Героическая эпопея обороны Мальтийского архипелага, который в период Второй мировой войны являлся колониальным владением Великобритании, остается совершенно неизвестной как большинству отечественных специалистов, так и широкому российскому читателю. Указанное обстоятельство представляется тем более странным, что осада Мальты, продолжавшаяся почти 30 месяцев — с июня 1940 до конца 1942 г., занимает важное место в истории военных действий Антигитлеровской коалиции против государств-агрессоров на Средиземноморском театре.

Поэтому цель автора книги заключалась в заполнении очевидной лакуны отечественной историографии накануне празднования 75-й годовщины разгрома германского нацизма, итальянского фашизма и японского милитаризма. С другой стороны, хотя попытки держав «оси» захватить Мальту неоднократно освещались в трудах зарубежных историков, тема повседневной жизни простых мальтийцев, выдержавших длительную осаду и не сдавших остров врагу, не была полностью раскрыта.

Первостепенное внимание к истории фронтовой повседневности обороны Мальты диктуется еще одним соображением, а именно очевидными параллелями со страданиями и лишениями, которые выпали на долю советских людей, явивших миру в годы Великой Отечественной войны невиданные ранее силу духа и жертвенность. Забегая вперед, приведем только один пример таких параллелей — катастрофическая ситуация, которая сложилась на осажденном острове к середине 1942 г., и тяжелейшее положение защитников Сталинграда, оборонявших город на Волге летом — осенью того же года.

Наконец, стоит подчеркнуть, что наше исследование является пионерным еще по двум основным причинам. Автор стал первым российским историком, которому удалось изучить материалы Национальных архивов и библиотеки Мальтийской республики по избранной теме. Кроме того, им были привлечены британские архивные документы, ранее недоступные отечественным специалистам, среди которых главное внимание привлекла официальная корреспонденция канцелярии премьер-министра, Адмиралтейства, Военного ведомства, Министерств авиации и колоний. Вместе с уникальными воспоминаниями очевидцев, публикациями мальтийской прессы, редкими фотографиями, сделанными на острове в период боевых действий, а также газетными карикатурами они составили источнико-вую базу монографии[2].

В качестве примера дневников непосредственных участников событий упомянем книгу уроженца Новой Зеландии, командира 66-й авиаэскадрильи Королевских ВВС Г. Колдбека, ушедшего на войну добровольцем. Занимаясь разведкой аэродромов Сицилии и Южной Италии, он был сбит в одном из воздушных боев, попал раненым в плен к противнику и получил освобождение лишь весной 1945 г. Большой интерес представляет описание Колдбеком одного из обычных дней регулярных воздушных боев над Мальтой между британскими и немецкими летчиками летом 1942 г.[3] Другим заслуживающим внимания образцом опубликованных источников выступает книга мальтийца М. Галеа, который представил хронику событий на Мальте в период войны, сумев выявить имена всех погибших местных жителей, включая детей и подростков[4]. Наконец, нельзя не сказать о сборнике свидетельств простых людей, ставших непосредственными участниками осады — священников, медиков, юристов, рабочих, детей и подростков, собранных в 1990-х гг. местным историком Л. Миззи[5].

Здесь уместно сказать несколько слов о наиболее содержательных трудах по истории обороны Мальты, которые увидели свет за прошедшие семь десятилетий. Прежде всего упомянем обобщающие монографии, авторы которых стремились осветить разнообразные аспекты эпопеи 1940–1943 гг., а некоторые даже сравнить ее с предыдущей Великой осадой острова турками в 1565 г. и оккупацией наполеоновскими экспедиционными силами в 1798–1800 гг.[6] Отрадно подчеркнуть, что среди этих исследований имеются и труды современных российских авторов, хотя и непрофессиональных историков, написанные поэтому без привлечения архивных документов и мемуарной литературы[7]. На фоне большинства работ выделяется фундаментальный труд британца Дж. Холланда, который помимо многих документальных источников использовал устные интервью непосредственных очевидцев героической эпопеи[8].

В отношении интересующего нас сюжета, как уже отмечалось, больше всего повезло описаниям действий ВМФ и ВВС обеих противоборствовавших сторон. К числу фундаментальных исследований относятся труды Р. де Бело, И. Плейфера, В. Варли-монта, Й. Кэмерона, Д. Макинтайра, О. Мёлленбака, В. А. Белли и К. В. Пензина, Дж. Грина и А. Массиньяни, Ч. Нимица и Э. Поттера, Д. Томаса, Р. Вудмена, М. А. Брагадина, Э. Роджерса и др.[9] Фрагментарные описания морских и воздушных сражений вокруг Мальты можно также найти в книге В. А. Секистова, на страницах отдельных томов «Истории Второй мировой войны», выходивших под эгидой Министерства обороны СССР с 1974 по 1982 г., а также в жизнеописании британского адмирала Э. Каннингхэма, опубликованном известным дальневосточным историком Д. В. Лихаревым[10].

Наконец, стоит указать на несколько содержательных биографий британских военных руководителей, которые возглавили оборону острова в 1940–1943 гг.[11], а также на комплекс нарративов, посвященных жизни простых мальтийцев во время боевых действий. Авторами хроники выживания населения острова, подвергавшегося непрерывным бомбардировкам и ежедневно ожидавшего десанта экспедиционных сил противника как с моря, так и воздуха, явились участники или очевидцы событий, а также их потомки — мальтийские историки, журналисты, преподаватели[12]. Удачным дополнением к их материалам стал роман местного беллетриста Н. Мосаррата «Капеллан Мальты», в центре которого подвижническая деятельность католического священника, приходившего на помощь простым мальтийцам в самые тяжелые моменты многомесячной осады[13].

Как уже отмечалось, круг современной отечественной, впрочем, как и советской, историографии героического отражения натиска германо-итальянских сил на важнейшую британскую колонию Западного Средиземноморья в годы Второй мировой войны чрезвычайно узок. Некоторым дополнением выступают статьи российских авторов, размещенные на электронных сайтах, хотя их содержание нередко грешит ошибками, а оценки и мнения зачастую далеки от объективности[14].

Впрочем, об одном из исследователей российско-мальтийских отношений необходимо сказать особо. Речь идет об Елизавете Суреновне Золиной — профессоре истории Национального университета, основателе, а с 1990 г. — директоре Центра русской науки и культуры Мальтийской Республики. Именно ей удалось выпустить в свет единственный до сих пор сборник статей мальтийских и российских специалистов в области научно-культурных связей двух стран, а спустя несколько лет монографию по той же теме. Оба труда получили высокую оценку рецензентов[15].

Воплощение в жизнь исследовательского проекта было бы невозможно без доброжелательного отношения и активного содействия научных сотрудников, архивистов, специалистов библиотек трех стран — России, Великобритании и Мальты. Особую благодарность автор адресует коллегам, оказавшим ему радушный прием и всемерную консультативную помощь в читальных залах Национальных архивов и библиотеки Мальты — руководителю Архивной службы доктору Ч. Фарруджиа, куратору Национального военного музея доктору Ч. Дебоно, а также научным сотрудникам, настоящим профессионалам своего дела — М. Микаллеф, С. Шембри, Л. Цини и Д. Бриффе. Также признательности заслуживают уважаемые рецензенты этого труда — ведущие специалисты российских научных и образовательных центров, ценные рекомендации которых были учтены при подготовке рукописи к печати.

Как и в предыдущих случаях, при написании монографии автор пользовался долготерпением и неоценимой поддержкой членов семьи — супруги Ирины, а также сыновей — Дениса и Олега, за что он остается перед ними в неоплатном долгу.

10 мая 1940 г. У. Черчилль, занимавший с сентября прошлого года должность Первого лорда Адмиралтейства в правительстве Н. Чемберлена, возглавил Сент-Джеймсский Кабинет, сосредоточив в своих руках также руководство Военным министерством. Германский блицкриг мая — июня 1940 г. привел к захвату Третьим рейхом целого ряда малых европейских стран, а самое главное — поражению ближайшего союзника — Франции, что привело к фактической изоляции Великобритании перед лицом держав-агрессоров.

На этом фоне роль Мальты как форпоста Соединенного Королевства в Средиземноморье еще более возросла. По воспоминаниям Черчилля, к началу июня 1940 г. после бесплодных переговоров министров иностранных дел Великобритании и Италии — упоминавшегося лорда Галифакса и графа Г Чиано — угроза открытия военных действий со стороны последней беспокоила Уайтхолл больше всего. Дело в том, что на Средиземноморском ТВД Италия располагала 215-тысячной армией, а Англия — всего 50 тыс. военнослужащих, к тому же дислоцированных на базах от Гибралтара до Александрии[94]. Как отмечают исследователи, итальянцы выигрывали у британцев в гораздо лучшем знании южноевропейского региона. Даже мелководье и слабая исследованность прибрежных вод Северной Африки играли на руку экспедиционным войскам Муссолини, поскольку они располагали большим, чем англичане, количеством маломерных военных кораблей: легких миноносцев и торпедных катеров[95]. Кроме того, соотношение ВМФ обеих стран в бассейне Средиземного моря не могло внушать Черчиллю оптимизма. Если итальянские силы составляли там 4 линкора, 22 крейсера, 123 эсминца и торпедных катера, 115 подводных лодок, а ВВС — 1500 самолетов, то британские — 2 авианосца, 5 линкоров и лишь 13 крейсеров, 40 эсминцев, 18 подводных лодок и 200 самолетов. Из этого количества английская средиземноморская эскадра на подступах к Суэцу располагала одним авианосцем «Игл» (Eagle), 4 линкорами, 9 крейсерами, 26 эсминцами и 12 субмаринами, дислоцированными в Александрии[96]. Неслучайно Черчилль опасался неожиданного удара с воздуха итальянских ВВС по английским военно-морским кораблям, проходившим ремонт в доках Мальты, что поставило бы Адмиралтейство в еще более затруднительное положение[97].

Однако твердое намерение главы британского правительства укрепить обороноспособность Мальтийского архипелага встречало скептическое отношение и даже сопротивление ряда политиков и военных руководителей Соединенного Королевства, среди которых еще до начала Второй мировой войны господствовало мнение о принципиальной невозможности успешной обороны Мальты от вторжения сил агрессоров[98]. Дело в том, что равнинный рельеф острова, наличие глубоководных бухт, удобных для подхода десантных транспортов, близость к территории противника и, наоборот, удаленность от британских форпостов превращали «средиземноморскую жемчужину» британской короны в крайне уязвимую цель. Иначе говоря, при должной концентрации сил и средств оккупация архипелага комбинированным десантом с моря и воздуха не представляла особой сложности, на что указывали многие исследователи[99]. Кроме того, до капитуляции Франции определенные надежды Адмиралтейство возлагало на ее военно-морские силы, которые в соответствии с распределением сфер ответственности между Парижем и Лондоном отвечали за оборону Западного Средиземноморья[100].

Убеждение в тщетности усилий сделать архипелаг неприступной морской крепостью получило наибольшее распространение среди высших офицеров Королевских ВВС (Royal Air Force — RAF), созданных еще 1 апреля 1918 г. Примером служило высказывание маршала авиации Дж. Сэлмона, который после начала итало-эфиопской войны в ноябре 1935 г. заявил корреспонденту популярной лондонской газеты «Ивнинг Стэндард» (Evening Standard), что «при бомбардировке с воздуха, которая, вероятно, произойдет с вражеских баз на берегу, Мальта превратится в руины через 48 часов»[101]. И здесь надо отдать должное настойчивости Черчилля. Несмотря на реальную угрозу германской оккупации Британских островов, глава Адмиралтейства настоял на необходимости оборонять Мальту любой ценой. Черчилль сделал все от него зависевшее для того, чтобы перед вступлением Италии в войну остров был превращен в неприступный бастион.

Между тем еще в феврале 1939 г. на заседании Большого фашистского совета Муссолини представил собравшимся план ликвидации влияния западных демократий в бассейне Средиземного моря путем превращения его в «итальянское озеро» с последующим выходом к Атлантическому и Индийскому океанам. Молниеносный разгром Франции и оккупация сразу нескольких европейских стран гитлеровскими войсками в мае-июне второго года войны побудили дуче резко ускорить подготовку к удару по британским владениям в «мягком подбрюшье» Старого Света, одну из ключевых позиций среди которых занимал Мальтийский архипелаг.

Любопытно, что в воскресение 9 июня 1940 г. католическая кафедра собора в Мдине — древней столице Мальты — организовала шествие более чем 20 тыс. верующих к святым иконам Девы Марии в храмах Биркиркары и Лие. Замысел клира состоял в проведении общей молитвы паломников с просьбой о мире и спокойствии для жителей острова[102]. Однако их призывы, видимо, не были услышаны Всевышним. Решающий момент вступления Италии в войну пришелся на следующий день — 10 июня, когда Муссолини, который первоначально намеревался сделать это не ранее 1942 г., но опасался не успеть воспользоваться блиц-победами Гитлера, объявил решение фашистского правительства по радио. А в 6:49 (по другим данным в 6:25) 11 июня воздушный радар на скалистом юго-западном побережье в Дингли зафиксировал появление первого неприятельского самолета над морскими водами, омывающими Мальту[103].

Прозвучавший сигнал тревоги открыл период осады Мальты, который был назван историками «итальянским воздушным блицкригом». Он продолжался до конца 1940 г.[104] 11 июня с 7 до 19:25 итальянские бомбардировщики «Савойя Марчетти СМ-79» (Savoia Marchetti SM-79) в сопровождении истребителей «Макки МС-200с» (Macchi MC-200s) совершили семь рейдов против защитников Мальты, не считая восьмой тревоги из-за появления в небе над островом разведывательного самолета[105]. Главной целью итальянцев стали аэродромы в Такали и Луке (оба недостроенные и плохо защищенные), упоминавшаяся база летающих лодок в Калафране[106], а также Главная гавань (Grand Harbor) Валлетты с расположенными по ее периметру верфями и доками. Поднимаясь с аэродромов в Сицилии — Катании, Джелы, Комизо и др., а впоследствии и с авиабаз на Сардинии, в Таранто на юге Апеннинского полуострова и в Триполи на севере африканского побережья, вражеские бомбардировщики доставляли смертоносный груз до Мальты всего за 15–30 мин.

Согласно данным Информационного бюро заместителя генерал-губернатора, публиковавшего ежедневные сводки в «Таймс оф Мальта», только первая волна из десяти (по другим данным — семи) вражеских бомбардировщиков, атаковавших гарнизон и жителей острова, привела к гибели пяти мальтийцев и одного британца — пожарных наблюдателей, служивших в 1-м Прибрежном полку. Последующие рейды самолетов ВВС Италии — «Реджиа Аэронавтика» в этот страшный день стали причиной смерти 11 гражданских лиц и ранения еще 120 мирных граждан, находившихся в районе Главной гавани. Многих очевидцев, сумевших пережить бомбардировку начального дня войны, поразила гибель юного защитника самого мощного укрепления острова — форта Элмо — 16-летнего добровольца Филиппа Бузуттила и молодой женщины — Нины Фарруджиа, вместе с которой от разрывов бомб скончались ее дети: четырехлетний Джо и шестилетняя Нину[107].

Уже первые налеты, в результате которых оказались разрушенными жилища мальтийцев, положили начало массовому исходу населения из городов, особенно столицы с предместьями и упоминавшегося Трехградья, расположенного на юго-восточной стороне Главной гавани: Витториозы, Сенглии и Коспиквы. Хотя к 22 июля эвакуация основной массы горожан в деревни была практически завершена[108], стремительный наплыв лиц, переместившихся с согласия властей из прибрежных населенных пунктов в глубинные, сельские, вызвал проблему внутренних беженцев, которых необходимо было в кратчайшие сроки обеспечить крышей над головой, питанием и работой. Часть из них смогла найти кров у родственников или друзей (любопытно, что количество принятых семей обозначалось крестиками на дверях мальтийских домов[109]), но большинство нуждалось в оборудованных убежищах длительного пребывания. Спустя всего лишь неделю после начала войны около 100 тыс. чел., то есть почти половина населения колонии, хлынули во внутренние районы Мальты либо направились на Гозо, значительно меньше подвергавшийся воздушным налетам противника, хотя количество таких беженцев в первые недели войны не превысило 700 чел.[110] К 18 июня более 18 тыс. чел., в основном рабочих верфей, доков и ремонтных предприятий, нашли убежище в скальных туннелях Валлетты и ее предместий, построенных рыцарями в XVI в. Несмотря на некоторое уменьшение количества авиарейдов в конце первого месяца войны только за три недели 80 мальтийцев были убиты и 180 ранены[111].

Свою лепту в решение проблемы внутренних беженцев внес и католический епископат Мальты, разрешивший эвакуированным семьям занимать крипты и катакомбы при храмах и монастырях на всей территории острова[112]. Примерами могли служить Моста — небольшой средневековый город в центральной его части или пещеры в упоминавшемся районе Дингли. Получив одобрение британских военных властей, практически весь местный клир и монашество были привлечены к оказанию помощи гражданским лицам, многие из которых из-за бомбардировок лишились жилищ, имущества и вообще каких-либо средств к существованию. Служащие-волонтеры районных отделений Регистрационной службы отправляли беженцев после прохождения учета и получения необходимой медицинской помощи в семьи, располагавшие свободной жилой площадью, либо в школы, музеи и клубы, превращенные в центры нахождения перемещенных лиц[113].

Сразу же после начала бомбардировок губернатор Добби вместе с членами мальтийского правительства и находившимися в их распоряжении чиновниками предприняли немедленные шаги для усиления защиты архипелага от воздушных нападений. Так, 12 июня была утверждена официальная форма ежедневных бюллетеней, которые составлялись Информационным бюро канцелярии губернатора и затем, конечно, с необходимыми цензурными купюрами публиковались в печати или транслировались по мальтийскому радио. Отметим, что 10 августа 1940 г. в 18:00 журналисты лондонской Би-Би-Си впервые вышли в эфир с еженедельным выпуском новостей о текущей ситуации на Мальте. Трансляция таких информационных сводок на английском языке продолжалась до окончания военных действий в Европе[114].

Каждый бюллетень включал дату и время воздушной тревоги; примерное количество, мощность и тип сброшенных бомб (разрывные, зажигательные, другие, неразорвавшиеся); численность самолетов противника, осуществлявших рейд, и их потери; количество вражеских парашютистов (в случае воздушного десанта, чего, забегая вперед, за время войны ни разу не случилось); оценку поддержки налета с моря кораблями неприятеля; краткое описание материального ущерба и людских потерь — убитых, тяжело и легко раненных среди сухопутного гарнизона, персонала ВВС и моряков, а также гражданского населения — британцев и мальтийцев.

Если ВВС противника, хотя и совершали полеты над островом, но не проводили бомбардировку наземных объектов в какой-то определенный день, как это, к примеру, к радости жителей острова, случилось 9 июля 1940 г., информационное сообщение могло ограничиваться двумя короткими фразами: «Сегодня утром вражеские самолеты барражировали над Мальтой. Бомб сброшено не было». Любопытно отметить, что в связи с дефицитом бумаги для пишущих машинок служащие Информбюро использовали оборотные стороны трофейных документов итальянских военных, не представлявшие интереса для британских властей[115].

Чуть позднее — 26 июля того же года — формуляры полицейских отчетов о последствиях бомбардировок, составленные, как следует из архивных материалов, офицерами штаба мальтийской полиции в Хамруне, также получили завершенный вид, который с незначительными изменениями сохранился до конца осады Мальты. Помимо даты формуляры содержали информацию о времени начала и окончания воздушной тревоги; оценку действий персонала убежищ; сообщения о случаях паники среди населения, разрушенных зданиях и погибших домашних животных (от кошек и собак до крупного и мелкого рогатого скота, лошадей и ослов); характеристику пригодности убежища для дальнейшего использования и прочих заслуживавших внимания моментах[116].

В связи с животными, которые обычно содержали мальтийские семьи, необходимо упомянуть о письме в Департамент противовоздушной службы одного из жителей столичного пригорода Слемы. 10 июня, то есть еще накануне бомбардировок, он предложил схему организации специальной службы спасения домашних любимцев. В ее состав привлекались добровольцы из Общества по предотвращению жестокого обращения с животными, а также кинологи, ветеринары и скотники, которые должны были посменно дежурить на создаваемых постах. Их задача заключалась не только в защите животных от воздушных налетов и ожидавшихся газовых атак противника, но и в максимально быстрой утилизации смертельно раненных и умерших особей. Последнее было особенно важно, если речь шла о коровах, козах и овцах, поскольку их мясо использовалось в пищу[117].

К сожалению, автор не смог точно установить, получила ли эта идея реализацию, хотя на упомянутом письме, адресованном старшему офицеру Департамента противовоздушной службы, стоит пометка «Можно подумать о создании», датированная 18 июня 1940 г. В то же время случаи массовой гибели домашних животных под бомбами на протяжении многомесячной осады, особенно вслед за появлением германской авиации в небе над архипелагом, являлись далеко не единичными. Как следует из рапортов полиции, только 27 января 1942 г. на Мальте было убито 14 коз и ранено еще 16, а 8 мая того же года на Гозо пастухи лишились 50 овец, расстрелянных летчиком Юнкерса-209 (Junkers-209) из пулемета на бреющем полете[118].

Помимо мероприятий, обусловленных необходимостью совершенствовать систему ПВО, военные власти осуществляли и другие меры: 13 июня 1940 г. с 20:30 до 5:00 устанавливался комендантский час (3 сентября того же года для удобства жителей время его действия было изменено — с 21:00 до 6:30)[119]. Впоследствии движение автобусов — фактически единственного вида общественного транспорта на Мальте и Гозо — также подверглось регламентации: с 13 октября 1940 г. они могли курсировать лишь в определенных промежутках: 5:30-9:00, 11:3014:00 и 16:00–18:30, а с 9 июня 1941 г. — только в указанные утренние и вечерние часы с отменой дневных рейсов[120].

14 июня приказом губернатора гражданская администрация фактически упразднялась, а территория Мальты и Гозо разделялась на районы под командованием комендантов (Regional Protection Officers), причем в каждом населенном пункте размещался представитель регионального штаба[121]. Позднее в целях наведения порядка с учетом перемещенных лиц были введены удостоверения личности, 19 июня установлена цензура для переписки частных лиц, а личные разговоры по телефону сокращены до 3 мин. Стоит отметить, что инструкции по организации цензуры, направленные Адмиралтейством и Министерством авиации генерал-губернатору Мальты, запрещали упоминать в переписке, сообщениях прессы, объявлениях по радио и телефонных разговорах любые сведения, касавшихся инфраструктуры аэродромов, точного количества воздушных рейдов и сброшенных бомб наряду с оценками состояния других военных объектов средиземноморского архипелага[122].

Несмотря на панику, которая, согласно воспоминаниям очевидцев, охватывала мирное население во время первых налетов итальянских ВВС, губернатор Добби счел необходимым 15 июня по радио поблагодарить мальтийцев за мужество и спокойствие, с которыми, по его словам, они встретили приход войны на их землю[123]. Между тем настроения жителей колонии в начальные недели давно ожидавшегося «блицкрига с севера» были противоречивы. С одной стороны, обыватели были удивлены тем обстоятельством, что итальянцы не применяли бомбы, начиненные отравляющими газами, а также запаздыванием десанта, который противник мог попытаться скрытно высадить на слабо укрепленном юго-восточном побережье главного острова[124]. С другой — проникнутые искренними религиозными чувствами островитяне вначале наивно полагали, что итальянцы как их единоверцы-католики не станут бомбить культовые сооружения, святые для паломников места, госпитали и школы, особенно в часы общих молитв утром и вечером. Именно поэтому многие мальтийцы, эвакуированные из прибрежных городов, стремились получить временное пристанище в монастырях или укрыться от бомбежек в храмовых криптах[125]. Можно предположить, что основания к таким суждениям могли дать допросы военнопленных летчиков «Реджиа Аэронавтика», которые сообщали о будто бы полученном ими строгом приказе командования воздерживаться от бомбардировки невоенных объектов, хотя его точное выполнение с учетом эшелона на высоте 6 тыс. м, которым пользовались итальянские бомбардировщики, выглядело сомнительным[126].

Что касается юного поколения, то, по воспоминаниям людей, переживших осаду в детском или подростковом возрасте, они втайне от старших даже желали скорейшего начала военных действий, которые, как они наивно рассчитывали, не продлились бы более четырех-пяти дней, чтобы геройскими поступками снискать уважение родителей, друзей и знакомых. При этом любимым развлечением многих детей стало собирание еще не остывшей шрапнели на улицах разрушенных городов Мальты[127]. Участники событий приводят в своих воспоминаниях историю двух английских девочек 7 лет, которые после начала мировой войны в Европе были эвакуированы из метрополии в, казалось, далекую и безопасную британскую средиземноморскую колонию. Однако с июня 1940 г. они снова очутились в эпицентре бомбежек, которые воспринимались ими как нормальный фактор повседневной жизни[128].

Нужно признать, что глубокая религиозность мальтийцев, о которой постоянно упоминали мемуаристы, действительно играла важную роль в мобилизации населения на защиту Родины. Именно вера в покровительство высших сил укрепляла моральную стойкость жителей архипелага, глядя на поведение которых военнослужащие гарнизона также преисполнялись мужеством и надеждой на победу[129]. Ярким образчиком религиозных чувств обывателей стала молитва, которую многие из них повторяли при каждой воздушной тревоге: «О Мадонна победы, о Владычица небес и земли! Собери бомбы в Твоей широкой мантии и избавь нас от этой [воздушной. — Е. С.] атаки» (O Virgin Lady of Victory, o Queen of Heaven and Earth! Gather the bombs in Thy wide mantle and deliver us from this attack)[130].

Тем не менее, любое, даже столь фанатичное упование на небесные силы, оберегавшие Мальту от иноземных вторжений со времен великой осады XVII в., требовало постоянной моральной поддержки метрополии. Неслучайно поэтому 19 июня 1940 г. король Георг VI направил личное послание правительству и народу Мальты, которое выражало твердую уверенность суверена в их мужестве и преданности британской короне: «Я уже слышал о храбром духе и прекрасной стойкости мальтийцев с момента нахождения в зоне боевых действий, и у меня нет сомнений в том, что они будут достойными продолжателями великих традиций в той борьбе, которую активно ведут сегодня»[131].

Высокая оценка состояния духа защитников архипелага, данная монархом, была далеко не лишней, поскольку в конце июня — начале июля 1940 г. на них обрушились сотни авиабомб. Настоящей трагедией в эти недели стала гибель 21 пассажира (девять было тяжело ранено) рейсового автобуса в результате прямого попадания зажигательной бомбы, которое случилось 26 июня, а также смерть десяти гражданских лиц, включая женщину с пятью детьми, в ходе продолжительной бомбардировки Мальты 7 июля. При этом еще 19 чел. получили ранения[132].

Нельзя сказать, что ПВО Мальты бездействовала в этот период. Уже первая контратака истребителей береговой обороны итальянских самолетов 11 июня вызвала паническое сообщение пилотов «Реджиа Аэронавтика» о том, что в небе над Мальтой против них сражались целых двадцать британских «Гладиаторов», хотя, как уже говорилось ранее, таковых в начальные недели войны у защитников острова было всего три (по другим данным — шесть)[133]. 22 июня летчикам Королевских ВВС региона Средиземноморья под общим командованием коммодора Ф. Мейнарда, уроженца Новой Зеландии и ветерана Первой мировой войны, удалось сбить первый бомбардировщик противника. Героем дня стал командир эскадрильи капитан Дж. Бёрджес, который 13 июля был награжден «Воздушным крестом доблести» (Distinguished Flying Cross) за шесть побед, одержанных над асами итальянских ВВС[134].

21 июня 1940 г. на Мальту были доставлены первые «Харрикейны» (Hurricanes) — истребители-монопланы, различные модификации которых во второй половине 1930-х гг. составляли значительную часть авиации Соединенного Королевства. По своим техническим характеристикам они превосходили «Гладиаторы» и могли вполне на равных бороться с итальянской воздушной техникой, хотя более крупная партия из двух десятков «Харрикейнов» прибыла на мальтийские аэродромы только к октябрю 1940 г.[135] Зато гораздо раньше — 5 июля — на Мальту с базы в Бизерте, расположенной в Тунисе, перелетело несколько французских морских летчиков, отказавшихся стать коллаборационистами[136].

И все же от Лондона требовались значительные усилия, чтобы сохранить средиземноморскую твердыню в своих руках. Необходимость принятия стратегии удержания Мальты любой ценой диктовалась еще и тем неблагоприятным обстоятельством, что после объявления Италией войны Великобритании последняя оказалась вынужденной перевозить стратегическое сырье из стран Азии вокруг Африки, а не через Суэцкий канал по Средиземному морю. Столь удобный и относительно безопасный ранее южноевропейский маршрут таил теперь немалые риски, и поэтому на его долю с июня 1940 г. приходилась лишь транспортировка продуктов питания, вооружения и боеприпасов для Мальты и британских войск на Ближнем Востоке[137]. С целью оптимизации управления морскими силами на интересующем нас ТВД в июне 1940 г. Адмиралтейство поделило Средиземноморский флот на два отряда: Западный со штабом в Гибралтаре, который первоначально располагал 1 авианосцем, 1 линкором, 5 крейсерами, 10 эсминцами и 6 субмаринами, а также Восточный, имевший в составе 2 авианосца, 5 линкоров, 10 крейсеров, 26 эсминцев и 12 подводных лодок. Заметным дополнением к этой группировке стали французские корабли — 3 линкора, 8 крейсеров, 8 эсминцев, несколько субмарин и более 200 малых судов различного типа, операция по захвату которых была осуществлена англичанами 8 июля 1940 г.[138]По замыслу британского командования, ВМФ должен был обеспечить безопасность конвоев на Мальту как с запада, так и востока, прикрывая правый фланг английских сухопутных сил в Северной Африке и одновременно блокируя транспортировку противником живой силы вместе с вооружением в Ливию[139].

Особенно серьезную обеспокоенность Лондона вызвали сообщения агентов военной разведки МИ-6 о достигнутой 17–20 июля договоренности Гитлера и Муссолини синхронизировать в начале осени 1940 г. операцию «Морской лев» по высадке немцев на Британские острова с началом генерального наступления итальянских войск из Триполитании на Египет с целью захвата Александрии и Суэца. Учитывая эти сведения, англичанам следовало ожидать высадки парашютистов и морских десантников неприятеля на Мальтийском архипелаге в любую минуту[140].

Неслучайно поэтому губернатор Добби регулярно информировал Черчилля о недостаточных, по его мнению, оборонительных возможностях колонии, что также заставляло премьер-министра торопить имперское командование относительно укрепления военного потенциала Мальты. Так, 12 июля он потребовал от генерал-майора Г Исмея — главы Комитета начальников штабов — в трехдневный срок разработать схему создания модернизированной системы ПВО архипелага[141]. В аналитической записке для представителей высшего имперского командования Исмей обосновывал эту необходимость следующим образом: «Столкновения, которые произошли у нас с итальянцами, побуждают к активизации действий против материковой Италии путем бомбардировки как с воздуха, так и моря. Также очень желательно, чтобы флот мог свободнее использовать Мальту. Необходимо подготовить план усиления ПВО Мальты самым решительным образом с помощью зенитных орудий различных типов и авиации»[142].

15 июля 1940 г. Черчилль затронул эту же проблему в обращении к первому морскому лорду, адмиралу флота Д. Паунду: «Можно считать обоснованным, что масштаб вражеских атак в бассейне Средиземного моря возрастет, когда немцы придут туда. Поэтому крайне важно срочно создать очень сильную систему ПВО Мальты и разместить там несколько эскадрилий наших лучших самолетов-истребителей...» Важнейшей задачей в этой связи, как полагал Черчилль, становилось обеспечение скорейшего перехода от оборонительной к наступательной стратегии в Средиземноморье с опорой на «крепость Мальту»[143].

Спустя более чем два месяца — 21 сентября, в самый напряженный момент ожидания германского десанта на Британские острова, последовал новый запрос Черчилля в адрес имперского командования, вызванный очередным сообщением Добби: «Эта телеграмма, — писал глава Кабинета, — подтверждает мои опасения по поводу Мальты. Поскольку оборона побережья построена примерно из расчета один батальон на участок в 15 миль и, так как нет никаких резервов для контратаки, заслуживающих упоминания, в случае вторжения остров окажется во власти десантных сил противника. Вы должны помнить о том, что мы не господствуем на море вокруг Мальты. Таким образом, опасность представляется достаточно серьезной. Мне думается, что нужны 4 батальона, но, ввиду трудности переброски транспортов с запада, мы должны пока удовольствоваться двумя. Надо найти два боеспособных батальона. С помещением, по-видимому, не будет особых трудностей». В связи со сложившейся обстановкой Черчилль поставил перед генералами важные вопросы: «Каковы планы отправки конвоев для Мальты, когда они могут начаться и что необходимо доставить на остров?»[144]

24 сентября в письме к Э. Идену, своему фактическому заместителю по военным вопросам, Черчилль вновь указал на необходимость срочно направить в средиземноморскую колонию два пехотных батальона. 6 и 13 октября 1940 г. премьер-министр дважды запрашивал генерал-майора Исмея о возможности командировать на Мальту два батальона из состава оперативной группировки, оборонявшей Суэцкий канал, добавив к ним танки и новейшие средства ПВО. Как свидетельствует переписка Черчилля с главнокомандующим британскими войсками на Ближнем Востоке генералом армии А. Уэйвеллом, глава правительства также не исключал варианта использования для защиты Мальты подразделений 8-й армии, дислоцированной на египетском побережье Средиземного моря. Но к концу того же года Черчилль вынужден был отказаться от этой идеи в связи с развернувшимся наступлением англичан в направлении Туниса. Аналогичным образом Уайтхолл направил «в долгий ящик» проект переброски двух авианосцев из Индийского океана на помощь Мальте и отложил планировавшийся осенью 1940 г. молниеносный захват итальянского островка Пантеллерия, расположенного на северо-западе от Мальты в Тунисском проливе[145].

Отказ Гитлера от высадки десанта на берега Альбиона, несмотря на интенсивные бомбардировки английских городов, позволил членам Военного Кабинета «перевести дух», уделив больше внимания положению в других регионах, прежде всего ситуации на Ближнем Востоке. Тем временем в упоминавшемся послании генерал-майору Исмею от 13 октября Черчилль изложил свое видение основных параметров усиления обороны средиземноморской твердыни. Он предлагал сделать это путем отправки на остров тем способом, каким будет удобнее, новой партии самолетов «Харрикейн»; посредством «немедленной подготовки конвоя, который должен доставить возможно больше зенитных орудий, а также пехотные подразделения и [артиллерийскую. — Е. С.] батарею»; наконец, через «освобождение еще одного или лучше двух батальонов от несения полицейских обязанностей в зоне [Персидского. — Е. С.] залива или в Палестине и доставки их на Мальту, когда флот в следующий раз совершит переход туда из Александрии». «Должны быть приложены все усилия, — подчеркивал глава Кабинета, — чтобы удовлетворить его [губернатора Добби. — Е. С.] запросы, исходя из того, что, как только Мальта станет шипом в боку Италии, против нее могут быть брошены неприятельские войска. Поэтому переброска этих подкреплений должна предшествовать каким бы то ни было активным действиям с Мальты». Признавая важность развертывания современных средств ПВО, Черчилль по понятным причинам делал акцент на морской составляющей защитного потенциала острова: «Прежде чем посылать флот на Мальту, — писал он, — надо усилить там противовоздушную оборону. Однако посылка кораблей — весьма необходимый и исключительно выгодный шаг. Я приветствую возможность размещения даже легких кораблей в мальтийских водах, так как они немедленно повысят ее безопасность»[146].

