Меня зовут Ксения. По крайней мере, мне так сказали, когда я пришла в сознание и… ничего не увидела!

Перед глазами стояла густая беспросветная тьма. Она пугала меня, делала дикой. Я боялась каждого шороха, громкого звука, не знала, что может случиться со мной в следующее мгновенье.

– Ксенечка, внученька, – плакала бабушка, сидя рядом с койкой и держа меня за ладонь. – Крепись, дорогая. Тебя сбила машина, и… ты чудом уцелела, но зрение тебе не вернуть.

– Как и память, – произнесла я обреченно.

– Это я виновата. Я позволяла тебе погружаться в работу с головой. И, если бы я была чуть строже, ты бы не пошла в тот день в читальный зал, а сидела со мной и моими подругами на террасе.

– Бабуль, успокойся. Не расстраивай меня еще больше. Я рада, что ты пришла ко мне, не бросила свою внучку на произвол судьбы. Ведь у меня никого нет, кроме тебя. Мне это доктор Джонсон сказал.

– Да, так и есть, – тихо отозвалась единственная родственница.

– Можно… я тебя потрогаю?

Иными словами я выразиться не могла. Мне хотелось знать, как выглядит единственный дорогой мне человек.

– Конечно, милая, – ответила бабушка Люси и приложила мою ладонь к своему лицу сама. Аккуратно оглаживая кончиками пальцев его контуры и ощущая под ними уже довольно глубокие морщины, я заплакала горькими слезами. Короткие волнистые волосы были жесткими, плечи – широкими, осанка – сутулой. Мне стало безумно страшно: что будет, когда ее не станет? Неизвестность приводила меня в дикий ужас.

– Расскажи мне о мире. Где мы? Что нас ждет? – попросила я, немного успокоившись.

– Мы живем в Америке, в Александрии, штате Верджиния, на Союзной улице, что идет вдоль Чесапикского залива. Из окон нашего дома он виден прекрасно, – говорила бабушка с легкой улыбкой в интонации. – Про нашу землю ходит легенда о Покахонтас, дочери вождя индейцев. Хочешь, я напомню тебе эту сказку?

И я стала слушать. Все, что мне осталось в этой жизни, – это слиться с пространством, научиться чувствовать окружающий меня мир.

Мы вернулись домой. Меня регулярно осматривали доктора: брали анализы, делали рентгеновские и томографические снимки, интересовались самочувствием и задавали уже порядком надоевшие вопросы.

– Вы преувеличиваете, доктор Джонсон, – раздраженно сказала я, спустя два года. – Да, я инвалид, но только по зрению. Соображаю я хорошо, ничего меня не беспокоит, под лопаткой не свербит, с ног не падаю, даже наоборот, неплохо держусь на гимнастических снарядах, по которым вы меня активно гоняете. Я требую выходного! От всех вас. Найдите на ближайший месяц себе новую цирковую обезьянку!

Как же я устала…

– Ксения, мы просто пытаемся приобщить вас к окружающему миру. Если вам не дано видеть, то, возможно, при отсутствии основного анализатора, сможет заработать новый. Человечество еще не исследовало все возможности мозга. Мы активно ведем последние годы работу с подобными вам людьми. Развиваем вас. Одновременно пытаемся делать научные открытия. Уже сейчас с вами не сравнится ни одна гимнастка за всю историю Олимпийских игр.

– Да? – Иронично хмыкнула я. – Тогда почему же вы не пускаете меня на параолимпийские игры?

– Ваши возможности еще недостаточно хорошо изучены.

Разговор проходил в тренажерном зале Научно-исследовательского центра Вашингтона. На данный момент, я собиралась метать ножи. Потрогав мишень рукой, я развернулась ровно на сто восемьдесят градусов и сделала двадцать шагов вперед. Повернувшись в сторону мишени, где я ее себе обозначила по памяти и ориентации в пространстве, один за другим бросила четыре ножа, приложив максимум силы. Послышались жесткие удары и грохот разлетевшейся в щепки доски.

– Все в десятку, – хмыкнул доктор Джонсон.

– Не сомневаюсь, – буркнула я.

– Ладно, мы согласны оставить вас в покое на один месяц. Но не более. Продолжайте тренировки по программе в отведенное для них время. Не менее двух часов в сутки, – велел пожилой ученый повелительным тоном.

– Разумеется, и ваших приставных заберите с собой. Своим недовольным кряхтением они порядком раздражают. Пора бы вашему центру обзавестись сотрудниками, которые будут выполнять работу добросовестно, а не просто для галочки. Они постоянно ворчат, рассказывают, как их достала эта работа, и не дают мне отдохнуть.

После небольшой паузы доктор Джонсон обещал снять наблюдение. Зачем оно нужно – вообще не понятно. Но медики и тренеры объясняют это тем, что я стала очень интересным объектом для мировой науки, о чем говорят все тесты, оценивающие мое развитие. Боятся, что такую способную ученицу переманят в другую страну.

Со слов бабушки, мой отец был русским офицером, с моей матерью познакомился во время Третьей мировой войны. Мама, в свою очередь, была медиком, состояла на службе во Франции. Бабушка приняла русского парня как сына. Родилась я, и спустя пять лет оба родителя погибли при очередной бомбардировке, в то время как мы прятались в убежище.

Как только стало более или менее тихо, мы перебрались в Америку, где поступила и получила высшее образование. Я работала искусствоведом и очень любила зарубежную литературу и художественные фильмы. Но теперь… фильмы я только слушаю и рисую в голове свои картинки, иногда мне помогает пояснениями бабушка Люси.

Мы ходили в парки, кафе, в театры, где чтецы зачитывали те или иные художественные произведения о космосе, их мирах и холодных звездах. Как бы я хотела увидеть их…

Но вместо этого я созерцаю лишь черноту… Слух обострился довольно быстро. Тактильные ощущения помогали мне знакомиться с миром. Поначалу я топала, как слон, вызывая резонанс пола, отраженные звуки давали мне информацию об окружающем пространстве. Кто-то из ученых и медиков такую способность обозначил "Сонаром", когда ультразвуки достигают моего слуха и формируют изображение. Постепенно топать я перестала, а слух, со слов доктора Джонса, стал уникальным.

И вот такую уникальность в моем лице все тщательно берегли. За домом постоянно приглядывали люди, нанятые научно-исследовательским центром. Сначала я их не слышала, потом сильно испугалась, улавливая подозрительные шорохи. Пришлось поделиться опасениями с бабушкой, и она меня успокоила. Именно она в свое время предложила мне продолжать сотрудничество с доктором Джонсоном.

– Тебе помогут быстро освоиться без зрения. Будут проводить занятия. Таких, как ты, много, часть твоих товарищей по несчастью помогают науке идти вперед. Ты совершенствуешься, и ученые извлекают из этого пользу.

И я согласилась. На сегодняшний день я редко пользуюсь тростью, но складную всегда ношу с собой в сумке. Перед выходом на улицу надеваю темные очки. Расширенные зрачки могут напугать многих и вызвать лишние вопросы у представителей полицейской службы. Но я редко ходила одна. Точнее… вообще никогда. На приличном расстоянии за мной всегда следовал какой-нибудь соглядатай. Но даже к этому я привыкла.

Непонятным для меня остается только одно. По словам бабушки Люси, мне двадцать девять лет. У меня был мужчина, с которым я имела длительные отношения, но закончились они громким скандалом и полным разрывом всех связей. Бог с ним. Волнует другое. Неужели за все годы, что я нахожусь в Америке, я не обзавелась подругой? Ко мне несколько раз приходили какие-то люди, представлялись коллегами, сочувствовали…

Но внутри меня обосновалась жгучая пустота, словно из груди в свое время вырвали кусок, без которого дышать стало значительно сложнее…

Шум волн принес мне некое умиротворение. Теплые солнечные лучи ласкали кожу, длинные локоны слегка развевались под дуновением легкого ветра. По словам окружающих, волосы у меня седые. Видимо, я успела здорово испугаться перед аварией, или я так отреагировала на шокирующую новость о приобретенном дефекте? Теперь уже неважно.

Ростом я обладала весьма внушительным, целых сто восемьдесят шесть сантиметров. Как говорит бабуля, я похожа на стройную лань, не чета некоторым «швабрам». Уж кого она подразумевала под этим словом, мне узнать не удалось. Кожа у меня была бархатистой и бледной до безобразия, словно я страдала хронической анемией. Ну, какая есть. Придя к выводу, что загар мне не помешает, мы решили провести наш отдых на курорте.

На Гавайские острова мы со старшей родственницей добирались сами: сначала самолетом до Лос-Анджелеса, а далее морским круизом. Только здесь я почувствовала себя спокойно. Ни занятий, ни тестов, ни слежки.

Красота!

– Бабуль, а мы раньше ездили на курорты? – решила спросить я.

– Два раза, – ответила она с улыбкой в голосе. – Ты же искусствовед. Довольно часто разъезжала по стране, а на курорты брала меня с собой. Будучи еще маленькой, с удовольствием слушала страшилки про мумий. Ты сокрушалась над сколотым носом Сфинкса, мечтала найти Хамунаптру, а когда выросла, Египет был первой страной, в которой ты якобы отдыхала, а не работала. Правда, к тому времени от древнего Сфинкса остались одни руины.

После этой фразы бабушка Люси возмущенно заворчала.

– Люди – вандалы от рождения! Чтобы нагадить одной стране, они посчитали необходимым уничтожить ее великие культурные ценности! Сначала в Риме арку развалили, потом на пирамиды замахнулись, от Эйфелевой башни осталась одна арматура, Статую Свободы отстраивали с основания… Эх… Накажет их божье провиденье, всех накажет.

Пока она причитала, я услышала приближающиеся шаги какого-то мужчины, судя по их тяжести, причем босого. Один из отдыхающих?

– Доброго дня, леди. Позволите с вами познакомиться? – добродушно произнес незнакомец, как только достиг нас.

Его голос был полон довольства и не подразумевал скрытых намерений.

– Надо же, какой красноречивый, – почему-то восприняла его дружеский жест в штыки бабуля. – Иди, куда шел.

– Так к вам и шел.

– Бабуль, ну что ты в самом деле? – поправила я темные очки, приподнимаясь на шезлонге и протягивая вперед руку. – Ксения.

– Шелдон, – перехватил он мою ладонь и поднес к губам.

Про себя я отметила, что ничего не испытала. Ни трепета, ни радости от прикосновения мужчины, который не имеет ко мне интереса исследователя. Жаль…

– Извините, что не смотрю на вас прямо. Я испытываю трудности со зрением, – решила я не тянуть быка за рога.

– Ничего страшного. Я заметил, – вновь раздался голос нового знакомца, чей образ я пока плохо себе представляла. Ладонь крепкая, не худая.

– Простите мне мою наглость, но я наблюдал за вами пару дней. Просто набирался храбрости подойти.

– И изучал повадки, чтобы не наткнуться на капризную стерву.

– Бабуля! – возмутилась я. – Так разговора не получится. Мистер Шелдон, можно перейти на «ты»?

– Я буду только рад, – проворковал мужчина.

– Шел, поможешь мне подняться и не пройдешься ли ты со мной вдоль берега? Бабуль, не волнуйся. Мы будем у тебя на виду.

Встать, если честно, я могла и сама. Шум волн хорошо помогал мне ориентироваться в пространстве. Но парню знать об этом совершенно ни к чему, а я просто хочу насладиться приятным общением и новым знакомством.

Уже идя под руку с мужчиной высокого роста, крепкого телосложения, судя по рельефу мышц плеча, я завела простой разговор и немного узнала о собеседнике. Шелдону тридцать два года, был в браке один раз, есть дочь. К его сожалению, с ней он видится не часто. Его откровение вызвало во мне уважение. Не стал скрывать такую деталь, хотя, по рассказам бабули, женатые мужчины зачастую говорят симпатичным девушкам неправду. Но подвоха никакого я не чувствовала. На вопрос, почему меня зовут Ксенией, ответила, как мне в свое время пояснила это родительница.

– Наверно, жутко неудобно, когда в довесок к отсутствию зрения еще и не можешь ничего вспомнить?

– Я уже привыкла, – ответила я безразлично, идя по краю воды. – Ну, а ты почему решил подойти познакомиться?

– Не стану врать, я человек открытый. Ты выглядишь весьма привлекательно в своем купальном наряде, который больше открывает, чем закрывает. – В его интонации проскочили нотки искренней улыбки.

– Ах, вот оно что! – возмутилась я шутливо.

– Именно так. Ну, отчасти твоя бабуля права: я присматривался. Не хотел видеть в качестве дополнения у столь привлекательной девушки скверный характер.

– А я смотрю, у тебя не простые намерения? – отметила я задумчиво.

– Весьма. Как насчет того, чтобы провести отпуск вместе? Я составлю вам с бабулей компанию. Обещаю не раздражать пустяками!

Вот тут у меня сработал какой-то внутренний тормоз. Я хотела обзавестись другом, но никак не парнем. А когда вопрос прозвучал с завуалированным намеком, я поняла, что к отношениям с эти мужчиной совсем не готова. Несмотря на всю его обаятельность.

– Шел, я не хочу тебя чем-либо обнадеживать, – сказала я правду. – Могу только предложить дружеское времяпровождение.

– Хорошо. Я готов. Но не буду терять надежду покорить ваше сердце.

Мою ладонь, что удобно расположилась на чужом предплечье, осторожно накрыла чуть более широкая мужская рука.

– Кажется, таких, как ты, обозначают понятием "ловелас".

– Есть немного, – хохотнул добродушно Шелдон.

Казалось бы, почему не пойти навстречу его интересу и не поддаться чему-то большему. Но за все то время, что мы провели вместе, у меня так и не возникло желания ответить парню взаимностью, несмотря на красивые ухаживания и бережное ко мне отношение. Обменявшись с ним телефонами, мы с бабулей проводили мужчину до порога гостиницы. Отпуск Шелдона, уже довольно крепко обосновавшегося в собственной юридической конторе, подошел к концу. И, как он оптимистично заметил напоследок: "Судебные разбирательства ждут!"

Загар никак не хотел ложиться на мою бледную кожу. Я даже ожогов солнечных не получила, чего не скажешь о бабуле. Оставшиеся дни я плавала, но опять же, не заходя глубоко в воду и находясь все время под присмотром. Ночами я лежала и мучила себя мыслями о том, что, несмотря на все приобретенные навыки, чувствую себя одинокой и беспомощной.

– Ксюша, что нос повесила? – спросила меня в один из последних дней нашего отдыха бабушка.

– Надоело все. Давай вернемся домой пораньше? Хочу сходить в театр на какую-нибудь драму.

– Зачем тебе драмы? Тебе мало было нового знакомого?

– Он не причем. Я даже не сожалею о нашем знакомстве, потому как ничего, кроме дружеских чувств, не испытывала. Просто мне чего-то уже не хватает. Может, привычной обстановки и террасы с твоими подружками? – усмехнулась я с наигранной веселостью.

Бабуля что-то прокряхтела о непоседливой молодежи и поддержала меня. Вскоре мы уже летели домой с намерением провести последние выходные у залива, гуляя в парке.

Интересно, я так и останусь до старости подопытным кроликом? Не спорю, выплат на существование нам хватает. Но такой образ жизни постепенно доведет меня до нервного срыва. Все эти анализы, жужжание аппаратуры, бесконечные тренировки… Что-то мне недоговаривают.

Наконец-то я в своей постели, только прилегла и сразу заснула необычным волшебным сном. Мне привиделось озеро, расположенное на дне геофронта. Геофронт – это огромнейшая подземная пещера, которая чаще всего имеет растительность или водоем на своем дне. Вот и сейчас среди пестрых кустов и невысоких деревьев распростерлось большое фиолетовое озеро, освещенное тонким пучком света, что пробивался через трещину в земле. Вода в нем переливалась радужными бликами и была невозмутима. Но оно только казалось спокойным, почему-то создавалось стойкое ощущение, что есть в нем что-то живое, мудрое и вечное.

Видимо, ум за разум уже заходит.

Наутро первого дня в Александрии я сидела в деревянном кресле качалке на террасе и наслаждалась теплом солнечных лучей. Перед глазами стоял привычный мрак, острым слухом я оценивала окружающую меня благодать: трели птиц, песнь легкого ветерка, периодически приглушаемую шумом проезжающих машин. В руках удобно лежал раскрытый веер, а на голове красовалась шляпка. Не люблю жару, а потому летнее утро я встречаю охотнее, чем полуденный зной. На курорте жару скрашивал легкий бриз, здесь же воздух был более сухим, а солнечные лучи – палящими.

Наслаждаться прекрасным мне не пришлось долго. Послышались знакомые шаги и последующий скрип деревянной калитки, зафиксированной на несмазанных петлях.

Я поморщилась и произнесла первой:

– Здравствуйте, доктор Джонсон. Не рада вас… слышать.

– Отдых, я смотрю, вам на пользу не пошел? Не загорели и язвительности не убавилось.

Я лишь хмыкнула, настроение испорчено.

– Вы пренебрегали тренировками? – решил он перейти сразу к делу.

– Бабуля уже нажаловалась по телефону? – вздернула я бровь. – У нее возраст. Ей простительно.

– Ксения! Я прерываю ваш отпуск, и завтра же вы снова еде в Вашингтон, на осмотр.

Я лишь вздохнула. Это никогда не кончится, надо как-то сдвигаться с мертвой точки.

– Доктор Джонсон, чего вы добиваетесь? В том, что вы разрабатываете волшебный "эликсир прозрения", я сомневаюсь.

– Я вас не понимаю, – изумился профессор, переступив напряженно с ноги на ногу.

Значит, от меня в самом деле что-то скрывают.

– Вы проводите на мне какие-то нелегальные опыты?

– С чего вы взяли? Мы просто берем у вас периодически кровь на исследования, следим за электрическим потенциалом мозга и других органов. Оцениваем степень влияния тренировок на ваш организм… Только и всего.

– И при этом приводите целую делегацию с собой? Я все прекрасно слышу, доктор. Помимо того, о чем вы меня уведомили, вы занимаетесь чем-то еще, – подалась я чуть вперед, очень сожалея, что не вижу его эмоций.

Но учащенное сердцебиение я уловила четко. Оно того и гляди выскочит у него из груди. Со спины послышались торопливые шаги старшей родственницы.

– Доктор Джонсон? Вы решили посетить нас так рано? Проходите, я только-только испекла сахарный пирог, завтрак у нас запоздал. Ксюшенька, ты идешь?

– Нет, спасибо. Аппетит пропал, – скрестила я руки на груди и демонстративно отвернулась.

Гость прошел вглубь дома. Не нравится мне столь пристальное внимание. И веду я себя так только по отношению к этим горе-докторам, которые со своим постоянным присмотром у меня уже в печенках сидят.

Вечером бабуля велела собрать мне на этот раз вещей с собой побольше. Было бы что. Я сидела за столом, а она хлопотала по хозяйству, мыла посуду после бесподобного (как и всегда) ужина и расставляла ее по полкам, вытирая ее на ощупь. Хоть какая-то от меня польза.

– Меня предупредили, что мы задержимся в Вашингтоне чуть дольше, – подняла тему старшая родственница.

– Зачем?

– Ты пропустила много занятий. Профессор считает, что тебе необходимо наверстать упущенное.

– Бабуль… – Последовала небольшая пауза, и мой усталый вздох. – Если все дойдет до абсурда, ты готова переехать со мной снова? – спросила я ее опасливо.

– О чем ты говоришь? – ужаснулась бабушка Люси.

– Ты не представляешь, сколько мучений и боли приносят мне все эти тренировки и обследования. От звука их аппаратуры у меня раскалывается неделями голова, от уколов – немеют руки. Писк датчиков доводит до нервного тика. Они что-то скрывают от меня.

– Успокойся, дорогая. Тебе нельзя нервничать. Кто знает, что еще может случиться с тобой из-за пережитой травмы? Не хватало загреметь в психиатрическую лечебницу.

– Ты считаешь, у меня паранойя? – обиделась я на нее.

– Я считаю, что ты просто преувеличиваешь. Да, все эти процедуры неприятны, но ничего сверхъестественного же до сих пор не произошло? – попыталась она сгладить накалившуюся обстановку.

– Возможно, ты права, и это все опять последствия того, что перед глазами стоит лишь мрак, и я снова вижу страшные картины, – умерила я свой пыл снаружи, но внутри не успокоилась. Наоборот, я вскипала! Чистый стакан, который я на данный момент уже вытирала минуту, треснул в моих руках и осыпался осколками. Ладонь пронзила неприятная боль, и бабушка, охнув, бросилась ко мне с причитаниями.

– Ксюшенька! Ты порезалась? Боже! Кровищи-то сколько! Разве же можно так себя вести? Ты взрослая женщина и свою ярость должна держать в рамках. Может, поедем в центр уже сейчас? Вдруг пострадали сухожилия?

