Дарья Олеговна Вдовина молодая ведьма, специализация — защита.

Феня — еж, ее фамильяр

Нафаня — домовой

Ираида Андреевна Грозовая — ее мать. В прошлом — боевой маг, в настоящем ведьма умеющая превратить простой крем в редкое зелье.

Зяба — ее домовой, вечно мерзнущий

Котя ее фамильяр — полоз

Ванесса Чащобная — начальница Дарьи, заклятая подружка Ираиды)

Прабабуля — Анастасия Романовна Ирутина Крик Чайки Старейшая ведьма Княжинска

Артем Игоревич Белов — оборотень -тигр, блондин ( тигр белый) посланец Патруля

Арина — маленькая оборотница, дочь Дарьи и Артема

Леночка — легкая, воздушная девочка в джинсовом комбинезоне в цветочек. Лучший хакер команды

Боречка кругленький, лысый, как шарик. Лучший лозоходец отдела! Тонко чувствующий потоки, умеющий легко и быстро найти разрыв магополя и даже залатать его

Леди. Настоящего имени этой прекрасной дамы никто не знает. Аналитик с пророческим даром.

Мятый. Длинноносый тип в потертой куртке, поношенных джинсах и вязаной шапчонке. Он растворялся в любой толпе, как сахар в кипятке. Его считали своим и вокзальные бомжи, и работяги с ближайшего завода, и, как ни странно — байкеры, наркоши и гопники «с района». Мятого звали Андрюха, и он обычно собирал агентурные данные для предоставления их аналитику.

Кир — друид, владелец мастерской по авторемонту

Илья Сергеевич Богданов — высший вампир, двоюродный племянник Ираиды

Мария Вениаминовна Крупина

Марина — мать Ильи, Сергей — отец

Данила Борисовича, куратор Ильи на прежнем месте)

Марьяна Красная — ведьма, врач «скорой помощи» в ее бригаде Илья проходит практику.

Константин — оборотень из бригады «Скорой помощи»

Олег Николаевич Вдовин — глава Патруля

Ярослав и Глеб — боевые маги-близнецы, сыновья Олега и Ираиды

Княжинск — город в котором происходят события.

Ведьмин Тракт — улица, на которой располагается базар Иных

«Нестор-летописец» — контора копирующая старинные трактаты и книги заклинаний

Илья покачивался на стуле и смотрел в окно. На лужайке бегали дети. Двое черноволосых мальчишек, похожих как две горошины из стручка, и девочка с длинными светлыми волосами. Чуть в стороне в кресле сидела шишимора, неспешно позвякивая спицами. Старушка охотно приглядывала за малышней, спихнув домашнее хозяйство на домового.

Яркое солнце, надувной бассейн, качели, лабиринт из труб, нор и веревочных лестниц, домик, напоминающий избушку Бабы-Яги полный игрушек — все было устроено так, чтобы юные маги и оборотница убегались и уснули к ужину без задних ног. Тогда во дворике появится мангал, плетеные кресла, бутылка вина и взрослые, утомленные дневными делами.

Илья потянулся, радуясь короткому отдыху. Каникулы в медвузе — период практики. Его, как пятикурсника, взяли стажером на «скорую» в экипаж, состоящий из магов и ведьм. Так что весь июнь он катался в подпрыгивающем на кочках автомобиле, врачуя и людей, и магически одаренных. Набрался опыта, научился скрывать интерес к запаху крови, попадать катетером в подключичную вену с первого раза и стал почти своим на подстанции.

Теперь вот, в июле, когда солнце нещадно придавило сонный Княжинск, юный вампир отдыхал за городом в семействе опекунов. В жару отсиживался в доме. Читал, лазил по сети, играл с мелкими или помогал Ираиде Вдовиной в лаборатории. Вернувшись в магический патруль, ведьма поставила на поток производство зелий для «боевых поясов», а летом, в отпуске, экспериментировала, привлекая вампира с его тонким обонянием и чувствительностью к магии в качестве эксперта. Иногда к жене и ее племяннику присоединялся и сам Вдовин.

Создав наконец семью с любимой женщиной, глава Патруля сумел так организовать работу, что вполне мог работать удаленно. Во всяком случае, в период своего собственного отпуска.

Лето для магов и ведьм было не только периодом отпусков, но и временем повышенной активности всевозможной нечисти и… клинических идиотов. Согласитесь — переться зимой на кладбище, разгребать снег и царапать мерзлую землю для проведения ритуала не самое интересное занятие. А летом — благодать. И толпы подростков, начитавшихся пугающих книжонок и статеек на форумах, набравшись энергетиков или дешевой бормотухи, тащились на кладбище поиграть в призыв демона или давно усопших предков.

Дураков надо учить, поэтому кладбищенский сторож, немного подождав в темноте прозрачной летней ночи, вываливался в круг свечей в маске козла, списанной из местного театра юного зрителя, и ревел в хитро свернутый из обрезка жестяной банки гудок. Облаченные в черное подростки с криками разбегались в стороны, а Михалыч вынимал старенький мобильник и вызывал «скорую» и экипаж ППС — собрать поломанных, обработать поцарапанных, доставить домой тех, кто в приступе паники наматывал по кладбищу десятый круг.

Вот и сегодня молодому фельдшеру предстояло «кладбищенское» дежурство. Медики не дураки, давно заметили, что семнадцатая бригада охотно ездит на такие вызовы, особенно с пятым экипажем ППС, и обычно лишней работы не делает — на месте заливает всех «зеленкой», прописывает терапевтический пендель и отпускает. А если и везет кого-то в больницу — значит, дело серьезное.

Откуда же людям знать, что под этими номерами работают иные? Мелкий с виду сержант патрульно-постовой службы на деле оборотень-волк и может успокоить боксера одним крепким объятием. Старший сержант, высокий, но тонкий и бледный, на самом деле маг-воздушник. Рыжая красотка в медкостюме — опытная ведьма. Тощий водила с фиксой во рту — заклинатель дорог, а мальчишка-фельдшер, приставленный набираться опыта, — вампир.

Такой командой отлов подростков превращался для Иных в веселую игру. Однако дежурство на кладбище было делом ответственным и даже опасным. За два года службы медбратом «на побегушках» в особом экипаже Илья чего только не видел! Стихийная ведьма, умудрившаяся инициироваться во время пародии на ритуал на кладбище. Кто ж знал, что девчонка родовая, и ее накроет обретением настоящего дара? Марьяна Красная едва удержала первый выплеск и матом звала на помощь малый ведьминский круг, чтобы перехватить дурную силу и перенести ураган в поле.

Парнишка с талантом проклятийника, умудрившийся во время ссоры проклясть друзей, учителей и родителей… Расплетали его «творчество» всем ковеном. Эпидемию тифа в городе никто не хотел. И это ему еще силенок на чуму не хватило!

Мужчина с хроническим пристрастием к бутылке, забредший на кладбище «поболтать с друзьями», внезапно активировал забытую «звезду некроманта», а потом уехал в «дурку» с приступом белой горячки. Вот только штатный некромант Княжинска две недели по ночам дежурил, вычищая некро-крыс и разбежавшиеся кости.

В общем, лето в Княжинске для магов и ведьм время непростое. Зимой куда тише. Зевнув, Илья вытянулся на диване и прикрыл глаза. Ему нравилось лето. Спокойно можно спать днем и бодрствовать ночью. Как высший вампир, он не боялся солнца — просто не любил яркий свет, но все равно предпочитал прохладу ночи и мягкий утренний или вечерний сумрак считал лучшим временем суток.

Через пару часов домой вернулись Даша и Артем. Ведьма зябко и устало потирала узкие ладони, оборотень бурчал себе под нос что-то об идиотах, не умеющих пентаграмму чертить. Вслед за ними явились старшие Вдовины — Ираида и Олег. Дети тут же забыли свои игры и кинулись к родителям — обниматься, делиться новостями, показывать, чему научились за день. Илья неслышно ушел в свою комнату.

Он немного завидовал семейному счастью этих пар. Его приняли в семью, любили, заботились. Стараниями ведьм из колючего подростка парень давно стал симпатичным молодым человеком. Вот только найти себе пару Илья не мог. В его памяти жила его собственная семья — любящие родители, нежные супруги. На меньшее он размениваться не хотел и потому искал для себя что-то настоящее. Искреннее.

Увы, в медакадемии девчонки были заняты учебой — на флирт еще силы находились, а на серьезные отношения — нет.

Вне учебы, на работе его окружали взрослые женщины. Подруги Ираиды смотрели на него как на недокормленного младенца, а у Дарьи подруг не случилось. Слишком сильной и родовитой она была с рождения. Пока была маленькой, еще дружила с одноклассницами, а уж после перемещения в нее шести стихийных сил люди либо попадали под ее обаяние, либо боялись. Другие молодые ведьмы опасались или завидовали. Так что плавно влиться в женское общество Илье было негде.

К случайным же встречам молодой высший вампир относился осторожно. Уже не раз и не два пьющие кровь присылали к нему красивых девушек — то в подарок на день рождения, то устраивая «случайную» встречу, то незнакомка просто появлялась под колесами его велосипеда или за столиком кафе. Из воздуха.

Когда Илья только появился в Княжинске — растерянный после смерти родителей и стремительного погружения в среду Иных, на человеческих девушек молодой вампир смотрел с некоторым подозрением. Опасался, что захочет выпить. Кровь ему выдавали регулярно, да и вообще высший вампир не так просто поддается инстинктам. Сохраняет голову на плечах, умеет терпеть и быть осторожным.

Ираида — его двоюродная тетка и сильная ведьма — научила даже нескольким приемам психологической защиты от внезапного приступа голода или паники. Дарья добавила защитные браслеты и кулон — на всякий случай.

Потом Илья пообвык, пошел в местную школу и на курсы подготовки в медакадемию. Начал общаться со сверстниками и даже влюбился в одноклассницу — яркую и веселую девчонку с задорными кудрями. Он до сих пор помнил свое волнение, когда осмелился пригласить девушку в кино… А ее, оказывается, «добрый дядя из столицы» попросил подружиться с «перспективным мальчиком» и предложить переезд. В компании с подружкой, конечно.

Услышав щебетание о том, как славно они заживут вместе, ведь «дядя» пообещал Илье поступление в престижный ВУЗ, милую квартирку рядом с факультетом и даже стипендию от «благотворительного фонда», вампир всмотрелся в блестящие от восторга глаза девушки и сказал, что выйдет за попкорном.

Вышел, вызвал по телефону Артема и уехал с ним домой. К оборотню-палачу «пьющие кровь» не сунулись. А уже дома после рассказа племянника Ираида Грозовая накатала полдюжины жалоб во все возможные инстанции за попытку кровососов увести племянника из семьи. Все ведь знают, что до возраста зрелости высшие должны жить в семье!

Вампиры прислали в ответ десяток листов пространных извинений, изучив которые, ведьма фыркнула:

— В общем и целом попытки будут продолжаться, Илья. Старичье это занудное до изумления и упертое, как бараны. Будут подкладывать тебе девиц, подставлять аварии, делать все, чтобы ты помчался в столицу за помощью. Мы прикроем, как сможем, но… будь осторожен!

Ведьма аккуратно взъерошила вихры парню, который перерос ее почти на две головы, и ушла, бурча себе под нос что-то невнятное.

Илья предостережению поверил, но все же не до конца. Решил, что никто на него тратиться особенно не будет. Однако через месяц ему подмигнула красотка в магазине. Через два — молоденькая преподавательница на курсах. Через полгода, когда он сдавал на права, под его ученическую развалюху подставился лакированный «мерс».

Тогда, к счастью, обошлось деньгами и благодарностью друиду за видеорегистраторы, натыканные по периметру машины. Но Илья запомнил и словно заледенел. Везде, кроме дома и машины «скорой помощи», держался настороженно. Да только это не помогло…

На работу в этот день Илья собрался пораньше — август. Сумерки приходят вместе с туманом, и яркие звезды сияют холодным отраженным светом. Форма, запасная форма, перекус, термос — обычный набор «скоропомощника». Отдельная сумка с травами, мелом, свечами и осиновыми кольями и еще фиг знает с чем — набор для высшего вампира, помогающего упокаивать нечисть, ловить незарегистрированных магов и ведьм, а также призывать к порядку тех, кто не наигрался в «могучих волшебников» в детском саду.

Ветровка с капюшоном, флиска — Илья любил тепло, поэтому всегда носил с собой теплую сухую одежду. Бандана… Две! В прошлый раз Красная ведьма отжала его хайратник с черепами на повязку для шины — бинты кончились. Еще перчатки, пакетик с кровью и кое-какие зелья из арсенала Ираиды Грозовой на поясе. Готов!

Заглянув во внутренний дворик и прихватив шампур с шашлыком, Илья постоял возле столика, послушал расслабленные разговоры семьи. В целом все у всех в порядке. Мелкие неполадки и неприятности не в счет. Только вот Даша переживает, что у маленькой Аринки медленно меняются зубы, да Олег строго выговаривает Ярику и Глебу за небрежное отношение к магической силе. Опять что-то сломали?

Помахав всем рукой, вампир вышел из дома и сел на велосипед.

Водить машину не рисковал — слишком обширное поле для подстав. Зимой семьи жили в городе, так что Илья без проблем добирался до подстанции на автобусе. Летом, когда все перебирались в бывшую пожарную часть, чтобы детям было где порезвиться, приходилось крутить педали. Впрочем, для высшего вампира это не сложно.

На станции, как всегда в пересменок, было шумно и весело. Кто-то ворчал, перебирая запас лекарств в сумке по списку, кто-то ругался, отказываясь принимать у сменщика грязный автомобиль. Семнадцатая бригада тихонько кемарила на скамейке под раскидистым деревом, морщась на слишком яркие лучи закатного солнца.

Ведьма, она же врач, уже «почистила» машину после предыдущей смены, убрав эманации боли, смерти и тонкую вязь проклятий. Водитель, он же заклинатель дорог, проверил карту на ближайшую пару часов, убедился, что ничего фатального нет, и потихонечку обихаживал свою «ласточку», протирая зеркала и стекла, подливая что-то куда-то да прикидывая, не пора ли подкачать колеса?

Третьим в компании был седой как лунь оборотень по имени Константин. Его называли «медбратом», иногда «санитаром», но по сути он был силовой поддержкой для тех случаев, когда нужна была грубая сила. Сейчас он дремал, ожидая восхода луны, и ненавязчиво отслеживал суету возле соседней машины.

Илья неспешно подошел, поставил свои сумки на землю и кивнул в сторону шумного сообщества:

— Чего не поделили?

— Бомжа везли… С творческими отклонениями, — хмыкнула Марьяна, красиво потягиваясь.

Вампир понятливо кивнул — им доводилось возить и бомжей, и алкоголиков, и язвенников, фонтанирующих кровью, и отравления… За три года на «скорой» он всякого повидал. Хорошо еще Вдовин оформил выезды «племянника» как подработку в Патруле, так что за эту работу Илья получал двойной оклад, а то бы до сих пор «стрелял» у Даши полынь и чертополох для «особой» сумки.

Наконец водители помирились, совместно отмыли салон, и тут же раздался голос диспетчера:

— Семнадцатая, на выезд! Опять на кладбище кто-то чудит! Сторож говорит, крови много…

Волк молча поднялся, один миг — и он уже в салоне. Илья хмыкнул, но не стал повторять номер. На кладбище он ехал рядом с водителем. Обычно это место занимала ведьма, но во время ночных дежурств Красная предпочитала спать в салоне на разложенной каталке, зная, что раньше полуночи ничего не начнется. А сейчас на часах едва половина девятого вечера, и уже вызов?

Доехали быстро. Летом, по сухой дороге — двадцать минут, и вот уже перед глазами знакомые ворота с кованым крестом. Вагончик-бытовка сторожа справа, будка для дневного охранника слева. Снаружи притулились еще деревянные коробки лотков для продажи венков, искусственных цветов и вазончиков для украшения могил. Но торговцы расходились часам к пяти, так что в целом на пятачке у ворот было тихо и пусто.

А вот за воротами…

Кто-то визжал, кто-то бился в истерике, кто-то страшно хрипел. Виртуозно матюкался кладбищенский сторож — полевик на пенсии. Еще громче орала гарпия.

Оценив обстановочку, ведьма натянула защитный костюм.

— Зачем? — моргнул оборотень.

— Василич всегда точные рапорты подает. Сказал «много крови», значит, много, — пожала плечами Марьяна, — не хочу потом форму отстирывать.

Илья молча натянул свой костюм, и Константину пришлось сделать то же. А вот водитель их внезапно вынул из-под сидения обрез и проверил патроны.

— Ты чего, Михалыч? — дернулась ведьма.

— Дорога такая, — туманно ответил заклинатель и вынул футуристический пластиковый водяной автомат с трехлитровым баллоном святой воды.

«Скоряки» переглянулись и проверили «дополнительное оборудование». Если Михалыч собрался оборонять их «карету», значит, дело серьезное!

Ворота открывали осторожно — веткой заговоренной ведьминской осины. Потом плеснули вперед чуток святой воды. Подождали, прислушиваясь к хору воплей и стонов, и только потом вошли. Неровные полосы света метались впереди, метрах в ста от ворот.

— По центральной аллее, — прищурился волк. — Говорил я этим дуракам — не надо площадку делать…

Остальные молча двинулись вперед.

Проблема была старая. Обычно на кладбищах тесно, как в общежитии. Оградки, ряды могил, узкие тропки. Но при закладке этого кладбища решили выпендриться — в центре установить то ли памятник павшим воинам, то ли еще какой мемориал. Заложили основание — высокую площадку с тремя ступенями, роскошную гранитную плиту, и… на этом все. Не успели. Сменилась эпоха. Позже высказывалась дельная мысль установить на плиту часовню, но почему-то чиновники мэрии уперлись, так что площадка пустовала. Почти.

Придурки разной степени вольтанутости непременно выбирали несостоявшийся постамент в качестве алтаря, поливая его кровью, слезами девственниц или пытаясь художественно разложить черного кота. Большую часть идиотов гонял сторож. Кое-кого — полиция. Это даже удобно было — свободная площадка недалеко от ворот, хорошая видимость и слышимость. Но иногда…

Илья поежился и высказал общую мысль:

— Если на каменюке разложились, еще ладно, а если…

— Холодком с Западной аллеи тянет, — поежилась ведьма. — Разгоним придурков, надо будет туда заглянуть… Полнолуние скоро.

Молча кивнув, мужчины выдвинулись вперед. 

Ираида Грозовая аккуратно разливала зелья по флакончикам, нашептывая ведьминские наговоры:

— Сила — делись, тело — крепись, да будет слово мое твердо!

Зяба тихонечко сидел на табуретке и под руку не лез. Домовой и так помогал ведьме в приготовлении зелий — раскладывал травы, мыл флаконы, готовил сургуч для пробок и клейкие листочки для маркировки. А еще не мешал хозяйке думать.

А подумать Ираиде было о чем. Большую часть года ведьма проводила вместе с мужем в столице. Помогала ему в делах Патруля, светила лицом на приемах, успевала варить некоторое количество боевых зелий высокого класса. Но в мае перебиралась в Княжинск вместе с детьми.

Ярослав и Глеб, как все мальчишки, обожали носиться с палками по саду, бултыхаться в пруду, ловить рыбу, кататься на лодке или дремать в гамаке рядом с отдыхающим отцом. Нянька-шишимора присматривала за юными магами, ей помогали домовой, фамильяр Ираиды, стажеры Олега, а также Дарья с Артемом и вампир Илья.

Вот про вампира ведьма и думала, разливая по флаконом зелье силы. Она ведь не просто так по приемам ходила — изучала настроение пьющих кровь. Обстановку, фракции, интересы. Вампиров периодически трясло — то крови им не доливают, то почестей царских не оказывают, но в принципе такое случалось с любыми видами магических существ с периодичностью раз в двадцать-тридцать лет. Подрастало новое поколение, требовались территории, место для достижений и роста.

Цивилизация привела к тому, что те же вампиры могли существовать, не убивая. Пункты переливания крови к услугам. Для самых отвязных — клубы дураков, играющих в «Сумерки».

Ведьмы пошли кто в косметологию, кто в фармацию.

Колдуны стали «трабл-шутерами» и «эффективными менеджерами».

Даже те, кому для существования нужны сильные эмоции страха и боли, недурно устроились — кто в травматологии, кто в «пугающих квестах».

Но тут было что-то иное. Не деление территорий. Жажда могущества? Славы? Кто-то упорно пытался перетянуть Илью в Москву, а если не перетянуть, то хотя бы обременить — долгом, женщиной, привязать к сообществу пьющих кровь стальной цепью. Зачем?

Кому не дает покоя провинциальный мальчишка, зубрящий латынь в медвузе?

Под эти сумбурные мысли Ираида закончила разливать зелья и вздохнула:

— Зяба, прибери, пожалуйста, я к Олегу пойду. Опять он в кабинете засиделся.

Домовой махнул лапкой — иди, мол, хозяйка, сам знаю, и ведьма с долей облегчения отправилась в кабинет мужа — разделить свои тревоги с ним.

Олег Вдовин выслушал жену внимательно — доверял ее ведьминскому чутью, да и просто знал, что ситуация с Ильей просто так не разрешится.

— Может быть, отправим парня к родственникам Артема? В тайгу?

— Бесполезно, — вздохнула Ираида, — кровососы и там достанут. Но главное — мальчик в этом году диплом получает, год учебы до интернатуры… Никуда он не поедет!

— Значит, будем делать все, чтобы он получил образование, — поддержал супругу Олег, — ты же знаешь, у него талант. Любую заразу по крови чует, да еще от вас с Дашей нахватался — умеет и наговор сказать, и руну начертить.

— Думаю, за это на него кровососы и облизываются, — предположила Ираида, — рожденных вампиров мало, высших — и того меньше, а укушенные по сути живые мертвецы. Магия им недоступна. Только их собственные силы.

— Очень может быть, — глава Патруля нахмурился, — и это значит только одно — кровососы опять лезут на чужую территорию. Я, пожалуй, запущу проверку…

— Да, Илье нужно продержаться год, потом можно будет его в ординатуру в тайгу отправить или на Дальний Восток. Посмотрим. Туда, где солнца побольше, а вампиров поменьше.

— Примем как план! — подбодрил жену магистр и даже сделал себе пометку в блокноте. А потом у ведьмы и мага одновременно зазвонил телефон.

— Дежурный Патруля! — нахмурился Олег.

— Марьяна! Она с Ильей сегодня дежурит! — эхом отозвалась Ираида.

***

Гранитный камень действительно был залит кровью. При этом рядом с «каменюкой» никого не было. Шумела «умная» колонка, воспроизводя звуки шабаша из какого-то фильма. Кто-то не пожалел времени и сил, притащил пару ведер субстанции с ближайшей фермы, да еще и антикоагулянта не пожалел. Зрелище было… то еще. Даже привычная ко всему ведьма покосилась на оборотня и вампира — знала, что они по запаху определяют, чья кровь.

— Бычка зарубили, — спокойно сказал Константин, — нет, вру, двух!

— Цитратом натрия несет, — добавил Илья, — и куркумой.

Марьяна поморщилась, она страшно не любила, когда в одном деле смешивалась фармация и ведьминские штучки. Куркума разжижает кровь, но зачем добавлять в бычью кровь дорогую специю, если лимонной кислоты в любом магазине можно купить?

Работники «скорой» осторожно приблизились к разлитой жидкости, присмотрелись и дружно ругнулись — в луже крови стояли свечи, валялись вырезанные из дерева и скрученные из проволоки пентаграммы, тут же плавали какие-то черные лепестки, пластиковые черепушки и косточки — в общем, полный фарш, декорации для дураков. Прибудь сюда обычная бригада «скорой», они бы махнули рукой и вызвали экипаж ППС. Зафиксировали хулиганство и уехали. Но особая «скорая» видела больше. Весь этот декор маскировал настоящее жертвоприношение! Тихое, выполненное по всем правилам и оттого особенно мерзкое.

— Костя, — хрипло спросила Марьяна, — след на Западную аллею ведет?

Оборотень принюхался:

— Туда!

— Вызываем Патруль, мальчики, и… не дергаемся. Я попробую разрядить!

Вампир и оборотень встали рядом с ведьмой, зная, что снимать чужие заклятия — это как малознакомую мину обезвреживать: дернешь не то и улетишь кусочками в ближайшие кусты.

Константин следил за левой частью кладбища, Илье досталась правая, но вампир все равно косился на Марьяну, подмечая, что и как она делает. Слишком долго он прожил рядом с ведьмами и многому у них научился.

Красная выгребла из своей ведьминской сумки почти все и щедро засыпала кровавую лужу сухими травами.

— Илья, дай еще чеснока и полыни, — попросила она, подбираясь по травяной дорожке к центру композиции.

Вампир протянул требуемое и восхитился опытом и аккуратностью ведьмы — она подошла к месту жертвоприношения и действовала двумя палочками из заговоренной осины как вязальными спицами — подцепляла тонкие, невидимые силовые нити и раскладывала по сторонам, пытаясь разобраться в их хитросплетении. При этом Марьяна бормотала себе под нос:

— Странно, не пойму, что, почему и зачем… Жертва, но для чего? Почему так? И… мальчики, нам все же придется идти на Западную аллею, точнее — бежать! Костя, помоги!

Оборотень как репку выдернул ведьму из кровавой лужи, и все трое, схватив свои чемоданы, потрусили в указанном Марьяной Красной направлении.

— Не могу понять… — бормотала она на бегу, втягиваясь между мужчинами на узкую тропинку, по которой вилась нитка силы, — на кой привязка к алтарю, а жертва в стороне? Не…

Они пробегали под склонившейся в дугу березкой, когда на них хлынула кровь. Впереди бежал оборотень, его почти не зацепило — так, несколько капель. Ведьме плеснуло на спину и волосы, а вот Илью… Молодого вампира окатило с головы до ног. Густая жидкость попала в глаза, в рот, в нос и в уши — кровь буквально пропитала бледную кожу, и в этот же миг лопнула нить привязки…

— Костя, держи его! — взвизгнула ведьма. — Держи!

Оборотень развернулся, увидел, как изменилось под кровяной пленкой лицо стажера, и рыбкой прыгнул на Илью, вдавливая его в асфальт…

Ведьма выхватила из кармана телефон и нажала тревожную кнопку:

— Патруль? Срочно на кладбище! Высшего вампира искупали в жертвенной крови! Нет, не сам! Ловушка! Это не важно, нам нужна серебряная сеть, и еще вызывайте Ираиду Грозовую! Это ее племянник!

Сунув телефон обратно, ведьма принялась по кругу обходить оборотня и вампира, низко напевая на одной ноте колыбельную. Те боролись, не замечая происходящего. Волк брал опытом и массой, вампир крутился ужом, пытаясь вырваться и трансформироваться.

Марьяна старалась усыпить бойцов, но ничего не получалось — они только слегка замедлялись, и все. Вообще, вербальная составляющая у нее была слабовата, но кто ж знал? И что за сволочь устроила такую ловушку? Ежику понятно, что весь кровавый душ попал на того, кому предназначался, но для чего? Как? И… где жертвы?

Она пела и думала, пела и думала, но вместо помощи налетели летучие мыши — набросились, пища и царапаясь, поливая ведьму пометом, пытаясь забраться к ней в волосы. Если бы Марьяна была чуть моложе — могло сработать, но ведьма закрыла глаза, сдернула ветровку и, отмахиваясь от стаи, продолжала петь.

Ее монотонная мелодия не давала вампиру завершить трансформацию, и это было хорошо. Волк еще держался, но Красная видела, что еще чуть-чуть, и вампир скинет оборотня, и только высшие силы знают, чем это закончится!

Спятивший Высший, в двадцать лет прошедший все стадии от юного вампира до матерого кровососа, под влиянием жертвенной крови… Это опасно! Если не сойдет с ума, проходя все стадии взросления за считаные минуты, может обрести жажду и напасть на человека. Может одичать, поддавшись инстинктам, да что угодно может произойти, и непременно будут жертвы!

Высший вампир — не щеночек на прогулке, это хищник, вырвавшийся из клетки условностей и социального давления… Илья неплохой парень, но что у него внутри? Устоит ли он?

Пока Марьяна размышляла, стая летучих мышей расселась на той самой березе и словно затаилась. Это было плохо. Они чувствовали энергетику происходящего и… Призраки! Ведьма схватила мешочек на поясе и щедро рассыпала вокруг соль с перцем — и от собак помогает, и от призраков. Но что заставило неприкаянные души примчаться сюда, окутать «скоропомощников» потусторонним холодом и неслышно завыть, так что откликнулись все собаки в округе?

— Ах ты ж, волчье семя! — выругалась ведьма, сообразив, что происходит.

Услышав вой собак, оборотень оторвался от вампира, приподнялся, напружинился — вот-вот сорвется с места! Что делать? Патруля не видно, Ираиды тем более нет, и тогда Марьяна сделала то, что спасло всех:

— Кусай его! Костя! Кусай его и лей кровь!

Волк дернул головой от неожиданности, а потом от хука от вампира. Разозлился, придавил парня массой и сделал то, что просила ведьма — укусил вампира за шею, сбивая болью его трансформацию, а потом, вжикнув клыком по запястью, плеснул в рот вампира свою кровь. Ведьма подскочила и добавила своей, крича при этом:

— Только попробуй мне сейчас улететь, кровосос! Поймаю и на цепь посажу! Серебряную!

Илья трепыхнулся, дернулся, затих, а потом… извернулся и принялся сташнивать все проглоченное — и жертвенную кровь, и кровь соратников. Полоскало его знатно. Уже и Патруль прибыл, и Грозовая примчалась, а парнишку все выворачивало в стороне от тропинки.

Пожеванный оборотень и помятая ведьма коротко все рассказали и показали. Впрочем, эксперты Патруля и сами все видели — и шутовскую бутафорию, разбросанную поверх следов настоящего обряда, и тела жертв, припрятанные тут же, за старым склепом, и бьющегося под серебряной сетью парня, который за один раз прошел все семь стадий взросления вампира.

Ираида сидела рядом с племянником и передавала сквозь ячейки пакеты с донорской кровью, бутылки с водой и влажные салфетки. Хмурый Олег с подчиненными обшаривал кладбище, попутно успокаивая возмущение эфирного поля, вытаскивая из ближайших к березе могил «призрачные фонарики», стирая знаки, призывающие призраков к определенному часу, и складывая все это в мешок с уликами. Отдельно фиксировались следы управления стаей летучих мышей и… нападение на машину «скорой». Маг-путевик не зря приготовил свое оружие — пришлось и от внезапно одичавших собак отбиваться, и призраков святой водой разгонять, и ловить бегущих с кладбища придурков, которые стали невольными свидетелями всего произошедшего.

Когда рассвело, вампиру стало легче. Его закутали в сеть поверх одежды, усадили в машину к Ираиде Грозовой и отпустили. Олег сам отвечал за воспитанника жены и подписал бумаги о полной ответственности. Впрочем, с главы Патруля их никто бы и не спросил, но Вдовин сам устанавливал правила и сам их выполнял.

Последними с кладбища уходили уборщики. Они подтерли все следы, прошлись по дорожкам вениками из полыни, присыпали кровь опилками и солью, а потом собрали покрасневшие стружки в мешки — жертвенная кровь опасна, лучше все сжечь, а пепел закопать поглубже.

Едва последние патрульные ушли, из сторожки, зевая, выбрался сторож. Вздохнул, потянулся и взялся за метлу — скоро приедут первые торговки, надо вымести площадку, опустошить мусорницы, проследить, чтобы на могилах, за которые платят, все было в порядке. И заодно ППС вызвать — опять какие-то подростки на плите свечи жгли и краску мазали! Достали уже! Хулиганье!

Ираида увезла Илью в загородный дом Вдовиных — в то самое бывшее здание пожарной охраны, которое Олег купил, когда вернулся в Княжинск. Самое защищенное здание в пригороде.

Вампир сидел рядом с ней и крепко держал за руку, пока один из помощников главы Патруля крутил руль. На выходе ведьма поправила на парне серебряную сетку и молниеносно затащила в дом. Там под прикрытием обережной магии сама распутала племянника и повела на кухню:

— Давай-ка чаю горячего и поедим. Утро уже. Потом, если сумеешь — поспи, если нет — поговорим.

Илья молча кивнул. Он боялся открывать рот — острые иглы клыков неудержимо лезли из десен, причиняя физическую боль. Эта боль отодвигала желание броситься на ведьму, впиться в ее горло и опустошить. Ведьмы для вампиров — наркотик. А уж такие, как Ираида — сильные, здоровые, обладающие хорошим потенциалом, — вообще магнит, но он никогда не посмеет укусить близкого человека. Никогда!

Горячий чай, как ни странно, помог. А может, все дело в привычной обстановке — знакомая до мелочей кухня, аромат ведьминских трав, горячая солянка, поданная в керамической миске по всем правилам — с ломтиком лимона и маслинами. Илья ел суп и прислушивался к ощущениям. Клыки — ладно, человеческая еда помогла их спрятать, но адски чешутся лопатки, ноют кости, похрустывают от напряжения мышцы. То, что его остановили на кладбище — не конец.

Когда суп был съеден, чай налит по второму разу, а в центр стола выдвинута вазочка с печеньем, Ираида, глубоко вздохнув, сказала:

— Олег прислал подробности. Судя по всему, ловушка приготовлена на тебя… И ты почти попался!

— Почти? — хмыкнул Илья.

— Почти, — подтвердила ведьма. — Судя по следам и приготовленным ловушкам, ты должен был обернуться на месте, выпить своих спутников и, обратившись летучей мышью, попасть в стаю. Стая же под управлением неведомого пока анималиста могла увести тебя как угодно далеко.

— Даже в Москву? — недоверчиво уточнил Илья.

— В центр — маловероятно, а вот в пригороды… запросто. При этом за спиной ты оставил бы парочку трупов, а может, и больше, скандал и разбирательства. Испуганный болью и сотворенным, поскитавшись по чердакам и подвалам, куда бы ты пошел?

— Я? — парень нахмурился. — В Патруль!

— Сомневаюсь, — покачала головой ведьма, — точнее, думаю, ты бы туда не дошел. Перехват на подступах или отлов всей стаи, и… сердобольный кровосос предлагает бедному забитому студенту помощь в обмен на… что-то.

— Что-то?

— Мы так и не поняли, что им нужно, — дернула плечом женщина. — Попытки тебя охмурить, женить, вывезти в Москву или просто подставить преследуют непонятную для нас цель. У Даши есть предположение, что тебя хотят забрать в лабораторию. Ты, наверное, слышал краем уха, что вампиры продолжают свои попытки увеличить количество высших.

— Слышал, — мрачно ответил Илья. Еще бы ему не слышать! С шестнадцати лет ему каждый сезон приходили приглашения на вампирские балы.

В первый раз он удивился — зачем его приглашают, ведь он никто и даже танцевать не умеет? Тетушка тогда пояснила, что по сути эти балы — смотрины. Женихи и невесты знакомятся под присмотром старших, заключают помолвки, объявляют о грядущих союзах. Вампиры не женятся на «еде», ищут пару среди своих, но… любовниц и любовников никто не отменял, как и попытки завести детей в тайной надежде, что родится Высший.

А если отцом станет уже рожденный Высший? И осеменит не случайную девчонку-студентку, а подготовленную в лаборатории женщину с набором подходящих генов?

В общем, после того разговора Илья спокойно выбрасывал приглашения, сторонился случайных подружек и вообще весьма осторожно относился к новым знакомствам.

— В любом случае нужно понять, что с тобой произошло. Стихийную трансформацию сбили, но какой ценой! Олег просит тебя после отдыха спуститься в его лабораторию, сдать анализы и кое-что попробовать сделать. Но после отдыха!

— Хорошо, спасибо, тетя Ира, я к себе! — сказал Илья и ретировался из кухни. Очень уж плотно аромат ведьмы окутывал все вокруг. Опасно!

В своей комнате его опять отпустило. Он лег на кровать поверх покрывала и уставился в потолок. Потом вообще закрыл глаза, пытаясь вспомнить все, что произошло на кладбище и как это отозвалось в его теле.

Сначала были настороженность и предвкушение — иногда погоня за придурками, желающими умертвить на кладбище черного кота, превращалась в лихие «догонялки» с препятствиями. Но, ощутив настоящую волшбу, он напрягся. Пока Марьяна распутывала нити жертвоприношения, что он чувствовал? Что уловил краем глаза? Почему крутился на месте, ловя недовольный взгляд оборотня? Да потому… что за ними наблюдали! И взгляд этот словно бы… дробился!

Опять стая? Уже темнело, летучие мыши могли скрыться на любом дереве и дать именно такую рассеянность взгляду колдуна. А почему колдуна? Потому что ведьмы смотрят иначе. Они женщины и в любой ситуации оценивают мужчину как мужчину. А этот взгляд тянул холодом.

Мог ли стаей управлять вампир?

Вот тут Илья задумался и даже полез в особый раздел интернета — побольше узнать о способностях высших. Однако ничего полезного не нашел, лишь туманные упоминания о том, что у рожденных высших вампиров есть какие-то особые способности, но непонятно какие.

Ладно, черкнув по студенческой привычке вопросик в блокнот, Илья вернулся к своей памяти. Когда они помчались по дорожке, сначала впереди бежала Марьяна — она видела нить магии, она вела, но через десяток шагов, когда они свернули с широкой площадки возле камня на узкую аллейку, ее обогнал Константин. Оборотень был их силовиком и в принципе часто прикрывал Марьяну телом, зная, что именно ведьма способна прикрыть всех магически. Илья, как стажер, бежал позади. Так почему кровь из ловушки выплеснулась на него?

Прикрыв глаза, парень еще раз восстановил момент. Вот Костя добежал до березы, чуть пригнулся — ростом волка Бог не обидел, и рванул дальше, что-то зацепив по пути. Это что-то располагалось уже за березой. Марьяна не отставала от оборотня, и ей плеснуло на спину, а вот Илью окатило целиком. Потому, что так и было задумано! Тактику боевых построений знают все, кто хоть раз играл в силовую игру — впереди бугай, за ним командир, сзади те, кто умеет кидать далеко и метко. Куда поставят худощавого вампира, и так понятно. Впрочем, возможно, за особенным экипажем просто наблюдали? Раскусить, как они побегут навстречу опасности, несложно…

Ладно, ловушка действительно для него.

Только что с ним произошло, когда кровь хлынула сверху и попала в организм? Он ведь вампир! Кровь пил почти каждый день — понемногу. Именно так посоветовал в свое время Олег Вдовин. Ровный фон, привычный уровень силы, без перепадов. Просто стаканчик на завтрак или на ужин, как удобнее. Илья выбрал завтрак и следовал расписанию много лет. Но даже недельная порция крови, влитая в него после автомобильной аварии, не давала ему такого всплеска сил, который дала красная жидкость, упавшая на кожу! Почему?

Пришлось снова залезть в интернет-справочник.

А, понятно. Жертвенная кровь, отнятая насильно во время ритуала, дает больше сил, подталкивает трансформацию, и вообще для вампиров что-то вроде витамина роста. Однако такая кровь находится под контролем Патруля и самих пьющих кровь.

Очень часто на ритуал уговаривают смертельно больных людей за деньги и потом выдают эту кровь пробирками на совершеннолетие, к свадьбе или там к очередному служебному званию. А на Илью вылилось почти ведро…

Теперь бы еще понять, что сотворила Марьяна, заставив оборотня укусить вампира. Боль — ясно, отвлекла. А слюна, угодившая в кровь? А кровь самой Марьяны? В общем, хочешь не хочешь, а надо сдаваться в лабораторию. Хотя бы для того, чтобы знать — чем ему грозит такое «купание» и чего ждать от себя в будущем.

Пока молодой вампир мучил свою память, разбирая произошедшее на молекулы, глава Патруля соединял показания.

Отчет оборотня, отчет ведьмы, отчет водителя, отчеты спецов, прибывших по тревожному звонку, короткое сообщение Ираиды — туда же. Понятно, чего хотели добиться, непонятно, что в итоге получилось. Марьяна… рискнула, а вот есть ли от этого риска толк?

