывается интересная идея.

— Подскажите, а что, если я захочу приобрести этот амулет без накопителей? — задаю вопрос.

— Тогда какой же в нём смысл? — удивляется продавец. — Купить накопитель отдельно не получится, он должен быть специальной формы. Под каждую брошь мы вырезаем их вручную.

— Но всё же? — не отступаю.

— Нет, если вы настаиваете, я отдам вам украшение за два империала, — не понимает моей логики мужик. — Обычное украшение такого типа будет стоить примерно столько же в любом салоне. Только…

— Да, давайте, — тут же соглашаюсь. — Я заберу за два империала вот этого паучка, — показываю пальцем. — Тебе что-нибудь приглянулось? — спрашиваю Ариадну.

— Из этого пока ничего, — с улыбкой отвечает девушка. — Я хочу посмотреть, что у вас ещё есть.

А вот Олесе моё подарок точно понравится. Ерунда? Ерунда! Но в нашей городской лавочке я такого не видел. В информере тоже. Кажется, это поделка владельцев лавки. А ведь интересно: если вырезать накопитель нужной формы из костяной пластины, безделушка станет вечной, а пользы от нее для незачарованной одежды — вагон.

Ненадолго задумываюсь, затем покупаю второй такой же амулет — свернувшуюся в клубок лису. Он подойдет Ариадне, просто девушка пока не до конца понимает, как он работает. Кроме формы Академии, вся остальная одежда у неё точно не зачарована.

Менталистка ходит между открытыми витринам и берёт то одну вещицу, то другую. Рассматривает и тут же кладёт на место. Судя по тому, что я чувствую, до меня доносится интерес пополам с сожалением. И ведь при этом стараюсь не концентрироваться на ощущениях.

Девушка ходит кругами по лавке.

Уже вижу кое-что интересное для себя. Лезу в информер, чтобы по совету извозчика посмотреть, есть ли что-нибудь подобное в доставке. Ничего подобного на заказ не доставляют: похоже, это специфика мелких амулетчиков. Присматриваю что-то вроде походной замены чайнику, утюгу и другим небольшим вещам, которые помогают сохранить бытовой комфорт.

Можно сказать, открывается ещё один параллельный уровень создания артефактов. До этого момента я думал, что есть топовые варианты из драгоценных материалов с портальным серебром — долговечные и важные для выживания. Ещё существуют более дешёвые варианты, дублирующие те же самые артефакты. А теперь, оказывается, можно достать ещё и бытовые — которые не найти даже в информере. В обучении мы до них тоже ещё не дошли. Хотя, очевидно, что бытовое направление должно быть в программе чуть ли ни одно из первых. И как это раньше не бросалось в глаза?

Так-то магам вскипятить чайник — вообще не проблема. Можно поставить нужный глиф где угодно, и вскипит хоть чашка, хоть бочка. Но иногда, как мне кажется, не помешает иметь с собой вещи, не зависящие от твоей силы. Даже появляется мысль — что, если поговорить с владельцами лавки? Вдруг есть возможность получить пару уроков. Генрих Олегович вряд ли будет тратить свое время на подобные поделки. Они, если так подумать, должны быть простыми в использовании, к тому же довольно полезными.

Конечно, пять-десять империалов за полезную вещь в городке мало кто даст — а вот пару империалов или вообще до половины золотого за амулет, созданный студентами, да ещё и полезный в бытовом плане… насколько я понимаю, вполне себе непаханый рынок. И он кажется возможным.

Задумываюсь и начинаю смотреть на ассортимент лавки совершенно другими глазами. Примечаю, какие идеи артефактов можно было бы захватить с собой. Опять же, нужно будет спросить об этом юриста — насколько защищены сами идеи? Возможно, есть какие-то ограничения на дублирование подобных штук.

