Макс уже больше часа бился над непонятным пятном на фотографиях.

– Да чтоб тебя... – в очередной раз тихо выругался парень.

Он был очень расстроен и озадачен, а также сбит с толку.

Максим – молодой фотограф, не так давно открывший в себе этот талант. Он обладал способностью ловить удачный ракурс и всегда успевал запечатлеть настоящую не наигранную эмоцию. Макс умело подбирал локации, фон, соответствующий той или иной ситуации. Его работы очень быстро нашли положительные отклики. Постепенно начали появляться клиенты, заказы. Его приглашали на свадьбы, дни рождения, другие значимые торжества. Парень довольно стремительно заработал себе имя в их небольшом городке. Все всегда были довольны и даже в восторге от его работ. И вот... что-то пошло не так. Но что?

Макс ещё раз проверил, не является ли пятно артефактом обработки. Проверил чистоту линзы, объектив, а также исходные RAW-файлы. Но нет, дело было не в камере или каком-то другом упущении. Это что-то другое.

Он всегда всё делал в отработанной, привычной последовательности: отснял торжество, выгрузил RAW-файлы на компьютер, отобрал лучшие кадры в Lightroom. Дальше делал цветокоррекцию и ретушь, экспортировал фотографии в высоком разрешении и отправлял их в фотолабораторию на печать. Но не всегда. Для близких друзей он распечатывал фотографии сам на цветном принтере.

На первом снимке Максим решил, что видит обычный блик. На втором, странное пятно списал на движение прохожего. Но на третьем, четвёртом и пятом кадрах тёмный силуэт снова был рядом с парой, будто следовал за ними по всему парку аттракционов…

Позавчера его лучший друг Вован, обратился с просьбой.

– Мы с Дашкой завтра будем в парке аттракционов. Хочу сделать ей предложение, но так, чтобы остались фотографии. Сможешь поснимать нас незаметно?

На что Макс с радостью ответил:

– Без проблем. Буду держаться на расстоянии и работать длиннофокусным объективом. Главное, не смотри в мою сторону и веди себя естественно.

Парень сидел за компьютером и с грустью смотрел на счастливые улыбки Вована и Даши на цветных снимках, и впервые за последние несколько месяцев, что он на профессиональном уровне занимался фотографиями, был растерян и зол.

– Такие классные кадры испорчены... Вот же...

Макс пролистал ещё, в надежде, что хотя бы пару фоток всё же получились без брака. Но, когда он наткнулся на кадр, где на самой высокой точке колеса обозрения Вован, с напряжённой улыбкой протягивал своей девушке коробочку с кольцом, Макс вздрогнул и почувствовал, как на затылке зашевелились волосы. Потому что на этом кадре, между счастливо удивлённой Дашей и протянутой рукой с кольцом в коробочке, было не просто пятно или смазанный силуэт, а ещё одно полноценное человеческое лицо. Но если бы это было в парке на лавочке, тогда можно было бы списать на случайного прохожего, или шутника, намеренно испортившего момент, но на такой высоте... Хоумлендер? Макс хохотнул и тут же нахмурившись, увеличил снимок. Его глаза расширились от увиденного. Было впечатление, что в кабинке кроме молодых влюблённых, находился кто-то ещё. Не просто третий и посторонний, а… потусторонний.

Макс понял, что только что почти произнёс этот пугающий термин вслух, и целый табун мурашек галопом пробежался по его позвоночнику.

– Да ну нафиг! – тут же отмахнулся он, обругав себя за ничтожные мысли. – Реагирую, как старая дева, вообразившая, что за каждым углом насильник.

Парень решил: «Вовану пока ничего говорить не буду. Сначала попробую ещё раз всё исправить сам».

Он снова проверил технику, пересмотрел RAW-файлы, попробовал ретушь. На всех снимках, на которых только было возможно, он без труда выделил силуэт, затем удалил его и дорисовал фон. Со снимком в кабинке колеса обозрения было чуть посложнее. Пришлось брать соседние кадры серии и переносить нужные фрагменты. В итоге всё получилось. Пролистав фотографии и придирчиво просмотрев каждую, Максим кивнул и спокойно нажал сохранить изменения.

Потом парень посмотрел на время и охнул. Оказывается, он просидел за работой почти до самого утра. Только сейчас он почувствовал, как затекла шея и буквально онемела спина, а глаза словно засыпали песком. Макс встал и с трудом потянулся. Потом, шатаясь от усталости, побрёл в спальню, чтобы хоть пару часов поспать.

***

Он проснулся резко. Как будто невидимая, но сильная рука выдернула его из царства снов. Макс открыл глаза и в первые секунды не мог вспомнить, что случилось накануне. Парень сел на диване и удивлённо осмотрелся – он уснул в одежде. Почему?

Голова была тяжёлая, в висках стучало, в глазах чувствовалась неприятная резь. Он прошёл в туалет, затем в ванную, потом на кухню, включил электрочайник. Посмотрел на настенные часы и нахмурился: они показывали 11 дня. Так долго он не спал с тех пор, как закончил школу. В те годы, дождавшись летних каникул, Макс только и мечтал о том, чтобы подольше поспать. Но с возрастом, а было ему почти тридцать, много спать хотелось всё меньше.

Он вздохнул. Щёлкнул чайник, оповещая, что кипяток для кофе готов и какой-то странный тумблер щёлкнул в голове у Максима – фотографии! Он быстро заварил себе чашку крепкого кофе, с небольшим количеством сахара, без всяких там сливок и молока, потому что любил кофе в его первозданном виде, а всякие добавки, по его мнению, только портили вкус напитка. Затем, прихватив дымящуюся чашку с собой, Макс стремительно направился в комнату, оборудованную под рабочий кабинет-студию. Он осторожно поставил кофе на стол и включил ноутбук.

Открыл папку с вчерашними отредактированными снимками и отхлебнув первый глоток напитка, принялся листать фотографии. В целом, снимки были то, что надо. Вован будет доволен, подумал Макс и уже хотел включить принтер и напечатать уменьшенные копии для согласования, как его внимание привлёк кадр с кабинкой колеса обозрения. Что-то на снимке было не так... Макс увеличил изображение. Всё то лишнее, что было в кадре, он вчера отредактировал и в общем, неплохо. Но, что именно привлекло его внимание? И тут он понял – коробочка с кольцом, которую держал в руке Вован, исчезла! То есть, вчера она была, а сейчас – её не было. Макс почувствовал, как его сердце сжалось и пропустив удар, начало набирать ускоренный ритм.

Парень, позабыв про кофе, принялся просматривать все снимки из этой серии, где его друг и девушка одни в кабинке. Но, на всех тех кадрах, где вчера эта яркая деталь была видна, сейчас её не наблюдалось. Макс устало закрыл глаза и откинулся на спинку стула.

– Что за хрень? – произнёс он вслух. – Какого чёрта? Мистика какая-то... Стоп. А что в оригинале?

И он начал открывать исходные RAW-файлы, проверяя их. В оригиналах коробочка по-прежнему была на месте. Впрочем, как и чужое лицо, появление которого всё ещё не находило разумного объяснения.

«Может случайно удалил, когда редактировал? Был уставший, упустил из виду…» – про себя произнёс Максим.

Он допил остывший кофе, всё-таки отобрал несколько уменьшенных копий для просмотра, но, пока без снимков в кабинке колеса обозрения, распечатывать не стал, а просто отправил Вовке на почту. Внизу добавил:

«Привет. Нужно встретиться. По телефону не объясню. Позвони, согласуем время».

Макс решил просмотреть старые фотографии, которые были сделаны в разных частях города. И пока он их перелистывал, понял, что до вчерашнего дня, он ещё не работал в парке аттракционов ни разу. На набережной, в центральном парке, возле разных памятников, в лесу, у озера. Но в парке развлечений он снимал впервые. Эта мысль зацепилась на некоторое время, но потом, он отмахнулся, так как и других дел было по горло.

Через два дня предстояла новая работа. Его пригласили снимать свадьбу. Вообще Максу нравилось заниматься фотографией. Он любил доставлять людям радость, пусть временную, и всего лишь на ярком глянце.

***

Максим поехал присмотреть интересные места для съёмки, как делал это всегда. Он заранее продумывал маршрут, изучал локации, планировал точки сьёмки, освещение, чтобы всё на фотографиях было натуральным, настоящим. Разумеется, фон можно изменить или доработать, как пришлось это делать вчера. Но, он не был сторонником сильной обработки с агрессивной цветокоррекцией и чрезмерной ретушью. Иногда это выглядело неправдоподобно, но если клиентам нравилось, то тут он был бессилен и, разумеется, следовал капризам заказчика, оформляя так, как хотел тот или иной человек.

Перед ним был сценарий предстоящего торжества: сначала фотосессия официальной части бракосочетания, затем набережная, после этого центральный парк с большим фонтаном, затем адрес дачи какого-то дедушки. Ну, хотят на даче, ладно – Макс усмехнулся и посмотрел, что в принципе всё, дальше в этом скудном списке значился ресторан, как конечный пункт веселья, но там он должен был сделать всего несколько постановочных фото и на этом его работа заканчивалась. Застолье они решили снимать только на видео. И тут ему пришла в голову мысль:

«А что, если предложить сделать несколько снимков в парке развлечений? Это совсем недалеко от центра и все присутствующие будут настолько возбуждены самим событием, что вряд ли смогут думать соглашаться или нет. Да, надо бы ещё раз там поснимать».

Его телефон затренькал. Звонил Вовка.

– Здоров, Макс. Как жизнь? Спасибо за фотки. Они супер! Ты написал, что нужно встретиться, я заинтригован, – на одном дыхании произнёс друг.

– Привет, Вов. Тут, такое дело... – Макс замялся, подбирая слова. – В общем, фотки не совсем получились.

– Да ты что?! Они крутые, бро! Мы с Дашкой в восторге, правда. Только, это. – Он помолчал. – А когда, ну, момент самый важный, ну ты понял, блин! – Вовка хохотнул. – Не получился, да? Жалко... Ну, ничего. Остальные все крутячие, без слов! Спасибо.

– Да подожди ты, благодарить... Рано ещё. Я насчёт фотографий и хочу встретиться, поговорить. Можешь подъехать ко мне, когда сможешь.

На том конце было слышно лишь дыхание его друга. Наконец он произнес:

– Окей. Я подъеду часиков в десять вечера. Раньше никак.

– Очень хорошо. Жду в десять. Пока.

Макс отключился и уставился на свои руки, мирно лежащие на руле, потом посмотрел в зеркало заднего вида и аккуратно выехал со стоянки.

***

Вовка, Вовчик, Вован, он же: Владимир, Вова, Владлен и даже Влад. А для какой-то далёкой родственницы, проживающей в Германии, он неизменно был Вальдемаром. На все из вышеперечисленных имён он откликался, лишь категорически не переносил, когда его называли Володей.

С Вованом они познакомились, когда учились в техническом университете на факультете информационных технологий. Вовка был лучшим студентом на потоке. Умный, весёлый, простой, всегда готов прийти на помощь. Парня любили, уважали и, разумеется, пользовались его знаниями. Да и он был не против. После учёбы Вова сразу получил приглашение в престижную фирму, сначала в качестве младшего разработчика. Сейчас он уже работал там старшим – уважаемый и ценный сотрудник. Макс по специальности работу не нашёл, но, его увлечение фотографией, со временем стало настоящим и весьма прибыльным делом.

Вовка, как и обещал, приехал вовремя, даже раньше.

– Привет, бро. Рад тебя видеть! – сходу затараторил друг. – Прости, времени не так много, показывай, что там у тебя.

Через несколько минут они сидели перед включенным ноутом Макса и молча смотрели на исходные RAW-файлы, где всё было до изменений.

Вова наконец повернулся и, взглянув на Макса, спокойно произнес:

– Ты, главное, Дашке не говори. Она у меня впечатлительная очень. Во всю эту сверхъестественную срань искренне и без сомнений верит. Начнёт приговаривать, что и год трудный, и месяц сложный, и это точно знак, – он ткнул пальцем в лицо на экране, – в общем, ей знать не нужно. Отретушируй их, как только ты умеешь, – он улыбнулся и продолжил, – а я точно спокоен. Может это совпадение, в том плане, что в этот самый момент кто-то из детей запустил воздушного змея? А что? Запросто! Сейчас они имеют весьма устрашающий вид, игрушки эти современные, – Вова поёжился. – А кольцо не исчезло, я уверен. Просто ты реально мог по ошибке удалить. Короче, если проблема только в этом, то это не проблема, – друг непринужденно засмеялся. – Если слишком заморочно именно с этими снимками, то ну их... Даша всё равно не знает, что именно ты фоткал. Сколько есть и хватит. А те, что готовые, все классные, правда.

Макс пожал плечами и согласно кивнул, что мол да всё сделает наилучшим образом. Но только уже к следующей неделе, так как предстоит важная и трудоёмкая работа на чужой свадьбе.

Стоя у двери, Вова снова обернулся и ещё раз серьёзно попросил, чтобы Максим ничего не говорил Даше.

– Я семью хочу, детей, понимаешь? Именно с Дашкой. Там наверху, – он комично поднял палец и глаза, – она согласилась. Сказала «да». Но если увидит это «лицо» или хотя бы намёк – всё! В этом году свадьбы точно не будет. Она ж верит в гороскопы, в карты Таро, прикинь? – Вовка нервно хохотнул. – Человек с высшим медицинским образованием, а верит в такое...

Макс и себе криво улыбнулся и железобетонно пообещал, что будет молчать, а также постарается исправить и те снимки, где Вован делает Даше предложение руки, сердца, кредитных карт и половины мозгов. Парни засмеялись, и в шутку боксируя друг друга, попрощались до скорого.

***

Сам Максим жениться в ближайшие несколько лет точно не собирался. Во-первых, у него не было постоянной девушки, во-вторых... Впрочем, по этой же причине было и, в-третьих. И вообще, он ценил свободу, любил своё занятие, которое, к слову, отнимало уйму времени. А девушки любят внимание, а внимание требует времени, которого у Макса почти не было... Да и материальная сторона жизни у парня пока что была не совсем стабильной.

Жилплощадь у него имелась, можно сказать своя. Квартира досталась от бабули, царство ей небесное. Три месяца назад он купил машину, чем очень гордился. Как только хобби перестало быть увлечением, почти все заработанные деньги начали уходить на приобретение техники. Макс понимал, что так бывает всегда, кто серьёзно занимается тем или иным делом. Поэтому просто терпеливо продолжал трудиться, каждый раз поздравляя себя с тем, что работа не просто начала приносить доход, но и доставляла удовольствие, а это редкость.

Родители жили неподалеку в трёхкомнатной квартире почти в центре города. Отец – Андрей Павлович Нестеренко, работал в техническом вузе завкафедрой. Мама – Марина Сергеевна – известный врач-косметолог, работала в частной клинике. Максим был единственным ребенком в их маленький дружной семье. Каждые выходные они обязательно проводили втроём. Сначала созванивались, согласовывали меню, программу отдыха, затем встречались, ехали на природу, если позволяла погода, благо в их краях было куда отправиться на пикник. Вокруг города раскинулся небольшой лес, был парк, большой сквер, плавно переходящий в очень красивую набережную.

Была у их семейства и дача. Но на её содержание времени ни у кого из них не было, поэтому уютный домик и участок сдавали в аренду. Нашлись люди, которые с радостью согласились поддерживать дом и обрабатывать приусадебный участок. Всё это, разумеется, за символическую плату. Главное, что туда можно было всегда поехать с уверенностью, что дом встретит жилым уютом и теплом. Люди, которые временно хозяйничали там, всегда были рады их визитам, только просили предупреждать заранее. Ну это и понятно.

В те моменты, что они собирались вместе, родители рассказывали свои истории, в основном про работу, Максим – про свою жизнь и тоже про работу. Они всегда хорошо проводили время. Макс очень любил своих предков. Особенно за то, что ни один из них никогда не клевал мозг вопросом: когда же ты сынок женишься? Он ценил это. В их семье все всегда уважали личное пространство каждого. И это было здорово. Не каждый может похвастаться такого рода роскошью. Ох не каждый...

***

Ну вот и настал день, когда Максим собирался на свадебную съёмку. Утром он ещё раз проверил содержимое рюкзака: камеру, запасной объектив, несколько карт памяти и заряженные аккумуляторы, салфетку для чистки линз. Закинув на плечо рюкзак с техникой, сел в машину и отправился по адресу. День обещал быть длинным, поэтому по дороге Макс мысленно прокручивал маршрут и заранее намеченные локации для фотографий.

Он прибыл на место вовремя. Возле дворца бракосочетания уже было несколько людей, которые равнодушным взглядом окинули Макса и шумно галдя, отвернулись в сторону дороги.

«Наверное гости. Ждут жениха с невестой», – решил Максим и принялся доставать и проверять всё необходимое оборудование.

Наконец показалась машина с лентами, за ней вторая и следом ещё две. Их клаксоны переливчато гудели. Замолчали лишь когда остановились. Открылась дверца одной из машин и из неё вышел молодой высокий парень, затем он открыл заднюю дверцу второй машины, из которой показалось белое платье и изящная ножка в маленькой белой туфельке – невеста. Максим приготовился сделать первую серию снимков.

Девушка оказалась неожиданно маленького роста, наверное, меньше, чем полтора метра, даже на высоких каблуках. Выглядела она просто как девчонка-подросток, лет тринадцати, ей-богу. Её аккуратная головка, украшенная тонкой серебристой диадемой, едва доставала жениху до плеча. Когда они общались накануне, согласовывая сценарий торжества, а именно локации для сьёмки, по её голосу он представил вполне взрослую молодую леди, а тут… Да, интуиция подвела, и представившаяся его взору мелкая, трогательная фигурка, ну никак не сочеталась с тем образом, который Макс себе нарисовал.

Он поймал себя, что не о том думает и постарался целиком сосредоточиться на работе. Гости вели себя шумно, выкрикивали поздравления, лезли целоваться и совали огромные охапки цветов в маленькие ручки невесты. Несколько толстых тёток в безразмерных платьях с лентами, на которых красовались золотыми буквами «Сваха», «Крёстная мама» и что-то ещё, что Максиму прочитать не удалось, обступили девушку со всех сторон.

За их мощными торсами миниатюрная фигурка невесты просто выпала из кадра. Макс заволновался: если все эти сватьи, мамки, крёстные не отойдут в сторону, то поймать не то, что ракурс – саму невесту вряд ли получится. Ну, наконец то, молодец жених подключился! Парень просто подошёл и осторожно забрал свою будущую жену из их плотного кольца.

Цветы, которые ей напихали полные руки, он тоже кому-то отдал, оставив девушке только аккуратный букет невесты. Всё это парень проделал молча и абсолютно спокойно. Макс успел сделать несколько удачных кадров. Вот невеста с благодарностью смотрит на своего героя, а он, нежно придерживая её за талию ведёт к зданию ЗАГСа. Потом он аккуратно поднял девушку на руки и с лёгкостью преодолел все ступеньки, ведущие до центрального входа. Всё это Максим тоже успел снять.

Теперь предстоял сам процесс торжества. Здесь ему никто не мешал работать, поэтому он спокойно фотографировал, выбирая самые удачные ракурсы, моменты и эмоции. Дальше был маршрут на набережную, затем в центральный парк, ради нескольких снимков у знаменитого фонтана.

На дачу дедушки сначала решили не ехать. Но потом, всё-таки передумали, из уважения к одинокому старику. Дача располагалась недалеко от их собственной, в том же посёлке Орехово. Проезжая знакомым маршрутом, он подумал, что нужно будет позвонить жильцам и договориться, когда они с родителями смогут приехать.

Наконец первая машина их кортежа остановилась возле заросшего густыми кустами строения, оповещая о своём прибытии громким протяжным сигналом. За ней остановились другие автомобили и все прибывшие начали выходить. Возле облупленной металлической калитки появился невысокий пожилой мужчина, рядом с ним крутился под ногами, лаял и дружелюбно вилял хвостом лохматый пёс, а также, переминаясь с лапы на лапу, лениво жмурился пепельный кот. На деревянном столбике возле калитки сидел ещё один котяра – большой и серый. Мужчина радостно воскликнул:

– Ну, спасибо, что приехали! Я уж думал, что не дождусь. Все про меня забыли…

Невеста подошла первой и обняла старика. Он что-то тихонько сказал ей и сунул в руки какую-то бумажку, на что девушка, закатив глаза воскликнула:

– Ну перестань, дедушка! Ну зачем? У нас всё есть, правда, – и уже тише: – А у тебя только пенсия.

– Возьми, я сказал! Не обижай старика.

А затем, обращаясь к ко всем гостям, он добавил:

– Этот участок – всё, что у меня есть. Мне он дорог, я его люблю, вот. И я решил сделать для моей любимой внучки Лизоньки и её мужа Антона свадебный подарок. В общем, мои дорогие, я дарю вам эту дачу! А все необходимые бумажки, то есть документы, уже оформляются.

Сначала было тихо, Лиза переглянулась с мужем, потом посмотрела в сторону гостей, наверное, там стояли её родители, потом кто-то начал хлопать и свистеть, и вскоре громко пробасил:

– Браво! Ну, браво же, Семеныч! Уважаю!

Наконец, от группы гостей отделились двое: среднего роста полноватый мужчина и миниатюрная миловидная женщина – родители невесты, как понял Макс, и подошли к хозяину дачи. Они обнялись, и женщина что-то тихо спросила, на что Семеныч непринуждённо ответил:

– А не скажу! Может я за границу хочу уехать! Путешествовать буду, вот! – и рассмеялся.

За ним следом начали смеяться все остальные, кроме его детей и внучки Лизы с мужем. Макс на всякий случай сделал несколько фотографий этого, как он понял никому особо не интересного заросшего участка земли и, требующего ремонта, дома. На его фоне он успел запечатлеть момент произнесения поздравительных речей дедушки, его искренние эмоции радости, и такую же неподдельную растерянность внучки Лизы.

После скомканных прощаний и вялых обещаний навещать старика, все погрузились в машины и уехали. Макс ехал последним и в зеркале заднего вида он смотрел на одиноко стоящего старика, который был уверен, что преподнёс молодым самый ценный подарок. Но, судя по реакции его родных, они довольно равнодушно к этому относились. После посещения дачи и её хозяина, у Максима остался неприятный осадок, в вперемешку с жалостью к этому одинокому человеку.

На подъезде к городу, первая машина съехала на обочину и просигналила. За ней дружно остановились остальные. Макс, разумеется, тоже остановился и решил выйти, чтобы предложить ещё одну локацию, а именно парк аттракционов, как кто-то из гостей сделал это за него. Все загудели, и единогласно решили, что это хорошая идея. Невеста выглядела уставшей. С вымученной улыбкой она тоже согласилась ехать вместе со всеми. Максим чувствовал, что нервничает. В нём одновременно бушевали азарт, любопытство и тревога. Что, если история повторится?

Когда они приехали в парк, было уже около двух часов дня, поэтому решили прокатиться только на колесе обозрения. Максим чуть напрягся и начал съёмку. Он отснял серию отличных кадров, и было бы очень обидно и неприятно, если они будут испорчены, как те, где запечатлён его друг со своей девушкой. Но об этом он узнает позже. Один из гостей был уже порядком навеселе, он ходил с открытой бутылкой шампанского и всем подряд предлагал выпить за здоровье молодых, даже Максу, но парню удалось корректно отказаться, дав понять, что в другой ситуации он бы непременно согласился.

Оставался ресторан. Там уже велась видео съёмка каким-то знакомым одного из родителей. Поэтому Максим сделал несколько постановочных снимков молодожёнов с бокалами шампанского за столом, затем, когда молодые танцевали, и на этом его работа закончилась, как в принципе и было в договорённости. Он сказал, что фотографии будут готовы через пять дней, но несколько уменьшенных копий для согласования он сможет прислать уже послезавтра. Максу не терпелось поскорее проверить снимки, сделанные в парке аттракционов. По дороге домой он ни о чём другом не мог думать.

Едва зайдя в квартиру, Максим перенёс RAW-файлы на ноутбук и открыл их в Lightroom. Первые кадры были с дворца бракосочетания и выглядели отлично. Свет, композиция, эмоции – всё получилось именно так, как он рассчитывал. Следующая серия была отснята на набережной и там тоже всё было хорошо. Он пропустил парк с фонтаном и сразу перешёл на снимки с колесом обозрения. Вот в кадре кто-то из гостей, всё чисто, никаких теней или лиц не наблюдается.

Дальше ещё несколько снимков с родителями молодых, они попросили их тоже поснимать в этот памятный день. Обычные фотографии, ничего лишнего. Теперь в кадре были молодожёны. Вот, жених помогает своей теперь уже жене зайти в кабинку. Всё бы ничего, но рядом размытая тень. Дальше в кадре они уже на приличной высоте. Макс смотрел на снимок и понимал, что нет надобности увеличивать, так как хорошо видно, что рядом с невестой, а точнее между ней и её мужем, был тот же образ, что и на фотографиях с его другом.

Максим просмотрел ещё несколько снимков и абсолютно в каждом кадре было присутствие этого необъяснимого образа. На некоторых фотографиях был виден лишь силуэт, напоминавший размытую тень, но, чем выше в кадре была кабинка колеса обозрения, тем чётче просматривалось лицо этого силуэта. Да, ещё одна деталь – это нечто было только на снимках с молодыми и только в парке аттракционов. Максим не знал, что думать. Он всегда был практичным, предпочитал порядок и точность во всём. Не любил разного рода сюрпризы и вещи не имеющие логического объяснения.

Часы показывали уже десять вечера. Он был голоден и немного расстроен. Завтра пятница, затем выходные. Может с родителями поговорить? Вдруг что подскажут? Они люди образованные, с неимоверным кругом знакомств. Во всяком случае не высмеют и не отмахнутся это точно. Макс заставил себя приготовить омлет и заварить чашку мятного чая. Затем он принял душ и улёгся в постель.

Сон не шёл. Максим ворочался с боку на бок, дважды смотрел на время, было уже за полночь. Он встал, сходил на кухню, выпил стакан воды. Затем зашёл в кабинет и решительно включил ноутбук. Открыл Lightroom. Спать не хотелось, а мысли вновь и вновь возвращались к фотографиям из парка аттракционов. Он загрузил предпоследнюю съёмку и снова начал просматривать кадры один за другим, увеличивая подозрительные участки изображения. На одних снимках рядом с молодожёнами виднелся лишь размытый тёмный силуэт, на других уже угадывались очертания человеческого лица.

Макс открыл несколько кадров одновременно и принялся сравнивать их. Он менял масштаб, проверял исходные RAW-файлы и экспортированные версии, пытаясь понять, не является ли странный объект, всё-таки, результатом ошибки обработки. Но чем внимательнее он изучал фотографии, тем отчётливее становилось лицо незнакомца, появлявшееся рядом с парой снова и снова.

Сначала Максим попытался работать как обычно. Он выделял силуэт, удалял его, восстанавливал фон и сохранял изменения. Затем открывал следующий кадр и обнаруживал ту же самую фигуру уже в другом месте. Казалось, неизвестный человек сопровождал молодожёнов по всему парку, неизменно попадая в объектив камеры. Но его лицо чётко просматривалось только на колесе обозрения. Причём, чем выше находилась кабина, тем лучше было видно его черты.

– Вот же напасть, – пробормотал Максим.

Парень уже понял, что придётся тщательно работать с каждым снимком отдельно, а это займет дополнительное время, но ничего не поделаешь. Или отобрать несколько самых лучших, а остальные просто удалить. Он в очередной раз посмотрел на время и решил, что нужно всё-таки пойти и постараться поспать, хотя бы немного. Его электронные часы показывали половину четвёртого утра. Парень с грустью вспомнил школьные годы, а именно то время, когда он с лёгкостью уснуть в три часа ночи, встать в семь – и быть бодрым и свежим, как огурчик. А его заветной мечтой было как можно подольше поспать в выходные и на каникулах.

Он лёг в постель и, на удивление, довольно быстро уснул. Во сне он увидел загадочного незнакомца. Тот стоял в кабинке колеса обозрения, находясь на самой высокой точке и смотрел прямо на Макса. Парк был пустынным, а все аттракционы выглядели старыми и заброшенными. Вдруг этот человек или, что оно такое, раскинул руки в стороны и запрокинув голову, камнем полетел вниз.

Максим закричал и… проснулся.

Он повернулся на бок, сердце его стучало, как после пробежки. Макс посмотрел на время и застонал. Было восемь утра. Он проспал всего около четырех часов. Если так будет продолжаться и дальше, его организм просто не выдержит.

Максим закрыл глаза и решил поспать ещё немного. Но, полежав несколько минут, понял, что больше уснуть уже не удастся. Он встал и первым делом включил ноут. Затем после привычных утренних ритуалов, он заварил себе кофе и сел за стол. Вспоминая странный сон, Макс открыл фото, которые вчера успел отредактировать. Он пил кофе и неспеша перелистывал снимки. Пока всё было хорошо. Но потом ему попалась фотография, где молодожёны были в кабинке колеса обозрения. И тут парень почувствовал, как ледяные щупальца страха легко пробежались по его позвоночнику. На этих снимках не было ничего лишнего, после сохранённых изменений. Но было кое-что другое, от чего он потерял дар речи.

На фотографиях отсутствовала изысканная диадема, украшенная мелкими камнями. Макс вспомнил, как во время сьёмки, девушка поправляла её рукой, а один раз он услышал, как она рассказывала, что долго искала именно такую. Ни в одном кадре, где он вчера удалил чёртов силуэт с лицом, в кабинке колеса обозрения не было, блин, этого важного символа! Макс резко встал и запустив пятерню в свои волосы, прошёлся по квартире. Он вышел на балкон, посмотрел на оживлённый проспект. Машины мчались, люди спешили по своим делам, открывались магазины.

Максим смотрел на чужую жизнь и думал:

А что сейчас есть у него? В его жизни поселился... Кто? Или что? Он плохо спит, почти не ест, только и делает, что до боли в глазах высматривает непонятно что на снимках, выделяет, удаляет, затем восстанавливает фон и сохраняет изменения. В каждом, блин, кадре в этом долбанном парке развлечений! Так и свихнуться недолго...

Он вернулся в комнату и решил взять паузу. Некоторые фотографии были практически готовы. А эти... странные, доделает позже. Парень кивнул сам себе и уже собрался выйти из квартиры, как его телефон завибрировал.

Номер был незнакомый, но он всегда отвечал, так как могли звонить люди, чтобы сделать заказ на съёмку.

Макс нажал принять.

– Алло, здравствуйте – прозвучал приятный женский голос.

– Здравствуйте.

– Меня зовут Олеся, а вы Максим Андреевич?

– Да. Можно просто Максим.

– Мне вас рекомендовали, как Максима Андреевича, – кокетливо произнесла Олеся. – Я бы хотела нанять вас в качестве фотографа на выпускной моей младшей сестры. Это будет 20 июня.

Максим попросил дать ему несколько секунд, чтобы проверить блокнот, где он фиксировал заказы. После небольшой паузы, он ответил:

– Да, смогу, 20 июня я свободен.

– Вот здорово! Честно говоря, я немного переживала, что опоздала и вас уже кто-то перехватил. Но, рада, что вы, Максим, свободны. Я слышала очень много хороших отзывов про ваши работы.

Макс был польщён и улыбаясь, произнёс:

– Спасибо. Приятно слышать. Можете сказать адрес школы, время выпускного и локации дальнейшей съёмки?

– Да, конечно: 17 Лицей, проспект Мира, 22. Время 16:00. Моя сестра Маша не хочет в ресторан. После торжественной части она, один мальчик – он же её парень – и ещё две девочки из их класса, решили отправиться в парк аттракционов. Они назвали это «прощание с детством».

Сердце Макса пропустило удар, и неприятно сжался узел в области солнечного сплетения. А Олеся продолжала говорить, не подозревая, что чувствует в данный момент нанимаемый ею первоклассный фотограф.

– Я ей говорю, может в ресторан давай, со всеми вместе, а она – нет и всё. Хочет в парке покататься, так сказать напоследок, на всех аттракционах, какие там есть. Сладкая вата, мороженое, воздушные шарики... В общем, она так решила, а её подруги и парень поддержали, на их взгляд, классную идею. Ой, вы простите меня пожалуйста! Зачем я всё это рассказываю вам, отнимаю время, отвлекаю.

Олеся замолчала, но и прощаться не спешила.

Макс кашлянул и легко сказал, что всё нормально, он любит слушать пожелания своих клиентов, ведь это часть его работы. Они ещё перебросились парой фраз и тепло попрощались до условленной даты.

Максиму нравилось представлять, как выглядит телефонный собеседник. Олеся, судя по её голосу, казалась ему высокой брюнеткой, в возрасте примерно лет двадцати пяти, возможно учительница. Потом он усмехнулся и вспомнил, как ошибся насчёт внешности давешней невесты Лизы. И тут же всплыли в памяти снимки, где эта самая Лиза, так гордившаяся своим изысканным атрибутом, украшавшим её аккуратную головку, на снимках была без диадемы...

Макс так и стоял в коридоре с ключами в руках. Идти уже никуда не хотелось, но он всё-таки решил пройтись, проветриться, отвлечься от мрачных мыслей.

***

Максим медленно шёл по тротуару думал, что ему снова предстоит съёмка в этом злосчастном парке аттракционов. Он всем сердцем не желал там больше появляться ни в качестве фотографа, ни как обычный посетить. Это место теперь, наверное, надолго останется в его памяти, как нечто непонятное, необъяснимое и загадочное.

Макс не заметил, как прогулочным шагом добрался почти до центрального парка. От него было рукой подать до квартиры родителей. Он сел на ближайшую лавочку и решил спокойно обдумать дальнейшие действия.

«Итак, что мы имеем на данный момент: снимки со свадьбы, с загадочным образом исчезнувшей диадемой, и снимки с Вованом и Дашей, где отсутствовала коробочка с кольцом. Вопрос: с чего начать?»

Очень хотелось с кем-нибудь поделиться, но все те люди, с которыми он близко общался, не совсем подходили на роль слушателя по данному вопросу, а знакомых гадалок или экстрасенсов у него не было. Удивляясь собственным мыслям, Макс вздохнул и решил просто постараться расслабиться, наслаждаясь простым моментом пребывания на свежем воздухе в парке. До новой съёмки, а именно выпускного девочки Маши, оставалось семь дней. Макс криво усмехнулся и, подражая зловещему голосу из известного ужастика, тихо произнёс:

– Семь дней...

Макс позвонил маме. Она, скорее всего, была на работе, но сегодня пятница, а по пятницам она, иногда, работала не полный день.

Мама почти сразу ответила:

– Да, сыночек, слушаю тебя.

– Мам, привет. Как вы?

– У нас всё хорошо. Отец на работе, а я сегодня до 12 дня. А у тебя как дела?

– Да... тоже всё нормально, – стараясь говорить спокойно, ответил он. – Я сейчас в парке, могу зайти, когда ты будешь дома. Вместе подождём отца.

– Ну конечно заходи! Сейчас почти одиннадцать, я скоро буду. А ты в парке по работе?

– Нет. Я просто... решил пройтись, подышать, а то работы много и... – Максим не знал, что ещё сказать.

– Сынок, я скоро буду дома. Обязательно дождись меня.

И, спохватившись, она спросила:

– Ключи от нашей квартиры у тебя с собой?

Макс проверил сумку и сказал, что да, ключи при нём.

– Тогда заходи. Там в холодильнике есть кусок торта и просто невероятно вкусные конфеты с ликёром – мне на днях подарила моя постоянная клиентка. Можешь кофе сварить, кофемашина заправлена. Не скучай, скоро буду.

Мама отключилась, а Макс неторопливо поднялся и направился к их дому. Он шёл и думал, как хорошо, что у него есть родители. Они живы, здоровы, и он всегда может вот так просто взять и прийти к ним.

Максим уже доедал торт с чаем, когда звук открываемого замка входной двери оповестил, что пришла мама. Он встал и вышел из кухни к ней навстречу. Они обнялись, от мамы пахло её любимым ароматом Climat от Lancôme. Мама любила только эти духи и никакие другие не могли ей их заменить. Затем она помыла руки и прошла на кухню, Макс за ней следом.

– Ты делал чай? А я сварю кофе. Конфеты пробовал? Они невероятные.

– Нет. Но оставшийся торт я доел. Очень вкусный, спасибо.

– На здоровье. Возьми конфетку, настоятельно рекомендую, – она протянула ему большую открытую коробку шоколадных конфет.

Макс взял одну и начал жевать, запивая остатками чая.

– Ого! Я не опьянею? – улыбаясь, спросил он. – Реально вкусно, – Макс зажмурился от удовольствия.

Мама с теплотой и нежностью посмотрела на сына, потом ответила:

– Не переживай. Там на всю коробку не наберётся и ста граммов ликёра.

Они сидели на кухне, как в те времена, когда и Макс тоже жил здесь.

– Рассказывай. Что стряслось? – вдруг спросила мама. – Я же вижу, тебя что-то тревожит, но ты никак не можешь начать об этом говорить.

Макс удивлённо посмотрел на неё и с восхищением произнёс:

– Ну ты даёшь! Неужели я серьёзно выгляжу, как человек, у которого появилась проблема?

Мама пожала плечами и просто сказала:

– Да нет. Просто я твоя мать и слишком хорошо знаю это твоё выражение лица, когда ты о чём-то очень сосредоточенно думаешь, а на вопросы отвечаешь машинально. В такие моменты мне кажется, что я прямо слышу, как шевелятся твои мысли.

Макс вздохнул и признался, что да, у него появились кое-какие вопросы, на которые он не может найти разумный ответ или логическое объяснение.

Мама с лёгкой улыбкой спросила:

– Тема твоего вопроса личная, деликатная? Я, как мать, могу её узнать?

Макс посмотрел на неё и тоже улыбнулся.

– Да, конечно, можешь. Она не личная и не деликатная. Это... нечто необъяснимое. – Он распрямил плечи.

Потом, как на духу, рассказал ей всё с самого начала. Мама внимательно слушала, не перебивала, только один раз уточнила, работал ли он с камерой в том парке до этого. Макс отрицательно покачал головой. Когда Максим закончил свой рассказ, мама с тревогой в голосе произнесла:

– Ты знаешь, я человек не суеверный, но к подобным вещам отношусь, как бы с уважением. Мистикой не интересуюсь, но и не отвергаю её существование. Поэтому скажу только то, что я как мать чувствую: не ходи туда больше. Отказывайся от съёмки в том месте. Мне кажется, так будет правильно.

Макс посмотрел на неё и было заметно, что она нервничает. Он потер руками лицо и устало произнёс:

– Прости, но пока не получится. Я уже согласился там снимать. Это будет двадцатого числа после торжественной части выпускного вечера. Меня попросила одна девушка, чтобы я провёл репортажную съёмку её сестры-выпускницы именно в парке аттракционов.

– Странный выбор локации для выпускников. Разве сейчас они не идут отмечать в ресторан? – с удивлением спросила она.

– Почему, все остальные вроде бы идут, но эта девочка решила таким образом проститься с детством. Она, её парень-одноклассник, и ещё две её подруги хотят прокатиться на каруселях, поесть сладкой ваты, мороженое. На мой взгляд, отличная идея. Очень креативно.

– Да, идея выглядит довольно-таки интересной. Ну, ты достаточно взрослый и самостоятельный, и разумеется, решение останется за тобой, но просто пообещай, что ты не будешь фотографировать этих детей на чёртовом колесе.

Мама смотрела очень серьёзно и с тревогой в голосе продолжила:

– Скажешь, что именно на этом аттракционе не удалось сделать качественные снимки. Это ведь возможно?

Макс смотрел на свою маму, и собственная тревога плавно уходила куда-то далеко. Ему реально стало намного легче. Он улыбнулся, подошёл и нежно обнял самую дорогую женщину на свете.

– Я обещаю. Так и сделаю.

– Спасибо, – просто сказала она.

Они не услышали, как в квартиру зашёл отец семейства. Оба вздрогнули и одновременно обернулись. Макс подошёл поздоровался и обнял отца.

– Привет, сын. Неожиданно. Что-то случилось? – отец выглядел уставшим. Учебный год почти закончился, но в университете на кафедре работы было ещё очень много.

– Да нет, с чего ты взял? – Макс посмотрел на напряжённое лицо матери. – Всё окей. Просто соскучился.

Он непринужденно рассмеялся:

– Могу же я соскучиться?

Отец кивнул и, уже обращаясь к жене, спросил:

– Мариш, что у нас на обед? Я голодный, как дикий вепрь, – после короткой паузы, он добавил шутливым тоном: – А когда я голодный, я ещё и злой.

– Мой руки и проходи к столу, всё уже готово. Пока мы с Максиком тебя ждали, я приготовила пасту с курицей.

– Ого! Звучит вкусно.

Потом они все дружно сидели на уютной кухне и обедали. Хотя время уже было ближе к полднику.

– Что насчёт завтра? Есть идеи? – доедая пасту с ароматным соусом, спросил Андрей Павлович.

– Может на дачу? – осторожно предложил Макс. – Я вчера снимал свадьбу, и мы заехали в Орехово, там дедушка невесты живёт. Он им дачу подарил, в качестве свадебного подарка, представляете?

– А сам куда, этот дедушка невесты? Или он дачу дарит вместе с собой? Так сказать, в качестве бонуса, – Андрей Павлович рассмеялся.

– Вот и они у него спросили, куда он сам... – с грустью произнёс Максим.

Марина Сергеевна покачала головой:

– Нет, на дачу завтра не получится. Жильцов предупредить нужно было заранее. Хотя бы за пару дней.

– Зачем предупреждать, Мариш? Продукты купим. Мы же не явимся с пустыми руками, в самом деле? – Андрей Павлович посмотрел на сына, потом на жену и продолжил: – С утречка купим мясо свежее на рынке, овощей каких, да и у них уже что-то наверняка подоспело. Шашлычки замутим... А, Мариш? Что скажешь? Макс хорошую идею подкинул.

– Ну, не знаю... Неудобно как-то... Без предупреждения… – Марина Сергеевна покачала головой.

Андрей Павлович встал, сказал спасибо большое за вкусный обед и решительно произнёс:

– Всё, завтра мы дружно отправляемся в Орехово. С утра на рынок, а потом на дачу.

– Я всё-таки позвоню, – не унималась Марина Сергеевна. – Ну неудобно, неправильно. Они же просили предупреждать...

– Марина! – Андрей Павлович показательно покачал указательным пальцем. – Ты представь, что сейчас будет. Николаева начнёт суетиться, пироги выпекать, салаты разные рубить. Николай Фёдорович побежит по посёлку в поисках самогона. Я уверен, именно так и будет. Они весь день в огороде, уставшие, пусть себе спокойно отдыхают. Мы завтра позвоним, – он хитро улыбнулся, – когда подъезжать будем.

***

Домой Макс вернулся под вечер. Есть не хотелось – спасибо маме, накормила, ещё и с собой еды завернула. Поэтому он сразу сел за ноутбук. Первым делом проверил все исправленные снимки. Всё оставалось без изменений. Макс усмехнулся и мысленно обратился к самому себе:

«А что ты, собственно, рассчитывал увидеть? Что на одних фотографиях появилось кольцо, а на других исчезнувшая диадема невесты? Ага, конечно...»

Он покачал головой.

«Ладно, ещё не ночь. Можно и поработать. Тем более что отдохнуть сегодня удалось довольно неплохо».

За вечер Максим ещё раз внимательно просмотрел и отредактировал все фотографии, на которых были запечатлены Вован и Даша в кабинке колеса обозрения. Затем занялся свадебной съёмкой. Несколько кадров требовали дополнительной обработки: где-то нужно было подправить цвет, где-то убрать случайно попавших в кадр людей или мелкие детали на заднем плане.

Когда он закончил, часы показывали почти одиннадцать вечера. Глаза слипались от усталости, поэтому Макс решил оставить остальную работу на завтра, после возвращения с дачи. В обещанные клиентам сроки он всё равно укладывался, так что без лишних переживаний выключил ноутбук и отправился спать.

Он проснулся от телефонного звонка. Макс с трудом встал и не глядя кто звонит, сонным голосом произнёс:

– Да, слушаю.

– Доброе утро, сын. Ты что, спишь ещё? – пробасил отец, как показалось Максу слишком громко.

Парень отодвинул телефон от уха и пробормотал:

– Да, пап. Доброе утро. Я… сплю. А сколько времени?

– Ладно, я понял. Поздно уснул вчера, да? Мы на дачу едем, забыл? Я с мамой сейчас на рынке, купили продукты, через несколько минут заедем за тобой. Жди.

Он отключился. Максим посмотрел на время, было почти восемь утра. Не так и рано. Он встал, умылся, заварил кофе и начал собираться.

Родители заехали через двадцать минут. Макс был готов. Он не стал включать ноутбук, всю работу оставил до вечера. Сегодня – только отдых. После всего, что свалилось за эти дни, он ему точно необходим. А дача – как раз то место, где только воздух, река, лес неподалёку, в общем, природа. А природу Макс очень любил.

Он сел в машину к родителям, поздоровался и они поехали. Мама обернулась и пристально глядя на Максима спросила:

– Как ты? Всё хорошо?

– Да, вполне. На удивление, я крепко спал всю ночь.

Мама кивнула, а отец, уловив некую недоговоренность, спросил:

– Я чего-то не знаю?

Максим, придав голосу напускную бодрость быстро ответил:

– С чего ты взял, пап? У меня всё отлично.

Он помолчал и уверенно добавил:

– Абсолютно всё отлично.

– Ну и славно. Рад слышать.

Они выехали из города, и мама еле слышно пробормотала:

– С богом.

Отец промолчал, но Макс увидел в зеркале, как вокруг его глаз образовались морщинки. Он улыбался.

Уже подъезжая к Орехову, мама позвонила жильцам на дачу.

– Здравствуйте, Вера Николаевна. Это Марина. Вы нас извините, пожалуйста, что без предупреждения, мы приедем скоро, – она взглянула на мужа, тот вёл машину с невозмутимым видом. – Я хотела позвонить вчера, но Андрей Павлович не разрешил. Сказал, что хочет сделать вам сюрприз. Вы не волнуйтесь, всё нормально. Продукты мы взяли.

Мама сидела и с виноватым видом слушала, как из трубки доносятся охи, вздохи да причитания, по поводу что же вы не позвонили заранее, мы бы... и так далее...

– Вот видишь, как некрасиво получилось, – она с укором посмотрела на мужа.

– Ничего страшного, – спокойно ответил Андрей Павлович. – Мы не налоговая, и не санэпидстанция. Чего переживать? Да и не чужие люди...

Время, проведённое на даче, пролетело незаметно. Макс не успел до конца насладиться всей красотой этих простых и таких знакомых с детства моментов, как уже опускался вечер. Вера Николаевна всё-таки успела и испекла пирог с ягодами, а также сварила вареники с вишней, так как знала, что это любимое лакомство Максима.

– Ну, дорогие наши друзья, – поднимая стакан с ягодным соком, произнёс Андрей Павлович, – шашлык поели, вареников тоже. Пора, как говорится, и честь знать.

– Спасибо вам, Вера Николаевна. Вы такие молодцы. Везде порядок, – с благодарностью сказала Марина Сергеевна. – Правда, приезжая сюда, я всегда с удовольствием провожу время. Спасибо.

– Да что вы, что вы... – застенчиво качала головой Вера Николаевна. – Вот если бы предупредили, я бы ещё успела приготовить, а так...

– Вы, это... Всё-таки звоните заранее, – произнёс её муж – Николай Фёдорович. – Она ж у меня, – он кивком головы показал на жену, – знаете, какая суетная – ой-ой-ой... – он закатил глаза. Начала охать, причитать, бегать...

Щёки его раскраснелись от выпитого спиртного, но то за встречу и ради гостей, поэтому, обязательно.

Часов в девять вечера они распрощались и уехали. По приезду в город, сначала подвезли домой Макса, потом поехали к себе. Все остались довольны и выглядели счастливыми.

***

Зайдя в свою квартиру, Максим сразу включил ноутбук. Пока он ехал домой, у него появилась идея, которую не терпелось проверить.

Он открыл папку со свадебной съёмкой. Накануне Макс аккуратно разложил все фотографии по папкам: «ЗАГС», «Набережная», «Фонтан», «Дача» и, наконец, «Колесо». Именно папку с последним названием он сейчас и открыл.

Сначала Макс просмотрел уже обработанные фотографии, затем загрузил исходные RAW-файлы и принялся думать, как спасти хотя бы несколько кадров с этой локации. На одних снимках рядом с молодожёнами присутствовал неизвестный субъект. На отредактированных фотографиях этот не-пойми-кто исчезал, но вместе с ним почему-то пропадала и диадема с головы невесты.

Макс решил ещё раз обработать снимки и сразу после этого распечатать их, не оставляя электронные версии до лучших времён. Работа оказалась кропотливой. Он открывал кадры в Photoshop, переносил отдельные фрагменты с соседних снимков серии, восстанавливал фон и заново сохранял результат. На это ушло больше часа, но в итоге ему удалось подготовить четыре отличные фотографии.

На одной было хорошо видно, как жених помогает своей, теперь уже жене, зайти в кабинку, протягивая ей руку. На второй молодые находились уже высоко над землёй, а восстановленный фрагмент с невестой, где её ценное украшение было при ней, настолько удачно вписался в кадр, что заметить вмешательство было практически невозможно. Третий и четвёртый снимки были похожи: молодожёны смеялись, глядя друг на друга, и спасение этих кадров с такими искренними эмоциями определённо стоило потраченного времени.

Максим одобрительно кивнул и включил принтер. Для начала он решил сделать несколько пробных отпечатков. Выбрав стандартный формат фотографий, парень отправил файлы на печать и стал ждать.

Наконец из принтера показался край фотобумаги, а спустя несколько секунд отпечатки были готовы. Макс осторожно взял их в руки и облегчённо выдохнул.

– Yes! Да! Получилось! Фух... Моя взяла...

Он поднялся из-за стола и прошёлся по квартире, радуясь, как ребёнок, который всегда верил в Санту и наконец дождался исполнения своего желания.

Потом, спохватившись, Макс вернулся к ноутбуку и быстро удалил все фотографии, на которых после обработки исчезло украшение. Немного подумав, он удалил и остальные исходные снимки из парка аттракционов, кроме нескольких кадров с родителями молодожёнов. Затем отсканировал только что распечатанные фотографии, чтобы сохранить их электронные копии.

Всё. Самое трудное, по его мнению, осталось позади. Теперь оставались фотографии из других локаций, где изначально всё было в порядке. Конечно, впереди ещё ждала отбраковка кадров и финальная обработка, но хотя бы не придётся возиться с ними столько времени, сколько ушло на снимки с колеса обозрения.

Но это уже завтра. А сегодня – спать.

День начался с телефонных звонков. Сначала позвонили с неизвестного номера с просьбой провести съёмку на выпускном вечере. Первой мыслью Максима было отказаться, но выяснилось, что это торжество в другой день и не у школьников, а в медицинском колледже. Макс согласился, во-первых – это его основная работа, а во-вторых – свою работу он ещё и любил. Следующим позвонил Вован. Друг сходу сообщил, что они с Дарьей подали заявление в ЗАГС и что он, то есть Макс будет свидетелем у них на свадьбе. А когда он увидит свидетельницу, то потеряет дар речи. Она – просто отпад! Дальше Вова спросил, нет ли у Макса знакомого фотографа, так как сам он будет на торжестве задействован в другой важной роли. Макс не успевал думать – не то, что слово вставить.

– Ты, главное, не переживай. Видеосъёмку мы договорили на весь день. Нужен только фотограф. Не спеши, подумай. Я понимаю, что самый супер это ты, но ты мне нужен, как друг жениха, – Вован тараторил без умолку, – Я так счастлив, бро! Ты себе не представляешь!

Он замолчал и Макс смог произнести:

– Я рад за вас с Дашей. Правда, очень рад. Знакомого фотографа у меня, к сожалению, нету. Но, обещаю, что-нибудь обязательно придумаем. И да, спасибо за приглашение на свадьбу и за такую ответственную роль на ней. Я ещё никогда не был свидетелем и понятия не имею, что это...

– Да, брось, брат! Справишься! Там нечего делать на самом деле. Просто находиться рядом с нами и охранять невесту, – он заливисто засмеялся, – чтобы не украли. Традиция такая есть. Слышал?

Они ещё немного поболтали, Макс сказал, что фотографии почти готовы и что уже скоро друг их получит в лучшем виде, после чего парни попрощались.

Максим собрался готовить завтрак, как телефон снова затренькал. На сей раз звонила мама. Он принял звонок.

– Да, мам, привет.

– Здравствуй, сынок. Как ты?

– Всё отлично. Правда. Я вчера просидел до поздней ночи, но всё удалось исправить и даже сохранить, – Макс замолчал и подумал, что сегодня ещё ничего не проверял.

– Рада слышать, – мама вздохнула и продолжила:

– Тут такое дело, – она замялась. – Я не посоветовалась с тобой и имела глупость дать твой номер телефона одним людям, они попросили провести съёмку выпускного вечера у их дочери. Она выпускница нашего медицинского колледжа и, кстати, серьёзно увлекается фотографией!

Мама помолчала и добавила:

– Почти твоя коллега.

– Правда? Ну, супер. Буду рад помочь. Да, кто-то звонил недавно, буквально перед тобой.

Макс продиктовал номер звонившей женщины.

– Да, это она. Людмила Николаевна, она у нас в клинике работает в кабинете физиопроцедур. Прости, что не предупредила тебя и без твоего ведома дала номер.