Неслучайно поэтому, регулярно направляя губернатору Добби личные послания с одобрением его действий, Черчилль, богатый, хотя и далеко не всегда позитивный опыт которого в подготовке и проведении стратегических операций на морских ТВД не подлежал сомнению, сосредоточил внимание на отправке транспортных конвоев к имперскому форпосту. Эту позицию национального лидера поддержал упоминавшийся вице-адмирал Э. Каннингхэм, которого многие современники по праву называли «величайшим британским флотоводцем со времен Г Нельсона»[147]. Как фактический командующий имперскими силами в бассейне Средиземного моря Каннингхэм рассчитывал превратить Мальту в главную опорную базу для организации атак против итало-германских транспортов, направлявшихся в порты Северной Африки. Красной нитью его стратегических планов проходила идея насыщения Мальты военной авиацией и боевыми кораблями, способными обеспечить господство Великобритании над державами «оси» не только на море, но и в воздушном пространстве. Однако сделать это Каннингхэм предлагал в пропорциях, сопоставимых с силами, которые необходимо было иметь для обороны самой метрополии, а также Гибралтара и Александрии, а после объявления войны Японии в декабре 1941 г. еще и Сингапура — главной цитадели Британской империи в Юго-Восточной Азии[148].

Здесь уместно подчеркнуть, что в первые недели обороны Мальты Военное министерство и Генеральный штаб Великобритании преследовали главную цель — вывести из гавани Валлетты проходившие там ремонт корабли и субмарины. Выполняя данную задачу, 9 и 10 июля два первых конвоя — быстроходный и тихоходный под кодовыми номерами MF-1 и MS-1 отправились из Валлетты в Александрию, эвакуируя семьи британских военных[149]. В дальнейшем практика использования архипелага как транзитного пункта на маршруте, соединявшем западный и восточный опорные пункты Британской империи в Средиземноморье, получила развитие, учитывая потерю крупной военной базы в Бизерте на побережье Туниса[150]. Таким образом, Мальта превратилась не только в «прифронтовую» ремонтную мастерскую, но и, как уже случалось ранее, в огромный перевалочный терминал и центр временного размещения раненых, больных и увечных военнослужащих, которые подлежали эвакуации из Ближнего Востока и Северной Африки в метрополию. Согласно донесениям Каннингхэма, только за пять первых месяцев войны против Италии британский Средиземноморский флот 16 раз выходил в центральную акваторию моря на патрулирование, которое могло продолжаться от трех до семи суток[151].

Однако нехватка имевшихся на Мальте запасов продовольствия, горюче-смазочных материалов, вооружения и боеприпасов, ставшая очевидной на фоне резкой активизации держав «оси» в Южной Европе, требовала скорейшей доставки туда всех необходимых средств, которые позволили бы защитникам не только отразить десант противника, но и выдержать длительную осаду. Данную мысль четко, хотя, возможно, излишне пафосно, выразил в своем обращении к губернатору Добби имперский министр авиационной промышленности У. Эйткен, более известный как лорд Бивербрук. 12 августа 1940 г. он телеграфировал в Валлетту: «Мы приветствуем решимость и отвагу, с которыми Мальта, верная славным традициям, противостоит врагу. Вы демонстрируете всему миру пример храбрости и преданности, поэтому нашим священным долгом будет обеспечить вас мощной истребительной авиатехникой, чтобы остановить и уничтожить агрессоров, посягнувших на ваш укрепленный дом»[152].

Словно в подтверждение этих слов 2 сентября 1940 г. из Александрии на Мальту прибыл первый конвой с эскортом из трех крейсеров и четырех эсминцев в составе сухогруза, танкера и рефрижератора, последний из которых — «Корнуолл» (Cornwall), правда, получил серьезные повреждения в результате воздушной атаки итальянских ВВС. Они доставили на остров 40 тыс. т разнообразных грузов, включая продовольствие, товары первой необходимости, средства медицинского ухода, горючее и боеприпасы. Достигший гавани Валлетты конвой положил начало серии из 40 подобных логистических морских операций, которые позволили мальтийцам выстоять на протяжении осады[153].

Несмотря на бомбардировки — всего за первые семь месяцев блокады их состоялось поистине символическое число раз — 666 со средней частотой два налета в сутки, — население Мальты смогло постепенно адаптироваться к условиям военного времени. Тем более, что к концу сентября воздушные атаки итальянцев уменьшились по количеству самолетов на один рейд и интенсивности налетов[154]. Очевидцы свидетельствовали, что осенью 1940 г. пилоты «Ред-жиа Аэронавтика» осуществляли рейды небольшими группами, что приводило к невысокой плотности бомбометания и падению значительного количества смертоносного груза в акваторию Мальты и Гозо. Вместе с тем, как это произошло, например, 5 сентября 1940 г. над аэродромом Хальфар, итальянские воздушные асы могли управлять и новейшими германскими «Юнкерсами-87», которые на бреющем полете практически в упор расстреливали из пулеметов все живое[155].

Хотя бывали случаи, когда самолетам противника удавалось обойти зону действия главного радара в скалах Дингли и начать бомбардировку до объявления тревоги, сигнал которой, как правило, звучал за 4–6 мин. до начала воздушной атаки[156]. За этот промежуток мирное население обычно достигало ближайших укрытий, строительство которых активно продолжалось в скалах, бывшем железнодорожном тоннеле между Валеттой и ее пригородом Флорианой, катакомбах, подвалах правительственных зданий и частных вилл. В последних двух случаях авиаубежища нередко укреплялись особыми деревянными балками[157]. По данным статистики, за месяцы осады с середины 1940 до начала 1943 г. на главном острове было вырыто около 21 км туннелей, причем длиннейший из них превышал километр, а самым надежным убежищем считалось культовое подземелье братства «Святого Сердца» (Sacre Coeur) в Слеме — северном пригороде Валлетты[158]. Вместо прежнего панического стремления спрятаться под лестницами своих домов или под столами в квартирах, хорошо, если обложенных мешками с песком, как это происходило в первые дни итальянского «воздушного блицкрига», мальтийцы постепенно привыкли организованно покидать жилища и направляться в ближайшее доступное укрытие, не нарушая правил светомаскировки в темное время суток. Как вспоминали очевидцы, даже дети привыкли не плакать во время воздушных налетов, а взрослые старались найти для себя в убежище какое-либо полезное занятие. К осени 1940 г. местные власти распорядились обеспечивать специальным бумажным пропуском (Shelter Admission Ticket) каждого пользовавшегося такими укрытиями, хотя, конечно, бывали и исключения[159]. Так, упоминавшаяся выше Мабель Стрикленд предпочитала обычно не покидать виллы своего отца во время воздушных тревог, а Сибилла, дочь губернатора Добби, взяла за правило по утрам ездить верхом на лошади, невзирая на комендантский час и налеты вражеской авиации[160].

Заслуживающий внимания эпизод, который позволяет оценить высокую эффективность противовоздушной маскировки, связан с тщетной попыткой пилота военного самолета, на котором Иден летел на Ближний Восток в целях инспекции, совершить 13 октября 1940 г. промежуточную посадку на одном из аэродромов Мальты. Этот рейс носил настолько секретный характер, что наземные службы острова не были заранее уведомлены о необходимости обозначить посадочную полосу. Поэтому из-за кромешной темноты на земле пилот не сумел сориентироваться и осуществил повторный заход на посадку, оказавшуюся удачной[161].

Еще один курьезный случай, который свидетельствовал об адаптации обывателей к жизни в условиях регулярных бомбардировок, был связан с неким молодым человеком, который в промежутке между объявлениями воздушных тревог умудрился приобрести лотерейный билет, номер которого совпадал с часом и минутами последней из них. Когда же стали известны результаты розыгрыша, счастливчик получил выигрыш на приобретенный всего за 6 пенсов билет в размере 3 ф. ст. — довольно крупной суммы для мальтийцев в то время[162].

Однако за внешним фасадом полной консолидации мальтийского общества, достигнутой в начале войны при содействии британских колониальных властей (о чем постоянно сообщал в метрополию генерал-губернатор Добби), скрывалась их озабоченность угрозой раскола и внутреннего брожения, если события на фронтах будут развиваться в неблагоприятном для Лондона направлении. Неслучайно в ответ на сообщения главы администрации Мальты о сложных отношениях с местным католическим епископатом и интригах связанных с Римом иезуитов, министр по делам колоний Дж. Ллойд рекомендовал Добби в личном письме осуществить серию превентивных мер. Они включали кадровую чистку системы образования, изоляцию всех сторонников независимости, как это, например, было сделано в отношении А. Мерсейка — лидера Национальной партии, занимавшего должность главного судьи, тщательный надзор за клиром, урегулирование конфликтов внутри самой британской общины (всем были известны, к примеру, разногласия между губернатором и семейством Стрикленд), а также экстрадицию всех ранее интернированных лиц, симпатизировавших Италии[163].

Серьезного внимания властей требовала местная пресса, которая помимо упоминавшихся официальных обзоров Департамента информации была представлена на протяжении осады четырьмя газетами: двумя на английском языке — упоминавшейся «Таймс оф Мальта» и воскресной «Санди Таймс оф Мальта» (Sunday Times of Malta), а также изданиями на мальтийском диалекте — светской «Ил-Берка» (Il-Berqa — Вспышка) и католической «Лехен-ис-Севва» (Lehen-is-Sewwa — Усердие в добре)[164]. Разумеется, эти периодические издания стремились поддерживать высокий градус антиитальянской агитации, одновременно пропагандируя такие благотворительные начинания местного епископата, как открытие общественных пунктов питания беженцев (Communal Feeding Service), предлагавших им ежедневные 400 г хлеба и миску горячего супа, или организацию сбора средств в общественный Фонд помощи пострадавшим лицам (Malta Relief Fund), который был создан 2 октября 1940 г.[165]

К концу 1940 г. подавляющее большинство наблюдателей могло с полным основанием сделать вывод о том, что итальянский «воздушный блицкриг» против Мальты потерпел фиаско. В результате проведения операции «Уинч» (Winch) по переброске военной техники и средств ПВО на остров не только оборонительный, но и наступательный потенциал его гарнизона значительно вырос, что серьезно затруднило высадку десанта и расширило возможности англичан по нанесению ударов по конвоям и базам противника[166]. Кроме того, следовало учитывать вовлечение с 28 октября 1940 г. итальянских войск в агрессию против Греции, которое привело к заметному сокращению количества воздушных налетов в конце года[167]. Характерной в плане изменения стратегической ситуации выглядела точка зрения Черчилля, который в письме генералу Исмею изложил ее следующим образом: «То обстоятельство, что мы сейчас закрепились в заливе Суда [на Крите. — Е. С.], дает основание чувствовать себя спокойнее насчет Мальты. Пока наш флот стоит или может стоять в заливе Суда, совершенно невероятно, чтобы крупные силы противника пытались высадиться на Мальте, которую мы уже укрепили танками и орудиями, переброшенными со Среднего Востока...»[168]

Аналогичный вывод был сделан Каннингхэмом по итогам посещения Валлетты. На рубеже нового 1941 г. он докладывал в Адмиралтейство: «В настоящее время остров действительно испытал всю силу итальянских ВВС и приобрел некоторый иммунитет против ущерба, наносимого воздушными рейдами. Те разрушения, которые были сделаны ранее, постепенно устраняются, и Мальта как база также эффективна, как и в начале войны, будучи, кроме того, гораздо лучше защищена от налетов или вторжения». Хотя, как в заключении подчеркивал флотоводец, «требуется дальнейшее наращивание оборонительного потенциала» важнейшей средиземноморской крепости Великобритании[169].

Анализируя оборонительные возможности Мальты, уместно задаться одним немаловажным вопросом: почему итальянское правительство так и не решилось провести десантную операцию на архипелаг в первые недели после объявления войны, когда остров был гораздо хуже защищен, чем впоследствии. Неслучайно, по мнению главнокомандующего войсками держав «оси» на юго-западе Европы фельдмаршала А. Кессельринга, отказ от захвата Мальты в начальные недели ее осады итальянцами стал одной из главных, поистине фатальных ошибок Муссолини[170]. Аналогичного мнения придерживался и коллега Кессельринга, другой известный гитлеровский военачальник фельдмаршал Э. Роммель, который в связи с подготовкой десантной операции против Крита подчеркивал в одном из писем, что необходимо было сперва оккупировать Мальту[171].

Специалисты называют различные причины: недостаток у Муссолини сил и средств для быстрого и эффективного осуществления десанта; страх дуче перед мощью британского Средиземноморского флота, который мог спустя двое-трое суток прийти на помощь защитникам Мальты; наконец, тесное сотрудничество гарнизона, 44 % которого составляли мальтийцы из Корпуса добровольцев сил обороны (Malta Volunteer Defense Force), с гражданским населением средиземноморской крепости. Все эти обстоятельства препятствовали успеху десанта экспедиционных сил либо во всяком случае могли заставить их увязнуть в кровопролитных боях на продолжительное время[172].

Как представляется автору, совокупность названных факторов, безусловно, повлияла на отказ Рима от немедленной оккупации Мальты. Однако, с нашей точки зрения, определяющую роль все же сыграли два момента: недооценка итальянским командованием колоссального значения этого бастиона Великобритании в качестве главного логистического пункта для успешных действий на пространстве всего Средиземноморья, а также высокий моральный дух защитников архипелага, подорвать который не смогли варварские бомбардировки территории Мальты в ходе первого акта «воздушного блицкрига».

К началу 1941 г. как для Рима, так и Берлина стало очевидным, что переломить ситуацию в пользу держав «оси» на мальтийском фронте могло только непосредственное вмешательство Германии, которому посвящена следующая глава.

Вслед за представителями британских колониальных властей большинство современных исследователей называют хронологический отрезок с января по май 1941 г. вторым, на этот раз германским, периодом осады Мальты. Именно тогда инициатива в воздухе над «непотопляемым авианосцем» Соединенного Королевства перешла к ассам Люфтваффе — гитлеровским военным летчикам, имевшим богатый опыт боевых действий против англичан над Атлантикой и Северной Европой[174].

К переброске X авиационного корпуса под командованием генерала Г Гайслера из Норвегии на Сицилию высшее руководство Третьего рейха приступило еще в середине декабря 1940 г., а спустя три недели 450 новейших немецких самолетов были размещены в Комизо, Катанье, Геле, Гербини и Палермо, не считая баз в Южной Италии и на упоминавшемся ранее островке Пантеллерия поблизости от Мальты. Сосредоточенный там авиапарк, который предназначался для усиления воздушных атак против нее, включал 102 истребителя «Мессершмит-109» и 36 «Мессершмит-110», 144 бомбардировщика «Юнкерс-87» и 72 пикирующих бомбардировщика «Юнкерс-88 (Штука)», 36 транспортных самолетов «Юнкерс-87», 12 разведывательных самолетов «Юнкерс-88», а также 36 торпедоносцев «Хенкель-111» и 12 миноносцев аналогичной модели. Кроме того, на аэродромах Сицилии и Сардинии продолжали базироваться 220 итальянских самолетов: 120 бомбардировщиков и 100 истребителей, чья основная задача состояла в нанесении максимального ущерба британским военно-морским силам на их коммуникациях между Гибралтаром, Мальтой, Критом и Александрией, а также защите конвоев, следовавших из Италии в Ливию[175].

В предыдущей главе уже отмечалось, что резкое снижение частоты и интенсивности воздушных налетов со стороны «Реджиа Аэронавтика» в декабре 1940 г. имело несколько причин: отвлечение войск Муссолини на осеннюю кампанию в Северной Африке и Греции, усиление эффективности системы мальтийской ПВО и размещение на острове дополнительных эскадрилий боевых самолетов. К январю 1941 г. ВВС Мальты включали 5 подразделений истребителей, бомбардировщиков, разведчиков и летающих лодок, представленные помимо 25 «Харрикейнами» (по другим данным — 33 «Харрикейнами» и «Спитфайерами» (Spitfier) и 25 гидропланами типа «Свордфиш» (Swordfish), также несколькими «Веллингтонами» (Wellington) и «Сандерлендами» (Sunderland)[176]. При этом зенитная артиллерия состояла из 18 батарей, вооруженных скорострельными орудиями калибров 3, 3,7 и 4,5 дюйма. Их основное предназначение заключалось в прикрытии Валлетты вместе с промышленными пригородами и военных аэродромов в Такали, Луке, Хальфаре и Калафране[177].

Учитывая количество самолетов противника, сбитых ПВО Мальты во время 211 налетов за первые полгода осады, — 23 бомбардировщика и 12 истребителей, гарнизон и мирные жители острова могли ожидать передышки в воздушных налетах. Действительно, с 21 по 28 декабря 1940 г. действовала своеобразная рождественская пауза, когда итальянцы прекратили рейды на архипелаг[178]. Местные власти решили воспользоваться моментом, организовав сбор пожертвований в пользу детей беженцев и беднейших семей, тем более что температура воздуха резко упала, а 17 декабря выпал снег — необычное синоптическое явление для Мальты даже зимой. Призыв делать пожертвования не оставил мальтийцев равнодушными, что обеспечило сбор более 500 ф. ст. к началу нового 1941 г.[179] В канун Рождества большинство храмов провели специальную мессу, а семьи по обычаю украсили свои дома в честь праздника, собравшись вокруг столов, накрытых небогатым, но все же угощением.

По воспоминаниям очевидцев, 26 декабря над Мальтой появился разведывательный самолет «Фиат-СР-42» (Fiat-SP-42), который сбросил на землю небольшой металлический цилиндр. Он содержал рождественские поздравления в адрес «ребят из Хальфара и Калафраны» наряду с карикатурой, изображавшей мускулистого итальянского летчика, который из кабины своего аэроплана разбивал кулаком сразу несколько «Харрикейнов», а другой рукой хватал за горло их пилотов. В углу рисунка были изображены грустные британские авиаторы, ожидающие апостола Петра, который откроет им Жемчужные Врата на небесах[180].

Однако мирная передышка оказалась кратковременной. По мере переброски в Италию самолетов Люфтваффе среди гарнизона и гражданского населения Мальты распространялись слухи о предстоящем новом раунде воздушных атак. Данные фронтовой разведки англичан подтверждали такую перспективу, заставив командование отправить на архипелаг очередные конвои с пополнениями как из Гибралтара, так и из Александрии. 8 января 1941 г. крейсера «Глочестер» (Glouchester) и «Саутгэмптон» (Southampton) высадили на берег Мальты еще 500 солдат и летчиков, чтобы усилить её гарнизон. При этом главным прикрытием конвоя выступал авианосец «Илластриес» (Illustriuos), направленный к Мальте из Александрии самим вице-адмиралом Каннингхэмом[181]. Принявший самое непосредственное участие в успешной атаке на итальянский флот в бухте Таранто 11–12 ноября 1940 г., «Илластриес» являлся гордостью Королевского ВМФ. Он стал первым британским авианосцем с полностью бронированными ангарами для самолетов, способных взлетать с корабельной палубы. Вступив в строй буквально накануне войны в Средиземноморье — 25 мая 1940 г., «Илластриес» обладал внушительными габаритами: водоизмещением 23 тыс. т, длиной 205 м, шириной 29 м и осадкой 8,7 м. Способный развивать максимальную скорость в 30 узлов, авианосец с экипажем, насчитывавшим 1800 офицеров и матросов, под командованием капитана Л. Лайстера был оснащен радаром и вооружен в общей сложности 50 орудиями и скорострельными зенитными пулеметами моделей «Бофорс» и «Эрликон». Совокупное количество самолетов, которое мог нести «Илластриес», достигало 34 палубных истребителей «Свордфиш» и «Фулмар» (Fulmar)[182].

В мемуарах очевидцев и работах военных историков подробно описаны попытки асов Люфтваффе и «Реджиа Аэронавтика» уничтожить новейший английский боевой корабль в акватории Мальты[183]. 10 января 1941 г. авианосец, получивший не менее шести прямых попаданий 1000-килограммовых авиабомб на подходе к Валлетте, несмотря на поврежденное рулевое управление, сумел все же укрыться в ее Главной гавани. Потери экипажа составили 126 чел. убитыми и 91 чел. ранеными[184].

Спустя неделю на корабль обрушились неприятельские «Юнкерсы-88» в сопровождении «Мессершмитов-110» и «Юнкерсов-87», поддержанных итальянскими «Макки-200» и «Фиатами-42». Вот как Черчилль описывал этот эпизод в своих воспоминаниях: «Немцы поняли, что поврежденный «Илластриес» находится в отчаянном положении на Мальте, и приняли энергичные меры, чтобы уничтожить его. Однако силы нашей авиации на острове уже возросли, и в состоявшейся схватке за один день было сбито 19 самолетов противника»[185].

Яростные воздушные атаки, которые продолжались до 23 января, побудили защитников острова бросить все силы на организацию эффективной ПВО, чтобы устранить основные повреждения авианосца, позволив ему как можно скорее отплыть в Александрию, а оттуда — в США для капитального ремонта. Существенный вклад в отражение дневных и особенно ночных налетов внесла 30-я легкая зенитная батарея, сформированная еще в 1939 г. из числа добровольцев — докеров столичной верфи, совмещавших работу и несение военной службы[186].

Несмотря на то что во время «воздушного блица» «Илластриес» получил еще только одно прямое попадание, дома и культовые сооружения на улицах вблизи Главной гавани превратились в руины, под которыми оказались погребены многие местные жители. Так, всего лишь за один день — воскресение 19 января 1941 г. — в Сенглии были убиты или ранены около сотни взрослых и детей под обломками 330 разрушенных зданий. Очевидцы свидетельствовали, что даже в подземных укрытиях людям казалось, словно весь остров сотрясается от взрывов тяжелых авиабомб. Материальный ущерб от германских атак оказался настолько велик, что власти вынуждены были позвать на помощь гражданским командам по расчистке завалов военнослужащих гарнизона[187]. Стоит также указать, что именно в этот период гитлеровская авиация нанесла заметный урон британским силам в Средиземном море: 10 января вблизи Мальты был потоплен английский эсминец «Галант» (Galant), а на следующий день немецкие пикирующие бомбардировщики на маршруте из Валлетты в Александрию потопили упоминавшийся выше «Саутгэмптон» и повредили другой крейсер «Глостершир» (Glostershire)[188].

Показательно, что в разгар атак Люфтваффе 21 января 1941 г. губернатор Добби получил ободряющую телеграмму Черчилля, который от имени Военного Кабинета поздравил гарнизон и мальтийцев с мужественной обороной при поддержке Королевских ВВС и ВМФ. Как отметил премьер-министр, «взоры всей Британии, а по сути всей Британской империи, направлены на Мальту в ее каждодневной борьбе, и мы уверены, что успех, как и слава, вознаградят ваши усилия». В ответном послании Добби сердечно поблагодарил национального лидера за поддержку, подчеркнув роль защитников Мальты для достижения конечной победы над врагом[189].

Как свидетельствуют данные статистики, в феврале-марте 1941 г. интенсивность налетов немецкой авиации оказалась наиболее высокой: если в течение января было зафиксировано 58 налетов, то в феврале их количество выросло почти в два раза — до 107, в марте сохранилось почти на таком же уровне — 105, сократившись до 92 лишь в апреле, но вновь увеличившись в мае до 98. При этом среднее количество ежедневных воздушных тревог составило 5–7 в феврале, 3–5 в марте, 5–6 — в апреле и 4–5 — в мае. Характерными особенностями действий Люфтваффе стали ночные рейды «Юнкер-сов-87» (первый из них состоялся 10 апреля) на бреющем полете, не в пример итальянским летчикам, которые предпочитали бомбометание с больших высот. Атаки с высоты в несколько десятков метров, как уже отмечалось, давали возможность расстреливать все живое. Кроме того, гитлеровские воздушные асы, в отличие от своих союзников, не щадили ни храмов, ни школ, ни госпиталей, даже помеченных на крышах крупными Красными Крестами[190]. Неслучайно поэтому на протяжении одного из длительных германских авианалетов старушка в убежище, как слышали окружающие ее люди, горячо молилась: «О, Мадонна, пошли нам лучше итальянцев!»[191]

Наиболее тяжелыми для защитников острова выдались такие дни, как 29 января, когда погибли 53 мирных жителя, включая 11 детей; 16 февраля, когда германская авиация произвела 10 налетов; 26 февраля, когда массированной бомбардировке подвергся аэродром в Луке, результатом чего явилось разрушение 75 % зданий в окрестных населенных пунктах; а также 29 апреля — 1 мая, когда три ночи подряд гражданское население подверглось интенсивным воздушным атакам[192].

Авиация защитников Мальты старалась пресечь эти варварские действия. Сначала «Гладиаторы», а затем и «Харрикейны» регулярно поднимались в воздух пилотами, дежурившими по регламенту четыре часа — в кабинах самолетов, четыре часа — в готовности на аэродромах, четыре часа — на отдыхе в казармах. Как уже отмечалось в предыдущей главе, благодаря героическим действиям летчиков Королевских ВВС, сумевшим уничтожить несколько десятков «воздушных пиратов» в первые месяцы войны[193], мальтийцы сложили легенду о трех непобедимых истребителях модели «Гладиатор» с бортовыми № 5519, 5520 и 5531, которые получили у них символические названия «Вера», «Надежда» и «Милосердие» (Faith, Hope and Charity). Как удалось выяснить историкам, их происхождение связано с полетами «Гладиаторов» над Главной гаванью Валлетты летом-осенью 1940 г., когда некоему Г. Кирку — капралу наземной службы обеспечения — воздушный строй из трех машин напомнил три серебряных сердечка на брошке, которую носила его мать. Каждое сердечко называлось соответственно «Вера», «Надежда» и «Милосердие» как напоминание о молитве апостола Павла — небесного покровителя Мальты. «Смотри, — будто бы воскликнул Кирк, обращаясь к одному из своих товарищей по оружию, — вон там в небе летят Вера, Надежда и Милосердие!» Сравнение понравилось окружающим и довольно быстро распространилось сначала среди военнослужащих, а затем и мирных жителей Мальты. По воспоминаниям одного из летчиков, «люди воображали, что наши самолеты сбивают вражеские машины слева, в центре и справа. Хотя в реальности этого не происходило, но тем самым поддерживался моральный дух»[194].

Очевидно, что глубокая вера обычных мальтийцев требовала убедительного свидетельства покровительства высших сил, которое они нашли в действиях эскадрильи из трех «Гладиаторов», совместно патрулировавших небо над островом во время налетов. На счету пилотов этих боевых машин с июня 1940 по июль 1941 гг. было 9 побед, хотя сами они также не уцелели, поскольку весной 1941 г. господство в небе над Средиземноморьем получили гораздо более современные «Мессершмиты»[195]. Впрочем, «Вере» — последнему из легендарных «Гладиаторов», потерпевшему аварию 10 февраля 1942 г., «повезло» больше, чем его собратьям. Спустя полтора года, 3 сентября, то есть уже после завершения осады, остатки самолета были вручены народу Мальты на торжественной церемонии. Впоследствии он был полностью восстановлен и включен в экспозицию Национального военного музея форта Элмо в Валлетте, где посетители могут увидеть его и сегодня[196].

Разумеется, несмотря на отдельные впечатляющие победы, морально устаревшие «Гладиаторы» не могли бросить вызов современной авиации держав «оси», особенно асам Х германского воздушного корпуса. Именно поэтому, как уже говорилось ранее, британское командование уделяло первостепенное внимание переброске на Мальту более скоростных «Харрикейнов». При этом, как правило, использовалось два основных маршрута доставки туда авиатехники из метрополии: либо вокруг Африки через Суэцкий канал и Египет, либо через Гибралтар посредством авианосцев, подходивших к острову на возможно более близкое расстояние, которое взлетавшие с их палуб самолеты были способны преодолеть за счет полной заправки топливом авиабаков. Как отмечал Черчилль, в период с апреля по июнь 1941 г. соединение «Эйч» (Н) вице-адмирала Дж. Сомервилла, сформированное сразу же после капитуляции французского флота и базировавшееся на Гибралтаре, доставило шесть крупных отрядов авиации на базы в пределах досягаемости Мальты»[197].

Вполне понятно, что второй из указанных вариантов являлся более быстрым и эффективным, хотя и рискованным по сравнению с первым[198]. Однако неизбежные потери истребителей, как, например, в ходе воздушного сражения над Валлеттой 22 марта 1941 г., когда из восьми «Харрикейнов» на аэродром вернулось всего три[199], вызывали необходимость постоянного увеличения количества переправляемых на Мальту боевых самолетов различного назначения помимо «Харрикейнов». Речь шла об упоминавшихся моделях «Свордфиш» и «Веллингтон», британских и американских скоростных бомбардировщиках «Бленхейм» (Blenheim) и «Балтимор» (Baltimore), а также об английских палубных торпедоносцах «Альбакор» (Albacore). Каждый день эскадрильи «Бленхеймов» выискивали для ударов конвои противника или атаковали итало-немецкие войска на дорогах Триполитании, а группы «Свордфишей» и «Альбакоров» патрулировали морские воды с целью поиска и уничтожения кораблей неприятеля. Одновременно главными целями «Веллингтонов» являлись базы в Северной Африке, куда с осени 1940 г. перебрасывались сначала итальянские, а затем германские экспедиционные силы, а кроме того, крупнейшие порты на юге Апеннин и Сицилии — Неаполь, Бриндизи, Палермо. По данным советских военных историков, «если с января по май 1941 г. на Ближний Восток и Мальту прибыло 619 британских самолетов, то с июня по октябрь — уже 1375». Летом того же года на Мальте была создана авиационная группа, насчитывавшая к концу августа 60 бомбардировщиков и торпедоносцев, усиленная впоследствии двумя эскадрильями морской авиации и несколькими «Веллингтонами», оборудованными радиолокаторами. Таким образом, со второй половины 1941 г. началась трансформация Мальты из осажденной крепости в плацдарм для наступательных операций[200].

В этой связи аэродромы главного острова архипелага специализировались на разных типах боевых машин: Такали предназначался для истребителей, Лука — для бомбардировщиков и разведчиков, Хальфар и Калафрана — для морской авиации[201]. К концу 1941 г. на Мальте располагались три полностью и две частично укомплектованных эскадрильи «Харрикейнов», а также отдельное авиакрыло этих истребителей, привлекавшихся на регулярной основе к ударам по аэродромам Сицилии, и только временами к перехвату неприятельских самолетов во время воздушных тревог на Мальте. По свидетельству Черчилля, общее количество эскадрилий Королевских ВВС, выполнявших различные боевые задачи с аэродромов острова, достигало в это время десяти со штатным составом из 16 активных и 4 запасных боевых машин[202]. Что же касается ПВО архипелага, то на протяжении второго периода осады в распоряжении гарнизона находилось 42 тяжелых и 26 легких зенитных орудий. Кроме упоминавшейся 30-й батареи в Главной гавани Валлетты небо над Мальтой в 1941 г. защищали еще четыре специальных полка: 7-й и 10-й зенитные, 4-й прожекторный и 2-й зенитный Королевской артиллерии Мальты[203].

Однако, как показали события весны-лета 1941 г., борьба за господство в воздухе между британскими и итало-германскими ВВС проходила с переменным успехом. Если налетам со стороны «Реджиа Аэронавтика» пилоты «Харрикейнов» научились противостоять довольно эффективно, то асы Люфтваффе на «Мессершмитах» и «Юнкерсах» последних модификаций переигрывали британских летчиков в небе Мальты, что, впрочем, не отрицали власти острова. Так, в частности, губернатор Добби связывал усиление бомбардировок весной 1941 г. с полным превосходством немцев в воздухе и неопытностью английских авиаторов[204].

Ухудшение ситуации для Королевских ВВС вслед за появлением в воздушном пространстве Мальты немецких самолетов зимой 1941 г. объяснялось также планомерностью их налетов, которая пришла на смену бессистемности воздушных атак итальянцев. И наоборот — изменение положения в пользу защитников архипелага фиксировалось наблюдателями вслед за прекращением действий Х авиакорпуса против Мальты из-за передислокации на Балканы и проведения операции по захвату Крита[205].

Переброска германским командованием эскадрилий Люфтваффе на греческий ТВД, а затем к советским границам предоставила британской крепости долгожданную передышку. Таким образом, Королевские ВВС получили возможность для перехвата инициативы, а сухопутные силы смогли организовать контрнаступление на побережье Северной Африки. Характерно, что еще в начале июня 1941 г. Черчилль успокаивал губернатора Мальты сведениями об ожидавшемся нападении Германии на Советский Союз, что, по расчетам премьера, резко снизило бы активность немцев в Средиземноморье[206].

По мнению военно-морского историка, «благодаря удачной позиции и техническому превосходству, относительно небольшие силы [Мальты. — Е. С.] отвлекли непропорционально много кораблей и самолетов итальянского флота и нанесли им тяжелые потери. Кроме всего прочего, быстро сказалось наличие английских разведывательных самолетов и корректировщиков, оснащенных радарами. Взаимодействуя с ночными торпедоносцами и надводными силами, эти самолеты создали новые методы атак, которые итальянские корабли могли отражать с довольно сомнительной эффективностью»[207]. Под командованием вице-маршала авиации Х. Ллойда, который возглавил воздушные силы Мальты 1 июня 1941 г., англичане значительно активизировали воздушные атаки на порты и конвои противника с использованием трех основных типов машин: «Свордфиш», «Бленхейм» и «Веллингтон»[208]. Как вспоминал Черчилль, летом-осенью 1941 г. с Мальты почти ежедневно совершались налеты на Триполи и итальянские базы на Сицилии[209].

Однако успешная десантная операция гитлеровских войск под кодовым наименованием «Меркурий», проходившая на Крите с 20 мая по 1 июня, вызвала у британского командования серьезные опасения, а мальтийцев просто ошеломила, так как оставила архипелаг изолированным на всем пространстве Средиземного моря[210]. Обыватели преисполнились пессимистических ожиданий повторения такого же негативного сценария на Мальте, хотя 7-я воздушно-десантная дивизия была в то время единственной, которой располагало гитлеровское командование, а ее потери в ходе операции «Меркурий» расценивались командованием как слишком большие: 5 тыс. чел. (40 % личного состава) и 400 самолетов[211].