В общем, интересных вопросов много. Продолжаю осматривать витрины, на которых не меньше пары сотен совершенно различных амулетов. Кстати, потенциал такого дела гораздо больше, чем открыть очередную кафешку в городе. Параллельно приходит еще пара идей. Можно кинуть их в Аглаю — пусть изучает.

— Я ничего не выбрала, — говорит Ариадна и подходит ко мне.

— Почему? — удивляюсь. — Совсем ничего не понравилось?

— Не знаю, — смущенно отвечает девушка. — Пойдём, посмотрим более серьёзные амулеты.

— Так, я не понял, — снова смотрю на менталистку. — Почему ты ничего себе не выбрала? Тебе всё-таки чего-нибудь хочется?

— Н…нет, — тихо говорит Ариадна. — Просто я… — чувствую неуверенность в голосе.

— В общем, я всё понял, — ставлю диагноз и обращаюсь к продавцу, который с лёгкой улыбкой наблюдает за нашим разговором. — Покажете мне все вещи, которые хоть немного заинтересовали девушку.

— Безусловно, молодой человек, — улыбается Матвей. — Пойдёмте.

Подхватываю Ариадну под руку — и заворачиваем на второй круг между витринами.

На самом деле мне тоже немного не по себе. Ловлю себя на мысли, что это не пойманное состояние Ариадны. Больше похоже на моё личное предчувствие неприятностей — и оно уже пару минут буквально звонит в колокол. Резко оборачиваюсь — и мгновенно ставлю щит с помощью кольца. Перед ним ещё один — сферический. Захватываю под него и Ариадну, и продавца.

— Что происходит? — удивляется Матвей.

От брата извозчика не чувствую никакой опасности. А вот чувство, что близятся неприятности взвывает сиреной. И тут же пропадает.

— Вообще не понимаю, — говорю и разворачиваюсь ко входу.

Входная дверь взрывается щепками.

И сразу же вместе со щепками внутрь магазина огромным потоком влетают клубы. Холодный дым почти мгновенно раскидывается клочьями по комнате.

Из тумана, без разговоров и каких-то дополнительных расшаркиваний, тут же идёт атака штурмового комплекса. Выстрелы сливаются в какофонию.

Сферический щит вспыхивает радужными всполохами, но, на удивление, держит. Получается, что импульсы такой силы вполне могу удержать, но магия просаживается значительно сильнее, чем от обычных атак. Примерно так же, как от нападений монстров-рептилоидов. Тут же прикасаюсь к накопителю одной рукой, а второй лезу в пространственное окно за пистолетом.

— Быстро за меня! — рычу в сторону Ариадны.

Девушка, не задавая вопросов, прыгает ко мне за спину.

Рву пистолет из хранилища и выпускаю в разбитую дверь практически целую обойму.

Магия снова просаживается, но уже не так критично. Накопитель берет на себя основную нагрузку: при этом восстанавливаюсь чуть медленнее, чем расходую, но такую атаку смогу сдерживать довольно долго.

— Ариадна, срочно набирай Юрия Олеговича! — Достаю информер и бросаю его за спину.

— Ларион, Ларион⁈ — слышу, как кричит Ариадна. — Там армейские!

— Что⁈ — переспрашиваю, высаживая пулю за пулей в разбитую туманную дверь.

Очередь немного отбрасывает нападающих от входа.

— Что? — повторяю.

— Там бойцы! — снова кричит менталистка.

— Какие бойцы⁈ — не понимаю.

— Не знаю! Обычная армия или бойцы зачистки! — Видимо, Ариадна в этот момент мгновенно сканирует пространство. — Я не понимаю разницы, но там точно армия!

Тут же прекращаю палить, тем более заканчивается обойма. Образуется секундная пауза. Ставлю пистолет на предохранитель.

— Не стреляйте! — как можно громче кричу в туман за дверями.

Бойцы неожиданно прислушиваются. Кажется, как раз успеваю вклиниться в тишину между выстрелами.

