За спиной послышался вой сирены. Сердце пустилось вскачь. Несколько раз я споткнулась, ударилась плечом о камень на резком повороте, но скорость не сбавила.

Когда паника, свистки стражей и звук магической плети, рассекавшей пространство остались позади, мы сбавили скорость, а потом и вовсе остановились где-то в бесконечно-тёмном пространстве. Я ничего не видела, но отчётливо ощущала горячее дыхание моего спасителя на своей шее. В голове пронеслась до смешного глупая мысль: «Я клялась, что больше никогда не окажусь на поединках, но сознательно нарушила свою клятву, чтобы защитить его. Спасти, предупредить или не только поэтому? Может… я была здесь, чтобы еще раз увидеть, как перекатываются мышцы под блестящей кожей, как ластится к его рукам послушная магия? Я хотела снова ощутить, как замирает сердце и сбивается дыхание… Я проиграла…»

— Ты в порядке? — хрипло прошептал он. — Не поранилась?

— Нет, — ответила тихо, не в силах отвести взгляд от темноты, из которой смутно начал проступать его силуэт… — Я испугалась.

Мы молча стояли друг напротив друга.

— Ты знал, что стражи придут? — не выдержала я, потому что всё поняла. — Ты помогал им…

— Всё рано или поздно заканчивается, Эми, — Его дыхание опалило губы. — Всё, кроме одного.

— О чём ты?

Я плохо соображала, перед глазами плыло, в висках гудела кровь. Когда наши губы встретились, я тихо застонала, цепляясь руками в тёмный турнирный плащ на широких мужских плечах.

Он целовал меня отчаянно, страстно и так глубоко, словно пытался заполнить собой всё моё существо, а после втолкнул меня в портал, растворившись в темноте, словно призрачный фантом. Но я была уверена, что завтра всё будет как обычно и он снова будет рядом. Я была так в этом уверена…

Глава 1

— Лима Эмилия, мы на месте.

Я оторвалась от планшета, на котором расписывала возможные сочетания цветов и фактур тканей, и всмотрелась в сумерки за окном. Разноцветные огни Академии Ривдвена горели ярко и празднично, будто День Смены Времён был в самом разгаре.

— Спасибо, Деневик, — поблагодарила я личного извозчика и, плотнее закутавшись в шубку, открыла дверь экипажа. — Ты сразу домой?

— Нет, — мужчина кивнул в сторону города. — Заночую в «Эдамасе». Спирит прихрамывает, хочу осмотреть, да и остальным отдых не повредит.

Я спрыгнула с подножки и прощально махнула рукой.

— Увидимся летом!

Деневик деловито кивнул, и лошади тронулись, а я улыбнулась и побежала к воротам Академии.

В нашей семье к слугам всегда относились тепло. Они получали хорошее жалование, жили в уютных чистых комнатах и ели качественную еду, а на День Смены Времён мама и нянюшка всегда готовили для каждого маленький приятный подарок, который вручался в главной гостиной около большой сияющей огнями ёлки в атмосфере праздника и уюта.

Мне также никогда не возбранялось общение с детьми слуг. Я могла полдня провести в саду, помогая нашему садовнику Питеру, или слушать сказки, сидя на коленях у Зильды, моей любимой «поварёшки».

Думаю, именно это помогло нам с мамой, когда отца не стало, а на счетах нашей семьи внезапно обнаружились совсем не утешительные цифры. Несмотря на возникшие обстоятельства и неопределённость будущего, наши верные слуги и не подумали искать себе новое место. Напротив, они стали настоящей поддержкой и опорой для нас в то сложное время.

Маме пришлось тяжелей всего. Они с папой были вместе со времен студенчества и нежно любили друг друга до последнего дня. Глядя на маму, такую одинокую и потерянную, я пообещала себе закончить Академию с отличием, открыть своё ателье и обязательно купить для неё маленький уютный домик у моря, чтобы в её жизни большую часть года светило тёплое южное солнце. А ещё… никогда не подпускать к сердцу сильное чувство, ведь в нём кроется главная слабость женщины.

Хвала небу, учёбу бросать не пришлось. Отец оплатил лучшую академию страны на годы вперёд. Однако я старалась не растрачивать оставшийся семейный бюджет и уже сейчас подрабатывала, отшивая главным модницам учебного заведения наряды по последним тенденциям. Брала бюджетными ценами и харизмой и к четвёртому курсу считалась лучшей студенткой бытового факультета и главной подпольной швеёй Академии.

Добежав до комнаты, я дёрнула ручку. Дверь поддалась, и я почти сразу попала в крепкие объятия моей бессменной соседки по комнате, а по совместительству лучшей подружки и главному хранителю всех студенческих сплетен.

— У меня столько новостей! Ты упадёшь! — затараторила Клаудия. — Даже не знаю, с чего начать, но… Академия стоит на ушах. Мы с книжным клубом вчера засиделись до глубокой ночи, обсуждая последние новости!

Подруга редко навещала родителей, живших на другом конце страны. Она предпочитала не тратить время на очередные смотрины, которые неизменно устраивала ей родительница, а заниматься делами общественными, а быть точнее, полуобщественными. Подруга вела анонимную колонку новостей, которые распространялись с помощью магических планшетов. Иногда это были обычные девчачьи сплетни, а иногда целые разгромные статьи на злободневную тему.

Активная жизненная позиция Клаудии на этом не ограничивалась. Два раза в неделю, после ужина, когда студенты Академии Ривдвена расходились по комнатам, она и ещё десятка два романтично настроенных студенток собирались в укромном уголке академической библиотеки на чтения любовных романов. Девушки не только читали, но и не пренебрегали собственными фантазиями на тему любви и всего, что к ней прилагается. Как-то я шальным ветром залетела на одно из собраний. Признаться, была удивлена такими углублёнными познаниями темы, учитывая, что некоторые из присутствующих к третьему курсу никак не могли освоить даже простейшее бытовое заклинание выведения ягодного пятна.

— Новый роман о большом и о-о-очень глубоком чувстве? — поинтересовалась я, пристраивая дорожную сумку на кровать.

— Хуже! Точнее лучше! — Клаудия выдержала театральную паузу, а потом торжественно заявила. — С этого года у нас вводят кураторство! Группа старшекурсников будет распределена по факультетам и направлениям для модернизации учебного процесса.

— Они поняли, что без предводителя мы окончательно погрузимся в хаос, или назначают несчастного, который будет получать по шапке каждый раз, когда «младшенькие» что-то натворят? — усмехнулась я.

— Не знаю, что они там себе думают, но нам это только на руку, — отмахнулась Клаудия. — Когда бы мы ещё имели бы доступ к шикарным телам стихийников? Ох уж эти мускулы, ох уж эти сильные руки…

— И зачем такой куратор бытовому факультету? — непонимающе нахмурилась я. — Подтянуть физкультуру?

— Почему нет? — хихикнула Клаудия.

Я тоже не удержалась от смешка, оставляя при себе мысли о том, что кто-то явно перечитал любовных романов и совсем забыл, что стихийные маги были теми ещё гвоздями в том самом месте, о котором не стоит упоминать вслух ни одной благовоспитанной лиме.

Стихийный факультет делился на направления. Погода, строительство, боевики и отдельная каста засранцев — да простит меня преподавательница по этикету! — спортивная элита. Последние числились на разных специальностях, но, по моему скромному — нет! — мнению, не занимались ничем полезным, кроме как светить своими начищенными лицами на разных турнирах и соревнованиях, «повышая престиж Академии и прочее… прочее». В общем, так себе специалисты.

Конечно, я не планировала вникать в плюсы и минусы нововведений, планируя отсидеться в библиотеке и за заказами, но всё же надеялась, что нас минует такое счастье, как «ох уж эти мускулы, ох уж эти сильные руки». В любом случае меня это касалось мало… думала я, даже не подозревая, какие сюрпризы принесёт мне богиня судьбы Ривьенара…

Глава 2.

Утро порадовало привычной суетой. До завтрака, состоявшего из кофе и ароматных оладий с моим любимым малиновым вареньем, любовно сваренным нашей любимой поварихой — тётушкой Джеммой, мы с Клаудией успели принять душ, обсудив последние сплетни с соседками по этажу. Конечно, на повестке дня стоял вопрос с «ох и ах» кураторами, но не меньше шума наделал последний поединок «Масок» — подпольные магические бои, участники которых состязались друг с другом в непроницаемых масках. Никто не знал своего противника в лицо, известны были лишь имена, которые чаще всего были вымышленными, и примерный потенциал мага, указанный в турнирной таблице.

Мероприятие было запрещено, как небезопасное и подрывающее устои академических правил, что, увы, лишь подогревало интерес молодых неискушённых студентов. О дуэлянтах и их магических способностях по Академии ходили легенды, а сама атмосфера таинственности придавала особый шарм. Говорили, что раньше пропуск на поединок можно было добыть, обнаружив магический стик, который активизировался, на минуточку, каплей магической крови дуэлянта! Стоило оставить на стике каплю собственной крови, как на запястье проявлялась метка, исчезавшая сразу после окончания поединка. Сейчас же информация о новом поединке распространялась более гуманно — самоуничтожающимися письмами, через тайных осведомителей или, что происходило чаще всего, обыкновенными студенческими сплетнями. Завсегдатаи небезопасного мероприятия уже давно знали все пароли и потайные ходы с ловко настроенными на академические уборные портальными переходами.

Последний поединок произошёл накануне моего отъезда домой на праздники. Я, как всегда, отвергла уговоры Клаудии «посмотреть на действо хоть одним глазком», просидев до ночи с заказом. Не знаю, как она до сих пор терпит такую скучную подругу, как я. Хотя… у неё такая яркая жизнь, что, предполагаю, дружба со мной для неё как тихая гавань, где можно передохнуть, чтобы с новыми силами кинуться в бурлящий котёл студенческих развлечений.

Так вот, в ту ночь Клаудия ворвалась в комнату взъерошенная и напуганная. «Маски» — впервые за много лет! — подверглись облаве. Участников последнего поединка и тех из зрителей, кого успели схватить, увезли в карете стражей. Академия погрузилась в хаос, а на утро нас всех выстроили на поле для магбола, чтобы прилюдно надеть на пойманных нарушителей блокирующие ошейники. Даже у меня, абсолютно не причастной к такого рода развлечениям, сковало горло. Образно выражаясь, конечно же. Лишиться магии на длительный срок… Да даже на миг! Мысль казалась смерти подобной.

И что же? Сегодня я узнаю, что повсюду шушукаются, что «Маски» снова собирают магов на бои! Я слушала щебетание подруг, а в голове вертелся только один вопрос: «Ау! Где та сокровенная полочка, куда все сложили свои мозги?!»

— Я слышала, что кто-то из архитекторов получил вызов, — шепнула Клаудия, когда мы расположились на третьем ряду аудитории в ожидании лекции по истории.

— Тише! — шикнула я. — Зачем мы вообще об этом говорим? Пусть сходят с ума, раз магия лишняя.

— Это ужасно волнительно, Эми! — Клаудия воровато огляделась по сторонам. — Ты просто не видела магов в действии. Кажется, создатель этой забавы вдохновился «Пиратами пространства».

— Клауди, нет! — я ткнула в подружку пальцем. — Это запрещённый приём.

— Ты же читала! Помнишь финальный бой Доусона Чейза? Темнота, бесчисленные огни факелов, бросающие тени на обнажённые торсы, всполохи магии и двое в масках…

Я закатила глаза и облегчённо выдохнула, когда в аудиторию зашёл преподаватель, прервав наш диалог. Не иначе как Клаудия вознамерилась перетянуть меня на сторону зла и печенек, раз прибегла к «Пиратам пространства» — единственному любовно-приключенческому роману, который я дочитала до конца и осталась в полном восторге. Главный герой — обаятельный и чертовски привлекательный блондин по имени Доусон Чейз — зацепил меня с первой главы, в которой имел неосторожность появиться. Он украл моё сердечко, тем самым нарушив коварный план потерять романтическое чтиво между огромным количеством выкроек, модных журналов и фолиантов по истории текстиля.

Я раскрыла тетрадь и постаралась сосредоточиться на новой теме и голосе преподавателя, но то и дело ловила себя на том, что мысленно улетаю в сцены с участием Чейза, живо нарисованные воображением. Захотелось шлёпнуть себя по лбу, но я только сердито покосилась на Клаудию. Эта лиса, посеявшая в моей душе минутную смуту, как ни в чём не бывало выводила в тетради даты и термины, от старания мило прикусив кончик языка. Такая прелесть, что даже щелбан не отвесить.

— Не расходимся, уважаемые! — оповестил нас преподаватель ближе к концу занятия. — Как вы знаете, с этого семестра мы переходим на обновлённую программу обучения, поэтому самое время познакомиться с вашим куратором.

Преимущественно женская аудитория взбудораженно загудела. Представив, какая шумиха поднимется, если нам всё же повезло отхватить себе куратора мужского пола с выдающимися внешними данными, я невольно хихикнула. «Рада познакомиться, ко-ко-ко!», «Не поможете ли вы мне разобраться с новым расписанием, ко-ко-ко».

— Ты только посмотри на него, — восторженно шепнула Клаудия, когда я заканчивала записывать в тетрадь темы рефератов для сдачи зачёта. — Майлз Эрроу… Ну просто ходячее искушение...

Я вскинула голову и чуть не застонала от разочарования. Майлз Эрроу? Замечательно, просто замечательно. Что такого оскорбительного было в моей просьбе избавить нас от тупых спортсменов, матушка Вселенная, что ты решила послать нам в кураторы их верховного бога и предводителя?

Преподаватель тем временем подошёл к нашему новоявленному куратору и, приветственно пожав руку, представил его нам:

— Нимы, Майлз Эрроу — ваш куратор по учебным вопросам и вопросам дисциплины, — он похлопал парня по плечам. — На этом я вас оставляю. План мероприятий можно будет сдать на кафедру.

Майлз кивнул и, проводив преподавателя взглядом, одарил нас приветливой улыбкой, больше напомнившей мне хищный оскал. Конечно, парень был красив той идеальной красотой, от которой у большинства девушек мозг превращался в кисель, а чувство собственного достоинства отчаливало в неизвестном направлении, но, как по мне, страдал последней стадией нарциссизма. И эти иссиня-чёрные волосы, вечно зализанные на один бок, как у книжного злодея… бр-р-р! В общем, я не впечатлилась, чего нельзя было сказать о моих однокурсницах.

— А вы будете нас наказывать за непослушание? — спросила какая-то отчаянная девица с задней парты.

Девушки захихикали, а Майлз скрестил руки на груди и с интересом склонил голову набок.

— Смотря что вы имеете в виду под наказанием, нима, — усмехнулся он. — Но это мы обсудим позже. Сейчас же я озвучу вам ряд стандартных мероприятий, призванных сделать нашу прекрасную академию ещё прекрасней.

— Сколько пафоса, божечки-кошечки! — фыркнула я.

И этот паршивец услышал.

— Вы что-то хотели добавить, нима? — спросил он, вперив в меня взгляд льдисто-серых глаз.

Ну что ж, разыграть карту премилой дурочки — святое дело. Я ткнула в себя пальчиком и глупо улыбнулась.

— Вы мне? — Майлз кивнул. — О, это я невольно крякнула, но от восторга! Даже не знаю, что может быть прекрасней, чем сделать прекрасную академию ещё прекрасней!

В аудитории воцарилась тишина. Кто-то из одинокой четвёрки парней, обучавшихся на бытовом факультете, замаскировал смешок под кашель, а Клаудия с силой толкнула меня коленом, призывая прикусить язык.

— Крякнула? — брови новоявленного куратора поползли наверх.

— Как уточка, — охотно подтвердила я. — Но исключительно от восторга и воодушевления.

— Какое увлекательное разнообразие эмоций, — Майлз покачал головой и раскрыл перед собой папку с какими-то таблицами. — Что ж, если мы закончили, то предлагаю ознакомиться с ближайшими мероприятиями.

Перед нами на столах материализовались листы с планом. Теперь наш факультет должен был ежедневно выходить на утренние пробежки и лёгкие физические упражнения. Так же, раз в неделю мы должны были собираться всем курсом для обсуждения дел насущных. Если честно, не уяснила для себя цель собраний, видимо, пожаловаться у кого что болит после внеплановых занятий спортом и обменяться растирками и заживляющими настоями. Ну и, самое главное, теперь у нас был личный защитник, соратник, практически старший брат, к которому можно было прийти в любое время суток, чтобы поплакать в жилетку и попросить защиты от всех напастей. Какая прелесть.

— Такой красавчик и такой милашка, — причитала Клаудия, когда мы шли на следующее занятие.

— Я тебя умоляю! — отмахнулась, удобнее перехватывая ремешок объёмной сумки. — Это же Майлз Эрроу. У него послужной список из таких восхищённых, длиной до самых границ империи.

— Ну какая ты вредина, Эми! — возмутилась Клаудия, но всё же не удержалась от смешка. — Накрякала на куратора в первый же день!

Мы засмеялись, попрощавшись у одной из аудиторий. Клаудия отправлялась на занятие по кулинарии, я же — в швейную мастерскую. Мой экзаменационный проект создавался кропотливо и неспешно, потому что представить его миру должна была сама Дженифер Винс — племянница императрицы и звезда нашей академии. Облажаться было нельзя, ведь в будущем я планировала обшивать ни больше ни меньше императорский двор.

Несколько часов я корпела над тем, чтобы воланы из редчайшего эльфийского шёлка не делали плечи манекена шире, а напротив, подчёркивали изящность плавных линий и грацию рук. Пропустила обед и ужин, надеясь, что Клаудия по привычке захватит мне что-нибудь перекусить.

Когда результат оправдал все самые смелые ожидания, уставшая и довольная, я ввалилась в нашу комнату. Но меня ждал не лёгкий ужин от заботливой подруги, а новость, оглушившая своей абсурдностью.

— Доминик, Эми… Он получил чёрную метку… Ты вообще понимаешь это?! — истерично воскликнула Клаудия, заломив руки.

Я не понимала. Отчаянно не понимала, что и кому мог сделать наш общий друг Доминик Вайс — безобидный мастер на все руки и очень слабый бытовой маг. На поединки вызывали сильнейших, отчаянных парней. Те, кого на наших глазах заковали в блокирующие ошейники, никогда не лезли за словом и действием в карман. А Доминик… Он же просто не сможет ничего противопоставить сопернику, разве что кинуть в него только что отремонтированной табуреткой!

— Его же там покалечат… убьют! Боги… — Клаудия испуганно всхлипнула.

— Это глупо, — кивнула я своим мыслям. — Бессмысленно. Доминик просто не придёт туда, и всё. Пойду поговорю с ним, заберу метку и отнесу в ректорат. Пусть сами разбираются, ищут магический след или что они там вообще делают с этим безобразием.

— Нет, Эми… — Клаудия обреченно села на кровать. — Он сказал, что примет бой, и велел молчать. И я поклялась, что если скажу хоть одной живой душе, перестану быть ему другом навсегда. Но вот, сказала тебе, потому что не могу сидеть сложа руки… Мы должны быть там, чтобы сорвать бой!

Глава 3.

Ожидаемо разговор с Домиником ни к чему не привёл. Он лишь нахмурился, зло покосился на Клаудию и припечатал: «Я не трус. И буду биться. В великих сражениях не всегда побеждало физическое превосходство, а хитростью эти самоуверенные тупицы не обладают, так что…» Увещевания, что это опасно не только для здоровья, но и для учёбы, не имели никакого эффекта — Мин стоял на своём, как никогда. Зато мы узнали причину такого странного выбора соперника. Конечно же, это была девушка. Первокурсница, которую наш друг защитил от парочки идиотов-старшекурсников. Судя по густо покрасневшим ушам, девушка Доминику нравилась, вот только сама дама сердца растворилась в тумане и даже спасибо не сказала, а последствия не заставили себя ждать.

— Не перестану говорить, что от любви одни проблемы, — заключила я, задыхаясь после третьего круга пробежки.

— Ты не права, Эмилия, — Клаудия поморщилась и схватилась за бок. — Любовь делает нас лучше, вдохновляет на свершения… Господи, кажется, я сейчас умру!

— От любви к Эрроу, — усмехнулась я.

— Скорее, от ненависти к спорту, — простонала Клаудия. — Но мысль о красавце кураторе окрыляет, так что, за мной! Шустрее.

Я засмеялась, глядя вслед ковыляющей, как старушка, подруге. И всё же внутри было тошно от осознания грядущей трагедии. То, что Доминика размажут по стенке, было очевидно, как и то, что ему знатно подправило мозги светлое чувство, напрочь лишив инстинкта самосохранения, а значит, мне никак было не отвертеться от посещения поединка.

Неделю я была как на иголках, а когда настал тот самый день, едва высидела два практических занятия и урок этикета. С такой скоростью манерно пила чай из изящной кружки, что чуть не осталась с фарфором в зубах, когда звонок оповестил нас о завершении урока.

В назначенный час мы с Клаудией и ещё одной нашей подружкой Севиль, одетые как кучка шпионов-неудачников, тенью прошмыгнули мимо коменданта и свернули в узкий тёмный коридор, ведущий в ряд подсобных помещений академии. Судя по тому, что рассказывала Клаудия, организаторы изменили место проведения поединка, пути перемещения и пароли. Нам нужно было лишь добраться до осведомителя и молча выполнять его указания.