Вздохнув, глава Патруля составил общую резолюцию и отправился домой. Поцеловать жену, съесть ужин и… поговорить с высшим вампиром, который внезапно повзрослел лет так на триста… Или на пятьсот?

Пока Олег ел и слушал жену, в загородный дом привезли кое-какое оборудование из офиса. Так удобнее, тише и свидетелей меньше. Неизвестно, что покажет измеритель, и покажет ли он что-нибудь вообще. Илью в детстве даже Охотники приняли за человека, а с той поры он научился не только контролировать жажду и скрывать клыки, но и вписал эту свою «особенность» в обыденную жизнь. Стаканчик крови выпивает словно лекарство, что-то вроде витамина Д в жидкой форме, и живет самую обычную человеческую жизнь. Что с ней станет, с этой «человеческой» жизнью, теперь?

Не успел глава Патруля закончить свою мысль, как вампир зашел на кухню:

— Олег Николаевич, добрый день! Я готов к лаборатории, — сказал он спокойно, однако маг заметил, что вампир встал так, чтобы легкий сквознячок обдувал его лицо, сметая аромат Ираиды. Молодец парень! Но…

— Идем, — довольно сухо сказал мужчина.

Они спустились в подвал, и Олег сам запер за ними тяжелую дверь.

— Сначала анализ крови, измерение физической силы, потом стадии трансформации в закрытом помещении, — сказал глава Патруля. — Все фиксируется для Инквизиции. Начнем!

Включив камеру, Вдовин четко проговорил число, месяц и год. Причину записи и процесс взятия крови у молодого вампира. Пока центрифуга крутила кровь, выдавая цифры под камеру, Илья принялся наносить удары, поднимать тяжести и ломать подковы — все с видеофиксацией. Выяснилось, что уровень физической силы молодого вампира вырос в пять раз!

— Значит, все же пятьсот, — буркнул себе под нос Олег, занося данные в реестр.

Последнее испытание — серебряная клетка и трансформация.

Илья хозяйственно разделся, вошел в клеть, и Олег запер ее на простой засов.

— Так, поэтапно! — сказал он, переводя камеру на клетку и приближая ее к прутьям. — Первый уровень трансформации — появление клыков!

Илья кивнул, приоткрыл рот, чтобы привычно выпустить игольчатые зубы. Ими легко прокалывалась не только человеческая кожа, но и пакеты с кровью. Впрочем, такими штучками он баловался лет в четырнадцать, вовсю воюя с подростковыми гормонами. Потом успокоился и предпочитал наливать кровь в стаканчик и выпивать словно лекарство — залпом. Клыки иногда выпускал, задумавшись, но скалился тихо. Теперь же Илья зашипел, словно вода на раскаленной сковородке, слишком широко открыл рот, уши удлинились, глаза покраснели, кожа обтянула слишком острые скулы, потому что нижняя челюсть распахнулась так, что в пасть мог влезть небольшой мяч… или шея борца!

— Пятый уровень, — горестно вздохнул Олег, делая пометки.

Илья встряхнулся, вернул себе человеческий облик и уточнил:

— Пятый — это?..

— Пятисотлетний высший вампир, — подтвердил свои опасения глава Патруля. — Так, следующий этап — когти.

Илья сосредоточился, зашипел, выпустил клыки и протянул вперед руки, и вот тут Вдовин поперхнулся. Вместо «классических» черных когтей вампира, похожих на человеческие ногти, только более длинные и острые, на руках Ильи появились загнутые узкие когти… волка!

— Твою ж… — Олег удержался от ругани. — Так, стой, фиксируем! Волчьи когти. Интересно, что повлияло — слюна Константина или его кровь? Хвост не режется, случайно? — нервно пошутил маг, а вампир в ответ повернулся к нему голым задом. — Так и запишем: хвоста нет!

Илья снова вернул себе человеческий облик и, передернув плечами, почесал лопатки.

— Ага, — буркнул под нос Вдовин, — третья стадия трансформации, что там по списку? — он заглянул в телефон. — Превращение в летучую мышь… Пробуй!

Парень зашипел, вздрогнул, дернулся, упал на пол, а поднялся… огромной летучей мышью с размахом крыльев в полтора метра! Серебристо-серая пушистая грудка наводила на мысли о волчьей шкуре, как и хищная оскаленная пасть.

— Красавчик, — буркнул маг, когда мышь зашипела на него. — Четвертую стадию сможешь? Нет? Уф-ф, уже радость, ладно, возвращайся!

Илья трансформировался в человека, но выйти из клетки не смог — лежал на полу и смотрел в потолок.

— Силы кончились? — сообразил Олег. — Сейчас крови принесу!

— А четвертая стадия вообще какая? — поинтересовался вампир, как в пубертате прокалывая клыками пакет и высасывая его досуха.

— Стая летучих мышей, — объяснил глава Патруля, — но четвертая стадия среди пьющих кровь — редкость. А пятой вообще достигли всего четыре вампира за весь период работы Патруля.

— Пятая? — недоуменно покрутил головой парень.

— Туман пятая стадия, — вздохнул магистр, — самые старшие Высшие могли развеяться туманом и… потом собрать себя снова.

Илья задумчиво покачал пустым пакетом и поднялся:

— Почему трансформация выкачала из меня все силы?

— Потому что организм не привык, — пожал плечами Олег. — Когда первый раз поднимаешь штангу — стонешь, и потом все болит, а в сто первый раз ты ее просто поднимаешь. В тысяча первый ты не замечаешь, что поднял штангу — просто выполняешь привычное действие.

— Понял, дело в тренировках, — парень посмотрел на пустой пакет, — потребуется больше крови.

— Кровь дадим, — ответил глава Патруля, — но тренировки только здесь.

— Почему? — спросил удивленно Высший и тут же сообразил: — А, да… Пока не научусь контролю, буду трансформироваться здесь.

— И учти, что тот, кто поставил на тебя ловушку, очень надеется, что в ближайшее время ты вылетишь на прогулку, — напомнил ему Вдовин.

Илья поморщился, но не возразил.

Занеся в протокол результаты анализов и всех испытаний, Олег отпустил парня и уставился на разноцветную решетку диаграмм. Марьяна даже не поняла, что сотворила. Ладно, вампир с волчьими когтями и серебристым пухом по мышиному телу — всякое бывает, но теперь в крови Ильи красиво плавали частицы, которые имелись только в крови ведьм, а это значит, что в теории высший вампир мог владеть не только простейшим телекинезом, левитацией или внушением — он мог обращаться к силам природы. Только к каким?

Олег почесал голову и выругался — Марьяна Красная лучший врач «скорой», потому что она ведьма крови! Частицы ее силы вплелись в трансформацию Ильи, дополнились волчьей кровью, и… кажется, тот, кто хотел получить испуганного и дезориентированного Высшего, чтобы взять мальчишку на поводок, очень сильно просчитался! Илья способен удивить!

Хмыкнув, глава Патруля аккуратно подчистил заключение и удалил все данные с центрифуги, запустив несколько раз анализ собственной крови. Потом тщательно запер помещение, проверил защиту и отправился наверх — к семье. Даша и Артем должны уже приехать и привезти детей. Пока в городе ищут создателя ловушки, семья соберется в одном месте — так безопаснее.

Вдовин не знал, что, едва он покинул кабинет, как из системы вентиляции просочился белесый туман. Повисел над полом и через некоторое время трансформировался в элегантного, старомодно одетого мужчину с красными глазами и неестественно бледной кожей.

Незнакомец обошел помещение, постоял у клетки, крутанул центрифугу, хмыкнул и снова растворился туманом. Белесое облачко втянулось в вентиляцию и пропало. Наверху вздрогнула Дарья. Как ведьма-обережница, она чувствовала свою волшбу очень тонко. Молодая женщина огляделась, поежилась, но списала все на волнение:

— Мама, папа, — сказала она с улыбкой, — у нас будет ребенок!

Ираида и Олег улыбнулись, потянулись обнять дочь, а над ее головой переглянулись и, слегка нахмурясь, посмотрели на Артема — оборотня-тигра и мужа дочери. Тот понятливо прикрыл глаза. Как Палач патруля, он давно знал о попытках увести Илью из семьи. Слышал о переполохе на кладбище, да и вообще отслеживал ситуацию с кровососами, как мог.

Беременность Дарьи — ведьмы вне категорий, в которой волей судьбы смешались все стихийные направления, становилась точкой уязвимости для всей семьи. Детей уже рожденных охраняли надежно, да и нападение на малыша осудят сами иные. А вот взрослая ведьма… Живота еще не видно, можно все списать на ошибку или вообще обвинить саму Дашу.

Тем не менее Дарью поздравили, порадовались за нее и настоятельно отправили отдыхать — в компании грозного супруга. А старшие члены семьи, плюс вампир, остались на кухне.

— Что с результатами? — негромко спросила Ираида, вновь разливая чай — на этот раз с отчетливым ароматом валерианы.

— Марьяна напоила Илью своей кровью, плюс Константин вмешался, изначальный настрой неизвестному подпортил, — ответил Олег. — И все равно лет на триста наш мальчик скакнул.

— А должен был? — нахмурилась Грозовая.

— А должен был примерно на пятьсот, — вздохнул Вдовин, — я расчет в таблицу загнал, следы жертвоприношения как реперные точки обозначил…

— А… сколько жертв нашли? — спросил глухо Илья, пряча нос в чашке с остро пахнущим чаем.

— Не поверишь, — ответил Олег, наблюдая за маневрами подопечного, — все жертвы были добровольными!

— Что-о-о-о? — хором протянули тетушка и племянник.

— А то, что из этого дела опять торчат уши кровососов, прости, Илья!

Парень отмахнулся.

— У каждого в кармане лежала записка: «В моей смерти прошу никого не винить, устал». Половина найденных — пациенты онкодиспансера, остальные — из ПНД или стардомов.

Ведьма и вампир ошеломленно молчали.

— И судя по улыбкам и спокойствию, им всем сделали уколы, снимающие боль и страх, — продолжил Олег. — Полиция в шоке, по сути, все это выглядит как коллективное самоубийство. Отпечатки на системах переливания, записки, закрытые долги и прочее, людей готовили несколько недель, и никто ничего не заметил и не понял…

— Так сколько их было? — внезапно настойчиво уточнил Илья.

— Двенадцать, — со вздохом ответил Олег.

— Полный круг, — вздрогнула Ираида. — Неужели… опять?

— Мы всех проверили! — Вдовин встал, подошел и обнял жену. — Это все просто люди!

— Дядя Олег, — напряженно сказал Илья, — а когда у этих людей дни рождения?

— Хм, сейчас гляну данные, мне скинули список… — глава Патруля углубился в телефон и через пару минут ошеломленно поднял голову: — Они все родились в разные месяцы! Все двенадцать!

— Полный годовой цикл, — голос Грозовой снова дрогнул. — Не знаю, как у вампиров, а у ведьм годовой круг может собираться из рожденных в разные месяцы! И у шаманов тоже!

— Так, дам задание аналитикам… Артем, — Олег не стал тянуть, набрал номер зятя, — Леди дерни и Леночку, пожалуй, мне нужна их помощь! Лучше лично, чтобы не устраивать панику!

Положив телефон, Вдовин взглянул на Илью:

— Не знаю, что это за хрень, мелкий, но, похоже, Марьяне и Константину ты теперь должен.

Молодой вампир только кивнул. Чувствовал он во всей этой истории двойное дно, если не тройное. Только сделать пока ничего не мог — не понимал, куда и как двигаться.

Получив звонок от тестя, Артем немедля «передал дальше по команде» и вызвал в бывшую пожарную часть аналитика и технаря группы.

Вообще, его команда предпочитала жить в Москве, но по необходимости моталась по всей стране. Получив распоряжение и намек на сложное дело, Леди вдруг сама вышла на связь и написала командиру, что Мятого и Боречку тоже стоит вызвать. В этом Артем с ней спорить не стал — знал, что чутье у этой стервозной особы есть, и пользуется она не только таблицами «Excel» и гадальными картами, но и широким спектром инструментов, доступных медиуму, пифии и высокоранговой ведьме. В общем, если Леди сказала звать всю команду, значит, всю!

Отбив звонок, Артем приобнял жену, поцеловал и нарочито строго спросил:

— Кого ждем?

— Трамвай! — хлопнула в ответ ресницами Даша.

Оборотень боднул ее в плечо лбом, вздохнул, потерся щекой, как большой кот, и сказал:

— Да-а-аш!

— Ладно-ладно, — вздохнула в ответ супруга, — если честно — сама еще не знаю, рано. Я бы и не заметила, но дети у прабабули сейчас, я за ними заехала, а она меня на пороге встретила, сказала, что мне себя беречь надо, и добавила, что Арине и мальчишкам у нее сейчас безопаснее. Я сразу в аптеку и забежала…

Тигр обнял жену, ласкаясь, впитывая ее тепло и совсем чуть-чуть изменившийся запах. Все верно, пока еще практически незаметно, только вот… Увлекшись, Артем прижал свою ведьму покрепче, она сдавленно пискнула, и… здоровенного мужика откинуло в сторону, изрядно приложив об стену.

— Ой! — перепугалась молодая женщина, вскакивая с кровати.

— Все хорошо, — поморщившись отозвался муж, стараясь не двигаться, чтобы не сместились переломанные кости.

Не будь он оборотнем, пришлось бы вызывать «скорую помощь», а так — он плавно перетек в звериный облик, полежал, чувствуя, как, потрескивая, затягиваются переломы, потом аккуратно встал, подошел к жене и боднул ее тяжелой головой, утешая.

— Прости, Темочка, — Дарья уже плакала, — сама не понимаю, что случилось!

— Дашуня моя, ну не плачь! — тигр снова стал человеком. — Ты забыла уже, как кидалась тарелками, когда Аринку носила? Все хорошо, я просто был неосторожен. Давай-ка полежим, тебе сейчас волноваться нельзя, я тебе помурчу, а ты поспишь!

Уговорами и мурчанием Артем уложил жену в кровать, закутал в одеяло, как в кокон, и все же добился того, чтобы она уснула. Потом неслышно, как кот, вышел из комнаты и отправился на кухню в надежде перехватить Вдовина:

— Олег Николаевич! — окликнул он главу Патруля, увидев его в коридоре.

— Да, Артем, — отозвался тот.

— Я вызвал всю команду, Леди сказала, что понадобятся все.

Вдовин помолчал, потом заговорил:

— Раз Леди так считает, значит, ты поступил правильно. Что-то еще?

— Даша… снова нестабильна. Приложила меня об стену на инстинктах. В общем, я сейчас очень нужен здесь.

— Я это сразу понял, — отмахнулся Олег, — не переживай, если будут срочные вызовы, отправим сменщиков.

Артем явно выдохнул. Он активно работал в Патруле до женитьбы и немного после, но, когда беременность Дарьи стала явной, кошак взбунтовался и потребовал охранять потомство. Вообще, в природе тигры не живут на одной территории — встречаются во время брачного сезона, а потом разбегаются, и мамаша-тигрица сама поднимает и кормит потомство, но оборотни дело другое — инстинкты зверя перекрывались человеческим разумом и ощущением беспомощности рядом с любимой женщиной.

В общем, полгода до родов и примерно столько же после Артем жену и дочь носил в зубах — поначалу эмпирически, а после и фактически. Маленькая оборотница папу обожала еще и потому, что могла с ним играть, не сдерживая силу.

В ближайшее время ни Артем, занятый службой, ни Даша, успешно делающая карьеру, о втором ребенке не помышляли, но вмешался случай или…

Завершив разговор с тестем, тигр вернулся на кухню и сунул нос в стоящие всюду коробки с травами. Перебрал, принюхался — ничего незнакомого или опасного не учуял, зато наткнулся на Зябу — домового Ираиды.

— Чего, кошак, ищешь? — нелюбезно заявил дрожащий старичок, закутанный в теплую шаль из козьего пуха.

— Травы… для зачатия, — признался Артем.

— Нету тут таких, — махнул лапкой домовой, — не требуются никому.

— Тогда почему Даша так внезапно забеременела? — прищурился тигр. — Мы же предохранялись!

Ему показалось — задребезжало стекло в старой деревянной раме, но нет, это, оказывается, засмеялся домовой:

— Такой большой вырос, а не знаешь, что женщина беременеет, когда того хочет Бог, а ведьма — когда ее ребенку пора появиться на свет!

Артем передернул плечами и ушел с кухни. Пусть он женат на ведьме, да и сам с детских лет общается с магами, колдунами и прочей паранормальщиной, но всегда находился какой-то аспект жизни, который повергал его в состояние неопытного младенца. Такие моменты тигр очень не любил.

Он решил прогуляться и вышел во внутренний дворик. Там на зеленом газоне сидел Илья. Обнаженный по пояс парень в одних штанах медитировал. Что-то у него не получалось, так что вампир раздраженно шипел и снова пытался погрузиться в спокойное состояние.

Артем хотел было пройти мимо — зачем мешать чужим усилиям, но Илья вдруг открыл глаза и позвал его:

— Тем, посиди рядом, очень надо!

— Без проблем, но зачем?

— Ты… котом пахнешь, — вздохнул Илья, — запах ведьм перебивает. Мне… сложно.

— Крови принести? — сразу отреагировал тигр.

— Да я уже пять пакетов выпил! В ушах булькает! — отмахнулся вампир. — Это жажда не крови, а силы! Олег сказал сидеть и медитировать, пока не отпустит. Если совсем невмоготу будет — спускаться в подвал, в клетку…

Артем понял, что дело непростое, и сел на траву рядом с родичем жены.

— Так, давай еще раз по пунктам. Ты сыт, но все равно тянет укусить ведьму?

— Угу, — буркнул парень.

— Как алкоголика к бутылке?

— Наверное, похоже, — пожал плечами вампир. — Я же не пью.

— А что, если тебе выпить? — внезапно пришло в голову тигру. — Ты же высший, тебя алкоголем не убить…

Илья задумался, но мотнул головой:

— Если перестану себя контролировать, будет плохо.

— Может, попробуем напоить тебя в клетке? Не сильно, — не отступал тигр. — Пойми меня правильно, ты классный парень, но Даша беременна… я не могу рисковать женой и ребенком.

— Давай попробуем, — сдался Илья, понимая, что альтернативой может быть постоянное пребывание в клетке.

Они спустились в подвальную лабораторию, прихватив корзинку снеди, бокалы и несколько разнообразных бутылок из бара.

— Так, смотри, начнем с чего-то легкого, чтобы проверить действие. Вино или пиво?

— Давай вино, пиво так воняет, — поморщился вампир.

Оборотень плеснул понемногу в два бокала, вынул из корзинки тарелку с сырной нарезкой и фрукты.

— Пробуй!

Илья потянул носом, поморщился, но сделал пару глотков:

— Ну и гадость! — сказал он, отдышавшись.

— Зажуй сыром или виноградом, и… — тут оборотень вынул прихваченную на кухне бандану тещи. — Как тебе запах?

Вампир принюхался, поморщился:

— Чую, но уже так не тянет. Этот гадкий привкус на языке отбивает нюх.

— Хм, — задумался Артем. Ему, как крупному хищнику, спиртное тоже не нравилось. Но иногда в критических ситуациях он его использовал. — Так, может, тебе не пить, а только нюхать? Налить немного на вату вместо нашатыря?

— Я так совсем нюх потеряю, — поморщился Илья.

— Давай проверим! Понюхай бокал, а потом косынку!

Вампир, кривясь, вдохнул поглубже запах вина, потом уткнулся носом в бандану:

— Работает! Я почти не ощущаю запаха, и даже не тянет искать Дашу!

— Во-о-от, значит, накапаем вина в маленькую фляжку, и будешь носить с собой. Как только возникнет желание кого-нибудь «прикусить», сразу нюхай! У нас так котят приучают всякую гадость не есть, клопа-вонючку под нос суют!

— Да я уже и на клопа согласен, — мрачно сделал вывод Илья.

Фляжка с вином в качестве нюхательной соли действительно помогла. Побочным эффектом стало сильное притупление обоняния, что мешало Илье при диагностике и немного в жизни, но в целом его радовал результат — он спокойно общался с семьей, ездил на практику и занимался привычными делами, не отвлекаясь на внезапные позывы выпить собеседника.

Что удивительно, даже норму крови пересматривать не пришлось — Илья просто увеличил в рационе количество печени, яблок, гранатового сока и красного мяса.

— Не могу понять, как это работает, — сказал Олег, сделав повторные анализы, — но похоже, Марьяна и Константин добавили тебе своих данных. Ты ешь мясо, как волк, и восстанавливаешься продуктами с высоким содержанием железа, как ведьма крови. Скорее всего, нападающий ожидал другого эффекта…

— Почему? — удивился Илья.

— Потому что в пункты переливания крови внезапно явилась проверка из министерства, — ответил Вдовин, изучая результаты анализа крови вампира. — Судя по всему, искали большую недостачу. Очень большую!

Вампир понимающе кивнул.

Он стоял на учете как молодой человек, нуждающийся в переливании крови, но под этот диагноз выделялось не более четырех пакетов крови в месяц. Обычному вампиру этого было маловато. Кто-то брал кровь на черном рынке, кто-то добавлял кровь животных, в общем, как-то справлялись. Илье раньше хватало официальной порции — как высший, он спокойно ел человеческую еду, а уж стейк с кровью никого не удивлял даже в провинции.

— Но я не слышал, чтобы высшие пили больше крови, — нахмурился Илья, пытаясь быстро найти информацию в специальном интернете.

— А ты видел много высших? — полюбопытствовал Олег.

— Видел кое-кого, еще когда с мамой жил, — вспомнил парень, — они раз в полгода-год приезжали, чтобы узнать, как живу и расту.

— Скорее всего, это были молодые высшие, возможно, рожденные, как и ты, — отозвался Вдовин. — Я тут пытаюсь найти информацию о Древнейших…

— Кто это такие? — заинтересовался Илья.

— Это высшие вампиры, прожившие очень много лет. Некоторые уже по тысяче. Раньше я считал их чем-то вроде фольклора, но, став главой Патруля, узнал, что такие действительно есть. Правда, они не посещают собраний, да и вообще предпочитают никак не светиться в обществе, но полагаю, у них все же есть какие-то интересы.

Молодой вампир задумался:

— Зачем я тысячелетнему вампиру? Я для него младенец!

— Уже не младенец, — мотнул головой Вдовин, — тебя разом вырастили до почти взрослой особи, и явно намеренно. Кому еще это может быть нужно?

Почесав в затылке, Илья вынужден был признать — он и сам не знает, кто и зачем это сделал.

Странностей в копилку добавила команда Артема.

Прибыв в Княжинск, Леди, Боречка, Леночка и Мятый не сумели найти никаких следов организатора масштабной акции на кладбище. Деньги донорам крови переводились с временных счетов каких-то замшелых организаций, в которых велась чуть ли не колхозная бухгалтерия на коленке. Правда, тут ниточку, кажется, поймали. Артем обрадовался и отправил человека с проверкой по адресному переводу. Увы, выяснилось, что деньги были переведены через пункт выдачи маркетплейса, прикрытый за ненадобностью. А что там кому переводили продавцы в качестве «возврата средств», никого не интересовало. А продавец получил некоторую сумму наличностью в конвертике за небольшую махинацию с переводом в электронные деньги. От кого получил? Так курьером! Следов нет.

Сами люди-доноры были в основном одинокими или просто отстранились от близких в связи с болезнью. Во всяком случае, допрос родственников, друзей и соседей ничего не дал. Даже Мятый с его талантом «ловить концы» через неделю сдался и признал, что тут работал такой профи, до которого ему далеко.

Леди, разложив свой инвентарь, заперлась в номере гостиницы и отказалась выходить до получения результата. Артем ее не трогал, знал, что эта дама не упустит возможности вытянуть хоть какой-то вариант будущего, приемлемый для Патруля и для себя любимой.

Боречка бродил по кладбищу целый день и со вздохом признал, что энергоразрывов нет. Напротив, работники «скорой» и Патруля так почистили погост от эманаций и злобных духов, что там теперь вполне можно гулять!

Практически не осталось даже электронных следов — все, что сумела выудить Леночка, это то, что люди, найденные в канаве, любили бывать в запущенном лесопарке на окраине города и, судя по данным телефонов, проводили там много времени. Но даже эта деталь легко объяснялась — рядом с парком располагался онкодиспансер!

Последней из номера вышла Леди, она выглядела бледной, истощенной, но при этом странно довольной:

— Все будет плохо, — сказала она, — а потом — хорошо! Мне удалось вытянуть для парня шанс!

После чего собрала чемодан и, не говоря ни слова, вернулась в Москву! Следом за ней уехали остальные члены группы. Белову ничего не осталось, как только закрыть дело за «недостаточностью улик».

Между тем после странного массового самоубийства на кладбище Княжинск затих. Закончилось лето, началась осень и учебный год, Илья вернулся к учебе, чета Вдовиных уехала в Москву, чета Беловых осталась в Княжинске — ждать пополнения.

Дарья довольно легко носила вторую беременность, хотя без капризов и странностей не обходилось, но Артем с ними справлялся.

Отзвенела золотая осень, подошли новогодние праздники. Старшекурсников допустили до практики в больнице. Илья практиковался в хирургии, так что до Нового года пропадал в больнице, а после — на сессии.

Все вокруг молодого вампира будто замерло — ни попыток снова подставить, ни навязчивых знакомств с юными красотками — ничего! Даже проверка в пункте переливания крови закончилась коротким взысканием — и только.

Олег Николаевич хмурился, чувствуя подвох, но все было тихо.

Прошла зима, пришла весна. Дарья перестала ездить на работу — сидела в загородном доме, плела обереги, играла с дочкой, высаживала целебные травы на клумбы. До родов оставалось совсем немного времени, так что в Княжинск приехали Ираида и Олег Николаевич со своими мальчишками. Все ждали, когда начнутся роды, и, конечно, именно в этот день все и случилось…

С утра Илья позволил себе поваляться в постели — воскресенье, выходной, скоро экзамены и защита диплома… Нет, все это в сторону — просто уют и покой большого шумного дома.

Кто-то уже шлепает босыми ногами на кухню, щелкает резинка холодильника, гремят чашки. Во внутреннем дворике плещется вода, доносится визг — это Артем и Арина обливаются холодной водой после тренировки.

Вот раздались тяжелые, неуверенные шаги — это сонная Даша идет на запах омлета с куриной грудкой, свежего салата и запрещенных беременным блинчиков с творогом.

Вот веселый смех во дворе — это мальчишки Вдовиных попытались подловить тигров, устроили какую-то ловушку, но сами получили ведро холодной колодезной воды в лицо. Шумят, смеются, бегут на кухню… Хорошо!

Илья решил, что пора уже вставать и неспешно заняться утренними делами — душ, завтрак, потом почитать лекции…

Когда он спустился в кухню, там сидела только грустная Даша:

— Доброе утро, — сказала она, жуя салат.

— Доброе, а где все?

— Дети захотели на аттракционы, — печально вздохнула ведьма, — отпускать их с кем-то одним нельзя, сам знаешь.

Вампир хмыкнул.

Два юных мага и девочка-оборотень на аттракционах — это три стихийных вихря, и лучше иметь три свободные пары рук, чтобы их ловить.

— Значит, мы с тобой вдвоем остались? Чем займемся? Гамак в саду? Бассейн? Или просто диванчик и книжка?

Дарья фыркнула.

Для нее, всегда подвижной и быстрой, последние сроки беременности давались тяжело. Тело ощущалось неуклюжим, руки и ноги пышными, как подушки, и магия, с которой она успела подружиться за минувшие годы, периодически выходила из-под контроля. Сплошное раздражение!

Илья между тем позавтракал и, доедая еще теплые блинчики, привычно сунул нос в маленькую фляжку с вином. Даша хмыкнула. Новая привычка ее родича уже породила массу слухов и шуток. Ираида всерьез советовала племяннику обзавестись баллоном для астматиков и распылять пары алкоголя в лицо под видом лекарства. Илья один раз попробовал и отказался — от микрокапель алкоголя у него почти на сутки онемело лицо, что выглядело еще подозрительнее, чем периодическое вдыхание запаха из фляжки.

— Не отпускает? — посочувствовала ведьма вампиру.

— Когда как, — неопределенно отозвался он. — Ну что, в сад?

— В сад! Только в тень, что-то мне жарко…

Они успели дойти до распахнутых французских окон, когда Дарья вдруг охнула и застыла, вцепившись в раму. На красивой каменной плитке растеклась лужа, ведьма глубоко вздохнула и сказала:

— Илья, надо ехать в роддом! Сумки у двери!

— Подожди, — вампир положил руки на живот роженицы, прислушался и поморщился: — Нюх отбит напрочь, но я тебе так скажу: мы не доедем!

— Почему? — спросила Даша и тут же согнулась в приступе схватки.

— Потому что ты рожаешь ведьму. Она уже все подготовила и рвется на выход. Можем, конечно, сесть в машину и выехать на шоссе, но это максимум, который мы успеем!

Даша поморщилась и снова согнулась:

— Ты уверен, что у меня девочка? — спросила она, пытаясь выровнять дыхание. — На УЗИ сказали «мальчик».

— Ведьма, — хмыкнул Илья, — она ведьма и есть. Давай-ка подумаем, где тебе будет удобно? Кровать? Ванна? Стол?

— Фу-у-у-у! — простонала ведьма, становясь на четвереньки на кухонном полу. Отдышавшись, она заявила: — Качели! Идем в сад. Мне кажется, будет легче на качелях!

Илья не возразил.

Еще на третьем курсе их водили в родильное отделение местного перинатального центра. Показывали комнаты для совместных родов, бассейн для родов в воде, мячи, всевозможные держатели, похожие на спортивные снаряды для тех, кто не мог смирно лежать на койке, сложные конструкции кресел и кроватей для родов и все такое прочее.

Пожилая акушерка, которая приняла не одну сотню младенцев, сказала, что женщина в период родов крайне уязвима, и спорить с ней не надо. Лучше договориться полюбовно. Вот Илья и не спорил — качели так качели.

Широкая скамья с подушками под навесом ничем не хуже любой другой поверхности, если застелить ее одноразовой пеленкой из хирургического набора. И все подушки такими же пеленками обернуть. И сунуть одну из них в руки Даше, чтобы она тискала ее, когда скручивает в новой схватке.

— Так, судя по интервалу, все будет быстро, — сказал Илья, — посиди тут пять минут одна, я за хирургическим набором сгоняю!

— За хи-рур-гииии-ческим? — простонала ведьма.

— Пуповину перегрызать отказываюсь! — острозубо усмехнулся вампир и со всей доступной ему скоростью рванул в дом.

Ах, как хорошо, что их приучили возить всюду «тревожный чемоданчик» с малым хирургическим набором! Натянув костюм, Илья вынул упаковки с одноразовыми инструментами, разложил все на сервировочном столике и выкатил его во внутренний дворик.

Даша стонала, раскачиваясь на качелях и тиская подушку:

— Илья, пить можно?

— Пей, — разрешил студент, ощупывая взглядом живот, — есть не советую, вырвет, очень быстро схватки идут, а попить точно можно. Тебе морсик или воды?

— Во-ды! — прошипела ведьма и так схватила вампира за руку, что чуть не сломала кости!

В общем, дело шло так активно, что Илье некогда было отвлечься. Он с трудом успел сбегать к двери, чтобы принести приготовленные пакеты и попросить молодую маму отыскать пеленки и все прочее для малыша.

Даша успела вынуть кое-что до того, как с протяжным воем осела на землю:

— Все-е-е, не могу больше! — протянула она, изгибаясь так, что практически встала на лопатки. Илья подпер роженицу коленом и придержал головку:

— Ай, молодец, вот уже и головка тут, давай отдохни минутку и еще разок, помоги девочке выбраться!

В три потуги Даша вытолкнула ребенка на воздух и, плача, растянулась на мощеной мрамором площадке. Илья уже ворковал над малышкой:

— А кто у нас родился, какая замечательная девочка, а сейчас…

Его слова повисли в воздухе, когда он увидел незнакомых мужчин, выпрыгивающих во внутренний двор прямо из окон дома.

— Даша, подержи дочку, — вампир немедля сунул новорожденную на грудь матери, — пуповину я зажал, вернусь, перережу. Полежи тихо!

Ведьма во все глаза уставилась на незнакомцев. Ее защитная магия в момент родов пошла вразнос. Слетели все сторожки, не работали сигналки, и вообще вокруг Даши и ее ребенка закручивался стихийный вихрь — так магия приветствовала новую жизнь.

Илья пошел навстречу мужчинам в камуфляже, идущим к ним.

— Кто вы и что вам тут нужно? — спросил он строго.

— С дороги, щенок, — ответил, наверное, командир — более грузный и рослый тип с парочкой невнятных нашивок.

— Отдашь ведьму, уцелеешь, — сверкнул слишком белыми зубами другой.

Вампир в ответ сверкнул удлиняющимися клыками и посоветовал:

— Шли бы вы отсюда, не мешали мне роды принимать!

В ответ клацнули затворы автоматов.

Илья узнал специальное оружие — такое было на вооружении в Патруле. Серебряные пули… Неважно, что ему серебро повредить не должно. Это пули, они могут попасть в Дашу и ее дочь!

Эта мысль словно выкинула его из тела. Он взлетел над толпой, стянул их внимание на себя и закричал изо всех сил, призывая на помощь что-то изнутри.

Незнакомцы присели, зажимая уши, скрючились, за спиной раздался болезненный вскрик Даши, и вампир замолчал. Но в ответ на его зов с неба вдруг посыпались черные хлопья — летучие мыши огромной стаей набросились на бойцов, пища и царапаясь, забираясь им в волосы, воротники, в лица. Где-то за стенами взвыли собаки — или волки? А еще через минуту у нападающих пошла кровь — из ноздрей, из ушей, из глаз… Они оседали на мрамор дорожек, роняя оружие, и летучие мыши ползали по ним, как странные черно-серо-коричневые кузнечики с острыми крыльями-коленками.

Убедившись, что нападавшие лежат неподвижно, Илья вернулся к Даше. Быстро перерезал пуповину, выдавил детское место, завернул малышку в пеленку и сунул в руки матери:

— Дарья, быстро идем в машину. Не знаю, кто это и что тут произошло, но надо бежать!

Ведьма молча выхватила из сумки какую-то одежду и сунула ему ребенка:

— Подержи! Иначе я все кровью заляпаю!

Отвернувшись, ведьма быстро стянула домашнее платьице, в котором рожала, и вместо него вынула из пакета специальное послеродовое белье и спортивный костюм, в котором собиралась лежать в роддоме. Волосы — в хвост, даже без расчески, сумки и пакеты с собой — там есть все необходимое. Дочку — на руки, и бежать!

Когда вампир и ведьма запрыгивали в кухню, через окна-двери было видно, что нападающие начали шевелиться, и Даша, как ведьма, поняла, что все они живы. Это успокоило молодую женщину.

Пробежав через дом, они заглянули в гараж, и стало понятно, что незнакомцы в камуфляже явились не просто так — в гараже маялся боец с автоматом, снабженным спецнасадкой для бесшумной стрельбы. Что делать?

Илья прислонил едва стоящую на ногах ведьму к стене и тенью метнулся к бойцу. Кусать не стал — просто стукнул по шее, оглушая, и тут же вернулся к Даше:

— В машину, быстро! Пристегнись!

Они сели в любимую машину ведьмы — ее красную «малышку», вырвались из дома на скорости, стараясь не замечать свистящих вслед пуль. Помчались по дороге, слушая лихорадочное дыхание друг друга и недовольный писк новорожденной, а через десяток минут, когда настало время выезжать на трассу, им навстречу выскочила тяжелая черная машина Артема.

Синхронно затормозив, автомобили подъехали ближе, опустились стекла, и оборотень, бледнея от ужаса и злости, увидел жену с младенцем на руках, вампира в хирургическом костюме, перемазанного кровью, и отметины пуль на безупречно-алой эмали машины.

— Кто?

— Не знаю, — мотнул головой Илья, — дюжина идиотов ворвалась в дом, когда я перерезал пуповину.

— Они живы? — присоединился к вопросу Вдовин.

— Я их просто оглушил чем-то вроде ультразвука, — признался Илья, — одного в гараже по голове стукнул, и мы сбежали.

Глава Патруля немедля вызвал подмогу, Дашу осторожно пересадили в большую машину и вместе с Ильей отправили в город — к прабабушке, чтобы тихо отсидеться там, пока старшие мужчины семьи разберутся с нападением.

Анастасия Крик Чайки встретила правнучку с праправнучкой очень тепло.

Сразу утащила молодую маму отдыхать, а малышку сама переодела, тщательно осмотрела и велела своим домашним помощникам топить баню — купать маленькую ведьмочку в отварах трав и греть ее под боком у кота-фамильяра.

Илья сбросил с себя грязный хирургический костюм, принял душ, съел тарелку борща с куском мясного пирога и тоже завалился спать. Тот странный ультразвуковый крик, да и принятые роды отозвались в нем сильной душевной усталостью.

Проспал до вечера, как и Даша.

Уже на закате верховная ведьма Княжинска растолкала их обоих:

— Нечего на закате спать, голова болеть будет! Идите-ка ешьте, и малютку кормить пора.

Даша потерла помятое лицо и как зомби пошла в душ. Илья очнулся быстрее — помог перепеленать накупанную малышку, обработал пупок, покатал новорожденную по пеленке, проверяя рефлексы, и успокоился — кажется, нигде не накосячил.

Прабабуля, хихикая, вручила ему мужскую пижаму и отправила в баню. Грязные джинсы и футболку забрал домовой.

Когда смывший с себя весь сумасшедший день вампир вернулся в дом, там обнаружилось все семейство Вдовиных-Беловых. Дети рассматривали крохотный сверток, лежащий в колыбели, женщины тихонько переговаривались, а мужчины… мрачно пили крепкий травяной чай с отчетливым ароматом валерианы.

— Заходи, Илья, садись, — позвал его Олег Николаевич.

— Что случилось? — сразу насторожился парень.

— Расскажем. В общем, Охотники это были.

Вампир вздрогнул.

Несмотря на прожитые в семье тетки благополучные годы, он не забыл убийства родителей.

Прабабуля оторвалась от беседы и отправила детей в другую комнату, вручив тарелку с бутербродами и корзинку фруктов. Близнецы и оборотница уходили неохотно, но у пра не забалуешь — дверь шлепнула Ярослава по попе, когда тот пытался оставить ее приоткрытой, чтобы подслушивать.

— Мы уже Дашу расспросили, она рассказала, что запомнила, уверяет, что все бойцы были живы, когда вы уезжали, — с вопросительной интонацией сказал Олег.

— Так и есть, — пожал плечами Илья, — я ударил только одного. Остальных просто оглушил. Когда мы выбирались через кухню, они уже шевелились.

— Они все мертвы, — бухнул Артем.

— Что? — хором сказали Даша и Илья.

— И у каждого на шее или запястье две дырки, словно от укусов! — мрачно добавил Вдовин.

— Не может быть, — прошептала ведьма, — я ведь уже родила и специально проверила! Они были живы! И… папа, ты же понимаешь, что Илья просто не выпьет столько крови!

— Только это остановило специалистов от немедленного ареста, — сказал Олег Николаевич. — Пятнадцать тел, и все высушены до капли!

— Сколько? — нахмурился Илья, прикрывая глаза. — Так, сверху спрыгнули трое, пятеро через кухню, четверо через гостиную. Еще одного я стукнул в гараже. Просто стукнул, Даша свидетель. Тринадцать…

— Еще двое стояли в карауле снаружи, — кивнул Артем, — у них пустые рожки, следы пуль на машине и гильзы вокруг. Но убиты они так же, как остальные. Похоже, тот, кто занимался инсценировкой, не учел следов стрельбы.

— Или просто о них не знал, — мрачно вмешалась в разговор Анастасия Крик Чайки.

— Что? — не понял Артем.

— То. Пора бы вам догадаться, что парня за уши тянет кто-то из Древнейших, — ответила ведьма. — А Древнейших потому так и называют, что они родились в эпоху мечей, если не дубин. Может, про кремневые пистолеты он и в курсе, а про автоматы?

— Тогда как он выманил людей для жертвоприношения? — возразил теще Олег. — Как переводил им деньги?

