Осень в Королевстве Демонтии в этот раз наступила внезапно: ещё вчера солнце светило ярко и разливало по каменным пустыням и чёрным скалам своё последнее тепло, а сегодня сильный, холодный до мозга костей ветер срывал последние багряные листья и швырял их в ноги прохожих демонов.

Мелкий, пронизывающий дождь моросил с ночи, превращая вчера ещё сухие узкие улочки в грязевое месиво под ногами. В скопившихся лужах мутной воды отражались серые тучи, которые сгустились над мрачным Иронаром. Жители столицы, укутавшись в тёплые сюрко и в шерстяные шубейки, спешили по своим делам, стараясь не задерживаться под открытым небом.

В школе Мастеров пахло сыростью и плесенью. Здесь редко бывало тепло, даже когда было лето и во всю светило солнце. Единственное время, когда юные Мастера не обучаются – это четыре месяца морозной зимы, когда город замирал в ледяном плену, а обучение уступало место ритуалам и испытаниям на выживание.

В этой школе обучались от силы десять-пятнадцать юношей разных возрастов. Это были те, кто желал посвятить остаток своей жизни служению Демонтии не как простые воины, а как будущие Мастера ─ хранители древних ритуалов и вершители воли короля Изингума. Среди них встречались и сыновья знатных родов, и те, кого привели в Школу нужда или случай: сироты, беглецы. Но всех их объединяло лишь одно: они стремились стать теми, кто держит хлыст не только в бою, но и в судьбах других.

Обучение здесь очень суровое: подъём до рассвета, занятия до изнеможения, редкие выходные и постоянные испытания. Но те, кто выдерживал, получали больше, чем знания ─ они обретали власть над собственной кровью и право носить второй хлыст, который отличал Мастеров от всех остальных демонов.

С виду здание выглядит неприметно: двухэтажное, с каменным фасадом, деревянные ставни и железная дверь с огромными петлями, но внутреннее убранство намного отличалось: коридоры застелены тёмными дорожками, на стенах портреты великих Мастеров. С потолков свисали массивные светильники с зажжёнными в них свечами. Их меняли несколько раз в сутки дежурные ученики. Вот и сейчас ушлые парнишки летали под потолком и занимались этим делом.

В дверь, которая вела в комнату главы школы, настойчиво постучались.

─ Заходите! ─ раздражённо рявкнул худощавый демон, поправляя монокль на глазу.

Светловолосый демон с длинными красными рогами сидел за столом, роясь в ворохе пергаментных слитков и учетных книг. У него за спиной, в камельке, тлели угольки, отдавая остатки своего тепла. Оттого в комнате главы школы было немного прохладно. Даже в кафтане, наспех выкрашенном в зелёный, было зябко.

Дверь противно скрипнула и в комнате возникла фигура, которую демон никак не ожидал увидеть. Когда дверь закрылась, злость схлынула, оставляя место неподдельному удивлению: брови поползли вверх, отчего монокль выпал и теперь свисал на груди, гусиное перо, что находилось в руках, выпало, измазав пергамент.

─ Лейф? ─ наконец-то выдохнул он, а голос предательски дрогнул.

─ Ирона оказалась весьма великодушна, ─ черноволосый юноша положил перед директором два хлыста.

На усталом, измождённом лице сияла победоносная улыбка. Он сделал то, во что не верили многие. Семь дней. Семь ночей без сна, без еды, лишь с хлыстом в руке. На восьмой он вышел из склепа Ироны изнеможённым, истощённым, голодным, но живым.

─ Ты же должен был умереть? ─ с досадой в голосе произнёс демон.

В любой другой день он бы порадовался за бывшего ученика, который стал Мастером. Но не сегодня ─ его внезапное возвращение не сулит ничего хорошего.

─ На вашу беду – я выжил, ─ Лейф и не думал отступать. – Но пришёл я не по вашу душу, главный Мастер, дело касается моей сестры.

─ Слушаю? – было невооружённым глазом видно, как напрягся Мастер, но продолжил убирать последствия уроненного пера.

Осенний ветер за окном с новой силой рванул ставни, и в кабинет ворвался шум листвы ─ будто сама природа прислушивалась к их разговору.

─ Я не просто так вызвался без подготовки в склеп Ироны, чтобы пройти кровавое очищение. Это мой долг защитить сестру. Я знаю, что вы…

─ И?

─ Её выдают замуж…

В комнате резко воцарилась тишина. Можно было услышать лишь глухое биение сердца Лейфа. Сердце Мастера замерло вместе с нависшей тишиной.

─ Кто он? ─ наконец спросил демон, садясь в своё кресло.

─ Мастер Вирик.

Вирик Крайфунден являлся не только главнокомандующим Мастером, но и правой рукой Изингума. Его имя произносили с осторожностью даже за закрытыми дверями, а его тень, казалось, лежала на каждом важном решении в королевстве.

─ Я рассчитываю на ваше благородство и благоразумие, главный Мастер Эйнар ─ выдавил из себя Лейф, и в его голосе впервые проскользнула мольба.

─ Ты думаешь? ─ усмехнулся Эйнар, откидываясь на спинку кресла.

Он медленно приходил в себя. За окнами лил проливной дождь, а где-то на горизонте, сквозь тучи пробивались последние лучики уходящего солнца.

Глядя на всё это, Эйнар вдруг понял: он слишком долго ждал подходящего момента. Слишком долго боялся. А теперь ─ этот момент стучался в дверь, и он не мог позволить себе проиграть.

─ Хоть я и получил статус Мастера, но у меня ещё нет ни вашей власти, ни ваших сил при дворе короля Изингума. К тому же… Дагни мне давно про вас уши прожужжала… ─ Лейф прикусил язык, но было поздно.

«Любит?» ─ пронеслось в голове у Эйнара. Сердце пропустило удар, но он не подал виду, лишь насмешливо приподнял бровь и скрестил руки на груди.

─ И что предлагаешь делать?

─ Предлагаю вам жениться на ней.

─ Интересное предложение, ─ Эйнар вновь поправил монокль. В его взгляде появилось любопытство, и он подался чуть вперед, отложив в сторону рукописи.