Этот самый осведомитель в плаще и маске, к слову, чуть не довёл нас до инфаркта, отделившись от стены, будто привидение замка Монтегро. Поманив нас рукой, он потребовал продемонстрировать метки-пропуски, после чего провёл к одному из подсобных помещений, рядом с которым расположилась едва заметная ниша. Нырнув в неё, мы мгновенно потеряли почву под ногами, провалившись в портал.

К горлу подкатила тошнота, но всё закончилось слишком быстро. Колени, спружинив, обрели твёрдость, перед глазами поплыли разноцветные круги. Честное слово, тот, кто придумал порталы, явно не стал тратить время на усовершенствование технологии. Я редко ими пользовалась, но каждый раз плохо было, как в первый.

— Сюда, — коротко проинструктировал нас осведомитель изменённым голосом.

Мы прошли в центр пустой комнаты, парень сделал какие-то необычные пассы руками, и помещение вдруг взорвалось звуками и запахами. Мы стояли на входе в огромный зал, наполненный взбудораженными студентами академии. Откуда-то с потолка доносилась музыка, а в центре был установлен большой ринг, отделённый от толпы защитным куполом. Севиль тут же приветственно махнула знакомым парням-стихийникам с третьего курса и слилась с толпой, а я попыталась найти глазами самих бойцов, но они, судя по всему, готовились к поединкам где-то в отдельных помещениях. Осмотрев турнирную таблицу, я нашла имя Доминика на пятой строчке. Это было несложно, так как друг не мудрил с псевдонимом и был заявлен как Мин. Его оппонента я не знала, но надеялась, что организаторы хоть немного уравнивают магический потенциал бойцов.

— Вот это размах! — восхитилась Клаудия. — Прошлое место было таким блеклым по сравнению с…

— Клауди, — рыкнула я. — Мы здесь не с целью полюбоваться, ты забыла?

— Нет, что ты! — открестилась подруга от своих восторгов. — Ужасно, просто ужасно… Что будем делать?

Я чуть не подавилась воздухом, в котором отчётливо ощущалось марево дешёвого пойла из местной забегаловки.

— Это ты меня спрашиваешь? Ты же сказала, что у тебя есть план!

— Ну, он есть, — подозрительно нескладно согласилась Клаудия. — Но вдруг он провалится, что тогда?

— Любой план под названием «На месте разберемся» обречён на провал, — констатировала я, гася желание приложиться головой о стену, чтобы весь поединок провести в чудесном забытьи. — И как я не догадалась, действительно.

— Да нет же, Эми! — надулась подруга. — Хоть в романах и чётко сказано, что спонтанность — лучший помощник в таких делах, но я всё же взяла с собой одну вещицу. Изобретение наших артефакторов-первокурсников.

Клаудия достала из кармана небольшую металлическую полусферу с сапфировой кнопкой посередине. Её восторженно-выжидающий взгляд словно спрашивал: «Ну, и кто тут гениальный? А? Давай, я жду оваций и салют в честь победителя». Прошло несколько неловких секунд, артефакт призывно качнулся в узкой ладошке Клаудии, а я продолжала тупо таращиться то на него, то на неё.

— Артефакторы-первокурсники отдали тебе отельный колокольчик для вызова консьержа? Надеюсь, им хватило совести не брать с тебя денег.

— Я оценила сарказм, — закатила глаза Клаудия, после чего спрятала звонок в карман и наклонилась прямо к моему уху. — Но это, между прочим, новейшее изобретение — сигнальный артефакт. Он имитирует сирену стражей. Когда Доминик выйдет на ринг, мы проберемся к выходу, и я незаметно нажму на кнопку. Начнётся суета, бой будет сорван, ну и всё в этом духе.

Я понимающе кивнула. Звучало как план. Странный, безумный, но лучшего у нас всё равно не было. Оставалось молиться всем богам, чтобы артефакт, придуманный самоуверенными перваками, сработал, и сработал, как нужно.

Тем временем на ринг вышел ведущий...

Тем временем на ринг вышел ведущий. Он был в точно таких же плаще и маске, как у осведомителя, который нас привёл. Длинные пепельно-серые волосы ведущего ложились на широкие плечи блестящими волнами. Я знала, что это лишь морок. Внешность мужчины могла кардинально отличаться от картинки, которую он показывал миру. Более того, я была уверена, что все организаторы скрывали свои истинные лица под личиной, чтобы в случае чего их не смогли поймать.

Ведущий жестом призвал толпу к тишине, а затем заставил восторженно закричать, объявляя начало поединков.

— Напоминаю! — громогласно заключил он. — Магия всесильна и беспощадна! Но только вы можете решить, чем она станет в ваших руках, орудием или щитом… Маски, к барьеру!

Толпа взревела. Даже Клаудия радостно пискнула, схватив меня за руку.

— Было бы логично напомнить о правилах безопасности, — занудно буркнула я себе под нос, не разделяя восторга. — Но кто я такая, чтобы в этом разбираться.

Начался первый поединок. Противники схлестнулись в бою, магические разряды врезались в прозрачные стенки защитного купола, пока один из «масок» не упал на колени, ощутимо врезавшись в заграждение. Я зажмурилась. Никогда не понимала бессмысленной жестокости, не оценила её и сейчас. Сжав кулаки, решила сконцентрироваться на изучении зала. Насколько я поняла, мы находились в старой части академии, где в скором времени планировалась реконструкция и большой ремонт. Если случится давка и мы не сможем попасть к порталу, надо будет искать переходы, соединяющие корпуса.

Окунувшись в размышления, я пропустила два поединка, а когда перевела взгляд на ринг, чтобы понять, какая по счёту пара вышла к барьеру, то замерла, не имея возможности отвести взгляд. Один из бойцов был копией Доусона Чейза. Будто кто-то залез в мою голову и увидел, как я представляла себе красавца-героя из «Пиратов пространства». Взъерошенные на затылке светлые волосы, волевой подбородок и резко очерченные губы с застывшей на них ухмылкой победителя. Я внезапно ощутила, что у меня есть сердце, и сейчас оно отчаянно пытается вырваться из грудной клетки, как свободолюбивая птичка. Соперник реального Чейза был мощным, и я вдруг иррационально испугалась. Зря. Как двигался загадочный герой, сколько грации, какой стратегический расчёт в каждом движении! В какой-то момент я вдруг поняла, что не дышу, а спустя минуту противник моего героя уже принял поражение.

— Да! — совершенно неэлегантно завопила я, позволив себе на секунду стать обычной девочкой девятнадцати лет.

— Ты видела?! Видела?! — воскликнула Клаудия, и мы взялись за руки. — Он нереальный!

Турнирная таблица вспыхнула, привлекая к себе внимание. Мы переглянулись, отсчитывая пары. По нашим подсчётам, Доминик шёл следующим. Пора было возвращаться в реальность и вспомнить, зачем, рискуя своим благополучием, мы оказались этим вечером здесь.

— Ты готова?

Клаудия кивнула и засунула руку в карман жакета. Доминик появился на ринге в чёрной маске, кожаных штанах и жилете, декорированном чёрными перьями. Откуда я узнала? Очень просто. Я сама шила ему этот костюм на бал-маскарад, посвящённый Празднику Осени. И он не нашёл ничего лучше, чем использовать его в своём первом поединке.

Прозвучал гонг. Маги встали в стойку. Я видела, как сосредоточен Мин, понимала, что сейчас на его стороне только сила математического расчёта и тактика изматывания врага, вот только для магии это не самая рабочая тактика…

Когда друг увернулся от первого мощного снаряда, я вздрогнула всем телом и перевела взгляд на Клаудию. В её взгляде читалась паника.

— Что? — спросила я одними губами.

— Не работает…

— ЧТО?!

Толпа тем временем взорвалась восторженными криками. Бой был в самом разгаре.

— Эта дурацкая штука не срабатывает! — истерично взвизгнула Клаудия. — Я жму-жму, а она…

— Ты вообще её проверяла? — я выхватила у подруги горе-артефакт и принялась с силой давить на кнопку в центре.

— Да когда бы я успела?! — возмутилась она.

В ужасе я перевела взгляд на ринг. Доминик пятился от соперника, но запутался в своих же ногах и упал. Тот зло усмехнулся, а у меня сжалось сердце. Когда я уже была готова к худшему, помещение оглушила сирена. Мы с Клаудией переглянулись.

— Она заработала? — промямлила подруга, которую уже начали толкать беспорядочно суетившиеся студенты.

— Я не нажимала… — меня ощутимо пихнули в бок, оттесняя от подруги.

— Тогда это…

— Облава…

Нас окончательно растолкали по разным сторонам. Кругом слышались крики и путанные указания. Меня болтало тряпичной куклой в разные стороны. Паника накрывала с головой.

— Сюда, Эм! Эми! — услышала я голос Клаудии, прежде чем её окончательно унесло волной спасающихся от стражей студентов.

Я инстинктивно отпрыгнула от людского моря, всем телом прижалась к щербатой каменной кладке и начала отползать куда-то в непроглядную темноту. Сердце испуганно колотилось о грудную клетку. Адреналин шумно проносился по венам.

Впервые за четыре года обучения в Академии Ривдвена я вынужденно оказалась на этих проклятых поединках, но с моим потрясающим везением нарвалась на комендантскую облаву и теперь растерянно вжималась в стену тёмного узкого тоннеля в надежде слиться с ней воедино.

В момент, когда паника достигла пика, кто-то дёрнул меня за руку и утянул вглубь прохода. Спустя несколько мгновений я смогла различить мужской силуэт. С широких плеч спадал плащ участника дуэли, а взъерошенные на затылке светлые волосы подсказали мне, что сейчас меня спас ни кто иной, как победитель единственной дуэли, которую я смотрела, затаив дыхание.

Глава 4.

Сердце сделало сальто и замерло в груди. Я вздрогнула, но лишь крепче сжала широкую тёплую ладонь. Мысли беспорядочно метались в голове, словно мотыльки. Кто он? С какого курса? Почему помогает мне?

Не знаю, сколько мы бежали, петляя между разветвлениями коридоров, но спустя бесконечность и небольшую лестницу оказались в одном из новых корпусов Академии. Этаж спал, погрузившись в тишину и полумрак. Наши шаги отражались от стен гулким эхом… или так казалось моему взбудораженному воображению.

— Твой корпус, — наконец произнёс мой спаситель низким бархатным голосом.

Поблагодарить я не успела, как и продолжить наше внезапное и такое загадочное знакомство. За поворотом послышались разговоры и тихий перезвон ключей. В следующее мгновение парень стащил плащ и маску, развеяв их заклинанием вместе с мороком. В полном шоке я таращилась на новоиспечённого куратора моего курса — Майлза Эрроу. Хотела даже задать какой-то вопрос, но не успела сформулировать, потому что парень прижал меня к ближайшему окну и поцеловал.

От неожиданности я приоткрыла рот, чем только усугубила положение. Горячий язык скользнул глубже, сильные пальцы заскользили по талии, задирая блузку. Так требовательно и нежно. Второй рукой Майлз зарылся в мои растрепавшиеся волосы и слегка сжал их у затылка, заставляя запрокинуть голову. На секунду перед глазами полыхнуло, а тело совершенно против воли и здравого смысла превратилось в желе. Что сказать, целовался паршивец как бог. Ещё было бы с кем сравнить, но увы, Эрроу был первым парнем, с которым мы зашли так далеко, даже толком не познакомившись.

— Не ночь перед родительским днём, а сплошной аттракцион… — голос госпожи Алви, самого сурового коменданта академии, ворвался в происходившее между нами безумство. — И снова Эрроу.

Тяжело дыша, Майлз оторвался от моих губ и улыбнулся шальной улыбкой, шепнув: «Подыграй». Он аккуратно расправил мою скомкавшуюся блузку и повернулся к коменданту и её спутникам.

— Госпожа Алви, — парень встал так, чтобы закрыть меня своей спиной. — Немного припозднились, моя вина.

— Снова не заметили, как за изучением анатомии пролетело время? — сыронизировала комендант.

— Взялись сразу за несколько дисциплин и… слегка увлеклись, — усмехнулся Майлз.

Мне захотелось повернуть время вспять и самой сдаться в руки стражей, только бы не испытывать сейчас этот истварский стыд. Лицо горело в адском пламени, тело мелко дрожало, а время, будь оно неладно, никак не желало ускорять свой бег.

— По комнатам, живо! — наконец заключила госпожа Алви.

Не медля ни секунды, я опустила голову и метнулась по коридору. Включила внутренний компас, долетела до комнаты и, юркнув внутрь, прильнула к дверному полотну. Успокоилась, только когда шаги в коридоре окончательно стихли. Хотя, как сказать, успокоилась. Скорее, заставила себя стянуть одежду и забраться под одеяло, чтобы в тепле и уюте проклинать тот день, когда Майлз Эрроу появился в моей жизни.

Клаудия появилась в комнате часом позже. Наконец-то я увидела на её лице проблески здравомыслия. Романтика романтикой, а то, что Доминика чуть не впечатали в пол ринга, и облава, обрушившаяся на новое место проведения «Масок», всё же пробудили в ней инстинкт самосохранения.

— Больше ни ногой! — заявила она. — И эти перваки завтра пожалеют, что на свет родились. Бездарности! Ещё и стрясли сотню шиллеров за своё барахло!

— Всё-таки не бесплатно… — вздохнула я, плотнее кутаясь в тёплое одеяло. — Но я рада, что так вышло. Может, теперь не придётся переживать каждый раз, когда тебя несёт навстречу приключениям.

Оценив степень моей дружеской любви, Клаудия надула губки, прижала ладошки к груди и присела на краешек моей кровати.

— Прости, Эми! Я такая дурочка... Ты как? — участливо поинтересовалась она.

— Я в порядке, а вот Мин…

— Говорят, что никто не успел попасться, — успокоила меня Клаудия. — Завтра узнаем, конечно, но мне сказали, что у организаторов там какие-то новые способы маскировки, и всем участникам удалось уйти.

— Сборище идиотов.

— Не то слово, — кивнула подруга. — Кстати, как ты выбралась?

— Помогли… — уклонилась я от прямого ответа. — Ладно, давай спать. Завтра непростой день.

Заснуть я смогла лишь с предрассветными сумерками. Утром нарочито медленно собиралась, репетировала встречу с Майлзом и отчаянно нервничала. Теперь я знала, что глава нашей спортивной элиты — самый что ни на есть нарушитель устоев академии, которую он собирался сделать «прекрасней прекрасного».

Я представляла себе, как гордо пройду мимо, отмахнувшись от его попыток объясниться и заручиться моим молчанием. Пусть мучается! Губы предательски вспыхнули, намекая, что мучиться в нашем случайном дуэте будет не Майлз Эрроу, и это ужасно раздражало. Даже завтрак не влез, а я, между прочим, всегда придерживалась железного правила: «Война войной, а обед по расписанию».

Итак, я готовилась испепелять взглядом, убивать холодом и всячески намекать, что кара настигнет преступника. Мне отчаянно хотелось быть отмщённой за то, что мой первый поцелуй был так зверски украден.

Что в итоге? После общего сбора, на котором этот гад беспардонно флиртовал со всеми девицами бытового факультета разом, он оставил меня «на пару слов» и как ни в чём не бывало заявил:

— Итак, студентка Клод. Официально назначаю тебя своей правой рукой. Как понимаешь, у меня тоже есть обязательства по учёбе и академическим делам. Ты девушка серьёзная, понимаешь, как важно для выпускника не запускать учёбу, поэтому с завтрашнего дня по всем вопросам ты — мой заместитель и помощница.

В тишине о пол аудитории гулко ударилась моя упавшая челюсть. Во-первых, я ждала как минимум объяснений по поводу вчерашней ночи. Во-вторых, каждому известно, что правые руки власть имущих — коим Майлз Эрроу в данный момент являлся для меня — были ещё и левыми руками и двумя ногами, а ещё глазами и ушами. В общем, предполагалось, что куратор оставлял себе только рот. Им он высказывал претензии, посылал с поручениями, ну и конечно, в него вкусно и бессовестно ел.

— Ты издеваешься? — справедливо возмутилась я. — Нет!

— О, да! — кивнул Майлз, довольно улыбнувшись. — Уже подписал соответствующую бумажку в деканате.

Я плохо понимала, какую такую бумажку, да и не хотела понимать, если честно. В голове вертелся всего лишь один вопрос. Его я и озвучила.

— Почему я?!

По сценарию в этот момент Майлз должен был завести разговор о поцелуе и поединках. Я подозревала, что моё внезапное «назначение» лишь повод держать меня при себе как ценного свидетеля. Но по сценарию этот паршивец играть не собирался.

— Дай подумать, — он внимательно оглядел меня с ног до головы и даже обошёл вокруг. — Отличница, быстро схватываешь, привыкла быть первой и много и усердно работать, а ещё… Ты та-ак на меня смотрела всё собрание, что я забыл о других претендентах напрочь.

Щёки мгновенно закололо от подступавшего жара. Конечно, я смотрела. Смотрела и надеялась, что у Эрроу хотя бы подпалит кончики его блестящих чёрных волос, но была уверена, что он на меня не обращает примерно никакого внимания. А он не просто видел, он решил, что это отличный повод для развлечения.

— Я смотрела, потому что надеялась, что ты хотя бы извинишься! — выпалила я, не сдержавшись.

— За что? — будто искренне нахмурился Майлз. — За утренние зарядки или за то, что не оценил твою шутку с уточкой? Видишь, я всё помню, кнопка. Просто не представляю, когда бы успел тебя обидеть со своим загруженным графиком…

Щёки окончательно залились краской. Глядя в честные глаза куратора, я поняла, что он меня не узнал. Просто поцеловал первую попавшуюся девицу, чтобы прикрыть свои преступные похождения. Стало обидно. Вот прям хоть плачь и топай ножкой, но вместо этого я лишь скрестила руки на груди и отвернулась.

— Ты меня толкнул в коридоре. Я блузку испортила, — придумала первое попавшееся оправдание, но Майлз клюнул.

— Серьёзно? Это когда мы с парнями перекидывали мяч? — не дождавшись ответа, он состроил скорбную мину, по которой мгновенно захотелось стукнуть учебником по бытовой магии. — Я решу.

— Не нужно ничего решать, — буркнула я и, не прощаясь, направилась в здание академии.

— Решу! — крикнул Майлз мне вслед.

И решил ведь! На следующее утро в нашу с Клаудией комнату доставили десяток самых белоснежных блузок из столичного модного дома. Разные фасоны, ткани, кружева и рюши — одна дороже другой. Самое то, чтобы ощутить себя королевской фавориткой при исполнении.

— Ничего себе! — присвистнула подруга, пока я мрачно взирала то на удалявшегося посыльного, то на груду тряпок в её руках. — И как только с размером не ошибся?

— Мышечная память, — прошипела змеёй и забрала блузки из рук Клаудии.

— Ты куда? — удивилась подруга, когда я решительно направилась к выходу.

— Пойду верну вещи хозяину, — рявкнула, открывая дверь носком ботинка. — А-то замёрзнет.

В красках представляя, как душу Майлза шёлковым рукавом его подарочка, я вихрем вылетела из комнаты. Шла в крыло стихийников, а хотелось к ректору — рассказать ему о том, какому коварному типу он доверяет целый факультет невинных дев, то есть нас. Но увы, у меня не было доказательств — это раз, а ещё я бы мгновенно создала проблемы и себе, и Клаудии с Домиником, чего мне ни в коем случае не хотелось. Оставалось мечтать о членовредительстве, чем я и занималась, пока вела поиски своего куратора.

С гордым видом я прошествовала по крылу факультета стихийной магии, шокировала толпу студентов вопросом: «Где находится комната Майлза Эрроу?» и, наконец, несколько раз с силой пнула нужную дверь ногой.

Хотелось склочно скандалить, но я всё ещё старалась сохранить невозмутимое выражение лица, которое мигом слетело, когда дверь резко открылась, чуть не сбив меня с ног.

Глава 5.

— Ты реально не мог подождать ещё полчаса? — рыкнул Майлз, просовывая лохматую голову в приоткрытую дверь.

Увидев меня, он удивлённо открыл и закрыл рот, пряча за дверное полотно обнажённое плечо. Покачала головой и тихо фыркнула. Можно подумать, я не видела голых плеч, когда снимала мерки с моделей всех полов и возрастов.

— Не могла, — уточнила я. — Не узнала свою комнату, знаешь ли. Думала к нам переселился императорский склеп с праотцом во главе. Не сразу сообразила, что это не привидения, а проделки твоего портного.

— Доброе утро, помощница! — обаятельно улыбнулся Майлз, снова обретя дар речи. — Рад, что ты оценила мои старания.

— Не оценила, — вернула паршивцу улыбочку. — Ужасные рюши, кто такие носит вообще?

В этот момент дверь открылась шире, от чего Майлз чуть не вывалился в коридор при полном параде. Я перевела взгляд за спину парня, тут же наткнувшись на симпатичную брюнетку, выражение лица которой не предвещало приятного знакомства. Внутри ощутимо кольнула злость. Самое последнее, чем я собиралась заниматься солнечным учебным утром, так это знакомиться с личной жизнью Майлза Эрроу. И вот, вместо вкусного завтрака и горячего, как моё сердце, кофе, я стояла под его дверью, как бродяжка, и бодалась взглядом с какой-то заносчивой фифой, до которой мне не было никакого дела. Совсем никакого!