Я демонстративно пошевелила пальцами, сжала и разжала кулак.

– Все в порядке. Просто обработай перекисью и забинтуй, – бросила я бесцветным тоном.

– Ужас какой! Я бы на твоем месте в обморок упала!

По прерывистому дыханию и участившемуся сердцебиению я поняла, что она и правда с трудом переносит вид крови.

– Может, и я упала бы. Да только не вижу ничего.

– Не погружайся обратно в бессмысленную депрессию! – захлопала бабуля дверцами кухонных шкафов в поисках домашней аптечки. – Ты крепкая, сильная, сообразительная девушка… которая любит вкусно поесть.

Я усмехнулась вместе с ней, и в то же время почувствовала, как несильно защипал порез на ладони и зашипела перекись.

– Что-то громко она шипит, тебе не кажется? Когда ты резала палец, реакция была менее бурной, – заметила я странность.

– О, дорогая. Я тогда всего лишь укололась, по сравнению с тобой и крови было немного.

– Но ты же причитала, что истекала чуть ли не рекой?

– Это все из-за моей впечатлительности! – буркнула она.

– Ясно, – поднялась я с места, когда узел бинта был завязан. – Пойду, соберусь и лягу пораньше. Вставать в шесть утра.

– Аккуратней, следи за рукой. Разбинтуем в центре.

– Ладно. Спокойной ночи.

– Осторожней на лестнице, – крикнула бабуля мне вдогонку.

– Я знаю дом как свои пять пальцев.

– Привычка.

Ну, конечно. Добравшись до своего шкафа, как и всегда, наклонилась, достала с нижнего ящика сумку и просто смахнула в нее с двух полок вещи. Вот и все. Завтра еще расческу положу, после того как расчешу свои послушные локоны… Седые.

Достав сорочку из комода, я облачилась в нее и рухнула в постель. Сегодня сны мне не снились.

Шум двигателя и небольшая тряска были для меня уже привычными. Причем настолько, что вызывало дурноту. Два года одно и то же.

– Почему бы нам хоть раз не поехать автобусом? – бубнила я, сидя на заднем сидении машины.

Бабуля держала меня за руку и проявляла спокойствие.

– Тебе нужно лишнее внимание?

– Я так ужасно выгляжу? – не сдержала я эмоций.

– Нет, просто седоволосая слепая девушка невольно притягивает к себе большинство взглядов, поднимается ропот, дети и невоспитанные молодые люди тычут пальцами. Ты, может, и не видишь, зато слышишь. А мне неловко в таких условиях. И почему бы не воспользоваться бесплатным проездом с полным комфортом?

Логично. Но лично я бы предпочла общество некультурных людей, чем сопение доктора Джонсона на переднем пассажирском сиденье.

Исследовательский центр находится, можно сказать, по соседству от центрального штаба страны. Как мне пояснили, он очень красиво смотрится с высоты птичьего полета. Я до конца так и не поняла, что это за место. Что-то вроде Министерства обороны. Но мне до него нет никакого дела. Шум машин перебивал все звуки, в Александрии гораздо тише, чем в Вашингтоне. Вот где бы я не хотела жить со своим увечьем, так это здесь.

Автомобиль плавно затормозил, водитель выключил мотор, а я не удержалась от капельки яда, аккуратно выбираясь. Не только же у меня должно быть поганое настроение? Почему бы не подпортить его своим мучителям?

– Потрудитесь заменить на вашей телеге колодки. Свист стоит страшный. Они износились, видимо, еще пару месяцев назад.

Водитель только хмыкнул:

– Сегодня собирался.

Но я уже захлопнула дверь и, заботливо подхваченная под руку бабулей, начала считать ступеньки научного центра. Их число я уже знала, но вдруг что-то изменилось? Ничего. По-прежнему десять. Надоело это однообразие.

– Ксения Викторовна, здравствуйте.

– Доброе утро!

Знакомые голоса, шаги, шмыганье, запах медикаментов с лестницы, ведущей на верхний этаж, табака и кофе из приемного кабинета. Добро пожаловать в мой Ад!

Все пошло по стандарту. Меня привели в медицинский блок, заставили принять очередной душ, взяли кровь, сделали электроэнцефалограмму, прокатили через томограф (неужели человека можно так часто облучать?!), провели ряд слуховых и вестибулярных тестов, подключали тонкие проводки, проверяя какой-то очередной потенциал. Принесли новый динамометр. Прошлый после десятого применения треснул у меня в руке. Моей силой здесь восхищались. Не каждый сможет "смять" стакан из прочного стекла, как я это сделала вчера вечером. Кстати об этом.

Когда мне разбинтовали руку, от пореза осталась неровная полоска, края раны быстро стянулись, отчего медик хмыкнул. Я, конечно, замечала, что места уколов у меня заживают быстро, небольшое онемение держится пару суток, и думала это норма. Но, судя по прозвучавшим эмоциям, что-то не так. И ведь не спросишь ни у кого!

– Итак, Ксения. Повторите комплекс привычных упражнений, – ходил вокруг меня доктор Джонсон.

Я переоделась в гимнастический костюм, сняла ботинки и прошла с доктором в зал. Растяжки, приседания, отжимание, качание пресса, прыжки на скакалке – ничего из этого не изменилось за прошедший месяц. Все показатели остались прежними.

– А теперь отходим в конец зала. Так, выполняем комбинацию: Рондат, темповое сальто, фляк и сальто, согнувшись назад. На пути ничего нет, я проверял. Пол ровный. Действуй!

Сделав разбег в несколько шагов, я совершила первый прыжок, оттолкнувшись от пола, встала стремительно на руки боком, снова оттолкнулась, перескакивая на ноги, с них снова сделала выпад на руки, но уже вперед, и последний высокий прыжок…

Подвох! Препятствие есть! Я чувствую его! Окружающий меня резонанс четко очертил передо мной преграду.

В последнее мгновение, я приложила больше силы, чем обычно, и перескочила высокое препятствие, задев его кончиком косы. Встав на ноги чуть дальше, чем планировалось, я первым делом вернулась и ощупала его. Гимнастическое бревно!

Мои брови гневно сползли к переносице. Если бы я могла, то испепелила бы сейчас взглядом этого экспериментатора, превратив его в кучку пепла!

– Потрясающе! Ты почувствовала его, – похлопал в ладони доктор Джонсон.

– Я могла разбиться.

– Но ведь не разбилась?

– Катитесь к черту со своими экспериментами! Я еще пожить хочу… Несмотря ни на что.

Я отвернулась и перевела дух, в мыслях костеря ученого не лучшими словами, что успела освоить за два года.

– Выведете меня отсюда, на сегодня все, – твердо заявила я.

Перед тем, как ассистент профессора закрыл за нами дверь, я успела услышать довольное бубнение:

– Положительный!

Если вдруг вернусь, начну что-то уточнять, знаю заведомо: Ответа не получу.

Меня привели в нашу временную обитель, проведя десятком тихих коридоров, уклоняющихся вниз, что очень необычно для такого центра, полного сотнями сотрудников. Опять тайны!

Бабушка Люси изумилась моему раннему приходу.

– Сегодня так быстро?

– Я чем-то смогла порадовать доктора, но, клянусь Богом, следующий раз я его пристукну и закопаю под шиповником возле нашей террасы.

Бабуля лишь посмеялась и позвала на поздний обед. Я с наслаждением ела ее пирог на десерт, боясь обронить хоть крошку, а она весело хмыкала.

Наше временное пристанище состояло из гостиной, кухни, совмещенного санузла и комнаты с двумя кроватями. В гостиной мы проводили гораздо больше времени, слушая телевизор, читая вслух книги и просто впустую растрачивая время.

Так прошло несколько дней. Я пыталась узнать у доктора Джонсона, что со мной происходит: почему от метания ножей доски рассыпаются в щепки, аппаратура их при осмотре пищит как заведенная, динамометры приходят в негодность, а пространство услужливо выдает мне сигнал о стремительном приближении препятствия?

Недовольство незнанием вскипало во мне со страшной силой. Домой в Александрию меня не отпускали, под дверями появился новый соглядатай, чья простуда не дает мне нормально спать.

Сегодня вечером я поругалась с бабулей, до крика, отчего все лампочки потрескались и разлетелись на осколки, напугав старшую родственницу до икоты.

– Прости. Я… Я устала от всего этого. Я хочу домой. Мне нужна твоя поддержка и защита, – разревелась я.

На ощупь добравшись до нее, я бухнулась на колени, уткнулась носом в ее передник и разрыдалась.

– Никто не хочет отвечать на мои вопросы. Мои отказы и мнение в расчет не берут. Во что мы ввязались?

– Дорогая, – начала бабушка неуверенно, боясь вновь меня спровоцировать. – Я и так стараюсь поддерживать тебя, как могу. Но, возможно, ты права. И нам уже не дадут уйти так просто.

– Почитай мне сегодня.

– У нас здесь почти нет ничего, кроме книги Олвена Дарсли "Демон из преисподней".

– Вот ее будет достаточно. Большого и сильного собственника мне как раз безумно не хватает, – шмыгнула я носом.

– Хорошо. Давай успокоим снаружи Стена и попросим у него новые лампочки. Надеюсь, запасные у них имеются.

Стен, что был приставлен для нашего присмотра, бросился выполнять просьбу. Не сомневаюсь, если по пути он настучит одному ученому о происшествии. Бабуля собирала осколки, ползая по полу со свечой, а я помочь ничем не могла.

– Бабуль?

– Что такое? – отозвалась она.

– А как ты встретила моего дедушку?

Сначала ответом мне была недоуменная тишина, затем она не торопясь принялась рассказывать:

– Я на экзамен опаздывала. Мы с ним вместе поступали в один и тот же институт, и я облила его водой, когда решила попить после пробежки. Он в этот момент неловко развернулся и толкнул меня локтем. Ругаться мы не стали, а решили познакомиться. Пошли на следующий день вместе в парк, разговаривали, ели мороженое, но на первом свидании прикоснулись друг к другу лишь на мгновение, перед самым расставанием… На целый год. Я не поступила, но прошла конкурс в другом городе. Мы созванивались, съезжались по праздникам. Это были лучшие дни в нашей жизни. А потом поженились, и я перевелась к нему в город.

– Забавно.

– Вовсе нет, – вдруг буркнула она. – Наши родители нам такую взбучку устроили. "Вам еще восемнадцать-то едва стукнуло, а вы жениться намылились!"

Я хихикнула, а бабуля отлучилась к мусоропроводу. Вскоре мы получили новые лампочки и разместились в гостиной. Вкручивала туда лампу я. Она просто не доставала до люстры, и придерживала меня и стул. Я рукой нащупала плафон и прицелилась "снарядом".

– Ты пробки вырубила? – уточнила я.

– Вроде бы, – откликнулась она.

– Так вроде или выключила?!

– Я не уверена. На щитке много чего было, и наше, и соседское, и коридор, видимо, общий.

Я головой покачала. Мы же обе не помним, включен у нас тут был свет или нет? Ругались на кухне.

– Ладно, вставляю.

Заведя руку внутрь цветочно-образного плафона, я ткнулась лампочкой наугад и вроде бы попала. Завинтив ее потуже, бабуля велела мне быстро убрать руку, свет все-таки мы не отключили.

Немного посокрушавшись над собой, она помогла мне слезть со стула и разместиться в кресле.

– Вроде осколков больше нигде не видать. Завтра пропылесосим. Давай читать?

– Да, давай! – подтянула я ноги к груди.

Я погрузилась в фантастический мир, где демон-обольститель овладел желанной девушкой и одарил ее своей преданностью и любовью. Мир без недомолвок и серой обыденности, полный загадок и нежности, ласковых слов и обещаний быть неразлучными. Сюжет потрясал и навевал собственные мечты. Еще мгновение, и я так бы уснула, продолжая видеть роман в сладком сне, единственной моей возможности, наконец, увидеть фильм, как тот, с фиолетовым озером. Но…

Раздался далекий, глухой, слегка сотрясающий землю и здание грохот. Он был похож на мощный хлопок, словно взрыв на большой глубине. Или… наоборот, поверхности?! Рокот еще долго резонировал в окружающем нас пространстве.

Бабуля резко перестала читать и опасливо замерла.

– Что это было?

– Я… Не знаю. Похоже на взрыв, – отозвалась она тихо.

Хлопки повторились трижды! Почти сразу после того, как она высказала свое предположение.

– Боже! Похоже на бомбардировку, как во время войны! – ужаснулась она, подрываясь с места.

– А разве взрыв не должен быть четче?

– Ксюш, мы в ста метрах под землей. Здесь просто слышно плохо!

– Так вот почему коридоры были такие тихие, – прошептала я после очередного взрыва.

– Тебя только это сейчас волнует?! – рыкнула она недовольно, что случалось крайне редко.

В тот же миг врубилась громкая пищащая сирена и голос компьютера сообщил:

"Внимание! На штаб совершено нападение! Всех сотрудников и рядовых граждан просим немедленно укрыться в убежищах!"

Объявление повторялось по три раза, через небольшие промежутки времени.

– Похоже, и правда бомбят.

– Бабуль, что нам делать? Куда идти?

Паника накрыла меня с головой. Я не хочу снова забывать, не хочу потерять единственного дорогого мне человека. Не хочу снова испытать боль…

Боль?!

Грохнуло гораздо отчетливей, и теперь с полок полетело все, что на них неустойчиво стояло. В коридорах послышались крики людей, напуганных риском быть похороненными заживо. А ведь и правда! Если выход на поверхность завалит обломками, мы окажемся в ловушке!

Грохот внезапно закончился. Мы с бабулей боялись покинуть гостиную. Дверь открылась, и в нее кто-то влетел, запираясь изнутри.

– Доктор Джонсон?! – изумилась бабуля.

– Сидите тихо! Это вторжение! – выдал профессор, едва переводя дух.

На чудом уцелевший журнальный столик бухнулась тяжелая папка, которую он принес собой.

– О чем вы говорите?

– Нас атаковали с воздуха. Спутники и ракетные установки были уничтожены всего за пару секунд! Мы снова повторили ошибку, открыв огонь первыми. Исследовательский центр уничтожен. Его больше нет…

– Значит ли это, что свой гонорар за этот квартал я не получу?! – Голос старшей родственницы внезапно изменился, в нем проскочили незнакомые мне нотки.

– Бабуль? Тебе плохо? – зачем-то спросила я, хотя хотела задать вопрос чуточку иначе.

– Я тебе не бабуля! Достало все. Такой риск. Жить каждый день, зная, что в любой миг могу обратиться в горстку пепла…

Но договорить она не успела, а собравшийся, было, наорать на нее доктор Джонсон подавился на полуслове… захлебываясь так, будто рот его вмиг наполнился водой. Мгновением позже его тело рухнуло к моим ногам, а бешено колотящееся сердце остановилось.

Бабушка Люси взвизгнула от ужаса и сползла вдоль стены на пол, вереща, как заведенная.

– Пожалуйста, не трогайте меня! Я заботилась о ней. Прошу.

Громоздкое, судя по шагам, создание (а это явно был не человек), что пару секунд назад без труда выбило дверь с подозрительным грохотом, прошло торопливо вперед после небольшой паузы. Все пространство заполнил запах летней грозы.

– Эливэйн?! – раздался незнакомый женский голос, полный ужаса, на странном языке, который я понимала! – Элли, милая! Что они с тобой сделали?! Тебя не узнать!

Существо двинулось в мою сторону слишком стремительно. Та-а-ак! Пора вспомнить все, чему меня учил покойный доктор Джонсон. Ориентируясь на слух, резонанс чужих шагов, я схватила первое, что попалось под руку, а этим весьма кстати оказался кусок стекла пострадавшего от землетрясений серванта. Сделав с места сальто вперед, я оказалась за спиной у незваной гостьи. Развернувшись, резко протянула руку и наткнулась на толстую мягкую косу, в которую вцепилась, что есть сил, приставив острый угол моего импровизированного оружия к чужому горлу, где громко билась жилка.

– Элли?

– Ты кто такая?! – усилила я нажим стекла.

Мое тонкое обоняние уловило запах крови.

– Это надо же, а?! – вдруг возмутилась незнакомка все на том же языке. – Я, значит, бросаю учебу, срываюсь с родной планеты, преодолеваю половину вселенной, чтобы найти родную сестру, а она вместо объятий решила перерезать мне горло.

– Сестру? – мой голос дрогнул. – У… меня нет сестры! Бабуля? – обернулась я наугад к родственнице за поддержкой.

Но она молчала и лишь скулила от ужаса. Возможно, она не понимает чужой язык, но я-то изъясняюсь на английском.

– Как это нет?! А я тогда кто? Посмотри на меня. Это ведь я, Кассиль.

– Меня зовут Ксения! – оттолкнула я от себя незнакомку, и она сразу заняла удобную для обороны позицию.

– Ох! Только не это… – вздохнула дева пораженно. – Ты… не видишь меня?

– Я не вижу ничего. Но это не значит, что я беспомощна. Оставьте нас в покое и идите своей дорогой.

– Элли, но мы прилетели за тобой. И за остальными, – наконец перешла она на наш язык.

– Остальных нет, – вдруг подала опасливо голос бабушка, поднимаясь с пола. – И она не помнит вас.

Зашуршала папка, что недавно была брошена на стол профессором, и она упала в руки Кассиль.

– Что это?

– Здесь все… О ваших… людях. Больше вы ничего не найдете. Все данные Джонсон на всякий случай прихватил с собой. Оставьте нас, пожалуйста! Вы уже сполна отомстили. Столько людей погибло… в центре.

– Эливэйн, уходим, – посерьезнела незнакомка.

– Я Ксения! И я остаюсь здесь.

Я в ужасе шарахнулась в сторону, плевать какую. Как я могу уйти, не зная с кем, не зная куда, и оставить единственного родного мне человека?

В шею бесшумно вонзилось что-то острое. И я упала без чувств, как стояла… Но не на пол, а в заботливые крепкие руки. Прежде чем отключиться, четко почувствовала над своей головой глубокий длинный вдох, и полурычащий выдох кого-то еще более громоздкого и опасного, чем девушка Кассиль. Что-то невесомое, источающее смутно знакомую ауру, окутало меня словно покрывалом, прогоняя страх и погружая в безмятежный сон.

Пробуждение было простым, безболезненным и… беспокойным. Мне казалось, что сквозь сон я слышу чей-то яростный рев, грохот и шум окружающих. А сейчас, четко осознав, что уже проснулась, уловила где-то за стеной громкий спор… нелюдей на непонятном, но знакомом языке.

Теперь осталось разобраться "где", "почему" и "зачем"? Всего-то? Раз плюнуть. Особенно, если учесть, что я, кажется, похищена. Собравшись с мыслями, все так же лежа неподвижно, я пыталась четко вспомнить последние события.

У меня якобы появилась сестра. Бабуля вела себя не совсем адекватно, доктор Джонсон скончался у моих ног (злорадствовать нехорошо, но дышать стало легче). Что со мной? Как ко мне подобрались со спины так тихо? И где моя единственная родственница?!

Уши улавливают незначительный шум необычных двигателей, но не трясет, дымом и бензином не воняет, и плюс к тому – я в кровати: твердой и довольно широкой.

Пошевелив рукой, отметила, какая я слабая и как тяжело мне это далось. Очень интересный факт, особенно если учесть, что после сна я всегда чувствовала себя прекрасно. А тут, на тебе! Постоять за себя я теперь вряд ли смогу. Зато дышать по какой-то причине было очень легко.

С трудом сев в кровати, я коснулась стены рукой для опоры и замерла. Это что? Резиновая обивка? Или что-то очень похожее – мягкий прохладный материал.

Внезапно за стеной все смолкло, и уже через пару секунд дверь… отъехала в сторону с легким вжиком. Знакомые шаги, но уже не столь тяжелые, оповестили меня о том, что их владелица зашла внутрь моего пристанища.

– Кассиль, – сказала я твердо, заставив девушку замереть.

– Как ты меня узнала?! – изумилась она.

– Топаешь, как слониха, и пахнешь грозой, – буркнула я, параллельно ощупывая себя.

На мне была… жутко тонкая сорочка, в мелкую сетку! Только лиф прикрыт плотной тканью.

– Нижнее белье чье?! – возмутилась я, понимая, что такой ткани я еще не носила.

Комфортно, но не мое! Однозначно!

– Эмм… Вообще-то, твое.

– Неужели? – фыркнула я недоверчиво.

– Именно так. Я взяла пару вещей с собой… Надеялась, ты порадуешься… в случае если еще жива. А кто такая слониха? – перевела она тему.

– Животное такое большое и тяжелое, с большим носом и толстой кожей.

– Как Жергог?