Выстрелы в нашу сторону тоже замолкают. Почти сразу же из тумана выскакивает группа в чёрной броне. Бойцы грамотно распределяются по сторонам и наводят на нас оружие. Здесь я, конечно, сильно рискую, но теперь у нас точно есть некоторое время. Его хватит, чтобы успеть связаться с имперским магом.

К тому же мы пока находимся под двойным щитом. Щит, созданный с помощью амулета мы пока не расходовали, поэтому, в случае чего, успею перезапустить сферу.

Приподнимаю пистолет, но убирать не тороплюсь.

— Вы кто? — задаю вопрос.

Бойцы в чёрной броне обмениваются взглядами. Я это буквально чувствую — а может быть и не только взглядами, просто они не транслируют разговоры на внешние динамики брони.

Через секунду из разбитого в труху прохода появляется ещё один боец: похоже, начальник этой группы. Он замирает на несколько мгновений у входа для оценки обстановки и тянется рукой к щитку лицевой брони.

Прислушиваюсь к ощущениям менталистки. Она успевает собраться и уже готова атаковать. Хорошо, что не успевает сделать этого раньше. После атаки скрыть её неафишируемые возможности уже не получилось бы. Думаю, пока мы находимся под двумя щитами, нет повода для ментальных выпадов. Если бы остался только щит амулета — другой разговор. Возможно, Ариадна размышляет примерно так же.

А вот Матвей просто с интересом наблюдает за происходящим и ждёт, чем всё закончится. На удивление мужик нисколько не пугается, а лишь с некоторым недовольством осматривает разрушения лавки. Как минимум придётся менять входную дверь: от старой не осталось и следа. Как максимум — новая поставка товара, стеклянные витрины и деревянные полки. Возможно, мужик так спокоен, потому что конкретно ему это всё не принадлежит, да и страховые выплаты никто не отменял. Примерно так же наблюдали за пожаром работники «Сарая».

Если же посмотреть немного с другой стороны: а ничего так реклама на пустом месте! К нему теперь пару недель будет ходить паломничество. Буквально считываю эмоции из его головы — по всей видимости, с помощью Ариадны. Тут же отсекаю себя от лишней информации. Знать, что прямо сейчас чувствует продавец, вообще ни к чему. Наверняка таким образом менталистка проверяла, причастен ли мужик к тому, что сейчас случилось.

Боец в чёрной броне поднимает руку к лицевому щитку и открывает зеркальную поверхность. Внутри лицо возрастного дядьки с седыми усами — ровно с такими же, как и практически у всех бойцов зачистки.

— Господин Орлов? — с удивлением спрашивает боец батальона зачистки.

— Да, а кто спрашивает? — уточняю и даже не думаю снимать защиту.

— Опустите оружие, господин Орлов, — просит боец. — Мы вам не враги. Наверное… — добавляет с неуверенностью.

— Да? — переспрашиваю. — А вот я бы так не сказал. — Смотрю в сторону входа.

Мужик пожимает плечами, оглядывая выбитую дверь и разбитые витрины. Никто из его группы не подходит. Кажется, что за его спиной воздух и вовсе замирает: настолько становится тихо.

— Так бывает, — усмехается начальник. — Опустите оружие, господин Орлов. Мы не причиним вам вреда. Это точно, — спокойно произносит он, словно не замечает Ариадну. Как будто моё присутствие полностью закрывает вопросы её нахождения здесь, и оно по умолчанию считается легитимным.

Показываю, что пистолет на предохранителе. Медленно убираю его в открывшееся окно пространственного хранилища. Снимать щит не тороплюсь, тем более, что бойцы вокруг до сих пор не шевелятся и по-прежнему целятся в меня.

— Не совсем понимаю суть вашего визита, — продолжаю разговор. — Разве я успел нарушить закон? Причём настолько, что по мою душу нужно послать целую группу зачистки?

— Думаю, что произошло недоразумение, — задумчиво тянет начальник группы. — Прошу меня простить, я должен зафиксировать магические следы. Прошу вас не атаковать и подчиниться законному требованию.