Макс улыбнулся.

– Прощаю. Я не злюсь, правда, всё хорошо. Но, в следующий раз, лучше сначала говори мне, ладно? – он мягко намекнул, что поступок матери всё-таки не совсем корректный.

– Договорились. Конечно, – клятвенно пообещала она.

Макс сказал, что он согласился, этот день у него был свободен и они договорились.

Мама помолчала несколько секунд и осторожно спросила:

– А они не сказали, в каких местах хотят продолжить съёмку, после торжественной части?

– Нет. Не сказали. Да и не важно, в принципе. Не думай больше про то, что я наговорил тогда. Мне всё удалось исправить, поэтому просто забудь.

И через мгновение добавил:

– Возможно это действительно был какой-то сбой или дефект, или ещё что-то, не достойно внимания и тем более беспокойства.

На этом они попрощались.

Максим наконец принялся за приготовление простого завтрака. Голод уже давал о себе знать. Затем он вернулся к работе. Пока ноут подключался, Макс просмотрел вчерашние распечатанные фотографии и остался доволен. Затем он ещё раз проверил все снимки, с которыми возился вчера. Все они выглядели безупречно. Затем отобрал несколько самых лучших снимков и отправил их уменьшенные копии на почту Лизы для согласования. Всё.

Теперь нужно было приготовить обед. Причём что-то такое, чтобы и на завтра осталось. Готовить Макс не любил. На завтрак он иногда варил гречку или овсянку, но чаще всего это были простые бутерброды с маслом и сыром к чаю.

Сегодня он решил приготовить плов в подаренной мамой мультиварке. Да, суперидея. Он кивнул самому себе и принялся за дело.

До фотосессии выпускного оставалось неполных четыре дня…

***

Ближе к вечеру, накануне выпускного, позвонила Олеся. Она вежливо поздоровалась и с заметным беспокойством спросила:

– Я просто решила уточнить: наша договорённость в силе? Ничего не изменилось?

Макс слегка удивился такому вопросу, но терпеливо ответил, что, разумеется, всё остаётся без изменений. Если бы что-то случилось, он предупредил бы заранее, а не накануне торжества.

Олеся извинилась. По голосу было слышно, что ей неловко. Они ещё раз уточнили место встречи и обсудили дальнейший план действий на вечер.

Напоследок девушка спросила, как именно он будет выглядеть, чтобы они не искали друг друга слишком долго. Максим рассмеялся и ответил, что будет с сумкой через плечо и камерой в руках.

Олеся снова смутилась и принялась извиняться, объясняя, что должна была сама догадаться. В своё оправдание она добавила, что очень волнуется и хочет, чтобы в этот важный день в жизни сестры всё прошло безупречно.

Макс понимающе отнёсся к её переживаниям, заверил, что всё будет хорошо, и они наконец попрощались до завтра. Его удивляло, что все организационные хлопоты взяла на себя старшая сестра выпускницы, а не родители. Впрочем, мало ли какие обстоятельства бывают у людей. Может, они в отъезде или слишком заняты работой.

***

В эту ночь Макс спал плохо. Ему снова приснился тот самый неизвестный субъект. На этот раз мужчина стоял возле одного из аттракционов, засунув руки в карманы светлого костюма. Затем он медленно вытащил одну руку и Макс увидел в ней ту самую коробочку с кольцом, которая исчезла со снимков. Незнакомец смотрел прямо на него и странно улыбался.

Максим хотел подойти ближе, спросить, кто он такой, почему появляется в его снах и с какой целью преследует людей на фотографиях, но... проснулся.

Он поднялся с кровати, умылся и сварил крепкий кофе, но настроение было испорчено. Макс вспомнил, с какой радостью недавно звонил Вовка и рассказывал о назначенной свадьбе, и неприятное чувство вновь шевельнулось где-то внутри.

Позавчера он наконец отправил молодожёнам ссылку на облачную галерею со всеми обработанными фотографиями в полном разрешении. Несколько лучших кадров он пообещал подготовить позже для печати, но основная работа была завершена. Вскоре пришло сообщение от Лизы: снимки им очень понравились, и они готовы оплатить его работу. Макс переслал номер карты, а спустя несколько минут оговорённая сумма поступила на счёт.

Всё. Работа почти закончена. Молодые довольны, деньги получены. И всё же что-то не давало ему покоя. Какое-то смутное, тревожное предчувствие. Да ещё этот странный сон... Уже второй раз ему снился тот человек. Или не человек? Максим тряхнул головой и решил больше об этом не думать. По крайней мере сегодня.

Через несколько часов ему предстояла съёмка выпускного вечера в школе, а затем фотосессия в парке аттракционов. Во сколько он вернётся домой, оставалось только гадать.

***

К назначенному времени Макс уже подъезжал к школе. На парковке было непривычно оживлённо: родители, учителя и нарядные выпускники собирались у главного входа. Закинув на плечо сумку с техникой, он достал камеру и направился к толпе.

Вечер выдался тёплым и безветренным, во дворе уже звучала музыка, а выпускники охотно позировали родственникам на телефоны. Работа начиналась.

– Максим?

Он обернулся. К нему быстрым шагом приближалась молодая девушка – невысокого роста, в светлом платье. Он сразу узнал Олесю по голосу.

– Добрый вечер, – улыбнулась она. – Спасибо, что приехали вовремя. Я уже начала переживать.

– Похоже, вы любите переживать заранее, – с улыбкой заметил Макс.

Олеся смущённо рассмеялась.

– Есть немного.

Она быстро показала ему, где будет проходить торжественная часть, познакомила с классной руководительницей и ещё раз рассказала, какие фотографии особенно важны для Маши.

Через несколько минут прозвучал первый звонок, и выпускной вечер начался.

Торжественная часть пролетела довольно быстро. Макс почти не выпускал камеру из рук. Он снимал вручение аттестатов, счастливые лица выпускников, растроганных учителей и родителей, украдкой вытирающих слёзы. Среди выпускников было двое медалистов, одним из них оказался парень Маши – Артур.

Время от времени Макс просил ребят ненадолго остановиться для общих фотографий, а потом снова переходил к репортажной съёмке, стараясь ловить живые эмоции и не вмешиваться в происходящее.

Когда официальная часть закончилась, во дворе школы началась привычная суета. Выпускники фотографировались с друзьями, обменивались объятиями, обещаниями не теряться и строили планы на лето. Макс сделал ещё несколько групповых снимков класса и только тогда отыскал взглядом Машу. Рядом с ней стояли Артур и две её одноклассницы. Все четверо заметно выделялись на фоне остальных – не спешили к ресторану вместе с классом, и о чём-то оживлённо спорили.

Макс невольно отметил, что за весь вечер так и не увидел родителей Маши. Зато неподалёку находилась Олеся, внимательно следившая за происходящим и время от времени поглядывавшая на младшую сестру.

– Ну что, готовы? – спросил Макс, поправляя ремень камеры на плече.

– Конечно! – первой ответила Маша. – А теперь самое интересное. Едем прощаться с детством.

Отец Артура вызвался подвезти всю компанию детей в парк развлечений. Олесе Макс предложил поехать с ним.

***

В парке аттракционов ребята быстро забыли о торжественной части выпускного. Первым делом они отправились на колесо обозрения. Пока кабинки медленно поднимались всё выше, Макс успел сделать несколько удачных кадров на фоне вечернего города и золотистого закатного неба.

Пока снимал, чувствовал какое-то непонятное напряжение и это ему не нравилось. Он дважды ловил на себе тревожный взгляд Олеси, которая держалась рядом и иногда просила сделать дополнительные фотографии, на её взгляд в удачном ракурсе. Один раз она спросила:

– Максим, всё в порядке? Такое впечатление, что вы не хотите здесь находиться.

Макс посмотрел на девушку и покачал головой, постарался улыбнуться и придав голосу напускную бодрость ответил:

– С чего такие мысли, Олеся? Вам показалось, – он пожал плечами. – Просто во время работы, я очень сосредоточен и боюсь потерять интересный момент. Вот и всё.

Она смущённо кивнула.

Дальше, компания ребят перебралась к «Дракону». Небольшой поезд с грохотом нёсся по извилистым рельсам, заставляя пассажиров то взлетать вверх, то резко падать вниз. Маша и её подруги визжали от восторга, а Артур, наоборот, старательно изображал невозмутимость, чем вызывал ещё больше смеха.

После этого настала очередь автодрома. Здесь Максу пришлось особенно постараться. Машинки постоянно сталкивались, резко меняли направление, а ребята носились по площадке с таким азартом, будто снова стали детьми. Макс едва успевал нажимать на кнопку спуска затвора, ловя искренние улыбки, смех и неподдельную радость.

Первый час съёмки пролетел незаметно. Выпускники дурачились, шутили и наслаждались вечером. Глядя на них через объектив, Макс поймал себя на мысли, что именно ради таких живых эмоций он когда-то и полюбил фотографию. Всё выглядело именно так, как и должно было выглядеть прощание с детством – легко, беззаботно и счастливо.

Через некоторое время ребята проголодались и решили сделать небольшой перерыв. Неподалёку от колеса обозрения находилось уютное кафе-мороженое с открытой верандой. Маша, Артур и две подруги тут же заняли столик у окна. Макс хотел было отказаться, но Олеся настояла, что хотя бы кофе и мороженое он заслужил. В итоге они расположились за соседним столиком.

Первые несколько минут разговор не клеился. Олеся помешивала ложечкой молочный коктейль, а Макс пил кофе и наблюдал, как выпускники шумно обсуждают что-то своё.

– Наверное, тяжело организовывать всё это практически одной? – наконец спросил он.

Олеся улыбнулась, но улыбка получилась немного грустной.

– Уже привыкла.

– А родители не смогли приехать?

Девушка ненадолго замолчала.

– Мама умерла пять лет назад.

Макс сразу пожалел о своём вопросе.

– Извините. Я не знал.

– Всё нормально, – тихо ответила она. – Уже прошло достаточно времени.

Несколько секунд они сидели молча.

– А отец?

– У него теперь другая семья. И живут они далеко. Мы общаемся, но... не слишком часто.

Она пожала плечами, словно говорила о чём-то давно принятом и неизменном.

– Получается, вы с Машей вдвоём?

– Да. Вдвоём…

Олеся посмотрела в сторону сестры. Та как раз смеялась над какой-то шуткой Артура.

– Иногда мне кажется, что она до сих пор считает меня старшей сестрой только на бумаге. На самом деле я давно стала для неё чем-то вроде мамы.

Макс невольно улыбнулся.

– Судя по тому, как вы переживали из-за сегодняшней съёмки, охотно верю.

Олеся смущённо рассмеялась.

– Да уж. Наверное, со стороны это выглядело немного странно.

– Немного, – согласился Макс.

Они переглянулись и одновременно рассмеялись.

– Максим, а давай на ты? А то, мне как-то неловко, когда ко мне обращается на вы человек моего возраста, – Олеся мило улыбнулась.

– Согласен. Давай.

Он промолчал, и спустя пару минут задал интересующий его вопрос:

– А ты, наверное, работаешь в школе, угадал?

Олеся удивлённо посмотрела на Макса, и засмеялась.

– Не совсем. Но почти угадал. Я закончила педагогический колледж, по образованию учитель младших классов и английский язык, но работаю в детском саду – воспитателем.

Макс смотрел на Олесю и понимал, что эта простая приятная девушка нравится ему всё больше. Он представлял её себе несколько иначе, но всё равно интуиция его не подвела.

Парень сделал ещё несколько снимков с ребятами, и они распрощались. С Олесей он договорился, что несколько фото для просмотра пришлёт через пару дней, а максимум через неделю будут готовы все фотографии с обоих локаций.

***

Макс шёл к выходу из парка, когда кто-то его окликнул.

Он остановился и посмотрел в сторону лавочки-качели, где сидели несколько девушек, одна из них встала и улыбаясь, шла к нему. Это была Даша, Вовкина будущая жена.

– Привет, Макс. Ты по работе здесь?

– Привет. Да, снимал детей после выпускного вечера. А ты? Вован не с тобой?

Даша хитро улыбнулась и произнесла:

– Нет. У нас здесь, как бы девичник.

Макс понимающе кивнул, а про себя подумал:

«Ещё одно своеобразное прощание с детством. Или, скорее, со свободой».

Девушка хихикнула.

– Странный выбор локации для такого мероприятия, да?

Макс пожал плечами и спокойно ответил, что отнюдь. Он так не думает.

Даша подошла ближе и заговорщически зашептала:

– Пойдём, я тебя с моей подругой познакомлю. Она у нас на свадьбе будет свидетельницей. Зовут Вика, работает тестировщицей на той же фирме что и Вова. Пойдём. Она классная, тебе понравится. Вова говорил, ты свободен.

Макс улыбнулся, но остался стоять на месте. Перед его глазами вдруг появилось лицо Олеси с умными серо-зелеными глазами, слегка напряжённое, но весьма привлекательное.

Он покачал головой.

– Прости, я устал. На свадьбе познакомлюсь. Не обижайся, мне правда пора. Вовану привет.

Уже вслед, Даша крикнула:

– Спасибо огромное за фотографии, они супер. Рада была увидеться.

Максим обернулся, махнул рукой в знак прощания и быстрым шагом направился к выходу, где на стоянке он оставил свою машину.

***

Домой Макс добрался уже затемно. День выдался длинным и насыщенным. Казалось бы, следовало принять душ и сразу отправиться спать, но мысли о сегодняшней съёмке не давали покоя.

Оставив сумку с техникой возле стола, он включил ноутбук. Затем достал из камеры карту памяти и вставил её в кардридер. Пока файлы копировались на жёсткий диск, Макс прошёл на кухню, заварил себе большую кружку кофе и вернулся в кабинет.

Первым делом он создал новую папку с датой съёмки, а затем разложил фотографии по привычным каталогам: «Школа», «Выпускной», «Парк аттракционов». Последний раздел он открыл не задумываясь. Уж так сложилось, что в последнее время именно снимки из парка вызывали у него наибольший интерес.

Макс запустил Lightroom и начал просматривать RAW-файлы. Сначала всё выглядело совершенно обычно. Вот Маша с подругами возле колеса обозрения. Вот Артур на автодроме. Вот вся компания возле киоска с мороженым. Он отмечал удачные кадры, отбраковывал смазанные снимки и время от времени увеличивал изображение, внимательно изучая детали. Сам Макс не смог бы объяснить, что именно надеялся обнаружить. Возможно, ничего. А возможно, наоборот – нежелательное повторение.

Час спустя на экране осталось около сотни лучших кадров. Он устало потёр глаза, сделал ещё один глоток давно остывшего кофе и открыл следующий снимок. Этот снимок был сделан на колесе обозрения. Макс машинально увеличил изображение, собираясь проверить резкость и, разумеется, кое-что ещё... Вся компания поместилась в кадр удачно. Маша смеялась, Артур что-то говорил, а две её подруги смотрели в сторону города, раскинувшегося далеко внизу. Именно тогда его внимание привлекло тёмное пятно возле кабинки.

Макс нахмурился и увеличил фотографию ещё сильнее. Несколько секунд он молча смотрел на экран.

– Нет... – тихо произнёс он.

Сначала пятно казалось обычным смазом или тенью. Но чем больше он всматривался, тем отчётливее различал знакомые очертания человеческой фигуры. Макс почувствовал неприятное напряжение где-то под рёбрами. Он открыл следующий кадр, потом ещё один, и ещё. На каждом снимке силуэт находился рядом с кабинкой.

Иногда он был едва различим, словно состоял из дыма или тени. На других фотографиях проявлялся гораздо чётче. Макс быстро пролистал несколько кадров вперёд и остановился. На этот раз лицо было видно почти полностью. Тот же мужчина в светлом костюме, те же правильные черты лица и тот же взгляд. Макс непроизвольно подался ближе к экрану. Мужчина смотрел не в объектив, не на Машу, и не на других девочек. Его взгляд был направлен прямо на Артура. Будто из всей компании он выбрал именно этого парня.

Макс откинулся на спинку кресла и несколько секунд сидел неподвижно. Затем открыл исходный RAW-файл и проверил ещё раз. Ничего не изменилось. Силуэт был на месте. Он перевёл взгляд на кружку с давно остывшим кофе, потом снова на экран.

– Ну и что ты на этот раз собираешься отнять?.. –негромко спросил он, сам не заметив, как произнёс эти слова вслух. Максим помолчал какое-то мгновение и добавил:

– Но ведь наверняка что-то отнимешь....

Было поздно, поэтому он решил пока ничего не делать, ничего не исправлять, а оставить всё как есть до утра.

Максим просыпался неспеша. В эту ночь ему приснилась Олеся. Во сне они вдвоём катались на колесе обозрения. Девушка держала Макса за руку и смеялась, хотя было видно, что на самом деле ей страшно. Она просила не отпускать её. Макс смотрел на Олесю, и ему было просто хорошо и легко. И ещё – он совсем не боялся и ни разу не вспомнил того странного человека в светлом костюме, образ которого появлялся на фотографиях.

Наконец он полностью проснулся, потянулся и решительно встал. На кухне Максим сварил кофе и сделал два бутерброда с маслом и сыром, отметив про себя, что пора пополнить запасы продуктов. Затем, прихватив с собой чашку с напитком и тарелку с бутербродами, он прошёл в кабинет и включил ноутбук.

Макс начал работать по привычной схеме. Сначала он отобрал лучшие кадры, затем занялся цветокоррекцией и базовой ретушью. После этого отдельно открыл серию снимков с колеса обозрения, где посторонний образ был особенно заметен, и принялся обрабатывать каждый кадр вручную.

Спустя какое-то время, Максим уже не следил за тем, сколько именно прошло часов, он ещё раз просмотрел все отредактированные фотографии, сравнивая их с исходными RAW-файлами. Убедившись, что результат его устраивает, экспортировал готовые снимки в отдельную папку и только после этого встал из-за стола.

Он прошёл на балкон и выглянул на улицу. Было уже жарко. Часы показывали почти два часа дня. Получалось, что за компьютером он просидел около пяти часов подряд.

«Нужно хоть небольшую разминку сделать», – подумал Макс и несколько раз присел. Потом лёг на пол и ещё десять раз отжался.

Заодно он решил, что пора пообедать. Максим поставил на плиту кастрюлю с водой и достал из морозилки пачку пельменей. В этот момент парень понял, что сегодня всё-таки придётся сходить в супермаркет. Макс с удовольствием пообедал и решил сделать небольшую паузу в работе. Он выключил ноутбук, взял рюкзак, телефон и направился за покупками.

***

До ближайшего супермаркета было около пятнадцати минут пешком. Макс шёл и думал:

«Хоть бы с этими снимками всё было в порядке. Может, так и будет...»

В последние несколько дней он почти ни о чём другом и не думал. Вот это жизнь! Только работа, никакой личной жизни, полноценного отдыха, общения с друзьями... И если раньше эта работа приносила азарт и вдохновение, то сейчас – сплошное напряжение и разочарование.

Конец июня погодой не баловал. Если с утра ещё было терпимо, то к обеду и до самого вечера улицы города превращались в раскалённую духовку. Сегодня не спасала и тень деревьев. Было безветренно и сухой, душный воздух казался осязаемым.

Парень не заметил, как оказался у входа в супермаркет. Макс взял тележку и покатил её между рядами. Он тут же пожалел, что не составил список необходимого. Сейчас наверняка накупит всякой ерунды, а самое важное обязательно забудет.

Макс взял батон хлеба, два пакета молока, пачку масла, два вида сыра, десяток яиц и пачку кофе, после чего направился к кассе. Если что-то и забыл – не беда. Завтра вечером можно будет сходить ещё раз. Хоть причина выйти из дома появится.

– С вас очень-очень-много-денег, – объявила продавщица.

Макс расплатился картой, сложил продукты в пакет и отправился домой.

Вернувшись, он убрал покупки в холодильник. А когда открыл кухонный шкаф, чтобы поставить пачку кофе, понял, что забыл купить гречку, макароны и овсянку.

– Молодец, брат. Поздравляю, – пробормотал он себе под нос. – Завтра снова будешь есть бутерброды на завтрак.

Он захлопнул дверцу шкафчика и побрёл в кабинет продолжать работу с фотографиями. Тем более что послезавтра ему предстояла новая съёмка – выпускной в медицинском колледже. Накапливать работу он не любил. Макс вздохнул и снова включил ноутбук. Было почти шесть вечера. Он решил, что сегодня доделает только серию снимков с колеса обозрения, над которой работал утром.

Максим открыл папку с готовыми фотографиями и начал просматривать кадры один за другим. Пролистав несколько снимков, он нахмурился. Что-то было не так. Он вернулся назад и начал внимательно сравнивать фотографии. Нет, образ мужчины в светлом костюме снова не появился. С этим всё было в порядке. Но исчезла другая деталь – золотая медаль, которая висела на шее Артура.

Макс быстро открыл остальные обработанные фотографии из этой серии. Медали не было ни на одной. Он хорошо помнил, что во время съёмки она постоянно поблёскивала на груди парня и попадала практически в каждый кадр. Ошибиться он не мог.

Нахмурившись, Макс тут же открыл исходные RAW-файлы. Медаль была на месте, как и человек в светлом костюме, стоявший рядом с кабинкой колеса обозрения. Парень несколько секунд молча смотрел на экран. Он слышал, как девчонки говорили Артуру, что медаль он заслужил честно и должен гордиться ею. Они даже шутили, чтобы он её не снимал, потому что вряд ли ему ещё когда-нибудь представится возможность ходить с такой наградой. Теперь же на всех исправленных фотографиях медаль исчезла.

– Отнимающий радость, – вслух произнёс Макс.

Он понятия не имел, откуда появилось это определение, но оно точно соответствовало данному субъекту.

– Сначала кольцо, потом диадема, теперь медаль. Кто следующий в твоём списке? Что ещё ты отнимешь? Кто ты вообще такой, блин?

Макс не испытывал страх, он был растерян и буквально на грани между отчаянием и злостью.

– Теперь снова придётся всё исправлять, – произнёс он с горечью. – Чтоб тебя...

«Реально, больше не буду снимать в этом чёртовом парке аттракционов. Где угодно, только не там. Права была мама... Как всегда права...»– подумал он и принялся за работу, понимая, что уснуть всё равно не получится. Таким он был человеком – ответственным, обязательным, не терпящим хаоса и отложенных на потом дел. И вот в его спокойную и размеренную жизнь с ногами влезло не пойми что...

Он отобрал несколько самых удачных кадров с колеса обозрения и решил восстановить медаль только на них. Остальные похожие снимки без сожаления отправил в отбраковку. В конце концов, какой смысл хранить десяток практически одинаковых фотографий, отличавшихся лишь положением рук, поворотом головы или выражением лица? Для итоговой серии вполне хватило бы нескольких действительно удачных кадров.

Закончив работу, Макс ещё раз внимательно просмотрел исправленные снимки. На этот раз всё выглядело именно так, как должно было быть изначально. Он сохранил изменения, закрыл программу и устало потёр глаза. Потом, спохватившись снова открыл файл с только что изменёнными фото и включил принтер для печати. Рисковать точно не хотелось, а этот метод сработал в прошлый раз, а значит не подведёт и сейчас. Всё. Теперь он был спокоен.

– Не знаю, что ты такое, но я не сдамся, – уставшим, но уверенным голосом произнёс Макс.

За окном давно стемнело. В комнате горел только свет настольной лампы, от которого монитор казался ещё ярче. Парень бросил взгляд на часы и тихо присвистнул. Было уже далеко за полночь.

– Хватит на сегодня, – пробормотал он самому себе.

Макс выключил ноутбук, убрал со стола пустую чашку и прошёлся по квартире, выключая свет. Усталость навалилась внезапно и тяжело. Казалось, стоит только коснуться подушки – и он уснёт мгновенно.

Через несколько минут Максим уже лежал в постели. Он ещё какое-то время смотрел в темноту, думая о странных фотографиях, исчезнувшей медали и человеке в светлом костюме. Но мысли постепенно становились всё более расплывчатыми. Вскоре сон окончательно взял своё, и квартира погрузилась в тишину.

***

Проснулся Макс от телефонного звонка. Он тяжело выныривал из сна, хотя спал крепко и почти ничего не помнил. Звонил Вован.

Максим взял телефон и нажал кнопку ответа.

– Привет. Спишь? – каким-то странным голосом спросил Вова.

Зевая, Макс ответил, что да, ещё спал.

– Разбудил... Прости, – друг вздохнул и после короткой паузы спросил:

– Приехать можно?

Сказать, что Макс удивился, значило не сказать ничего. Он сразу понял: что-то случилось. Сон как рукой сняло. Опасаясь услышать плохие новости, Макс тревожно спросил:

– Что у тебя произошло?

Вован помолчал и просто повторил:

– Я могу приехать? Прямо сейчас?

– Конечно можешь. Жду.

Макс встал с кровати, чувствуя, как тревога усиливается и неприятным холодком расползается где-то в районе солнечного сплетения.

Он прошёл на кухню и включил чайник. Потом прошёл в кабинет и открыл ноутбук. Пока компьютер загружался, закипела вода. Чайник щёлкнул неожиданно громко, и Макс вздрогнул.

– Уже и нервы ни к чёрту... – пробормотал он.

Не успел он додумать эту мысль, как раздался звонок в дверь. Макс поспешил открыть.

Вован стоял на пороге. Вид у него был, мягко говоря, неважный. Помятый, осунувшийся, словно он не спал всю ночь.

– Привет. Я зайду?

Макс молча отступил в сторону. Вова кивнул, снял кроссовки и прошёл в гостиную. Он тяжело опустился в кресло и потухшим взглядом уставился куда-то в сторону книжного шкафа.

Максим сел напротив и осторожно спросил:

– Что у тебя стряслось, бро? Я тебя таким никогда не видел.

Вова наконец поднял глаза.

– Мы с Дашкой расстались. Она ушла от меня. Вчера вечером.

Услышав это, Макс понемногу начал успокаиваться. Да, новость была плохой. Но главное – все живы и здоровы. Он вздохнул.

– Ты себя раньше времени не накручивай. Ну поссорились. Бывает. Помиритесь. Не сегодня и не завтра, но помиритесь.

Максим никогда не умел утешать людей. Он не был психологом и поэтому говорил то, что сам хотел бы услышать на месте друга.

Вова вдруг спросил:

– У тебя случайно ничего выпить нет? Мне так хреново... Будто я умер, но почему-то всё ещё могу ходить и разговаривать.

Макс кивнул. Через минуту он вернулся с початой бутылкой коньяка и двумя низкими широкими стаканами.

– Прости, льда нет.

Он налил немного коньяка Вовке, затем себе.

– Сейчас ещё сыр принесу.

Максим сходил на кухню и вскоре вернулся с нарезкой. Они сидели за журнальным столиком. Между ними стояла бутылка, в стаканах был налит коньяк, но никто из них пока так и не притронулся к спиртному.

Первым тишину нарушил Вова. Слово за словом он начал рассказывать всё по порядку.

– Всё началось позавчера вечером. Дашка вернулась поздно, расстроенная, вся в слезах. Я испугался. Думал, что её кто-то обидел. Они с подругами были в парке аттракционов. Собрались, как она это назвала, на девичник.

Он тяжело вздохнул.

– В общем, оказалось, что она потеряла кольцо. То самое, которое я подарил ей, когда делал предложение.

Вовка замолчал. Макс сказал, что видел Дашу в тот вечер в парке, потому что сам работал там на съёмке. Друг кивнул и продолжил:

– Я начал её успокаивать. Говорил всё, что только мог придумать. Но она ничего не хотела слушать. Только плакала и повторяла, что это знак, что мы поспешили со свадьбой и вообще всё сделали неправильно.

Он покачал головой.

– Знаешь, у меня сложилось впечатление, будто она ждала подходящего повода. Искала причину, чтобы просто взять и всё перечеркнуть.

Максим закатил глаза и невольно усмехнулся.

– Да брось, брат. Не выдумывай. Всё же было хорошо. Даже отлично. Просто она очень расстроилась. Я уверен, вы ещё помиритесь.

Вова вздохнул и пожал плечами.

– Я звонил ей несколько раз. Она не берёт трубку. Такое, блин, впечатление, будто это я во всём виноват!

Макс вдруг подумал, что догадывается, кто на самом деле виноват. Звучало это абсурдно, но...

– Знаешь, бро... Я снимал свадьбу неделю назад. И несколько кадров мы сделали в парке аттракционов. Позавчера я снимал там выпускной. Та же локация. Так вот, в обоих случаях всё пошло по одному и тому же сценарию.

Вова внимательно посмотрел на друга.

– Что ты имеешь в виду?

– Когда я начал обрабатывать фотографии, история повторилась. На снимках с колеса обозрения снова появился тот же человек, которого я видел на ваших фотографиях.

Он немного помолчал, а потом предложил:

– Пойдём в кабинет. Покажу.

Около часа они рассматривали снимки на экране ноутбука.

Сначала фотографии со свадьбы, потом – кадры с выпускного. Они открывали обработанные изображения, затем исходные RAW-файлы и сравнивали их между собой. Иногда перебрасывались короткими фразами, но большую часть времени молчали.

Макс признался, что удалил все фотографии, на которых после обработки исчезла диадема, а вместе с ними и исходные файлы из той серии. Остались только окончательные версии, где украшение удалось восстановить. Зато снимки с выпускного он ещё не удалял и при необходимости мог открыть даже те кадры, которые отправил в корзину.

Он объяснил свои, на первый взгляд, странные действия, и, к его удивлению, Вова отнёсся к этому с пониманием. Друг не только выслушал историю об исчезающих деталях на фотографиях, но и собственными глазами увидел результаты той дополнительной работы, которую Максу приходилось проделывать каждый раз.

– Мистика какая-то... – прошептал он. – Никогда бы не поверил в подобное, если бы сам не увидел. Что за срань?

Некоторое время они молчали. Потом Вова пожал плечами и глухо произнёс:

– Но Дашке обо всём этом знать нельзя. Будет только хуже. А если она узнает, что мне было известно... Вообще никогда меня не поймёт. И уж точно не простит.

– Хочешь, я с ней поговорю? – неожиданно предложил Макс.

– И что ты ей скажешь? Что я приходил сюда, ныл и жаловался? Что это изменит?

Друг устало потёр лицо руками.

– Нет. Я сам. Буду звонить, поеду к ней.

Потом с раздражением добавил:

– Вообще мы вчера наговорили друг другу всякого... Я тоже не железный. Не сдержался. Блин...

– Возьмите паузу. Может, она вам действительно уже была нужна. Сколько вы вместе?

– В следующем году четырнадцатого февраля будет ровно три года.

Вова невесело усмехнулся.

– Она мне всю плешь проела, чтобы я подождал именно до этой даты. Представляешь? Четырнадцатое февраля, три года отношений и День влюблённых в придачу. Для неё это было чуть ли не знаком судьбы. А сейчас, на её взгляд, год неправильный, в сумме получается несчастливое число! А она ещё с прошлого года твердила, что этот год нам не подходит. Какие-то свои расчёты делала, цифры складывала, знаки искала. Я особо не вникал. Считал, что это очередное увлечение.

Он покачал головой.

– Дашка вообще помешана на цифрах, совпадениях, приметах и всяких символах. Иногда меня это забавляло, иногда раздражало. А вчера вечером мы, кажется, высказали друг другу всё, что накопилось за эти два с половиной года.

***

Вова ушёл ближе к вечеру. Выглядел он всё ещё подавленным, но уже не таким потерянным, как несколько часов назад.

Просмотр фотографий ничего не объяснил. Загадок стало только больше. Однако оба старались не позволять всему этому проникнуть слишком глубоко в их жизнь. В конце концов, существовали вполне реальные проблемы, требовавшие решения здесь и сейчас.

Проводив друга, Макс закрыл дверь и некоторое время стоял в прихожей, прислушиваясь к удаляющимся шагам на лестнице. Потом вернулся к своим обычным делам. Он прибрал со стола, вымыл посуду, оставшуюся после их импровизированных посиделок, поставил чайник и сделал себе крепкий кофе. За окном постепенно сгущались сумерки.

Немного отдохнув, Максим снова включил ноутбук. Работы хватало. Уже завтра в пять часов вечера предстояла съёмка выпускного в медицинском колледже, а фотографии со школьного выпускного ещё нужно было согласовать.

Он открыл каталог с готовыми снимками, ещё раз внимательно просмотрел лучшие кадры, после чего экспортировал несколько уменьшенных копий для предварительного просмотра. Такие файлы было удобно отправлять по электронной почте, не перегружая письмо десятками фотографий в полном разрешении. Получателем значилась Олеся.

Макс прикрепил снимки к письму и коротко написал:

«Добрый вечер. Отправляю часть фотографий для предварительного просмотра и согласования. Посмотрите, пожалуйста. Если будут пожелания или замечания – сообщите».

Некоторое время он смотрел на экран, потом нажал кнопку отправки. Письмо исчезло из исходящих. Макс откинулся на спинку кресла и вдруг поймал себя на мысли, что ждёт ответа гораздо сильнее, чем следовало бы.

Ответ пришёл примерно через полчаса. Макс как раз собирался выключать ноутбук, когда раздался характерный звуковой сигнал входящего письма. Он открыл почту.

Олеся писала коротко, но довольно эмоционально:

«Максим, спасибо огромное. Фотографии замечательные! Маша уже успела посмотреть несколько кадров и осталась в полном восторге. Особенно понравились снимки возле колеса обозрения и на Драконе. Даже не думала, что всё получится настолько красиво.

Если честно, я немного переживала, но совершенно зря. Спасибо ещё раз».

Макс невольно улыбнулся. Потом заметил приписку в самом конце письма:

«Надеюсь, следующая съёмка пройдёт не хуже. Постарайтесь сегодня хоть немного отдохнуть, а не просидеть всю ночь за компьютером».

Он перечитал последние строки ещё раз. Странно. Они были совсем простыми, но почему-то настроение сразу стало лучше.

Макс быстро набрал ответ:

«Спасибо. Очень рад, что фотографии понравились. Передавайте привет Маше. И не переживайте, на сегодня я работу закончил. Завтра вечером у меня новая съёмка, поэтому придётся быть в форме».

Отправив письмо, он закрыл почту и некоторое время сидел, глядя в тёмное окно. Впереди была ночь, завтра ещё день обычной работы, а на вечер предстоял выпускной в медицинском колледже.

Максим не знал почему, но впервые за последнюю неделю с лишним поймал себя на том, что думает не о странных фотографиях, а о серо-зелёных глазах одной слишком заботливой старшей сестры.

Максу снова снился парк аттракционов. На этот раз он находился в кабинке колеса обозрения один. Вокруг клубился густой туман, и Макс ничего не мог разглядеть. Он знал, что внизу есть люди, потому что слышал их голоса.

Потом этот эпизод исчез, и вот он уже идёт по парку с незнакомой девушкой. Она на несколько шагов впереди него. Вдруг Макс замечает в траве возле дерева что-то блестящее. Он останавливается и наклоняется, чтобы рассмотреть находку. Это была та самая диадема, которая пропала со свадебных снимков.

Макс поднял её и заметил, что чуть дальше лежит что-то ещё. Он снова наклонился и на этот раз поднял золотую медаль Артура, которая тоже таинственным образом исчезла с фотографий.

Он хотел окликнуть девушку, ушедшую уже далеко вперёд, но понял, что даже не знает её имени. Подозревая, что где-то неподалёку находится и потерянное Дашей кольцо, Макс начал искать, внимательно вглядываясь в траву возле деревьев.

Вдруг девушка, которую он считал ушедшей, оказалась рядом. Она выглядела испуганной и, показывая на его находки, дрожащим голосом произнесла:

– Брось всё это сейчас же! Положи обратно! Это больше не их! Если он увидит...

Она не договорила, а в следующий миг всё вокруг исчезло.

Макс вздрогнул, открыл глаза и понял – это был всего лишь сон. Сердце колотилось так сильно, что даже дышать было трудно. Он посмотрел на время и решил, что пора вставать. Нужно многое успеть. Макс закрыл глаза, пытаясь ещё раз вспомнить все подробности странного сна. Особенно ему хотелось понять, кто была та девушка, которая предостерегала его насчёт найденных вещей.

Пока варился кофе, он продолжал размышлять. А что, если потерянное Дашей кольцо и правда лежит где-то в парке под деревом или кустом? Потом Макс вдруг вспомнил про Лизу. Как она там? Всё ли у неё в порядке? Но как узнать что-либо, он не представлял.

Взяв чашку с кофе, парень вышел на балкон. Было почти десять часов утра, но жары не ощущалось. Солнце спряталось за плотной завесой облаков, а с южной стороны медленно надвигалась лиловая туча. За последние три недели это был первый настоящий намёк на дождь в их городе.

Макс любил дождливую погоду. Ему нравилось наблюдать, как вода с неба омывает улицы, а после яркой вспышки молнии раздаются раскаты грома. Потом, когда дождь заканчивался, он всегда выходил на улицу и наслаждался свежим воздухом.

Ещё ему нравилось фотографировать радугу. Свои первые удачные снимки он сделал именно после дождя. Тогда Максим взял камеру и отправился в городской парк. Там ему удалось сделать несколько очень неплохих кадров.

В объектив случайно попала молодая пара. Макс подошёл к ним, извинился и сказал:

– Я начинающий фотограф. Меня зовут Максим. Не могли бы вы немного попозировать для меня на фоне радуги?

Парень и девушка с радостью согласились. Особенно удачными получались кадры, когда они вели себя естественно. Макс подбирал ракурс, иногда подсказывал, где лучше остановиться или в какую сторону посмотреть.

В конце они обменялись телефонами.

Когда он отправил фотографии, их восторгу не было предела. Ребята искренне поблагодарили его и порекомендовали своим знакомым. Те – своим, а потом ещё кому-то.

Постепенно популярность Макса росла, а вместе с ней появлялись новые клиенты и заказы.

Парень допил остывший кофе и посмотрел на часы. Времени до начала съёмки оставалось не так много. Воспоминания о первых заказах и случайной фотосессии в парке вызвали лёгкую улыбку. Тогда всё было гораздо проще. Он просто радовался удачным кадрам и не искал на снимках того, чего там не должно быть.

Макс вернулся в комнату, проверил заряд аккумуляторов, освободил карты памяти и ещё раз просмотрел список того, что нужно взять с собой. Камеру, запасной объектив, вспышку и небольшой штатив он сложил в рабочую сумку заранее.

После обеда небо всё же затянуло тучами окончательно, но дождь так и не начался.

***

К зданию медицинского колледжа Максим приехал примерно за полчаса до начала торжественной части. На площадке перед входом уже было многолюдно. Выпускники собирались небольшими компаниями, фотографировались друг с другом, обнимались, смеялись и то и дело поправляли праздничные наряды.

Родители держались чуть в стороне, внимательно наблюдая за своими уже совсем взрослыми детьми. Макс привычно осмотрелся, оценивая освещение и наиболее удачные точки для съёмки.

– Максим?

Он обернулся на женский голос. К нему подошла невысокая женщина лет сорока.

– Здравствуйте. Я Людмила Николаевна. Мы с вами созванивались. Мне вас рекомендовала Марина Сергеевна, ваша мама.

Макс сразу узнал заказчицу и приветливо улыбнулся. Они обменялись несколькими фразами, после чего женщина указала взглядом в сторону группы выпускников.

– А вот и моя дочь. Алина.

Макс посмотрел в указанном направлении.

Высокая темноволосая девушка стояла немного в стороне от остальных. В отличие от большинства выпускников, Алина почти не улыбалась. Она отвечала на вопросы однокурсников, иногда кивала, но выглядела какой-то напряжённой и задумчивой. В этот момент девушка подняла голову и их взгляды встретились. Где-то он уже видел её лицо. Эта мысль пришла неожиданно и показалась настолько странной, что он даже усмехнулся.

Но уже через мгновение она отвела взгляд и направилась к своей группе. Макс нахмурился. А потом вспомнил свой сон. Девушка, которая шла впереди него по парку аттракционов. Девушка предупреждавшая его не поднимать найденные вещи. Разумеется, это не могла быть она. Ведь он никогда раньше её не встречал. И всё же неприятный холодок пробежал по спине.

Странное ощущение быстро прошло. В конце концов, впереди была работа, а выпускной вечер только начинался.

***

Торжественная часть прошла почти без задержек.

Макс снимал вручение дипломов, общие фотографии группы, преподавателей и родителей. Иногда приходилось менять точку съёмки, чтобы никто не перекрывал кадр, иногда использовать вспышку.

Работа шла привычно и спокойно. Выпускники выходили на сцену, получали документы, принимали поздравления и возвращались на свои места под аплодисменты друзей и родственников. Несколько раз в объектив попадала и Алина.

Каждый раз Макс невольно задерживал на ней взгляд чуть дольше, чем следовало. Девушка держалась уверенно, отвечала на поздравления, благодарила преподавателей. За весь вечер она почти не улыбалась. На общих снимках улыбка появлялась лишь на секунду, а потом исчезала. Несколько раз Макс ловил её взгляд, устремлённый куда-то в сторону, словно девушка постоянно думала о чем-то своем.

Когда официальная часть закончилась, шум в зале заметно усилился. Кто-то уже договаривался о совместных фотографиях, кто-то спешил к родителям, или обсуждали дальнейшие планы на вечер.

Макс убрал камеру на плечо и подошёл к Людмиле Николаевне, чтобы уточнить программу съёмки.

– Значит так, – улыбнулась женщина. – Ресторан у нас заказан на семь вечера. А до этого ребята хотели немного погулять. Если дождь не начнётся, сделаете ещё несколько кадров в парке.

– Без проблем, – кивнул Макс.

Неподалёку уже собралась большая часть выпускников.

– Так, куда идём? – громко спросил кто-то.

– В парк.

– В какой именно?

– Можно на набережную.

– Там скучно.

– Тогда в городской парк.

– Или вообще в парк аттракционов! – предложил высокий парень из группы. – Выпускной всё-таки!

Несколько человек сразу поддержали идею.

– Точно!

– Было бы весело.

– Давайте туда!

Макс машинально перевёл взгляд на Алину.

Реакция девушки оказалась настолько неожиданной, что разговор вокруг будто на мгновение стих.

– Нет! Только не туда.

Она сказала это слишком быстро и слишком резко. Несколько человек удивлённо посмотрели на неё.

– Почему нет? – усмехнулся кто-то. – Боишься аттракционы?

– Просто нет, – ответила Алина.

Парень хотел что-то добавить, но девушка уже продолжила:

– Куда угодно. В городской парк, на набережную, хоть просто по улицам гулять. Но не туда.

В её голосе прозвучало напряжение, которого раньше почти никто не замечал. Однокурсники переглянулись.

– Да ладно тебе, – сказала одна из девушек. – Что там такого?

Алина на секунду замолчала.

– Ничего, – произнесла она уже спокойнее. – Просто не люблю это место.

Несколько человек пожали плечами.

– Извините... Простите. Не знаю, что на меня нашло. Если хотите – езжайте. Просто я не поеду...

В конце концов спорить никто не стал.

– Хорошо, – согласился парень. – Тогда обычный городской парк.

– И потом сразу в ресторан.

– Отлично.

Решение приняли быстро, и разговор сразу переключился на другие темы. Только Макс заметил, как Алина незаметно выдохнула, словно избежала чего-то действительно неприятного.

Сам он не мог объяснить почему, но упоминание парка аттракционов и у него вызвало знакомое чувство тревоги. То самое, которое появлялось каждый раз, когда он вспоминал странные фотографии, загадочного мужчину в светлом костюме и собственные сны.

Над городом по-прежнему висели тяжёлые серые облака. Если дождь всё же не начнётся, впереди их ждала короткая прогулка в городском парке, а потом ресторан.

Макс ещё не знал, что этот вечер принесёт ему гораздо больше вопросов, чем ответов.

***

Медицинский колледж находился на приличном расстоянии от всех выбранных локаций, поэтому выпускники шумной компанией погрузились в нанятый микроавтобус и очень скоро были на месте. Несмотря на тяжёлые тучи, дождь всё ещё не начинался.

Макс сделал несколько постановочных фотографий возле фонтана, затем на центральной аллее и у одной из цветочных клумб. Работа подходила к концу. Выпускники постепенно расслабились, перестали стесняться камеры и теперь больше смеялись между собой, чем позировали.

Наконец было решено, что на этом прогулку можно завершать и отправляться в ресторан.

Пока ребята собирались возле микроавтобуса, Максим убирал оборудование в сумку и время от времени поглядывал на небо. Где-то далеко сверкнула молния. Он застегнул боковой карман и уже собирался присоединиться к остальным, когда заметил Алину.

Она стояла немного в стороне от группы, возле невысокой ограды, и смотрела куда-то за деревья. Будто совсем не замечала ни разговоров однокурсников, ни праздничной суеты вокруг.

Несколько секунд Макс колебался. С того самого момента, как девушка так резко отреагировала на предложение поехать в парк аттракционов, его не покидало странное чувство. Словно она знала что-то важное. Или сталкивалась с тем же, с чем столкнулся он сам. Поддавшись внезапному порыву, Максим направился к ней.

Услышав шаги, Алина обернулась.

– Алина, вы так не хотели ехать в парк. Можно узнать, почему?

– Не люблю это место.

– Из-за аттракционов?

– Нет.

– Извините за навязчивость, с моей стороны это, наверное, выглядит не совсем корректно…

Девушка посмотрела на Макса и просто пожала плечами.

– Алина, ты скоро? Мы уже готовы ехать.

Она резко обернулась на голос и, пробормотав «Извините, мне пора», быстро пошла в сторону микроавтобуса.

– Максим, поедемте с нами, Мы угощаем. – пропел тот-же голос, и Макс услышал хихиканье.

Он посмотрел на девушек, улыбнулся и, положив руку на сердце, шутливо поклонился.

Кто-то из девчонок задал смелый прямой вопрос:

– Максим, скажите, а у вас есть девушка?

Он снова широко улыбнулся и, поправив ремешок сумки на плече, молча кивнул.

Из салона раздалось несколько разочарованных вздохов. Макс помахал выпускникам рукой, пожелал удачи в будущем и направился к своей машине.

***

Следующие несколько дней прошли за привычной работой. Макс позвонил родителям и узнал, что мама собирается в отпуск, а у отца намечается какой-то семинар в другом городе. Ещё мама сообщила, что она едет в санаторий на десять дней и очень просит, по возможности, хотя бы пару раз заглянуть и полить цветы. Он пообещал, что непременно выполнит просьбу, пожелал ей хорошего отдыха, и они тепло попрощались.

Новых заказов пока не было, поэтому Максим завершил работать над снимками с выпускного вечера школьников и занялся снимками с медколледжа.

Каждый вечер он переносил фотографии на компьютер, сортировал снимки, удалял неудачные дубли и отмечал лучшие кадры для обработки. Выпускной в колледже оказался на редкость удачным. Большинство фотографий получились резкими и живыми, а пасмурная погода даже пошла на пользу – мягкий рассеянный свет сделал лица более естественными и избавил от резких теней.

В один из вечеров Макс закончил очередную серию снимков и откинулся на спинку стула. Он машинально открыл фотографии ещё раз и внимательно просмотрел их от начала до конца.

Колледж: вручение дипломов, общие фотографии группы. Прогулка по городскому парку. Фото у фонтана. Центральная аллея. Ничего необычного. Никаких странных силуэтов на заднем плане. Никаких размытых образов или мужчин в светлом костюме. Макс сам усмехнулся своим мыслям. В конце концов, парк аттракционов и городской парк – совершенно разные места.

В этот момент на экране телефона появилось новое сообщение.

Писала Людмила Николаевна.

Она сообщала, что по работе вынуждена на несколько дней уехать из города. Затем поблагодарила Макса за работу и попросила все вопросы, связанные с фотографиями, согласовывать напрямую с Алиной. Ниже был указан её номер телефона.

Макс несколько секунд смотрел на сообщение. Само по себе оно ничего не значило. Обычная рабочая ситуация. Но он неожиданно вспомнил реакцию Алины, когда кто-то предложил поехать в парк аттракционов. А потом вспомнил сон... И девушку, предупреждавшую его не поднимать найденные вещи.

Несколько минут он сидел неподвижно, глядя на экран монитора. Наконец взял телефон и набрал номер.

– Здравствуйте, Алина. Это Максим, фотограф с выпускного.

– Да, здравствуйте.

– Фотографии почти готовы, но я хотел уточнить несколько моментов по снимкам.

– Да, конечно. Только завтра я буду занята весь день, – она помолчала. – Простите, и послезавтра тоже... Но вечером я свободна.

– Отлично, тогда давайте встретимся в центральном парке послезавтра, часов в шесть вечера.

– Да, к этому времени я освобожусь.

– Договорились.

***

Через два дня они встретились в назначенное время.

– Здравствуйте, Алина. Как вы?

– Здравствуйте. Всё хорошо. По телефону вы сказали, что снимки готовы, но…

Макс улыбнулся и кивнул.

– Да, фотографии почти готовы. Но мне бы хотелось с вами поговорить.

Девушка пожала плечами, и они прошли по аллее, потом присели на свободную скамейку.

Он вдруг, занервничал и не знал с чего начать, поэтому просто задал всё тот же вопрос:

– Алина, можете сказать, почему всё-таки вы так категорично отказались тогда от поездки в парк аттракционов?

Она вздохнула.

– Нет, это не из-за аттракционов…

– Тогда из-за чего?

Алина смотрела куда-то в сторону и довольно долго молчала. Потом наконец произнесла:

– Просто... Это место оставляет нехорошее ощущение. И...

Она не договорила.

Макс посмотрел вдаль. Вечернее небо время от времени освещали вспышки молний. Через несколько секунд до них донёсся приглушённый раскат грома. Ветра почти не было, и воздух казался неподвижным, словно прозрачная невидимая стена окружала всё вокруг.

Первым тишину нарушил Максим.

– Наверное, будет дождь. В тот вечер его так и не было.

Он немного помолчал, а потом повернулся к девушке.

– Скажите, вы фотографировали в парке аттракционов?

Алина вздрогнула и внимательно посмотрела на него.

Этого оказалось достаточно. Макс сразу понял, что не ошибся. Несколько секунд они молчали.

– Почему вы спрашиваете? – наконец произнесла девушка.

Он пожал плечами.

– Потому что я тоже снимал в том парке и...

– Вы тоже видели его? – почти шёпотом перебила она.

– Да. После просмотра фотографий на компьютере я кое-что заметил.

– Мужчину в светлом костюме?

– Да. Его. Но отчётливо я видел его только на снимках с колеса обозрения. На остальных фотографиях это было скорее пятно, силуэт или тень.

Макс неопределённо развёл руками.

– Скажите, а когда вы впервые снимали в парке аттракционов? – спросил он.

Девушка задумалась.

– О... Я всегда буду помнить тот день. Это было в прошлом году, пятого сентября. Мы отмечали день рождения одной девочки из нашей группы. Диане исполнилось двадцать лет. Она почти на год старше нас. Поступила не сразу.

Алина замолчала.

– И тогда вы впервые его увидели? – тихо спросил Макс.

Она кивнула.

– Вечером я просматривала фотографии и заметила что-то странное. На одном снимке с колеса обозрения появился непонятный силуэт. Потом ещё на одном. Сначала это был просто размытый образ человека. Но чем выше находилась кабина, тем отчётливее становились его черты.

Девушка невольно поёжилась.

– Этого... призрака. Даже не знаю, как его назвать.

Макс слушал и невольно вспоминал собственное знакомство с загадочным человеком.

– Честно говоря, сначала я решила, что это какой-то дефект снимков или проблема с объективом, – продолжила Алина. – Даже расстроилась. Фотографии получились очень хорошими, и тут такое... Потом решила просто отредактировать всё, что можно было исправить. Вы же понимаете?

Макс кивнул.

– После этого я успокоилась и легла спать. А утром первым делом открыла сохранённые фотографии.

Она опустила голову и несколько секунд молчала.

– И что?

– А там...

Алина глубоко вздохнула.

– Казалось, будто снимки жили собственной жизнью, пока я спала.

Макс почувствовал, как внутри всё неприятно сжалось.

– Что исчезло на тех снимках?

Девушка подняла на него взгляд.

– Букет цветов. Тот самый, который Диане подарили на день рождения.

Она ненадолго замолчала.

– Через несколько дней она перестала ходить на занятия. Мы звонили ей, приходили домой, пытались поговорить. Но она никого не хотела видеть.

Голос Алины стал тише.

– Потом однажды пришла в колледж, когда мы были на практике в центральной больнице, забрала документы и ушла. Просто бросила учёбу. Без объяснений.

Макс молчал. Он уже слишком хорошо понимал, что это не случайность.

– Вы потом снова редактировали фотографии? – спросил он. – Пытались вернуть букет?

– Да. Я всё исправила обратно.

Алина грустно усмехнулась.

– Но никому ничего не рассказала. Да и как такое расскажешь? Некоторое время я вообще думала, что схожу с ума. Что мне всё это показалось. Что на фотографиях никогда не было ничего странного.

Она посмотрела на Макса.

– Но после разговора с вами мне стало легче. Совсем немного, но легче.

Макс понимающе кивнул.

– После этого вы ещё снимали в том парке?

Алина опустила взгляд.

– Да.

Ответ прозвучал почти неслышно.

– Я специально туда вернулась. Фотографировала случайных людей. Хотела проверить себя. Убедиться, что мне не показалось.

– И?