– А это кто? – спросила я в свою очередь.

Ну, определенно, схожесть в нас общая имеется. Любопытство! Нет бы по делу… А я тут о фауне.

– По описанию – то же самое, только у него еще рога тяжелые.

– Нет, их у слонов нет, только бивни. Не отходи от темы. Где моя бабушка?

– На Сарфире, – ответила Кассиль невозмутимо.

– Где?! – изумилась я, повысив тон.

– Дома! Не кричи. А то… команда сбежится и будет меня убивать, – как-то странно запнулась она.

– Зачем?

– Затем, что тебе покой нужен, а я тебя тут раздражаю. И выгонит меня… капитан. А я, между прочим, соскучилась очень, – вдруг всхлипнула она.

– По кому? – Что-то я туплю, но припоминаю об упомянутых родственных связях и главное, хныканье-то искреннее.

– По тебе! Не тормози, Эль.

– Я Ксения! – попыталась отстоять я свою версию.

– Ты Эливэйн! Элли, Эля, Вилька! Вспомни уже, наконец… – последнее слово она глухо пропищала.

Ой, что-то я не могу вот так вот… Не по-людски.

– Присядь. Поговорим, – похлопала я рукой по койке.

Кассиль аккуратно подошла и села рядом. А мне вдруг захотелось узнать, какая она.

– Позволишь? – протянула я ладонь.

– Да, конечно, – шмыгнула она носом.

Ну, я и слабачка! Почему же конечности вдруг отяжелели? Кончиками пальцев я прикоснулась к ее щеке, провела их по пушистым ресницам, вытянутому лицу, пухлым губкам, мягким локонам. Шея длинная, тонкая, плечи не шире моих, кожа бархатистая. А вот дальше…

– Ты… Во что одета??? Тоже в пеньюаре что ли примчалась?

– Ты что! Дурочка я тебе что ли? Я в нашем традиционном наряде.

– Традиционном… Чем? Как бикини, пара смежных полосок, и длинную невесомую мантию можно назвать традиционным костюмом? У вас мужики тоже голышом ходят?

– Во-первых, не у вас, а у нас. Ты-то не помнишь, сколько я лет ждала, чтобы его надеть! И… Не видела моего счастья, – вздохнула она тяжко. – Я так хотела быть похожей на тебя. И я стала такой. Если бы не твои изменения, мы были бы почти как две капли воды.

– Какие изменения?

– Ты поседела, Виль.

Тут я смолчала и затеребила кончик ее шлейфа, так и не пожелав расстаться с приятной для кожи тканью.

– Хотя теперь стихия тебе идет больше. Издалека можно распознать в тебе снежку.

– Что?!

– Ты чародейка, Элли.

– Это бред, – поднялась я с места в надежде пройтись, но поняла две вещи: я не знаю, где я и каков размер помещения. Не смогла сделать даже шага и кривенько начала заваливаться набок.

Кассиль едва успела меня подхватить, а за дверью послышались шепотки и топот.

Похоже, остальные странные нелюди подслушивают нас. Надо заканчивать это представление!

– Я Ксения Бастьен! Француженка! Жила в Америке, была искусствоведом, встречалась долго с мужчиной, – за дверью что-то грохнуло. – Рассталась, попала в аварию, потеряла память и зрение! Единственная моя родственница – бабушка Люси Бастьен! Какая к черту Сарфира, сестра, традиционный костюм и чародейка с кличкой русской снегурочки?!

– Нет, Эль. Ты Чародейка с планеты Сарфира, что находится в галактике Гелеон, в квадранте БД-8/16. Твоя стихия – шторм, морозы и снежные бури. Ты Эливэйн Снежная, чародейка и дипломат! – грозно высказалась Кассиль. – И бабушку твою зовут Мирлинда.

Я стояла, молчала, взвешивала всю информацию. Свою, ее… И пришла к выводу.

– Пошла вон! Верните меня домой, к моей бабушке!

– О-о-о!. Несомненно, Мерлинда Снежная уже давно хочет надавать тебе по ушам, – съязвила девушка.

– По твоей легенде, я старшая сестра или младшая? – внезапно спросила я.

– Старшая.

– Выметайся убогое создание! Пока я сама тебе по ушам не надавала!

– Сама сядешь?

– Сяду!

– Я принесу тебе поесть. А как успокоишься, представлю тебя команде, и решим, что делать дальше.

Я уже сориентировалась в пространстве и села назад на койку. Хоть и выглядело это неуклюже, и Кассиль разжалобило, во мне это только больше прибавило… как она там сказала? Раздражения! Уф!

Дверь вжикнула, и девушка покинула комнату. Как я поняла, мы на космическом корабле, где в каютах есть камеры. Иначе как бы они узнали, что я уже проснулась?

Мы летим на неизвестную мне Сарфиру, к новой бабушке (причем, с характером) и приключениям на пятую точку. Сейчас мне упорно пытаются навязать новую легенду моего происхождения, новых родственников и вынуждают смириться с судьбой в очередной раз. На Земле я была лабораторной крысой (надо же, совпадение – белой), а что ждет меня в новом мире я и предположить боюсь!

И в какую легенду мне верить? Земная правдоподобней. История Кассиль похожа на художественный роман о пришельцах и прочей нечисти под названием "Чародейки". Как же все это достало!

Так, взвесим логически. На Земле я была сильна, на этом корабле резко ослабела.

Я встала и, протянув руки вперед, сделала пару шагов, уперевшись в такую же резиновую обивку. Шаги давались мне очень тяжело.

– Гравитация выше.

Все, с этим понятно. Вот почему Кассиль показалась мне такой громоздкой на Земле. Ей просто было не привычно ходить с такой легкостью.

Это что же получается?! Я с Сарфиры, раз мне давались нагрузки, что не тянул простой человек? Я-то думала это особенность моего развития из-за отсутствия зрения.

Но… А как же родители, война, моя работа и увлечения, Сфинкс, авария… Шелдон? И эти отношения с мужчиной… подразумевают под собой, что я не старая дева. Все же, с некоторыми особенностями моего организма меня ознакомили. Моя привитая бабулей Люси предыстория настолько правдоподобна… Я просто не могу принять что-то иное. Думаю, если Кассиль хочет от меня чего-то добиться, ей придется очень постараться, чтобы доказать мне свою версию моего происхождения.

Так, осмотримся. Не люблю неизвестностей. Аккуратно переставляя ноги, я уверенно стала исследовать комнату, вернее каюту. Вся она была изолирована резиновой обивкой. Зачем? Обязательно надо спросить. Кроме кровати, увы, в интерьере больше ничего не было. Я как-то иначе себе это помещение в фантазиях представляла.

– На тюрьму похоже, – буркнула я. – И вот после этого я еще вам верить должна?

В воздухе не витало никаких ожидаемых ароматов: ни духов, ни машинных масел, ни затхлости, ни запаха дезинфицирующих средств. Равномерный, едва уловимый гул мощных двигателей достигал моих ушей, не раздражая, даже, наоборот, скрашивая тишину. Легкий резонанс не давал мне никакой информации об окружающем пространстве, лишь за ровность пола я могу быть спокойна. Вероятность, что споткнусь, минимальна. Радует, что не все приобретенные на Земле навыки меня покинули, а силу можно набрать, вновь уделив время тренажерам.

Кошмар! Не о том думаю!

Кассиль вернулась быстро. В комнату въехал металлический столик, позвякивающий посудой.

– Смотри, осторожно! Очень горячо. Пищеблок у нас работает исправно. На мой взгляд, даже слишком хорошо. Лучше подождать, пока остынет.

– Подождем. И чем питается ваша раса?

– Наша, – поправила она. – Белками животного и растительного происхождения, жирами, углеводами, и водичкой запивают.

– Ха-ха… – произнесла я саркастически.

– Если я тебе скажу название мяса, тебе это ничего не даст, только аппетит испортит, от незнания.

Освоив земной язык, я заметила, что некоторые похожие слова у нас имеют абсолютно разное значение.

– Как Жиргог?

– Как Жиргог, – ответила она. – Его, кстати, тоже едят. Мясо этого существа очень полезно при сильном магическом истощении.

Опять двадцать пять.

– Понятно, – отмахнулась я в темноту.

Хотя, горит ли свет или нет, я не в курсе.

– Как у вас с ночным зрением?

– У мужчин девяностопроцентное.

– А у… Чародеек? – пошла я на ее волне.

– Почти нет.

– Дай блокнот и ручку, – фыркнула я.

– Зачем? – изумилась Кассиль.

– Буду записывать, чтобы ничего не забыть и сверяться с конспектом по новой легенде своего происхождения.

– Очень смешно! Мне, между прочим, тоже нелегко вот так тебе объяснять все с нуля, в то время как ты язвишь! Ты и раньше была вспыльчивой и язвительной, но не до такой степени.

– Жизнь потрепала, как видишь, – сжала я руками край кровати.

– Виль, – сменила тон "сестра". – Ну, не грузи ни себя, ни меня. Я сейчас все тебе коротко проясню. Мясо остыло, кушай. А я пока расскажу о Сарфире.

– Давай, – протянула я руки и получила в них поднос.

– Слева суп, справа блюдо с Гибоном и гарниром из Сайфы, чуть впереди компот, – вложила она ложку мне в ладонь, как только я удобно устроила поднос на колени, оперевшись о стенку с резиновой обивкой.

– Гибоном? – усмехнулась я.

– Да, – ответила девушка, словно отмахнулась, и перешла к главному. – Сарфира не единственная обитаемая планета в нашей галактике. Рас много, все они живут в разных планетных системах Гелеона, но мы неохотно контактируем с ними сейчас. Чародеек последнее время выкрадывают, это большой ущерб для нашей планеты. Потому открыта только одна галактическая космическая площадка. До твоего исчезновения все было иначе. Ты и целая группа сарфирийцев отвечали за международные связи. Ваш корабль восемь лет назад отправился к Земле, на которой мы тебя нашли, с дипломатической миссией. Вы должны были заключить Договор Межгалактического Сотрудничества, но связь с вами оборвалась, и теперь мы знаем почему.

– Восемь лет назад еще шла Мировая война на Земле, – отметила я в своих знаниях время.

– Мы… уже ознакомились с документами доктора, который вел дело о твоем исследовании.

Тут я нахмурилась, но перебивать не стала.

– И хотим зачитать тебе некоторые детали. Возможно, это поможет тебе вспомнить хоть что-то. Как ты на это смотришь?

Хочу ли я знать, что скрывал от меня доктор Джонсон? Однозначно – Да!

– Хорошо, – кивнула я, отмечая про себя, что суп мне нравится.

– На Сарфире много живых существ и всего одна раса. Называемся мы сарфирийцы. Впрочем, я уже сказала, – замямлила она, пытаясь собраться с мыслями.

Видимо, решала, о чем же мне рассказать сначала.

– Женщин около сорока восьми процентов, мужчин соответственно чуть больше. Мы обладаем магией, что передается из поколения в поколение. Ее всего два вида – штормовая и огненная. В роду огненных дев никогда не будет первых (снег, грозы, бури), и, наоборот. Это наш род, и дар чародеек передается только по женской линии. Мужчины же обладают мастерством Тени.

– Как в сказке. И ходят сквозь стены? – вздернула я бровь, приступая ко второму блюду.

Воображение мне подкидывало блеклые, но информативные картины. Видимо, так выходит из-за того, что я с трудом вспоминаю цвета.

– Только в случае, если дар Тьмы очень развит.

Лучше бы не спрашивала.

– У нас есть спутник, зовем мы его Апал. В его свете мужчины против воли обретают форму Призрачной Тени. При его отсутствии призрачную форму сарфириец может принять по своему желанию. В общем, это то еще зрелище. Но ты быстро привыкнешь…

– Тем более что для меня это сейчас не проблема, – не удержалась я от колкости, невольно потерев глаза.

– Ну… Ты же сможешь… Ознакомиться с ними тактильно. Пльпаторно, – пыталась она подобрать умный синоним слову "пощупать". – В общем, ты поняла. Единственное, ты не прикоснешься к занятому мужчине, когда тот находится в Призрачной форме.

– Занятому?

– Сету.

– Это что за зверь? – не поняла я.

– Сет означает "ее" на межгалактическом. Осетта "его".

– Муж, жена. Понятно.

– Тут как раз таки все сложно. Чародейка считается хрупким созданием, но сильным магом. Мужчины сильней и быстрей физически, но слабее на энергетическом уровне. Сильная волей и даром женщина может иметь от одного до трех Теней.

– Зачем так много?

– Не знаю. Лично я даже одним обзаводиться не планирую. А тут три! Мужчина, образовавший связь с чародейкой, становится одержим ей и очень сильно зависит от ее энергии. Она доставляет им некое чувство блаженства, что ли… Это у них спрашивать надо. В этой сфере я не сильна. А потому, как только выйдешь отсюда, держи их на расстоянии. Ради этого чувства они стремятся образовать связь с наиболее подходящими по энергетике чародейками, и плевать они хотели на наличие у нее других сетов. Они очень хитрые, – тут она фыркнула, из чего я сделала вывод, что Кассиль однажды чуть не попалась по глупости. – Сейчас ты слаба из-за зрения. А свободным мужчинам твое физическое состояние не столь важно. – Девушка снова сделала паузу, после которой продолжила: – Слабую волей чародейку Тень может связать с собой силой.

– ???

Видимо на моем лице отразилось слишком много недоумения. Это, что? Меня тут зажать за углом могут и окольцевать? Или как там?

– Не пугайся. Настолько глупых Теней еще свет не видел, и насилия у нас нет… Ради долгосрочного удовольствия Тень не опустится до такого, иначе чародейка выгорит. И он вместе с ней. Физически никто не принудит тебя ни к чему, но морально могут надавить и подчинить. Воля чародеек в девяноста процентах случаев выше. Сама убедишься, как на Сарфиру попадешь. Чего только одна наша бабушка стоит.

– Что-то я уже боюсь нашей бабушки.

– Ты и раньше ее опасалась. А уж я – тем более.

– А ты почему?

– Ну… Мне сто четыре года, думаешь, я до сих пор благочестивая девица? Обычные половые отношения без обязательств никто не отменял. Только я… попрактиковала их чуть раньше, чем положено. Но чтоб я еще раз… Да никогда! – В ее тоне было столько много возмущения, что я прониклась.

– Эм… А сколько мы живем? – изумилась я.

Похоже, уже вживаюсь в новую предысторию.

– Около тысячелетия, по нашему временному ходу.

– А сколько если по Земному? – икнула я.

– Свыше полутора.

– Ничего себе!

– Тебе двести четыре.

– То есть я старше тебя на каких-то сто Сарфирийских лет? – в моем голосе проскочила ирония. – А я уже мечтала о старости.

– Гелеонских. Это еще не много, – усмехнулась Кассиль.

– Как я догадываюсь, тот твой практический опыт чуть не закончился для тебя привязкой к Тени? – искренне начала переживать я.

Кассиль мне нравится, определенно что-то в ней есть. Она вздохнула и не сразу ответила, что заставило меня нахмуриться.

– Слушай. А может, я никуда отсюда выходить не буду? Что-то не прельщает меня статус чародейки. Я еще больше теперь хочу назад, к бабуле Люси.

Кассиль снова вздохнула.

– Я просто хочу, чтобы ты сразу была в курсе и чтобы неожиданностей в дальнейшем не было, – опечалилась она искренне.

– Ладно. Познакомлюсь я с твоей командой, но радушного расположения не ждите.

– Никто и не ждет, – внезапно улыбнулась она. – Чаще чародейки ведут себя как королевы. В меру надменны, держат мужчин на расстоянии, но тоже не особо далеко, иначе жить неинтересно. Только представь, – я хмыкнула, а она продолжила восторгаться. – Они пушат вокруг тебя хвосты (это я условно), топорщат грудь, порой даже устраивают между собой поединки за право быть рядом с тобой.

В голове вырисовались сразу тенеобразные создания очень схожие с моим представлением петухов. Уж так «родственница» мне их подала.

– То есть, если я хочу общаться, гипотетически, С Карлосом, Грегори этого не допустит?

– В основном, да, – хихикнула Кассиль. – Ты сама потом посмотришь.

– Ну, уж нет! Увольте. Что б я еще и му… сетом обзавелась… Я только о вашем существовании знаю пару дней.

– Вообще то… Мы Землю покинули два месяца назад.

– Что?! – возмутилась я шокировано.

– Ты была в анабиозной диагностической капсуле. Мы осмотрели тебя, подлечили незначительные отклонения, но голову трогать не рискнули, чтобы не сделать хуже.

– И на том спасибо! А сразу сказать было нельзя? Я терпеть всего этого не могу.

– Мы с командой решили, что сначала введем тебя в сложившуюся ситуацию, а потом скажем об обследовании.

– Имейте в виду, доверия к вам после утайки немаловажной для меня новости у меня изрядно поубавилось. На Земле все руки поискололи, тысячу раз облучали… И тут еще.

– На счет облучения больше не волнуйся. Мы его нейтрализовали. Доза кумуляции в самом деле была велика, но для нашей расы не смертельна.

Больше общаться я не видела смысла. Слишком много информации, в голове все не укладывается. Главное, что я усвоила, это всевозможное исключение мужского общества. Я же не хочу обзавестись «энергетическим вампиром» с которым буду вынуждена провести длинный остаток своей жизни? Или двумя… Не дай бог, тремя!

Я отставила поднос в сторону, Кассиль его тут же перехватила.

– Спасибо, вкусно. Ничего больше не говори. Мне еще надо будет усвоить сегодня отчетную документацию научно-исследовательского центра.

– Эль, – позвала девушка меня тихо. – Ты точно готова это услышать? Если хочешь, можем немного подождать, когда ты совсем адаптируешься на корабле и обдумаешь все, что я тебе рассказала.

– Я готова. – Обреченный вздох сорвался сам собой. – Сейчас или никогда. Пора заканчивать со всеми секретами. Я хочу знать.

– Тогда пойдем, – поднялась она с места, но я перехватила ее, прежде чем она обернулась ко мне.

– Последний вопрос.

– Да?

– Если у вас такие тяжелые взаимоотношения с мужчинами, какого… черта вы так одеваетесь?

– Все чародейки хороши собой, и мы не скрываем своей красоты, после совершеннолетия, конечно. А в отношениях с Тенями есть свои приятные плюсы. К тому же мы устойчивы к перепадам температуры, не мерзнем, не загораем. Кстати, на твои щечки уже вернулся румянец. Ты была такая бледная, что аж смотреть было страшно.

Кассиль подошла к столику и достала с нижней полки сверток.

– Это тоже твое. Не волнуйся, наряд менее откровенен.

– Давай, – забрала я его и распаковала.

Ну, что вам сказать. В ее понимании «менее откровенен» – это узкий топ, свободные штаны из невесомой ткани, которые, грубо говоря, висят на бедрах, и на удивление плотная мантия, что легко застегивалась на кованые ажурные крючки, которые тоже играли декоративную функцию. В качестве обуви были мягкие балетки, больше схожие с пуантами. Комфортно, ничего не жмет, и непрозрачно… вроде бы.

– Цвет-то какой?

– Белый и синий. Наш родовой.

– А я не сливаюсь в одно пятно в моем нынешнем состоянии?

– Хочешь понравиться команде? – в голосе девушки проскочили озорные нотки.

– Боже, упаси! Веди.

Идя под руку с Кассиль по длинным коридорам, я старалась сосредоточиться на окружающем меня пространстве, чтобы хоть как-то освоиться. Пусть и незначительно, но лучше так, чем вообще никак. В коридорах гул двигателей был чуть более сильным, но обычный человек его вряд ли бы услышал. Пол гладкий, ровный, но не мягкий. Подозреваю, что изготовлен он из особого сплава металлов, которому придали идеальную форму. Не скользко, подошва мягкой обуви надежно и почти беззвучно с ним соприкасается, от чего можно было расслабиться и продолжить пусть с большей уверенностью. Здесь уже появились новые ароматы, в основном горячих блюд. Видимо, где-то неподалеку кухня или столовая.

– Стены любой каюты называются переборками, – поясняла по пути мне девушка. – На данный момент тебе подготавливают другую каюту, без изолирующей отделки. Она, кстати, называется базиликтом.

– Зачем она вообще нужна?

– На случай, если вдруг твоя магия выйдет из под контроля, базиликт ее поглотит и предотвратит неизбежную катастрофу.

– Я думала, это резина, – буркнула я себе под нос.