─ Не думаю, что вы доживете до рассвета, если все узнают про обряд кровосмешения…

─ Они никак не докажут, ─ перебил Эйнар, голос его стал холодным. – Уже давно доказано, что запах крови демона остается лишь на человеке.

─ Кому, как не вам, знать, что она дочь демона и человека. А такому сильному демону, как Вирику, не составит труда учуять чужую кровь на ней.

За окном сгущалась темнота, а в комнате основным источником света оставался камелёк. Эйнар подбросил рядом лежащие поленья, но пламя разгоралось нехотя ─ оно металось, отбрасывало длинные и ломаные тени.

Некоторое время в комнате слышалось лишь потрескивание дров и дыхание обоих демонов. Главный Мастер стоял спиной к посетителю, и тишина между ними стала почти осязаемой.

─ Ну так что? – после недолгого молчания напомнил о себе Лэйф.

Эйнар бросил взгляд на пляшущее пламя, словно ища в нём ответ, и только потом повернулся к собеседнику.

─ Я подумаю над твоим предложением, ─ произнёс вслух демон. – Для начала нам нужно будет тебя представить его величеству. А сейчас отправляйся домой к приемным родителям, передохни, приведи себя в порядок и жди меня с указаниями от его величества.

─ Договорились. До скорой встречи.

Дверь за Лэйфом закрылась, и Эйнар остался один. В комнате был только он, потрескивающий камелёк и шум дождя за окном. Осень в этом году несла с собой нечто большее, чем просто увядание. И это чувство разрасталось внутри как снежный ком.

Эйнар вздохнул и шагнул к окну. Он намеревался проводить взглядом своего бывшего ученика ─ но сердце снова пропустило удар. Это случалось каждый раз, когда он видел её.

Она стояла внизу, обнимала брата, звонко лепетала и смеялась от радости. Зеленоглазая брюнетка с волосами, которые доходили до середины спины, и россыпью коричневых веснушек на скулах и переносице.

Эйнар не мог отвести взгляд. Он знал, что не должен смотреть так долго, не должен позволять себе чувствовать то, что просыпалось внутри при одном её появлении. Она полукровка ─ дочь демона и человека, дочь предателя. И в то же время ─ единственная, кто заставляла его забывать о времени, долге и тишине его пустого дома.

Она не знала и не должна была узнать. Но сегодняшний вечер сулил перемены не только в его жизни, но и в её.

Эйнар уже собрался отвернуться, когда она подняла голову и посмотрела прямо в его окно. На мгновение ему показалось, что она видит его, что между ними больше нет стекла, расстояния, преград. Только этот взгляд, лёгкий, почти случайный, который почему-то задержался дольше, чем нужно.

Эйнар замер. Сердце билось тяжело, словно старалось вырваться из груди и крикнуть: «Я здесь. Я вижу тебя. Я уже не могу притворяться, что ты ─ просто прохожий в моей жизни».

Но он промолчал и отступил на шаг.

Дагни едва сдерживала слёзы радости: её брат получил второй хлыст. Тот самый, что вытащит их из нищеты и голода. Всем известно, что Мастера получают жалованье, достойное знати.

Сколько себя помнила, Лейф всегда, даже в самые тёмные времена, был рядом. Ради неё он работал ночами, помогая приемному отцу, пока другие спали. Дагни не знала, что стоит за вторым хлыстом. Она видела лишь результат: деньги и возможность дышать свободно. Она гордилась братом, смеялась, строила планы.

Но Лейф в этот вечер не улыбался. Он стоял у окна их маленького покосившегося домика на окраине столицы, куда они с приемной семьей переехали из пограничного городка. Пальцы так сильно сжимали хлыст, что побелели костяшки. Она не знала, что цена этого хлыста ─ не золото, не сталь, а кровавое очищение. Ритуал, который Мастера проходят лишь раз в жизни, и не все из него возвращаются. Он совершил его, чтобы встать на уровень знати. Чтобы его сестру не посмели выдать замуж за первого, кто заплатит за неё приличную сумму монет.

─ Брат, ты чего приуныл? – Дагни подошла к нему и протянула деревянную кружку сикеры. На ней был красный льняной сарафан с белым обрамлением на юбке.

─ Думаю над тем, как предстать перед его величеством Изингумом.

─ А что тут сложного? ─ Дагни уселась на подоконник, закинув ногу на ногу. ─ Придёшь, поклонишься, скажешь: «Ваше величество, я тот самый Мастер, которого вы искали», а дальше, как пойдёт.

─ Ты думаешь, он всех Мастеров друзьями считает? ─ Лейф расмеялся, принимая кружку.

─ Ну… если не примет, у нас всегда есть запасной план.

─ Какой?

─ Сбежать через окно. Я уже проверила ─ оно открывается.

─ Боюсь спрашивать, когда ты это узнала, ─ тихонько рассмеялся юный Мастер и одним глотком осушил кружку.

─ Всё никак не могу привыкнуть к тому, как ты это пьёшь, ─ демоница передернула плечами, поморщила нос и так же залпом выпила. – Ну, а если серьезно?

─ Тебе отец с мамой ничего не говорили?

─ Если ты про Вирика, ─ неожиданно радость на лице демоницы сменилась на серьезность, ─ то я согласна.

─ В смысле? – Лейф замер, чувствуя подвох.

─ Ты же знаешь, в нашей стране девушки не имеют право голоса при выборе супруга. На кого указали родители, за того и выйду.

─ Они же даже нам не родные…

─ Но они были с нами все восемнадцать лет и остаются по сей день, да и родных я давно не помню, в отличие от тебя. Мне сколько было – года три, четыре? ─ Она подняла на него взгляд, и в её глазах мелькнула тень той девочки, которая когда-то потеряла всё.

─ Практически три года: два года и десять месяцев, ─ тихо ответил Лейф.

─ Вот именно, ─ Дагни отвернулась к окну, за которым всё ещё моросил дождь. ─ Какой ребёнок будет помнить лица тех, кто умер уже давно? Для меня они ─ пустота. А эти… они дали мне дом, воспитывали, помогали во всём, поэтому если не ты, так я обязана им всем.

─ Не сказал бы что всем, но да ладно.

─ Ладно? ─ переспросила Дагни, прищурившись. ─ Ты называешь это «ладно»? Они уже выбрали мне жениха. И я не могу просто взять и отказаться.