В своих мемуарах Черчилль указывал, что «потеря Крита лишила флот адмирала Каннингхэма заправочной базы, расположенной достаточно близко, чтобы ею могли пользоваться наши морские силы для прикрытия Мальты. Возможность высадки на Мальте морского десанта из Италии или Сицилии возросла, хотя, как нам теперь известно, Гитлер и Муссолини одобрили такой план лишь в 1942 г. Авиационные базы противника на Крите и в Киренаике представляли настолько серьезную угрозу для конвоев, следовавших из Александрии на Мальту, что нам приходилось всецело полагаться на доставку грузов с запада»[212]. Сам же Каннингхэм подчеркивал, что «удержание Крита позволило бы покончить с трудностями снабжения Мальты, которое вскоре вступило в критическую фазу», поскольку «именно германские самолеты на Крите, действовавшие на восточном фланге маршрутов наших конвоев, идущих на Мальту, сделали снабжение острова таким опасным и рискованным»[213]. Вместе с тем, по мнению авторитетных американских морских историков — участников войны на Тихом океане, «оборона англичанами Крита фактически спасла Мальту», ибо, как они считали, после упорных боев на греческом острове у немцев уже не оставалось воздушно-десантных войск, которые можно было бы использовать для захвата британской колонии[214].

В этой связи заслуживает внимания вопрос корректировки стратегии британского Кабинета и командования на Средиземноморском ТВД. Общее представление о ней дают воспоминания Черчилля, который характеризовал положение дел следующим образом: «Со времен Нельсона Мальта всегда была верным британским стражем, охранявшим узкий и исключительно важный морской коридор в центральной части Средиземного моря. Стратегическое значение Мальты никогда еще не было так велико, как во время последней войны. Нужды огромной армии, которая создавалась нами в Египте, ставили перед нами важнейшие задачи — обеспечить свободное прохождение наших конвоев через Средиземное море и не допускать доставку войск противника в Триполи для подкрепления находящегося там гарнизона. В то же время новое воздушное оружие не только наносило смертельный удар Мальте, но также лишало английский морской флот возможности твердо укрепиться в этом узком пространстве. Без этой новой угрозы наша задача была бы несложной. Мы свободно могли бы передвигаться по Средиземному морю, преградив путь всем другим флотам. В настоящее время мы уже не могли базировать наши основные военно-морские силы на Мальту. Самому острову угрожала опасность вторжения из итальянских портов, а также постоянных ожесточенных воздушных налетов. Караваны наших судов, проходивших через проливы, подвергались также огромному риску из-за действий вражеской авиации, что вынуждало нас направлять их длинным кружным путем вокруг мыса Доброй Надежды. Одновременно господство авиации противника в воздухе давало ему возможность доставлять непрерывным потоком войска и снабжение в Триполи, ибо его авиация мешала нашим кораблям свободно действовать в центральной части Средиземного моря, поскольку такие операции были сопряжены с большими потерями и риском»[215].

Еще до потери Крита в директиве Черчилля для командования британскими силами в регионе, поддержанной Кабинетом на заседании 14 апреля 1941 г., говорилось о том, что обеспечение безопасности морских коммуникаций требовало сосредоточения на Мальте крупных морских сил под защитой минных полей, которые к тому времени были установлены вокруг архипелага (чем занимался также и противник), и боевой авиации, представленной новыми моделями самолетов[216]. Премьер-министр был убежден, что «задача прикрытия истребительной авиацией военно-морских сил, удерживающих Мальту, должна считаться первоочередной по сравнению с использованием аэродромов бомбардировщиками, участвующими в налетах на Триполи». По его мнению, оборона «средиземноморской твердыни» преследовала три основные цели: во-первых, сохранить ее в качестве ключевого транспортно-перевалочного пункта между Гибралтаром, британскими опорными крепостями на побережье Северной Африки (например, Тобруком) и Александрией; во-вторых, обеспечивать наступательные действия английского экспедиционного корпуса против итало-германских войск в Ливии и Тунисе, а, в-третьих, служить аэродромом «подскока» для атак с моря и воздуха против портов на Южных Апеннинах, Сицилии и Сардинии[217].

Как уже отмечалось, переписка губернатора Добби с членами Военного Кабинета свидетельствовала о глубокой озабоченности властей Мальты отправкой 6 февраля 1941 г. корпуса генерал-лейтенанта, а впоследствии фельдмаршала Э. Роммеля в составе двух дивизий на север Африки и потерей Крита. «Мальта теперь более чем когда-либо важна для обороны Египта, который, похоже, выступает целью врага, поскольку остров является единственной базой, которая позволяет наносить удары по неприятельским коммуникациям с Ливией, что эффективно осуществляется, — подчеркивал Добби в донесении от 6 июня 1941 г. — Это также единственное средство быстрого усиления присутствия на Ближнем Востоке по воздуху. Поэтому нейтрализация Мальты может стать жизненно необходимой врагу, и мы обязаны быть готовыми к его попытке это сделать»[218].

Важная роль в осуществлении новой стратегии отводилась субмаринам и быстроходным эсминцам, которыми командовал штаб морских операций, располагавшийся в средневековом форте Сан-Анджело — бывшей резиденции Великого магистра мальтийских рыцарей на восточной стороне Главной гавани Валлетты[219]. По словам Черчилля, в начале апреля 1941 г. британское командование было уже в состоянии активизировать удары по судам противника, доставлявшие все необходимое войскам Роммеля в Ливии. «Решающую роль в этом, — отметил премьер-министр, — играли английские подводные лодки, базировавшиеся на Мальте, причем масштаб их деятельности и эффективность постоянно увеличивались»[220]. Так, если в начале войны 10-я флотилия британских субмарин под командованием Дж. Симпсона, имевшего прозвище Шримп (Креветка), состояла всего из четырех единиц, то к середине 1941 г. их количество увеличилось до двадцати.

Наиболее успешной британской подводной лодкой на Средиземном море стала субмарина «Апхолдер» (Upholder), которая уничтожила два вражеских эсминца, три подводных лодки, три транспорта, десять вспомогательных кораблей и один траулер общим водоизмещением 12 353 т. К сожалению, боевое дежурство «Апхолдера» в омывавших Мальту водах продолжалось немногим более года, поскольку 18 апреля 1942 г. во время очередного похода субмарина пропала без вести. Стоит отметить, что в составе указанной флотилии с успехом воевала и единственная польская субмарина «Сокол», которая также погибла в бою. Совокупное водоизмещение всех неприятельских кораблей, пущенных на дно этим подразделением Королевских ВМФ, составляет 390 660 т[221]. Любопытно, что подводники, базировавшиеся на Мальте, восстановили обычай периода Первой мировой войны: возвращавшаяся в родную гавань субмарина поднимала над перископом «Веселый Роджер» — традиционный вымпел пиратов черного цвета с черепом и перекрещенными костями как символ удачного похода. При этом каждый уничтоженный вражеский корабль отмечался на нем белой полоской[222].

В своих мемуарах Черчилль привел одно из сообщений представителя германского ВМФ при итальянском командовании, перехваченное британской радиоразведкой. Оно гласило, что «самым опасным оружием англичан являются подводные лодки, особенно те, которые действуют с Мальты». И далее говорилось, что только за две недели сентября 1941 г. в водах, окружающих архипелаг, произошло «36 атак субмарин, из которых 19 оказались успешными»[223]. Следует также отметить, что роль подводных лодок не ограничивалась борьбой против кораблей противника и потоплением транспортов. В определенные периоды осады, когда возрастала активность германской авиации, как это происходило весной 1941–1942 гг., субмарины с успехом использовались англичанами также для доставки на Мальту наиболее ценных военных грузов и медикаментов[224].

10 апреля 1941 г. в дополнение к подводным лодкам на Мальту было отправлено ударное соединение из четырех эсминцев под командованием капитана 1-го ранга Ф. Мака, произведенного спустя год в контр-адмиралы. Оно предназначалось для перехватов неприятельских конвоев между Италией и Северной Африкой. Успешным действиям этого, а также двух других крейсерских отрядов из Мальты и Александрии на коммуникации Мессина — Триполи весной-летом 1941 г. способствовало отвлечение главных сил Третьего рейха на Восточный фронт[225]. «К счастью, — вспоминал Черчилль, — в это время вторжение в Россию вынудило Гитлера отозвать с Сицилии свою авиацию, что обеспечило передышку Мальте и позволило нам вернуть себе господство в воздухе над Мальтийским проливом. Это не только облегчило подход караванам с запада, но и дало нам возможность наносить более сильные удары по транспортам и грузовым судам, доставлявшим подкрепления Роммелю»[226]. Действительно, как показывают данные статистики, на протяжении второй половины 1941 г. потери грузовых судов противника на ливийском маршруте постоянно возрастали. Так, если в июне итальянские конвои ежемесячно теряли не более 7 % грузов, июле — 17 %, августе — 25 %, то за сентябрь объем потерь достиг 40 %, октябрь — 63 (по другим данным — 65 %), а за ноябрь — 77 %! Впечатляющий рост ущерба от совместных операций британских авиации, надводных и подводных кораблей заставил германское командование интенсифицировать постановку мин вокруг Мальты, а также перевести в Средиземное море более двух десятков субмарин с базированием на Специю в Италии и Саламин в Греции[227].

Получив данные разведки о намерениях противника, члены Военного Кабинета потребовали от Адмиралтейства обеспечить дополнительное присутствие военно-морских сил в районе Мальты[228]. Согласно признанию Черчилля и Каннингхэма, который сожалел об отсутствии координации действий между британским Средиземноморским и советским Черноморским флотами[229], наиболее эффективными являлись действия оперативных групп — соединения «Н» под командованием упоминавшегося вице-адмирала Сомервилла и соединения «К» под управлением капитана 1-го ранга У. Агню. Основная задача первой группы, которая включила авианосец, 3 линкора и 2 тяжелых крейсера, состояла в надежном прикрытии конвоев, которые направлялись из Гибралтара в Главную гавань Валлетты. Целью второй группы, базировавшейся на Мальте, было потопление как можно большего количества вражеских кораблей и субмарин наряду с грузовыми судами. Эта группа располагала всего лишь 2 легкими крейсерами и 2 эсминцами. По воспоминаниям Черчилля, наиболее удачной операцией соединения «К» стало уничтожение ясной лунной ночью 8–9 ноября 1941 г. целого каравана итальянских транспортов, шедших в порты Северной Африки под защитой двух тяжелых крейсеров и четырех эсминцев с военными материалами совокупным водоизмещением 14 000 т. При этом были также потоплены два вражеских эсминца, хотя британский отряд также не обошелся без потери эсминца, команду которого подобрали остальные три корабля[230].

Характерно, что сразу же после сообщения об этих потерях Чиано пометил в своем дневнике: «Начиная с сентября мы отказались от попыток проводить конвои в Ливию. Каждый раз это обходится слишком дорого. Потери, которые понес наш торговый флот, достигли такой величины, что от новых попыток пришлось отказаться». А следующая дневниковая запись содержала фразу о том, что «Муссолини был подавлен и возмущен», поскольку «эти потери, несомненно, будут иметь серьезные последствия для Италии, Германии и, прежде всего, Ливии [то есть для бесперебойного снабжения итало-германских войск в Северной Африке. — Е. С.]»[231]. К сожалению, 19 декабря 1941 г. крейсер «Нептун» и эсминец «Кандагар» соединения «К» в результате преследования очередного морского каравана врага напоролись на мины и затонули в 20 милях восточнее Триполи. Особенно серьезной стала потеря экипажа «Нептуна» в количестве 764 чел., из которых спастись удалось лишь одному старшему матросу, подобранному в открытом море итальянским торпедным катером[232].

Разумеется, отдельного упоминания в этой связи заслуживают британские конвои на Мальту, история организации и проведения которых хорошо изучена специалистами. Поэтому мы обратим внимание лишь на наиболее значимые эпизоды, дающие представление о значимости поддержания связи защитников архипелага с метрополией посредством доставки необходимых средств обороны. Второй период осады стал решающим для выработки англичанами тактики проводки конвоев при соблюдении строгой секретности, внезапном изменении курса в ночное время, выборе неожиданных для противника маршрутов, например, прижимаясь к африканскому берегу, либо, наконец, организации «ложных» транспортных караванов, отвлекавших врага от реальных[233]. Минимизации потерь каждого конвоя способствовали умелые действия военно-морской тактической разведки и авиации, обычно упреждавшей итальянцев в нанесении превентивных воздушных ударов[234]. По данным статистики, обобщенным специалистами, в трех самых крупных конвойных операциях 1941 г. под кодовыми названиями «Эксцесс» (Excess) (январь), «Сабстенс» (Substance) (июль) и «Халбёрд» (Halberd) (сентябрь) англичане провели через Тунисский пролив в обоих направлениях 39 грузовых судов, потеряв лишь один крейсер, эсминец и транспорт. Совокупный объем доставленных грузов, среди которых преобладали продукты питания, медицинские средства, вооружение, боеприпасы и горюче-смазочные материалы, составил в январе 30 000 т, в июле — 50 000 т, а в сентябре — 60 000 т[235].

Оценивая итоги проводки морских конвоев на средиземноморских маршрутах летом-осенью 1941 г., большинство исследователей указывали на несколько факторов их успеха. Прежде всего речь может идти о высоком профессионализме командующих оперативными группами и капитанов кораблей, имевших за плечами большой опыт военных действий на море. С другой стороны, отмечалась хорошая выучка офицеров среднего звена и матросов, обслуживавших насыщенные техникой боевые корабли, а также моряков разнообразных транспортных судов, проявлявших мужество и отвагу. Значительную роль сыграла гибкая система управления морскими силами, в которой Мальта как ремонтная база и важнейший центр обработки оперативной информации занимала центральное место. Наконец, не стоит упускать из виду еще одно важное обстоятельство, а именно — невозможность для гитлеровского командования прийти на помощь своему итальянскому союзнику всеми имевшимися авиационными и морскими силами после вероломного нападения на Советский Союз, о возможности которого неоднократно писала мальтийская пресса, как, например, газета «Таймс оф Мальта» за пять дней до агрессии[236].

Хотя вышеупомянутые операции явились безусловным успехом Королевских ВМФ и ВВС, серьезной потерей для них стала гибель авианосца «Арк Роял» (Arc Royal), торпедированного германской субмариной 13 ноября 1941 г. Спущенный на воду в 1937 г. (любопытно, что во время церемонии супруга первого лорда Адмиралтейства смогла по традиции разбить бутылку шампанского о борт нового корабля только с четвертого раза!), он имел водоизмещение 22 000 т, экипаж 1600 чел. и вооружение, состоявшее из 48 зенитных орудий и 32 крупнокалиберных пулеметов. Это чудо британской военно-морской техники было способно нести на борту в двух ангарах до 72 бомбардировщиков и истребителей. «Арк Роял» принимал участие в ликвидации германского линкора «Бисмарк», кампании в водах Норвегии и, конечно, переброске самолетов на Мальту. Несмотря на все усилия команды довести авианосец до ремонтной базы в Гибралтаре, корабль перевернулся и затонул 14 ноября 1941 г. на расстоянии всего нескольких миль от входа в гавань[237].

Говоря о высокой цене, которую приходилось платить британским морякам во время осады Мальты, следует упомянуть еще два характерных эпизода. Первый связан с неудачной попыткой итальянского командования провести диверсию в Главной гавани столицы 25–26 июля 1941 г. Справедливости ради отметим, что быстроходные катера противника подходили к фортам Валлетты на близкое расстояние с разведывательными целями еще 3 сентября 1940 г. в 6:00, но были отогнаны артиллерийским огнем береговых батарей[238]. На этот раз операция с кодовым обозначением «Операционе Малта Дуэ» (Operazione Malta Due) была подготовлена более основательно, имея целью проникновение во внутреннюю гавань Валлетты для уничтожения максимального количества боевых кораблей и грузовых судов, стоявших там на якоре. В составе диверсионной группы находились более 20 катеров с экипажами, которые включали «человеко-торпеды», 8 мини-субмарин и другие плавсредства, начиненные взрывчатыми материалами. Большую роль в отражении этой атаки, которая началась в 4:45, сыграли радары береговой обороны, которые засекли диверсантов в начальной фазе атаки на расстоянии пяти морских миль от Главной гавани, позволив ее защитникам ликвидировать нападавших, а одному из британских летчиков даже захватить в плен итальянскую мини-субмарину. Потери диверсантов составили 16 чел. убитыми и 18 захваченными в плен. Только одиннадцати нападавшим удалось вернуться на базу в Сицилию[239].

Гораздо более успешной для военно-морских сил Муссолини оказалась диверсия против британских кораблей в порту Александрии, проведенная 19 декабря 1941 г. силами всего лишь одной подводной лодки «Скире» и тремя «человеко-торпедами» — сверхмалыми субмаринами, которыми управляли два специально подготовленных оператора. Им удалось вывести из строя 2 линкора, эсминец и танкер. Эти потери наряду с утратой «Арк Рояла» и ряда кораблей более легкого класса, а также потоплением японцами линкора и тяжелого крейсера на Тихом океане за несколько дней до диверсии в египетском порту серьезно ухудшили для англичан ситуацию на морях, затруднив проводку новых конвоев на Мальту[240]. Кроме того, что войскам государств «оси» весной 1942 г. удалось перехватить стратегическую инициативу на региональном ТВД, Черчилль получил возможность аргументировать указанными потерями затягивание положительного решения вопроса об открытии второго фронта в Европе, с чем к британскому лидеру неоднократно обращался И. В. Сталин осенью — зимой 1941–1942 гг. Несмотря на «зловещие признаки развала и даже агонии России», о которых Э. Иден в начале сентября 1941 г. сообщал лорду Бивербруку, и опасения Уайтхолла, связанные с якобы существовавшей вероятностью заключения сепаратного мира между СССР и Германией, Черчилль не спешил оказать Москве требуемую военно-техническую поддержку, включая направление в Архангельск по запросу Сталина 25–30 дивизий свежих британских войск. Их в распоряжении главы Кабинета на тот момент просто не было[241].

Конечно, соображения «высокой политики» были далеки от простых мальтийцев, которые стремились выжить в условиях продолжавшихся бомбардировок, не забывая ни на минуту о планах врага захватить их дом с моря и воздуха. Стоит указать, что десантная операция разрабатывалась гитлеровским командованием с марта 1941 г. При этом свои идеи высказывали представители не только Генерального штаба Италии, непосредственно заинтересованные в ее успехе, но и японские стратеги, имевшие удачный опыт молниеносной оккупации островных военно-морских баз[242].

Между тем прибытие все новых контингентов на Мальту также отражалось на жизни ее гражданского населения. К середине 1941 г. численность гарнизона архипелага под командованием генерал-майора Д. Бика составляла более 30 000 чел., включая 11 британских и 4 мальтийских пехотных батальона, 10 артиллерийских и 6 зенитных полков плюс мальтийскую прожекторную батарею (см. Прил. 5)[243]. Еще 20 февраля 1941 г. на Мальте была введена всеобщая воинская обязанность для мужчин в возрасте от 18 до 41 года с возможностью привлечения лиц от 16 до 56 лет к исполнению обязанностей по гражданской обороне. При этом власти обещали мальтийцам не отправлять их служить за пределами архипелага, разделенного на десять участков, которые 3 марта стали сборными пунктами для первых групп призывников. А всего на протяжении Второй мировой войны в рядах британских вооруженных сил сражались около 15 000 мальтийцев[244].

Осенью 1941 г. штаб ПВО Мальты переместился из тесного помещения, которое шутливо именовалось «кроличьей норой», в специально оборудованный скальный комплекс бастиона Ласкарис на глубине 24 м. Он представлял собой целый лабиринт комнат и коридоров, частично сооруженных еще во времена турецкой осады XVII в. Ласкарис стал командным центром обороны Мальты, будучи оснащен всем необходимым для оперативной работы и отдыха персонала между дежурствами[245]. По свидетельству очевидцев, во время затишья, когда над островом не слышались завывания воздушных сирен, свободные от несения службы солдаты и офицеры гарнизона обычно занимались фортификационными работами либо оказывали помощь командам гражданских добровольцев в расчистке завалов. Особое внимание уделялось восстановлению взлетно-посадочных полос аэродромов, поврежденных воронками от бомб. Это рутинное занятие стало необходимым в связи с интенсификацией налетов, поэтому им приходилось заниматься час за часом, не ожидая сигнала «Отбой воздушной тревоги»[246].

Что же касается кратких часов досуга военных и гражданских лиц, то основными его видами на Мальте по довоенной традиции служили спортивные игры, особенно футбол, морские купания, посещения кинотеатров, которые продолжали работать в уцелевших зданиях, танцевальные и музыкальные вечера, а временами и самодеятельные спектакли. Как вспоминали летчики мальтийского гарнизона, их партнершами по танцам, как правило, становились девушки из Женской вспомогательной военно-воздушной службы (Women's Auxiliary Air Force Service)[247].

Подчеркнем, что гражданское население оказывало гостеприимство и радушие по отношению к военнослужащим гарнизона, называя каждого британца Джо (Joe). Неслучайно, в рапортах губернатора Добби министру по делам колоний лорду Крэнборну (Р. Сесилу) неоднократно упоминалось то ликование, с которым народ на улицах Валлетты приветствовал британских летчиков после удачно проведенного воздушного боя[248]. Хотя, если офицер или солдат стремился вступить в беседу с местной девушкой, около нее тут же появлялся отец либо один из старших братьев, поскольку, как уже говорилось ранее, мальтийцы обычно жили большими семьями и отличались строгостью нравов.

Неоценимую помощь англичанам оказывали также бойскауты Мальты, которые выполняли функции наблюдателей, сигнальщиков и посыльных во время воздушных тревог. Неслучайно за время осады около 1 000 подростков были награждены специально учрежденным для них «Бронзовым Крестом Скаутов», а один из них — Дэвид Арчер — удостоился «Медали Британской империи» за героический поступок — во время длительного налета вражеских бомбардировщиков он на крыше дома давал сигналы семафором военным кораблям в бухте Валлетты[249].

Что касается губернатора Добби и членов его семьи, проживавших в упоминавшемся Дворце Св. Антония, который располагался в центральной части Мальты между городками Аттардом и Бальцаном, то они старались быть примером для остальных защитников острова. Сам генерал, награжденный 14 марта 1941 г. «Орденом Бани» и вскоре утвержденный в должности губернатора (до этого он считался исполнявшим обязанности), помимо организаторских способностей не раз демонстрировал подчиненным и простым мальтийцам личное мужество, когда во время продолжительных налетов, как это, например, случилось на аэродроме Лука, не отсиживался в убежище, а появлялся там, где требовалось его руководство. Конечно, простые мальтийцы не могли не обратить внимания на храброе поведение Добби, которым они восхищались[250]. Солдаты и офицеры, как и мирные граждане, хорошо знали еще одну привычку начальника обороны, который вместе с гостями после ужина обычно совершал короткую молитву за победу в войне, словно подтверждая любимую поговорку местных жителей: «Даже апостол Павел потерпел кораблекрушение у берегов Мальты»[251]. Согласно воспоминаниям дочери генерала Добби, которая прибыла на Мальту с конвоем в октябре 1940 г. и стала выполнять функции неофициального секретаря отца, его любимыми развлечениями являлись лаун-теннис, игра в карты и чтение детективов[252].

Большинство наблюдателей также высоко оценивали работу различных правительственных служб Мальты, к примеру, полицейских. В материалах Департамента по предотвращению воздушных налетов содержится приказ о награждении «Медалью Георгия» 1-й степени некоего констебля Кармела Камиллери, который оказал помощь пилоту британского бомбардировщика, потерпевшего аварию рядом с населенным пунктом. Вместе с горящей кабиной летчик провалился в яму глубиной 40 футов (12 м) на местной каменоломне. Но Камиллери не побоялся спуститься туда, чтобы, рискуя собственной жизнью, эвакуировать раненого авиатора при помощи каната. Бравый полицейский затем выбрался на поверхность целым и невредимым, за исключением легких ожогов рук[253].

Судя по архивным материалам и воспоминаниям участников, самым полезным, по мнению жителей острова, являлся Департамент образования. Именно школьные наставники проявляли наибольшую готовность по сравнению с другими социальными группами, за исключением разве что духовенства, прийти на помощь нуждавшимся. На протяжении всей войны хорошо осведомленные, инициативные, терпеливые и тактичные работники образования занимали ключевые посты во временных структурах — Департаменте общественного питания, Информационном бюро, региональных Комитетах обороны и эвакуационных центрах[254]. Впрочем, часть педагогов вернулась в школы осенью 1940 г., когда возобновились занятия, продолжая давать уроки во время бомбежек в убежищах, число которых к середине 1941 г. достигло 473 на 140 000 чел. (согласно другим сведениям, почти на 166 000 чел.)[255]. При этом сооружались еще 382 долговременных укрытия, которые позволяли властям обеспечить защиту от ударов с воздуха почти для всего мирного населения Мальты и Гозо[256].

Между тем воздушные атаки архипелага самолетами Люфтваффе весной 1941 г. означали не только усиление нужды и бедствий простых мальтийцев, но и сокращение возможностей пополнения их запасов. Сложившуюся ситуацию газета «Санди Таймс оф Мальта» 25 мая 1941 г. сравнила с бедственным положением, в котором оказался остров на протяжении турецкой осады 1565 г.[257] Особенно тяжелое, а, по мнению некоторых военных историков, критическое положение сложилось к апрелю 1941 г., когда в течение трех месяцев к острову не было отправлено ни одного конвоя, а сумевшие пробиться два транспорта были 23 марта фактически уничтожены германской авиацией в Главной гавани Валлетты[258]. Резкое сокращение поставок вызвало беспрецедентный рост цен и необходимость для властей строго рационировать энергию, продовольствие и горючее, о чем свидетельствовали телеграммы Добби в Лондон[259]. Неудивительно поэтому, что еще в начале 1941 г. правительство Мальты ввело карточки на хлеб, норма выдачи которого составила 1,4 унции (около 40 г) в день на человека. С июля в целях экономии по распоряжению губернатора в выпекаемый хлеб можно было включать до 30 % картофельных отрубей[260].

11 марта исполнительный секретарь правительства Р Кастилло обратился к контр-адмиралу К. Маккензи — суперинтенданту порта Валлетты — с предложением отключать электроосвещение с 23:00 до 7:00, сократив при этом количество лампочек в жилищах, а в убежищах минимизировать потребление электроэнергии во время налетов, запретив персоналу азартные игры[261]. 2 апреля было объявлено о нормировании продажи керосина, которого разрешалось продавать не более полгаллона (2,37 л) в одни руки. Спустя пять дней началось рационирование сахара, спичек, мыла и кофе, а затем сигарет и угля, что вызвало длинные очереди, стояние в которых нередко приводило к обморокам, ссорам и даже потасовкам[262]. Введение карточной системы предусматривало обязательную регистрацию глав больших семейств в районных комендатурах с указанием количества детей в возрасте до трех и восьми лет. При этом регистрируемый был обязан также назвать имя розничного торговца, у которого он обычно приобретал продукты. Собранная информация отправлялась комендантами в Службу по распределению продовольствия, работники которой на этой основе составляли наряды закупочным компаниям[263].

В конце 1941 г. с целью сокращения потребления керосина для приготовления пищи были организованы общественные пункты питания (Soup Kitchens), преобразованные 3 января 1942 г. в так называемые «Столовые Победы» (Victory Kitchens). Они предоставляли возможность местным жителям получать ежедневное горячее питание всего за 2,5 пенса[264]. Кроме того, большое распространение получила деятельность благотворительных организаций, к примеру упоминавшегося Фонда помощи лицам, пострадавшим от бомбардировок, который с октября 1941 г. предоставлял субсидии в размере 30–50 ф. ст. людям, потерявшим имущество. В ответ на обращения губернатора Лондон поддержал введение специальной системы страхования недвижимости от ущерба в результате войны. Она предусматривала сочетание выплат со стороны метрополии, правительства Мальты и спонсоров благотворительных организаций, о чем подробнее будет рассказано в заключительной главе[265].

Хотя «сухой» закон на острове не вводился, однако, по распоряжению Добби, выпуск местного пива «Циск» (Cisk) временно прекратился. Очевидцы сообщали, что имевшиеся у населения запасы алкогольных напитков ценились на вес золота и тщательно им скрывались[266]. Заметим также, что для облегчения денежных расчетов в розничной торговле правительство выпустило специальные банкноты мелкого номинала (до 5 ф. ст.), а магазины и бары ввели для клиентов бумажные кредитные расписки при покупке продуктов питания на небольшие суммы[267].

Все эти меры облегчали положение населения, но не могли остановить нараставший вал проблем, решение которых требовало все новых и новых не только усилий, но и ресурсов. Изматывающие дневные и ночные бомбардировки зданий с высотных эшелонов, а также расстрелы людей и домашних животных на бреющих полетах в условиях хронической нехватки средств выживания подрывали моральный дух мальтийцев. Несмотря на твердую уверенность Добби в том, что обороноспособность Мальты вполне обеспечена, о чем он регулярно информировал Лондон, среди части защитников начинали распространяться опасения неминуемой сдачи острова, альтернативой которой выступала гибель от бомб, голода и болезней.

Начальным признаком недовольства стал отказ докеров Главной гавани Валлетты в январе 1941 г. разгружать транспортные суда и ремонтировать военные корабли во время налетов[268]. Другим симптомом приближавшегося кризиса явились участившиеся случаи мародерства в разрушенных домах Валлетты и ее пригородов. Количество таких преступлений, по данным полиции, только за первое полугодие 1941 г. составило 205 эпизодов[269]. Наконец, на Мальте и Гозо появились дельцы «черного рынка», спекулировавшие продуктами питания и дефицитными товарами первой необходимости — керосином, спичками, хозяйственным мылом, а также солью и сахаром. По свидетельству жителей, цена полдюжины куриных яиц, которая до войны составляла всего 3 пенса, возросла к 1942 г. до 12 шиллингов, то есть увеличилась в 80 раз[270]. Как это обычно бывает, попытки властей бороться с теневым сектором путем штрафов, достигавших внушительных сумм в 20–40 ф. ст., наряду с конфискацией товара спекулянтов далеко не всегда достигали цели[271]. Чтобы понизить «градус» недовольства, с июня 1941 г. спецслужбы стали готовить экстрадицию 62 мужчин и 12 женщин, заподозренных в симпатиях к Италии и, как уже говорилось, интернированных после начала войны. 12 февраля 1942 г. они были отправлены морем в Александрию, а 10 марта 48 наиболее опасных потенциальных коллаборационистов перевезли на поезде из Каира в Британскую Восточную Африку (Уганду)[272].

Бедствия мирного населения и гарнизона на протяжении всей осады усугублялись эпидемиями тяжелых инфекций, особенно полиомиелита, тифа, туберкулеза и желудочно-кишечных заболеваний, вызванных скоплением массы людей на относительно небольшом пространстве, недостаточным обеспечением их санитарно-гигиеническими средствами и употреблением в пищу (прежде всего детьми) немытых овощей и фруктов[273]. Судя по информационному бюллетеню правительства, главной причиной гибели десятков юных мальтийцев в возрасте до четырех лет являлась дизентерия. К примеру, на Гозо, более благополучном, чем Мальта с точки зрения интенсивности бомбардировок, в августе 1940 г. умерло 45 детей возрастом от месяца до полутора лет, в сентябре — 35 детей до трех лет, а в октябре — 17, проживших от трех месяцев до двух лет[274]. Говоря о различных угрозах безопасности мальтийских детей, следует также указать еще на два неблагоприятных фактора: поврежденные электрокабели среди руин и мины-ловушки, которые сбрасывались с вражеских самолетов. Все они таили смертельную опасность для юных жителей Мальты, проводивших свободное время в играх на улицах и обычно не носивших обуви[275].

Многие участники осады в своих воспоминаниях описывали катастрофические условия, в которых приходилось работать мальтийским врачам. Наряду с постоянными воздушными тревогами, трудности оказания медицинской помощи были связаны с дефицитом медикаментов и срочностью эвакуации раненых из-под завалов, требовавших быстрой разборки, когда для спасения жертв был важен каждый час. Очевидец рассказывал о подростке, нога которого оказалась заблокированной упавшей деревянной балкой перекрытия. Так как высвободить конечность не удавалось, а в раздробленной ее части могла начаться гангрена, медикам пришлось ампутировать ногу прямо на месте[276].

Что же касается военнослужащих, например военных летчиков или моряков, то помимо ранений, главными проблемами для них стали нервное истощение, различные поражения кожи, амебная дизентерия (или, как ее называли, «мальтийская собака» (Maltese Dog)), а также малярия, которую переносили назойливые комары и песчаные мухи. Хотя эти заболевания далеко не всегда были фатальными, их лечение требовало длительного соблюдения постельного режима, что приводило к нарушениям установленных графиков боевых дежурств[277].

Тем не менее, большинство солдат и офицеров вместе с мирными обывателями ненавидели фашизм и продолжали свято верить в победу, путь к достижению которой казался им долгим и тернистым, поскольку Мальте — этой «хрупкой скале истории и романтики», как образно назвал ее Черчилль[278], еще предстояло пережить форменный ад на земле.

Большинство специалистов, посвятивших свои работы изучению Второй мировой войны на Средиземноморском ТВД, характеризовали 1942 год как кульминацию осады Мальтийского архипелага вооруженными силами держав «оси»[280], хотя некоторые историки склонны были разделить его на две фазы: второго германского блица в январе-июне и завершающего комбинированного итало-германского натиска в июле-декабре. Впрочем, предлагалась и другая, более детальная периодизация[281]. Ниже будет показано, что исследование конкретного фактического материала позволило автору отнести начало третьего периода осады к декабрю 1941 г., а его завершение — к ноябрю 1942 г., что подтверждается документами в фондах мальтийских и британских архивов[282].

Как же оценивали ситуацию вокруг Мальты на рубеже 1941–1942 гг. англичане и их противники?

Со стороны британских политиков, прежде всего Черчилля, крепло убеждение в том, что Лондону удастся сохранить контроль над своим «непотопляемым средиземноморским авианосцем», учитывая два значимых фактора: поражение германских войск под Москвой и вступление США во Вторую мировую войну после вероломной атаки японцев на Пёрл-Харбор. Кроме того, постепенное наращивание британских сухопутных, морских и воздушных сил в Северной Африке и на Ближнем Востоке позволяло премьеру с оптимизмом смотреть в будущее, хотя систематические бомбардировки острова вражеской авиацией продолжались, а каждая попытка провести транспортные конвои на Мальту из Гибралтара или Александрии встречала сильное противодействие неприятеля, заканчиваясь для англичан крупными потерями[283].

В то же время у руководителей фашистской Италии и нацистской Германии существовали различные мнения о первоочередности действий на огромном пространстве от Гибралтара до Александрии, когда ряд генералов отстаивали необходимость сначала захватить Суэцкий канал, а потом уже две оставшиеся британские крепости — Мальту и Гибралтар. Если Муссолини стремился превратить Средиземное море в «итальянское озеро», то Гитлер, по свидетельству назначенного в ноябре 1941 г. главнокомандующим войсками держав «оси» в Южной Европе, упоминавшегося фельдмаршала Кессельринга, отличался «континентальным мышлением» и был неспособен, как и большая часть высших офицеров германского Генерального штаба, осознать важность достижения скорейшей победы именно в морской войне[284]. Поэтому рекомендации даже таких опытных военачальников, как Кессельринг или Роммель, которому принадлежала фраза о том, что «на совести Мальты жизни многих тысяч германских и итальянских солдат», сконцентрировать все силы для решительного штурма Мальты долго не вызывали реакции фюрера[285]. Это казалось особенно странным, если принять во внимание точку зрения, скажем, полковника Ф. Баэрлайна — начальника штаба Африканского корпуса Роммеля, весьма распространенную среди командного состава немецких войск в Средиземноморском регионе: «Пока воздушная и морская база на Мальте не перестанет действовать как заноза для наших тыловых коммуникаций, возможность улучшения ситуации на фронте не появится и поэтому не возникнет перспектива захвата долины Нила»[286].