– Он был на каждом снимке. А на некоторых, его хорошо было видно не только возле колеса обозрения, но и в других местах парка…

На этот раз девушка смотрела прямо на Макса. Парень, опустив взгляд, тихо спросил:

– Вы пытались что-то исправлять на них?

Алина посмотрела на свои руки, сжимающие сумочку, поправила волосы и отрицательно покачала головой.

– Нет. Я не рискнула. Мне казалось это неправильным – вмешиваться в чужую судьбу без их ведома. Я не удаляла этот… образ и потом, после, ещё посматривала эти фотографии. Они оставались без изменений.

Через некоторое время она тихо спросила:

– А сколько раз вы снимали в парке аттракционов?

Макс честно ответил:

– Трижды... Трижды я снимал в этом месте, – он посмотрел на небо и продолжил свой рассказ. – Первый раз я фотографировал своего друга с его девушкой, – Максим усмехнулся, но улыбка вышла грустной. – Они были такими счастливыми в тот день.

– Почему «были»? – спросила Алина.

Максим выпрямил спину, потом посмотрел на девушку и тихо произнёс:

– Они серьёзно поссорились. Уже после того, как успели подать заявление в ЗАГС. В тот день, на колесе обозрения, мой друг сделал ей предложение. А мне удалось запечатлеть этот момент. Просматривая вечером снимки, я первый раз заметил это... не пойми что. Тоже думал, что какой-то дефект или ещё что-то. Но потом чётко увидел не просто тень, а полноценный образ человека. Особенно на тех кадрах, где кабинка колеса была высоко над землёй.

Макс замолчал. Алина внимательно слушала, и даже казалось, что едва дышала.

– А что случилось потом? – осторожно спросила она.

– Потом я внёс изменения, а именно вырезал этого... человека. А на следующий день, просматривая снимки, я заметил, что пропала коробочка с кольцом. Ещё через несколько дней, девушка моего друга – Даша – потеряла это кольцо... – Макс помолчал и добавил, – когда отдыхала в том же парке аттракционов с подругами. Вот такая история.

Алина выглядела очень грустной. Она сидела рядом с Максом и теребила ремешок кожаной сумочки. Потом повернула голову, взглянула на него и спросила:

– А что было в другие два раза?

Максим не успел ответить, так как просто над их головами сверкнула молния и через пару секунд раздался оглушительный грохот грома. Они, не сговариваясь, встали и быстрым шагом направились в сторону крытой беседки. Там уже собирались люди, чтобы тоже укрыться от дождя.

Макс выглянул из беседки и посмотрел на небо, потом обращаясь к Алине, произнёс:

– Моя машина на стоянке возле парка. Как думаете, успеем добежать?

Девушка взглянула на него и внезапно широко улыбнулась.

– Не знаю. В последний раз я бегала в колледже на уроке физкультуры.

Макс засмеялся.

– Я тоже очень давно не бегал быстро. Последний раз в университете и тоже на занятии по физкультуре. Рискнем?

Она снова улыбнулась и кивнула.

– Бежим!

И они побежали. Когда до стоянки оставалось около тридцати метров, на землю упали первые холодные капли. Алина ойкнула, и побежала быстрее, а Макс, втянув голову в плечи, на ходу вытащил из сумки ключи.

– Успели! – воскликнула девушка и засмеялась.

Макс захлопнул дверцу машины и через мгновение поток воды буквально обрушился на город.

– Вот это дождь! Люблю дождь, а вы? – Алина повернулась лицом к Максиму.

– Я очень люблю дождь. Особенно радугу после него.

– Я тоже, – выдохнула она. – Обожаю бродить с камерой и ловить интересные моменты. Природа удивительна и щедра. Как вы считаете, Максим?

Он посмотрел на девушку и подумал, что она очень привлекательная молодая леди. Тёмные волосы были собраны в аккуратный пучок, в ушах поблёскивали маленькие серебряные серёжки, а на лице не было ни капли косметики. Ему всегда нравились именно такие девушки: простые, без излишеств. А ещё у неё была очень красивая улыбка. Он, наверное, староват для неё. Макс невольно усмехнулся.

– Да, вы правы, Алина. Природа щедра и уникальна. Нужно всего лишь суметь разглядеть эту красоту.

– Смотрите, дождь закончился. Интересно, появится ли радуга? Обычно после грозы она всегда есть, – девушка посмотрела на Макса и спросила: – А вы не хотите пройтись? И рассказать остальные две истории, связанные с тем парком?

Макс согласно кивнул, и они вышли на улицу.

Воздух был свежим, громко пели птицы, а на небе действительно появилась радуга. Молодые люди стояли рядом, любуясь этим удивительным явлением. Вдруг Алина тихо произнесла:

– Бабушка всегда говорила: когда видишь радугу, нужно загадать желание. И оно непременно сбудется.

Девушка закрыла глаза, и на её лице появилось мечтательное выражение. Через несколько секунд она вновь посмотрела на Макса.

– А вы верите в эту примету?

Макс улыбнулся и пожал плечами.

– Почему бы и нет? Верю.

Он загадал, чтобы больше никогда на его снимках не появлялся этот загадочный человек в светлом костюме. Странно, но впервые за долгое время это желание показалось ему по-настоящему важным.

Они ещё немного прошлись по дорожке, и Максим рассказал историю про исчезнувшую диадему на свадебных снимках. Затем – про фотографии со школьного выпускного и о том, как на них пропала золотая медаль одного из выпускников.

Алина слушала и всё больше мрачнела. Девушка нервным движением поправила ремень сумки на плече и произнесла:

– Хорошо, что я не стала ничего корректировать на тех фотографиях с незнакомыми людьми.

Она помолчала, а потом вдруг резко остановилась.

– А вам ничего не известно про судьбу той девушки, Лизы? У которой на снимках исчезла диадема?

Макс отрицательно покачал головой.

– Нет. После свадьбы мы больше не общались.

Алина задумчиво посмотрела себе под ноги.

– Было бы неплохо как-нибудь узнать, что с ней сейчас. Как вы считаете, Максим?

Парень кивнул.

– Я думал об этом. Но пока не понимаю, как сделать это ненавязчиво.

Он сделал ещё несколько шагов, а потом вдруг остановился.

– Хотя... Знаете, есть одна идея.

И Макс рассказал про дедушку невесты, у которого дача находилась в том же посёлке, где жили его родители.

– Можно съездить туда и просто заглянуть в гости. Скажем, что оказались неподалёку и решили проведать.

В глазах Алины сразу появился интерес.

– А когда вы собираетесь туда поехать?

Макс задумался. Вообще-то никаких конкретных планов у него ещё не было, но откладывать поездку не хотелось.

– Думаю, на днях.

Алина остановилась и вопросительно посмотрела на него.

– А можно мне с вами?

Такой резкий поворот немного удивил Макса. Но он быстро справился с неожиданностью и улыбнулся.

– Почему нет? Поедем вдвоём.

Девушка заметно оживилась.

Они договорились встретиться послезавтра утром в этом же парке и вместе отправиться в посёлок. Возможно, дедушка Лизы и не видел внучку часто, но наверняка поддерживал с ней связь и мог рассказать что-нибудь полезное.

Постепенно опускался вечер. Небо после недавнего дождя выглядело особенно красивым. Между облаками ещё пробивались лучи заходящего солнца, окрашивая их в золотистые и розовые оттенки.

Некоторое время они просто шли молча.

– Уже поздно. Пора домой, – с какой-то грустью в голосе произнесла девушка.

Макс посмотрел на часы и кивнул.

– Тогда я вас подвезу.

Алина не отказалась.

Домой Макс вернулся уже затемно.

Сначала он принял душ, поставил чайник и только потом включил компьютер. Пока закипала вода, он открыл папку с выпускного медицинского колледжа. Работа почти закончилась. Оставалось проверить несколько кадров, уменьшить копии для электронной почты и подготовить финальный архив. Макс медленно листал снимки.

Вот вручение дипломов, затем общая фотография группы возле колледжа. Вот кадры из городского парка. Максим открыл папку с портретными кадрами выпускников.

Сам того не замечая, он задержался на снимках Алины. Объектив любил её лицо. Почти на каждом снимке девушка получалась особенно удачно. Где-то она смотрела в сторону, где-то задумчиво слушала однокурсников, где-то просто стояла возле фонтана, слегка придерживая волосы рукой. Лишь одно не вязалось с общей картиной праздника – на большинстве фотографий Алина выглядела грустной, или задумчивой. Словно даже в день собственного выпускного её мысли находились где-то далеко.

Он вспомнил их сегодняшнюю прогулку и неожиданно поймал себя на мысли, что ему гораздо больше нравится её улыбка – настоящая, та, которую он видел всего несколько раз. Когда она появлялась, лицо девушки словно менялось. Исчезала тревога, становился мягче взгляд, и Алина сразу выглядела совсем другой.

Макс невольно улыбнулся собственным мыслям. Потом открыл программу для отправки почты и начал прикреплять уменьшенные копии фотографий. Через несколько минут письмо было готово. Он ещё раз проверил адрес получателя и нажал кнопку отправки. Письмо ушло.

Максим откинулся на спинку стула и задумался. А потом понял, что теперь он думает уже о двух девушках. Сначала появилась Олеся – добрая, открытая, живая. С ней было легко и спокойно общаться.

Теперь – Алина. Загадочная, серьёзная и словно связанная с той частью его жизни, которую он сам до конца не понимал. Макс усмехнулся. Ещё несколько недель назад подобная проблема показалась бы ему смешной. Теперь же он всё чаще ловил себя на том, что не может понять, кто из них нравится ему больше.

Впрочем, сейчас его волновало совсем другое. Послезавтра они с Алиной собирались ехать в посёлок к дедушке Лизы. И почему-то Максу казалось, что эта поездка может дать ответы на вопросы, которые пока оставались загадкой.

***

Максим уже подъезжал к центральному парку, когда телефон завибрировал. Он бросил взгляд на экран и удивился. Звонила Олеся. Макс нажал кнопку приёма вызова.

– Да, слушаю. Здравствуй.

– Здравствуй, Максим. Это Олеся.

– Да, ты у меня подписана.

– Ох... Тебе удобно говорить? Ты не занят? – спохватилась девушка.

– Если честно, немного занят. Сейчас уезжаю из города. Недалеко, всего на пару-тройку часов. У тебя что-то срочное?

В трубке на несколько секунд повисла тишина. Потом Олеся неуверенно произнесла:

– Нет. Не срочно. Просто... Я звоню насчёт фотографий.

Макс невольно напрягся.

– А что с фотографиями?

– Нет-нет, с ними всё хорошо, – быстро ответила девушка. – Просто тут такое дело... В общем, Маша поссорилась с Артуром и...

Она запнулась.

– Ты прости, пожалуйста, но не могли бы мы встретиться? Тогда я подробно объясню свою просьбу.

В её голосе слышалось смущение и какая-то вина.

Макс почувствовал неприятный холодок где-то под рёбрами.

– Да, конечно. Давай я вернусь домой и напишу тебе или позвоню. Договорились?

– Да. Спасибо большое. Буду ждать. До свидания.

– До встречи, Олеся.

Макс завершил вызов и некоторое время сидел молча.

«Что могло случиться? Поссорились... Неужели это связано с тем человеком на фотографиях и исчезнувшей медалью? И чем я вообще могу помочь?»

Он тряхнул головой, отгоняя тревожные мысли, и постарался сосредоточиться на предстоящей поездке. К парку Макс подъехал вовремя. Он вышел из машины, осмотрелся и понял, что Алины ещё нет. Парень сел на ближайшую скамейку. Мысли снова вернулись к Олесе. По голосу было слышно, что девушка расстроена. Наверное, Маша тяжело переживает ссору, а Олеся видит всё это и беспокоится за сестру. Он вздохнул. Во время съёмки ребята выглядели такими счастливыми. Шутили, смеялись, строили планы. Прошло совсем немного времени. Что могло произойти?

В следующий момент Макс заметил Алину. Она перешла улицу и направлялась к нему. В одной руке девушка держала пакет, а в другой – коробку с тортом. Макс невольно улыбнулся.

«Какая же она молодец», – подумал он.

А ведь сам даже не вспомнил о таком очевидном моменте. Действительно, неудобно ехать в гости к пожилому человеку с пустыми руками. Макс покачал головой, мысленно упрекая себя.

– Привет. Ой... Здравствуйте.

Щёки Алины слегка порозовели. Макс сразу понял, что её смутило.

– Привет. Предлагаю перейти на «ты». Мне не так много лет, как тебе, наверное, кажется.

Он засмеялся. Алина тоже улыбнулась.

– Согласна.

Потом показала пакет.

– Я подумала, что будет некрасиво приходить к этому дедушке с пустыми руками. Поэтому купила чай, немного печенья и торт. Как думаешь?

– Думаю, ты просто умница, – Макс покачал головой. – А я совершенно выпустил это из виду. Так что ты меня спасла.

Алина рассмеялась.

– Тогда хорошо.

– Ну что, поехали?

– Поехали.

Они сели в машину и выехали со стоянки. Некоторое время ехали молча. Потом Макс всё же решился спросить:

– Когда мы разговаривали в парке, я хотел узнать... Этот человек в светлом костюме... Он снился тебе?

Едва задав вопрос, Максим пожалел об этом. Алина заметно напряглась и побледнела.

– Да. Несколько раз.

Она сглотнула.

– Ты тоже видел его во сне?

Макс кивнул.

– Прости. Не стоило спрашивать. Ты побледнела. Извини.

Алина покачала головой.

– Всё нормально. Просто... Я столько времени носила это в себе. Теперь наконец-то могу об этом говорить.

Она ненадолго замолчала.

– Тогда мне было не по себе. Даже страшно. Со временем эта история начала забываться, перестала казаться важной. Но после выпускного, когда ребята заговорили о парке аттракционов, я по-настоящему испугалась.

Девушка посмотрела в окно.

– Я подумала, что если все захотят поехать туда, а откажусь только я, то это будет выглядеть глупо. По-детски. Но ведь никто из них не понимал почему.

– Я бы тоже отказался, – спокойно сказал Макс. – Нашёл бы любую причину туда не ехать.

Он посмотрел на Алину и встретился с её благодарным взглядом.

– Теперь я это понимаю, – тихо ответила она. – Но тогда ведь я ещё не знала, что ты тоже всё это видел.

После этих слов в машине снова стало тихо. А Макс думал о другом. Стоит ли рассказывать ей про недавний сон? Про найденные в парке вещи, исчезнувшие с фотографий. Про девушку, удивительно похожую на Алину, которая предупреждала его не прикасаться к ним. Или пока оставить это при себе?

Некоторое время они ехали молча. Макс был сосредоточен на дороге, а Алина, видимо, решила его не отвлекать. Наконец впереди показался знакомый поворот и указатель с названием дачного посёлка «Орехово».

– Мы почти на месте, – сообщил он.

– Хорошо. Ты уже решил, с чего начнёшь разговор?

Макс задумался. Разумеется, ничего заранее он не репетировал.

– Если честно, нет, – он улыбнулся и посмотрел на девушку. – Но, думаю, там будет видно. Придётся импровизировать.

Вскоре по правую сторону появилась знакомая металлическая калитка.

– Приехали. Нам сюда.

Они вышли из машины и тут же услышали громкий лай собаки. К ним выбежал лохматый дворовый пёс. Следом за ним показался хозяин. Стариком его назвать было трудно. Скорее пожилой мужчина, но всё ещё бодрый и энергичный.

– Кудряш, назад! – крикнул он, обращаясь к собаке.

Молодые люди подошли ближе.

– Здравствуйте, Семёнович, – громко поздоровался Макс.

Мужчина открыл калитку.

– И вам не хворать. Вы кто будете? – спросил он, с любопытством переводя взгляд с Макса на Алину.

Максим представился сам и представил девушку.

– Я фотограф. Может, помните меня? Я снимал свадьбу вашей внучки Лизы.

Услышав последние слова, дедушка сразу помрачнел. Опустил взгляд и тяжело вздохнул. Потом махнул рукой и с горечью произнёс:

– Эх, свадьба... Разбежались уже... Не нажили ничего, а уже разругались. И недели не прошло, как поссорились. Теперь даже в ЗАГС разводиться собрались. Во как!

Макс и Алина переглянулись. Мужчина не спросил о цели их визита. Просто стоял, опираясь на деревянный столбик, на котором устроился большой серый кот. Пёс сидел рядом и лениво покусывал собственный лохматый хвост.

Макс осторожно поинтересовался:

– А можно узнать, что случилось? Почему они не вместе?

Семёнович внимательно посмотрел на него и неожиданно предложил пройти в дом и поговорить. Дескать, он почти всё время один, скучает. Дочь с зятем звонят редко, а уж чтобы приехать проведать – и вовсе не вспомнить, когда такое было в последний раз. После свадьбы заехали ненадолго, а потом словно забыли дорогу.

Они вошли в дом. Перед ними открылась комната, заставленная старой, потёртой мебелью. Но, несмотря на возраст вещей, здесь было чисто и аккуратно. Сразу становилось понятно, что хозяин тщательно следит за своим жилищем.

Семёнович предложил гостям садиться за стол. Алина достала из пакета чай, печенье и поставила на стол коробку с тортом.

– Ого! Торт! Ну, спасибо вам. Сейчас чай поставлю.

Он ушёл в соседнюю комнату. Через некоторое время послышался шум льющейся воды, а затем зашумел электрический чайник.

– Лизонька приезжала совсем недавно. Тоже с гостинцами, – донёсся его голос. – Расстроенная была очень, моя маленькая... Она ведь, можно сказать, выросла здесь. Со мной и моей покойной женой. Её тоже Елизаветой звали.

Он перекрестился в сторону икон.

– Пять лет уже, как схоронил.

Семёнович ненадолго опустил голову. В этот момент чайник закипел и щёлкнул. Мужчина вернулся с чашками, блюдцами и маленькими ложечками. Алина открыла коробку и аккуратно переложила торт на большую тарелку.

Семёнович повертел в руках пачку купленного чая и улыбнулся.

– Такой чай вы ещё успеете попробовать. А я вас сейчас своим особенным сбором угощу.

Он быстро вернулся с заварочным чайником, насыпал в него несколько ложек сушёных трав и залил их кипятком.

– Пять минут, и будет готово.

Вскоре комнату наполнил приятный цветочный аромат душистых трав.

– Ну вот. Сейчас будем пить настоящий чай.

Мужчина аккуратно разлил ароматную розоватую жидкость по чашкам, а Алина долила кипяток из электрического чайника.

– Запах просто невероятный, – с восхищением произнесла она. – Что здесь? Или это секрет?

– Да какие там секреты, – улыбнулся Семёнович. – Лепестки чайной розы, базилик, чернобрывцы, мята двух сортов, листья смородины, липовый цвет и совсем немного бузины.

Чай действительно оказался очень вкусным. Некоторое время они молча пили чай и ели торт.

Первым нарушил тишину хозяин дома.

– А вы приехали по какому-то делу или так... – он усмехнулся, – старика проведать?

«Вот оно. Нужно сказать, что были по пути и решили заехать», – подумал Макс.

– В этом посёлке дача моих родителей. Мы решили съездить туда, а заодно и вас навестить.

Семёнович кивнул и просто сказал, что очень рад гостям.

Максим, стараясь говорить как можно деликатнее, снова спросил:

– А что всё-таки случилось в такой молодой семье?

Семёнович тяжело вздохнул. Некоторое время молчал, словно не хотел возвращаться к этой теме, а потом нехотя ответил:

– Со слов моей малышки, её хвалёный Антон, как оказалось, давно изменял ей с другой женщиной. А известно об этом стало совсем недавно. Он, подлец этакий, всё скрывал. На что надеялся – не понимаю...

Мужчина покачал головой.

– Лизонька ведь совсем молодая. Девятнадцать годков всего.

Он снова вздохнул.

– Встречаться они начали сразу после школы. Потом она поступила в институт иностранных языков. Представляете?

Последние слова дедушка произнёс с особой гордостью.

– Недавно приезжала ко мне попрощаться. Уезжает в другой город. Там её родная тётя по отцу живёт. Одинокая женщина. Позвала к себе, а Лизонька согласилась.

До этого молчавшая Алина извинилась и предложила помочь убрать со стола и вымыть чашки, но Семёнович категорически отказался.

– Нет-нет. Всё сам.

Они посидели ещё немного, разговаривая о разных мелочах, а потом начали собираться домой.

– Спасибо большое за чай. Очень вкусный, правда, – сказал Макс.

Алина улыбнулась и тоже, поддерживая Максима, согласно кивнула.

Уже на улице, провожая гостей до калитки, Семёнович вдруг спросил:

– Вы ведь фотографировали свадьбу. Не могли бы вы как-нибудь передать мне несколько снимков? Если, конечно, это возможно.

Потом быстро добавил:

– Это, наверное, дорого. Я заплачу.

– Не нужно ничего платить, – сразу ответил Макс. – В следующий раз обязательно привезу фотографии. Тем более на некоторых снимках есть и вы. Помните? Вы ещё поздравляли Лизу.

Глаза Семёновича оживились.

– Правда?

– Конечно.

– А как скоро вы сможете приехать? Вы только не подумайте ничего... Просто я буду ждать.

– Скоро. Думаю, на днях, – твёрдо пообещал Макс, сам удивившись тому, насколько искренне это прозвучало.

– Ну, тогда не буду вас задерживать. Желаю вам двоим счастья. Берегите друг друга. Вы красиво смотритесь вместе.

Он подмигнул Максу.

Максим уже хотел объяснить, что они с Алиной вовсе не пара, но потом решил, что это совершенно ни к чему. Они поблагодарили хозяина за гостеприимство, тепло попрощались и сели в машину.

Когда автомобиль тронулся с места, Макс ещё некоторое время видел в зеркале заднего вида фигуру Семёновича. Пожилой мужчина стоял возле калитки и держал на руках одного из котов. Рядом сидел Кудряш. Собака и два кота были сейчас единственными живыми существами, которые никогда не оставят своего хозяина по собственной воле.

***

Отъехав от дома Семёновича, они ещё некоторое время молчали.

За окнами медленно проплывали знакомые улицы дачного посёлка, мелькали заборы, сады и редкие прохожие. Макс сосредоточенно смотрел на дорогу, а Алина задумчиво разглядывала пейзаж за окном. Наконец девушка первой нарушила тишину.

– Получается, мы зря сюда ехали?

– Почему зря? – спросил Макс.

– Ну... Мы хотели понять, что произошло с Лизой. И вроде бы поняли. Но ответы не появились...

Макс кивнул.

– Это точно.

Некоторое время он размышлял, подбирая слова.

– Если верить Семёновичу, проблемы у них начались задолго до свадьбы. Антон изменял ей ещё до того, как они поженились.

– Да.

– Тогда получается, исчезновение диадемы вообще может быть ни при чём.

Алина повернулась к нему.

– А ты сам в это веришь?

Макс невольно усмехнулся.

– Нет.

– Вот и я не верю.

Снова наступила тишина.

– Слишком много совпадений, – наконец произнесла девушка. – Кольцо, диадема, медаль. Букет...

– И один и тот же человек на фотографиях, – закончил Макс.

Алина медленно кивнула.

– Да.

Машина выехала на трассу.

– Знаешь, что меня больше всего беспокоит? – спросил Макс.

– Что?

– Мы всё время пытаемся найти ответы и каждый раз находим только новые вопросы.

Алина невесело улыбнулась.

– Похоже на правду.

Вскоре впереди показались первые городские дома. Разговор постепенно сошёл на нет. Каждый думал о своём.

Макс вспоминал рассказ Семёновича, недавний разговор с Вованом, странного человека на фотографиях. Алина смотрела в окно и, судя по выражению лица, размышляла примерно о том же. Возле её дома машина остановилась.

– Спасибо, что взял меня с собой, – сказала девушка, отстёгивая ремень безопасности.

– Спасибо, что догадалась купить торт, – улыбнулся Макс. – Иначе выглядел бы я не лучшим образом.

Алина рассмеялась, и в этот момент Макс снова заметил, как сильно меняется её лицо, когда она улыбается.

– До встречи?

– До встречи.

Она вышла из машины и направилась к подъезду. Макс дождался, пока за ней закроется дверь, и только после этого тронулся с места.

Потом Максим решил заехать к родителям и полить цветы, так как в квартире какое-то время никого не будет. Мама в санатории, отец тоже уехал на какой-то семинар. Зайдя в квартиру, он первым делом открыл окна и балконы. Было душно, как в парилке. Затем принялся поливать цветы. Их у мамы было очень много. Макс почувствовал, что голоден, и решил заглянуть в холодильник. Там стоял йогурт без сахара и, сиротливо прижавшись друг к другу, лежали два глазированных сырка. Он достал и то, и другое.

Закончив поливать цветы и заодно перекусив, Макс снова закрыл все окна, балконные двери и покинул уютную квартиру родителей.

***

Домой он вернулся ближе к вечеру. Поставив чайник, Максим устало опустился в кресло и несколько минут просто сидел молча. Поездка в Орехово не принесла ответов. Им удалось узнать лишь судьбу Лизы. Но даже теперь оставалось непонятно, связана ли её история с тем, что происходило на фотографиях.

И тут в памяти всплыл разговор с Олесей. Он испытал неловкость. Сказал, что перезвонит, а сам вообще забыл. Макс посмотрел на телефон. Несколько секунд поколебался, потом всё же набрал номер.

Ответили почти сразу.

– Алло?

– Олеся? Это Максим. Извини, закрутился и совсем потерял счёт времени.

– Ничего страшного. Не переживай.

Но по её голосу было понятно, что она ждала звонка.

– Ты говорила, что хотела встретиться.

– Да. Если это удобно.

– Удобно. Когда?

– Теперь уже, наверное, завтра.

Макс ненадолго задумался.

– Хорошо. А где?

– Есть небольшое кафе возле центрального парка. Там обычно спокойно и не очень шумно.

– Знаю это место.

– Тогда давай там?

– Договорились.

Они обсудили время встречи и попрощались. Макс положил телефон на стол. За окном медленно сгущались сумерки. Он подошёл к окну и несколько секунд смотрел на город. Ответов по-прежнему почти не было. Зато вопросов становилось всё больше.

Максим подумал, что уже несколько дней ничего не слышно от Вовки. Надо будет позвонить, узнать, как он. Время было ещё не позднее – без нескольких минут девять. Макс набрал номер друга и приложил телефон к уху. Потянулись длинные гудки. Пока шёл вызов, он невольно думал о том, что, случись что-нибудь хорошее, Вовка наверняка давно бы сам позвонил. А раз молчит... Гудки оборвались, и вместо голоса друга зазвучало стандартное сообщение оператора.

Макс отключился.

Он прошёлся по квартире, заглянул на кухню. Есть не хотелось. Налив себе стакан воды, он почти залпом выпил его и поставил на стол. Спать тоже не хотелось. Немного поколебавшись, Максим направился в кабинет и включил ноутбук. Экран мягко осветил комнату. Макс открыл папку со свадебными фотографиями и начал отбирать снимки для Семёновича. Перед глазами снова возник старый дом, аромат травяного чая, лохматый Кудряш и большой кот, сидящий на столбике у калитки.

Странно всё-таки получилось. Они провели у этого человека несколько часов, разговаривали, сидели за одним столом, а имени его так и не узнали. Просто Семёнович. Как-то неправильно. Макс нахмурился. В следующий раз обязательно нужно спросить, как его зовут.

Фотографию за фотографией он переносил в отдельную папку. Вот Лиза улыбается во время прогулки по парку. Вот красивая фотография у фонтана. А вот сам Семёнович произносит поздравительную речь, стараясь выглядеть серьёзным, хотя глаза выдают волнение и радость за внучку. Эти снимки Макс отобрал сразу. Они должны были понравиться старику.

За работой время пролетело незаметно. Когда Макс скосил глаза в угол экрана, оказалось, что прошло почти два часа. Он потянулся, разминая затёкшую спину, включил принтер и отправил фотографии на печать. Вскоре комнату наполнил привычный шелест бумаги. Один за другим снимки появлялись в приёмном лотке. Макс аккуратно сложил их в папку и наконец выключил ноутбук.

На душе стало немного спокойнее. Он принял душ, переоделся и лёг в постель. За окном давно стемнело. Где-то вдалеке шумели редкие машины, а в открытое окно тянуло прохладой. Уже проваливаясь в сон, Максим вспомнил завтрашнюю встречу.

«Интересно, зачем Олеся хочет со мной поговорить? Что такого она не смогла сказать по телефону?»

Эта мысль ещё некоторое время крутилась в голове, а потом сон незаметно взял своё.

Утро выдалось на редкость спокойным. Солнечный свет уже пробрался в комнату сквозь неплотно задёрнутые шторы и теперь медленно полз по стене, обещая ещё один тёплый летний день. Где-то во дворе перекликались птицы, а из открытого окна доносился привычный городской шум – негромкий и сонный, словно сам город ещё не до конца проснулся.

Макс открыл глаза и несколько секунд просто лежал, глядя в потолок. Вчерашняя поездка в Орехово и разговор с Семёновичем сразу всплыли в памяти. Потом он вспомнил о встрече с Олесей. Кажется, они договорились встретиться в десять утра в кафе возле центрального парка. Максим потянулся, посмотрел на часы и понял, что времени вполне достаточно.

Он не торопясь привёл себя в порядок, выпил чашку кофе и вышел на балкон. Погода стояла замечательная. После недавнего дождя воздух казался особенно свежим, а небо было чистым и удивительно голубым. Макс взглянул на часы ещё раз и решил, что сегодня можно обойтись без машины. До парка было не так уж далеко. Парень взял ключи, телефон и вышел из квартиры.

Подъезд встретил привычной прохладой. Спустившись на улицу, Максим неспешно направился в сторону центра города.

Утро только набирало силу. Открывались небольшие магазины, редкие прохожие спешили по своим делам, а возле остановок уже собирались люди. Макс шёл без особой спешки, машинально разглядывая витрины и прохожих. Впереди показались верхушки деревьев центрального парка. До встречи оставалось ещё немного времени.

Макс, осматриваясь по сторонам, неспешно подошёл к кафе. Рядом располагалась открытая летняя площадка. Несколько столиков пустовали. Максим выбрал один из них и сел.

Вскоре подошла девушка-официантка.

– У меня здесь назначена встреча, – объяснил он. – Как только моя спутница подойдёт, мы сделаем заказ.

Девушка улыбнулась и кивнула.

Олеся опаздывала. Макс начал понемногу нервничать. Он посмотрел на часы. С момента его прихода прошло уже почти двадцать минут. Максим как раз собирался ей позвонить, когда увидел Олесю. Девушка быстро шла по аллее в сторону кафе.

На ней было яркое летнее платье, туфли на высоких каблуках, а волосы были красиво уложены. Макс сразу понял причину опоздания.

«Похоже, только что из парикмахерской», – подумал он.

Улыбнувшись, Максим поднялся ей навстречу.

– Здравствуй, Олеся. Я уже начал думать, что ты не придёшь.

– Ой, извини, пожалуйста! Я опоздала...

Он помог ей сесть и спросил:

– Что будем заказывать?

– Я буду сок. Любой. Просто очень пить хочется.

Она смущённо улыбнулась. Макс подозвал официантку.

– Нам, пожалуйста, два сока. Апельсиновых.

Он посмотрел на Олесю. Та согласно кивнула.

– Да, да. Без разницы. Только не очень холодный, если можно.

Официантка ушла, а они остались сидеть друг напротив друга. Макс посмотрел на Олесю и невольно отметил, что сегодня она выглядит особенно хорошо.

– Так о чём ты хотела поговорить?

Олеся на мгновение смутилась, опустила взгляд и тихо произнесла:

– Я даже не знаю, с чего начать... Тут такое дело... Понимаешь, ребята поссорились. Моя сестра и Артур. Причём, с её слов, практически на ровном месте.

Девушка вздохнула.

– После ссоры Маша удалила все фотографии с выпускного. Вообще все. С телефона, с компьютера, из социальных сетей. Потом полночи плакала. А утром призналась мне, что специально удалила все снимки, где они были вместе. Теперь жалеет...

Олеся покачала головой.

– Но обращаться к одноклассникам не хочет. Уже все знают об их размолвке.

Она ненадолго замолчала, а потом продолжила:

– Я понимаю, что это звучит немного глупо, но у тебя случайно не сохранились электронные копии фотографий, где они вместе? Да и вообще всех снимков с выпускного?

Макс уже собирался ответить, что все фотографии сохранены и никуда не делись, но в этот момент официантка принесла заказ.

Они поблагодарили её, и только когда девушка ушла, Макс сказал:

– Конечно, все фотографии сохранились. Я сегодня же отправлю их тебе на почту.

Лицо Олеси сразу просветлело.

– Спасибо тебе огромное. Правда. Большое спасибо.

Макс лишь пожал плечами.

– Не за что. Это совсем не проблема. Но что всё-таки произошло? Почему они поссорились? Во время съёмки ничего такого заметно не было. Наоборот, они выглядели очень близкими.

Олеся вздохнула.

– После выпускного он будто стал другим человеком. Раньше Артур буквально жил мечтой поступить в медицинский университет. Несколько лет готовился, постоянно говорил об этом, строил планы.

Она ненадолго замолчала.

– А теперь вдруг говорит: «Не хочу». Или: «Мне всё равно».

Макс внимательно слушал.

– И самое странное, – продолжила девушка, – это касается не только учёбы. Он стал холоднее к Маше. Перестал звонить первым. Перестал интересоваться встречами. Появилось какое-то равнодушие ко всему сразу: к девушке, к будущему, к собственной мечте...

Олеся покачала головой.

– Его родители тоже ничего не понимают. Говорят, будто парня подменили.

Макс почувствовал неприятную тяжесть внутри. Слишком уж знакомо всё это звучало.

Он медленно вздохнул.

– Да... Дела...

На несколько секунд за столиком повисло молчание. Олеся отпила немного сока и осторожно поставила стакан на стол.

– Максим, у меня есть ещё одна просьба.

– Какая?

– У Маши в следующем месяце день рождения. Я подумала собрать для неё фотоальбом. Не только выпускной. Хочу добавить фотографии из детства, из школы, какие-нибудь памятные моменты. Чтобы она увидела, что её жизнь не заканчивается из-за одной ссоры.

Она улыбнулась.

– Фотографии я уже выбрала. Даже взяла с собой.

В её голосе одновременно слышались и смущение, и надежда. Макс снова внимательно посмотрел на девушку: безупречный макияж, аккуратная укладка, новое платье.

Похоже, к этой встрече она готовилась заранее. Он невольно улыбнулся.

– Конечно помогу.

Олеся заметно оживилась.

– Правда?

– Правда. Давай свои фотографии. Посмотрим, что можно придумать.

Девушка сразу потянулась к сумочке и достала плотный бумажный конверт.

– Вот. Я всё принесла.

Она выложила фотографии на стол. Макс придвинул их ближе и начал рассматривать.

На первом снимке была совсем маленькая Маша. Лет трёх или четырёх. С двумя смешными хвостиками и огромным бантом, который казался едва ли не больше её головы. Следом шли другие фотографии. Детский сад. Первый класс. Новогодний утренник. Поездка на море. Семейный пикник. На некоторых снимках рядом с Машей стояли родители. Молодые, улыбающиеся, счастливые. На других были уже обе сестры – Олеся и Маша.

Сначала Олеся держала маленькую сестрёнку за руку, а вот – они вместе на школьной линейке. На другом снимке – обнявшись на фоне выпускного плаката.

Макс невольно улыбнулся.

– У вас большая разница в возрасте?

– Восемь лет.

– Сразу видно, что ты всегда её опекала.

Олеся посмотрела на одну из фотографий и тоже улыбнулась.

– Наверное.

Улыбка быстро погасла. Она провела пальцем по старому снимку, где были запечатлены все четверо.

– Это последнее лето, когда мама была здорова.

Макс поднял взгляд.

– Извини. Я не знал.

Олеся слегка пожала плечами.

– Ничего… Всё нормально.

Несколько секунд она молчала.

– Маша тогда только перешла в шестой класс. Ей было двенадцать.

Она замолчала, словно заново переживая те события.

– А я как раз закончила педагогический колледж. Получила диплом учителя младших классов.

Макс внимательно слушал.

– Если честно, первое время я вообще не понимала, как жить дальше.

Олеся невесело усмехнулась.

– Мама умерла очень быстро. Мы все думали, что она поправится. А потом вдруг оказалось, что времени почти не осталось.

Она отвернулась в сторону парка.

– Отец держался из последних сил. Маша плакала почти каждый день. А я всё время пыталась делать вид, что у нас всё нормально.

Макс молчал. Иногда человеку просто нужно было выговориться.

– Знаешь, что самое странное? – продолжила девушка. – Мне было всего девятнадцать. Сейчас понимаю, что сама была ещё ребёнком. Но тогда казалось, что я обязана стать взрослой за один день.

Она слегка улыбнулась.

– Я проверяла уроки у Маши, собирала её в школу, готовила еду, ходила на работу и постоянно боялась что-нибудь сделать не так.

– Тяжело было?

– Очень.

Олеся посмотрела на фотографию младшей сестры.

– Но именно тогда мы с ней стали по-настоящему близки.

В её голосе прозвучало столько тепла, что Макс невольно снова взглянул на снимки.

Теперь он видел их совсем иначе. Это были уже не просто фотографии для будущего альбома – это была целая жизнь. Жизнь, в которой были счастливые дни, семейные праздники, потери, взросление и люди, которых уже невозможно вернуть.

– А эти фото мне особенно запомнились, – Олеся взяла два глянцевых снимка и протянула Максу. – Здесь Марии одиннадцать. Она только закончила начальную школу. И вовремя нашей семейной прогулки в этом парке аттракционов, мы сделали несколько фотографий. Фотографировал папа. Поэтому его и нету ни на одном из снимков.

Она горького усмехнулась.

– А Маша тогда потеряла свой брелок-игрушку – пушистого кролика, мамин подарок... А ещё через два месяца, мы узнали, что мама очень серьёзно заболела. Но она всегда предпочитала обычные фотографии электронным, чтобы можно было в любой момент взять альбом в руки и неспеша полистать страницы, рассматривая яркие снимки памятных моментов...

Она немного помолчала.

– Маша сильная. Гораздо сильнее, чем кажется. Но иногда даже сильным людям нужно напомнить, что они не одни.

Олеся перебрала несколько фотографий и остановилась на снимке с выпускного.

– Знаешь, что самое обидное?

– Что?

– Маша ведь столько лет знает, чего хочет.

Она улыбнулась, и в этой улыбке появилась гордость.

– Она ещё в школе решила, что станет учителем. Как и я.

Макс посмотрел на фотографию.

– Серьёзно?

– Да. Собирается поступать в педагогический колледж. В тот же самый, который когда-то закончила я.

Олеся провела пальцем по краю снимка.

– А потом мечтает работать и одновременно учиться заочно в педагогическом университете. Уже всё распланировала на несколько лет вперёд.

Макс невольно улыбнулся.

– Редко встретишь человека, который в её возрасте так хорошо знает, чего хочет.

– Вот именно, – тихо ответила Олеся. – Поэтому мне особенно больно смотреть, как из-за этой истории она начинает сомневаться в себе и во всём остальном.

Макс посмотрел на аккуратно разложенные фотографии и вдруг понял, что идея с альбомом была вовсе не про снимки. Олеся хотела подарить сестре память о том, что в её жизни было много хорошего. И что одна болезненная история не должна перечеркнуть всё то хорошее и весомое.

Они ещё некоторое время перебирали фотографии, обсуждая, какие лучше поставить в начало, а какие оставить для последних страниц. Постепенно стопка снимков на столе уменьшалась. Затем Макс аккуратно сложил фотографии обратно в конверт.

– Думаю, получится хороший альбом.

Олеся улыбнулась.

– Правда?

– Правда. Видно, что ты всё это собирала не один день.

Она немного смутилась.

– Я старалась.

Макс задумался на несколько секунд.

– Дай мне примерно дней десять. Нужно всё отсортировать, привести фотографии в порядок, придумать оформление. Не хочу делать это наспех.

– Десять дней – это замечательно, – быстро ответила Олеся. – До дня рождения Маши времени ещё достаточно.

Макс кивнул.

– Тогда договорились. Как только всё будет готово, я тебе позвоню.

Олеся облегчённо выдохнула. Похоже, именно этого она и ждала.

Они допили сок и ещё немного посидели, разговаривая уже о совсем обычных вещах – о погоде, летних планах и предстоящем поступлении Маши.

Солнце поднялось выше, и на летней площадке стало заметно теплее. Посетителей в кафе прибавилось. За соседними столиками негромко разговаривали люди, звенела посуда, а со стороны парка доносился детский смех.

Наконец Макс посмотрел на часы.

– Ну что, мне, наверное, пора.

– Да, мне тоже.

Они поднялись из-за стола. Макс забрал конверт с фотографиями, а Олеся поправила ремешок сумочки. Вместе они прошли через летнюю площадку к выходу. На дорожках возле парка уже было многолюдно. Кто-то гулял с детьми, кто-то катался на велосипеде, а возле фонтана собралась шумная компания подростков. На мгновение они остановились возле входа в кафе.

– Спасибо тебе, Максим, – искренне сказала Олеся. – И за фотографии, и за альбом.

– Пока ещё не за что благодарить. Вот когда закончу, тогда и скажешь спасибо.

Она улыбнулась.

– Всё равно спасибо, и я всё оплачу. Я ведь понимаю какая это трудоёмкая работа.

Макс вздохнул.

– Разберёмся. Обещаю: грабительской цена не будет, – он улыбнулся.

Несколько секунд они просто стояли рядом, потом Олеся кивнула в сторону автобусной остановки.

– Мне туда.

– А мне в другую сторону.

– Тогда до встречи?

– До встречи.

Она помахала ему рукой и направилась по аллее. Макс проводил девушку взглядом. Яркое платье постепенно затерялось среди прохожих. Он ещё несколько секунд стоял на месте, держа в руках конверт с фотографиями, а потом медленно направился в сторону дома. Почему-то ему казалось, что этот альбом окажется для Маши гораздо важнее, чем просто подарок на день рождения.

***

Первое, что Макс сделал, вернувшись домой, – отсканировал отобранные фотографии для альбома. Затем он пообедал и принялся рассматривать снимки на экране. Он долго сидел за ноутбуком, медленно перелистывая отсканированные фотографии, и уже почти закончил с подборкой для альбома, когда снова вернулся к одному из снимков. Тому самому, что был сделан в парке аттракционов.

Девочка на качелях, смазанный детский смех, яркие пятна каруселей на заднем плане и колесо обозрения, уходящее в серое небо. Сначала Макс не заметил ничего необычного. Просто ещё один кадр из прошлого. Но потом взгляд зацепился за фигуру на краю снимка. Мужчина в светлом костюме.

Он стоял чуть в стороне, почти на границе кадра, там, где обычно взгляд не задерживается. Слишком прямой и неподвижный силуэт на фоне живого, шумного парка. Макс приблизил изображение. Пиксели распались, но силуэт не исчез. Он был там. Без всяких сомнений. Максим медленно выдохнул и открыл свойства файла, пытаясь понять детали съёмки.

Ещё раз внимательно рассмотрев фотографию, он вдруг понял: этот человек начал появляться на снимках задолго до него самого, задолго до Алины. Возможно, он наблюдал за разными людьми многие годы, жестоко вмешиваясь в их судьбы.

Макс решил просмотреть ещё несколько фотографий из той семейной прогулки. И на двух снимках снова увидел тот же силуэт. На одном мужчина стоял, засунув руки в карманы. На другом находился возле ограждения. И тут же бросилась в глаза жутковатая деталь: его поза почти не изменилась. Для обычного человека это выглядело странно. Но для сущности, которая лишь наблюдает – вполне характерно.

Максим откинулся на спинку стула, чувствуя, как внутри появляется неприятная тяжесть.

В памяти всплыл рассказ Олеси о том дне. О прогулке в парке аттракционов и о том, как маленькая Маша потеряла своего любимого пушистого кролика-брелок – подарок мамы. Обычная детская потеря, которая со временем забылась.

Макс закрыл глаза на секунду. И вдруг всё это сложилось в одну линию – слишком длинную, чтобы считать её простым совпадением. Он снова посмотрел на экран. Но теперь видел уже не фотографию, словно след.

– Кто же ты такой?.. – тихо, почти беззвучно произнёс он. – Отнимающий радость...

Пальцы сжались на краю стола.

– Что ты такое?

Из раздумий Макса выдернул телефонный звонок. Он встрепенулся. Звонил Вовка.

Максим быстро нажал кнопку приёма вызова.

– Здорово, Макс! Ты звонил? Прости, бро. Телефон почти всё время на беззвучном. Я сейчас весь в работе. Напарник в отпуске, всё на мне. Но, с другой стороны, меньше времени на лишние размышления...

Вован замолчал, а Максу вдруг пришла в голову отличная идея.

– Слушай, бро. Как ты смотришь на то, чтобы на выходных съездить со мной на дачу? Заодно навестим одного хорошего человека. Отдохнём, на речку сходим. Давай, соглашайся. Работа работой, но выходные же у тебя есть?

Вова несколько секунд молча сопел в трубку, потом ответил:

– А давай! Идея супер. У меня теперь выходные только мои... Разделю это время с тобой – с лучшим другом.

– Вот и договорились. Значит, послезавтра я заеду за тобой. Часам к девяти будь готов.

– Это... А с собой чего брать? Пожрать купить, может... Пива или ещё чего?

Макс усмехнулся. Он решил, что заранее предупредит жильцов дачи, а по дороге купит пиццу и какой-нибудь десерт для Николаевны. Да и дедушке Семёновичу будет приятно.

– Не парься. Всё решим. Главное – будь готов ехать.

Фотографии для дедушки были уже готовы, поэтому Макс решил, что убьёт сразу двух зайцев: и Семёновича навестит, и с другом отдохнёт.

Он набрал номер жильцов дачи. После нескольких гудков в трубке раздался бодрый голос Веры Николаевны:

– Да, слушаю.

– Вера Николаевна, здравствуйте. Это Макс.

– Ой, Максик, здравствуй! Как вы там? Приехать решили?

– Да. Только я приеду с другом. Родители сейчас заняты. Мы будем послезавтра, примерно часов в одиннадцать. Вы не против? Мы не будем мешать. На речку сходим, может, в лес выберемся.

– Ну что ты, что ты! Конечно приезжайте! Будем рады. Спасибо, что предупредил.

– Тогда до встречи.

Они попрощались. Макс отключился и снова задумался.

«Нужно будет спросить у Семёновича, нет ли у него случайно фотографий внучки из парка аттракционов...»

Сам не зная почему, он был почти уверен, что если такие фотографии имеются, то и на них будет видна та же загадочная фигура.

В квартиру Макса заглянуло утро. Спокойно, почти лениво, как будто город ещё не до конца проснулся после ночи.

Максим выпил кофе, открыл ноутбук и снова вернулся к фотографиям. Работа над альбомом для Маши требовала внимания к деталям – он раскладывал снимки по годам, выстраивал последовательность, иногда задерживался на одной фотографии дольше, чем нужно, пытаясь почувствовать настроение того или иного момента.

Детство, школьные годы, общие семейные кадры. И среди этого – её жизнь, постепенно складывающаяся в цельную историю.

Но мысли всё равно снова и снова уходили в сторону. К завтрашней поездке на дачу. К разговору с Семёновичем. Да и Вовану хотелось бы как-то всё рассказать... Про Алину, и странного человека на фотографиях, а также про то, что этот образ появился не только в недавних снимках, но и на тех, которым уже несколько лет. Мысль об этом вызывала неприятное, тяжёлое ощущение, будто он всё это время смотрел на одну и ту же тень, просто не понимая, что именно видит. В следующий момент он думал, стоит ли вообще рассказывать другу о том, что случилось с теми людьми, которых Максим фотографировал в том парке. Что, если это его ещё больше расстроит?..

Макс откинулся на спинку стула и на секунду закрыл глаза. Но долго отвлекаться не получилось. Телефон завибрировал.

– Сынок, здравствуй, – голос матери звучал привычно спокойно. – Как ты? К нам заходил? Про цветы не забыл?

– Да, мам, всё в порядке, – ответил он. – Я заходил. Цветы полил, ничего не засохло.

– Точно?

– Точно. Не переживай.

– Хорошо… – в голосе матери послышалось удовлетворение. – Тогда работай. Не забывай отдыхать, слышишь?

– Слышу, – усмехнулся Макс. – Постараюсь. И да, завтра мы с Вованом решили съездить к нам на дачу, отдохнуть. Николаевне я позвонил вчера.

– Ой, какие вы молодцы! Правильно! Конечно приезжайте. А то так лето пройдёт мимо, и не заметишь его за своей работой.

– Да. Мы тоже так подумали. Ладно, мам, давай пока. Рад был тебя услышать.

– До встречи, сыночек. Будь осторожен за рулём.

– Хорошо. Обязательно.

Он положил телефон и снова вернулся к ноутбуку. Работа продолжилась. Часы незаметно сменяли друг друга, фотографии складывались в альбом, а мысли – в более плотную, тревожную систему, от которой уже было сложно отмахнуться.

Иногда он останавливался, смотрел в одну точку и ловил себя на том, что снова возвращается к одному и тому же вопросу. Если этот человек появляется на снимках не случайно… Если он связан не с одним событием, а с несколькими… То где начинается эта история на самом деле?

Ответа не было. Только фотографии. И тихое ощущение, что он стоит слишком близко к чему-то, что давно вышло за пределы обычных совпадений.

***

День незаметно подходил к концу. За окном сгущались летние сумерки. Ветер наконец ожил после жаркого дня и осторожно шевелил занавеску у приоткрытого окна. В комнату проникал свежий воздух, постепенно вытесняя накопившуюся за день духоту.

Макс потянулся, отвёл взгляд от экрана ноутбука и решил сделать небольшой перерыв. Он уже собирался пойти на кухню, как тишину квартиры нарушил короткий сигнал телефона. На экране появилось новое сообщение. Ему написала Алина.

«Привет. Не занят? Когда собираешься навестить дедушку в посёлке? Можно мне снова с тобой?»

Макс прочитал сообщение и на несколько секунд задумался. Он-то собирался ехать уже завтра. Но не просто навестить Семёновича. Хотелось немного отдохнуть, поговорить с Вованом.

Он набрал ответ:

«Привет. Прости, но вдвоём поехать в этот раз не получится. Я еду туда завтра, но не один. Со мной будет мой друг Вовка, я тебе о нём немного рассказывал. Мы отправляемся с утра на нашу дачу. По пути заедем к Семёновичу. Фотографии я уже подготовил».

Немного подумав, он добавил:

«Скорее всего, мы останемся там с ночёвкой. Но в другой раз можем съездить вместе. Ты как?»

Макс перечитал сообщение и нажал кнопку отправки. Ответа не было. Он ещё немного посидел с телефоном в руке, потом всё-таки отправился на кухню. За работой и размышлениями он совсем забыл поужинать. Когда Макс уже заканчивал есть, телефон снова подал сигнал.

Сообщение от Алины оказалось совсем коротким:

«Окей. Желаю хорошо провести время».

И больше ничего. Макс перечитал ответ несколько раз.

«Странно. Обиделась?»

Он отложил телефон и задумался. Может быть, ему просто показалось. А может, и нет. В конце концов, они ведь не договаривались ехать вместе снова. Или всё-таки договаривались?

Макс попытался вспомнить их последний разговор, но так и не смог понять, откуда взялось это лёгкое, необъяснимое чувство вины.

***

Ещё одна ночь и ещё одно утро.

В последнее время Макс уже почти перестал различать дни. Они сливались в одну длинную цепочку фотографий, размышлений и вопросов, на которые пока не находилось ответов. Но не сегодня. Сегодня был отдых. Настоящий. Не где-то в городе между работой и обработкой снимков, а на природе. Мысли о фотографиях и предстоящем разговоре всё равно не отпускали его даже ночью, поэтому сон получился поверхностным и тревожным.

Быстро собравшись, Макс взял ключи от машины, папку с распечатанными фотографиями для Семёновича и несколько старых снимков, которые ему дала Олеся. Их он решил показать Вовке.

Парень почти не заметил, как подъехал к дому друга. Вовка уже ждал у подъезда. С небольшой сумкой через плечо, в лёгкой куртке и с тем самым выражением лица человека, который наконец-то вырвался из бесконечных рабочих смен.

– Здорова, бро, – усмехнулся он, садясь в машину. – Я уже и забыл, как это – выбраться куда-нибудь вдвоём и просто отдохнуть.

Макс улыбнулся.

– Привет, Вов. Ну что, готов к приключениям?

– А то! – засмеялся Вова, пристёгиваясь. – Поехали!

Макс завёл двигатель.

– Сначала заедем к одному человеку. Потом – дача, свежий воздух, речка и лес.

– Звучит подозрительно заманчиво, – одобрительно заявил Вован.

Машина плавно тронулась с места и выехала со двора. Когда город начал постепенно оставаться позади, мысли Макса неожиданно вернулись к Алине.

Неужели всё-таки обиделась?

Он вспомнил её короткое сообщение. Всего одна строчка... Но почему-то от этого ответа остался какой-то неприятный осадок. Странное чувство. Давно он не ловил себя на том, что так долго думает о чьих-то словах. И не только о словах...

– Эй, бро! О чём задумался? – друг с интересом смотрел на Макса.

– Да так... Есть кое-что... – неопределённо ответил Максим. – Не переживай, всё расскажу. И даже поделюсь наглядностью.