Лейф скрестил руки на груди:

─ А я тебе и не предлагаю отказываться, а предлагаю придумать план. Если у тебя хватит смелости, конечно.

─ Что за план? – с энтузиазмом в голосе поинтересовалась Дагни, подалась чуть вперед, но потеряла равновесие и полетела на пол.

Лейф едва успел подхватить её за локоть, но она уже плюхнулась на колени. Кружка укатилась куда-то в сторону, оставляя маленькую мокрую дорожку.

─ План простой: мы не будем ждать, пока они выберут тебе мужа. Мы выберем его сами. Или сделаем так, что им покажется, что выбор уже сделан.

Дагни встала, отряхнула подол платья и взглянула на брата:

─ И как это сделать, если я даже не знаю, кого хочет моё сердце? Да и не хочу я вот так спонтанно искать первого встречного. А вдруг он будет таким же нищим, как мы?

─ Нищим? ─ Лейф усмехнулся, но в глазах мелькнула тень понимания. ─ Дагни, мы с тобой ─ Мастер и его сестра. У нас есть хлыст и право голоса при дворе, даже если ты думаешь иначе.

─ Это всё равно не отменяет того факта, что ты предлагаешь выйти за первого встречного, чтобы не выходить замуж за богатенького Мастера при дворе самого короля Изингума, ─ Дагни произнесла это с пренебрежительным тоном.

Он сел на край деревянного сундука, опершись локтями о стол, и сказал серьёзно:

─ Нет, я предлагаю тебе найти того, с кем союз не будет ограничивать твою свободу. Вряд ли Вирик сможет тебе её дать – он властный, коварный и вспыльчивый. Он не станет церемониться с той, которую ему подсунули в качестве договорного брака.

─ Твои варианты? ─ Дагни скрестила руки на груди. Она всё ещё не хотела признавать своё поражение в этом деле.

─ Думаю, он тебе понравится, ─ Лейф подмигнул, встал со стула, не сказав больше ничего.

─ Вот любит он недоговаривать, – слегка возмутилась демоница, развернувшись к окну.

За окном всё ещё моросил дождь. Ночное небо, затянутое тяжёлыми тучами, лишь изредка пропускало тусклый лунный свет, давая надежду на то, что непогода скоро отступит и всё наладится.

Опустив взгляд вниз, Дагни заметила у крыльца знакомые фигуры: брата, приёмных родителей и незнакомца, которого они приветствовали с необычной для позднего часа теплотой.

─ И чего это они меня не позвали? Странно… – пробормотала она себе под нос, покидая комнату Лейфа.

Если бы она была чуть внимательнее, то непременно заметила бы маленькую склянку, валявшуюся на полу как раз в том месте, где недавно сидел её брат.

─ Мам, пап, вы не говорили, что у нас гости будут. Я хотя бы привела себя в…

Дагни осеклась на полуслове, когда её взгляд встретился с глазами ночного гостя. Это был главный Мастер Эйнар.

Она видела его и раньше, но лишь мельком ─ и тогда он казался ей невзрачным, неказистым, даже чересчур худощавым, с вечно торчащими, выгоревшими на солнце жёлтыми волосами, похожими на сухую солому.

Сейчас же она не могла оторвать от него взгляда. Из-под нахмуренных бровей на неё смотрели изумрудные глаза, ярко выделялись скулы, на лице играла лёгкая щетина, а на правом виске темнел едва заметный шрам. Теперь худоба казалась ему к лицу, как и длинные красные рога, которые она раньше не замечала.

─ Ты чего? – брат толкнул сестру под локоть, выводя её из оцепенения.

─ Все хорошо, ─ тряхнула она головой, отгоняя наваждение. – Рада вас видеть, господин главный Мастер.

─ Для вас, милая леди, просто Мастер Эйнар, ─ гость взял руку демоницы в свою и поцеловал тоненькие пальчики девушки.

От этого жеста по всему телу прошлась теплая волна мурашек, а сердце на мгновенье замерло, наслаждаясь внезапно нахлынувшим чувствам.

─ Но я ненадолго, ─ с ноткой извинения произнёс Эйнар, доставая из-за спины неб ольшой свёрток и мешочек. ─ Это рекомендательное письмо и жалованье на первый месяц от Его Величества Изингума. Через три дня он будет ждать во дворце своего новоявленного Мастера. Поздравляю, Лейф Волден.

─ Покорный слуга благодарит Его Величество Изингума, ─ Лейф с поклоном принял деньги и письмо. ─ Может останетесь попить чаю?

─ Я…

─ Да, останьтесь, Мастер Эйнар, ─ попросила Дагни и незаметно облизнула пересохшие губы. Что-то внутри неё трепетало при виде него ─ непреодолимое желание прикоснуться, быть ближе, услышать его голос вновь. ─ У нас очень вкусный чай, купленный в Аоранде.

─ Хорошо, ─ поддался на уговоры демон, снимая свой сюрко.

На маленькой деревянной кухне уже вовсю хлопотала низенькая, круглолицая седоволосая демоница. Дагни помогала ей, расставляя деревянную посуду.

─ У вас, случаем, не найдется сикеры? ─ спросил Эйнар, обводя взглядом уютное помещение. – Я забыл его сегодня выпить.

─ Даги, принеси, пожалуйста, из погреба запечатанную бутылку, ─ попросил глава семейства. Он выглядел немощным, но голос его всё ещё был твёрд.

─ Я провожу вас, милая леди, ─ вызвался главный Мастер, взяв со стола свечу. – На улице же темно.

Они оба вышли, спустились по узким ступеням в сырой и прохладный погреб, который находился под домом с задней стороны. Дагни поставила свечу на деревянную бочку, резко развернулась, схватив Эйнара за руку, подалась вперёд и прижалась к нему. Её пальцы скользнули по его груди, а губы требовательно накрыли его губы.

Эйнар замер, пытаясь осознать происходящее. Тело начало реагировать раньше, чем мозг дал понять, что что-то было не так. Он прижал девушку в ответ, запуская руку в мягкие кудри. Демон целовал с неистовой страстью, от которой у демоницы подкосились ноги.