— Выманивал, скорее всего, лично, у старых вампиров гипноз — одна из основных охотничьих функций, — предположила Анастасия, — а электронные деньги… Да мало ли сейчас дураков, готовых за десять тысяч сделать что угодно?

Мужчины переглянулись и согласились.

— Погодите, — вдруг вспомнил Илья, — но эти Охотники, они ведь пришли за Дарьей!

— Что? — вскричали все хором.

— Когда я пошел им навстречу, они мне сказали что-то вроде: «Уйди с дороги, отдай ведьму, будешь жив»…

Артем и Олег немедля уставились на Дашу.

— Не смотрите так, — покачала она головой, — я не знаю, зачем за мной могли прийти Охотники, я последние три месяца сидела дома, максимум зелья варила.

— Охотников мог натравить кто угодно, — вздохнул Олег Николаевич, — после того, как в тебе сплелись стихии, многие посчитали тебя угрозой равновесию. Только то, что ты осталась в Княжинске, и наше родство уберегло от постоянного контроля и проверок.

Молодая мама поморщилась.

Она прекрасно знала, что контроль и проверки были — просто ненавязчивые. Однако она справилась, родила уже двух дочерей и своими силами в полную мощь пользовалась редко. Для кого она стала угрозой настолько, что за ней прислали Охотников?

Остаток вечера вся семья пыталась понять, кто и как организовал нападение, и почему Охотники искали Дашу. А утром в Княжинск прибыла Инквизиция…

Патруль следил за тем, чтобы иные не раскрывали свое существование среди людей, следил за нормативами, улаживал конфликты людей и нечисти, а Инквизиция занималась конфликтами внутри сообщества иных. Иногда, впрочем, примиряя иных и Охотников.

На этот раз инквизитор и пятеро его подручных прибыли в Княжинск по тайному доносу.

Сначала инквизитор и его помощники сновали по городу, собирая информацию. Допрашивали Дашу, Илью, Артема и вообще всех, до кого могли дотянуться. Наведались в морг, в стоящий пустым дом четы Вдовиных. Перевернули буквально весь город и… пригласили Илью для очередной «беседы».

Уже в первый раз молодой вампир понял, что на него пытаются свалить все шишки. Большого ума тут не требовалось — пятнадцать трупов, не считая тех, кто «самоубился» на кладбище. Отбиваться от каверзных вопросов и уговоров «признаться, чтобы смягчить наказание» было невероятно сложно. А ведь у Ильи как раз шла сессия, защита диплома. Он разрывался от противоречивых эмоций, но аккуратно сдавал экзамены, попросил защиту диплома досрочно и, словно предчувствуя грядущие неприятности, лично обратился к ректору, чтобы получить документ на руки.

Очередная выматывающая беседа закончилась вечером.

Выйдя в уютных сумерках из здания Патруля, вампир постоял немного, пропитываясь приятным теплом летнего вечера, изгоняя из мышц стылый холод допросной. Потом прищурился, огляделся и решительно зашагал в сторону центра. Сегодня он кое-что понял и кое-что решил. Настало время заплатить семье Вдовиных за то, что когда-то приняла мальчишку, потерявшего почву под ногами. За смысл жизни, за семью и друзей… Бросив на Патруль последний взгляд, Илья хмыкнул и свернул. Он все равно сделает по-своему!

На следующее утро Олег Николаевич вновь явился на «беседу» к инквизитору.

Глава Патруля ничего не скрывал — ни того, что Охотники явились за его дочерью, ни того, что воспитанник его жены вампир. Выложил все факты, тайминг, подсчет количества крови, которое можно было сцедить из пятнадцати взрослых мужчин не самого спортивного сложения, и вместительности желудка одного вампира.

Инквизитор просматривал бумаги с абсолютно каменным лицом, пока его помощники что-то изучали в своих ноутбуках, скидывая информацию на планшет босса.

Один из них по кивку инквизитора начал говорить:

— Мы идентифицировали всех погибших. Они не имеют к Охотникам никакого отношения. В официальных реестрах их нет. Оружие, снаряжение — все это действительно принадлежит организации, но списано около трех лет назад.

Вдовин прищурился.

— На деле этих людей наняли через охранное агентство с дурной репутацией, — подхватил другой помощник, поворачивая свой ноутбук экраном к инквизитору. — Судя по контексту, им поручили схватить Дарью Вдовину. О беременности они не знали, и слово «ведьма» могло звучать как оскорбление, а не как констатация факта.

— Кто нанял? — сразу выловил нужное глава Патруля.

— Аноним, — ответил третий сотрудник.

— Вы же понимаете, что это невозможно? — фыркнул Вдовин. — Насколько я знаю, владелец агентства никогда не подставит себя без хотя бы рекомендаций кого-то важного, знакомого и богатого.

Инквизитор кивнул, и один из его помощников тотчас встал и вышел из штаба Патруля.

— Скоро узнаем, — сказал мужчина тем же ровным тоном, — я уже вижу, что нападение было фальшивкой, однако люди погибли…

Олег Николаевич напрягся.

Он как никто понимал, что дурацкие дырки на шеях убитых притягивают в это дело Илью. Даша, как пострадавшая сторона, один раз приехала на допрос, и все, а вот вампира выпустили из помещения Патруля только под личную расписку Вдовина, и то с трекером на ноге!

— Кто-то должен нести ответственность…

Олег прищурился и, вдруг вспомнив, что ему толковала дочь, спросил:

— Ваши специалисты уже нашли детское место моей внучки?

— Что? — инквизитор на миг выпал из разговора.

— Дарья рожала прямо во внутреннем дворе дома. Илья принимал роды. Мою внучку вы видели. Так вот, нападение случилось в тот момент, когда племянник моей жены уже помог ребенку появиться на свет, но еще не перерезал пуповину. Когда его крик уложил нападающих, он вернулся к Даше и закончил процесс родов. Убегали они из дома слишком быстро, так что послед пришлось бросить в саду. Его нашли?

Инквизитор строго глянул на одного из помощников. Тот торопливо начал что-то листать, потом объявил:

— Вот скамья-качели. Хирургические простыни в пятнах крови, подушки, домашнее платье со следами крови Дарьи Вдовиной и околоплодных вод в следовом количестве, пуповинная кровь и… все!

— Господин инквизитор, вы ведь понимаете, что, убегая, моя дочь не стала забирать послед? Просто не могла помыслить, что кто-то осмелится подобрать кровавый кусок мяса с пуповиной. А между тем через него легко воздействовать на нее, на ребенка и — через кровную связь на меня, мою жену и Палача! Вот что надо расследовать, а не глупую попытку втянуть племянника моей жены в разборки Древнейших!

Инквизитор встрепенулся:

— Откуда информация о Древнейших?

— Старейшая ведьма Княжинска предположила их участие, когда Илью искупали в крови.

— Информация! — инквизитор строго взглянул на самого тихого и незаметного помощника. Тот немедля перебросил нужные документы. Несколько минут инквизитор изучал их, потом кивнул: — Очень похоже. Я заметил, что ваш высший молод, не агрессивен и выбрал профессию, которая прекрасно маскирует его потребности и не потакает инстинктам. Почти год назад повзрослел лет на триста и продолжает учебу, живет в семье, вспышки убийств или пропаж в городе не зарегистрировано… Любопытный мальчик.

— Я думаю, именно этим он и привлек внимание Древнейшего, и, возможно, раньше, чем мы думаем, — вздохнул Олег Николаевич и принялся излагать инквизитору историю появления Ильи в Княжинске.

— Значит, родителей убили рядом с ним, его, по сути, тоже убили — знакомая схема, — бормотнул мужчина.

Вдовин насторожился.

Инквизитор же, к удивлению своих помощников, полез в сумку для планшета и вынул тонкую потрепанную книжицу, точнее, тетрадь в старом дермантиновом переплете. Полистал и сказал:

— Около ста лет назад, в разгар гражданской войны, Инквизицию вызвали в глухой район Полтавской губернии. Кто-то разорял свежие могилы на кладбище. Потом начали пропадать старики и дети. В итоге мы обнаружили парочку спятивших от безнаказанности и крови высших. Одному было двенадцать, второму семнадцать фактических лет. Однако возраст ипостаси… приближался к пяти сотням… Гриша, подними результаты того расследования, папка номер…

Инквизитор продиктовал цифры, и вскоре тот самый тихий сотрудник вывел информацию на большой настенный экран.

— Оба мальчишки осиротели внезапно, что, правда, в Гражданскую неудивительно. Оба были схвачены неизвестным и притоплены в корыте с кровью. Наглотались, накупались, подняли уровень, а вот дальше… Их бросили, как кутят. Жажда вынесла мозги. Старший еще держался, раскапывал могилы, младший быстро сообразил, что проще всего уводить детей и стариков… В общем, обоих казнили, но того, кто поднял им уровень — не нашли.

— Очень похоже, — признал инквизитор, вчитываясь в строчки, — неужели кто-то из Древнейших готовит себе преемника? Если так, вашего Илью нужно срочно куда-то перевезти… Подальше и тайно!

Закончить инквизитор не успел — дверь допросной распахнулась неведомой силой, и в кабинет ворвалась Даша:

— Папа! — воскликнула она. — Что тут сделали с Ильей?

— Дочь… — начал Олег Николаевич, но Дарья его перебила:

— Он собрал вещи, простился с нами и ушел! Сказал, что так будет лучше, и нашу семью оставят в покое! Вот, письмо оставил для тебя!

Глава Патруля напрягся и на глазах инквизитора вскрыл конверт. Оттуда выпала записка: «Олег Николаевич, я понял, что в покое меня не оставят. Ухожу туда, где найти будет проблематично всем. Не теряйте, если выживу — вернусь».

Вместо подписи стояло: «Сержант медицинской роты И.С. Богданов».

— Папа, что это значит? — сразу воскликнула Даша.

— То и значит, дочь, Илья подписал контракт.

Инквизитор задумчиво посмотрел на записку и внезапно сказал:

— А знаете, Олег Николаевич, ваш парень прав, это действительно все решает. Он сам убрал себя из театра действий, и его присутствие не помешает нам вести расследование. Если же подтвердится его виновность… Он уже зарабатывает себе амнистию.

Вдовин нахмурился:

— Илья не виноват! Ищите того, кто пытается превратить его в чудовище! Кстати, я в ближайшее время инициирую сбор малого круга ведьм, чтобы защитить свою семью. Пропажа детского места меня волнует куда сильнее попыток очернить племянника моей супруги. Он не виноват, я знаю это точно.

— Не смею вас задерживать, — слегка поклонился инквизитор, — разрешение на собрание защитного круга пришлю. Считаю просьбу обоснованной.

Вдовин чуть не плюнул, понимая, что инквизитор не отступится, но из кабинета ушел. И дочь за собой увел.

Даша плакала:

— Как это уехал? Как это «сам решил»? Папа!

— Дочь, ты уже взрослая, и он тоже! Илья сам принял решение и сам его выполнил. Нам теперь важно не подвести его здесь. Понимаешь?

Молодая женщина все равно всхлипывала до самой машины. Только там, взяв на руки маленькую дочь, она перестала всхлипывать, и Олег повез дочку и внучку домой. Расследование продолжится, значит, возвращаться в бывшую пожарную часть не стоит. Да и чистить там придется после стольких смертей изрядно. Лучше пока вернуться в особняк Ираиды, а молодые, если захотят, пусть перебираются в квартиру Дарьи. С двумя детьми там, конечно, тесновато, но на лето хватит, а там видно будет. И все же где-то внутри у старого мага тлел огонек беспокойства за Илью. Совсем ведь пацан! Как он там?

Между тем Илья, заключив годичный контракт, спокойно спал в вагоне поезда, который уносил его туда, где каждый день проливалась кровь. Принятое решение он воплотил разумно. Изучил информацию, взял документы, деньги и пришел в военкомат. Там обрадовались и моментально занялись оформлением. Вампир успел даже заскочить в пару магазинов, чтобы по советам из сети прикупить разные необходимые мелочи, а после с билетом в руке отправился на вокзал.

Он не сожалел, не боялся, методично выполнял то, что соответствовало принятому им решению.

Медбригады формировались в одном из южных городов страны, и ехать до него предстояло больше суток. Парень забрался на свою полку на втором ярусе, кинул сумку на третью полку и закрыл глаза. В голове билась уверенность, что он поступил правильно. В любом случае его медицинский опыт там будет важнее и полезнее, чем в сонном Княжинске, где и так хватает медперсонала.

Всю дорогу он спал, спускаясь только размять ноги на длинных стоянках и в туалет. Соседи попались тихие, так что никто его не беспокоил, а вот когда он прибыл в расположение части, в которой формировались бригады, там все пошло иначе. Проверка документов, короткая медкомиссия, выдача формы, рюкзака «скорой помощи», инструктаж…

Илья внимательно слушал все, что говорили громко, а еще больше прислушивался к тому, что говорили тихо. Прибывший на базу по делам командир штурмовой роты ругался с начальником комиссии:

— Что ты мне опять громил даешь? Думаешь, они рюкзаки шибче таскать будут? Ничего подобного! Ты мне кузнечиков давай! Кузнечиков! Они шустрые, в них попасть сложнее, и я тебе скажу, умудряются вместе с рюкзаком и раненых таскать!

— Где я тебе кузнечиков наберусь? — бурчал в ответ усталый майор. — Скажи спасибо, что вообще кто-то есть. Сам знаешь, парни в медицину не рвутся, а если и рвутся… Такое иногда присылают, хоть плачь!

— Ну дай мне хоть парочку нормальных! — почти умолял подполковник.

— Один точно есть, — сдался майор, — дооформим его сегодня, получит все, и забирай.

— Покажи его мне, — просит командир.

— Да вон он, на лавочке кемарит, — махнул рукой глава комиссии, — иди знакомься и сразу ему скажи, чего докупить надо. Парень из Академии только.

Полковник повернулся к Илье, а тот продолжил спокойно сидеть в тени сирени, делая вид, что задремал.

— Боец! — грохнуло над головой.

Вампир сделал вид, что вздрогнул, но изображать служебное рвение не стал — дернулся, открыл глаза и сказал сонно:

— Кого шьем?

Полковник хмыкнул и рявкнул:

— Полковник Дубенков! Встать, сержант!

Илья вскочил, неловко козырнул и уставился на будущего командира. Тот вздохнул, огляделся, подозвал бойца:

— Кит, протащи парня по всем ухабам и в магазин.

— Есть!

Полковник ушел, и высокий парень в непривычном взгляду камуфляже потащил Илью за собой, попутно представляясь и делясь знаниями:

— Меня Никитос зовут, нас в отряде двое, поэтому он Ник, а я Кит! Форму получил уже?

— Получил!

— Покажи! Так, это все пошли сдадим обратно! Фигня.

Илья не спорил, а новый знакомый объяснил:

— Пиксель носят те, кто из госпиталей возвращается или временно на передке. Видишь, мы в чем? Мультикамка. Лучше сливается с полосой. Короче, пошли, меняем, потом в магазин. Докупишь носки, трусы, однотонные футболки. Ты медик? Костюмов еще докупи. Стирать негде. Износил — выбросил. И, если на гражданке мама есть или жена, закинь им сразу денег, чтобы хотя бы раз в месяц новый набор белья присылали, штук по сорок. Дальше… сухпай, аптека, обувь обязательно запасную возьми, круглосуточно в берцах не набегаешься. Короче, пошли, я буду себе запас брать, и ты пристраивайся!

До вечера парни занимались покупками. Илья выяснил, что хуже всего «на передке» со всевозможными противошоковыми и средствами первой помощи, поэтому заполнил свой рюкзак тем, что счел нужным и полезным.

— На адаптацию время дается, — вещал ему Кит, — но мы уже завтра обратно едем, так что адаптироваться на месте будешь. Омез купи, от консервов живот болит недели две…

Вампир не возражал. Понимал, что вариантов мало, и, в конце концов, он не человек, привык к нагрузкам и долгим дежурствам. Справится. И вернется к своим.

В последний день пребывания на базе он отправил домой бумажное письмо. Просто потому, что его предупредили: «на передке» телефон почти наверняка — мишень. Вот и попросил всех писать бумажные письма и посылать посылки с необходимым. А потом, хмыкнув, перевел часть «подъемных» Ираиде Грозовой. Тетка, конечно, поругается, и даже нецензурно, но все, что нужно, пришлет и ведьминских зелий добавит. А без них Илья себя порой голым ощущал. Счастье, что поездом ехал, а не летел, и свой «боевой» пояс привез.

В Княжинске между тем все, казалось, стихло.

Инквизитор окопался в подвале Патруля. Его помощники сновали по городу, но не особо навязчиво. Официально они закрыли расследование, обвинив во всем Илью. Неофициально — это был договор между Патрулем и Инквизицией, чтобы поймать на эту наживку ту рыбку, что мутила воду рядом с юным Высшим.

Олег Николаевич, как и собирался, провел защитный ритуал, прикрыв всю свою семью серьезной ведьмовской магией. Инквизитор не только дал разрешение — он сам присутствовал на ритуале, чтобы подтвердить, что ритуал был исключительно защитным. Вот только, наблюдая со стороны, инквизитор заметил, что защита была поставлена очень вовремя — кто-то уже присосался к энергии семьи и успел неплохо потянуть ее и у ведьм, и у оборотней. Только мага зацепить не удалось, да и то потому, что Олега защищали татуировки Патруля.

Сразу после ритуала успокоилась Дарья. До этого молодая ведьма пребывала в послеродовой депрессии — рыдала целыми днями, плохо спала и ела, винила себя в том, что Илье пришлось уехать. Как только на голову обережницы опустился щит, сплетенный из магии сразу семи ведьм, она успокоилась, утерла слезы и заворковала над дочерью. Наследницу силы ведьминского рода назвали Вероникой, и даже инквизитор приглядывался к новорожденной ведьмочке с интересом — очень уж необычно сплетались ее потоки.

После ритуала инквизитор и его команда уехали, а буквально на следующий день пришло письмо от Ильи. Короткое, нежное и с просьбой. Ираида, как и предсказывал племянник, ругнулась, обозвала его глупым мальчишкой, но немедля принялась выяснять, где можно сделать оптовую закупку белья из натуральных материалов и хорошего качества.

Письмо прочитали все и тут же сели писать ответы. Даша писала про дочерей, просила прислать точные списки необходимых оберегов. Ираида требовала списки зелий. Артем собирался выпросить у родни клыки и когти для поднятия боевого духа бойцов, а Олег Николаевич обещал присматривать за всеми.

Письма отправили отдельно от посылки — на случай, если ящик с гостинцами затеряется на почте.

Посылку собирали все вместе.

Дарья разумно вложила свои таланты в простые вещи — вязаные носки из колючей овечьей шерсти, пояса из собачьего пуха, хайратники маскировочно-зеленого или песочного цвета, перчатки. Сплетение нитей само по себе оберег, а когда пряжу готовит Анастасия Крик Чайки и ее ближайшие помощницы, а вяжет лучшая обережница поколения, толку от таких вещей куда больше. Пулю, конечно, не остановят, но подарят удачу, прикроют от злого взгляда и, может быть, помогут выжить там, где умирает все живое.

Ираида занималась зельями. Чтобы не вызывать подозрений, старшая ведьма наполняла своей силой самые обычные флаконы хлоргексидина, перекиси, йода и зеленки. Заговаривала бинты, пластыри, гипсовые повязки. Особо собирала банки с охлаждающе-согревающими мазями, гигиеническую помаду, вазелин, детский крем, мыло и шампунь. Просто не понаслышке знала о болезнях, которые среди специалистов называются «окопными», и старалась подобрать средства от всех проявлений.

Олег трудился над специфическими амулетами — пряжки для ремней, хирургические инструменты, пуговицы — как маг, он не имел сильных связей с природой, зато ему недурно подчинялся металл.

В итоге в один ящик все подарки не влезли — пришлось паковать три отдельных посылки и долго заверять на почте, что там, куда их отправляют, абсолютно точно есть почтовое отделение, и оно даже работает.

Уже передав гостинцы оператору, Олег Николаевич вдруг заметил в углу почты смутно знакомое лицо. Один из помощников Инквизитора! Неужели он вернулся в город после торжественного, даже демонстративного отъезда? Инквизитор продолжает игру?

Сделав вид, что не заметил ничего необычного, магистр вышел на улицу и взялся за телефон. На всякий случай стоило проверить, где сейчас его девочки и хорошо ли они защищены.

Ведьмы отчитались, что все в порядке, но стоило Вдовину отбить звонки, как телефон снова задрожал, показывая абсолютно незнакомый номер. Олег напрягся и нажал «принять вызов».

— Спрятал от меня мальчонку, маг? Зря…

И гудки…

Вдовин тут же развернулся к почте, но помощника инквизитора там уже не нашел. Записал номер, попробовал перезвонить — увы, неприятный женский голос отвечал, что абонент не в сети. Плюнув на все, Олег Николаевич помчался в отделение Патруля и сунул свой телефон под нос специалисту по электронике. До Леночки этому хмурому оборотню было далеко. Все, что он смог узнать — это то, что номер принадлежал жительнице Княжинска, погибшей на кладбище.

Бессильно стукнув кулаком по стене, Вдовин набрал номер Инквизитора и все ему рассказал.

— Понял, — голос в трубке был ровно-прохладным, как и во время беседы. — Значит, наш Древний не следил за вашим племянником постоянно. Присматривал издалека и, возможно, даже не лично. Сколько его уже нет в городе?

Олег Николаевич прикинул в голове и ответил:

— Две недели, третья!

— Неплохой люфт, — сказал Инквизитор, — спасибо, что сообщили о звонке.

И повесил трубку.

Олегу Николаевичу снова захотелось выругаться, но он сдержался. Инквизитор прав. Тот неведомый Древний или не Древний, который заварил всю эту кашу, просто потерял Илью. Возможно, какое-то время будет искать в городе, проверит Москву и родственников Артема… Не такое уж глупое решение, оказывается, для юного студента — рвануть туда, где сейчас очень много молодых мужчин его возраста и… очень плохо с информацией и порядком.

Ладно, теперь хорошо бы создать видимость того, что Илья где-то рядом. Только как? С этим вопросом Вдовин подошел к жене. Ираида как раз укачивала внучку — руки заняты, голова свободна, поэтому погрузилась в тему быстро и хорошо.

— Пусть Артем продукты отвезет в сторожку долгоиграющие и комплект одежды Ильи — из корзины, чтобы пахло им. Мы ведь не знаем, кто его ищет.

— Хорошо, а еще?

— Билеты Дашка купит в Сибирь, к родне Артема. Можно даже на поезд кого-нибудь проводить, мало ли кому туда надо?

— И это хорошо, — покивал Олег.

— Но главное, — тут ведьма хихикнула, — надо путанки наложить! Я прабабулю попрошу!

Вот тут глава Патруля передернул плечами. «Ведьмачьи путы» — это такое колдовство, простое с виду, которое вообще все перепутать может!

— Дорогая, а это не слишком?

— Так мы наложим на того, кто охотится на Илью, — успокоила его жена, — не адресно, не по энергослепку, а по сути. И поглядим!

На следующий день информационные порталы Княжинска взорвались новостями, от которых у понимающих людей волосы встали дыбом.

В центре города внезапно провалился асфальт — прямо перед машиной заместителя мэра. Затем случилось внезапное падение деревьев в центральном парке — перед одной особо неприятной чиновницей пенсионного фонда. Глава отделения государственного банка сломал ногу, спускаясь с крыльца собственного дома.

Мелкие неприятности вроде обрыва проводов, разлитой воды, сбежавшей собаки или спущенного колеса за одни сутки превратили тихий городок в кошмар любого медика или спасателя МЧС.

Олег Николаевич подключился к официальным каналам службы спасения и аккуратно делал выписки — кто пострадал, где и насколько сильно. К вечеру его волосы стояли дыбом от ужаса — получалось, неведомый враг опутал Княжинск своими сетями практически целиком! Не осталось ни одной сферы городского хозяйства, в которую он не запустил бы свои руки.

С этим списком Вдовин пришел домой и за ужином дал его полюбоваться жене, дочери и зятю. Те быстро поняли, в чем дело:

— Кто-то намеренно охотился на Илью? — закусив губу, спросила Даша.

— Возможно, план был глубже, — пожал плечами Олег Николаевич, — но даже декан его факультета сегодня попал в аварию и теперь лежит в клинике при Академии с разбитой головой.

Артем хмыкнул:

— А мы еще возражали, когда парень «сделал ноги», кажется, у него чуйка покрепче нашей будет!

Вот тут все согласились.

Учитывая количество людей, охваченных неведомым «ловцом», молодой вампир умудрился выскользнуть из ловушки в последний момент, причем почти единственным возможным способом.

Военные в силу своей профессии весьма закрытый клан, да еще сейчас почти каждого густо прикрывают молитвы матерей, жен и родственников, так что Илья растворился рядом с ними, как песчинка в горсти песка. Не найдешь.

Еще немного обсудив ситуацию, родные Ильи решили, что им остается только всячески поддерживать беглеца и… наблюдать за теми изменениями, которые случатся в их городе и не только. Все мушки невидимой паутины уже наказаны, главное — не позволить пауку отправиться за новой добычей.

 Бродя вслед за провожатым по лагерю, Илья отмечал не только то, что ему показывал рыжий фельдшер — он фиксировал знаки и обереги, понятные только знающему человеку.

Вон там хитро сплетенные ветки — кто-то из обережников постарался. Еще и нитками заговоренными обвязал для прочности. Там силой шаманов фонит, никак зуб волка прикопали, а может, кусок кожи, расписанный рунами… А тут явно кто-то из мелкой нечисти постарался, то-то все кусочек земли обходят… Топая за провожатым, Илья будто случайно бросил на «плешку» колючку чертополоха и неслышно хмыкнул, когда прямо под ноги кинулась серая «мышь», возмущенно вопя.

Экскурсия получилась короткой: вскоре где-то вдалеке что-то загудело — Илья еще не научился определять технику на звук, и рыжий фельдшер потянул его к блиндажу.

— Пошли, сейчас инструктаж будет, и в поле пойдем.

Инструктаж получился коротким — всем раздали полевые рюкзаки «аптечки» с противошоковым и наказом беречь лекарства. Напомнили про жгуты и тампоны, а потом просто вытолкнули из ставшего внезапно уютным и безопасным полумрака в закатные сумерки, сияющие трассерами.

— Дождь кончился, — ругнулся рыжий и, вскинув на спину рюкзак чуть не в свой рост, скомандовал Илье: — Давай, новичок, трусцой! Когда поближе стрелять начнут, может, и на пузе придется!

Бежать, шагать, ползти… Вампир радовался тому, что Артем не давал ему закиснуть в аудитории — гонял на полосе вместе с племянниками и дочкой, учил ловить равновесие, двигаться бесшумно — тело высшего вампира вообще куда крепче и выносливей человеческого. Часа через два рыжик начал смотреть на нового напарника с уважением:

— А ты ничего, я думал, такой амбал на первом километре сдохнет.

— Ты погоди, сдохнуть успеем! Теперь куда?

— Вон, видишь полянку? Не суйся! Там мина. Такая, которая тебя на куски порвет. Обходим справа, и ходу.

Снова бег, шаг, трусца и наконец…

Запах крови ударил в ноздри быстрее, чем запах гари. Илья невольно мотнул головой. В пути он обошелся парой пакетов, прихваченных из дома. Тут еще не успел найти возможность покупать донорскую кровь и потому реагировал быстро:

— Кровь!

— Где? — крутанул головой рыжик. — А, вижу, давай ползком! Сначала ищем пульс или дыхание, потом все остальное. Зеркало есть?

— Есть, — отмахнулся Илья.

Зеркала у него не было, но видеть, живое перед ним или мертвое, он и без того умел.

Первый «трехсотый» нашелся без сознания. Рыжик, обнаружив дыхание и пульс, быстро принялся его обрабатывать, комментируя для вампира:

— Разрывная, в бедро, антишок, тампон, повязка, жгут. Берем под руки и побежали!

— Обратно? — удивился Илья.

Если каждого вот так на руках тащить до блиндажа, сколько же раненых истечет кровью?

— Да нет, вон в кустах квадрик стоит, грузи!

— А чего тогда мы пешком? — подозрительно прищурясь, уточнил Илья.

— Проверка, — белозубо усмехнулся рыжий, вместе с вампиром укладывая раненого на сиденье. — Так, — хлопнул он водителя по плечу, — пока тучи висят, вези, будет возможность — возвращайся. Пошли, — это уже Илье, — посмотрим, кто там дальше.

Дальше были только «двухсотые».

На всякий случай, вспоминая науку тетки, Илья шептал короткую молитву за каждого. Рыжий прислушался и одобрительно кивнул:

— Правильно, пока близким сообщат, пока домой довезут, бывает, полгода пройдет, а душа — она уже сейчас требует…

Дальше молчали. Ползли, огибали разбитую технику, пытались отыскать среди тел хоть одно живое и… нашли.

Мужик был огромный. Штурмовик. Метра два ростом и около ста пятидесяти весом. Притом не жир — мышцы. Такого даже перевернуть задача, а уж тащить…

— Квадрик сюда не подберется, — вздохнул рыжий, шустро и привычно шаря руками по телу, затыкая дыры гемостатическими повязками, перебирая шприц-тюбики в малой аптечке на поясе. — Ох, ля, башка битая, значит, «Промедол» нельзя!

Убрав обратно один из шприцев, фельдшер вытащил другой.

— А что можно? — сразу спросил Илья.

— «Нефопам», и табличку ему на лоб, что башка битая! — серьезно ответил рыжий.

Этого раненого тащили с трудом. Догадались, конечно, перекатить его на брезентовый тент от непонятно чего и тянуть по кочкам, обливаясь потом, до ближайших кустов.

— Передышка, — сказал рыжий, падая на влажную землю, — я бы сейчас закурил, но по огоньку сигареты «птички» на раз налетят.

— Конфетку? — Илья выгреб из кармашка карамельку.

— О, давай! — фельдшер закинул конфетку в рот и прикрыл глаза.

Вампир коварно усмехнулся.

Конфетка была производства Ираиды Грозовой, предназначалась для ночных дежурств и состояла из легких природных стимуляторов — сахар, элеутерококк, девясил, клюква и прочие травы и плоды в высокой концентрации.

Каждый день таким лекарством закидываться не стоило, но, чтобы вытащить огромного «штурма», нужны силы.

Минут через пятнадцать рыжик пошевелился вполне бодро и скомандовал:

— Так, теперь во-о-он туда, в быстром темпе. Облака разошлись, вот-вот «птички» налетят.

Они шли, тащили, тянули, прятались в кустах и дожидались ночи, успевая периодически ослаблять жгут, поить раненого водой и даже капельницу один раз ему воткнули, понимая, что с такой кровопотерей просто водой потерю массы не возместить.

До квадрика добрались ближе к рассвету.

Свалили «штурма» сразу на два сиденья и… побежали рядом.

— Ходу, Петля, ходу! Мы за небом присмотрим, гони! — сказал рыжик, снимая с плеча что-то подобранное на поле.

У Ильи оружия не было, зато имелся тончайший слух, глаза, видящие в темноте, и тонкая интуиция.

— Ложись! — гаркнул он минут через десять, подхватывая с обочины ком ссохшейся земли.

Как ни странно, команду выполнили все. Рыжий просто упал, а квадрик свернул с дороги в кусты. Закаменевший ком земли с изрядной силой влетел в бесшумно парящий дрон. Раздался звук удара по чему-то хрупкому, потом треск сбившихся винтов, невнятный шелест и наконец — взрыв! Судя по всему, «начинкой» этой «птички» служили гранаты.

По кустам хлестнуло осколками, раздался короткий стон, и все стихло.

— Ходу теперь! — рыжий выбрался из кустов, в которые как-то неприметно уполз, и выразил готовность бежать дальше.

Водитель выводил «на бережок» свой квадрик. Илья повел носом:

— Кровь… Зацепило?

— Ерунда, осколки, на нуле вытащим.

— Слишком много. Повязку!

Под ворчание рыжего вампир наложил на руки фельдшера бинты, и они побежали дальше.

В госпитале «штурма» утащили в операционную, а им скомандовали:

— Самообработка. Отдыхайте, день солнечный, сегодня без выходов.

В закутке с инструментами и антисептиками Илья взялся за пинцет — рыжему и водителю досталось немало тонких мелких осколков. Некоторые засели совсем неглубоко, некоторые всего лишь порвали одежду, поцарапали кожу, но парочку пришлось извлекать из мышц и даже прихватить мягкие ткани нитками, чтобы раны не расходились от движения.

Самого вампира посекло «по периметру», как выразился рыжий — амуницию, форму, до кожи не достало. На самом деле, конечно, достало, но его тело вытолкнуло металл и затянуло царапины. Вопрос был в другом — Илье нужна была кровь, только где ее взять? Вздохнув и закончив перевязку шофера, вампир по привычке собрал и пересчитал тампоны, сложил инструменты в бюкс, а мусор и обрезки кинул в мусорный контейнер.

Теперь можно отдыхать. Поесть, помыться, почистить форму и сменить белье. Все, кроме приема пищи, делали в «банной» палатке. Рыжему нельзя было мочить повязки, так что Илья помогал ему с мытьем и переодеванием, шоферу больше зацепило спину, так что и его пришлось раздевать и одевать, да еще помочь помыть голову над пластиковым тазом.

Уже в столовой, вяло пережевывая перловку с тушенкой, вампир снова задумался о том, где ему взять крови, и тут рыжий вдруг спросил негромко, убедившись, что они остались одни:

— У тебя на дороге глаза стали красными, почему?

— Инфракрасное зрение, — шутливым тоном ответил Илья, насторожившись.

— Конфетка, кстати, клевая, я до сих пор как огурчик. Наркота?

— Сдурел? — искренне возмутился племянник ведьмы. — Элеутерококк, плюс ягоды, сахар… Пропорции просто правильные, не аптечные.

— Точно? — рыжий смотрел без подозрения, скорее с научным интересом.

— У меня тетка — ведьма, — абсолютно искренне сказал Илья, — она мне такие конфетки делала для дежурства в больнице. Я же хирург-травматолог, там под утро самая жара и спать нельзя.

— Хм, а почему тебя тогда фельдшером взяли? — удивился рыжий.

— Не знаю, куда отправили, туда пришел, — пожал плечами Илья.

— Ладно, — протянул рыжий, — там посмотрим. Пошли, найдем, где подушку придавить.

«Подушку» они нашли в одной из палаток.

Бойцы из нее ушли в рейд, так что место для спальников нашлось. Спали крепко, почти до ночи, а там уж пришлось снова расчехлять инструменты — разведчики притащили на себе парочку легких ранений и кучу мелких осколочных.

Илья спокойно работал пинцетом, брызгал антисептик и гемолитик, наложил пару швов, но чувствовал — тяга крови усилилась, еще день-два, и это станет проблемой.

А рыжий все крутился рядом. Смотрел, как аккуратно новенький работает, не отвлекаясь на шум и стоны боли. Как бережно и экономно расходует материалы. Как, наконец, подчищает за собой рабочее место, не забыв в очередной раз обработать руки.

Когда бойцы ушли, рыжий вдруг спросил:

— У тебя глаза опять краснеют. Это от темноты или тебе чего-то надо?

Илья вздохнул, понимая, что прокололся едва ли не в первый день, но прежде он с таким дефицитом крови не сталкивался.

— Крови мне надо. Пакетика донорской дня на три хватит.

— А если из вены? — фыркнул рыжий. — Вот у Кабана гипертензия, дрыхнет сейчас под препаратами, ему полстакана сцедить только на пользу!

— Я ж не дикарь, — фыркнул в ответ Илья, а потом признался: — Могу через катетер хлебнуть, на практике случалось, но для меня из пакета привычнее и безопаснее.

— Безопаснее? — сразу насторожился рыжий.

— Слушай, ты медик, мне ли тебе объяснять, как питание, курение и алкоголь влияют на состав крови? Болезни еще и заразные бывают! А на вкус такая кровь — вообще гадость! Думаешь, почему книжные вампиры девиц предпочитали? Те до замужества себя блюли, пить не полагалось, жирное есть — тоже, и вообще, сравнил молоденькую барышню и пьяного мужика под полтос!

Рыжий заржал почти беззвучно, а потом уточнил:

— Ну серьезно, кинуться можешь?

— Нет, — опять устало вздохнул вампир, понимая вдруг, что так и не узнал имя фельдшера, — я мальчик из приличной семьи, всю жизнь питался кашкой из пакетика, а ты ждешь, что я в поле кинусь ячмень зубами молоть? Если припрет, зальюсь физраствором с гемолитиком, продержусь до поставки. Пакетик «уронить» не такая уж проблема.

Рыжий посмотрел на него даже где-то уважительно и ушел. Илья устроил себе подстилку из спальника и снова отрубился — спать «впрок» он научился еще на третьем курсе. 

Разбудили его на рассвете.

Сунули в руки пакет с кровью: «Привет от рыжего», — буркнул какой-то тощий и длинный мужик в потертом камуфляже, и передали приказ — идти с группой. Куда, зачем и почему — ничего не объяснили. Выцедив кровь, Илья взял свой «боевой пояс», рюкзак-аптечку и собственный припас в двух подсумках. Мало, конечно, но чем богаты.

Вышли по росе.

Командир успел пояснить:

— Смотреть не под ноги, а вперед. Если что-то сверкнет, замереть сразу! Скорее всего, тебе, глазастому, падать и замирать уже поздно, но хотя бы те, кто за тобой идут — выживут!

После такого инструктажа Илья почти проснулся, но его запихнули идти последним.

— Твоя задача, док, если что, нас до «вертушки» живыми продержать, так что не крути башкой, тащи аптечку.

Вампир молча кивнул.

Они молча долго и упорно куда-то шли. Потом лежали в канаве. Ползли. Что-то рассматривали в бинокли, делали записи — карандашом в маленьком блокнотике, и снова шли, ползли или бежали.

Периодически где-то поблизости стреляли, потом грохот остался позади, а красивый, но редкий лес внезапно закончился какими-то строениями.

Торчать в лесу не было никакой возможности — подлеска нет, оврага или промоины тоже. Да их первый же дрон заметит! Пришлось аккуратно обойти строения, выбрать самый чахлый домик со множеством каких-то явно заброшенных сараев и пробраться в один из них.

Постройка была почти пустая и аккуратно обложенная поленницами дров. То ли тут мешки с кормами когда-то хранились, то ли телят-ягнят выхаживали, непонятно. Остался плотно утоптанный глиняный пол, слегка присыпанный соломой, большой ящик, на крышке которого можно было прилечь, да какие-то корыта, на которые приземлились бойцы, присматриваясь и прислушиваясь к миру за стенами сарая.

Тут они и сидели некоторое время, выжидая непонятно чего. Илья на все смотрел с интересом и вниманием вампира, может быть, поэтому встрепенулся первым:

— Сюда идут! — передал он по цепочке командиру.

Тот и сам уже увидел, что из домика строения вышла женщина, одетая во что-то темное и очень деревенское. Прошлась из одного сарая в другой, потом еще раз и как-то подозрительно быстро и внезапно вошла в то строение, в котором сидели бойцы.

И даже не удивилась, увидев перед собой дюжину разномастных рож и направленное на нее оружие.

— Чего надобно, добрые люди? — спросила она странно бесцветным голосом.

— Утром уйдем, — ответил ей командир, — а пока — тихо!

— Лучше вечером, — тем же тоном ответила она, — тут сейчас парни из комендатуры гуляют, стрельба будет.

Илья подобрался.

Перед ними стояла ведьма-интуит. Такую стоило послушать!

— Посидите тут денек, потом сходите, куда надобно, и сюда вернетесь, — продолжала женщина, — а мне паренька оставите… По хозяйству помочь. Крепкого.

Командир и его заместитель переглянулись.

— В лес не суйтесь, там растяжки, — продолжала женщина, — лучше канавой вдоль тракта… Я покажу.

— Нам бы посовещаться… — протянул командир.

— А и совещайтесь, — кивнула женщина, — вон того, красноглазого, спросите, он знает. А я пока воды вам принесу, — ведьма ткнула пальцем в вампира и ушла так быстро и внезапно, что никто не сумел ее остановить.

— Что это было? — хрипло спросил замкомандира, глядя во двор через щелястую дверь.