– О! Я заинтригован! – воскликнул Владимир. – Долго ехать в твой посёлок?

Он немного помолчал и виновато добавил:

– Я, если честно, не позавтракал.

– Ё-моё! – эмоционально простонал Макс. – Я совсем забыл!

Он хлопнул ладонью по рулю.

– Хорошо, что мы ещё не успели выехать из города. Я ведь собирался заранее купить еды. Сейчас заедем куда-нибудь, возьмём пару пицц.

Максим с досадой покачал головой.

– Хотел купить в «Пицца ОК», а теперь придётся брать, где найдём.

Они остановились возле небольшой пиццерии неподалёку от дороги.

Макс вышел из машины и направился внутрь. Вернулся он минут через десять с двумя большими коробками пиццы, бутылками напитков и пакетом свежей выпечки.

– Ну всё, – довольно произнёс Вовка. – Теперь отдых официально начался.

– Вот именно, – усмехнулся Макс. – А то знаю я тебя. Через полчаса начал бы рассказывать, что умираешь от голода.

– Не исключено, – серьёзно кивнул Вовка и тут же рассмеялся.

– Вообще-то это гостинцы. Мы же не можем приехать с пустыми руками. Но! – Макс подмигнул другу. – Голодным не останешься, обещаю. Вера Николаевна уже сто пудов наготовила всяких вкусностей.

Вовка довольно хмыкнул.

– Ну, это... Тогда я в доле. Чего ты там набрал?

Макс недоумённо посмотрел на него.

– Ты сейчас серьёзно?

Он только покачал головой.

Машина снова выехала на дорогу. Постепенно город остался позади. Многоэтажки сменились частными домами, затем редкими заправками и небольшими придорожными магазинами. Вскоре по обе стороны дороги потянулись поля, а впереди темнела знакомая полоса леса. Где-то за ней уже находилось Орехово.

Вова заметно оживился. Он рассказывал смешные случаи с работы, жаловался на бесконечные смены и пару раз даже пошутил по поводу своей неудавшейся личной жизни. Макс слушал, иногда смеялся, поддерживал разговор, но мыслями то и дело возвращался к папке, лежащей на заднем сиденье. Там, среди фотографий, находилось то, что он собирался показать другу. То, что самому Максу уже несколько дней не давало покоя. Но до посёлка оставалось ещё минут десять пути.

Вскоре показалась табличка с названием дачного посёлка.

– Почти на месте.

– Ух ты, красота какая! – протянул Вовка и шумно втянул носом воздух. – Лепота...

Попетляв немного по улочкам, машина наконец остановилась возле дома Семёновича.

– Сейчас мы ненадолго заглянем к одному моему знакомому, а потом уже отправимся на дачу.

Друг кивнул.

– Как скажешь, бро. Я за любой движ.

Макс вышел из машины, а следом за ним выбрался и Вова.

Как и в прошлый раз, первым с громким лаем к ним выбежал Кудряш. Вскоре появился и его хозяин – Семёнович.

– Ох, какие люди! Заходите, заждался я вас! – радостно сообщил мужчина.

– Здравствуйте, Семёнович, – Макс пожал ему руку. – Кстати, извините, а как ваше имя?

– Павел. Павел Семёнович.

Макс кивнул.

– Очень приятно. Знакомьтесь, это мой лучший друг Владимир.

– Рад знакомству, – сказал Павел Семёнович, пожимая Вовке руку. – А где же та симпатичная барышня, что была с вами в прошлый раз? – поинтересовался он.

Вова, услышав такой вопрос, удивлённо поднял брови и выразительно посмотрел на Макса.

– Алина не смогла приехать. Но она передавала вам привет.

– Ну что ж, передавайте и ей привет от меня. А вы проходите, проходите.

Он быстро зашагал впереди гостей. На крыльце, прямо на старом коврике, лежали два кота. Они лениво развалились на солнце и мирно дремали.

– Смотри, какие смелые и уверенные! – с восхищением произнёс Вовка. – Обычно коты чужих не жалуют. Сразу убегают.

– Да, они такие. Просто их никто никогда не обижал, вот и доверяют людям.

Они вошли в дом, и Макс поставил коробку с пиццей на стол.

– Это вам. Небольшой гостинец.

– Ох ты ж, глянь-ка! Пицца! – Павел Семёнович довольно хохотнул. – Я, когда в городе бываю, иногда захожу в кафе и обязательно заказываю кусочек. Спасибо вам.

Он уже направился к кухонному уголку.

– Сейчас чай поставлю.

Макс мягко остановил хозяина.

– Вы извините нас, но мы ненадолго. Наконец-то выбрались на дачу. Там Вера Николаевна ждёт. Не хотелось бы заставлять её волноваться. А это обещанные фотографии, – Макс протянул Павлу Семёновичу конверт.

– Вот спасибо вам, Максим. Сколько я должен за хлопоты?

Макс покачал головой.

– Никаких хлопот. Всё хорошо.

Павел Семёнович растерянно развёл руками и только повторил:

– Спасибо. Большое вам спасибо.

– Да, хотел спросить... У вас случайно нет фотографий, может быть, детских снимков вашей внучки Лизы, где она в парке аттракционов?

Семёнович удивлённо посмотрел на него.

– Вы извините, может, моя просьба покажется странной, но мне просто нужно кое-что проверить. Интересно посмотреть, как менялся сам парк с годами, – быстро добавил Макс, на ходу придумывая объяснение.

Павел Семёнович несколько секунд смотрел на него, потом словно спохватился.

– Какие-то старые фотографии имеются. Детские снимки Лизоньки моя жена хранила в отдельном альбоме. Сейчас принесу.

Он вышел в другую комнату.

Вовка внимательно посмотрел на Макса и, многозначительно поиграв бровями, тихо произнёс:

– Алина, значит... Кто такая? Чего я ещё не знаю?

Максим посмотрел на друга и закатил глаза.

– Я тебя умоляю... Не начинай. Всё расскажу в подробностях. Но не здесь. Имей терпение.

Вскоре появился Павел Семёнович с небольшим альбомом в одной руке и очками в другой.

– Вот, смотрите. Может, и найдутся фотографии из этого парка с каруселями. Моя Елизавета часто ездила туда с внучкой. Лизонька очень любила это место.

Он присел рядом и осторожно провёл ладонью по обложке альбома.

– Она у нас, можно сказать, выросла. Дочка с зятем торговлей занимаются, постоянно в разъездах. А Лиза каждое лето проводила здесь, у нас. Иногда моя жена ездила к ним в городскую квартиру, чтобы посидеть с внучкой, когда родителей не было дома.

Мужчина вздохнул и ненадолго замолчал.

Макс слушал его и одновременно перелистывал страницы. Фотографии сменяли друг друга. Вот Лиза совсем маленькая сидит в песочнице. На другом снимке держит в руках огромный букет полевых цветов, а рядом расположился большой пушистый кот. Вот первый школьный звонок. Несколько фотографий с новогоднего утренника. И вдруг один из снимков заставил Макса замереть.

На фотографии маленькая Лиза сидела в кабинке колеса обозрения. Рядом с ней улыбалась приятная женщина – вероятно, жена Павла Семёновича. В руках девочка держала красный воздушный шарик. Кабинка находилась совсем невысоко над землёй. Рядом в кадр попала ещё одна кабинка. В ней сидели молодая женщина с мальчиком на руках и мужчина, державший мороженое. Обычный семейный снимок. Но между этими двумя кабинками стоял всё тот же знакомый силуэт – мужчина в светлом костюме.

Сердце Макса пропустило удар. На мгновение ему показалось, что в комнате стало нечем дышать. Он снова посмотрел на фотографию. Ошибки быть не могло. Тот же силуэт, та же неподвижная поза. Словно годы не имели над ним никакой власти. Пульс глухо застучал в висках.

Макс шумно выдохнул и хрипловато произнёс:

– Павел Семёнович... Можно воды, пожалуйста?

– Конечно, сейчас принесу.

Мужчина поднялся и вышел из комнаты. Едва он скрылся за дверью, Макс быстро достал телефон и несколько раз сфотографировал снимок. Камера была хорошей, изображения получились чёткими. Только после этого он осторожно закрыл альбом и поднял взгляд на Вову. Судя по выражению лица друга, тот совершенно не понимал, что происходит.

Максим поблагодарил Павла Семёновича за фотографии, и вскоре они тепло распрощались.

Уже сидя в машине, Вова не выдержал:

– Я, честно говоря, вообще не в теме. Что происходит, бро? Ты когда ту фотографию увидел, прямо в лице изменился. Кого ты там нашёл?

Макс повернул голову к другу. Вовка смотрел серьёзно и внимательно.

– Давай сначала доедем до дачи, а там я всё расскажу по порядку. Договорились?

– Окей. Согласен. Но сначала меня интересует информация про Алину. Кто такая, как выглядит, когда познакомились... – он начал загибать пальцы. – Сколько лет, чем занимается, какие планы на жизнь...

Макс не выдержал и рассмеялся.

– Обязательно. И про Алину расскажу, и про Олесю. Про всех расскажу.

– Что?! – возмутился Вовка. – Олеся тоже есть?

Он шутливо выпучил глаза.

– То есть ты крутишь сразу с двумя, а я, твой лучший друг Вован, узнаю об этом вот так? Между делом? Среди каких-то второстепенных подробностей?

Вовка демонстративно надул губы, отвернулся к окну и голосом обиженной девушки пробурчал:

– Вот, значит, как... А я ведь всегда тебе доверял... – Вова откинул воображаемую прядь волос и гордо вскинул голову. – Я ухожу от тебя! И, между нами, всё кончено! Вот!

Макс рассмеялся так, что на глазах выступили слёзы – настолько точно Вовка спародировал обиженную капризную барышню.

Машина остановилась возле массивных кованых ворот родительской дачи. Вова выскочил из салона первым и, продолжая изображать оскорблённую девушку, смешно виляя воображаемым подолом и преувеличенно «обиженной» походкой, направился к калитке.

Макс, всё ещё смеясь, крикнул ему вслед:

– Ну прости меня! Прости, пожалуйста. Виноват, каюсь!

Он достал из машины пакет с выпечкой и коробку с пиццей. Вова, поправляя невидимую причёску, тонким голосом пропел:

– Прощу, если всё расскажешь!

– Расскажу, расскажу. Давай, проходи уже, капризный бро, – Макс покачал головой, смеясь. – В тебе погиб великий актёр драмтеатра.

Вован лукаво улыбнулся и, скромно опустив глаза, проронил:

– Я знаю. Но свою работу люблю больше.

От калитки до самого дома вела выложенная плиткой дорожка. По обе стороны росли розы, астры, древовидные пионы и ещё какие-то красивые цветы, названий которых Макс не знал. Им навстречу вышла Вера Николаевна. Женщина улыбалась и приветственным жестом пригласила гостей проходить в дом.

– Здравствуйте, – поздоровался Макс и представил друга. – Знакомьтесь, это мой друг Владимир.

– Очень приятно, – улыбнулась Вера Николаевна. – Проходите, проходите.

– Егорка! – позвала она. – Подойди сюда, милый.

Из сада вышел худенький бледный мальчик. В руках он держал садовую лейку.

– Это Егор, сын нашей новой соседки. Поздоровайся, Егор, – мягко подтолкнула его женщина.

Макс первым протянул руку.

– Здорово. Я Макс, а это Вова. А ты Егор?

Мальчик пожал ему руку и молча кивнул.

– Егорка – особенный ребёнок, – вздохнула Вера Николаевна. – Они недавно приехали в посёлок. На летнее время. Мама мальчишек в школе учительницей работает. Отпуск хороший, почти два месяца. Вот и решила с детьми в посёлок на лето перебраться, на природу, чистый воздух. Снимают дом у Мироновны. А её саму дочь в город забрала. Здоровье поправить, в санаторий вроде как отправить собирается куда-то на юг. Помнишь Мироновну? – посмотрела она на Макса.

Он кивнул.

– Конечно помню. У них в саду очень вкусные груши росли.

– А ты небось через забор лазил в чужой сад? – ехидно поинтересовался Вован.

Макс с ностальгической улыбкой пожал плечами.

– Бывало…

– Ну, пойдёмте в дом. Егорушка, давай, родной, поставь уже лейку и тоже пойдём.

Вера Николаевна ласково взяла мальчика за руку.

– Он каждый день к нам приходит. Очень любит поливать цветы. И столько всего им рассказывает. Правда, Егор?

Мальчик молча шёл рядом.

– Эх, если бы мы знали, что у вас тут ребёнок появился, привезли бы каких-нибудь сладостей. А так только выпечка и пицца, – сказал Макс.

– Ой, Господи, ну зачем! – всплеснула руками Вера Николаевна. – Я приготовила вкуснейший капустник и вареники с вишней.

Вовка, услышав названия блюд, театрально застонал.

– Держите меня семеро... Я же сейчас объемся.

Вера Николаевна засмеялась.

– Давайте руки мойте и к столу. А Егорушке ничего не предлагайте. Диета у него строгая, – покачала она головой. – Половину продуктов нельзя. Особенно сладкое.

Мальчик посмотрел на Макса своими большими голубыми глазами и серьёзно произнёс:

– Нельзя.

– А Николай Фёдорович где? – спросил Максим.

– Так с раннего утра на рыбалку ушёл. С братом Егора, с Витюшей. Ему уже одиннадцать, а Егорушке семь.

Макс удивлённо посмотрел на мальчика. Выглядел тот заметно младше своего возраста.

– А что именно у него? – тихо спросил он.

– Атипичный аутизм лёгкой степени, – ответила женщина. – Он всё понимает, читает, пишет, рассказывает, отвечает на вопросы... По настроению. А вот самому начать разговор или о чём-то спросить ему бывает трудно.

Она снова тяжело вздохнула.

– Ладно, проходите. Будем кушать. А для Егорушки у меня кашка гречневая с курочкой.

Мальчик уже сидел за столом ровно и прямо.

– Да, – без всяких эмоций подтвердил он.

Спустя некоторое время Вова довольно откинулся на спинку стула и сытой улыбкой сообщил:

– Большое спасибо! Так вкусно я ел только у бабушки в детстве.

– Спасибо огромное, Вера Николаевна. Всё было очень вкусно, – поддержал его Макс.

– Да что вы, ребята... Обычный обед, – женщина смущённо начала собирать со стола тарелки. – А на десерт у нас блины со сметаной и творогом.

– Блины? Со сметаной? – Вовка почти взвыл. – Я точно отсюда не уеду...

Все рассмеялись. Макс прекрасно знал, что аппетит у его друга поистине неисчерпаемый. Он встал из-за стола, чтобы немного размяться и пройтись по комнате. Макс достал из сумки фотографии, которые ему дала Олеся. После обеда он собирался показать их Вовке и наконец подробно рассказать обо всём, что произошло за последние недели.

Когда он перебирал снимки, два из них выскользнули из стопки и упали под стол. Егорка неожиданно быстро сорвался с места и первым поднял фотографии. Прежде чем вернуть их Максу, мальчик внимательно посмотрел на один из снимков.

– Я здесь был, – чётко произнёс он. – Это карусели.

Потом посмотрел на фотографию ещё раз и добавил:

– И качели.

Макс улыбнулся.

– Да. Всё верно.

Егор протянул снимки, но вдруг указал пальцем на один из углов фотографии.

– Там живёт дядя.

Улыбка медленно исчезла с лица Макса.

– Какой дядя?

– Вот этот.

Мальчик коснулся пальцем изображения мужчины в светлом костюме. Макс почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– Ты его видел?

– Да.

– Где? В том парке?

– Да.

– А когда?

Егор пожал плечами.

– Не знаю. Всегда.

Он немного помолчал и добавил:

– Возле большой карусели.

В комнате стало тихо. Макс нахмурился и посмотрел сначала на фотографию, потом на мальчика.

– И ты с ним разговаривал?

– Да.

– И что он говорил?

Егор снова пожал плечами.

– Ничего.

– Тогда почему ты сказал, что он твой друг?

Мальчик посмотрел на Макса так, словно вопрос показался ему странным.

– Потому что друг.

Ничего не понимающий Вова, спросил:

– Вы о чём вообще? Бро, у пацана диагноз, – тихо добавил он и выразительно посмотрел на Макса.

Максим ничего не ответил, а Егор уже и вовсе вышел на улицу. В комнату зашла Николаевна. В руках у неё было большое блюдо с блинами.

– А Егорка где?

– На улицу выбежал. Скажите, Вера Николаевна, а он понимает, что говорит?

– Да. В принципе, он смышлёный мальчик. Просто иногда может замкнуться в себе тогда с ним бывает сложно. А что, он вам что-то рассказал?

Макс хотел передать слова Егора, но Вова его опередил.

– Мальчонка сказал, что бывал в парке аттракционов и видел там мужчину похожего на памятник, а Макс поверил и теперь хочет эту теорию уточнить. Да, бро?

Но Николаева даже не улыбнулась. Она серьёзно произнесла:

– Да... Он об этом много раз рассказывал и мне, и Николаю Фёдоровичу, и матери своей. Мы слушали и всегда думали, что это его выдумки. А он значит, и вам решил рассказать, – она вздохнула и покачала головой. – Он особенный ребёнок, у него свой мир, своё воображение. Он иначе воспринимает нашу привычную реальность. По-своему, по-особенному. Бог его ведает... Может и видел там кого, кто ж его знает.

Потом, спохватившись, быстро произнесла:

– Вы садитесь, и налетайте на блины, пока ещё тёплые. Пойду позову Егора, для него я приготовила блинчики без сахара и из другой муки.

Вскоре она вернулась с мальчиком, и он тоже сел за стол.

– Давай, Егорушка, бери блинчик, – она подвинула к нему тарелку с отдельно сложенными блинами. – Диета сложная, безглютеновая. И шоколад ему нельзя. Особенно – шоколад. Мама ребят в город по делам уехала, а они с нами. Помощники наши.

Она задумчиво помолчала, и продолжила:

– Своих детей бог не дал, вот и чужие в радость. А они такие славные мальчишки. Егорушка мне помогает поливать грядки, а Витюше интересно рядом с мужем моим. Они то мастерят чего, то на рыбалку вместе. Маринка, мать их, одна с ними. Отец ребят живёт отдельно. Какая уж причина – не знаю.

– Спасибо, Вера Николаевна. Вкусно! Может помощь нужна? – спросил Вовка, поглаживая живот.

– Что вы, какая помощь! Отдыхайте. На речку сходите, в лес. Скоро уж и хозяин мой должен вернуться. Долго уж рыбачат. Поди голодные до сих пор.

Макс тоже поблагодарил женщину за блинчики и поднялся из-за стола.

– Ну что, брат? Куда сначала – речка, потом лес, или наоборот?

Вован выглядел сытым и сонным. Он растянул губы в довольную улыбку и пропел:

– А нам всё равно, куда мы идём. Я так наелся, что даже и не знаю… Давай на речку.

***

Едва выйдя за калитку, парни буквально столкнулись с Николаем Фёдоровичем и Витьком. Они как раз возвращались с рыбалки. Увидев Максима, мужчина громко воскликнул:

– Вай, какие люди! Здравствуйте! Давно прибыли?

Парни по-мужски поздоровались с Фёдоровичем, затем познакомились с Витей. Мальчик по очереди, совсем как взрослый, пожал им руки, а потом с гордым видом продемонстрировал свой улов. В его ведёрке лежали три карпа средней величины и один окунь.

Вован искренне восхитился добычей и тут же сообщил, что завтра утром они с Максом тоже собираются отправиться на рыбалку. В мешке у Николая Фёдоровича рыбы оказалось не меньше, но хвалиться он не стал. Лишь загадочно улыбнулся и сказал, что на ужин будет вкуснейшая уха из окуня. Они ещё немного поговорили и, договорившись встретиться вечером, отправились к реке.

По дороге Макс наконец рассказал Вовке всё с самого начала. Он старался не упустить ни одной детали. Сначала – про судьбу Лизы, затем – про Артура, про свои сны, Алину, встречу с Олесей, старые снимки Маши.

Вовка слушал молча и удивительно серьёзно. Ни разу не перебил, не усмехнулся и не попытался свести всё к обычным совпадениям. Когда рассказ закончился, он задумчиво посмотрел перед собой и спросил:

– Фотографии, которые ты взял, остались на даче?

Макс кивнул.

– Остались.

– Хорошо. Вернёмся – обязательно посмотрю.

– У меня ещё есть снимок в телефоне. Тот, где маленькая Лиза в парке аттракционов. Я сфотографировал его у Павла Семёновича, помнишь? Вот, глянь.

Макс протянул телефон. Вовка увеличил изображение и несколько минут внимательно рассматривал фотографию. Потом молча вернул телефон.

– Да-а-а... – протянул он. – Такое, конечно...

Немного помолчав, добавил:

– И что будем делать? Кто он вообще такой? Этот... памятник? – Вован неожиданно хохотнул. – А пацан молодец. Очень точное сравнение придумал. Реально похож на памятник.

Макс невольно улыбнулся.

Вскоре деревья расступились, и перед ними открылась река. Широкая, спокойная, она неторопливо несла свои воды между зелёных берегов. Над водой кружили стрекозы, вспыхивая на солнце прозрачными крыльями. На противоположном берегу тянулась густая полоса леса. Ветер шевелил верхушки сосен, и их тихий шелест смешивался с пением птиц. От воды веяло прохладой. Высокая трава вдоль берега покачивалась под лёгкими порывами ветра. Где-то в камышах лениво перекликались лягушки.

– Эх, хорошо... – мечтательно произнёс Вова, плюхаясь на тёплый песок. – Так бы и сидел здесь сутками. Никакого шума машин, никаких выхлопных газов, никакой суеты. Только река, лес и тишина...

Он шумно вдохнул полной грудью.

– Завидую всем, кто может вот так запросто прийти сюда и забыть обо всём.

Макс легонько хлопнул друга по плечу.

– Так и наслаждайся. Кто тебе мешает? Весь остаток дня наш. Пользуйся моментом.

– Айда купаться! – тут же предложил Вовка.

– Я только за.

Через минуту они уже бежали к воде.

Первым в реку с громким всплеском влетел Вова.

– Холодная! – заорал он на весь берег.

Макс рассмеялся и следом нырнул в воду. На деле река оказалась удивительно тёплой. После городской жары вода казалась настоящим спасением. Несколько минут они просто плавали, наслаждаясь прохладой. Потом Вовке стало скучно.

– А ну догоняй! – крикнул он и брызнул в Макса водой.

Началась настоящая война. Они ныряли, обливали друг друга, устраивали шуточные заплывы наперегонки и спорили, кто первым доплывёт до старой коряги, торчащей из воды. Победителя определить так и не удалось. Каждый был уверен, что именно он выиграл. Устав, они выбрались на берег и растянулись прямо на нагретом солнцем песке. Над рекой медленно проплывали белые облака. Время словно остановилось.

Потом они бродили вдоль берега, заходили в лес, собирали землянику на солнечных полянах, слушали стук дятла где-то в глубине сосняка и просто разговаривали обо всём подряд. Иногда вспоминали универ, иногда смеялись над старыми историями, или просто подолгу молчали, думая каждый о своём, потому что для хорошей дружбы слова нужны далеко не всегда.

Так незаметно прошёл день. Солнце начало клониться к горизонту. Его золотистый свет ложился на воду длинной сверкающей дорожкой. Лес постепенно наполнялся вечерними звуками, а жара наконец отступала.

– Знаешь, – тихо сказал Вовка, глядя на реку, – кажется, впервые за долгое время я нормально отдохнул.

Макс улыбнулся. Он и сам чувствовал себя намного легче. Будто этот день, проведённый среди леса, реки и тишины, ненадолго отодвинул все тревоги, загадочные фотографии и вопросы, на которые пока не было ответов. Но где-то глубоко внутри Максим всё равно понимал: история с человеком в светлом костюме ещё далека от завершения. И совсем скоро она снова напомнит о себе.

***

К реке они пришли ещё засветло, а обратно возвращались уже в мягких летних сумерках. Солнце давно спряталось за верхушки деревьев, но небо ещё хранило остатки золотистого света. Над посёлком медленно опускался тёплый вечер. Где-то лаяли собаки, из открытых окон доносились голоса и звон посуды. В воздухе пахло нагретой за день травой, дымком от чьей-то печки и цветущими ночными цветами.

– Хорошо-то, как... – довольно протянул Вовка, шагая рядом с Максом. – Не помню, когда последний раз столько гулял.

– Завтра ещё на рыбалку собирался, – напомнил Макс.

– И не напоминай. Я уже мысленно поймал самого большого карпа в этой реке.

Они рассмеялись. Когда показался знакомый дом, во дворе уже горел свет. Едва парни вошли на участок, как из дома выглянула Вера Николаевна.

– Ну наконец-то! А я уже переживать начала.

– Мы живы и даже счастливы, – сообщил Вовка. – Особенно я, – добавил он. – Потому что мне обещали уху.

Вера Николаевна засмеялась.

– Обещали – значит будет.

В доме пахло свежей зеленью, укропом и рыбой. За столом уже сидел Николай Фёдорович.

– Ну что, путешественники, нагулялись?

– Ещё как! – ответил Макс.

Уха действительно оказалась замечательной. Наваристая, ароматная, с крупными кусками рыбы и свежей зеленью. Вовка после второй тарелки откинулся на спинку стула и с самым серьёзным видом заявил:

– Всё. Теперь я точно остаюсь здесь жить.

– А работать кто будет? – усмехнулся Макс.

– Буду рыбу ловить и уху есть.

– Каждый день?

– Каждый день.

За столом снова раздался смех.

После ужина они ещё немного посидели на веранде. Небо над посёлком постепенно темнело. Одна за другой загорались звёзды. В городе такого не увидишь – там слишком много света и слишком мало неба. К десяти вечера усталость наконец дала о себе знать.

Вера Николаевна постелила парням в большой комнате.

– Всё готово. Отдыхайте.

– Спасибо вам огромное, – поблагодарил Макс.

– Да за что спасибо? Молодые люди должны отдыхать.

Вовка уже зевал так, что едва не вывихнул челюсть.

– Полностью поддерживаю эту мудрую мысль.

Через несколько минут свет погас. За открытым окном стрекотали сверчки. Где-то далеко лаяла собака. Иногда слышался шелест листвы и негромкий скрип старых деревьев.

Макс лежал на диване и смотрел в темноту. Мысли о загадочном человеке в светлом костюме снова пытались вернуться, но усталость оказалась сильнее. Совсем скоро он уже спал.

Проснулся Максим от непривычного звука. Где-то совсем рядом громко прокричал петух. Потом ещё один. Следом залаяла собака. Через несколько секунд ей ответила другая, на соседней улице. Макс открыл глаза и несколько мгновений не мог понять, где находится. Потом вспомнил. Орехово. Дача. Рыбалка.

За окном уже начиналось утро. Не такое, как в городе. Здесь не было гула машин, визга тормозов и далёкого шума проспектов. Посёлок просыпался по-другому. Где-то хлопнула калитка, застучало ведро о колодец. Послышались голоса соседей. В саду перекликались птицы. Солнце ещё только поднималось над деревьями, окрашивая верхушки яблонь и крыш в тёплый золотистый цвет.

Из кухни доносился запах свежезаваренного чая и чего-то вкусного. Макс невольно улыбнулся. В такие моменты казалось, что никаких загадок, призраков на фотографиях и странных совпадений не существует вовсе. Есть только летнее утро, тишина, и ещё один хороший день, который только начинается.

Макс тихонько встал, стараясь не шуметь. Вовка дрых без задних ног. Ещё бы! Столько времени вчера провести на речке. Настоящий отдых на природе словно ластиком стёр весь накопившийся негатив. Природа – лучшее лекарство. Это знают все, хотя признают далеко не многие.

Он вышел во двор, умылся прохладной водой и направился к турнику, который когда-то установил его отец. Он подтянулся несколько раз и уже собирался попробовать сделать выход с переворотом, но боковым зрением заметил какое-то движение возле мастерской.

Оглянувшись, Максим увидел Витю. Мальчик сидел на лавочке, уткнувшись в телефон.

– Привет. Ты чего так рано? – окликнул его Макс.

Витя вздрогнул и поднял голову.

– Здравствуйте. Я уже полчаса жду. Дядя Коля сказал, что сегодня мы все вместе на рыбалку пойдём.

Макс усмехнулся.

– Ну да. Мы с моим другом собирались.

– Так это... Уже идти надо. На рыбалку лучше пораньше выходить, – серьёзно заметил мальчик.

Немного помолчав, он спросил:

– А у вас удочки есть?

Макс развёл руками.

– Нет. Но в мастерской моего отца, думаю, найдётся всё необходимое.

Витя удивлённо округлил голубые глаза.

– Вашего отца? Дядя Коля – ваш отец?

Максим рассмеялся и покачал головой.

– Нет. Николай Фёдорович наш друг. Он здесь живёт и присматривает за домом. А сама дача принадлежит моим родителям. Они в городе. Вечно заняты.

В этот момент на крыльцо вышла Вера Николаевна.

– Доброе утро, ребята. Как спалось, Максим?

– Спасибо. Как на курорте. Спокойно и без всяких сновидений.

– На рыбалку собрались?

– Да.

– Тогда буди Владимира. Я сейчас завтрак приготовлю, а потом отправляйтесь, пока солнце не припекло.

Она скрылась в доме.

Макс подошёл и сел рядом с Витей.

– А твой брат, Егорка, дома остался?

– Да. Он ещё спал, когда я уходил. И мама тоже. Я первый проснулся и сразу сюда прибежал. Чтобы не опоздать.

Мальчик тяжело вздохнул.

– Только оказалось, что никто ещё не готов.

Макс улыбнулся.

– Не переживай. Мы быстро соберёмся. Сейчас разбужу товарища, позавтракаем и отправимся.

Он поднялся с лавочки и кивнул в сторону дома.

– Пойдём. Ты ведь тоже не завтракал. А голодный рыбак – плохой рыбак.

Они неторопливо пошли по садовой дорожке.

Уже возле дома Макс осторожно спросил:

– Скажи, Витёк, а вы с Егором часто бывали в парке аттракционов?

Мальчик задумался.

– Ну... Наверное, раз семь или восемь. Пару раз мама нас водила. И ещё несколько раз папа.

Витя усмехнулся.

– С ним веселее. Он больше разрешает. А мама всего боится.

Мальчик смешно скривился.

– Егор вообще любит тот парк. У него там друг живёт. Ну, ненастоящий, воображаемый. Он у нас немного странный. Но хороший. Не вредный совсем. И с вопросами не пристаёт, как у других младшие братья. Да, с папой клёво, но не часто.

Витя вздохнул.

Максим осторожно поинтересовался:

– А почему не часто?

Мальчик пожал плечами.

– Просто, папа не живёт с нами. Уже давно. Как Егор маленький был, он ушёл жить отдельно. Мы видимся, в основном на выходных.

Макс понимающе кивнул.

– Скажи, а фотографии из парка у вас остались?

Витя удивлённо посмотрел на него.

– Конечно. Очень много. У меня в телефоне есть.

Сердце Макса невольно забилось быстрее.

– Правда? А можно будет потом посмотреть?

Он улыбнулся и добавил:

– Просто я очень люблю это место. В детстве бывал там редко, а теперь, получается, наверстываю упущенное.

Витя сразу кивнул.

– Конечно можно. Я потом открою галерею. Смотрите сколько захотите.

Макс поблагодарил мальчика, но внутри уже нарастало знакомое волнение. Если загадочный человек появлялся на фотографиях разных людей задолго до того, как в их жизни случалось что-то плохое... То, что он увидит на снимках Вити и Егора?

Они зашли в дом, и Макс понял, что будить друга не нужно. Вова уже сидел за столом и уплетал оладьи. Он что-то промычал с полным ртом, вытянул вперёд руку с поднятым большим пальцем и закатил глаза от удовольствия, давая понять, насколько всё вкусно. Макс усмехнулся, поздоровался и тоже сел за стол.

Они позавтракали и отправились на речку. По дороге Витя протянул Максу свой смартфон, заранее открыв галерею с фотографиями из парка аттракционов. Максим шёл не спеша и перелистывал снимки. Их действительно оказалось много. Несколько раз он останавливался, увеличивал изображение и внимательно рассматривал каждую деталь. Но, к своему удивлению, загадочного незнакомца в светлом костюме на этих фотографиях не было.

На всякий случай Макс переслал себе на почту несколько снимков, где в кадр попадало колесо обозрения, чтобы позже ещё раз изучить их в спокойной обстановке.

Николай Фёдорович и Вован быстро нашли общий язык и ушли далеко вперёд. Витя шагал рядом с Максом, время от времени бросая на него любопытные взгляды. Наверняка мальчик пытался понять, что такого особенного можно найти в самых обычных фотографиях.

Вскоре тропинка вывела их к реке. Утреннее солнце ещё не успело раскалить воздух. Над водой местами стелился лёгкий туман, а высокая трава на берегу была влажной от росы. Где-то в камышах перекликались птицы, а над самой поверхностью воды стремительно проносились стрекозы.

– Вот это я понимаю – рыбалка, – довольно произнёс Вовка, оглядываясь по сторонам.

Николай Фёдорович только усмехнулся.

– Рыбалка любит тишину. Посмотрим, надолго ли тебя хватит.

Место выбрали быстро. Мужчина помог парням разобраться со снастями, показал, как правильно насаживать наживку, и вскоре четыре поплавка уже покачивались на воде.

Первые минут десять никто ничего не поймал. Потом удача улыбнулась Вите.

– Есть! Есть! – радостно закричал он, вытаскивая небольшого карася.

– Тише ты, рыбак, – рассмеялся Николай Фёдорович. – Сейчас всю рыбу распугаешь.

Следом повезло и Максу. Небольшой окунёк отчаянно сопротивлялся, заставив его вспомнить детство, когда он точно так же сидел на этом берегу вместе с отцом.

А вот Вовке долго не везло.

– Это заговор, – серьёзно заявил он спустя полчаса. – Рыбы чувствуют, что я городской.

– Они чувствуют, что ты слишком много разговариваешь, – невозмутимо ответил Николай Фёдорович.

Даже Витя засмеялся. В итоге свой первый улов Вова всё-таки поймал. Им оказался небольшой карась. После этого он ходил по берегу с таким гордым видом, будто вытащил как минимум огромного сома.

Время текло удивительно быстро. Они разговаривали, шутили, несколько раз меняли место, а когда солнце поднялось выше, Вовка первым предложил искупаться. Удочки временно оставили на берегу. Вода оказалась прохладной и невероятно приятной после жары. Вскоре речка уже оглашалась смехом, брызгами и взаимными попытками догнать друг друга.

– Я аллигатор! – во всё горло заорал Вовка и быстро поплыл в сторону Макса и Вити.

Витёк завизжал и принялся отчаянно молотить руками и ногами по воде.

– Эй, аллигаторы! Полегче там! Пацана мне не утопите! – добродушно крикнул Николай Фёдорович с берега.

Мужчина стоял у самой воды и с улыбкой наблюдал за молодёжью.

– Отдыхайте, отдыхайте... Что может быть лучше речки после города? Ни шума машин, ни выхлопов, ни этой вечной суеты. Только вода, лес и свежий воздух.

Вовка тут же высунул голову из воды и громко заявил:

– Николай Фёдорович, я официально готов переехать сюда жить!

– Не торопись, – усмехнулся мужчина. – Поживёшь недельку без горячей воды и нормального интернета – сразу обратно в город запросишься.

– Неправда! – возмутился Вовка. – Ради такой речки я готов на жертвы!

– Запомню твои слова, – хохотнул Николай Фёдорович.

Макс только покачал головой.

– Не верьте ему. Через три дня он начнёт искать доставку пиццы в радиусе пяти километров.

– Клевета! – тут же возмутился Вовка и, набрав побольше воздуха, снова нырнул под воду.

Витя рассмеялся и бросился уплывать от «аллигатора», а над рекой ещё долго разносились их голоса, смех и радостные крики. Даже обычно серьёзный Макс на какое-то время совершенно забыл о фотографиях, загадочном силуэте и всех тревожных мыслях последних дней. Сегодня был просто хороший летний день. Наверное, именно таким и должно быть настоящее лето.

***

Домой они возвращались неторопливо. Солнце уже клонилось к горизонту, длинные тени ложились на тропинку, а от реки ещё тянуло прохладой. Рыбалка удалась. Искупаться тоже успели не один раз. Вовка признал, что давно так не отдыхал.

Витя шёл рядом с Максом и время от времени пинал носком кроссовка попадавшиеся на дороге шишки. Некоторое время он молчал, потом вдруг спросил:

– А вы ещё приедете?

Макс посмотрел на мальчика.

– Конечно приедем.

– Скоро?

– Постараемся.

Витя задумался.

– Хорошо. С вами весело.

Сказал он это просто, без особых эмоций, но почему-то именно эти слова заставили Макса улыбнуться.

К даче подошли уже ближе к вечеру. Во дворе вкусно пахло укропом, дымком и свежесваренной ухой.

Вера Николаевна всплеснула руками, увидев возвращающихся рыбаков.

– Ну наконец-то! Я уже думала, вы решили до ночи на речке сидеть.

– Был такой вариант, – серьёзно ответил Вовка.

Женщина только рассмеялась.

Ужин получился таким же вкусным, как и всё, что она готовила. За столом много шутили, вспоминали рыбалку, обсуждали, кто поймал больше рыбы, хотя Вова упорно пытался доказать, что именно его карась был самым выдающимся уловом дня. Но вечер заканчивался, а небо постепенно темнело. Пришло время возвращаться в город. Почему-то эта мысль показалась грустной всем без исключения, особенно Вовке. Он несколько раз посмотрел в сторону сада, потом на дом и негромко произнёс:

– Хорошо у вас здесь.

– Приезжайте ещё, – сразу ответила Вера Николаевна.

Когда парни уже собирались уезжать, она вынесла несколько контейнеров и большой пакет.

– Вот. Это вам с собой.

– Вера Николаевна, ну зачем? – попытался отказаться Макс.

– Затем. Не спорь со старшими.

– Но...

– Никаких «но».

Макс беспомощно посмотрел на друга, рассчитывая на поддержку. Напрасно. Тот уже с энтузиазмом принимал пакеты.

– Спасибо огромное! Всё возьмём! Всё пригодится!

– Предатель, – пробормотал Макс.

– Я практичный человек, – невозмутимо ответил Вова.

Он заглянул в контейнер и уважительно присвистнул.

– Ого... И вареники...

– И пирожки, – с гордостью сообщила Вера Николаевна.

– И пирожки... – благоговейно повторил Вовка.

Макс покачал головой.

– Слушай... А может, Дашка от тебя ушла вовсе не из-за потерянного кольца?

Вова насторожился.

– Ты на что намекаешь?

– Может, причина гораздо проще.

– И какая?

Макс указал взглядом на пакеты.

– Она поняла, что конкурировать с едой невозможно.

Но Вовка возмущённо прижал пакет к груди.

– Между прочим, еда меня никогда не передавала.

– Вот это уже серьёзный аргумент, – усмехнулся Макс.

– И очень вкусный аргумент, – невозмутимо добавил Вован. – Тебе легко рассуждать, твоя мама почти рядом. А моя далеко... И да... Я люблю вкусно покушать, а готовить терпеть не переношу... Поэтому никогда не отказываюсь от вкусно приготовленной еды. Вот!

Вера Николаевна улыбнулась, подошла и тепло по-матерински обняла сначала Вову, потом Максима. Вовка, растроганный таким отношением, нежно обнял женщину и тихонько произнёс:

– Если захотите кого-то усыновить, просто знайте – я готов.

Но эту тихую фразу услышали и, разумеется, она у всех вызвала улыбки.

Они попрощались, пообещав, что уже на следующие выходные постараются снова приехать. Возможно, с родителями Макса. Вера Николаевна только попросила, чтобы обязательно предупредили заранее. Макс пообещал.

Машина медленно выехала за ворота. Максим посмотрел в зеркало заднего вида. Вера Николаевна, Николай Фёдорович, Витя и Егор стояли возле калитки и махали им вслед. Почему-то захотелось вернуться сюда как можно скорее.

***

Уже на подъезде к городу телефон Макса запиликал. Звонила мама. Он принял вызов и сказал, что они с Вовой возвращаются из посёлка. Мама сообщила, что уже приехала из санатория и сейчас находится на вокзале.

– Сынок, сможешь подъехать, забрать меня? Отец тоже недавно с поезда, но уже дома, скорее всего отдыхает. Не хотелось бы его тревожить. Сможешь?

– Конечно, смогу. Сейчас заедем.

Он отключился и, повернувшись к другу, сообщил:

– Давай на вокзал заедем. Я маму встречу, а потом тебя отвезу. Окей?

Макс посмотрел на Вовку и добавил:

– И чего ты такой мрачный?

Вован вздохнул, перевёл взгляд на вечерний город за окном и неожиданно серьёзно произнёс:

– Знаешь... эти два дня были не просто хорошие. Они были суперские. Я как-то по-другому на всё посмотрел. На себя, на жизнь вообще...

Он замолчал, будто подбирая слова.

– Ого... да ты философ, оказывается, – усмехнулся Макс и покачал головой.

– Да нет, какой философ... просто подумал... живём один раз, но, как-то неправильно, что ли...

Максим кивнул.

– Понимаю. У меня, честно говоря, тоже мысли разбегаются. Отдых на природе, да ещё на всём готовом, это что-то...

Они забрали Марину Сергеевну с вокзала. Вечерний поток людей уже редел, чемоданы катились по плитке, а в воздухе чувствовалась усталость дороги и возвращений.

Потом Макс отвёз сонного Вовку домой, и они с мамой поехали в квартиру родителей.

– Оставайся сегодня у нас, – попросила мама. – Выглядишь уставшим. Останься, сынок.

Максим на секунду задумался.

– Вообще-то да, наверное, ты права.

Он чуть улыбнулся.

– Тем более там пакеты с гостинцами от Веры Николаевны. Для вас с отцом. А для Вовки она вообще еды наготовила – ему, наверное, на неделю хватит.

Он тихо усмехнулся.

– Любит он поесть вкусно... Теперь об этом в посёлке точно будут помнить.

Макс всё же поехал к себе. Передумал в самый последний момент. Во-первых – завтра с самого утра он хотел продолжить работу над фотоальбомом. Во-вторых – его не отпускало желание ещё раз пересмотреть снимки с телефона Вити.

И под тихие, немного усталые уговоры мамы он уехал домой, в свою квартиру, где его снова ждали фотографии, ноутбук и слишком много мыслей для одного вечера.

***

Утром Максим проснулся рано, на удивление бодрым и в хорошем настроении. Сначала он заварил себе чашку кофе, потом решил ещё раз хорошенько проверить фотографии, которые переслал на свой телефон с галереи Вити. Но, после тщательного изучения снимков, он не знал, что и думать. Загадочного человека на этих кадрах не оказалось. После этого он снова вернулся к фотоальбому для Маши. Макс аккуратно подбирал фотографии, выстраивал их в нужной последовательности, создавая цельную историю – детство, школа, выпускной.

Иногда он задерживался на каком-то снимке чуть дольше обычного, но скорее по привычке, чем по необходимости, и почти сразу переходил дальше. Работа шла ровно и даже немного успокаивала.

К середине дня альбом уже почти был готов. Макс откинулся на спинку стула, потёр глаза и на секунду просто посидел в тишине. В квартире было спокойно, только за окном слышался обычный городской шум – машины, редкие голоса, жизнь, которая шла своим чередом.

Он взял телефон и какое-то время просто смотрел на экран. Потом, сам не до конца понимая зачем, нашёл контакт Олеси и нажал вызов. Гудки шли недолго.

– Алло?

Её голос прозвучал чуть удивлённо, а на заднем фоне слышался шум, детские голоса, смех. Олеся была на работе.

– Привет, это Макс. Отвлекаю, извини... Я хотел сказать, что над альбомом работаю. Думаю, скоро он будет готов.

– Ого... так быстро? И, нет, совсем не отвлекаешь. Мы не улице, на прогулке, – в голосе послышалось лёгкое волнение.

– Да. Остались мелкие детали, оформление, но это много времени не занимает.

Он на секунду замолчал, и вдруг поймал себя на странном ощущении – ему просто хотелось услышать её голос. Не по делу, не из необходимости, а просто так. И это немного смутило его самого.

– Спасибо тебе ещё раз, – сказала Олеся. – Маша будет очень рада.

– Надеюсь.

Пауза повисла сама собой, естественная, чуть неловкая.

Макс смотрел в окно и вдруг подумал: интересно, а она вообще свободна? Вдруг у неё кто-то есть? От этой мысли внутри появилось странное ощущение – не совсем ревность, и не тревога, а что-то более тихое и неприятное, как лёгкий холодок, который невозможно сразу объяснить. Он слегка нахмурился, будто сам себе не понравился в этот момент.

– Ладно... я тогда доделаю последние штрихи, – сказал он наконец.

– Хорошо. Спасибо тебе, Максим.

– Угу. До связи.

Он отключился и ещё несколько секунд просто держал телефон в руке, не двигаясь. Потом медленно вернулся к ноутбуку, но сосредоточиться сразу не получилось. Он не успел вернуться к работе, как телефон снова завибрировал. На этот раз звонила Алина. Макс почему-то почувствовал облегчение. Звонит – значит, не обижается. Почему для него это было важно, он и сам не смог бы толком объяснить.

Он принял вызов.

– Да, Алина, привет. Слушаю.

– Привет, Максим. Ты уже дома? Не занят?

– Нет, не занят. И да, я уже дома. Мы с Вовой ещё вчера вечером вернулись.

– Как съездили? Дедушку Лизы навестил? Фотографии отдал?

Макс невольно усмехнулся.

«Всё-то тебе интересно... Заботливая. Молодец».

– Да, заехали. Фотографии отдал. От тебя привет передал. И он тебе тоже.

– Правда?

– Правда. Ещё сказал, что ты красивая.

– Ой... Спасибо, – в её голосе послышалось смущение. – Я вообще-то звоню рассказать одну новость. Меня попросила одна женщина поснимать её дочь в парке аттракционов. У девочки первый серьёзный юбилей – десять лет. Я согласилась, но теперь очень переживаю.

Макс понял, о чём она говорит. Он до сих пор помнил свой первый опыт работы в этом парке.

– Знаешь, моя поездка на дачу была не только про отдых. Там произошло кое-что ещё. Но по телефону всего не расскажешь.

Он на секунду задумался и предложил:

– Давай завтра встретимся. Сегодня у меня ещё много работы, а завтра вечером можем где-нибудь посидеть и спокойно поговорить. Как тебе идея?

Алина несколько секунд молчала.

– Давай. Я давно не была на набережной. Как ты смотришь на то, чтобы встретиться там?

– Отлично. Мне нравится.

– Тогда часов в шесть вечера?

– Подходит.

– Хорошо. Тогда до встречи.

– До встречи, Алина.

– До свидания, Максим.

Он отключился и откинулся на спинку стула. Несколько секунд просто сидел, глядя в окно. Кажется, он наконец начал понимать, как относится к обеим девушкам.

Алина была для него кем-то очень близким по духу. С ней легко находились темы для разговора. Они одинаково смотрели на многие вещи, оба любили фотографию и могли часами обсуждать снимки, свет, композицию и людей. Рядом с ней было легко и спокойно. Но это было совсем не то чувство, которое он испытывал к Олесе.

Олеся нравилась ему как женщина. Эта мысль пришла неожиданно спокойно, без споров с самим собой и без попыток что-то отрицать. Да, именно так. А когда он это понял – вчера, неделю назад или ещё раньше – уже не имело особого значения. Главное, что теперь он не обманывал самого себя. Макс потянулся к мышке и снова открыл макет фотоальбома. Работа сама собой вернула его к привычному ритму, но где-то на краю сознания неожиданно всплыл новый вопрос.

Интересно... и всё же, у Олеси есть парень? Он нахмурился. Почему-то от одной только мысли, что у неё может кто-то быть, ему вдруг стало неприятно. Макс покачал головой и усмехнулся собственным мыслям.

– Вот же влип...

После чего заставил себя вернуться к работе.

***

Вечером позвонила мама и сообщила, что на следующие выходные они с отцом собираются в посёлок. Рассказ Макса о том, как хорошо они провели там время, так вдохновил отца, что теперь он сам не мог дождаться поездки. Максим слушал и улыбался. Он сказал, что это отличная идея и, возможно, они с Вовой тоже присоединятся.

Мама поинтересовалась, как у него дела в целом, рассказала про свой отдых, поделилась тем, что не успела сказать вчера, и они попрощались. Отец с понедельника уходил в отпуск, но без жены на дачу ехать не собирался, поэтому терпеливо ждал выходных.

Пока Макс разговаривал с мамой, ему дважды звонил неизвестный номер. Он решил перезвонить – и не зря. Это оказалось приглашение на съёмку особенного торжества – юбилея свадьбы, пятидесятилетия совместной жизни. Макс, разумеется, согласился.

До события оставалось всего два дня. Он был рад подработке – деньги постепенно заканчивались, а впереди могли появиться новые расходы.

Вообще-то Макс не жаловался. Зарабатывал он неплохо, особенно когда приходилось снимать выпускные, школьные праздники, детские утренники, семейные фотосессии на природе или в студиях. Иногда его приглашали просто на обработку и оформление фотоархивов: собрать серию снимков в единый альбом, отретушировать старые фотографии, восстановить выцветшие кадры из семейных архивов. Бывали и заказы на создание фотокниг с нуля – от съёмки до финального макета.

Работы хватало, и почти всегда она приносила не только доход, но и ощущение, что он делает что-то важное – сохраняет чьи-то воспоминания.

Он решил, что завтра обязательно закончит альбом для Маши, а уже после этого съездит по адресу, где предстояло снимать предстоящее торжество.

Утром следующего дня Максим неспешно позавтракал. Поработав немного над оформлением фотоальбома, он собрался и отправился по указанному адресу, чтобы заранее изучить место съёмки и понять, какие зоны лучше подойдут для постановочных кадров.

Он предпочитал работать в живой, непринуждённой атмосфере, ловя естественные эмоции, но предстоящее торжество было особенным – люди почтенного возраста, и здесь лишняя импровизация могла оказаться неуместной, поэтому подготовка требовала внимательности.

По дороге Макс мысленно прикидывал свет, ракурсы и фон, привычно раскладывая будущие кадры в голове, словно уже видел их через объектив. По прибытии, он внимательно осмотрел место: зал, освещение, расположение столов, пространство для танцев и поздравлений. В голове он уже прикидывал, где лучше поставить точку съёмки, как поймать эмоции гостей и не мешать естественному ходу праздника.

После этого он вернулся к работе над альбомом для Маши. Ещё раз проверил последовательность снимков, немного подправил порядок, убрал лишние паузы между этапами жизни, стараясь, чтобы история читалась мягко и цельно – от детства к выпускному дню, без резких скачков и пустот.

Когда с работой было покончено, он откинулся на спинку стула и несколько секунд просто смотрел в экран, не двигаясь.

Потом взял телефон, и набрал номер Алины.

Она ответила почти сразу.

– Привет.

– Привет, не занята?

– Нет. Что-то изменилось? – в её голосе послышалась тревога.

– Нет, всё хорошо. Сегодня вечером, как договаривались, встретимся на набережной. Я могу заехать за тобой, если тебе удобно.

– Если можешь, то я только за.

Интонация её голоса сразу изменилась. Было слышно, что девушка улыбается.

– Тогда через полчаса я буду.

– Окей. Жду.

***

Они неспеша шли вдоль набережной, и Макс подробно, стараясь не упустить важные детали, рассказывал Алине последние новости. Он рассказал про фотографии из альбома Павла Семёновича, показал снимок, который тогда сфотографировал на телефон и сохранил. Затем поведал про особенного мальчика Егора, а также продемонстрировал фотографии из галереи Витька. Алина внимательно слушала и так же пристально рассматривала снимки.

Когда он закончил свой рассказ, они остановились у ограждения. Нахмурившись, девушка протянула ему телефон.

– Посмотри, пожалуйста, на этот снимок. Тебя ничего не напрягает?

Макс взял телефон и внимательно посмотрел на фотографию, где был запечатлён Егор в парке аттракционов. Мальчик стоял возле горки и улыбался куда-то в сторону, словно видел кого-то, кто просто не попал в кадр.

– Странно... – задумчиво произнёс парень. – Как будто он с кем-то общается. И явно доверяет этому человеку.

– Наверное, всё-таки он видел того мужчину в светлом костюме. И да... он действительно напоминает памятник. Но, как мы видим, на этих фото его самого не видно...

Алина замолчала, погрузившись в свои мысли. Молчал и Макс.

Наконец девушка вздохнула и негромко сказала:

– Я буду работать в том парке уже в эту пятницу. Если честно, мне страшно. Но отказаться я не могу. Люди, которые пригласили меня на съёмку, весьма состоятельные, а это значит...

Она усмехнулась.

– Думаю, ты понимаешь.

Максим понимающе кивнул.

Алина несколько секунд колебалась, потом всё же решилась:

– Мне неловко тебя просить... Но не мог бы ты приехать туда и просто побыть рядом? Мне так будет спокойнее. Пожалуйста.

Она посмотрела на него почти по-детски доверчивым взглядом.

Макс улыбнулся.

– Ну конечно приеду. Даже не сомневайся. Можем вообще работать в паре. Будем снимать одни и те же моменты с разных ракурсов. Получится интересно.

Глаза Алины сразу засияли.

– Правда?

– Правда.

– Спасибо тебе огромное!

– Всегда пожалуйста. Мне правда не трудно.