В какой-то момент он почувствовал горечь на её губах, которая, вероятнее всего, была оставлена какими-то травами. Отстранившись, приподнял лицо за подбородок и заглянул в глаза – они были расширенными от желания, а дыхание неровное. Она явно не отдавала себе отчёт в своих действиях.

─ Дагни, ты в порядке?

─ Да... ─ выдохнула она, пытаясь поцеловать его снова.

─ Вспомни, пожалуйста, последнее, что ты пила?

─ М… Сикеру у брата в комнате, ─ вспомнила Дагни, не отпуская руки с груди Эйнара. – А что такое?

─ Тебе что-то подмешали в твой напиток, отчего ты стала необузданно страстной.

Дагни моргнула, не понимая его слов, во взгляде мелькнула искра осознания, но тут же испарилась с новой волной мутного вожделения.

─ И что же мне с тобой делать, бедолага? ─ Эйнар перехватил её запястье, когда она снова потянулась к нему.

Он не сразу, но понял, что девушке могли подлить либо любовное зелье, либо афродизиак. Если это первое, то к нему можно без труда найти противоядие. Если же это второе, то придется предаться близости, иначе это может сказаться на дальнейшем её здоровье.

─ М?

Эйнар наклонился к её уху, обжигая своим дыханием кожу демоницы:

─ Либо ты сейчас возьмёшь себя в руки, и мы найдём противоядие, либо… ─ он замолчал, дав таким образом ей возможность поразмыслить над словами, ─ … ты будешь страдать до утра, а я буду смотреть на это и знать, что не имею права воспользоваться твоей слабостью.

─ Если вы этого не сделаете со мной ─ я сойду с ума, ─ из груди вырвался стон, то ли от разочарования, то ли от нарастающего возбуждения. ─ Или… или я найду кого-то другого…

─ Нет, ─ Эйнар произнёс жёстче, чем намеревался, а сама девушка оказалась сильно прижата к нему.

─ Тогда давайте сделаем это… ─ Дагни сказала это, глядя ему прямо в глаза, и в них больше не было тумана, только страстное отчаяние.

Эйнар смотрел на неё, и внутри него боролись долг и желание. Он понимал ─ это изменит всё.

─ Хорошо, тогда поступим…

─ Нет, я хочу тут, ─ настойчиво возразила Дагни.

Эйнар провёл пальцами по её щеке, и в этом прикосновении было всё: сожаление, нежность и твёрдая решимость.

─ Нельзя, чтобы нас с тобой застукали в неподобающем виде. Сейчас мы берём сикеру и возвращаемся, иначе могут возникнуть подозрения и вопросы, ─ Дагни закусила губу, понимая, что он прав. ─ Я покину дом раньше тебя, а ты через какое-то время спустишься через черный вход после того, как все заснут. Я буду ждать.

Вернувшись обратно в дом, Эйнар не стал задерживаться. Он коротко попрощался с приёмными родителями, ссылаясь на срочные дела, требующие его присутствия. Его голос звучал спокойно, будто не он пару минут назад страстно целовался с демоницей.

─ Лейф, проводишь меня, пожалуйста, ─ схватив за локоть, попросил главный Мастер.

Перед самым выходом Эйнар задержал свой взгляд на Дагни. Она стояла у стола, опустив взгляд вниз, сжимая в руках пустую кружку, и старалась выглядеть спокойной, но чуть дрожащие пальцы говорили об обратном.

Когда оба демона вышли на улицу и дубовая дверь с глухим стуком закрылась за ними, Лейфа прижали к ближайшему столу, а к горлу приставили остро заточенный нож. Глаза Эйнара горели холодным огнём

─ Ты что добавил, сучёныш? ─ голос главного Мастера звучал гневно и тихо.

Лейф не пытался вырваться, чувствуя холод металла у кожи. Медленно поднял руки, показывая, что не собирается сопротивляться.

─ Афродизиак, купленный на чёрном рынке, ─ спокойно, даже с лёгкой усмешкой, ответил Лейф. ─ Хозяин сказал, что он из Вайманда. Самый сильный сорт.

Эйнар прищурился, сжимая рукоять ножа чуть сильнее, но не нанося раны.

─ Зачем?

─ А как мне избежать брака сестры, который её же и погубит? ─ голос Лейфа дрогнул, и в нём впервые послышалась уязвимость, которую он так старательно скрывал. ─ В книгах написано, что после близости запахи демонов смешиваются, становятся единым целым. Я думал... если вы будете близки, её запах изменится. И тогда Вирик не сможет учуять чужую кровь. Это был единственный способ, который я нашёл.

─ Ты не спросил, чего хочет она? ─ Эйнар шагнул, что есть силы вдавив парня в дерево. ─ Не подумал, что своим действием ты можешь навредить ей сильнее, чем любой брак? Если бы я не пришёл сегодня? Что тогда?

─ Тогда она сошла бы с ума и точно никто бы не стал брать её в жены, ─ ответил Лейф, глядя прямо в глаза.

Минута осознания, нож поспешно убрали и в ту же секунду кулак главы школы Мастеров прошёлся по лицу Лейфа. Тот пошатнулся, приложив ладонь к разбитой губе, и усмехнулся, несмотря на боль.

─ Думаю не тебе меня судить, Эйнар, ─Лейф впервые произнёс его имя, и в этом слове слышалась ненависть, копившаяся годами. ─ Всё это началось из-за тебя. Если бы ты просто убил всех и ушёл ─ я бы всё равно спас сестру любым способом. Но ты решил поиграть в героя, подписав тем самым смертный приговор для всех нас. Так что не вини меня за то, что сейчас делаю всё, чтобы предотвратить катастрофу. Мы и так ходим по лезвию ножа.

─ Тебе было всего десять ─ ты бы не смог спасти того, кому вонзили нож в сердце…

С этими словами Эйнар развернулся и шагнул в темноту, растворяясь в ночи, как тень, которую никто не мог удержать. А Лейф продолжил стоять у столба и смотрел ему вслед. Он знал: Эйнар не оставит сестру. Как и тогда, восемнадцать лет назад, когда мир рухнул вокруг них, хоть и по его вине. Придёт и сейчас…

Дождь всё шёл, и казалось ─ он будет лить вечно.