– Наш корабль имеет плоскую овальную форму, – продолжила чародейка. – И большую его часть составляет приборно-агрегатный отсек. Он оборудован системами жизнеобеспечения, энергоснабжения, главным блоком питания приборной панели и прочими отделами, за исправностью которых следят бортовые инженеры и механики. Двигательный отсек находится в концевой части корабля и внизу, на нижней палубе. О ней мы с тобой потом поговорим. Треть средней палубы, на которой мы сейчас находимся, занимает столовая и медицинский кабинет, остальные две третьи – каюты. На верхней палубе находится Командный Центр управления кораблем. Он также называется штурманской рубкой. В данный момент мы направляемся туда. Команда наверняка уже вся в сборе.

Сначала мы свернули на какой-то развилке и уперлись в невысокую лестницу. Поднимаясь наверх по металлическим ступенькам, я случайно уловила чье-то недовольное шипение. Афишировать передо мной затевающийся скандал явно не планировали, а потому разбирательства шли в полтона.

– Там что, затевается драка? – спросила я с недоумением, опасливо замедляя шаг.

– Не обращай внимания, – отмахнулась новая знакомая, крепче сжав мое предплечье. – Один из навигаторов с капитаном в контрах уже много лет. Если бы не наша поисково-спасательная операция, вместе они бы никогда работать не стали.

– Ясно. Воздержусь пока от любопытства.

– Вот и ладненько. Мы пришли! – Громко оповестила Кассиль собравшихся, прерывая ропот присутствующей команды и обращая внимание на нас.

Хотя я и не вижу ничего, но чувствую напряженные взгляды многих пар глаз. В таком положении очень уместно сравнение с «мухой под прицелом». Пытаясь оценить собравшихся по малейшим признакам присутствия, меня накрыл страх. Я не слышу никого, только одну девушку, что взволнованно подалась немного вперед.

– Аккуратно. Тут пандус справа и спереди лестница на площадку. Она немного возвышенна. Как пойдем?

– По лестнице.

Поднялись же мы по ней на верхний ярус? Даст Бог, не споткнусь под гнетом полной, давящей тишины.

– Садись в капитанское кресло. Оно наиболее комфортное и находится по центру.

– Я же не хрустальная ваза… – попыталась, было, я возмутиться.

– Леди Эливэйн, – раздался мягкий мужской голос, привлекая мое внимание. – Приветствуем вас. Вам будет предоставлена очень содержательная и непростая информация. В случае, если вам станет плохо, с капитанского кресла вы не упадете. Кто знает, как сейчас отреагирует ваше сознание на некоторые… шокирующие детали. Мы постараемся довести до вас часть записей земной отчетной документации, максимально сокращая негативные детали. Я Мистиф Ноган, медик, на данный момент – бортовой. На Сарфире – ваш семейный врач.

– Хорошо, – кивнула я в пространство, размещаясь в большом кресле с твердыми подлокотниками и ортопедической спинкой, и шепотом уточнила у Кассиль: – Он тоже Тень?

– Мужчины все Тени, без исключения.

– Какой кошмар!

Тем временем, Кассиль начала мне представлять всех по очереди, начиная с малозначимых товарищей, которых надо было отпустить на свои рабочие места пораньше, и заканчивая более важными лицами. Бортинженеров и инженеров-механиков оказалось по трое, и работают они по сменам, с медиком мы уже познакомились, пилоты Вандет и Тейлон тоже работают по сменам, но в случае чрезвычайных ситуаций управляют кораблем вместе. Кстати, Вандет – чародейка-огневичка, и Тейлон является ее сетом. Очень интересно! Надо будет с ней подружиться.

– Навигаторов тоже двое. Найтен Полз, – после этого первый из них приветливо отозвался, вызвав мою улыбку, но вот второй… – Адалис Гент.

– Здравствуй, Эливэйн, – произнес он мурлыкающим тембром.

А вот и первый кандидат на удаленное общение. Я правильно понимаю?

– Мы разве были знакомы? – спросила я, отмечая, что все присутствующие обратились ко мне на "леди", а этот мужчина уж как-то прямолинейно поздоровался.

– Тут большинство членов команды с тобой знакомо, – внезапно вмешалась сестра. – И капитан команды тоже. Дантон Стронг.

– Приветствую, леди Эливэйн…

Вот это голос! Все мое естество пережило волну приятных мурашек. Что же у них за искушения такие ходячие? На Земле подобные интонации и голосовые окраски мне встречать не приходилось. Там от прикосновений юриста Шелдона даже трепета никого не было, а тут… от одних лишь учтивых обращений я почти в экстазе. Или это уже моральное давление, о котором меня предупреждала Кассиль? Хотя нет, это скорее психологическое тонко уровневое воздействие. Боже! О чем я думаю? Невольно прислушиваясь к последним двум из представленных, я заметила, что их дыхание немного учащено. Сразу видно, что оба только что пережили эмоциональную встряску. Выходит, капитан Дантон находится в сложных негативных отношениях с Адалисом.

Досада! Похоже, здесь уровень слышимости для меня ниже. И если бы навигатор и капитан не ругались за мгновенье до моего прихода, я бы и их тоже не услышала. Похоже, Тени обладают вполне характерной для них особенностью, и потому я не заметила, как на Земле ко мне подкрались, бесшумно, со спины. Интересно, кто бы это мог быть?

– Леди Эливэйн, – снова обратился ко мне капитан, от чего я слегка вздрогнула. – Мы знаем, что вы потеряли память. Прошу поверить нам: у сарфирийцев нет оснований обманывать вас. Готовы ли вы ознакомиться с основными отчетами, отмеченными в Земном журнале?

– Готова, – уверенно кивнула я, а мысленно просила «Ну, скажи еще хоть слово».

– Кассиль, ты единственная, кто успел освоить земной язык. Читать снова тебе.

Девушка вздохнула, напоследок провела рукой по моему плечу, мол, крепись. Она прошла куда-то вперед, а я вся превратилась в слух. Плохо, что перед глазами лишь Тьма, черная, беспросветная, бесчувственная. Осталось фантазии разыграться и…

– «Двадцать третье декабря две тысячи пятьдесят восьмого года. Приказом, утвержденным Министром Обороны Соединенных Штатов, был открыт огонь из ракетных установок, установленных в Штате Колумбия, по неопознанному летающему объекту, предположительно вражескому космическому агрегату, разведывательного назначения. Объект был сбит и совершил падение на побережье Тихого океана…»

«Двадцать четвертое декабря. Космический агрегат оказался инопланетным пилотируемым кораблем, на борту которого были обнаружены и захвачены три выживших Инопланетных Существа (ИС) гуманоидного вида, пребывающих в бессознательном состоянии. Одиннадцать погибших ИС транспортированы в Научно-исследовательский Центр Вашингтона для изучения в подземном био-технологическом блоке «Легион». Далее дело вести под грифом "Совершенно секретно!". Произошедшую аварию выдать за нападение русского военно-транспортного космического корабля «Союз» особой модификации. Инопланетный корабль эвакуировать, к аварийному датчику прикрепить электромагнитную установку».

– Из-за предпринятой землянами меры мы не смогли найти вас сразу. Координаты были сбиты, и мы производили поиски в другом сегменте галактики. Но ничего не нашли, – произнес капитан Дантон твердым тоном.

– «Двадцать седьмое декабря, – снова принялась зачитывать материалы Кассиль. – Три Инопланетных Существа помещены в изоляционные блоки из высокопрочного бронированного стекла, где и пришли в себя. При доскональном осмотре погибших ИС, и последующем вскрытии, отмечено идеальное внешнее сходство с человеческой земной расой. Высокий рост, массивное телосложение мужских и женских особей, по отношению к человеку. Первичные и вторичные половые признаки – идентичны, строение внутренних органов – совпадение девяносто процентов. Преобладает астенический тип телосложения у женских особей, гиперстенический тип – у мужских. Строение наружного и внутреннего уха – соответствие шестьдесят процентов. Расположение завитков ушной раковины и анатомия евстахиевой трубы разительно отличаются от земных стандартов… Строение мышечного каркаса – совпадение восемьдесят процентов…»

Еще бы я понимала в этом хоть что-то! То, что уши красивей, тело сильней – это я уловила. Может, потому и со слухом у меня проблем никогда не было, а нагрузки давались без особого труда.

– «Из выживших ИС: мужских особей – две, женских – одна. При попытке войти в речевой контакт, ответ получили не сразу. Исследуемые объекты пришли в растерянность и психическую нестабильность. Мужские особи попытались освободиться, мистическим образом повредив бронированное покрытие до глубоких трещин. Был пущен ток по металлической сетке, вмонтированной в пол, после чего мужчины потеряли сознание. Последующая реакция женской особи повергла сотрудников в ужас. В изоляторе поднялся шторм, и повышенное электроизлучение уничтожило место содержания объекта. Система тревоги сработала мгновенно, и высокая доза седативного средства была введена ИС сотрудником посредством дротика. Принято решение создать новые изоляционные блоки с электропоглощением. Цитата: "Это было похоже на молнии, гром и грядущую снежную бурю! Ресницы и брови покрылись инеем сразу, как только стекло лопнуло. Случился стремительный упад температуры помещения. Хотелось бы верить, что это легендарное волшебство! Если это так, то исследуемые объекты смогут дать нам великий прорыв в военной индустрии!" Профессор Майкл Джонсон".

Пока Кассиль озвучивала начало записей, я думала, что мне просто читают какую-то научную фантастику, но как только прозвучало знакомое имя профессора, я напряглась.

– «Тридцать первое декабря, – пропустила чародейка пару отчетов. – Первый объект скончался. При попытке профессоров сделать мужской особи томографию головного мозга в состоянии бодрствования, но под действием нейролептических седативных препаратов, ИС перешло в форму "Х", как обозначили мы ее в последующем. Это потрясающее открытие! Камеры наблюдения зафиксировали превращение гуманоидного объекта в громоздкий скелет, объятый зеленым пламенем! Впоследствии погиб весь персонал, что находился с ним в одном помещении. Каким образом и что произошло, камере уловить не удалось, движения объекта были невероятно стремительными. Сотрудник, находившийся снаружи, пустил ток. В этот раз мощности было слишком много, и объект скончался сразу, как только вернулся в первоначальную форму. Реанимационные мероприятия проводить не решился никто! Цитата: «Вряд ли те, кто будут читать наши протоколы, поверят в то, что нам удалось лицезреть сейчас! Видео с камер отправить на экспертизу». Научный сотрудник Патрик Питерсон.

Второй объект полностью изолирован в новом блоке, все попытки обрести свободу пресекаются подачей электричества. «Похоже, мы нашли их слабое место». Доктор Майк Джонсон».

О-о-о! Я сейчас искренне жалею, что он уже скончался! Его бы смерть не была столь легкой!

– «Третий объект находится в медикаментозном сне, во избежание активации сверх способностей. Любой контакт приводит к пробуждению ИС».

«Пятнадцатое января две тысячи пятьдесят девятого года. Удалось провести томографию головного мозга и электроэнцефалографию второму объекту. Источник сверх способностей найти не удалось.

Результаты обследования: пониженная оксигенация крови, в результате наличия неизвестной ранее формулы гемоглобина. Требуется больший процент насыщения воздуха кислородом, для оптимального жизнеобеспечения организма. Цвет артериальной крови соответствует венозной человеческой (от насыщенно вишневого до синего)».

Теперь понятно, почему перекись шипела сильнее, чем у бабушки Люси. Хм… Бабушки ли?

– «Пятнадцатое сентября. Второй объект скончался. Выяснить источник преобразования сверх способностей не удалось. Приступаем к изучению третьего объекта».

«Восемнадцатое сентября. Объект пришел в сознание и вошел в речевой контакт! Выявлена новая сверхспособность! Женская особь приходила в себя тяжело, сотрудники пытались привлечь ее внимание. Посмотрев в глаза врачу Анне Паркер и повторив за ней несколько слов, женская особь заговорила на чистом английском языке, без акцента!»

А вот это уже интересно. Выходит, пока мы, с Люси Бастьен, говорили с Кассиль на земном, она его мистическим образом освоила?

«При попытке допроса, зафиксированный на металлическом стуле объект поведал нам крайне скудную информацию о себе и своем мире (запись прилагается в печатном и аудио вариантах). Мирный подход был проигнорирован, пытки не произвели должного эффекта, но привели к повышенной активности сверхспособности. Проводники удаленного элеткроэнцефалографа выдали повышение общемозговой электрической активности и сгорели, не проанализировав сигналы до конца.

Для предотвращения новых жертв был произведен удар электричеством. Искусственный ток произвел ожидаемый эффект, в то время как собственный электрический разряд не принес объекту никакого вреда».

– Я…не верю… – произнесла я как-то не очень уверенно. – Это не может быть правдой. Разве человек после такого выживает и остается нормальным?

– Эль, – вздохнула Кассиль. – Человек бы погиб сразу, но ты чародейка… Я не стала зачитывать все детали наблюдений. Наш вид регенерирует любые повреждения значительно быстрее, чем земной. Шансов пережить все это у нас значительно больше. Ты готова дослушать до конца и… прослушать запись?

– Раз начала… Да, доведем до конца, – кивнула я.

– Я пропущу до решающего момента… «Четвертое августа две тысячи шестьдесят первого года. Цитата: "За все прошедшее время собрать достаточное количество сведений не удается из-за сопротивления объекта и его стойкости. Приходится делать большие паузы, следить за состоянием ИС для того, чтобы сберечь его жизнь и не потерять единственный путь к совершенству и первенству в мире. После вынесения вопроса на Большой консилиумный разбор, было решено провести еще один допрос под напряжением».

– "Восьмое августа. Объект выказал очередное сопротивление и пустил в ход «магию». В результате научный сотрудник Эмма Джонсон погибла. Очередной удар током через проводники, подведенные к голове напрямую, лишил объект сознания. Произошел неожиданный побочный эффект. Женская особь поседела, но жизнедеятельность не прервалась".

Я замерла в ступоре, а окружающие Тени отчетливо заскрипели зубами. Голос Кассиль задрожал. Кто-то сел, кто-то вышел. Но я слушала дальше.

– «Одиннадцатое августа. Третий объект пришел в себя, с полным отсутствием зрения и памяти. Поступило распоряжение обучить ИС земной жизни и разработать легенду. Прирученный объект даст ученым больше возможностей для обследования. В спешном порядке к делу был привлечен тайный агент, актриса Люси Бастьен, и представлена объекту как единственная родственница».

Зашуршали листы, моя сестра пролистала дальше.

«Восьмое апреля две тысячи шестьдесят второго года. Объект развивается стабильно. Антропометрические показатели не меняются… Результаты поиска источника очередной раз не увенчались успехом. Приходит вывод, что сверхспособность заложена в генетическом коде. Молекулу ДНК составляют две незнакомые аминокислоты…».

«Двадцать пятое июля две тысячи шестьдесят третьего года. Объект отпустили на отдых по требованию под официальным присмотром актрисы Люси Бастьен».

«Двадцать девятое июля. Консилиумом было принято решение о рассмотрении возможности произвести первое опытное потомство от ИС…».

– Что?!!! – подскочила я на месте.

– Эливэйн, спокойно! Все обошлось! Я проверял, – подбежал ко мне Мистиф Ноган, пытаясь усадить на место.

Но мне было уже все равно, пространство вокруг заискрилось от напряжения.

– Включи запись! – велела я сестре.

Сомнений почти не осталось…

Видимо, Кассиль сначала обернулась к капитану, потому, что тот бросил бесцветным тоном «Включай» откуда-то из другого угла, не там, где я его слышала в начале.

Пару мгновений спустя в рубке зазвучал голос доктора Джонсона, и мой (несомненно, мой!!!) ответ послал его к какой-то Кхагартовой бездне и проклял всю его родню до сто пятого колена!

Я взорвалась жутким яростным криком, капитанский мостик заполнил зверский холод, я вспомнила всю ту боль, что перенесла, все те дни, что провела словно в бреду, но… Не вспомнила ничего о своей прошлой жизни. Это, действительно, правда! Электрические стулья, полы, постоянные провалы в сон и все эти обследования на протяжении шести с лишним лет! Боль! Они… хотели распорядиться моей судьбой! Оплодотворить без моего ведома и отнять дитя! Чудовища…

Вокруг поднялся ледяной хаос, он грозил разнести корабль по частям. Что-то падало, шуршало, разбивалось. Мое сознание тонуло в бездне пережитых мучений и ужасе, от чудом не состоявшейся судьбы.

Внезапно две пары надежных рук заключили меня в теплые объятия и крепко сжали. Кассиль? И… кто? Запахло грозой и… Тьмой. Не той, что стояла у меня перед глазами, а другой, могучей и обволакивающей, источающей свой специфический аромат.

– Элли, милая, – позвала меня сестра. – Уймись, прошу!

Я заплакала, потерялась во времени и пространстве. Меня подняли на руки и отнесли вместе с бушующей вокруг меня стихией в комнату с базиликтовой обивкой. Все стихло в тот же миг. Я успокоилась уже лежа в кровати, а рядом была только Кассиль. По крайней мере, мне так казалось. Я не думала ни о чем, просто позволила вечной темноте убаюкать меня и на время забыть о том, что успела пережить…

Боги, я хочу домой. Но… где мой дом?

– Оказывается, я убила его жену, а он, вместо того чтобы ее оплакивать, продолжал исследования, заставлял меня тренироваться и не выдал и грамма каких-то эмоций. Разве так можно?

– Это люди, – вздохнула Кассиль, что уже битый час слушала мои душевные излияния. – Никто не предполагал, что разумная раса, проживающая на новой для нас планете, может оказаться такой жестокой и бесчувственной.

Мне необходимо выговориться, и кто как не сестра выслушает и поддержит? Моя младшая сестренка. Сейчас в моей голове все улеглось по полочкам, и тот факт, что Эмма Джонсон погибла от моей магии, шокировал меня.

– У нас все иначе. Мужчины и женщины в паре становятся неразделимы. Смерть сета чародейки переносят очень болезненно. Но… при гибели самой чародейки за грань уходят и ее Тени.

– «Жили они долго и счастливо и умерли в один день», – произнесла я с иронией.

– Именно так, – мягко ответила Кассиль. – По нашим сказаниям, они провожают ее до Священных Врат, чтобы она могла переродиться вновь.

– Очень хочется верить, что ими руководит чувство, всем известное как «любовь». Тени на нее способны?

– Очень даже. – В голосе Кассиль проскочила улыбка. – По крайней мере, у наших с тобой родителей идет все, как надо.

– Ты говорила, у нас есть бабушка. А про маму еще ни слова.

– Я просто не успела. На тебя и так поначалу свалилось море информации.

– Расскажи, какие они?

Я подтянулась на новой просторной постели, в другой, оборудованной всем необходимым, каюте, и прислонилась спиной к переборке. Когда она произнесла первое заветное для каждого слово, меня охватила легкая дрожь.

– Мама у нас красивая златокудрая чародейка, но хрупкая и слабохарактерная женщина, одна из тех, кого сеты подчинили своей воле. Она слишком долго выбирала между двумя мужчинами, и в итоге они овладели ею оба.

– Это, что… У нас с тобой два папы?! – В моем голосе звучало искреннее изумление.

– Ага! – хихикнула сестренка. – И что самое интересное, они неплохо ладят друг с другом с самого начала. По обоюдной договоренности они всегда держат маму в поле зрения и берегут ее от всех желающих занять третье место подле нее. А как они ее называют? "Моя сладкая, ты же такая слабенькая, посидишь в сторонке, пока я этому настырному идиоту руки отрываю?" – Пока она произносила последнее предложение, интонация ее наиграно повышалась.

– А она? – позволила я себе усмехнуться.

– «Конечно, мой герой!» После этого второй папа тоже доказывает, что герой из него не хуже! И затем они дружно оттесняют ее к спальне. Ты не поверишь, я так рада была переехать в свой личный дом, когда достигла совершеннолетия! Слушать их постоянно невыносимо. Конечно, бабуля переплюнула весь наш род, с одним-то сетом, но… слава Богам, живет она тоже отдельно.

Я покачала головой, не спуская улыбки с лица, но все равно представить пока не могу, что подобные связи бывают.

– Бабушку зовут Мирлинда, деда – Шонар, маму – Ливана, одного папу – Эйден, на которого ты похожа больше, второго – Кейдеон, на него больше похожа я.

– По крайней мере, не запутаемся. Имена начинаются на одни и те же буквы, что и у нас.

– Нет-нет! – возразила весьма серьезно сестричка. – Кого-то одного воспринимать нельзя. Они оба наши равноправные отцы.

– Хорошо, я запомню.

– А лучше бы вспомнила… – тяжело вздохнула Кассиль, но тут же приободрилась: – Ибо родственников у нас столько, что всех перечислять невозможно!

– Ужас. Я надеюсь, перед ними реверансы воспроизводить не придется? – обреченно уточнила я.

– А это что такое?

– Учтивые поклоны.

– Не-е-т, что ты…

– Есть! – возрадовалась я.

– Только перед бабушкой и мамой.