Он немного помолчал, потом хитро прищурился:

– Но заработок пополам!

Алина удивлённо округлила глаза, а Макс тут же рассмеялся.

– Шучу. Ничего мне не нужно. Если честно, я и сам хочу ещё раз побывать там. Проверить кое-что. Поэтому у меня странное состояние: вроде и не хочется ехать, а одновременно очень хочется.

– Понимаю, – тихо ответила девушка.

Они продолжили прогулку. Набережная постепенно погружалась в вечерние краски. Солнце уже касалось горизонта, окрашивая воду в золотисто-оранжевые оттенки. Лёгкие облака медленно плыли по небу, подсвеченные розовым и багровым светом заката. Река казалась почти неподвижной. Лишь изредка по её поверхности пробегала лёгкая рябь от вечернего ветерка.

Где-то вдали слышались голоса прохожих, смех детей и крики чаек, но здесь, на их участке набережной, было удивительно спокойно. Некоторое время они шли молча. Каждый думал о своём.

Максим смотрел на уходящее за горизонт солнце и неожиданно поймал себя на мысли, что рядом с Алиной ему легко. Спокойно. Нет необходимости что-то объяснять или притворяться.

Алина же украдкой посмотрела на него и подумала, что далеко не каждый человек согласился бы бросить свои дела и приехать помогать просто потому, что кто-то попросил. От этой мысли ей стало тепло. Незаметно начали загораться фонари.

– Пожалуй, мне уже пора домой, – наконец сказала Алина.

– Да и мне тоже, – согласился Макс.

Они медленно направились к выходу с набережной. Возле стоянки они сели в машину Макса, и он отвёз девушку домой.

– Тогда до пятницы? – спросила.

– До пятницы.

– И спасибо ещё раз.

– Не за что.

Алина улыбнулась, помахала рукой и пошла в сторону подъезда. Максим некоторое время смотрел ей вслед, потом развернулся и тоже поехал домой. Вечер получился хорошим.

Только странная история с фотографиями никуда не исчезла. Наоборот, с каждым новым снимком загадочный силуэт словно становился всё ближе.

***

Следующие два дня пролетели быстро. Макс полностью закончил работу над фотоальбомом для Маши. До её дня рождения оставалось почти две недели, поэтому он не спешил сообщать Олесе, что заказ уже готов.

Если быть честным, причина была совсем не в альбоме. Максу хотелось встретиться с ней в спокойной обстановке, без спешки и суеты. Просто поговорить. Узнать её получше. Возможно, намекнуть, что она ему нравится. А что в этом такого? Он был свободен. Она, насколько ему было известно, тоже. По крайней мере, Максим очень надеялся, что это так.

Мысль о том, что у Олеси может быть кто-то другой, почему-то до сих пор неприятно царапала где-то внутри. Самому себе он в этом не признавался, но каждый раз, когда вспоминал о девушке, ловил себя на мысли, что ждёт их новой встречи. За этими размышлениями он едва не потерял счёт времени.

Взглянув на часы, Макс понял, что пора собираться на работу. Сегодня ему предстояло провести фотосъёмку особенного торжества – золотой свадьбы. Пятьдесят лет совместной жизни. Честно говоря, такие заказы нравились ему даже больше шумных выпускных или свадеб.

Здесь не было показной роскоши, желания произвести впечатление или бесконечной суеты. Обычно на подобных праздниках собирались самые близкие люди, а фотографии получались искренними и живыми.

Ресторан «Family Story» находился почти в центре города. Когда Макс приехал на место, гости только начинали собираться. Сам зал выглядел нарядно, но без излишней вычурности. На столах стояли композиции из белых и кремовых цветов, между ними мерцали небольшие декоративные свечи. На одной из стен висела большая надпись: «50 лет вместе».

Максим привычно осмотрел помещение, оценил освещение и сразу заметил виновников торжества. Он удивился тому, как хорошо они выглядели. На самом деле обоим юбилярам было уже немного за семьдесят.

Высокий, подтянутый мужчина в светлом костюме бережно придерживал супругу под руку. Его волосы давно стали серебристыми, но осанка оставалась прямой, а взгляд – живым и внимательным.

Женщина была одета в элегантное платье нежно-голубого цвета. В её седых волосах блестела аккуратная заколка, а на лице почти не сходила спокойная улыбка.

Они постоянно находились рядом. Не демонстративно, а словно за пятьдесят лет настолько привыкли друг к другу, что иначе уже не умели.

Макс наблюдал, как мужчина поправил супруге выбившуюся прядь волос, а она в ответ легко коснулась его руки. Обычный жест. Но почему-то именно такие моменты всегда получались самыми ценными на фотографиях.

Торжество для них организовали внуки. И судя по тому, как вокруг юбиляров постоянно собирались дети, внуки и даже правнуки, семья у них была большая и дружная.

В воздухе чувствовалось что-то очень тёплое. Не просто праздничное настроение. Скорее ощущение дома. Ощущение людей, которые прожили долгую жизнь вместе и сумели сохранить самое главное – уважение друг к другу.

Максим поднял фотоаппарат и сделал первый кадр. Он ещё не знал, что именно эта съёмка заставит его задуматься о собственном будущем гораздо сильнее, чем он ожидал.

***

Съёмка прошла удивительно легко.

Макс фотографировал юбиляров отдельно, затем вместе с детьми, внуками и правнуками. Несколько раз он просил их встать определённым образом, но чаще всего лучшие кадры получались сами собой.

Один раз мужчина наклонился к супруге и что-то тихо сказал ей на ухо. Женщина засмеялась совсем по-девичьи, прикрыв рот ладонью. В другой момент она поправила мужу воротник рубашки, словно они не пятьдесят лет прожили вместе, а только недавно начали встречаться. Макс сделал несколько снимков подряд. Вот это были настоящие фотографии. Без позирования, без наигранных улыбок. Просто жизнь.

В какой-то момент слово взял один из внуков. Он поздравлял бабушку и дедушку, вспоминал разные семейные истории, а виновники торжества смотрели друг на друга с такой теплотой, что Макс невольно задумался.

Интересно, возможно ли вот так прожить рядом с человеком полвека и всё ещё смотреть на него так же? Наверное да. Примером тому были его родители. Он ни разу не был свидетелем их ссоры или неуважения друг к другу. Да, разумеется, разногласия случались, но незначительные.

Ещё Макс вспомнил Веру Николаевну и Николая Фёдоровича. Эти двое тоже прожили вместе долгую жизнь. Правда, не во всём счастливую и полную – своих детей у них так и не было... Но во всём остальном они любили и уважали друг друга и это было видно без всяких слов.

Праздник постепенно подходил к завершению. Гости не спешили расходиться. Кто-то фотографировался на память, кто-то обнимал юбиляров, некоторые продолжали беседовать за столом.

Когда работа была закончена, он подошёл попрощаться.

– Спасибо вам большое, – искренне сказал мужчина, пожимая ему руку. – Надеюсь, мы не слишком вас утомили.

– Что вы. Мне было очень приятно работать с вашей семьёй.

Женщина улыбнулась и неожиданно сказала:

– Молодой человек, берегите тех, кто вам дорог. Время летит гораздо быстрее, чем кажется.

Макс улыбнулся в ответ. Почему-то эти слова запомнились ему особенно сильно.

На улице уже начинало темнеть. Тёплый июльский вечер постепенно переходил в ночь. Воздух всё ещё хранил накопленное за день тепло, а над городом медленно загорались первые звёзды. Макс сел в машину и направился домой. Дороги были почти пустыми. После шумного ресторана город казался удивительно спокойным.

Вернувшись в квартиру, он первым делом перенёс отснятый материал на компьютер. Фотографий получилось много. Макс быстро просмотрел несколько кадров и остался доволен результатом.

Свет был хорошим, люди выглядели естественно, а главное – на снимках удалось сохранить настроение самого праздника. Он создал отдельную папку, сделал резервную копию файлов и решил, что полноценной обработкой займётся уже завтра.

Часы показывали далеко за полночь. Парень выключил ноутбук и подошёл к окну. Город засыпал. Где-то вдали ещё проезжали редкие машины, светились окна многоэтажек, а тёплый ветер слегка шевелил листву деревьев. Впереди был новый день, новая работа, новая встреча с Олесей. И почему-то именно эта мысль заставила его улыбнуться.

Спустя несколько минут Макс уже лежал в постели. Усталость быстро взяла своё. За окном тихо шелестела летняя ночь, а сон пришёл почти сразу.

***

Время для детского праздника было назначено на десять утра. Максим заехал за Алиной, и они отправились в парк развлечений вдвоём.

Парк аттракционов встретил их шумом, музыкой и бесконечным движением. День рождения проходил прямо здесь – среди каруселей, ярких вывесок и запаха сладкой ваты.

Виновницей торжества оказалась прелестная девочка по имени Алиса. Ей исполнялось десять лет, и по масштабу праздника это чувствовалось сразу.

Детей было семеро. Все примерно одного возраста, но совершенно разные по поведению: кто-то сразу побежал к аттракционам, кто-то держался ближе к взрослым, а кто-то уже спорил и смеялся так громко, что перекрывал музыку из колонок.

Рядом с ними постоянно находились сопровождающие – гувернантки или, как их сейчас чаще называют, няни. Они старались удержать порядок, но получалось это с переменным успехом.

Алиса резко выделялась. Красивая с аккуратно уложенными волосами и уверенным взглядом. Она не просто принимала праздник – она им управляла. И, казалось, прекрасно знала, что находится в центре внимания. Максим заметил это почти сразу.

Съёмка затянула их с первых минут. Шум, движение, постоянные просьбы, крики детей, вспышки эмоций – всё это требовало от Макса полного внимания. Он ловил кадры почти автоматически, не успевая задумываться ни о чём постороннем. Даже мысль о странном «человеке в светлом костюме», который уже не раз появлялся на снимках, словно отступила куда-то на задний план. Здесь, среди аттракционов, музыки и бесконечной суеты, у него просто не осталось пространства для лишних размышлений.

С Алиной оказалось очень легко работать. Они почти не переговариваясь, будто давно привыкли к совместной съёмке. Иногда она ловила его взгляд через толпу детей – и этого было достаточно, чтобы понять следующий шаг.

На площадке появился клоун Тёма. Он старался изо всех сил: показывал фокусы, шутил, пытался вовлечь детей в игру, но чувствовалось, что ему тяжело. Под толстым слоем грима лицо блестело от пота, а улыбка временами выглядела слишком натянутой. Макс, наблюдая за ним через объектив, поймал себя на неприятном ощущении жалости. Работа есть работа. Но иногда она слишком явно выдавала усталость человека.

Дети же, наоборот, не особо церемонились. Они бегали вокруг, перебивали клоуна, выкрикивали что-то на ходу, иногда нарочно мешали, проверяя границы дозволенного. Кто-то просто смеялся, другие начинали спорить, кто-то просто не хотел слушаться никого вообще.

Охрана ненавязчиво следила за тем, чтобы никто из детей не разбежался слишком далеко, но и это не сильно меняло общую картину хаоса.

Праздник плавно переместился в кафе внутри парка. Большой стол, украшенный шарами и яркими салфетками, был накрыт для детей и взрослых. Еда выглядела красиво, но почти никто не задерживался за столом надолго – детям было не до этого.

Макс и Алина работали без остановки почти два часа. Алиса несколько раз подходила к ним обоим сама.

– Покажи, – требовательно говорила она, заглядывая в экран камеры или телефона. – Вот это оставляем. А это удаляй. И это тоже.

Она не спрашивала – она решала. И каждый раз Макс спокойно кивал, делая вид, что это нормально для любого съёмочного процесса. Алина, наблюдая за этим, держалась из последних сил, но ничего не комментировала.

К концу съёмки оба почувствовали усталость. Не физическую даже – скорее эмоциональную, выжатую шумом, движением и постоянной необходимостью быть внимательными к каждому кадру.

Вскоре основные моменты были отсняты, праздник постепенно стал рассыпаться: дети устали, няни выдохнули, клоун наконец снял часть костюма, не скрывая облегчения.

Когда всё закончилось, Алина выдохнула.

– Я бы одна не справилась, – честно сказала она, посмотрев на Макса. – Серьёзно. Спасибо тебе.

В её голосе не было привычной лёгкости – только искренность и облегчение. Макс улыбнулся, кивнул, принимая эти слова спокойно, без лишнего пафоса.

– Нормально отработали. Командой проще, – ответил он.

Макс опустил камеру и на секунду просто посмотрел на весь этот шумный, яркий и утомительный мир. Он подумал, что иногда детские праздники бывают куда тяжелее взрослых.

Слишком много было движения, слишком плотной оказалась реальность вокруг.

Алина посмотрела на него ещё раз, чуть мягче, чем обычно.

– Всё равно... без тебя было бы непросто. – она замолчала на мгновение и, понизив голос, добавила:

– Я восхищаюсь твоим терпением. Мне несколько раз хотелось хорошенько встряхнуть эту маленькую избалованную стерву. Уверена, какому-то мальчику уже кислицы снятся, – она тихо засмеялась.

Макс тоже улыбнулся и кивнул в знак согласия.

Вечером, уже дома, они почти одновременно занялись одним и тем же. Каждый у себя открыл фотографии, сделанные сегодня в парке аттракционов.

Алина просматривала снимки спокойно, постепенно отмечая самые удачные кадры. И вдруг её сердце тревожно сжалось. На нескольких фотографиях снова появился тот самый мужчина в светлом костюме. Он стоял в стороне, немного поодаль от праздника. Не смотрел в объектив. Не улыбался. Просто наблюдал. Как и прежде.

Девушка внимательно изучила каждый такой снимок. Странно... Но его присутствие почти ничего не испортило. Он находился далеко на заднем плане и не отвлекал внимание от главных героев. На некоторых фотографиях силуэт вообще оказался у самого края кадра. Такие снимки спокойно можно было оставить без изменений. Девушка облегчённо выдохнула.

Совсем иначе обстояло дело у Макса. Просматривая отснятый материал, он почти сразу заметил знакомую фигуру. На этот раз незнакомец несколько раз оказался совсем рядом с клоуном Тёмой. Будто специально.

На одном снимке он стоял за его спиной. На другом – чуть сбоку, почти касаясь плечом яркого костюма. На третьем силуэт оказался настолько заметным, что взгляд невольно цеплялся именно за него, а не за детей. Макс недовольно покачал головой.

Часть кадров, скорее всего, придётся отправить в отбраковку. Некоторые ещё можно будет спасти во время обработки – аккуратно убрать незнакомца с помощью ретуши. Работа кропотливая, но вполне выполнимая. Алина, наверное, Тёму не фотографировала. Поэтому на её снимках этот незнакомец не засветился так заметно.

Он ещё раз пролистал фотографии. Почему именно возле клоуна? Почему не возле именинницы или других детей? Этот вопрос неприятно засел в голове.

Именинница Алиса на всех снимках получилась очень хорошо. Лицо девочки было выразительным и фотогеничным. Яркая внешность вполне могла обещать карьеру фотомодели в будущем. А с деньгами её родителей так уж точно.

Макс закрыл папку с фотографиями из парка и отправил на почту Алине. В принципе, он поддержал девушку в момент работы съёмки, а дальше она вполне справится сама. Они, в общем-то, так и договаривались изначально. Алина самостоятельно решит, какие кадры оставлять, а в какие вносить изменения.

Сейчас его ждала другая работа – фотографии из ресторана «Family Story». Люди рассчитывали получить их вовремя, а значит, прежде всего нужно было выполнить обещание. Он открыл другую папку, и на экране снова появились счастливые лица супругов, проживших вместе пятьдесят лет.

После шумного детского праздника эти фотографии казались удивительно спокойными. И почему-то именно сейчас Макс поймал себя на мысли, что ему очень хотелось бы, чтобы в жизни каждого человека было как можно больше таких светлых снимков... и как можно меньше тех, на которых появляется незваный наблюдатель в светлом костюме.

***

На следующий день Макс позвонил Олесе. Они договорились встретиться в небольшом кафе напротив центрального сквера. Он пришёл немного раньше, положил рядом с собой аккуратно упакованный фотоальбом и стал ждать.

Через несколько минут появилась Олеся. Она выглядела немного взволнованной, с лёгкой улыбкой. Сегодня на ней было простое светлое платье, и почему-то именно сейчас Макс подумал, что ему нравится не только её внешность. Рядом с ней было удивительно спокойно, уютно.

– Привет, – улыбнулась девушка.

– Привет.

Они сели за столик у окна. Макс сразу протянул ей альбом.

– Вот. Альбом готов.

Олеся осторожно сняла упаковку и открыла первую страницу. Она долго молчала. Перелистывала лист за листом. Иногда улыбалась. Иногда задерживалась на какой-нибудь фотографии чуть дольше. Макс внимательно наблюдал за её реакцией.

Наконец девушка закрыла альбом и подняла глаза.

– Максим... Это невероятно красиво.

Она ещё раз провела ладонью по обложке.

– Я даже представить не могла, что получится настолько здорово. Спасибо тебе огромное.

Макс смущённо улыбнулся.

– Рад, что понравилось.

– Сколько я тебе должна?

Он отрицательно покачал головой.

– За работу – ничего.

Олеся удивлённо посмотрела на него.

– Так не бывает.

– Бывает. Просто возмести стоимость материалов. Бумага, печать, обложка... Вот и всё.

– Нет... Так нечестно.

Она ненадолго задумалась, а потом улыбнулась.

– Тогда позволь хотя бы угостить тебя вкусным ужином.

Макс невольно рассмеялся.

– Согласен.

Официант принёс заказ. Они неторопливо разговаривали обо всём понемногу: о фотографиях, о работе, о Маше. О том, что она поступила на бюджет в педагогический колледж. О детях в детском саду. Максим рассказал о вчерашней съёмке детского праздника в парке аттракционов. Что он даже представить себе не мог, каким может быть поведение у некоторых детей.

Разговор получался удивительно лёгким. В какой-то момент Макс понял, что если сейчас промолчит, то потом снова будет долго себя уговаривать.

Он сделал небольшой глоток кофе и спокойно произнёс:

– Можно сказать одну вещь?

Олеся внимательно посмотрела на него.

– Конечно.

Макс на несколько секунд замолчал.

– Олеся, ты мне очень нравишься.

Слова прозвучали неожиданно просто. Без красивых фраз, и долгих объяснений.

– Я давно хотел тебе это сказать.

Олеся не отвела взгляд. Наоборот, улыбнулась ещё теплее.

– Знаешь... Я почему-то надеялась, что однажды ты это скажешь.

Максим почувствовал, как напряжение, которое копилось последние несколько дней, словно растворилось. Он облегчённо улыбнулся.

– Значит... я вовремя?

Девушка тихонько засмеялась.

– Вовремя.

Макс немного помолчал, потом всё же решился спросить:

– И ещё... у тебя... никого нет?

Она покачала головой.

– Нет. Я свободна.

Почему-то именно этот ответ принёс ему самое большое облегчение. Он и сам не заметил, как выдохнул.

Олеся улыбнулась.

– Кажется, именно это ты и хотел услышать.

Парень смущённо рассмеялся.

– Если честно... Да.

Они ещё долго сидели в кафе, не замечая, как проходит время. Когда пришло время прощаться, Макс спросил:

– Может... встретимся в пятницу? Просто погуляем.

– Давай после работы.

– Давай

– Я заканчиваю смену в детском саду в пять часов.

– Тогда давай здесь же. В половине шестого?

Олеся кивнула.

– Договорились.

Они вышли из кафе вместе. Возле сквера остановились.

– До пятницы?

– До пятницы.

Макс проводил девушку взглядом. И только когда она скрылась за деревьями, понял, что всю дорогу улыбается. На душе было необыкновенно легко. Впервые за долгое время мысли о загадочном человеке в светлом костюме ненадолго отступили. Сегодня ему хотелось думать совсем о другом.

***

Вечер долгожданной пятницы настал удивительно быстро.

Двадцать минут шестого Максим уже стоял возле небольшого кафе напротив центральной площади. В руках он держал три красные розы. Долго выбирал. Сначала хотел купить большой букет, потом почему-то решил, что это будет слишком. Три цветка показались ему гораздо искреннее.

Он посмотрел на часы. Половина шестого. В этот момент на противоположной стороне улицы появилась Олеся. Она сразу заметила Макса и улыбнулась.

Сегодня девушка была одета совсем просто. Светлая лёгкая футболка и длинная юбка с геометрическими узорами. В руке был небольшой пакет, похоже с книгами и аккуратная сумочка через плечо. Было видно, что рабочий день выдался непростым. Несколько непослушных прядей выбились из причёски, на лице читалась лёгкая усталость. Но глаза... Глаза светились такой искренней радостью, что Макс невольно улыбнулся в ответ.

Он сделал несколько шагов ей навстречу.

– Привет.

– Привет.

Макс немного смущённо протянул цветы.

– Это тебе.

Олеся удивлённо посмотрела сначала на розы, потом на него.

– Спасибо...

Она осторожно взяла букет и вдохнула нежный аромат.

– Очень красивые.

– Я рад, что тебе понравились.

Они вошли в кафе и заняли тот же столик у окна, за которым сидели несколько дней назад. За окном неспешно прогуливались люди. На площади играли дети. Кто-то фотографировался возле фонтана. Летний вечер постепенно становился прохладнее.

Сначала разговор немного не клеился. Оба будто стеснялись. Но уже через несколько минут напряжение исчезло само собой. Они говорили обо всём. Олеся рассказывала смешные истории из детского сада. О том, как один мальчик всерьёз решил жениться на воспитательнице. Как девочка принесла из дома огромного игрушечного дракона и весь день убеждала остальных детей, что он настоящий.

Максим смеялся и тоже вспоминал забавные случаи со своих съёмок. Как однажды фотографировал выпускной, а классный руководитель случайно оказался в центре самого шумного танца. После нескольких смешных случаев из своей практики, он рассказал про недавнюю съёмку торжества для пожилой пары, которые прожили вместе пятьдесят счастливых лет и вот праздновали такой чудесный юбилей.

Разговор становился всё легче. Иногда они просто молчали. Но это молчание совсем не казалось неловким. Оно было спокойным. Таким, когда присутствия другого человека уже достаточно.

Через некоторое время они вышли из кафе и медленно направились к стоянке, где Макс оставил машину. Солнце почти скрылось за горизонтом. Над городом загорались первые фонари. Тёплый ветер едва заметно шевелил листья деревьев. Макс поймал себя на мысли, что давно не чувствовал себя настолько спокойно. Будто рядом с Олесей все тревожные мысли на время отступали. Подъехав к её дому, из машины вышли вместе. Возле подъезда несколько секунд оба молчали.

– Спасибо за вечер, – тихо сказала Олеся.

– Это тебе спасибо.

Она улыбнулась. Потом сделала небольшой шаг ближе. Макс осторожно взял её за руку.

– Можно тебя поцеловать?

Собственный голос показался хриплым.

Олеся ничего не ответила. Только едва заметно кивнула. Он медленно наклонился и очень осторожно коснулся губами её губ. Поцелуй длился всего несколько мгновений. Первый и немного неловкий, но удивительно настоящий. Когда они чуть отстранились друг от друга, оба невольно улыбнулись.

– До встречи? – тихо спросил Макс.

– До встречи.

Олеся ещё несколько секунд смотрела на него, потом прижала к себе подаренные розы и вошла в подъезд. Максим проводил её взглядом. И только когда дверь закрылась, понял, что уже несколько минут широко улыбается.

Он медленно пошёл к машине. Летний вечер казался особенно тихим. Где-то вдали шумел город. Но сегодня этот шум совсем не мешал. Впервые за долгое время Макс чувствовал себя по-настоящему счастливым.

***

В один из вечеров Макс сидел за компьютером и заканчивал работу над фотографиями с торжества в ресторане «Family Story». Он неторопливо отбирал лучшие кадры, немного корректировал цвет, где-то добавлял света, где-то наоборот приглушал слишком яркие оттенки.

Работа подходила к концу, когда на столе завибрировал телефон. Звонила Алина. Максим почему-то ощутил тревогу

Он принял вызов.

– Привет, Алина.

– Привет... Ты занят?

По её голосу было слышно, что произошло что-то неприятное.

– Нет. Что случилось?

Несколько секунд девушка молчала.

– Помнишь фотографии из парка развлечений? Те, что ты прислал мне после нашей совместной съёмки?

– Конечно.

– Кажется... у нас новая проблема.

Макс невольно выпрямился.

– Рассказывай.

Алина глубоко вздохнула.

– Я закончила обрабатывать фотографии. Большинство снимков получилось отличными. Те кадры, где человек в светлом костюме слишком бросался в глаза, я просто удалила. Решила, что так будет правильнее.

Она ненадолго замолчала.

– Но два снимка всё-таки решила оставить.

– Какие именно?

– На первом клоун Тёма раздаёт детям воздушные шарики. Незнакомец стоял чуть позади него. Я аккуратно убрала силуэт, восстановила фон. Получилось настолько естественно, что невозможно было понять, что фотографию вообще редактировали.

– А второй?

– Там Тёма держит в руках два воздушных шара, которые протягивает детям. Мужчина стоял почти рядом. Я решила не удалять половину кадра, а просто обрезала фотографию так, чтобы его вообще не было видно.

Макс внимательно слушал. Пока всё выглядело совершенно обычно.

– И что дальше?

Голос Алины стал ещё тише.

– На следующий день я снова открыла эти фотографии...

Она замолчала.

– И?

– Они изменились...

Максим нахмурился.

– Что именно изменилось?

– Я сейчас всё покажу. Уже отправила тебе на электронную почту три папки. В первой – оригиналы. Во второй – фотографии после моей обработки. А в третьей... то, какими они стали сами.

Макс сразу открыл почту. Письмо уже пришло. Он открыл первую папку.

На первом снимке клоун Тёма улыбался детям и раздавал яркие разноцветные воздушные шары. Позади него, немного в стороне, неподвижно стоял знакомый мужчина в светлом костюме. Следующая фотография. Тёма держал в руках два больших шара, словно собирался протянуть их детям. Рядом снова находился тот самый силуэт.

Максим открыл вторую папку. Всё выглядело именно так, как рассказывала Алина. На первом снимке незнакомец исчез. Фон был восстановлен настолько аккуратно, что следов ретуши практически не осталось.

На втором кадре фотография была немного обрезана. Человек в светлом костюме полностью исчезал за пределами изображения. Макс кивнул. Работа была выполнена безупречно.

Он открыл третью папку, и почувствовал, как по спине медленно пробежал холодок. Незнакомца действительно больше не было. Но исчезли воздушные шары...

На первом снимке Тёма стоял с вытянутыми вперёд руками. Рядом смеялись дети. Некоторые даже тянулись вперёд... Но в руках клоуна ничего не было. Будто шаров никогда не существовало.

Макс быстро открыл вторую фотографию. Та же странность. Тёма держал руки так, словно по-прежнему протягивал детям два воздушных шара. Но ладони были пустыми. Получалось настолько нелепо, что сразу бросалось в глаза.

Несколько секунд Макс молча смотрел на монитор. Девушка оставалась на линии.

– Почему это происходит? – тихо спросила Алина.

– Не знаю...

Он медленно выдохнул.

– Получается... фотография словно попыталась сохранить какое-то равновесие.

– Именно так я и подумала.

Несколько секунд оба молчали. Наконец Макс спокойно произнёс:

– Шары вернуть несложно.

– Уже вернула.

– Отлично.

Он ещё раз посмотрел на экран.

– Тогда сделай так. После повторной обработки сразу подготовь фотографии к печати. Затем отсканируй из, чтобы у тебя были электронные версии. А первоначальные варианты просто удали.

– Думаешь, так будет лучше?

– Не знаю... Но почему-то мне кажется, что лучше не хранить такие снимки в принципе.

– Хорошо.

Снова наступила тишина. Потом Алина неожиданно сказала:

– Макс... А тебе не кажется странным, что почти на всех твоих фотографиях этот человек оказался рядом именно с клоуном?

Парень задумался. Он вспомнил, что и тогда тоже об этом подумал. Макс открыл остальные кадры. Почти везде загадочный мужчина находился неподалёку от Тёмы. Словно наблюдал именно за ним.

– Да, так и есть...

Он задумчиво постучал пальцами по столу.

– Думаю, нам нужно поговорить с этим клоуном.

– С Тёмой?

– Да.

– Но что мы ему скажем?

Макс пожал плечами.

– Пока не знаю. Просто поговорим. Скажем, что сделали для него несколько отдельных фотографий. Это будет хороший повод встретиться. Может быть, он расскажет что-нибудь о себе... Где работает, выступал ли уже в этом парке... Иногда самые обычные разговоры неожиданно дают ответы на очень странные вопросы.

Алина согласилась.

– Тогда давай попробуем его найти.

После разговора Максим ещё долго сидел перед монитором. Фотографии были открыты. Он смотрел то на оригиналы, то на изменившиеся снимки. И в который раз поймал себя на мысли, что происходящее уже давно перестало быть просто чередой необъяснимых совпадений. Словно кто-то по ту сторону снимков всё чаще давал понять, что хочет быть замеченным.

***

В связи с недавними событиями, а именно, что в жизни Макса как бы появилась девушка, он совсем забыл, что завтра они с родителями едут на дачу. Он до сих пор не предупредил друга. Макс от досады покачал головой и пожурив себя, набрал номер Владимира.

– Привет, бро. Ты как? Какие планы на выходные?

– Пока никаких, – ответил Владимир. – А что?

– Родители собрались завтра с утра в посёлок. Прости, что спрашиваю только сейчас. Я, честно говоря, забегался в эти дни... Поехали с нами?

Ответ последовал мгновенно.

– Конечно! Ты ещё спрашиваешь? Я двумя руками за.

Макс улыбнулся.

– Тогда договорились. Заеду за тобой часов в семь.

– Ого! Так рано? Ну, ладно... В семь, так в семь... Буду ждать.

Несколько секунд оба молчали. Потом Вовка неожиданно произнёс уже совсем другим голосом:

– Знаешь... Даша недавно звонила.

Макс сразу стал серьёзным.

– И что сказала?

– Попрощалась.

Он невесело усмехнулся.

– Сказала, что уезжает в другой город. Хочет начать жизнь с чистого листа.

Наступила короткая пауза.

– Пожелал ей удачи?

– Конечно.

Вовка попытался пошутить:

– Теперь, если потеряет ещё какое-нибудь кольцо, искать его будет кто-то другой.

Макс тихо усмехнулся, но прекрасно понимал, что за этой шуткой скрывается совсем другое. Голос друга всё равно выдавал его. Было слышно, что ему больно. Макс уже хотел рассказать, что они с Олесей теперь вместе, но вовремя остановился. Сейчас был не тот момент.

– Всё наладится, бро, – только и сказал он.

– Да знаю... Просто времени прошло немного.

– Тогда до завтра.

– До завтра.

***

В субботу ранним утром они уже ехали в посёлок. За рулём сидел Макс. Рядом расположился отец, а на заднем сиденье оживлённо разговаривали мама и Вовка. Дорога снова пролетела незаметно.

В посёлке их встретили как родных. Вера Николаевна сразу принялась хлопотать возле стола, Николай Фёдорович рассказывал последние деревенские новости, но душой компании, разумеется, был Вован.

Эти два дня прошли удивительно спокойно. Они купались в реке, рыбачили, помогали по хозяйству, вечерами долго сидели во дворе, слушая стрекот кузнечиков и любуясь звёздным небом. Городская суета словно осталась где-то очень далеко.

В этот же день к ним, как обычно, прибежали Витя и Егор. Во время разговора Макс неожиданно узнал, что через несколько дней у Вити день рождения.

– Приезжайте обязательно! – по-детски искренне, пригласил мальчик. – Я очень хочу, чтобы вы приехали.

Макс переглянулся с Вовкой.

– Конечно приедем.

– Даже не сомневайся, – улыбнулся Владимир.

Макс немного подумал и спросил:

– А если с нами приедут ещё две девушки, вы не против?

Витя сразу оживился.

– Конечно! Чем больше гостей, тем лучше.

Макс улыбнулся. Он уже решил, что пригласит Олесю, а ещё Алину. Он подумал, что было бы неплохо познакомить её с Вовкой.

В голове у Макса почти сразу родилась ещё одна идея.

– Слушай, Вов...

– Ну?

– А давай после праздника подарим Витьку поездку в парк аттракционов? Возьмём с собой и Егора.

Вовка даже не раздумывал.

– Отличная идея! И мы отдохнём.

– Тогда решено.

Почему-то в этот момент Макс поймал себя на странной мысли. Ему казалось, что именно в тот день, в парке, они возможно смогут понять, кто такой загадочный мужчина в светлом костюме и почему он снова и снова появляется на некоторых фотографиях. И Макс был уверен – ответ сможет дать только Егор. Особенный мальчик, который однажды совершенно спокойно сказал:

«Он мой друг».

До дня рождения Вити оставалось всего несколько дней.

Вечером Макс первым делом позвонил Олесе. Он рассказал ей про мальчишек, про Веру Николаевну и Николая Фёдоровича, про уютный посёлок, который давно стал для него почти вторым домом, а затем предложил:

– Поехали со мной. Тем более, что Витя приглашал всех. Да и... мне очень хочется, чтобы ты познакомилась с людьми, которые много для меня значат.

Олеся улыбнулась.

– Конечно поеду.

Макс облегчённо выдохнул.

– Сменим обстановку, отдохнём. Я уверен, тебе понравится. Наконец то познакомлю тебя со своим лучшим другом Вовкой.

Они договорились встретиться через два дня на остановке возле центрального парка. Следом он набрал Алину.

– Привет, Максим.

– Привет. Помнишь, я рассказывал про Витю и Егора?

– Конечно.

– У Вити скоро день рождения. Нас пригласили в гости. А после праздника мы решили сделать ему сюрприз – всей компанией поехать в парк аттракционов.

Несколько секунд Алина молчала.

– Почему... в тот парк?

– Как тебе сказать... Во-первых, все дети любят это место. А во-вторых, я хочу кое-что проверить... Разумеется, осторожно и не навязчиво.

– Я, кажется, понимаю, о чём ты... Если честно... немного страшновато.

– Мне тоже не совсем спокойно, – признался Макс. – Но именно поэтому я и хочу, чтобы мы были там вместе.

Алина негромко вздохнула.

– Хорошо. Я поеду.

– Тогда встречаемся через два дня утром возле остановки у центрального парка. Я заеду за вами на машине.

– А кто ещё едет?

– Ах, да. Забыл сказать. С нами будет Олеся и мой лучший друг Вован. Я тебе о них рассказывал.

Алина помолчала несколько секунд и ответила:

– Договорились. Я буду ждать на остановке.

Перед тем как отключиться, Алина неожиданно спросила:

– Нужно же подарок купить? Чем он любит заниматься, этот Витя?

– Ох... Ничего не нужно. Я всё беру на себя. Не думай об этом.

– Ладно. Я тогда торт куплю.

Макс засмеялся и сказал, что раз ей так хочется, пусть купит торт.

***

Два дня пролетели быстро. Макс закончил работу над фотографиями торжества юбиляров свадьбы и отправил готовые оформленные снимки на почту одному из внуков пожилой пары.

На следующее утро возле остановки уже стояла Олеся. Увидев подъехавшего Макса, она улыбнулась. Через несколько минут подошла и Алина. В руках девушка держала обещанную коробку с тортом.

Макс улыбнулся.

– Алина, как всегда, продумывает всё. Молодец, – он искренне похвалил девушку.

– День рождения ребёнка. Как без торта?

Почти одновременно к ним подошёл Вовка. Он широко улыбнулся и посмотрел на Макса.

– Всем привет!

Макс усмехнулся.

– Знакомьтесь. Это Олеся.

Девушка приветливо улыбнулась.

– А это Алина. Очень талантливый фотограф и мой хороший друг.

– Очень приятно, – одновременно произнесли девушки и пожали друг другу руки.

– Ну а это, – Макс положил руку Вовке на плечо, – мой лучший друг Владимир. Но все называют его просто Вован.

– Даже мама иногда, – серьёзно добавил тот.

Все рассмеялись. Неловкость исчезла почти сразу.

Пока ехали до магазина, разговор завязался сам собой. Вовка, как обычно, быстро нашёл общий язык со всеми. Через несколько минут казалось, будто они знакомы уже очень давно.

Возле торгового центра решили ненадолго остановиться.

– Витя уже взрослый парень, – сказал Макс. – Думаю, хорошие беспроводные наушники ему понравятся.

– Отличная идея, – поддержала Олеся.

Подарок они выбирали вместе. Остановились на современных наушниках в чёрном корпусе. Когда покупка уже была оплачена, Вовка вдруг задумался.

– Слушайте... А Егор?

Макс улыбнулся.

– Я тоже об этом подумал.

Он посмотрел на друга.

– По-моему, я слышал, что он любит строить, собирать из деталей.

– Точно!

Через несколько минут Владимир уже держал в руках большую коробку с конструктором LEGO.

– Вот теперь всё честно, – довольно сказал он.

Макс кивнул. Ему было приятно, что друг сам об этом вспомнил.

Подарки аккуратно сложили в багажник. Алина бережно поставила рядом коробку с тортом.

– Ну что? – спросил Макс, садясь за руль. – Все готовы?

– Поехали! – почти одновременно ответили остальные.

Машина плавно тронулась с места. Впереди их ждал посёлок, тёплая встреча, праздник. И день, который, как чувствовал Макс, изменит многое.

***

День рождения Вити получился удивительно тёплым и по-домашнему уютным. Праздничный стол накрыли прямо во дворе. Как всегда, главным вдохновителем застолья была Вера Николаевна, а помогала ей мама мальчишек – Марина. Макс с удивлением отметил, что она совсем молодая девушка. На вид ей было не больше двадцати восьми – тридцати лет. Наверное, их одногодка, а может и младше.

Спокойная, доброжелательная и очень симпатичная. Было заметно, что забота о двух сыновьях занимала почти всё её свободное время. Отец Вити и Егора в этот день приехать не смог – работа не позволила вырваться даже на несколько часов. Марина лишь с лёгкой грустью сказала, что он обязательно поздравит сына позже.

За столом было шумно и весело. Николай Фёдорович то и дело рассказывал смешные истории, Вовка шутил так, что даже обычно молчаливый Егор несколько раз улыбнулся. Олеся быстро нашла общий язык с Верой Николаевной и помогала ей убирать посуду, а Алина больше общалась с Вовой и мальчишками, с интересом слушая рассказы Вити о рыбалке и местных приключениях, а также заливисто смеялась над остроумными шутками, которыми искрил Вовка. Когда праздничный обед подошёл к концу, Макс хлопнул именинника по плечу и улыбнулся:

– Ну что, Витёк, теперь время для главного подарка.

Мальчик удивлённо посмотрел на него.

– Ещё подарок? – его глаза загорелись. – Сюрприз?

– Можно и так сказать. Собирайтесь. Мы едем в парк аттракционов.

Несколько секунд Витя просто смотрел на Макса, словно не сразу поверил услышанному. А потом так широко улыбнулся, что всё стало понятно без слов. Егор тоже заметно оживился. Он быстро подошёл к брату и негромко, но совершенно отчётливо произнёс:

– Мы поедем к моему другу.

Марина вопросительно посмотрела на молодых людей.

– Я поехать не смогу. Вы точно справитесь с двумя сорванцами?

– Конечно, – уверенно ответил Макс. – Не переживайте. Мы глаз с них не спустим.

– Ну... Мне неловко как-то, – улыбнулась она. – Только смотрите, чтобы Виктор не объелся мороженным.

– Обещаем, – с самым серьёзным видом сказал Вовка, а потом тихо добавил:

– Хотя за себя я не ручаюсь.

Все рассмеялись.

– Ох... А Егорушке нельзя... Мороженое, напитки и сладкую вату тоже...

Она погрустнела.

На выручку пришла Вера Николаевна.

– Я для него всегда пеку вафли, которые ему можно. Сейчас принесу. Он их любит и ничего другого просить не будет.

Через несколько минут большая и дружная компания уже садились в машину. Витя буквально светился от счастья. Егор спокойно держал брата за руку и смотрел куда-то вперёд, словно заранее знал, что этот день окажется особенным. Макс поймал себя на мысли, что и сам испытывает странное волнение. Причиной была вовсе не предстоящая прогулка.

Почему-то именно сегодня ему казалось, что парк развлечений наконец перестанет хранить свои тайны.

***

Парк аттракционов встретил их компанию доносившийся из кафе музыкой, запахом сладкой ваты и редкими вспышками смеха. Людей было немного – не тот день, когда всё кипит и гудит, а скорее спокойный, почти ленивый вечер, когда даже карусели вращаются будто чуть медленнее обычного.

Витя и Вовка почти сразу ушли к одному из аттракционов – яркой карусели с движущимися кабинками, которую местные называли «Ветерок». Олеся сказала, что тоже пойдёт с ними. Витя буквально сиял от счастья, Олеся смеялась, глядя на его восторг, а Вовка, как обычно, не упустил возможности пошутить и уже через минуту уверял, что именно так выглядит «идеальный способ вернуться в детство».

Егор отказался туда идти. Он остановился почти сразу. Коротко и спокойно сказал:

– Нет.

И остался рядом с Максом и Алиной. Макс посмотрел на мальчика внимательнее и решил спросить:

– Егор… а твой друг здесь сейчас?

Мальчик не ответил сразу. Он медленно огляделся. Затем его взгляд задержался где-то в стороне – в направлении колеса обозрения. На лице появилась лёгкая, почти незаметная улыбка, будто он действительно кого-то увидел.

Потом Егор повернулся к Максу и очень чётко произнёс:

– Мой друг не хочет говорить.

И тут же приложил палец к губам.

– Тс-с.

Макс и Алина переглянулись. А Егор спокойно развернулся и пошёл вперёд, будто разговор для него был закончен.

Несколько раз они пытались снова его разговорить, но мальчик словно уходил в себя. Он молча раскачивался на качелях, затем съехал с горки, как обычный ребёнок, и только потом вдруг резко остановился возле Алины. Поднял голову и серьёзно произнёс:

– Мой друг не любит много и шумно.

И покачал пальцем из стороны в сторону.

– Нельзя.

Макс замер, Алина побледнела. Вокруг всё оставалось обычным: негромкая музыка из кафе, редкие голоса, шорох колёс детских колясок по плитке. Но в этот момент парк будто стал тише, чем должен был быть.

Макс медленно выдохнул, пытаясь удержать мысль в пределах реальности. И всё же решил попробовать ещё раз. Он опустился чуть ниже, чтобы быть на уровне взгляда мальчика.

– Егор… пожалуйста... Мне очень нужно поговорить с твоим другом. Можно?

Мальчик внимательно посмотрел на Макса. Потом вдруг поднялся с качелей и пошёл в сторону колеса обозрения. Макс и Алина – за ним. Егор остановился. Какое-то время он стоял неподвижно. И вдруг улыбнулся – широко, уверенно, будто увидел что-то совершенно очевидное для себя, но невидимое для других. Потом повернулся к Максу и коротко сказал:

– Спроси.

Макс сглотнул. Голос прозвучал тише, чем он ожидал даже от себя:

– Чего ты хочешь? Почему ты появляешься на фотографиях? Почему ты влияешь на то, что происходит? Почему ты… забираешь предметы?

Макс вдруг подумал, как небось нелепо он выглядит со стороны. Как будто разговаривает с деревом...

Егор смотрел и слушал, не моргая. Глаза у него стали особенно ясными, почти прозрачными. Он снова посмотрел в сторону колеса обозрения. Потом очень спокойно произнёс:

– Нельзя шуметь.

Он помолчал.

– И нельзя фотографировать.

Он снова покачал пальцем.

– Нельзя.

И всё. Будто точка была поставлена. После этого он развернулся и пошёл обратно к тому месту, где они были раньше. Как раз в этот момент к ним уже возвращались Вован, Олеся и Витя. У Вити и Олеси в руках были гелиевые шары, ещё один шар держал Вовка – яркий, с рисунком мультяшного героя. Он с усмешкой протянул его Егору:

– Держи, это тебе.

Егор взял шар спокойно, без эмоций. И впервые за всё время чуть дольше задержал взгляд на людях рядом.

Олеся подошла к Максу и мягко улыбнулась:

– Как вы, скучали без нас?

Макс только выдохнул и кивнул.

– Угу...

Олеся внимательно посмотрела сначала на Макса, затем на Алину.

– Что с вами? Такое впечатление, что вы призрака увидели, – она хохотнула.

Вован хотел пошутить на эту тему, но, взглянув на Алину, передумал. Девушка стояла бледная, с широко распахнутыми глазами.

Он подошёл к ней и осторожно спросил:

– Что случилось? Тебе нехорошо? Ты очень бледная...

Алина вздрогнула, но заставила себя улыбнуться.

– Нет, нет. Всё в порядке. Просто... жарко очень.

Потом она перевела взгляд на Олесю и Витю.

– Как вы? Рассказывайте, на чём катались?

Она старалась выглядеть естественно, но всё равно было заметно некое напряжение и скованность. Как будто что-то ей мешало. Макс тоже постарался улыбнуться и, приобняв Олесю, предложил зайти в кафе. Купить мороженое, и прохладные напитки.

По пути им попалась карусель с животными, и Витя предложил на ней прокатиться. Они снова двинулись дальше. Постепенно напряжение растворялось в шуме парка. Дети катались на карусели с животными и смеялись. После Вовка и Витя спорили, какой следующий выбрать аттракцион.

В кафе купили мороженое – Витя перепачкал щёки так быстро, что Вовка тут же назвал его «главным специалистом по шоколадным катастрофам». Алина аккуратно достала из сумки домашние вафли, которые передала Вера Николаевна для Егора, а для Вити влажные салфетки.

– Егор, держи.

Мальчик взял их молча.

– Нельзя сладкое, – добавил он тихо.

И, впервые за весь день, просто сел рядом, спокойно жуя и наблюдая за остальными.

А Макс снова невольно посмотрел в сторону колеса обозрения. Туда, где, казалось, ничего не было. Но ощущение присутствия всё равно не исчезало. Он отвернулся и подумал о том, что было бы неплохо сделать пару снимков. Потом отодвинул эту мысль, вспоминая слова Егора: нельзя фотографировать...

***

Вечером, когда квартира уже погрузилась в спокойную тишину, Макс сидел у себя и привычно перебирал в голове события прошедшего дня. Парк, дети, смех, Витя с шарами, Егор, его короткие фразы… и снова это странное ощущение, будто что-то важное всё время остаётся чуть в стороне от понимания.

Потом он, как обычно, набрал номер Олеси. Она ответила почти сразу.

– Привет, Макс.

– Привет. Как ты?

– Устала немного, но в целом… хорошо. День был классный. И да! Послезавтра день рождения Маши, не забыл? Ты в списке приглашённых.

Разумеется, он забыл. Но вслух произнёс:

– Конечно помню. Я приеду.

Они говорили легко и спокойно, будто этот разговор продолжал их сегодняшний день, просто перенёс его в вечер. Олеся рассказывала, как Витя смеялся на карусели, как Вовка пытался «управлять батутом», уверяя, что это «почти спорт будущего».

Макс улыбался, слушая её голос. И вдруг, почти между делом, Олеся сказала:

– Я, кстати, сделала пару снимков на телефон.

Максим напрягся, и хотел сказать, что не нужно было этого делать, но, разумеется, промолчал.

Ничего не подозревающая Алина, продолжала говорить.

– На карусели, потом Витю на батуте… и ещё немного в разных местах парка.

Олеся на секунду замялась, будто вспоминая.

– И ещё… я сделала несколько кадров, когда ты не заметил. Вы тогда стояли с Алиной и Егором возле колеса обозрения. Вы... Как будто о чём-то разговаривали. А я ещё подумала: с кем? Просто вы стояли рядом, но говорил ты один и... – она засмеялась. – Как будто бы обращаясь к дереву.

Девушка снова хихикнула. В этот момент Максу показалось, что воздух в комнате стал плотнее. Он на секунду замер. Пауза была короткая, но для него она растянулась почти в вечность.

– Алло?.. Макс?

Он быстро пришёл в себя, выровнял голос, стараясь звучать спокойно.

– Да… моя хорошая. Всё нормально. Молодец, что снимала. А я... не подумал даже. И камеру не взял... – он осёкся, подбирая слова. –Мы там птицу увидели странную... Не могли решить к какому семейству она относится.

Он снова помолчал и, стараясь, чтобы голос не выдал напряжения, продолжил.

– Перешли мне, пожалуйста, все эти фотографии. Хорошо? Всё, что ты снимала.

Олеся мягко усмехнулась.

– Конечно. Но давай завтра. Я сейчас уже почти сплю, если честно.

– Хорошо. Договорились.

– Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Олеся.

Он отключился.

Несколько секунд Макс просто сидел, глядя в одну точку. Потом медленно откинулся на спинку стула. Значит снова будут снимки возле колеса обозрения... Интересно, проявится ли на них этот странный человек, который не любит, когда шумно и не любит, чтобы фотографировали...

Макс был огорчён тем, что Олеся фотографировала. Но она же ничего не знает... И говорить с ней на эту тему Макс пока не собирался. Было странное чувство, будто каждый новый кадр не просто фиксирует момент, а добавляет к нему что-то ещё – невидимое, но ощутимое.

Макс тихо выдохнул и провёл рукой по лицу.

– Завтра, – произнёс он уже вслух.

Но в голосе не было уверенности, только осторожная попытка удержать спокойствие.

Алина второй день думала, как бы встретиться и поговорить с тем молодым человеком, который играл роль клоуна Тёмы на дне рождения Алисы. Наконец, девушка решилась.

– Надо же с чего-то начинать... – сказала она самой себе.

В конце концов девушка набрала номер заказчицы – мамы Алисы.

После нескольких минут обычного разговора она ещё раз поблагодарила женщину за возможность поработать на празднике и как бы между прочим спросила:

– Подскажите, пожалуйста, а вы случайно не сохранили номер телефона молодого человека, который был у вас клоуном? Артёма.

– Конечно сохранила. А что случилось?

– Ничего особенного. Просто во время обработки фотографий нашлось несколько очень удачных кадров с ним. Думаю, ему было бы приятно получить их на память. Да и, возможно, в будущем мне понадобится ведущий или аниматор для одного детского праздника. Вот и подумала познакомиться поближе.

Женщина охотно продиктовала номер. Поблагодарив её, Алина сразу же набрала Артёма.

– Алло.

– Здравствуйте. Это Артём?

– Да.

– Меня зовут Алина. Я фотограф. Помните, мы с вами виделись на празднике в парке аттракционов. Я тогда снимала день рождения Алисы.

Парень сразу вспомнил.

– А... Да, конечно. Здравствуйте.

– Во время обработки фотографий оказалось, что есть несколько очень хороших снимков с вашим участием. Я подумала, что вам будет приятно их забрать.

На другом конце послышался добродушный смешок.

– Спасибо большое. Но можно ведь просто переслать их на почту или в мессенджер. Так даже проще.

Алина на секунду растерялась. Потом быстро нашлась:

– Можно... Но я как раз хотела с вами ещё поговорить. Возможно, совсем скоро понадобится аниматор для одного праздника. Хотелось бы узнать, работаете ли вы с такими заказами постоянно.

Артём вдруг прямо заметно оживился.

– Правда? Да, я работаю! А когда праздник? – воодушевленно спросил он.

Алина на мгновение замерла и, почти заикаясь, произнесла:

– Это у знакомых. Нужно ещё уточнить. Но... Я думаю, что скоро...

Врать Алина никогда не умела и не любила, поэтому она просто предложила:

– Может, встретимся буквально минут на двадцать? Заодно фотографии передам.

– Хорошо, давайте встретимся. Где вам удобно?

Немного подумав, Алина ответила:

– Давайте в центральном сквере. Там возле фонтана есть лавочки.

– Отлично. Мне подходит.

Они договорились о времени и попрощались. Едва разговор закончился, Алина сразу же позвонила Максиму.

– Привет. Я поговорила с Артёмом.

– Привет. Получилось?

– Да. Сегодня вечером мы встречаемся. И знаешь... Мне показалось, что он очень обрадовался, когда услышал про работу. Такое впечатление, что он как раз в поисках... А я, получается, подала ложную надежду...

Девушка вздохнула. Макс сразу стал серьёзным.

– Не переживай. Там будет видно. Где вы встречаетесь?

– В центральном сквере. Возле фонтана.

– Хорошо. Я тоже приеду.

Она немного помолчала.

– Макс... А что всё-таки мы ему скажем?

Он тихо усмехнулся.

– Если честно... пока не знаю. Но, обязательно придумаю.

Алина молчала.

– Но не будем ничего выдумывать заранее. Просто поговорим. Иногда человек сам начинает рассказывать именно то, что нужно услышать.

– Надеюсь...

***

Вечером они встретились возле центрального сквера.

До назначенного времени оставалось несколько минут. Фонтан тихо шумел, вокруг гуляли семьи с детьми, подростки сидели на лавочках, кто-то кормил голубей. Макс и Алина медленно шли по аллее.

– Есть идеи? – негромко спросила девушка.

Макс покачал головой.

– Только одна.

– Какая?

– Быть внимательными.

Алина улыбнулась.

– Это ты умеешь.

Макс посмотрел в сторону входа в сквер. К аллее уже приближался молодой парень в светлой футболке и джинсах. Без яркого грима, огромных ботинок и смешного костюма он выглядел совсем иначе. Самый обычный молодой человек лет двадцати пяти. Наверное, если бы они встретили его на улице случайно, ни за что не узнали бы того самого весёлого клоуна Тёму. Макс глубоко вдохнул. Разговор, ради которого они сюда пришли, только начинался.