Дагни не запомнила дорогу, которая вела к дому главного Мастера. Было слишком темно, да и мысли её были заняты другим: его голосом, взглядом и тем, как он держал её руку.

Она запомнила только одно: рядом был дворец короля Изингума. Его массивные тёмные шпили уходили в небо, даже в этой глухой ночи пронзая тучи. Он был виден отовсюду ─ маяк власти и угрозы, который, казалось, наблюдал за ней сквозь плотную пелену дождя и ночи.

«Почему он живёт так близко ко дворцу?» ─ пронеслось у неё в голове. Близость к Его Величеству могла означать только одно: либо он полностью доверяет королю, либо он настолько опасен, что его держат под рукой. Ответа на этот вопрос она ещё не долго получит, а пока лишь куталась в сюрко, стараясь не отставать, и чувствовала, как колотится сердце в предчувствии чего-то, что нельзя было остановить.

Трехэтажный кирпичный дом был наполнен слугами. Они появлялись из ниоткуда ─ бесшумно, словно тени, и так же бесшумно исчезали, стоило хозяину бросить на них взгляд; никто из них не произносил ни слова; никто не задерживался рядом дольше, чем требовалось.

Эйнар открыл перед ней дверь, и она шагнула в просторную комнату, где наконец стало тепло. Большая деревянная кровать, застеленная шкурами лисиц, стояла у стены рядом с большим горящим камином. На каменнных стенах, вместе со старыми гобеленами висели зажжённые большие свечи. Рядом с большим окном стоял круглый дубовый стол. На нём уже был кувшин с каким-то напитком и две деревянные кружки, глиняная тарелка с фруктами. На каждом из трёх стульев висели лисьи шкуры — рыжее, с серебристым отливом. Они казались не просто охотничьей добычей, а стражами, охраняющими тишину этой комнаты.

─ Располагайся где хочешь, ─ сказал хозяин дома, не глядя на неё.

Свои шерстяные сюрко они оставили у входной двери, теперь на них была простая льняная одежда.

Дагни сделала шаг вперёд и провела рукой по тёплому меху, чувствуя, как он мягко пружинит под пальцами.

─ Красиво, ─ протянула демоница, улыбнувшись.

Она подняла голову в тот момент, когда Эйнар стянул с себя красную рубаху, оголяя спину. И в свете камина разглядела шрамы: длинные, белые линии, пересекающие его лопатки.

Дагни быстро преодолела расстояние между ними. Её холодные пальцы коснулись его разгорячённой спины, заставляя демона напрячься. Она провела кончиками пальцев по одному из шрамов, идущему от плеча к лопатке, чувствуя подушечками неровную, чуть бугристую кожу.

─ Откуда это? ─ спросила она тихо, и голос её дрогнул.

─ Очень давняя история, ─ тихо произнёс Эйнар, продолжая стоять на месте, давая ей время привыкнуть к его внешнему виду.

Она продолжала водить пальцами по его спине, изучая каждую линию, каждый след, которые оставил на её теле мальчишка, лишенный своих родителей; мальчишка, который поклялся, что больше никто не сможет причинить боль его родным.

─ Больно было?

─ Уже не помню, ─ медленно развернувшись, Эйнар посмотрел в её красивые зеленые глаза, в которых отражался свет от зажжённых свечей. – Не волнуйся – старые раны не ранят, если о них не вспоминать.

Дагни опустила голову вниз, провела руками по едва заметному прессу, почувствовав под пальцами едва уловимое напряжение. Его кожа была горячей, и мышцы слегка подрагивали от её прикосновений, словно он сдерживал себя из последних сил. Она медленно вела ладонями вверх, касаясь каждого выступа, каждой линии, которую её пальцы могли различить в полумраке.

Эйнар не решался дышать. От её невесомых прикосновений кровь приливалась в нижнюю часть его тела, от чего даже в просторных черных штанах стало тесно.

─ Дагни, ─ бесшумно выдохнул он, ─ ты не должна…

Она подняла на него взгляд, и в её зелёных глазах горел тихий огонь, который горел в ней ещё там, в погребе.

─ Я хочу.

Она прижалась к нему, заставая прочувствовать каждый сантиметр её тела. Её руки легли ему на плечи, и она приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его в уголок губ.

Это стало последней каплей, чтобы барьер, сдерживающий его, спал, выпуская наружу страсть, голод, желание забыться в ней и наконец позволить себе чувствовать. Его губы накрыли её рот уже не нежно, а жадно. Она ответила с той же силой, запуская пальцы в его волосы, прижимаясь к нему всем телом, чувствуя, как под её руками напрягаются мышцы, как его дыхание сбивается от желания.

Он не дал ей опомниться ─ подхватил на руки и, сделав два шага, опустил на мягкий мех на кровати. Дагни не сопротивлялась ─ наоборот, она тянула его за собой, притягивая ближе, касаясь пальцами его плеч, шеи.

─ Эйнар… ─ выдохнула она, и в этом одном слове было всё: его имя, доверие, желание, которое она больше не хотела прятать.

Они не медлили — ткань скользнула на пол, и между ними не осталось ничего, кроме собственного желания. Он накрыл её тело своим, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её. Он целовал её лицо, шею, плечи, вдыхал её запах, чувствовал, как она дрожит под его ладонями.

─ Ты даже не представляешь, как долго я этого ждал, ─ прошептал он хрипло в губы и поцеловал её снова, медленно, глубоко, словно давая ей время на раздумья, но она не колебалась ни секунды. Она прижалась к нему сильнее, и тогда он перестал сдерживаться.

Тихий, сдавленный стон сорвался с губ Дагни, когда ладонь демона накрыла её обнажённую грудь. Кожа горела под его прикосновением, а внутри разливалась приятная, тягучая истома, опускаясь всё ниже, к животу, к бедрам. Между ног стало жарко и незнакомо влажно.

Первое движение Эйнара было осторожным, почти робким, и Дагни почувствовала болезненное трение. Она вцепилась зубами в его плечо, давая понять, что ей больно. Он замедлился, давая ей время привыкнуть. А потом боль ушла, уступив место невероятному, почти ошеломляющему блаженству. Каждый его толчок отдавался в ней волнами наслаждения, поднимая её всё выше, к самому пику.