Как бы там ни было, но прелюдией нового этапа осады архипелага явилась переброска из России в Южную Италию и Сицилию II авиакорпуса вермахта под командованием генерал-полковника Б. Лёрцера. Эта передислокация осуществлялась в октябре-декабре 1941 г., когда штаб авиационного соединения разместился в Мессине. Соответственно, 3 декабря самолеты Люфтваффе вновь появились в мальтийском небе. Если истребители базировались на аэродромах в Комизо, Джела и Сан-Пьетро, то бомбардировщики и разведчики — в Гербини, Катанье, Геле, Трапани и Комизо. Утром 19 декабря они совершили массированный налет на Мальту и Гозо, продолжив без перерыва бомбардировки в праздничные дни Рождества и Нового Года. О возрастании воздушной угрозы свидетельствовало увеличение объема смертоносного груза, сброшенного на мальтийцев: 219 т за весь ноябрь самолетами «Реджиа Аэронавтика» и 559 т только за две последние недели декабря 1941 г. бомбардировщиками Люфтваффе. По подсчетам исследователей, к началу 1942 г. Кессельринг сосредоточил около 600 самолетов в дополнение к 200 боевым машинам итальянцев для действий в центральном Средиземноморье[287].

«Праздничные» налеты открыли наиболее тяжелый период осады, который вынужден был пережить гарнизон вместе с гражданским населением архипелага. «В первой половине декабря [1941 г. — Е. С.] против Мальты ежедневно действовали не менее десяти самолетов, — отмечал итальянский военный историк. — Во второй половине месяца это количество возросло до тридцати»[288]. Аналитический доклад Объединенного подкомитета разведки при британском Военном Кабинете от 3 января 1942 г. прогнозировал увеличение количества самолетов Люфтваффе, задействованных в налетах на Мальту, со 140 до 550 машин в течение февраля-апреля. При этом эксперты не исключали дополнительной переброски двух германских воздушных дивизий на сицилийские аэродромы. Однако, по их мнению, захват Мальты представлял собой гораздо более сложную операцию, чем десант на Крите в 1941 г., и поэтому являлся маловероятным до завершения массированных воздушных ударов еще и в связи с планами гитлеровских генералов перехватить стратегическую инициативу у советского командования на Восточном фронте. Расчеты составителей доклада показывали, что сосредоточение необходимых сил и средств противника для «броска на Мальту» потребует не менее трех недель. Отсюда вытекала задача постоянного мониторинга передвижения транспортных конвоев держав «оси» через Средиземное море[289].

Между тем 10 января 1942 г. военные и гражданские власти Мальты подготовили секретные инструкции на случай вражеского десанта. Пароль «ВУЛКАН», переданный через начальника полицейского департамента во все службы, должен был стать условным сигналом, при получении которого персоналу, согласно утвержденным спискам, необходимо было срочно прибыть в соответствующие отделения полиции. Затем по сигналу «ЦИКЛОН» власти приступали к практической организации отпора силам вторжения[290].

Отличительными чертами третьего периода осады стали не только дневные, но и ночные бомбардировки волнами самолетов противника предприятий и большинства гражданских объектов[291]. Хотя некоторые летчики, особенно итальянцы, предпочитали сбрасывать бомбы в прибрежные морские воды, чтобы не стать жертвами зенитной артиллерии защитников, эти рейды порой приводили к катастрофическим разрушениям: серьезно пострадали многие административные здания, оперный театр и даже дворец Великого магистра. Резко увеличилось количество жертв среди мирного населения, хотя и обладавшего уже значительным опытом использования убежищ. Так, 15 февраля в 17:00 взрывной волной от мощной бомбы, упавшей на центральную площадь Валлетты, был полностью разрушен кинотеатр, под стенами которого погибли более 80 военнослужащих и около 20 гражданских лиц, в основном подростков, собравшихся на очередной сеанс[292].

Постоянный вой сирен, чередующиеся взрывы бомб и мин, а также ответный гул зенитных орудий действовали на психику людей, старавшихся выкроить хотя бы несколько часов для отдыха в казавшемся бесконечным ночном кошмаре. Как впоследствии признавал Черчилль, «в течение марта-апреля [1942 г. — Е. С.] все силы были обращены против Мальты, и беспощадные круглосуточные воздушные налеты выматывали остров и доводили его до полного изнеможения»[293]. По свидетельству очевидцев, воздушная тревога могла продолжаться часами, а самый длительный ее период 7 февраля превысил 13 часов. За сутки на Мальту было произведено 16 рейдов гитлеровской авиации — максимальное количество на протяжении войны. Чуть меньше — 15 налетов было зафиксировано в течение 23 января, 21 февраля, 18 марта, 9 и 23 апреля, а самые сильные бомбардировки столицы произошли 15 февраля и 7 апреля 1942 г.[294] Всего с конца декабря 1941 г. до начала июня 1942 г. воздушная тревога объявлялась на Мальте 2470 раз, а между 1 января и 24 июля того же года очевидцы смогли указать всего одни сутки без авианалетов — 12 февраля, когда штормовая погода сделала полеты вражеских самолетов невозможными. По подсчетам свидетелей, 154 дня непрерывных бомбардировок стали причиной разрушения более 10 тыс. домов, что нанесло острову 80 % совокупного материального ущерба от военных действий за время осады. Неслучайно 8 апреля вслед за посещением окрестностей городка Лука, где, как мы знаем, располагался военный аэродром, один из очевидцев сделал характерную запись в своем дневнике: «Какое страшное опустошение! Ни единого здания не осталось целым, а большинство небольших по размерам сооружений имеют причудливые очертания, напомнившие мне сцены, которые я наблюдал в Англии <..> — дома с разрушенными стенами, без дверей или окон, с крышами, на которых сохранились лишь куски железной кровли, свисающие на единственном гвозде»[295]. Действительно, к концу мая 1942 г. только 20 % зданий, например, Валлетты сохранили крыши, а население столицы из-за эвакуации сократилось в десять раз — с 21 до 2 тыс.[296]

Подлинным чудом для простых мальтийцев стало спасение более 300 верующих, которые собрались на дневную молитву в большом соборе городка Моста, расположенного недалеко от аэродрома в Такали. Около 80 «Юнкерсов» и «Мессершмитов» атаковали этот военный объект, когда один из них сбросил тяжелую авиабомбу на храмовый купол, служивший хорошей мишенью для гитлеровских стервятников. Но она лишь пробила крышу и упала в центральную часть собора, но не взорвалась. Обезвреженная, бомба до сих пор хранится в нем как уникальный артефакт, подтверждающий заступничество высших сил (во время посещения храма автор имел возможность ознакомиться с этим реликтом войны)[297].

Почти ежедневно от 60 до 80 немецких самолетов на малой высоте совершали рейды, в результате которых целые кварталы превращались в руины, а взлетно-посадочные полосы местных аэродромов становились непригодными для использования, что исключало перегонку самолетов из Гибралтара на Ближний Восток через Мальту. Статистические данные показывают, что если в марте 1942 г. немцы и итальянцы сбросили на мальтийцев около 2200 т бомб, то в апреле — более 6700 т, то есть почти столько же, как и на все Британские острова в период кульминации воздушной «битвы за Англию»! Массированные рейды до 300 немецких и итальянских самолетов привели к почти полному разрушению столичных верфей и доков, где были потоплены несколько надводных кораблей и субмарин, а на аэродромах и в воздухе англичане потеряли около 150 боевых машин. В результате, как позднее вспоминал Черчилль, большой ущерб, причиненный налетами инфраструктуре и аэродромам Мальты, заставил британское командование увести в Александрию все боевые корабли и подводные лодки, а также временно прекратить рейды Королевских ВВС на итало-германские морские коммуникации[298].

Положение англичан ухудшилось в связи с затяжными боями в Северной Африке, когда, по выражению Черчилля, «Кессельринг бил главным образом по аэродромам Мальты»[299]. Как справедливо отмечали советские военные историки, вместе с потерей передовых авиабаз в Ливии «корабли александрийской эскадры лишились авиационного прикрытия и проводка транспортов стала еще более трудной»[300]. Именно тогда региональное британское командование вынуждено было снова признать доминирование германо-итальянской авиации в небе над Мальтой, несмотря на мужество и профессионализм, которые демонстрировали английские авиаторы[301]. 23 февраля 1942 г. в очередном докладе упоминавшегося Объединенного подкомитета разведки указывалось: «Воздушные удары по аэродромам острова в сочетании с успешными атаками против морских судов привели к его частичной нейтрализации. Эта ситуация, вероятно, будет продолжаться до тех пор, пока германские ВВС, предназначенные для рейдов против Мальты, сохранят свое нынешнее количество, то есть около 400 машин, а мы [британцы. — Е. С.] по-прежнему будем лишены передовых аэродромов в Киренаике»[302].

Здесь уместно подчеркнуть, что среди исследователей отсутствует согласие в определении критического момента осады, когда в момент самых жестоких испытаний англичане оказались на грани потери важнейшего стратегического пункта в центральной части Средиземного моря. Одни авторы называли март-апрель, другие писали о мае, третьи указывали на июнь или конец июля-август 1942 г.[303] Думается, что решению вопроса может помочь сопоставление ключевых факторов, определявших динамику событий вокруг Мальты: во-первых, динамика наступления войск Роммеля на Египет в мае-июне; во-вторых, переход стратегической инициативы к вермахту на советском фронте весной — летом того же года; в-третьих, истощение сил защитников архипелага в условиях непрерывных бомбардировок и нерегулярного подвоза продовольствия, горючего, вооружения и боеприпасов. По свидетельству участников событий, решающим периодом осады средиземноморской твердыни Великобритании на протяжении Второй мировой войны стали недели с конца марта до середины мая 1942 г.[304]

Приведем оценку Черчилля, который был достаточно полно информирован о сложившейся ситуации: «Мальта громко взывала о помощи. Во многих отношениях напряжение было больше, чем можно было вынести. Генерал Добби был в отчаянии. В марте он говорил, что положение его критическое, а 20 апреля он доносил: «Сейчас оно зашло дальше этого, и очевидно, может случиться самое худшее, если мы не сможем пополнить запасы для удовлетворения жизненных потребностей, в особенности это касается муки и боеприпасов, притом очень скоро... Речь идет о том, чтобы выжить»[305]. По мнению губернатора, для простых мальтийцев особенно нестерпимым стало прекращение всяких связей с метрополией по морю, поскольку жизнь многих обывателей определялась повседневными контактами с военными кораблями или торговыми судами[306].

Между тем, касаясь положения дел на Севере Африки в связи с осадой британской колонии, Черчилль подчеркивал, что «взаимосвязь между Мальтой и операциями в пустыне никогда не была так очевидна, как в 1942 г., и героическая оборона острова в течение этого года была краеугольным камнем затяжной борьбы за сохранение наших позиций в Египте и на Среднем Востоке»[307]. Для подтверждения можно сослаться на точку зрения регионального командующего британскими войсками генерал-лейтенанта К. Окинлека, который 12 января 1942 г. телеграфировал в Лондон: «Даже если перебросить силы из метрополии на Ближний Восток, они могут не прибыть вовремя». Далее он подчеркивал, что «требовалось не менее шести недель для того, чтобы прибыли свежие подразделения англо-американских войск»[308].

Неслучайно аналогичная мысль была выражена премьер-министром в послании президенту США Ф. Рузвельту от 1 апреля 1942 г., когда Черчилль обратился к главе союзной державы за разрешением использовать американский авианосец «Уосп» (Wasp) для скорейшей переброски новейших истребителей «Спитфайер» на Мальту. «Воздушное наступление на Мальту является весьма ожесточенным, — писал премьер-министр. — Сейчас в Сицилии имеется около 400 германских и 200 итальянских истребителей и бомбардировщиков. Мальта же теперь может выставить только 20 или 30 исправных истребителей. Мы продолжаем питать Мальту «Спитфайерами», партиями по 16 самолетов, которые взлетают с авианосца «Игл» на расстоянии примерно 600 миль западнее Мальты. Много раз это давало вполне хорошие результаты, но сейчас «Игл» вышел на месяц из строя вследствие дефектов в рулевом управлении. Не согласитесь ли Вы разрешить Вашему авианосцу «Уосп» совершить одно из этих путешествий при условии, что морские штабы в достаточной мере договорятся о подробностях? Мы считаем, что, благодаря своим широким подъемникам, вместимости и длине, «Уосп» мог бы взять на борт 50 «Спитфайеров» или больше. Если ему не понадобится пополнить топливо, «Уосп» мог бы пройти через проливы ночью, поскольку «Спитфайеры» будут погружены на Клайде»[309]. Как известно, запрос британского премьера не остался без ответа президента США, по указанию которого «Уосп» дважды в апреле и мае 1942 г. доставлял на Мальту британские истребители, причем их общее количество составило 120 единиц[310].

Усилия, которые прилагались англичанами для пополнения авиапарка Мальты боевыми машинами новых серий, вроде различных модификаций «Спит-файеров», впервые появившихся там 7 марта 1942 г. и вступивших в бой спустя пять дней, способствовали постепенному переходу инициативы в воздухе от Люфтваффе и «Реджиа Аэронавтика» к Королевским ВВС. Дело в том, что «Спитфайеры» по основным характеристикам соответствовали или превосходили немецкие и итальянские аналоги[311]. Так, 4 апреля в воздушном бою над Мальтой 31 самолет врага был уничтожен, 20 получили серьезные повреждения, а еще 64 отделались сравнительно легкими поломками[312]. Несмотря на бомбардировки аэродромов, к маю 1942 г. британские ВВС располагали на архипелаге 7,5 эскадрильями боевых машин разных типов, включая истребители, торпедоносцы, бомбардировщики и разведчики, общей численностью более 90 единиц. В короткие сроки для них оборудовались подземные ангары[313]. По мнению самих британских военных летчиков, серия решающих воздушных боев произошла 10–12 мая, когда 60 «Спитфайерам» удалось нейтрализовать массированные рейды гитлеровцев, нанеся им серьезные потери[314].

Усиление военной активности вокруг Мальты и вполне реальная угроза ее потери обусловили принятие срочных мер по укреплению наземной обороны с учетом трагического прецедента Крита. Так, к началу 1942 г. в центральной части главного острова была завершена реконструкция упоминавшихся Викторианских оборонительных линий, которые включали четыре форта, соединенных линиями окопов. Одновременно на случай их прорыва в юго-восточном секторе строились десятки долговременных огневых точек. А в непосредственной близости от аэродромов еще с ноября 1940 г. дислоцировалась рота в составе четырех средних танков «Матильда» и двух легких танков «Виккерс», способная уничтожить парашютный десант. 24 марта она была усилена еще двумя боевыми машинами легкого класса «Круйзер»[315]. Кроме того, сухопутный гарнизон острова в составе четырех пехотных бригад, общая численность которого, как уже говорилось, превышала 30 000 чел., весной 1942 г. проходил регулярные учения по отражению попытки захвата архипелага[316]. Примечательно, что, судя по дневниковой записи Чиано от 19 мая 1942 г., в ожидании штурма Мальты организация Красного Креста Соединенного Королевства даже запросила соответствующие государственные органы Германии и Италии о возможности размещения у берегов острова госпитального судна, но получила отказ[317].

Определенное значение для повышения обороноспособности Мальты имели также кадровые перестановки высшего командования. Речь шла о замене в должности губернатора Мальты генерал-лейтенанта У. Добби на виконта Дж. Горта — выходца из древнего ирландского аристократического рода. После окончания войны историки длительное время не могли определить истинные причины этого шага британского правительства. Наиболее распространенным объяснением выступала моральная и физической усталость Добби, подвижническая деятельность которого по руководству обороной, как уже говорилось, высоко оценивалась современниками, а некоторыми из них даже сравнивалась с подвигами легендарного Ж. де Ла-Валлетта во время турецкой осады 1565 г. или О. Кромвеля в период Гражданской войны середины XVII в.[318] Только открытие доступа к британским архивам позволило установить истину: отставка Добби была все же вынужденной, а не добровольной, поскольку, несмотря на усталость и нервное перенапряжение, он высказывал готовность до конца оставаться во главе защитников Мальты. Очевидно, что какую-то роль сыграла критика его действий со стороны главного редактора «Таймс оф Мальта» М. Стрикленд, но решающее значение имели противоречия внутри ближайшего окружения губернатора. Стрикленд неоднократно обвиняла Добби в излишней медлительности с разгрузкой немногих транспортов, сумевших добраться до гавани Валлетты, а также в организации расчистки завалов на улицах городов после бомбардировок. Ее упреки, ставшие известными членам Военного Кабинета, дошли до того, что она приписала губернатору намерение «сдать Мальту противнику из-за якобы неспособности населения выдерживать дальше осаду»[319].

С другой стороны, ряд высших военных чинов Мальты, например упоминавшийся вице-маршал авиации Х. Ллойд и флаг-офицер, а с 1943 г. вице-адмирал Р. Лэтем, сообщали в Лондон о потере управляемости обороной, нежелании Добби принимать во внимание их рекомендации и возраставшем самоуправстве первого заместителя губернатора Э. Джексона. Свою роль играли также разногласия между колониальным министерством, руководство которого в лице лорда Крэнборна продолжало поддерживать главу администрации Мальты[320], и силовыми ведомствами, прежде всего Адмиралтейством и Министерством авиации, предлагавшими его снять. Под давлением членов Военного Кабинета, обеспокоенных информацией о якобы глубоком нервном истощении губернатора, Черчилль, не видевший сначала веской причины уволить Добби[321], вынужден был командировать на Мальту для инспекции двух высокопоставленных правительственных чиновников. Они побывали там 12–13 апреля 1942 г. и сделали вывод о том, что губернатор лишился возможности «эффективно взаимодействовать» с начальниками основных военных служб острова, а потому нуждался в срочной замене.

Для окончательного решения вопроса премьер отправил на Мальту еще одного эмиссара — Р. Кейзи, занимавшего пост государственного министра по делам Ближнего Востока. Он прилетел в столицу 1 мая 1942 г. и после бесед с губернатором убедил его в необходимости самому ходатайствовать об отставке по причине плохого самочувствия, хотя Черчилль уведомил лорда Горта о его назначении еще 25 апреля[322]. В телеграмме от 3 мая Кейзи, признавая несомненные заслуги Добби, тем не менее критически оценивал ситуацию: «Но здешняя команда не работает вместе, а главная причина в том, что Добби более не способен к энергичному лидерству. Ему недостает понимания ситуации и решительности, а также знаний и умения, которые бы позволили осуществлять руководство, а в случае необходимости издавать волевые приказы для подчиненных командиров. Хотя он пользуется уважением гражданского населения, но не проявляет действительного лидерства по отношению к нему, будучи не в состоянии «выжать» из него максимум»[323].

7 мая генерал Горт вместе с коммодором Г. Расселом, назначенным начальником штаба обороны Мальты[324], прибыли к новому месту службы, а спустя два дня Добби вместе с семьей покинул остров под покровом ночи в условиях абсолютной секретности. По возвращении в Соединенное Королевство за заслуги в организации обороны Мальты он был возведен королем в рыцари и награжден «Большим Крестом ордена Св. Михаила и Св. Георга»[325]. Что же касается вновь назначенного губернатора — профессионального военного, который с 1937 по 1939 г. возглавлял Генеральный штаб и успел хорошо зарекомендовать себя, обеспечив эвакуацию британских экспедиционных сил из Дюнкерка и занимая должность губернатора Гибралтара в 1941–1942 гг., то он приехал на Мальту не с пустыми руками[326].

Дело в том, что Горт привез с собой Георгиевский Крест (George Cross), которым монарх наградил народ Мальты за успешную оборону. Инициатором такого поощрения мальтийцев был известный консервативный политик Л. Эмери, занимавший должность министра по делам Индии. В начале апреля 1942 г. он обратился к Георгу VI и Черчиллю с предложением укрепить моральный дух мальтийцев именно тогда, когда они подвергались беспрецедентным воздушным атакам со стороны авиации держав «оси». Впрочем, Эмери выступил за награждение острова Викторианским крестом, но король избрал другой знак отличия — Георгиевский Крест, учрежденный самим монархом 24 сентября 1940 г.[327] Он является высшей гражданской наградой Соединенного Королевства, аналогом Викторианского Креста для военнослужащих.

Можно предположить, что выбор монарха определялся прежде всего тем, что крест символизировал заслуги по обороне архипелага всего населения, а не только гарнизона Мальты. Кроме того, указ о награждении был подписан Георгом 15 апреля 1942 г., в переломный для союзников по Антигитлеровской коалиции момент мировой войны, когда крепость Сингапур уже пала два месяца назад, а гарнизоны Тобрука и Севастополя продолжали отражать натиск противника. В указе говорилось: «Чтобы почтить ее храбрый народ, я награждаю Георгиевским Крестом островную крепость Мальта как свидетельство мужества и преданности, которые надолго прославятся в истории»[328]. Показательно, что вслед за обнародованием королевского указа губернатор и правительство средиземноморского архипелага получили поздравительные телеграммы от защитников Ленинграда и Севастополя[329].

Хотя сама церемония вручения награды губернатором главе Верховного суда Мальты как представителю всего народа состоялась на площади перед дворцом Великого магистра в присутствии членов правительства только 13 сентября 1942 г., когда опасность вражеского десанта значительно снизилась, решение Георга V о присвоении столь высокого знака отличия, безусловно, подняло моральный дух защитников. Для придания этому событию еще большего пропагандистского звучания власти возили крест вместе с копией послания суверена в специальном прозрачном футляре по городам Мальты и Гозо для демонстрации населению, которое после окончания рабочего дня с 17 до 19 час. массами стекалось на соборные площади, чтобы взглянуть на реликвию[330].

Надо отметить, что новый губернатор, известный своей умеренностью в еде и напитках, сразу же развил кипучую деятельность по подготовке Мальты к вполне вероятному штурму архипелага. Он ужесточил рационирование продуктов питания и предметов первой необходимости в связи с отсутствием транспортов, которые могли пополнить запасы оборонявшихся. Именно при Горте 13 ноября 1942 г. карточная система обрела законченный вид, когда по опыту Первой мировой войны для каждой семьи вводились талоны на продукты питания и товары первой необходимости. Они были сброшюрованы в специальные книжечки, выпускавшиеся Департаментом распределения продовольствия и выдававшиеся главам семейств в расчете на всех его домочадцев. Так, рационирование охватило манную крупу, сахар, кофе, спички, сигареты, хозяйственное мыло, сало или маргарин, пищевое масло, консервированное мясо, томатную пасту и керосин[331].

Показательно, что губернатор, который для экономии запасов горючего вместо автомобиля стал передвигаться по Мальте на велосипеде, стал примером для офицеров и солдат гарнизона, которые также пересели на двухколесный транспорт[332]. Кроме того, Горт распорядился пустить под нож породистых скаковых лошадей, принадлежавших семейству Стрикленд и ряду других влиятельных семейств острова, с целью пополнения запасов мяса[333]. 9 июня последовало очередное губернаторское распоряжение об отмене движения автобусов по будням с 11:30 до 14:00, а спустя две с половиной недели автобусное сообщение было также прекращено в субботние и воскресные дни. В отношении такси и личных автомобилей этот запрет начал действовать еще 13 февраля 1942 г.[334] В середине мая власти сократили нормы потребления пресной воды и горючего топлива для личных нужд. Так, жителям домов с ватерклозетами рекомендовалось не спускать воду после того, как они справляли «малую нужду»[335].

Важное место в поддержании способности мальтийцев к обороне играли проповеди священнослужителей, патриотические публикации в мальтийской прессе и радиотрансляции как из Лондона, так и из Валлетты. Все эти средства укрепления решимости к сопротивлению были тем более необходимы, поскольку с января 1942 г. правительство Муссолини значительно усилило пропагандистскую кампанию, чтобы убедить мальтийцев, что их дело проиграно, ибо даже если операция по захвату архипелага не последует, его жители подвергнутся тотальному уничтожению в результате использования химического либо бактериологического оружия или погибнут от истощения в результате блокады[336]. Несмотря на то что британские власти фиксировали в целом негативное, даже презрительное, отношение мальтийцев к итальянцам, сочетавшееся с ненавистью к немцам, которая особенно усилилась после уничтожения летчиком «Мессершмита» на бреющем полете рыболовецкой шхуны вместе с пассажирами у острова Гозо, а также в связи со случаями расстрела пилотами Люфтваффе британских авиаторов, покидавших горящие машины на парашютах, слухи о скорой оккупации архипелага все же распространялись среди обывателей, что требовало от губернатора и правительства Мальты дополнительных обоснований для продолжения сопротивления[337].

Неслучайно поэтому газеты и радиостанции активно использовали сообщения о событиях на советско-германском фронте. Так, мальтийские средства массовой информации широко освещали поражение гитлеровских войск в битве под Москвой, героическую оборону Ленинграда и Севастополя, а осенью 1942 г. эпохальное сражение за Сталинград. Помимо редакционных комментариев «Таймс оф Мальта» нередко перепечатывала статьи из прессы метрополии об успехах Красной Армии, как, например, сообщение «Дейли Телеграф» (Daily Telegraph) об уничтожении защитниками Севастополя целого воздушного флота гитлеровцев за время осады этой крепости[338]. В сочувственных репортажах газет и радиостанций Мальты о колоссальных жертвах, разрушениях и трудностях, с которыми в ходе бомбардировок и обстрелов сталкивались советские люди, нередко проводились параллели между ситуацией в России и в бассейне Средиземного моря. Мальтийские СМИ подчеркивали, что воздушные бои над архипелагом, как и сражение против корпуса Роммеля в Северной Африке, позволяли оттянуть часть сил вермахта от Восточного фронта, где разворачивалась главная битва с Третьим рейхом. Неслучайно в одном из посланий Черчилль сообщил Рузвельту, что «на Мальте мы также в ходе весьма упорных боев сковываем почти 600 немецких и итальянских самолетов»[339]. Кстати, отвлекающую роль Средиземноморского ТВД для ослабления натиска гитлеровских войск на Советский Союз признавали сами нацистские руководители, к примеру, начальник штаба Верховного главнокомандования фельдмаршал В. Кейтель[340].

Со своей стороны, по воспоминаниям участников, официальные власти, военнослужащие гарнизона и гражданские лица с неослабевающим вниманием следили за новостями из России, особенно за сообщениями о Сталинградской битве. При этом их настроения изменялись от скептицизма в отношении возможности Красной Армии сдержать германский натиск до восхищения мужеством и стойкостью советского народа, а впоследствии — неподдельной радостью от одержанных им побед. Иллюстрацией добрых чувств, которые испытывали мальтийцы к далеким союзникам, может служить приветственное послание, которое губернатор Горт направил защитникам Севастополя в начале июля 1942 г. Оно содержало фразу о том, что весь гарнизон и население Мальты восторгаются «замечательной обороной Севастополя, осеняющей новыми лаврами его историческое имя»[341]. Другим аналогичным примером стало обращение командующего сухопутным гарнизоном архипелага генерал-майора П. Макскоби к подчиненным солдатам и офицерам, опубликованное 8 сентября 1942 г. газетой «Таймс оф Мальта»: «В Сталинграде наши отважные союзники, хотя и подвергаются жестоким атакам на подступах к городу, а также на кавказском направлении, проявляют великолепную храбрость и выдержку в обороне и даже сумели перейти в контрнаступление на отдельных участках протяженного фронта. Если опять вмешается русская зима, прежде чем германские армии на юге России достигнут своих целей, враг окажется в смертельной опасности»[342].

Здесь уместно обратить внимание на деятельность секретных служб Италии, стремившихся получить достоверную информацию о положении дел на острове, планы захвата которого вплоть до конца 1942 г. оставались на столе у Гитлера и Муссолини. Ранее мы уже писали о том, что британские колониальные власти сделали все возможное для превентивного интернирования, а затем и высылки с острова всех лиц, которые подозревались в симпатиях к фашистской Италии. Тем не менее дестабилизация положения могла произойти благодаря засылке на Мальту тех десятков молодых людей, которые до начала войны обучались в итальянских университетах на гранты различных правительственных структур и благотворительных фондов Апеннинского королевства. Одним из таких студентов, специализировавшихся на истории архитектуры, являлся Кармело Борг Писани, родом из Сенглии. Он не скрывал восхищения режимом Муссолини и активно участвовал в националистическом движении на Мальте. В октябре 1936 г. Писани удостоился стипендии правительства Италии для учебы в Королевской Академии изящных искусств Рима. Став членом фашистской партии, в мае 1940 г. Писани обратился непосредственно к дуче с просьбой разрешить остаться в Италии на постоянное жительство, выразив надежду, что скоро Мальта войдет в состав «возрожденной Римской империи».

После соответствующей подготовки в ночь с 17 на 18 мая 1942 г. Писани под именем Кайо Борги высадился с торпедного катера на шлюпку, чтобы причалить к берегу в западной части главного острова между Дингли и Мталебом. Хотя ему удалось найти убежище в небольшой пещере, однако отвесные скалы не позволили подняться наверх вместе со всей экипировкой, которую в результате смыли морские волны. Осознав тщетность усилий выбраться из этой западни, Писани спустя два дня криками о помощи привлек внимание патрульной моторной лодки, которая доставила горе-разведчика в ближайший госпиталь. Будучи идентифицирован британской секретной службой, он был переведен в один из бастионов Валлетты и подвергнут допросам. В середине ноября 1942 г. состоялся судебный процесс, который завершился признанием Писани виновным в государственной измене. 28 ноября он был повешен, а его имя проклято мальтийцами. В то же время правительство Муссолини высоко оценило заслуги предателя, удостоив его посмертно «Золотой медали военной доблести» — высшей награды фашистской Италии за храбрость. Эпизод с неудачливым шпионом Писани стал единственным зафиксированным случаем измены со стороны гражданского населения Мальты на протяжении Второй мировой войны[343]. Тем не менее рассматриваемый период осады явился апогеем шпиономании на острове, когда действовала самая строгая цензура в прессе, личная переписка подвергалась обязательной перлюстрации, прослушивание зарубежных радиостанций запрещалось, а любые жалобы на ограничение гражданских прав и свобод рассматривались колониальной администрацией как неподчинение законам военного времени[344].

Но, учитывая опасность вторжения, которое «дамокловым мечом» висело над Мальтой всю первую половину 1942 г., жесткие меры властей не казались чрезмерными, ведь британской разведке, сумевшей, как уже отмечалось, раскрыть большую часть германских кодов и шифров, было хорошо известно о разработке противником десантной операции. Свою роль в повседневном мониторинге конвоев и аэродромов неприятеля играли также оснащенные радарами самолеты-разведчики, базировавшиеся на Мальте[345].

Выше уже говорилось о том, что стратеги Генерального штаба Италии приступили к подготовке плана высадки еще до объявления войны Великобритании. На втором этапе осады — весной 1941 г. — этот вопрос неоднократно обсуждался в Берлине и Риме. К примеру, командующий германским ВМФ в Италии вице-адмирал Э. Вейхольд выступил с предложением оккупировать Мальту сразу же после захвата Крита[346]. Однако недостаточность информации о потенциале острова, а главное вторжение вермахта на Балканы, а затем и в пределы Советского Союза заставляли постоянно откладывать проведение операции[347]. И все же признание государствами «оси» ключевой роли «непотопляемого авианосца» Соединенного Королевства на Средиземноморском ТВД в связи с проектами оккупации Египта и всего Ближнего Востока стимулировали осознание важности решения проблемы Мальты гитлеровским командованием, которое приступило к непосредственной подготовке захвата в декабре 1941 г. Возглавлять проведение операции, получившей кодовое наименование «Геркулес», был назначен командующий воздушно-десантными войсками рейха, генерал-полковник К. Штудент, руководивший вторжением германских войск на Крит.[348].

Очевидно, что решающее значение для ускорения подготовки десанта сыграло назначение 2 декабря 1942 г. Кессельринга главнокомандующим итало-германскими войсками в Южной Европе. По воспоминаниям фельдмаршала, прибыв в Рим, он сразу же поставил вопрос о высадке на архипелаге перед Муссолини и его Генеральным штабом. Несмотря на мнение части высшего командования государств «оси», к примеру ряда гитлеровских генералов и адмиралов дуче, о том, что для тщательной проработки всех деталей необходимо около года[349], Кессельринг четко обозначил свою позицию: чтобы гарантировать безопасность транспортных конвоев из Южной Италии к берегам Северной Африки, требовалось, как он выразился о Мальте, «выкурить это осиное гнездо» в ближайшие несколько месяцев[350].

Укажем, что планирование операции «Геркулес» — «Операционе С-3» (Operazione C-3 — в итальянской версии) осуществлялось совместно Генеральными штабами Италии и Германии, что явилось едва ли не первым подобным случаем в ходе Второй мировой войны. Более того, к этой работе привлекались японские военные специалисты, рекомендовавшие ограничиться десантом с моря[351]. Из различных секретных источников Уайтхолл получал сведения о подготовке штурма архипелага. Например, агенты польской разведки сообщили в Лондон о том, что схема высадки десанта копировала опыт, полученный в сражении за Крит и японский захват Сингапура, а само вторжение должно быть проведено в конце апреля[352].

Между тем с января 1942 г. подразделения итальянских войск, которые предназначались для высадки на Мальте, начали тренировки на базах Сицилии, где госпитали также готовились к приему раненых. В феврале Рим посетил главнокомандующий Люфтваффе Г Геринг, а 8 марта наследник итальянского престола принц Умберто вступил в командование, хотя и номинальное, силами, вошедшими в армейскую группу армий Юг, одна из главных задач которой как раз и состояла в захвате британской колонии[353]. В том же месяце Генеральный штаб Итальянского Королевства отдал распоряжение напечатать подробную карту главных островов архипелага, а также две брошюры ознакомительного характера: «Информация о Мальте» (Informazione sull' Malta) и «Структура обороны Мальты» (Difesa construire di Malta)[354].