Плечи мои тут же опустились. Я за свободу слова, демократию, и все такое прочее. А тут…

– И только один раз. После долгого отсутствия тебя будут встречать как блудную дочь.

– Это каким образом?

– С распростертыми объятиями, но и с повинной речью с твоей стороны. Я научу. В случае прощения тебя затискает вся семья.

– А в противоположном? – Я настороженно замерла.

– Отругают и все равно затискают. Думаю, тебе стоит настроиться на такой вариант. Ведь ты улетела внезапно, оставив… нас всех. Для тебя космос и звезды были страстью. Всегда. А что уж говорить о новой галактике с пригодной для жизни планетой. Новые связи, сотрудничества, экскурсии, торговля… Ты грезила всем этим.

– Что-то теперь не очень все это впечатляет. Может, потому, что я не вижу звездного света?

– Не знаю. В любом случае, ты поступила неразумно. Сбежала, в то время как тебе было велено сидеть дома. Межгалактические отношения поддерживать сложно. А ваша группа была ведущей в этом вопросе.

– А не сильно ли вы меня опекали? Должна же быть причина, почему я так резко сорвалась с места, помимо любви к путешествиям и открытиям.

– Ну, если только совсем чуть-чуть, – хмыкнула Кассиль. – Ты всегда была жутко самостоятельной, контроль за тобой был необходим. Надеюсь, пережитый опыт тебя хоть чему-то научил.

– И я надеюсь. Не ходи по моим стопам, ладно?

– Не обещаю, но постараюсь. Упертость, любопытство и повышенная самодеятельность – это у нас семейное.

Я откинула голову на назад и снова немного улыбнулась.

«Я не одна!» – счастливо билась в моей голове одна и та же мысль.

– Сегодня мы будем обедать в столовой в установленное порядком время. Я ознакомлю тебя с работой пищеблока. Твоя задача – выучить расположение необходимых кнопок на аппарате. Я буду помогать тебе первое время, но, как я успела заметить, казаться беспомощной ты не собираешься.

– Не собираюсь. Еще не хватало выглядеть в глазах Теней немощной. Тем более, может, мне показалось, что Адалис жаждет со мной пообщаться? Слишком уж он прямолинейный ход сделал при знакомстве.

– Ты верно заметила, твоя энергетика ему очень подходит. У него аж глаза засияли, когда ты вошла!

– Не отходи от меня, хорошо? Я не хочу обзавестись сетом раньше времени. Мне нужно адаптироваться.

– Договорились, – улыбнулась Кассиль и ободряюще коснулась моей ладони. – А сейчас как ты смотришь на то, чтобы пообщаться с бортовым медиком Мистифом Ноганом в присутствии капитана? У них обоих есть предположение, как можно решить твою проблему со зрением. Выслушаешь их?

Я, кажется, застыла в ступоре и, прежде чем дать однозначный ответ, уточнила:

– Есть шанс вернуть мне способность… видеть?

На миг мне показалось, что тьма, стоящая перед глазами, дала слабину и пропустила лучик света, который зажгла для меня "надежда"! Жизнь вдруг обрела яркий смысл, от чего я едва смогла усидеть на месте.

– Достоверно неизвестно, но что-то в их головы пришло.

– Да, я пообщаюсь с ними! Ты будешь рядом? – Мой голос содрогался от переполнившего меня волнения.

– Это не столь необходимо, капитан умеет хорошо контролировать любую ситуацию. Но сегодня я буду рядом.

Боже! Если они скажут, что есть реальный шанс прозреть, я зацелую их до смерти! Яркие краски, звездный свет, миллионы пейзажей и объектов для созерцания! Я так плохо помню все это, образы носят лишь предположительный характер, черно-белый цвет… Да, и помню ли вообще? Возможно, все представления о мире – лишь игра моего воображения. Из небольшого количества виденных мной снов только один был цветным и запоминающимся.

Кассиль поднялась, сделала пару шагов и нажала какую-то кнопку у двери на панели, как она мне пояснила еще в прошлый раз.

– Капитан Дантон, Эливэйн готова к беседе. Вы посетите нас?

– Да, конечно. Подойдем в ближайшее время.

После этого связь прервалась, а приятный тембр утих.

– Это издевательство! – произнесла я досадливо.

– Что именно? – обошла меня сестра и открыла встроенный в переборку шкаф.

– Не голос, а сплошное искушение! И как вот таким противостоять?

Кассиль засмеялась и помогла мне встать, чтобы переодеться. Наряд был схож со вчерашним, только на этот раз мантию мы пока надевать не стали. Мои руки и плечи остались открытыми, грудь надежно охватывал и прикрывал топ, округлые бедра снова прятали от посторонних глаз свободные брючки с широким матерчатым поясом.

– Я нормально выгляжу? Не вызывающе? Синяков под глазами нет? Я же прорыдала всю ночь! У меня, поди, все лицо отекло.

– Успокойся, дыши глубже, – усадила она меня на стул. – Все с тобой хорошо. Сейчас расчешем, заплетем тебя, наденем пару аксессуаров, и будешь конфеткой.

– Только не надо делать из меня сороку.

– Это кто?

– Двуцветная птица, которая тащит в гнездо все блестяшки без исключения.

– Не буду. Расслабься.

Пока сестра укладывала мне волосы, что-то в них вплетая, поинтересовалась:

– Ты так беспокоишься о своем внешнем образе, не понравился ли тебе кто-то из Теней ненароком?

– Не знаю. Как мне кто-то может понравиться лишь по одному разговору? – пожала я плечами. – Просто на Земле я не испытывала даже маломальских чувств к окружающим меня мужчинам. Мной они воспринимались как говорящие статуи. Ни голоса, ни прикосновения, ни специфический аромат не вызывали во мне никакого отклика. А сейчас от одной лишь беседы все мое естество содрогается. А аромат… Совсем другой, кружащий голову, – вспомнила я «запах» чужой Тьмы и мужчины, который ей обладает.

Темный дар будто говорил мне, что его обладатель сильный и надежный, верный, в меру покорный и… желанный, для меня. Я бы хотела снова ощутить эту Тьму вокруг себя, как вчера. Утонуть в ней, раствориться и узнать поближе ее хозяина. Но как же неловко обращаться с подобной просьбой к сестре. Начнутся расспросы, возможно, безобидные подтрунивания. Не хочу показывать ей, что так быстро я готова сдаться! Я должна быть примером.

И что же делать? Попробовать найти его самой? Для этого мне придется обнять, как минимум, половину команды! Правда… Можно сузить круг до четырех: Доктор Ноган, Адалис, капитан Дантон и второй навигатор Найтен Полз. Все они присутствовали на тот момент в Командном пункте.

Правда, теперь придется подпустить их к себе ближе, хотя еще мгновение назад я убеждала себя в обратном и намеревалась держаться от сарфирийских мужчин в стороне. Это неимоверно тяжело, как оказалось.

Еще одной трудностью для меня является их способность перемещаться бесшумно. Когда-нибудь настанет момент и Кассиль не будет рядом, а я на ощупь пойду в столовую, и тут за моей спиной раздастся чей-то бас, загоняющий мою душу в пятки. Я так второй раз поседею. Надо поднять этот вопрос сегодня же.

– Кассиль, – позвала я сестру неуверенно.

– Да?

Она как раз надевала на меня длинные бусы-роуп, унизанные редкими разнокалиберными камнями, на ощупь не гранеными, но с полированными краями.

– Мужчины Сарфиры всегда перемещаются так тихо? Почему я не слышу их шагов? На Земле я могла похвастать отличным слухом, а здесь я едва прослушиваю их дыхание.

– Не всегда. Просто они старались тебя не беспокоить первое время. Знаешь ли, на Сарфире довольно вспыльчивые женщины. Если чародейка чем-то крайне недовольна, она может не уследить за своим даром и невольно его активировать. Так как мы находимся на корабле с ограниченным пространством, да еще и в космосе, любое проявление силы может выйти всем нам боком. Так что даже здесь у нас есть преимущество. Доводить тебя до белого каления никто не станет.

– Это радует. Однако мне бы было спокойней, если бы я их слышала. Так не будет неожиданностей, и в данном случае меньше риск, что я отреагирую на их явление неадекватно.

– Хорошо, – улыбнулась Кассиль. – Я поговорю с ними.

– Много ущерба я принесла вчера? Мне кажется, что-то упало и разбилось, – мне стало неловко, должна была поинтересоваться сразу.

– Обошлось, – отмахнулась сестра. – Слушай, у тебя раньше уши были проколоты. А сейчас все затянулось. Как ты смотришь на то, чтобы снова это сделать?

– Эм… Это же больно, да?

– Несомненно, но ненадолго, – задумчиво отозвалась она.

– Я… Даже не знаю. Слишком свежо воспоминание о событиях двухгодовалой давности, – закусила я губу и нервно сжала края стула, надежно вмонтированного в пол.

– Не волнуйся. Это может сделать и бортовой медик, и я, в крайнем случае.

– Согласна. Но могу дать гарантию, от моих воплей будет сотрясаться весь корабль.

Кассиль лишь весело хмыкнула, и в то же время в дверь раздался стук.

– Готова? – уточнила она у меня.

Я кивнула, сожалея, что чернота перед глазами не может хоть на секундочку раствориться и дать мне полюбоваться Тенями. Боже! До чего любопытно, как они выглядят: в жизни, работе, и поединках, о которых говорила Кассиль.

– Войдите, открыто.

Дверь уже привычно вжикнула, отъезжая в сторону и пропуская двух мужчин. На этот раз я слышала их тяжелые шаги, равномерное глубокое дыхание и вежливое покашливание бортового медика, который, видимо, и будет доводить до меня суть разговора.

– Доброе утро, леди. Как ваше самочувствие? – обратился ко мне Мистиф Ноган, с приятным акцентом в голосе.

– Спасибо! Благодаря Кассиль – прекрасное!

– Замечательно! – искренне поддержал меня мужчина. – У меня есть предложение. Не поймите меня неправильно, но я предлагаю провести беседу в медицинском кабинете, где смогу, с вашего дозволения, сразу оценить ваше состояние и ознакомиться с некоторым оборудованием, которым вынуждены уметь пользоваться все члены экипажа и пассажиры.

Я немного напряглась. Боязнь и ненависть к медицинскому оборудованию во мне закрепились, наверное, на всю жизнь.

– Леди Эливэйн, – внезапно взял слово капитан Дантон. – Вам нечего опасаться на нашем корабле. Никто не будет ничего делать без вашего согласия. Максимум, поинтересуются, как ваше самочувствие и снились ли вам цветные сны.

Ох, если лично он будет спрашивать меня об этом каждый день подобным тоном, я согласна на все!

– Хорошо, – кивнула я сдержанно.

Подхватила меня под руку младшая сестрица, и мы покинули каюту вслед за мужчинами.

– Долго ли нам еще лететь до Сарфиры? – решила вдруг спросить я.

– Месяца полтора, может, два, – ответил капитан, следуя позади. – Все будет зависеть от возможных препятствий на нашем пути.

– Препятствий? – вздернула я бровь заинтересованно.

– Астероидные потоки – довольно частое явление. Мы стараемся избегать встречи с ними, а для этого приходится делать обходные пути.

– Но это не так страшно по сравнению с Черной Дырой, которую нам стоит преодолеть, – добавила Кассиль.

– Что?! Как это, преодолеть?

На какое-то время повисла тишина после виноватого "Ой!" моей сестренки. Видимо, меня не хотели беспокоить ожидаемой опасностью.

– Мы пролетим сквозь нее, – наконец ответил на вопрос капитан Дантон.

– Разве это возможно? Ведь нас затянет притяжением, и его внутренние силы расплющат корабль на части, если только мы не сгорим раньше?

– Так вышло, что данный космический объект стал пространственным коридором, который ведет в один конец. До Земли мы добирались долго, но по пути обнаружили его. Таких коллапсаров во вселенной достаточно много, у нее отсутствует истинная сингулярность, потому нам не составило труда выяснить, что данный объект является телепортом.

Я заинтересованно слушала, не перебивая капитана, продолжая следовать вперед вместе с Кассиль.

– Навигаторы вычислили точку выхода. После удачного маневра мы выскочим в непосредственной близости от нашей галактики.

– А что, полет может быть еще и неудачным?

– Были трагические случаи, неоднократно. Приливные силы дыры для нашего межзвездного корабля, с его скоростью, нам не так страшны. Главное – четко рассчитать момент между радиоактивными лавовыми выбросами. Если мы преодолеем горизонт событий, то не сможем покинуть гравитационный радиус коллапсара.

– Иными словами, – пояснила мне Кассиль, – если мы приблизимся к Черной Дыре достаточно близко, обратного пути не будет. Поэтому задача навигаторов – рассчитать точное время для совершения маневра, а пилотов – безошибочное его исполнение.

«Кошмар!»

– И… как скоро мы ее достигнем? – мой голос дрогнул.

Несмотря на это, в данный момент я радовалась, что не увижу ничего! Это же какая выдержка должна быть, чтобы спокойно смотреть на то, как тебя несет в объятия «смерти» и хладнокровно контролировать ситуацию?!

– Уже через неделю, если по пути не встретится других препятствий.

Блеск! Нет слов, одни эмоции. Буду ли я сидеть как на иголках? Нет. Не люблю бояться заранее. Вот как достигнем дыры, тогда и будем думать, за чьей спиной прятаться.

Дорогу до медицинского блока я, в итоге, не запомнила. Когда двойные двери разъехались в сторону, пропуская нас внутрь, привычного и напрягающего меня запаха медикаментов не было. Это позволило мне немного расслабиться.

– Медицинский кабинет довольно просторный, – начал проводить инструктаж Мистиф Ноган. – Здесь всегда исправно работает вентиляция и регулярно проводится дезинфекция помещения в наше отсутствие. Свет включается автоматически, легкий щелчок, что вы сейчас услышите, проинформирует вас об этом.

И он первым сделал шаг внутрь. С двух сторон раздался синхронный щелчок стартеров.

– Теперь все помещение освещено достаточно хорошо. Так же, когда вы заходите в блок, автоматически подается питание на «репарационную капсулу», самое необходимое оборудование на корабле, после пищевого аппарата, разумеется. Предусматривая все непредвиденные случаи, капсулу расположили слева от входа, вдоль переборки.

Бортовой медик приблизился к нам и вежливо предложил:

– Позволите провести вас к ней?

Я отпустила Кассиль и протянула руку вперед. Теплая широкая ладонь аккуратно перехватила мою, гораздо меньшую, и потянула за собой влево.

– Делаем три шага, протяните вторую руку вперед, и вы упретесь в крышку медицинского оборудования.

Я последовала указанию и начала знакомиться с капсулой.

– С ее помощью мы залечиваем раны, абсолютно любые, от простого пореза до несовместимых с жизнью.

– Но ведь небольшие порезы легко заживают у нас сами? – поинтересовалась я, отметив, что контейнер большой и вместит в себя меня вместе с сестрой сразу, даже тесниться почти не придется.

– В космосе любое ранение может значительно помешать работе персонала. Например, на приборной панели свыше сотни кнопок разного назначения. Порой для вывода определенной комбинации команд пилот вынужден пользоваться всеми пальцами. В случае входа корабля в пояс астероидов происходят сильные встряски, не все успевают занять кресла и пристегнуть ремни, случаются падения и серьезные ушибы. Данная техника помогает справиться и с этой проблемой довольно быстро. Но в случае серьезного ранения, большой кровопотере или потери жизнедеятельности какого-либо органа регенерация займет довольно продолжительное время. От трех-четырех часов до трех суток, в зависимости от тяжести состояния. Вам, как и всем членам экипажа, необходимо уметь запускать восстановительный процесс. Пострадавшей можете оказаться вы. В случае если помощь оказать вам некому, вы должны будете сами задать капсуле программу на восстановление. Делается это не сложно. Сначала необходимо отсканировать ваше текущее состояние, запомнить, каким является тело в здоровом виде. Эта информация сохраняется в базе данных встроенного в капсулу компьютера. Ваше сканирование мы выполнили сразу после того, как поправили ваше здоровье и инактивировали полученную на Земле дозу облучения. Также в базе данных уже есть данные всех членов экипажа.

Мою ладонь аккуратно сместили влево.

– Панели две: кнопочная и сенсорная. Кнопки всего три. Первая, – под мою руку попала квадратная кнопка, – сон. Анабиозная функция. Ее в медблоке мы не используем, достаточное количество капсул находится в соответствующей комнате, на нижнем этаже. Вторая кнопка, – теперь треугольная, – задает программу на восстановление. Жмете ее, и пока аппаратура прогревается и открывает свою базу данных, вы размещаетесь внутри. Как только вы готовы к лечебному процессу, жмете третью, круглую кнопку.

Далее мою ладонь завели внутрь капсулы.

– Она герметизирует крышку, активирует подачу смеси дыхательных газов и запускает сканер. После этого вы можете поспать, а компьютер подберет ваши первоначальные данные и произведет восстановление организма посредством лазера и биоматериалов.

– Здорово! – заинтересованно изучила я репарационное оборудование снова.

Большой вытянутый контейнер, вмещающий в себя чело… сарфирийца, прикрывается крышкой из высокопрочного стекла и в одном из концов имеет блок управления с двумя панелями. Кнопки крупные, найти легко, используются без затруднений.

– Я запомнила.

– Отлично! – Мистиф Ноган позволил себе довольно улыбнуться. – А теперь присядьте в кресло, и мы с вами поговорим о вашей дальнейшей перспективе.

Все так же за руку меня медленно проводили в центр комнаты и усадили в мягкое удобное кресло, на котором можно было перейти в любое необходимое положение. На данный момент его спинка откинулась немного назад, а под ступни удобно подъехал валик.

– Пока мы с вами побеседуем, я активирую диагностический сканер, и еще раз проверю состояние вашего головного мозга. Не волнуйтесь, он абсолютно безопасный. Вы даже не заметите, как пройдет обследование.

– Я в порядке. – Пришлось уверенно кивнуть, навострив ушки, и удобно устроить руки на не менее мягких подлокотниках.

Еще несколько напряженных секунд ушло на то, чтобы активировать упомянутый сканер.

– Значит, – начал взволнованно наш семейный врач, – вариант такой. На Сарфире есть священное место, куда допускают обычных граждан крайне редко. Величают его "Колыбелью Жизни". Раз в год всех новорожденных чародеек приносят туда для… как подобрать слово-то.

– Крещения, – помогла ему Кассиль, используя земной термин.

– У нас этот обряд называется «Солун». Все женщины, с самого рождения, проходят омовения и в последующем почитают Высшего Духа, что обитает в недрах озера.

У меня перехватило дыхание от возможной догадки.

– Фиолетового? Под землей?

В кабинете зависла тишина, ясно говорящая о том, что я угадала, и мои собеседники недоуменно переглядываются.

– Ты помнишь? – приблизилась ко мне Кассиль.

– Я видела его во сне, – пояснила я взволнованно. – Совсем недавно… Вернее, уже два месяца назад. Оно находится под землей, в окружении ярких деревьев и кустов, вода в нем безмятежная, играет радужными бликами в звездном свете, что проникает сквозь земляную трещину.

– Да, – задумчиво ответил капитан Дантон, а доктор Ноган принялся анализировать полученные данные обследования. – Это оно. Вода в нем обладает чудодейственными свойствами. Каждый год дух Озера позволяет взять нам определенный объем воды для разработки медикаментов. В безысходных случаях к нему может прийти страждущий и попросить помощи… любой, и он исполнит ее, если сочтет нужным. Мы хотим посетить «Колыбель» и искупать вас в ее водах.

Я задумалась. В мыслях промелькнуло сомнение, что если ничего не выйдет и местное Божество не поддержит меня?

– Элли, – обратилась ко мне сестра мягко, проследив за сменой эмоций на моем лице. – Я думаю, волноваться не стоит. Все, что происходит в нашей жизни, – неспроста. Озеро не зря явилось тебе из недр памяти. Надейся на лучший исход.

– Да. Я думаю, пока воздержусь от размышлений на эту тему, насколько смогу. Будем гадать, когда вопрос встанет ребром. Спасибо. Эта новость действительно меня порадовала.

– Ну, раз все основные вопросы решены, давайте о вашем здоровье, – снова взял на себя слово бортовой медик. – В целом все неплохо, если не брать в расчет зрительные мозговые центры и центр памяти. На затылочной доле головного мозга сильно пострадала корковая часть и частично подкорковая. Почти аналогичная картина наблюдается у височных долей. Радует, что слуховые центры в них не пострадали. Восстановить в «репарационной капсуле» их не получится, сами понимаете. В базе данных нет ваших исходных данных, только те, что имеем на сегодняшний день. Единственный реальный вариант, что они сохранились на корабле, который потерпел крушение на Земле. Но я сомневаюсь, что земляне не докопались до этого и не повредили аппарат. Что касается капсул, находящихся на этом корабле, по прибытии оборудование проходит техническое обслуживание, и все данные удаляются, чтобы не получить сбой программы из-за перегрузки. На Сарфире техническое обслуживание оборудования проводят раз в полгода. Так что…

– Дома моих данных тоже нет, – заключила я печально. – Спасибо, доктор Ноган. Я вас поняла.