Её тело пронзила дрожь, и она прильнула к нему ещё сильнее, чувствуя, как он наполняет её своим теплом, своей силой, своей нежностью. Она не хотела, чтобы это заканчивалось. Она хотела остаться в этом моменте навсегда ─ в его объятиях, в его дыхании, в его близости.

Эйнар прижал её к себе крепче, чувствуя, как она затихает в его руках, и в этом молчании было больше эмоций, чем в любых словах. Она улыбнулась, уткнувшись носом в его плечо, чувствуя, как дыхание постепенно выравнивается, а сердце успокаивается в такт с его.

─ Это было прекрасно, ─ наконец вымолвила демоница, выскальзывая из его объятий и чувствуя, как прохладный воздух касается разгорячённой кожи.

Демон перевалился на спину, тяжело выдыхая, и Дагни пристроилась сбоку, положив голову ему на плечо, вдыхая его запах.

─ Правда, ты у меня не первый, ─ стеснительно призналась она, прикрывая обнажённое тело мягким мехом. ─ Но мне понравилось. Очень.

─ Да я уж понял, ─ довольно усмехнулся Эйнар, целуя её в макушку и чувствуя, как она расслабляется в его объятиях.

─ А как? ─ любопытство взяло верх, и она приподняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза.

─ Вряд ли юная дева будет делать то, что умеешь ты, ─ ответил он с лёгкой усмешкой, и в его голосе послышалась тёплая хрипотца.

─ Скажешь тоже, ─ Дагни смущённо спрятала лицо у него под мышкой, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

─ Как есть, ─ он пожал плечами, без капли сомнения в голосе.

Несколько минут они лежали молча, наслаждаясь теплом друг друга, слушая, как за окном барабанит дождь, а в камине потрескивают остатки дров. Дагни нечаянно запрокинула руку вверх и замерла.

На её запястье горела тонкая красная нить Ироны ─ та самая, что появляется с момента первой ночи и исчезает с рождением первенца. По легенде, этой нитью объединяют сердца, предназначенные самой судьбой. И разорвать эти нити просто невозможно.

─ Получается, мы с тобой связаны? ─ в её голосе было не то разочарование, не то облегчение.

─ Получается, что так, ─ подтвердил Эйнар, рассматривая свою красную нить на правом запястье. ─ Забавно получилось ─ ты помолвлена с одним, а связана с другим.

─ Моим родителям это точно не понравится, ─ загрустила демоница, переворачиваясь на спину и уставившись в потолок.

─ Раз уж мы с тобой связаны, то не вижу смысла скрывать от тебя это, ─ неожиданно произнёс Эйнар, развязывая на левом запястье белую повязку, которая всё это время была на нём. Под ней открылась свежая, незаживающая рана ─ и рядом с ней ещё несколько похожих надрезов, которые говорили о том, что это не в первый раз.

─ У тебя отсутствует регенерация? ─ Дагни села, приподнявшись на локте, и её глаза расширились от ужаса.

─ Нет, конечно, просто она больше похожа на человеческую. Но дело в другом. Сделай сейчас то, что я тебя попрошу, хорошо?

В ответ ему кивнули, всё ещё не понимая к чему клонит этот демон. Сделав ещё один надрез поверх не зажившего, темная, почти черная кровь потекла маленькой струйкой, скатываясь по его коже и падая на мех. Поднеся запястье к губам демоницы, он сделал пригласительный жест.

Всё ещё не понимая происходящего, Дагни прильнула губами к разрезу. Горечь крови коснулся языка, но вместе с ней пришли воспоминания, которые она не могла вызвать сама. Они хлынули потоком, как вода, прорвавшая плотину.

Она вспомнила. Вспомнила тот дом в лесу ─тихий, укрытый тенью старых сосен, где пахло смолой и свежеиспечённым хлебом. Вспомнила, как они все с братом вместе смеялись, плескались в ручейке, гонялись друг за другом среди высокой травы. А потом память швырнула её в тот самый день, когда мир рухнул прямо у неё на глазах.

В дом ворвались трое. Один из них приставил нож к её шее ─холодное лезвие обожгло кожу, а в груди застыл крик. Потом был Эйнар: его руки, крепко обхватившие её, попытка укрыть, спасти, удержать ускользающую жизнь. Она чувствовала, как силы покидают её, как мир становится серым и беззвучным.

И всё же она выжила ─вопреки всем законам Ироны. Выжила, продолжая подпитываться кровью демона, словно сама судьба цеплялась за эту тонкую, тёмную нить между жизнью и смертью.

Оторвавшись от запястья, Дагни с нескрываемым ужасом в глазах слезла с кровати, поспешно натягивая на себя брошенное на пол платье. Руки дрожали, пальцы путались в завязках. Каждое движение было резким, словно она пыталась сбежать от себя самой, от того, что только что узнала.

─ Дагни… ─ голос Эйнара сорвался, и он протянул руку, чтобы коснуться её плеча, но она отшатнулась от него словно от огня.

─ Я пойду, ─ сказала она, не поднимая глаз, и её голос был глухим, почти безжизненным. ─ Мне надо обдумать всё.

Она уже стояла у двери, когда он попытался остановить её:

─ Дагни, пожалуйста, не уходи так.

Дверь за ней закрылась, и шаги быстро затихли в коридоре. Эйнар остался один, глядя на пустую комнату, которая ещё хранила тепло её тела. Он опустился на край кровати и закрыл лицо руками, понимая, что только что потерял нечто большее, чем просто её доверие, а ту самую Дагни, которая была рядом с ним мгновение назад.

Но, возможно, это был её единственный шанс понять, кто она есть на самом деле. И он должен был дать ей этот шанс, даже если это означало отпустить её в ночь, которая всё ещё была полна тайн и вопросов. Он не знал, сколько времени пройдёт, прежде чем она сможет принять правду.

─ Кайм, следи за ней и докладывай о каждом её шаге, ─ приказал он вошедшему.

Высокий и худощавый демон с черными рожками, с лицом, которое невозможно было запомнить с первого взгляда, молча кивнул. Он не задавал вопросов, не смотрел на хозяина, он просто развернулся и бесшумно скользнул в темноту коридора, исчезая быстрее, чем тень.