Переглядываемся с Ариадной. Менталистка еле заметно кивает. Похоже, она немного в курсе происходящего.

— Хорошо, мы подчинимся, но щит пока убирать не буду, — выдвигаю встречное условие.

— Ваше право, — согласно кивает боец зачистки, достаёт небольшой амулет и активирует его.

Бойцы вокруг опускают оружие, но всё ещё держат наготове. Секунду-две ничего не происходит, но потом амулет постепенно краснеет, пока не загорается ярко-красным цветом. Бойцы тут же наводят оружие обратно на нас.

— Господин Орлов, можете объяснить, по какой причине система выявления некромантов реагирует на вас с подозрением? — задаёт вопрос начальник группы.

— С подозрением? Выявление некромантов? — удивляюсь. — Вы уверены?

— Да, полностью, — подтверждает мужик и поднимает руку открытой ладонью вверх. Бойцы вокруг отмирают и тут же рассредотачиваются чуть шире.

— Никаких идей, — задумчиво произношу.

В лавку быстрым шагом врывается Юрий Олегович вместе с девушкой-менталистом.

— Что⁈ Кто⁈ Орлов! — замечает меня имперский маг. — Что ты здесь делаешь?

— Да вот, решили немного прогуляться по столице, заглянули за покупками, — говорю как есть.

— Какая к черту столица? — негодует имперец. — Ты должен был закрывать портал!

— Прямо сейчас не могу, Юрий Олегович, — развожу руками и прикидываю, сколько ещё осталось времени. — И ещё примерно час не смогу.

— Ты хотя бы заслон там оставил? — задаёт вопрос имперский маг, продолжая разговаривать на повышенных тонах.

— Я предупредил армейских, — спокойно отвечаю. — Они поставили на своей стороне пулемётное гнездо и закрепили на участке постоянную дислоцированную группу реагирования.

— Так, ладно, — выдыхает имперский маг, возвращая полное самообладание. — Тогда потрудитесь объяснить, что здесь происходит? Доклад! — Оглядывается, подмечая разрушения.

— Здравия желаю, господин имперский маг! — вытягивается глава пятёрки зачистки.

Что характерно, бойцы с появлением имперца никак не меняют своей дислокации: оружие как было направлено на нас, так до сих пор и направлено.

— Жду объяснений, — хмурится Юрий Олегович и выжидающе смотрит на бойца.

— Докладываю, — произносит мужик в форме. — Некоторое время назад с диагностических модулей начали поступать сведения о перемещении объекта с активной магией некромантов. Поскольку сигнал был слабый, на локализацию ушло довольно приличное время. Как только объект остановился в одном месте больше, чем на пятнадцать минут, группа быстрого реагирования его задержала. Вот он, — командир группы показывает на нас.

— Дай амулет, — устало и раздражённо просит Юрий Олегович.

Седоусый командир тут же отдаёт пластину амулета. Имперский маг наводит её на меня. Пластина через десять секунд снова загорается красным. Имперец тяжело вздыхает и возвращает пластину командиру. Бойцы тут же подбираются и ещё более чётко ведут меня оружием.

— Я точно знаю, что он не является некромантом, — заявляет имперец.

— Простите, господин имперский маг, но мой устав требует сначала стрелять, а потом, если есть возможность, задерживать до выяснения, — объясняет начальник группы. — Я не могу просто взять и отпустить его.

— Да, да, знаю, — недовольно кивает Юрий Олегович. Немного морщится, но соглашается. Видимо, закон важен в том числе и имперским магам. — Так, Орлов, сейчас хорошенько подумай и скажи, почему от тебя может нести магией некромантов?