— Ведьма это, — подал голос Илья, стараясь держаться ровно под пристальными взглядами бойцов, — к ней лучше прислушаться. И оставить с ней, кого попросит.

— Она его жрать будет, что ли? — с намеком на истерику в голосе спросил самый молодой солдат, примерно ровесник Ильи.

— Нет, — мотнул головой медик, — в койку уложит, конечно, да еще понравится. Тут, видно, мужчин совсем не осталось нормальных, а ведьме без этого дела нельзя, сила застаивается, и ей плохо.

— Сам останешься? — сразу спросил командир.

Вампир вздохнул:

— Она меня не возьмет… Я ей не гожусь.

— Точно?

— Сама скажет. Ничего плохого она не сделает, расплатится щедро, дорогу подскажет и здесь поможет… Ей иначе нельзя.

Кажется, последняя фраза успокоила командира. Он выдохнул и приказал:

— Кого выберет, тот и останется. Не робеть. Док, выдашь тому, кто задержится, резинки и стимулятор. Чтобы не спал и нас дождался.

— Есть! — только и сказал Илья.

Ведьма вернулась быстро — с горшком гречневой каши, вкусно приправленной овощами и шкварками, с караваем домашнего хлеба и пустым ведром.

— Вам тут до ночи сидеть, ешьте, — сказала она, — не отравлено. Как можно будет выходить, приду. Мне вот этого оставьте, он с вами все равно пропадет! — сказала она и ткнула в того самого молоденького нервного бойца.

Командир кивнул, но все же спросил:

— А этого не хочешь? — и ткнул в Илью.

— Нет, жесткий больно, — хмыкнула та и ловко сунула вампиру плоскую квадратную бутылку: — Держи, парень. Сосед вчера свинью колол… Тебе надо.

Илья молча спрятал бутылку в рюкзак. Выпитого пакетика крови было слишком мало, чтобы компенсировать серьезное ранение. А свиная кровь… тоже кровь, как веганское мясо для не-вегана.

В сарае просидели до вечера.

Съели кашу, выпили воду, воспользовались ведром. Нервному солдатику Илья сам вколол транк. Ему не придется никуда идти или бежать в ближайшие сутки, а ведьма и так расшевелит то, что ей надо. Ждать же истерических выступлений на тему «меня тут бросают злобной бабе в подол» никто не хотел.

Когда стемнело, ведьма снова пришла в сарай:

— За мной идите, выведу и покажу, куда идти, — сказала она шепотом.

Командир напрягся, но подал сигнал — все похватали рюкзаки и оружие и максимально бесшумно выбрались из сарая во двор.

Женщина повела их… в дом!

— Только тихо, — предупредила на крыльце, — мама у меня болеет, только уснула.

Тенями парни прошли через сени в кладовку, оттуда — в какой-то отнорок, ведущий к дороге.

— Вот дорога, вдоль нее канава. Она сейчас сухая и травой поросла, ныряйте под траву, как под воду, вас и не заметят. Доберетесь, куда надо. Возвращаться будете, так же пройдете. Парнишка ваш уцелеет. Ну, с Богом!

Перекрестив отряд на прощание, ведьма скрылась в стене, задвинув облепленную саманом фанеру.

Илья последним нырнул в канаву и, проползая вслед за бойцами по чуть влажной земле, подумал, что ведьму-интуита они встретили к счастью. Для всех.

До нужной точки они дошли хорошо, тихо.

Сделали то, что должны были сделать. А на обратном пути нарвались на пьяных наемников с автоматами. Хотели обойти тихо, но тем приспичило пострелять, и… отбились. Но Илья, бинтуя раненых, добрым словом поминал ведьму, потому что в нем самом сидело не менее пяти пуль, и, если бы не пузырек с кровью, его бы просто оставили там как «труп», а так… дотянулся до рюкзака, немеющими руками открутил пробку, выпил все, оскалился пугающе и быстро-быстро оттащил раненых в сторону, пока остальные добивали остатки «гуляющих хлопцев».

Обколол, перевязал, зафиксировал все, что нужно, и вместе с остальным отрядом волок «трехсотых» на себе до неприметного домика на окраине.

Знакомую фанеру встретили как дом родной. И хоть прошло всего двое суток, но событий за это время случилось столько, что и говорить не хотелось.

Бесшумно отодвинули доску, прислушались, пробрались через кладовку в знакомый сарай. Боец спал на вполне приличном матрасе, даже с бельем. Рядом на табуретке стояли тарелки, кружки, даже бутылка от чего-то спиртного. Медик принюхался, кивнул одобрительно:

— Ведьма его пустырником напоила, похоже, достал он ее.

Остальные бойцы хмыкнули и совсем не нежно разбудили спящего. Он открыл глаза, словно хмельной, но, увидев своих, тут же собрался и встал. Раненые произвели впечатление — парень побледнел и задышал.

— Крови боится, — снисходительно сказал один из бойцов постарше.

— Зачем тогда его с собой берете? — шепотом удивился Илья.

— Видит хорошо, слышит тоже, а еще он нервный, если зачесался — значит, жопа рядом, — так же тихо пояснил ему боец, которому вампир ослаблял жгут.

— Понял, опасно такой барометр с собой водить… Взорваться может.

— Видишь, как ведьма его вычислила, — кивнул боец с позывным «Степан», — придержала. В той каше могли и затоптать.

Илья кивнул и продолжил обход раненых.

Ведьма появилась через пару минут, принесла чайник с заваренными травами, горшок с медом, хлеб, сказала всем есть и пить:

— Ночь будет темная, уйдете.

Командир не спешил принимать угощение, кивнул для начала Илье. Тот принюхался. Травки оказались знакомыми — дающими бодрость, так что вампир одобрительно кивнул и сам приложился к чайнику:

— Ждем десять минут, если плохо не станет, можно пить!

Ведьма не обиделась на проверку, только хмыкнула и ушла. Вернулась ночью, пряча зевок в ладонь:

— Пора вам, выходите в лес, только ползком. Я вчера слушок пустила, что кабаны безобразничают, если не сильно нашумите, уйдете.

Командир на прощание поцеловал ведьме руку и, пока она, зардевшись, отмахивалась, попросил:

— Уберите тут, чтобы неприятностей не было.

— Уберу, не сомневайтесь, — заверила она и, когда последний боец скрылся на задах ее огорода, со вздохом принялась собирать посуду, а потом и постель.

Разведчики ползком добрались до леса, а там… То бегом, то ползком, то шажком — добрались до точки, на которой их ждала «вертушка».

Упав на металлическое дно вертолета, Илья задумался над тем, что произошло.

Все, что хотела ведьма от этой встречи — получила. Это вампир ощущал явно, но почему вообще помогла? Только ли ради мужчины, способного раскачать дар?

Раскладывая воспоминания по полочкам, Илья автоматически вынул маятник — кусок горного хрусталя в простой оплетке, пока тот плавно качался, парень смотрел на него, думал и понимал, почему и как все произошло. Странно, раньше такой ясности и осознания не было! Неужели это еще одна ступень развития высшего?

— Док, — окликнул его командир, — чего ворожишь?

— Да вот, — все еще ловя блики от хрусталя, кивнул Илья, — гадаю, девчонка у Малого родится или парень?

— Что? — боец, которого оставляли с ведьмой, аж подпрыгнул.

— Ведьма взяла, что хотела, а хотела она твое дитя, — пожал плечами Илья. — У тебя в роду, видно, сильные колдуны были, раз ты такой… как струна. Девка родится — ведьминский дар переймет, а если парень… Не знаю, как уж получится.

— Да я… — Малой чуть не заплакал, но командир не дал ему упасть в истерику.

— Да ладно, Малой, ты всех выручил и прикрыл. Собой пожертвовал! Вон Кекс у нас, чуть штаниной тряхнет — так дитенок. Он своих от Камчатки до Смоленска и не считает уже, поди!

— Как это не считаю, — возмутился весьма привлекательной наружности боец с позывным «Кекс», — еще как считаю! На вторую дюжину пошел!

— Это те, чьи матери тебе сообщить успели, — отмахнулся командир.

Все заржали с облегчением, начали вспоминать жен и детей, и Малой постепенно успокоился. Илья же втихую спрятал маятник и занялся ослаблением жгутов, проверкой перевязок и прочего. Острота «ведьминского» вопроса стихла.

Когда вертолет приземлился, «Док» отправился с ранеными в госпиталь, а командир с заместителем — на доклад.

Передав раненых с рук на руки коллегам, Илья осмотрелся. Совсем другая «стоянка». Кажется, деревня или маленький поселок. Госпиталь располагался в здании, и в нем было электричество. Большой генератор гудел, провода тянулись еще к одному зданию — штабу? В киоск, похожий на магазинчик, еще куда-то.

Осмотревшись, Илья заглянул в тот самый магазинчик. Хлеб, вода в бутылках, консервы, «долгоиграющие» сладости, которые можно хранить без холодильника. Нет, холодильник тут был, но его явно часто отключали вместе со светом.

Принюхавшись, вампир решил ничего тут не брать. Лучше каша с тушенкой из столовой. Вышел на улицу, постоял и тут увидел Малого. Парень явно кого-то искал, а увидев Илью, обрадовался:

— Док, тебя командир ищет!

— Зачем?

— Не сказал, пошли быстрее!

Уцелевшая часть отряда обитала при штабе. Бывшая школа, переделанная под нужды военных, выглядела странновато, но функции активной точки выполняла.

Командир нашелся в небольшом кабинете на втором этаже — таблички не было, но внутри красовался письменный стол и несколько стульев. Выбитые стекла заменила пленка, прибитая узкими планками. Кроме командира и зама тут неожиданно обнаружился рыжий!

Илья насторожился, но спросил дружелюбно:

— Привет! Повязки менял или так с пластырем и бегаешь?

— Менял, — хмыкнул тот и уточнил: — Ты всегда такой непробиваемый?

Вампир непонимающе хлопнул ресницами:

— Что не так?

— Ладно, в общем, Кречет, рекомендую тебе этого парня в группу постоянным медиком. Крови не боится, научен всему по уму и схватывает быстро, — сказал рыжий.

Командир кивнул:

— В этом выходе он нормально себя показал, но… ты уверен?

— Не хочешь, не бери, — фыркнул «фельдшер», — Крен с руками оторвет.

— Ладно, беру! — торопливо заявил Кречет. — Только он же к «нулевке» приписан…

— Да пусть там и сидит, — махнул рукой рыжий, — нужен будет — выдернешь.

— Добро!

— Ну все, я побежал, введи парня в курс дела и отправляй на нуль, — махнув рукой и солнечно улыбнувшись, рыжий вышел из кабинета, неслышно закрыв дверь.

— Ну, парень, — командир смерил Илью взглядом, словно впервые увидел, — чем ты сумел привлечь внимание Локи?

— Кого? — нахмурился вампир.

— Локи, это тот рыжий, что за тебя попросил. Он, вообще-то… э-э-э, в общем, поверь, у тебя есть протекция на самом верху!

Илья только хмыкнул.

Он искренне решил, что это дело Олега Николаевича и его деятельной супруги. Даже отправив воспитанника туда, где не было возможности его опекать, они оказывали ему поддержку.

Между тем ему объявили, что отныне его позывной «Док» и он прикреплен к группе разведки «по требованию», а пока — пора обратно, на «ноль».

Возвращение на «ноль» Илью даже обрадовало.

Он радостно кинул рюкзак в палатку и отправился на обход мест, которые приметил в первый день. «Наузы» на ветках на месте, шаманская сила тоже. Потертый пятачок затоптали, спрямляя тропинку, а это что?

Вампир замер у помойной ямы, спрятанной в кустах, и склонился к ногам, забыв о том, что высматривал — блохастый котенок прижался к его ботинкам, и тут над головой неприятно вжикнуло, а ствол дерева за спиной взорвался мелкими щепками и трухой. — Падай! — скомандовал кто-то достаточно близко.

Илья, не поднимаясь, подхватил котенка и ползком убрался с того места, пытаясь догадаться, кто так вовремя отдал приказ.

Уже под прикрытием маскировочной сети вампир услышал, как ругается завхоз:

— Мне три человека нужны! Яму копать! Опять снайпер засел и по мужикам у ямы палит! Туалет переносим, и того, девчонок с мусором не посылать! Все поняли?

— Девчонок? — вяло удивился Илья. За несколько дней пребывания на «нуле» он не видел ни одной женщины. Впрочем, возможно, кто-то из странных зеленых фигур в масках, шапочках и перчатках действительно женского пола. Или они где-то прячутся? Отмахнувшись от этой мысли, он вернулся в госпиталь — обработал руки, надел одноразовый балахон, шапочку, маску, перчатки и… растворился в толпе таких же работников «пинцета и скальпеля». Чистить, шить, колоть, следить… Спать нельзя — хоть пой, хоть пляши, но спать не давай и сам не спи!

Когда старший по госпиталю командует «без выходов» — можно помыться, поесть и поспать. Если же команда «на эвакуацию» — значит, будешь бегать по кустам с раненым на плечах, и счастье, если вытащишь его быстро — хотя бы в течение суток. Некоторые «везунчики» по пять-шесть дней по кустам хоронились от глазастых «птичек», притаскивая на «нуль» живых бойцов.

Сколько прошло времени, вампир не фиксировал. Просто делал свое дело, обходил «охранки», иногда ставил свои. Илья вывалился из «карусели», когда его дернул за плечо знакомый боец:

— Кит? Ты как тут? — удивился Илья.

— За тобой! Батя в другую точку летит, велено тебя взять. На сборы десять минут!

Вампир молча кинулся в тот угол, куда скинул полевую аптечку, свой спальник, посылку из дома и боевой пояс. Собрался быстро, даже умыться успел, потом задумчиво провел рукой по подбородку — когда это борода успела отрасти?

Время вышло — явился Кит и почти поволок медика к «вертушке».

Полчаса лета, и они приземлились в абсолютно незнакомом месте. Вместе с Ильей и Китом выгрузились молчаливые парни в форме без нашивок. Они все дружно утопали куда-то налево — под очередную маскировочную сеть, а вампира пригласили направо — в небольшое здание, довольно густо укрытое листвой растущих кучно деревьев.

Внутри обнаружились знакомые лица — Кречет, рыжий, Малой и прочие парни из отряда.

— Док, ты уже здесь? Значит, все в сборе, — кивнул ему Кречет. — Задание излагаю кратко. Идем как всегда, маршрут известен мне, Локи и Стану. К нам добавляются бойцы из соседнего батальона. Трое. Задание у нас общее. Дойти, сделать и вернуться. По возможности тихо. Док, после совещания зайди к завхозу, выбей нормальный припас. Идем на две недели, так что не стесняйся.

Илья медленно кивнул и уточнил:

— Командир, когда примерно выход? Мне бы… часов шесть на сборы.

— Зачем столько? — удивился Кречет.

— Сварить кое-что надо, перебрать, перелить… Я тут за «трехсотыми» побегал, знаю, что брать и как, но нас существенно больше.

— «Вертушка» через двенадцать часов. Делай что хочешь, но на марше ждать не будем.

— Понял!

Остаток совещания медика не касался, так что вампир пялился на карту района, висящую на стене. Кажется, это снова была школа, только маленькая, сельская. И совещание проходило в кабинете географии или окружающего мира, потому что карта была топографическая, с указанием высот и низменностей.

Из интереса Илья проследил по этой карте примерный маршрут, потом маршрут эвакуации, прикинул высоты, понял, что бегать придется много и по пересеченной местности, и еще больше уверился — придется варить ведьминские зелья, иначе он первый «сдохнет на марше».

Потом еще покружил по краям карты, прикидывая, где их могут высадить и откуда забрать. Хмыкнул, когда понял, что его короткие полеты в виде летучей мыши, которые он тщательно скрывал ото всех, приучили его учитывать высоту, ветер и прочие факторы, необычные для «пешехода».

Наконец обсуждение закончилось, и командир всех отпустил — мыться, бриться, собирать амуницию и спать. А к вампиру снова пристал рыжий:

— Не передумал аптечку перебирать?

— Не передумал!

— Тогда пошли! — рыжий, которого во время совещания называли Локи, привел Илью в небольшую палатку с печкой-буржуйкой, небольшим запасом дров, столиком, примусом и самым простым набором посуды: — Все, что есть. От сердца отрываю, но! — тут рыжий поднял палец и усмехнулся. — В обмен на те самые конфетки!

— Сколько? — буркнул Илья.

— А сколько хорошему человеку не жалко! — легкомысленно отозвался Локи.

Вампир прищурился, вздохнул:

— Ну ты жук! На, больше нету! — и вынул из кармана жестянку для монпансье.

— Значит, не забудь меня, когда еще будут, — легко ответил рыжий, незаметным жестом забирая «подарочек». — К завхозу проводить?

— Проводить! — Илья поморщился. — Орать будет…

— Ничего, потерпим, — так же легко отозвался Локи, а потом признался: — Я бы и один сходил, но ведь не знаю, что тебе надо!

— Идем! — сдался вампир.

Завхоз не просто орал — он визжал, верещал, божился, клялся женой, детьми, соседями и родственниками, лишь бы не давать парочке медик-особист того, о чем они просили. На каждое его возражение Локи доставал бумагу, но от очередной печати тональность воплей только возрастала. В конце концов Илья не выдержал — прижал толстячка к столу, сжал горло и, глядя в глаза, произнес:

— У меня осталось не больше четырех часов на сон! Если ты сейчас же не выдашь все, что положено, и то, что написано в списке, я прямо отсюда пойду к Бате… И сообщу ему, что операция по обмену заложниками отменяется, потому что один толстый боров зажал два килограмма сахара! Понял?

Сорвавшись, вампир зашипел, как проколотая шина, и побледневший, как полотно, завхоз тут же поднял руки, сдаваясь.

Они получили все необходимое, вернулись в палатку, заварили крепкий чай, а потом Илья взялся за дело. Травы и настойки, присланные теткой, он аккуратно отмерял обычным медицинским мерным стаканчиком. капал в миску с сахаром, перемешивал, морщился, понимая, что без таланта Ираиды Грозовой превращать в зелье любую субстанцию придется туго, но… деваться было некуда.

Перемешав ингредиенты, боец поставил миску на примус, чтобы сварить карамель, и занялся подготовкой формы. Конечно, тут не было специальных формочек для карамели, поэтому, покумекав, Илья бахнул в карамель банку сгущенки и застелил промасленной бумагой обычный противень. Будут не карамельки, будут ириски! Не так удобно, но лучше, чем ничего!

Локи не отсвечивал.

Сидел в углу, занимался какими-то бумагами, в рецептуру не лез и не мешал. Когда карамель стала тягучей, Илья ловко опрокинул миску на противень, разровнял массу мокрым ножом, подождал пару минут и ловко нарезал на кубики. Примерно так. Дозировку уточнит на марше. Теперь можно и аптечкой заняться.

Перекладывание и перепаковка заняла еще час. Как раз ириски остыли и аккуратно отправились в пакетики.

— Эй, угостишь? — сверкнул белыми зубами Локи.

Вампир отрицательно покачал головой:

— Это не карамельки от тетушки. Дозировка примерная, слеплено на колене, и вообще я мог что-то сделать не так.

— Но с собой возьмешь? — уточнил рыжий.

— Проверю на себе, если все нормально — предложу парням. Но я буду рядом, с полным реанимационным набором, — ответил Илья.

— Ладно, аргументы принимаются… Рецептик запишешь?

— Нет, фамильный секрет, — отрезал боец.

Локи опять легкомысленно пожал плечами.

С рыжим расстались только через час.

Илья сходил в баню, сделанную из палатки, сбрил бороду, надел новое белье из присланной тетушкой посылки и наконец завалился спать в той самой палатке, в которой варил ириски.

Таймер пискнул, когда до назначенного времени сбора оставалось сорок пять минут. Достаточно, чтобы встать, умыться, съесть плотный ужин в столовой и полностью готовым выйти к вертолетной площадке.

Бойцы собрались быстро.

Оценили груз друг друга и хмыкнули — каждый постарался набрать как можно больше боеприпасов, так что рюкзаки, подсумки, дополнительные подвесы — все было заполнено, и перекинуть часть груза на того, кто собрался идти «налегке», не представлялось возможным.

«Вертушку» пришлось подождать. Большая часть бойцов тут же улеглась, закинув ноги на рюкзаки — плох тот солдат, который не может уснуть даже стоя. Илья тоже лег, задумчиво разглядывая пасмурное небо. День для выхода выбрали хороший — низкие облака, готовые пролиться дождем, предохраняли от «птичек». Мысли вернулись к почти родному Княжинску. Ираида и Дарья регулярно писали бумажные письма, присылали посылки, аккуратно сообщали новости. Инквизиция ничего не нашла. Люди, пострадавшие от тонкой ведьминской ворожбы, ничего не помнили и не знали. В городе тихо и спокойно, так что, скорее всего, неизвестный Древний, затеявший быстрое превращение Ильи в Древнего, потерял след.

Такие мысли не успокаивали. Наоборот — заставляли насторожиться. Молодой Высший не зря продолжил свои тренировки, отнимая время у редкого ночного сна. Он хотел быть во всеоружии, если… точнее, когда Древний его найдет. А пока полет в виде стайки летучих мышей помогал ему справляться со стрессом и заодно — немного изучать ближайшую территорию, чтобы избегать ошибок на выходах.

Это быстро заметили. Командиры подразделений, отправляя просьбу эвакуировать раненых, часто добавляли просьбу:

— Дока пришлите обязательно! У него вывод самый большой.

Начальник госпиталя морщился, но говорил Илье:

— Опять на тебя индивидуальный заказ. Топай давай. И помни, что гемостатика много не бывает!

Илья брал рюкзак и парочку фельдшеров или медбратьев и «топал».

Мысли прервались падением на грудь увесистого пакета:

— Это тебе, — рыжий Локи стоял и смотрел на Илью без улыбки, — выход сложный, результаты важны. Вернетесь целыми — считай, расплатился.

Вампир молча кивнул. Через черный непрозрачный пакет он прекрасно ощущал острые края упаковок с кровью.

Забрали их через пару минут.

Выбросили в лесу. Пока парни поправляли снарягу, Илья сжевал «ириску», снизил параметры тела до человеческих и засек время.

— Вперед! Док — замыкающим! — скомандовал Кречет, и все помчались легкой рысцой, торопясь отойти как можно дальше от места высадки.

Шли несколько дней, прячась в канавах, оврагах и лесах. Цель находилась почти в центре крупного лесного массива, бывшего когда-то заповедником. Бойцы старательно прятали все следы жизнедеятельности под палыми листьями и зеленым мхом, разогревали еду на бездымных таблетках, стараясь чаще обходиться «подножным» кормом.

К указанной точке подошли вовремя и поняли, что дело плохо. Оказывается, группе Кречета предстояло эвакуировать группу глубинной разведки! Только вот бойцы уходили с боем и выглядели… Плохо они выглядели.

— Док, для тебя есть работа. До ночи «вертушку» не вызвать, — сказал Кречет.

Илья молча занялся обработкой раненых, радуясь, что не зря прихватил большой набор.

Пока вампир увлеченно потрошил аптечку и оказывал помощь, командир группы отвел в сторону командира тех, кого предстояло эвакуировать, и завел с ним разговор. Они не подозревали, что Илья все прекрасно слышит.

— Почему не пошли по запасному маршруту? — спросил Кречет. В его бумагах были указаны два основных и два эвакуационных маршрута. Однако группа появилась на месте встречи с задержкой, которую никак не объясняла длина маршрута и даже короткий бой и наличие раненых.

— Потому что в штабе «крыса», — подняв на командира усталые глаза, ответил боец с позывным «Тюлень». — Мы двинулись по основному маршруту, видишь, вот тут он пересекается со вторым. Не дошли метров сто, наш Кот подвернул ногу. Задержались на пять минут, пока бинтовали… Я одного бойца вперед послал, чтобы принюхался… В точку пересечения влетела «птичка». Громыхнуло так, что нас подкинуло. Рауса больше нет.

— Эвак?

— Нет, — мотнул головой Тюлень, — мы двинулись к эваку и поняли, что там облава. Поверь, тебе туда не надо. Пошли почти наугад, по обрезу карты, на ощупь, и все равно нарвались. Я тебе честно скажу, командир, я боюсь вызывать сюда «вертушку». Если я прав… нас накроет «случайным огнем», а информация, которую мы несем… крайне важна.

Кречет задумался.

Тюлень, конечно, мог воспринять все слишком серьезно. Бывают и не такие совпадения на войне, но его слова зародили сомнения. С ранеными лучше, конечно, вызвать «вертушку», а ну как это действительно «крот» в штабе?

Между тем Илья закончил латать очередного раненого, встал, отряхнул руки и решительно двинулся к начальству:

— Командир, пара слов!

Тюлень и Кречет нахмурились синхронно. Боевые медики не паникеры, знают, сколько часов можно продержать раненого без сознания или в режиме ожидания, но если такой медик желает разговоров — дело плохо!

Между тем вампир подошел и доложил:

— Двое из пяти плохи. В ближайшие три часа им нужно на операционный стол.

— До темноты «вертушку» нельзя, — возразил Кречет, — собьют!

— Я знаю место, откуда нас заберут безопасно, — вздохнул Илья, — только…

Когда он закончил излагать свой план, Кречет устало потер висок:

— И что ты предлагаешь?

— Сейчас всем выдаю стимуляторы, в быстром темпе поднимаемся туда, куда я сказал. Я оперирую, это по факту недолго. К темноте вызываем «вертушку» на точку и грузимся.

Командиры переглянулись.

— На нашу группу стимов хватит? — уточнил Тюлень.

— Хватит, — скривился Илья, — они паршивенькие, но нам важно подняться, а отстреливаться там лежа можно.

— Покажи на карте, — Кречет сунул под нос медику планшетку с бумажным листом.

— М-м-м-м, вот здесь. Самая высокая точка. Она хитрая, пилоту придется покружить, но шансов больше, чем по земле.

Командиры переглянулись и приняли решение.

Через десять минут, бодро разжевывая «ириски», бойцы двинулись в указанном направлении. Раненых несли на носилках. Илья бежал рядом с одним из них, держа в руках плотный материал плащ-палатки, а в кармане на груди — капельницу.

Пройти надо было недалеко. Буквально в паре километров от точки встречи находилась «аномальная высотная точка» всего района. Одинокий «палец», неведомо как очутившийся посреди лесного массива.

Сидя на совещании, Илья не только разглядел точку на карте, но и прочитал комментарии с фотографиями под ней. А там упоминалась особенность этого «пальца» — отклонение от оси на тридцать градусов! То есть забраться на эту возвышенность можно, пусть и сложно. А уж сверху их сковырнуть… Пусть попробуют!

— Гладко было на бумаге, да попались нам овраги, — бормотал вампир себе под нос, с усилием затягивая самодельные носилки с ранеными на вершину. Стимулятор, конечно, помог, но там, где вампир шел легко, люди шли с трудом, боясь лишнего взгляда в бездну.

Кречет в итоге приказал Илье тащить раненых в одиночку, волоком, запаковав мужчин в плащ-палатки, как младенцев, чтобы не дергались и не свалились в пропасть вместе с медиком.

Из-за сложностей подъема два с половиной часа ушло, пока все добрались до макушки. Тут нашелся удобный скальный выступ, прикрывший всех козырьком.

— Командир, вызывай вертушку, — попросил Илья, расчехляя инструменты, — можешь к ночи, я сделаю, что смогу. Только скажи, чтобы носилки на тросах взяли и большую аптечку с собой, полный набор.

Бойцы занялись устройством бивака и «операционной».

Конечно, операция в полевых условиях — звучит громко. По факту вампир собирался удалить осколок, зацепивший легкие, пока не начался некроз тканей. Боец и так едва дышал, откладывать операцию нельзя, так что Илья взялся за дело — расстегнул на раненом одежду, обработал операционное поле хлоргексидином и взялся за пинцет, разложив на стерильной одноразовой салфетке инструменты и шовный материал.

Думал, обойдется легко — выдернет осколок, закроет рану, но, к ужасу хирурга, из раны сначала хлынули сгустки, а после кровь рванула так, что стало понятно — осколок зацепил артерию, времени на размышление нет.

— Держи его! — рыкнул Илья на помощника, пытаясь одновременно перекрыть поток крови и выхватить нужный зажим.

Помощники навалились кучей — бойцы в отряде не дураки, знали, что такой фонтан ничего хорошего не означает.

Док между тем на ощупь поймал бьющийся сосуд и пережал его. Выдохнул и продолжил командовать:

— Так, парни, теперь медленно кто-то один лезет мне в правый кармашек пояса, достает пузырек темного стекла. Рыб, давай ты! Деркач, ты лезешь в рюкзак, в боковой карман, тот, который холодильник, и находишь там пакет с кровью. На бирке должна быть единица римскими цифрами! Рядом система, начали! Я держу и руковожу. Пузырек мне в левую руку! Отлично!

Теткино кровоостанавливающее зелье Илья берег.

Обычно хватало медицинских гемостатиков, жгутов и повязок, но сейчас выбора не было — либо зелье, либо боец не дождется «вертушки». Полфлакона в рану, смахнуть черную пену, промыть физраствором и еще треть туда же!

Бойцу за терпение еще один укол обезбола и антишока, точку фонарика в рану, лигатура, миниатюрный шов по стенке сосуда, тампон в рану, еще зелья, а после — капельницу с кровью и глюкозу.

— Все, боец, ты молодец, — Илья утер рукавом пот с лица, не обращая внимания на кровь, которая капала с перчаток, впитываясь в одноразовый «передник», — жить будешь, и даже долго. Только не спать! Так, парни, капельницу держим до «вертушки» точно и треплемся без остановки. Ему спать нельзя. Я пока остальных осмотрю.

Шокированные бойцы остались стоять, как в карауле, держа пакет с кровью и систему, а один из группы с позывным «Птиц» присел над раненым и принялся травить анекдоты.

Поведя плечами, чтобы сбросить нервное напряжение, вампир осмотрел остальных раненых. Тут срочное вмешательство не требовалось — только расслабление жгутов, уколы и проверка повязок.

— Нормально все, парни, до госпиталя дотянете, а там уж медсестрички поднимут вам боевой дух!

Парни криво усмехались, стараясь держаться, но Илья видел, что у одного глаза побелели от боли, а второй боится даже смотреть на распаханную разрывной пулей ногу. Вздохнув, полез за теткиным зельем-обезболом. Штука забористая, но внутрь нельзя — анализ крови будет дурной. Придется прямо на рану, чтобы онемела. И в сопроводиловке указать, что по болоту ползли, грязи непонятной нацепляли!

Как только зелье подействовало, бойцы расслабились и даже задремали. Вампир не препятствовал — пусть лучше спят, чем переживают.

Только после своеобразного «обхода», вынув систему у того, кто пострадал сильнее, Илья позволил себе присесть. Ему сунули в руку кружку с чем-то горячим, накинули на плечи куртку:

— Садись, Док! — уважительно сказал Кречет. — На связь вышли, «вертушка» скоро будет. Как у парней шансы?

— Нормально все, — вяло ответил Илья, — этому осколок в легких мешал, сейчас дышит нормально, даже если контузия сильная, очухается. А у тех все в норме, тащили их грамотно, в госпитале соберут, может, не слишком красиво, но крепко.

— Командир, внизу шевеление какое-то, — доложил боец, оставленный бдить за тропой.

— Кто или что? — уточнил Кречет, перемещаясь к самому краю площадки.

— Странное что-то! — шепнул боец. — Шевелится, но на людей не похоже!

От этих слов очнулся Илья. Оставив кружку с концентратом бульона, он подобрался к говорившему и глянул вниз, усиливая зрение. Едва поймал себя за язык, чтобы не матюкнуться. Внизу кишели… летучие мыши! Они медленной волной ползли по камням, игнорируя день, лес и неподходящую для проживания местность. Почему не летели? Потому что эти мыши были все абсолютно черными, огромными и лоснились от дурной крови, которой напились…

— Командир, — Илья отпрянул, — светошумовые гранаты есть?

— Что? — оторопел Кречет.

Он радовался тому, что удалось уйти тихо, и даже «вертушку» вызвать получилось, не привлекая внимание «птичек», а теперь…

— Эти твари очень опасны, — твердым голосом сказал Илья, — и… я не знаю, что они сделают, когда доберутся до нас. Вызывайте вертолет срочно и приготовьте гранаты, если есть!

К счастью, командир к нему прислушался. Бойцы пересчитали припасы и приготовились к обороне. Илья быстро уложил свой рюкзак и взялся за боевой пояс. Он практически не пользовался боевыми зельями, которые Ираида Грозовая присылала в избытке, но сейчас выхода не было. Судя по всему, Древний нашел его и собирался что-то сделать. В любом случае люди ему не нужны, а Илья не мог позволить сводному отряду сгинуть в неизвестности.

Для начала, пользуясь тем, что тропа была практически открыта, вампир плеснул вниз зелье, отпугивающее нечисть. Частично сработало — часть мышей вырвалась из-под влияния Древнего и с дикими криками унеслась в лес. Илья обрадовался — значит, эта стая — настоящие мыши, а не воплощенный вампир, уже легче.

— Парни, — окликнул он бойцов, — у кого есть вонючка мятная или анисовая? Что-то резкое и натуральное?

— У меня анисовое масло есть, — признался один из бойцов, — в болото же собирались, оно комаров хорошо отгоняет! — тут же попытался оправдаться он под строгим взглядом командира.

Кречет не зря сторожился — резкий запах мог привлечь внимание к отряду, но сейчас терять было нечего — Илья взял пузырек, открутил крышку, вынул пробку и… разбил на тропе чуть выше мышиного «моря».

Зверьки отпрянули, запищали, еще часть вырвалась из стаи, уносясь в лес.

— Уже лучше, — хмыкнул вампир.

— Док, может, в них нашими грязными носками кинуть? — пошутил Птиц.

— Увы, друг мой, — изысканно ответил Илья, — в носках они, скорее всего, пожелают свить гнезда!

Бойцы коротко хохотнули, понимая, что все не так просто.

К счастью, использовать светошумовые гранаты не пришлось — прилетел вертолет. Его шум и сильные воздушные потоки смели зверьков к подножию скалы, так что отряд благополучно загрузился и улетел на базу.

Уже в безопасном полумраке штабного блиндажа Кречет докладывал рыжему Локи, как прошла операция:

— Сначала штатно шли, но информация от Тюленя о том, что все выходы засвечены, плюс раненые… Если бы не этот пацан, мы бы там до сих пор бегали, оставляя своих под кустами!

— Спокойно, Кречет, можно подумать, в первый раз с задания возвращаешься, — притушил вспышку эмоций рыжий, подталкивая к рукам командира стакан воды. Или того, что казалось водой.

— Да всяко бывало, — признался командир, — только эти мыши… И кровь! Ты же слышал, что Асклепий сказал! Если бы не этот парень, мы бы всех троих не довезли! Он еще и кровь перелить умудрился!

— О, перелил? Я думал… Ладно, расскажи про мышей.

— Да хрен знает, что это было, — Кречет мотнул потяжелевшей головой, — я, знаешь, в детстве видел полосу божьих коровок. Огромную, красно-оранжевую, шевелящуюся… Но там не было страшно! А эти мыши… У меня комок ледяной в горле встал! А этот, как так и надо, закидал их какими-то пузырьками, гранаты велел приготовить светошумовые, словно знал, что это и как с этим бороться!

— Значит, знал, — буркнул себе под нос рыжий, — ладно, Кречет, отдыхай. Выход прекрасный, и сами вернулись в целости, и парней вытащили. Очень ценных парней. Поверь, я не забуду!

Хлопнув командира по плечу, Локи вышел из блиндажа и огляделся. Палатка с красным крестом располагалась на другом конце поселка. Что ж, ему туда. Настало время поговорить со странным парнем и…

Локи не успел.

Ему нельзя было показывать свой интерес к простому парню, пусть и прикрепленному к разведгруппе. Поэтому он пошел в госпиталь не сразу — сначала заглянул на кухню, пошутил с новенькими поварами, потом заглянул позубоскалить к дроноводам, после этого той же танцующей походкой, помахивая травинкой, двинулся к палатке с красным крестом.

— Док! — крикнул с порога.

Никто не отозвался. Всюду лежали раненые, доктора работали, редкие медсестрички ставили капельницы, проверяли повязки, раздавали таблетки.

— Детка, — рыжий изобразил лицом и телом неприличную загогулину, — Док где? Парнишка такой смазливый, в бандане?

Женщина лет тридцати подняла уставшее лицо:

— Как где? На «нуль» ушел. «Буханка» туда поехала недавно!

Локи выдохнул сквозь зубы.

— Записку не оставлял?

— Вон, у входа почтовый ящик, — отмахнулась женщина, продолжая манипуляции.

Рыжий метнулся к тумбе, на которой стоял ящичек с небрежно свернутыми листами бумаги.

Телефоны даже здесь оставались под запретом, но врачи и пациенты придумали такой своеобразный способ обмена новостями. На любом обрывке бумаги писали информацию, сворачивали, писали сверху имя или позывной адресата — и в общую стопку.

Перебрав листочки из тетрадей, блокнотов и просто обрывки серой упаковочной бумаги, Локи нашел аккуратный белый лист с надписью «Рыжему».

Свернут лист был затейливо — развернешь, обратно не сложишь, так что было понятно, что никто к этому листу не прикасался.

Особист развернул бумагу, сначала хмыкнул, потом выругался, а потом выскочил из госпитальной палатки вон под удивленным взглядом медсестры. 

Сдав раненых в госпиталь со всеми бумагами — списком введенных препаратов, выполненных манипуляций и обнаруженных ранений, — вампир отправился в столовую — перехватить миску горячего супа или каши, запить цикорием, который кто-то «умный» поставлял вместо кофе, и завалиться спать в тихом углу.

Из всего плана удалось выполнить половину — поесть горячего. Вместо цикория симпатичная девушка в непривычном «городском» камуфляже налила ему компот из сухофруктов и даже улыбнулась.

Илья удивился.

 Женщин здесь было мало. Медсестры, санитарки, иногда снайперы или дроноводы, не больше стандартных трех процентов. По большей части это были дамы лет тридцати, четко знающие, зачем они на передовой.

Вот в «обозе» — той части армии, которая не касалась боевых действий, — женщин было гораздо больше. Тут же… Вампир невольно потянул носом, пытаясь по запаху определить, кто перед ним — благодаря крови оборотня при трансформации он стал куда лучше ощущать нюансы личных запахов, да и вообще не жаловался на обоняние.

Так кто же перед ним? Ведьма? Мавка? Суккуб? Или кто-то более экзотический, вроде русалки?

Нос наполнил аромат чистой кожи с легкой ноткой свежего пота. Человеческая девушка. Самая обыкновенная! Новенькая? И на кухне? Не в штабной палатке, не в «обозе»? Как такой цветок очутился здесь?

Ответ он получил почти сразу — в палатку зашел усталый полковник. Махнул рукой тем, кто пытался вскочить:

— Ешьте, парни, без прыжков. Машенька, мне как обычно и лекарство!

Девушка нахмурилась, но вскоре принесла на подносе тарелку с парой котлет и гречкой, стакан крепкого чая и маленькую рюмочку непонятно чего.

Принюхавшись, вампир хмыкнул — подмор. Не ведьминское зелье, но почти. Эффективная штука, снижающая давление. И на спирту!

Полковник поел, выпил лекарство, понаблюдал за тем, как подавальщица убирает со столов, метет пол, моет посуду, вздохнул и сказал:

— Не передумала?

Та только улыбнулась в ответ и неожиданно стала похожа на сурового полковника.

Илья чуть не поперхнулся — отец и дочь? Ну не сестра же барышня лет двадцати мужчине под пятьдесят? Или сестра?

Между тем полковник ушел, а на симпатичную девчонку обратили внимания другие бойцы. Попытались подкатить, но получили жесткий отказ. Когда же один из них распустил руки, девчонка, не растерявшись, врезала ему между ног. Боец со стоном согнулся пополам, на помощь сотруднице выскочил повар с черпаком в руке, и конфликт удалось замять, но Илья видел, что Марию трясло, а в глазах некоторых бойцов зажегся неприятный огонек.

Спать он не пошел.