Однако Гитлер и высший генералитет вермахта, включая Кессельринга и Роммеля, испытывали скептицизм по отношению к боевым возможностям союзников, хотя считали необходимым предоставить им роль авангарда вторжения на Мальту. Попутно заметим, что далеко не все итальянские политики и генералы проявляли единодушие в оценке перспектив предстоявшей десантной операции, рассматривая ее как слишком рискованную и дорогостоящую[355]. Если, к примеру, министр иностранных дел Чиано в своих дневниках характеризовал Мальту как «крепкий орешек», а маршал граф У. Каваллеро тем не менее предлагал лично возглавить атаку на остров, то хорошо осведомленный генерал-майор Дж. Карбони, командир одной из штурмовых дивизий, руководивший одно время итальянской военной разведкой, выразил серьезные сомнения в успехе операции. Подготовленная им записка для Генерального штаба, в состав которого он входил, содержала довольно низкую оценку возможности повторения успеха, достигнутого на Крите год назад. По мнению Карбони, «подготовительные мероприятия несерьезны, вооружение недостаточно, и оно неадекватно. Десантные силы не смогут высадиться, а, если и сумеют это сделать, то будут обречены на уничтожение». Генерал полагал, что «все командиры штурмовых подразделений разделяли его убеждение в невыполнимости операции, но никто из них не осмеливался говорить об этом вслух из-за опасения репрессий со стороны маршала Каваллеро»[356]. Надо признать, что суждения Карбони основывались на данных о потенциале защитников архипелага. Как отметил в одной из дневниковых записей все тот же Чиано, «мальтийская ПВО очень эффективна, а защита с моря почти не пострадала. Внутренняя часть острова нашпигована пулеметными точками. Высадка парашютистов будет очень трудна, поскольку большинство самолетов обречено быть сбито, прежде чем они сумеют выбросить людей. То же необходимо сказать об условиях высадки с моря»[357].

Несмотря на все указанные выше соображения, к февралю 1942 г. общий план захвата Мальты был подготовлен, но согласование деталей между Берлином и Римом потребовало еще несколько недель, так как генштабисты держав «оси» рассматривали не менее пяти вариантов оккупации: с воздуха, моря, путем подстрекательства к восстанию местного населения, через тотальное уничтожение последнего и, наконец, комбинированно — посредством одновременного использования всех перечисленных способов. Тем временем практическая подготовка к захвату средиземноморской твердыни шла полным ходом, сопровождаясь непрерывными бомбардировками и эффективной морской блокадой архипелага. По замыслу руководства держав «оси», предстоящая операция «Геркулес» должна была проводиться синхронно с наступлением Роммеля в Северной Африке и масштабными ударами вермахта по советским войскам на юго-западе Европейской части России[358]. 11–12 апреля Кессельринг сообщал Муссолини, что воздушные атаки Мальты привели в негодность ее верфи и аэродромы, лишив англичан на длительное время какой-либо перспективы использовать архипелаг как опорный стратегический пункт на Средиземноморском ТВД[359].

Во второй половине апреля 1942 г. подготовка десанта подошла к концу, а Кессельрингу при поддержке командующего ВМФ гросс-адмирала Э. Редера удалось наконец получить санкцию Гитлера на его проведение. Согласно оценкам некоторых военных историков, по ряду аспектов план Кессельринга напоминал стратегию Люфтваффе в «битве за Британию» осенью 1940 г.[360] Германская разведка постоянно информировала фюрера о том, что положение мальтийского гарнизона, блокированного немецкой авиацией, стало исключительно тяжелым, а все суда с продовольствием, горючим и вооружением, направлявшиеся к берегам британской крепости, перехватывались воздушными и морскими силами государств «оси»[361].

Согласно разработанному плану, штурм архипелага должен был начаться в 1:30, но до указанного времени батальону германских парашютистов ставилась задача подавить батареи ПВО в районе высадки. Предполагалось сначала захватить Гозо, а затем силами воздушного десанта в районе аэродромов и морского побережья между населенными пунктами Марса и Сирокко установить контроль над центральной частью главного острова. Любопытно отметить, что для подготовки высадки основных сил на юго-восточных пляжах Мальты привлекались два отряда итальянских боевых пловцов по 300 чел. в каждом[362].

В начальной фазе штурма должны были участвовать две волны атакующих — основная, для которой требовались германский и итальянский десантные полки, усиленные четырьмя отдельными пулеметными ротами, и вспомогательная, для которой необходимо было использовать дополнительные спец-подразделения, включая инженерные роты. Этим силам предписывалось создать плацдарм для основного контингента вторжения численностью до восьми батальонов. Схема проведения операции предусматривала одновременную высадку с моря и воздуха десантов южнее Валлетты, захват аэродромов и завершающий удар по главным укреплениям в северо-западной части острова. При этом морская часть операции возлагалась главным образом на итальянцев[363].

Стоит также упомянуть, что Гитлер предлагал задействовать на Мальте советские тяжелые танки, захваченные в качестве трофеев в ходе весенне-летнего наступления вермахта на Восточном фронте, но его инициатива не получила развития. Что же касается десантного флота, то он включал 10 транспортов, 25 минных тральщиков, 10 буксиров, 3 танкера с пресной водой, 2 госпитальных судна, 46 различных надводных и подводных кораблей, а также 31 единицу малых плавсредств. Необходимую поддержку вторжению должны были оказывать 1 300 немецких и итальянских самолетов, 4 итальянских линкора, 4 тяжелых и 8 легких крейсеров, 21 эсминец, 25 торпедных катеров плюс несколько десятков маломерных судов. Общая численность десантных сил достигала почти четырех дивизий, или 96 000 чел. (по другим данным — 85 000 чел.). Соответственно 25 000-30 000 перебрасывались по воздуху и 65 000–70 000 — морем. В их распоряжении находилось 270 тяжелых мортир, 754 легких орудия, 22 танка, 170 тракторов и 850 мотоциклов. Уместно напомнить, что им могли противостоять не более 11 британских и 4 мальтийских батальона в количестве 30 000 (по другим данным — 26 000) солдат и офицеров, сведенных в 4 бригады[364].

29–30 апреля 1942 г. на совещании в Бертехсгардене Гитлер и Муссолини обсудили общий ход войны в Средиземноморье, уделив большое внимание предстоящему захвату Мальты, который был в принципе ими согласован. При этом, согласно воспоминаниям Кессельринга, главную обеспокоенность итальянских генералов вызывала превосходная организация береговой обороны архипелага, которая оставляла морскому десанту с баз на Сицилии мало шансов на успех[365]. Фельдмаршал попытался развеять эти страхи, указав собеседникам на то, что сохранившие лишь остаточную боеспособность морские батареи англичан не смогли бы оказать эффективный отпор силам вторжения, хотя значительные потери со стороны последних, конечно, неизбежны. Вообще точка зрения Кессельринга, которую он отстаивал и после окончания войны, заключалась в том, что, несмотря на всю предварительную подготовку, гарнизон Мальты был способен противостоять германо-итальянским оккупационным войскам в течение не более 24 часов[366].

Таким образом, к концу апреля все было готово для начала операции «Геркулес» — оставалось лишь назначить конкретную дату ее проведения. И здесь, как ни странно, «злую шутку» с немцами сыграли успехи войск Роммеля в ходе наступления на Египет. Разногласия между двумя фельдмаршалами — Кессельрингом и Роммелем — относительно последовательности этапов разгрома британских войск на Средиземноморском театре не способствовали уточнению даты захвата Мальты, инфраструктура которой серьезно пострадала в результате месяцев жестоких бомбардировок[367]. Примечательно, что в записках Роммеля, опубликованных спустя несколько лет после окончания войны, вся вина за сначала отсрочку, а потом и отказ от уже согласованной операции «Геркулес» возлагалась на фюрера. В кругу приближенных политиков и генералов он выражал сомнения относительно надежности итальянцев как союзников, боеспособности их авиации и флота, а также умения сохранять в тайне оперативные планы. Как, возможно, с некоторым преувеличением, но в целом справедливо писал один из авторов: «Гитлер и Геринг могли вздохнуть спокойно, когда Роммель решил двигаться на Александрию вместо Мальты»[368]. Действительно, лидер Третьего рейха, воодушевленный победами Африканского корпуса, части которого приближались к границам Египта, решил сконцентрировать все усилия на захвате сначала стратегически значимой британской крепости Тобрук, а затем и Суэцкого канала, что поставило бы крест на перспективах обороны Мальты. В этом решении Гитлер сумел убедить Муссолини, который также стремился как можно быстрее оккупировать Каир, чтобы повторить триумф Наполеона у стен древних пирамид[369].

В свою очередь Кессельринг горько сожалел впоследствии об изменении фюрером первоначального плана действий на Средиземноморском ТВД, согласно которому оккупация Мальты, безусловно, должна была предшествовать наступлению на Александрию, тем более что, с точки зрения фельдмаршала, на эту операцию могло потребоваться относительно немного экспедиционных сил. Заметим попутно, что данное суждение разделялось также и Роммелем, который не сомневался в успехе вторжения, отведя себе командную роль[370].

21 мая 1942 г. Гитлер дал указание приостановить реализацию операции «Геркулес», обусловив этот приказ необходимостью сначала захватить Тобрук, что и осуществили войска Роммеля через месяц. Соответственно, начало штурма Мальты было перенесено на 10 июля[371]. Однако спустя два дня после взятия североафриканской крепости фюрер в ответ на запрос Муссолини информировал дуче о смещении акцента на оккупацию зоны Суэцкого канала, которую следовало предпринять в течение нескольких ближайших недель, а уж осенью вплотную заняться Мальтой[372]. После окончания войны Черчилль следующим образом описывал ключевой момент осады Мальтийского архипелага: «До этого намечалось, что после взятия Тобрука Роммель должен остановиться на египетской границе и что следующей крупной операцией должен стать захват Мальты воздушными и морскими десантными частями. Еще 21 июня Муссолини вновь повторил этот приказ. На следующий день после падения Тобрука Роммель сообщил, что он намечает разгромить незначительные английские войска, оставшиеся на границе, и этим открыть путь в Египет. Состояние и настроение его войск, захват большого количества боеприпасов и материалов и слабость английских позиций побуждали его преследовать противника вплоть до «самого сердца Египта». И далее Черчилль, ссылаясь на письмо Гитлера в адрес Муссолини, отметил: «Возбужденный перспективой завоевания Египта, он [фюрер. — Е. С.] отложил штурм Мальты до начала сентября, и Роммелю — теперь фельдмаршалу, к удивлению итальянцев, — было разрешено занять сравнительно узкий проход между Эль-Аламейном и впадиной Каттара в качестве плацдарма для будущих операций, конечной целью которых был Суэцкий канал»[373]. Когда же в конце июля наступление Роммеля захлебнулось в результате упорной обороны Александрии британцами, осуществление операции «Геркулес» было перенесено на далекое будущее, что означало фактическое аннулирование плана ее проведения лидерами государств «оси».

Здесь уместно задаться двумя вопросам: в чем же заключались истинные причины отмены десанта и каковы были перспективы его успешного проведения? Полагаем, что не следует ограничиваться констатацией изменения ситуации на фронтах, как это делали некоторые военно-морские историки[374]. Очевидно, что важную роль играли и другие факторы как объективного, так и субъективного характера. К первым нужно отнести длительную подготовку защитников Мальты и ту большую помощь, которую благодаря настояниям Черчилля метрополия оказывала далекой колонии. Ко вторым — упоминавшееся преимущественно «континентальное» мышление фюрера и соперничество личных амбиций среди представителей высшего командования держав «оси». Разумеется, не стоит упускать из виду ощутимое воздействие динамики боевых действий на советско-германском фронте, который оттягивал львиную долю сухопутных и воздушных сил Третьего рейха, подтверждением чему являлась челночная передислокация соединений Люфтваффе из Сицилии в Восточную Европу.

Относительно вероятности повторения на Мальте успешной для вермахта операции по захвату Крита существовали различные мнения, полярность которых зависела от стороны — участника войны. Для германских военачальников вроде Кессельринга и Роммеля, как уже говорилось ранее, молниеносная оккупация британской колонии в случае реализации плана «Геркулес» являлась делом само собой разумеющимся. Близкую точку зрения высказывали, правда, уже после окончания войны и некоторые руководители обороны, например упоминавшиеся Х. Ллойд и Э. Каннингхэм. В своих мемуарах первый из них отмечал, что войска государств «оси» в середине апреля 1942 г. были как никогда близки к оккупации архипелага, а другой высказался в том духе, что для защитников стала большой удачей отмена Гитлером штурма Мальты[375]. Соответственно большинство британских политиков, прежде всего Черчилль, а также, например, губернатор Горт, были уверены, что оборона архипелага была способна отразить штурм превосходящих сил противника, нанеся ему тяжелые потери. И это несмотря на тяжелое впечатление, которое произвело на защитников Мальты падение Тобрука, чей гарнизон, в отличие от Дюнкерка и Крита, англичанам эвакуировать не удалось[376].

О твердой решимости Черчилля не допустить захвата Мальтийского архипелага свидетельствует его телеграмма командующему 8-й армии генерал-лейтенанту Окинлеку от 10 мая 1942 г.: «Начальники штабов, комитет обороны и Военный Кабинет еще раз рассмотрели все положение в целом. Мы твердо решили, что нельзя допустить падения Мальты без сражения, проведенного всей Вашей армией ради ее удержания. Взятие этой крепости измором означало бы капитуляцию свыше 30 000 военнослужащих сухопутных войск и авиации вместе с несколькими сотнями орудий. Обладание ею дало бы противнику свободный и надежный мост в Африку со всеми вытекающими из этого последствиями. Ее потеря перерезала бы воздушный путь, от которого и Вы и Индия должны зависеть в отношении значительной части Ваших подкреплений самолетами. Кроме того, это сорвало бы всякое наступление против Италии и будущие планы, такие, как «Акробат» и «Гимнаст». По сравнению с неизбежностью этих катастроф мы считаем, что риск для безопасности Египта, на который ссылаетесь Вы, определенно меньше, и мы идем на него»[377].

Как уже неоднократно отмечалось, важнейшее значение для успешной обороны архипелага имело моральное и физическое состояние гарнизона и населения Мальты весной-летом 1942 г., довольно подробно описанное историками на основании свидетельств самих защитников[378]. Вот какое впечатление от увиденного отразила в воспоминаниях Сибилла Добби, пережившая вместе с другими защитниками так называемый «блиц 1942 г.»: «Апрель стал апогеем нашей боли и страданий. Люди не только испытывали серьезный дискомфорт, лишения и утраты, но в мозгу каждого из них сидел вопрос: «Как и когда все это закончится?», имея в виду постоянную опасность днем и ночью». И далее она, вероятно, с известным преувеличением, отметила: «Это может казаться странным, но до того мы [жители острова. — Е. С.] не представляли себе, какой переполох вызвала оборона Мальты в окружающем мире»[379].

Для сравнения уместно привести выдержки из секретного донесения итальянской разведки, также характеризовавшего настроения мальтийцев: «В связи с повторяющимися воздушными атаками на Мальту население пребывает в депрессии. Люди вынуждены постоянно оставаться в ненадежных укрытиях по 20 часов и более. Продолжение налетов вызывает страх и неуверенность, а удушающая атмосфера порождает у людей психологию паники: они выбегают на улицу просто для того, чтобы подышать свежим воздухом и взглянуть на небо... Аэродромы в Такали и Хальфаре пострадали больше всего от воздушных атак. Также серьезный ущерб нанесен Главной гавани, а причалы Френчи и доки Грик приведены в негодность. Почти все помещения, бывшие когда-то общественными убежищами и еще не уничтоженные бомбами, реквизированы под склады горючего. В результате беспрерывных атак Мальта почти утратила свое значение как морская и воздушная база. Очевидно, что население не способно к настоящему сопротивлению и не готово далее выдержать последующую депрессию»[380]. В подтверждение этих оценок, звучавших диссонансом чересчур бодрым рапортам властей острова в адрес Лондона, можно сослаться на мнение одного из мальтийских обывателей, который в дневнике периода осады заметил, что, «если бы немцы [то есть II авиакорпус. — Е. С.] остались на Сицилии и продолжили оказывать давление, мы [защитники Мальты. — Е. С.] были бы обречены»[381].

В условиях постоянных бомбардировок и морской блокады наибольшую остроту приобрел вопрос экономии ресурсов и рационирования питания. Хотя благодаря островному положению и мягкому климату населению Мальты не грозила гибель непосредственно от голода, нехватка калорийной пищи по мере продолжения осады все больше сказывалась на моральном духе защитников. Только некоторые из них, например военные летчики, могли регулярно питаться мясными консервами[382]. 21 апреля упоминавшийся министр колоний лорд Крэнборн с тревогой докладывал Черчиллю, что на Мальте возникли серьезные проблемы с мукой, так как шесть основных мельниц, расположенных в районе столичной гавани, подвергаются непрерывным разрушениям с воздуха и могут прекратить работу в любой момент[383].

Спасти положение позволило распространение опыта организации упоминавшихся «Столовых Победы», количество которых к июлю 1942 г. возросло до сорока. Обеспечивая горячим питанием простых мальтийцев за символическую плату, они предлагали всем желающим подписаться на дополнительный паек, но с условием отказа от его половины в пользу неимущих взрослых и беспризорных детей. В итоге на рубеже 1942–1943 гг. уже около 200 000 чел. посещали «Столовые Победы», что составляло 80 % населения архипелага. Правда, число подписчиков на сверхнормативный рацион не превысило 7000 чел.[384] Стоит также подчеркнуть, что, несмотря на существование «черного рынка» продовольственных товаров, случаи их хищения со складов были редкими. Источники упоминают лишь один подобный эпизод, когда в убежище, расположенном на территории городка Арготти, злоумышленники совершили кражу продуктов через вентиляционное отверстие из имевшегося там неприкосновенного запаса. Это произошло в апреле 1942 г., когда бомбардировки были особенно интенсивными, но история умалчивает о том, были ли воры пойманы полицией[385].

По сообщениям властей, к сентябрю того же года питательность ежедневного продуктового рациона обывателей Мальты упала почти до физиологического минимума — 1500 килокалорий, тогда как в метрополии она составляла 3000 килокалорий. Именно в этот период рационирование продовольствия было распространено на практически все его виды при сокращении норм выдачи пайков[386]. Дело дошло до того, что Военный Кабинет всерьез обсуждал вопрос о снабжении населения продовольствием с помощью военных транспортных самолетов, которые использовали базы на Ближнем Востоке[387], а власти Мальты обратились за помощью к местным католическим иерархам, например епископу Гозо, с призывом предоставить в их распоряжение пшеницу, которая в качестве неприкосновенного запаса находилась в зернохранилищах при храмах[388].

Современники вспоминали, что даже гробы для похорон погибших от бомб и мин стали дефицитом. Поэтому трупы могли оставаться в моргах по нескольку дней, пока выполнялись заказы родственников умерших на изготовление последних пристанищ жертв войны[389]. Между тем соблюдение норм санитарии и гигиены продолжало оставаться важнейшим условием конечной победы защитников Мальты, ибо, как гласила местная поговорка, «грязный солдат означает грязная винтовка, а грязная винтовка означает мертвый солдат»[390].

Приведем отрывок из записок М. Кортис — сестры милосердия, которой, как и другим медицинским работникам, приходилось делать операции и ухаживать за тяжелоранеными под вражескими бомбами в госпитале городка Мтарфа, расположенного на северо-западе Мальты. Поступив на службу в Департамент помощи волонтеров (Volunteer Aid Department), она всю войну получала скромное жалование — 16 шилл. в неделю. Особенным стрессом являлось лечение обгоревших летчиков, немногие из которых сумели выжить[391]. «Каждое утро нас будила старшая сестра, которая раз в неделю забирала нашу униформу для стирки и глажения, — вспоминала Кортис. — Я чувствовала себя, словно находясь в средней школе. Нам не разрешалось приходить на завтрак в гражданской одежде, а только в униформе. Я возненавидела шапочки, потому что они постоянно слетали с головы, когда мы купали или поднимали пациентов»[392].

А вот каким запомнилось лето 1942 г. военному летчику Дж. Бёрлингу, прибывшему на остров 9 июня в составе эскадрильи «Спитфайеров» и сумевшему уничтожить за несколько месяцев более 35 самолетов противника. Сравнивая ситуацию на Мальте с боями за Сингапур, он эмоционально описывал события, участником которых являлся: «Это был остров стойкости, населенный выносливыми людьми. Ни один из них даже не задумывался, как долго хватит еды. Никто не знал, когда гунны [так британцы презрительно называли немцев. — Е. С.] попытаются совершить высадку. Только Господу было известно, насколько мы подготовлены. Но каждый человек на острове продолжал крепиться, сжав зубы, проклиная гуннов и Муссолини. Достойное зрелище![393]»

Как видно, несмотря на крайние тяготы и лишения, гарнизон, к примеру военные летчики, среди которых культивировались отношения боевого братства, а также мирное население, преисполненное глубокой веры в то, что небесные силы на стороне Мальты, сохраняли стойкость духа[394]. 15 июля 1942 г. газета «Йоркшир Пост» (Yorkshire Post) опубликовала корреспонденцию «Жизнь в пещерах-убежищах», передававшую впечатления одного из британских офицеров, который был отозван на родину после трехлетней службы на Мальте. Автор описывал состояние капитальных убежищ в скалах, имевших, по его мнению, достаточные запасы продовольствия, особенно цитрусовых, которые позволяли успешно выдержать осаду. Как подчеркивалось в корреспонденции, все военные и гражданские службы острова работали слаженно, не допуская пожаров, эпидемий и массовой гибели населения от бомб, мин, голода и болезней[395]. Развивая тему мужества осажденных жителей, губернатор Горт телеграфировал Черчиллю 27 июля: «Моральные качества остаются высокими. Я восхищаюсь оптимизмом мальтийского народа и их стойкой решимостью скорее перенести все возможное в человеческих силах, чем сдаться на милость презираемых итальянцев»[396]. Это мнение подтвердил лорд Крэнборн, который, посетив Мальту в середине 1942 г., сообщал о бесстрашии и выносливости ее защитников[397].

Переброска большей части самолетов II авиакорпуса на аэродромы Северной Африки для помощи продолжавшим наступление на Египет войскам Роммеля, острая нехватка топлива для ВМФ и ВВС, а также начало 18 мая 1942 г. масштабного участия авиации США в боевых действиях на Средиземноморском ТВД вкупе с пополнением парка самолетов, базировавшихся на Мальте, позволили англичанам к середине июля установить наконец господство в воздухе, применив новую тактику перехвата бомбардировщиков противника сразу же после их взлета с аэродромов Сицилии, Южной Италии и Северной Африки[398].

Однако положение защитников с точки зрения снабжения продуктами питания и топливом оставалось тяжелым, поскольку транспортные конвои, которые в июне фактически одновременно были направлены британским командованием к берегам архипелага из Шотландии через Гибралтар с запада, а также из Порт-Саида через Александрию с востока, понесли тяжелые потери из-за беспрерывных атак германской авиации и подводных лодок. Как заявил Черчилль, «несмотря на наши величайшие усилия, лишь двум грузовым судам из 17 удалось пробиться, и кризис на острове продолжился»[399]. Стоявшая на архипелаге жара усугубила проблему сохранения запасов продовольствия на складах Мальты, объем которых позволял жителям хоть как-то продержаться лишь до конца сентября 1942 г., что грозило физическим истощением населения и ослаблением воли к сопротивлению[400]. Хотя Горт по-прежнему заверял Лондон в высоком моральном духе защитников Мальты, начальник Имперского Генерального штаба А. Брук, посетивший остров 2 августа 1942 г. на пути в Каир, чтобы ознакомиться с текущей ситуацией и проинформировать губернатора о стратегических планах британского командования, наблюдал довольно мрачную картину. Особенно шокировали генерала босоногие ребятишки, бросавшие жалобные взгляды в сторону его автомобиля и потиравшие руками свои худые животики, когда он проезжал мимо них. «Разрушения немыслимы, и они напоминают руины Ипра, Арраса и Ленса в конце предыдущей войны», — отметил Брук в дневнике[401].

Поэтому безотлагательно требовалось провести специальную операцию для укрепления обороноспособности средиземноморской крепости. Обстановка на тот момент складывалась следующая: Адмиралтейство приостановило отправку северных конвоев в СССР, так как в июле 1942 г. погибло более половины транспортов PQ-17, а установившиеся в Арктике «белые ночи» были удобны для атак Люфтваффе. Это позволило английскому командованию переориентироваться на Средиземноморский ТВД и оказать Мальте военную помощь. Убеждая Сталина в необходимости концентрации там британских сил, Черчилль 18 июля телеграфировал советскому лидеру: «Если мы сумеем отбросить Роммеля, то сможем осенью направить мощные воздушные силы для операций на левом фланге Вашего фронта»[402].

Стоит подчеркнуть, что разработке операции под кодовым наименованием «Пьедестал» (Pedestal) предшествовал визит Черчилля и упоминавшегося генерала Исмея в Вашингтон для планирования совместных действий американского и британского флотов против держав «оси» на Атлантическом и Средиземноморском театрах. В американской столице к делегации также присоединился вице-адмирал Каннингхэм, которого еще 1 апреля 1942 г. отозвали из Египта для выполнения специальной миссии в США, передав командование вице-адмиралу Г. Хэрвуду — герою победного сражения против линкора «Граф Шпее» у Ривер-Плейт в декабре 1940 г.[403] При этом главная цель англичан состояла в том, чтобы добиться согласия американцев на использование их кораблей и транспортов в конвойных проводках, включая мальтийский маршрут. Как писал глава британского правительства президенту США, мотивируя свой запрос, «боюсь, что без этой помощи Мальта будет разбита вдребезги. Тем временем ее оборона изматывает неприятельскую авиацию и эффективно помогает России»[404].

Таким образом, в середине июля после благоприятного для Уайтхолла завершения переговоров с союзниками и возвращения правительственной делегации на родину Адмиралтейство приступило к непосредственному планированию крупнейшей транспортной операции, история организации и осуществления которой детально описана очевидцами и военными историками и поэтому не требует подробного освещения[405].

Тем не менее ряд ключевых для завершающего этапа осады Мальты моментов ее проведения, безусловно, заслуживают упоминания. Итак, общее командование операцией «Пьедестал» было поручено вице-адмиралу Э. Сифрету, а боевое сопровождение транспортов осуществлялось двумя группами кораблей — «X» и «Z», которые вместе с американским «Уоспом» включали 4 авианосца, 2 линкора, 7 крейсеров, 32 миноносцев, 8 субмарин и более 100 боевых самолетов. Эта беспрецедентная армада обеспечивала движение к берегам архипелага 14 транспортов с продовольствием, медикаментами, запасными частями и боеприпасами общим дедвейтом 85 000 т. Отдельного упоминания заслуживает танкер «Огайо», арендованный англичанами у нефтедобывающей компании «Тексако» для доставки 14 000 т (по другим данным — 11 000 т) авиационного керосина и дизельного топлива на Мальту. Примечательно, что все грузовые суда были вооружены зенитными пушками и пулеметами[406].

9-10 августа 1942 г. транспорты в сопровождении кораблей, отплывших за неделю до этого из различных портов Англии и Шотландии, проследовали Гибралтарский пролив и вошли в Средиземное море. Днем и ночью на протяжении последующих пяти суток конвой подвергался почти непрерывным атакам итало-германских морских и воздушных сил, в результате которых из 14 транспортов до Валлетты смогли добраться только пять судов, включая ставший легендарным танкер «Огайо». Он получил несколько попаданий бомбами и торпедами противника, но, вопреки его ожиданиям, благодаря усилиям капитана и команды сумел остаться на плаву. 15 августа в 8:00 «Огайо» вместе с героическим экипажем на борту был отбуксирован в Главную гавань мальтийской столицы. Встреченный восторженными овациями собравшихся горожан, а также военным оркестром, игравшим гимны и марши, искалеченный, но непобежденный танкер был разгружен в рекордно короткий срок, обеспечив защитников острова столь необходимым топливом. Справедливости ради отметим, что некоторые жители, особенно дети, встретили прибытие «Огайо» криками: «Мы хотим еды, а не керосина!»[407]

Поскольку завершение операции пришлось на праздник Св. Девы Марии, который традиционно широко отмечается мальтийцами, доставка столь необходимых острову грузов совокупным объемом 32 000 т, несмотря на гибель почти 70 % транспортов «Пьедестала» вкупе с четырьмя боевыми кораблями, была расценена обывателями как чудесное знамение скорой победы над врагом, а пришедшая в Главную гавань группа судов получила неофициальное наименование «Конвой Святой Марии». При этом самой серьезной потерей для Королевского флота явилось потопление авианосца «Игл» в результате попадания четырех торпед, выпущенных немецкой подводной лодкой в 65 милях южнее острова Мальорка, хотя, к счастью, большей половине команды удалось спастись. Общие потери британцев в операции «Пьедестал» составили 350 моряков[408].

Несмотря на пропагандистскую кампанию держав «оси», трубивших о крупнейшей победе на море, результаты конвоя были признаны Лондоном удовлетворительными. Врагу не удалось заблокировать доставку на Мальту необходимых грузов в момент, когда, по самым оптимистическим подсчетам, до исчерпания продуктовых запасов у населения оставалось не более десяти дней[409]. Успешная проводка даже пяти судов позволила рассчитывать на то, что защитники острова не только сумеют продержаться еще несколько месяцев, но и возобновят атаки против итало-германских конвоев, чему способствовало прибытие 17 августа 1942 г. на аэродромы архипелага еще 28 «Спитфайеров»[410]. Как впоследствии справедливо заметил Черчилль, «возвращенная к жизни и пополнившая свои запасы вооружения и продовольствия Мальта ожила. Английские подводные лодки возвратились на остров и вместе с ударными группами английских ВВС вновь заняли господствующее положение в центральной части Средиземного моря»[411]. Неслучайно в личных посланиях британского премьера и его беседах со Сталиным на протяжении визита в Москву, проходившего с 12 по 17 августа, Черчилль высоко оценил стратегическое значение «Конвоя Санта-Мария», который, согласно планам союзников, стал важным этапом подготовки высадки англо-американских экспедиционных войск в Северной Африке, названной операцией «Торч» (Torch). По замыслам Лондона и Вашингтона, она была призвана сгладить впечатление от неудачи десантной операции против нормандского Дьеппа в том же августе 1942 г. и развеять сомнения Москвы относительно способности англо-американских войск эффективно сражаться против общего врага[412].

Пауза, возникшая в налетах (за весь сентябрь воздушные тревоги звучали на Мальте лишь 57 раз, а объем сброшенных бомб не превысил 13 т[413]), дала возможность британскому командованию бросить все силы на борьбу с Роммелем, войска которого к 5 сентября прекратили все попытки прорваться к Александрии в районе Эль-Аламейна и окончательно перешли к обороне. Чтобы затруднить контрнаступление англичан и облегчить положение италогерманских войск в Северной Африке, испытывавших все возраставшие трудности со снабжением боеприпасами и горючим, Кессельринг отдал приказ о возобновлении массированных бомбардировок Мальты, известных как «октябрьский блиц 1942 г.». Однако воздушные атаки «Юнкерсов» и «Мессершмитов», которые начались 10–11 октября, были спустя лишь две недели фактически остановлены фельдмаршалом в связи с большими потерями, вызванными действиями зенитных батарей и «Спитфайеров», которые 14 октября уничтожили 1000-й самолет противника с начала войны. За несколько дней в середине этого месяца авиация противника потеряла 131 самолет в сравнении с 34 машинами англичан[414]. Даже Кессельринг отметил возросшее мастерство пилотов Королевских ВВС. «Британские летчики-истребители заслуживают признания за храбрость и умение маневрировать, особенно когда они мастерски управляли самолетами в моменты пикирования с высоты 30 000-40 000 футов [9 000–12 000 метров — Е. С.] сквозь гущу летевших плотным строем германских бомбардировщиков»[415].

Кроме резко возросших потерь главную роль для принятия командованием вермахта решения о прекращении очередного «блица» сыграл переход 23 октября британских войск во главе с генералом Б. Монтгомери в решительное контрнаступление. А вскоре — 8 ноября — началась упоминавшаяся операция «Торч» по высадке англо-американских войск в Оране и Алжире с целью, взяв в «клещи», добиться полной ликвидации Африканского корпуса Роммеля и перенести боевые действия непосредственно на территорию Италии[416]. Несмотря на две атаки с моря и воздуха, очередной конвой из Порт-Саида в составе четырех транспортных судов под охраной крейсера и семи эсминцев сумел 20 ноября 1942 г. без потерь войти в Главную гавань Валлетты, доставив почти 29 000 т необходимых грузов. Успешное проведение операции «Стоунэйдж» (Stoneage) означало долгожданное завершение морской блокады архипелага[417].

Освобождение войсками Монтгомери сначала Тобрука, а затем Бенгази и Триполи позволило Адмиралтейству с декабря начать бесперебойное снабжение Мальты непосредственно из этих портов под прикрытием сил ВМФ, которое продолжалось до капитуляции Италии. Можно с полным правом констатировать, что благодаря решительным действиям союзных сил на суше, море и в воздухе осенью 1942 г. блокада передового британского форпоста в центральной части Средиземного моря была фактически снята к концу этого года. Показательно, что, по сравнению с октябрем, когда было зафиксировано 153 воздушных налета, их количество в декабре не превысило 35. Последним крупным рейдом вражеской авиации стала бомбардировка аэродрома в Луке и близлежащих городков центральной части главного острова, которую совершили около 40 «Юнкерсов-88» в ночь с 17 на 18 декабря 1942 г.[418]

Так закончился третий период героической обороны Мальты, оставшейся непоколебимой «скалой», о которую, как писал один итальянский историк, разбились все надежды лидеров агрессивных государств[419]. Вместо осажденной крепости архипелагу предстояло стать плацдармом для наступления союзников против Италии в 1943 году.

Тяжелейшая многомесячная осада Мальтийского архипелага завершилась победой его защитников зимой 1942–1943 гг. С этим успехом власти и население Мальты поздравили мэры различных британских городов, особенно тех, которые подвергались наиболее ожесточенным бомбардировкам германской авиации — Лондона, Ливерпуля, Ковентри, Бристоля. Характерно, что приветственные телеграммы были получены губернатором Гортом и правительством в дни Рождественских праздников 1942 г.[421]

Однако радость перемежалась слезами горя, потому что острова Мальта и Гозо лежали в руинах, потери гражданского населения, особенно детей и подростков, казались невосполнимыми, а всего в нескольких десятках километров к северу и двух сотнях миль к югу оставались территории, оккупированные войсками противника. Эти войска по-прежнему угрожали жизни мальтийцев, ставя под сомнение традиционную роль архипелага как «кормилицы» (nurse) всего Средиземного моря[422].

Отсюда вытекали две главные задачи гарнизона и населения «непотопляемого авианосца»: превращение Мальты в плацдарм для форсированного наступления на Италию и возвращение острова к мирной политической, хозяйственной и культурной жизни, без чего было невозможно перспективное развитие архипелага по пути обретения национального суверенитета.

Достижение обеих указанных целей, очевидно, зависело от сочетания нескольких факторов: прекращения налетов вражеской авиации, обеспечения регулярной доставки всего необходимого морскими конвоями, концентрации доступных командованию сил и средств для подготовки десантной операции на Сицилию, Сардинию и юг Апеннинского полуострова. В этой связи требовалось восстановить аэродромы, верфи, доки, различные промышленные предприятия и объекты сельского хозяйства, культурные центры и, конечно, храмы, систематически разрушавшиеся итало-германской авиацией на протяжении тридцати месяцев осады.

Следует отметить, что в условиях действовавшей системы всеобщей воинской повинности взрослого мужского населения бремя реконверсии экономики Мальты после завершения осады во многом легло на плечи женщин. «Оглядываясь, я не могу поверить, что мы прошли это и как нам удалось выдержать, — вспоминала одна из переживших осаду жительниц острова. — Я думаю, что многие из нас черпали силу из нашей веры в Бога и командной работы, которую мы тогда выполняли»[423]. Молодые девушки и умудренные опытом матери семейств активнейшим образом участвовали в разборе завалов, организации питания и образования, помощи раненым и больным, рекультивации полей и восстановлении животноводческих ферм, уходе за детьми и престарелыми, наконец, возвращении к жизни промышленных предприятий, не говоря уже о содействии гарнизону в строительстве и реконструкции военной инфраструктуры архипелага[424].