Парень подошёл к ним и, приветливо улыбнувшись, поздоровался.

– Добрый вечер.

– Привет, – улыбнулась Алина.

– Здравствуйте, – кивнул Макс.

Артём перевёл взгляд на девушку.

– Так... О чём вы хотели поговорить?

Алина на секунду растерялась. Потом, словно вспомнив, зачем пришла, открыла сумочку и достала несколько распечатанных фотографий.

– Вот... Это вам. Мне показалось, что снимки получились очень удачными. Захотелось оставить их вам на память.

Артём удивлённо посмотрел на фотографии. На его лице появилась грустная улыбка.

– Спасибо большое...

Он несколько секунд рассматривал снимки, потом тяжело вздохнул.

– Возможно, это вообще последний праздник с моим участием.

Макс и Алина переглянулись. Девушка осторожно спросила:

– Почему вы так говорите?

Артём невесело усмехнулся.

– Похоже, в моей жизни наступила чёрная полоса. Причём не поперечная, а продольная.

Он опустил голову.

– Совсем недавно у меня было четыре заказа подряд. Четыре! Один – детский утренник, два дня рождения и ещё девичник.

Он улыбнулся, но улыбка получилась усталой.

– А вчера они словно сговорились. Один за другим позвонили и отменили все четыре мероприятия.

Он развёл руками.

– Представляете? Все сразу.

Несколько секунд никто ничего не говорил.

– Если честно... я был в шоке.

Артём посмотрел сначала на Алину, потом на Макса.

– Поэтому, когда вы сказали, что, возможно, нужен аниматор на праздник... я, наверное, впервые за последние сутки почувствовал хоть какую-то надежду.

Макс молчал. В груди неприятно сжалось. Он снова вспомнил фотографии. Исчезнувшие воздушные шары. Отменённые заказы...

Алина незаметно прикусила губу. Ей стало неловко, даже стыдно. Хотелось провалиться, испариться, исчезнуть... Она лихорадочно пыталась придумать, что сказать, но мысли словно разбегались.

Максим понял это сразу.

– Знаешь, Артём, – спокойно сказал он, – работа действительно есть.

Парень мгновенно оживился.

– Правда?

– Правда.

Макс кивнул.

– У одной девушки скоро день рождения. Зовут её Маша. Если честно, праздник уже послезавтра. Извини, что всё так неожиданно.

Но Артём нисколько не растерялся. Наоборот, глаза его сразу засветились.

– Да это вообще не проблема!

Он даже улыбнулся шире.

– Главное – скажите время и место. Всё остальное решим.

Он на секунду задумался.

– Может, нужны шарики? Или какие-нибудь необычные конкурсы? Может, цветы? Или определённый костюм? Вы только скажите заранее, чтобы я успел всё подготовить.

Макс невольно улыбнулся.

– Не переживай. Я сегодня вечером всё уточню и сразу тебе позвоню.

– Отлично!

Артём крепче прижал фотографии к груди.

– Спасибо вам. Правда... спасибо.

Он ещё немного поговорил с ними, попрощался и, заметно повеселев, пошёл по аллее. Когда Артём ушёл, Алина ещё несколько секунд смотрела ему вслед.

– Макс… ведь это не может быть случайностью… – тихо произнесла она.

Он тяжело выдохнул.

– Я тоже так думаю.

– Получается, на фотографиях исчезли воздушные шары… а потом словно начали исчезать и его праздники.

Макс медленно кивнул. Несколько секунд они молчали, потом Алина вдруг нахмурилась.

– Подожди… Но ты же сейчас сказал про день рождения Маши. Ты ведь не придумал это?

– Нет, – спокойно ответил Макс. – Послезавтра у Маши действительно день рождения. Это младшая сестра Олеси.

– То есть аниматор ей правда может быть нужен?

Макс на мгновение задумался и честно признался:

– Если честно, мы с Олесей ещё не обсуждали этот момент. Но мне кажется, Артём отлично впишется в этот праздник. Я сегодня же позвоню Олесе и всё с ней обговорю.

Алина облегчённо улыбнулась.

– Спасибо. Огромное! Правда. Ты просто спас меня.

Максим тихо усмехнулся.

– Не за что. Я всё равно не знал, что дарить. А вот приглашенный аниматор, на мой взгляд, будет отличным подарком. Как считаешь?

Алина просто светилась.

– Я была бы просто счастлива на месте той девушки!

Макс кивнул.

– Вот и супер. А я рад, что вовремя вспомнил про день рождения Маши.

Он ещё раз посмотрел в ту сторону, куда ушёл Артём.

– Знаешь… После всего, что произошло с его фотографиями, мне почему-то совсем не хочется оставлять его один на один с этой чёрной полосой. Если у нас есть возможность хоть немного изменить ситуацию, значит, нужно попробовать.

Алина молча кивнула.

Максим проверил почту, личные сообщения в соцсетях и нахмурился. Олеся так и не прислала фотографии, которые вчера снимала в парке аттракционов.

Алина заметила перемену в его настроении и спросила:

– Что-то случилось? Ты как будто расстроен.

– Есть немного… В общем, вчера вечером, уже поздно, позвонила Олеся. Она сказала, что фотографировала там… в парке.

Алина остановилась. В её глазах мелькнул страх.

– Ты видел снимки? Что там?

Макс вздохнул и покачал головой.

– В том-то и дело, что ещё не видел. Она весь день на работе, наверное, просто забыла их переслать. Я тоже вчера немного испугался, если честно, когда она рассказала об этом. Но она же ничего не знает… А рассказывать… – он пожал плечами. – Не уверен, что хочу видеть её реакцию.

– Напомни ей, пожалуйста. Пусть пришлёт эти снимки. Мне тоже очень неспокойно.

Они неспешно пошли по аллее центрального сквера. Вечерний ветерок мягко шелестел листвой, за спиной негромко шумел фонтан, а вокруг гуляли люди, совершенно не подозревая, что для двух молодых фотографов загадка человека в светлом костюме стала ещё сложнее и тревожнее.

– Знаешь, я однажды назвал его «отнимающий радость». Не знаю, откуда взялось это определение... – Макс покачал головой.

– Но оно точно характеризует данного персонажа, – печально усмехнулась Алина. – Ты абсолютно точно заметил.

Она повторила фразу, словно пробуя её на вкус, будто произнося её снова и снова, могла приоткрыться некая завеса...

Ребята ещё немного погуляли по скверу, после чего попрощались и разъехались по домам.

***

Уже вечером, закончив все дела, Макс решил не ждать. Он сам набрал номер Олеси.

Гудки тянулись долго.

Когда он уже хотел отключиться, в трубке наконец послышался её немного уставший голос.

– Привет… Прости, пожалуйста. Я только сейчас смогла ответить.

– Привет. Всё нормально. Работы много?

Олеся тихо рассмеялась.

– Не то слово. Лето же. Половина сотрудников в отпусках. Сегодня был настоящий сумасшедший день. Только недавно освободилась.

Она вдруг спохватилась.

– Ой… Макс, прости! Я ведь совсем забыла про фотографии из парка. Ты же вчера просил их переслать.

– Ничего страшного, – спокойно ответил он. – Если будет время, пришли сегодня.

– Конечно! Сейчас телефон поставлю на зарядку, выберу всё, что снимала, и сразу отправлю. Обещаю.

Максим облегчённо улыбнулся.

– Спасибо.

Они ещё немного поговорили о прошедшем дне. Потом Макс как будто невзначай спросил:

– Слушай… А Маша вообще любит всякие праздники с аниматорами? Клоунов не боится?

Олеся удивилась.

– Нет. Наоборот. Она их всегда любила. В детстве вообще мечтала, чтобы на каждом дне рождения был кто-нибудь смешной. Но не всегда это получалось... А что?

Макс быстро нашёлся:

– Да так… Просто вспомнил один детский праздник, который недавно снимал.

– Понятно, – улыбнулась Олеся. – Не переживай. Маша у нас ничего такого не боится.

Она немного помолчала и добавила:

– Кстати, чтобы ты не запутался. День рождения послезавтра. В пять вечера. Кафе «My new Story». Не опаздывай.

– Постараюсь.

– Будем мы с Машей, две её самые близкие подруги… и ещё какой-то парень. Честно говоря, я его сама не знаю. Подруга Маши сказала, что это её хороший знакомый и что он тоже придёт поздравить.

– Значит, познакомимся, – с улыбкой ответил Макс.

– Вот именно.

Они ещё немного поговорили, пожелали друг другу спокойной ночи и попрощались.

Минут через двадцать на телефон Макса начали приходить уведомления. Одно за другим. Олеся всё-таки не забыла своё обещание. Она прислала все фотографии, которые сделала в парке аттракционов. Парень сразу же сохранил их на компьютер, но просматривать пока не стал. Сначала нужно было сделать ещё один важный звонок.

Он нашёл номер Артёма и нажал кнопку вызова.

– Добрый вечер, Артём.

– Добрый! – бодро ответил парень. – Есть новости?

– Есть. Работа состоится. Послезавтра, в пять часов вечера. Кафе «My newStory».

Макс подробно объяснил адрес и рассказал, что имениннице исполняется 17 лет.

– Понял! – сразу оживился Артём. – Тогда завтра с самого утра поеду за новыми шарами. И реквизит пересмотрю. Хочется, чтобы им было интересно.

Макс невольно улыбнулся.

– И, да это сюрприз. Они не знают, что будет приглашен аниматор.

– О, это круто! Спасибо ещё раз. Честно говоря, я уже почти смирился с тем, что ближайшие дни останусь без работы.

– Теперь не останешься.

– Не подведу, – уверенно ответил Артём.

Они попрощались.

Макс положил телефон рядом с клавиатурой и медленно перевёл взгляд на папку с фотографиями, которые только что прислала Олеся. Теперь оставалось самое главное – открыть их.

Максим не спешил. Он встал, прошёлся по квартире и позвонил Алине.

– Привет. Не спишь?

– Нет, конечно, – девушка засмеялась. – Я обычно ложусь спать не раньше одиннадцати, а то и позже.

– Угу. Понятно. Я решил сообщить, что фотографии из парка аттракционов уже у меня.

– Ого! И что там?

Даже через телефон чувствовались её тревога, нетерпение и обычное любопытство.

Максим вздохнул.

– Я ещё не смотрел. Не знаю... Давай завтра встретимся и посмотрим их вместе. Как тебе?

– Давай... Я польщена твоим предложением. Говори, во сколько и где – я приду.

Макс помолчал и вдруг, удивляясь самому себе, предложил встретиться в парке аттракционов.

– Ты серьёзно? – Алина даже задохнулась от нахлынувших смешанных чувств. – Почему именно там? Или ты шутишь?

Макс покачал головой.

– Нет. Я вполне серьёзно. Есть одна идея. Только что появилась.

– Ладно. Давай там, – выдохнула девушка. – Во сколько?

– В котором часу ты обычно просыпаешься?

– Чаще всего, если никуда не нужно спешить, часов в девять. Но, учитывая, что сегодня я вряд ли вообще смогу спокойно уснуть... можно и к восьми приехать.

Макс засмеялся.

– Ладно. Тогда завтра в девять. У входа в парк.

Алина вздохнула.

– Только пообещай, что фотографии будем смотреть вместе!

Максим усмехнулся и приложил ладонь к груди.

– Клятвенно обещаю!

Они одновременно рассмеялись.

– Тогда до завтра, Макс.

– Спокойной ночи, Алина.

Когда в телефоне послышались короткие гудки, Максим отключился. Он ещё некоторое время сидел неподвижно, уставившись в одну точку. Потом набрал номер Вовки.

Через несколько длинных гудков сонный голос друга сообщил:

– Отель «Уютная берлога». Сонный и злой администратор слушает.

– Привет, бро. Разбудил? Прости...

– Ты на время смотрел? Почти половина двенадцатого, – недовольно проворчал Вован. – Конечно, я сплю, блин...

– Ладно, ладно, не ворчи. Я хотел у тебя спросить... А как там у вас с Алиной? Ну... вы не начали общаться? Может, созваниваетесь?

Вова тяжело вздохнул.

– Нет, не начали. Прости, бро, но... В общем, я понял, что пока ещё не готов к новым отношениям.

Он ненадолго замолчал, потом продолжил:

– Она симпатичная девушка, весёлая. Но я не уверен, что имею право вскружить ей голову, если сам до конца не понимаю, действительно ли мне это сейчас нужно. Поэтому... как-то так.

Макс слушал, улыбался и чувствовал себя этаким тихим злодеем... Ему нравилась Олеся, но и Алину почему-то совсем не хотелось терять.

Вслух он произнёс:

– Ясно... Ну, нет так нет. Ладно, прости ещё раз, что разбудил.

Вован недовольно засопел.

– Я в шоке, брат. Ты реально из-за этого прервал мой сон? Слушай, давай уже женись на Олесе, чтобы было о чём думать по ночам.

Макс рассмеялся.

– Окей. Обязательно подумаю. Спокойной ночи, бро.

– Спасибо, – ехидным тоном произнёс друг.

Максим вышел на балкон. Ночь выдалась тихой и душной. Он смотрел на редкие светящиеся окна многоэтажных домов и думал о том, что кто-то сейчас тоже не спит, перебирает в голове свои мысли. Только у каждого они разные.

Наконец он тоже лёг в кровать. Сон долго не приходил, но потом Макс всё-таки не заметил, как уснул.

Ему приснилась Алина. Девушка шла по аллее парка. На ней было длинное белое платье, а в руках она держала небольшой букет цветов. Алина шла навстречу Максу и улыбалась. Позади неё ярко светило солнце, и Максу пришлось прикрыть глаза ладонью, чтобы можно было спокойно смотреть на девушку.

Максим проснулся резко, даже вздрогнул. Открыл глаза и сразу посмотрел на часы. Было ровно восемь утра.

Парень потянулся и решительно встал с кровати. После привычных утренних дел он с удовольствием выпил чашку кофе на балконе. Утро выдалось свежим и пасмурным. На востоке медленно собирались тучи.

«Возможно, будет дождь», – подумал Макс и начал собираться на встречу с Алиной.

Когда он подъехал к парку аттракционов, девушка уже была на месте. Макс усмехнулся.

– Привет. Давно ждёшь?

Алина улыбнулась и отрицательно покачала головой.

– Нет. Только что пришла. Буквально перед твоим приездом.

Макс кивнул.

– Ну что, пойдём?

– Пойдём, – согласилась Алина и тут же спросила:

– Почему именно здесь?

Макс посмотрел на неё, немного помолчал и, словно подбирая слова, ответил:

– Понимаешь... Мне кажется, то, что здесь происходит, нужно как-то остановить. Я не знаю как. Я не ясновидящий, не медиум и не экстрасенс... Но можно попробовать ещё раз поговорить с... ним. Попросить прощения за то, что в тот день мы знали: он не любит, когда фотографируют. Но всё равно снимали.

Алина молча и сосредоточенно слушала, а Макс продолжил:

– Да, не мы конкретно фотографировали. Но Олеся была с нами. И получается... это всё равно наша общая ответственность... Наверное.

Он остановился и замолчал. Алина тоже остановилась и повернулась к нему.

– Ты прав. Давай попробуем.

Она немного помолчала и добавила:

– Только сначала, я думаю, всё-таки нужно посмотреть эти снимки. Как считаешь?

Макс кивнул и достал телефон. Снимков оказалось немного. Всего двенадцать. На нескольких кадрах был счастливый Витя, прыгающий на батуте. Ещё на двух фотографиях был запечатлён широко улыбающийся Вован. Одной рукой он показывал знак «окей», а второй обнимал Витька. Мальчик держал в руках воздушные шары и сладкую вату.

Два снимка были сделаны издалека. На них стояли Макс, Алина и Егор возле ограждения рядом с колесом обозрения. Егорка улыбался, глядя куда-то в сторону, а Макс, подняв руку, словно что-то объяснял невидимому собеседнику. Алина, крепко сжимая ремешок сумочки, стояла серьёзная и напряжённая.

Они увеличили эти два снимка и с особой тщательностью их рассмотрели. Пока ни на одной из фотографий человека в светлом костюме не было.

Оставалось ещё несколько снимков. На двух были Витя и громко орущий Вован на карусели. Ещё на одной фотографии Витя, высоко подняв голову и сложив ладони козырьком, смотрел в небо на яркого воздушного змея.

Последние два снимка – селфи. На них была Олеся. Девушка сфотографировала себя на фоне парка аттракционов. Увеличив одну из фотографий, Макс почувствовал неприятную тяжесть в груди и то, как участилось его сердцебиение. Олеся смотрела прямо в объектив камеры и улыбалась. Всё бы ничего, если бы Макс не знал, кто стоит позади неё. Человек в светлом костюме...

Алина тоже увидела его и, вздрогнув, тихо охнула.

– Смотри... Это он. Ни на одной фотографии его нет, а на этих двух всё-таки появился.

Макс смотрел на снимок и понимал, что для человека, ничего не знающего обо всей этой истории, фотография не покажется странной. Разве что незнакомец, случайно попавший в кадр, был одет совсем не по сезону. Лето, жара... А он в таком костюме.

– Как оживший памятник... – прошептала Алина.

Макс не знал, что сказать. Ему было очень тревожно за Олесю. Только бы с ней ничего не случилось... Только бы всё обошлось.

Он судорожно выдохнул и произнёс почти по слогам:

– Пойдём. Попробуем договориться. Может, он нас услышит. Может, это прекратится...

Алина кивнула и резко встала с лавочки.

– Пойдём. Только ты говори, хорошо? Я буду рядом.

Макс выключил телефон, поднялся, и они не спеша направились в сторону колеса обозрения.

Алина шла чуть впереди. Было заметно, что она слегка дрожит. Девушка несколько раз поправила ремешок сумочки на плече, потом оглянулась и тихо произнесла:

– Пришли. Мы в прошлый раз с Егором стояли именно здесь.

Макс кивнул и откашлялся. Алина подошла ближе и взяла его за руку. Её прикосновение придало ему смелости, и Макс начал говорить:

– Здравствуй... Как тебя... В общем, мы просим прощения за всех... кто нарушает твой покой. Мы не знаем, как всё исправить, но...

Максим замер, подбирая слова. Алина смотрела на него широко распахнутыми глазами.

Он судорожно сглотнул и продолжил:

– Мы просим тебя не причинять вред людям, которые по незнанию фотографируют в этом месте. Они просто приходят сюда за хорошим настроением. Вот и всё. Если ты нас слышишь... не отнимай у них эту радость.

Макс ненадолго замолчал и уже совсем тихо добавил:

– Пожалуйста...

И вдруг на дереве, рядом с которым они стояли, зашелестели листья. Послышался шорох, затем какая-то возня. Алина громко вскрикнула и, буквально повиснув на шее Макса, крепко прижалась к нему всем телом. От неожиданности Максим едва не потерял равновесие.

Через мгновение на верхушке дерева показался рыжий хвост. Чуть ниже – ещё один. И ещё.

– Белки... Твою мать... – выдохнул Макс и нервно рассмеялся.

Алина разжала объятия и, быстро отстранившись от него, подняла голову вверх.

– Белки... Всего лишь белки... – прошептала она. – Прости... Я так испугалась, что думала – сознание потеряю.

Её щёки, ещё секунду назад бледные, постепенно покрывались румянцем. Девушка закрыла лицо ладонями.

– Это просто кошмар какой-то... Почему мы? Почему именно мы?

Она вопросительно посмотрела на Макса. Парень пожал плечами и покачал головой.

– Не знаю... Возможно, мы не одиноки. Но узнать об этом вряд ли получится...

Они ещё несколько минут постояли возле этого места, огляделись по сторонам и медленно побрели в сторону кафе.

– Давай зайдём. Я угощу тебя мороженым, – предложил Макс. – Ничто так хорошо не снимает стресс, как сладкое.

Алина улыбнулась и согласно кивнула.

Они заняли столик в тени и заказали две порции ванильного мороженого. Сидя друг напротив друга, ребята не спеша наслаждались вкусом холодного лакомства.

Макс украдкой посматривал на Алину, и ему казалось, что он до сих пор ощущает близость её тела. Их вынужденные объятия длились всего несколько мгновений, но тепло её прикосновений он всё ещё помнил. Он вдруг понял, что ни разу так и не спросил Алину о её дальнейших планах. Макс решил, что сейчас вполне подходящий момент. К тому же разговор мог отвлечь девушку от недавнего испуга.

– Алина, я всё никак не спрошу, хотя уже не раз собирался, – Макс улыбнулся. – Какие у тебя планы на будущее? Учёба, работа... Если не секрет, конечно.

Алина кивнула.

– Сначала я хотела сразу работать. Мама даже нашла мне место в клинике, на рецепции. Но... – она ненадолго задумалась, подбирая слова. – Понимаешь, мне хочется именно практики. Чтобы знания постепенно превращались в опыт. А что я получу на рецепции? Поэтому я отказалась. И да, буду учиться дальше. Хочу стать психотерапевтом.

Она хитро улыбнулась.

– Возможно, освоив эту профессию, я наконец найду ответы на некоторые вопросы.

Максим слушал молодую девушку и искренне восхищался ею.

– Ты молодец. Правда. В таком возрасте строить настолько серьёзные планы – достойно уважения.

Алина смущённо улыбнулась.

– Спасибо. Мне очень приятно. А кто по профессии ты?

Макс даже немного удивился вопросу.

– Мы с Вовкой учились в техническом университете, на факультете информационных технологий. Так что по образованию я программист. Но моё хобби – фотография – в итоге победило. Поэтому сейчас я, можно сказать, просто фотограф.

Он с улыбкой развёл руками.

Алина внимательно посмотрела на него и совершенно серьёзно произнесла:

– Ты не просто фотограф. Ты первоклассный мастер своего дела.

Макс широко улыбнулся и, положив руку на сердце, искренне ответил:

– Спасибо.

Они ещё немного посидели в кафе, разговаривая обо всём понемногу. Макс рассказал, что завтра у сестры Олеси день рождения и что Артём будет выступать там в роли аниматора.

Алина улыбнулась и кивнула.

– Ты молодец, что пригласил его. Он тогда так обрадовался...

Она ненадолго замолчала, а потом задумчиво произнесла:

– Возможно, наш сегодняшний визит в это место всё-таки что-то изменил... К лучшему. Как думаешь?

Макс посмотрел в сторону аттракционов.

– Очень надеюсь... Очень.

Они ещё немного посидели молча. За это время пасмурное утро успело незаметно уступить место настоящему летнему дню. Тучи, которые ещё утром собирались на востоке, словно передумали проливаться дождём над этим городом и медленно уплыли куда-то вдаль. Небо становилось всё светлее, а солнце с каждой минутой припекало всё сильнее.

Когда они вышли из кафе, часы показывали уже почти полдень. Над раскалёнными дорожками дрожал тёплый воздух, парк постепенно заполнялся людьми, детским смехом и музыкой аттракционов. Казалось, ничего необычного здесь никогда и не происходило.

Максим и Алина медленно дошли до выхода.

– Тебя подвезти? – спросил Макс.

– Спасибо, я пройдусь. Хочу зайти в супермаркет по пути, – улыбнулась Алина. – И ещё спасибо... За то, что сегодня был рядом.

Макс лишь молча кивнул.

Возле ворот парка они попрощались. Макс направился в сторону стоянки, где оставил свою «Ауди», Алина перешла дорогу и вскоре её яркое летнее платье затерялось среди прохожих.

Каждый из них унёс с собой не только новые вопросы, но и слабую надежду на то, что, возможно, человек в светлом костюме всё-таки услышал их просьбу.

***

Поднявшись в квартиру, Макс первым делом позвонил Олесе. Он знал, что она сейчас на работе, но тревожное чувство никак не отпускало.

Длинные гудки тянулись один за другим, однако Олеся не отвечала. Макс отключился. Тревога только усилилась.

– Что, если уже что-то произошло?.. – тихо пробормотал он.

И в этот момент телефон ожил. Звонила Олеся.

– Да, слушаю. Привет.

– Привет. Ты звонил? Сейчас тихий час. Дети спят, поэтому я только сейчас включила звук на телефоне.

Олеся говорила тихо, но по голосу было слышно, что она улыбается.

У Макса сразу отлегло от сердца.

– Рад тебя слышать, – с облегчением произнёс он. – Я просто решил узнать, как ты.

– Всё хорошо. Спасибо, что беспокоишься. Мне очень приятно.

Она ненадолго замолчала, а потом с улыбкой спросила:

– Завтра день рождения. Помнишь?

– Конечно. Конечно помню.

– Тогда до вечера? Как буду дома, я тебе наберу.

– Хорошо. Буду ждать твоего звонка.

Они попрощались.

Макс ещё некоторое время смотрел на погасший экран телефона, затем убрал его в карман и вышел из квартиры.

Вечер был тёплым, но каким-то тревожным. Воздух словно замер в ожидании. Над городом медленно сгущались тяжёлые августовские облака, а на горизонте всё чаще вспыхивали далёкие молнии. Пахло нагретым асфальтом и приближающимся дождём.

Макс медленно шёл по знакомым улицам, не замечая ни прохожих, ни проезжающих машин. Мысли путались. Ему казалось, что ещё совсем недавно всё было просто и понятно. Теперь же всё изменилось. Он поймал себя на мысли, что постоянно думает сразу о двух девушках.

Олеся... и Алина... Ещё недавно чувства к ним были совершенно разными. Олеся нравилась ему как женщина. Ему хотелось чаще видеть её, слышать её голос, держать за руку, целовать. Хотя серьёзной близости между ними ещё не было, но... казалось к этому всё идёт. Он ловил себя на том, что улыбается, когда она звонит.

С Алиной было иначе. Она стала человеком, с которым их связала общая тайна. Только она понимала всё происходящее без лишних объяснений. Рядом с ней Макс чувствовал поддержку и какое-то странное спокойствие даже тогда, когда им обоим было страшно. Или не только спокойствие? Макс вдруг вспомнил вчерашнее приключение в парке аттракционов. Тот момент, когда девушка прижалась к нему всем телом. Он и сам в тот момент не на шутку перепугался, но её прикосновение вызвало бурю чувств... От желания защитить до... известного желания...

Он остановился.

– Что, чёрт возьми, происходит?.. – тихо спросил сам себя.

И вдруг ему стало не по себе. А что, если всё это не случайно? Что, если человек в светлом костюме каким-то образом повлиял и на его жизнь? Что, если он именно так наказывает, посылая испытание сложного выбора?

Макс даже похолодел от собственной мысли.

– Нет… Это уже какая-то чепуха… Или паранойя. Самого себя в том парке я не фотографировал.

Но чем сильнее он пытался прогнать эту мысль, тем настойчивее она возвращалась. Хорошо, что Алина хочет учиться на врача. Будет знакомый психотерапевт. Если так и дальше пойдёт, такой специалист ему точно скоро понадобится...

Макс мысленно засмеялся.

Домой он вернулся уже затемно. Ночью город наконец накрыла гроза. Сначала где-то далеко глухо прогремел гром, затем вспыхнула молния, и вскоре дождь тяжёлыми каплями застучал по крышам, деревьям и подоконникам. Казалось, небо долго терпело и теперь наконец выплеснуло накопившееся напряжение.

Макс проснулся лишь однажды, когда особенно мощный раскат грома прокатился над городом. Он посмотрел в окно на освещённое молнией небо, перевернулся на другой бок и снова уснул.

***

Утро встретило его удивительной свежестью.

От вчерашней духоты не осталось и следа. Сквозь приоткрытое окно в комнату проникал прохладный влажный воздух, пахло мокрой землёй и листьями.

Макс сладко потянулся и улыбнулся. Сегодня был день рождения Маши. Он представил, как вечером увидит Олесю, вручит цветы имениннице, а затем появится Артём в костюме аниматора. Собственно, это и будет настоящим подарком от Макса. Хотелось верить, что этот день наконец пройдёт спокойно. Без загадочных силуэтов. Без странных совпадений. Хотелось просто обычного человеческого праздника.

К кафе «My new Story» Макс подъехал около пяти часов. Он не был в восторге от того, что пришлось брать машину, но это знаменитое и всеми любимое кафе находилось довольно далеко от его дома. Макс неспешно вышел из машины, аккуратно взял с заднего сиденья красивый букет цветов, закрыл автомобиль и уверенно направился ко входу.

Едва переступив порог зала, он сразу увидел место праздника. Большой стол, рассчитанный на шесть человек, стоял в углу у окна. За ним уже сидели две нарядно одетые девушки – те самые Машины подруги, с которыми они отмечали выпускной в парке аттракционов, незнакомый парень и сама именинница. Олесю он пока не видел.

Макс подошёл к столу, поздоровался и протянул Маше букет.

– С днём рождения! Это тебе.

Маша просияла.

– Ой, спасибо большое! Какая красота! Шикарные розы!

Она с удовольствием вдохнула их нежный аромат и улыбнулась ещё шире.

– Ну, Марину и Олю ты помнишь.

Девушки заулыбались и кокетливо помахали Максу руками.

– А это Серёжа. Двоюродный брат Маринки.

Максим пожал парню руку.

– Максим.

– Очень приятно, – ответил Серёжа.

Маша поставила букет рядом с собой и пригласила:

– Присаживайся.

Макс сел напротив неё и огляделся.

– А Олеся где?

Маша кивнула в сторону стойки заказов.

– Вон там, видишь? Никак не может определиться, что заказать. Мы ей советуем одно, а она всё сомневается.

Маша рассмеялась.

– И так всегда. Как вы вообще с ней договариваетесь? Поделись секретом.

Макс пожал плечами.

– Пока с этим проблем не возникало.

– Ну... это пока, – многозначительно протянула Оля с видом мудрой женщины, повидавшей жизнь.

Максим усмехнулся.

– Время покажет. Поживём – увидим.

Он извинился, поднялся из-за стола и направился к стойке, возле которой с сосредоточенным видом стояла Олеся. В этот момент она расспрашивала молодого парня, принимавшего заказы, из каких ингредиентов состоит пицца «Четыре сезона».

Парень лениво перечислял состав.

Макс подошёл ближе и тихонько прошептал:

– Привет, Золушка. Пора на праздник. Карета готова, гости тоже. Принц уже начинает нервничать.

Олеся быстро обернулась и широко улыбнулась.

– Ой, привет! Даже не заметила, как ты пришёл. Давно здесь?

Макс невольно залюбовался девушкой. Сегодня она выглядела особенно красиво. Аккуратно уложенные волосы, лёгкий макияж и летний сарафан нежно-пудрового цвета удивительно ей шли. Высокие каблуки делали её ещё стройнее и выше.

– Нет. Только что приехал. Пойдём. Хватит хлопотать.

Она смущённо кивнула.

– Хорошо. Сейчас.

Затем, обращаясь к парню за стойкой, быстро закончила делать заказ. На десерт Олеся попросила принести меренговый рулет и кока-колу.

Наконец праздник начался. Они смеялись, шутили, произносили тосты, желая Маше счастья, любви и исполнения самых заветных желаний.

Минут через двадцать двери кафе неожиданно распахнулись, и, выкрикивая смешные поздравления на английском языке, в зал буквально влетел клоун Артём. Посетители невольно обернулись, а за их столом сразу заулыбались.

Маша сидела с широко распахнутыми глазами. Артём подошёл к имениннице, церемонно поклонился и протянул ей руку, приглашая на танец. Под дружные аплодисменты девушка поднялась, и они несколько минут весело кружились на небольшой площадке между столиками.

В награду за танец клоун подарил Маше два ярких воздушных шара, которые только что сам надул.

Потом последовало несколько забавных фокусов. Неизвестно откуда в руках Артёма появились маленькие белые хризантемы – по одной для каждой девушки за столом.

Максим сделал несколько снимков, на его взгляд, весьма удачных.

В завершение Артём послал всем воздушный поцелуй и так же внезапно, как появился, выбежал из кафе, смешно подпрыгивая под музыку, звучавшую из небольшого переносного плеера. Всё представление длилось не больше пятнадцати минут. Но хорошее настроение и яркие впечатления оно наверняка подарило каждому присутствующему ещё на несколько дней.

Когда Артём ушёл, Олеся слегка наклонилась к Максу и тихо спросила:

– Это твоя идея? Ты всё организовал?

Макс так же тихо ответил:

– Да. По-моему, парень отлично справился.

Олеся смотрела на него с такой теплотой и благодарностью, что Максу вдруг стало немного неловко.

– Спасибо... – едва слышно произнесла она. – У меня просто нет слов. Одни эмоции.

Максим улыбнулся и слегка кивнул.

– Всегда пожалуйста. Я очень рад, что тебе понравилось.

Компания ещё долго смеялась, вспоминая самые смешные моменты выступления.

Наконец Маша посмотрела на Макса и широко улыбнулась.

– Спасибо за сюрприз. Я уже всех успела допросить – никто не признался. Оставался только ты. Спасибо большое. Я в восторге!

Маша окинула взглядом друзей и добавила:

– Мы все в восторге! И да! Сегодня Олеся подарила мне альбом. Она призналась, что это твоя работа. Мне очень понравилось. Большое спасибо.

Макс засмеялся и, положив руку на сердце, искренне сказал:

– Я люблю дарить людям радость. И если это удаётся, я действительно счастлив.

Затем он сделал несколько снимков, сфотографировав всю компанию. Через несколько минут девчонкам захотелось потанцевать. Уговорив Серёжу пойти вместе с ними, они, весело смеясь, отправились на танцплощадку. Максим сделал ещё несколько кадров, поймав несколько очень удачных моментов.

Затем он обратился к Олесе:

– Какие у тебя планы на завтра?

Девушка задумчиво произнесла:

– Завтра, к сожалению, я весь день на работе. Моя напарница заболела, заменить её некому. Многие сейчас в отпусках, поэтому придётся работать одной весь день.

Олеся погрустнела. Макс понимающе кивнул.

– А отпуск у тебя когда?

Олеся вздохнула.

– Я уже почти весь отпуск отгуляла. Осталось всего две с половиной недели. Я специально брала его, когда Маша заканчивала школу, а потом поступала. Теперь смогу отдохнуть уже не раньше сентября.

Максим молча слушал и думал, какая непростая жизнь у этой замечательной девушки. Она почти полностью посвятила себя младшей сестре, словно совсем забыв о себе. А ведь ей всего лишь двадцать пять лет.

Он покачал головой и только хотел что-то сказать, как из динамиков раздался голос ведущего:

– Эта песня посвящается самой лучшей в мире старшей сестре Олесе и её замечательному парню Максиму!

Ошеломлённые Макс и Олеся переглянулись.

– Кажется... это про нас... – неуверенно произнесла девушка.

Парень посмотрел в сторону танцплощадки. Оттуда на них с улыбками смотрели Маша и её друзья.

Он улыбнулся и протянул Олесе руку.

– Пойдём. Наш выход. Не будем заставлять себя ждать.

Они медленно танцевали под красивую мелодию, и Максу казалось, что этот особенный момент он запомнит навсегда.

Вечером, когда праздник подошёл к концу, они попрощались с друзьями Маши, и Макс предложил подвезти обеих девушек домой. Те, разумеется, согласились.

Маша ещё раз поблагодарила Максима и Олесю за чудесный день рождения и, попрощавшись, вышла из машины. Когда за ней закрылась дверь подъезда, Олеся повернулась к Максу, положила ладонь ему на шею, мягко притянула к себе и поцеловала. Макс нежно обнял девушку. Несколько минут в салоне царила тишина.

Потом Олеся едва слышно прошептала:

– Мне кажется, я влюбилась... как школьница.

Она опустила голову и тихо засмеялась. Макс тоже улыбнулся.

– А ещё мы прячемся от Маши, чтобы поцеловаться.

Олеся подняла голову и внимательно посмотрела на него.

– Скажи... а какие чувства испытываешь ты ко мне?

Максим не ожидал такого откровенного вопроса и совершенно не был готов ответить сразу. Немного помолчав, он всё же произнёс:

– Ты мне очень нравишься, Олеся. Очень нравишься.

Она едва заметно усмехнулась и молча кивнула.

– Тогда до завтра. Я позвоню, как только смогу. Возможно, во время тихого часа.

Макс улыбнулся.

– Конечно. Я буду ждать.

Когда за девушкой закрылась дверь подъезда, Макс осторожно выехал со двора.

Он ехал и злился на самого себя.

– Ну что ты как болван, в самом деле? Определись уже наконец! – бормотал он себе под нос. – Она ведь надеялась услышать, что ты её любишь... А ты что сказал?

Макс с досадой, нарочно искажая интонацию, повторил свою недавнюю фразу:

– «Ты мне очень нравишься...»

Он понимал, что Олеся надеется на серьёзные отношения. Наверняка она мечтает о семье, о доме, о будущем. А чего хочет он сам?

Максим не мог ответить на этот вопрос однозначно.

И уже дома, ночью, ворочаясь с боку на бок в своей постели, он почему-то отчётливо представил рядом с собой Алину... И разозлился на себя ещё больше.

Утром следующего дня Максим позвонил своему другу.

Вован бодро ответил:

– Да, весь внимание. Привет.

– Привет, Вов. Насколько мне известно, ты сегодня свободен. Я помню, ты говорил, что у тебя отгул.

– Да. Сегодня свободен. А что? Может, у меня свидание! А?

Макс скривился.

– Нет у тебя никакого свидания...

Вован тяжело вздохнул.

– Ты прав... Пока нет.

Максим немного помолчал, подбирая слова.

– Ну, а раз так... Как ты смотришь на то, чтобы съездить в посёлок? На речку сходим, просто отдохнём. Предупреждать хозяев не будем. Купим чего-нибудь по дороге и скажем, что решили нагрянуть внезапно. Что скажешь?

Вован сразу оживился.

– Идея нравится. Я за. Поехали.

– Тогда через часик заеду.

– Окей. Договорились.

Макс отключился и начал собираться. По дороге он заехал в пиццерию, купил две большие пиццы и две бутылки кока-колы. Затем заглянул в кондитерскую «Десерт», где взял несколько эклеров и небольшой торт.

Погода стояла великолепная. Было тепло, но не жарко. Солнце то и дело пряталось за лёгкими облаками, а слабый ветер приятно касался лица. В кои-то веки можно было спокойно ехать с открытыми окнами, не включая кондиционер.

Когда Максим подъехал к дому Вовки, тот уже ждал.

– Здорова, бро! – сказал он, закинул рюкзак на заднее сиденье и уселся рядом. – Трогай.

Макс улыбнулся, и они отправились в путь. За разговорами дорога пролетела незаметно. Вскоре показался знакомый поворот.

Увидев ребят, Вера Николаевна всплеснула руками.

– Боже мой!.. Ну почему не позвонили? Максик! Ну как же так?.. Ах, горе моё... Я же ничего не успею...

Она продолжала причитать, но Вовка так крепко обнял её и с такой искренней радостью сказал, что соскучился, и женщина тут же растаяла.

Максим, оглядевшись, спросил:

– А мальчишки не у вас?

При упоминании ребят лицо Веры Николаевны сразу просветлело.

– Ой! Уехали они. Всей семьёй на море. Приехал отец, Маринкин муж, всех забрал и повёз отдыхать. Куда-то далеко... За границу. Даже не помню куда именно.

– Правда? – удивился Макс. – Вот это здорово. Рад за них.

– Ох, а я-то как рада! Молодая ведь совсем. При живом муже одна с детьми столько времени... Неправильно это. Семья – это святое. А когда дети есть – тем более.

Она тут же спохватилась.

– Ну что стоим? Пойдёмте в дом. Что есть, тем и накормлю. Да?

Она улыбнулась и посмотрела на Вовку.

– Ой... Никак похудел? Сейчас будем тебя откармливать. У меня вчерашний борщ есть, блинчики только что тесто поставила. Это быстро.

– Вера Николаевна, мы пиццу привезли. И сладости...

– Ой, да пиццу они привезли! – всплеснула она руками. – Успеете ещё свою пиццу поесть. В городе мало её, что ли?

– А Николай Фёдорович где? – спросил Макс.

– На подработке. Соседи через три дома пристройку затеяли. А мой-то и строитель, и плотник, и краснодеревщик. Всё умеет.

Последние слова она произнесла с нескрываемой гордостью.

После вкусного завтрака друзья отправились на речку. Искупавшись, они растянулись на тёплом песке. Некоторое время оба молчали.

Потом Вовка повернулся к Максу.

– Чего кислый такой? Давай, колись. Я же вижу, весь день тебя что-то гложет.

Максим тяжело вздохнул. Он рассказал про фотографии, которые сделала Олеся в парке аттракционов во время дня рождения Вити. Про то, как тогда возле колеса обозрения, они с помощью Егора, казалось, пообщались с тем невидимым обитателем парка…

Вован внимательно просмотрел снимки. Особенно долго рассматривал селфи Олеси, увеличивая фотографию с человеком в светлом костюме.

Потом Макс рассказал, как они с Алиной снова приезжали в парк. Как пытались поговорить с тем странным человеком. Как оба перепугались белок…

Вовка не выдержал и громко расхохотался. Даже подавился от смеха. Потом, смешно хрюкнув, он спросил:

– Подожди... А он... этот призрак... или кто он там... ничего вам не ответил?

И снова расхохотался. Немного успокоившись, он подполз ближе, положил руку Максу на плечо.

– Прости, бро... Правда. Но как представлю вас двоих, стоящих перед пустым местом и ведущих серьёзные переговоры... Не могу...

Макс лишь криво улыбнулся.

– Вот тебе смешно... А мне уже совсем не до смеха.

Он долго молчал. Потом тихо сказал:

– Знаешь... Мне кажется, этот человек... или не человек... как-то повлиял и на меня…

Вован перестал улыбаться.

– В каком смысле?

Максим перевёл взгляд на реку. Вода спокойно несла солнечные блики, словно ничего странного в этом мире никогда не происходило.

– Я перестал понимать самого себя.

Он задумчиво покачал головой.

– Раньше всё было просто. Мне нравилась Олеся. Очень нравилась. Я был уверен, что хочу быть именно с ней. Когда она появилась в моей жизни, мне казалось, что наконец всё стало на свои места.

Он тяжело вздохнул.

– А теперь... что-то происходит.

Вован внимательно слушал, не перебивая.

– Я всё чаще ловлю себя на мыслях об Алине. И это меня пугает.

Макс поспешил покачать головой.

– Нет... Ты не подумай. Я не влюбился в неё. Или... уже и сам не знаю.

Он закрыл лицо ладонями и устало потёр глаза.

– Просто она постоянно у меня в голове. Я всё чаще вспоминаю наши разговоры, её улыбку... Даже недавно ночью она мне приснилась.

Он посмотрел на друга.

– И самое страшное знаешь что?

– Что?

– Всё это началось именно после нашего последнего посещения этого злосчастного парка. После того дня рождения Вити. Мы ведь уже тогда знали, что он не любит, когда шумно и когда фотографируют. Но всё равно получилось, что фотографии сделали. Не мы конкретно... но человек из нашей компании. И теперь у меня такое чувство, будто кто-то взял и перемешал всё у меня внутри.

Вован нахмурился.

– Ты правда думаешь, что это его работа?

Макс пожал плечами.

– Не знаю... Но после его появления на фотографиях в жизни людей действительно начинают происходить странные вещи. Так что уже ничему не удивлюсь.

Он поднял с песка маленький камешек и бросил его в воду.

– До этого я точно знал, что чувствую. А теперь... будто мои собственные мысли перестали принадлежать только мне.

Вован долго молчал. Потом спокойно произнёс:

– Если это действительно связано с тем... существом... тогда всё намного серьёзнее, чем кажется. И... прости, что смеялся. Теперь я вижу, что тебе и правда не до шуток.

Друзья снова замолчали, слушая, как тихо шумит река, а над водой медленно кружат стрекозы. Только теперь эта привычная летняя тишина уже не казалась такой безмятежной, как раньше.

Через несколько минут Вован всё же решил хоть немного развеять тяжёлые мысли друга.

– Знаешь, бро, – произнёс он уже с привычной улыбкой, – то, что тебе одновременно нравятся две девушки, само по себе не такая уж редкость. Может, этот обитатель парка вообще ни при чём. Но определиться и выбрать одну ты всё равно обязан.

Макс усмехнулся.

– Ну-ка... Интересно. И почему же?

Вован важно поднял вверх указательный палец.

– У меня есть целых три причины.

– Валяй. Внимательно слушаю.

– Во-первых: в нашей стране двоежёнство запрещено.

Макс хмыкнул.

– Во-вторых: прости, брат, но финансово ты двух женщин точно не потянешь.

Макс уже начал смеяться.

– И, наконец, в-третьих: я очень сильно сомневаюсь, что хоть одна из них согласится на такую счастливую жизнь втроём.

Вовка снова не выдержал и громко расхохотался.

Потом вскочил на ноги и, старательно копируя интонацию Юрия Никулина, с нарочито кавказским акцентом запел:

– Если б я был султан, я б имел трёх жён... И тройной красотой был бы окружён...

Макс поднял с песка небольшой камешек, прицелился и метко запустил им в своего «певца».

– Ай! – взвыл Вован.

Но, не прекращая петь, тут же бросился к реке.

– Ну всё! Не догонишь!

Макс вскочил следом.

– Сейчас проверим!

Через мгновение оба уже с громким смехом бежали по тёплому песку к воде, и тяжёлый разговор, который ещё несколько минут назад не давал Максиму покоя, хотя бы ненадолго растворился в летнем солнце, речных брызгах и беззаботном смехе старых друзей.

Они с шумом влетели в воду. Вовка, не переставая смеяться, нырнул почти с головой и вынырнул уже в нескольких метрах от берега.

– Не догонишь! – крикнул он.

– Спорим?! – ответил Максим.

Несколько минут они, словно мальчишки, брызгались, ныряли и пытались утопить друг друга, пока окончательно не выбились из сил. Потом молча легли на воду, позволяя течению медленно покачивать их.

Высоко в небе лениво плыли белые облака. Над рекой кружили чайки, в прибрежной траве стрекотали кузнечики, а лёгкий ветер приносил запах тёплой воды и луговых трав. Казалось, сама природа старалась хоть ненадолго прогнать тревожные мысли, поселившиеся в душе Макса.

***

Когда друзья вернулись к дому, во дворе их уже встречала улыбающаяся Вера Николаевна.

– Ну наконец-то! Я уж думала, вас русалки к себе забрали.

Вовка засмеялся.

– Почти забрали. Но решили вернуть.

– И правильно сделали. Давайте быстро за стол. Вареники уже готовы.

Дом сразу наполнился привычным уютом. На столе дымилась большая миска вареников с картошкой и жареным луком, рядом стояла сметана, домашние пироги с вишней и яблоками, свежие овощи с огорода и большой кувшин холодного компота.

Вера Николаевна только успевала подкладывать гостям еду.

– Ешьте, мальчики. На вас без слёз смотреть нельзя.

– Вера Николаевна, мы сейчас лопнем, – смеялся Вовка.

– Лопнете – значит, хорошо накормила.

Все дружно рассмеялись.

Ближе к вечеру с подработки вернулся Николай Фёдорович. Усталый, запылённый, но, как всегда, спокойный и добродушный. Он поздоровался с ребятами, помыл руки и сразу сел за стол.

– Ну что, фотографы, – улыбнулся он. – Опять без предупреждения?

– Так интереснее, – ответил Макс.

– Это точно. Дом сразу оживает. А барышни ваши, в городе остались?

Макс и Вова переглянулись. Затем Максим проронил:

– Да… Они работают…

Николай Фёдорович усмехнулся.

– Понимаю. Работа… Хорошие девчонки. Простые, симпатичные.

Макс сидел молча. Но боковым зрением он заметил ухмыляющуюся физиономию Вована.

За ужином разговаривали обо всём понемногу. Николай Фёдорович рассказывал, как соседи затеяли строительство пристройки, Вовка вспоминал смешные случаи со своей работы, а Вера Николаевна время от времени вставляла короткие замечания и неизменно следила, чтобы ни у кого не пустела тарелка.

За окнами медленно сгущались сумерки. Посёлок постепенно стихал. Где-то вдалеке лениво лаяла собака, с реки доносилось дружное кваканье лягушек, а в открытые окна проникал прохладный вечерний воздух, наполненный запахом свежескошенной травы.

Вера Николаевна, будто, между прочим, сказала:

– И не думайте сегодня никуда ехать. Уже поздно. Переночуете, а утром спокойно домой отправитесь.

Макс переглянулся с Вовкой.

– Вообще-то мы именно так и думали, – улыбнулся он.

– Вот и правильно, – довольно кивнула хозяйка. – Значит, сейчас чай с пирогом, а потом спать.

Вовка тихонько наклонился к Максу и шепнул:

– Вот умеет же человек так сказать, что отказаться невозможно.

Макс только улыбнулся. Если где-то и существовало место, где тревога хотя бы ненадолго отпускала, то именно здесь – в этом небольшом доме, среди людей, которые давно стали для них почти родными.

Николай Фёдорович отломил кусок свежего хлеба, неторопливо макнул его в сметану и усмехнулся.

– Расскажу вам один случай. Давнишний уже... Не в этих краях это было, а у меня на родине. Но до сих пор, как вспомню, самому смешно становится.

Вовка сразу оживился.

– О! Это мы любим.

Николай Фёдорович кивнул.

– Поехали мы как-то с соседом за грибами. Лет семнадцать назад было. Грибов тогда – море. Только успевай собирать. Разошлись в разные стороны, договорились через пару часов встретиться у машины.

Он спокойно сделал несколько глотков компота и продолжил:

– Хожу себе, корзину уже почти полную набрал. Вдруг слышу – кусты трещат. Ну, думаю, кабан. Замер. Сердце так и застучало. Вспомнил про ружьё, которое в машине осталось. Стою, не дышу. А треск всё ближе и ближе...

Вера Николаевна усмехнулась.

– Уже знаю, чем закончится.

– Не подсказывай, мать, – улыбнулся Николай Фёдорович. – Так вот... решил я потихоньку отступить. Только сделал шаг назад – зацепился сапогом за корень и сел прямо в черничник.

Вовка прыснул.

– Представляю...

– Это ещё не всё. Поднимаюсь, весь синий от черники. А из кустов выходит...

Он выдержал небольшую паузу.

– ...коза.

За столом воцарилась тишина.

– Самая обычная деревенская коза. Белая, с колокольчиком на шее. Посмотрела на меня таким взглядом, будто это я у неё в гостях оказался.

Макс рассмеялся.

– И что дальше?

– А дальше эта нахалка подошла к моей корзине, перекинула её рогами и начала грибы нюхать и жевать. Представляете? Стою, отгоняю её, а она ни в какую. Пока отбивался, сосед прибежал. Увидел меня всего в чернике, рассыпанные грибы, а рядом козу... и как начал смеяться. Минут пять успокоиться не мог.

Вера Николаевна покачала головой.

– А домой потом кто синий приехал? Будто не за грибами ходил, а виноград ногами давил.

– Зато с грибами, – с достоинством ответил Николай Фёдорович.

– Половину которых коза разбросала и потоптала, – не удержалась жена.

За столом дружно рассмеялись.

Вовка, вытирая выступившие от смеха слёзы, покачал головой.

– Нет, Николай Фёдорович, вот умеете вы истории рассказывать. Я уже этого кабана себе представил...

– И я представил, – улыбнулся Макс.

Николай Фёдорович развёл руками.

– Так я тоже сначала кабана представил. Вот только коза, видимо, об этом ничего не знала.

За столом снова раздался дружный смех. На несколько минут разговоры стали совсем лёгкими, домашними.

Вовка посмотрел на присутствующих и, с интересом, спросил:

– А ещё истории имеются?

Вера Николаевна всплеснула руками.

– Ох, охотники до сказок! Ребята, скоро полночь! Завтра поутру вам в город возвращаться. Спать пора...

Она покачала головой.

Николай Фёдорович отложил ложку, хитро посмотрел на ребят и усмехнулся.

– Ладно... Тогда ещё одну историю расскажу. Рыбацкую. Этот случай уже здесь приключился. Только не смейтесь.

Вовка тут же оживился.

– Если вы просите не смеяться, значит история будет хорошая.

– Это точно, – кивнул Николай Фёдорович. – Поехали мы однажды с соседом на рыбалку. Осень была. Туман такой, что дальше пяти метров ничего не видно. Красота... Тишина... Только утки где-то крякают.

Он неторопливо отпил чаю.

– Закинули удочки. Сидим. Часа полтора – ни одной поклёвки. Уже начали ворчать, что зря приехали. Вдруг мой поплавок как ушёл под воду! Я дёрнул удочку... И понял, что попалось что-то огромное.

Вовка сразу наклонился вперёд.

– Сом?

– Я тогда тоже так подумал. Леска натянулась, удилище дугой согнулось. Оно меня чуть в воду не утащило. Я уже соседу кричу:

– Саня! Подсак неси! Тут крокодил!

Макс улыбнулся.

– И что оказалось?

Николай Фёдорович невозмутимо ответил:

– Старый валенок.

За столом воцарилась тишина. Через секунду Вовка прыснул со смеху.

– Валенок?!

– Самый настоящий. Только не простой. Он так крепко корягой зацепился, что я минут десять с ним боролся. Уже вспотел весь. А когда вытащил, ещё и гордился собой.

– Чем? – сквозь смех спросил Макс.

– Тем, что победил.

Вера Николаевна покачала головой.

– Герой...

– Между прочим, – с серьёзным видом продолжил Николай Фёдорович, – сосед потом целую неделю всем рассказывал, что я единственный рыбак в районе, который поймал сорок пятый размер.