Заглянул в кустики и растворился в маленькой стае летучих мышей. Эта девчонка чем-то напомнила ему мать. Все же Илья был достаточно взрослым парнем, когда Охотники убили его родителей. Он даже помнил маму человеком — с нежным запахом и бьющимся сердцем. Аромат этой нежной блондинки чем-то напомнил ему родной дом, и сердце дрогнуло.

Не желая анализировать свои действия, вампир спрятался в узлах маскировочной сети, наблюдая сразу за столовой, складом, госпитальной палаткой и штабом. На всякий случай.

Висеть вниз головой пришлось недолго.

Перемыв посуду, Маша вышла из палатки подышать свежим осенним воздухом. Ночью на траве появлялся иней, но днем на солнышке еще можно было погреться. Девушка встала практически под тем местом, где прятались мышки, прикрыла глаза и словно прислушалась к короткому затишью, которое иногда случается даже рядом с работающими орудиями.

У Ильи защипало в носу от странной правильности этого момента. А потом он рассерженно зашипел, когда к девушке подошел заведующий складом и начал намекать на разное… Например на то, что ее отец, за которым она «зачем-то поперлась на войну», «потратил слишком много денег, и его ждет комиссия», что «полковник Крупин, конечно, молодец, но мелкая сошка, и стоптать его недолго». А вот если Маша «будет повнимательнее к тому, кто может все это исправить…»

Не дослушав пакости, которые исторгал грязный рот этого мужика, Илья свалился ему на голову почти всем гнездом летучих мышей. Тот завопил, разбрасывая мелких зверьков в разные стороны, Маша вздрогнула, приходя в себя, и немедля убежала. Завскладом удалось сбить на землю и раздавить нескольких зверьков, потом он, ругаясь, похромал к себе — отмывать камуфляж не только от крови летучих мышей, но и от их щедрого «дара».

Илья через несколько минут свалился в кусты рядом с выгребной ямой.

Потеря мышей привела к тому, что он похудел на несколько килограмм и отчаянно жаждал крови. В таком состоянии опасно было показываться на глаза кому-нибудь, так что пришлось потихоньку ковылять к госпитальной палатке и тихо в углу допивать щедрый дар рыжего.

Придя в себя, вампир услышал, что собирают транспорт «на ноль» за ранеными, мотнул дурной головой и… написал записку Локи. Потом прыгнул в «буханку» и поехал туда, где отчетливо громыхали взрывы дальнобойных снарядов.

Илья отчаянно надеялся, что рыжий не подведет. А еще понимал, что десяток километров для его мышей — не путь. Он снова прилетит к Маше. Просто посмотреть, как она моет посуду, улыбается, дышит… Просто побыть рядом.

Майор Чернов мрачно взирал на лист бумаги и понимал, что операция пошла не по плану. Когда внезапно овдовевший полковник Крупин попросил разрешения на присутствие дочери в расположении части, ему выдали бумагу без особых проблем. Проверили, конечно. Девица совершеннолетняя, собирает материал для диссертации — ну пусть собирает. Подписки все дала, ответственность за жизнь и здоровье не перекладывает, даже должность себе выхлопотала при кухне. Бог с ней!

Когда же девушка прибыла в расположение части, Локи понял, что просто не будет. Слишком… женственная.

Даже в бесформенном комбинезоне, с тугим пучком на голове девчонка умудрялась будить в матерых волкодавах что-то глубинно-мужское.

Чернов присматривался к ней, пытаясь раскрыть секрет, но быстро понял, что это нечто неуловимое и естественное, как ветер, вода или солнечный свет. Да еще выражение лица… Женщины, пришедшие в армию, бывали изумительно красивы лицом или телом, но выражение лиц, строгость в общении превращали эту красоту во что-то далекое и холодное. Мария же одной улыбкой смягчала сердца. И это было опасно!

Впрочем, какой особист откажется половить рыбку в мутной воде?

Рыжий не отказался.

Опытные медсестры просвещали новенькую о негласных правилах жизни в суровом мужском окружении, а еще делились мнением о тех, с кем проводили дни и ночи под обстрелом.

— Главному глазки не строй, выцарапаю, — сухо пообещала старшая медсестра.

Мария только плечами пожала.

— Фельдшеров, если сами не подойдут, тоже не трогай, — попросила женщина средних лет, занимающая должность санитарки, — они тут так по оврагам прыгают с рюкзаками своими, что смотреть к ночи жалко!

Маша молча принялась перестилать узкую армейскую койку привезенным с собой бельем. Ее вообще не интересовали интимные отношения с военными. Она действительно приехала, чтобы собрать материалы для диссертации, но ей упорно никто не хотел верить. Еще там, работая в столовой, девушка устала объяснять и оправдываться, так что тут решила просто молчать.

— Свободных у нас тут мало, — продолжила молодая, но очень некрасивая девушка с тяжелым носом на бледном худом лице почти без подбородка. — Все или женам верность хранят, или со мной спят. Разве что Док так ни на кого не смотрит, но он вообще странный.

— Док? — нахмурилась Мария. Она предпочитала сразу узнавать обо всех неприятных типах, чтобы избегать их.

— Доктор наш молодой. Так-то внешне симпатичный, чистенький, — охотно подхватила медсестра, — вежливый даже, но молчун. Не улыбнется, слова лишнего не скажет.

— Понавесил везде веревочек каких-то, плетенок, трогать не разрешает, ходит проверяет.

— Да чудиков у нас полно, — отмахнулась некрасивая, — только они понятные и держатся вместе, а этот сам по себе!

— Вот пристали к парню, он сюда, может, от девки какой беспутной сбег, а вы все перед ним телесами своими трясете! — заворчала санитарка.

Летучие мыши в кустах тихонько пискнули.

Илья так привык абстрагироваться от женского общества, что практически не обращал внимания на немногочисленных женщин в отряде. Ловил, конечно, слухи о том, что некрасивая медсестричка приехала заработать на пластическую операцию, а бабулька — на квартиру для внучки, «принесшей в подоле». Слышал, что старшая медсестра — давняя любовница начальника госпиталя, еще «с Большой земли». Якобы военмед провинился в чем-то, и его отправили в командировку на год-другой, а он прихватил с собой давнюю подругу, и порой она устраивает ему скандалы, намекая, что командировка затянулась.

Слушать все это у вампира не было сил. Мыши аккуратно вернулись в «гнездо», спрятанное в кустах, и снова обернулись сухощавым, но крепким молодым мужчиной. Вампир повозился, устраиваясь удобнее, и вдруг понял, что уже не раз использовал четвертый уровень трансформации, доступный Высшим, и… ему не с кем этим поделиться!

Приемные родители далеко, мелькающий в штабе инквизитор — куда ближе, но лучше ему не знать. Парочка волков, служащих в разведке, конечно, унюхали, кто перед ними, но кровь и слюна Константина и Марьяны сбила их с толку. Подойти и выяснить подробности, бойцы не решились, а Илья не стал сам искать встречи.

И вот теперь он лежит в густых кустах, прикрытый «ведьмиными плетенками», и не знает, кому он может рассказать о том, что Высший вампир наконец влюбился!

Осознав это, Илья тихонько застонал.

Вот и проговорился… сам себе.

Впрочем, разве можно было не влюбиться в эту девушку? Ее пульс бился ровно и наполненно, кожа пахла медом, а волосы — нагретым солнечным лугом. Узкие запястья, длинные пальцы, нежная кожа и тонкое тепло тела…

Илья вздрогнул, осознав, что клыки проткнули кожу губ. Он потерял контроль! Это никуда не годится! Нужно раздобыть крови и пока держаться от Марии подальше. Прикрыв глаза, вампир попытался погрузиться в сон и тут же вздрогнул, ощутив запах девушки! Как? Она же в палатке! А, уже нет — вышла к выгребной яме, умылась, постояла, любуясь луной, и вернулась обратно. Луной?

Вампир стукнулся головой о землю и едва не застонал вслух! Кровь оборотня обострила обоняние, повысила чувствительность в период полной луны и… подарила возможность опознать женщину, с которой он сумеет родить детей! А кровь ведьмы усилила и закрепила это в теле вампира!

С трудом заставив себя лежать неподвижно, Илья принялся думать. Приемные родители хорошо его учили — прежде чем бить или бежать, нужно подумать. В первую очередь о его особом отношении к этой девушке никто не должен узнать. Она — его уязвимость, как и вся большая семья, в которой он счастливо жил столько лет.

Второе — нужно связаться с семьей. Узнать, что обнаружила инквизиция, и осторожно намекнуть на то, что ему нужна помощь. Третье — оберегать Марию как зеницу ока, и даже еще сильнее. Потому что, если с ней что-то случится, он себе не простит! А теперь спать! Тетушка Ираида не раз и не два говорила, что с принятым решением нужно переспать, чтобы понять — годится оно для нового дня или стоит выбросить его и забыть!

Всю ночь вампир ворочался — его будили близкие взрывы. Утром хмурый главный врач собрал всех на короткую летучку и предупредил:

— Судя по всему, сегодня будет наплыв раненых. Готовьте столы, койки, перевязочный материал и все прочее. Младший персонал… — тут он строго взглянул на Марию, — чтобы в операционной все блестело, как яйца у кота! Два часа на подготовку. Потом, думаю, придут первые «мавики».

Женщины и парни в камуфляже молча поднялись и вышли.

Уборка в палатке — та еще работа. Нудная, грязная, тяжелая. Воды мало, жесткая химия портит стенки палатки, так что операционную отсекают от стен полиэтиленовые занавески, которые и обрабатывают растворами, позволяя жгучим каплям стекать на землю.

Пол в палатке земляной, утоптанный. Опытный завхоз этого странного места каждый день посыпает пол песком, прокаленным на огне. Но не каждый же раз «нуль» встает у реки, полной песка или рядом с заброшенным песчаным карьером? Поэтому песок используют многократно, прокаливая его на крышке от БТРа и в случае переезда госпиталя засыпая в мешки, прикрывающие слишком тонкие борта грузовика.

Пока сметенный санитарками песок раскаляется, в воздухе висит странный аромат из смеси запахов автоклава, крови, жареного мяса и медпрепаратов. Так выгорает органика, которой в госпитальном песке хватает.

Все это Мария узнала, занимаясь уборкой. Потом они кипятили полосы ткани для наложения лангет и разных сложных повязок, потому что «готовые» стерильные бинты слишком тонкие, рвутся и сбиваются в комки при попытке повторной стерилизации. Потом пропитывали гемолитиками тампоны, ватные турунды и бинты. Стерилизовали инструменты. Готовили под присмотром старшей простыни, фартуки и перчатки. Расставляли лотки для шприцев и ведра для мусора. В общем, готовились к тому, чтобы не глядя выхватывать из стопки нужный материал или инструмент, когда горячка боя сменится горячкой обработки раненых.

А потом наступила тишина.

Редкая. Тяжелая. Все притихли, разошлись по углам и палаткам. Кто-то вышел за кольцо палаток — покурить. Кто-то задумчиво любовался осенним лесом, а кто-то, как Маша, просто не знал, куда себя деть, всем телом ощущая приближающуюся угрозу.

Кто-то молча подошел сзади, накинул на плечи тяжелую куртку с приятным запахом дождя и хвои, сунул в руку кружку с горячим крепким и сладким чаем:

— Не стоит переживать, Мария Вениаминовна, — прозвучал мужской голос, — мы справимся!

Девушка обхватила горячую кружку руками, подняла глаза, и слова благодарности замерли на ее губах. Она еще никогда не видела такого мужского лица, хотя в принципе успела насмотреться и в окружении отца, и в институте, и даже здесь, в зоне боевых действий. Видела молодых курсантов, красивых, как греческие боги, видела опытных бойцов — «волкодавов», со звериными повадками и рублеными лицами. Встречала мужчин постарше, уютных, хозяйственных и домашних. Видела полных отморозков, готовых за порцию адреналина сплясать на бруствере или пожонглировать гранатами. А такого — не встречала.

Утонченно-аристократичное, но при этом сильное. С гладкой кожей, словно у модели. При том лицо мужчины выглядело запыленным и усталым, а в глазах таилась какая-то печаль.

— Илья Богданов, позывной Док, — представился он и отвел свои удивительные глаза, делая глоток из своей кружки.

Мария тоже невольно поднесла кружку ко рту, отпила немного и вспомнила болтовню соседок по палатке. Значит, это и есть Док? Тот самый, который ни с кем? Ушам стало немного жарко. Вот зачем ей эта информация? Она сюда приехала не романы заводить, а собирать информацию для диссертации и немного присматривать за отцом. Но Илья Богданов притягивал взгляд. Бог знает чем. Вроде бы обычный парень — высокий, сухощавый, не качок, а этакий кузнечик, но с широкими плечами. Да мало ли здесь таких? А уж при штабе красавцев пяток на дюжину! Но… выделяется этот самый Док. Выделяется.

Допив чай, Мария поблагодарила Илью за напиток, вернула кружку и куртку, а он, приняв все, молча проводил ее до палатки и растворился в кустах.

Через минуту на площадку между палатками влетел первый «мавик» с тройкой раненых. Фельдшеры и медбратья подскочили, снимая тяжелые, обмякшие тела, и тут же принялись проводить осмотр и распределение:

— Этого сразу на стол! — скомандовал Док, склонившись над ближайшим к нему бойцом. — Этому капельницу, и запихните уже нормально гемостатик! Этого в угол, голова ушиблена, остальное мелочи!

Фельдшеры закрутились вокруг осмысленной каруселью, а Машу дернула за руку знакомая санитарка:

— Пошли, на подхвате будем. Сейчас только успевай все менять!

Не сопротивляясь, девушка нырнула за ней в палатку-госпиталь, успев подумать, что, даже разглядывая окровавленных людей, Илья Богданов невозмутим, словно смотрит на безмятежную озерную гладь… Или на лес, за которым вдруг перестали ухать снаряды.

Обработка раненых заняла двое суток.

Дни были солнечные, яркие, так что из-под сетки не высовывались, раненых везли по ночам, старательно прячась в «зеленке». Многие на территории госпиталя успели нахватать мелких осколочных ранений, в том числе Док.

Ругался он тихо — больше шипел, вынимая пинцетом осколки из рук, но вот спина… Там самостоятельно справиться не получалось. Психанув, Илья заглянул в палатку:

— Девочки, кто свободен с пинцетом?

Навстречу вышла Маша. Вампир сглотнул — боль от царапин померкла.

Девушка быстро вынула осколки, залила порезы хлоргексидином и ткнула ему в руку батончик гематогена:

— Восстановиться надо, на спине пара приличных потеков!

— Спасибо! — ответил Илья, выходя под сетку и снова своим тонким слухом ловя близкое стрекотание дрона. — Задрали! — буркнул он в пустоту. Раненых не получалось отправить «на большую землю», потому что дни и ночи стояли пронзительно ясные, и «вертушку» поджидали не только доктора, но и операторы БПЛА противника.

Отойдя немного в сторону, Илья прислушался к себе.

Пару пакетов крови он все же урвал, так что сил затянуть мелкие царапины хватало, но еще эта кровь годилась для одного дела… Отступив к любимому растерзанному осколками вязу, вампир надавил на ранку, дождался, пока выступит кровь, и принялся рисовать на светлой древесине знаки. Нужен дождь. Срочно нужен дождь! Или хотя бы туман. С туманом сложнее — «вертушку» могут и не прислать, а вот дождь — это хорошо. Тихо. И раненых заберут.

Когда посреди ясного дня набежали тучи, весь персонал «нулевого» вздохнул свободнее. Ночью пришли вертолеты, забрали раненых, закинули припасы, и… на несколько дней наступило затишье.

Если вы не знали, хлебнувшие адреналина люди не умеют расслабляться. День, два, потом начинается маета, попытка себя занять и… срывы.

Сначала все радовались тишине — чинили старые поломки, штопали палатки, стирали одежду. Даже котов переловили и выкупали в тазу! Перекипятили и перемотали бинты и постельное. Помылись сами — с кайфом устроили баньку в палатке, не ограничиваясь «походным душем» из ведра и ковшика. А потом от скуки начались любовные страдания. Кто кому чего сказал, кто зачем на кого посмотрел, кто успел «огулять» медсестричку, прижав к дереву. В общем, развлекались кто как умел.

Илья в общем безумии не участвовал. Он тихо наблюдал за Машей.

Девушка никому авансов не раздавала, от женской болтовни дистанцировалась, только писала что-то постоянно в удобном ежедневнике со сменным блоком. Любопытные медсестрички не раз пытались заглянуть в ее записи, но каждый раз только недовольно фыркали, как обиженные кошки.

В конце концов Илье стало любопытно — что же там такого интересного в записях нового «младшего персонала»? — и он заглянул Марии через плечо. Усмехнулся и предложил девушке кофе. Все свои записи Маша Крупина вела на английском языке! Причем профессиональном английском — Илья уловил терминологию, знакомую по курсу психиатрии.

Наверное, понимание, которое он проявил, смягчило девушку. Она приняла кофе — растворимый, зато сдобренный сгущенкой, и заговорила с ним сама:

— Заметки для диссертации.

— Психиатрия? — уточнил Илья.

— Стык нейробиологии, психиатрии и медицины катастроф, — ответила она. — Сейчас популярны комбинаторные темы, включающие модные направления.

— Будет ли ваша тема полезна? — Илья присел на бревнышко и улыбнулся.

— Надеюсь, — дернула плечом девушка, — потому и провожу диагностику, собираю данные… Будет обидно, если все останется на бумаге.

Они немного поболтали о научной работе, а на следующий день светило яркое солнце, и на «нуль» прибыл Рыжий.

Привычно растворился в толпе каких-то надзирающих-проверяющих и дернул Илью «покурить» у выгребной ямы.

— Так, парень, у меня для тебя несколько новостей… И хорошие, и плохие, — сказал он сразу. — С каких начинать?

— С плохих, — дернул углом рта вампир, понимая, что Локи не зря так нервничает и зыркает по сторонам.

— Тебя ищут.

— Меня? — искренне изумился Илья.

— Тебя. Причем по трем разным направлениям. Сам понимаешь, у нас тут разный народец толчется, так вот тебя ищут из Москвы — через Генштаб. По ФИО. Ищут по приметам через сотрудников МВД. Все, кто отправляются сюда, получают файлик с мордами тех, кто находится в розыске или на особом контроле. Тебя добавили в этот список.

Вампир поморщился.

Из Москвы могли искать те, кому нужен Высший на поводке. Узнали, что мальчик отправился в «мясорубку», решили торжественно его «спасти», чтобы благодарный сирота быстренько женился на выбранной красотке и наплодил новых Высших. Если получится.

МВД — сложнее. Возможно, это работа инквизиции?

— А еще тебя ищут «охотники за головами», — совсем тихо сказал Рыжий.

— Кто? — изумился Илья.

— Понимаешь, — Локи снова с подозрением осмотрел окрестности, — сюда, в мутную водичку, немало мудаков бежит от проблем. Кто-то исправляется, кто-то погибает, кто-то уходит за границу, устраивая себе фальшивую гибель. Есть люди, которые готовы оплатить доказательства смерти очередного мудака, кинувшего компаньонов, например. Они нанимают тихих парней с тяжелым вооружением… И некоторое количество мудаков не пропадает бесследно, а красиво погибает со всеми доказательствами. Так вот, ты в списке на скорую кончину. С обязательным усекновением головы!

Вампир сглотнул.

Отсечение головы — давний способ казни вампира. Вот только Высший из этой самой головы способен регенерировать. Если, конечно, все будет правильно сделано. Кому-то нужен ручной Высший не просто на поводке — в клетке?

— В общем — я сказал, ты услышал, — резюмировал Локи.

— Услышал, — чуть заторможенно кивнул Илья. — А хорошие новости?

— Хорошие — твоя информация подтвердилась. Я знаю, что твоя! — сразу поднял он руку, останавливая поток возражений. — Кого смогли взять — взяли. Но… один тип ушел туда, — Рыжий кивнул в сторону линии фронта. — Его ведут медленно, потому как он ранен и набит информацией, как подсолнух лузгой. Колоть на месте не станут. Через час выходит группа на перехват, и ты идешь с ними.

Илья нахмурился и уточнил:

— Кого именно ищем?

— Все данные получите перед выходом. Пока же собирайся.

— И почему эта новость хорошая? — не удержался, фыркнул Илья.

— Потому что, пока ты там, — хмыкнул Рыжий, — тебя никто не достанет!

Через час вампир присоединился к знакомой группе. Им показали фотографию полного невыразительного мужика в форме, объяснили, что его желательно взять живым, и закинули в гулкое чрево вертолета.

Высадка ночью — тот еще матерный квест.

Илья прекрасно видел в темноте, но все остальные тыкались, как слепые кутята. Устав от лишней суеты, вампир сказал негромко:

— Командир, можно я пару слов скажу?

— Говори, — кивнул Кречет.

— Парни, сядьте все, где стоите, пара слов.

Бойцы медленно опустились на лесную подстилку, уже схваченную инеем.

— Вы сейчас шумите и суетитесь, потому что вам кажется, что вы не видите в темноте. Это не так. Вы видите. Просто ваш мозг не адаптирует полученные сигналы. Полной темноты нет даже в тумане. Свет луны и звезд пробивается, и его хватает, чтобы активировать желтое пятно на сетчатке ваших глаз.

Сделав небольшую паузу, Илья посмотрел на бойцов — все слушали его внимательно.

— Сейчас вы сидите, расслаблены, спокойны, посмотрите на свои руки. Вы их видите. Теперь на землю. Видно все от шишек до травинок. Иней блестит. Дыхание вырывается облачками. Даже ваши черные накидки заметны, потому что в швах блестят капроновые нитки…

Раздалось несколько удивленных возгласов — бойцы действительно увидели то, о чем говорил Док.

— Я просто обратил на все это ваше внимание. Вы и раньше это все видели, но не осознавали. Теперь, когда осознали — будете видеть всегда! — резюмировал Илья и повернулся к Кречету: — Я закончил, командир!

— За мной! — скомандовал тот, уводя группу к точке пересечения с маршрутом, по которому уводили сбежавшего снабженца.

Лес поздней осенью — особое место. Холодно, голодно и невкусно. А почему? Потому что весь сухпай полностью лишен соли. Добавишь соль — захочешь пить. Боец в полном снаряжении, с запасом патронов, спальником, брезентовым пологом и так нагружен, как вьючный мул, да сверху на все это идет фляга воды всего восемьсот грамм.

К ручьям и речкам спускаться нельзя — там велик шанс нарваться на таких же бойцов, но в другой форме. Или на кабанов, жирующих на желудях. Или… да мало ли кого можно встретить на берегу! До выполнения задания в бой ввязываться нельзя и вообще себя демаскировать. Так что вода — либо из лужи, либо утром роса с брезента, либо… экономь и не ешь соль!

В группе курящих не было.

Не потому, что совсем вывелись курильщики. Просто любой запах в лесу легко разносится на километр, а в горах — еще дальше. Чиркни спичкой и на четыре-пять километров вокруг все будут в курсе твоей попытки развести огонь или прикурить. Так что запрет стоял жесткий и его не нарушали.

Как шутили сами бойцы, через два-три дня вынужденной бессолевой диеты и «сушки» ты «чуешь запах носков товарища, идущего за тобой четвертым или пятым». А через неделю такого режима способен отыскать схрон по запаху разогретой тушенки или мокрых портянок.

Дойдя до нужной точки, группа выставила посты, приготовила схроны и залегла на день. Предполагалось, что «калечного» понесут ночью, но противник изменил тактику, и шепот дежурного:

— Кречет, группа идет! С носилками! — поднял всех.

Илья давно не спал.

То ли сработала пресловутая интуиция, то ли раскрученное на максимум чутье вампира, но ему пришлось вынырнуть из сна больше часа назад. Еще до того, как дежурный заметил движение у кромки леса и двинулся туда «посмотреть».

Бойцы быстро приготовили оружие и распределились на заранее выбранные точки. Илья остался чуть сзади — чтобы всех видеть и в случае необходимости прийти на помощь.

Огневой контакт получился коротким, но эффективным. Группа людей с носилками рухнула, распалась и осталась лежать на месте. Увы, нужный им человек тоже погиб. Зафиксировав все и собрав документы и боезапас, группа отошла к точке эвакуации без потерь.

Но когда «вертушка» высадила их в паре километров от штаба, и бойцы с определенной долей расслабленности спрыгнули на бетон, Илья дернулся. Маленький пятачок вертолетной площадки пах кровью. Не просто кровью — он пах кровью Маши! Их не было всего три дня, как она очутилась здесь? Почему бетон пахнет ее кровью? Он не успел взвиться стаей мышей только потому, что заметил Рыжего, стоящего чуть в стороне от других встречающих.

Не обращая внимания на команды Кречета, Илья быстро двинулся к рыжему особисту. Тот стоял, молча глядя на потемневший бетон.

— Что с Машей? — без всяких экивоков спросил вампир. — Почему она здесь?

— Нападение, — вздохнул Локи. — Идем, я тебя к ней провожу…

Илья стиснул зубы и пошел за Рыжим, чувствуя, что сказано не все. Тот действительно тормознулся у какой-то палатки:

— Оставь рюкзак хотя бы и оружие, в госпиталь с ним все равно не пустят.

Вампир нетерпеливо свалил пожитки в кучу, накрыл маскировочной накидкой, но особист не собирался куда-то бежать.

— Мы не знаем, как все произошло… Медсестра, которая напала на Марию Крупину, не в себе. Врачи пытаются ее стабилизировать для допроса, но…

— Что с Машей? — с усилием спросил Илья, держась, чтобы не впиться отросшими черными когтями в горло Рыжему.

— Удар скальпелем в печень, — сдался особист. — «Вертушки» не было, пока вызвали эвакуацию… В общем, с ней сейчас отец, зайди, попрощайся, и очень тебя прошу — не делай глупостей. Я бы тебе и слова не сказал, но Мария сама хотела тебя увидеть.

Илья сорвался на бег.

Промчался между палатками, ведомый инстинктом, сам не понимая — звериной своей части или вампирской, и остановился на пороге отдельно стоящей палатки. Тут лежали безнадежные. Те, кому без проблем кололи большие дозы обезбола, рассказывали сказки о задержке эвакуации и писали письма родным.

Марию положили у входа — здесь было суетнее, светлее, и ярче ощущалась ускользающая жизнь. Рядом на складном стуле сидел постаревший полковник Крупин. Илья бросил на девушку внимательный взгляд и понял — все очень-очень плохо. Желтая кожа, запавшие, обведенные тенями глаза, сухие губы, ломкое неудобство фигуры, уложенной так, чтобы не беспокоить ту, что вот-вот уйдет.

Полковник бросил на вампира сумрачный взгляд, тяжело поднялся и отошел, неловко сказав:

— Я отойду на минутку.

— Илья! — девушка нашла в себе силы улыбнуться. — Я рада, что ты пришел. Мы… много разговаривали о науке… Прошу, сохрани мои записи, возможно, они пригодятся кому-нибудь на кафедре. Вот, я попросила все в сумку собрать, возьми.

— Маша, — Илья занял стульчик и взял обтянутую желтой кожей кисть девушки, невольно прослушал рваный, замедленный пульс.

Все понятно, накачали седативными, чтобы не истерила и не болело. Но тело не обманешь, оно замедляет процессы, экономит ресурс, надеясь выкарабкаться, но…

— Ты сумеешь продержаться еще час? Хотя бы час? Мне… нужно кое с кем связаться, чтобы тебе помочь!

— Илья, — качнула головой девушка и тут же поморщилась, голова явно отозвалась болью, — я удивлена, что я тебя дождалась. Правда. Сказали, что вернешься не скоро, но я надеялась.

— Продержись еще час, — умоляющим тоном сказал вампир, — я… постараюсь тебе помочь, чего бы мне этого ни стоило!

— Постараюсь, — удивленно ответила Маша и бессильно прикрыла глаза.

Илья вылетел из палатки как метеорит. Поймал Рыжего:

— Спутниковую связь! Быстро!

Тот моргнул, глянул на полковника, идущего к палатке, и потянул Илью за собой.

Звонок в Княжинск вышел сумбурным, но Илье нужна была консультация главы Патруля:

— Олег Николаевич, — быстро сказал он, едва Вдовин взял трубку, — я в курсе, что меня ищут. Это потом. Скажите мне, кого, как Высший, я имею право обратить?

Магистр завис на долю секунды, потом уточнил:

— Девушка?

— Девушка, на которую откликнулась моя вторая суть… Или третья, — честно сказал Илья, понимая, что создает прецедент.

— Волк почувствовал пару? — сразу уловил нюанс Вдовин. — А ведьминская часть как реагирует?

— Положительно, — вздохнул Илья, — и основная тоже!

Рыжий из палатки связистов никуда не ушел и старательно грел уши, так что вампир старался все же не сыпать лишней информацией.

— Ага, еще и слушают, — немедля понял Олег Николаевич, — повиси минутку на линии, мне нужно отдать распоряжения и кое с кем связаться. Не отключайся. Толкни того, кто слушает, скажи, что тебе нужно будет немедля, прямо сейчас заключить брак!

— Понял! Что еще?

— Пока официальные бумаги, желательно еще батюшку отыскать! Срочно! Я вижу схему, но надо все продумать! Пять минут!

Голос главы Патруля отодвинулся, раздались какие-то приказы, а Илья повернулся к Рыжему:

— Срочно оформите официальную регистрацию брака — меня и Маши Крупиной. Еще священника найдите! Венчание.

Локи нахмурился, но Илья дожал:

— Спасем девушку, полковник останется на службе. Уже и ежу понятно, что он сильно мешает той стороне. Кстати, если Маша выживет, медсестра, возможно, придет в себя.

Рыжий медленно кивнул и все же вышел.

Правда, быстро вернулся, явно передав распоряжение кому-то другому. Тут же ожила трубка:

— Илья, у вас в штабе секретарем работает младший инквизитор. Фомин Андрей Николаевич. Найди его. Старший инквизитор сбросил ему всю информацию по правильному обращению члена семьи Высшего. Там есть нюансы. Еще в медпункте найди медсестру Васильчикову Елизавету, ее тоже зови, она опытная ведьма, будет страховать. И… в отряде ГРУ тебе нужен Савченко Кузьма Алексеевич, он старшина волков этой территории. Собери всех, изложи ситуацию, я очень надеюсь, что ты успеешь!

— Понял! — коротко ответил вампир и повернулся к Рыжему: — Мне нужны эти люди на свадьбе. Срочно. Все. Счет на минуты!

— И?

— Маша будет жить, полковник Крупин будет хорошо воевать, а я уберусь отсюда, чтобы не создавать проблем, и сообщу, куда делись те семеро придурков, которые сумели меня найти…

Рыжий вздохнул и взял список. Пробежал глазами, вздохнул:

— Иди в палатку, жених, двадцать минут, и все будет!

Свадьба на передовой, даже в штабе — та еще история.

Согласования, разрешения, доклады и бумаги. Илья это понимал, поэтому просто выполнил все, что продиктовал ему Рыжий — подал заявление на госуслугах, сделал скан-копию паспорта и скинул на на указанную почту. Остальное взял на себя особист. Чтобы не терять время, из палатки связистов Илья сразу пошел к Маше и вызвал полковника наружу, словно забыв, что в палатке все прекрасно слышно.

— Вениамин Кириллович, — сказал он, жалея, что нет более приятной обстановки для этого разговора, — я прошу у вас руки вашей дочери!

— Что? — полковник заморгал, словно его ударили по голове, вышибая сознание.

— Я люблю Машу, никогда ее не обижу, и… если она станет моей женой, я смогу ее спасти!

— Как? — недоверчиво вскинул подбородок мужчина. — Ее даже в госпиталь везти отказались, треть органов растворилась, разливной перитонит, сепсис…

— У меня свои методы, — уклончиво ответил Илья, — поверьте, Маша будет жить, но для этого мне нужно, чтобы она официально стала членом моей семьи. По-другому — никак. Если бы этого можно было избежать, я бы не стал настаивать, честно.

Полковник махнул рукой:

— Женись! Только спаси девочку!

— Спасибо! — искренне сказал Илья.

Он нырнул в палатку, чтобы сделать предложение Маше лично, но девушка просто протянула ему руку:

— Я согласна, Илья, и уже подтвердила заявление…

Вампир элегантным жестом поймал ее ладонь, прижал к губам, чувствуя, что пульс девушки слегка ускорился, и постарался улыбнуться:

— Сейчас сюда придут свидетели и регистратор. У невесты есть пожелания?

— Букет? Из листьев! — неуверенно попросила Мария.

— Пять минут! — пообещал Илья, выходя из палатки.

Несколько не облетевших еще берез он нашел. Собрал прозрачные желтые листья в букет, обложил крупными дубовыми листьями, добавил пару чахлых травинок и перевязал жгутом — готово!

К палатке вампир вернулся вовремя.

Младшего инквизитора он узнал — пересекались при оформлении медикаментов. Он стоял спокойно, держа под мышкой папку с бумагами.

Медсестра — незнакомая, немолодая, уставшая женщина, закутанная в пуховый платок, сначала зыркнула сонно и недовольно — кажется, ее разбудили, потом глянула на Илью пристально, удивилась, шагнула вперед, поймала за руку:

— Ты Марьяне Красной кто? — спросила негромко.

— Крестник, — ответил Илья, — она мне жизнь спасла.

— Ладно, выберешься, привет ей передашь от тетки Авдотьи.

Вампир было нахмурился — кажется, медичку звали Елизавета, но потом сообразил — живут ведьмы долго, бумаги менять приходится, и не всегда удается их найти на имя, данное при рождении.

Последним пришел волк.

Собранный, хмурый, он сначала мельком глянул на Илью и скривился, потом уставился на инквизитора, перевел взгляд на медсестру и замолчал. Что-то было между этими двумя невысказанное, но ощутимое.

Последним явился Рыжий, а с ним священник в бронежилете поверх укороченной рясы и комполка с папкой в руках.

— Все на месте? — оглядел прищурясь Локи. — Тогда вперед!

В палатке стало тесно, людно и душно. Медсестра, посмотрев на Машу, быстро откинула полу входа:

— Заморите девчонку, мужики! — фыркнула тихонько себе под нос.

Илья вручил Маше букетик, а комполка, откашлявшись, включил прямую трансляцию на планшете и сказал несколько слов, подтверждая свои полномочия и звание. Строгая тетенька с унылым лицом зачитала данные Ильи и Марии, спросила, действительно ли они оба согласны вступить в брак, получила этому подтверждение и объявила:

— Согласно закону Российской Федерации ваш брак зарегистрирован! Свидетельство о заключении брака можете получить в любом отделении ЗАГС либо по месту прописки! Поздравляю!

Илья напряженно выдохнул, понимая, что Локи проявил просто недюжинную оперативность, организовав все буквально за час.

После регистрации брака вперед выступил священник:

— Вам просто обручение или прямо чин венчания? — уточнил он.

— Венчание, — ответил Илья, переглянувшись с Машей, — только коротко, пожалуйста… Времени мало.

Батюшка кивнул и хорошо поставленным голосом, но негромко запел, одновременно вынимая из своего саквояжа свечи и раздавая всем присутствующим. Венцами служили бархатные полоски на липучках, расшитые золотыми крестами и цветами. Под негромкое пение как-то сам собой образовался табурет-аналой с иконой, стоящие чинно свидетели и торжественная атмосфера, накрывшая палатку словно куполом.

Глоток вина из общей чаши Маша все же сделала, и ей стало ощутимо хуже. Илья тревожно сжал ее руку, но следовало вытерпеть до конца. Полковник Крупин тоже смотрел на дочь с опасением, но, к счастью, священник действительно не стал тянуть и быстро объявил Илью и Марию мужем и женой.

А когда он ушел, вперед выступил инквизитор:

— Полковник, майор, попрошу вас уйти и… никого сюда не пускать, что бы тут ни происходило.

Крупин открыл было рот, но Локи утянул его за собой:

— Пойдем, Вениамин Кириллович, нам с тобой еще столы накрывать и любопытных гонять. Тут точно без нас обойдутся. И… поздравляю, что ли!

— Спасибо! — растерянно ответил полковник.

Едва полог палатки опустился, как инквизитор взмахнул рукой, ставя купол, а после вперился взглядом в ведьму и оборотня:

— Вас пригласили сюда, чтобы вы стали свидетелями заключения брака между Высшим и его возлюбленной. Но не только. Случай уникальный. Илья угодил под принудительную инициацию. Чтобы сбить стремительное превращение, ему дали кровь ведьмы и оборотня. Новая ДНК встроилась в геном. Мария — истинная пара Ильи, думаю, вы это уже поняли.

Волк нехотя кивнул.

Ему тяжело было находиться в палатке, пропитанной одновременно запахом смерти, крови, вампира, ладана и… ароматом истинной пары.

Ведьма кивнула с большим энтузиазмом — она поняла, почему Илья назвал себя «крестником» Марьяны.

— Сейчас вы станете не просто свидетелем обращения Высшим члена своей семьи, вы будете подстраховкой, потому что никто не знает, как измененная ДНК повлияет на процесс. Понятно?

Дождавшись еще двух кивков, инквизитор открыл свою папку:

— По закону иных и разрешению инквизиции Высший вампир по имени Илья Сергеевич Богданов проводит инициацию своей жены Марии Вениаминовны Крупиной под присмотром свидетелей… Вот здесь впишите свои имена и распишитесь!

Волк и ведьма оставили свои подписи.

Пока все это происходило, Илья сел на корточки рядом с раскладушкой, на которой лежала Маша, заглянул ей в глаза и попросил:

— Только ничего не бойся, хорошо? Думай о том, что ты останешься жива, и я буду рядом. Если захочешь!

Девушка устало моргнула. На самом деле она уже проваливалась в смертную дрему и цеплялась за слова симпатичного ей парня из чистого упрямства.

— Протокол подписан, разрешение получено, приступайте! — сказал инквизитор.

Илья вздохнул и снял с пояса флягу, которую успел наполнить с помощью все того же особиста. И начал рисовать кровью необходимые для ритуала знаки. Травы, уголь и все остальное он давно приготовил и носил с собой по совету тетки Ираиды. Умная она ведьма и проницательная. Давно ему сказала, что лучше «внезапно» найти все нужное в своем рюкзаке, чем потерять кого-то нужного в этой жизни.

— Не пугайся! — еще раз попросил он Машу, закончив рисовать знаки на ее теле, а после аккуратно снял повязку с раны.

Выглядело все… плохо. А уж запах, который хлынул в помещение, заставил поморщиться даже девушку. Илья быстро вынул кинжал и серьезно надрезал себе палец, выдавил несколько тяжелых капель в рану, потом поднес палец к губам Маши:

— Вытяни крови, сколько можешь. Так надо. Пожалуйста!

Она слабо потянула, скорее слизнула, стараясь не морщиться, но Илья не останавливался — снова и снова ранил себя, пока не заметил, что рана, в которую он накапал свою кровь, разбухла и принялась выталкивать из себя запекшуюся кровь, потом желчь и совсем уж неаппетитное месиво из растворившихся кишок.

Ведьма тотчас подскочила и принялась вытирать все салфетками, молча и профессионально. Потом отвлеклась на капельницы и прикрутила парочку, а две, наоборот, пустила струйно. Залезла в тумбу у двери, вынула пакет физраствора, пакет глюкозы и добавила их в систему.

Илья смотрел молча, ругая себя за то, что сам не подумал — скоростная регенерация организма потребует всех его ресурсов. Если не подпитать Машу хотя бы жидкостью и быстро усваиваемым сахаром — она за минуты превратится в живой скелет.

Обряд шел так, как требовалось — ничего не отклонялось от описания в трактатах.

Девушка билась почти в агонии, плача от боли, но при этом рана очищалась и затягивалась, так что ведьма даже пару раз ее расширила, чтобы тонкая светлая кожица не мешала выходить остаткам и сгусткам.

Когда же стало понятно, что опасность миновала, рана чиста, а Маша совсем обессилела, Илья поднес к губам девушки флягу:

— Выпей все. До капли.

— Что там? — спросила она, пытаясь стереть холодный пот, заливающий лицо.

— Добровольно отданная кровь двенадцати людей, — признался вампир, — обычная, донорская. Без добавок. Пей!