– Позвольте нам откланяться, – пролепетала Кассиль. – Нам пора обедать. И вам, кстати, тоже. Идемте в столовую?

– Да, можно было бы, – ответил ей Мистиф Ноган с довольством. – Сегодня я планировал освежить воспоминания о Рассуле с рублеными биточками.

– Ужас, – высказала она свое мнение, помогая при этом мне подняться. – Как его можно есть?

– Мужской деликатес, – невозмутимо поддержал доктора капитан и первым вышел из кабинета.

Мы шли совсем недолго, однако одна невеселая мысль меня посетила. Вернее, вопрос, который я очень хотела задать, но не рискнула, боясь испортить всем настроение и спугнуть аппетит. Не сейчас.

Когда мы вошли в отведенное для трапезы помещение, я поняла, что мы в нем будем не одни.

– Доброго дня, леди Эливэйн, – хором отозвались оба пилота, инженеры и механики.

Надо же. Я еще не забыла, кого как зовут и кому чей голос принадлежит. Особенно этот:

– Здравствуй, Эливэйн, – раздалось совсем рядом, по телу побежали мурашки от противоречивых эмоций, окутавших меня в одно мгновение.

– Адалис, можно попросить лично вас, – выделила я намеренно последнее слово, – не подкрадываться ко мне так тихо.

– Прошу прощения, – отступил немного в сторону сарфириец. – Я не хотел тебя напугать. Просто не удержался и решил подойти. Составишь мне компанию за столом?

Ответить я не успела, меня опередил капитан.

– Адалис, – в его голосе проскочили стальные нотки. – Леди собирается ознакомиться с устройством пищеблока и синтезатором пищи. Если не будешь задерживать девушек, они успеют подкрепиться до ужина.

После небольшой паузы мой якобы знакомый из прошлого сдал позиции.

– Хорошо, – ответил он капитану не менее «приветливо», после чего вновь обратился ко мне. – Позволишь с тобой пообщаться сегодня?

Я открыла недоуменно рот, думая, что бы ответить, ведь я не помню этого мужчину, не знаю чего ожидать от него, а главное, не имею понятия, как он выглядит. Но обижать его тоже не хотелось, Кассиль же подтвердила, что мы были знакомы.

– Да, конечно, – в итоге выдавила я из себя смущенным тоном, но сестренка поправила ситуацию.

– Только в моем присутствии!

– Разумеется, – добродушно поддержал ее позицию Адалис. – Ну, так до вечера?

Мою ладонь аккуратно подхватили кончиками пальцев и поцеловали, нежно коснувшись губами тыльной стороны кисти. Этот жест затянулся настолько, что мне казалось, прошла целая вечность, а кожу обожгло пылким пламенем.

«Так нечестно! – забилось истерично все мое нутро. – Они, значит, могут «давить» на меня подобным образом, вводить в трепет, заполонять собой мои мысли, а я нет? Спокойно! – сказала я сама себе. – Я не буду мстить, ведь я не хочу выставить себя в нехорошем свете, верно? Это не земные мужчины, а Тени, у которых нельзя идти на поводу».

– Скорее веди меня к этому синтезатору, – шепнула я в противоположную сторону сестре немного нервно.

– Идем. От входа налево.

– Удобно. Не запутаюсь.

Я для надежности еще и рукой прикасалась ко всему, что попадалось под руку.

– Здесь столы и стулья тоже вмонтированы в пол и стоят надежно. А вот и он, – переложила она мои ладони на массивную технику, сильно напоминающую по форме холодильник, только с внушительной выемкой чуть ниже центра и чистым подносом внутри.

– Принцип действия прост. Еда здесь синтезируется из белковой, углеводной и жировой смеси, с добавлением приправ и ароматизаторов. На сенсорной панели есть меню и клавиатура, с помощью которых выбираем себе одно из блюд, чей рецепт заложен в программе. Помимо этого, блюдо, при желании и умении управляться с данным аппаратом, можно создать свое. Минусы – это не натуральная пища, потому запах и вкус немного могут отличаться от настоящих продуктов. Плюсы – воспользоваться синтезатором можешь в любое время. Что касается ручной панели – здесь тебя ждут сложности. С кнопками мы сейчас разберемся, но тебе придется запомнить порядковые номера тех или иных блюд. Так как наши продукты ты не помнишь, можешь постепенно попробовать все и остановиться на том, что тебе придется по вкусу.

Далее Кассиль объяснила принцип выбора блюда: горячего: гарнир отдельно, мясо отдельно; напитков: "вверх" – холодные, "вниз" – горячие; десерта. Последний пункт меня позабавил. Даже в космосе эта раса не отказывает себе ни в чем.

– Давай, на сегодня ты запомнишь порядок своих любимых блюд, что ты предпочитала на Сарфире.

– Было бы неплохо, – охотно согласилась я.

Это еще одна возможность узнать о себе хоть какую-то мелочь. После того как я четко запомнила все комбинации, Кассиль запустила синтезатор и велела мне сместиться на два шага вправо.

– Здесь, – переложила она мои руки на другое кухонное устройство, – посудомоечная машина. Знать тебе нужно всего две кнопки, открыть дверцу, положить посуду на решетчатую полку, захлопнуть и запустить. После того как посуда будет вымыта, она автоматически возвращается на полки синтезатора. Все продумано, удобно и просто.

– Действительно.

– Так, бери поднос и разворачивайся на сто восемьдесят градусов. Сделав два шага вперед, ты упрешься в стол.

Мы с удобствами разместились и приступили к трапезе.

– Вкусно! – откликнулась я, попробовав сразу все, что себе набрала.

Кассиль захихикала, наблюдая за моей спешкой.

– Смотри, поперхнешься.

– Я люблю вкусно поесть, а блюда просто замечательные!

– Это ты еще настоящие не ела. Вернее, не помнишь.

Долька грусти прочно обосновалась у меня в груди. Какое-то время мы молча обедали, экипаж уже разошелся, оставив нас одних.

– Кассиль, – вдруг спросила я. – Ты же первый раз в космосе?

– А как ты догадалась? – уточнила сестренка заинтересованно, отправляя очередную порцию десерта в рот.

Послышался ее блаженный вздох, а я отметила на будущее, что она обожает кафарэ, по составу напоминающее арбузное мороженое.

– Ты упоминала, что не так давно достигла совершеннолетия. Я и подумала, хотя могу ошибаться.

– Ты права. Я впервые в космосе. Просто за то время, что мы провели в ваших поисках, я успела привыкнуть к «пейзажу за окном».

Удобный случай задать тот самый вопрос, что так и просится наружу.

– Стоило ли рисковать всем вам ради четырнадцати сарфирийцев?

– Элли, каждый сарфириец того стоит, особенно чародейка. Особенно ваша группа. Каждый твой напарник приходился родственником или просто близким человеком членам нашего экипажа. Мы не могли оставить вас и должны были выяснить, куда вы пропали.

Я временно даже жевать перестала. Выходит, команда этого корабля надеялась отыскать своих родных, а нашла лишь меня?

– Не грузись, – отметила упадок моего настроения Кассиль. – Уже два месяца прошло. Все улеглось. Помнишь? Я говорила тебе, что ты знакома с половиной присутствующих здесь. Они рады, что ты уцелела и протянула на чужой, не исследованной планете, так долго. К слову, капитан по прибытии на Сарфиру намерен поднять вопрос о запрете доступа граждан с планеты Земля в Межгалактический Союз.

– Не слишком ли опрометчивое решение? – изумилась я.

– Думаю, нет. Я поддерживаю позицию Дантона Стронга. Одной той папки с Земли достаточно для вынесения однозначного решения Большим Советом. Я уже говорила, что читаю тебе не все, опуская страшные детали. Земляне могли и поприветливей вас встретить, а не накачивать лекарствами и запирать в клетки.

– То была одна страна. Кто знает, что из себя представляют другие? И в то время как мы явились туда, судя по датам в личном деле, шла Третья Мировая Война. И закончилась она за год до того, как я потеряла зрение и память. Вполне логично, что они приняли наше явление в штыки.

– Ну, не знаю, – вздохнула младшая родственница, дунув на челку. – Война не повод к безобразному насилию. Ну, сбили они вас по ошибке. Обнаружив Инопланетных Созданий, они должны были поступить гуманно, а не сажать вас в стеклянные ящики и наблюдать, как за зверем, периодически пуская ток. И ты забываешь, земляне за счет вас искали выгоду, чтобы выиграть в войне.

– Ладно. Посмотрим, что ответит этот Большой Совет. Кстати, о нем. А кто туда входит? – поинтересовалась я, не забывая работать ложкой.

– Несколько разумных рас с разных планетных систем Гелеона, – задумчиво ответила она и решила рассказать все сразу. – В нашей звездной системе самой крупной и развитой планетой является Сарфира. Есть еще две, одна из них обитаема, но в совете местные жители не участвуют. Называют ее Маллон. Она самая маленькая и находится ближе всего к нашей звезде – Цереону. Однако на ней много полезной и вкусной растительности произрастает, и торговлю с Маллонцами мы поддерживаем. А вот третья, удалена от Цереона и идет после нашей. Зовут ее Трамптан. Разумных рас на ней нет, лишь крупные виды животных с густым и теплым мехом. Вся планета снаружи покрыта льдом, но имеет под его толщей большое разнообразие полезных ископаемых. Сарфирийцы регулярно летают туда и добывают их. Отчасти благодаря сокровищам Трамптана наша планета держит первенство в союзе. Кстати, Сарфиру в совете представляют Королева, что исполняет обязанности президента на нашей планете, и Чезар Школы Теней. По земному – ректор, он же Верховный Тень.

Второй расой, что входит в совет, являются Итарцы. Они обитают в другой системе и представляют ее сразу от имени двух своих планет. Говорят, они оборотни из семейства кошачьих, но об этом я знаю очень мало, ведь поучиться в институте еще не успела, недавно только школу закончила… с тройками, – буркнула Кассиль, а я насмешливо фыркнула. – Затем Валорцы и Теодонийцы. Все они очень похожи на нас, но и о них я тоже мало что знаю. У первых насыщенно красная кожа и длинные черные волосы, у вторых, наоборот, насыщенно черный покров. А вот безумно умные Торшредеры уникальны! С зеленой кожей, полностью покрытые чешуей неприятного зеленого цвета, грудь щуплая, череп вытянут назад, глаза черные, крупные, я бы даже сказала, каплевидные, и если передние конечности отдаленно напоминают четырехпалые руки, то четыре нижние конечности схожи с острыми клинками. Представь ножки паучка, только вместо волосатых лапок острое оружие. После того как они посещают наш космодром и центр межгалактического сотрудничества, паркет, фирпласт и плитку приходится менять.

– Фирпласт? – уточнила я сразу, не отходя от темы.

– Мягкое синтетическое покрытие, хорошо моется, но быстро теряет цвет.

"Чем-то похож на линолеум" – отметила я сходство, допивая остывший "чай", который у сарфирийцев называется сбором, с «брендовой» приставкой к нему.

– Торшредеры из-за их анатомических особенностей не могут реализовывать свои идеи и разработки в полной мере, а потому они охотно сотрудничают с нашим Союзом. Остальные не так важны, – в этом месте ее голос приобрел мрачную окраску.

– Что? – спросила я твердо, намекая, что перемена в ее настроении не утаилась от меня.

– Есть еще одна, довольно крупная раса из другой галактики. Она пока единственная из всех, кого большой совет не допустил в Союз Межгалактический Республик.

– Почему?

Кассиль вздохнула, буркнула себе под нос «Дантон меня убьет» и поведала:

– Называется эта раса Кхагартами. Лично мы, сарфирийцы, считаем их дикарями и пиратами. Несмотря на то, что их корабли смело бороздят космические просторы на своей планете Скар, по слухам, они предпочитают соблюдать зверские традиции. Все кхагарты хищники, питаются мясом. Они захватывают чужие корабли и берут всех разумных существ в плен. Что они с ними делают, нам неизвестно. Кто-то говорит, что они становятся рабами, кто-то – жертвами обрядов. На контакт с Союзом они не идут уже примерно тысячелетие. Потому их мир закрыт для нас законом. По описанию, кхагарты похожи на нас, массивного телосложения, в космосе носят темную форму, но глаза желтые, с вертикальными зрачками, вместо рта – пасть, полная острых клыков. Толстая кожа и шипы, что увенчивают голову и локтевые сгибы, напоминают расцветкой кору дерева, серо-коричневую, разных оттенков. Она позволяет им маскироваться в лесах своей планеты, а длинный гладкий хвост – перемещаться в пространстве, при этом надежно цепляется за ветви деревьев.

Представила я себе этакого серого чело-ящера, с шипами и тем самым хвостом, дорисовала зубы, когти и ужаснулась.

– Зрелище, видимо, премерзкое. Может, спустя тысячу лет эта раса изменилась и сменила свои принципы на новые, более культурные?

– Кто их знает. Пиратство они не бросили и неизменно нападают на космические корабли все снова и снова. Но вот забавный факт: при стычках с ними Союз никогда не обнаруживал женских особей, только мужских. В живых их не оставляют, потому как вырвется такая юркая тварь и разорвет на части голыми лапами половину встречных на его пути. Были прецеденты. У нас даже патруль космический есть, что бережет основные транспортные пути от их нападения. Патруль составляют представители всех рас, входящих в союз. Еще один плюс выгодного сотрудничества.

– Точно. А что, пиратами являются исключительно кхагарты?

– В большинстве случаев.

Сбоку от нас раздалось грозное «Кхм-кхм!», заставившее меня подпрыгнуть от неожиданности.

– Кассиль, я же просил не тревожить нашу пассажирку понапрасну? – с упреком в голосе произнес капитан.

– Так уж вышло, – ответила она виновато.

«Болтушка» – буркнул он себе под нос, заставив меня улыбнуться, после чего ушел, снова оставив нас одних.

– Подумаешь, – тут же возмутилась сестра. – Ты у нас всегда была сильной. Никакими историями о пиратах-мясоедах тебя напугать было невозможно.

– Я предпочитаю бояться, когда того требует ситуация. Трястись заранее – только нервы тратить.

– Правильно. Давай соберем посуду и пройдем назад, в твою каюту. Вот-вот должен будет Адалис заглянуть.

При упоминании о нем, у меня в груди застрял ком. И почему я испытываю к нему так много противоречивых чувств? Общались-то всего немного. Что-то здесь не так.

Когда в дверь каюты постучали, я уже не находила себе места. Металась из угла в угол, благо препятствий на пути не встречалось, а младшая сестричка спокойненько себе сидела и наблюдала за мной со стороны. О чем мне с ним говорить?

– Кто? – спросила я взволнованно в динамик, отыскав на ощупь необходимую кнопку на дверной панели.

Кассиль тут же оказалась рядом и стала контролировать мои действия, ничего не подсказывая без надобности.

– Адалис.

Дверь вжикнула, и я застыла на пороге, смотря все в ту же темноту перед собой. Вместо черных очков моя, на данный момент, единственная подруга смастерила мне синюю широкую ленту, украсив ее россыпью мелких драгоценных камней. Так что теперь я не буду никого смущать своим страшным видом и широкими зрачками.

– Хорошо выглядишь, – оценил Тень ее старания. – Лента очень идет к твоим белым локонам. Пройдешься со мной по коридорам?

– Можно было бы, – одобрила я его инициативу. – Я не запомнила путь к медицинскому блоку. Проведешь меня снова?

– Разумеется, – в его мягком тембре проскользнула улыбка, и это помогло мне расслабиться.

С сестренкой мы договорились, что она будет следовать позади и контролировать ситуацию. Если что-то ей покажется неправильным в поведении Тени, она вмешается. К счастью, долго ей скучать не пришлось. Компанию Кассиль составила Вандет.

– Можно? – подхватил Адалис мою руку и удобно расположил ее на своем предплечье.

– Да, так будет удобней.

На этот раз я старалась запоминать дорогу. Оказывается, просто нужно было свернуть от каюты влево и идти прямо по коридору мимо большой развилки.

– О чем ты хотел со мной поговорить?

– Просто пообщаться. Тебя не было восемь лет. Это довольно много, несмотря на нашу продолжительность жизни.

– Так уж вышло, – пожала я плечами. – Как мы познакомились?

– В Космо-инженерном университете. Ты училась на втором курсе, а я пришел на первый.

– Ты младше меня?

– Нет. Просто мужчины в Школе Теней учатся гораздо дольше, чем чародейки в своей.

– То есть школы у нас разные, а вузы для обоих полов?

Мы шли медленно, страх с меня совсем ушел. Загорелся интерес как к беседе, так и собеседнику. Приятный голос, располагающая аура, крепкая, рельефная рука надежно меня поддерживает и ведет вперед. Но специфического запаха его Тьмы уловить не удается.

– Верно. Сначала нас учат управлять способностями, затем уже обучают профессиям. И так вышло, что интересы у нас с тобой оказались одинаковыми.

– Мы… встречались? – осмелилась задать я вопрос.

– Не сказал бы. Ты всегда держала всех на расстоянии, а пару походов в кино сложно было назвать свиданиями.

– Что ж, по крайней мере, честно, – улыбнулась я.

Далее мы разговаривали о студенческой жизни, событиях, что удалось пережить вместе, сессиях, чудачестве преподавателей, традициях учеников. Коснулись учебной программы, и я ужаснулась тому, сколько всего интересного, оказывается, когда-то знала. Летала на Маллон и Трамптат, восторгалась россыпью звезд в бесконечном пространстве вселенной и во время прохождения практики уверенно заявляла, что побуду на каждой. В какой-то момент из-под ленты по моей щеке скатилась счастливая слезинка, которую бережно подхватила мужская рука.

– В детстве нам, Теням, матери читали сказки, в которых говорилось, что слезы Чародейки могут обратиться в драгоценные камни. Но случается это только тогда, когда их переполняет счастье.

Сейчас я была счастлива! Внимание… как мне не хватало подобного внимания. Голос Адалиса привносит в мою душу покой и чувство уверенности в его обладателе. Однако…

– Элли, – окликнула меня Кассиль, прежде чем я хоть что-то на это ответила. – Собери волю в кулак.

Точно! Я тут уже расслабилась и стала мягкой и беззащитной перед ним, как… свежий зефир перед ребенком, жаждущим сладкого. Боже! Ну и сравнение! Что только в голову не придет, когда пытаешься отвлечься от ненужных навязчивых мыслей.

– Я слышала, как вы с капитаном ругались вчера, – не очень удачно перевела я тему, но уж как получилось. – Кассиль сказала, у вас есть давние разногласия. Вы не пробовали их как-то мирно решить?

– Увы, мирно, вставшую между нами вражду решить практически невозможно, – довольно серьезно ответил Адалис. – Но она не помешала нам объединиться и отправиться на поиски вашей команды.

– Что ж, хоть это радует. А что из себя представляет школа Теней? – подобрала я следующий интересный вопрос.

– Это самая важная школа для каждого мужчины на Сарфире. Там мы учимся пользоваться даром Тьмы, контролировать ночное обращение, переходить в Тень днем, помимо этого, осваиваем боевые искусства и основные умения сарфирийцев, что позволяют нам определиться с дальнейшей профессией.

– Например? – увлеклась я.

– Обычные науки – как обязательные школьные предметы, и подбор хобби. Каждый сарфириец умеет замечательно готовить. Процесс готовки успокаивает наши нервы, а хаос в голове, возникающий после тяжелых трудовых будней, укладывается. Кто-то ходит в техногенную секцию, кто-то дополнительно на селективные боевые искусства, как вариант – ботанический и ветеринарный кружок.

– Даже так? – изумилась я и улыбнулась.

– Примером тому является Мистиф Ноган. Он посещал два последних, плюс находился «под крылом» продвинутого в свое время лекаря. Теперь он семейный врач вашего рода, Снежных Чародеек.

– Снегурочек, – буркнула я себе под нос.

– О таких не слышал, – услышала я веселое замечание в ответ.

Все, конечно, замечательно, но я слегка утомилась.

– Спасибо за приятную беседу, – попыталась свернуть я нашу прогулку. – Но сегодня я узнала много нового и хочу отдохнуть перед ужином в компании Кассиль, все взвесить. Принять для себя какие-то выводы. Ведь после того как мне внушили сначала одну, вполне реальную, историю моей жизни, очень трудно принять новую, со всеми ее традициями. Давай вернемся?