— Так вот же, — не придумала ничего лучше, как шагнуть к девице и вручить ей белоснежный комок блуз. — Идеальное совпадение. Цвет, фактура. Хотя, признаться, я шью более актуальные фасоны, поэтому, если надумаете, нима, всегда буду рада видеть вас среди своих клиенток.

Наверное, пассия Майлза слегка ошалела от такой фамильярности, потому что покорно приняла мою ношу и дала уйти с гордо поднятой головой. Правда, я всё же уловила какое-то неясное шипение. Что-то вроде: «Может, объяснишься, что за девки таскаются к тебе с утра пораньше, Эрроу?», но решила, что мне показалось. В самом деле, не могла же фаворитка Майлза говорить о себе в третьем лице.

На завтрак я всё же опоздала. Булочку, припасённую Клаудией, жевала между парами в самом отвратительном расположении духа.

— Когда-нибудь ты испортишь себе желудок, — назидательно заметила подруга.

— В этот раз я не виновата, ты же знаешь. Эрроу, будь он неладен, забрался в самый дальний угол академии, еле отыскала, — затолкала в рот последний кусок булочки и отряхнула ладони. — Так бы и придушила.

— Вернула такой щедрый дар, Эми… — Клаудия покачала головой. — Как можно быть такой беспощадной к влюблённому парню?

— Влюблённому? Скажи это растрёпанной девице, выскочившей из его комнаты.

— Девице? — уточнила подруга. — Как она выглядела? Наверняка хорошенькая хрупкая блондинка, очень напоминающая тебя? Не спорь, видела я, как Майлз на тебя смотрел всё собрание.

— Угу, — кивнула, не сдержав смешка. — Фактурная во всех выдающихся местах брюнетка, а так, конечно, вылитая я.

— Ну точно! — Клаудия щёлкнула пальцами, направляя их на меня. — Попытка забыть, перебить образ в голове… Боже, как это романтично, Эми!

От неожиданности предположений остатки булочки чуть не встали поперёк горла. Я громко кашлянула, дважды ударив себя кулачком по груди.

— Оставим эту бесполезную тему, — отмахнулась, принимаясь за поиски нужного учебника.

— Ты просто слишком практична, Эмилия, — зашептала подруга, когда в аудиторию уже зашёл преподаватель. — А ведь романы ярко рисуют нам мир мужчин. И я уверена, все описания внутренних страданий героя не беспочвенны. Тебе надо чаще отвлекаться от попытки сколотить имя и состояние и читать с нами. Это, между прочим, и для твоего дела полезно.

— Чем же? — шепнула в ответ, пока все рассаживались по местам.

— Даёт живость восприятия и пищу для творчества.

Я улыбнулась.

— Что ж, не буду спорить с великим магистром романтического чтива. Если окажусь в библиотеке в ближайшее время, обязательно.

И накаркала. Вместо того, чтобы закрыться в мастерской и доделать последний заказ моей постоянной клиентки-старшекурсницы, пришлось плестись в библиотеку для подготовки реферата по основам целительства. Этот предмет преподавался всего год, но, судя по количеству письменных работ, за этот год преподаватель решила издать на основе моих трудов пятитомную методичку.

Быстро поужинав и утащив в сумку большое спелое яблоко, я отправилась бороздить просторы книжных стеллажей. Стоило поторопиться, так как я всё же планировала успеть немного поработать с заказами до того, как Клаудия перехватит меня и всё же утащит на собрание литературного кружка, чтобы я как следует прониклась духом романтизма и глубокой психологии мужских персонажей.

Библиотека академии была одной из самых старинных во всей империи. На первых курсах я обожала проводить свободное время среди ровных рядов дубовых стеллажей, уходящих в полумрак. Сидела, обложившись книгами, и наблюдала за танцем пылинок, кружащихся в рассеянных лучах солнца, проникавших сквозь узкие стрельчатые окна. Сейчас времени на такие приятные мелочи совсем не оставалось. Всю информацию можно было найти в готовой магической библиотеке личного планшета, а на рефераты и другие проекты, требовавшие посещения обычной, едва удавалось выделить час.

Я отдала читательский билет смотрителю для проставления отметки о посещении и, заняв стол в самом дальнем углу, прошла к стеллажам, на которых находилась литература о целительстве и зельеварении. Вопреки моим ожиданиям, пришлось повозиться. Тема работы «Первая помощь при переломах в зависимости от анатомических особенностей рас» предполагала использование нескольких толстых фолиантов, до которых надо было ещё постараться дотянуться.

Спустя полтора часа я поняла, что не успею добраться до выкроек, ещё через два, когда библиотека совсем опустела, вошла во вкус и смирилась, что придётся слушать восхищённые речи дев из литературного кружка.

Последним в списке источников для реферата значился небольшой, но очень важный для науки труд Эрвина Альберта Лефорта «Исцеляющее забвение». Знаменитый целитель-костоправ на заре научных открытий явил миру зелье, способное обезболить любой организм без вреда для памяти и эмоционального состояния.

Сверившись с библиотечным путеводителем, я отсчитала секции стеллажей и полезла наверх. Отчего-то решила раскрыть добытую брошюру, восседая на середине лестницы, за что и поплатилась. Неожиданно лёгкий слог автора захватил моё внимание, и я не заметила, как оказалась не одна среди узких высоких полок. Очнулась, только когда кто-то, тихо выругавшись, влетел в лестницу плечом. Она накренилась, отчаянно пытаясь стряхнуть с себя утяжелитель в виде неразумной студентки. Я же не менее отчаянно размахивала руками, надеясь, что, начитавшись про драконов и валькирий, обрела способность к полёту вверх, а не туда, куда устремлялась моя пятая точка.

Ойкнуть не успела, как и упасть. Была перехвачена горячими мужскими ладонями. Одна из них перехватила талию, вторая накрыла мои губы. Падения лестницы тоже не случилось — спасибо воздушной магии. И не чьей-нибудь, а самого, раздери его горгулья, Майлза Эрроу!

— Тс-с… — прошептал он.

Придя в себя, я дёрнулась в его руках, но тут же замерла, услышав знакомые голоса.

— Ты что, серьёзно пригласила куратора на чтения? — рычала разозлённая Клаудия. — С ума сбежала, Флаффи? И как нам читать десятую главу «Украденной наложницы для драконьего генерала»?!

Майлз беззвучно усмехнулся, не обращая внимания на мой гневный взгляд и попытки бесшумно высвободиться.

— Прости, Кло! — дрожащим голосом запричитала виновница переполоха. — Он был такой обаятельный и любезный, так подробно расспрашивал о том, чем я занимаюсь в свободное время. И он так заинтересовался нашим собранием, а потом…

— А потом ты его чуть ли не силой начала тащить в библиотеку, — усмехнулась ещё одна участница чтений.

— Да когда такое было! — возмутилась Флаффи.

— Прекратите препираться, — приказала Клаудия. — Если что, прочитаем «Эльфийского посланника».

— Скукота, — буркнул кто-то, но был тут же дружно зашикан.

Минут пять в библиотеке царила напряжённая тишина, видимо, благопристойные нимы ждали появления куратора и держали наготове более подходящую случаю литературу. Кто-то покашливал, пересаживался с места на место, я же боялась дышать. Так и стояла, зажатая между полками и Майлзом Эрроу, который, к слову, и сам не торопился освобождать меня из вынужденного плена. Полагаю, боялся, что я подниму шум, после которого от чтения «Эльфийского посланника» будет не отвертеться, а последний, как мы уже выяснили, вёл более скучную жизнь, чем драконий генерал.

Выждав время, Клаудия облегчённо выдохнула и радостно хлопнула в ладоши:

— Итак, нимы. Чтениям быть!

— Я так ждала эту главу, девочки! — радостно воскликнула одна из девиц. — Не буду раскрывать все секреты, но… в общем, вам понравится.

— Амалия! — тут же осадила её Клаудия. — Начнём…

Девушки радостно зашушукались, а я в ужасе перевела взгляд на Майлза. Он смотрел на меня сверху вниз, его губы были так близко, а глаза смеялись. Я боялась представить, сколько нам предстоит стоять в таком щекотливом положении, и, главное, какие сцены таит в себе пресловутая десятая глава «Украденной наложницы».

За стеллажами зашуршали страницы. Чтения начались, и мне оставалось только надеяться, что выбранная книга окажется хоть отдалённо похожа на «Пиратов пространства»

«— Нет! — воскликнула героиня, голосом Клаудии, сжигая мои чаяния в огне стыда. — Ты не прикоснёшься ко мне, варвар…

Но сильные пальцы генерала уже сжимали нежную кожу её бёдер, разводя их в стороны».

Майлз округлил глаза и сжал губы, пытаясь сдержать смех. Я убрала его руку от моего лица и отвернулась, желая хлебнуть знаменитого зелья целителя Лефорта и провалиться в «исцеляющее забвение» лет на двести.

«— Нет! — кричала она, хотя огонь внутри уже давно сказал да его влажным поцелуям», — продолжала Клаудия.

— Так вот что за литературный кружок по интересам вы тут организовали, — шепнул Майлз мне на ухо. — Всегда знал, что чопорные нимы с бытового те ещё штучки.

— Да что ты говоришь! — зашипела я, разворачиваясь. — А сам-то!..

Осеклась и снова отвернулась, осознав, что мы почти касаемся носами друг друга.

— Договаривай, помощница, — усмехнулся Майлз. — Нам предстоит столько работать вместе. Откроемся же друг другу.

— Уберегите меня от своих откровений, уважаемый куратор, — буркнула, безуспешно пытаясь освободиться от руки на талии. — Как ты вообще тут оказался на ночь глядя?

— Ты же слышала, — он пожал плечами. — Затащили почти силой, еле успел увернуться, а тут ты на лестнице.

« —Оставь меня! Нет! — она отчаянно боролась, впиваясь ногтями в широкие мускулистые плечи, но генерал был неумолим», — тем временем голос Клаудии стал громче.

«— Можешь кричать, Агния, проклинать меня, но твоё тело не врёт…» — пылко произнёс тот самый генерал голосом одной из участниц чтений.

— Да какая ж бесконечная сцена! — возмутилась я.

— А главное, очень содержательная, — тихо засмеялся Майлз.

Я тоже не сдержала смешка и всё же смогла отстраниться, насколько возможно увеличив расстояние между нами.

— Надо выбираться, пока они так громко отрицают происходящее.

— И сколько обычно длятся эти занимательные чтения? — поинтересовался Майлз.

— Не засекала, но, предполагаю, достаточно, чтобы умереть от неловкости, — я указала на противоположную сторону библиотеки. — Уйдём через отдел истории.

Мы стали пробираться к выходу, но удача снова решила мне изменить. В полумраке я не заметила небольшой скамейки со стопкой оставленных на ней книг и под очередное громогласное «нет!» от героини любовного романа с грохотом полетела вниз.

Глава 6.

— Ты всё это время возилась с заказом? — Клаудия откинула одеяло и достала из-под подушки пижаму с кокетливыми рюшами.

— Да, — не моргнув глазом соврала я. — Потеряла счёт времени. Ужасно хочу спать.

Я показательно зевнула и сонно потёрла глаза. Рассказывать предводительнице читательского клуба о том, как под их увлекательное чтиво я перевернула гору книг, чуть не ушла носом в угол деревянного стеллажа, а потом спасалась бегством на закорках милашки-куратора? Сомнительная затея во всех смыслах. Поэтому я решила изображать вселенскую усталость, тем более что действительно выбилась из сил, морально и физически. Мало того, что подвёрнутая нога нестерпимо болела при каждом движении, так ещё целый час пришлось терпеть насмешки Эрроу на тему книжных похождений благочестивых ним с бытового факультета.

«Империя засыпает, просыпается книжный клуб», «Думаю, девушки с бытового могут стать неплохими жёнами… Жаль, генералов на всех не хватит», «Между прочим, наложница и помощница почти однокоренные слова » и прочие шутки-самосмейки сыпались из него как из рога изобилия.

Оставить меня дожидаться возможности забрать свой недописанный реферат в одиночестве этот паршивец наотрез отказался, но зато помог быстро скопировать последнюю нужную информацию с помощью специального артефакта, который в силу дороговизны для меня был недосягаемой роскошью. Поэтому с проклятиями в его адрес я решила повременить, вдруг пригодится.

— Бедняжка, — Клаудия уселась на кровать и принялась натирать руки увлажняющим кремом. — У нас сегодня такое было! Чтения чуть не сорвались, и вообще в библиотеке творилось что-то странное…

— В библиотеку нахлынул поток желающих почитать? — как прекрасно, что за годы дружбы Клаудия привыкла к моей иронии.

— Дождёшься от них! — отмахнулась соседка. — Одна сильно умная курочка решила позвать на чтения Майлза Эрроу! Представляешь?

— Только не говори, что он действительно пришёл! — боже, и когда я научилась так талантливо врать?

— Не пришёл, хвала небу, но понервничали мы от души! — Клаудия хихикнула. — Ты не представляешь, какая горячая сцена была запланирована у нас на этот вечер.

— Страшно представлять, вдруг обожгусь, — не сдержала я смешка.

— Майлз не пришёл, но кто-то нас точно подслушивал, потому что, когда мы подходили к кульминации сцены, где герои наконец-то признают свои чувства, что-то как громыхнёт!

Так это они чу-увства свои так признавали! Я прикрыла глаза и закусила щёку изнутри, стараясь скрыть истинные эмоции.

— Ты уверена, что вам не показалось?

— Уверена, конечно! Мы с девочками облазили всю библиотеку. Нашли перевёрнутую подставку с книгами. Ужасно обидно, что этот кто-то решил себя проявить в самый яркий момент в книге! Вышел бы раньше или сидел бы уже тихо до конца. Всё настроение испортил…

— Да, это он зря… Придётся перечитывать, — сонно улыбнулась я, вытягивая руки из-под одеяла. — Ложись, приключательница. Завтра тяжёлый день.

Хлопнула в ладоши, гася магические светляки, и тут же провалилась в сон.

Утром всё же пришлось наведаться в лекарскую — подвёрнутая лодыжка противно пульсировала. Пропустила утреннюю пробежку и выпросила у целителя освобождение на ближайшие пару недель.

— Пройди в процедурную, — попросила меня помощница целителя. — Сейчас заполню карточку больного и займусь тобой.

Я кивнула и прошла в просторное светлое помещение. В стены, отделанные белой плиткой, были вмонтированы кристаллы-артефакты, красиво переливающиеся всеми цветами радуги. Они отвечали за температуру в помещении и помогали контролировать состояние того, кто попадал сюда с проблемой серьёзнее, чем обработка царапины.

— Привет…

Голос Доминика, раздавшийся из-за ширмы, заставил вздрогнуть от неожиданности. Он вышел, застёгивая верхние пуговицы рубашки. После происшествия на боях я лишь мельком видела Доминика на общих лекциях, но так и не успела поговорить. Я вгляделась в бледное узкое лицо и отчётливо проступавшую сквозь рубашку повязку.

— Ты как? — тихо произнесла я.

Все вопросы, роившиеся в голове, сформировались в один ёмкий и, казалось, безликий. Доминик отвёл глаза и поморщился. Не знаю, в какой момент между нами возникла эта странная, отдаляющая неловкость. Не сказать, что мы были весёлой компанией, но общались легко и не прибегали к общим фразам и странным паузам.

— Послушай, Мин… — я всё же подошла ближе. — Прости, что влезли в твоё, личное… Мы ведь друзья и переживаем. Ты бы видел Кло, когда она узнала про дуэль! Если хочешь…

— Спасибо, Эми, — Доминик сел на кушетку, упираясь локтями в колени. — Всё нормально. Я ценю, правда…

— Ты… — я села рядом. — Ты ведь больше не пойдёшь на такие авантюры?

— Не пойду, — кивнул друг, а я заметила, что у него сбиты костяшки пальцев. — Уже ни к чему. Мы всё решили вне дуэли.

Значит, не поединок привёл Доминика в лекарскую. Удивительно, но внутри не родилось ничего, кроме чувства уважения. Ничем не выдававший в себе смелости и дерзости, Мин, в отличие от многих, поступил как настоящий мужчина. Он защитил слабую девушку и принял все последствия без страха и с достоинством.

— Когда только остановят эти ужасные стычки… — буркнула в сторону.

— Предполагаю, только когда их выдаст человек из системы, — Мин пожал плечами. — Сторонние участники не смогут рассказать ничего важного. Магия не позволит.

— Они ещё и запрещённую магию используют?! — воскликнула я.

Ответить Доминик не успел, а, может, и не мог. Помощница лекаря, извиняясь за задержку, вбежала в процедурную с ящиком каких-то разноцветных склянок.

— Не переживай, Эми. Это опасно только для тех, кто сам лезет в пекло. Забудь, нас это больше не касается.

Мин сжал мою руку и, попрощавшись, направился к выходу, а вот мне отчего-то не стало спокойней. От тревожных мыслей отвлекла нога. Сначала помощница целителя напоила меня успокаивающим отваром, затем натёрла обезболивающей мазью, а после пришёл и сам целитель. Прежде чем отпустить меня на занятия, он несколько минут сосредоточенно водил над моей лодыжкой руками, от которых исходило мягкое свечение.

Выходила из лекарской я абсолютно здоровой, счастливо сжимавшей в руках заветную бумажку, призванную защитить меня от лишнего взаимодействия с куратором. Я полагала, что справка волшебным образом полностью освободит меня общества Майлза Эрроу. Наивная. Не успела я порадоваться высшему баллу за демонстрацию сложнейшего бытового заклинания — защитным чарам поверхностей от пыли и загрязнений, как планшет взорвался сообщением:

«Нима Эмилия Клод, срочно пройдите в третий корпус для выполнения поручения от куратора вашего курса».

Официальная часть заканчивалась издевательской припиской:«Срочный сбор, помощница! Я знаю, что у тебя сейчас окно между занятиями. Поспеши, если не хочешь получить отработку за пропущенную тренировку».

Я едва не зарычала от злости. Как, скажите мне, из миролюбивой отличницы я вдруг превратилась в злобную виверну, стабильно раз в день испытывающую желание кого-нибудь прибить? Ладно, не кого-нибудь… и не раз в день… Кошмар, просто кошмар…

С этими, далеко не миролюбивыми, мыслями я достала из сумки освобождение и направилась к нужному корпусу.

Я спешила. Так называемое окно между занятиями, образовавшееся из-за накладок в расписании выпускных курсов, было очень удобным временем, когда я могла заняться заказами, снять мерки и вообще спокойно поработать над планом будущего «дела жизни». Вот и сегодня у меня была назначена примерка того самого недошитого из-за библиотечных приключений платья. Я надеялась доделать все мелочи до прихода Катарины Фолз, но вместо этого беспомощно болталась по третьему корпусу, пытаясь найти Майлза, демоны его дери, Эрроу.

Вдох — выдох. Я подошла к одному из старшекурсников в тёмной спортивной форме с характерной для Академической сборной светящейся голубой полосой. Увидев меня, смазливый блондин расплылся в улыбке.

— Потерялась, куколка? — спросил он, вызывая у друзей неконтролируемый приступ смеха.

— Потеряла, куклёнок, — парировала я. — Не подскажешь, где я могу найти вашего друга, Майлза Эрроу?

Парня знатно перекосило. Видимо, с «другом» я погорячилась. Через мгновение блондин всё же взял себя в руки. Точнее, начал эти руки распускать, от чего я в очередной раз пожалела, что в роду не было ведьм. Ужасно понимать, что твои талантливые витиеватые проклятия не причинят никакого блага окружающим. Очень, очень обидно.

— И зачем же такой красотке наш героический капитан? — промурлыкал блондин, складывая на меня свою тяжеленную руку. — Не будем отвлекать его от важных государственных дел. Все вопросы ты можешь решить со мной.

Я снова приказала себе дышать, убрав руки в карманы пиджака. Зря. У меня в кармане всегда лежали крошечные ножницы. Невероятно красивые, с кольцами, инкрустированными драгоценными камушками и цветочным узором. По форме они напоминали портные, но были в несколько раз меньше. Это был подарок папы. Ещё когда я была ребёнком, он разглядел мой дар и на один из дней рождения подарил мне эти ножницы, бережно упакованные в кожаный чехольчик с ремешком. С тех пор, как папы не стало, я всегда носила их с собой, как напоминание, что он рядом и всегда верил в меня. Впервые я поймала себя на желании использовать дорогой сердцу подарок не по назначению, даже страшно стало. Что за день? Что за мысли, Эмилия? В какой момент твоя жизнь свернула на кривую дорожку преступности?

— У тебя что-то с рукой, Лэйтон? — голос куратора отвлёк от крамольных мыслей. — Кажется, она лишняя.

Майлз обошёл нас, встав напротив. Его взгляд не предвещал ничего хорошего, и это было странно. Рука с моего плеча мгновенно исчезла. Блондин хохотнул и шутливо поклонился.

— Всего лишь замещал тебя, дружище. Малышка была так растеряна.

— Не утруждайся больше. Дружище.

Я оторопело наблюдала за этой во всех смыслах «доброжелательной» беседой. Честное слово, было ощущение, что сейчас мысленно неслучившиеся приятели начищают друг другу и без того холёные лица. Парни и девушки вокруг тоже притихли, напряжение росло. Тем не менее время шло, а у меня его было в обрез. Прочистив горло, я всё же вмешалась в немой диалог.