— Не знаю… — ненадолго задумываюсь и вспоминаю: у меня же в кошельке аж два камня, которые заряжены этой магией по самое не балуйся. Один так вообще от пятого портала: скорее всего, даже перенасыщен. — Так, секунду, — говорю и, не торопясь, лезу в сумку. Бойцы зачистки дергаются, но я не обращаю на них внимания. Достаю оба камня-ключа.

Камень пятого портала буквально пульсирует от избытка зеленоватой магии. Никто вокруг этого не видит, но для меня факт очевиден. Осколок пульсирует намного быстрее, чем в тот момент, когда только попал ко мне. Это вполне объяснимо — портал сейчас практически всё время открыт. Аккуратно кладу камни на пол и слегка отодвигаю их ногой.

— Делай шаг вместе со мной, — тихо говорю Ариадне. — Поняла?

— Да, Ларион, — доносится из-за спины.

— Раз, два, три… — считаю, и мы вместе делаем шаг в сторону, но бойцы продолжают сопровождать нас дулами штурмовых комплексов.

— Проверяйте, — говорю начальнику.

— Ну и чего стоишь? Проверяй! — Юрий Олегович раздражённо обращается к главному.

Тот кивает и снова активирует пластину. На этот раз направленная на меня пластина реагирует значительно быстрее и выдаёт золотистое свечение.

— Ноль процентов заражения… Это как? — удивляется дядька. — Подождите, господин имперский маг, нужно перепроверить.

Вторая попытка выявить заражение тоже не приносит никаких результатов. Пластина снова загорается золотистым светом, причем практически сразу.

— Это аномалия, — с некоторым облегчением в голосе говорит Юрий Олегович. — Можете не отражать в отчёте, мы про это знаем.

— Я не могу не отражать, — отвечает начальник.

— Да на самом деле мне без разницы, сделает вы отчет или нет, — заявляет имперский маг. — Всё равно ваш отчёт по отношению к этому магу направят прямиком ко мне.

— Я могу подобрать ключи? — спрашиваю одновременно Юрия Олеговича и начальника группы зачистки.

— Подбирай! — машет рукой имперский маг.

— Нет! — одновременно с ним отвечает боец. — Артефакты некромантов запрещены к ношению и использованию!

— Это не артефакт некромантов… — морщится имперец. — Точнее, отчасти да, но это рабочий материал. Мы как раз закрываем у вас портал. По ориентировке вы должны были об этом знать чуть ли не первый.

— Так точно, — подтверждает седоусый и коротким жестом отдает бойцам приказ. Его группа тут же убирает оружие.

— Подбирай, — со вздохом обращается ко мне имперский маг. — Сколько, говоришь, ты ещё пробудешь тут?

— Около часа, плюс-минус, — прикидываю. — Я бы не мешал. Поздно уже, да и мы хотели пойти перекусить.

— Вот что ты за человек, Орлов? — вздыхает Юрий Олегович. — Чем ты вообще думал, когда пошёл в столицу?

— Да я вообще не думал, что… — усмехаюсь.

— Это заметно, — перебивает меня имперский маг. — Поднимай камни, и теперь во избежание всякого я буду тебя целый час здесь пасти. Заодно перекинемся парой слов.

— А как же… — подает голос Матвей.

— А вы, господин продавец… пришлёте счёт этого молодого человека в имперскую канцелярию, — отмахивается маг.

Поднимаю камень-ключ от портала и запихиваю его обратно в сумку.

— Орлов, ответь мне всего на один вопрос: почему с тобой вечно всё не так просто, — задаёт риторический вопрос имперец.

— Не знаю, Юрий Олегович, — пожимаю плечами. — Не знаю.

— Разрешите идти? — боец в чёрной броне обращается к имперскому магу.

— Идите, — устало отвечает Юрий Олегович. — Хотя подождите минуту. За бдительность выношу благодарность. Сколько ты здесь шаришься, Орлов? — снова переводит взгляд на меня.

— Да уже примерно час, — подсчитываю примерное время.