С той ночи прошло около недели. Неделя, которая растянулась в бесконечность, наполненная тишиной и тревогой.

Дагни так и не пришла.

Он просыпался с мыслью о ней, засыпал с чувством пустоты, которая нарастала внутри с каждым новым днём молчания. Он ходил около её дома, но не решался войти, не хотел нарушать её выбор, даже если тот был не в его сторону.

И слуга, Кайм, которого он отправил следить за ней, исчез, словно провалился сквозь землю.

Эйнар стоял у окна своего кабинета, смотрел на серое небо и впервые за долгие годы не знал, что делать дальше.

─ Поздравляю! Мы потеряли её! ─ разъярённый Лейф ворвался в кабинет, с грохотом распахнув дверь, и швырнул на стол пергаментный свиток, который тут же развернулся, обнажая неровные строки, написанные торопливым почерком.

─ И тебе добрый день, ─ Эйнар взял свиток в руки, пробегая глазами по тексту, и его лицо постепенно каменело.

─ «Добрый день»? ─ Лейф замер посреди комнаты, тяжело дыша, и его кулаки сжались так, что побелели костяшки. ─ Она исчезла уже как четыре дня! Я обошёл все места, где она могла быть, опросил всех, кто мог её знать, ─ и ничего. А ты сидишь здесь, смотришь в свои бумаги и говоришь мне «добрый день»?

─ Во-первых, закрой свой рот, ─ ледяным голосом приказал главный Мастер, не поднимая глаз от пергамента. ─ А во-вторых, дверь закрой, нечего всей школе знать наши дела.

«Привет, Лейф. Вчера мне открыли правду, которую ты и Мастер Эйнар скрывали от меня восемнадцать лет. Все мы знаем: обряд кровосмешения карается смертью не только для участников этого ритуала, но и для его близких. И этот закон вышел ещё сто лет назад, со времен окончания войны в Аоранде. Я не знаю точных мотивов Эйнара, но понимаю лишь одно: спокойной и богатой жизни мне не видать.

Помнишь, как недавно говорила тебе, что обязана всем нашим приемным родителям? Теперь понимаю: не меньшим я обязана и тебе. Ты был и остаёшься самым родным и близким мне демоном. Ты заслонял меня от хулиганов, отдавал последние крошки хлеба, когда мы голодали, и никогда не позволял мне чувствовать себя одной.

Прости меня, я так сильно тебя люблю, что не могу позволить себе разрушить то, к чему ты так долго шёл, о чём мечтал все годы. Прошу, не ищи меня, пожалуйста. Чтобы защитить всех вас, я приняла верное решение. Родителям я чуть позже напишу письмо сама, пусть узнают от меня лично.

Прощай, мой любимый старший брат…

PS. Твоя сестра Даги!»

Эйнар дочитал письмо до конца. Его пальцы всё ещё держали свиток, но он смотрел сквозь него ─ в пустоту, туда, где только что были слова, написанные её рукой. В кабинете повисла такая тишина, что Лейф услышал, как где-то в коридоре скрипнула половица.

«Я приняла верное решение…» ─ Эйнар медленно опустил письмо на стол, провёл ладонью по лицу, закрывая глаза на секунду. Когда открыл их, то в них больше не было пустоты ─ лишь холодная решимость. Он во что бы то ни стало отыщет её, не позволив ей принести себя в жертву, даже если она считает, что это единственный выход.

Тишина длилась недолго ─ дверь бесшумно приоткрылась, и в кабинет скользнула тень. Кайм появился так же внезапно, как всегда ─ без стука, без предупреждения. Лейф вздрогнул, едва сдержавшись, чтобы не выругаться вслух.

─ Я знаю, где она, ─ произнёс Эйнар после того, как слуга что-то шепнул ему на ухо. ─ Не думаю, что тебе стоит туда идти.

─ Где она? ─ Лейф подошёл ближе, чувствуя, как внутри него закипает тревога.

─ В вашем старом доме. Там, где всё началось. ─ Эйнар поднял на него взгляд. ─ Ты сможешь?

Лейф смотрел на него, и в его груди смешались боль. Он знал, что этот дом хранит слишком много неприятных воспоминаний, слишком много боли, но он также знал, что, если он не пойдёт ─ его сестра может исчезнуть навсегда.

─ Пообещай мне, что вернёшь её домой, ─ попросил юный демон, давая понять, что он туда не пойдет.

─ Я приведу её обратно, обещаю.

Старый, полуразрушенный дом стоял всё на том же месте, что и восемнадцать лет назад. Время не пощадило его: стены, когда-то тёплые и живые, теперь покрылись глубокими трещинами, крыша местами просела, а окна смотрели на мир пустыми глазницами, затянутыми паутиной и пылью.

Дагни стояла перед покосившимся деревянным забором, и ветер шевелил её волосы, словно пытаясь удержать её здесь. Она смотрела на старый дом, который когда-то был её домом ─ тёплым, живым, полным голосов и смеха. Теперь он стоял перед ней, как призрак, и каждый его сломанный ставень напоминал о том, что всё началось именно здесь.

Она не знала, зачем пришла: может быть, чтобы попрощаться, может быть, чтобы убедиться, что прошлое действительно осталось позади. Но одно она знала точно: она не должна разделять свою жизнь ни с этими родителями, ни с теми. Она уходит не потому, что хочет сбежать, а потому что это единственное место, где можно спрятаться. Единственное место, где её никто не найдёт ─ даже она сама.

Дагни провела пальцами по ржавой калитке, чувствуя, как железо проникает в кожу. Внутри неё боролись боль и облегчение, но она знала: она должна быть здесь. Должна принять тот факт, что её прошлое и настоящее больше не имеют значения. Осталось только будущее ─ пустое, неизвестное, но принадлежащее только ей.

─ Может, не стоит всё рубить с плеча? ─ Дагни вздрогнула от неожиданности и резко обернулась.

Сердце на мгновение пропустило удар, когда увидела перед собой Эйнара.

─ Я просила не искать меня, ─ сказала она, и голос её дрогнул.

─ Ты брата просила, и его тут действительно нет, ─ пожал плечами демон. ─ Я пришёл один.