— Уважаемые… куратор. Вы меня вызывали по какому-то срочному делу. Я тут. Хотелось бы успеть до начала занятий.

— Да она к тебе на «вы»! — хохотнул этот самый бессмертный Лэйтон. — Однако…

— Идём, — мрачно кинул Майлз и взял меня за руку. — Задержали у декана, извини.

Я послушно поплелась за ним. В голове с несвойственным мне любопытством нарастали вопросы. Что Майлз делал у декана? Почему вернулся от него в таком мрачном расположении духа? Могло ли это быть из-за турниров, в которых он принимал участие? Или он разозлился, увидев, как его фальшивый друг приобнимает его помощницу?

От бредовости последнего предположения к щекам прилил жар. Что за вздор, Эмилия? Кому-то срочно нужно было зарыться в работу по самые красные уши!

— Проходи, — Майлз открыл передо мной дверь своей комнаты.

— Зачем? — не сразу сообразила я.

— Поможешь.

— Чем я могу тебе помочь в твоей комнате? — вспыхнула, складывая руки в замок на груди. — Переодеться?

Майлз вдруг задорно улыбнулся. Так неожиданно, что у меня сердце сделало кульбит. Будто не было сейчас этого сурового парня, который решительно тащил меня через весь коридор. И эти ямочки на щеках… Как же бесит!

— И как ты догадалась? — он всё же втолкнул меня в комнату. — Давай же, Эмилия, сама говорила, что у тебя мало времени.

Я ожидала чего угодно, только не того, что Эрроу действительно пройдёт к шкафу и вытащит оттуда два спортивных костюма, не похожих на привычную форму нашей академической сборной.

— Разрабатываем новый вид формы, — пояснил он, демонстрируя мне обе модели. — Конечно, дело не только во внешнем виде, но и он немаловажен, правда ведь?

Майлз стал расписывать все плюсы новой одежды, подробно рассказал, какие нити-артефакты будут вшиты в светящиеся узоры. А когда я окончательно потеряла счёт времени, спросил:

— Так вот… какая?

— Что «какая»? — не сразу поняла я.

— Какая из двух форм тебе нравится? — он тряхнул перед моим лицом вешалками. — Синие узоры или оранжевые молнии? Молнии, кажется, хороши. Но ведь синий — наш основной цвет.

До меня медленно начало доходить, что неотложным делом, которое лишило меня законного перерыва, было выбрать «стрелочки или завитки; синее или оранжевое». Внутри что-то лопнуло, кажется, последняя нервная клетка покинула мой организм, не прощаясь.

— Синий, — неожиданно для себя спокойно произнесла я. — К глазам подходит.

— К глазам… — Майлз подошёл ближе. — Я запомню.

— Запомни, — едва слышно произнесла, поднимая голову. — Это всё?

— Хотел бы я… — он сделал шаг назад. — На самом деле, не всё. То самое важное задание... Мне нужен список внеурочных активностей вашего курса. Что-то вроде литературного кружка, на котором нам посчастливилось побывать. Сообщества, кружки, собрания…

— Извини, — я очнулась от мимолётного наваждения, — ты хочешь, чтобы я доносила на однокурсников?

Глава 7.

Майлз нахмурился и склонил голову набок, словно маленький учёный щеночек. Не знай я его натуру, растаяла бы от милоты. Но я знала, поэтому продолжила наступление:

— Клаудия моя подруга, и её книжный клуб… Знаешь, они не всегда читают такие… такие вещи, — я почувствовала, как снова начинаю закипать. — И вообще, чтение книг — занятие более благородное, чем днями напролёт болтать о парнях и крутить локоны в дорогущих салонах! И если ты считаешь…

— Эми, стой! — наконец рассмеялся Майлз. — О чём ты толкуешь? Я всего лишь прошу записать, входят ли твои однокурсники в какие-то сообщества, возможно, организовывают какие-то… вечеринки по интересам. Это поможет мне составить программу мероприятий, и, если кто-то проявит инициативу, в конце года мы сможем представить новый клуб как учебный проект, разработанный с куратором.

Я уставилась на парня, пытаясь понять, шутит он или говорит всерьёз. По насмешливому взгляду было не разобрать.

— Как ты понимаешь, у меня совсем нет времени на сбор данных: учёба, сборная, — Майлз убрал форму в шкаф и подмигнул мне. — Но приятно будет получить бонусы за новый проект и звание лучшего куратора.

— Значит, задача для меня, а звание лучшего куратора и всякие там плюшки — для тебя. Какое интересное распределение обязанностей.

— Я поделюсь с тобой всеми плюшками мира, помощница, — он снова оказался близко и легонько щёлкнул меня по кончику носа.

От куратора я уходила глубоко озадаченной. С одной стороны, в его поручении не было ничего сложного и крамольного. Оказаться самым заинтересованным в жизни академии курсом было бы даже лестно, ведь бытовиков никогда и никто не брал в расчёт — «слабые маги с ограниченным потенциалом», как всегда отзывались о нас стихийники. К тому же, если иметь в виду официальные кружки и сообщества академии, было не сложно просто взять список всех активностей и заставить каждого расписаться под одним из них, а потом сдать куратору как своеобразный отчёт. Однако упоминание литературного клуба Клаудии подсказывало мне, что Майлз имел в виду совсем не официальные внеурочные занятия, и это создавало сложности. Сплетнями я не увлекалась, как и активной студенческой жизнью. Если только организовать швейный клуб… Но, во-первых, это даже звучало скучно, а во-вторых — у меня просто глаз задёргался при мысли, что в моей уютной швейной комнатке появится толпа щебечущих ним… А если они ещё и перекочуют туда из книжного клуба… Господь, Господь!

Гоняя в голове эти невесёлые мысли, я всё же добралась до мастерской. Я опоздала и уже готовилась писать Катарине Фолз письмо с извинениями на восемь страниц, ведь даже не предупредила её об отмене примерки, однако заказчица, вместе с молчаливой свитой однокурсниц, сама ожидала меня у двери, «мило» беседуя с Клаудией.

— А вот и наша звезда… — протянула моя клиентка и, смерив меня недовольным взглядом, снова повернулась к моей соседке: — А ты говоришь, летит, торопится.

— Я действительно торопилась, Катарина, — поспешила оправдаться. — Прости, пожалуйста, с этими новыми задачами весь график наперекосяк!

— Наслышана, — девушка едва заметно скривилась. — Значит, тебя заприметил Эрроу…

— Он назначил Эми помощницей, потому что она самая ответственная на курсе, — вступилась Клаудия.

«Ну или потому что некому сбагривать задачки из ректората, пока сам будет крутить романы и участвовать в запрещённых развлечениях», — фыркнула я про себя.

— Майлз? Как самую ответственную? — Катарина мелодично рассмеялась. — Какая интересная теория.

— Пройдём в мастерскую, — закрыла я тему. — Сегодня закончу последние штрихи, и завтра сможешь забрать платье.

— Завтра оно мне будет не нужно, Эмилия, — холодно перебила меня девушка. — Я планировала забрать платье сегодня. Если не успеваешь в срок, так и скажи. У меня была возможность обратиться к лучшей швее города, но я выбрала тебя. Спрашивается, для чего? Входить в положение и ждать, пока ты наобщаешься с Майлзом?

Я знала, что могу спокойно предложить клиентке ознакомиться с журналом записи, в котором чёрным по белому был прописан срок сдачи работы в готовом виде, и в него я укладывалась с лихвой. Но также я понимала истинную причину недовольства и нелепых требований, а ещё, что клиентоориентированность — залог успеха. Поэтому лишь согласно кивнула и произнесла:

— Как скажешь. Сегодня до конца дня сможешь забрать заказ, а сейчас давай сделаем финальную примерку.

Дождавшись, пока Катарина наденет платье, я оставила несколько замечаний в личной карточке и пометила небольшим меловым стило, где стоит добавить дополнительный цветочный орнамент. По глазам девушки я видела, что ей нравится отражение в узком напольном зеркале, но вслух она не сказала ничего, кроме:

— Заберу сегодня после семи.

— Буду ждать, — согласилась я. — Ещё раз прошу прощения, что так вышло.

Не знаю, как Клаудия дождалась, пока звук шагов Катарины и её приспешниц стихнет в глубине коридора. Несколько бесконечных минут она топала носком туфли и пыхтела, как закипающий чайник, после чего резко развернулась ко мне:

— И как ты им позволяешь?! — взорвалась она праведным гневом, раздражённо тыча в сторону двери пальцем. — Нет, ты слышала её?! Она кто вообще?! Королева Академии?!

— Возможно, и так. Я пропустила зимний бал, — улыбнулась, возвращая платье на манекен. — Скажи мне лучше, как ты оказалась в этой волшебной компании?

— Хотела забежать к тебе с новостями, а тут эта ошивается, — недовольно нахохлилась подруга. — Начала меня спрашивать про тебя и про Майлза. А я что ей сказать могу, кроме того, что ты у нас теперь правая рука куратора?

— Правая рука и левая пятка, — вздохнула я. — Спасибо, что отвлекла её, Кло. Честно, не думала, что так задержусь.

— А где ты была? — Клаудия по привычке начала перебирать разноцветные пуговицы в большой шкатулке.

— Как думаешь? — я закатила глаза. — Получала очередное идиотское поручение.

— Майлз? — глаза подруги заблестели. — Ну что за человек! Ни дня без своей симпатичной музы!

— Да ну тебя! — отмахнулась я. — Расскажи лучше, что за новости?

— О… — Клаудия оставила пуговицы и заговорщически шепнула. — Я знаю, кто следил за нашим клубом вчера вечером!

— И кто же? — напряглась я.

— Доминик! — с торжеством в голосе объявила подруга.

— Доминик?! — я округлила глаза и плюхнулась на стоявший рядом стул. — И что… кхм… что заставило тебя сделать такие выводы?

— Он избегает меня, Эми… Ты не поверишь, — Клаудия приземлилась рядом. — Я решила, что он обиделся из-за турнира. Ну, думаю, остынет, подойду и подкуплю его любимым печеньем с луком и травами. И вот сегодня мы столкнулись в столовой на перекусе, да ещё и в очереди, не побегаешь. Я завела непринуждённую беседу и спросила, что он делает вечером. Я хотела предложить ему, тебе и Натану сбежать погулять в город, как обычно, но не успела. Мин вдруг покраснел как рак и заявил, что вечерами он учится, а не занимается всякими глупостями. Ты понимаешь?! Это точно был он! И как теперь мы будем общаться… Нас навсегда разъединил страстный генерал.

Клаудия затихла, но в итоге не сдержала смешка. Я рассмеялась следом. Не знаю уж, какие причины краснеть у Доминика, а вот у меня их набралось с целую повозку — хоть бесплатно раздавай.

Договорившись с подругой, что она прикроет меня на последних двух занятиях, я взялась за заказ. Магия побежала по венам тонкими ручейками, помогая ниткам выстроиться в тонкий узор из нежных весенних цветов. По рукавам решила пустить нить мельчайшего натурального жемчуга и осталась категорически довольна результатом.

Любимой частью моей работы была упаковка изделий. Разгладив малейшие складочки и неровности, я оставила платье на манекене и занялась лентами. Всегда выбирала цвет, подходящий самому наряду или его деталям. К этому серо-голубому платью с нежно-розовыми цветами на юбке, выбрала розовую широкую ленту в тон. На именную бирочку поставила магическую печать, а на платье нанесла заклинание, защищая его от повреждений и загрязнений.

Ровно к назначенному времени я ждала Катарину Фолз, приложив к объёмной коробке с платьем небольшую упаковку лавандового печенья в качестве благодарности за заказ. Я делала так всегда и не собиралась изменять традиции только из-за склочной натуры клиентки. Катарина опоздала на час. Уверена, что она сделала это специально, но я не подала вида, что меня как-то задела её выходка.

— Надеюсь, платье выполнит свою задачу, — надменно сказала она вместо малейшей благодарности.

— Не сомневайся. Подчеркнёт все достоинства и скроет недостатки.

Я не удержалась от тонкой колкости за испорченное настроение. Если бы я знала, что ждёт меня вечером, не стала бы сдерживаться в выражениях…

После ухода Катарины, я доделала парочку мелких заказов для постоянных клиенток. Последние силы и магию потратила на уборку, на которую никак не могла найти время после возвращения из дома. И ведь нужно было ещё переписать пропущенные лекции и выполнить домашнее задание!

Едва передвигая ноги, заползла в душевую. Закрылась в крохотной кабинке, встала под горячие струи воды и едва не застонала от удовольствия. Я всегда много трудилась. На первом курсе с жадностью штудировала учебники и магические фолианты, на втором начала шить на заказ и к третьему всегда была загружена делами с утра до вечера. И нет, мне было не в тягость, я ужасно любила чувствовать себя деловой и нужной, но сейчас… впервые за долгое время я ощущала какую-то опустошающую усталость и раздражение. Причём практически постоянно… Этот день не должен был стать таким, этот заказ не должен был вызвать настолько сухие и безликие эмоции. Я сделала всё в срок и сделала первоклассно, хоть на приём во дворец иди. И… разве можно было так глупо и несправедливо судить о моём профессионализме только из-за того, что мне приклеили ярлык помощницы этого… пусть и красивого, но… заносчивого, легковесного дурака! В голове внезапно возник образ Майлза с голым торсом и в турнирной маске.

«— Какая из двух форм тебе нравится? — сказал он мне в губы. —Синие узоры или оранжевые молнии? Молнии, кажется, хороши. Но ведь синий — наш основной цвет… Эмили…»

— Ар-р! — я не заметила, как выкрутила вентиль холодной воды до упора. — Ну что за несносный тип…

В душевой послышались голоса. Видимо, кто-то тоже припозднился с дополнительными занятиями. Я исправила температуру и начала намыливать кожу, стараясь отрешиться от мрачных мыслей, но диалог девушек, голоса которых были мне смутно знакомы, заставил меня обратиться в слух.

— Ты слышала, что за скандал случился у Фолз и Невиль? — спросила одна.

— Да, — ответила ей вторая. — Ужасно! Платишь такие деньги за платье от никому не известной швеи, а тебе сроки задерживают и подставляют накануне мероприятия из-за интрижки с парнем твоей лучшей подруги!

— На самом деле, Ванесса истеричка, — парировала первая сплетница. — Из-за этого платья устроила скандал на весь этаж, вроде: «Как ты могла заказать платье у этой стервы, которая вьётся около моего парня?!» Но что прикажешь делать Фолз? Заказ был сделан и оплачен до того, как Эрроу соблазнился нашей отличницей.

Я приникла к стене и закрыла глаза. Вода вдруг стала вязкой и дурно пахнущей, будто из лейки душа на меня лилась грязь.

— Ну не знаю… — разговор разбавил звук льющейся воды. — Можно было отказаться от платья и потребовать вернуть деньги. Всё же подруга есть подруга. Я слышала, что на этом платье Эмилия заработала баснословные деньги. Считаю, что следовало её проучить.

— Может, и так, но согласись, что шьёт она не хуже любимицы императрицы — Вероники Вонг, а цену ставит в десятки раз ниже.

— Не спорю, сама заказывала у неё пару лёгких платьев на прошлый тёплый сезон. Но больше не стану. Она явно рано надела корону единственной и неповторимой, раз решила, что можно не уважать своих клиентов и соблазнять чужих парней.

Я до боли закусила губу. Не зря голоса девушек показались мне знакомыми. Значит, я шила для них наряды, любовно упаковывала в коробочки и выбирала ленты в тон, чтобы потом стоять вот так…

— Что есть, то есть, — согласилась девушка. — Клод достаточно заносчивая. Я как-то заказала у неё накидку с вышивкой, так ждать пришлось несколько месяцев.

— Вот-вот! — поддакнула вторая. — А теперь так вообще вознесётся. Майлз Эрроу рос в одной песочнице с принцем, а теперь носится за этой ледяной королевой, как заговорённый.

— Всё может быть. Слышала, она и в заклинаниях лучшая на курсе.

— О чём и речь… Платье на бал возьму у Фанни Милз. Она теперь тоже шьёт на заказ. Сара сказала, что в целом очень неплохо.

Девушки ещё немного поболтали под плеск воды — или яда, так и не разберёшь! — после чего оставили меня один на один с «правдой», которую мне только предстояло переварить и принять.

Глава 8.

Я плакала. Впервые за много лет. Не плакала, когда соседский мальчишка разбил мою любимую фарфоровую куклу, когда получила первую двойку и незачёт. Даже когда умер отец, я будто замёрзла внутри. Отчасти именно поэтому смогла пережить все открывшиеся после его смерти обстоятельства. И вот сейчас я стояла в душе и беззвучно ревела из-за… дурацких сплетен!

— Будь проклят тот день, когда я столкнулась с тобой, Эрроу! — прошипела, растирая слёзы по мокрому лицу.

Память услужливо напомнила мне тот день, когда я столкнулась с Майлзом в прямом смысле этого слова. Губы предательски закололо.

— Ненавижу! — рыкнула я, позволив струям воды стекать по лицу, смывая слёзы. — Тоже мне, король куриного царства!

Из душевой выходила с красными глазами и мрачной решимостью никогда больше не встречаться с куратором наедине. НИКОГДА!

Клаудия уже сопела, прижав к груди очередной шедевр романтической прозы. Я была рада этому. Внутри кипела злость… обида, разочарование и страх, что из-за уязвлённого самолюбия одной неуверенной в себе стервы дело всей моей жизни может оказаться под угрозой. Но говорить об этом не хотелось даже с лучшей подругой… тем более с ней. Клаудия имела обыкновение действовать на эмоциях, а мне это было не нужно.

Я забралась под одеяло, свернулась калачиком и зажмурилась, с трудом проглотив очередной комок горьких слёз. Хватит. Не дождутся. Утром придёт решение и силы смотреть на злопыхателей свысока. У меня всегда получалось, получится и на этот раз.

Вопреки ожиданиям, утро принесло головную боль и ощущение, будто меня переехала грузовая подвода. Я вяло помешивала стремительно остывающий чай и отчаянно моргала, надеясь, что ощущение песка в глазах станет хоть немного меньше.

— Ты совсем перестала спать, Эми… — Клаудия встревоженно коснулась моей руки. — Бледная, глаза красные… Ты что, плакала?

— Нет, — буркнула я. — Примеряю образ вампира. Они живут вечно и кусают неугодных.

— Очень смешно, — скривилась подруга. — Эми, если ты из-за этой…

— Кло, слушай, — перебила я, — ты меня очень выручишь, если поможешь с одним делом.

— Ла-адно… предположим, я приняла твои правила игры и не заметила, как ты бездарно переводишь тему, — Клаудия откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. — Выкладывай.

— Так вот. Эрроу вчера вызвал меня, чтобы выдать очередное поручение, — принялась рассказывать я. — В конце года мы должны будем представить совету по воспитательной работе проект от курса, а именно — сообщество по интересам, понимаешь?

— Не очень…

— Майлз поручил мне составить списки сообществ и клубов, в которые записаны наши однокурсники, даже если эти самые сообщества не входят в официальный список академии.

— Ты хочешь сказать… — Клаудия резко приблизилась ко мне. — Ты хочешь сказать, что мой клуб…Этого я, конечно, сказать не хотела, но почему бы и нет?

— Тут только тебе решать, — я пожала плечами. — Я искренне считаю, что ты — идеальный организатор, а у книжного клуба может быть большое будущее. Романы — это хорошо, но ты только представь…

— О, я представляю! — подскочила подруга. — Можно устраивать чтения, дебаты, а ещё выпускать свою газету с обзорами новинок! Божечки-и-и, Эми! Люблю тебя!

Я улыбнулась.

— Не спеши. В любом случае нужно сделать всё, как положено: опросить однокурсников, составить отчёт и презентацию…

— Я всё сделаю, — Кло придвинула ко мне тарелку с пирожком. — Жуй давай быстрей, столько дел, ещё и лекции эти — кто их только придумал…

Мне стало неловко. Я хотела попросить Клаудию помочь мне со сбором и передачей информации, а в итоге не на шутку её взбаламутила, но так и не нашла в себе силы признаться, что в библиотеке были мы с Майлзом. А что, если он не оценит её стараний или начнёт высмеивать? Он может...

— Кло… — я всё же предприняла попытку. — А вдруг… Вдруг это Майлз был там… в библиотеке. Ты говорила, что вы чуть не попали в неловкую ситуацию, ну и… вдруг он тогда пришёл?

— Ну, во-первых, это точно был Мин, — отмахнулась подруга. — Иначе с чего бы ему так краснеть? А во-вторых, ну и что с того? Подумаешь! Один вечер не может раскрыть весь потенциал нашего клуба, дорогая. И я легко это докажу! Ну, давай же, идём!

Как я и говорила, Клаудия не умела действовать на холодном расчёте, да и с сомнениями по поводу и без не дружила. Удивительно, как она ещё не получила место в студенческом совете с такой-то хваткой. Предполагаю, потому что просто не задавалась целью.

В любом случае утренний разговор мне очень помог. В то время как я мысленно оплакивала ещё несколько потерянных заказов, о которых узнала из коротких сообщений на магическом планшете, воодушевлённая создательница Книжного клуба за полдня сделала то, на что у меня ушло бы пару недель. К концу занятий она положила передо мной листы со списками и короткими презентациями. Я растерянно отложила планшет в сторону и подняла на неё взгляд.