– Конечно, как вам будет удобно, леди, – наигранно пошел на поводу у меня Адалис, поворачивая в нужный коридор.

В итоге мы задержались у моих дверей еще минут на пятнадцать. Я от души посмеялась над его репликами и сделала вывод, что день прошел замечательно.

Когда я оказалась в своей каюте с сестрой один на один, тут же уточнила.

– Я слишком быстро поддалась эмоциям, да?

– Есть немного, – ответила она задумчиво. – Я уже представляю, какие перед тобой могут возникнуть трудности. Попробуй, пожалуйста, держать Адалиса на максимальном расстоянии от себя.

Она так выделила волшебное слово, что я всерьез испугалась.

– С ним что-то не так? Может, с положением или репутацией? Или родители воспримут его в моей компании неадекватно?

– Нет. Не в этом дело. Просто, давай сначала доберемся до дома. Там у тебя есть больший шанс встретить более подходящего мужчину. А то может возникнуть ситуация, что образовав связь с одним мужчиной тут, на Сарфире ты встретишь еще более «интересного» кандидата. И появится у тебя второй сет.

– Боже упаси! – отмахнулась я, понурив голову. – Я буду осторожна.

– Молодец, – улыбнулась сестричка. – Я отставлю тебя одну? Хочу воспользоваться душем. Вчера было не до того.

– Прости, – повесила я нос.

– Ничего. Я не могла тебя оставить. Тебе нужна была поддержка.

– Да, очень. Ты к себе? Или воспользуешься моим?

– Нет. Пойду, пожалуй, к себе. Надену что-нибудь чистенькое, – в предвкушении мурлыкнула она. – Не боишься уже остаться одна?

– Нет. Осваиваюсь постепенно.

– Вот и славно. Я ненадолго.

– Хорошо, – и дверь за ней защелкнулась.

Да, душ – это хорошо. Сегодня утром Кассиль показала мне, как им пользоваться. Называется он ионным и является очень популярным изобретением во многих галактических республиках. Принцип работы странный. Я не инженер и мало что соображаю, но воды при этом используется малое количество, и то в конце, чтобы эффект реального душа был. Информацией о системе фильтрации я вообще голову забивать не стала. Работает и ладно.

Найдя нужную кнопку в дальнем углу каюты, нажала ее, и незаметная до этого дверь отъехала в сторону. Полотенце уже было внутри, так что можно смело освежиться. А то все эти стрессы, связанные со страхом к медицинской аппаратуре и волнением от первого общения с Тенью, заставили изрядно попотеть.

Я, видимо, увлеклась процессом своеобразного омовения, погрузившись глубоко в мысли и глупо улыбаясь, потому что уже под конец процедуры пол подо мной сотрясся от мощного удара. За ним последовал следующий, после него и другие. Это не похоже на воздействие чего-то снаружи. Может, на нижней палубе что-то происходит?

Как бы то ни было, я поспешила обтереться и добраться на ощупь до койки. Замотанная в полотенце, села и стала прислушиваться, но так и не смогла сообразить, в чем дело. Тряска внизу не прекращалась. Если бы нам грозила опасность, наверное, сработала какая-нибудь система оповещения?

Минут через пять ко мне присоединилась Кассиль, постучав в переборку. Как и прошлый раз, я нашла панель и спросила "Кто?", прежде чем открыть.

– Элли, это я.

– Что случилось? – спросила я у нее с порога, как только дверь открылась.

– Ничего ужасного. Сама сначала испугалась. А потом вспомнила, что внизу есть зал для разминок, с парой тренажеров внутри.

– На корабле есть спортивный зал? – моему изумлению не было предела.

– Да. Теням же надо как-то поддерживать свою форму время от времени.

– И что, такой шум будет слышен каждый раз?

– Э-э-э… Нет, – протянула она с замиранием.

– Кажется, я помню подкожными рефлексами, когда и как ты пытаешься что-то от меня скрыть. У меня мурашки по телу в такие моменты бегут.

– Да, ерунда, в общем. Просто навигатор и капитан решили потренироваться вместе, – выдавила сестра из себя кое-как.

– Они дерутся? – вздернула я бровь, присаживаясь на койку.

– Спарингуются, – поправила Кассиль.

– Будем считать, что я тебе поверила. А врать ты не умеешь.

Наконец, внизу все стихло.

– И часа не прошло, – хмыкнула я, а Кассиль расслабилась и с облегчением вздохнула.

Интересно, за кого она переживала? За капитана Дантона или навигатора? Я более чем уверена, что вторым был Адалис. Но вот уж не думала, что самый значимый на корабле сарфириец столь не сдержан. Хотя, мне ли судить? Я ведь еще толком их не знаю.

– Кась, – позвала я сестру по-свойски.

– Да? – отозвалась она в привычной манере, словно так я к ней обращалась регулярно.

– А можно мне тоже зал посещать?

– А тебе зачем? – изумилась младшая родственница.

– Я привыкла тоже поддерживать форму на Земле. И если учесть, что уровень гравитации для меня, спустя восемь лет, непривычен, то чувствую я себя сейчас на ногах не очень уверенно. Теперь я понимаю, что, по меркам сарфирийцев, халтурила на занятиях доктора Джонсона. И правильно делала. Иначе от меня все эти проводки дребезжащих аппаратов не отключали бы.

Снова сорвалась на больную тему, нахмурилась.

– А ты не растеряешься в зале?

– Не растеряюсь. Сначала покажешь мне его: длину, ширину, где что находится, неровности в полу. Маты, тренажеры. В общем, все.

– Ладно. Но завтра утро ты встречаешь уже без меня. Я выспаться хочу.

– Конечно.

– Без обид? – уточнила сестренка.

– Разумеется, – натянула я улыбку.

– Молодец. Ты уже большая девочка. До столовой дорогу помнишь?

– Да, на этом этаже, строго прямо по коридору, до первой большой развилки. После этого первый широкий дверной проем по правой стороне, без дверей. Пищевой синтезатор слева. Не волнуйся, отдыхай. Если что-то будет непонятно, спрошу у окружающих.

– Отлично!

Ужин прошел тоже замечательно. Вандет сменила своего сета, но перед этим подошла и предложила завтра вечером пообщаться, как только освободится со смены. Я с удовольствием согласилась, три больше двух. Заодно и расспрошу ее, как оно там, замужем.

Оказывается, пилоты дежурят по ночам, а днем корабль движется на автопилоте по заданному курсу. Курс просчитывают навигаторы, вот они-то работают посуточно, ибо не знаешь, когда на твоем пути возникнет какое-нибудь незапланированное препятствие в виде метеора или астероидного облака. Назавтра выпадала смена Адалиса.

Удивительно, но на ужин он не явился. Зато зашел капитан, невозмутимый и вежливый, голос такой же приятный, ласкающий слух.

– Кассиль, а как выглядит Дантон Стронг?

– Возьми да пощупай, – усмехнулась сестра, наблюдая за тем, как я заинтересованно прислушиваюсь к нему.

Ее предложение заставило меня поперхнуться, и капитан, проходя мимо, услужливо хлопнул ладонью промеж моих лопаток. Это, конечно, помогло, если не считать того, что я чуть не перелетела через стол. Утрирую, конечно.

– Простите, – тут же поправился он и слегка склонился надо мной. – Вам лучше?

– Намного! Благодарю, – ответила я, выравнивая дыхание.

– Приятного аппетита, девушки, – после этого он удалился в сторону пищевого синтезатора.

– Я… воздержусь, пока, – ответила я сестре, а она давилась смехом.

Не намеренно ли она это сказала?

В общем, после ужина мы разошлись по каютам. Мне не терпелось остаться одной и взвесить все, что накопилось в моей многострадальной головушке.

Думать я собиралась, само собой, о Тенях. Адалис – интересный мужчина, сегодня он проявил себя с лучшей стороны и развеял все мои опасения насчет Теней. Только вот капитан Дантон для меня пока более загадочен. Как же хочется их рассмотреть. Мистиф Ноган довольно простодушный и вежливый мужчина. Если бы не эта возможность "пасть перед их обаянием", можно было бы вполне спокойно с ними общаться. А так приходится все время следить за собой и ситуацией в целом. Упрек Кассиль сегодня вернул меня с небес на… корабль. Нужно быть тверже.

Обдумывая эту тему, я зевнула, натянула полупрозрачный пеньюар и улеглась в кровать.

«Только обниму их всех сначала, пока не найду ту Тьму, такую обволакивающую, загадочную, манящую на запретное…»

С этими мыслями я уснула, и снилась мне Она. Чужая сила, что так тянется ко мне подпитаться энергией, окутать своей заботой, предлагая покровительство и защиту взамен. Я не могу сказать ей "нет", просто не нахожу сил сделать это и молчу. Молчу, доставляя ей сладостные мучения и стимулируя бороться дальше…

Моего лица бережно коснулись кончиками пальцев. Обводя его контуры, они оставляли горячий след и мой трепетный отклик. Я зашевелилась, боясь открыть глаза и проснуться, утратить эти ощущения… и никогда их не испытать снова.

На столике, что был вмонтирован рядом с койкой, что-то тоненько звякнуло, и настала тишина. Тьма ушла! Я резко села, раскрывая глаза, но снова ничего не увидела! Как мне было сейчас не по себе. Это сон? Или нет?

Рука сама собой потянулась к столику, чтобы узнать, что это был за звук, и, пошарив немного по его крышке, наткнулась на небольшой камень каплевидной формы.

Задумчиво зажав его в кулаке, я легла в кровать и заснула снова, проворочавшись перед этим еще час с бешено колотящимся сердцем.

Утром я облачилась в заготовленные вещи, умылась, расчесалась и покинула каюту. Перемещаясь вдоль переборок и соприкасаясь с ними рукой, прошла большую развилку, направляясь в столовую.

– Леди Эливейн, – окликнул меня добродушно бортовой медик и подорвался со своего места, чтобы подать мне руку.

– Доктор Ноган? Доброе утро! – Легкая улыбка прочно обосновалась на моих губах.

В голову сразу влетела мысль, что ситуацией необходимо воспользоваться.

– Позвольте помочь?

– Спасибо. Это будет очень кстати. Я первый раз пришла сюда без сопровождения Кассиль, – обхватила ладонью услужливо подставленную руку.

Сделав резкий шаг вперед, с неуклюжим "Ох!", я начала оседать и заваливаться набок. Меня поддержали, временно заключив в объятия, и вернули в вертикальное положение. Хватило одного мгновения для того, чтобы сразу понять, что искомая мной Тьма врачу не принадлежит. Его сила гораздо скромнее и безмятежней, и специфический аромат разительно отличался. Я вздохнула чуть свободней. Общаясь с этим мужчиной, мне ничего не грозит. Я не подхожу его Тьме в пару.

Надо же, начинаю разбираться.

– Что случилось? Вы в порядке? – искренне заволновался медик.

– Да, я просто оступилась.

– Не болит? Попробуйте снова сделать шаг.

Я послушно исполнила указание и прошла вперед до самого синтезатора.

– Хорошо, – заключил Мистиф задумчиво. – Помочь вам с выбором блюд?

– Нет. Я запомнила необходимые номера. Спасибо.

– Держитесь молодцом! Хвалю. Может, тогда составите мне компанию? – тут же предложил он.

– С удовольствием, – снова растянула я улыбку, поправив сбившуюся ленту на глазах.

Быстро просчитав нужные комбинации, я заполнила свой поднос вкусностями, что ела вчера на ужин. Очень уж понравилась «жареная сайфа», на вкус схожая с земной картошкой, и сбор северных трав Сарфиры. Добавила пару булочек, даже не задумываясь, сочтут меня за обжору или нет.

Разместившись рядом с нашим врачом, я предложила:

– Доктор Ноган, можно попросить вас обращаться ко мне отныне чуть проще?

– Правильно ли я понял, что ваше падение не случайно? – ухмыльнулся Мистиф в ответ.

– Да, простите. Мне… это было необходимо.

– Быстро же вы осваиваетесь, что, между прочим, очень радует. Хорошо, опустим приставку "леди". Так будет немного проще.

– Доктор, у вас нет пары? – решила зачем-то спросить я, приступая к трапезе.

– Заметили интенсивность дара? К сожалению, нет. Был молод – учился. Стал старше – понял, что многое упустил, и обрел массу конкурентов в стремлении к цели обзавестись семьей. На моем пути, к несчастью, всегда вставали более сильные Тени и затмевали своей аурой обзор чародейкам. Да, и в ухаживаниях я не силен. Проще вызнать у меня, как устроен генератор в установке производящей биоматериалы, чем тонкости ухаживаний за женщиной.

– Вы зря расстроились. Мне вы показались довольно интересным и приятным в общении. А подход к девушкам у вас уже выработался. Ни один земной медик меня так не успокаивал перед осмотром, как вы.

– Вам есть с чем сравнивать, – усмехнулся врач. – Но чародейкам, проживающим на Сарфире, – нет. У нас все медики воспитанные и сдержанные люди. И чаще всего они так же слабы в даре Тьмы, как я.

– Печально, – задумчиво заключила я, потягивая горячий сбор. – А что, если бы "Сарфира" пускала на свои просторы женщин и мужчин из союзных галактик, скажем, в качестве туристов или же с целью трудового обмена? Так и сотрудничество теснее, и реализация отношений интересней. Я понимаю, традиции у всех разные, но это можно все обсудить заранее. Составить единый договор, защищающий права приезжих граждан и учесть кучу других нюансов. Возможно, таким образом и пропажа чародеек с планеты будет более… легальной и законообоснованной, и Тени смогут обрести пару, пусть не своей расы, но максимально подходящую по биологическим и энергетическим параметрам.

На мгновение в столовой воцарилась тишина, говорящая о том, что мою версию решения проблемы малоодаренных была услышана всеми присутствующими. Лишь какой-то дальний родственник телевизора продолжал что-то воспроизводить в дальнем углу.

– Что? – не выдержала я накала. – Межрасовые отношения в галактике не допустимы?

– Нет-нет. Дело не в этом. Просто, пока, кроме торгового и научного сотрудничества, больше никакие действия со стороны Большого совета не предпринимались, – пояснил доктор Ноган. – Эливэйн, вы сейчас на мгновение стали собой прежней. Той чародейкой, из прошлого, что работала на Сарфире в центре «Межгалактических взаимоотношений». Идея действительно хорошая. Но все опять же зависит от Большого Совета.

– Я могу взяться за ее реализацию, – голос капитана раздался весьма неожиданно.

Видимо, я слишком увлеклась беседой и потому не услышала его появления. Громоздкий поднос поставили на стол, справа от меня, и Дантон Стронг присоединился к нашей компании.

– Не обещаю быстрого результата, – продолжил он, расставляя перед собой металлические тарелки. – Сначала вопрос будет поднят в Совете, затем обнародовано предложение гражданам каждой из планет далеких звездных систем. После этого на очередном слёте его представители поделятся результатами, и те расы, что одобрят идею, будут долго и упорно составлять закон "об охране прав" их граждан. На все уйдут годы, и лишь потом у нас будут открыты туристические зоны и заключены трудовые договора с иномирцами.

– Хм, ну это уже будет прогресс, согласитесь? – задала я риторический вопрос, после чего с подозрением уточнила: – Капитан Дантон, а какое вы имеете отношение к совету?

– Самое непосредственное, – уклончиво ответил старший по званию, прежде чем Мистиф Ноган открыл рот. – Приятного всем аппетита.

Вот же! Грамотно ткнул носом в тарелку и сбил меня с мысли. Ну, ладно. Мы не особо гордые, в меру наглые. Наше время еще придет. О чем это я? Не уж то я настолько обидчивая? Опять поддаюсь эмоциям, только негативным.

Ладно, переключим внимание на "картошку". Блаженство! От чего я в жизни, кажется, никогда не откажусь, так это от вкусной еды. И сейчас меня одолевает новое любопытство: как готовят Тени? Адалис упоминал, что все они кулинары чуть ли не от рождения. Наверное, очень вкусно.

Как бы я видела своего мужчину за готовкой? В трусах и переднике? Да, пожалуй, забавно. Хотя бы раз в месяц созерцать эту картину. Широкие обнаженные плечи, крепкие руки с играющими мускулами, ловко орудующие столовыми приборами, упругий зад и длинные ноги. На голове коротко стриженые волосы, на подбородке новая щетина. Побриться не успел, зато занялся завтраком для меня, любимой. А фартук нужен, скорее, для более тщательного сокрытия самого интересного, иначе завтрак так и останется нетронутым.

Все, спасайте, увязла в облаках. Дальше фантазии пошли жутко непристойные, а после них вспомнилась эта ночь. Не сон то был! Скорей бы поговорить с Кассиль.

– А Адалис уже вышел на дежурство? – спросила я, отметив, что справа сразу же упала ложка. – Его не было вчера на ужине, и сейчас его тоже не слышно.

– Да, он уже заступил, – поддержал беседу доктор Ноган.

– Не поев?

– Не заслужил, – сквозь зубы выговорил капитан.

– Но… голод мешает работать. Низкий уровень сахара может плохо сказаться на его мозговой активности, – высказалась я научным тоном, припоминая реплики доктора Джонсона.

Врач усмехнулся.

– Чем же он вызвал ваш гнев? – нахмурилась я.

– Спровоцировал капитана на "Вызов", – довольно серьезно ответил Дантон Стронг тоном, побудившим на мне сотни мурашек. – Мы сошлись в поединке, это не для кого уже не является секретом. Бой проходит в боевой форме. Мы оба перешли в тень, и это грозило всем нам серьезными последствиями. Пару дыр залатать ничего не стоит, а если гипердрайв выйдет из строя – это будет катастрофой.

"Дерзкие… Оба!"

– Тогда причина даже мягкая. Лишать пищи сотрудника все равно нельзя. Нужен подход.

– Может, дадите совет? – усмехнулся капитан.

– Доскональная проверка и чистка того же двигателя. Инвентаризация склада или другого помещения. Полы помыть зубной щеткой, в конце концов.

– Жестокая, – веселился Мистиф.

– Я учту.

В голосе Дантона Стронга проскочили веселые нотки, а я немного расслабилась. Да простит меня Адалис. Во что же я влезла? Ну, у него теперь будет повод думать мозгами. Неплохо было бы и самой начать ими пользоваться.

– Я, пожалуй, пойду, – поднялась я с места.

– Куда? – хором спросили Тени.

– В каюту.

– Вы же еще не доели? – заметил медик.

– Аппетит пропал. Да и еда уже остыла.

– Я виноват, исправлюсь, – вдруг вставил свое слово капитан, поднялся и усадил меня на место, мягко надавив на плечи тяжелыми ладонями. – Секунду.

Судя по шагам, он отлучился к синтезатору. Похоже, все сарфирийцы довольно крупные по сравнению с мужчинами Земли. Пока мне доводилось соприкасаться только с их руками, но это только пока. Одного из них я досконально ощупаю!.. Как только найду, разумеется. Круг потенциальных жертв сегодня сузился.

Капитан вернулся, и на стол передо мной была поставлена новая тарелка с блюдом сюрпризом.

– Это Кафаре, но не простое. Попробуйте, – предложил он, вкладывая мне в руку чистую ложку.

– Рискнем.

Я опустила столовый прибор в густую массу, зачерпнула и смело попробовала. Какая прелесть!

– Фруктовое мороженое? – изумилась я, отмечая, как свежие кусочки неизвестных плодов тают у меня во рту.

Вкус быстро завоевал все мое внимание.

– Да. Фрукты настоящие, из морозильной камеры.

– Вкусно! А синтезированные дают не такой яркий эффект?

– Да, к сожалению.

– Спасибо! Фрукты, наверное, дорогой деликатес для космоса?

– Вовсе нет. Они у нас с самой Сарфиры, и собирал я их лично. Ешьте.

Меня долго уговаривать не пришлось, и вскоре тарелка уже была пуста. Занятно, Тени все это время молчали. Наблюдают за мной? Может, я слишком эротично облизала ложку? Или, наоборот, перемазалась, как дитя?

– Благодарю. Было очень вкусно, а сейчас я, пожалуй, вернусь в комнату и дождусь Кассиль.

– Проводить? – предложили сразу оба мужчины, срываясь с места, и застыли.

В окружающем пространстве явно проскочило напряжение. Первым в себя пришел Мистиф Ноган, затем капитан, а уж потом я.

– Уступлю, – весело произнес медик. – Пойду в медицинском кабинете проведу инвентаризацию.

Я лишь рот открыла в немом ответе, но мою ладонь бережно подхватили и предложили подняться. Посуда была убрана, стол вымыт, и только после этого мне помогли дойти до комнаты.

– Спасибо за компанию, – произнесла я уже в дверях.

– Не за что. Я умудрился испортить вам настроение, – хмуро выдал капитан.