Маша послушно выпила больше полулитра крови и обвела палатку осоловелым взглядом:

— А… оно так и должно быть? — спросила она и хихикнула.

— Ты сейчас немного хмельная, это нормально, — успокоил Илья, — давай еще глоточек моей крови — для завершения, и можешь спать.

Он резанул на этот раз не палец — запястье, и поднес его к губам Марии. Она жадно, захлебываясь, пила, пока рана не затянулась, и наконец уснула.

— Что ж, — сказал инквизитор, — ритуал проведен без сбоев. Благодарю свидетелей за участие. Сразу напомню вам, Илья Сергеевич, что с этого момента вы отвечаете за жизнь и поведение новообращенной Марии Вениаминовны до самого достижения ею вампирского совершеннолетия. Не прощаюсь!

Инквизитор ушел, на миг позволив заклинанию тишины заложить всем присутствующим уши. За ним ушел хмурый волк. А ведьма осталась.

— Девчонку помыть надо и белье поменять. Иди воды принеси горячей, лучше в травах искупаем, я знаю, что новорожденным надо.

— Новорожденным? — как-то вяло уточнил Илья.

— Так она у тебя месяца два теперь как младенец будет. Кожа тонкая, чувствительная, сенсорная нагрузка высокая… Есть, спать, гулять и восстанавливаться. Чем скорее ее на «большую землю» заберешь, тем лучше.

— Понял! Сейчас воду принесу!

Полковник и майор стояли чуть в стороне от палатки и курили. Позы расслабленные, но лица еще напряженные. Кажется, инквизитор успел им сообщить, что все прошло хорошо, но Илья не стал пренебрегать общением с отцом жены.

— С Машей все хорошо. Она устала и спит, но ее нужно помыть и переодеть. Елизавета поможет, но надо воды горячей раздобыть и чистую одежду, просторную, мягкую, чтобы кожу не раздражала. Можете свою футболку дать? — обратился он к полковнику.

Тот вздрогнул, кивнул:

— Сейчас принесу! Ее увидеть можно?

— Помоем, причешем, и увидите. Сейчас… лучше не надо.

— Тогда я за футболкой!

Крупин ушел почти бегом, а Локи прищурился:

— И ты мне, конечно, не скажешь, как можно спасти человека от удара скальпелем в печень? — сказал он лениво.

— По закону Российской Федерации мне положена только одна жена, и непременно женского пола, — с таким же прищуром выдал Илья, заострив внимание не на способе решения, а на непременном условии.

Рыжий вскинул бровь, изображая недоумение, и тогда Док пояснил:

— Вы, тащ майор, увы, на Гюльчатай не похожи, а я не Сухов!

— Ла-а-адно, — протянул Лис, — приму к сведению. Так что там про тех семерых, что тебя нашли?

— А, да ничего, — хмыкнул в ответ Илья, — легкие контузии и ЧМТ с кратковременной или выборочной амнезией. Я ж не зверь.

Рыжий задумался и восхищенно присвистнул:

— То есть ты их подкараулил, вырубил, потом оказал первую помощь и сплавил с «нуля» самым легальным образом?

Вампир только клыкасто улыбнулся в ответ.

— Силен, бродяга! — оценил особист. — Ладно, топай, не задерживаю! Эвак-борт завтра будет.

— Спасибо! — Илья почти прыжками умчался в сторону кухни — для заваривания трав требовался кипяток, а еще раздобыл в санитарной палатке брезентовую ванночку со складными бортами. Взрослого мужика в такую запихнуть сложно, а вот хрупкую, даже истощенную девушку — запросто.

Вернулся Илья с двумя ведрами кипятка не быстро — нужного количества горячей воды на кухне просто не нашлось, пришлось ждать. Ведьма встретила его ворчанием, но даже одобрительным. Пока вампир искал воду, капельницы сделали свое дело, и выглядела девушка пусть и больной, но не умирающей и не истощенной.

Вдвоем фельдшер и медсестра быстро заварили нужные травы:

— Ромашка, череда, капелька полыни — все заварим, пусть настоятся, будешь ее обтирать потом и детским кремом смазывать. Если крема нет — масло детское возьми. Коллаген в диету обязательно, чтобы кожа не лопалась, да и ногтям-волосам полезно, — ворковала ведьма, смешивая кипяток и холодную воду в брезентовой емкости. — Так, теперь стелем простыню, клади ее в воду и заворачивай, пусть отмокнет немного. Постель перестелем, одежду папаша уже принес, вон — сунул пакет у двери, неси сюда, посмотрим хоть, что принес!

Илья послушно выполнял все, что говорила ему ведьма — не потому, что сам не сумел бы помыть Машу, а потому, что медсестра в этом деле была более опытной и аккуратной.

В пакете обнаружились три футболки — все чистые, но разной степени поношенности. Одна совсем новая, вторую надели, наверное, раза три, а вот последняя была вытерта до истончения ткани, зато мягкая и уютно растянутая, как надо.

— Вот эту и возьмем! — обрадовалась Авдотья, откладывая эту самую старенькую футболку. — Так, а белье он догадался положить? Ну-ка, муж молодой, сбегай до тестя, скажи, что девчонке белье еще нужно и прокладки!

— Про… Понял! — Илья быстрым шагом помчался к полковнику Крупину, ругая себя за беспечность. Конечно, полное восстановление организма не могло не задеть женские внутренние органы! И хорошо, что нашелся человек, способный подсказать.

Когда вампир вернулся в палатку с нужными вещами, Маша уже открыла глаза.

— Вот теперь давай-ка купаться, красавица, — ворковала над ней ведьма, подливая в воду травяные отвары. — Сначала тело, потом отдельно голову вымоем. Без стеснения, ты сейчас как котенок слабая, но это ничего, пройдет…

Воркуя, ведьма отмывала Марию, а Илья, следуя указаниям, поднимал, поворачивал и держал легкое тело. Потом воду поменяли и вымыли еще раз, и еще…

— В семи водах купаем? — шепотом уточнил Илья, снова удерживая на весу жену, пока ведьма споро, но с наговором выплескивала воду в выгребную яму.

— С того света, считай, девочку выдернули, — неуступчиво отозвалась Авдотья, — надо так!

— Да я не спорю, может, еще воды принести?

— Да все уж, вытирай, одевай и укладывай.

Илья быстро обсушил Машу полотенцем, сунул головой в отцовскую футболку и уложил на чистое постельное белье.

Ведьма наводила порядок, продолжая давать советы:

— Кровь ей в молоке давай — неделю хотя бы, и бульон обязательно, травы я оставила, совет да любовь!

Бросив напоследок эту многозначительную фразу, ведьма ушла, а Илья сел на пол рядом с раскладушкой, положил голову на одеяло и сказал:

— Знаю, у тебя много вопросов, Маша, задавай, постараюсь ответить на все!

Разговор получился долгим.

Сначала Илья, как положено, объяснил, кто такие иные, кто такой он и кем стала Маша. Привел доказательства — просто царапнул себя ножом по руке и показал, как на глазах затягивается рана. Потом объяснил, почему непременно нужен был брак:

— Я Высший, родился вампиром у двух людей, по закону я имел право сделать вампирами моих родителей. Низшими, но все же вампирами. Я был еще слишком мал, поэтому ритуал для них провел один из инквизиторов, вампир. Кроме родных я могу сделать вампиром только жену или детей.

— Детей? У нас могут быть дети? — напряглась Маша.

— Могут. При определенных условиях, — помахал рукой в воздухе Илья, — и точно не сейчас. Тебе понадобится минимум полгода, чтобы привыкнуть к новому состоянию, справиться с жаждой и взять под контроль сначала детские, а потом подростковые порывы.

— Что? Снова пубертат? — хмыкнула Мария.

Сейчас она была слишком слаба, чтобы что-то понимать или делать, но Илья помнил, что когда-то давно к нему не пускали маму и отца несколько недель, чтобы они не напугали ребенка красными глазами, оскалом и жаждой крови.

— Малая плата за жизнь, — серьезно сказал вампир.

— Согласна. А папу увидеть можно?

— Сейчас можно, но завтра мы улетаем на «большую землю», забираем документы и едем ко мне, в Княжинск.

— В Княжинск? — удивилась девушка.

— Я живу в Княжинске, там большая община иных, там моя семья. В ближайшее время за тебя отвечаю я, одной тебе оставаться нельзя.

— Но… я думала, мы полетим в Москву… — осторожно сказала Маша.

— Понимаешь… — Илья потер висок, не зная, как уложить в несколько предложений всю сложность взаимоотношений с московскими вампирскими кланами. В конце концов он решил ничего от жены не скрывать. — Для московских иных я лакомый кусок. Высший с большим потенциалом, рожденный от людей. Меня хотели заманить в лаборатории для исследований, женить, подставить, чтобы я стал послушной собачкой в руках именитого клана и сделал политическую карьеру. Я довольно быстро все это разглядел и сидел в Княжинске, не желая погружаться в это все. Тогда они организовали нападение на мою семью… Дети… Я не удержался, защищая кузенов и племянницу, и потому вынужден был уехать сюда. Служил, никого не трогал, но и тут до меня дотянулись длинные руки тех, кто хотел видеть меня послушным проводником их воли либо вообще собачкой на поводке. Думаешь, на тебя напали просто так?

Маша побледнела, но задумалась.

Илья не торопил, ждал. Все же девушка диссертацию пишет, умеет систематизировать и анализировать данные.

— Знаешь, Илья, — Маша неловко повозилась, подтянула одеяло повыше, словно ее морозило, и сказала: — эта медсестра, которая ударила меня скальпелем, она… плакала! И руки у нее дрожали! Я вообще не поняла, зачем она зашла в палатку, схватила скальпель и… сделала это.

— Возможно, ее заставили, — кивнул вампир, — либо шантажом, либо магией. Неважно. Думаю, она будет рада узнать, что ты жива.

Девушка крепче обхватила себя руками. Илье отчаянно хотелось ее обнять, но пока это казалось слишком дерзким.

— Я не хочу отказывать тебе в поездке в Москву, — терпеливо сказал он, поглаживая ее похудевшие пальцы, — но тебя там будут провоцировать на каждом шагу, чтобы ты сорвалась, натворила глупостей и подставила меня. Помнишь, что ты пока молодой вампир, и настроение меняется от любого пустяка? А еще скоро добавится жажда…

Маша потупилась, вздохнула, выпрямилась, словно пыталась сама себе доказать, что она сильная и справится.

Илья не стал ее огорчать, просто поднес ладонь к губам и легонько поцеловал:

— Поверь, ради тебя я готов подставить свою шею, но очень не хочется. Высшего убить трудно, зато можно замордовать, как обычного человека, чтобы сам самоубился!

— Вампир… может самоубиться? — изумилась Маша.

— Может, правда, это очень сложно. Не буду тебе говорить, как это можно сделать. Те, кому не понравится наш брак, могут попытаться и тебя довести.

— Да каким образом? — девушка дернула ногой, словно притопнула, и тут же сжала губы, понимая, что продемонстрировала то самое «детское» поведение.

— Ко мне будут подсылать красивых и чувственных вампирш или человеческих красоток. Притом публично. Или помогут им пробраться в наш дом. Если девицы не сумеют меня соблазнить или заставить сорваться на горячую кровь, настанет черед дядек с чемоданами денег. С уговорами пойти на службу клану или консорциуму. Подписать кабальный контракт. Плюс будут ежедневные намеки на то, что ты неподходящая для меня партия. Неудобная, не знатная, невыгодная.

Девушка покраснела и скрутила край одеяла.

Илья сочувственно ей улыбнулся. Как дочь полковника, Маша привыкла чувствовать себя завидной «добычей» в определенных кругах. Отец — полковник, дочь — единственная. Образование, внешность — все шло ей в плюс. Девушке трудно было поверить, что ее могут счесть провинциалкой, бедной, не имеющей связей непрестижной невестой.

Илья дал ей пару минут все обдумать, а потом снова погладил по руке:

— В Княжинске мне будет проще отсекать такие вещи. Там все будет заметнее, и семья не даст разгуляться недоброжелателям. Тетушка-ведьма — это, знаешь ли, сила, — попытался пошутить он.

Маша снова задумалась, потом спросила:

— Значит, ты предлагаешь поехать в твой родной город. Надолго?

— До завершения твоей адаптации, — пожал плечами Илья. — Если честно — сам не знаю, сколько это продлится. Год или два.

— Год или два… И кем мы будем друг другу все это время?

— Мужем и женой, — без запинки ответил вампир, — если ты, конечно, согласишься. Навязывать тебе себя я не стану.

— Значит, самый обычный брак? Не просто ты меня спас, я выдержала адаптацию, выплатила компенсацию, и разошлись?

— Самый обычный брак, — Илья поднял на нее серьезный взгляд. — Если бы ничего этого не случилось, я бы продолжил ухаживать за тобой и через пару месяцев все равно сделал бы предложение.

Девушка снова задумалась, а Илья похвалил себя за то, что не стал вываливать на нее все и сразу. Незачем Маше знать, что его волчья часть признала ее парой.

У оборотней законы строже, чем у вампиров — если волк признал девушку парой, община сделает все, чтобы они прожили вместе хотя бы три года. Если не появятся дети — пара может расстаться. Впрочем, закон волки пытаются не нарушать, но…

Илья сам видел заявления на столе руководителя Патруля и не хотел, чтобы Машу принуждали к жизни с ним. Сами разберутся. Если девушке не понравится жить с ним, он отпустит ее после прохождения адаптации. Просто отпустит, чего бы ему это ни стоило. В конце концов, у него тетка и сестра — ведьмы. Сварят какое-нибудь зелье забвения, лет на пять хватит…

— Я… обещаю тебе попробовать жить в браке, — сказала Маша, очаровательно зарумянившись. — Не уверена, что это получится сразу и без ошибок, я слишком мало знаю о… тебе. Но я готова стать твоей женой… Когда поправлюсь…

Илья молча поцеловал ей руку, принимая обещание.

Пока молодые выясняли отношения, полковник Крупин носился по штабу, как в попу укушенный. Дочь спасена, но делать ей тут больше нечего — значит, нужно оформить ее перевод, да оформить правильно — сначала эвакуация в госпиталь с ранением и материалами дела, потом комиссия, потом отпуск по ранению и уже потом — списание в запас.

А муженек ее? Вольнонаемный доктор, однако тоже просто так не улетишь — быстро в дезертиры запишут. Значит, и тут нужно сначала оформить отпуск «по уходу за членом семьи», потом плавно перевести на работу в госпиталь в тылу. И уже после этого, если парень пожелает бросить военную медицину, посоветовать ему МЧС и медицину катастроф.

К удивлению полковника, за ним всюду следовал рыжий майор — подсказывал, помогал и даже посоветовал сразу оформлять дочь в Княжинск.

— Вы, полковник, все равно тут останетесь, а Док за женой присмотрит. Если уж с того света ее вытащил, на этом точно не бросит. Да и дочери вашей будет спокойнее в тихом зеленом городке. В Москву захочет — сама вернется.

Крупин зыркнул недоверчиво, а Локи улыбнулся и добавил:

— Дока я лично крутил, он у меня свидетель важный по делу о госизмене. Все равно отсюда убирать надо, так что я ваши старания поддерживаю, мне этот парень живой нужен. Да и семья у него хорошая, не обидят вашу девочку.

Полковник не слишком верил в эти сказки, но помощь особиста оказалась бесценной — буквально через три часа бумаги были оформлены, а Маша вместе с мужем записана на эвакуационный борт.

Проверив все документы еще раз, Вениамин Крупин заглянул в штабную палатку — он спал прямо там, за тонкой занавеской из москитной сетки — и залез в маленькую личную укладку. Вообще, он давно все это приготовил — на случай, если его не станет. Его дочь не должна оставаться одна в огромном безумном мире. Так что… Прихватив небольшую поясную сумку, полковник пошел к палатке «смертников», с каждым шагом сильнее расправляя плечи. Он все делает правильно! Абсолютно!

Илья все так же сидел на полу рядом с Машей.

Он только что напоил ее разбавленным концентрированным молоком с кровью и теперь, пользуясь ее томной расслабленностью, рассказывал о своей семье, рисуя кончиком пальца узоры на ее руке.

Юная вампирша, еще не осознавшая глобальных перемен в своей жизни, внимала Высшему, почти мурлыкая от сытости, уюта и притягательного запаха сидящего рядом мужчины.

Идиллию разрушил полковник Крупин.

— Можно к вам? — он заглянул в палатку, готовый отпрянуть, если застанет что-то интимное. Например, купание.

— Прошу вас, Вениамин Кириллович! — Илья поднялся. — Присмотрите за Машей? Мне бы переодеться сходить…

— Присмотрю, иди, — довольно сухо сказал полковник, но вслед зятю глянул одобрительно. Надо же, только что с Машей ворковал, а понял, что отцу с дочерью наедине пообщаться надо!

Маша потянулась сесть, но отец остановил ее жестом:

— Лежи, дочка, и слушай! Так, вот в папке ваши бумаги! Тут все о ранении, нападении и прочее. Госпиталь, комиссия, запас. И тебе, и твоему мужу. Захочет вернуться — вернется, варианты я там расписал.

Девушка вспыхнула. Ей так непривычно было слышать «твой муж»!

— А теперь кое-что особенно важное! — полковник понизил голос. — Все в этой сумке. Карточка с личным счетом, ПИН-код — год твоего рождения. Рекомендательные письма моим друзьям. Документы на квартиру. Завещание.

— Папа! — на глазах Марии выступили слезы.

— Что «папа»? — неловко передразнил ее полковник. — Я тебя замуж выдал, но доверия к твоему мужу у меня нет. Докажет, что справляется — тогда и поглядим. А пока держи все при себе, добавь себе приложение банка, чтобы и без карты могла деньги снять, если понадобится. Как тут со связью — сама знаешь, но если что, пиши или звони на те номера, что на красной карточке, мне передадут! Понятно?

— Понятно! — Маша потянулась обнять отца и вдруг остро ощутила его запах. Тревожную нотку горечи, кислинку усталости, остроту адреналина. От удивления девушка даже не дернулась, лишь крепче прижалась к отцу, пытаясь запомнить его запах, и тут же ощутила невероятное — клыки больно уперлись в челюсти!

Сглотнув, Маша напомнила себе, что ела она совсем недавно, и аккуратно выпустила полковника из объятий. Слишком близко бился его пульс! Ох, кажется, именно об этом ее предупреждал Илья, а она не верила!

— Пап, а «вертушка» точно сегодня будет? Или нам лучше машиной до следующей точки доехать?

— Будет, в госпитале «тяжелые» накопились, — хмуро сказал полковник, — да еще следователя должны прислать, в общем, не сегодня, так завтра прилетит. Ты пока отдыхай, ешь хорошо и лежи, а то косточки одни остались! — буркнул, смущаясь, отец.

Маша старательно улыбнулась одними губами — клыки перестали увеличиваться, но все равно мешали во рту.

Еще раз неловко обняв дочь, полковник Крупин ушел, и Маша с долей облегчения откинулась на тощую подушку. Кажется, ей действительно нельзя здесь оставаться! И тихий провинциальный городок будет лучшим решением! Где же Илья, когда он так нужен?

Не успела девушка впасть в отчаяние, как ее муж вернулся.

Он пах чистой одеждой, слегка залежавшейся в вещмешке, шампунем и немного кровью.

— Как поговорили? — спросил Илья, всматриваясь в лицо Маши.

— Папа… меня обнял… и… — смущаясь, девушка показала клыки.

— Молодец, что удержалась! — похвалил ее муж. — Смотри, я тебе принес пакет с кровью, сейчас намешаю в гранатовый сок, пей маленькими глотками.

— Откуда сок? — удивилась Маша.

— Концентрат прислали, но хороший. На вкус, может, не очень, но тебе для маскировки надо. Вот, держи термос и пей!

Через несколько минут девушка жалобно сказала:

— Илья! Я больше не могу! Живот надулся, как барабан, а пить все равно хочется!

— Это и есть жажда, — вздохнул вампир, — ты видишь, что сыта, но остановиться сама не можешь. Давай по пунктам. Я могу остановить тебя силой. Один удар, и ты без сознания. Могу сварить зелье, оно приглушит жажду, а вместе с ней и все прочие чувства.

Маша замотала головой:

— Не хочу становиться бесчувственной куклой!

— Значит, бери жажду под контроль сама. Ищи то, что поможет тебе осознать, что ты сыта, или отвлечь. Музыка, книги, фильмы, разукрашки, пазлы…

— Разукрашки? Серьезно? — изумилась Маша.

— Все что угодно, хоть болтики в старых «Жигулях» крути, но продержись три часа без крови. Потом четыре. Потом пять. По-хорошему, низший вампир питается кровью раз или два в сутки, причем минимально.

— Минимально — это сколько? — дрожащим голосом уточнила девушка.

— Полстакана примерно, — свел брови Илья. — Я Высший, я могу вообще месяц без крови жить, если не ранен, не выполняю какое-то сложное задание или не трансформируюсь.

— А что значит «низший»? — спросила Маша, прикусив губу.

— Это условная классификация, — вздохнул Илья, — низший вампир значит новорожденный обращенный. Ты выпила мою кровь, я полил ею твои раны, моя ДНК, грубо говоря, принудительно встроилась в твои клетки и преобразовала их. С возрастом и опытом ты станешь просто вампиром, потом, возможно, даже Старшим.

— А Высшим?

— Высшим стать невозможно. Высшим можно только родиться, — развел руками парень.

Маша потерла лоб:

— И ты никогда не испытывал жажды?

— Маш, когда я родился, то чуть не умер от голода, — пожал плечами Илья, — там была и жажда, и боль, и почти смерть. Спасло чудо — в поликлинике медсестрой работала ведьма. Она отправила сигнал московскому клану, те приехали и дали мне крови.

— Не забрали у родителей? — сразу напряглась девушка.

— Высшие вампиры очень привязаны к семье, — покачал головой парень, — если ребенка отобрать, он запомнит и отомстит. Прецеденты были. Так что родителям помогли сменить жилье и работу, плюс забили холодильник кровью для меня. Потом они попали в аварию, с трудом выжили, и для моего душевного равновесия им предложили стать Низшими.

— Они… согласились?

— В их жизни мало что изменилось, — пожал плечами Илья, — взяли на работе отпуск, прошли изменения под присмотром Старших и продолжили жить, как жили. Мама выращивала цветы и вязала для меня смешные шапки, папа возился с машинами…

— А как они пережили жажду?

— Цветы и машины, — улыбнулся Илья.

Девушка снова потерла лоб, но спросила:

— Твои родители живы?

— Нет, — помрачнел вампир, — это… нехорошая история, хотя тетя до сих пор мне говорит, какой я был молодец. Их убили. Я выжил. Теперь моя семья — это тетушка, ее дочь с мужем и их дети. И ты.

Маша задумчиво покивала.

Понятно, что она пока еще не семья, так, намек. Тем не менее эта позиция много говорила об этом парне. К тому же он так ловко отвлек ее разговорами, что она действительно забыла о жажде!

— Как ты думаешь, — спросила она, — работа над диссертацией поможет отвлечься?

— Не попробуешь — не узнаешь! — хмыкнул в ответ вампир.

«Вертушка» прибыла вовремя — на рассвете.

Быстро выгрузили людей, продукты и медикаменты, быстро забрали тех, кому нужно было на «большую землю».

Машу вынесли на носилках — укутанную и зафиксированную ремнями. На этом настоял Илья. Во-первых, ее ранение было указано в документах как крайне тяжелое, во-вторых, так ей будет проще сдерживаться в тесном пространстве вертолета, наполненного пугающими запахами и людьми. Сам вампир сидел рядом с женой и держал ее за руку.

Полет выдался сложным — трясло, болтало, пару раз где-то рядом что-то грохотало, но в итоге вертолет сел, и возле люка очень быстро появились люди:

— Носилки есть? Сюда! Грузим! Кто тут Крупина? Вам в эту машину! Вы кто? Муж? Ладно!

Машу вынесли первой, Илья шел рядом. Машину, обвешанную амулетами, он засек сразу — темнота ему не мешала. Рядом с обычного вида «скорой» стояла ведьма со значком инквизитора, а рядом с ней весьма мускулистый оборотень в куртке фельдшера. Именно они ловко и аккуратно приняли молодую вампиршу и ее мужа, вкололи Маше легкий седатик и уже в машине передали сообщение от главы Патруля и от главы Инквизиции. Молодую семью ждали в Княжинске.

Илья только кивнул и спросил:

— Кровь есть? Запасы в жену влил.

Ему молча передали пакет, и он быстро восполнил силы под внимательно-любопытными взглядами незнакомых сотрудников инквизиции.

— Высший? — ведьма с интересом изучала его ауру.

— Высший, — подтвердил Илья.

— Аура… необычная, — сдержанно сказала ведьма, предлагая поделиться информацией.

Илья просто дернул плечом. Не хотел объяснять незнакомцам, как так получилось и почему.

Тогда в разговор вступил волк:

— Почему вы пахнете как истинные? У вампиров же такого нет?

— Случается, — с покерфейсом отозвался Илья.

Ему все меньше нравилась и эта машина, заглушенная амулетами до полного исчезновения с радаров, и любопытные вопросы тех, кто должен молчать, и… Он некстати вспомнил жертвоприношение, которое едва не превратило его в Древнего. Люди полностью подчинились вампиру… Что если он умеет воздействовать не только на людей? Будь он один, уже бы разорвал связку амулетов, пробил борт и ушел, но здесь Маша, и она не в себе.

Укол! Илья опустил ресницы и всмотрелся в лицо жены. Что ей такое вкололи? На вампиров, даже низших, почти не действуют человеческие лекарства. Метаболизм другой. Но Маша плавает в полусне, словно человек. Значит, это не седатик, а что-то другое. Скорее всего, очищенное ведьмино зелье, и это плохо. Куда их везут?

Ласково поглаживая руку жены, Илья раздумывал над ситуацией.

Их везут явно не в госпиталь, поскольку все остальные машины с ранеными свернули раньше. Куда? И главное — к кому и зачем? В принципе, его «ведьмин пояс» на нем. В ногах стоит его личный мешок с вещами и небольшой Машин чемодан с диссертацией и несколькими мелочами. Больше она ничего забирать не стала.

Вырубить сопровождающих он может. Только водитель все равно не остановится, да и вампир ощущал, что в затылок ему смотрит камера. Кто-то наблюдает за ним, и явно с какой-то целью.

Целуя холодную руку Марии, Илья вдруг вспомнил, что вампир, обративший человека, имеет с обращенным особую связь. Он сосредоточился, заглянул девушке в глаза и мысленно сказал:

— Маша, не пугайся. Если слышишь меня — моргни.

Девушка вздрогнула, поежилась, прошептала, что ей холодно, и, когда Илья заботливо поправил на ней плед, медленно опустила ресницы. Тут же в голове вампира донеслось, будто издалека:

— Слышу! Но плохо! Что-то случилось?

Илья снова поднес руку жены к губам и коротко рассказал о своих подозрениях. К счастью, дочь полковника Крупина дурой не была. Сразу поняла, в чем проблема.

— Будешь атаковать или подождем, пока нас привезут?

— Хочу узнать, кто пытается нас украсть и зачем, — честно ответил Илья. — Надоело бегать.

— Тогда я просто лежу и делаю вид, что мне очень плохо?

— Да! И когда я скажу, теряй сознание, если сможешь.

— Принято!

Молчаливый диалог закончился. К этому времени Илья прижал руки Маши к своему лицу — он заметил, что при контакте кожа к коже мыслеречь звучит лучше. Казалось, молодой муж просто волнуется за жену, поддерживает ее, приобнимает. В общем, ни ведьма, ни оборотень не насторожились, а значит, скорее всего, ничего не знали о возможности беседы. Но знал ли об этом тот, кто наблюдал за ними через камеру?

Машина «скорой» въехала в небольшой ангар, остановилась, и ведьма с оборотнем вышли первыми. Машу выкатили на каталке, Илья держался рядом, не отпуская ее.

В противоположном конце ангара открылась дверь, и ведьма указала на нее вампиру:

— Вам туда, вас ждут! — и тотчас отвернулась, делая вид, что занята медицинской укладкой. Оборотень стоял рядом, но его расслабленность ощущалась напускной. Сильный, здоровый зверь в любой момент готов был взорваться веером ударов или одним броском сломать шею крупному зверю… Или хрупкому человеку.

Илья дернул углом рта, не особо скрывая усмешку, вынул из кармана мультитул и перерезал ремни, не мучаясь с застежками. Видел, что ведьма не зря их проверяла при пересадке из вертолета. Наверняка знак положила или зельем смазала. Не сработало. Маша не будет безмолвной жертвой или товаром для торговли!

Подняв жену — вполне опрятно одетую, вампир снял с пояса флягу и протянул ей:

— Подкрепись, дорогая. Уверяю тебя, этот волк невкусный, и добрая женщина с дурманящим зельем — тоже.

Мария усмехнулась и сделала пару глотков крови.

— Спасибо, дорогой, — немного хрипло сказала она, — ты прав, волк старый, жилистый и невкусный. А вот насчет ведьмы я бы поспорила.

— Брось, не стоит задерживаться, нас ждут, — Илья галантно предложил Маше руку и повел ее к двери.

Он вовсе не был самоубийцей. Не собирался лезть в ловушку. Еще на базе он попросил инквизитора, ведьму и волка отследить, куда их повезут. Обычные «жучки» накрывались глушилками, а вот магический поиск — дело другое. Тонкое.

Для подстраховки Илья обратился к Якуту — Иванову Ивану Ивановичу, внуку шамана. Тот камлал всю ночь, а утром принес утиное перо, оплетенное нитками:

— Вот, в шов нижней одежды спрячь или в волосы, и я тебя всегда найду.

В общем, сейчас на Илье и Маше болталось столько оберегов, амулетов, «поисковичков» и прочего, что вампир таил надежду — их не потеряют. Не только ему надоело быть куклой в руках Древнего. Вампирским кланам очень не понравилась попытка ускорить события и превратить Высшего в Древнего за один год. Так что…

За открытой дверью обнаружился дом.

Старинное здание, правда, улучшенное и осовремененное. Узкие окна деликатно прикрывали стеклопакеты в дубовых рамах. Сохранившийся над входом витраж со свинцовым переплетением был укреплен незаметной человеческому глазу пленкой. Дубовая входная дверь — темная, покрытая искусной резьбой — скрывала собой металлическую сейфовую пластину. В общем, домик с сюрпризами.

Илья остановился на пороге и аккуратно постучал по медной пластине тяжелым молотком в виде летучей мыши.

— Заходите, заходите, — голос, раздавшийся из глубины дома, не был старческим, но звучал так, что Маша дернулась, а Илья ощутил, как нагрелся на шее «материнский» амулет, надетый на него теткой-ведьмой. Древний использует Повеление на расстоянии, без прямой видимости? Силен!

Они прошли дальше и очутились в уютной гостиной, обставленной старинной деревянной мебелью. Потертая обивка, вышитые подушки, легкий запах трав, плесени и тлена — все подсказало Илье, что они вошли в логово Древнего, но в огромном уютном кресле сидел… мальчишка! Пацан от силы двенадцати лет.

Тонкий, изящный, ухоженный — он чем-то напоминал Малфоя из «Поттерианы» — наверное, белым воротничком, черным галстуком, а может, брезгливым выражением лица, с которым он посмотрел на джинсы и тонкий лонгслив Марии.

— В мое время женщины одевались изящнее…

Маша благоразумно промолчала, а Илья понял, что внешний вид Древнего — обманчив. Он не подросток, он глубокий старик. Только вот почему он в этом облике? Высшие растут и стареют, как люди, и «застывают», только достигнув пика. Тело дорастает до генетически заложенного размера, затем консервируется магией и через сотню-другую лет застывает, становясь неизменным.

Илья с рождения хорошо питался, занимался спортом, а в подростковом возрасте еще и поселился на источнике магии. Поэтому он вырос высоким, поджарым парнем и до «кровавого душа» выглядел на свои двадцать с небольшим. После того «купания» он в себе внешних перемен не заметил, но, глядя на мальчишку, понял, что его нередко принимали за совсем молодого парня. Даже после непростой службы в отряде Кречета.

Выходит, Древний так молод, потому что регулярно купается в крови? Или это все же возраст его пика?

— Проходите, юноша, — очень вежливым тоном сказал Древний, — присаживайтесь. Устал я за вами бегать…

Илья молча сел на диван, усадив Машу рядом.

— Ручных зверюшек положено держать на полу, — поджал губы Древний.

— Это моя жена, — спокойно ответил Илья.

Он знал, что от Маши довольно сильно пахнет оборотнем — проявленная истинность усилила волчий запах, и успокаивающе сжал руку жены. Нельзя сейчас обижаться и бурно реагировать. Древний ищет слабину. Лазейку для удара. Нельзя давать ему в руки оружие.

— Жена, хм, — узкие губы дрогнули в пренебрежительной усмешке, — в мое время юноше не позволяли жениться до завершения обучения. Вот к бордельным девкам ходить не запрещалось.

Маша ровно дышала, понимая, что этот «выстрел» направлен в нее.

Не получив ожидаемой реакции, Древний хмыкнул и кивнул на столик с напитками:

— Угощайтесь!

— Благодарим, не стоит, — отмахнулся Илья. — Мне хотелось бы знать, для чего вы нас так настойчиво к себе приглашали? Столько сил потратили… Даже медсестру очаровали на расстоянии…

Илья бил почти наверняка и угадал — Древний изящно повел рукой:

— Пустяки, девочка уже была подготовлена. Зависть, ревность, обида — плодородная почва для желания отомстить.

— Тем не менее это было непросто и весьма изящно, — признал Илья, чуть склонив голову.

Этот жест Древнему понравился. Он расправил плечи и заявил:

— Да, сейчас не умеют работать тонко и красиво! Как в мое время! Но если ты станешь моим учеником, я тебя научу!

— Простите, Мастер, — уважительно сказал Илья, — но зачем вам ученик? Вы столь могущественны и умелы…

О, тут он, кажется, попал в точку! Древнейшему нужен был собеседник. Не слуга, не подчиненный — слушатель!

Вцепившись в подлокотники кресла, «Малфой» залился соловьем. Он вещал о том, как ослабели вампиры, как поникла магия и как сложно в современном мире найти понимающего собеседника…

— Мастер, — с тем же почтением произнес Илья, когда Древний прервался, чтобы глотнуть крови из хрустального бокала, — но разве прежде вам не встречались достойные? Я счастлив, что удостоился такой чести, но хотел бы узнать ваше имя и… отчего вы так молодо выглядите?

Кажется, его вопрос задел какую-то болевую точку. Древний чуть не подавился кровью, потом отдышался, поставил бокал, сложил руки «домиком», элегантно вытянув музыкальные пальцы, и заявил:

— Сразу видно, что ты полный неуч! В мое время знали, отчего сильный вампир может принять такой облик!

— Простите, Мастер, я и впрямь еще слишком молод и неопытен! — поклонился Илья, сжимая руку Маши.

После длинной тирады о неуважении молодежи к наставникам вампир выдохся и буркнул:

— Спал я! В войну в мой дом снаряд угодил. Разорвал на куски. Пока собрался назад, пока силы восстановил, инквизиция на меня вышла! Подумаешь, крови взял! Жалко им людишек этих, что ли? Пришлось в схрон уходить… Сон омолаживает. Лежишь, спишь, магию не тратишь, она вся на тело идет. Проснулся, вышел, а ты не могучий маг, а хлипкое недоразумение!

Илья покивал и готов был продолжить беседу, но Древний внезапно прищурился:

— Поболтали, и хватит! Пора, ученичок, клятву приносить! Безусловную! А задумаешься, так я твою «жену» прямо тут на лоскуты порву!

Илья стиснул зубы. Про безусловную клятву он слышал. Тетка объяснила еще в первую неделю жизни с ней. Эта клятва позволяла принявшему ее делать с давшим клятву что угодно — даже на куски резать, с полного одобрения магии. Потому что сам дал разрешение на любые действия. Вот так.

Древнейший не стал тянуть — одним прыжком очутился рядом с Ильей и положил изящную кисть с отросшими черными когтями на горло Маше.

— Низший вампир не сможет восстановиться с оторванной головой, — любезно пояснил он замершей от испуга девушке.

— Даже Древний не сумеет быстро восстановиться, если его разорвет в клочья — вместе с головой, — кивнул в ответ Илья, одним движением наклеивая Древнему подростку на лоб цветную полоску, похожую на слоеный пирог.

— Что это? — дернулся тот, оставив на шее Маши тонкую царапину.

— Взрывчатка, — невозмутимо ответил Высший.

— Если я разлечусь на куски, от твоей «жены» ничего не останется.

— Моя жена одета в кевлар, — пожал плечами вампир, — к тому же она новообращенная, восстановится быстро. А вот что будет, если взорвется голова Древнего, я не знаю!

«Малфой» поднял руку и прикоснулся к полоске. Хотел ковырнуть, но Илья клыкасто улыбнулся:

— Лучше не надо, не знаю, как взрывчатка отреагирует на воздействие. Новая разработка… Вдруг так же нестабильна, как нитроглицерин?

Руку Древний опустил нехотя.

Покосился на девушку и убрал когти от ее шеи.

— Чего ты хочешь? — спросил он, возвращаясь в кресло.

— Оставь меня в покое, — четко сказал Илья. — Меня, мою семью, моих близких. Я не стану Древним сейчас. Не стану твоим учеником. Забудь про Княжинск и свои эксперименты. Живи тихо.

— Да ты понимаешь, что ты можешь стать сильнейшим вампиром мира?! Подчинить все кланы — сначала в этой стране, потом в соседних?! Ты можешь купаться в крови!

— Мне хватает того, что есть, — ответил Илья, поднимаясь и подталкивая Машу к двери. Девушка максимально быстро выскользнула за дверь. — Полезешь в мою жизнь — пожалеешь! — еще раз весомо напомнил Илья.

— Да что ты мне сделаешь? — буркнул Древний, забыв о нашлепке на своем лбу.

— Я — ничего, — так же ровно ответил Илья, вкладывая в руку инквизитора маленький пульт от детонатора.

Тот коротко кивнул и вежливо улыбнулся «Малфою»:

— Итак, уважаемый Эрнест Аркадьевич… нарушаем?

Древний дернулся — очевидно, инквизитор назвал его настоящее имя — и тут же обреченно проговорил:

— Потомок Симеона? Похож! Кровь играет…

Илья не стал дослушивать диалог двух не то смертельных врагов, не то заклятых друзей.

Они с Машей буквально вывалились из дома, крепко держась друг за друга, и тут же угодили в объятия Ираиды:

— Илья, детка, — крупная женщина с фигурой валькирии обняла обоих, — ух, как я за вас боялась! Давайте-ка бегом отсюда! Пусть старшие разбираются!

Илья не стал сопротивляться — привык слушать ведьму, заменившую ему мать. Ираида увела их к большому автомобилю, стоящему в стороне от дома, открыла дверь, кивнула на сумку-холодильник:

— Кровь, вода, препараты, если нужны.

— Все в порядке, — Илья упал на широкое сиденье и усадил Машу на колени, не обращая внимания на пристальный взор родственницы. Уткнулся подбородком жене в плечо и спросил: — Голодная?

— Нет, — она покачала головой и уточнила: — Ты правда бы его взорвал рядом со мной?

— Правда, — кивнул Илья, — его голова была на уровне твоей груди. На тебе кевлар и куча защитных амулетов. В моем мешке есть кровь, препараты и зелья. Шанс выжить у тебя был бы процентов восемьдесят, его же собирали бы из кусков лет сто.

— Поменьше, — педантично уточнила Ираида, — помнишь сведения о нападении на деревню в шестидесятых? Подняли архивы, это он и был. Получается, с войны лет за пятнадцать восстановился.

— В любом случае — долго, — дипломатично сказал Илья, крепче обнимая Машу. — А если бы он тебе голову оторвал совсем…

Девушка поежилась и прижалась к мужу крепче, сама себе удивляясь — женаты они всего ничего, знакомы не больше трех месяцев, а чувствует она себя рядом с ним защищенной и прячется в его объятиях от всего мира.

В приоткрытую дверь минивена заглянул Вдовин:

— Так, дети, езжайте домой. Мы тут задержимся. Ирочка, ты мне нужна!