— За столь долгую реакцию будет наложено взыскание, — говорит имперский маг, и на лице главы группы читается легкое удивление. — Но не на вас, а на настройщиков детекторов. Вы отработали штатно.

Седоусый дядька тут же веселеет и взмахом головы показывает своим бойцам в сторону выхода. Туман рассеивается, и сквозь развороченные двери виден винтокрыл. Машина стоит прямо посреди пешеходной улицы. Вокруг уже собираются зеваки. В глазах продавца сверкают десятки золотых монет, не меньше. После такого громкого происшествия в столице к нему точно сейчас повалит народ.

— Упакуйте, всё, что мы выбрали, — обращаюсь к продавцу.

— Момент, господин маг! — весело отзывается мужик.

Успеваю почувствовать с помощью Ариадны, что дядька смотрит на чёрные мундиры с одобрением и, похоже, всё-таки имеет какое-то отношение к службе зачистки. Пара секунд, и на изрядно покорёженную стойку ложится небольшой свёрток. Судя по весу, там не только два амулета, которые я отложил, но и что-то ещё. Похоже, все те безделушки, на который упал взгляд Ариадны.

— Сколько с меня? — задаю вопрос.

— Не беспокойтесь! — машет рукой дядька, а я буквально слышу его фразу, которую он произносит про себя: «Я всё включу в счёт для имперской канцелярии».

Похоже, Ариадна не очень отстраивается от мыслей окружающих людей, поскольку считывать тех, кто находятся близко ко мне, несложно. Информация сама укладывается в мою голову.

— Пойдём, Орлов. Посидим, поговорим, — вздыхает имперский маг, и мы выходим из лавки. — Ну, что, господа студенты, куда пойдём есть посреди ночи? Направо или налево? — спрашивает имперский маг. — Кажется, тут работают все, кому не лень.

— Нам ещё нужно купить некоторые амулеты… — стараюсь не отступать от плана. — Кто знает, когда мы еще сможем побывать в столице.

— Ой, Орлов, я тебя умоляю! — машет рукой Юрий Олегович. — Какие тебе нужны?

— Мы собирались купить тот же набор, как у всей моей группы, — озвучиваю список покупок.

— Пришлю я тебе, пришлю, — улыбается имперец, сразу понимая, для кого нужны эти амулеты. — Идея защитить своего менталиста — правильная. Моя-то отлично защищена поделками моего брата… А про твою девочку я как-то не подумал, — качает головой. — Пойдём подальше от проблем. А то тебя если оставишь одного, ещё куда-нибудь попадёшь.

Долго идти не приходится. Выбираем ближайший ресторанчик, откуда прямо перед нами выгоняют группу народа.

— Мы точно туда? — спрашивает Ариадна.

— Меньше народу, больше кислороду, — уже чуть веселее отвечает Юрий Олегович. — А вам, молодежь, нужно научиться делать правильные выводы. Если из ресторана выгоняют нерадивых посетителей, это не значит, что заведение плохое. Это значит, что охрана там работает как надо, и за своё спокойствие в таком месте можно не переживать. Заходим-заходим, не стесняемся, — зовёт нас имперец.

Мы успеваем только сесть за столик и махнуть рукой официанту. Молодой парень показывает, что вот-вот подойдёт.

— Признаться, я не на шутку проголодался, — довольно заявляет имперский маг, развалившись на мягком кресле.

К нам подбегает официант и готовится записывать заказ. Имперский маг открывает меню, но не успевает сказать ни слова: в разговор вмешивается вызов.

Юрий Олегович вздрагивает от звука, поскольку он совсем не похож на стандартный. Тут же достаёт информер.

— Что случилось? — сдержанно спрашивает имперский маг.

— Земля под складами шевелится! — глухо раздаётся узнаваемый голос начальника отряда заслона.

Юрий Олегович привстаёт с кресла и отодвигает меню на край стола.

— Вот всё с тобой не слава богам, Орлов, — произносит он и поднимает на меня напряженный взгляд.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.