— Ты когда успела?

— Я тебя умоляю! — Клаудия закатила глаза. — Я же мечтала стать журналистом, это детские шалости.

— Ты такая молодец, Кло… — я выдавила из себя улыбку. — Сможешь сделать ещё кое-что? Пожалуйста… отнеси это всё Эрроу.

— Почему не ты? — нахмурилась подруга. — Уверена, красавчик мечтает о том, чтобы именно ты пришла к нему сегодня вечером.

Пришлось закусить щёку изнутри, чтобы не высказать всё, что творилось на душе.

— Мне надо отдать заказы, — нашла отговорку я. — Обещала, сама понимаешь.

Клаудия поверила или сделала вид. В любом случае она согласилась избавить меня от куратора, за что я была ей ужасно благодарна.

Мы договорились встретиться у входа в академию и всё же прогуляться пару часиков по городу. Плевать на всё. Мне отчаянно нужно было успокоить нервы, а сделать я это могла только вне стен академии и желательно с новым отрезом ткани в сумке.

Боевой настрой держался весь путь до мастерской, где меня настигло очередное сообщение об отмене заказа. Я села за стол и раскрыла большой бумажный журнал, который вела по привычке. Четыре отмены за один день… Мне повезло, что это были достаточно мелкие заказы, но… что, если это только начало? Я старалась не думать о том, что Дженифер Винс тоже решит отказаться от платья и мой экзаменационный проект останется без модели, а я без надежд на золотое будущее, но мысли упрямо сворачивали на эту тревожную тропинку.

— Нет… Нет, нет, нет! Буду бороться до последнего, — прошептала я, сжимая кулаки. — Ну не все же, в конце концов, такие отвратительные стервы! А эти пусть идут к новой швее, как её там звали? Плевать! Вот пусть туда и катятся, чтоб у них платья по швам разошлись в самый ответственный момент!

Внутри снова забурлила злость, и именно в это мгновение дверь мастерской бесцеремонно открыли. Кто? Ну конечно, искатель приключений на свою золотую...

— Приветствую тебя, ленивая помощница! — жизнерадостно улыбнулся Майлз, не подозревая, что вошёл в клетку с разъярённой виверной. — Мне казалось, что мы так хорошо ладим, а ты подослала ко мне эту болтливую предводительницу читающих ним.

Он хохотнул, а у меня окончательно лопнуло терпение.

— Ладим, значит? — медленно поднялась я с места. — Сейчас я тебе расскажу, как мы ладим, Эрроу.

Видимо, что-то опасное всё же отразилось в моих глазах, потому что Майлз перестал хохмить и сделал шаг назад. Но это бы ему не помогло, потому что я решительно вознамерилась высказаться.

— Что-то ты сегодня какая-то возбуждённая… — заметил он.

— Возбуждённые твои пассии! — рявкнула я не совсем то, что собиралась, но в целом близко к сути. — Знаешь что? Я больше не хочу иметь с тобой никаких дел, куратор Эрроу. Мне достаточно проблем в жизни, чтобы разгребать новые из-за каких-то там… каких-то…

— Да что случилось-то?! — спросил Майлз, принимая облик святой невинности. — Вчера всё было хорошо, а сейчас ты меня сожрать готова!

— Хорошо? — вспылила я. — Вместо учёбы я бегаю по твоим бредовым поручениям! «Красный или синий?» — передразнила я. — А вместо работы теперь я буду разгребать тонну отказов из-за того, что твои воздыхательницы считают меня… Неважно… Только вот я не живу за счёт несметных богатств, ясно? И у меня, в отличие от некоторых, есть чёткий план на жизнь. Который из-за этих самых некоторых рушится, как карточный домик!!!

Майлз внезапно изменился в лице и сделал два шага вперёд.

— Кто? — спросил он серьёзно. — Кто создал тебе проблемы? Имя…

Я подняла на него глаза, в которых снова против воли начали закипать злые слёзы. Несколько секунд мы молча сверлили друг друга взглядами.

— Майлз Эрроу, — наконец произнесла я. — Он создаёт мне проблемы. Море глупых проблем на ровном месте.

— Эми…

— Не нужно, — я упрямо мотнула головой. — Просто… найди себе новую помощницу. Любая будет рада, а я… а мне надо работать. Много и усердно.

— Хорошо, — внезапно легко согласился Майлз. — Видимо, я действительно не рассчитал нагрузку. Извини. Ты свободна ото всех обязательств.

Он улыбнулся и ушёл, я только и успела крикнуть вслед: «У меня и не было никаких обязательств».

Оставшись одна, я со злостью пнула ногой воздух. Внезапно накрыла горькая обида.«Хорошо. Ты свободна ото всех обязательств» … Вот так просто? Ни попытки объясниться, ни попытки меня удержать…

— Что за глупости, Эмилия?! — буркнула я, возвращаясь к рабочему столу. — Очень даже хорошо, что всё вышло так просто. Надо было раньше сказать всё, что я о нём думаю… Чего тянула?

До ночи я трудилась над теми заказами, которые остались, и продумывала новый план по привлечению покупателей. Нужно было предложить модницам что-то такое, без чего они не смогут жить, и поставить такую цену, чтобы о конкурентках они напрочь забыли.

Несколько дней я целиком посвятила учёбе и работе, благо освобождение давало мне право не посещать утренний сбор группы с куратором. И всё же внутри противно скреблось чувство вины. Да, я корила себя за то, что так грубо отчитала Майлза, обвинив во всех грехах. Конечно, я считала его виноватым, но… стоило ли быть такой категоричной? Он сдержал слово и не пытался появляться в моей жизни, и с каждым днём мне всё больше казалось, что я всё-таки перегнула палку. Увы, взять слова назад я не могла, да и надо ли? Но при случае решила извиниться за резкость. А пока случай не представился, работала на благо будущего, как только могла.

С Клаудией мы успели заглянуть в большой магазин тканей, и я взяла несколько отрезов актуальных на сезон цветов. В мастерской рождались небольшие косметички, которые должны были идти в подарок к любому, даже самому мелкому заказу. Я понимала, что это не самая прибыльная идея, но вернуть себе расположение клиентов сейчас было намного важней.

Мои труды не прошли даром. Уже к вечеру второго дня ко мне заглянули две первокурсницы. Одна заказала себе лёгкую весеннюю накидку по последней моде, вторая же, более заносчивая и молчаливая, долго рассматривала каталог и мои зарисовки, после чего обещала подумать и, возможно, вернуться с заказом. Обе девушки получили косметички в подарок, на чём мы с ними и расстались.

Очередной учебный день не обещал ничего нового. Мы позавтракали под нескончаемую болтовню Клаудии, которая во всю развивала идею расширения книжного клуба, я же лениво изучала контингент столовой. Не считая небольшого количества особо отличившихся — силой магии или способностями в артефакторике или других науках, — студенты академии были сплошь выходцы из обеспеченных семей. Я же, после смерти отца, болталась где-то посередине. Никто не знал о проблемах моей семьи. Даже Клаудия верила, что я работаю именно потому, что не могу не работать. Отчасти так и было, но лишь отчасти. Иногда мне тоже хотелось беззаботности, но стоило появиться дома и увидеть потерянную маму, как груз ответственности тут же напоминал о себе.

— Майлз, иди сюда, я заняла нам столик!

Приторно-сладкий девчачий голос вырвал меня из размышлений, мир снова обрёл звуки и запахи, а я инстинктивно дёрнула головой в сторону знакомого имени. Парень оказался не тем Майлзом. Мысленно дала себе подзатыльник, чтобы не думать об Эрроу. В конце концов, никто не запрещал ему хотя бы здороваться, соблюдая правила приличия, но он предпочёл игнорировать мой кивок, когда мы пару раз пересеклись в коридоре. Обиделся? Да пожалуйста! Если он считал, что я буду таять от восторга каждый раз, как слышу: «Эй, помощница!», то глубоко заблуждался. Вот и всё!

— Сегодня сбор с куратором, — сменила тему Клаудия. — Ты пойдёшь, Эми? Будем говорить о проекте, я презентую книжный клуб. Мне нужен твой голос!

— Куда же я денусь, — улыбнулась я и тут же утонула в обнимашках подруги.

Ближе ко времени сбора меня начало ощутимо потряхивать. Мысли разбегались в разные стороны, а руки никак не хотели находить удобное положение, превратившись в две несуразные верёвки, болтавшиеся туда-сюда, словно их сносило сильным ветром. В итоге я пристроилась на последней парте аудитории, в которой куратор решил нас всех собрать, и уткнулась в тетрадь с конспектами.

Майлз, как всегда, мило улыбался и шутил, заигрывая со всеми без разбора. После бесполезного обмена любезностями, начались обсуждения клубов, которые переросли в настоящий жаркий спор. Клаудия не на шутку сцепилась с Мейси Блайк, доказывавшей, что клуб по спасению вымирающих видов магических растений нужен академии больше каких-то там книжек. Я украдкой взглянула на Майлза. Судя по ироничной улыбке, его вся эта задорная перепалка забавляла.

Внезапно в воздухе перед глазами появилась проекция — сообщение на планшет с пометкой «особо важно». Я тихонько достала артефакт и открыла письмо. Золотой вензель, гербовая печать и… заказ на целый сезонный гардероб!

«…Как только мы утвердимся во взаимных намерениях и скрепим договор печатью, сможем назначить дни примерок, удобные и вам, и моему клиенту…» — гласило послание, и я еле сдержалась, чтобы не закричать от счастья. Неужели это та самая чопорная девица, приходившая ко мне со своей подружкой? Я думала, что она просто проявляет вежливый интерес, а она… Небо!!!

От меня ждали примерный расчёт стоимости на гардероб из пяти нарядов. Забыв о том, где нахожусь, я вскочила, чем привлекла внимание всех, включая Эрроу, старательно меня игнорировавшего до этого.

— Простите! — выпалила я. — Мне нужно срочно… я… Я голосую за книжный клуб!

— Так срочно нужно было проголосовать? — Майлз саркастично поднял бровь. — Какое рвение к чтению, нима Клод.

— Срочно мне нужно уйти, — так хотелось съязвить, еле сдержалась. — Пожалуйста, могу я покинуть собрание чуть раньше?

— Не смею задерживать, — разрешил Майлз. — Ваш голос в пользу совместных чтений будет учтён.

Конечно, я уловила и сарказм, и намёк, но сегодня мне было не до этого. Быстро кинув в сумку планшет и тетрадь, я пулей вылетела из аудитории, чтобы поскорей ответить на заветное письмо.

Глава 9.

— Ты хоть знаешь, как он выглядит?

Клаудия любопытно вытягивала голову, высматривая того, кто сначала отправил мне письмо с заказом, а потом назначил встречу в одном из самых дорогих ресторанов города.

— Он указал столик и сказал, что сам меня найдёт, — я нервно прихлебнула воды, которая стояла для посетителей на каждом столе в пафосных узких бутылях с золотыми крышками.

— Но он не идёт, — подруга подозрительно покосилась на официанта, приближающегося к нашему столу. — Придётся что-то заказать. Я, конечно, не из нуждающихся, но не кажется ли тебе, что съесть на обед маленькое канапе по размеру недельной гулянки в «Валенсии», так себе финансовая грамотность?

Я не сдержала нервного смешка и снова пригубила воды, пытаясь высмотреть таинственного незнакомца по имениМикаэль Ф. , представившегося поверенным моего ещё более таинственного заказчика. Финансовая грамотность отчаянно скандалила где-то на задворках сознания, призывая бежать из пафосного заведения, спасая последние крохи средств, отложенных на свободные расходы.

— Выбрали что-то? — другой официант так внезапно возник перед столиком, что Клаудия подпрыгнула на стуле, а я едва не подавилась бесплатной водицей. — Закуски, салаты, горячее, напитки?

— Напитки, — кивнула подруга. — Вода у вас невероятно хороша, подливала бы и подливала.

Официант шутки не оценил и продолжал выжидающе смотреть.

— Мы ещё изучаем меню, — вежливо улыбнулась я.

— Остановились на вепре в красном соусе, — зачем-то добавила Клаудия, ткнув пальцем в первое попавшееся название. — Подскажите, вепрь в этом блюде натуральный? Я просто в одной книге прочитала, что вепри существа скрытные и злобные, и чтоб вот так подать на блюде…

— Вепрь в красном соусе — это кабан, поданный с овощами, тушёными в красном вине, — официант отвесил подруге слегка пренебрежительный поклон.

— Эм… Кабан? Такая… дикая хрюшка? — уточнила Клаудия, а когда официант утвердительно кивнул, добавила: — Видимо, перепутала… неловко вышло… Ну что ж, продолжим изучать меню.

Во время этой прелестной болтовни я с головой скрылась за бумажным разворотом, отчаянно стараясь не хрюкать, как тот самый вепрь. Когда официант всё же оставил нас одних, Клаудия отодвинула моё укрытие и зашептала:

— Если этот поверенный опоздает ещё хоть на пять минут, я закажу половину всего ассортимента блюд за его счёт!

Поверенный действительно прилично опаздывал, и я уже начала думать, что вся эта суета с большим заказом и договором — чья-то злая шутка. В самом деле, чего стоило одной из «золотых» воздыхательниц Майлза провернуть со мной такой фокус, заставив полчаса сидеть в престижном заведении и окончательно обнулить счета, пытаясь держать лицо. Только я собралась предложить подруге позорный побег, как рядом с нами возник молодой человек в дорогом дорожном костюме. Он выглядел не старше двадцати пяти. Русые волосы, модная причёска, правильные черты лица и аккуратные очки в тонкой золотой оправе.

— Нимы, — поприветствовал нас незнакомец. — Рад видеть. Я Микаэль Фергюс, поверенный заказчика нимы Эмилии Клод.

С этими словами Микаэль обратил на меня внимательный взгляд. Невольно я выпрямила спину и улыбнулась.

— Что ж вы, уважаемый суним Фергюс, заставляете столько ждать благопристойных ним? — подала голос Клаудия, а я сделала страшные глаза, одними губами приказывая ей замолчать.

— Прошу простить, — виновато поджал губы Микаэль. — Перемещение порталом задержали, а я, к сожалению, не располагал временем, чтобы выехать раньше, воспользовавшись экипажем.

— Бывает-бывает, — удовлетворённо кивнула подруга. — Отобедаем?

— Исключительно за мой счёт, — охотно расщедрился Микаэль, даже не подозревая, что ступил на тонкий лёд.

— Ну что вы! — начала было я.

— Прекрасно! — улыбнулась Клаудия.

Официант тут же был приглашён к столу.

— Несите вепря… и десерт, — скомандовала подруга, а затем обернулась к Микаэлю: — Очень советую.

— Пожалуй, воздержусь, — отказался поверенный вкушать пищу богов.

— Зря, — пожала плечами подруга.

Мы сделали заказ и перешли к делу. Ещё раз изучив примерную смету и обсудив условия договора, перешли к его подписанию. По настоянию преподавательницы, под руководством которой я постигала премудрости швейного дела, я уже давно была зарегистрирована как работающая студентка. У меня были документы, учебная лицензия и даже маленькая круглая магическая печать с инициалами, которую я использовала для бирок. Её я взяла с собой и сейчас готова была поставить под первым в своей жизни серьёзным договором, но в самый последний момент рука зависла в воздухе.

— Простите, — я подняла на Микаэля растерянный взгляд, — я всё ещё не могу понять, почему имя заказчика не прописано в договоре, ведь шить я буду для него…

Поверенный улыбнулся, от чего его лицо стало выглядеть лет на десять моложе.

— Таково условие. Мой доверитель никогда не ставит своё имя в документах, всеми делами вот уже три года занимаюсь я, — он чуть подвинул бумаги в мою сторону. — Не переживайте, нима Эмилия. Вы же читали договор, в нём всё прописано без подводных камней.

Я выдохнула и быстро поставила магический оттиск, чтобы мной снова не овладели сомнения. Договор был подписан, первая примерка утверждена на следующий после подписания день.

— Ваш заказ, — перед столом снова возник официант.

Молча мы втроём взирали на два скромных салатика, абсолютно потерявшихся рядом с огромным блюдом, на котором возлежал дикий кабан с яблоком во рту.

— Что-то… овощей маловато, — отметила я.

— Зато дичи в избытке, — ответил Микаэль.

— Угощаю, друзья! — расщедрилась Клаудия, судя по всему, от шока забыв, кто за всё платит.

Мы приступили к трапезе, ведя отстранённую беседу о погоде в столице и Форшире, откуда и прибыл суним Фергюс. Прощались практически друзьями, обменявшись визитками и добрыми пожеланиями.

— Наелась? — усмехнулась я, глядя, как подруга лениво плетётся к ближайшей лавочке и заваливается на неё, тяжело дыша.

— Могла бы и помочь, — огрызнулась та. — Я едва жива и всё равно всё не съела.

— Но ты почти победила вепря, — я села рядом. — И, кажется, очаровала Микаэля, подтвердив звание самой прожорливой нимы Ривдвена.

Получив ощутимый тычок в плечо, я всё же рассмеялась.

А потом всю ночь вертелась в кровати, продумывая сочетание тканей и фактур будущих платьев и накидок. В планах нарисовался новый фасон шляпок, который только входил в моду и обещал стать настоящей сенсацией сезона. Осталось дождаться зачисления кругленькой суммы на счёт, и можно было считать, что я с достоинством вышла из затруднения и вообще победила всех злодеев этой истории. Но я никак не могла предположить, что шить мне придётся совсем не платья…

Не успело утро окончательно вступить в свои права, я уже была на ногах. Учёбу никто не отменял, поэтому до назначенной примерки усердно корпела над книгами и конспектами.

К назначенному времени я уже расхаживала по мастерской, прибирая разные мелочи и подготавливая манекен для будущих нарядов. Почему-то представлялось, что сейчас дверь откроется и на пороге окажется сама императрица. Придерживая подмышкой свою неизменную спутницу — маленькую рыжую собачку, она подойдет к эскизам, разложенным на столе, и уверенно ткнёт пальчиком в тёмно-серое платье с голубой вышивкой по лифу.

Дверь действительно вскоре открылась, но в неё вошла не императрица. Коротко постучавшись, ко мне в мастерскую вошёл Майлз Эрроу. Сияя, как начищенная ночная ваза, куратор прошёлся по помещению и — удивительно, но факт — внимательно уставился на эскизы, прямо как в моих недавних фантазиях.

— Очень талантливо, нима Клод, — похвалил он. — Но мне не пойдёт. Давай что-то мужское.

Подобрав с пола свои глаза, челюсть и чувство собственного достоинства, я спросила:

— Что вы здесь делаете, суним Эрроу? Выходной, как-никак.

Майлз посмотрел на меня с наигранным удивлением.

— Пришёл на примерку, Эмилия, — он вытащил из-за пазухи свёрнутую вдвое бумагу, в которой я без труда узнала подписанный мной договор. — Мой поверенный сообщил, что вы обговорили все условия. Разве нет?

В немом бешенстве я открывала и закрывала рот, словно глупая рыбка, выпрыгнувшая из воды. Наконец я смогла сложить все события воедино, и нарисовавшаяся картинка мне совсем не понравилась. Я-то думала, что увижу на примерке ту самую первокурсницу, но втайне мечтала о добыче посолидней, ведь договор, печати, вензеля… И что? Оказывается, меня просто пожалел один из самых завидных женихов академии. Зря я тогда позволила себе эмоции. Показала слабость, и вот. Стало ужасно обидно.

— Нет, — я скрестила руки на груди и покачала головой. — Нет, нет и нет.

Майлз улыбнулся.

— Ты не веришь своему счастью? — спросил он. — Сейчас мы начнём примерку, и ты сможешь меня потрогать, помощница. И даже ущипнуть.

— Я не буду тебя трогать, — отбила я. — И даже щипать. Сделка аннулируется.

Майлз подошёл ко мне и раскрыл перед глазами лист с договором. Конечно, я понимала, что это спор ни о чём, ведь сама очень долго изучала пункт с неустойками. Ещё смеялась, что в договоре прописываются все эти странные и сложные формулировки, будто я и впрямь такая дура, что откажусь от жирненького клиента. Попалась…

— Припоминаешь, Эмилия? — съехидничал Майлз. — Ты сама это подписала. Так что скорее принимайся за примерку. Моё шикарное тело в твоём распоряжении.

— Бесишь… — отбила я.

— Сочувствую, — шепнул он. — Приступай.

Не знаю, на что рассчитывал Эрроу, раскрывая свои щедрые объятия. Неужели действительно думал, что я сейчас устрою нежные обнимашки, прыгая вокруг него с измерительной лентой? Я усмехнулась. Конечно, бытовая магия, она же и не магия вовсе — так, забавы для малышей.

— Что ж, — я обошла куратора по кругу, делая вид, что прикидываю фронт работ, — значит, заказ на целый гардероб.

— И бонус сверху, — согласился Майлз.

Я хлопнула в ладоши, призывая магию. Измерительная лента тонкой змейкой послушно соскользнула со стола и поползла в нашу сторону.

— Тогда сейчас я сниму мерки, и утвердим список вещей, — я взяла в руки планшет с индивидуальной таблицей и приготовилась записывать.