Так, остатки зданий и сооружений, отсортированные при непосредственном участии женской части населения, а также весь мусор, скопившийся в результате бомбардировок, были затоплены в территориальных водах Мальты летом 1943 г.[425] Что же касается рационирования питания, в организации которого женщины также играли ключевую роль, то в связи с успешной проводкой к архипелагу сразу трех транспортных конвоев в декабре 1942 г. власти посчитали возможным постепенно увеличить нормы карточного снабжения населения различными видами продовольствия[426]. Важное значение имело решение гражданской администрации изменить работу «Столовых Победы». С января 1943 г. мальтийцы получили право выбрать один из вариантов снабжения продуктами: либо в специальных пунктах по карточкам, либо в «Столовых Победы», для чего требовалась регистрация желающего Департаментом общественного питания. По воспоминаниям участников осады, такая альтернатива нашла широкий отклик среди населения, что привело к постепенному закрытию коммунальных столовых, поскольку в процессе восстановления жилого сектора Мальты и Гозо обыватели предпочли вернуться к традиционным способам приготовления пищи в домашних условиях. Поэтому упразднение Департамента общественного питания в сентябре 1943 г. свидетельствовало о возвращении к довоенному распорядку жизни на архипелаге, который после захвата Сицилии и Сардинии союзными войсками оказался в их глубоком тылу[427].

Между тем проблема восстановления разрушенных населенных пунктов требовала солидного финансирования, которое не могли обеспечить только благотворительные источники вроде упоминавшегося Фонда помощи Мальте, чьи отделения, действовавшие как в метрополии, так и доминионах, занимались главным образом сбором и отправкой детского питания, медикаментов, моющих средств, постельного белья, одежды и обуви для простых мальтийцев. К сожалению, даже в этой работе наблюдались случаи нерасторопности. Так, автору удалось найти полицейский отчет о 51 ящике с предметами гуманитарной помощи, собранной Красным Крестом Австралии. На Мальту их доставила одна из субмарин в конце ноября 1942 г., однако они пролежали на складе до конца 1945 г., в результате чего значительная часть содержимого пришла в негодность[428].

5 октября 1942 г. канцлер казначейства К. Вуд обратился к Черчиллю с инициативой предоставить средиземноморской колонии безвозмездный финансовый грант в размере 10 млн ф. ст. на воссоздание общественной инфраструктуры и жилого фонда. Несмотря на затруднительное положение самой Великобритании, которая, как известно, потратила на ведение Второй мировой войны более 25 млрд ф. ст.[429], парламентарии высказались в пользу этих ассигнований. 11 ноября того же года в приветственной телеграмме губернатор Горт передал благодарность правительства и народа Мальты за этот щедрый дар[430]. В начале 1943 г. деньги были получены, но до конца войны Лондон увеличил сумму помощи еще на 20 млн ф. ст., что позволило мальтийцам довольно быстро восстановить наиболее значимые здания и сооружения, включая верфи, доки, мукомольни, школы, кинотеатры и места религиозного поклонения, за исключением некоторых сильно пострадавших сооружений, к которым прежде всего относился столичный Оперный театр. При этом реконструкция храмов и монастырей осуществлялась в тесном сотрудничестве с представителями католической церкви, главой которой на архипелаге был назначен бывший епископ Гозо М. Гонци, получивший, кроме того, почетное звание генерал-майора британской армии в знак признания заслуг во время осады архипелага[431].

Сказанное вовсе не означает, что окончание блокады привело к автоматическому исчезновению всех социальных проблем. По свидетельству очевидцев, концентрация живой силы и техники для проведения десанта на Сицилию в первой половине 1943 г. привели к новой вспышке инфекционных заболеваний, наиболее опасными из которых, особенно для детей, являлись тиф, холера, полиомиелит и корь. В то же время заработная плата рабочих, которые посменно обслуживали военную инфраструктуру, не исключая ремонтные верфи, оставалась на низком уровне. К примеру, еженедельный заработок докеров составлял 38 шилл., что соответствовало около 7 ф. ст. и 12 шилл. в месяц — довольно скромной сумме в условиях резкого роста цен на продовольствие и предметы первой необходимости за время войны[432].

Недовольство трудящихся сложившимся положением вызвало забастовку портовых рабочих, численность которых составляла около 3500 чел. Стачка проходила с 24 по 28 августа 1943 г., после успешного захвата Сицилии союзными войсками, когда всем окончательно стало ясно, что оккупация Мальты противником неосуществима. В телеграммах, адресованных Гортом Военному ведомству, говорилось о переговорах с бастующими, которые позволили администрации острова урегулировать трудовой конфликт после обещания несколько увеличить рабочим так называемую «доплату за военные условия работы» (war bonus)[433].

И все же приобретенный опыт работы в чрезвычайной обстановке, нередко во время налетов вражеской авиации или с риском подорваться на минах-ловушках, которые сбрасывали гитлеровские «стервятники», позволял докерам не снижать темпа обслуживания военных кораблей и морских транспортов. Даже противник, как, например, фельдмаршал Кессельринг, высоко оценивал эффективность труда портовых рабочих Валлетты. В этом смысле показателен следующий комментарий германского военачальника: «Необходимо отдать должное организации разгрузочных работ. В невероятно короткие сроки суда и танкеры, входившие в акваторию порта, освобождались от грузов, которые перемещались в подземные хранилища и защищенные от бомб склады вдоль причалов»[434]. Мнение Кессельринга подтверждалось не только молниеносной разгрузкой танкера «Огайо», речь о которой шла в предыдущей главе, но и откачкой горючего по ночам из другого танкера — «Бреконшир», после его затопления в столичной акватории 22–23 марта 1942 г.[435]

Между тем к началу 1943 г. Мальта фактически восстановила функции ключевой морской базы между Гибралтаром на западе и Александрией на востоке Средиземноморского бассейна. С декабря 1942 г. помимо 12 субмарин в воды архипелага прибыла 15-я эскадра крейсеров в составе 3 кораблей и воссозданное соединение «К», которое включило 4 эскадренных миноносца. Также на Мальте были сформированы флотилии прибрежных сил, включившие канонерские лодки, торпедные катера и другие малые корабли[436].

Аналогично ситуации начального этапа войны стратегическая роль Мальты вновь приобрела троякий смысл. Она теперь выступала как крупнейший перевалочный пункт на морских и воздушных коммуникациях Южной Европы и Ближнего Востока; форпост для содействия англо-американским войскам, которые блокировали итало-германские экспедиционные силы в Тунисе; наконец, плацдарм для вторжения на территорию Италии — главного союзника Третьего рейха в Старом Свете.

Значение важнейшей английской морской и авиационной базы, о котором неоднократно говорилось ранее, признавалось фактически всеми военными авторитетами того времени. Так, фельдмаршал Роммель в своих записках подчеркивал, что «в атаках на наши [итало-германские. — Е. С.] транспорты с горючим британцам удалось наносить удары по той части механизма, от надежного функционирования которого зависело все остальное»[437]. Напомним, что за всю Вторую мировую войну моряки британского флота потопили в Средиземном море транспорты противника общим водоизмещением более 2 250 000 т, что составило 17 % всех конвоев, направлявшихся в Северную Африку. 45 % из них было уничтожено субмаринами, 26 % — авиацией, базировавшейся на Мальте, 11 % — самолетами, взлетавшими с авианосцев, 8 % — надводными кораблями и 7 % — минами. Оставшиеся 3 % приходились на автоаварии транспортов[438].

По мнению экспертов, «жизненно необходимая роль Мальты заключалась даже не в том, что она служила базой основной части британского Средиземноморского флота, а в том, что позволила субмаринам и самолетам, которые туда прибывали, захватить господство в морской войне»[439]. Хотя английские корабли не всегда превосходили итальянские крейсеры, миноносцы и торпедные катера в скорости, они обладали более мощной артиллерией и броневой защитой, а самое главное — лучше обученными экипажами с уже немалым боевым опытом[440]. В то же время командование английскими морскими силами осуществлялось талантливыми военачальниками, такими, как адмиралы Каннингхэм, Сомервилл, Хэрвуд, Сифрет и др. Согласно признаниям ведущих экспертов, деятельность первого из них по обеспечению доставки на Мальту всего необходимого заслуживала самой высокой оценки. Неслучайно возвращение Каннингхэма к командованию Средиземноморским флотом 20 февраля 1943 г. после десятимесячного отсутствия, связанного с осуществлением особой миссии в США, способствовало активизации действий союзников на море, в частности отправке первого после снятия осады прямого транспортного конвоя из Гибралтара через Мальту в Александрию. Эта беспрецедентная операция была успешно проведена Адмиралтейством с 17 по 26 мая 1943 г., став прелюдией к высадке англо-американских войск на Сицилии и Сардинии[441].

Вместе с тем необходимо признать, что завоевание доминирующих позиций на Средиземноморском ТВД и проводка транспортных конвоев в период осады Мальты стоили англичанам серьезных потерь, вызванных действиями главным образом германских подводных лодок и авиации, а также диверсиями итальянских спецподразделений, речь о которых шла в предыдущих главах. Кстати, финальная, хотя и неудачная, попытка последних выступить против британских кораблей в столичной гавани Мальты была зафиксирована ранним утром 2 апреля 1943 г.[442] В целом же потери Королевского ВМФ за время боевых действий на Средиземном море в 1940–1943 гг. составили: 2 авианосца, 5 крейсеров, 19 эсминцев (включая 1 польский и 1 австралийский) и 40 подводных лодок. Значительные, требовавшие ремонта повреждения получили 1 линкор, 3 авианосца, 1 монитор и 10 эсминцев[443].

Не меньшую цену за сохранение обороноспособности «непотопляемого авианосца» пришлось заплатить и британским военным летчикам. За время осады они перешли от исключительно оборонительной к наступательной тактике действий в небе над Мальтой. Это стало особенно заметно в 1943 г., когда количество воздушных налетов противника по сравнению с предшествующим годом сократилось почти в 20 раз — с 2031 до 127 (см. Прил. 1.). Использование автором отчетов различных департаментов правительства Мальты позволило уточнить статистику потерь, которая уже приводилась исследователями[444]. Как оказалось в действительности, за период осады британская авиация лишилась в воздушных боях 547 самолетов разных типов, а на аэродромах — 160 машин, то есть всего 707 единиц из прибывших на остров с июня 1940 по март 1943 г. различными путями 744 истребителей, торпедоносцев, бомбардировщиков и разведчиков[445]. В то же время Королевские ВВС уничтожили 888 и повредили 1050 итало-германских самолетов, тогда как зенитная артиллерия Мальты сбила 363 воздушных «пирата». При этом львиную долю потерь — 693 машины — итальянцы и немцы понесли в период боев с 1 июня 1941 по 13 июля 1942 гг. Видимо, неслучайно один из прославленных воздушных асов, канадец по месту рождения Дж. Бёрлинг назвал Мальту «раем для лётчиков-истребителей»[446].

Заключительные ночные бомбардировки острова вражеской авиацией пришлись на 26 февраля, 5, 20 и 26 июля 1943 г., причем обусловленный десантной операцией союзников против Сицилии всплеск активности противника летом пятого года войны, можно сказать, застал уже отвыкших от воздушных тревог мальтийцев врасплох. В результате 20 июля погибли 6 и были тяжело ранены 17 чел. — жителей Валлетты и столичных пригородов, а спустя почти неделю к скорбному списку жертв добавились еще несколько убитых и раненых[447].

Автору удалось найти в архивах Мальты уникальный документ — коммюнике Информационного бюро канцелярии генерал-губернатора Горта о последнем воздушном налете, который стал причиной гибели людей. «Самолеты врага произвели жестокий рейд на остров этой ночью, — отмечали составители бюллетеня. — Многие из самолетов этого рейда, очевидно, повернули назад из-за шквала залпов зенитных орудий. Но несколько машин прорвались через огонь ПВО. Прожекторы также сыграли свою роль в комбинированной защите, создав очень хорошее освещение неба. Три самолета противника были сбиты совместными ударами с суши и моря. Наши ночные истребители уничтожили еще три рейдера. Бомбы упали на большой площади, причинив ущерб гражданским зданиям и вызвав жертвы среди населения. Один человек погиб, четыре были тяжело, а пять легко ранены. Из девяти раненых семь человек пострадали от осколков зенитных снарядов»[448]. Но окончание страданий населения было уже не за горами — в апреле 1944 г. летчик Люфтваффе совершил финальный разведывательный полет над Мальтой, а 28 августа того же года мальтийцы в последний раз услышали хорошо знакомый им вой сирен воздушной тревоги, но, к их облегчению, она оказалась ложной[449].

Как непосредственные участники событий, так и последующие историки обращали внимание на значимое содействие Мальты сначала блокированию, а затем и капитуляции 275-тысячной группировки Роммеля 13–14 мая 1943 г. «Вклад Мальты в победу, одержанную в Северной Африке, превзошел все разумные ожидания в июне 1940 г. и в конечном итоге оправдал разработку довоенных планов обороны, а также последующие решения начальников штабов, от которых Черчилль требовал приложить все возможные усилия для защиты острова и увеличения его военного потенциала», — подчеркнул один из современных британских исследователей. И далее он справедливо заключил, что без помощи Мальты «освобождение Северной Африки было бы отложено на год»[450].

Не менее заметную лепту внесла Мальта и в победу сил Антигитлеровской коалиции, выступая как операционная база для подготовки и проведения операции «Хаски» — массированного десанта живой силы и техники на Сицилию, рассмотрение которого выходит за пределы книги[451]. Выделим здесь лишь аспекты, заслуживающие внимания с точки зрения непосредственной роли мальтийцев.

Хорошо известно, что в январе 1943 г. на конференции в Касабланке (Марокко) Черчилль и Рузвельт активно дебатировали вопрос о месте высадки войск союзников, выбирая между Грецией, Сицилией и Сардинией после того, как британский премьер посчитал десант в Нормандии далекой перспективой. В результате лидеры решили открыть второй фронт именно на Сицилии по двум основным причинам: более значимого стратегического положения и намерения отвлечь силы Третьего рейха от Восточного фронта[452]. Как считало военное командование Соединенного Королевства, захват Сицилии не только снижал риски морских перевозок союзников, но и был способен побудить Рим капитулировать[453]. Со своей стороны подчеркнем, что выбор в пользу крупнейшего итальянского острова диктовался не в последнюю очередь близостью к Мальтийскому архипелагу[454].

К середине 1943 г. на Сицилии была сосредоточена довольно значительная группировка в составе 200 000 итальянских и более 60 000 германских войск, включая около 30 000 чел. персонала Люфтваффе. Союзникам удалось сконцентрировать против них до 470 000 американских, британских и канадских военнослужащих, высадку которых на побережье поддерживали авиаэскадрильи англичан и американцев с аэродромов Мальты и Гозо[455], а также две военно-морских армады, подошедшие с востока и запада и соединившиеся к югу от Мальты как главной оперативной базы. Общее количество кораблей охранения и транспортных судов различных типов, привлеченных только для морского десанта, составило 1704 американских и 1533 британских единиц[456].

После тщательной подготовки, включавшей строительство дополнительных аэродромов на Мальте и Гозо[457], достаточно хорошо разработанную дезинформацию противника и захват 11 июня небольшого, но стратегически важного острова Пантеллерия[458], союзники под общим командованием американского генерала Д. Эйзенхауэра высадились на южном и юго-восточном побережье Сицилии ранним утром 10 июля, а спустя 38 дней — к 17 августа 1943 г. полностью очистили ее от войск противника. Враг, хотя и оказывал местами довольно ожесточенное сопротивление, но не имел достаточно сил и средств, а главное не обладал моральным духом, чтобы удержать в своих руках эту территорию. «Когда караваны наших судов подошли к острову, мы прочно закрепили за собой превосходство в воздухе, а военные корабли и самолеты держав «оси» не предпринимали серьезных попыток помешать высадке морского десанта, — вспоминал Черчилль после окончания войны. — Благодаря отвлекающим мероприятиям противник до последнего момента находился в неведении относительно того, где мы нанесли удар»[459].

При этом не следует забывать о неделях интенсивных тренировок и тактических учений, проводившихся союзным командованием на архипелаге в первой половине 1943 г., поскольку они подготовили успех операции «Хаски». Ее проведение не только ослабило нажим гитлеровцев на советско-германском фронте и привело к капитуляции Италии, положив начало открытию второго фронта, используя терминологию Черчилля, в «мягком подбрюшье Европы», но и стало генеральной репетицией триумфальной высадки союзников на северном побережье Франции спустя год[460].

Как уже говорилось ранее, освобождение Сицилии и последовавшие вскоре десанты англо-американских войск на Сардинию, Корсику и юг Апеннинского полуострова в заливе Салерно превратили Мальту, служившую в течение трех лет передовой линией обороны Британской империи, в тыловой опорный пункт англичан на Средиземноморском ТВД. Доказательством этому факту стало значительное сокращение ее гарнизона в октябре 1943 г., хотя вопрос об этом был впервые поставлен экспертами Объединенного комитета по военному планированию еще в конце августа 1942 г.[461] Дополнительным свидетельством кардинального изменения положения архипелага явилось интернирование 10 сентября 1943 г. английским командованием в его территориальных водах 76 из 206 кораблей ВМФ Италии. На следующий день Каннингхэм, ставший в начале 1943 г. полным адмиралом и вернувшийся на пост главнокомандующего британскими силами в бассейне Средиземного моря, торжествующе известил морское ведомство: «Пожалуйста, сообщите лордам, что итальянский военный флот в настоящее время стоит на якоре под дулами орудий крепости Мальта»[462]. Так завершилась итало-британская война, хотя формальное подписание акта о капитуляции новым премьер-министром Апеннинского Королевства маршалом П. Бадольо и генералом Эйзенхауэром состоялось опять-таки на Мальте только спустя три недели — 29 сентября 1943 г.[463]

Любопытно, что в конце того же года на Мальту были доставлены военнослужащие Итальянского пионерного полка, которые занимались разбором руин и восстановлением инфраструктуры. Несмотря на то что итальянцы более чем три года воевали против мальтийцев, солдаты и офицеры прибывшей части не рассматривались как военнопленные. Они могли свободно покидать расположение лагеря, находившегося в форте Делимара на юго-востоке Мальты. Им также было предоставлено право в свободное от работы время гулять по улицам ближайших населенных пунктов и общаться с жителями, хотя и на ограниченном расстоянии от места дислокации полка. При этом многие мальтийцы посещали лагерь бывших противников, продавая, а чаще даря итальянцам, с которыми они общались на их родном языке, сигареты, небольшие плитки шоколада и бутылочки пива. Военные моряки — члены команд интернированных кораблей итальянского флота — построили футбольное поле в бухте Марсашлок. По воскресеньям после мессы и завтрака там проводились футбольные матчи между командами британского гарнизона и упомянутого пионерного полка. Как впоследствии свидетельствовали их участники, игры проходили азартно и напряженно[464].

В предыдущей главе было рассказано о том, что признанием выдающихся заслуг правительства, гарнизона и народа средиземноморской колонии перед Великобританией и всеми государствами — членами Антигитлеровской коалиции стало награждение Мальты Георгиевским Крестом весной 1942 г. Показательно, что спустя год мальтийцы торжественно отметили это событие праздничными мероприятиями, которые не могли не включить публичное выступление Горта на специальном заседании. Его речь транслировалась по радио 15 апреля 1943 г., а на следующий день была опубликована на первой полосе газеты «Таймс оф Мальта». Весьма характерной стала фраза губернатора о том, что дарование острову Креста Святого Георгия «беспрецедентно для истории Британской империи, поскольку его получил народ целой страны»[465].

Неслучайно также, что деятельность Горта как руководителя обороны на завершающем этапе осады получила должную оценку простых мальтийцев, которые 12 марта преподнесли ему Меч Славы, изготовленный из стали и серебра на их пожертвования известным местным оружейником. На церемонии, которую организовали 64 военных и гражданских клуба Мальты и Гозо и которая прошла на столичной площади Св. Филиппа, губернатора встречала огромная толпа жителей. Выражая благодарность народу Мальты за столь почетный дар, губернатор заявил: «Всю оставшуюся жизнь я буду с гордостью хранить этот Меч, не только потому, что люди всегда считали мечи символом военной доблести, но также в память о Мальте и Гозо в дни войны, с которыми я связываю его»[466]. Спустя четыре месяца фельдмаршал Горт, получивший это звание в день приезда короля на Мальту, речь о котором пойдет ниже, был назначен Высоким комиссаром Великобритании в Палестине и навсегда покинул непокоренный остров[467].

Настоящим венцом героической эпопеи Мальты стал визит на остров Георга VI, который побывал там в третий раз после 1913 и 1927 гг., когда он еще являлся принцем[468]. О своем намерении посетить средиземноморскую крепость суверен сообщил Каннингхэму во время пребывания на территории Алжира. Последний полностью одобрил эту идею, хорошо понимая значимость поездки короля для гарнизона и гражданского населения Мальты, так как до этого остров посещал в 1911 г. Георг V, отец нынешнего монарха[469]. Разумеется, по соображениям безопасности путешествие монарха готовилось в большой тайне и поэтому оказалось приятным сюрпризом не только для обывателей, но и для местных властей[470].

Рано утром 20 июня все громкоговорители, установленные на площадях и центральных улицах населенных пунктов, объявили о том, что Его Величество прибывает на остров морем с кратким визитом. Народ быстро заполнил набережную и доступные возвышенности Главной столичной гавани. Уцелевшие строения были украшены флагами Великобритании и Мальты наряду с портретами короля и членов монаршей семьи. Как только крейсер «Аврора» (Aurora), на борту которого находился король, в сопровождении четырех эсминцев и эскадрильи «Спитфайеров» приблизился к башне маяка у входа в гавань Валлетты, утренний воздух огласили тысячи приветственных криков собравшихся. Георг в парадном морском кителе белого цвета стоял на специальной платформе капитанского мостика «Авроры».

Вступив на мальтийский берег, монарх, сопровождаемый адмиралом Каннингхэмом, хорошо знакомым жителям острова, принял рапорт губернатора Горта, а оркестр Королевской артиллерии Мальты исполнил гимн Великобритании. Затем Георг прошел вдоль почетного караула и отправился в губернаторский дворец для беседы с высшими представителями военных, гражданских и церковных властей архипелага. Ему удалось также посетить крупнейший госпиталь в Имтарфе. Очевидец приезда короля — девушка из состава медицинского персонала — рассказывала, что «все доктора, сестры и нянечки высыпали наружу, чтобы получить возможность лицезреть монарха и приветствовать его». Проследовав всего в двух ярдах от них, Георг вызвал у присутствовавших сильное волнение[471].

Визит монарха продолжался 12 часов, и все это время его сопровождала небольшая группа журналистов, стремившихся запечатлеть для истории каждый жест суверена. В приветственном слове Георг подчеркнул: «Эпическая история Мальты символична для опыта Объединенных Наций в этой войне. Ведь Мальта успешно прошла через этапы горестной неподготовленности, суровой выдержки, интенсивной тренировки и ожесточенного сопротивления»[472]. Характерно, что при прощании в ответ на заключительную фразу вице-губернатора Д. Кэмпбелла о том, что приезд Его Величества сделал народ Мальты счастливым, Георг с чувством воскликнул: «Сегодня именно я стал самым счастливым человеком на Мальте!»[473] В свою очередь Каннингхэм вспоминал позднее: «Мне довелось быть свидетелем многих запоминающихся зрелищ, но это стало самым впечатляющим из всех. Поездка вызвала одно из наиболее спонтанных и искренних проявлений лояльности и любви, которое я когда-либо наблюдал»[474].

Не менее значимыми, хотя и не столь помпезными, стали посещения Мальты Черчиллем и Рузвельтом. Визит первого проходил с 17 по 19 ноября 1943 г. накануне важнейших международных конференций в Каире и Тегеране. Отметим, что до Второй мировой войны Черчилль приезжал на остров четыре раза, но эти поездки носили частный характер[475]. Теперь он прибыл на Мальту в качестве национального лидера, внесшего заметную лепту в то, чтобы не допустить ее захвата войсками государств «оси». Надо сказать, что премьер-министр уже давно выражал желание посетить архипелаг, чтобы самому ознакомиться с тамошней ситуацией. К сожалению, во время этой поездки он страдал от сильнейшей простуды, и поэтому визит прошел без публичных приветствий и празднеств. Можно также предположить, что отсутствие паблисити было обусловлено нежеланием премьера привлекать внимание к своим международным турне в условиях продолжавшейся войны. Пробыв на острове два дня, Черчилль по настоянию врачей вынужден был главным образом соблюдать постельный режим, хотя он все же собрал заседание высшего командного состава и посетил доки Главной столичной гавани, где его с энтузиазмом приветствовали рабочие. С балкона дворца Великого магистра глава британского правительства помахал своей черной морской фуражкой в адрес публики, составив пальцами правой руки традиционный знак «V» (Victory — Победа), чем вызвал восторженную овацию публики. Интересно, что во время поездки по Мальте его сопровождали губернатор Горт, начальники штабов, а также двое взрослых детей: сын — майор Р. Черчилль и дочь — офицер Главного управления авиации С. Оливер[476]. До окончания войны британский премьер-министр еще дважды посещал Мальту: 1–2 декабря 1943 г. по пути домой из Тегерана и 30 января — 2 февраля 1945 г. для переговоров с Рузвельтом по дороге в Ялту на очередную конференцию «Большой Тройки»[477].

Что же касается президента США, то его приезд на Мальту 8 декабря 1943 г. явился третьим по значимости визитом мировых политических лидеров для местной администрации, гарнизона и населения. В 9:30 президентский «Дуглас С-54» (Douglas C-54) в сопровождении 20 американских и британских истребителей совершил посадку на аэродроме Лука. Встреченный представителями высшего военного командования, включая генерала Эйзенхауэра, под звуки национального гимна США президент на военном джипе совершил объезд почетного караула, выстроенного на взлетной полосе. Там же он огласил «Торжественное Послание» (Illuminated Scroll) народу и защитникам Мальты, врученное затем губернатору Горту. Текст обращения, в частности, гласил: «Яркая эпопея человеческих мужества и смелости останется на века примером для будущих поколений, которые прочитают о ней с удивлением и благодарностью. То, что было сделано на этом острове, продолжает высокие традиции отважных мужчин и женщин, которые с начала времен жили и умирали ради сохранения человеческой цивилизации»[478].

В послевоенные годы правительство Мальты приложило немало усилий для увековечения памяти защитников архипелага: воздвигались монументы, как, например, величественный памятник перед главными воротами Валлетты; приводились в порядок архивы; стали издаваться воспоминания участников и альбомы с фотохроникой трагических событий 1940–1943 гг.[479] Предоставление Великобританией конституции Мальте в 1947 г., а затем получение ею независимости 21 сентября 1964 г. и объявление республикой спустя еще десять лет открыли благоприятные перспективы дальнейшего сохранения исторического наследия предыдущих поколений жителей архипелага. 29 июля 1974 г. первых посетителей принял Национальный военный музей Мальты, значительная часть экспозиции которого посвящена второй великой осаде. Спустя четыре с половиной года в местной прессе были опубликованы воспоминания одного из участников обороны[480].

29 мая 1992 г. королева Елизавета II вместе с президентом Мальты В. Табоне торжественно открыли бюст У. Черчилля в так называемых Верхних садах Баракка — живописном уголке Валлетты. Подлинным символом примирения между бывшими противниками стало возложение венков группой итальянских ветеранов войны в мае 1993 г. к подножию Военного мемориала во Флориане — одном из пригородов Валлетты[481].

Современный период характеризуется расширением деятельности общественных структур, которые продолжают издавать книги, альбомы и журналы, посвященные защитникам архипелага, организуют новые мемориальные комплексы, как, например, Музей авиации в Такали, начавший свою работу в 1994 г., проводят костюмированные реконструкции эпизодов битвы за Мальту на территории старинных фортов и бастионов[482]. Посетив архипелаг в 2015–2018 гг., автор убедился в том, что память о периоде его героической обороны и тех жертвах, которые мальтийцы положили на алтарь победы, жива до сих пор.

Победа, одержанная мальтийцами над жестоким врагом в ходе изнурительной осады средиземноморского архипелага с середины 1940 до конца 1942 г., потребовала от его отважных защитников немалую цену. Мальта и Гозо пережили 3340 воздушных налетов, в результате которых на их землю было сброшено 16 577,5 т бомб и мин (см. Прил. 1 и 2). Общие людские потери (убитых, умерших от ран, пропавших без вести и раненых) составили 5318 чел., включая, что самое страшное, 1336 детей до 16 лет (см. Прил. 3). Бомбардировки, обстрелы и подрывы мин привели к разрушению 27 558 капитальных строений, из которых 12 989 получили частичные повреждения (см. Прил. 4). В это число вошли 70 храмов, 18 монастырей, 22 школы, 8 больниц, 5 банков и 48 других общественных зданий[483].

Конечно, вряд ли можно согласиться с суждениями некоторых зарубежных исследователей о том, что Мальта в 1940–1943 гг. выступала «центральным ТВД» или что архипелаг получал определенную «экономическую выгоду» от усилий Великобритании по всемерному повышению его оборонного потенциала[484]. Однако на основе материала, изученного автором, становится ясной та заметная роль, которую сыграла во Второй мировой войне оборона этой средиземноморской крепости, справедливо названной немецким гросс-адмиралом К. Редером «ключом к Среднему Востоку»[485].

При этом значение длительной блокады Мальты для действий англичан в Средиземноморье определялось не только ее исключительно выгодной стратегической позицией на морских и воздушных коммуникациях между Южной Европой, Северной Африкой и Ближним Востоком, но и тем немаловажным обстоятельством, что без господства над ней обеспечение Великобритании нефтепродуктами из регионов Западной Азии становилось довольно проблематичным. Кроме того, захват Мальты серьезно осложнил бы ремонт британской военной техники, а также лишил солдат медицинской помощи. Можно с высокой долей вероятности предположить, что нейтрализация этой оперативной базы ВВС и ВМФ в 1941 или 1942 гг. самым серьезным образом затруднила бы последующие действия союзников не только на интересующем нас театре, но и на других фронтах мировой войны. Впрочем, вряд ли Сталин пошел бы на перемирие с Гитлером даже без победы союзников на Средиземном море, как полагают некоторые зарубежные авторы, впрочем, не являющиеся профессиональными историками[486].

С другой стороны, реконструкция драматической эпопеи защитников Мальты позволяет развенчать еще один миф, распространенный в западной историографии. Он обусловлен мнением о том, что благодаря концентрации усилий вермахта на осаде британского форпоста значительные силы гитлеровского командования не были переброшены на Восточный фронт[487]. Заметим, что хотя на территории Итальянского королевства в 1943–1944 гг. находилось более 1 млн 100 тыс. военнослужащих, все же несколько десятков тысяч десантников, предназначавшихся для штурма Мальтийского архипелага вряд ли сыграли бы решающую роль в борьбе против Красной Армии. Разумеется, неверно полностью отрицать снижение интенсивности действий Люфтваффе на советском фронте после переброски в Сицилию самолетов II авиакорпуса к концу 1941 г. Однако уже летом следующего года фюрер приказал передислоцировать их в другие регионы, что, по мнению специалистов, являлось фатальной ошибкой с точки зрения реализации плана захвата архипелага[488].

В исследовательской литературе существуют различные мнения относительно периодизации второй великой осады Мальты. Наша работа показала, что на фоне внутренней и внешней динамики событий корректно определить три основных этапа обороны архипелага: начальный, преимущественно «итальянский» — с июня по декабрь 1940 г., продолжавший его «германский», который охватывал практически весь 1941 г., особенно его первую половину, и завершающий, обусловленный совместными итало-германскими атаками британского «непотопляемого авианосца» в 1942 г., когда судьба Мальты, по признанию большинства участников событий, «висела на волоске» из-за постоянного изменения баланса сил между державами «оси» и союзниками по Антигитлеровской коалиции[489].

Что же помогло защитникам Мальты выстоять перед лицом беспощадного врага? Полагаем, что залогом успеха стало сочетание нескольких факторов.

Во-первых, нельзя отрицать подготовку архипелага к осаде, хотя и незаконченную полностью на момент вступления в войну Италии, о чем с большой долей критики отзывался целый ряд представителей высшего командного состава Великобритании[490]. Далее, стоит указать на существенную лепту, которую внесли британские доминионы, а также США в сохранение имперской морской крепости под контролем метрополии. Не забудем, что тысячи добровольцев из Канады, Австралии и Новой Зеландии — преимущественно летчиков, моряков и артиллеристов — отражали удары итало-германских войск по Мальтийскому архипелагу, а американцы пришли на помощь англичанам, предоставив в их распоряжение боевые корабли, транспорты и авиацию[491]. Третьим, отнюдь не менее значимым слагаемым победы, безусловно явилось вовлечение главных сил вермахта сначала в операции на Балканах, а затем в ожесточенные сражения против советских войск именно на протяжении критических месяцев обороны Мальты. Здесь уместно привести высказывание гитлеровского контр-адмирала К. Асмана: «Немецкое командование, уверившись, что Средиземное море — лишь второстепенный театр войны, перебросило отсюда часть ВВС в Россию для подготовки там летнего наступления 1942 г. и дало возможность англичанам, которые отправили для усиления своих сил на Средиземное море все, что имели, вернуть потерянное господство на море»[492]. В-четвертых, необходимо обратить внимание на стратегические просчеты фашистских диктаторов — Гитлера и Муссолини. Согласно мнению большинства историков, фюрер и Генеральный штаб Третьего рейха постоянно упускали из вида Средиземноморский ТВД, а дуче и высший генералитет Италии распыляли силы и средства, поставив перед вооруженными силами невыполнимую задачу проведения крупномасштабных боевых действий одновременно на нескольких фронтах от Южной Франции до Балкан, включая побережье Северной Африки[493].

К еще одной причине фиаско агрессоров следует отнести постепенное овладение британскими летчиками господства в небе над Средиземным морем. По справедливому суждению военных историков, «базирующиеся на Мальте истребители и бомбардировщики вынуждали фашистские суда уклоняться с обычного кратчайшего пути, чтобы оказаться за пределами радиуса действия самолетов. Это значительно снижало эффективность морских перевозок в Северную Африку»[494]. Показательно, что блокада архипелага весной 1942 г. позволяла командованию держав «оси» успешно перебрасывать по морю на помощь силам Роммеля более 90 % транспортов. В то же время возрастание эффективности британских ударов по итало-германским конвоям осенью того же года привело к ликвидации до 40 % этих судов. Подтверждением сделанному выводу служит, в частности, и прогрессивное увеличение радиуса действий самолетов-торпедоносцев с Мальты — от 100 миль в начале войны до 400 миль в 1943 г.[495]

Наконец, отнюдь не принижая заслуг Черчилля как национального лидера, сделавшего максимум для повышения оборонительного потенциала Мальты, а также усилий непосредственных руководителей ее обороны — генералов Добби и Горта, стоит отметить не только эффективную деятельность различных звеньев системы управления архипелагом, но и стойкость военнослужащих гарнизона, а вместе с ним и всех мальтийцев. На долю простых людей, как показано в книге, выпали тяжелые испытания: массированные длительные налеты авиации противника; резкое сокращение рациона питания, вызывавшее истощение организмов защитников, особенно детей и подростков; эпидемии тяжелых инфекционных заболеваний, получивших распространение в условиях субтропического климата; постоянная угроза смерти под обломками зданий, превратившихся в руины.