─ Как ты нашёл меня? ─ голос Дагни звучал напряжённо, и она невольно отступила на шаг, словно пытаясь удержать дистанцию.

─ Кайм следил за тобой.

─ А кто такой Кайм? ─ она нахмурилась, пытаясь вспомнить, встречала ли она это имя раньше.

─ Твой телохранитель. Я приставил его к тебе после той ночи, когда ты ушла, ─ Эйнар сделал ещё один шаг, демоница шагнула назад. ─ Может, поговорим?

─ О чём? ─ Дагни скрестила руки на груди. ─ Я уже всё решила.

─ Решила она, ─ съязвил Эйнар, закатывая глаза. – Не думала, каково твоим родным от твоего решения?

─ Лучше будет, если их казнят из-за нас? ─ голос Дагни дрогнул.

─ Не кричи, пожалуйста, ─ Эйнар сделал два шага, преодолев расстояние, которое их разделяло. ─ Ты не думала, что если за восемнадцать лет никто не смог учуять мою кровь на тебе ─ не учуют и сейчас?

Дагни ничего не ответила, глядя ему прямо в глаза. В её взгляде читалась смесь вызова и растерянности, но она не отводила глаз. Эйнар медленно поднял её руку вверх, указывая на тонкую красную нить, обвивавшую её запястье ─ ту самую, что появилась после их первой ночи.

─ Не думала, что проведённая ночь и эта нить не сольют наши с тобой запахи воедино? ─ тихо спросил он, и в его голосе послышалась хрипотца. ─ Я знал несколько способов спрятать запах моей крови на тебе: спаивать тебе мою кровь маленькими порциями, ослабевая с каждым голом. Или же соединить нас узами красной нити Ироны. И, как ты уже поняла - выбрал первое, чтобы предоставить тебе в дальнейшем выбор: либо ты продолжаешь пить мою кровь или же мы заключаем союз. Так что решай сама: есть у тебя выбор или нет.

Дагни смотрела на него, и внутри неё всё переворачивалось. Она думала, что он просто спас её тогда, в лесу. Но теперь она понимала: он дал ей не просто жизнь. Он дал ей право выбирать ─ каждый день, каждое мгновение. И сейчас она стояла перед ним, сжимая в руках свою судьбу, которая оказалась не такой уж и предрешённой.

─ Сможешь ответить мне честно?

─ Слушаю?

─ Почему ты был там? В лесу, когда всё это случилось?

─ Твой отец был шпионом. Он снабжал Лоарта секретной информацией о границах. Меня и ещё двоих послали на его поимку, но один из Мастеров потерял контроль ─ решил убить тебя у него на глазах. Я не мог этого допустить и убил его на месте. А решение спасти тебя пришло очень быстро и неожиданно. И с тех пор я ни разу не пожалел о том выборе.

Он замолчал, и в повисшей тишине Дагни почувствовала, как тяжесть его слов оседает внутри неё.

─ Значит, ты спас меня не из жалости, ─ сказала она тихо. ─ А потому что не мог поступить иначе?

─ Да, ─ ответил он, и в его голосе не было сомнений. ─ Потому что ты была просто ребёнком.

Она долго смотрела на него, обдумывая каждое слово, каждый жест, каждое движение его рук. Внутри неё всё замирало и снова оживало, будто сердце училось биться заново.

─ Я остаюсь, ─ сказала она наконец. ─ Но не потому, что мы связаны, а потому что хочу попробовать понять, кто я рядом с тобой.

─ Хорошо, ─ облегченно вздохнул Эйнар, опуская руку.

─ Но я не люблю тебя, Эйнар, уж точно не сейчас. Для меня ты сейчас чужой и пугающий, ты ─ тот, кто украл мою смерть и подарил мне жизнь, о которой даже не просила. Я не могу полюбить тебя по щелчку пальцев, как с этим афродизиаком.

Она взяла его за руку, и её пальцы дрогнули, но она не отпустила.

─ И, если ты хочешь, чтобы я осталась ─ завоюй моё сердце. Ты должен влюбить меня в себя. Не магией, не обрядом, не жертвой, а тем, кто ты есть.

Эйнар смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она не могла прочитать ─ удивление, надежда, страх. Но он не отвёл взгляда.

─ Я принимаю твои условия, ─ сказал он и голос его был хриплым от волнения. ─ Я сделаю всё, чтобы ты полюбила меня по-настоящему. Ты ─ единственная, ради кого готов попытаться.

Осенний ветер кружил над их головами, пряча в опавших листьях то, что осталось позади ─ горечь, вину, страх. Впереди зима, и они оба готовы идти вперёд, даже если путь будет долгим и тернистым.

Осень в Иронаре медленно уступала свои права холодной зиме. Дожди становились реже, а ветер ─ холоднее, по ночам на лужах появлялась тонкая корка льда.

Дагни не решилась уйти жить в дом Эйнара – тот и не настаивал. Он приходил к ней в гости, приносил горячий чай, сидел у камина и рассказывал о своих днях. Она слушала его, иногда смеялась, иногда молчала, глядя в огонь. И в этих тихих вечерах она чувствовала, что что-то менялось.

Однажды Дагни сама пришла к нему. Без письма, без предупреждения, просто стояла на пороге его дома, кутаясь в шерстяной сюрко.

─ Я ещё не знаю, люблю ли тебя, ─ сказала она, и голос её дрожал. ─ Но я очень сильно хочу быть рядом с тобой.

Эйнар не стал задавать вопросов, он шагнул к ней, обнял, чувствуя, как она утыкается носом в его грудь, и сказал те слова, которые давно хотел:

─ Мне не нужна твоя любовь прямо сейчас - достаточно и того, что ты рядом.

Они стояли на пороге, обнимаясь, как дети, а с неба на них упал первый снег.

Снежинки кружились в тёплом свете из приоткрытой двери, вспыхивая золотом на мгновение, прежде чем исчезнуть.

Они не двигались. Дагни чувствовала, как мир постепенно затихает под этим белым покрывалом. Снег укрывал их следы, стирал прошлое, оставляя только этот момент. Который явно сулил стать отправной точкой к чему-то другому, к чему-то, что ещё не имело названия, но уже дышало в их груди.

Конец.

Август 2026