— Ничего себе! — удивлённо уставился Эрроу на «змейку». — Технология.

— А то! — улыбнулась я и приказала: — Голень!

Лента послушно обвилась вокруг нужной части ноги.

— Бедра!

Лента переползла выше. Майлз ощутимо напрягся. Я едва сдержала предательский смешок. О мужском костюме я больше знала в теории, чем на практике и, честно, не думала, что снимать мерки для мужского костюма будет так забавно и… волнительно. Я на секунду задержала дыхание, а потом как можно серьёзней скомандовала:

— Шаговый шов.

Лента юркнула Майлзу между ног, и он чуть не подпрыгнул, стряхивая с себя мою помощницу. Я всё же не удержалась и прыснула со смеху.

— Издеваешься? — прищурился Эрроу.

— Ничуть. Снимаю мерки для пошива брюк.

— Достаточно, — он всё же перехватил проворную змейку и убрал в сторону на расстоянии вытянутой руки. — Попрошу семейного портного прислать тебе все нужные цифры.

— Исключено, — отказалась я. — Привыкла доверять только собственным измерениям.

Майлз откинул ленту, улыбнулся, как довольный кот, и сократил расстояние между нами.

— Ну тогда продолжай, отличница.

Он смотрел на меня с вызовом, явно забавляясь. Незаметно я сделала жест рукой, приказывая «змейке» действовать.

— Хорошо, — я снова направила силу в ленту. — Грудь.

Она послушно стянула широкую грудную клетку, а я влила ещё немного силы. Майлз натужно кашлянул.

— Ещё бы шею измерить, — задумчиво проговорила я. — Ты предпочитаешь широкий ворот или воротник-стойку?

— Один-один,Эмилия, — из груди Майлза вырвался то ли смешок, то ли кашель. — Но спешу напомнить, что, если я умру в процессе примерки, ты не заработаешь ни гроша.

Я недовольно цыкнула и ослабила ленту.

— Давай пройдёмся по списку, — сделав все нужные пометки в бланке, окинула мужскую фигуру профессиональным взглядом. — Пара костюмов, на выход и повседневный, мягкие домашние брюки и туника, дорожный плащ, несколько галстуков в тон и…

— Костюм для боёв, — закончил Майлз список.

Сначала даже показалось, что я ослышалась. Майлз Эрроу просит от меня сшить ему новый костюм для участия в запрещённых боях «Масок»? Бред… Я подняла на парня удивлённый взгляд, пытаясь понять, шутит он или нет.

Глава 10.

— Сегодня мы поговорим об искусстве сервировки и научимся пользоваться заклинанием «Левитирующий поднос». — монотонный голос профессора Альдро разносился по аудитории. — Первое правило сервировки магией: никаких резких движений. Запомните. Ваша стихия — не боевая молния, а деликатная волна. Представьте, что вы гладите котёнка, а не пытаетесь отогнать стаю горгулий. Медленный вдох — и каждый предмет встаёт на своё место. Тарелка — перед стулом. Бокал — чуть правее, на уровне кончика ножа…

Мы сидели за столами, накрытыми белоснежными скатертями. Я сосредоточенно слушала небольшую лекцию перед практическим занятием по бытовой магии, не переставая чувствовать на себе испытующий взгляд.

— Что? — не выдержав, шикнула я Клаудии.

— Ты влюбилась! — подруга всё же противно захихикала, прикрывая рот ладошкой.

— Глупее ничего в жизни не слышала! — отмахнулась от неё, как от назойливой мошки. — Слушай профессора Альдро. Найдёшь своего принца, пригодится в быту.

— Пф-ф! — фыркнула Клаудия. — Если принц, то только со слугами, дорогая. О чём речь?

Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Целую неделю подруга доставала меня своими романтическими фантазиями на тему нашего куратора, а всё потому, что Майлз решил, что ему необходимо тщательно контролировать процесс моей работы. Видите ли, так много денег вложено, а вдруг я не справлюсь? Честное слово, поначалу была готова убивать и насылать проклятия, злилась на всё и на всех и ворчала, как старушка, но в итоге смирилась или… привыкла? В конце концов, так даже удобней — я не отвлекаюсь, примерки можно делать хоть каждый день, а значит, и работа будет закончена раньше срока.

Но Клаудия решила, что у нас с Эрроу возникло светлое чувство и теперь мы обязательно «поженимся и нарожаем кучу детишек». В общем, новых любовных романов о горячих генералах давно не выпускали, поэтому моя подруга решила сочинить сама.

— Теперь о заклинании защиты от пятен высшего порядка, — профессор Альдро щёлкнул в воздухе пальцами, и на белоснежной скатерти для демонстрации появились несколько жирных пятен, которые тут же начали расползаться по ткани. — Самая частая проблема семейных обедов. Что делать, чтобы изначально защитить текстиль от загрязнения? Всё просто. Заклинание «Покров чистоты ». Ладони положите на скатерть или любую другую поверхность, которую нужно защитить. А теперь представьте, что между вашими ладонями и тканью возникает тонкая, но невероятно прочная плёнка...

Я раскрыла ладони и закрыла глаза, чтобы лучше представить защитную плёнку. Хотелось, чтобы заклинание получилось с первого раза.

— Я сразу тебе говорила, что он не просто так сделал тебя своей помощницей, — назойливый шёпот Клаудии ворвался в мои учебные визуализации. — И сейчас! Какой широкий жест, и какой ми-илый. Он хочет быть с тобой всегда и везде, как птичка-неразлучник!

— Если я сейчас вместо защитной плёнки спалю стол, то применю заклинание немоты, — шикнула я на подругу.

— Такого в бытовой магии не существует, — парировала Клаудия.

— Изобрету.

— Вредина, — усмехнулась она и наконец-то затихла.

И всё же рабочий настрой сбила. Вместо скатерти я почему-то представила измерительную ленту, которой сама тянусь к ногам Эрроу снять шаговый шов.

— Да чтоб тебя! — шёпотом возмутилась, открывая глаза.

На моей скатерти расплывались разноцветные кляксы всех цветов радуги. Быстро убрала их очищающим заклинанием, пока мой провал не заметили. Профессор тем временем обвёл аудиторию внимательным взглядом.

— Теперь практика, — он снова щёлкнул пальцами, и перед каждым столом возник левитирующий поднос с посудой. — Ваша задача — сервировать стол на две персоны, применить заклинание фиксации приборов и наложить «Покров чистоты».

Аудитория наполнилась шепотом, лёгким звоном поднимающихся приборов и парой-тройкой неуверенных щелчков. Где-то слева, не справившись с управлением, взлетел и тут же упал столовый нож. Профессор Альдро вздохнул, но ничего не сказал — только устало потёр переносицу.

Я снова прикрыла глаза и постаралась сосредоточиться на защитной плёнке. На этот раз удалось, но, когда плавным движением постаралась перенести кувшин с рубиновой жидкостью на стол, в голову снова полезли мысли о Майлзе, и рука дрогнула. Половина содержимого выплеснулась на скатерть.

— Нима Клод, — профессор посмотрел на меня поверх очков. — Эмилия… на вас это не похоже. Какие-то сложности с левитацией?

— Простите, — я виновато поджала губы. — Не понимаю, как так вышло…

— Концентрация, Эмилия, концентрация, — профессор подошёл ближе и кивнул своим мыслям. — Что ж, зато «Покров чистоты» получился у вас просто превосходно.

Я взглянула на скатерть. Она действительно осталась кипенно-белой.

В этот момент прозвенел звонок. Последняя пара закончилась, и пора было возвращаться в мастерскую. Я озадаченно брела по коридору, стараясь не думать о том, что сегодня снова увижу Майлза. Клаудии я рассказала всё, кроме того, что мне заказан костюм на бои. Не знала она и о том, что Майлз был тем самым героем в маске, и о нашем поцелуе. Я и сама пыталась об этом забыть. И, если бы не этот заказ, у меня бы получилось, а теперь… Теперь я не знала, что думать, и не понимала своих чувств, но почему-то еле сдерживала себя от того, чтобы начать уговаривать Майлза не принимать участие в этой дурацкой затее.

— Лучше нам реже контактировать, — прошептала я, подходя к комнатке, что служила мне мастерской. — Как он не может этого понять?

— Понять что? — голос Эрроу заставил меня вздрогнуть. — Ты ведь говорила обо мне, помощница?

Я растерянно моргнула. Что сказать?

— Снова пришёл контролировать мою работу, Эрроу? — вместо ответа съязвила я. — Просто признайся, что не можешь без меня жить.

— Я этого и не скрывал, — обезоруживающе улыбнулся Майлз.

Сердце пропустило удар. Ну вот зачем? Зачем он это делает?

— Заходи, — я отвела взгляд и открыла дверь мастерской. — У тебя будто других дел нет.

— Ты меня раскусила, Эмилия! — Майлз зашёл внутрь и аккуратно прикрыл за собой дверь. — Я жуткий лентяй и прикрываюсь тобой лишь бы не проводить вечера за вышиванием.

Я не сдержала смешка, Майлз тоже засмеялся. На душе вдруг стало тепло и немного грустно. Жаль, что мы не узнали друг друга чуть раньше и при других обстоятельствах… С Майлзом могло быть легко и весело, мы даже могли бы стать хорошими друзьями... но не в этой жизни. Губы предательски вспыхнули. Жар распространился на щёки и шею. Я резко отвернулась и прошла к манекену.

— Сегодня можно примерить костюмы. Если всё хорошо, то я закреплю швы и закончу с деталями.

Майлз скрылся за ширмой и через пару минут вышел оттуда, облачившись в тёмно-синий костюм, который ему невероятно шёл. Широкие плечи, узкая талия, длинные ноги… Боги, о чём ты думаешь, Эмилия?!

— Ты смотришь на меня, будто решаешь, с какой стороны лучше откусить, — усмехнулся Майлз, поворачиваясь к зеркалу.

— Оцениваю свою работу, — фыркнула я. — И мне она определённо нравится.

— Скромно, — хохотнул Майлз. — Но тут не поспоришь. Ты мастер своего дела.

Я довольно улыбнулась.

— Через неделю закончу с гардеробом, — пообещала, делая пометки в тетради. — Есть ещё несколько заказов, но они небольшие, с ними буду работать в промежутке…

— Тогда, — Майлз посмотрел на часы, — приглашаю тебя на деловой ужин. Обсудим главный предмет моего заказа вне стен академии.

Видя моё замешательство, Майлз взял меня за руку и потянул за собой.

— Давай же, Эми. Отдохнём, вкусно поедим, поболтаем.

Сложно было сказать, почему в этот раз я не сопротивлялась его напору. Наверное, надеялась, что мы действительно сможем поговорить. Я не хотела шить этот костюм, хотя понимала, что он обязательно приведёт мне новых клиентов… Но каких? Нарушение правил, жестокость, азарт — эти понятия были мне чужды, и я не хотела участвовать во всём этом даже косвенно. Но договор был подписан, и хоть как-то изменить ход вещей я надеялась разговором в непринуждённой обстановке.

Мы выбрались из академии через потайной студенческий ход и, быстро добежав до соседнего переулка, перешли на шаг.

— Ну всё, можно вести непринуждённые беседы, — скомандовал Майлз. — Рассказывай о себе.

— Слушаюсь и повинуюсь, — усмехнулась я. — Но обо мне ты и так всё знаешь. Учусь, подрабатываю, на праздники езжу к семье.

— Любимая дочка, гордость семьи, — улыбнулся он.

— Ну-у, ты ведь тоже любимый сыночек, который никогда и ни в чём не знал отказа, — парировала я.

— С чего ты взяла? — усмехнулся Майлз.

— С того, что ты не видишь препятствий и абсолютно не слышишь слова нет. Мама с папой наверняка до сих пор исполняют все твои капризы.

— Я жутко обаятельный, если ты не заметила, — Майлз пожал плечами. — Уверен, мама с папой бы не устояли. Жаль, они погибли, когда я был ребёнком, а дед никогда не был склонен к сентиментальности.

Я застыла на месте. Стало ужасно стыдно за свои слова. Не зря никогда не любила разговоры по душам.

— Извини… я не знала.

— Да брось! — отмахнулся Майлз. — Наверное, было бы больно, если бы я их помнил. Но я не помню. Совсем.

Мы замолчали. Вечерний город зажигал огни. Около ресторанов и едален становилось оживлённо, играла музыка, слышался смех и разговоры. Майлз свернул за угол и остановился у камерного заведения. Приветливые огоньки гирлянд на входе, маленькие круглые столики, отделённые друг от друга небольшими полупрозрачными ширмами и приглушённый свет настольных ламп. Клаудия бы точно начала причитать, что эта «деловая встреча» больше напоминает настоящее свидание. Но я была далека от романтических мыслей, тем более не стоило забывать, что Майлз Эрроу был тем, кто коллекционировал женские имена в своём послужном списке, и я не планировала добровольно запрыгивать на одну из строчек.

— Проходи, — Майлз открыл передо мной дверь. — Здесь всегда есть свободные столики.

Мы зашли внутрь и разместились за столом. К нам тут же подошёл приветливый молодой человек с меню.

— Принесите две порции жаркого, салат из свежих овощей и графин вашего фирменного лимонада, — тут же сделал заказ Майлз.

Я даже рот не успела открыть!

— Здесь самое вкусное жаркое, — предупредил он мои возмущения.

— Ну, значит, ты и заплатишь, — согласилась я с таким беспринципным патриархатом.

Майлз запрокинул голову и искренне рассмеялся, и я не заметила, как мои губы сами собой растянулись в предательской улыбке. Но откладывать разговор о боях было нельзя, поэтому я выдохнула и всё же начала:

— По поводу костюма…

— Да, — охотно подхватил Майлз. — Я хотел немного изменить концепт и сделать костюм закрытым, добавить больше чёрного цвета, детали... Короче, хочется навести на соперников жути, но сделать это тонко. Думаю, как раз ты с этим справишься на все сто.

— Ты ведь про «Маски»? — всё же уточнила я.

— Ага, — Майлз заговорщически мне подмигнул. — Ты ведь была на них?

Сердце предательски ёкнуло. Я нервно скомкала салфетку.

— Но ведь эти бои запрещены, Майлз… Ты же понимаешь, что если тебя поймают…

— Меня? — он поиграл бровями. — Ловят только неудачников, красотка. А я в их рядах никогда не числился.

— Бывает по-всякому, — не согласилась я. — И… это жестокость. Ты не можешь знать, кем будет твой соперник. Он ведь может покалечить тебя!

— Боишься за меня? — в глазах Эрроу зажёгся огонёк.

Я вспыхнула. И как он это делает? Один взгляд, один вопрос — и я уже готова провалиться сквозь землю от неловкости!

— Боюсь за себя, — скрестила руки на груди и отвернулась. — Что будет, если кто-то узнает, что я поддерживаю запрещённые развлечения?! Мне не нужны проблемы, ясно?

Эрроу затих. Беспечная улыбка слетела с его красивого лица. Он молча смотрел на меня всё то время, что официант расставлял на столе наш заказ, а когда мы снова остались одни, тихо произнёс:

— Я осознаю всю ответственность, Эмилия, — Майлз взял меня за руку. — Я не подведу тебя. Обещаю.

Не знаю, что руководило мной в тот момент. Внимательный серьёзный взгляд, тепло рук или моя беспечность, но я кивнула. Признаваться себе, что я больше боюсь за самого Эрроу, чем за себя, не хотелось, поэтому я освободилась от его рук и принялась за еду. Со мной происходили какие-то непонятные вещи, и мне они категорически не нравились!

Глава 11.

— Давай же, Эмилия… Ты справишься.

Я достаточно быстро разделалась со старыми заказами, закончила основной гардероб для Майлза и вот уже несколько дней корпела над тем самым костюмом, который предназначался для участия в поединках «Масок».

Каким будет новый образ куратора, я определилась быстро. Чёрный цвет, переливающиеся чешуйки, словно на ринг вышел настоящий тёмный дракон. Ничего лишнего, но каждая деталь в этом костюме должна была иметь смысл и предназначение.

Обложившись книгами, я прилежно штудировала фолианты по бытовой магии и с удивлением обнаружила, что некоторые простые бытовые заклинания могут иметь очень интересные интерпретации. Защитные чары высшего порядка способны не только сохранить дом от ветхости и вещи от износа. Они способны сохранить самого хозяина этой вещи от всякой беды и повреждений. А заклинание невидимости (нам его преподносили, как быструю возможность спрятать мусор или какую-то ненужную вещь, если она вдруг оказалась на виду к приходу гостей) может обернуться в настоящий полог невидимости. Возможно, эту информацию нам ещё расскажут на старших курсах, но наткнуться на неё сейчас я была очень рада.

— Прочность тканей… — я перелистнула страницу, углубляясь в чтение. — Положить руку на изделие, представить род повреждений…

От мысли, какие повреждения могут возникнуть во время поединка, я инстинктивно поёжилась. Никогда не понимала, зачем парни вечно лезут в логово к неприятностям! Что за попытка доказать всему миру, что ты выше, быстрее, сильнее? Глупо и безрассудно… И девушки, которые на это глазеют… Память по-дружески подкинула мне образ Майлза в личине моего книжного героя, чтоб не зазнавалась и перестала рассуждать.

Я приложила прохладные ладони к вспыхнувшим щекам и продолжила читать информацию про заклинания защиты высшего порядка, примеряя каждое к элементам костюма.

Для работы я выбрала высокопрочную эластичную ткань, которую с помощью магии задекорировала чешуйками. Они делали костюм ещё прочнее и минимизировали риск захвата, ведь пальцы с них легко соскальзывали, а попытки выкрутить Майлзу руки должны были оставить на ладонях соперника глубокие порезы.

Я фантазировала, как могла. На колени, плечи и грудь приготовила специальные нашивки, каждая из которых была заряжена определённым заклинанием и защищала костюм и его владельца от сильного удара, усталости и разрушающей магии.

Сметав все части боевой формы, присела на край стола и устало закрыла глаза. В голове проносились картинки вечера, который мы с Майлзом провели вместе. После серьёзного разговора и его обещания, мы больше не касались темы поединков. Эрроу рассказывал о своём титулованном дедушке и фыркал, вспоминая, как каждые каникулы родственник превращал в смотр потенциальных невест. Ну и, конечно, Майлз задавал тонну вопросов про мою семью. Незаметно для себя я окунулась в воспоминания. Вернулась в то светлое время, когда папа был жив и мы пребывали в блаженном неведении о том, как обстоят дела семьи. Я смеялась, рассказывая о шалостях, которыми мы с детьми прислуги баловали родных и гостей нашего дома. Если нас удавалось поймать на горячем — наказывали всех. Мы драили посуду, приводили в порядок сад, штопали порванные занавески и чинили всё, что успели сломать. Возможно, поэтому я никогда не боялась труда.

Майлз слушал меня и улыбался, а я ловила себя на совершенно неправильных мыслях по поводу привлекательности его улыбки. И даже сейчас, вспоминая этот вечер, губы сами собой растягивались в разные стороны.

— Хватит, Эмилия! — я тряхнула головой и встала. — Работа сама себя не сделает.

Хлопнув в ладоши, призвала магию. Костюм наполнился тусклым сиянием и повис в воздухе. Направив нити магии в ткань, я скрепила швы, после чего разложила вещь на длинном швейном столе и занялась накладками.

Спустя час костюм был готов. Чешуйки на ткани переливались тусклыми тёмно-зелёными бликами, а крой должен был подчеркнуть атлетичное телосложение участника поединка.

— Восторг… — нескромно констатировала я, а потом, забыв о своих страхах и сомнениях, добавила: — Ну почему эти поединки запрещены? Обидно!

Конечно, я могла дождаться утра. Высидеть все занятия, после чего встретиться с Майлзом для последней примерки, но меня распирала гордость, а ещё иррациональное желание срочно сразить куратора своим швейным даром.

— Уберу в сумку и применю заклинание невидимости, — решила я всё же пойти на рискованное предприятие.

Вечер ещё не пересёк критической отметки «Недопустимо для благопристойных ним». У стихийников в это время часто ставили тренировки, поэтому я решила совершить вечерний моцион до тренировочной площадки, рассудив, что если не найду Майлза среди спортсменов, то, так и быть, отложу своё хвастовство до завтра.

Надёжно спрятав костюм, я накинула шерстяную накидку и двинулась на прогулку, отчаянно жалея, что не могу позвать с собой Клаудию. Хотя она, конечно, не стала бы делать вид, что мимо проходила, и обязательно бы привлекла много лишнего внимания.

Вечерняя прохлада приятно успокаивала разгорячённую кожу. Я медленно брела по дорожкам академии, пока не услышала гомон, означавший, что тренировочная площадка близко. Завернув за угол академического корпуса, замерла, наблюдая, как стихийники гоняют по полю плоскую таблетку при помощи специальных магических стило. Майлз был среди нападающих, и я невольно засмотрелась на его резкие, уверенные движения.

Когда очередной взрыв радостных криков ознаменовал победу одной из команд, отвернулась, пытаясь справиться с волнением. Зачем я сюда пришла? Нужно было дождаться утра, а не бежать сломя голову, как неразумная малышня!

— Все решат, что ты не устояла и теперь бегаешь за ним, Эмилия… Какая же ты дура! — пробубнила я, делая несколько шагов в противоположном направлении. — Нужно уходить...