Вовка уже смеялся так, что едва не подавился.

– Николай Фёдорович... Ну нельзя же так...

– Почему?

– Я уже представил этого крокодила...

– Так и я представил, – спокойно ответил Николай Фёдорович. – Пока валенок из воды не показался.

Макс тоже рассмеялся.

– А рыбу-то хоть поймали?

– Конечно.

– Большую?

Николай Фёдорович хитро улыбнулся.

– Рыбу поймал сосед. Зато валенок достался мне. До сих пор где-то в сарае лежит. Как память о самой тяжёлой рыбалке в моей жизни.

Вера Николаевна только махнула рукой.

– Не выбрасывает. Всё говорит: «Вдруг хозяин найдётся...»

Всё снова дружно рассмеялись.

Максу вдруг тоже захотелось рассказать, на его взгляд, теперь уже смешную историю про белок, которые напугали их с Алиной, но вовремя прикусил язык. Он понимал, что эти милые пожилые люди уверены, что девушкой Макса является Олеся, а Алина вроде как с Вовкой. Хорошо бы он сейчас выглядел, рассказав про них с Алиной...

Да и спать захотелось просто неимоверно. Глаза закрывались, веки отяжелели, какая-то странная усталость навалилась. Максу, вдруг показалось, что он и из-за стола встать не сможет, уснёт прямо здесь, не доев свой пирог.

Он усмехнулся и потёр глаза.

– Всем спасибо, – парень посмотрел на бодро жующего друга.

Вован кивнул.

– На здоровье. Ты уже почти спишь, – констатировал он сей понятный Максиму факт.

Макс согласно кивнул. Вера Николаевна внимательно посмотрела на него.

– Максик, устал, да? Пойдём, я постелю в гостевой комнате. А они пусть сидят, раз в состоянии ещё. Тебе выспаться нужно. За руль садиться, машину вести, – она покачала головой.

Максим с трудом встал из-за стола и, шатаясь от усталости, побрёл следом за хозяйкой.

– Максимка, слышишь меня? Максик?.. Врача! Позовите врача, скорее!

Сначала Макс услышал своё имя, потом остальные слова, словно сквозь толстый слой ваты. Он попытался открыть глаза, но веки казались невероятно тяжёлыми, будто на них лежал груз. Медленно, с огромным усилием, ему всё же удалось приоткрыть сначала один глаз, потом второй.

Первые несколько секунд он вообще не понимал, где находится. Над ним склонилось заплаканное лицо Веры Николаевны. Она плакала, причитала и всё повторяла:

– Максимка... Боже мой... Слава Богу... Спасибо тебе, Господи... Живой... Живой...

Женщина снова позвала врача и, почти срываясь на крик, пробормотала:

– Да где же вы?.. Максим, слышишь меня, сынок?

Макс слышал её. Видел. Но совершенно ничего не понимал. Наконец он с трудом разлепил пересохшие губы и едва слышно произнёс:

– Где я?.. Что случилось?..

Вера Николаевна снова заплакала.

– Живой... Господи... Он говорит... Спасибо тебе...

От её слов Максу стало по-настоящему страшно. Последнее, что он помнил, – они с Вовкой были в посёлке. Купались в реке. Потом ужинали... Потом... Память словно обрывалась. И вдруг его пронзила страшная мысль.

«Что-то случилось... Я жив... А Вовка?..»

Максим почувствовал, как всё внутри похолодело.

– Вера Николаевна... А где Вовка? Что с ним?

Женщина поспешно вытерла глаза и даже попыталась улыбнуться.

– Да дома он... Наверное. Сегодня ещё не приходил. Придёт обязательно. Не переживай.

Она тяжело вздохнула.

– Мама твоя совсем из сил выбилась. Сегодня я её немного подменила.

Макс слушал её, но понимал всё меньше. Он попытался приподняться, однако голову мгновенно закружило, к горлу подкатила тошнота, и он со стоном снова опустился на подушку.

Вера Николаевна сразу засуетилась.

– Очнулся! Только что очнулся! Я сразу вас позвала!

Макс повернул голову в сторону голосов. В палату вошёл врач в белом халате. Он внимательно выслушал Веру Николаевну, коротко кивнул и подошёл к кровати.

– Ну что, герой? – добродушно улыбнулся доктор. – Поел омаров?

Он тихонько усмехнулся.

– Напугал ты нас серьёзно.

Макс смотрел на него широко раскрытыми глазами.

Доктор, заметив его растерянность, продолжил уже спокойнее:

– Острую аллергическую реакцию нам удалось остановить довольно быстро. Но из-за тяжёлого анафилактического шока и выраженной дыхательной недостаточности пришлось подключить тебя к аппарату искусственной вентиляции лёгких и на несколько дней ввести в медикаментозный сон. Это позволило организму спокойно восстановиться.

«Шо?»

Врач посмотрел на монитор возле кровати, проверил показатели, сделал несколько записей в истории болезни и снова перевёл взгляд на Макса.

Тот словно потерял дар речи.

«Какие омары?.. Какой медикаментозный сон?.. Может, это вообще сон?..»

По выражению лица пациента врач сразу понял, о чём тот думает.

– То, что сейчас ты не совсем понимаешь происходящее, абсолютно нормально.

Он говорил спокойно и уверенно.

– После тяжёлой гипоксии и длительной медикаментозной седации нередко бывает временная дезориентация. Кроме того, ты можешь не помнить события, произошедшие незадолго до приступа, а также первые дни после него. Не переживай. В большинстве случаев память постепенно восстанавливается.

Доктор ободряюще улыбнулся.

– Судя по сегодняшнему состоянию, идёшь на поправку. Думаю, скоро всё начнёшь вспоминать.

Он ещё раз посмотрел на монитор, удовлетворённо кивнул и вышел из палаты.

Вера Николаевна всё это время стояла рядом, не сводя глаз с Макса. Когда дверь закрылась, она облегчённо выдохнула, перекрестилась и едва слышно прошептала:

– Слава тебе, Господи... Слава тебе...

Потом повернулась к Максиму.

– Сейчас родители приедут. Им уже сообщили. Может, хочешь чего-нибудь? Водички?

Ошеломлённый Макс только молча кивнул.

Женщина быстро вышла из палаты и через несколько секунд вернулась со стаканом воды.

– Вот так... Потихоньку... Давай помогу.

Максим осторожно приподнялся на локте и с жадностью выпил всё до последней капли.

Он уже собирался спросить, сколько дней прошло и какое сегодня число, как дверь палаты резко распахнулась. Внутрь почти бегом вошла мама, а следом за ней отец. Они остановились по обе стороны кровати. Мама тут же наклонилась к сыну, крепко обняла его и поцеловала.

Макс слабо улыбнулся, затем посмотрел на отца.

– Привет, пап...

Тот ничего не ответил. Лишь крепко сжал руку сына, и по его покрасневшим глазам Макс понял, что за эти несколько дней отец пережил не меньше, чем мама.

– Как ты, сыночек? – тихо спросила Марина Сергеевна. – Как же ты нас напугал...

Макс смотрел на родителей и думал только об одном.

«Это сон... Сейчас я проснусь в посёлке. Мы с Вовкой позавтракаем блинами со сметаной и поедем домой, в город...»

Он никак не мог понять, откуда вообще взялись эти омары. Ведь совсем недавно... Или ему только казалось, что совсем недавно... Он ел борщ, вареники с вишней, потом был пирог и чай... Макс нахмурился, пытаясь вспомнить что-нибудь ещё, но память словно упиралась в плотную стену.

Наконец он спросил:

– А сколько я уже здесь?

Мама тяжело вздохнула.

– Сегодня пятый день. Ты поступил в больницу в субботу вечером, а сегодня уже четверг.

Максим медленно повторил:

– Пять дней...

Он помолчал.

– А какое сегодня число?

Марина Сергеевна неуверенно посмотрела на мужа и ответила:

– Двадцать пятое мая.

Макс широко раскрыл глаза.

– Как... двадцать пятое мая?..

Он резко замолчал. Через несколько секунд снова посмотрел на родителей и почти шёпотом произнёс:

– Я ничего не понимаю... Я же помню, как мы с Вовкой были в посёлке... На даче... Купались в речке... Потом...

Он повернулся к Вере Николаевне, которая всё это время молча стояла рядом.

– Мы ужинали... Борщ ели... Потом вареники... Потом пирог... Николай Фёдорович истории рассказывал…

Марина Сергеевна тоже посмотрела на женщину. Вера Николаевна заметно побледнела.

– Не было этого, Максимчик... Родной мой... Не приезжали вы к нам... Не было такого...

Максу вдруг стало жалко её. Мама осторожно сжала его ладонь.

– Это последствия медикаментозного сна и тяжёлого состояния, в котором ты находился. Иногда мозг создаёт очень реалистичные воспоминания. Такое бывает. Не переживай. Ты поправишься. Обязательно поправишься. И постепенно всё восстановится.

Она нежно погладила сына по волосам и слабо улыбнулась.

Только теперь Макс по-настоящему рассмотрел маму. Её глаза покраснели от бессонных ночей, лицо осунулось, под глазами залегли тёмные круги. Казалось, за эти несколько дней она постарела сразу на несколько лет.

Отец выглядел не лучше. Он молчал, но крепко держал сына за руку, словно боялся отпустить. Максу вдруг стало невыносимо больно. Он был уже взрослым человеком. Самостоятельным. И всё равно заставил самых близких людей пережить этот ужас.

Макс виновато посмотрел сначала на родителей, потом на Веру Николаевну.

– Простите меня... Все... Ладно?..

Он попытался улыбнуться, но вместо улыбки получилась лишь слабая, усталая гримаса.

Вера Николаевна тут же замахала руками.

– Ну что ты такое говоришь, Максик... Перестань... Главное, что живой. Остальное всё обязательно наладится. Всё вспомнишь. Всё будет хорошо.

Она снова украдкой вытерла выступившие слёзы и ласково посмотрела на него, словно на собственного сына. Посетители ещё немного постояли возле кровати, молча переглядываясь и тяжело вздыхая. Наконец Максим нарочито бодрым голосом произнёс:

– Ну всё. Со мной действительно всё в порядке.

Он даже широко улыбнулся.

– Я обязательно всё вспомню. Правда. Так что больше не переживайте. А сейчас... если можно... я бы немного поспал. Чувствую себя так, будто марафон пробежал.

Макс виновато улыбнулся. Потом, словно вспомнив что-то важное, добавил:

– И ещё... Можно мне мой телефон?

Марина Сергеевна сразу открыла сумку и протянула ему смартфон.

– Конечно.

Она ласково погладила сына по руке.

– Тебе каждый день звонили. Постоянно спрашивали, как ты. Вова приходил и домой к нам, и сюда приезжал. Подолгу сидел возле тебя. Один раз даже с девушкой.

Максим резко поднял голову.

– С какой девушкой?

Мама пожала плечами.

– Прости, имени я не спросила. Они сидели вон там...

Она показала на две табуретки у стены.

– А вот эти цветы тоже от них.

Макс перевёл взгляд к окну.

На подоконнике, в большой стеклянной банке с водой, стоял красивый букет свежих цветов.

«Интересно... Кто приходил с Вовкой? Алина?.. Или Олеся?..»

А может... Максим устало прикрыл глаза.

– Простите меня... Но я правда хочу немного отдохнуть. Что-то устал... Как будто после долгой пробежки.

Он виновато усмехнулся.

Родители понимающе закивали. Мама ещё раз крепко обняла сына и поцеловала его в лоб. Потом подошёл отец. Следом Вера Николаевна. Она ласково обняла Макса, перекрестила его и тихо прошептала:

– Господь тебя уберёг...

***

Как только они ушли, в палату вошла молоденькая медсестра.

– Ну что, герой? Как самочувствие?

Макс посмотрел на девушку и невольно улыбнулся.

– Уже намного лучше. Спасибо.

Она тоже улыбнулась.

– Вот и хорошо. Только на будущее запомни: никаких омаров.

Она шутливо погрозила ему пальцем.

– И вообще, пока постарайся обойтись без морепродуктов. Обычную рыбу понемногу можно будет позже, если врач разрешит, а вот креветки, крабы, омары и прочие деликатесы – под строгим запретом.

Медсестра привычными движениями надела манжету тонометра.

– Сейчас давление измерим, потом сделаю укол. И отдыхай. Тебе сейчас силы нужны.

Девушка дружелюбно подмигнула пациенту. Закончив все процедуры, она пожелала Максу скорейшего выздоровления и вышла из палаты.

Наконец он остался один. Максим сразу разблокировал телефон и открыл список контактов. Через несколько секунд его лицо изменилось. Он пролистал телефонную книгу ещё раз. Потом ещё. Номеров Олеси и Алины не было. Не оказалось и контакта Артёма. Макс нахмурился.

«Как такое вообще возможно?..»

Он изо всех сил пытался напрячь память. Но отчётливо помнил только одно. Они с Вовкой приехали на дачу к Вере Николаевне. Поужинали. Потом легли спать. И всё. Дальше – пустота. Абсолютная.

Макс быстро набрал номер друга. После нескольких гудков в трубке послышался хрипловатый голос:

– Да, Марина Сергеевна... Слушаю вас. Как там Макс?

Максим тихонько прокашлялся.

– Здорово, бро. Прости, что разочаровываю, но это не Марина Сергеевна.

Он засмеялся.

В ответ раздался такой громкий вопль, что Макс поспешил отодвинуть телефон от уха.

– Брат! Живой! Говорящий! Ё-моё! Как же я рад тебя слышать! Как же мы все рады! Ну как ты? Давно очнулся?

Макс невольно улыбнулся.

– Пару часов назад. Как только уговорил своих нянек немного отдохнуть, сразу решил тебе позвонить.

Он сделал небольшую паузу.

– Ты как? Сможешь приехать?

Вова замялся.

– Обязательно приеду, бро. Только чуть позже, ладно? Сейчас правда никак не могу. Но часа через два буду у тебя.

Он виновато добавил:

– Работа... Сама себя не сделает. Не обижайся.

Максим понимающе кивнул, хотя друг этого не видел.

– Да какие обиды... Просто у меня к тебе куча вопросов. И, кажется, ответить на них сможешь только ты.

Он немного помолчал, потом всё-таки спросил:

– Мама сказала, что ты приходил ко мне с девушкой... Кто это был? Алина или Олеся?

Произнеся эти имена, Макс даже невольно зажмурился. На другом конце провода повисла долгая тишина.

Первым эту тишину нарушил сам Максим.

– Так кто был с тобой, бро?

Вовка растерянно кашлянул.

– Так это... С Дашкой мы приходили.

Он удивлённо переспросил:

– А кто такие Алина и Олеся?

Макс почувствовал, как внутри всё оборвалось. Но всё же заставил себя задать следующий вопрос:

– Вы с Дашей... снова вместе? Помирились?

Вова тихонько хмыкнул.

– Да мы… вроде и не расставались.

Он виновато вздохнул.

– Прости нас... Мы же не знали, что у тебя такая сильная аллергия на морепродукты. Ты никогда об этом не говорил.

Макс медленно прикрыл глаза.

– Вов... А можешь в двух словах рассказать, где мы были и что вообще произошло? Я... ничего не помню.

Он болезненно поморщился, а вот друг, наоборот, сразу оживился.

– Серьёзно? Вообще ничего?

– Вообще…

– Ну... Мы были на дне рождения Витька. Отмечали в ресторане «Омар». Решили попробовать их фирменное блюдо – омаров. Кто же знал, что тебе такое категорически нельзя...

Вова тяжело вздохнул.

– Если бы мы только знали... Всё было бы совсем по-другому...

Макс напрягся.

– Ты сказал... у Витька?

– Ну да. У нашего Витька. Витю помнишь?

Макс наморщил лоб. Сейчас он помнил только маленького мальчика с таким именем. И ещё его младшего брата – Егора.

Вова тяжело вздохнул.

– Не помнишь...

Он покачал головой.

– Витёк Самойленко. Мы вместе учились. До сих пор общаемся. В субботу у него был юбилей – тридцать лет исполнилось. Вот мы и собрались отметить.

Он ещё что-то тихо пробормотал, но Макс уже почти не слышал. В ушах нарастал глухой шум, а внутри медленно расползалась странная, холодная пустота.

Они попрощались. Макс положил телефон на тумбочку и отвернулся к стене.

Что же всё-таки произошло? Почему он помнит одни события, а все вокруг говорят совершенно о других? Что с ним?

Было такое чувство, словно его сознание раскололось надвое. На какое-то «до» и «после». А между этими двумя половинами образовалась огромная бездонная пропасть, в которой он теперь беспомощно блуждал. И сколько времени понадобится, чтобы эта пропасть исчезла? И исчезнет ли она вообще? Что, если он никогда ничего не вспомнит? От этой мысли по спине пробежал холодок.

Макс снова взял телефон и ещё раз пролистал список контактов. Нет. Ни Олеси, ни Алины... Он закрыл глаза и отчётливо представил сначала одну девушку, потом другую. Неужели всё это ему приснилось? Пока врачи боролись за его жизнь... Пока родители сходили с ума от отчаяния... Друзья места себе не находили... Он всё это время жил где-то... в другом мире.

А Вовка снова вместе с Дашей. Они даже не расставались. Получается, он никогда не фотографировал их в парке аттракционов... Не было снимков с исчезнувшим кольцом... Не было загадочного клоуна Артёма... Не было Машиного дня рождения... И Олеси не было... Не было и Алины... А значит... и человек в светлом костюме тоже никогда не существовал? Или... Вопросы. Одни вопросы. И ни одного ответа.

Как же Максу хотелось домой. В свою квартиру. Открыть ноутбук, просмотреть фотографии. Ведь если всё это действительно было... хоть что-нибудь должно было остаться. Какое-нибудь письмо, или файл. Папка. После этого память просто обязана вернуться. Нужно как можно скорее проситься домой. Иначе он действительно сойдёт с ума. Он не заметил, как пролетело время. Дверь палаты тихонько открылась. На пороге стоял Вова.

Друг замер всего на секунду, потом осторожно закрыл дверь и быстрым шагом подошёл к кровати.

– Привет, брат...

Парни крепко обнялись. Вовка отстранился и внимательно посмотрел на Макса.

– Дай-ка я на тебя посмотрю...

Он сочувственно покачал головой.

– Ну... не фонтан, конечно. Хотя чего мы хотим? Кто вообще в больнице красивый?

Он заговорщически наклонился ближе.

– Только медсёстры.

Потом мечтательно закатил глаза.

– Я, когда к тебе приходил, одну здесь видел... Вот это красавица...

Он театрально вздохнул.

– Если бы не Дашка, точно познакомился бы.

Макс невольно рассмеялся. В этом и был весь Вовка – простой, весёлый, искренний. Рядом с ним всегда становилось легче.

– Я очень рад тебя видеть.

Вовка молча кивнул.

– Я тоже, бро... Очень рад.

Он опустил взгляд.

– Мы все тогда перепугались. Очень сильно.

Немного помолчав, Вовка продолжил:

– Мы заказали пиццу, суши... и их фирменное блюдо с этими морскими гадами. Все ели. Всем хоть бы что. А тебя накрыло почти сразу. Сначала ты резко побледнел. Потом начал всё время трогать шею... словно воздуха не хватало. Я ещё хотел спросить, всё ли нормально... а через пару минут ты просто потерял сознание. Вот такая история...

Макс слушал и мрачнел. Он ничего из рассказанного не помнил. А Вован, глядя куда-то в сторону, продолжил:

– Мы с Дашкой даже в церковь ходили. Она там какую-то молитву за твоё здоровье заказала. Свечи поставила возле образов. Я тоже стоял рядом, – друг сглотнул. – Я же не особо по этим делам, ты знаешь... Но тут такое с тобой случилось... В общем, сходил.

Максим посмотрел на друга и невольно представил его в храме. Вован, который всегда верил только в факты, здравый смысл и самого себя. Эта картина показалась настолько непривычной, что Максим невольно улыбнулся.

– Скажи, бро... А мы с тобой недавно не ездили на дачу? В Орехово?

Вовка удивлённо посмотрел на него.

– Нет. Никуда не ездили. Почему спрашиваешь?

Макс вздохнул.

«Рассказать? Не рассказать? Подумает ещё, что у меня крыша поехала...»

Вслух он сказал:

– Сон приснился странный. Мы с тобой были на даче. На речку ходили. Всё так реально... До сих пор кажется, будто это действительно было.

Вовка сразу оживился.

– А давай летом так и сделаем! Приглашай. Я только за. Ты же меня знаешь – я за любой движ!

Он ненадолго задумался, потом спросил:

– Ты ещё какие-то имена называл... Алина... Олеся... Кто они? Или тоже из сна?

Макс отвернулся к окну.

– Конечно из сна... Там вообще такого наснилось... Наверное, месяца не хватит, чтобы всё пересказать.

Он устало улыбнулся.

Через некоторое время Макс попросил Вову помочь ему подняться. Тот сразу подхватил друга под руку и осторожно проводил до туалета.

Вован просидел у него ещё почти два часа. Потом друзья попрощались и договорились созвониться на следующий день.

Когда дверь палаты закрылась, Максим вдруг почувствовал, насколько сильно устал. Организм словно только сейчас начал осознавать, через что ему пришлось пройти. Очень хотелось спать. И ещё... неожиданно проснулся аппетит.

Макс посмотрел на пакет, который оставил Вовка.

– Ну-ка... Что там у нас?.. – тихо пробормотал он.

Он осторожно поднялся с кровати. Голова ещё слегка кружилась, но уже не так сильно, как вчера. В пакете лежали печенье, две булочки с изюмом, два банана и большая бутылка кефира.

Максим вспомнил слова врача и решил не торопиться с едой. Он очистил банан, медленно съел его и выпил примерно полстакана кефира. Булочки и печенье решил пока не трогать.

– На сегодня хватит... – тихо сказал он самому себе.

После этого он почистил зубы, умылся и лёг в постель. Сон навалился почти сразу. Уже проваливаясь в него, Макс успел подумать лишь об одном: завтра он обязательно попросит врача отпустить его домой.

Проснулся он от прохладного прикосновения ко лбу. Макс открыл глаза и встретился взглядом с медсестрой.

Девушка улыбнулась.

– Доброе утро, спящий красавец. Как себя чувствуешь?

Максим тоже улыбнулся.

– Доброе утро. Самочувствие отличное. Домой хочу.

Медсестра рассмеялась.

– Насмешил. Домой пока нельзя. После такого состояния придётся ещё несколько дней пожить у нас.

Она сочувственно улыбнулась, давая понять, что прекрасно его понимает, но изменить ничего не может. Девушка измерила температуру, артериальное давление и пульс, затем сделала внутримышечную инъекцию.

– Завтрак в девять. Не опаздывай.

Она улыбнулась и вышла из палаты.

Макс сел на кровати, и в этот момент ожил телефон. Звонила мама. Он сразу ответил.

– Да, мам. Доброе утро.

– Здравствуй, сыночек. Как ты? Как себя чувствуешь?

Он засмеялся.

– Всё отлично. Правда. Я домой хочу. А медсестра сказала, что пока нельзя... Мам, сделай что-нибудь, пожалуйста. Поговори с доктором.

В его голосе появились почти детские, просящие нотки.

Мама немного помолчала, потом тихо сказала:

– Максимка, сынок... Наверное, всё-таки не торопись. Тебе просто кажется, что уже всё хорошо. Но на самом деле ты ещё очень слаб. Потерпи, пожалуйста. Мы сегодня приедем. Привезём тебе покушать. Вера Николаевна тоже собиралась тебя навестить. Потерпи ещё немного. Будь умницей. Не скучай. Мы тебя любим, целуем и обнимаем. До встречи.

Мама уже собиралась отключиться, но Макс поспешил её остановить.

– Мам, одну секунду. Привезите, пожалуйста, мой ноутбук. Хочу кое-что проверить.

– Хорошо. Конечно. Мы заедем к тебе домой и возьмём его. Что-нибудь ещё нужно? Говори. Всё привезём.

Макс попросил смену белья и ещё несколько мелочей. Всё остальное у него уже было. Кто-то – он даже не знал кто именно – успел купить для него предметы личной гигиены, пижаму и домашние тапочки.

– И воды бутылку захвати. Вроде всё.

Они попрощались.

Макс поднялся, умылся, привёл себя в порядок и уже собирался выйти в коридор, как дверь палаты осторожно открылась. Он едва не столкнулся с вошедшей девушкой. Увидев её, Макс застыл.

Перед ним стояла Алина. Девушка тоже слегка вздрогнула.

– Доброе утро, – вежливо произнесла она. – Вы сами пройдёте в столовую или принести завтрак сюда?

Она внимательно посмотрела на Макса и, заметив выражение его лица, невольно подошла ближе.

– Вам плохо? Я сейчас позову врача.

Максим быстро покачал головой.

– Не нужно никого звать. Со мной всё в порядке...

Он не мог оторвать от неё взгляда. Наконец тихо произнёс:

– Алина... Это действительно ты?..

Девушка нахмурилась.

– Мы знакомы?

Она внимательно всматривалась в его лицо.

– Простите... Но мне кажется, я вижу вас впервые.

Макс медленно закрыл лицо ладонями.

– Я... не могу это объяснить. Во всяком случае, не в двух словах. Но я так рад тебя видеть... Ты даже не представляешь, насколько.

Он опустил руки и виновато улыбнулся.

– Меня зовут Максим. И... да, мы знакомы. Звучит странно, понимаю.

Он немного помолчал.

– А ты ведь студентка медицинского колледжа? И сейчас, наверное, проходишь здесь практику?

Алина молча кивнула.

Было видно, что она изо всех сил пытается вспомнить этого странного пациента, но безуспешно.

– Вы обо мне что-то знаете, а я вас действительно вижу впервые. У меня очень хорошая память на лица.

Макс невольно улыбнулся.

– Потому что ты фотограф.

Её красивые брови удивлённо приподнялись.

– Откуда вы это знаете?

Она заинтересованно прищурилась.

– Кажется, начинаю понимать... Мы где-то пересекались во время какой-нибудь фотосъёмки?

Максим покачал головой.

– Не совсем... Хотя очень близко.

Он глубоко вздохнул.

– Дело в том, что я тоже фотограф.

Он снова запнулся, пытаясь подобрать слова так, чтобы девушка не решила, будто перед ней человек с серьёзными проблемами.

– А познакомились мы... во время съёмки вашего выпускного вечера в медицинском колледже.

Макс незаметно для себя перешёл на «вы».

Глаза Алины широко раскрылись.

– Но... мой выпускной только через месяц.

Она растерянно покачала головой.

– Это невозможно...

Парень лишь беспомощно развёл руками.

– Я понимаю, как всё это звучит. И сам не могу ничего объяснить. Но это правда. Другого ответа у меня нет.

Он слабо улыбнулся.

– Для меня самое главное сейчас – это то, что вы существуете на самом деле.

Алина внимательно слушала. Страха в её глазах уже не было. Его постепенно вытесняло обычное человеческое любопытство.

Она посмотрела на часы, потом снова на Макса.

– Давайте сделаем так. Сейчас я провожу вас в столовую, а то вы пропустите завтрак. А потом, если захотите, я обязательно зайду к вам, и вы спокойно расскажете, почему уверены, что мы знакомы.

Он с облегчением выдохнул.

– Конечно. Ведите. Есть, если честно, очень хочется.

Девушка широко улыбнулась.

– Это замечательно. Значит, вы действительно идёте на поправку.

Она открыла дверь палаты и, уже выходя в коридор, добавила:

– Когда вас привезли, мы все очень переживали. Состояние было тяжёлое... Я искренне рада, что всё обошлось.

Макс молча шёл рядом. В душе он тихо радовался тому, что Алина оказалась реальной. Но вместе с этой радостью появилось ещё больше вопросов. Если Алина существует... то возможно где-то есть и Олеся, и другие люди, которых он помнит? И где проходит граница между тем, что было на самом деле, и тем, что сохранила его память?

***

Алина, как и обещала, пришла к Максу почти сразу после завтрака.

За это время он успел поговорить по телефону с Вовкой. Друг пообещал навестить его ближе к вечеру. Потом Максиму позвонил ещё один знакомый – тот самый Витёк, на дне рождения которого он впервые в жизни попробовал омаров. Они разговаривали недолго. Виктор просто хотел узнать, как Макс себя чувствует, и пожелать ему скорейшего выздоровления.

Когда Виктор позвонил, Максим сразу вспомнил его. Но сам вечер в ресторане по-прежнему оставался будто скрытым плотным туманом. Он помнил людей, но не события. Словно кто-то нарочно не позволял заглянуть в тот день.

Алина вошла в палату, тихонько закрыла за собой дверь и присела на табурет возле окна.

– Ну что? – с улыбкой спросила она. – Я пришла и готова слушать.

Её красивые глаз буквально светились любопытством.

Макс тоже присел на кровати.

– Тогда слушайте.

Она кивнула.

Максим начал рассказывать всё с самого начала. С того дня, когда Вован попросил поснимать его свидание в парке аттракционов и момент, когда собирался сделать предложение своей девушке в кабинке колеса обозрения.

Алина слушала очень внимательно. Сначала в её глазах читалось обычное любопытство. Потом удивление. Но когда он дошёл до обработки фотографий и рассказал о человеке в светлом костюме, лицо девушки резко изменилось. Она побледнела. Руки медленно сжались в замок, взгляд остановился где-то мимо Макса.

Он замолчал.

– Алина...

Она не ответила.

– Всё хорошо?

Девушка словно очнулась и медленно повернула голову. Макс внимательно посмотрел ей в глаза.

– Скажите... Вы фотографировали в том парке?

Несколько секунд она просто молчала. Потом едва слышно произнесла:

– Да...

Она глубоко вдохнула.

– В прошлом году.

Максим почувствовал, как по спине пробежал холодок.

– И...

Он не договорил. Алина сама закончила мысль.

– Я тоже видела его.

Она опустила взгляд.

– Этого… человека в светлом костюме.

В палате стало необыкновенно тихо.

– Сначала я решила, что это дефект плёнки или случайный прохожий. Но потом поняла, что это… нечто другое… не совсем объяснимое.

Она покачала головой.

Теперь уже Макс слушал её не перебивая. Алина подробно рассказала всё, что произошло после той съёмки. И с каждой новой фразой Макс понимал, что знает продолжение. Ведь он уже слышал эту историю...

Наконец Макс осторожно поднял руку.

– Подожди...

Алина замолчала.

– Для начала... давай на «ты».

Он улыбнулся.

– Очень странно слышать от тебя «вы».

Девушка впервые за всё время улыбнулась.

– Хорошо.

Она кивнула.

– Давай на «ты».

Он немного помолчал. Потом тихо сказал:

– И ещё... Прости, что перебиваю. Но эту историю я уже знаю. Именно такой ты мне её уже рассказывала.

Алина недоумённо смотрела на него.

Макс продолжил:

– Я понимаю, как это звучит...

Она медленно покачала головой. Наконец он спросил:

– Что исчезло с твоей фотографии?

Алина резко подняла голову.

– Откуда ты знаешь, что... – она осеклась. – Что-то исчезло?

Макс молча смотрел на неё.

– Букет цветов, – тихо сказал он.

Девушка закрыла лицо ладонями.

– Господи...

Она несколько секунд сидела неподвижно. Потом прошептала:

– Я никому об этом не рассказывала… и сама всеми силами старалась забыть…

Алина медленно убрала руки от лица.

– Но ты действительно всё это уже знаешь...

Макс устало кивнул. Девушка долго смотрела на него. Потом тихо произнесла:

– Получается... Ты рассказываешь мне события, которые для тебя уже стали прошлым... А для нас...

Она не договорила. Макс закончил вместо неё:

– Они ещё впереди.

Алина прошептала:

– Не может быть… Это просто невероятно…Как вообще такое возможно? Получается ты был в… будущем? Которое нам ещё предстоит пережить?

Девушка покачала головой.

Они снова замолчали. Вскоре Алина первой нарушила тишину.

– Тогда получается... твои воспоминания – вовсе не воспоминания.

Максим задумчиво посмотрел в окно.

– Возможно это... своего рода предупреждение. И если так...

Он перевёл взгляд на девушку.

– Значит, остаётся только один вопрос... Можно ли изменить то, что я уже помню?

Она медленно кивнула.

– Думаю... мы обязаны хотя бы попытаться.

Макс немного подумал. Потом неожиданно улыбнулся.

– Знаешь... Давай пока ничего не будем делать. Сегодня ко мне должен прийти Вовка. Именно с его просьбы тогда всё и началось. Я просто спрошу, собирается ли он пригласить Дашу в парк аттракционов.

Он ненадолго замолчал.

– Если нет... Значит, будущее уже меняется. Если да... Я думаю, что знаю, как это остановить.

Алина несколько секунд размышляла. Потом уверенно сказала:

– Мне нравится этот план.

Она поднялась.

– И ещё... Мне пора. Практика сама себя не пройдёт. Хоть и очень хочется узнать всю историю целиком.

Максим понимающе улыбнулся. Девушка уже взялась за ручку двери, когда он негромко произнёс:

– Знаешь... Тогда... В той жизни, которую почему-то помню только я... Именно тебе я впервые рассказал обо всём, что произошло после съёмки в парке. И обо всех остальных случаях тоже...

Он улыбнулся.

– Забавно... И сейчас это снова оказалась ты.

Алина посмотрела на него долгим задумчивым взглядом. Потом улыбнулась.

– Значит... так и должно было случиться.

Она достала телефон и посмотрела время.

– Запиши мой номер. Завтра суббота. Я теперь приду сюда только в понедельник. Но если позвонишь, мы сможем поговорить в любой день.

Макс тоже взял телефон.

– Диктуй. Я обязательно позвоню. Я ведь рассказал тебе только половину... Самое интересное ещё впереди.

Он заговорщически приподнял брови.

Алина тихонько рассмеялась и продиктовала номер. Они попрощались.

Когда за девушкой закрылась дверь, Максим лёг на кровать и прикрыл глаза. Он ничего не делал, только разговаривал, но чувствовал себя так, словно разгружал вагоны. Организм после всего пережитого быстро уставал, и несколько минут отдыха были сейчас очень кстати. Впрочем, долго полежать ему не удалось.

Сначала в палату заглянул лечащий врач. Осмотрел Макса, задал несколько вопросов, удовлетворённо кивнул и уже собирался уходить.

– Доктор...

– Домой пока нельзя, – с улыбкой перебил тот. – Даже не начинайте. Как минимум до следующей среды. И то, если показатели будут в норме.

Он подмигнул и вышел.

– Вот ведь Айболит... – пробормотал Макс. – Даже поспорить не дал...

***

Пришло время обеда.

В больничной столовой, к его удивлению, кормили вполне прилично. Максим с аппетитом съел тарелку борща со сметаной, в котором даже оказалось два кусочка мяса. На второе подали кашу с рыбой и подливой, два ломтика хлеба, свежий огурец и стакан компота из сухофруктов. Он наелся так, что второе доел уже с трудом.

Возвращаясь в палату, Макс подумал, что вечером обязательно скажет маме, чтобы не привозила много еды. Голодным здесь точно не оставляли. Но его просьба опоздала.

После работы приехали родители, а вместе с ними Вера Николаевна. Они привезли столько продуктов, что ими действительно можно было накормить небольшое отделение. Максим невольно рассмеялся.

Вера Николаевна, не обращая внимания на его протесты, один за другим выставляла на тумбочку пластиковые контейнеры.

– Здесь блинчики с творогом и сметаной. Здесь – с картошкой. В этом маленьком – со смородиновым вареньем...

Потом повернулась к Марине Сергеевне.

– Мариночка... Я ещё вареники с вишней привезла... Только вот думаю, можно ли ему сейчас?

Марина Сергеевна улыбнулась, но промолчала. А вот Макс не выдержал.

– Вера Николаевна... Я вам безумно благодарен. Правда. Но куда столько? Я всё это до выписки не съем.

Женщина растерянно посмотрела на многочисленные судочки.

– Ну... Тогда угостишь кого-нибудь. Всё свежее, домашнее...

Марина Сергеевна тоже достала приготовленное.

– А это лёгкий куриный суп. Здесь картофельное пюре и немного овощей.

На столе появились ещё помидоры, малосольные огурчики и домашние котлеты. Макс окончательно перестал понимать, что именно привезла мама, а что – Вера Николаевна.

Они ещё немного посидели, поговорили, порадовались, что он быстро идёт на поправку, и, пообещав приехать завтра снова, уехали домой.

Минут через двадцать дверь снова открылась. На пороге стоял Вовка.

– Ну что, больной, принимай посетителя!

Максим широко улыбнулся.

– Голодный?

Вовка только выразительно посмотрел на него.

– Это даже не вопрос.

Макс открыл тумбочку.

– Тогда налетай. Выбирай всё, что нравится. Мне одному это не осилить даже до следующей недели.

Вовка быстро вымыл руки, энергично потёр ладони и заглянул в пакет.

– Вот это я понимаю! Блины... Да ещё нескольких видов!

Он восхищённо присвистнул.

– Слушай... А может, мне в понедельник тоже сюда лечь? Скажу, что заболел. Поселят на соседнюю кровать. Она как раз свободная.

Он уже жевал блинчик и продолжал рассуждать с набитым ртом:

– Я, между прочим, очень дисциплинированный пациент. Со сном в тихий час проблем не будет. Согласен выполнять все режимные моменты и расписание.

Максим не выдержал и рассмеялся.

– Вот только лечиться ты совершенно не умеешь.

– А зачем? – совершенно серьёзно ответил Вовка. – Главное – правильная диета. Судя по содержимому этой тумбочки, здесь с этим полный порядок.

Говорят, аппетит приходит во время еды. Для Макса это оказалось чистой правдой. Глядя на то, с каким удовольствием ест его друг, он и сам решил составить ему компанию.

Вскоре парни с аппетитом съели куриный суп и картофельное пюре с котлетами. А вареники с вишней Вован с радостью согласился забрать с собой.

Вова погладил заметно округлившийся живот и сыто крякнул.

– Эх, Макс... Я наелся точно до завтра. Да, чуть не забыл. Дашка передавала тебе привет и пожелала скорейшего выздоровления.

Макс кивнул. И тут же подумал:

«Вот он, момент спросить у Вовы насчёт парка аттракционов. Собирается он пригласить туда Дашу или нет?»

– Вов... Я спросить хотел. Как у вас с Дашей? Всё серьёзно? Свадьба там, то да сё, намечается?

Вовка посмотрел на Максима.

– Как тебе сказать... В принципе, мы уже почти два с половиной года вместе. Можно было бы и так жить. Но она, как любая девушка, наверное, хочет свадьбу, платье, всю эту красоту... Так что, думаю, да. Будем решать, когда назначать дату. Правда, Дашка не хочет в этом году. Насочиняла себе, что лучше всего сыграть свадьбу в следующем, как раз на годовщину наших отношений. А это, чтобы ты понимал, приходится на четырнадцатое февраля – День всех влюблённых.

Вован смешно поднял вверх указательный палец.

У Макса неприятно засосало под ложечкой. Он почти дословно уже слышал всё это... Только тогда разговор происходил совсем в другой жизни.

За больничным окном постепенно сгущались сумерки. Вовка посмотрел на часы и присвистнул.

– Ух ты! Почти девять! Меня сейчас попросят покинуть это уютное заведение.

Он посмотрел на притихшего Макса.

– Мне пора... Завтра постараюсь снова приехать. Может, вместе с Дашкой. На работу не надо – выходные.

Макс кивнул.

– Конечно. Приезжайте. Я буду рад.

Друзья попрощались до завтра.

***

Когда Вова ушёл, Максим достал ноутбук. Первым делом он открыл папку «Фотосъёмка». Внутри оказалось несколько папок с заказами, но ни одного знакомого названия он не увидел. Не было и съёмок с датами летних месяцев текущего года. Самой поздней оказалась папка от одиннадцатого мая с названием «Свадьба Ромы».

Макс открыл её и начал просматривать фотографии. Он нахмурился.

– Странно... Как такое возможно? Я совершенно не помню этих ребят...

Ему стало не по себе. Он открыл ещё несколько папок. И снова – то же самое. Макс не помнил ни самих съёмок, ни того, как потом обрабатывал эти фотографии. Локации были самые разные: набережная, центральный парк, фонтан, городской сквер. Но ни одного снимка из парка аттракционов он так и не нашёл.

Разочарованный и окончательно сбитый с толку, Максим закрыл ноутбук. Аккуратно убрал его обратно в сумку и набрал номер мамы. Она ответила почти сразу.

– Да, сыночек. Слушаю.

– Мам, привет. Прости, что поздно. Приезжал Вова, мы засиделись... Да, почти всё съели, – Макс усмехнулся. – Так что ничего не пропало.

Мама засмеялась.

– Как приятно это слышать. На здоровье. Завтра мы снова приедем и привезём тебе ещё что-нибудь.

– Только не очень много. Здесь хорошо кормят. Я серьёзно.

Мама вздохнула.

– Ладно, ладно. Не нервничай. Привезу только фрукты.

– Мам... Можно ещё одну просьбу?

– Конечно. Какую?

Максу было неловко снова просить родителей ехать к нему домой. Но он очень хотел проверить ещё и свою камеру. Вдруг в ней осталась карта памяти, а на ней... хоть какие-то ответы.

– Мам, мне нужна моя камера. Пожалуйста, съездите с папой ко мне в квартиру ещё раз. Она обычно лежит у меня в комнате на столике.

Он немного подумал и добавил:

– Хотя... может быть, я убрал её на полку между книгами в кабинете.

Мама улыбнулась.

– Конечно, милый. Всё найду и привезу. Не переживай.

Потом уже серьёзнее спросила:

– Лучше расскажи, как ты сам? Как сейчас себя чувствуешь? Голова не кружится?

Макс вздохнул.

– Голова уже не кружится. Но... почему я не могу вспомнить недавние события? Это ведь очень тревожно, да? Я вообще когда-нибудь всё вспомню... или нет?

Мама сразу заговорила мягче, словно боялась, что сын снова начнёт переживать.

– Ну что ты такое говоришь, сынок... Конечно, вспомнишь. Врач же объяснял: после такого тяжёлого состояния память не всегда возвращается сразу. Ты пять суток находился в медикаментозном сне. Организму нужно время, чтобы восстановиться. Всё обязательно вернётся. Просто не сегодня и, возможно, даже не завтра. Потерпи немного.

Она ненадолго замолчала, потом осторожно спросила:

– Хочешь, мы приедем? Посидим с тобой немного.

Максим тепло улыбнулся.

– Нет, мам. Не нужно. Уже поздно. Вам с папой тоже отдыхать надо. Да и я сейчас лягу спать. Правда.

– Точно?

– Честно.

Он немного помолчал и тихо добавил:

– Спасибо вам... За всё.

На другом конце провода тоже наступила тишина.

– Мы тебя очень любим, сынок, – едва слышно сказала мама. – И очень испугались. Больше так нас не пугай.

Макс невольно улыбнулся.

– Постараюсь.

Они пожелали друг другу спокойной ночи и отключились.

Максим ещё несколько минут сидел неподвижно, держа телефон в руках. В палате было тихо. За окном уже совсем стемнело. Лишь редкие машины проезжали по улице, а где-то далеко глухо прогремел поезд.

Он снова посмотрел на сумку, в которой лежал ноутбук. Ничего... Ни одной знакомой фотографии. Ни одного снимка из парка аттракционов. Ни Олеси, ни Алины... Словно вся та часть его жизни существовала только у него в памяти. Хотя, Алина оказалась вполне реальной девушкой…

– Тогда что же это было?.. – почти беззвучно прошептал Макс.

Ответа, как всегда, не последовало.

Он выключил свет, осторожно лёг на кровать и закрыл глаза. Но сон долго не приходил. Перед ним снова возникало колесо обозрения... парк аттракционов... человек в светлом костюме... знакомые только ему одному лица людей...

И чем сильнее Макс пытался убедить себя, что всё это лишь последствия болезни, тем отчётливее понимал: внутри него живёт чувство, которое невозможно объяснить ни потерей памяти, ни лекарствами.

Он не сомневался лишь в одном: завтра мама привезёт фотоаппарат. И пока что именно с ним Максим связывал свою последнюю надежду найти ответы на вопросы, которых с каждым часом становилось всё больше.

Он проснулся от телефонного звонка. Звонила мама.

Макс принял вызов.

– Да, мам. Доброе утро. Слушаю.

– Сынок, как ты? Мне такой странный сон приснился... Тревожный.

Максим усмехнулся.

– Мам... Это всего лишь сон. Я жив-здоров. Всё в порядке.

Мама немного помолчала, вздохнула и продолжила:

– Рассказывать не буду. Пусть всё уйдёт вместе с ночью... Мы приедем после девяти, хорошо? Я ещё хочу на рынок заглянуть.

– Конечно. Сегодня суббота. Врачебного обхода не будет. И я тут подумал... А что, если попроситься домой хотя бы на выходные? Как думаешь?

В трубке повисла тишина. Наконец мама тихо произнесла:

– Сынок... Если честно, я не в восторге от этой идеи. Понимаю, как сильно тебе хочется поскорее покинуть больницу. Но здесь ты всё-таки под наблюдением врачей. А дома... Сам понимаешь.

Она сделала небольшую паузу.

– Мне будет гораздо спокойнее, если ты ещё немного побудешь здесь. Потерпи. В понедельник я поговорю с твоим лечащим врачом и постараюсь ускорить процесс выписки.

Максим вздохнул и вынужденно согласился.

После разговора с мамой он вдруг вспомнил, что тогда, в посёлке, пересылал себе на телефон фотографии с телефона Витька. А ещё в памяти всплыл образ дедушки Лизы и снимок маленькой девочки из парка аттракционов, который он тогда сфотографировал.

Макс быстро открыл галерею и папку, куда обычно сохранял фотографии из других источников. Но, увы... Ничего подобного там не оказалось. Он медленно отложил телефон в сторону, поднялся с кровати, прошёлся по палате, выглянул в окно и решительно вышел в коридор.

Максим решил узнать, можно ли ему хотя бы ненадолго выйти на улицу. Но едва он подошёл к посту дежурной медсестры, как навстречу уже шли родители. В руках у отца был большой пакет, а мама бережно несла его фотоаппарат.

Макс широко улыбнулся. Они подошли друг к другу и крепко обнялись.

– Мам, а на улицу мне можно? – с надеждой спросил он.

Марина Сергеевна улыбнулась.

– С нами – точно можно. Тем более сегодня такая чудесная погода. Но сначала давай занесём в палату продукты... и твою любимую игрушку.

Максим с притворным возмущением покачал головой.

– Это не игрушка. Это часть моей жизни.

Он с любовью провёл рукой по корпусу фотоаппарата.

Когда они разобрались с пакетами и судочками, вся семья наконец вышла на улицу. Макс глубоко вдохнул свежий воздух. Стоял конец мая. Уже отчётливо чувствовалось приближение лета. Молодая листва тихо шелестела под лёгким ветерком, а солнце то и дело пряталось за небольшими облаками.

Они медленно шли по аллее на территории больницы и спокойно обсуждали последние новости. Отец рассказал новый анекдот про профессора и студентов. Мама с гордостью сообщила, что накануне успешно провела сложную пластическую операцию одной очень состоятельной пациентке. Женщина осталась в полном восторге от своей новой внешности.

Андрей Павлович не выдержал и с улыбкой заметил:

– Сколько фасад ни обновляй, внутри всё равно не помолодеешь.

Марина Сергеевна с показной строгостью слегка хлопнула мужа по руке.

– Ну зачем ты так, Андрюша? Хочет женщина выглядеть на тридцать пять в свои шестьдесят – пожалуйста. На здоровье.

Отец только усмехнулся.

– Ну да... Когда деньги девать некуда, почему бы и нет.

Максим шёл рядом и невольно улыбался. Его интеллигентные родители даже спорили удивительно спокойно и уважительно, словно обсуждали научный вопрос. За всю свою жизнь он ни разу не видел, чтобы они ссорились, повышали голос или говорили друг другу обидные слова.

Пройдя ещё немного, Макс неожиданно почувствовал лёгкое головокружение. Он остановился. Мама сразу заметила это.

– Что такое? Тебе нехорошо? По-моему, ты немного побледнел.

Парень отрицательно покачал головой.

– Всё нормально. Давайте просто немного посидим на лавочке. Наверное, с непривычки... Всё-таки впервые почти за неделю вышел на свежий воздух.

Марина Сергеевна понимающе кивнула.

– Вот видишь... Ты ещё очень слаб. Это обязательно пройдёт, но организму нужно время.

Она ласково посмотрела на сына.

– Поэтому домой пока не торопись.

Макс только тяжело вздохнул. Спорить совсем не хотелось. Может быть, мама действительно права... Да и врачи всё равно не отпустят его раньше, чем сделают МРТ и ещё какое-то обследование, название которого он уже успел забыть.

Через несколько минут они вернулись к корпусу. Максим хотел попрощаться с родителями и самостоятельно подняться в палату, но не тут-то было. Отец и мама с двух сторон взяли его под руки и, несмотря на все протесты, проводили до самой кровати.

Марина Сергеевна попросила медсестру ещё раз измерить Максиму давление, убедилась, что всё в порядке, и только после этого они попрощались, пообещав приехать снова завтра.

***

Оставшись один, Макс с досадой подумал, что совершенно не ожидал почувствовать такую слабость после обычной прогулки. Он сердился на собственное бессилие, но понимал: сейчас изменить ничего не сможет.

Немного посидев в тишине, Максим взял телефон и набрал номер Вовки. Друг ответил почти сразу.

– Здорова, бро! Рад тебя слышать. Как ты там?

Голос у Вовки был бодрый, как всегда.

– Всё отлично, – ответил Макс. – Ты сегодня сможешь приехать? Я тут от скуки скоро с ума сойду. Родители столько еды навезли...

На том конце повисла пауза. Потом Вовка виновато вздохнул.

– Бро... Прости, пожалуйста. Помню, что обещал. Но тут такое дело... Совсем забыл, что сегодня у родителей Дашки какой-то юбилей. Мы приглашены. В общем, придётся тащиться к ним. Прости...

Макс усмехнулся.

– Окей. Понимаю. Ничего страшного. Конечно езжайте. Визит к будущей тёще – дело серьёзное.

Он тихо рассмеялся, а вот Вовка шумно выдохнул.

– Эх... Видел бы ты мою будущую тёщу... Она кого угодно с ума сведёт. Одними только жалобами на жизнь и бесконечными претензиями. А ещё у неё талант контролировать чужую жизнь. Ей жизненно необходимо кого-то вести и направлять. А ещё: руководить, советовать, воспитывать и обязательно проверять, выполняют ли её рекомендации. Для неё это вопрос государственной важности.

Он снова тяжело вздохнул.

– В общем, характер тот ещё... Я вообще удивляюсь, как моя Дашка с такой мамой дожила до двадцати трёх лет... Я бы не смог. Честно.

Макс слушал друга и невольно подумал, что ему повезло. Пока что никто не пытался управлять его жизнью.

Они ещё немного поболтали и попрощались до завтра.

После обеда Макс набрал номер Алины. Девушка сбросила вызов, и Максим удивлённо нахмурился. Но не прошло и двух минут, как телефон зазвонил.

– Максим, здравствуйте. Извините, пожалуйста. Я как раз стояла на кассе в магазине.

Услышав её голос, Макс невольно улыбнулся.

– Привет, Алина. Мы же уже договорились перейти на «ты». Забыла?

Девушка тихо рассмеялась.

– Нет. Помню. Просто ещё не привыкла.

– Я ещё не настолько старый, чтобы мне выкали, – пошутил Макс. – А вообще я просто так позвонил. Поговорить. Тебе удобно?

– Да. Я уже освободилась. Могу спокойно разговаривать.

– Отлично. Тогда слушай. Я сегодня кое-что вспомнил... Из тех странных воспоминаний. Тогда мне позвонила твоя мама и попросила фотографировать ваш выпускной. Это было где-то в середине июня. А сам выпускной должен был состояться двадцать шестого.

В трубке наступила такая тишина, что Максу показалось, будто связь оборвалась.

– Алло! Алина? Ты меня слышишь?

Через несколько секунд она тихо ответила:

– Максим... Это невозможно... Но выпускной у нас действительно двадцать шестого июня. И мама сейчас как раз выбирает фотографа.

Макс быстро спросил:

– А твою маму зовут Людмила Николаевна?

– Да...

Макс закрыл глаза и медленно выдохнул.

– Значит, пока всё сходится...

Несколько секунд оба молчали. Потом Максим осторожно сказал:

– Если вы ещё никого не нашли... Я с удовольствием снял бы ваш выпускной.

Алина сразу ответила:

– Я только за. Честно говоря, мама недавно рассказывала про одного фотографа... Кстати...

Она вдруг замолчала.

– Твою маму случайно не Марина Сергеевна зовут?

Максим засмеялся.

– Именно так.

Теперь уже улыбнулась Алина.

– Тогда всё понятно. Наши мамы работают в одной клинике. Моя рассказывала, что у одной из врачей сын – очень известный фотограф. Но недавно он попал в больницу из-за тяжёлой аллергической реакции.

Она немного помолчала.

– Теперь я понимаю, что речь шла о тебе...

Макс тихо произнёс:

– Иногда мир оказывается настолько тесным, что перестаёшь верить в случайности.

Они проговорили почти час. Макс поймал себя на мысли, что разговаривать с Алиной удивительно легко. Не нужно было подбирать слова, придумывать темы или делать вид, будто он лучше, чем есть на самом деле. Разговор словно складывался сам собой.