— Погоди, Олег, — качнула головой ведьма, выпрыгнув из салона, — может, им тогда в другую машину пересесть? Тут мои зелья лежат…

— Да, пожалуй, — Вдовин взъерошил седые волосы на затылке, — сейчас у Иззи спрошу.

— Иззи?

— Инквизитор, — блеснул улыбкой глава Патруля.

Через несколько минут рядом с минивеном остановился красный внедорожник, обвешанный амулетами, как новогодняя елка шарами.

— Кто тут Богданов? — высунулся из окна суровый парень со значком младшего инквизитора на лацкане куртки.

— Я, — отозвался Илья.

— Приказано отвезти с женой и вещами в Княжинск!

Вампир легко забросил в багажник вещи — оказывается, Вдовин не просто так к машине подходил, он принес их багаж, оставленный в доме Древнего. Захлопнув капот, Илья усадил жену на заднее сиденье, сел рядом и снова протянул Маше фляжку:

— Держи! Почувствуешь зуд в деснах, делай маленький глоток.

Девушка почти смущенно спрятала флягу в карман перед собой. Илья снова погладил ее руку и перешел на мыслеречь:

— Не смущайся. Водитель — человек. Если ты внезапно выпустишь клыки и захрипишь, он может выпустить руль.

— Он странно пахнет, — ответила Маша, рассматривая шею младшего инквизитора.

— Одежда обработана зельями, да и сам, скорее всего, облился чем-то защитным от кровососов, — так же беззвучно ответил Илья.

— Спреем от комаров? — хихикнула девушка.

— Спреем от клыкастых комаров, — сдавленно закашлявшись, ответил парень.

— Расскажи мне, что будет дальше? — попросила Мария, успокоившись.

— Приедем в Княжинск… Сначала придется решить с жильем. Ираида — моя тетя, Олег Николаевич — ее муж. У него есть дом за городом, у нее дом в городе, я жил то там, то здесь, свое не купил, так что на пару дней остановимся у них, а потом поищем жилье. Ты больше хочешь квартиру или дом за городом?

— Вот так просто? — удивилась Маша. Она думала, что придется что-то снимать, а возможно, и залезать в тот счет, что ей передал отец.

— Маш, я же медик и работаю с первого курса, деньги есть, — пожал плечами Илья, — плюс родительское наследство и компенсация от клана.

— От клана? — нахмурилась Маша.

— Когда родители… погибли, Ираида добилась компенсации от клана, который взял меня под опеку. Они очень не хотели платить, но ведьма есть ведьма, а ведьма, ставшая женой главы Патруля, это еще круче. В общем, она нашла нарушения в договоре, плюс потребовала страховые выплаты и что-то там еще… Я не разбирался. На мой счет упали приличные деньги, а Ираида и Олег их очень разумно разместили. Что-то на депозиты, что-то вложили в предприятия Княжинска. Город небольшой, но современный и активный. Так что и квартиру, и машину я могу купить и содержать. С домом похуже, надо смотреть, что за дом и где. Уезжать нам пока нельзя.

— А моя диссертация? — тут же вскинулась Маша.

— Материал ты уже собрала? Хоть что-то? — уточнил Илья.

Девушка медленно кивнула, не отводя от него взора. Учеба значила для нее слишком много, чтобы просто так ее терять.

— В Княжинске есть гарнизонный госпиталь. В нем сейчас хватает раненых. Вот тебе вторая выборка. Работай, пиши, связывайся с руководителем по интернету. Ранение — достаточно веский повод для переноски сроков защиты. Думаю, к тому моменту, как ты закончишь аналитику, адаптация закончится, и выезд в Москву разрешат.

— Будет экзамен? — сразу насторожилась Маша.

— Будет, — подтвердил Илья, — новорожденные вампиры похожи сначала на капризных детей, потом на взрывных подростков. Даже подросток может наделать глупостей под влиянием голода, жажды и гормонов, поэтому, когда ты будешь готова выйти в общество, мы будем выходить. Гулять по улицам, ходить в гости, бродить по магазинам, общаться.

— А что сейчас мешает? — спросила девушка.

— Ты действительно необычна для вампирши, — признал Илья с легкой улыбкой, — обычно новообращенные очень злятся на любой пустяк, эмоционально реагируют на присутствие людей и в целом напоминают больных стариков раздражением и капризами.

— Я дочь офицера, — пожала плечами Маша, — привыкла к дисциплине и умею сдерживать чувства. Это непросто, но я могу с этим жить.

— Я очень надеюсь, что это поможет тебе быстро и ровно пройти эту ситуацию, — сказал Илья, погладив жену по руке, — но даже если нет — мы справимся. Семья поможет.

Маша потупилась, рассматривая свои руки, потом все же спросила:

— А твоя семья не против… меня?

— Маша, — Илья широко улыбнулся, — моя семья тебя уже любит. Они знают, как часто и старательно кланы хотели заполучить меня себе. Сколько приложили усилий. А я сделал выбор сам.

Девушка пристально посмотрела на парня и аккуратно сама погладила его руку. Простой короткий жест принятия, а Высший едва не задохнулся от радости и подумал о том, что карантин — это даже хорошо. Если они с Машей поселятся в доме Ираиды, у них будет отличная сейфовая дверь, чтобы запереться от всего мира и остаться только вдвоем. Хотя бы на пару недель!

Княжинск встретил молодоженов холодным осенним дождем.

Инквизитор гнал машину четко по графику — остановка раз в три часа, туалет, кофе, глоток крови из фляжки и снова дорога под колесами, мелькающие за окном деревеньки и практически безлюдные заправки.

Илью за руль младший инквизитор не пускал, так что днем они вынужденно останавливались в дорожных отелях для дальнобойщиков — человеку нужно поспать, вампирам — поговорить. Брали домик на троих и уступали инквизитору спальню. Располагались в гостиной, заваривали чай и просто знакомились. Рассказывали друг другу какие-то истории из детства, смеялись, обсуждали дела.

Да, уже к вечеру первого дня Маша вспомнила, что они официально ранены и должны быть в госпитале!

— Не переживай, Олег все уладил. Нас официально перевели в госпиталь в Княжинске, а там заместителем работает Неонила Летняя, тетушкина знакомая. Все оформят как надо.

— Ладно, значит, можно браться за диссертацию, — немного выдохнула Маша, закапываясь в своем небольшом чемодане, вытаскивая тетрадки, чтобы разобрать свои записи. Илья ей не мешал. Он просматривал варианты жилья в Княжинске, постучал в личку к Марьяне Красной, чтобы узнать — есть ли еще вакансия в «скорой» или ему лучше поискать место интерна в больнице.

Отсыпались они днем, в машине, крепко обнявшись, закутавшись в куртки друг друга и не обращая внимания на то, что младший инквизитор каждый час отправляет смс, условным кодом сообщая начальству, что жив и едет в указанном направлении.

Кажется, все вздохнули с облегчением, увидев крупную красно-белую надпись «Княжинск» на въезде в город.

Илья сбросил водителю точку высадки и приобнял Машу за плечи:

— Тетушка разрешила пожить в ее доме, кузина с детьми сейчас за городом, нам никто не помешает…

Щеки Маши вспыхнули.

За время пути они с Ильей сблизились настолько, что спокойно спали в обнимку, он провожал ее в уборную на заправках, страхуя от внезапной встречи с человеком, иногда решал мелкие проблемы вроде покупки белья и футболок, чтобы не искать в пути стиральную машинку и сушилку. Но они все еще ни разу не встретились в одной постели. Поэтому намек Ильи вызвал у Маши румянец.

Она взяла его за руку, посмотрела в глаза и спросила мыслеречью:

— Илья, ты уверен? Может быть, это не обязательно? Я… не уверена, что этот брак необходим…

Илья поднес ее руку к губам, повернул, щекотнул языком ладонь и ответил, глядя в глаза:

— Откажешься, даже не узнав, как это со мной?

Вспыхнув еще сильнее, девушка потупилась, и тут машина остановилась:

— Все, молодожены, — с явным облегчением вздохнул инквизитор, — приехали! В отделение Патруля я сам заеду, данные передам и посплю. Завтра к вам дежурный зайдет, отметки поставит. Все, выметайтесь!

Под ворчание уставшего человека вампиры выбрались из машины, забрали свой скудный багаж и вошли в подъезд. Маша успела мельком взглянуть на дом в предрассветных сумерках, но поняла только, что дом старый, ухоженный и летом, наверное, утопает в зелени.

Поздняя осень и мелкий холодный дождь успешно все скрывали, но чутье вампиров куда тоньше человеческого, так что Мария чувствовала, что дом уютный, теплый, в нем смеются дети, часто пахнет пирогами, а порой и именинным тортом. Откуда-то сверху летела легкая музыка, и девушка даже повела плечами, жалея, что нельзя сейчас потанцевать.

Илья подошел к двери на втором этаже, приложил к ней руку и попросил:

— Зяба, открой! Тетя сказала, мы можем остановиться здесь!

Дверь бесшумно отворилась, окутывая гостей желанным теплом и ароматами выпечки. Невысокий, закутанный в теплую шаль старичок встретил их, сидя на тумбе у входа:

— Добро пожаловать, князь с княгинею! Хлеб да соль! — в руках домового сам собой материализовался небольшой каравайчик с малюсенькой солонкой наверху. Илья застыл, а вот Маша шагнула вперед:

— Благодарствую, суседушка, — сказала она, аккуратно отламывая кусочек хлеба, макая в соль и разжевывая.

Илья на автомате повторил ее действия.

— Ну, молодые, в баньку пожалуйте! У меня уже все приготовлено! С дороги попаритесь, потрапезничаете и спать-почивать!

— Зяба, откуда ты узнал, что мы приедем? — не удержался, задал вопрос Илья.

— Хозяйка весточку послала с птицами! — буркнул домовой, укатываясь из прихожей на кухню.

— Вот ведь тетушка! — хмыкнул вампир и тут же предложил жене: — Тут действительно сауна есть, хочешь погреться?

— Хочу, — призналась Маша, — я что-то мерзну все время.

— Это временно, организм еще перестраивается, да и в целом погреться не повредит. Пойдем, покажу свою комнату и футболку для тебя найду. Ох ты ж!

Зайдя в свою комнату — в ту самую, в которой он жил с самого появления своего в Княжинске, Илья застыл, не зная, смеяться ему или плакать.

Обычной узкой койки у стены не было! Вместо нее красовалось роскошное ложе «кинг-сайз» с ортопедическим матрасом и полудюжиной подушек разных форм.

— Кажется, нас ждали, — хмыкнул вампир, — извини, жена, но больше спать негде!

Маша неожиданно для себя рассмеялась, потом вздохнула и призналась:

— Я и на полу скоро усну, что-то усталость навалилась!

— Давай все же погреемся с дороги, — немедля отреагировал Илья, — усталость бывает от холода. Вообще, вампиры на севере редко живут, потому что в сильный мороз просто впадают в спячку! Так, сейчас футболку чистую дам… Думаю, Зяба уже все приготовил!

Через пять минут Илья и Маша грелись в маленькой сауне с электрической печью. На специальной треноге парила вода с ароматическим маслом, рядом в тазу действительно запаривался веник. Маша куталась в полотенце, стесняясь, но Илья, дав ей прогреться, безжалостно взялся за березовые прутья:

— Надо кровь разогнать, легче будет. Ложись!

— Не хочу! — вцепилась в ткань девушка.

— Маша, честное слово, я уже все видел, и не раз! — признался Илья. — Ты потрясающе красивая, тебе нечего стесняться.

— Где ты видел? — сразу встрепенулась Маша.

— Вот попарю тебя и скажу! — тоном заговорщика пообещал вампир.

Девушка со вздохом расправила на скамье полотенце и легла на живот, крепко зажмурившись, но парень не стал ее хлестать — поводил сперва горячим веником по спине, по бедрам — от макушки до пяток. Потом начал легонько похлопывать самыми кончиками веток, и только когда кожа жены разогрелась, налилась румянцем, тогда начал хлестать посильнее, периодически с усилием прижимая горячие ветки то к плечам, то к пояснице.

Маша лежала, тихонько попискивая и не сопротивляясь.

— Все, теперь в душ! — сказал наконец Илья, утирая пот.

— А рассказать, где ты меня видел?

— Пот смою — расскажу! — заверил ее муж.

Они по очереди приняли душ, натянули чистые футболки, белье и выпали в просторную кухню с самой настоящей печью у стены.

— Садитесь, садитесь! — домовой уже выставил печеную курицу, аппетитно обложенную овощами, круглый пирог с рыбой и большой кувшин сбитня.

Маша ощутила зверский аппетит и набросилась на угощения, радуя заботливого домового. А когда насытилась, напомнила:

— Так где ты меня видел?

Илья вздохнул и признался:

— В палатке для мытья.

— Да у нас же, девочек, отдельный день был! — удивилась Маша. — Мы заранее всех разгоняли, чтобы спокойно помыться!

— Ну-у-у-у, — Илья смешно почесал в затылке, словно что-то решал, потом вдруг встал, и… его футболка упала на пол, а на табурет взобралась крупная летучая мышь!

— Мамочки! — Маша сама не заметила, как очутилась на подоконнике.

— Прости, не хотел тебя пугать, — повинился Илья, вставая на каменную плитку босыми ногами. — Ой, кажется, ты теперь тоже все видела! — хмыкнул он, поднимая с пола «боксеры».

Маша в ответ нервно хихикнула.

— Значит, подглядывал?

— Присматривал! Чтобы не обидел никто!

Мария вздохнула, видимо, вспомнила того неприятного типа, что ей угрожал.

— Ладно, почти прощен, теперь я тоже тебя видела! А я тоже буду в мышь превращаться?

— Ты — нет, — покачал головой Илья, — это врожденная особенность Высших. В принципе, через три-четыре сотни лет сможешь прятаться за иллюзией, но полноценно обращаться, как я, — нет.

— Даже не знаю, стоит ли жалеть, — философски заметила Маша, все еще сидя на подоконнике.

— Наелась? — протянул ей руку Илья. — Пойдем спать?

Девушка на долю секунды задержала дыхание, словно решаясь, а потом решительно оперлась на его ладонь:

— Идем!

К огромной кровати Маша подошла в некотором смущении.

Илья же, не обращая внимания на то, что она задержалась у неразобранных мешков, скинул с себя все, нырнул под одеяло, вытянулся и с блаженным выражением лица заявил:

— Полгода мечтал лечь голым на чистое белье и ноги вытянуть!

Маша хихикнула и расслабилась. Правда, под одеяло к мужу она нырнула в футболке, но легла рядом с ним и даже положила голову ему на плечо. А потом сама не заметила, как уснула — привыкла за время дороги спать на плече Ильи, погружаясь в его запах, и на новом месте сделала так же.

Проснулась ближе к вечеру — в объятиях своего голого мужа. Футболка задралась, и горячая мужская ладонь приятно касалась кожи живота, прижимая Марию к… хм… э-э-э-э… Выбраться потихоньку не удалось — ее прижали сильнее, а потом поцеловали в шею:

— М-м-м-м, встаем или еще поваляемся?

— Мне… надо!

— Беги, — хмыкнул Илья, разжимая руки, переворачиваясь на спину и не замечая выразительного бугра в районе бедер.

Маша скрылась за дверью, а вампир потянулся и хмыкнул. Его волчья часть была удовлетворена близостью пары и пока на большем не настаивала. А почему? Хм? Прислушавшись к себе, Илья фыркнул — понятно, шанс зачать щенков сейчас минимальный, к тому же волк чувствовал, что организм девушки еще не восстановился после ранения, вот и не спешил.

Что ж, значит, у них есть время лучше узнать друг друга. Это даже правильно!

После душа Маша вернулась в комнату в одном из домашних балахонов Ираиды. Стильная вещичка из тонкого шелка мягко прилипала к разгоряченному телу. Илья обласкал ее взглядом, но тянуть в постель не стал — сам пошел в душ, по пути мягко приобняв жену и чмокнув в чувствительную шею:

— Я быстро, давай позавтракаем вместе! — попросил он.

Маша быстро закивала с явной долей облегчения. Девушка все еще не знала, как отнестись к тому, что они женаты.

Зяба приготовил для гостей вкусный сытный завтрак, молодожены воздали ему должное, и, уже допивая чай, Мария вдруг спросила:

— Илья, а… почему я продолжаю есть человеческую еду? Во всех книгах, фильмах вампиры только кровь пьют.

— В принципе ты можешь пить только кровь, — пожал плечами парень, — но тогда ее понадобится гораздо больше. Не двести грамм в день, а литра полтора-два. А еще это просто невкусно. Однообразная диета утомляет.

— А… совсем без крови можно? — Маша невольно покосилась на холодильник, в котором лежали пакеты с донорской кровью.

— Увы, для тебя сейчас кровь — как инсулин для диабетика. Необходимая часть жизни.

— Понятно, — вздохнула девушка.

— Не переживай, — хмыкнул парень, — представь, в Москве живет вампир с аллергией на кровь!

— Как это?

— Вот так, — развел руками Илья, — он работал психологом, помогал подросткам с суицидальными мыслями, с зависимостями. Один из глав московских кланов водил к нему дочь. Однажды доктор попал в мелкую аварию, разбил бровь, явился на работу помятый… Девочка поняла, что может потерять доброго доктора, который ей очень помог, и… обратила его, не зная об аллергии! Теперь бедолага вынужден пить антигистаминные перед каждым стаканчиком крови!

Маша невольно рассмеялась и успокоилась. Инсулин значит инсулин. Тем более донорский.

— А кровь животных? — уточнила она.

— Тоже можно, но ее надо выпить больше, да и вкус так себе. Впрочем, если смешать с молоком или с маслом, терпимо. Но в городе довольно сложно ловить коров или коней, а от бродячей собаки можно такую гадость подцепить!

— Ой, не надо! — замахала руками девушка. — Я в собачьем приюте волонтерила, примерно представляю, что там может быть.

— Ну, в Москве нувориши иногда устраивают экзотические вечеринки, подливая в коктейли кровь обезьян, крокодилов или там гепардов, но это просто экзотика, практически бессмысленная, дорогая и порой небезопасная.

— В общем, лучше проверенные пакетики из донорского центра, — сделала вывод Маша.

Илья только улыбнулся ей в ответ.

После завтрака, на самом деле ужина, Илья предложил жене погулять по городу.

— Выйдем ненадолго, подышим. Только учти — Княжинск город особый. Тут целые районы есть, заселенные оборотнями, магами и ведьмами.

— С тобой мне не страшно! — заверила мужа Маша и отправилась собираться на прогулку.

Они вышли, когда уже совсем стемнело.

Илья старался держаться ровно, но на самом деле волновался. Он следил, чтобы фляжка для Маши всегда была полна. Кормил, ухаживал и ждал срыва. Не бывает такого, чтобы новообращенный вампир не сорвался! У каждого есть слабая точка. Кто-то трепещет от юных девственниц, кому-то больше по вкусу крепкие спортсмены… Пока не найдена та самая «точка срыва», молодого вампира не отпускают одного.

Прошлись вдоль дома, свернули на пустынную офисную улицу, неспешно прошагали вдоль зданий, вышли на старинную купеческую набережную, все еще застроенную кирпичными купеческими особняками.

Тут, несмотря на позднее время, осень и холодный ветер, люди еще были. Илья аккуратно вдохнул холодный ветер и чуть расслабился — оборотни, пара магов, молодая вампирша из Патруля… Людей нет, можно просто погулять с женой, шепча ей на ухо разные смешные глупости.

Увы, Илья просчитался.

Не успели они пройти и двухсот метров, как на набережную высыпала целая толпа подростков и студентов. В ближайшем кинотеатре закончился вечерний сеанс, и разгоряченные премьерой люди вышли на короткую прогулку.

Вампир напрягся. Молодые, разные, близко… как отреагирует Маша?

Девушка поежилась от порыва холодного ветра и попросила:

— Илья, давай куда-нибудь зайдем, кофе выпьем. Холодно!

Молодой муж охотно свернул к ближайшему кафе, слишком дорогому для студентов, усадил жену за стол, заказал безалкогольный глинтвейн и уставился на Машу в легком изумлении. Он, кажется, понял! Маша мерзнет, когда рядом появляется потенциальная жертва! Холод ее отвлекает, и… срыва нет, нападения нет, девушка с удовольствием пьет кофе или сок! Как так?

Пока жена грелась, Илья набрал вопрос главе Патруля.

Ответ, к его удивлению, пришел быстро:

— Спроси, нет ли у нее в роду северян?

— Маша, — Илья улыбнулся, рассматривая жену как-то по-новому, — а у тебя в семье северяне были?

— Конечно, — обнимая стеклянный стакан с глинтвейном, ответила она, — дед сам себя чалдоном называл, это по маме который. Про него байки ходили, что его дед себе жену с Чукотки привез, но, кажется, врут, дед высокий был и светловолосый, я, кажется, в него пошла…

Илья коротко изложил все это Олегу Николаевичу и получил странный ответ:

— Родовая защита. Повезло. Срыва не будет. Корми хорошо! Мясом!

Снова хмыкнув, вампир убрал телефон и предложил жене заказать колбаски-гриль или отбивную. Маша подумала — и не отказалась!

Уже дома, когда жена ушла в душ, Илья позвонил Вдовину, чтобы уточнить ситуацию со срывом. Олег Николаевич, очевидно, ждал его звонка — ответил быстро, объяснил просто:

— Кто-то из предков твоей Маши был шаманом. Они много разных защит на свой род ставят, в том числе от кровососов.

— Откуда на Севере кровососы? — изумился Илья и тут же понял: — Серьезно? Заговор от комаров работает против вампирского срыва?

— Удивишься, но да, работает. Там, правда, механизм другой. Это не ведьминский наговор, а именно защита рода. Так что вам обоим сказочно повезло. Выводи девочку в люди, присматривай, я приеду, устроим официальный экзамен!

— Олег Николаевич, — решился спросить Илья, — что с Древним?

— Не телефонный разговор! — отрубил жестко Вдовин, потом смягчился. — Приеду, расскажу. Можешь пока Машу с Дашей познакомить, но присматривай, там еще ведьминский резонанс может быть.

— Присмотрю, — пообещал вампир и сбросил вызов.

Что ж, раз особой опасности нет, можно расслабиться и наконец соблазнить жену!

— Зяба, — позвал домового Илья, — а давай устроим моей супруге что-то этакое, романтичное, а?

Когда распаренная, согретая Маша вышла из ванной, ее поджидал полумрак, дорожка свечей в коридоре, аромат цветов и красиво накрытый возле камина низенький столик.

Илья расположился на ковре в позе наложника, поджидающего госпожу, и, коварно улыбаясь, предложил девушке коктейль:

— Крепкое спиртное нам нельзя, метаболизм нарушается, но чуть-чуть добавить градуса в смесь соков или лимонад можно!

Маша устроилась у огня, взяла предложенный бокал, уставилась в огонь и сделала пару глотков. Все это напоминало ей посиделки в дачном домике. Там, правда, не было камина, зато была печь, в которой они пекли картошку, гитара, нехитрые закуски и легкое вино или пиво.

Музыка негромко звучала, но девушка заметила на стене гитару:

— Твоя? Играешь? — спросила она Илью.

— Моя, давно не играл, — признался он.

Встать вампир не успел — инструмент сам влетел ему в руки, а в коридоре раздался легкий топоток Зябы, сделавшего вид, что он тут ни при чем.

Аккуратно перебрав струны, Илья с изумлением обнаружил, что инструмент в отличном состоянии — не запылен, не перекошен, и даже струны подтянуты в должном порядке, не требуя особой подстройки! Эх, вот у тетушки домовой!

— Что тебе сыграть? — спросил он Машу.

— Что-то… про тебя, — попросила она.

Вампир задумался.

Он никогда не был человеком, но ребенком побыть успел. Мама любила напевать романсы, возясь с цветами, а когда он был маленький, часто пела ему колыбельные. Отец слушал «Русское радио» и редко вникал в содержание песен. Был бы ритм порезче, чтобы не уснуть за рулем, и все.

Тетка Ираида обожала классику в рок-обработке. Ее муж предпочитал что-то сложное, академическое, заполняющее пространство. Дарья, как всякая ведьма-подросток, сначала обожала попсу, а потом замутила свой плейлист из смеси всякого разного, под настроение. Илья как-то даже внимания не обращал на то, что слушает он…

Был у него «протестный» период, когда в наушниках играл тяжелый металл, особые группы, восхваляющие пьющих кровь, и всякое такое, но закончился быстро — после визита в Москву на реальный такой концерт. Раскачанные алкоголем, «травкой» и таблетками люди произвели на будущего медика удручающее впечатление, так что металл он забросил. Что же осталось?

— Над землей бушуют травы… — само собой полилось с губ, когда он понял, что бессмысленное перебирание струн сложилось в мелодию.

Маша внимательно слушала, а когда он закончил, медленно кивнула:

— Удивил. Можно? — она протянула руку к инструменту, Илья без возражений передал девушке гитару.

Перебрав струны, Маша тихонечко запела:

— Вы, чьи широкие шинели напоминали паруса…

— Взаимно, — сказал Илья, когда длинный романс на стихи Марины Цветаевой растаял в воздухе гостиной.

Он потянулся вперед, поцеловал жене руку, а она просто притянула его к себе, шепча что-то невнятное. Илья не вслушивался. Ему будто под дых ударило внезапно усилившимся ароматом ее кожи, волос, губ… Они сплелись на ковре, забыв о холодном осеннем ветре, бьющем в окно, о пляшущем пламени камина, о гитаре, обо всем, что окружало их. Остались только губы, руки, сильные тела и вечный ритм, звучащий вокруг отзвуками далекого шаманского бубна…

Проснулись Илья и Мария только утром.

Камин рдел угольями — кажется, всегда мерзнущий Зяба не забывал подкладывать в него дрова. Посуда и остатки закусок исчезли, гитара мирно висела на стене, а сами сонные молодожены были старательно укрыты огромным пушистым покрывалом с нарисованными котиками.

Маша потянулась томно и плавно, поерзала, закинула на Илью ногу и шепнула ему на ухо:

— Ты был прав, хорошо, что я попробовала!

Илья чмокнул жену в макушку и ответил:

— Может, не распробовала, и нужно провести еще один эксперимент?

Девушка прислушалась к себе и честно ответила:

— Знаешь, думала, пошевелиться не смогу, но кажется… я совсем не против!

— Одно из новых преимуществ, — хмыкнул Илья, — выносливость и быстрая регенерация! Только чур, больше не кусайся! Зубки у тебя уже не детские!

Маша покраснела, а Илья тут же ловко подмял жену под себя, чтобы со вкусом поцеловать и попробовать новую позу — с обычной девушкой он на такую акробатику точно бы не решился, а вот с вампиршей…

Целую неделю молодожены практически не покидали гостеприимный дом Ираиды Грозовой. Гулять выходили ночью, и большей частью на набережную или Ведьмин тракт. Илья понемногу знакомил молодую жену с новой реальностью. Водил по лавкам, знакомил с оборотнями, ведьмами, русалками. В Патруль даже заглянули — отметку поставить. Там искренне удивились новообращенной вампирше, гуляющей под ручку с мужем по городу, но поздравили с браком и пошутили, что свадьбу зажали.

— Мы еще в отпуске по ранению, — отмахнулся Илья, — закроем контракты, тогда и праздновать можно.

Очаровательная ведьмочка на стойке администратора покивала, и в тот же день Илье позвонила Дарья:

— Братец, ты не обнаглел? — спросила она, едва вампир взял трубку. — Жену привез и не знакомишь!

— Сестрица, — в тон ей ответил Илья, — если не знакомлю, значит, так надо!

— Ничего не знаю, мы уже у двери! Одевайтесь! — хихикнула Даша, и тут же в коридоре раздалось: — Тук-тук! Кто-кто в теремочке живет?

Илья застонал и обреченно посмотрел на Машу, сидящую на подоконнике с ноутбуком на коленях:

— Прости, жена, придется идти встречать гостей. Эта ведьма так просто не отвяжется!

— И чем ты ей насолил? — спокойно поинтересовалась Маша, сохраняя файл.

— Когда они с Артемом поженились… В общем, я тогда подростком был, противным и ревнивым. Подозреваю, теперь Дашка будет мне мстить!

— Понятно, ну пошли! — Маша улыбнулась и, закрыв ноутбук, спрыгнула с подоконника.

К гостям она вышла как была — с пучком, напичканным карандашами, в футболке Ильи поверх коротеньких пижамных штанишек, зато с улыбкой.

— О, привет! — Даша с интересом рассматривала молодую вампиршу.

— Привет! — Маша улыбнулась и, ничуть не стесняясь, изучила ведьму в ответ.

— Ты одна? — Илья глянул кузине за плечо.

— Одна, — Дарья затейливо повела рукой, — Артем с детьми остался…

— Точнее, сказал, чтобы ты сама разбиралась со своим неуемным желанием повидать мою жену, — понимающе хмыкнул вампир.

Та в ответ лишь картинно развела руками:

— Не мог же Артем бросить на произвол судьбы четверых детей?

— Кстати, поздравляю! — Илья поймал ведьму в объятия и стиснул. — Я скучал. Как назвали дочь?

— Вероника, — выдохнула Дарья, пряча на плече брата выступившие на глазах слезы. — Знаешь, она очень на тебя похожа, такая же спокойная.

В ответ вампир сжал ее чуть крепче и отпустил:

— Ладно, девочки, пойдемте пить чай! Зяба, что у нас есть вкусненького и полезного для кормящей матери?

Домовой, конечно, расстарался, как мог — и чай заварил душистый, мятный, и выставил на стол пряники, пастилу, сырную нарезку и телячью ветчину, чтобы Даша могла есть все, не переживая за свой рацион.

Под чай молодые женщины защебетали между собой, рассказывая друг другу о семьях, а Илья аккуратно откинулся на спинку стула и, потягивая мятный напиток, любовался дорогими для него женщинами.

Дарья, став матерью второй раз, стала заметно мягче и деликатнее. Она не нападала на Машу, просто, блестя глазами, вытягивала у молодой вампирши подробности знакомства с Ильей, заодно выясняя, как молодые относятся друг к другу. Пока ведьме все нравилось, так что беседа текла дружелюбно и весело.

— Жалко, вы пропустили бал равноденствия, — легко сказала Даша, намазывая на кусочек бисквита яблочный мармелад, — но уж новогодний, надеюсь, не пропустите? Илья, жену надо представить сообществу!

Вампир мрачно взглянул на сестрицу:

— Даша, мы официально лежим в госпитале, лечимся от тяжелых ранений!

— К декабрю долечитесь, — отмахнулась ведьма, — а вот о платье стоит подумать уже сейчас!

Илья нахмурился сильнее, а Даша вдруг подняла на него глаза:

— Илья, мама звонила. С Древним хотят договориться. Он… все равно требует тебя в ученики. Тебе нужно укрепить свои позиции среди кланов, чтобы не стать пешкой в его игре. Мама подозревает, что этот тип заранее просчитал ситуацию.

— Как укреплению моих позиций поможет новогодний бал в Княжинске? — скептически спросил вампир.

— Не в Княжинске, — вздохнула Даша, — в Москве, — и тут же зачастила: — Машу нужно этим старым кровососам показать в любом случае, чтобы перестали к тебе девок подсылать! Да и учиться тебе дальше надо… интернатура, ординатура, согласись, в Москве возможностей больше!

— Так, — поднял руки Илья, — ни слова больше! Играть в «испорченный телефон» я не стану. Если Ираида и Олег хотят мне что-то сказать, пусть говорят лично. В Москву я не поеду. Меня вполне устраивает Княжинск!

— Илья, — начала было укоризненно Дарья, но кузен молниеносно ее перебил:

— Молчи лучше, стихийница! А то я тебя ковену сдам! Думаешь, я не понял, почему в саду воронка вилась трехметровая?

Дарья потупилась. Вздохнула. Надула губы. Буркнула:

— Вот ты гад! Ладно, я тебе еще отомщу! — и засобиралась домой.

Уже в коридоре она напомнила Маше, что скинет ей адреса местных портних, дресс-код зимнего бала и список мелких традиций, которые стоит учесть.

— Тебе, конечно, многое простят, как новенькой, — честно сказала ведьма, — но я бы на это не рассчитывала. За Ильей десять лет охота шла, кланы между собой альянсы заключали, кто на очередном мероприятии ему попытается невесту подсунуть, а тут ты… Цеплять точно будут!

— Спасибо за поддержку, — Маша все так же безмятежно улыбалась, — попробую все учесть!

Девушки распрощались, дверь закрылась, Зяба на кухне гремел посудой, убирая со стола, а Маша на минуту укрылась в объятиях Ильи. Потом вздохнула, отстранилась и спросила:

— Расскажешь?

Илья взъерошил волосы на голове и кивнул:

— Расскажу! Пошли в гостиную, разговор долгий.

Они устроились у давно остывшего камина. Илья привычно растянулся на ковре, подложив под голову подушку, Маша закуталась в плед — она все еще иногда мерзла.

— Ты уже знаешь, что высшие рождаются, а низших обращают высшие или — реже — старшие. Но Высших, не потерявших себя в момент взросления, — мало. На всю страну пять или шесть вампиров. И они в основном уже взрослые. Родились до Революции, в крайнем случае — до Великой Отечественной. А я молодой, одинокий, да еще не принадлежу конкретному клану или сообществу. Как только начал появляться на вампирских вечеринках, меня тут же попытались подчинить, уговорить на лабораторные эксперименты или женить на «нужной девочке». Если бы не тетка и не ее муж, я бы не отбился еще в пятнадцать. Да и потом попытки были регулярными. Проблема в том, что вампирское общество очень кастовое, пронизано сотнями правил. Иначе удержать кровососов сложно. Моим триггером были ведьмы.

— Ведьмы?

— Когда Древний ускорил мой рост как вампира, я дурел от запаха Даши и тетки Ираиды. Про остальных вообще молчу — боялся на Ведьмин тракт сунуться.

— Как ты удержался? — спросила Маша, глядя на мужа с любопытством.

— Артем помог, Дарьин муж. Он оборотень, у них малышню учат не жрать всякое, тыкая носом в клопа-вонючку. Провели эксперимент, оказалось, что запах вина отбивает мне нюх достаточно, чтобы не сходить с ума.

— И это решило проблему? — удивилась девушка.

— Поначалу да, а потом… Я принимал у Даши роды. Так получилось. Ситуация была сложная, нападение на дом, Охотники, про триггер я забыл. А когда все кончилось, оказалось, что тяги к запаху ведьм нет.

— Ситуация вышибла из сознания тягу? — предположила Маша.

— Не совсем, — Илья пристально посмотрел на жену, — то, что я сейчас скажу, должно остаться между нами.

— Останется, — пообещала Мария.

— Дашка родила Верховную. Новую верховную ведьму. Едва родившись, малявка просто отсекла все, что могло ей угрожать. В том числе мою тягу к крови ведьм. Я не сразу сообразил — в горячке родов, боя и побега. Да и потом не вдруг осознал.

— То есть Дашина дочь будет круче матери?

— И матери, и бабки, и прабабки, со временем, конечно, — кивнул Илья. — Но для этого она должна вырасти. Стоит информации просочиться, и за ней начнется такая же охота, как за мной. Даже хуже, потому что ведьмы часто инициируются через секс.

Маша изменилась в лице.

Видимо, представила себе те ухищрения, на которые могут пойти потенциально желающие подчинить будущую самую сильную ведьму.

— Ираида дала мне хорошее образование, — продолжил вампир, — вместо фэнтези подсовывала ведьминские хроники, старинные легенды и прочее. Так вот, я знаю, что были неоднократные попытки украсть будущую Верховную, воспитать «под себя», выдать замуж за нужного человека. Ничем хорошим это никогда не кончалось.

— А почему? — озадачилась Маша. — Если девочку беречь и любить…

— Маш, ты слышала о Кумари? — спросил вампир.

— Кумари? А-а-а-а, ты про индийскую девочку-богиню? Конечно, слышала! Даже фото видела в сети.

— Да, про нее. Обычная девочка из непальской семьи примерно в три года становится живым воплощением богини на земле. Ее забирают из семьи, селят в роскошном дворце, выполняют все ее прихоти и желания… Лет до одиннадцати-двенадцати. Пока не придет первая кровь. А потом ее сменяет другая. Так вот, — Илья уставился в стену, — среди этих девочек, бывших богинь, самый большой процент самоубийств. Они не умеют жить в реальном мире, но привыкли ко всеобщему поклонению. Замуж их берут неохотно, считается, что муж бывшей богини умрет молодым. Иногда они возвращаются в школу, но уже не ступающими по небесам, а обычными детьми, которых можно толкнуть, обидеть, которые не смогут ответить проклятием или порчей. А ведьма, да еще верховная — может! Понимаешь?

Маша задумалась.

Украли у семьи, вырастили как порошинку в глазу, потом отдали какому-то мужику на инициацию и… стали требовать чего-то. Она ведь инструмент. Выращенный, чтобы подчиняться. И девочка, наверное, подчиняется — до поры до времени… А потом понимает, что натворила… И…

— Много было пострадавших? — спросила Маша.

— Изрядно. Иногда приходилось на чуму списывать или на эпидемию «испанки». Но история мало кого учит. Если Московский ковен узнает о рождении новой Верховной, ни Даше, ни Ираиде покоя не будет. Да и всему Княжинску тоже.

— А если с Древним договорятся, покоя не будет тебе? — тут же продолжила цепочку Мария.

— Именно. И я пока не знаю, что с этим делать. Наверное, надо было его взорвать!

Маша подобралась к мужу ближе, ввинтилась под бок, обняла, укутала пледом, задумчиво подышала в шею и сказала:

— Давай подумаем, что можно сделать, чтобы тебя не отдали этому Древнему в жертву!

Илья приобнял жену, почесал нос и начал говорить вслух:

— Отказаться от ученичества можно трижды — если нашел себе более сильного учителя, например. Тогда, кстати, учителя могут начать выяснять отношения, и сильнейший все равно потребует ученика себе. Можно отказаться, получив тяжелую рану, но это будет короткий отказ, на время регенерации. Я сейчас в такой форме, что это будет задержка на два-три дня максимум. И третья возможность отказаться от ученичества — самому стать учителем.

— Хм, — Маша приподнялась и заглянула мужу в лицо, — учителем в каком смысле? Тебе нужно найти ученика-вампира?

— Да, но в этом случае Древний может попытаться отбить моего ученика в схватке, и на этот раз он не позволит мне наклеить Си-4 себе на лоб!

— А почему ты не можешь взять в ученицы меня? — хлопнула ресницами девушка. — Хотя бы формально? Этот Древний показался мне обыкновенным мизогином. Он никогда не возьмется учить девушку!

Илья завис.

— Ты знаешь, я об этом даже не думал… — сказал он медленно. — Но это действительно может стать решением проблемы. К тому же… как твой муж, я не могу отдать тебя в другой клан! Ты умница!

Они поцеловались и больше в этот день о Древнем не вспоминали.

На следующий день Илья подал заявку в Патруль, взяв свою жену в ученицы.

Выйдя из офиса, вампир отправился в госпиталь — оформил выписку на реабилитацию и заодно узнал, что его в госпитале ждут с распростертыми объятиями, хирурги всегда нужны, и жену могут взять в психологи, раз уж с ПТСР она работала и готова подтвердить свою квалификацию.

Маша новостям обрадовалась.

Принялась собирать документы, искать копии дипломов, заодно пожаловалась Илье, что у нее нет подходящей одежды для работы. Муж, конечно, вызвался помочь — отвезти жену в ближайший торговый центр. Собрались быстро, и вампир даже не удивился тому, что на стоянке их встретила Даша с мужем и детьми:

— О, вы тоже здесь! — радостно воскликнула она, увлекая Машу в сторону.

Потоптавшись на месте, мужчины оценили активную беседу женщин, посмотрели на едва поднявшееся солнце и ушли с малышней в детскую игровую комнату. Ведьма и вампирша тихонько хмыкнули и отправились по магазинам. Крошка-Вероника лежала в автолюльке, периодически побулькивая и активно посасывая палец.