Мысль была здравой, но настигла меня слишком поздно. Не успела я сделать и десяти шагов, как была грубо развёрнута и прижата к каменной стене корпуса.

— Какая неожиданная встреча, — усмехнулся тот самый наглец, что доставал меня, когда я впервые пришла к комнате Майлза. — Ты всё же соскучилась, красотка, и решила меня найти?

— Отпусти! — рыкнула я, стараясь сохранять спокойствие.

— После того как ты меня хорошо попросишь, — усмехнулся парень, показывая пальцем на свои губы.

— Ничего больше не хочешь? — огрызнулась я.

— Хочу, но не всё же сразу…

Он держал крепко и уже начал тянуться ко мне своими тонкими, словно ниточка, губами, когда кто-то резко оторвал его от меня. Не успела я почувствовать облегчение, как снова напряглась. Майлз — а это был он! — сжимал кулаки, и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Ты плохо понял в прошлый раз, Лэйтон? — угрожающе процедил Майлз. — Как ты вообще дожил до своих лет, когда тебе всё приходится повторять дважды?

— Ты совсем рехнулся, Эрроу? — Лэйтон удивлённо покачал головой. — Из-за очередной своей…

Договорить он не успел. Одним ударом Майлз повалил его на землю, после чего бросился сверху…

Мы сидели в мастерской, куда я практически уволокла Майлза после драки, чтобы обработать раны. Неприятное зрелище всё ещё стояло перед моими глазами. Посылая друг друга в те места, при упоминании которых у благородной нимы уши должны были сложиться конвертиком, парни катались по земле, пока их не растащили в разные стороны другие члены спортивной сборной. Лейтон сплёвывал на землю кровь и тяжело дышал, Майлз же рвался в бой. На его щеке алела кровь, волосы были всклокочены, но он продолжал уничтожать соперника взглядом пока тот не отвёл глаза. Глядя на Эрроу в тот момент, я некстати вспомнила поединок Масок. В голове не укладывалось, как в одном человеке уживаются две такие разные натуры: очаровательный повеса и жёсткий боец… И какая из них самая настоящая?

— Ауч, — поморщился Майлз, когда его щеки коснулась ватка с заживляющей мазью. — Никогда не понимал этих плясок с царапинами… и не зря.

— Очень даже зря, — буркнула я, аккуратно проводя лекарством вокруг раны. — Он рассёк тебе скулу. А если будет заражение?

— Волнуешься за меня, помощница? — улыбнулся Эрроу.

— Я уже давно не помощница, Майлз. — взяла со столика анктер, пропитанный настоем ромашки и начала сосредоточенно наклеивать его на рану.

— Как скажешь, — усмехнулся он. — И всё же Лейтону сейчас намного больней. Нашёл с кем связываться.

— Не стоило из-за меня… — я покачала головой. — Не стоило мне приходить.

Заволновавшись, сильно надавила пальцами на клейкий слой. Майлз зашипел от боли. Я поспешила подуть на рану и упустила момент, когда наши лица оказались в опасной близости. Очнулась, только осознав, что в помещении воцарилась напряжённая тишина.

Отстранившись, я тут же встретилась с пристальным взглядом прозрачно-голубых глаз. Кожа на шее мгновенно покрылась мурашками. Несколько бесконечных секунд мы молча смотрели друг на друга. В какой-то момент мне даже показалось, что ещё немного и Майлз меня поцелует, и я нервно облизнула губы. Его взгляд мгновенно отметил это инстинктивное действие.

— Эми… — отчего-то перешёл на шёпот Майлз.

— Да? — шепнула я в ответ.

Он неохотно отвёл взгляд от моих губ, снова посмотрел в глаза и зажмурился, тряхнув головой.

— Не говори глупостей, — сказал громче. — Этот гадёныш не имел никакого права распускать руки. И пусть скажет спасибо предстоящей игре, что я ему их не сломал.

Я всё же отступила на шаг назад и принялась суетливо убирать содержимое аптечки. Майлз не удерживал, но я кожей чувствовала, что он за мной наблюдает.

— Спасибо тебе, — произнесла я, стараясь не смотреть в его сторону.

Спрятав аптечку в настенный шкафчик, бегло осмотрела стол и нервно поправила ленты на специальной стойке. Волшебство момента ушло и теперь моё лицо пылало от стыда. О чём я думаю? Чего хочу? Конечно, это геройство Эрроу так подействовало на мою уставшую от многозадачности голову. Никакого другого объяснения этому помутнению рассудка быть не могло.

— Ты ведь искала меня не просто так? — после паузы спросил Майлз.

Конечно! Спасибо! Я едва не подпрыгнула от счастья, что мы сменили тему и не стали касаться опасных моментов.

— Да, я… Сейчас.

Подошла к стулу, на который впопыхах кинула сумку с костюмом. Щёлкнув пальцами, сбросила полог невидимости и достала объёмный свёрток.

— Костюм для боя, — пояснила, подходя ближе. — Я закончила. Получилось интересно, и я подумала, что смогу сегодня утвердить внешний вид, чтобы после примерки завершить работу. Поспешила и… вот…

— Дай-ка, — Майлз протянул руку к свёртку.

Он раскрыл бумагу и достал костюм, внимательно рассматривая его на вытянутых руках. Я застыла в ожидании. Пальцы взволнованно теребили уголок бумаги.

— Я примерю, — решил Майлз и прихрамывая направился к ширме.

— Тебе понравилось? — спросила, зачем-то вытягивая шею, как любопытный птенец.

— Более чем. Ты профи, я говорил?

На губах против воли расползлась довольная улыбка.

— Я заберу его, — голова Майлза выглянула из-за ширмы. — Он ведь готов?

От неожиданности я выронила бобину с лентой, которую незаметно для себя взяла в руки. Атласная полоска оранжевого цвета протянулась между мной и ширмой. Зачем-то я начала тянуть ленту на себя, но она непослушно собиралась в ладонях ярким комом. В итоге я просто бросила её в сторону, спрятав руки за спину. Майлз наблюдал за моей немой борьбой с ироничной ухмылкой.

— Хотела предложить добавить бантики?

— Нет, — я закатила глаза, не оценив иронии. — завязать рот одному болтливому куратору.

Майлз засмеялся.

— Ну так что? Я забираю костюм?

— Сначала покажись.

Майлз шагнул из-за ширмы, и я тут же пожалела о своей просьбе. Костюм сидел на нём идеально, выгодно подчёркивая атлетичное сложение. «Чешуя» переливалась в мягком свете лампы, от чего Майлз казался настоящим драконом — сильным и гибким мифическим существом.

Я шумно сглотнула, мысленно отвешивая себе оплеуху. Не глазеть, Эмилия! Не глазеть!

— И твой вердикт? — улыбнулся Майлз.

— Неплохо, — я прочистила горло и сделала пару шагов вперёд.

— Я ожидал, что ты как минимум упадёшь в обморок, — прищурился он.

Я не сдержала смешка, взглянув на забавное выражение его лица. Махнула рукой и достала из ящика журнал с заказами.

— Распишись здесь и забирай.

Майлз приблизился ко мне. Он всё так же прихрамывал. Я с тревогой подумала о том, что поединки — последнее, что ему сейчас нужно. Эту мысль я всё-таки высказала вслух, на что Эрроу только мягко щёлкнул меня по носу.

— Уже завтра буду как новенький, тем более восстановлюсь до поединков… когда они ещё будут.

— Зачем они тебе вообще нужны? — не выдержала я.

На лицо Майлза всего на секунду набежала тень, но он тут же безмятежно улыбнулся.

— Мальчики любят риск, Эмилия. Не переживай, ладно?

И я обещала не переживать. И даже выполняла обещание, бодро шествуя до комнаты. В конце концов, я ему не невеста. Вот найдёт себе будущую жену, пусть она за него и волнуется. Большой мальчик, должен понимать, чем может обернуться этот дурацкий неоправданный риск!

В таком воинственном настрое я дошла до комнаты. Клаудия уже лежала в кровати и внимательно изучала планшет.

— Как дела? — поинтересовалась она, когда я зашла, громко хлопнув дверью..

— Ужасно устала, — ни разу не соврала я. — Пора брать отпуск от любимой работы, иначе выгорю. — Я подняла на неё взгляд. — А у тебя?

— Да вот, изучаю почту, и знаешь что? — подруга подняла на меня возмущённый взгляд. — Они снова это делают, Эми! Снова устраивают эти ужасные поединки… Ну сборище баранов не иначе!

Клаудия ещё возмущалась, но я её почти не слушала. В голове звенела только одна тревожная мысль: «Майлз пойдёт на поединок с травмой… и виной этому я?»

Глава 12.

На ежедневную зарядку я собиралась с особой тщательностью. Сделала высокий хвост, в уши продела длинные сережки-цепочки и нанесла лёгкий, едва заметный макияж, после чего бесконечное количество минут крутилась перед зеркалом, разглядывая своё отражение.

Я могла с чистой совестью проспать занятия физкультурой, потому что всё ещё была освобождена, но решила пойти, чтобы поговорить с Майлзом и… сказать ему пару ласковых. Паршивец! Наверняка один из первых узнал о предстоящих боях, потому и решил забрать у меня костюм! Ну конечно… Скорее всего, он рассудил, что я специально затяну пошив, раз уж вполне укладываюсь в сроки, и предусмотрительно решил промолчать. И я-то, молодец какая, хвастаться побежала!

— Ого… — просипела сзади только проснувшаяся Клаудия. — Что такого вчера сделал Эрроу, что ты сегодня решила пойти на утренние пытки, ещё и в таком шикарном виде?

«Запудрил мне мозги… и чуть не поцеловал», — подумала я про себя, но вслух произнесла другое.

— Просто чувствую себя хорошо. Знаешь, когда тебе на счёт падает кругленькая сумма, настроение само собой поднимается вверх.

— Деньги или… любовь? — подруга кинула в меня очередной жирненький намёк.

— Деньги, конечно, — отмахнулась я, прогоняя из головы образ надоедливого куратора. — На любовь кота не прокормишь.

— Какая расчётливость! — возмутилась Клаудия и кинула в меня подушкой. — Убийца романтики!

Я вернула снаряд тем же курсом, и мы синхронно рассмеялись.

На занятия мы пришли одними из последних. Малочисленная мужская братия бытового факультета уже выполняла упражнения на полосе препятствий, кто-то бежал первые круги, а кучка раздражающих сплетниц пожирала глазами куратора, пока он что-то сосредоточенно изучал в своём планшете. Впервые Майлз ни с кем не флиртовал, а выражение лица было подозрительно напряжённым.

Будто почувствовав наше приближение, он поднял голову. На его лице на секунду мелькнуло удивление, после чего внимательный взгляд прошёлся по мне, а губы растянулись в такой довольной улыбке, что я на секунду забыла, что вообще-то пришла ругаться и высказывать всё, что думаю. Тем более в этот момент я думала о том, что не стоило произносить вслух. Например, что по утрам Майлз Эрроу выглядит особенно привлекательно.

— Эмилия, — он убрал планшет и шагнул мне навстречу. — Не ожидал, что увижу тебя на утреннем занятии. Нога лучше?

Как же мне захотелось в этот момент повернуться к курочкам, наблюдавшим за этой сценой, и показать им язык. Но, конечно, как истинная благовоспитанная нима, я сдержалась.

— И рука, и даже сердце-э, — пропела Клаудия, подливая масла в огонь. — Утречка доброго, суним куратор! Я побежала.

Подруга подмигнула мне так, будто мы с ней всю ночь разрабатывали хитроумный план по соблазнению, и унеслась по дорожке. Майлз хохотнул, а мне захотелось провалиться под землю, но Клаудия такая Клаудия, что я лишь вздохнула и покачала головой.

— Я тоже пойду на пробежку, — сказала, делая шаг в сторону спортивной дорожки. — Мы и так опоздали.

— Береги ногу, — кивнул он.

Ничего о поединке я так и не сказала, потому что робела и замирала каждый раз, когда Майлз подходил ко мне, чтобы проверить выполнение упражнений. Он сам будто наслаждался моими страданиями. Постоянно интересовался самочувствием, словно невзначай касался руки и вообще уделял больше внимания, чем остальным, а может, мне хотелось так думать.

В любом случае с утренней тренировки я уходила на ватных ногах, под аккомпанемент расспросов Клаудии.

— У вас что-то есть? — не переставала тараторить она. — Ты видела его взгляд? Дура я, конечно… Как же ты могла видеть, когда была спиной? Аха-ха… но как он смотрел, Эми! Чуть не сожрал тебя глазами, будто он лорд дракон, а ты его потерянная истинная!

— В библиотеку разврата новинку подвезли? — усмехнулась я, сворачивая в столовую.

— Неделю назад, вообще-то, — фыркнула подруга. — И ты бы знала, если бы слушала меня, но ты влюблена, подружка, поэтому я прощаю тебе эту оплошность и сейчас расскажу, что там за сюжет.

Я закусила губу, но всё же не смогла сдержать смешка.

— Может, не надо? Сохрани интригу, — бросила на неё умоляющий взгляд.

— Ты думаешь, что хитрая? — Клаудия покачала указательным пальчиком. — Но я хитрей! Знаю, что ты всё равно не будешь такое читать, так что слушай…

В столовой было столько людей, будто все студенты академии разом решили прийти позавтракать в одно и то же время. Мы пристроились в конец длинной очереди, и я уже приготовилась слушать про очередного горячего мускулистого дракона, однако услышала совсем другое…

— Кто это у нас тут? — неприятный голос, показавшийся мне смутно знакомым, раздался у самого уха. — Знаменитая швея Академии Ри-ивдвена.

Я резко повернула голову. Точно. Это была девица, которая встретила меня на пороге комнаты Майлза. Кажется, Ванесса Невиль. Та самая, из-за которой моя подработка и будущая карьера грозились полететь под откос.

— Не помню тебя среди своих клиенток, — парировала я. — Но спасибо, мне приятно.

— И не вспомнишь, дорогая, — прошипела Ванесса. — Меня там никогда не будет, как и других, уважающих себя ним. Наслаждайся жалостью Майлза, ему как раз всё равно куда выкидывать деньги. Сегодня ты, завтра — новая лошадка.

Слова неприятно царапали нутро, но я не отводила взгляда, стараясь не думать о том, что нахожусь в центре внимания толпы студентов, жадных до всяких сплетен и скандалов.

Помощь пришла с неожиданной стороны.

— Ты хочешь сказать, что я не уважаю себя, Несс? — спокойно спросила Дженифер Винс, стоявшая впереди.

Я удивлённо замерла. Девушка, которая доверила мне свой выпускной наряд и согласилась поучаствовать в экзаменационном показе, была не похожа на саму себя. Несмотря на родство с императорским домом, Дженифер никогда не смотрела на людей свысока и была очень милой и отзывчивой, но сейчас в её глазах застыл лёд.

— При чём тут ты, Джен? — нахмурилась Ванесса.

— Эмилия сшила мне несколько платьев и сейчас создаёт выпускной наряд, — холодно пояснила Дженифер. — Он будет её экзаменационным проектом… Так что, Несс? Я, по-твоему, не уважаю себя?

— Я не это имела ввиду, Дженни, — уже не так уверенно проблеяла Ванесса. — Просто эта «швея» ведёт себя неподобающим образом и вообще только и делает, что крутится вокруг Эрроу. Когда ей шить? Платье Катарины она отдала с опозданием и…

Дженифер вопросительно посмотрела на меня. Я мотнула головой, отрицая наглое враньё. Никогда не нарушала сроков и всегда старалась отдать заказы раньше. А что до Майлза… В тот период я вообще выполняла свои обязанности помощницы, так что…

— Всё с тобой ясно, — бросила Дженифер, глядя на Ванессу. — Вопрос с самоуважением тоже закрыт.

Она улыбнулась мне и двинулась к столику. Народ в очереди зашушукался.

— Мне очень понравилась твоя косметичка, я видела у Амалии, — шепнула мне какая-то девушка. — Тоже хочу заказать.

— И я, — поддакнула её подруга.

Зло фыркнув, Ванесса крутанулась на пятках и вылетела из столовой. Краем уха я услышала, как вслед ей звучали не самые приятные эпитеты. За всеми нервами не заметила, как подошла наша очередь получать завтрак. Заполнив поднос блинчиками, разными видами джемов и чашками ароматного кофе, мы двинулись на поиски свободного стола.

— Дженифер такая душка, — Клаудия лавировала между студентами, выискивая местечко. — Поставила на место эту зарвавшуюся стерву. Думаю, Майлз сделал то же самое, поэтому она и кипит.

— Возможно, — улыбнулась я. — Главное, что Джен не отказалась от заказа. Она была в отъезде, когда всё это произошло, и, честно говоря, я ужасно боялась потерять её доверие.

Неприятная ситуация осталась в прошлом, а я получила поддержку и надеялась, что теперь, несмотря на сплетни воздыхательниц Майлза, моя репутация отличной швеи и хорошего человека не будет подвергаться сомнению.

Однако судьба решила, что стрессов для этого утра недостаточно…

— Я перевожусь, — ошарашил нас новостью Мин.

Мы только расположились вокруг лабораторного стола на занятии по алхимии для выполнения совместного проекта. Я, Клаудия, Доминик и его друг Микаэль.

— Как? — не поняла Клаудия. — Куда?

— Академия Норленд, — пояснил Мин. — На север, ближе к дому.

Он бросил мрачный взгляд на доску с формулами и начал изучать содержимое колб и склянок, будто не сказал ничего особенного. Мы втроём переглянулись.

— Странно переводиться в разгар обучения, — подал голос Микаэль.

— Отец сказал, что всё устроит, — буркнул Доминик, но в итоге не выдержал, поднял на нас взгляд и тяжело вздохнул. — Это решение отца… Он узнал про поединок и про драку после.

— Но ты ведь не виноват, Мин! — громче, чем позволялось на лекции, воскликнула я и тут же осеклась, перейдя на шёпот. — Это была не твоя инициатива, и больше ведь ты туда не пойдёшь! Зачем такие кардинальные меры?

— Потому что моя жизнь расписана от рождения и до самой смерти, Эмилия, — друг мазнул по мне злым взглядом. — Решение поехать в эту академию было мной отвоёвано при условии, что я не создам ни единой проблемы… А я создал…

— Мин… — шепнула Клаудия, кладя ладошку ему на плечо.

— Не важно, — Доминик мрачно усмехнулся. — Главное, что скоро этим боям придёт конец. Удавка на шее организаторов уже затягивается. Так сказал отец, а он никогда не разбрасывается пустыми угрозами.

От волнения у меня свело живот. Конечно, я хотела, чтобы «Маски» прекратили своё существование, ведь эти поединки давно вышли за рамки безобидного развлечения. Но теперь я ужасно боялась. Не за себя, нет… За Майлза. Этот самоуверенный идиот обязательно налетит на неприятности. Я чувствовала сердцем. Совпадений не бывает. Он заказывает костюм, тут же организовывается турнир, а отец Доминика… Я знала, что друг не из простой семьи, и что он боится отца. Поэтому его слова точно не пустой звук, а значит нужно предупредить Майлза, чтобы ни в каких поединках в ближайшее время он не участвовал. Не знаю как, но я должна была хотя бы попытаться его отговорить.

Однако, как назло, Эрроу будто провалился сквозь землю. Я искала его на стадионе, посылала сообщение, что срочно нужно увидеться, в общем, вела себя как самая настоящая предводительница фан-клуба имени Майлза, чтоб его сожрала химера, Эрроу!

Думала, что смогу отвлечься работой, но не вышло. Магия слушалась вяло, а строчки на ткани выходили такие неровные, будто я впервые держала в руках иголку с ниткой. После того как третий раз уколола палец, я решила бросить это гиблое дело. Сегодня богиня швейного искусства явно была не на моей стороне.

— Как же бесит… — процедила зло, откидывая ткань на стол. — Да чтоб тебя!

В комнату возвращалась через стадион, но безрезультатно. Если бы мне сказали, во что превратится моя правильная размеренная жизнь после возвращения из дома, я бы перешла на домашнее обучение. Но увы, я вернулась в академию и — пора было признать и смириться — умудрилась влюбиться в того, кого нужно было обходить по кривой дуге… Ужасно, просто ужасно…

— Ты куда умчалась сразу после истории магии? — встретила меня Клаудия вопросом. — Пропустила отъезд Доминика…

— Он уехал сегодня? — я замерла в дверях. — Я думала, он пробудет здесь хотя бы до конца недели…

— Мы тоже так думали, но отец решил забрать его без промедления, и, чувствую я, виной этому предстоящий поединок…

— Не понимаю… Он ведь всего раз был там… И не по своей воле! Неужели отца Доминика не порадовало, что сын поступил как настоящий мужчина, не спасовав перед трудностями?!

— Кто его знает… — Клаудия была непривычно серьёзна. — Может, побоялся, что если поймают организаторов, то начнут привлекать к следствию всех, кто имел к этим поединкам хоть какое-то отношение. Его отец находится на императорской службе, ему ни к чему такая дурная слава.

На ватных ногах я прошла в комнату, забралась на свою кровать и свернулась калачиком, будто боялась провалиться в бездну, разверзшуюся под моими ногами. Ощущение чего-то неотвратимого сдавливало грудь, но я понимала, что пути назад нет. Я уже была замешана во всей этой истории по самые уши. Оставалось только надеяться, что успею перехватить Майлза до того, как произойдёт что-то страшное.