Попрощавшись с девушкой, Максим сразу набрал номер Веры Николаевны. По шуму на заднем плане было понятно, что она работает во дворе: где-то лаяла собака, кудахтали куры, стучало ведро.

– Да, Максик! Здравствуй, милый. Как ты?

Макс поздоровался и спросил, можно ли им с Вовкой приехать в гости, когда его выпишут из больницы.

Вера Николаевна сразу оживилась.

– Конечно приезжайте! Буду только рада. Это тот хороший парень, что приходил к тебе?

Макс рассмеялся.

– Да. Мой лучший друг Владимир. Кстати, он и вчера приходил, и мы всё съели. Спасибо огромное. Было очень вкусно. А ваши знаменитые вареники Вова вообще забрал домой. И ещё просил передать вам большой привет.

Женщина смущённо засмеялась.

– Да какие там знаменитые... Обычные вареники.

И тут же встревоженно спросила:

– Подожди... Так вы всё вчера съели? А сегодня что ел?

Парень засмеялся.

– Не переживайте. Здесь кормят очень даже прилично. И родители приезжали, навезли всего снова. Так что ничего не нужно. Правда.

– Ну и хорошо, – облегчённо выдохнула она. – А то я уже собралась снова тесто заводить. Думаю: вдруг мой мальчик голодный.

Макс почувствовал, как в груди стало тепло.

– Спасибо вам... Правда. За всё.

– Не за что благодарить, сынок. Поправляйся быстрее. А как выпишут – сразу приезжайте. А уж я вас накормлю, и вкусно, и сытно. Николай Фёдорович говорил, что удочки приготовит. На рыбалку вас поведёт.

Макс улыбнулся.

– Тогда договорились.

Попрощавшись, он ещё долго сидел с телефоном в руках. Максим был счастлив, что в его жизни есть такие люди, как Вера Николаевна, её муж, друг Вовка, теперь вот и Алина... Даже больничные стены перестали казаться такими холодными. И впервые с момента пробуждения ему показалось, что всё обязательно наладится. Пусть не сразу, но однажды каждый вопрос обязательно найдёт свой ответ.

***

В воскресенье Макса сначала навестили родители. Они снова привезли большой пакет с едой, но половину он всё-таки уговорил забрать обратно.

– Мам, ну куда мне столько?

– Может, Вова придёт? Покушаете, сынок...

– Нет, это слишком много. Заберите обратно. Я такими темпами килограммов на десять поправлюсь и ни в одну одежду не влезу.

После ухода родителей приехал Вовка. Друзья вышли прогуляться в небольшой сквер на территории больницы. Они медленно шли по аллее. Макс спросил, как прошёл визит к будущим родителям.

Вова тяжело вздохнул.

– Если в двух словах, то: Дашку люблю, тёщу терплю, тестя жалко, а собой горжусь. Вот такая дружная у нас будет семья... Знаешь, как она меня называет? Неизменно Володя! Знает грымза, что мне это не нравится и, специально всегда, только так!

Затем друг сообщил, что купил кольцо для Даши и собирается пригласить её на свидание, где хочет сделать ей предложение. Вдруг он загадочно улыбнулся.

– Вот угадай, куда я хочу пригласить Дашку? Ни за что не догадаешься!

Макс посмотрел на небо, на медленно плывущие облака и устало произнёс:

– В парк аттракционов. А в кабинке колеса обозрения, на самом верху, ты сделаешь ей предложение.

Он повернулся к другу. Вован стоял с открытым ртом.

– Ты... угадал. Блин... Как? Я только вчера это придумал. Никому ещё не говорил.

Он растерянно покачал головой.

– Как ты догадался?

Макс пожал плечами. В этот момент его снова накрыла неприятная слабость. На секунду даже подступила тошнота.

– Я теперь будущее вижу, – попытался пошутить он. – Даже знаю, какого цвета коробочка, в которой лежит кольцо.

Вовка оживился.

– Ну-ка! И какого же?

Перед глазами Макса вспыхнуло воспоминание: маленькая красная коробочка... именно она исчезла тогда с фотографий.

Он тихо ответил:

– Красная.

Вова даже присвистнул.

– Да ну тебя... Это уже вообще не смешно. Как такое возможно? Или ты теперь как тот мужик... Как же его... Забыл фамилию. Несколько месяцев в коме пролежал, а потом очнулся и начал свободно разговаривать на пяти языках. Представляешь?

Он театрально развёл руками. Макс невольно улыбнулся.

– К сожалению, я по-прежнему знаю только два.

Он ненадолго задумался. Рассказать Вовке всё? Или промолчать? Друг сейчас счастлив. Собирается делать предложение любимой девушке. Если рассказать, как есть – можно только всё испортить.

Макс решился.

– Знаешь... Пока я был в отключке... Мне приснился очень странный сон. Нет... Даже не сон. Скорее какая-то другая жизнь. И вы с Дашей там тоже были.

Он сделал небольшую паузу.

– Всего рассказывать сейчас не буду. Но одну вещь очень прошу.

Вовка внимательно посмотрел на него.

– Выбери для свидания другое место. Набережную... пляж... лес... ресторан... всё что угодно. Только не парк аттракционов.

Друг нахмурился.

– Почему?

Макс покачал головой.

– Не спрашивай. Я всё равно не смогу объяснить так, чтобы ты поверил. Просто... отнесись с пониманием. Просто поверь на слово.

Несколько секунд Вова молчал. Потом неожиданно спокойно кивнул.

– Хорошо. Я выберу другой вариант. Но с условием. Ты будешь неподалеку, и сфоткаешь все самые прикольные моменты. И главное, когда я буду делать Даше предложение. Согласен?

Максим широко улыбнулся.

– Договорились.

Они крепко пожали друг другу руки.

– Спасибо, бро. Спасибо, что поверил.

– Да ладно тебе.

Вован хлопнул его по плечу.

– Я тебя знаю почти тринадцать лет. За всё это время ты ни разу не подвёл, не подставил. Я очень ценю нашу дружбу. И твоё мнение для меня не менее ценно. Может, после всей этой истории у тебя действительно что-то изменилось. Интуиция какая-нибудь стала сильнее. Или ещё что. Я где-то читал про подобные случаи. Не особо верю, если честно... Но тебе – поверю.

Он снова улыбнулся.

– Так что поправляйся быстрее. Поедем в твой посёлок. Ты обещал.

– Обязательно поедем.

Макс посмотрел куда-то вдаль.

– Я уже предупредил Веру Николаевну. Она сказала, что будет ждать.

Он ненадолго замолчал.

А ещё ему очень хотелось заехать по одному адресу. Просто проверить, действительно ли в этом мире живёт человек по имени Павел Семёнович – дедушка Лизы. И если да... значит, всё, что он помнил, точно было не просто сном.

***

Вечером Максим позвонил Алине.

– Привет. Не занята?

Девушка улыбнулась.

– Уже нет. Ты как будто почувствовал. Только что закончила писать отчёт по практике. Как всегда, всё оставила на последний день.

Она легко и беззаботно засмеялась.

Макс невольно улыбнулся. Ему нравилась Алина. Всё в ней было каким-то настоящим: и голос, и улыбка, и этот звонкий смех, похожий на журчание лесного ручья.

– Вот он я какой, значит. Всё вовремя.

Он немного помолчал.

– У меня новости. Сегодня приходил Вовка. Он купил кольцо и собирается сделать Даше предложение.

Алина сразу насторожилась.

– Куда он хочет её пригласить? Неужели в парк аттракционов?

Макс кивнул.

– Да. Именно туда.

На несколько секунд повисла тишина.

– И что ты ему сказал?

– Отговорил. Не стал ничего объяснять. Просто попросил выбрать другое место.

Алина долго молчала. Потом тихо сказала:

– Максим... Не хочу тебя пугать, но... ты не думал, что таким образом вмешался в естественный ход событий?

Макс нахмурился. Об этом он действительно не подумал.

Алина тем временем продолжала говорить:

– Иногда судьба складывается именно так, как должна сложиться. Мы ведь не знаем, почему произошло всё то, что ты помнишь. Возможно, если изменить одно событие, изменится и всё остальное. А может... наоборот станет ещё хуже.

Максим устало провёл ладонью по лицу.

– Знаешь... возможно, ты права.

Он невесело усмехнулся.

– Знаешь, возможно, ты права. Вова рассказал мне про свою будущую тёщу. Своеобразная женщина.

Макс усмехнулся.

– Мне бы точно не хотелось иметь в своей семье такую. Может быть, им действительно не стоит торопиться со свадьбой...

Алина тихо рассмеялась.

– Вот видишь. Значит, не всё так однозначно.

Он вздохнул.

– Просто... я уже видел их будущее. И знаю, чем всё закончится, если события пойдут по тому пути, который я помню.

Максим ненадолго замолчал.

– Понимаешь, в моих странных воспоминаниях был один мальчик, Егор. Так вот... он говорил, что видел того человека в светлом костюме не только на фотографиях, но и своими глазами. И ещё сказал одну очень странную вещь... Этот человек не любит, когда в парке фотографируют. Особенно шумные праздники и большие компании.

Алина даже ахнула.

– Если это правда... тогда, может быть, вообще не нужно ничего там снимать.

Она заговорила увереннее:

– Пусть твой Вовка делает предложение где угодно. На набережной, в ресторане, в лесу... Но только не в парке. И ты... тоже больше туда не ходи с камерой.

После этих слов в памяти Макса вспыхнуло ещё одно воспоминание: они с Алиной снимали день рождения девочки Алисы. Потом появился Тёма... Потом они просматривали фотографии и обнаружили, что со снимков исчезли воздушные шары...

Парень невольно поёжился. Если всё действительно повторится... Если его воспоминания – это не плод воображения, а предупреждение... Тогда единственный разумный выход – больше никогда не фотографировать в том парке.

Пока он размышлял, Алина тоже молчала. Наконец она тихо произнесла:

– А как бы узнать, существует ли этот мальчик Егор на самом деле?

Макс усмехнулся.

– Это без проблем. Когда меня выпишут, мы поедем в посёлок. Если всё окажется так, как я помню... значит, Егор существует. И дедушка Лизы тоже. И всё остальное...

Он на мгновение замолчал.

– А если нет... тогда, возможно, всё это действительно было лишь очень странным сном.

Они договорились, что завтра Алина обязательно зайдёт к нему после практики.

Макс хотел рассказать ей ещё очень многое: про дачный посёлок, про людей, с которыми они познакомились там, про свадьбу Лизы, про день рождения Алисы, который они снимали вместе... Про Артёма. И главное – как они после всего ездили в тот парк, и Макс даже поговорил с тем загадочным человеком в светлом костюме. Тогда, в парке аттракционов, он дал ему обещание – больше никогда не брать в руки фотоаппарат на территории этого парка.

И только теперь Макс подумал, что, возможно, именно выполнение этого обещания поможет не изменить будущее, а лишь избежать тех негативных последствий, которые оно могло принести. Если не фотографировать в парке аттракционов, то, может быть, сами события останутся прежними, но люди не будут терять то, что для них дорого.

***

В понедельник к Максу пришла Алина. Было уже почти три часа дня. Они решили выйти в сквер. Там, присев на скамейку, Макс начал свой рассказ...

Алина слушала очень внимательно. Она не перебивала, не задавала вопросов, лишь иногда тихо ахала от изумления. Когда он закончил рассказывать, было уже четыре часа. Макс почувствовал, что устал. В горле пересохло и запершило. Они вернулись в корпус.

Особенно Алину зацепил тот случай, когда они вдвоём ездили в парк, и Макс пообещал больше там не фотографировать. Они оба надеялись, что, если сдержать это обещание, человек в светлом костюме больше не сможет влиять на дальнейшие судьбы людей.

После нескольких обязательных обследований, проведённых в больнице, Макса наконец выписали домой. Случилось это в среду.

Ему хотелось как можно скорее покинуть больницу и отправиться на автобусную остановку. Но мама, едва услышав о его решении, сразу категорически его отвергла.

– И думать забудь. Собери не спеша все вещи и сиди жди нас. Мы с отцом заедем сразу после работы.

Макс, скрепя сердце, вынужденно согласился. Он начал неторопливо складывать свои немногочисленные пожитки. К собственному удивлению, их оказалось не так уж и мало. За время, проведённое в больнице, набралось почти два полных пакета вещей.

В палату неслышно вошла Алина.

– Привет. Тебя выписали...

Она вздохнула и улыбнулась. Макс посмотрел на девушку.

– Привет. Да. Наконец-то домой.

Они немного помолчали. Алина спросила:

– А... Когда ты собираешься в Орехово?

Максим улыбнулся.

– На выходных. Мы договорились поехать туда с другом. Я ещё на прошлой неделе ему это обещал.

Он посмотрел на девушку и понял, что ей тоже очень хочется поехать.

– В принципе... Мы можем съездить туда все вместе. Как ты на это смотришь?

Девушка вдруг погрустнела.

– Мне бы очень хотелось... Но в эти выходные точно не смогу. Очень жаль...

Она опустила голову.

Макс пожал плечами.

– Не расстраивайся. Мы обязательно съездим туда в другой раз. Когда ты будешь свободна.

Она улыбнулась.

– Правда? Спасибо тебе... Я бы очень хотела узнать, существуют ли на самом деле те люди, о которых ты рассказывал. После всей этой истории я полночи не могла уснуть...

Она покачала головой.

– Это всё... Это ведь так невероятно...

Потом посмотрела на Максима.

– Знаешь... Я решила, что буду учиться дальше. Хочу стать врачом. Хочу получить диплом психотерапевта.

Максу показалось, что у него на мгновение закружилась голова.

Алина обеспокоенно спросила:

– Что с тобой? Ты как-то странно отреагировал... Думаешь, у меня не получится?

Девушка с укором посмотрела на него. Максим отрицательно покачал головой.

– Совсем нет. Я уверен, что ты станешь замечательным специалистом.

Он сел на кровать.

– Просто... Ты уже говорила мне об этом... Там... В моих воспоминаниях.

Алина удивлённо произнесла:

– Надо же... А ведь я только вчера вечером приняла это решение...

Они ещё немного поговорили и попрощались, договорившись обязательно поддерживать связь по телефону. Алина пожелала Максу поскорее восстановить силы и, конечно же, вернуть основную память о своей нынешней жизни.

***

Едва зайдя в квартиру, Максим первым делом поставил чайник. Ему очень хотелось выпить горячего кофе. Затем он пошёл в душ.

Макс не спеша пил кофе на балконе собственной квартиры и был бесконечно этому рад. Затем он решил съездить в ресторан «Омар». Не как посетитель, а с целью вспомнить, что же всё-таки там случилось. Также он планировал побывать в кафе, где, как он помнил, проходило празднование дня рождения Маши. В общем, планы у Макса были грандиозные. Он был рад ещё и тому, что удалось быстро спровадить родителей и наконец воплотить эти идеи в жизнь.

Макс допил кофе и набрал номер Алины.

– Привет. Что делаешь?

– Я дома. Пока отдыхаю. А ты как? Рад, что наконец покинул больницу?

Макс засмеялся.

– Спрашиваешь! Конечно рад. Я чего, собственно, звоню... Если ты не занята, не хочешь со мной поехать в одно место? Я просто думаю, что после его посещения, возможно, всё вспомню.

Алина немного помолчала, потом ответила:

– А поехали! Где мы встретимся?

Максим широко улыбнулся.

– Я заеду за тобой.

– Тогда запоминай адрес.

Но Макс мягко остановил девушку.

– Я знаю, где ты живёшь.

И он назвал улицу, номер дома и подъезд.

Алина молчала несколько секунд. Потом наконец выдохнула:

– Вот уже сколько времени с тобой общаюсь, но не перестаю удивляться... Я никогда раньше о таком не слышала...

Парень пожал плечами.

– Я тоже. Поэтому, когда поступишь на врача, я согласен быть подопытным. Будешь сама изучать и всем меня показывать.

Алина звонко рассмеялась.

Через двадцать минут Макс уже заехал за девушкой. Когда она села к нему в машину, он посмотрел на неё и спросил:

– Хочешь верь, хочешь нет... Но я не помню, где именно находится этот ресторан.

Алина не улыбалась. Она вздохнула.

– Верю. Поехали. Буду показывать дорогу.

Когда они прибыли на место, Макс долго не выходил из машины. Он сидел и издалека смотрел на здание ресторана «Омар».

Потом нахмурился и покачал головой.

– Я не помню это место... Совсем ничего...

Алина положила свою маленькую ладошку на плечо Макса.

– Мне так жаль... Правда.

Они немного помолчали.

– Знаешь, я уверена, память вернётся резко. Вот увидишь! Просто ещё очень мало времени прошло. Что сказал доктор?

Макс смотрел на закрытые двери ресторана, на обустроенную летнюю площадку.

– Врач сказал, что должно пройти не менее месяца. А может, и больше...

Он вздохнул.

– Вот видишь! А сколько ещё времени прошло? – Алина сама же и ответила: – Неделя! Всего-то одна неделя! Не расстраивайся. Это очень мало.

Максим был счастлив, что Алина была рядом. Он повернулся к девушке и улыбнулся.

– Давай заедем в кафе, которое я очень хорошо знаю. Ну, как знаю... Я был там в моих воспоминаниях.

Она согласно кивнула.

– Конечно. Поехали.

К кафе «My new Story» они подъехали как раз тогда, когда там ещё было очень много свободных мест.

Молодые люди выбрали столик у окна. С этого места хорошо просматривался весь зал. Макс невольно вспомнил, как они здесь отмечали день рождения Маши... А ещё, он вспомнил Олесю... Но потом тряхнул головой и, улыбаясь, обратился к Алине:

– Что мы будем заказывать?

Она пожала плечами.

– Давай возьмём мороженое. Здесь есть мороженое?

Макс не знал. Но думал, что должно быть.

Вскоре к ним подошла девушка-официантка, и они сделали заказ. Алина выбрала два шарика белого пломбира в шоколадной глазури и молочный коктейль. Максим заказал то же самое.

Пока они наслаждались обстановкой кафе и вкусом мороженого, Алина сказала:

– Какие места в нашем городе ты ещё помнишь?

Парень ненадолго задумался.

– Кафе с открытой площадкой возле центрального парка. Ресторан «Family Story». И кафе в парке аттракционов...

Алина, помешивая коктейль, кивнула.

– Хочешь, мы можем съездить в центральный парк. Там действительно есть уютное кафе. И ресторан «Family Story» в городе тоже есть.

Макс отрицательно покачал головой.

– Не нужно. Эти места я очень хорошо помню. Для меня важно вспомнить всё то, что происходило в реальной жизни. Людей, встречи, съёмки...

Алина серьёзно посмотрела на него.

– Ты обязательно всё вспомнишь. Не торопись. Дай своему времени время.

Он усмехнулся.

– Я именно так и сделаю.

Они ещё немного посидели, и Макс отвёз девушку домой.

***

Затем вернулся к себе. Этот день ничего не изменил, за исключением того, что он хорошо провёл время с Алиной.

Вечером Макс позвонил Вове. Они договорились в субботу рано утром ехать в посёлок. Было только начало лета, а солнце припекало уже весьма ощутимо.

Он первым делом хотел заехать к Павлу Семёновичу. Просто проверить, существует ли такой человек в Орехово на самом деле. Затем – на дачу. И обязательно спросить у Веры Николаевны, не собирается ли Мироновна сдавать свой дом на лето.

Для семьи, где жили Витя и Егор, было ещё рано. В его воспоминаниях они поселились там вместе с мамой Мариной только в начале июля. А сегодня было лишь первое июня – первый день лета.

Стало быть, Олеся, если она существует в действительности, должна позвонить примерно двенадцатого июня. А вот Лиза уже могла бы и позвонить, если она, конечно, тоже существует... В тех его воспоминаниях свадьба у неё была где-то девятого или десятого июня...

Макс с нетерпением ждал выходных.

***

В субботу он проснулся очень рано. Выпил кофе и стал ждать восьми часов утра, чтобы позвонить Вовке. В то время, которое он помнил, они ездили в Орехово, когда Вова уже жил один, а Даша ушла к родителям. Сейчас они снова были вместе, поэтому звонить в выходной день слишком рано было как-то неловко.

Но Вова позвонил сам, чем очень удивил Максима.

– Здорово, брат! Ну как? Мы едем? Я, если что, готов. Дашка ещё спит. Она пожелала нам хорошо отдохнуть. Только быть поосторожнее на реке... Боится, что русалки украдут.

Вован громко рассмеялся.

Макс с улыбкой поклялся, что русалок в их реке никто и никогда не встречал.

Друзья выехали из города около девяти. По дороге Макс заехал в «Десерт» и купил большой торт. Больше ничего покупать не стали. Он знал, что Вера Николаевна всё равно будет готовить и ждать их с Вовой.

Пока ехали, друг спросил, как у Макса обстоят дела с памятью.

Максим отрицательно покачал головой.

– Пока никак... Ничего не вспомнил.

Вова немного помолчал и повернулся к нему.

– Ну как, насчёт поснимать наше с Дашкой свидание? Согласен?

Макс пожал плечами.

– Если не в парке аттракционов, то согласен.

Вован хмыкнул.

– Ну я же пообещал. Не хочешь в том парке – не надо. Я решил пригласить её на набережную. Там недалеко и сквер есть. А предложение хочу сделать на фоне заката.

Он картинно выставил руку в окно.

– Набережная, река, закат... Красиво. Что скажешь?

Максим улыбнулся.

– Отличная идея. Всё сниму в лучшем виде.

Они договорились на следующую среду, после шести вечера. Главное, чтобы погода не подвела.

Макс хорошо помнил дом, где, согласно его воспоминаниям, жил дедушка Лизы. Они медленно ехали по улице, и когда показалась знакомая калитка, сердце Макса забилось быстрее.

Он глубоко выдохнул и, обращаясь к другу, произнёс:

– Подожди меня в машине буквально пару минут, хорошо?

Вовка, увлечённо разглядывая деревенские дома и сады, только махнул рукой.

Максим вышел из машины, подошёл к калитке и осторожно открыл её. Сначала было тихо. Потом с громким лаем навстречу выбежал лохматый пёс. Макс невольно улыбнулся.

– Кудряш... Кудряш... Ну ты чего?

Пёс резко остановился, поднял морду и неожиданно завилял хвостом. В этот момент Макс уже понял, что Павел Семёнович наверняка где-то рядом. Не успел он закончить эту мысль, как из сада вышел сам хозяин.

Увидев его, Кудряш ещё несколько раз громко гавкнул, но уже скорее для порядка, чем со злостью. Мужчина подошёл ближе и внимательно посмотрел на незнакомца. Максим поздоровался и представился.

Павел Семёнович прищурился.

– Вы по делу или как?

Макс широко улыбнулся и пожал плечами. Ему совсем не хотелось обманывать этого хорошего человека, но другого объяснения он придумать не смог.

– Мы с другом, кажется, немного заблудились...

И он назвал адрес их с родителями дачи. Семёнович сразу кивнул.

– А-а... Знаю.

Живо жестикулируя, он подробно объяснил дорогу. Макс искренне поблагодарил его и вернулся к машине. Сердце всё ещё колотилось. Он так разволновался, что даже вспотел.

Вовка недоумённо посмотрел на друга.

– Это кто? Ты как будто призрака увидел!

Он хохотнул.

А Максим и сам не мог понять, что чувствует. Внутри смешалось всё сразу: азарт, страх, облегчение, ликование... и маленькая, но очень упрямая надежда на то, что ему всё-таки удастся остановить влияние того, кого он уже мысленно называл Отнимающим радость.

***

На даче их уже ждали. Вера Николаевна по очереди обняла обоих парней, спросила, как поживают родители Макса, и повела гостей в дом.

Во время завтрака Максим поинтересовался:

– Вера Николаевна, а вы случайно не знаете, Мироновна будет сдавать свой дом на лето в этом году?

Женщина с удивлением посмотрела на парня.

– А ты откуда знаешь? Да. Она уже и жильцов нашла.

Сердце Макса пропустило удар. Он замер.

– А вы видели, кто эти люди?

Вера Николаевна кивнула.

– Видела. Молодая женщина и двое мальчишек. Она, вроде как, одна их воспитывает, – женщина вздохнула и покачала головой. – Тяжело, наверное, одной с двумя детьми справляться... Я их видела всего один раз. Женщина эта на машине приезжала. Сама за рулём. Мироновна говорила, что зовут её Марина, а работает она в школе учительницей. Но жить они у неё будут только с начала следующего месяца. И до самого окончания каникул.

Макс слушал и чувствовал невероятное волнение. Ему не терпелось познакомиться с Егором. А в том, что это именно та самая семья, он уже почти не сомневался.

После вкусного завтрака они с Вовой отправились на речку. По дороге Макс вкратце рассказал другу, что помнит из своего странного сна. Парень не стал пугать Вову подробностями про загадочного обитателя парка аттракционов. Он лишь сказал, что больше не хочет фотографировать в том месте, потому что именно парк оставил в его воспоминаниях самые тяжёлые и неприятные ощущения.

Друг только понимающе кивнул.

– Макс, ты меня знаешь. Я же не приставучая девица с расспросами: «Ну расскажи... Ну расскажи...» Нет так нет. Я просто тебе доверяю.

Он немного помолчал, потом уже смеясь добавил:

– Но, если бы ты такими загадками моей Дашке голову заморочил, она бы, наверное, и свидание отменила, и свадьбу. Поэтому мы спокойно проведём съёмку нашего романтического вечера на набережной. Думаю, получится не хуже.

Вова тяжело вздохнул.

– Хотя, конечно, на колесе обозрения было бы эффектнее.

Макс не выдержал.

– Вован... Не начинай.

Друг хохотнул и поднял руки вверх.

– Всё-всё... Сдаюсь. Я же ощутил.

Вскоре за деревьями блеснула речка. Она неторопливо несла свои тёмно-зелёные воды между пологими берегами, заросшими высокой травой и молодыми ивами. Начало лета уже чувствовалось во всём. Воздух был тёплым, но ещё не знойным. Где-то высоко без устали пели жаворонки, а из небольшого перелеска доносилось звонкое щебетание десятков птиц.

Друзья свернули на знакомую тропинку, протоптанную ещё много лет назад местными рыбаками. Под ногами тихо похрустывал песок, смешанный с прошлогодней хвоей, а солнце пробивалось сквозь густые кроны сосен длинными золотистыми полосами.

– Вот оно... – с улыбкой сказал Макс, останавливаясь.

Перед ними открылся небольшой песчаный пляж. У самой воды покачивались высокие камыши, а на противоположном берегу густой стеной стоял сосновый лес. Всё вокруг казалось таким спокойным, будто время здесь текло совсем иначе.

Парень глубоко вдохнул влажный речной воздух, пахнущий нагретой сосновой смолой, молодой листвой и свежей водой, и неожиданно поймал себя на мысли, что именно такого чувства ему не хватало всё это время. После больничных стен, тревоги и бесконечных вопросов о прошлом здесь становилось удивительно спокойно.

– Ну что, фотограф, – улыбнулся Вова, сбрасывая кроссовки, – может, сегодня просто отдохнём? Без загадок, без воспоминаний... Только мы и природа вокруг... А ведь и красиво здесь...

Вовка закрыл глаза и раскинул руки в стороны.

Макс посмотрел на друга и впервые за долгое время почувствовал, что действительно может хотя бы ненадолго отпустить всё, что так мучило его последние дни.

– Давай, – улыбнулся он. – Сегодня просто отдых.

***

Максим и Владимир отлично провели время в посёлке.

После продолжительных уговоров парни остались ночевать. Макс, испытывая почти на каждом шагу дежавю, ходил задумчивый, словно ожидая новых повторений того или иного события.

Вова же просто наслаждался отдыхом. Он, казалось, черпал всю ту позитивную энергию, которую дарила здешняя природа, самой большой ложкой. Поэтому, наверное, не особо обращал внимание на немного странное поведение Макса.

В воскресенье с раннего утра они втроём отправились на рыбалку. Потом немного искупались в реке и ближе к обеду вернулись домой. После сытного обеда Вова произнёс речь благодарности, которую Максим помнил почти дословно.

Парень слушал, как друг восхищается кулинарными шедеврами Веры Николаевны, и только улыбался. Он понимал, что феномен, произошедший с ним, наверняка имеет какой-то медицинский термин и, разумеется, объяснение.

После небольшого отдыха друзья снова отправились на речку. Максим видел, что Вовке совсем не хочется возвращаться в город. Но если они останутся ещё на одну ночь, то завтра придётся очень рано вставать и выезжать.

Если у Максима был свободный график работы, то Вова должен был уже в восемь утра быть в офисе, на своём рабочем месте. Но, наблюдая за другом, который буквально светился от счастья, Макс решил не торопить его и не отговаривать. Ничего... Завтра будет завтра. А сегодня – река, солнце, лес и самый обычный воскресный отдых. Который, к слову, они вполне заслужили.

***

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. В понедельник, в семь утра, они, тепло попрощавшись с гостеприимными хозяевами, вернулись в город.

Вера Николаевна всё-таки надавала им разных домашних вкусностей, аккуратно упакованных в пластиковые контейнеры.

На вопрос: «А как же вы без них? Ведь теперь придётся ждать нашего возвращения!» женщина с улыбкой ответила:

– Вот и хорошо. Значит, снова приедете. Будет повод вас увидеть.

Макс подвёз друга к дому и поехал к себе. Едва он зашёл в квартиру, как зазвонил телефон.

Номер был незнакомый. Но стоило Максу ответить, как он тут же поспешил присесть. Звонила Лиза. Та самая девушка, у которой была назначена свадьба на десятое июля. Она просила Максима заняться съёмкой этого торжества. Почти на автопилоте он, разумеется, согласился, записав адрес, дату и время. Они попрощались до условленного дня.

Макс сварил кофе и вышел на балкон. Он подумал, что, примерно, через неделю должна позвонить Олеся. И если она попросит снимать выпускной Маши в парке аттракционов... Как ему поступить?

Мысли словно просеивались сквозь сито. Медленно, с задержкой. Макс написал Алине. Звонить не осмелился. Мало ли где сейчас находится девушка. Что, если у неё зачёт или ещё что-нибудь важное?

Но уже через несколько минут Алина сама ему позвонила.

– Привет, Максим. Ты уже дома? Как съездили? Как самочувствие?

Поток вопросов буквально накрыл парня с головой. Он усмехнулся.

– Привет, Алина. У меня всё хорошо. Отдохнули мы с другом тоже отлично. Ты не занята?

Судя по шуму, девушка ехала в каком-то транспорте. Слышался приглушённый гул и отдельные голоса пассажиров.

– Нет. Сейчас еду в колледж. Пешком туда далековато.

Макс кивнул и вкратце рассказал самые главные новости.

Алина внимательно выслушала его и ответила:

– Пока всё складывается неплохо. Свадьбу просто не снимай в парке. Возможно, вы туда вообще не поедете. Но вот если тебе позвонит та девушка по поводу выпускного её сестры... Тогда, честно говоря, я пока тоже не знаю, как будет правильно поступить...

Она задумчиво вздохнула. Максим молча ждал.

Наконец Алина произнесла:

– Хотя... давай сделаем так. Как только тебе позвонит Олеся, сразу набери меня. И ещё пришли мне её номер телефона. Знаешь... У меня внезапно появилась одна идея.

Алина тихонько хихикнула.

– Я почти уверена, что большинство девушек, пусть даже совсем немного, но побаиваются всего сверхъестественного. Мы как будто на подсознательном уровне стараемся держаться подальше от вещей, которые невозможно объяснить ни здравым смыслом, ни наукой.

Она ненадолго замолчала и продолжила:

– Поэтому, если я очень осторожно намекну ей, что именно в том парке лучше не фотографироваться... Думаю, она не станет рисковать. Тем более, с твоих слов, она очень любит свою младшую сестру. Возможно, ради её безопасности она просто выберет другое место для праздника.

По голосу было слышно, что эта неожиданно пришедшая идея очень нравилась Алине. Девушка помолчала пару секунд и продолжила:

– Не переживай. Я напишу ей не сразу, а через какое-то время. Отправлю сообщение с несуществующего аккаунта о том, что хочу встретиться по поводу выпускного её сестры. А при встрече... Я обязательно что-нибудь придумаю, чтобы её отговорить.

Макс усмехнулся.

– В целом идея неплохая. Но... Ты уверена, что она захочет встретиться и разговаривать с незнакомой девушкой?

Алина на мгновение задумалась.

– Конечно, не уверена... Но мы должны хоть что-то делать. Всё равно что, лишь бы не повторились те события с участием... не пойми кого из парка аттракционов...

Она снова немного помолчала.

– Я просто очень переживаю. И очень хочу помочь.

Макс вздохнул.

– Спасибо. Я так тебе благодарен. Правда. И ещё... Я бесконечно рад, что именно ты существуешь на самом деле... а не только в моих странных воспоминаниях.

Алина смущённо рассмеялась.

– И тебе спасибо. Приятно слышать такие слова. Поверь, у нас всё получится. Вот увидишь. А сейчас прости, моя остановка. Я позвоню, как только смогу.

Они попрощались.

После разговора с Алиной Максу позвонила мама. Они поговорили минут пять. Марина Сергеевна спросила о самочувствии сына, о том, как они съездили, как отдохнули, и, разумеется, пригласила его вечером в гости на ужин.

Макс улыбнулся и с удовольствием согласился. Во-первых, он очень любил своих родителей и всегда был рад встретиться с ними. А во-вторых, после больницы поймал себя на мысли, что ему совершенно не хочется готовить. Вот просто совсем-совсем лень.

Выйдя из дома, он даже представить не мог, кого встретит через несколько минут возле центрального парка.

Максим решил не брать машину, а пройтись пешком. Погода была замечательная, и он неторопливо шёл по тротуару в сторону парка.

Когда он перешёл улицу, его внимание привлекла молодая женщина с двумя мальчиками. Они сидели на одной из скамеек у входа в парк. Женщина разговаривала по телефону, а мальчики спокойно сидели рядом. Старший ел мороженое, а младший осторожно держал в руках очищенный банан.

Макс остановился и сначала не поверил своим глазам. Перед ним действительно находились Марина и её сыновья – Витя и Егор.

Парень присел на скамейку напротив и почти сразу встретился взглядом с Егором. Сначала мальчик просто смотрел на Макса, словно не замечая его. Но уже через секунду выражение его лица изменилось. Глаза удивлённо округлились, а потом он широко улыбнулся.

Макс почувствовал, как сильно забилось сердце. Он тоже невольно улыбнулся.

«Неужели... узнал?..»

Каким-то необъяснимым образом Егор словно тоже помнил его. Через мгновение мальчик поднял свободную руку и приветливо помахал Максиму. Парень, не переставая улыбаться этому особенному ребёнку, помахал в ответ.

Это не осталось без внимания Марины. Она строго посмотрела сначала на незнакомого парня, потом что-то тихо сказала Егору. Но мальчик протестующе замотал головой и громко произнёс:

– Тот дядя – мой друг. Я его знаю!

Женщина растерянно посмотрела на Макса. А Егор продолжал:

– Он хороший. Мы поедем с ним на качели. К моему другу!

Макс усмехнулся и опустил голову. Марина снова перевела взгляд на него.

Наконец она смущённо произнесла:

– Вы извините нас... Егор – особенный ребёнок. И... иногда ведёт себя немного необычно.

Она замолчала. Максим сразу поспешил её успокоить.

– Ну что вы! За что же вы извиняетесь? У вас замечательный малыш. Наверное, он просто меня с кем-то перепутал. Ничего страшного.

Егор всё это время не сводил с Макса глаз. Потом неожиданно поднялся со скамейки и подошёл к нему.

– Привет. А мы поедем на качели? Мой друг ждёт тебя.

Сказав это, мальчик серьёзно посмотрел на Максима. По спине парня побежали мурашки, но он быстро взял себя в руки, широко улыбнулся и ответил:

– А давай хоть сейчас. Я готов!

Потом посмотрел на ничего не понимающих Витю и Марину.

После недолгих протестов Марины и настойчивых уговоров обоих мальчишек она всё-таки сдалась.

– Хорошо...

Она посмотрела на Макса.

– Я не понимаю, почему Егор ведёт себя так, словно давно вас знает... Но я вижу, что он... доверяет вам. А это случается крайне редко...

Марина задумчиво посмотрела на Максима.

– И, если я сейчас не разрешу... – женщина тяжело вздохнула, – боюсь, случится настоящая истерика. Но мне так неловко... Правда.

Макс понимающе кивнул.

– Не переживайте. Для меня это абсолютно нормальная ситуация.

Он снова приветливо улыбнулся.

– Я люблю дарить людям радость. Особенно детям. Я ведь фотограф.

Марина тоже улыбнулась. Было заметно, что она всё ещё чувствует себя неуверенно. Потом обратилась к мальчикам:

– Только ненадолго. И вести себя хорошо!

Витя радостно захлопал в ладоши.

– Ура! Спасибо, мама!

Егор подошёл к Максиму и произнёс:

– Мама разрешила!

Парень, приветливо улыбаясь, кивнул мальчику.

До парка аттракционов оказалось совсем недалеко. Уже через несколько минут они проходили через знакомые ворота. У Макса внутри всё сжалось. Он слишком хорошо помнил это место. Каждая дорожка, каждая клумба, каждое дерево казались удивительно знакомыми. Будто он действительно был здесь уже сотни раз.

Марина с Витей направились к аттракциону «Дракон». Но Егор неожиданно взял Максима за руку.

– Пойдём.

– Куда?

– Он ждёт.

Макс ничего не ответил. Только обернулся к Марине.

– Не волнуйтесь. Я присмотрю за ним.

Она неуверенно кивнула и пошла вслед за нетерпеливо тянувшим её за руку Витей.

Максим и Егор молча шли по аллее. Шаг за шагом. Пока не остановились возле старого металлического ограждения. Именно здесь... Именно отсюда всё когда-то началось.

Егор отпустил его руку. Несколько секунд вокруг стояла удивительная тишина. Даже шум аттракционов будто куда-то исчез. Макс посмотрел вперёд. Конечно... Никого. Только старые деревья. Но он чувствовал... Тот загадочный обитатель парка был здесь.

– Я пришёл...

Макс произнёс это почти шёпотом.

– Как и тогда...

Ответа не было. Лишь лёгкий ветер шевельнул молодые листья.

– Я больше не буду здесь фотографировать. Никогда. Я помню своё обещание. И готов повторить его снова.

Он ненадолго опустил голову.

– Если всё это действительно было единственным, чего ты хотел... Значит, так тому и быть.

Несколько секунд ничего не происходило. Но потом что-то тихо произнёс Егор. Вот только обращался он явно не к Максу.

– Да...

Мальчик внимательно смотрел куда-то вперёд. Словно перед ним действительно кто-то стоял. Он долго слушал. Очень внимательно. И неожиданно серьёзно кивнул.

– Хорошо.

Через мгновение на его лице появилась улыбка. Он поднял руку.

– Пока.

И несколько раз помахал кому-то ладошкой. Затем резко развернулся и побежал к аттракционам. Максим поспешил за ним. В груди было необыкновенно спокойно. Словно что-то тяжёлое, долгие месяцы давившее на сердце, наконец исчезло.

Ветер снова прошёлся по верхушкам деревьев. Где-то неподалёку засмеялись дети. Запустился очередной аттракцион. Парк снова стал самым обычным парком развлечений.

Макс ещё раз посмотрел на старое ограждение. Тихо улыбнулся. И едва слышно произнёс:

– Прощай...

Больше он ни разу не оглянулся. Егор уже стоял возле качелей.

– Покачай, – попросил он, усаживаясь на сиденье. Максим неторопливо начал раскачивать качели. Потом всё-таки спросил:

– Скажи, Егор... А твой друг сейчас где?

Мальчик долго молчал. Казалось, он вовсе не услышал вопрос. Но потом неожиданно спокойно ответил:

– Он ушёл. Попрощался и ушёл.

Макс замер. Набрав в грудь воздуха, он осторожно спросил:

– А... Он сказал, куда именно ушёл?

Егор отрицательно покачал головой.

– Нет. Не сказал.

Потом посмотрел на Макса и очень серьёзно произнёс:

– Нельзя шуметь. Нельзя фотографировать.

И строго покачал указательным пальцем.

Вскоре к ним подошли Марина с Витей. В руках у Вити было два воздушных шарика. Он буквально светился от счастья.

– Егор! Выбирай! Красный или зелёный?

Егор внимательно посмотрел на шары и молча взял зелёный. Потом они все вместе неторопливо направились к выходу из парка.

У самых ворот Марина остановилась, посмотрела на Максима и с тёплой улыбкой сказала:

– Спасибо вам большое. Я действительно ничего не понимаю... Но... – она посмотрела на Егора, – сегодня он счастлив.

Макс улыбнулся.

– И это самое главное.

Они попрощались и Максим направился в сторону района, где жили его родители. Они уже, наверняка, заждались его к ужину.

***

Утром следующего дня Макс проснулся с ощущением нового себя. А именно, он понял... к нему вернулись воспоминания его настоящей жизни. Парень вспомнил до мельчайших подробностей день рождения однокурсника Витька, посещение ресторана «Омар» и многое другое, что до этого утра как будто было заперто, а теперь наконец вырвалось на свободу.

Он не выдержал и первым сообщил об этом своему другу.

– Да, бро. Слушаю.

– Вован! Я всё вспомнил! Я помню, как мы были в «Омаре»! Я...

Макс не договорил – его переполняли эмоции. А Вова буквально взорвался от радости.

– Вспомнил? Правда? Бро... Я так рад за тебя! Хочешь, я сейчас приеду? Ну... примерно через пару часов, хочешь?

Максим смеялся.

– Как только сможешь, приезжай. Буду рад.

– Всё, договорились! Такое великое событие следует отпраздновать.

Затем Макс позвонил Алине. Реакция девушки не была такой бурной, но она тоже искренне поздравила его с возвращением памяти.

Потом спросила:

– А как ты думаешь, что послужило толчком к её возвращению?

Максим широко улыбнулся.

– О... Это в двух словах не объяснить. Давай увидимся, и я обязательно всё расскажу.

Они договорились встретиться вечером всё в том же парке, у знаменитого фонтана.

Через два часа, как и обещал, к Максу пожаловал Вовчик. Друг ввалился с большой коробкой пиццы и двумя баночками слабоалкогольного напитка. Они расположились на кухне. Говорили, смеялись, отдыхали. Вова рассказал недавнюю смешную историю. Максим сообщил, что уже получил заказ на съёмку свадьбы. И ещё, что завтра у Вовы романтическое свидание.

Друзья ещё немного поговорили, обсудили важные моменты предстоящей съёмки и, пожав друг другу руки, распрощались до завтра.

***

На встречу с Алиной Макс пошёл пешком. Он вышел на улицу и чувствовал себя великолепно. Вскоре он был на месте. Две лавочки возле фонтана оказались заняты, но, пройдя немного по аллее, он нашёл свободную скамейку со спинкой.

Макс присел и принялся ждать девушку. Вскоре появилась Алина. Она шла по дорожке, то и дело поглядывая по сторонам. Максим встал ей навстречу. Девушка заметила Макса и, улыбаясь, направилась к нему.

Подойдя, она первой обняла парня и искренне произнесла:

– Я очень рада за тебя. Правда. Это так здорово, что ты наконец всё вспомнил.

Максим тоже улыбнулся и осторожно обнял девушку. Со стороны они выглядели как обычная пара молодых людей.

– Спасибо. Я знаю, что ты рада. И для меня очень важно, что ты есть.

Последнюю фразу он произнёс легко и даже сам этому удивился.

Алина мягко отстранилась, её щёки слегка порозовели. Было заметно, что девушка смутилась. А Макс с восхищением подумал:

«Простая, скромная, такая настоящая... Удивительная девушка!»

Они решили немного пройтись по парку. Было тихо, спокойно. Воздух казался чистым и свежим. Макс рассказал, как случайно встретил в сквере Егора, Витю и их маму. А потом – всё самое главное.

Алина слушала, не перебивая. Когда он закончил рассказ, девушка задумчиво произнесла:

– То, что этот... как ты его назвал... Отнимающий радость покинул парк развлечений, с одной стороны замечательно... Но куда же он теперь направился?

Она повернулась к Максу.

Парень поднял голову, посмотрел на небо, на плывущие облака, на пролетающих птиц и пожал плечами.

– Не знаю. И Егор тоже не знает.

Алина немного помолчала и с грустью продолжила:

– Просто... Немножко тревожно. Где он теперь будет обитать?

Макс вдруг улыбнулся.

– А что, если он покинул не только тот парк, но и наш город?

Алина посмотрела на него.

– Ты веришь в такую удачу?

Макс ничего не ответил. Он в очередной раз подумал:

«Какие красивые у неё глаза... И улыбка очень красивая. И характер мягкий...»

Алина спросила:

– Олеся не звонила?

Макс отрицательно покачал головой.

– Знаешь... Я решил, если она позвонит, то просто откажусь от съёмки. Не будем рисковать. Как думаешь?

Алина посмотрела на свои руки, сжимавшие сумочку, и просто кивнула.

– А давай. И что ты ей скажешь?

Макс усмехнулся.

– Скажу, что в этот день у меня свидание. Важное... романтическое.

Он хитро посмотрел на Алину. Девушка слегка улыбнулась.

– Вот как? Могу я узнать, кто она?

Макс серьёзно ответил:

– Это ты.

***

На следующий день Максим весьма успешно отснял запланированное свидание Вовы и Даши. Погода выдалась замечательная. Особенно красивыми получились кадры на фоне заходящего солнца.

Несколько снимков Максим сделал в тот момент, когда молодые влюблённые даже не подозревали, что он уже работает. Даша увидела фотографа далеко не сразу. Сначала удивилась, потом рассмеялась и шутливо погрозила Вовке пальцем.

Они вместе просмотрели несколько кадров прямо на экране фотоаппарата. Было видно, что снимки девушке очень понравились. Правда, Макс заметил одну странность... Вова так и не сделал Даше предложение. Спрашивать при ней он ничего не стал. Решил поговорить с другом позже. Но долго ждать не пришлось.

Уже вечером, когда Максим просматривал фотографии и отбирал самые удачные кадры, ему позвонил Вова.

– Привет, бро. Дашка в душе, так что я быстро. Короче... Мы вчера вечером поговорили и решили не торопиться. Я согласился подождать до следующего четырнадцатого февраля. Ну а чего спешить? Куда мы друг от друга денемся?

Он весело хохотнул. Макс улыбнулся.

– И это правильное решение, бро. Полностью поддерживаю.

– Угу... Нам и так хорошо. Поэтому колечко я пока спрятал в укромном месте. Четырнадцатого февраля сделаю предложение, а весной распишемся.

Максим был искренне рад за друга.

Главное – они по-прежнему хотели быть вместе. А всё остальное обязательно придёт в своё время.

***

Десятого июля Максим снимал свадьбу Лизы и Антона.

После торжественной регистрации молодожёны прогулялись по центральному парку, сделали фотографии возле фонтана, затем на набережной и, как и планировали, заехали навестить Павла Семёновича.

Всю дорогу Макс внутренне готовился к тому, что кто-нибудь обязательно предложит заехать в парк аттракционов. Но этого так и не произошло. Он облегчённо выдохнул.

Позже, просматривая фотографии, Максим внимательно проверял каждый кадр. Никаких исчезнувших предметов, никаких странных силуэтов и никаких необъяснимых изменений. Только счастливые лица людей. Именно такими он и хотел видеть свои фотографии.

Спокойно улыбнувшись, Максим приступил к обработке снимков.

Шли дни...

Прошла почти неделя после свадьбы Лизы, но звонка от Олеси так и не последовало. Постепенно Макс начал думать, что эта девушка существовала только в тех странных воспоминаниях, которые он пережил, пока находился в медикаментозном сне.

И тут его телефон ожил.

Максим посмотрел на экран и улыбнулся. Звонила Алина. После короткого вступления из вопросов: как обстоят дела у каждого из них, Алина спросила:

– Олеся так и не звонила?

– Нет.

– Какого числа выпускной у её сестры Маши?

– Двадцатого. А что?

Алина выжидающе помолчала и, наконец, нетерпеливо произнесла:

– А ты не догадываешься, что можно сделать?

Парень неуверенно покачал головой. Алина закатила глаза и тихо застонала.

– Ну ведь всё просто. Мы поедем в ту школу и узнаем, существуют ли эти девушки на самом деле. Вот и всё.

Максим был восхищён идеей подруги. Почему он сам не додумался до такого?

Он усмехнулся.

– Ты такая молодец... Честное слово... Я не знаю, что бы без тебя делал...

Алина хмыкнула, потом засмеялась.

– Я тоже только сегодня об этом подумала.

***

Двадцатого июня день выдался жарким и безветренным. Душным был и вечер. Они подъехали к школе как раз вовремя. Праздник только начинался. Максим с Алиной осторожно подошли к зданию школы и остановились неподалёку от вывески: «В добрый путь, дорогие выпускники!»

Макс то и дело вертел головой по сторонам, пытаясь найти знакомые лица. Но пока всё было тщетно.

Вдруг его внимание привлёк парень с камерой в руках. Молодой человек чем-то неуловимо напоминал самого Максима... И тут сердце застучало так сильно, что Макс испугался, как бы этот громкий стук не услышали окружающие. А всё потому, что к этому парню, улыбаясь, шла... Олеся.

Макс смотрел на эту картину как заворожённый. Его реакция, разумеется, не осталась незамеченной.

– Это они, да? – тихо спросила Алина.

Максим вздрогнул. Потом шумно сглотнул и прошептал:

– Да... Это Олеся. Парня с фотоаппаратом я не знаю.

Алина усмехнулась.

– Смотри, он чем-то на тебя похож.

Максим пожал плечами.

Затем к ним подошла Маша. Они стояли и о чём-то оживлённо разговаривали. Через несколько секунд Олеся с Машей отошли от фотографа и направились в сторону открытых дверей школы.

Максу показалось, что даже платье на девушке было таким же, как в его воспоминаниях...

– Значит, они реальны... – выдохнул он. – Сёстры существуют...

Они с Алиной медленно шли к стоянке, где Максим оставил свою машину, а за их спинами звучали торжественные поздравительные речи, аплодисменты и громкая музыка.

Уже сидя в машине, Алина задумчиво произнесла:

– Может, нам стоило задержаться? Узнать, поедут ли они фотографироваться в парк развлечений?

Максим промолчал. Он подумал, что, возможно, догадывается, почему Олеся так и не позвонила ему, а нашла другого фотографа. Скорее всего, девушка каким-то образом узнала, что он находился в больнице, в тяжёлом состоянии. Наверное, поэтому не стала его беспокоить.

Он вздохнул, повернулся к Алине и произнёс:

– Нет. Мы не будем ничего узнавать. Даже если и поедут… Всё закончилось. Тот… человек, больше не появится на фотографиях. Я уверен.

***

После торжественной части выпускного вечера в медицинском колледже, съёмкой которого занимался Максим, они с Алиной решили немного прогуляться. Потом Макс пригласил девушку в небольшое уютное кафе неподалёку от центрального парка.

То самое кафе, где когда-то, в его необычных воспоминаниях, они встречались с Олесей. Именно здесь она попросила Макса сделать альбом для Маши. Потом они виделись ещё пару раз…

Только теперь всё было совсем по-другому. Рядом была Алина. И этому Макс радовался больше всего. Впереди было два месяца лета. И именно это почему-то казалось ему самым настоящим счастьем. А Олеся… Пусть у неё тоже всё сложится наилучшим образом.

Весна в их городе наступила словно по волшебству. Казалось, кто-то просто перелистнул страницу календаря с февралём и сразу открыл март.

Было тепло и безветренно. Возле ЗАГСа собрались близкие родственники и друзья молодых. Все с нетерпением ждали появления жениха и невесты.

Наконец двери распахнулись, и на пороге появились Вова и Даша. Под громкие аплодисменты и радостные поздравления молодые подняли вверх руки, с улыбками показывая присутствующим обручальные кольца.

Максим был свидетелем на свадьбе друга. Свидетельницей стала лучшая подруга Даши – Вика.

Молодой фотограф вёл съёмку весьма профессионально. Макс с лёгкой тоской подумал, что у него появился достойный конкурент.

Алина тоже была приглашена на свадьбу. Теперь уже как девушка Максима. Совсем недавно они отметили свой маленький юбилей – ровно десять месяцев со дня знакомства.

Макс был счастлив. Они с Алиной были вместе. Всё постепенно складывалось именно так, как когда-то хотелось обоим. Девушка продолжала учиться, приближаясь к своей мечте стать врачом. Максим устроился работать в фотостудию и продолжил с удовольствием заниматься любимым делом.

Задумавшись, Максим пропустил один очень важный момент. А именно то, как Алина ловко поймала букет невесты...

Раздались дружные аплодисменты и весёлый смех гостей.

Девушка, немного растерявшись, крепче прижала букет к груди и тут же встретилась взглядом с Максом. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Вовка, как всегда, не смог промолчать.

– Ну что, бро... – громко засмеялся он. – Походу теперь твоя очередь!

Гости дружно поддержали его слова. Макс только покачал головой и улыбнулся. Он подошёл к Алине. Девушка всё ещё немного смущалась, но в её глазах светилось такое тихое счастье, что никаких слов уже не требовалось.

Максим осторожно взял её за руку. Впереди была целая жизнь, в которой больше не осталось места человеку, отнимающему радость. Теперь эту радость каждый из них создавал сам.

Конец.