В этой связи нельзя согласиться с М. Стрикленд, которая в редакционной статье от 19 февраля 1943 г. сетовала, что «британская публика, Би-Би-Си и весь мир не знают или не представляют себе те лишения, которые пережила Мальта»[496]. История обретения независимости и дальнейшего становления Мальтийской республики во второй половине ХХ в. свидетельствует, что подвиг защитников архипелага навсегда остался запечатленным в памяти поколений как одна из ярких страниц совместной борьбы стран Антигитлеровской коалиции против «коричневой чумы».

Автор выражает надежду, что эта книга, познакомившая русскоязычного читателя с героической эпопеей обороны Мальты в годы Второй мировой войны, явится наглядным свидетельством дружественных чувств и искренней симпатии россиян к народу непокоренного средиземноморского острова.

The National Archives of the United Kingdom (TNA).

Admiralty.

British Council.

Cabinet of Ministers.

Colonial Office.

Ministry of Air.

Premier-Minister.

War Office.

Callwell C. E. Military Operations and Maritime Preponderance: Their Relations and Interdependence. Edinburgh — London, 1905. P 73.

Frendo H. A Pictorial Survey of Malta during the Second World War. Photo Album. Valletta, 1990; Mizzy J. (ed.) Malta at War. Malta, 2000–2001. Vol. 1. Iss. 1–8. Vol. 2. Iss. 9–13. Наиболее интересными политическими карикатурами автору показались рисунки на военные темы в газете «Таймс оф Мальта» (Times of Malta) за 18 мая 1941 г. и 24 мая, 13 сентября, 8 ноября 1942 г.

Coldbeck H. The Maltese Spitfire. One Pilot, One Plane — Find Enemy Forces on Land and Sea. Shrewsbury, 1997.

Galea M. Malta Diary of a War (June 1940 — August 1945). Marsa, 1992.

Mizzi L. The People's War. Malta: 1940-43. Valletta, 1998. Удачным дополнением этой книге служат дневники одного из британцев — защитников Мальты, см.: Luke H. Malta. An Account and Appreciation. London, etc., 1949 (esp. P. 81–104).

Elliott P. The Cross and the Ensign. A Naval History of Malta 1798–1979. Cambridge, 1980; Jellison C. Besieged. The World War II Ordeal of Malta, 1940–1942. New Hampshire, 1984; Bradford E. Siege: Malta 1940–1943. London, 1985; Spooner T. Supreme Gallantry: Malta's Role in the Allied Victory 1939–1945. London, 1996; Forty G. Battle for Malta. Hersham, Surrey, 2003; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. The George Cross Island's Battle for Survival. 1940–43. Barnsley, 2003; Austin. Malta and British Strategic Policy 1925–1943. Ph. D. Thesis. London — New York, 2004; Delve Ken. Malta Strikes Back. The Role of Malta in the Mediterranean Theatre 1940–1942. Barnsley, 2017.

Гусаров В. И. Английская колония Мальта должна была быть захвачена или уничтожена // Военно-исторический журнал. 2004. № 3. С. 11–12; он же. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. — В сб.: Африка: вызов постколониального прошлого. М., 2016. С. 227–237; Корякин В. С. Две осады Мальты. М., 2016.

Holland J. Fortress Malta. An Island under Siege 1940–1943. London, 2004 (1^st ed. London, 2003).

Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean 1939–1945. New York, 1951; Playfair I., et. all (eds) The Mediterranean and the Middle East. London, 1956–1960. Vol. II–III; Warlimont W. Insel Malta in der Mittelmeer: Strategie des Zweiten Weltkrieges. Koblenz, 1958; Cameron I. Red Duster, White Ensign. The Story of the Malta Convoys. London, 1959; Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. London, 1964; Moehlenback O. Ein Kampf gegen Malta und um Nordafrika. Berlin, 1966; Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. 1939–1945 гг. М., 1967; Greene J., Mas-signani A. The Naval War in the Mediterranean. London, 1998; Нимиц Ч., Поттера Э. Война на море (1939–1945). Смоленск, 1999; Thomas D. Malta Convoys 1940–42. London, 1999; Rogers A. Battle over Malta. Aircraft Losses and Crash Sites 1940–42. Guernsey, 2000; idem. Air Battle of Malta. Aircraft Losses and Crash Sites 1940–42. Barnsley, 2017; Woodman R. Malta Convoys, 1940–1943. London, 2000; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море: Взгляд побежденных. М., 2001; etc.

Секистов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря (1939–1943 гг.). М.: Воениздат, 1958; История Второй мировой войны 1939–1945 гг. М., 1974–1982. Т. 2–7, 10, 12; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм (борьба Великобритании за господство на Средиземном море в первой половине XX века). СПб. — Уссурийск, 2004.

Colville J. R. Man of Valour. The Life of Field-Marshal, the Viscount Gort. London, 1972; Dobbie S. Faith and Fortitude. The Life and Work of Sir William Dobbie. London: Lindsay — Drummond, 1980. К этой же категории относится биография М. Стрикленд — дочери премьер-министра правительства Мальты с 1927 по 1932 г., родившейся и проживавшей на острове вплоть до своей кончины, см.: Alexander J. Mabel Strickland. Valletta, 1996.

Напр., см.: Ritchie L. Malta Invicta. London, 1942; Gerard F. Malta Magnificent. London, etc., 1943; Oliver L. Malta Besieged. London, etc., 1943; Domenico F. de. An Island Beleaguered. Valletta, 1946; Micallef J. When Malta Stood Alone (1940–1943). Valletta, 1981; Vella P. Malta: Blitzed but Not Beaten. Valletta, 1985; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. Valletta, 1988; Mifsud R. Flames over Malta. Marsa, 1989; Boffa C. The Second Great Siege. Malta, 1940–1943. Valletta, 1992; Leighton F. Frayed Lifelines: A Siege Survivor's Story. London, 2003; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action: A History of Civil Defense 1940-43. Valletta, 2003; Debono C. Malta during World War II. The Strategic Role of the Island during the Conflict. Valletta, 2017.

Monsarrat N. Kappillan of Malta. London, 1975

См., напр.: Кукуй Э. Оборона Мальты, июнь 1940 — декабрь 1942 г. — www.proza.ru; Боевые действия итальянских войск на Мальте во Второй мировой войне — www.airaces.ru

Zolina E. S. (comp., ed.) Three Centuries of Russo-Maltese Connections 1698–1998. Valletta: Progress Press, 2002. (Дмитриев М. В. Рецензия на сборник статей под редакцией Е. С. Золиной // Вопросы истории. 2003. № 10. С. 165–167); Золина Е. С. Мальта и Россия. Путешествие через века. М., 2005.

Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 18.

Bradford E. Siege. P. 11.

World Atlas. Explore the World. Glasgow, 2016. P. 20–21. Описание ландшафта и населенных пунктов острова Гозо дано в мемуарах Г. Люка — заместителя губернатора Мальты с 1930 по 1938 г., см.: Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 181–188.

Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 12; Bradford E. Siege. P. 121.

Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. London, 1964. P. 28.

См. подр.: Bradford E. Siege. P 59–63.

Цит. по: Simpson M. (ed.) The Cunningham Papers. Aldershot, 1999. Vol. 1. P 139. Анализ опубликованных биографий Каннингхэма можно найти в книге: Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм.

Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. 1939–1945 гг. М., 1967. С. 141.

Роскилл С. Флаг Святого Георгия: Английский флот во Второй мировой войне. М., 2000. С. 193.

Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. Хроника боевых действий германских ВВС во Второй мировой войне 1939–1945. М., 2004. С. 323. О стратегическом значении Мальтийского архипелага также см.: Cameron I. Red Duster, White Ensign. P. 1–5.

Цит. по: Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 135.

Цит. по: Cameron I. Red Duster, White Ensign. P. 1. Схема стратегических маршрутов, проходивших через Мальту в бассейне Средиземноморья, представлена в официальном отчете: The Air Battle of Malta. The Official Account of the RAF in Malta, June 1940 to November 1942. London, 1944. P. 29, 84–85.

История Второй мировой войны 1939–1945 гг. М., 1974. Т. 3. С. 146.

О проблемах снабжения населения пресной водой см. подр.: Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 33.

Hay I. The Unconquered Isle. The Story of Malta G. C. London, 1943. P. 91; East of Malta, West of Suez. The Dramatic Inside Story of the Winning of Naval Control of the Mediterranean, 1939–1943. Boston, 1944. P. 42; Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 17; Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. London, 1987. P. XI; Hogan G. Malta: The Triumphant Years. P. 18; Greene J., Massignani A. The Naval War in the Mediterranean. P 51; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P. 13.

Holland J. Fortress Malta. P. 17. Также см.: Dobbie S. Grace under Malta. London, 1944. P. 158.

Woodman R. Malta Convoys. P 2.

Jellison C. Besieged. P 15.

Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 2527; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 9–10. О постоянном воздействии ситуации в Италии на политику Британии по отношению к Мальте см. подр: Harrison S. Britain in Malta. Ph. D. Thesis. Valletta, 1953. Vol. II.

Hay I. The Unconquered Isle. P. 90; Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 21; Perowne S. The Siege within the Walls. Malta 1940–1943. London, 1970. P 21–23.

Hay I. The Unconquered Isle. P. 20–34, 42–62; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 84.

Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 3; Hughes Q Britain in the Mediterranean and the Defence of Her Naval Stations. Liverpool, 1981. P. 183–194.

AttardJ. Britain and Malta. The Story of an Era. Mar-sa, 1988. P. 106.

Mifsud R. Flames over Malta. P 13.

Zolina E. S. Russian Refugees in Malta at the Beginning of the Twentieth Century. — In: Zolina E. S. (comp., ed.) Three Centuries of the Russo-Maltese Connections. P. 208.

Вопрос о выплате компенсации бывшим подданным Британской империи, включая мальтийцев, был урегулирован только 15 июля 1986 г., но касался он не ценных бумаг, а лишь имущества физических лиц, национализированного или конфискованного большевиками в ходе революционных событий 1917–1922 гг., см.: Ellul M. The October Revolution and Its Effect on Maltese Holders of Russian Bonds. — In: Zolina E. S. (comp., ed.) Three Centuries of the Russo-Maltese Connections. P. 297–298.

Dobbie S. Grace under Malta. P. 94; Bradford E. Siege. P. 8.

Немецкий коммивояжер, посетивший Мальту перед войной, отметил: «Вы такие счастливые люди и всегда смеетесь». Цит. по: Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 80.

Norman K. For Gallantry. Malta's Story by a Naval Wife. Ifracombe, 1956. P 59.

Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 35–36.

Описание религиозных праздников на Мальте можно найти в мемуарах, см.: Dobbie S. Grace under Malta. P. 83–94.

Attard J. The Battle of Malta. An Epic True Story of Suffering and Bravery. London, 1980. P. 15–16.

Norman K. For Gallantry. P. 14.

Spooner A. Faith, Hope and Malta GC. P. 86–88; Alexander J. Mabel Strickland. P. 79–88.

The National Archives of the United Kingdom (TNA). British Council Archives (BW). 43/4. British Cultural Institute, Valetta, 1941–1943.

Dobbie S. Grace under Malta. P. 29; Weldon H. E. C. Drama in Malta. A Personal Flash Back. S. l., 1946. P 6.

Williamson D. The Siege of Malta 1940–1942. Barnsley, 2007. P. 2.

Jellison C. Besieged. P. 14–15.

Perowne S. The Siege within the Walls. P. 21; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. Barnsley, 2003. P. 7.

Poolman K. Faith, Hope and Charity. Three Planes against an Air Force. London, 1954. P. 19–20.

Blouet B. The Story of Malta. Valletta, 1984. P. 187188; Attard J. Britain and Malta. P. 112–130.

The National War Museum of Malta Association (NWMMA). Lieutenant-Government's Office. F. 11/1. F. 1. Также см.: Bradford E. Siege. P. 2. Любопытно, что именно в абиссинской войне 1935–1936 гг. итальянцы впервые использовали человеко-торпеды. В 1941 г. они попытались повторить этот опыт у берегов Мальты, (см. подр. гл. 3).

NWMMA. Lieutenant-Government's Office. F. 11/1. F. 3.

Ritchie L. Malta Invicta. P. 7–8; Norman K. For Gallantry. P 24–25.

См. Подр.: Jellison C. Besieged. P. 15–16; Austin D. Malta and British Strategic Policy. P. 35–63; Гусаров В. И. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. С. 228.

Spooner A. Faith, Hope and Malta GC. P. 86–88; Alexander J. Mabel Strickland. P 67. Характерно, что после вступления Италии в мировую войну на страницах «Таймс оф Мальта» публиковались призывы запретить на острове все итальянское, включая классическую музыку и оперы итальянских композиторов, см.: Weldon H. E. C. Drama in Malta. P. 60.

Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P 17.

Attard J. Britain and Malta. P 112.

Цит. по: Debono C. Malta during World War II. The Strategic Role of the Island during the Conflict. Valletta, 2017. P. 21–22.

Ibid. P. 24.

TNA. Premier-Minister Correspondence (PREM). 3/266/5. Note by Lord Gort, the Governor General of Malta, on shipment of supplies to Malta, 21 August 1942.

Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 5.

Цит. по: История Второй мировой войны. Т. 2. С. 368.

Gilbert M. Winston S. Churchill. Boston, 1983. Vol. VI. P. 404, n. 1.

О развитии итало-британских отношений по кризисному сценарию см. подр.: Austin D. Churchill and Malta's War. 1939–1943. Stroud, 2010. P. 29–45.

Hay I. The Unconquered Isle. P. 90–91; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 5; Bradford E. Siege. P. 17; Debono C. Malta during World War II. P. 26.

Oliver L. Malta at Bay. An Eye-Witness Account. London, etc., 1943. P. 5.

Цит. по: Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 18.

TNA. War Office (WO). 106/3062. Cables from Malta's Governor General to the War Office, 4 June 1940. О гарнизоне Мальты перед началом войны с Италией также см.: Jellison C. Besieged. P. 18–28; Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 219–220; Austin D. Churchill and Malta's War. P 57–74; Debono C. Malta during World War II. P. 27, 35.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P 3; Grech C. Raiders Passed. Wartime Recollections of a Maltese Youngster. Valletta, 2002. P. 11–12. См. подр.: Zarb-Dimech A. Taking Cover. A History of Air-Raid Shelters. Malta 19401943. Valletta, 2001.

Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. P. 1.

TNA. WO 106/3062. Cables from Malta's Governor General to the War Office, 31 May 1940.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 3–4; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P 12, 56–67.

Boffa C. «The Illustrious» Blitz. Malta in Wartime 1940–41. Valletta, 1995. P 2.

Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. P. 369; Cull B., Galea F. Gladiators over Malta. The Story of Faith, Hope and Charity. Rabat, 2013. P. 9.

Отметим, что в 1941–1942 гг. британское военное командование приложило большие усилия по строительству двух дополнительных взлетно-посадочных полос в Сафи и Ренди на юго-западе Мальты, см.: Caruana R. Malta George Cross. Victory in the Air. Luqa, 1996. P. 224.

Grech C. Raiders Passed. P. 68; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 59.

Модель истребителя «Глостер Гладиатор» для сухопутных войск поступила в массовое производство еще в 1937 г. Он имел крейсерскую скорость 400 км/час и максимальную высоту подъема 4725 м, см.: Blouet B. The Story of Malta. P. 195.

Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. The Diaries of a Spitfire Pilot. Shrewsbury, 2000. P. 5. О действиях итальянских ВВС в период Второй мировой войны см. подр.: Dunning C. Courage Alone. The Italian Air Force 1940–1943. London, 1998.

TNA. WO 106/3062. Cables from Malta's Governor General to the War Office, 12 June 1940; Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P 6. О состоянии аэродромов Мальты перед войной см.: The Air Battle of Malta. P. 12–13; Macyntire D. The Battle for the Mediterranean. P. 28; Attard J. Britain and Malta. P. 142; Coldman A. Malta. An Aviation History. Marsa, 2001. P 105; Debono C. Malta during World War II. P 36.

Austin D. Malta and British Strategic Policy. P 185.

The National Archives of Malta (NAM). The Government of Malta Air Raid Precautions Department (ARP). 49/40. Report of the Air Raid Precautions Department, 24 December 1939.

Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 223; Austin D. Malta and British Strategic Policy. P. 87–88, 185; Debono C. Malta during World War II. P 36 Несмотря на критику, в целом позитивную оценку деятельности Бонэм-Картера можно найти в книге: Austin D. Churchill and Malta's War. P. 95–111.

Boffa C. «The Illustrious Blitz». P. 29; Debono C. Malta during World War II. P. 42–43.

Times of Malta, 11 May 1940. О деятельности генерал-лейтенанта У. Добби на Мальте в 1940–1941 гг. см. подр.: Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 218–225; Attard J. Britain and Malta. P 151; Austin D. Churchill and Malta's War. P 39–42, 178.

Debono C. Malta during World War II. P. 30.

Colville J. Man of Valour. P. 247.

Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 24.

При этом к 1940 г. общая численность сухопутных сил Италии вместе с колониальными войсками составляла 71 дивизию или 1,1 млн чел., см.: История Второй мировой войны. Т. 3. С. 147. О сравнительной оценке военного потенциала Италии и Великобритании на Средиземноморском ТВД также см.: Черчилль У. Вторая мировая война. М., 1991. Кн. 1. С. 484.

Turner J. Periscope Patrol. The Saga of the Malta Submarines. Barnsley, 2008. P 21–23.

Секистов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 160; Wragg D. Malta: the Last Great Siege. P. 31–33; Гусаров В. И. Английская колония Мальта должна быть захвачена или уничтожена. С. 11.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 1. С. 379, 505, 515.

О разногласиях между Черчиллем и Адмиралтейством см. подр.: Roskill S. Churchill and the Admirals. London, 1977.

Attard J. The Battle of Malta. P. 35; Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 142; Woodman R. Malta Convoys 1940–1943. P. XVII.

Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P. 1.

Evening Standard, 11 November 1935. Цит. по: Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 218.

Debono C. Malta during World War II. P. 46.

Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 10.

Об «итальянском блицкриге» на Мальте в 1940 г. см. подр.: Spooner A. In Full Flight. London, 1965. P. 168–177; Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 98–112; Boffa C. The Second Great Siege. P. 23–32; Holland J. Fortress Malta. P. 39–78; Williamson D. The Siege of Malta. P 1020; Austin D. Churchill and Malta's War. P. 46–56; Cull B, Galea F. Gladiators over Malta. P. 25–78; Delve K. Malta Strikes Back. P. 4–44.

Galea M. Malta Diary of a War. P. 3; Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P. 6–7.

Хронику боевых действий военнослужащих базы в Калафране можно найти в книге: Galea F. Call-Out. A Wartime Diary of Air/Sea Rescue Operations at Malta. Valletta, 2002.

NWMMA. Lieutenant-Government's Office. Information Office. F. 1. Calendar of Main Events. Italian War on the Malta Front. F. 1. Детальное описание первых воздушных рейдов итальянской авиации против Мальты содержится в работах: Ritchie L. Malta Invicta. P. 8; Oliver L. Malta at Bay. P. 7–8; East of Malta — West of Suez. P. 42–47; Bradford E. Siege. P. 3–4; AttardJ. Britain and Malta. P 143–145; Woodman R. Malta Convoys. P 32; Cull B, Galea F. Hurricanes over Malta. June 1940 — April 1942. London, 2001. P. 8; Debono C. Malta during World War II. P. 50–51.

NWMMA. Lieutenant-Government's Office. Information Office. F. 1. F. 9.

Vella P. Malta: Blitzed but Not Beaten. P. 29.

Weldon H. Drama in Malta. P. 59; Attard J. The Battle of Malta. P. 84–85.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P 26–27.

Как уже отмечалось, самоотверженная деятельность священников, оказывавших помощь населению архипелага, нашла художественное отражение в романе одного из мальтийских литераторов, см.: Monsarrat N. Kappillan of Malta. London, 1975.

О начальном этапе эвакуации гражданского населения см. подр.: Attard J. The Battle of Malta. P. 34; Micallef J. When Malta Stood Alone. P 12–13, 38; Jellison C. Besieged. P. 40–50; Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P. 4958; Debono C. Malta during World War II. P. 51, 54.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. Information Office. F. 1. F. 11.

Ibid. F. 4. Information Office Communiques, 12 June — 31 December 1940.

Ibid. F. 3. Police Air Raids Reports. Vol. 1–3, 26 July 1940 — 31 December 1942.

NAM. ARP 73/40. Bundle 14. No. 11. Ff. 1–4. Mr. Mercieca to Mr. Samson, Air Raid Precautions Department, 10 June 1940.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 3. Vol. 2. Police Air Raids Reports, 27 January, 8 May 1942. Также см.: Micaleff J. When Malta Stood Alone. P 21.

Ibid. F. 1. Information Office. Calendar of Main Events, 13 June 1940; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 82.

Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 59.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 30.

TNA. Colonial Office (CO). 323/1795/2. Censorship in Malta. Instructions by the Admiralty and Air Ministry, 19 June 1940. Также см.: Galea M. Malta Diary of a War. P. 4; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P. 27–28.

Oliver L. Malta at Bay. P. 13; Grech C. Raiders Passed. P. 18–19, 21.

Perowne S. The Siege within the Walls. P 46.

Oliver L. Malta at Bay. P. 15.

TNA. War Office (WO). 106/3062. Ciphered Cables from Dobbie to the War Office and Back, 24 June 1940. Также см.: BradfordE. Malta: Siege 1940–1943. P 3.

Grech C. Raiders Passed. P. 12, 21–22.

Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P. 73.

Dobbie S. Grace under Malta. P. 9.

Цит. по: Ritchie L. Malta Invicta. P. 31. О морали и религиозных чувствах мальтийцев в первые недели осады также см.: Bradford E. Siege. P. 3; Williamson D. The Siege of Malta. P. 20–22.

Цит. по: NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. Information Office. F. 1. F. 3.

Bradford E. Siege. P. 4, 6; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 27–28.

Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 220; Attrad J. The Battle of Malta. P. 38; Cull B., Galea F. Gladiators over Malta. P 9, 17. Первыми военными летчиками Мальты стали Джон Уотерс и два Питера — Хартли и Александер.

Coldman A. Malta. An Aviation History. P. 121; Cull B., Galea F. Gladiators over Malta. P. 64–65. Любопытно отметить, что Бёрджесс потом успешно воевал, прожил долгую жизнь и скончался в 1990 г. в возрасте 74 лет.

Spooner A. Faith, Hope and Malta GC. P. 3. Подр. см.: Cull B., Galea F. Hurricanes over Malta. P 21–36. Сопоставление тактико-технических характеристик (ТТХ) боевых самолетов Великобритании, Германии и Италии можно найти в книге: Секистов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 409.

Galea F. Call-Out. A War Time Diary of Air/Sea Rescue Operations at Malta. Valletta, 2002. P. 30.

Bellot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 9; Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 143.

Там же. С. 132, 137–138.

История Второй мировой войны. Т. 3. С. 165.

Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 141.

TNA. PREM 2/266/10A. Churchill to Major General Ismay, 12 July 1940.

Ibid. Cabinet Papers (CAB). 120/624. Offensive operations, 1940–1941. Ismay to Chiefs of Staff Committee, 12 July 1940.

Ibid. Churchill to Pound, 15 July 1940. Также см.: Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P. 3.

Gilbert M. (ed.) The Churchill War Papers. London, 1994. Vol. II. P 865; Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 1. С. 505–506.

TNA. CAB 120/619. Convoys, 1 September 1940 — 30 April 1943; Gilbert M. (ed.) The Churchill's War Papers. Vol. II. P. 865, 904, 936–937, 1091; ibid. Vol. III. Foreword.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 1. С. 515–516.

Thomas D. Malta Convoys. P. 1. Примечательно, что адмиралу Нельсону принадлежало следующее высказывание: «Мальта в моих мыслях, снах и грезах». Цит. по: Caruana R. Malta George Cross. P. 1.

Macyntire D. The Battle for the Mediterranean. P. 29. Об эволюции британских стратегических планов в отношении Мальты на протяжении 1940 г. см. подр.: Austin D. Malta and the British Strategic Policy. P 91–106.

См. подр.: Woodman R. Malta Convoys. P 40–52; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 92–95.

East of Malta, West of Suez. P. 42.

Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 145.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. Information Office. F. 1. F. 12.

Cameron I. Red Duster, White Ensign. P. 77; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P 137; Lucas L. Malta — A Thorn in Rommel's Side. London, etc., 1992. P XVI; Thomas D. Malta Convoys. P 27–28. О мальтийских конвоях в 1940–1942 гг. также см.: Oliver L. Malta Besieged. P. 32–44, 44–57; Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 105–125; Holland J. Fortress Malta. P. 56, 76, 86–88, 223–224, 254–260, 279–280, 321–323, etc.

Attard J. Britain and Malta. P. 147.

Boffa C. The «Illustrious» Blitz. P. 3, 7.

Ibid. P. 2. О проблемах использования радарных установок на Мальте см. подр.: Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. II. P. 45.

Grech C. Raiders Passed. P 12; Oliver L. Malta at Bay. P. 77.

Ritchie L. Malta Invicta. P 11–12; Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 135; Grech C. Raiders Passed. P. 54.

Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P. 97–102. О строительстве и организации повседневной жизни людей в бомбоубежищах на протяжении осады Мальты см. подр.: Ritchie L. Malta Invicta. P. 12–16; Grech C. Raiders Passed. P. 105–113; Mizzi L. The People's War. P. 37.

Alexander J. Mabel Strickland. P. 105; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 37. Сам лорд Стрикленд скончался в результате тяжелой болезни 22 августа 1940 г., см.: Perowne S. The Siege within the Walls. P. 55.

Hogan C. Malta. The Triumphant Years. P. 79; Boffa C. The Second Great Siege. P 27.

Об этом случае в одном из донесений, адресованных Военному министерству, сообщил губернатор Добби, см.: TNA. WO 106/3063. Cables from Dobbie to the War Office, 27 July 1940.

TNA. CO 967/87. Lloyd to Dobbie, 12 August 1940; ibid. WO 106/3064. Dobbie to the War Office, 20 November 1940. Об интернировании и высылке лиц, проявлявших симпатии к Италии, подр. см.: Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 225; Debono C. Malta during World War II. P. 132–134.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 7, 41; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P 90, 92.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 16–17, 42–44. Стоит отметить, что одним из первых взнос в этот фонд 30 августа 1940 г. сделал вице-адмирал Каннингхэм, чье пожертвование составило более 697 ф. ст. — немалую сумму для того времени, см.: NWMMA. LieutenantGovernor's Office. Information Office. F. 1. F. 13.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 1. С. 576. Только в ноябре 1940 г. на Мальту были переброшены эскадрильи торпедоносцев «Свордфиш» (Swordfish), тяжелых бомбардировщиков «Веллингтон» (Wellington) и несколько подводных лодок, см.: Attard J. Britain and Malta. P. 148.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. Information Office. F. 1. F. 30.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 1. С. 535. Черчилль — генералу Исмею, 1 декабря 1940 г.

TNA. Admiralty (ADM). 199/387. F. 149. War Diary in the Mediterranean, September — December 1940.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. London, 1953. P. 123.

Liddell Hart B. (ed.) The Rommel Papers. London, 1953. P. 120.

См.: Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 32; Perowne S. The Siege within the Walls. P. 57–60; Mizzi L. People's War. P. 318; Austin D. Malta and British Strategic Policy. P 76–82, 84–90; idem. Churchill and Malta's War. P. 58.

Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 44.

TNA. PREM. 3/266/5. Ff. 544–547; Note by John Gort, Malta's Governor-General, 19 August 1942; NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 11. F. 12. Об этом периоде осады см. подр.: Oliver L. Malta at Bay. P. 34–43; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 323; Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. P. 43–60, 125–142; Bradford E. Siege. P 36–42; Jellison C. Besieged. P 101–118; Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P 59–72; Cull B., Galea F. Hurricanes over Malta. P. 46–73; Holland J. Fortress Malta. P 119–161; Williamson D. The Siege of Malta. P. 27–33; Austin D. Churchill and Malta's War. P. 75–94; Debono C. Malta during World War II. P. 81–102; Delve K. Malta Strikes Back. P. 45–80; etc.

Grech C. Raiders Passed. P. 46–47; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 186–187. Помимо Мальты главной целью германской авиации стал Суэцкий канал, минирование которого в этот период пытались осуществить самолеты печально известного авиаполка «Кондор», см.: История Второй мировой войны. Т. 3. С. 167.

Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 135–136.

Debono C. Malta during World War II. P. 76.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 30; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 58; Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P 3.

Debono C. Malta during World War II. P 77.

Ibid. P. 79.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 32.

Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 99; Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P. 14.

См., напр.: Dobbie S. Grace under Malta. P. 32; Attard J. The Battle of Malta. P 59–77; Boffa C. The Second Great Siege. P. 33–44; Sutherland I., Canwell D. Air War Malta. June 1940 to November 1942. Barnsley, 2008. P. 19–25; Holland J. Fortress Malta. P 81-100; Debono C. Malta during World War II. P 81–92.

Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 102; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 111.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 37.

Debono C. Malta during World War II. P 84.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 61–75; Holland J. Fortress Malta. P. 92, 99.

Секисов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 208; История Второй мировой войны. Т. 3. С. 167.

Цит. по: Debono C. Malta during World War II. P. 92.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. Ff. 30A-41; Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 37; Grech C. Raiders Passed. P. 54; Vella P. Malta: Blitzed but Not Beaten. P. 125–131; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P. 134.

Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 268.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. Ff. 30B, 35; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 70–71, 75.

Только за первые 18 дней войны «Гладиаторы» уничтожили над Мальтой пять итальянских самолетов, см.: Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 26.

Цит. по: Holland J. Fortress Malta. P. 43. О происхождении этой легенды см. подр.: Poolman K. Faith, Hope and Charity. P. 56–75; Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. P. 369–373; Coldman A. Malta. An Aviation History. P 105–150; Cull B., Galea F. Gladiators over Malta. P. 79–89.

Ibid. P. 74–105.

Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. P. 371; Galea M. Malta Diary of a War. P 236; Cull B, Galea F. Gladiators over Malta. P. 89.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 37. О доставке «Харрикейнов» через Северную Африку и их последующих действиях над Мальтой также см.: Poolman K. Faith, Hope and Charity. P. 91; Coldman A. Malta. An Aviation History. P. 151–187, 189–228.

Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. P. 43–44.

Ibid. P. 170–171. Всего за время осады погибли 60 пилотов «Харрикейнов», см.: Spooner A. Faith, Hope and Malta GC. P 9.

История Второй мировой войны. Т 4. С. 200; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 212–213; Shores C, Cull B., Malizia N. Malta: The Hurricane Years. P. 319–320.

Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year 1942. London, 1991. P. 26.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 256. О штатной численности эскадрилий Королевских ВВС см.: Spooner A. Supreme Gallantry. P. 20.

Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. II. P. 46; Rollo D. The Guns and Gunners of Malta. Marsa, 1999. P. 211.

TNA. PREM 3/266/10A. Dobbie to Cunningham, 15 April 1941. О превосходстве британских летчиков над итальянскими см. подр.: Cull B., Galea F. Hurricanes over Malta. P. 106–130, 131–152.

Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 158; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море: взгляд побежденных. С. 209; Гусаров В. И. Английская колония Мальта должна была быть захвачена или уничтожена. С. 11; он же. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. С. 230–231.

Austin D. Churchill and Malta's War. P. 113.

Бригадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 210.

Blouet B. The Story of Malta. P. 199.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 226–227. Об ударах британской авиации по коммуникациям Э. Роммеля см. подр.: Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. P. 79–94, 95–111.

Hay I. The Unconquered Isle. P. 141. О проведении операции «Меркурий», см., напр.: Stewart I. M. C. The Struggle for Crete 20 May — 1 June 1941. A Story of Lost Opportunities. Oxford, 1966; Thomas D. Crete. 1941. The Battle at Sea. New York, 1973.

Lloyd H. Briefed to Attack. P. 33–35; Секистов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 200–205; Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. P 61–78; Perowne S. The Siege within the Walls. P. 85; Bradford E. Siege. P. 75–83; Spooner A. Supreme Gallantry. P 94; Greene J., Massignani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 161–173; Woodman R. Malta Convoys. P. 178; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 139; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 107; Delve K. Malta Strikes Back. P. 224–232.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 225–226.

Цит. по: Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 139.

Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 98.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 35–36.

О минировании подходов к Мальте британцами см. подр.: Oliver L. Malta Besieged. P. 67–85; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 127–128. Попытки войск стран «оси» с помощью мин затруднить движение конвоев на Мальту упоминаются в мемуарах: Cunningham A. A Sailor's Odyssey. London, 1951. P. 361.

TNA. CAB 120/624. Directive by Churchill and Minister of Defence, 14 April 1941; Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 104–105. О разработке новой средиземноморской стратегии высшим британским командованием весной — летом 1941 г. см. подр.: Austin D. Malta and British Strategic Policy. P. 107–122.

TNA. CAB 121/627. Dobbie to the War Office, Admiralty, Air Ministry, Commander-in-Chief Mediterranean, Commander-in-Chief Middle East, etc., 6 June 1941.

Poolman K. Faith, Hope and Charity. P. 10.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 38.

Turner J. Periscope Patrol. P. 21, 25–40, 121–129, 181–199, 217–218; Spooner A. Supreme Gallantry. P. 25–43.

Holland J. Fortress Malta. P 146.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 226–227.

Роскилл С. У Английский флот во Вторую мировую войну. С. 211. О службе экипажей подводных лодок в период осады Мальты см. подр.: Gerard F. Malta Magnificent. P. 154–163.

Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 324.

Там же. С. 226.

Perowne S. The Siege Within the Walls. P. 91; Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 269; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 141–143; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 207; Debono C. Malta during World War II. P. 116.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 256.

В дневнике боевых действий сделана запись о том, что активность «русского Черноморского флота очень важна с точки зрения сохранения Турцией нейтралитета или даже эвентуального вовлечения ее в войну на стороне союзников», см.: Simpson M. (ed.) The Cunningham Papers. Vol. 1. P. 500. War Diary, 3 August 1941.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 38. Также см.: Секистов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 234; Spooner A. In Full Flight. P. 178–187; idem. Supreme Gallantry. P. 74–87; Holland J. Fortress Malta. P 197–198, 216; Austin D. Churchill and Malta's War. P 129–145.

Цит. по: Смит П. Пьедестал (о Мальтийском конвое). М., 2005. С. 32–33. Также см.: Smith P. Pedestal: The Convoy That Saved Malta. London, 1970

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 225–226; Роскилл У С. Английский флот во Второй мировой войне. С. 216; История Второй мировой войны. Т. 4. С. 202; Debono C. Malta during World War II. P. 120–121.

Бригадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 214–215.

Об организации англичанами воздушной разведки в Средиземноморье см. подр.: Coldman A. Malta. An Aviation History. P. 229–272.

Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 136–138, 145; Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 131, 144–145, 211; Cameron I. Red Duster, White Ensign. P. 77; Роскилл С У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 216; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 210–211.

Times of Malta, 17 June 1941. Итоги организации конвоев на Мальту в 1941 г. подведены в работе: Cameron I. Red Duster, White Ensign. P. 207–208.

Пулман К., Дивайн А. «Арк Роял». Миллион миль. М., 2005. С. 178–184.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 13.

TNA. PREM 3/266/10A. Ff. 796–797. Dobbie to Cunningham, 26 July 1941; Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 226. О попытке диверсии см. подр.: Oliver L. Malta at Bay. P. 64–68; Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. II. P 270–272; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P 136–137; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P 53–61; Bradford E. Siege. P. 94–95; Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 214; Grech C. Raiders Passed. P. 95; Debono C. Malta during World War II. P. 108–111. Специально этому эпизоду посвящена книга: Caruana J. The Battle of Grand Harbour, 26 July 1941. Valletta, 2004

Cunningham A. A Sailor's Odyssey. P 433–435, 438; Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 106; Роскилл С. У Английский флот во Вторую мировую войну. С. 218220.

Переписка И. В. Сталина с У. Черчиллем осенью 1941 года (по новым документам российских и британских архивов) / сост. В. О. Печатнов // Новая и новейшая история. 2011. № 1. С. 86–93; Печатнов В. О., Магадеев И. Э. Переписка И. В. Сталина с Ф. Рузвельтом и У. Черчиллем в годы Второй мировой войны. Документальное исследование. М., 2017. Т. 1. С. 57–65.

Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. III. P. 174–175.

TNA. PREM 3/266/10A. F. 880; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 18, 199–200. О доставке на Мальту пополнений живой силы см.: Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. II. P. 266–270.

Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 256–257; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 93; Holland J. Fortress Malta. P. 137; Debono C. Malta during World War II. P. 96; Гусаров В. И. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. С. 231–232.

Lloyd H. Briefed to Attack: Malta's Part in African Victory. London, 1949. P. 68; Grech C. Raiders Passed. P. 320; Holland J. Fortress Malta. P. 170. Автор имел возможность посетить комплекс Ласкарис, открытый для туристов как Музей обороны Мальты в период Второй мировой войны.

Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 43.

Lloyd H. Briefed to Attack. P 78; Leighton F. Frayed Lifelines. P. 364.

См., напр.: TNA. CO 968/26/9. F. 239. Dobbie to Cranborne, 26 July 1941.

Oliver L. Malta Besieged. P. 20. О подвигах юных защитников Мальты см. подр.: Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 34, 70, 81.

Gerard F. Malta Magnificent. P. 101–102; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P 109–117.

Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P 15.

Gerard F. Malta Magnificent. P. 44–45; Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 229, 241, 248; Holland J. Fortress Malta. P 156–157.

NAM. ARP 42/40. Malta Police Order no 276, 1 April 1941.

Gerard F. Malta Magnificent. P. 67.

Mizzi L. The People's War. P 117–150.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P 88; Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 280.

Times of Malta. 25 May 1941. Также см.: Galea M. Malta Diary of a War. P. 59.

Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 193.

См., напр.: TNA. CO 875/6/20. Acheson, the Officer Administering the Government, to Robert Cecil (Lord Cran-borne), 1 May 1941.

Grech C. Raiders Passed. P. 70. О рационировании продуктов и товаров первой необходимости см. подр.: Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P 186–194.

NAM. ARP 66/40. Secretary of State Castillo to the Superintendent, 11 March 1941.

Crech C. Raiders Passed. P. 64–65; Holland J. Fortress Malta. P. 137; Debono C. Malta during World War II. P. 94.

Micaleff J. When Malta Stood Alone. P. 99.

Debono C. Malta during World War II. P. 127. См. подр.: Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P 194–197.

TNA. PREM 3/266/7. Ff. 575, 588, 594–596, 599. Correspondence between Premier-Minister and Governor of Malta on compensation for damage to property, January 1941 — November 1942. О деятельности благотворительных фондов во время осады Мальты см. подр.: Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P. 78–82.

Grech C. Raiders Passed. P. 43.

Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 77, 124–134; Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol III. P. 67; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 79; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 81, 92–93; Williamson D. The Siege of Malta. P. 40–43.

Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 112.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 68.

Crayton T., Craig P. End of the Beginning. London, 2002. P. 240.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 180–185.

Galea M. Malta Diary of a War. P. 109; Grech C. Raiders Passed. P 102; Williamson D. The Siege of Malta. P. 53.

Grech C. Raiders Passed. P 37–38; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 94.

NAM. ARP Bundle 15. No. 2. Reports of births and deaths of children, 1940–1941.

Grech C. Raiders Passed. P. 77; Mizzi L. The People's War. P. 10.

Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P. 39.

Spooner A. Supreme Gallantry. P 209; Leighton F. Frayed Lifelines. P. 264.

Цит. по: Elliott P. The Cross and the Ensign. P 7.

Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P 61.

Поскольку историография интересующего нас периода довольно обширна, укажем лишь самые значимые работы: Lloyd H. Briefed to Attack. P 161–172; Секистов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 256–257; Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. III. P 177330; Spooner A. In Full Flight. P. 199–209; Perowne S. The Siege within Walls. P. 112–126; Attard J. The Battle of Malta. P. 129–141, 154–173; Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 113–135; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 111–138; Jellison C. Besieged. P. 166–183; Boffa C. The Second Great Siege. P. 60–76; Coldbeck H. The Maltese Spitfire. P. 47–97; Grech C. Raiders Passed. P. 168–171; Austin D. Malta and British Strategic Policy. P. 143–158; idem. Churchill and Malta's War. P. 146–162; Williamson D. The Siege of Malta. P. 72–79; Sutherland J., Canwell D. Air War Malta. P 73–86; Delve K. Malta Strikes Back. P. 126–182.

См., напр.: Rollo D. Guns and Gunners of Malta. P. 211–252; Thomas D. Malta Convoys. P. 15–16; Williamson D. The Siege of Malta. P. 120–122.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 4546; ibid. F. 11. F. 12; ibid. F. 12. Ff. 45–46; TNA. PREM 3/266/5. Ff. 544–547.

См. подр.: Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. III. P. 155–158, 161–163; История Второй мировой войны. Т. 4. С. 410–411.

Обвинения такого рода в адрес фюрера неоднократно встречаются на страницах воспоминаний, см., напр.: Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 87, 124, 139–140. О назначении Кессельринга командующим на Средиземноморском ТВД см.: Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 320; Смит П. Пьедестал. С. 34.

Liddell Hart B. H. (ed.) The Rommel Papers. P. 288289. Также см.: Austin D. Malta and British Strategic Policy. P 5.

Цит. по: Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year 1942. P. 18.

Douglas-Hamilton J. The Air Battle of Malta. P. 12. О переброске II германского авиакорпуса в Южную Италию см. подр.: Bradford E. Siege. P. 132–138; Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year 1942. P 19; Cull B., Galea F. Hurricanes over Malta. P. 153–181; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 216, 221; Debono C. Malta during World War II. P 122–123.

Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 248.

TNA. CAB 121/628. Report by the War Cabinet Joint Intelligence Sub-Committee, 3 January 1942.

Debono C. Malta during World War II. P. 127–128.

Oliver L. Malta at Bay. P. 72; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 328.

Debono C. Malta during World War II. P. 130.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 443. О ночных бомбардировках Мальты см. подр.: Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year 1942. P. 17. О разрушениях памятников архитектуры см.: Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 287–288.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 12. F. 46. Air Raid Statistics, 11 June 1940 — December 1943. Также см.: Ritchie L. Malta Invicta. P. 8; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 130–131; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 248.

Цит. по: Rogers A. Battle over Malta. P. 10.

Oliver L. Malta Besieged. P. 15–16, 18, 28; Elliott P. The Cross and the Ensign. P 126; Смит П. Пьедестал. С. 36; Clayton T., Craig P. End of the Beginning. P. 108.

Debono C. Malta during World War II. P. 147–149.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 441; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 323, 326–327, 329. Также см.: AttardJ. Britain and Malta. P. 157–158; Бригадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 248–250; История Второй мировой войны. Т. 4. С. 411.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 439.

История Второй мировой войны. Т. 4. С. 411.

TNA. Ministry of Air (AIR) 23/1200. Air Vice-Marshal Lloyd to the Middle East RAF Headquarters, 22 February 1942. Также см.: Williamson D. The Siege of Malta. P. 58.

TNA. AIR 20/2428. Report by the War Cabinet Joint Intelligence Sub-Committee, 23 February 1942.

East of Malta, West of Suez. P. 203–209; Роскилл У. С. Английский флот во Второй мировой войне. С. 277; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 245, 248, 261; Смит П. Пьедестал. С. 23; Гусаров В. И. Английская колония Мальта должна была быть захвачена или уничтожена. С. 12.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 122; Spooner A. Supreme Gallantry. P. 115–122; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 263–264; Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 277, 279. Эту точку зрения разделяют современные российские авторы, см.: Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 149; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 226.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 444.

TNA. PREM 3/266/2. Ff. 462–463. Cranborne to Churchill, 27 February 1942.

Черчилль У Вторая мировая война. Кн. 2. С. 438–439.

TNA. PREM 3/266/2. Supplies to Malta, 1941–1943.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 441.

Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 107.

Oliver L. Malta Besieged. P. 26. Об участии «Спит-файеров» в сражениях над Средиземным морем см. подр.: Attard J. Britain and Malta. P. 151; Spooner A. Faith, Hope and Malta GC. P. 107–123; Coldman A. Malta. An Aviation History. P. 295–338, 339–373, 375–402; Cull B. Hurricanes over Malta. P 216–243; Debono C. Malta during World War II. P 135–136. Биографии самых известных британских летчиков-истребителей представлены в книге: Nichols S. Malta Spitfire Aces. Oxford, 2008.

NWMMA. Air Raid Statistics. F. 4.

TNA. AIR 41/26. F. 49. Report by Royal Air Force on Malta, 25 February — 25 May 1942.

См.: Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P. 55–62; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 326, 333–334; Beurling G. Malta Spitfire. P. 202–218.

Debono C. Malta during World War II. P. 129.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 442; История Второй мировой войны. Т. 5. С. 23; Boffa C. The Second Great Siege. P. 87; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P 48.

Muggeridge M. (ed.) Ciano's Diary. P. 471.

Gerard F. Malta Magnificent. P. 99–104; Norman K. For Gallantry. P. 62–63; Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. III. P. 186; Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 218–225; Vella P. Malta: Blitzed but Not Beaten. P. 132; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 115; Leighton F. Frayed Lifelines. P. 234.

Austin D. Churchill and Malta's War. P. 185.

TNA. PREM 3/266/1. Ff. 130–131. Cranborne to Churchill, 21 April 1942.

Ibid. CAB 121/628. Meeting of the Defence Committee, 22 April 1942.

Ibid. PREM 3/266/2. Ff. 372–374. Churchill to Gort, 25 April 1942. Об интригах вокруг снятия с должности Добби см. подр.: Williamson D. The Siege of Malta. P. 8183; Austin D. Churchill and Malta's War. P 179–183.

TNA. PREM 3/266/1. Ff. 82–83. Casey to Churchill, 3 May 1942.

Colville J. Man of Valour. P 248.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 45; Gerard F. Malta Magnificent. P. 148–149; Dobbie S. Faith and Fortitude. P. 145–158, 295, 298.

О деятельности Горта на посту губернатора Мальты, приезд которого сначала вызвал слухи о подготовке эвакуации острова, см. подр.: Weldon H. E. C. Drama in Malta. P. 96; Colville J. Man of Valour. P. 247–258; Micallef J. When Malta Stood Alone. P 164; Grech C. Raiders Passed. P. 171; Austin D. Churchill and Malta's War. P. 39–42.

Colville J. Man of Valour. P 248.

Цит. по: Times of Malta, 17 April 1942. Также см.: Attard J. Britain and Malta. P. 157.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 29. F. 2. The Award of the George Cross of Malta, 15 April — 23 September 1942. Также см.: Debono C. Malta during World War II. P. 148–150.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 29. Ff. 4–5; Times of Malta, 16 September 1942. О награждении мальтийцев Георгиевским Крестом см. подр.: Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 135–138; Attard J. The Battle of Malta. P. 174–186; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P 211–215; Austin D. Churchill and Malta's War. P. 163–186; Debono C. Malta during World War II. P. 149–151, 182–188.

Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P. 32–33.

Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P 101–102.

Oliver L. Malta at Bay. P. 84–91; Colville J. Man of Valour. P. 249–250; Bradford E. Siege: Malta 1940–1943. P. 176–177, 193.

Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 106–107; Galea M. Malta Diary a War. P. 144.

Times of Malta, 14 May 1942. Также см.: Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P 66.

Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year. P. 65. См. подр.: Boffa C. Malta on the Verge of Starvation — 1942. Valletta, 1942.

Ritchie L. Malta Invicta. P. 10; Oliver L. Malta at Bay. P. 105–107; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 179.

Цит. по: Oliver L. Malta Besieged. P. 138.

Цит. по: Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 399.

Oliver L. Malta Besieged. P. 15; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 174; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 263.

Цит. по: История Второй мировой войны. Т. 5. С. 136. Также см.: Amato-Gauci F. The Beginning of Diplomatic Relations between Malta and the USSR in 1967. — In: Zolina E. S. (comp., ed.) Journey Through the Centuries. Historical Discoveries in Russo-Maltese Relations. Valletta, 2002. P 426.

Times of Malta, 8 September 1942.

NMWWA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 46. О деятельности Писани см. подр.: Vella P. Malta: Blitzed but Not Beaten. P. 142–144; Lucas L. Malta — The Thorn in Rommel's Side. P. XXV; Holland J. Fortress Malta. P. 315; Debono C. Malta during World War II. P. 161–162.

Grech C. Raiders Passed. P. 98–104.

The Air Battle of Malta. P. 21; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P 153–154; Lucas L. Malta — The Thorn in Rommel's Side. P. XXIII.

Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 323.

Hughes Q. Britain in the Mediterranean. P. 192.

Lucas L. Malta — The Thorn in Rommel's Side. P. XX; Woodman R. Malta Convoys. P. 178. Историография подготовки операции «Геркулес» довольно обширна. Приведем только самые значимые работы: Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P 60–61; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 156–158; Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 239–245; Hughes Q. Britain in the Mediterranean. P. 191–192; Boffa C. The Second Great Siege. P. 92–96; Green J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 223–231; Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 109–111; Гусаров В. И. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. С. 228.

Greene J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 223; Debono C. Malta during World War II. P. 121.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 104–105.

Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 156; Greene J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 225, 230; Debono C. Malta during World War II. P 156–157.

TNA. CAB 121/628. Report of the Polish military intelligence, 27 March 1942.

Ibid. Sikorski, Polish Prime-Minister in exile, to Churchill, 25 February 1942. Также см.: Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. III. P. 175; Boffa C. The Second Great Siege. P 93; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 336.

Hughes Q. Britain in the Mediterranean. P. 192.

Muggeridge M. (ed.) Ciano's Diary. P. 459.

Ibid. P. 482. Также см.: Boffa C. The Second Great Siege. P. 92.

Muggeridge M. (ed.) Ciano's Diary. P 461, 468–469; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 157.

Hughes Q. Britain in the Mediterranean. P. 189–190.

Цит. по: Debono C. Malta during World War II. P 149.

Sutherland J., Canwell D. Air War Malta. P. 59.

Секисов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 257; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 329.

Белли В. А., Пензин В. К. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 243; Greene J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 226–227.

Бригадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 246.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 128–129; Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 443–444; Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 60–61; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 261; Colville J. Man of Valour. P. 248; Douglas-Hamilton J. The Air Battle of Malta. P. 79; Greene J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 227–229; Boffa C. The Second Great Siege. P. 96; Смит П. Пьедестал. С. 35.

Sutherland I., Canwell D. Air War Malta. P. 59–60.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 66; Boffa C. The Second Great Siege. P. 93–94; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 336. Точку зрения Кессельринга разделяют некоторые современные авторы, см., напр.: Greene J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P 229–230.

О разногласиях между Кессельрингом и Роммелем см. подр.: Attard J. Britain and Malta. P. 158159; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 333–339.

Boffa C. The Second Great Siege. P. 96.

Liddell Hart B. H. (ed.) The Rommel Papers. P. 203; Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 122, 124–125, 128.

Liddell Hart B. H. (ed.) The Rommel Papers. P. 288289.

Ibid. P. 203. Также см.: Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 50; Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 336; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 114.

Беккер К. Военные дневники Люфтваффе. С. 338.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 491. Также см.: Бригадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 304.

См., напр.: Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 135.

Lloyd H. Briefed to Attack. P. 230; Cunningham A. A Sailor's Odyssey. P. 421.

Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 156–157.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 446.

См., напр.: Lloyd H. Briefed to Attack. P. 189–203; Norman K. For Gallantry. P. 171–180; Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 136–150; Jellison C. Besieged. P. 232–245; Grech C. Raiders Passed. P. 134–151; Beurling G. Malta Spitfire. P. 175–201; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 174–176; Williamson D. The Siege of Malta. P. 89–97.

Dobbie S. Grace under Malta. P. 142–143. Об «апрельском блице 1942 г.» также см.: Bradford E. Siege. P. 161–167.

Цит. по: Perowne S. The Siege within the Walls. P. 130–131.

См.: Domenico F. de. An Island Beleaguered. P 135.

О продовольственном положении Мальты см. подр.: Beurling G. Malta Spitfire. P. 122; Norman K. For Gallantry. P. 154–170; Boffa C. The Second Great Siege. P. 76–86; Leighton F. Frayed Lifelines. P 241–261; Austin D. Churchill and Malta's War. P 187–201.

TNA. PREM 3/266/2. Cranborne to Churchill, 21 April 1942.

Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. II. P. 162; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 172; Grech C. Raiders Passed. P 136; Zarb-Dimech A. Mobilization in Action. P 38–43.

Perowne S. The Siege within the Walls. P. 47–48; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 57.

TNA. PREM 3/266/2. Ff. 165–166. Cranborne to Churchill, 24 September 1942; NWMMA. ARP 110A/40. Rationed Foodstuffs. Order by the Director of Agriculture, 26 August 1942. О постепенном сокращении норм продовольственного рационирования см. подр.: Leslie O. Malta at Bay. P. 102, 154–157.

TNA. CAB 21/630. Defence of Malta, September 1942 — December 1943. Memorandum by the Air General Staff, 30 September 1942.

Attard J. Britain and Malta. P. 161–162.

Grech C. Raiders Passed. P. 199.

Ibid. P. 61.

См. подр.: Clayton T., Craig P. End of the Beginning. P. 125–127.

Ibid. P. 107. О деятельности госпиталей Мальты в период осады также см.: Oliver L. Malta at Bay. P. 105.

Beurling G. Malta Spitfire. P. 153.

См. подр.: Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 41; Lucas L. Malta — The Thorn in Rommel's Side. P. 173–181.

Yorkshire Post, 15 July 1942. Цит. по: TNA. CO 968/26/10. Situational reports on Malta, January — December 1942. О случаях гибели гражданских лиц от мин-ловушек см. подр.: Grech C. Raiders Passed. P. 240–250.

TNA. PREM 3/266/5. Ff. 550–552. Gort to Churchill, 27 July 1942.

Oliver L. Malta Besieged. P. 10.

См. подр.: Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 205–266, 290–291, 302; Holland J. Fortress Malta. P. 331–340; Delve K. Malta Strikes Back. P 183–223. Любопытное описание одного дня из жизни новозеландского летчика в разгар воздушных боев над Мальтой летом 1942 г. можно найти в книге: Coldbeck H. The Maltese Spitfire. P. 58–67.

Цит. по: Debono C. Malta during World War II. P. 166. О снабжении острова всем необходимым с помощью морских конвоев, субмарин и транспортных самолетов см. подр.: Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 145–187; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 159–163, 165–172; Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. II. P. 272–278; Greene J., Massignani A. The Naval War in the Mediterranean. P 232–241.

Domenico F. de. An Island Beleaguered. P. 158; Смит П. Пьедестал. С. 55–58; Holland J. Fortress Malta. P. 315–331.

Цит. по: Holland J. Fortress Malta. P. 343.

Переписка И. Сталина с У. Черчиллем и К. Эттли (июль 1941 г. — ноябрь 1945 г.) / ред. А. А. Громыко. СПб., 2014. С. 61.

Bradford E. Siege: Malta 1940–1943. P. 175–176; Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 277–278; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 154.

Черчилль У Вторая мировая война. Кн. 2. С. 444. Также см.: TNA. CAB 121/629. Defence of Malta, May — August 1942. Meetings of the Chiefs of Staff Committee, 20 June, 23 June 1942.

См. подр.: Черчилль У Вторая мировая война. Кн. 2. С. 529; Oliver L. Malta Besieged. P. 105–110; Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 126–134; Playfair I., et al. The Mediterranean and the Middle East. Vol. III. P. 318–322; Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. P. 164–184; AttardJ. The Battle for Malta. P. 204–213; idem. Britain and Malta. P. 159–160; Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 176–180; Jellison C. Besieged. P. 246–256; Bradford E. Besieged: Malta 1940–1943. P. 203–218; Alexander J. Mabel Strickland. P. 121–141; Greene J., Massignani A. The Naval War in the Mediterranean. P. 242–263; Thomas D. Malta Convoys. P. 174–192; Роскилл С. У. Английский флот во Вторую мировую войну. С. 298–303; Woodman R. Malta Convoys. P. 369–388, 389–454; Grech C. Raiders Passed. P. 251–262; Holland J. Fortress Malta. P. 345–369; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 206–211; Austin D. Churchill and Malta's War. P. 204–218; Williamson D. The Siege of Malta. P. 100–114; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 239–244; Debono C. Malta during World War II. P. 167–178.

Черчилль У Вторая мировая война. Кн. 2. С. 444; Holland J. Fortress Malta. P. 345–346; Смит П. Пьедестал. С. 60; Debono C. Malta during World War II. P. 168.

Об операции по спасению и встрече танкера «Огайо» в порту Валлетты см. подр.: TNA. PREM 3/266/2. Ff. 204–205; Oliver L. Malta Besieged. P. 104; Attard J. Britain and Malta. P. 159; Beurling G. Malta Spitfire. P 185–187; Clayton T., Craig P. End of the Beginning. P. 267–276; Смит П. Пьедестал. С. 253; Holland J. Fortress Malta. P. 366–368; Debono C. Malta during World War II. P. 173.

Секисов В. А. «Странная война» в Западной Европе и в бассейне Средиземного моря. С. 257; Смит П. Пьедестал. С. 29; Holland J. Fortress Malta. P. 353–354.

TNA. PREM 3/266/5. Ff. 548–549. Note by Lord Gort on shipment of supplies to Malta, 21 August 1942. Также см.: Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 136.

Debono C. Malta during World War II. P 180.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 529.

Говард М. Средиземное море в стратегии Англии во Второй мировой войне. — В сб.: Материалы Парижского симпозиума 1969 г. «Война на Средиземном море 1939–1945 гг.» / отв. ред. П. Деревянко. Информационный бюллетень МО СССР. 1971. № 8. С. 76. См. подр.: Переписка И. Сталина с У. Черчиллем и К. Эттли. С. 66–67, 68–69, 70. Черчилль — Сталину, 13, 14 августа 1942 г.; Переписка И. В. Сталина с Ф. Рузвельтом и У. Черчиллем в годы Второй мировой войны. Т. 1. С. 224–225. Черчилль — Сталину, 14 августа 1942 г. О дискуссиях Черчилля и Сталина летом 1942 г. по вопросам согласования стратегии Антигитлеровской коалиции и открытия второго фронта в связи с боевыми действиями в Средиземноморье см. подр.: Clayton T., Craig P. End of the Beginning. P. 41–42.

Debono C. Malta during World War II. P 189.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 45. См. подр.: Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 135; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 321–322; Spooner A. Supreme Gallantry. P. 206224; Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P. 4; Clayton T, Craig P. End of the Beginning. P. 358; Holland J. Fortress Malta. P 382–396; Williamson D. The Siege of Malta. P. 114–120; Sutherland J., Canwell D. Air War Malta. P. 129–130; Гусаров В. И. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. С. 233.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 122.

О подготовке и проведении операции «Торч» в связи с ситуацией на Мальте см. подр.: Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 331; Attard J. Britain and Malta. P. 163–164; Shores C, Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year. P 646; Holland J. Fortress Malta. P. 401, 405.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 1. F. 45. Также см.: Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 149–150; Debono C. Malta during World War II. P. 195–196.

Debono C. Malta during World War II. P. 198. Впрочем, некоторые авторы относят завершение осады только к июлю 1943 г., то есть связывают это событие с операцией «Хаски» по высадке союзников на Сицилии. Однако такая точка зрения не согласуется с фактами, см., напр.: Гусаров В. И. Английская колония Мальта должна была быть захвачена или уничтожена. С. 12.

Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P 7; Брагадин М. А. Битва за Средиземноморье. С. 335; Attard J. Britain and Malta. P 164; Смит П. Пьедестал. С. 298–299; Beurling G. Malta Spitfire. P 219–235.

Sunday Times of Malta, 20 June 1943.

TNA. CO 875/6/21. Christmas greeting to the Governments and people of Malta, 24–25 December 1942.

Цит. по: Attard J. Britain and Malta. P. 106.

Boffa C. «The Illustrious» Blitz. P. 84.

О роли женщин в период осады Мальты см. подр.: Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P 153–159.

Ibid. P. 167.

TNA. CO 968/26/10. Situational Reports on Malta, December 1942.

Debono C. Malta during World War II. P. 197–198.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 3301. The Malta Relief Fund Purchase of Stores by the Australian Red Cross, November 1942.

Остапенко Г С., Прокопов А. Ю. Новейшая история Великобритании: ХХ — начало XXI века. М., 2012. С. 207.

TNA. PREM 3/266/7. F. 573. Gort's telegram to Lord Cranborne, 11 November 1942.

Blouet B. The Story of Malta. P. 218; Attard J. Britain and Malta. P 165–166; Austin D. Churchill and Malta's War. P. 234–248.

Attard J. Britain and Malta. P. 162–163.

TNA. PREM 3/266/9. Gort's telegrams to the War Office, 15, 28 August 1943.

Kesselring A. The Memoirs of Field-Marshal Kesselring. P. 122.

Clayton T., Craig P. End of the Beginning. P. 109.

История Второй мировой войны. Т. 6. С. 226–227.

Liddell-Hart B. H. (ed.) The Rommel Papers. P. 359.

Cunningham A. A sailor's Odyssey. P 674; Hogan J. Malta. The Triumphant Years. P. 28.

Macintyre D. The Battle for the Mediterranean. P. 28.

Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 135, 137.

Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой воне. С. 354; Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 221; Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 168; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 139–140.

Caruana J. The Battle of Grand Harbor. P. 60–63; Williamson D. The Siege of Malta. P. 130.

Spooner A. Supreme Gallantry. P. 6.

См., напр.: Гусаров В. И. Мальта — остров, на котором разрабатывались планы разгрома немецко-фашистских войск в Северной Африке. С. 233–236.

Attard J. Britain and Malta. P. 167; Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 166; Grech C. Raiders Passed. P. 312; Delve K. Malta Strikes Back. App. E.

Sutherland J., Canwell D. Air War Malta. P. 99. Об итогах действий Королевских ВВС в небе Мальты см. подр. см.: Lloyd H. Briefed to Attack. P 229; Grech C. Raiders Passed. P 312.

NAM. F. ARP 49/40. Reports of the ARP Department, 26 February, 20, 26 July 1943. Также см.: Wragg D. Malta: The Last Great Siege. P. 213.

NWMMA. F. 4. Information Office Communiques, 26 July 1943.

Ibid. Lieutenant-Governor's Office. F. 11. F. 206, F. 12. Ff. 73–75. Также см.: Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 188; Grech C. Raiders Passed. P. 313.

Austin D. Malta and British Strategic Policy. P 190. О вкладе мальтийцев в победу над Роммелем см.: idem. Churchill and Malta's War. P. 249–258.

В связи с обширной историографией операции «Хаски» укажем лишь исследования, авторы которых уделили роли Мальты достаточно серьезное внимание: Cunningham A. A Sailor's Odyssey. P. 534–576; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean. P. 233–243; Брагадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 363–391; Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 298–315; История Второй мировой войны. Т. 7. С. 370–378; Elliott P. The Cross and the Ensign. P. 151–167; Spooner A. Supreme Gallantry. P. 265–288; Greene J., Massigniani A. The Naval War in the Mediterranean. P 283–299; Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 216–236; Роскилл С. У. Английский флот во Второй мировой войне. С. 359–371; Cull B., Malizia N., Galea F. Spitfires over Sicily. P. 121–202; Лихарев Д. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 171–174; Holland J. Fortress Malta. P. 416, 421–422; Корякин В. С. Две осады Мальты. С. 269–284; Debono C. Malta during Wowld War II. P. 217–228.

Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 215.

Брэдли О. Записки солдата. М., 1957. С. 141.

Белли В. А., Пензин К. В. Боевые действия в Атлантике и на Средиземном море. С. 299; Pack S. Operation «Husky». The Allied Invasion of Sicily. New York, 1977. P. 19–20.

О действиях авиации США с построенного американцами аэродрома на Гозо см. подр.: Coldman A. Malta. An Aviation History. P. 403–418.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. С. 22; Брэдли О. Записки солдата. С. 122–142; Pack S. Operation «Husky». P. 20, 71; Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 219.

См. подр.: Hogan G. Malta. The Triumphant Years. P. 199–200.

Итальянский гарнизон Пантеллерии в количестве 11 000 солдат и офицеров сдался союзникам без сопротивления после усиленной бомбардировки этого острова, см.: Debono C. Malta during World War II. P. 211.

Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. С. 22.

Бригадин М. А. Битва за Средиземное море. С. 367, 391; Брэдли О. Записки солдата. С. 143–164; Pack S. Operation «Husky». P. 172–173; Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 236.

TNA. AIR 23/1201. Defence of Malta. Note by Joint Planning Staff, 28 August 1942. О выводе британских войск с Мальтийского архипелага также см.: Elliott P. The Cross and the Ensign. P 166–167.

Цит. по: Debono C. Malta during World War II. P 235.

См. подр: Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 3. С. 66, 111; Belot R. de. The Struggle for the Mediterranean.P. 220–230; Galea M. Malta Diary of a War. P. 236; Grech C. Raiders Passed. P. 293; Debono C. Malta during World War II. P 233–235.

Ibid. P. 248.

NWMMA. Lieutenant-Governor's Office. F. 29. Ff. 1315. Gort's public speech, 15 April 1943.

Цит. по: Debono C. Malta during World war II. P. 265.

Colville J. Man of Valour. P 257–258; Debono C. Malta during World War II. P. 265–266.

Galea M. Malta Diary of a War. P. 144.

Лихарев Д. В. Адмирал Эндрю Каннингхэм. С. 171; Holland J. Fortress Malta. P. 416.

О посещении Георгом VI Мальты см. подр.: Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 143–144; Norman K. For Gallantry. P. 199–201; Attard J. Britain and Malta. P 165; Douglas-Hamilton J. The Air Battle for Malta. P. 112; Holland J. Fortress Malta. P. 416; Debono C. Malta during World War II. P. 215–216.

Holland J. Fortress Malta. P. 416.

Цит. по: Norman K. For Gallantry. P. 206.

Debono C. Malta during World War II. P 215–216.

Цит. по: Holland J. Fortress Malta. P. 416.

О визитах Черчилля на Мальту до 1939 г. см. подр.: Austin D. Churchill and Malta's War. P. 15.

Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 145–146; Debono C. Malta during World War II. P. 255–258.

Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 146; История Второй мировой войны. Т. 10. С. 242; Vella P. Malta: Blitzed but Not Beaten. P 192–200.

Цит. по: Micallef J. When Malta Stood Alone. P. 190. О визите Рузвельта на Мальту также см.: Luke H. Malta. An Account and Appreciation. P. 147; Galea C. Malta Diary of a War. P. 246; Debono C. Malta during World War II. P. 259–264. С подлинным экземпляром «Торжественного Послания», датированного 7 декабря 1943 г., то есть второй годовщиной вступления в мировую войну США, автор ознакомился в Национальном военном музее Мальты.

См., напр.: Frendo H. The Epic of Malta. A Pictorial Survey of Malta during the Second World War. Valletta, 1990.

Wismayer J. In Malta's Defense; idem. Invasion of Malta // Times of Malta, 19 November, 17 December 1978.

Boffa C. The «illustrious» Blitz. P. 7.

О ратном труде артиллеристов Мальты в 19401943 гг. см. подр.: Rollo D. The Guns and Gunners of Malta. P. 211–252.

Attard J. Britain and Malta. P. 167.

Frendo H. The Epic of Malta. P. I; Blouet B. The Story of Malta. P. 210.

Цит. по: Черчилль У. Вторая мировая война. Кн. 2. С. 439.

См., напр.: Wragg D. The Last Great Siege. P. 225–226.

Spooner A. Supreme Gallantry. P. 299.

Lucas L. Malta — The Thorne in Rommel's Side. P. 131–132.

См. подр.: Austin D. Malta and British Strategic Policy. P. 189–190.

К примеру, главный маршал авиации А. Теддер выразил надежду, что британцы извлекут уроки из неподготовленности Мальты к надежной обороне, которая сопровождалась столь тяжелыми испытаниями для защитников острова, см.: Shores C., Cull B., Malizia N. Malta: The Spitfire Year. P. 647.

О вкладе австралийцев в победу над врагом подр. см.: Macauley L. Against All Odds. RAAF Pilots in the Battle for Malta 1942. Sydney, 1989.

Цит. по: Материалы Парижского симпозиума 1969 г. «Война на Средиземном море 1939–1945 гг.» // Информационный бюллетень МО СССР. 1971. № 8. Предисловие С. 6. О планах фюрера относительно Южной Европы см.: Хильгрубер А. Политика и стратегия Гитлера в районе Средиземного моря. — Там же. С. 53–69. Об итогах боевых действий в этом регионе при сопоставлении с ходом войны на советско-германском фронте см.: История Второй мировой войны. Т. 12. С. 226–228.

О «неумелых» действиях итало-германских войск в отношении Мальты, несмотря на имевшуюся у них новейшую боевую технику, см. подр.: Spooner A. In Full Flight. P. 264–266.

Нимиц Ч., Поттер Э. Война на море. С. 102–103.

Там же. С. 113.

Times of Malta, 19 February 1943. Также см.: Oliver L. Malta Besieged. P. 7.

Grech C. Raiders Passed. P. 313.

Ibid. P. 2. В статистику попали только бомбы, достигшие твердой поверхности, без учета тех, которые были сброшены в морскую акваторию.

NWMMA. Medical and Health Department Report, December 1943. F. 11.

Ibid. F. 25.

Grech C. Raiders Passed. P. 325. Укажем, что перечисленные части и подразделения находились на Мальте не весь период осады.