— Мне нужно туда попасть… — я поднялась и посмотрела на Клаудию.

— Что? — подруга уставилась на меня, как на диковинную бестию.

— Мне нужно попасть на поединок, Кло. Это… — голос предательски дрогнул. — Это важно…

Глава 13.

В назначенный день на моей руке красовалась метка-пропуск. Пришлось рассказать Клаудии всё: от поцелуя до моего личного признания самой себе. Конечно, подруга тут же решила, что ей нужно быть в эпицентре событий, но, зная её волшебное умение привлекать приключения на все места разом, я была категорически против. В итоге решили, что я быстро нахожу Майлза, сообщаю ему о наших подозрениях и возвращаюсь обратно одним из порталов, а она будет ждать меня в условленном месте, чтобы в случае чего мы изобразили вылазку в город на вечерние мероприятия. За это легко можно было схлопотать выговор и даже наказание, но точно ничего хуже работ в библиотеке или столовой провинившихся не ждало. В отличие от тех, кто решил посетить поединки…

— Не, конечно, ваша история полна романтики, но как же сложно! — причитала Клаудия, помогая мне заплести волосы в сложную косу. — Хотя хороший сюжет для книги… она любила его, а он… запретные бои…

— Боже, Кло! — я не сдержала смешка. — Ты, конечно, пиши книгу, кто не даёт, но, во-первых, влюблённость — это ещё не любовь, а во-вторых, я просто хочу его предостеречь. В конце концов, если Доминик не просто нагонял на нас жути, чтобы феерично отчалить в другую академию, оставив после себя шлейф таинственности, то я тоже могу попасть под удар. Костюм Майлзу шила я, и доказать это будет легче лёгкого.

— Вот за это я ужасно переживаю! — в доказательство своих переживаний, Клаудия больно дёрнула меня за прядь волос. — А если ты его не найдёшь? Если тебя не пропустят? Или… Что, если Майлз окажется таким же упёртым бараном, как Мин?

— Он хуже Доминика, — со вздохом констатировала я. — Но я точно знаю, что сожру себя заживо, если хотя бы не попытаюсь. А в назначенное время я уйду, каков бы ни был результат. И бессмысленно рисковать не буду, обещаю.

Уже стоя в дверях, Клаудия протянула мне небольшой кулон с синим камнем в центре.

— Артефакт связи, — пояснила она. — У меня такой же. Если что-то пойдёт не так, просто приложи большой палец к камню, и я пойму.

— Снова артефакторы-первокурсники сделали?

— Обижаешь! — фыркнула подруга. — Третий курс, высший пилотаж.

Я засмеялась и надела цепочку на шею.

— Не знаю, почему я снова тебя слушаю…

— Потому что я гений мысли, — с умным видом кивнула Клаудия, а потом крепко меня обняла. — Будь осторожна, Эми…

Расставшись с подругой, я быстро добралась до портала, у которого меня встретили двое молодых людей, изображавших жаркий спор. Сначала я не решалась подойти ближе, но один из парней подал знак рукой. Как только я приблизилась, второй выкрикнул оскорбление и замахнулся, после чего мы втроём провалились в портал.

Место, где мы оказались, было мне незнакомым. Ориентировалась по разрозненным кучкам зрителей, стекавшимся к эпицентру зрелища в какой-то тревожной тишине.

Я оглядывалась по сторонам, запоминая каждую мелочь, хотя даже на долю процента не была уверена, что всё это реальные локации, а не иллюзия, воссозданная архитекторами боёв. Ничего похожего на кабинки для участников не заметила, поэтому решила обойти зал с рингом, в который меня привела толпа. Медленно, делая вид, что ищу знакомых и то и дело с кем-то здороваюсь, я исследовала помещение. И не зря. С самой закрытой стороны ринга я заметила проход, отделённый от зала тёмно-синей бархатной тканью, как занавесом. Рядом с ним стоял мужчина в тёмном плаще и золотой маске с кривыми лучами. Без сомнений, этот проход вёл к игрокам или организаторам, но, как туда пройти, минуя охранника, я пока не имела никакого представления.

В самом зале царила непривычная тишина, нарушаемая лишь мерным гулом разговоров. Зрители собирались кучками, переговаривались полушёпотом и напряжённо ждали начала. Я искренне не понимала, что тянет людей раз за разом идти сюда, но и осуждать их могла едва ли, ведь и сама сейчас стояла здесь, как и в прошлый раз гипнотизируя турнирную таблицу. И если в случае с Домиником, я сразу поняла, под каким номером будет биться друг, то разгадать псевдоним Майлза не смогла.

Время тянулось и летело одновременно. Мне казалось, я застряла в каком-то страшном сне, где вот-вот должно было случиться что-то, от чего мозг пребывал в состоянии паники. Но ничего не происходило, и от этого тревога усиливалась с каждой минутой. Гул голосов будто становился громче, давил на голову, порождая желание бросить всё и сбежать, но я продолжала стоять в метре от прохода, надеясь, что смогу проскочить за занавес в момент выхода первых бойцов.

Зря ждала. И зря надеялась, что мой глупый план в этот раз окажется успешным. Первым, вышедшим на ринг, был знакомый блондин в сшитом мной костюме.

Можно было не терять время и возвращаться к порталу. Я уже ничего не могла изменить, но и не могла заставить себя сдвинуться с места.

— Друзья, — тем временем начал свою речь ведущий, ожидавший бойцов на ринге. — Для вас не секрет, что стражи Ривдвена пытаются запретить поединки «Масок», мешая магам раскрывать свой истинный потенциал. Они пытаются воспитывать послушных системе магов, скрывают вашу настоящую силу и противятся основополагающим принципам магии! — зал встревоженно загудел. — Это заговор против правды! Но мы всё ещё имеем силы пробить в губительной системе брешь! Сегодня особенный день… Игре будет нужна помощь всех вас… Вы готовы?!

Зрители зашумели, выражая согласие. А я неотрывно смотрела на гордый профиль мужчины, под личиной которого скрывался мой несносный куратор. Поймала себя на глупой мысли, что даже в этом обличии костюм шёл Майлзу невероятно. Будто почувствовав моё внимание, он повернул голову в мою сторону. Наши взгляды встретились, и моё сердце пропустило удар. Узнал. Он. Меня. Узнал. А это значило?..

— Возьмитесь за руки с теми, кто рядом, — тем временем скомандовал ведущий. — И призовите свою магию, какой бы она не была! Напитайте ринг своей силой!

Словно поддавшись магическому гипнозу, присутствующие стали браться за руки. Их прикрытые веки свидетельствовали о том, что сейчас они обращаются к своей магии. От этого зрелища стало по-настоящему страшно… На что способны такие послушные люди?

В этот момент Майлз резко поднял руку вверх. В его ладони вспыхнул ярко-зелёный огонёк, и всё вокруг замерло. Я в ужасе оглянулась. Зрители будто застыли, но среди них оказались те, кто, наоборот, резко открыл глаза. На плащах этих магов засветились защитные руны, а в руках материализовались магические плети. Доминик не преувеличивал. Это была чётко спланированная засада.

Не успела я опомниться, как Майлз перепрыгнул через тросы и оказался около меня, дёрнув на себя с такой силой, что я буквально впечаталась в его твёрдую грудь.

— С ума сошла?! — рыкнул он.

— Я…

Договорить не смогла, Майлз утянул меня за тот самый занавес, за которым оказался длинный коридор. Если там и были какие-то помещения, то спрятаны они были за потайными дверьми, потому что, кроме редких магических светляков, я не видела ничего. За спиной послышался вой сирены. Сердце пустилось вскачь. Несколько раз я споткнулась, ударилась плечом о камень на резком повороте, но скорость не сбавила.

Когда паника, свистки стражей и звук магической плети, рассекавшей пространство, остались позади, мы замедлились, а потом и вовсе остановились где-то в бесконечно-тёмном пространстве. Я ничего не видела, но отчётливо ощущала горячее дыхание моего спасителя на своей шее. В голове пронеслась до смешного глупая мысль: «Я клялась, что больше никогда не окажусь на поединках, но сознательно нарушила свою клятву, чтобы защитить его. Спасти, предупредить или… еще раз увидеть, как перекатываются мышцы под блестящей кожей, как ластится к его рукам послушная магия? Я хотела снова ощутить, как замирает сердце и сбивается дыхание… Я проиграла…»

Майлз коснулся пальцами моего подбородка, заставляя поднять голову выше.

— Ты в порядке? — хрипло прошептал он. — Не поранилась?

— Нет, — ответила тихо, не в силах отвести взгляд от темноты, из которой смутно начал проступать его силуэт. — Я испугалась.

Мы молча стояли друг напротив друга.

— Ты знал, что стражи придут? — не выдержала я, потому что всё поняла. — Ты помогал им…

— Всё рано или поздно заканчивается, Эми, — его дыхание опалило губы.— Всё, кроме одного.

— О чём ты, Майлз?

Я плохо соображала, перед глазами плыло, в висках гудела кровь. Когда наши губы встретились, я тихо застонала, цепляясь руками за тёмный турнирный плащ на широких мужских плечах.

Майлз целовал меня отчаянно, страстно и так глубоко, словно пытался заполнить собой всё моё существо, а после втолкнул меня в портал, растворившись в темноте, словно призрачный фантом. Но я была уверена, что завтра всё будет как обычно и он снова будет рядом. Я была так в этом уверена…

Утро началось с общего сбора. Огромная аудитория с высокими стрельчатыми окнами едва вместила весь бытовой факультет. Не все студенты понимали причину такого внезапного собрания, но мы с Клаудией знали что к чему и напряжённо гипнотизировали профессора Уэмбли, занимавшегося вопросами проведения общественных мероприятий. Он, в свою очередь, сурово оглядывал наполнявших аудиторию студентов.

Когда в помещении воцарилась тишина, профессор набрал в лёгкие воздух и на одном дыхании произнёс:

— Студенты! Для вас не секрет, что долгое время среди академий империи орудовала группировка, которая организовывала для студентов так называемые магические бои без правил, — дождавшись, пока волна встревоженного шёпота схлынет, профессор Уэмбли продолжил. — Под масками организаторов скрывались настоящие враги империи и человечества. Они использовали магические накопители и направляли выбрасываемую силу и энергию на свершение тёмных дел. Несколько десятков магов пали жертвами своей самонадеянности и недальновидности, окончательно лишившись своего дара!

Аудитория снова зашумела. Я стиснула край парты так, что свело пальцы. Хотелось вскочить и отчитать профессора за долгое и излишне театральное вступление. К чему эти паузы?! Просто скажите, удалось ли задержать преступников, все ли целы и, главное, где наш куратор?!

— Игра с магией опасна и никогда не остаётся без последствий, запомните! — тем временем продолжил свою речь профессор. — Мы долго не могли справиться с этой бедой, но благодаря доблести некоторых наших выпускников удалось не просто перехватить инициативу в свои руки, но и выйти на главных организаторов этого безумия. «Маски» больше не угрожают магии студентов!

Аудитория одобрительно зашумела, а Клаудия посмотрела на меня заговорщически-восторженно, ведь знала обо всём, что произошло вчерашним вечером.

Майлз толкнул меня в портал, ведущий в самый центр академии. Я быстро сориентировалась и добежала до условленного места, где уже вовсю предавалась панике моя дорогая соседка. Сначала мы обнялись, а потом перебежками вернулись в комнату, где полночи обсуждали сложившуюся ситуацию. Сейчас слова профессора в очередной раз подтвердили нашу теорию о засаде на поединке, а это значило, что Майлз Эрроу был не безрассудным нарушителем, а настоящим героем, и этот герой в очередной раз вытащил меня из опасной ситуации.

— Вчерашней ночью были задержаны все, присутствовавшие на постыдном сборище! — повысил голос профессор. — И я хочу предостеречь тех, кто сейчас меня слышит… Принимая решение нарушать любые правила, думайте о том, что последствия рано или поздно вас настигнут.

Оставив нас на такой тревожной ноте, Уэмбли покинул аудиторию. Нам же было пора расходиться по занятиям.

— Ваша история достойна страниц любовно-приключенческого романа! — воскликнула Клаудия, когда мы наконец выбрались из возбуждённо гудящей толпы. — Она хотела спасти его, но он сам дважды спас её от лап правосудия… Злодей или герой? Правда осталась за масками…

— Кло, — я мягко толкнула подругу в бок. — Напомни, почему ты учишься на бытовом? Такой писатель пропадает.

— Потому что мама верит, что за пять лет из меня сделают идеальную супругу для какого-то обеспеченного солидного чинуши, вероятно, — фыркнула Клаудия.

— Что-то мне подсказывает, твою маму ждёт сюрприз, — засмеялась я.

— Тс-с, — подруга приложила пальчик к губам. — Не раскрывай карты раньше времени.

Мы зашли в свою аудиторию, разместились на последнем ряду и достали тетради по теории магии. Я отчаянно старалась думать о лекции, а не о предстоящей встрече с Майлзом, но получалось плохо. Казалось, внутри мандражирует каждая клеточка.

Преподаватель зашёл не один. Вместе с ним у кафедры расположились двое старшекурсников — парень и девушка.

— Студент! Начнём занятие с быстрого знакомства, — начал он. — Марк Вайлин и Даяна Нойз — ваши новые кураторы до конца года. С остальными тонкостями разберётесь после моего занятия.

У меня беспокойно дёрнулось сердце. Кураторство для третьекурсников изначально казалось мне глупой затеей. Вчера мы с Клаудией пришли к логическому выводу, что всё это нужно было для того, чтобы выявить нарушителей и более качественно подготовить засаду на боях. Этому свидетельствовал и интерес Майлза к нашим внеучебным увлечениям, и его опросы, и пристальное наблюдение за малочисленными парнями с бытового. Но теперь я смотрела на наших «новых кураторов» и вообще ничего не понимала. Майлз Эрроу точно не мог быть в числе пойманных нарушителей… ведь не мог же?

Едва отсидев занятие, я ринулась в корпус боевиков, чтобы получить ответы на все вопросы, которые разрывали голову на части. Мне нужно было увидеть Майлза, даже если меня сочтут надоедливой прилипалой и влюблённой дурочкой. Я уже заранее с этим смирилась, так что…

— Майлз больше не учится с нами, — огорошил меня один из спортсменов, когда после безуспешных поисков я всё же решила обратиться за помощью.

— В смысле «не учится»? — глупо моргнув, переспросила я.

— Он давно говорил о переводе, — не отстал от своего друга второй парень из сборной. — Но там были трудности, а после операции по задержанию особо опасных всё разрешилось.

— Ну да, — поддакнул ещё один. — Эрроу теперь настоящий герой. Слышал, там были отчаянные стихийники из северных. Ну, теперь, наверное, все в секретку уйдут.

Парни ещё говорили, но я перестала что-либо понимать. Перевод, секретка, а самое главное… «давно»? Скомкано поблагодарив, я медленно пошла обратно, но едва успела свернуть за угол, как меня снова бесцеремонно впечатали в стену.

— И как ты не боишься бродить тут одна без своего защитничка? — оскалился Лэйтон. — Или ты пришла поздравить героя, а его и след простыл? Да ты не переживай, малышка, есть я. Может, я и не хороший мальчик, но не меняю девушек по настроению. М?

Я смотрела на смеющегося парня, впервые не пытаясь вырваться и хоть как-то постоять за себя. В голове пульсировала единственная мысль:«Майлз уехал. Действительно уехал, не сказав мне ни слова. Я влюбилась в парня, который с лёгкостью выбросил меня из своей жизни. Быть не может… Уж я-то точно не могла так влипнуть…»

— Да ладно, — Лэйтон отступил и посмотрел на меня со смесью жалости и презрения. — Судя по щенячьему взгляду, ты действительно верила в долго и счастливо… М-да, обычно Эрроу был падок на девчонок поинтересней… — он отошёл от меня на несколько шагов, предоставляя свободу. — Не мой формат. Беги, мышка. Не трать время на поиски. Майлз Эрроу наконец-то исполнил мою мечту и свалил из Академии. Тебе ничего не передавал.

Парень отсалютовал и двинулся по коридору, а я усмехнулась, судорожно хватая ртом воздух. Глупо… как же глупо всё вышло.

Эпилог

5 лет спустя

— Благодарю! Перчатки подошли идеально, — довольная клиентка разглядывала свои руки, вытянув их перед собой. — Будто вторая кожа, и как изящно замаскированы крючки! Праздник спасён, Эмилия, спасибо вам!

Я улыбнулась, собирая в небольшой мешочек средства для ухода за тканью и памятки.

— Рада, если так, Алисия. Но не забывайте рекомендации целителя. Не нужно носить перчатки на повреждённой коже больше пяти часов. И обязательно пользуйтесь мазью.

— Конечно, конечно! Главное пережить свадьбу, а там возьмусь за лечение. Эдмунд уже снял домик у моря на всё лето.

Девушка ещё раз сердечно меня поблагодарила и вышла из ателье. Я смотрела в окно, как она по-детски вприпрыжку бежала к экипажу, и в который раз пыталась заглушить внутри тоску по маме. Её не стало чуть меньше года назад, и теперь я была по-настоящему взрослая. Всё, что я успела сделать для неё — снять домик на берегу моря, где она и провела последние — хотелось верить — счастливые дни. Я утешала себя тем, что всё же исполнила её мечту, и что теперь она рядом с папой. Хотелось верить, что где-то там её глаза снова сияют от счастья.

Что касается меня… Конечно, я не стала императорской швеёй, хотя до сих пор шила для многих знатных ним и являлась личной швеёй той самой Дженифер Винс, которая и была моим пропуском в высший свет. Возможно, я была бы успешней, если бы переехала в столицу, посещала различные мероприятия и налаживала связи, но все мои силы были положены на сохранение родового поместья. Я не могла всё бросить, не могла отказаться от памяти, хранившейся в нём, поэтому болталась где-то между лучшими домами аристократов и занавесками для тётушки Мэрил.

Моё уютное ателье расположилось в самом центре Парвена, и в итоге я была счастлива оставаться частью родного города и жить свою суетливую, но такую уютную жизнь.

Академию Ривдвена я посещала пару раз. Один раз была на встрече выпускников, а второй — привозила заказ на новую форму для академической сборной. Удивительно и ужасно приятно было отдать дань месту, где я смогла в полной мере раскрыть свой талант. Из всех, с кем я общалась во время учёбы, тёплые отношения сохранились только с Джен и моей любимой неугомонной соседкой по комнате.

С Клаудией мы продолжали дружить так же задорно и крепко, но теперь всё чаще в переписке, так как подруга тоже не сидела на месте. Закончив бытовой факультет Магической академии Ривдвена, она удивила родную матушку, ожидавшую дочку со свадебным букетом в руках очередного жениха, и укатила на запад империи, чтобы писать биографию какого-то знаменитого ювелира, пребывавшего в состоянии «жизнь прошла не зря, надо бы напомнить потомкам, кому они всем обязаны». Клаудия мечтала начать свой путь в писательстве и буквально вырвала счастливый билет у одной профессиональной журналистки, опоздавшей на поезд, ну и, судя по всему, на целую карьеру.

Что же касается Майлза Эрроу… Больше мы не виделись… Спустя неделю после его перевода, мне пришла посылка — кулон в виде знака бесконечности. Не знаю как, но я сразу поняла, что украшение мне прислал он. В записке, подтвердившей мои догадки, было написано: «Всё рано или поздно заканчивается, Эми. Всё, кроме одного…»

Наверное, всему произошедшему было объяснение. В академии ходили слухи, что всех участников задержания скрыли по программе защиты свидетелей, что особо отличившихся магов действительно забрали в секретную службу и вообще в охрану самого императора. Но я знала, что Майлз из тех, кто не видит преград и, если он решил исчезнуть из моей жизни, значит, так захотел.

Наша история лишний раз показала мне, что любовь делает человека слабым и безрассудным, а это не мой путь. В итоге всё сложилось лучше, чем могло: я закончила Академию с отличием, построила неплохую карьеру и обзавелась ни к чему не обязывающей романтической связью, наслаждаясь самодостаточностью и возможностью лишний раз ни с кем не делить свою большую мягкую постель. А дорогой подарок запрятала поглубже. В случае трудных обстоятельств я рассчитывала выручить за него кругленькую сумму и на том посчитать, что мы с Майлзом Эрроу квиты.

Какая ирония, что эти самые обстоятельства замаячили перед моим носом прямо сейчас…

Звук дверного колокольчика прервал меланхоличный поток мыслей. Дежурная улыбка привычно растянулась на лице и осталась там каменной маской, потому что вошедший посетитель был подозрительно похож на не к добру помянутого Майлза Эрроу. Да что там… это и был сам Майлз Эрроу, и сейчас он стремительно направлялся к прилавку, за которым я рассчитывала клиентов.

В голове пролетела тысяча и одна картинка, самой яркой из которых почему-то была та, где Майлз стоит на коленях и просит прощения за годы разлуки. Видимо, от шока мой мозг стал соображать откровенно плохо, подкидывая нелепые сюжеты из романов для школьниц.

В общем, я безмолвно взирала на своё прошлое и отчаянно пыталась понять, что оно пытается мне сказать.

— Эми! — воскликнуло прошлое до боли знакомым голосом. — Как я рад, что нашёл тебя. Только ты можешь меня спасти!