Сначала, конечно, выполнили основной план — приобрели для Маши деловой костюм, несколько пар джинсов, теплую куртку, обувь, свитшоты, блузки и — с усмешками — белье и пижамы.

— Мне, конечно, безумно нравится ходить по дому в футболке Ильи, — призналась Мария, — но парочку своих комплектов иметь надо, а то он скоро начнет от меня прятать свою одежду.

— Так давай и ему прикупим что-нибудь, — радостно нырнула в шопинг Дарья, — правда, он за эти полгода раздался в плечах и усох одновременно, так что я даже размер не знаю! — немного расстроилась ведьма.

— Я знаю, — успокоила ее Маша, — давай, действительно, футболки ему освежим, еще спортивный костюм, брюки, пару сорочек, пиджак… Надо мерить! — вздохнула молодая жена, оглядев кучу вешалок на столе возле примерочной.

— Звони, пусть подойдет, а я пока Артему кое-что присмотрю.

— А дети? — немного растерялась Маша.

— Не переживай, — Дарья нежно улыбнулась телефону, набирая сообщение, — Артем знает, как их обезвредить!

Вскоре в магазин явились мужчины. Без детей!

— А где? — изумилась Мария.

— Ника поела, побуянила и уснула, мы ее в машину отнесли, — улыбнулся оборотень, — а парни с Ариной на квест отправились. Там замкнутый лабиринт из металлической трубы. Минут сорок продержатся. Давайте, девочки, что тут у вас?

Дарья тут же вручила мужу выбранные для него вещички и подтолкнула к занавеске. Маша, чуть смущаясь, обвела рукой стол:

— Я тут кое-что выбрала, но мерить нужно. Не знаю, нужен ли тебе костюм… И пиджак…

Илья посмотрел на жену и кивнул:

— Все нужно. Кроме футболок мне все или жмет, или сваливается. И обувь тоже нужна. Покажи, что ты выбрала?

Маша расцвела — все же она еще чувствовала себя неуверенно в Княжинске и рада была зацепиться за реальность, помогая Илье в таком простом и понятном деле.

Вампир и оборотень примерили все быстро — как по тревоге натягивали штаны, футболки, блейзеры и свитшоты. Еще и соревнование устроили — кто быстрее сменит одежду и лучше покрутится перед хохочущей женой.

В итоге «на шоу» собрались и продавцы, и покупательницы, и кое-кто решил прикупить такие же рубашки и худи для своих мужчин.

— Так, — Артем взглянул на часы, — время вышло! Я побежал! Милая, вот карточка, дождись меня, не таскай тяжести!

Тигр убежал, Даша ушла расплачиваться за покупки, а Маша осталась возле кабинок вместе с Ильей — они выбрали больше одежды, так что решили использовать для перемещения груды штанов и костюмов тележку.

— Спасибо, — Мария на миг прижалась к мужу, купаясь в его особом морозно-пряном запахе. — Это было весело, и я перестала бояться.

Илья скупо улыбнулся.

Он старательно не показывал своего напряжения. Они впервые вышли в столь людное место. Высший не доверял «шаманской» защите, он опасался, что в торговом центре может найтись тот «сорт травы», который сломает хрупкое самообладание новорожденной вампирши, и… Даша и Артем сами вызвались помочь, прихватив детей для подстраховки — два мага, оборотница и крохотная, но весьма сильная ведьма могли отвлечь кого угодно.

Собрав покупки, вся компания двинулась к машинам, и уже на парковке Машу внезапно накрыло. Только что девушка шла, смеялась и что-то говорила Даше, а через удар сердца застыла, вытянувшись в струну, развернулась и уставилась куда-то вдаль, ловя всем телом холодный воздух.

— Маша! — Илья немедля встал рядом, положив на плечи жены руки.

Молодая вампирша вздрогнула, поежилась, потом развернулась и уткнулась лицом в грудь мужа:

— Илья, фляжку дашь?

— Конечно, — вампир одной рукой вынул флягу из чехла, открутил крышку и сунул под нос жене. Вдохнув запах крови, Мария успокоилась, сделала маленький глоток, выдохнула и снова крепко вжалась в мужа:

— Постоим так? Все еще пахнет!

— Постоим, — успокоил ее Илья, — а кем пахнет?

— Не поняла, но это было… — девушка замялась, подбирая слова, — словно сразу и майский шашлык, и шоколадное мороженое в детстве, и малина у бабушки на даче, и яблоко прямо с ветки…

— Я понимаю, — Илья слегка прижал жену к себе, давая ей понять, что он рядом и не допустит срыва, — я так же на Дашу реагировал, а на остальных ведьм чуть слабее. Чудо, что фокус Артема с фляжкой помог.

— Да, ты говорил, — припомнила Мария, — вино, не уверена, что мне поможет.

— Надо поискать антидот… Что самое противное ты можешь себе представить?

Маша открыла рот, чтобы ответить, но тут мимо прошел мужчина, закуривая сигарету, и бедняжка закашлялась почти до рвоты.

— Понятно, табак или запах спички?

— Табак, — ответила Мария, жадно прикладываясь к фляге. — Фу, мерзко, зато сразу голова прочистилась!

— Значит, носишь в сумочке сигареты и при попытке «уплыть» закуриваешь, — вздохнул Илья.

— У вас в семье не курят? — поняла его вздох Маша.

— Артем кот, он в принципе резкие запахи плюс огонь и дым не жалует, Аришка вообще котенок, чихать начинает. Парни малы еще, Даша ведьма, обожает всякие курения, полынь там, пижму, мяту, но только не табак.

Молодая вампирша поежилась.

Она видела приемных родителей Ильи весьма коротко, но успела понять, что люди они не простые. Курящая невестка их явно не обрадует!

Илья сразу уловил ее переживания — повел к машине, усадил, пристегнул и сказал:

— Одежду купили, на работу устроились, пора нам с тобой квартиру присматривать. Предпочтения есть?

Такая простая постановка вопроса не поставила Машу в тупик:

— Я город совсем не знаю, — сказала она, — но хочется развитой район недалеко от работы и по возможности зеленый.

Илья включил телефон:

— Дашка, — сказал он, — мы с Машей по городу покатаемся, посмотрим, где лучше квартиру брать. Не ждите нас.

— Квартира — это хорошо, — голос ведьмы пронзила тонкая ирония, — сразу посоветую посмотреть тот дом, в котором у меня квартира. Там, кажется, кто-то из ваших съехал. И если хочешь, риэлтора порекомендую…

— Скинь контакт, — согласился Илья, — мы посмотрим, но работать планируем в госпитале, это далековато…

— Ерунда, — ощетинилась ведьма, — зато место тихое и спокойное. Ты все равно на машине!

Илья вздохнул, понимая, что спорить с сестрицей бесполезно.

— Ладно, тогда мы к вам заедем, дом посмотрим и риэлтора вызвоним. Но если Маше не понравится, не обессудь.

— Ей понравится, вот увидишь! — фыркнула в ответ Дарья.

Поездка по городу Маше понравилась.

Илья аккуратно вел машину — обычную, серебристую, скользящую в потоке неспешно и незаметно. Тяжелый джип Артема и Даши плыл где-то впереди с настойчивостью танка. Муж коротко рассказывал жене о районах:

— Тетка живет в старом купеческом районе. Его усиленно уничтожали под застройку офисов и банков, но ей удалось свой особнячок отстоять. Там сейчас куча мелких оборотней проживает, им с ведьмой не так страшно. Здесь вот хрущевки, пара сталинок, шумный центр, сплошные офисы. Кстати, возле «Ведьминого тракта» квартиру тоже лучше не брать. Шумно и эманаций много. Чистить приходится чуть не каждую неделю.

Мария слушала, кивала, любовалась городом, отмечая промзоны, торговые кварталы и новостройки.

Даша жила в небольшом районе, отделенном от новостроек небольшой рощей.

— Недавно этот район обозвали «Заповедным», и цены на жилье выросли втрое, — поморщился вампир, когда они проехали прозрачный ряд облетевших берез. — Но по сути это район, в котором живут иные, не принятые диаспорой или слишком малочисленные для целого дома или квартала.

Мария внимательно смотрела вокруг.

Магазины, сад, школа, новенькое здание администрации — иные умели устроиться с удобством.

— Это сейчас тут так, — пояснил Илья, — десять лет назад, когда Дашка тут квартиру купила, стоял один дом с огороженной территорией и старые бараки, гаражи — все, что за город спихнули в свое время. Сейчас уже облагородили.

Маша только кивнула.

Район ей нравился. Все необходимое под рукой, и, судя по всему, общественный транспорт есть. А то, что госпиталь вообще в другой части города… Не такой уж и большой город. В Москве приходилось и подольше на учебу ездить.

Дом за немного вычурной металлической оградой произвел неизгладимое впечатление. Зеленая изгородь — даже поздней осенью зеленая и плотная. Крепкие ворота, будка охранника, прожекторное освещение, отдельный заезд на подземный паркинг… Все признаки дорогого спокойного дома.

Даша уже приплясывала у ворот, когда они подъехали:

— Так, пойдемте скорее! Я уже риэлтору позвонила, он скоро будет. А пока посмотрите на наше жилье!

Илья только хмыкнул. Неугомонная кузина отчасти бессознательно пыталась собрать всю родню под одной крышей или хотя бы в одном доме. Не факт, что получится, но Маша точно не расстроится, если посмотрит, как живут ведьмы и оборотни.

В дверях Дарья серьезно обмела гостей полынным веником, потрогала камушки на полке и, покрутив рукой, заявила:

— Нафаня, сбор, очищающий сознание и бодрящий, нам всем! Ну идем, покажу самое главное! — ведьма поманила вампиршу за собой.

«Главным» оказалась ванная, полная разноцветных кусочков мыла, резиновых утят, котят и почему-то пластиковых топоров.

— А, дети играют, — отмахнулась Даша, вручая Маше мыло с тонким травянистым запахом. — В общем, смотри, дом изначально строился для иных, поэтому защита тут на уровне фундамента и стен заложена. Я, конечно, своих рун добавила, но в принципе каждая квартира неплохо защищена. Так, давай теперь на кухню!

Под болтовню Дарьи Мария с интересом изучила кухню, толщину стен, дверей и плотность окон. Заглянула в детскую — чем-то похожую на нору полутемную комнату. Потом в лабораторию. В спальню из вежливости не пошла — Артем там укладывал Веронику на дневной сон.

Потом они пили чай, слушали байки о соседях и жалобы на расплодившихся ящериц в саду и русалочьи концерты в полнолуние.

Потом у Даши тренькнул телефон, и она радостно вскочила:

— Приехал риэлтор! Идемте!

Элегантный как рояль мужчина в строгом сером костюме любезно всем улыбнулся, выслушал щебет Даши о том, что ее кузену и его жене нужно семейное гнездышко, прищурился и сказал:

— В этом доме, увы, продают только медвежью берлогу. Боюсь, вас она не устроит… Полуподвальный этаж, дубовые колоды в качестве стульев…

Илья хмыкнул.

Вообще, медвежьи берлоги отличались опрятностью, уютом и надежностью, но, кажется, этот риэлтор уже присмотрел для берлоги покупателя, а им решил предложить что-то другое.

Даша поникла — она искренне считала, что семья должна жить рядом.

— Высотки рассматриваете? — риэлтор элегантно кивнул на сияющее стеклом здание в той части города, которую занимали пьющие кровь.

— Я не вхожу ни в один клан, — спокойно сказал Илья, разглядев наконец, что перед ним не просто человек, а двоедушник, — так что стремления жить поближе к своим не имею. Работать мы оба будем в гарнизонном госпитале, так что хорошо бы найти жилье поближе к нему.

— А, тогда есть у меня один вариант, — подумав, с легким сомнением сказал риэлтор, — если хотите, могу показать прямо сейчас.

— И какое же у вашего варианта обременение? — с легкой усмешкой спросил Илья.

Двоедушник вздохнул, признавая правоту клиента, и признался:

— Небольшое. Кошка с котятами.

Вампир хмыкнул, посмотрел на жену и кивнул:

— Показывайте!

Ехать пришлось через весь город практически к самому госпиталю. Довольно новое здание притулилось на краю улочки, состоящей из старых двухэтажных домов. Не тех вычурно-нарядных, кирпичных, купеческих, что украшали набережную, и не ветхо-деревянных, что прятались в переулках, а такие крепенькие послевоенные двухэтажные домики, построенные для офицерских семей. Два подъезда, восемь, реже двенадцать квартир. Зеленый двор, заросший «птичьей травой» и одуванчиками, несколько гаражей или сарайчиков по периметру. Кое-где детские площадки.

Маша вышла из машины и присмотрелась. В целом район ей нравился, но… погуглив серию домов, девушка поморщилась:

— Деревянные перекрытия? Серьезно? А соседский холодильник не очутится у нас на голове?

— Эти дома были недавно отреставрированы в рамках возвращения исторического облика города, — ответил риэлтор.

Маша скептически хмыкнула и покачала головой:

— Нет!

Двоедушник пытался что-то говорить, убеждать, но девушка решительно развернулась к машине:

— Дорогой, может, сами посмотрим объявления? Мне кажется, этот человек не до конца понимает, что нам нужно. В понедельник я выхожу на работу… Мне некогда ездить и смотреть ерунду.

Илья улыбнулся и поцеловал жене руку:

— Как скажешь, дорогая, можем заехать в любое агентство по дороге. Уверен, там будут счастливы нас принять.

— Ладно, ладно, я понял! — мотнул головой риэлтор. — Этот вариант мне велели вам показать сразу. И убедить купить.

— Кто? — с легкой улыбкой уточнил Илья, ненавязчиво демонстрируя клыки.

— Не знаю. Просто прислали сообщение и перевели аванс.

Вампиры переглянулись.

— Древний, — одними губами произнесла Мария.

Илья пристально посмотрел на риэлтора:

— А теперь покажите нам действительно подходящие варианты. И отдайте ключи от этой квартиры, — он кивнул на дом.

Дрожащей рукой двоедушник отдал ключи, а Илья набрал по памяти номер отделения Патруля:

— Алло, дежурный? У меня информация… Стоит проверить дом номер… по улице… Подозрение на Темный ритуал. Ключи в почтовом ящике.

Уехали они быстро.

Больше квартир не смотрели — дом Ираиды Грозовой показался убежищем от всех тревог, в котором горит огонь, жарится мясо и плещется в бокалах гранатовый сок с капелькой третьей отрицательной.

Уже практически ночью позвонил Вдовин. Уточнил у Ильи детали происшествия с риэлтором, поблагодарил за бдительность и сказал устало:

— Там была ловушка с привязкой на кровь и род. Знаешь, может, Ираида права, и вам лучше перебраться в Москву? Временно.

Илья свел темные брови и уточнил:

— Это рекомендация главы Патруля или родственный совет?

— Это родственный совет от главы Патруля и главного Инквизитора, — тем же усталым тоном отозвался Олег Николаевич. — Древний сбежал, и мы не знаем как.

— Понял, подумаю, — ответил Илья, отбивая звонок.

Остаток ночи он просидел на ковре рядом со спящей Машей, а утром предложил ей поехать в Москву.

Сонная вампирша потянулась и заявила:

— Сначала кофе и бутерброды, потом страшная сказка и только потом — решение!

Илья склонился перед женской мудростью.

Маша не торопясь сварила две турки кофе — одну чашку с корицей, вторую с кардамоном. Сунула в духовку листик с полудюжиной бутербродов с ветчиной, сыром и помидорами. Разбила на сковороду несколько яиц и, только накрыв завтрак и сделав три глотка кофе, спросила:

— Так что произошло?

— Древний обманул Инквизицию и Патруль. Сбежал! — отчитался Илья, с аппетитом жуя пропитанный расплавленным сыром бутерброд.

Маша задумчиво ткнула своим кусочком запеченного хлеба в желток:

— Сбежал и будет кружить вокруг тебя, как акула, почуявшая запах крови, верно?

— Думаю, да. В той квартире, которую мы не пошли смотреть, была приготовлена кровавая ловушка.

— Последствия? — довольно безмятежно уточнила Маша.

— Я мог выжить. Ты — нет.

— Но первая в помещение заходит женщина, — кивнула вампирша. — Эта установка вбита крепко. Значит, Древний решил избавиться от меня, чтобы заполучить тебя. Кто предложил уехать в Москву?

— Глава Патруля на пару с инквизитором, — Илья посмотрел на жену с особым вниманием. Слишком спокойная она была.

— Оба они никогда не жили долго в Москве, — утвердительным тоном произнесла Маша.

— В принципе — нет, — согласился с ней Илья.

— Это называется ошибкой предположения. Житель столицы считает, что легче всего спрятаться в лесу. Житель тайги думает, что легче легкого потеряться в толпе людей. Оба не правы. Лесник быстро найдет в тайге кого угодно, а москвич — в Москве.

Илья задумчиво кивнул.

Примерно такую растерянность он ощутил, услышав приказ Вдовина ехать в Москву. Он там никого не знает, и его попытка скрыться от глаз Древнего может превратиться в загонную охоту. Притом на него. И Маша…

— В Княжинске я знаю каждый угол, — сказал он решительно. — Здесь Даша — ведьма с невероятным уровнем стихийной магии. Здесь Артем — оборотень-тигр. Здесь новорожденная Верховная, и здесь ты. В Москве… Я подозреваю, что Древний рассчитывает на то, что мы попытаемся убежать, и поставит на нас более действенную ловушку. С привлечением многих жертв. Чтобы поднять мой уровень, он не колебался.

— Значит, мы остаемся здесь, — сказала Маша, — и сами устраиваем ловушку на Древнего. Кстати, как вообще можно его убить?

Илья моргнул, попытался поставить чашку мимо стола, а потом ошеломленно сказал:

— Маш, а я не знаю! Понимаешь, при определенных условиях Древний может регенерировать из куска плоти размером с мышь!

— А если подойти к проблеме технически? Сжечь?

— Сжечь можно, но это должно быть высокотемпературное пламя. Доменная печь, крематорий, а пепел лучше утопить или развеять по ветру.

— Сурово, — оценила Маша, — и трудновыполнимо. Полагаю, доменной печи в Княжинске нет?

Илья развел руками:

— Ближайший крематорий за четыреста километров отсюда, — добавил он, выискивая в вазочке любимую конфету.

— А если не сжигать и не развеивать, а, скажем, заточить?

— Рано или поздно Древний выйдет. К тому же одна из его форм — туман. Полагаю, как-то так он от инквизиции и сбежал.

— Туман, конденсат… Заморозить? Скоро зима… — молодая вампирша взглянула в окно, за которым пока еще лил осенний дождь, но до зимы оставалось совсем немного времени.

— Зимой он может и не сунуться, — осознал этот факт Илья, — но ведь есть искусственная заморозка… Надо подумать!

Маша одобрительно кивнула и принялась варить вторую порцию кофе.

Мужчина взялся за дело, мужчина справится, а она пока полистает объявления о продаже жилья. В этом доме ей хорошо, но надо все же обзаводиться своей собственной жилплощадью!

Остаток осени прошел тихо.

Илья и Мария вышли на работу. Он — хирургом-интерном, она — психологом.

Поначалу, конечно, уставали, дергались, но постепенно втянулись. Попутно искали себе жилье и в результате уступили настойчивости Дарьи — купили ту самую «берлогу».

На деле квартира оказалась удивительно подходящей им обоим — деревянные полы и обшивка стен, беленые потолки, резная деревянная мебель и меховые покрывала для мерзнущей Маши по всем углам.

Радостная Даша немедля обновила и укрепила защиту, оценила отдельный выход, глубокий подвал для припасов и солнечную гостиную с настоящими витражами.

— Вот, я же говорила, вам понравится! — сияла она.

Илья с ведьмой не спорил.

Он вдруг нашел в близости будущей Верховной особую прелесть — рядом с крохой-Вероничкой у Маши абсолютно не было срывов. Пачка сигарет, забытая, лежала в сумочке, а на работе раненые солдаты так часто бегали курить, что у вампирши не было ни единого шанса поймать чей-то аромат — она частенько защитную маску сбрызгивала ароматическим маслом, чтобы не тошнило от ядреного духа пары сотен мужских тел, запертых в ограниченном пространстве.

К декабрю в Княжинск вернулись Ираида и Олег. Они сразу приехали к Даше, чтобы забрать близнецов и заодно обнять дочь и внучек. Узнав, что Илья живет рядом, — заглянули к нему. Пока Ираида с Машей накрывали на кухне стол, Олег вывел племянника жены на лоджию «подышать снегом» и там довольно строго спросил:

— Почему не в Москве?

— Зимой сюда Древний не полезет, — пожал плечами Илья, — в Княжинске мне комфортнее.

— И все же…

— В ту квартиру… первой должна была войти Маша, — отрезал вампир, — я не буду рисковать женой.

Олег Николаевич неодобрительно промолчал.

На Новый год Илью и Машу пригласили отмечать праздник со всей семьей. Олег Николаевич сменил гнев на милость и собирал все в своем доме, переделанном из старой пожарной части.

План был простой — пожарить мясо во внутреннем дворике, попариться в бане, посидеть в семейном кругу за столом, запустить детей в снежный лабиринт и закончить праздник фейерверком. Маша немного нервничала, выбирая платье, а вот Илья собирался спокойно. Только долго о чем-то договаривался с Артемом и Дашей.

Мария в это все не вникала.

Она стояла перед зеркалом, поправляла прическу и думала о том, что сегодня тест показал две полоски, и этого просто не могло быть!

Илья давно объяснил ей, что вампиры в парах с вампирами крайне редко обзаводятся детьми. Особенности их крайне замедленного метаболизма, специфическая диета и какие-то сложные уровни магической совместимости. Многим проще было подобрать подходящего человека, укусить и назвать «сыном клана», чем десятилетиями пытаться зачать без особой надежды на результат.

Вот в союзах вампиров с людьми — да, могла случиться такая оказия, и даже ребенок родится обычный — просто с анемией. Или — чрезвычайно редко — рождался Высший. Но алгоритмы распределения наследственности не выявлены. Слишком маленькая выборка.

А тут… Они женаты всего четыре месяца! Даже немного меньше! Ну да, им хорошо вместе, и они проводят рядом практически каждую ночь, если только Илья не на дежурстве. И все равно! Как так?

Тем более она по меркам вампира подросток. Юная, не до конца сформировавшаяся особь. Да у нее после того жуткого ранения в госпитале даже месячных не было! Организм не желал терять ни капли крови!

Маша снова посмотрела на себя в зеркало и вздохнула.

Она бы и тест не стала делать, но к ней пришла рыдающая медсестра, забеременевшая от раненого офицера. Тот вешал девчонке на уши лапшу, пока лечился и нуждался в уходе, заботе и ласке. А когда его выписали, оказалось, что парень женат!

Успокаивая несчастную, Мария предложила ей купить несколько недорогих тестов и превратить «ужас и кошмар осознания» в игру. Ну вот и поиграла. Медсестра, шокированная тем, что психолог тоже впала в ступор, тихонечко собрала положительные тесты и ушла со словами:

— Я их ему в бумаги напихаю! Пусть начальству объясняет, что и откуда!

У Маши даже сил не нашлось ее остановить.

— О чем задумалась? — Илья приобнял жену со спины и легонько пощекотал губами шею.

— Волнуюсь немного, — призналась Маша, — папа должен позвонить.

— Не переживай, — постарался утешить любимую вампир, — позвонит попозже, все же разница во времени. Готова?

— Вполне!

— Тогда поехали, не хочу задерживаться до темноты!

Дом четы Вдовиных встретил гостей теплом, шумом и яркими огнями. Сияли гирлянды и магические огоньки, в каждой комнате стояла наряженная елка, в холле грудой высились подарки, а дети и фамильяры устроили кучу-малу прямо на груде подушек, стянутых с дивана.

Кроме Вдовиных, Беловых и Богдановых в просторном холле обнаружились еще несколько незнакомых Маше иных. Илья помог жене раздеться и повел ее по кругу, представляя гостям.

Анастасия Крик Чайки танцевала возле навороченной музыкальной установки, прихлебывая глинтвейн. Знакомство отметила поднятием бокала и очередным пируэтом.

Огромный, уютно-раздолбаистый Боречка таскал закуски с фуршетного стола. Пойманный «на горячем», страшно смутился, поцеловал Маше руку и предложил попробовать корзиночки с креветочным кремом.

— Очень, знаете ли, вкусно, и боюсь, до курантов эта тарелка не доживет!

Маша угощение приняла и даже нашла в себе силы улыбнуться.

Леночка сидела по-турецки на коврике у камина и через телефон настраивала гирлянды, чтобы они мигали в такт мелодиям. На приветствие помахала рукой и заявила:

— А, ты та самая блондинка, из-за которой мы здесь. Салют!

Отойдя в сторонку, Мария обернулась к мужу, а тот только руками развел:

— Это команда Артема, сам не знаю, почему они здесь. Просто так надо Патрулю. Или Артему.

Остро-хищная Леди мельком кивнула на приветствие и продолжила неожиданно открыто флиртовать с Киром — владельцем автомастерской, в которую Маша отвозила однажды свою «дамскую» машинку по рекомендации Даши. Этого друида Мария знала, поэтому тоже ограничилась кивком.

В дальнем углу, под елкой, обнаружился Мятый. Он грыз зубочистку вместо привычной сигареты и наблюдал за всеми с легкой расслабленной улыбкой. Когда Илья попытался подвести Машу к нему, мужчина лишь мотнул головой и улыбнулся — не надо, мол. Веселитесь!

— Ладно, ритуал знакомства исполнен, можно и поесть! — хмыкнул вампир, увлекая супругу к хозяину дома.

Пока Илья, Артем и Олег Николаевич обсуждали способы приготовления мяса к праздничному столу, Маша обнялась с Дашей, вежливо кивнула Ираиде — тетку мужа она еще слегка побаивалась. Потом женщины присели рядом с детьми, чтобы поболтать о работе, праздничных подарках и прочих важных и нужных мелочах.

Они часто встречались, но сегодня Мария с особым интересом наблюдала за детьми.

Сыновья Ираиды, смеясь, пытались побороть друг друга. Им мешала старшая дочь Дарьи, ловко врезаясь в мальчишек. Младшая — Вероника — ползала вокруг, пытаясь присоединиться к веселью.

— Мальчик или девочка? — шепотом спросила Даша.

— Что? — дернулась Маша.

— Я спрашиваю — мальчик или девочка? — улыбнулась ведьма.

— Откуда?..

— Женщина начинает так пристально смотреть на чужих детей, когда задумывается о своих, — мудро улыбнулась стихийница.

— Я не знаю, — так же тихо призналась Маша, — я вообще не знаю, как я умудрилась… Илья говорил, что это практически невозможно!

Даша склонила голову, подумала, понюхала воздух и хмыкнула:

— А я поняла! Тебя же Илья сам обратил?

— Да, я же рассказывала! — немного растерянно ответила Маша.

— А в его крови плещется кровь оборотня и ведьмы, — ведьма хитро усмехнулась, — первая помогла вам найти друг друга, активировав истинность. Вторая помогла тебе забеременеть. Значит, скорее всего, родится девочка! У ведьм редко рождаются сыновья.

— Девочка? — мимо шла Ираида и услышала последние фразы. — Дашка, ты опять?

— Мам, это не я, — отмахнулась дочь и тут же хихикнула, прикрыв рот: — Ой, кажется, я проговорилась!

На миг в комнате стало тихо, а потом Илья одним прыжком очутился рядом. Прислушался. Стиснул Машу так, что она тихонько охнула, а потом упал рядом с ней на колени и обнял жену за бедра, прижимаясь лицом к животу:

— Не могу поверить! Второе сердечко! Маша!

Вампирша закусила губу и расплакалась:

— Я… ты говорил… я не знала… не думала!

— Тихо, тихо, все хорошо, все прекрасно, Зяба, всем валерьянки! — Ираида взяла ситуацию в свои руки, быстро распределив среди подопечных бокалы с травяной настойкой.

— Ну, а мы выпьем за вас шампанского! — хмыкнула Дарья и подмигнула мужу. Артем тотчас вручил женщинам бокалы, себе и мужчинам налил коньяка, и все дружно выпили по глотку за будущего наследника семьи Богдановых. Или наследницу. Неважно! Дети — это всегда хорошо!

На этой волнительной ноте позвонил полковник Крупин. Маша радостно схватилась за телефон и за пять минут, поражаясь сама себе, затопила отца слезами, восторгами и поздравлениями. Счастье, что полковник сообразил позвать к телефону зятя. Илья, уже взявший себя в руки, коротко доложил:

— Живы, здоровы, отмечаем праздник. Маша беременна.

— Уф-ф-ф, — Вениамин Кириллович выдохнул, — она так рыдала, что я испугался! — признался он. — Я рад. Береги ее, Док.

— Берегу, тащ полковник, не сомневайтесь! — заверил его Илья.

После звонка полковника веселье переместилось во внутренний дворик.

Мужчины раскочегарили магал, начали жарить мясо, Зяба сварил для вампиров и Леночки безалкогольный глинтвейн на гранатовом соке, а для Мятого притащил откуда-то бутылку самогона на березовых почках.

Дети в комбинезонах шустро сновали по сугробам, взрослые обсуждали праздники, службу и грядущее пополнение — обычная такая вечеринка профессионалов и коллег.

Когда до полуночи осталось полчаса, все зашли в дом, заперли французские окна, подкинули дров в камин, скинули куртки и шубки и устроились за большим накрытым столом.

Детей к этому времени отправили спать под присмотром кикиморы и защитного купола, так что бокалы звенели, сыпались тосты, то и дело слышались просьбы передать кусочек мяса, аппетитную колбаску или салатик.

Когда грянули куранты, все со смехом высыпали на улицу — запускать фейерверки. Никто так не любит делать «бум», как маги! Огромные «фонтаны», цилиндры «букетов» и разная мелочь вроде петард и бенгальских огней — все это уже стояло приготовленным в гараже, мужчины только выкатили целую тележку «боеприпасов» на заранее расчищенную площадку.

От первых же «бум» началось веселье. Женщины прыгали, мужчины орали, все смотрели в небо, не замечая, как белый снег покрывается почему-то серебристой пылью.

Перелом случился, когда неуклюжий Боречка с радостным гиканьем поджег хвостик петарды и бросил ее в сугроб… Сугроб вдруг взвился белым туманом, погружая магов, вампиров и ведьм в молоко. Маша ахнула, широко распахнув глаза, но Илья моментально нажал на ее шее две точки и уложил жену в снег:

— Полежи, родная, мы быстро! — шепнул он, хотя знал, что Мария его не слышит.

В три шага он вырвался из группы застывших магов — подпрыгнул и сам стал туманом, преодолев психологический барьер.

Два туманных вихря закружили вьюгой, пытаясь одолеть один другого, а все маги и ведьмы вдруг, повинуясь коротким приказам, выстроились в квадрат и… принялись лупить в небо фейерверками! Оба вихря завыли, метельное колесо распалось, и тут прозвучала команда:

— Огонь! — в небо полетели файеры, поджигая ту самую серебристую пыль.

Один из вихрей прицельно метнулся в сторону, второй потянулся за ним, и… тяжелое тело Древнего рухнуло в грязный снег, а Илья, тяжело дыша, встал рядом с Машей, прикрывая ее собой.

Из гаража вырвалась «дамская» машинка и резко затормозила рядом с Древним. Из-за руля выпрыгнула Леночка и лихо открыла багажник.

Тяжелые термо-канистры с жидким азотом ворочали уже мужчины. Они пролили тело Древнего дымящейся жидкостью, а потом разбили его кувалдами. Ошметки, осколки и груду кровавого снега, в которую превратился вампир, рискнувший напасть в мороз, сгребли лопатами в металлический контейнер, залили топливом и подожгли. Место, где пал Древний, зачистили всеми доступными способами, а потом еще посыпали солью.

Заканчивали уже на рассвете.

К этому моменту Маша уже спала, уютно свернувшись калачиком на широкой кровати, поставленной в гостевой спальне, а Высший лежал рядом, охраняя ее сон.

В голове он прокручивал то, что ему сообщил глава Патруля, и радовался тому, что десять лет назад Судьба, Провидение или что-то еще привели его в этот город, к этим людям.

В это же время глава Патруля остервенело соскребал снег в бочку с пламенем и вспоминал те обстоятельства, что привели к этой ситуации.

Древний настолько хотел заполучить Высшего в ученики, что начал торговаться с Инквизицией. В принципе, главный инквизитор быстро сообразил, что Древнейшему действительно есть что предложить. Утраченные техники ускоренного «созревания» вампиров, редкие книги в схронах, магические формулы подчинения и прочие знания, утраченные в огне мировых войн.

Вот только инквизитор не был дураком. Он понимал, что, заполучив Высшего в ученики, Древний начнет применять те самые знания, которые он так щедро обещает. И где гарантия, что у него нет в запасе аналога магической ядерной бомбы, например? Или массового заклинания, способного подчинить не только людей, но и магов?

В общем, пообещав Древнему содействие, инквизитор разыграл очень хитрую карту. Он позволил Древнему сбежать.

Глава Патруля поначалу орал и сотрясал магией пункт инквизиции, в котором узнал новость, но его остановил тихий голос инквизитора:

— Олег, просто подумай. Этому чокнутому кто-то помогает. Даже больше — кто-то направляет его, подвесив твоего парня как вкусную приманку. Даже в России Илья не единственный Высший. Зная технологию «ускоренного созревания», этот старик в теле мальчишки мог наштамповать себе Высших за месяц хоть дюжину. А он уперся в юнца из провинции. Почему? И почему мы так и не нашли Охотников, убивших его родителей?

Олег Николаевич потер лоб, потом сел и потребовал весь расклад.

— Весь расклад я тебе не дам, — инквизитор тоже сел и потер усталую голову, — просто сопоставил некоторые шероховатости. Парень родился у людей — случается. Но ты сам знаешь, большая часть Высших погибает от анемии или лейкемии в первый год жизни, если их не диагностируют. А проверять абсолютно всех младенцев у нас нет ресурсов.

Олег вяло кивнул. Дискуссии о расширении представительств иных в роддомах шли давно, но не находилось столько желающих работать сутками за смешные деньги ради призрачного шанса выловить ценный дар в толпе рожениц и новорожденных.

— А ты знаешь, что мать твоего Ильи лечилась от бесплодия? — задал вопрос инквизитор. — Его рождение в некотором роде — чудо. И я хотел бы знать, кто это чудо организовал!

— Что? — тряхнул головой Вдовин. — Лечилась от бесплодия? Сестра Ираиды?

— Лечилась, да, мы нашли такие данные в ее обменной карте. Только, Олег… она была абсолютно здорова! А вот ее муж переболел в детстве свинкой!

Муж ведьмы присвистнул. Про свинку и ее последствия он слышал.

— Думаешь, кто-то из Высших навестил мать Ильи ночью?

— Не знаю, — отмахнулся инквизитор, — но то, что подозрительно быстро парня обнаружили и прибрали к рукам — точно. Вот только он сам поломал неведомому кукловоду все планы. Когда кинулся не к знакомому дяде-вампиру, а к людям.

— А потом за него вступилась Ираида и накрыла племянника щитами… Которые не позволили его сунуть в ритуал слишком рано! Иззи, мы с тобой два идиота!

Инквизитор нахмурился и дернул углом рта:

— Объясняй!

— Кто сказал, что Древнему нужен ученик? Вспомни трактаты, которые ты раскопал в Европе! Еще эти их сказки… Дюжина учеников на одного магистра! Зачем?

Инквизитор на миг прикрыл глаза, осваивая новую информацию, потом распахнул их снова:

— Субстрат!

— Примерно, — кивнул Вдовин, — ученик достигает некой высоты, тянется, старается, а потом подкармливает Древнего. Или его друзей. Или возлюбленную. Но сейчас время другое. Высшие все на контроле. Кровь донорская. Полноценное жертвоприношение не так-то легко организовать. Вот ты веришь, что эта трагическая кукла могла собрать тринадцать смертников и не проколоться нигде? Даже в телефонах?

Инквизитор потер лоб:

— Значит, кто-то водит кукловода. Зачем?

— Технологию отработать, — скучающим тоном проговорил Олег, — причем всю технологию. От зачатия Высшего до принесения жертвы. Кто-то отчаянно пытается стать Древним в короткий срок.

Инквизитор медленно кивнул, осознавая, а потом усмехнулся, как мальчишка:

— Значит, я правильно сделал, что позволил ему сбежать. Будем ловить на живца!

— Эй, не надо трогать Илью! Парень только женился!

— Да при чем тут племянник твоей жены? — искренне удивился инквизитор. — Я про Древнего. Мы ж его напоили донорской кровью… с микромаячками и кое-какими зельями. Он, конечно, торжественно все сблевал в туалете и решил, что провел нас, но…

Вдовин хмыкнул и протянул инквизитору руку для пожатия:

— Работаем, Иззи?

— Работаем, Халк!

После заманивания и тихого уничтожения Древнего инквизиция провела аресты в семи крупных городах России и несколько тихих ликвидаций в Европе и Америке. Вскрылись нехорошие дела сразу нескольких вампирских кланов, причем «нехорошие» даже для самих вампиров. Эксперименты над беременными женщинами и детьми запрещены в культуре любой расы.

Инквизитор бледнел от ярости, внося в реестр “запрещенных для общения, оказания помощи и публичных встреч” десяток всемирно известных фамилий финансистов и политиков, желающих бессмертия. Именно они инициировали сначала эксперименты по зачатию Высших, а потом быстрое повышение их магического уровня и подготовку к жертвоприношению. Их силами была развязана специальная военная операция, чтобы прикрыть массовое кровопролитие и пропажу людей.

По записям, извлеченным из сейфов низложенных кланов удалось обнаружить еще шестерых молодых Высших. Увы, спасти четверых молодых парней и двух девушек не удалось – у них не нашлось влиятельных и самоотверженных родственников, способных прикрыть молодых Высших от влияния Древнего. Да и в инициацию никто не вмешался. Двоих даже успели принести в жертву, но к счастью с нарушением ритуала, так что те, кому предназначались “чаши бессмертия” получили только ранний Альцгеймер и полную психиатрическую нестабильность.

Арестованных членов кланов и пособников после допросов развоплотили. Результаты их «поисков бессмертия» сожгли. Во всяком случае, инквизиция публично уничтожила коробки с какими-то документами, и больше вопросов по этой теме ни у кого не возникало.

Группа Артема получила отпуск. Все разъехались кто куда, и только Леди задержалась в провинции. Поговаривали, что провидица забрала чемоданы из гостиницы, привезла их в мастерскую друида и заявила, что он должен ей дом, жизнь и минимум троих детей! Кир не растерялся, обнял женщину и заявил, что гейс требует минимум полдюжины. Леди это заявление не остановило, и, если верить слухам, роскошная дама без возраста уже посетила женскую консультацию, чтобы встать на учет. С двойней!

Илья и Мария остались в Княжинске.

Вампир считал этот город лучшим для рождения и воспитания детей, а его жена с этим утверждением не спорила. Ее волновала только маленькая жизнь, растущая у нее внутри. Ближе к весне стало точно известно, что Богдановы ждут девочку, и это стало поводом для бурной радости. Полковник Крупин пообещал приехать в отпуск ко времени рождения внучки, если, конечно, позволят обстоятельства.

Впрочем, с Рыжим Илья встретился несколько раньше, чем предполагал — в госпитале. Охотясь за очередным предателем, майор не заметил притаившегося в кустах «ждуна» — небольшого коптера с малым зарядом, сидящего в режиме ожидания, и получил серьезное осколочное ранение ноги плюс обширное поражение кожи по всему телу.

Пока вампир под дурные шутки особиста вылавливал осколки из кожи и мышц, Локи успел ему поведать, что после этого ранения его комиссуют. Один из осколков угодил в глаз. Сочувствуя бойцу, Илья почти в шутку предложил ему навестить ведьму, а отчаявшийся в каком-то смысле майор согласился!

Через пару недель интерн привез бывшего сослуживца к Дарье с просьбой извлечь осколок и залечить повреждения, и пока ведьма хлопотала над раненым, в комнату пробралась маленькая оборотница. Принюхалась к потертому камуфляжу Рыжего, фыркнула и заявила:

— Это мой зверь! Собственный! Руками трогать можно только маме!

Но это уже совсем другая история!