– Но потом реабилитировались, – улыбнулась я в темноту перед собой.

– Я рад, – приободрился мужчина. – Захотите еще порцию сладкого, обращайтесь. А теперь, позвольте откланяться, работа ждет.

– Конечно, – ответила я, после чего капитан ушел.

Еще некоторое мгновенье я вслушивалась в шум удаляющихся шагов, на этот раз они звучали отчетливо, что позволило мне сделать вывод – капитан большой дядя. От размышлений меня отвлек голос сестрички, что вышла из каюты напротив.

– Элли, доброго утра! – она сладко потянулась, и преодолела в два шага разделяющее нас расстояние. – Ты уже позавтракала?

– Да.

– Ну, и как прошло посещение столовой? – она вошла в мои "покои", утягивая меня вслед за собой.

– Прекрасно, – натянула я легкую улыбку. – Если не считать того, что я, кажется, создала Адалису много проблем на будущее.

– Я воспользуюсь твоей душевой? А ты пока расскажи все!

– Конечно, дело было так…

И я рассказала ей, как бортовой медик предложил составить мне компанию, как я выдвинула идею, что, возможно, поможет улучшить сарфирийцам межгалактические отношения. О том, что капитан наказал Адалиса голодовкой, а я посчитала его метод несправедливым, и предложила свои варианты. Кассиль хохотнула и вслух представила, как был, наверное, рад капитан моим версиям.

– Это же десятки метров коридоров с металлическим покрытием, и чтобы их все зубной щеткой прочистить… Действительно жестоко, даже несмотря на отсутствие грязи как таковой. А двигатели? Ты знаешь, сколько в них деталей? Я нет, но точно не одна сотня. Думаю, инженеры-механики будут сказочно рады его помощи.

Я умолчала о том, что разыграла сцену перед Мистифом Ноганом, однако о ночном визитере решила разузнать.

– Кась, – вынула я из кармашка мягких брючек каплевидный камушек и протянула ей. – Что это?

Сестренка бережно переняла у меня кристалл и изумленно воскликнула.

– Где взяла?!

– Ночью мне приснилось, что кто-то приходил. Но дверь при этом не открывалась и панель никаких звуков не издавала. Словно призрак. Я проснулась от того, что этот камень звонко упал на крышку столика. Я его нашла на ощупь.

– Это слеза Чародейки, – задумчиво пояснила она. – И, похоже, она твоя.

– Моя? Но как так могло получиться…

– Я не плакала, по крайней мере, от трогательного момента, переполненного счастьем. Лишь с ноткой печали, с волнением за тебя. А от этого слезы не обращаются в камень.

– Может, она принадлежит Вандет?

– Исключено. Она огневичка. Из ее слез получаются рубины. А это, – вложила Кассиль мне кристалл в ладонь. – Твоя. Алмаз.

Я приняла назад драгоценность и озвучила предположение вслух:

– Мою слезу вчера подхватил Адалис, он же мне и рассказал поверье о слезах чародеек.

– Может, это она и есть?

«Зачем же тогда он ее вернул? И что делал в моей каюте ночью?! Или… Не он?»

– Это может быть простой камень? Похожий на слезу? – решила перебрать я варианты.

– Нет, разница в гранях и кристальной прозрачности.

– А старой она может оказаться?

– Хм, – задумалась сестренка. – Может. В любом случае, подозревать в проникновении сейчас кого-то конкретного нет смысла. Доказать ничего не сможем. Надо ловить за руку.

– Проблематично. Ворвется такой гость, а я даже не увижу ничего.

– Это – да. Хочешь я на одну или две ночи к тебе переберусь? – предложила внезапно Кассиль.

– Нет-нет! – запротестовала я поспешно. – В любом случае, меня никто не тронул. Значит, опасность мне не грозит.

Тут я, конечно, соврала. Просто хочу снова подпустить ночного гостя к себе и ощутить то сильное чувство, что исходит с его стороны, – голод и желание…

– Ну, смотри. Дело твое. Если что, кричи громче, я услышу.

– Договорились, – позволила я себе улыбнуться и немного расслабиться.

– Какие планы на день? – спросила Кассиль с улыбкой.

– Сводить тебя на завтрак, ознакомиться со спортивным залом, пообедать, сходить к Адалису, принести ему горячее, и вечером посиделки с Вандет.

– Виль, – хмуро уточнила сестра. – Ты уверена, что стоит идти к Адалису? Капитан не лишил его рациона, а велел работать "не покладая рук" в наказание. С их тренировками на "курсе выживания" сутки безотрывной работы – это мелочь. Не стоит нарушать решение старшего по званию. И на ужин он не явился по собственному желанию, а не по чужой прихоти.

– Я уже довела свое мнение капитану о его методах наказания. Мы сходим к нему. Покажешь дорогу? Или мне поискать ее самой?

И чего я так завелась? Ведь она, по сути, права.

– Ладно, тебе виднее. Но если что, я тебя предупредила. Нарушение приказов капитана тоже влечет за собой наказание.

– Идем. Позавтракаешь и в зал.

Спустя минут тридцать, мы спустились на этаж вниз.

– Да-а-а, – присвистнула Кассиль. – Раньше потолок был куда ровней. И переборка слева от входа покорежилась.

– Это какова же должна быть сила, прогнуть такой толстый слой металла? – изумилась я, ощупывая стены.

– Неимоверная, – подтвердила мои догадки сестренка. – Знаешь ли, капитан и Адалис не самые слабые воины.

– Сильнее тех, что были со мной на Земле?

– Многократно.

– Какой кошмар!

– Теперь веришь, что Адалису один день голодовки не особо повредит? – ухмыльнулась она.

– Верю, и все равно, не дело это. Однако я представляю, какие последствия боя были. Они ходили в медблок?

– Ходили.

Тьма и бездна! И этих Теней я вознамерилась обнять. Что-то желания изрядно поубавилось, себе дороже.

– Переборки теперь только смене подлежат? – поинтересовалась я между делом.

– Нет, сплав высокопрочный, такой на заказ каждому кораблю делают. Особого стандарта для подобных межзвездников у нас пока нет. Так что жди, скоро снова будет сотряс стен и потолков. Первоначальную форму они пока не примут, но неровности будут вправлены.

Пол, как не странно, уцелел. Мы оценили каждый дюйм зала, Кассиль зрительно, а я на ощупь. Пространство довольно большое, маты есть, мишени и снаряды тоже.

– Это Данжен, – вложила мне в руку сестра метательный кинжал. – Центр тяжести у него немного смещен к острому концу.

Оружие представляло собой удобную деревянную рукоятку, в которую было вмонтировано три лезвия, сплавленные между собой под углом сто двадцать градусов. Свободные края заточены и заужены к общему острию.

– Таким череп пробить с расстояния ничего не стоит. Один раз метко замахнуться…

– Мгновенная смерть, – закончила сестра за меня.

– Зачем нужны такие кинжалы? – не переставала изумляться я.

– На Сарфире много больших хищников, которые любят нападать исподтишка. Мясо у Норганов является дорогим деликатесом. Но сам зверь поразительно быстрый, и Данжен в охоте на него незаменим. Можно использовать и лазерное оружие, но тогда это уже будет не охота, а браконьерство. Со зверем на охоте принято бороться на равных, в случае его внезапного нападения ты можешь защититься и лазером, но тогда признаешь свое поражение перед ним.

– Тебя как послушаешь, Сарфира – сплошные дикие джунгли.

– Ну, не сплошные, но большей частью планету составляют леса и моря. Чуть меньше – Горы. Кстати, именно горы – владения нашего Рода. Там мы можем давать своей стихии полную волю, не опасаясь навредить окружающим. А ветер? Его песни кружат голову, взывают к родственной душе. И ты поешь вместе с ним.

– А как выглядит жилая зона?

– Многоэтажки в центе городов, от сорока до восьмидесяти этажей в среднем. Но по большей части это офисные строения. Жилые дома преимущественно двух- и трехэтажные. В квартирах парам жить не выгодно. Я тебе уже как-то намекала, почему.

– Не заставляй меня краснеть. Давай дальше.

Мы на время удобно расселись на матах, а я вертела в руках новый вид оружия, привыкая к нему.

– От работы до дома и назад мы добираемся чаще всего на аэроторах. Ну, это миникосмический корабль с откидным верхом, – хихикнула она. – Быстро, удобно. Что еще-то. Заводы все отстроены в значительном удалении от городов, жить не мешают. Есть парки, сады, стадионы, театры. Цивилизация, в общем.

– Слушай. А что за плоды у вас в морозильной камере? – поинтересовалась я и отвлеклась от игры с Данженом. – Кстати, подай мне второй. Для левой руки.

– Какие плоды? – изумилась Кассиль, вложив мне в свободную руку второй кинжал.

– Сочные, сладко-кислые. Капитан мне мороженое с ними сделал.

– Ширасу?! Я не думала, что он их возьмет, видимо хранит, как часть личного запаса. Эту гадость только ты ешь. Ну… и он. Лично я не в состоянии есть эти плоды ни зелеными, ни зрелыми. Это же жуткая кислятина! Где вы там сладкое нашли?

– То есть он ожидал, что, взяв ложку в рот, меня перекосит от повышенной дозы витамина С? – нахмурилась я.

– Нет, – хихикнула сестра. – Тут даже Адалис с Найтеном знают, что ты любишь Ширасу. Так что зря на капитана не дуйся.

– Тогда не буду. Как хоть выглядит плод?

– Круглый, желто-красный. В зависимости от степени зрелости.

– Ясно.

Я поднялась, и уверенно направилась к стене, на которой висели мишени. Зал мне уже знаком, так что труда это не составило. Отметив для себя цель, я отошла на тринадцать шагов и повернулась. Пока попробуем новый "снаряд" с такого расстояния.

– Комментируй, – попросила я сестру и, взвесив Данжен в руке, с силой метнула его в предполагаемое место нахождения мишени.

По раздавшемуся стуку и последующему звону кинжала об пол я поняла, что попала, но из-за смещенного центра тяжести, не острием.

– Промах, – озвучила Кассиль результат.

Второй засел в щите.

– Двадцать.

Я покривилась и приняла у сестры еще два Данжана. Просчитав все вероятности, метнула из-за спины снова.

– Сорок.

Уже лучше, но не то.

– Сколько очков мне надо, чтобы поразить Жиргога?

– Семьдесят.

– А Норгана?

– Сотка. У него только одно уязвимое место – промеж глаз.

Чем ближе к центру, тем больше очков. Одно кольцо – десять очков. Центр – сто. Последний кинжал. На этот раз я просто расслабилась, после чего снова метнула, приложив максимум силы. И снова послышался глухой удар и четкое "Дзынь"! Вдоль стен пол не покрыт мягким материалом, напоминающим что-то среднее между линолеумом и резиной. Не скользко, и ладно.

– Было бы восемьдесят, – с досадой вздохнула сестра. – А я думала, ты можешь все.

– Смеешься?

– Стимулирую!

Я тут же сделала три темповых сальто назад, чем заставила сестру улыбнуться.

– А ты не безнадежна.

– Спасибо. Но с новой для меня гравитацией я не сделаю сложный трюк вперед без должной подготовки.

Кассиль собрала Данжены и положила их в ящик импровизированной подсобки.

– Ничего, натаскаешься. Еще лететь и лететь.

– Если преодолеем Черную Дыру, – мрачно заметила я и позволила Кассиль подхватить меня под руку.

– Куда мы денемся?

– В Кхагартову бездну? – иронично вздернула я бровь, поправляя повязку, что сползла с лица на шею.

– Лишь в крайнем случае. Идем на перекус?

– Да.

Во время обеда к нам подсел Найтен Полз. Мы с комфортом разместились и продолжили обсуждать оружие и охоту.

– Девушки, можно к вам присоединиться? – добродушно вклинился он. – У вас такие интересные темы, что, признаться, я сражен. А как же косметика, шопинг и песнь ветра?

– Песнь мы уже вспоминали, в общих чертах. Шопинг у нас еще впереди, а вот о безопасности позаботиться никогда не поздно! – деловым тоном пояснила Кассиль.

– Разумно! Что вы уже успели обсудить? – расставил парень свои тарелки перед собой.

– Данжены. Эливэйн уже даже испробовала их в деле.

– И как? – изумленно поинтересовался он.

– Два из четырех! – гордо заявила сестра, заставив меня улыбнуться.

Она еще совсем юная. Какие там сто четыре года? Не доросла.

– Серьезно? Позовите меня, как пойдете снова! Хочу взглянуть!

– Не веришь? Спорим, следующий раз все войдут в щит? – в голосе Кассиль прорезались азартные нотки.

– На что? – послышался шлепок ладоней, обозначающих начало спора.

Я лишь рот открыть успела.

– На "Валиону".

– Ящик? – хохотнул Найтен.

– Я тебе не генеральская дочь, – усмехнулась та.

– А я порядочный сарфириец, и не буду брать с дамы столь неоднозначную цену. Предлагаю… повысить ставки!

– Куда уж выше-то? – шутливо возмутилась сестра.

– На поцелуй.

– ???

Наша немая тишина была ему ответом.

– А не треснет ли чья-то морда? – ну точно, подросток.

– Струсила? – тут же подбил ее Найтен, ничуть меня не стесняясь.

– Кассиль, – предостерегающе окликнула я сестру.

– Вот еще. По рукам. В случае выигрыша с тебя генеральная уборка в моей каюте. В белье не рыться! Элли, разбей.

– Кассиль, – снова попыталась я вмешаться.

– Не волнуйся. С Найтеном мы почти ровесники, и на его взгляд, моя энергия не столь привлекательна, чтобы жертвовать свободой. Да и если мы выиграем, волноваться вовсе будет не о чем.

– Ну, если так…

И я разбила их руки. Смотрю, данная традиция широко распространена за пределами Земли.

После такого забавного обеда, ко мне пришла уверенность, что на мою жизненную энергию Тьма Найтена тоже не претендует. Парень оказался младше меня, это видно по их решимости. Я бы не рискнула так играть, раздаривая поцелуи направо и налево, зная, чем это может в любой момент обернуться.

Уже стоя у аппарата, когда я набирала горячие блюда на поднос, Кассиль вновь высказала свое мнение о моем решении.

– Элли, Адалис здоровый мужчина, который в состоянии о себе позаботиться сам. А твое расположение к нему только бонус к его стремлению стать твоим сетом.

– Ты так уверена, что он хочет им быть?

– В этом все уверены с тех пор, как вы пересеклись в университете.

– Жаль, что я ничего не помню. Не так уж и много мы с ним общались, чтобы свершиться чему-то серьезному. Не волнуйся.

– Ладно. Давай поднос, и держись за мою руку. Пойдем на верхний ярус. Навигатор работает в штурманской рубке.

Пока шли, я запоминала дорогу. Свернули на большой развилке, прошли вперед, поднялись наверх и добрались до приборной панели.

– Два центральных кресла для пилотов. Два других, по бокам от них, навигаторов. Позади – капитанское. На нем ты уже сидела.

– Да, припоминаю.

Услышав наши голоса, Адалис отвлекся от радаров и монитора.

– Эливэйн? – искренне изумился он, побудив своим мурлыкающим тоном на мне мурашки.

А я уже и забыла, каково это. Слишком много событий и информации, видимо, опять забили мне голову.

– А меня здесь будто и нет, – возмутилась сестренка.

– Здравствуй, Кассиль. Зачем вы пришли? Да еще и с подносом?

– Я подумала, что ты голоден, – приблизились мы к его рабочему месту, и сестренка передала тарелки навигатору. – Вот, принесли немного, на мой вкус.

– Я польщен, – весело ответил Адалис. – Но вам не стоило так рисковать. Сильно в пище я не нуждался и вполне могу продержаться в этом кресле несколько суток.

– Режим питания нужно хоть немного соблюдать, чтобы поддерживать привычный ритм.

– С этим не поспоришь. Вы не торопитесь? Расскажите, что интересного сегодня уже было?

Мужчина приступил к трапезе, поставив поднос на колени. Кассиль предложила мне занять место первого пилота, пока оно все равно пустовало, я отказалась и оперлась на спинку кресла, в котором восседал Адалис.

– Мы заглянули в спортивный зал… – начала я.

– И ужаснулись, – закончила Кассиль.

– Ты не мог бы перенести вашу с капитаном вражду на более удобный случай? Поединки на корабле не безопасны. И этому не я тебя учить должна, а ты меня.

– Я буду сдержан и обещаю больше не принимать опрометчивых решений.

Я кивнула, довольная ответом, и хотела было еще поговорить, как услышала тяжелые шаги за спиной раньше, чем мои собеседники.

– Леди, вас что-то беспокоит? – раздался тяжелый голос капитана, выворачивающий душу наизнанку.

– Э-э-э, нет, – пролепетала Кассиль. – Мы уже уходим.

– И кто из вас додумался прервать назначенное мной наказание? Кажется, ответ я уже знаю. – Вкрадчивое и снисходительное замечание сменилось стальным тоном: – Адалис, я велел не отрывать взгляда от навигационной системы и на минуту.

– Это было мое решение, – вмешалась я.

– Девушки, вы свободны. Посуду я сам заберу. Не отвлекайте Адалиса от исполнения прямых обязанностей.

– Разумеется, – попятилась сестренка к выходу, уводя меня за собой.

Напоследок я услышала лишь команду:

– Перерасчитай путь до коллапсара. Сколько суток у нас в запасе?

– Ну, видишь? Он просто работал. Кэп у нас еще с катушек не съехал. По крайней мере – настолько, чтобы кого-то держать на голодном пайке. Более чем уверена, сейчас он пришел, чтобы его на время сменить и отпустить на обед. А мы тут кружок по самодеятельности устроили.

– Ладно, сдаюсь. Нам что-то будет за это?

– Будем надеяться, что отделались одним вежливым пинком, – задумчиво предположила сестренка. – Пошли, поиграем в "города".

– И как мы будем в них играть? Я же не помню их, – возмутилась я, аккуратно спускаясь по ступенькам.

– Я буду называть Сарфирийские, а ты Земные.

– Ну, если так.

И вскоре я чуть на стену не лезла от того, что в большинстве случаев мне выпадала буква "Р" или "С". Мы вернулись в мою каюту, где Кассиль принялась снова рыться в моих седых волосах. Что уж там она мастерила, мне не ведомо.

– Я думала, на "с" названия городов Сарфиры только начинаются, – бурчала я, подбирая очередной ответ. – Сан-Диего.

– Отерейс.

– Сан-Франциско, – стала хитрить я, что не укрылось от Кассиль.

– Оркрас.

– Сан-Андреас.

– Ты выдумываешь? – прервалась она.

– Нет. Просто у многих городов есть такая своеобразная приставка. Это официальное название.

– Ну, ладно. Самптана.

– Атланта.

– Антелона, – вот тут голос Кассиль печально вздрогнул.

– Что там? – прервала я наше унылое времяпровождение.

– Дом.

– Понятно. Дальше играть будем?

– Нет, надоело.

– Давай тогда в "Листок", – теперь уже выдвинула идею я.

– Что для этого надо?

Пока объяснялись правилами, пока увлеченно играли, поясняя друг дружке, что означает тот или иной неодушевленный предмет, незаметно настал вечер, и ужин мы пропустили.

– Это же надо было так увлечься? – изумилась сестренка.

– Зато я теперь много сарфирийских предметов знаю.

– А я земных. Хотя зачем они мне? Но было интересно.

В дверь осторожно постучали, и Кассиль подошла к панели, наконец, оставив в покое мою шевелюру.

– Вандет, – раздалось из динамика.

– Молодец, что пришла! – встретила огневичку сестра радушно. – Как твой сет? Дал выспаться после ночной смены?

– Какой там, – усмехнулась чародейка, переступая порог. – Вот поворкую с вами немного и спать пойду. А вы чего на ужин не пришли?

– Заигрались.

– Во что?

И все пошло по новой. Нет, и на этот раз "Листок" привнес в базу данных моего мозга много полезной информации, но я-то поговорить хочу! Мы смеялись, сопоставляя схожие вещи. Обсуждали их разницу, между делом кидали колкости в свой адрес, от чего я сделала вывод: девичник – это круто! По крайней мере, пока в нем не участвуют мужчины.

– Вандет, – наконец задала я интересующий меня вопрос. – Каково быть осеттой Тени?

– Приятно! Однозначно больше плюсов, чем минусов, – твердо ответила девушка.

– А минусы в чем заключаются? – мы с Кассиль превратились в «слух».

– Контроль! Жесткий, постоянный и практически бескомпромиссный. Тейлон – мой единственный сет. И, несмотря на то, что в моих планах нет желания заполнить два свободных места подле себя, он не допускает в мое общество ни одного мужчину, чья Тьма тянет ко мне щупальца.

– Ну, ты и выразилась, – хмыкнула Кассиль, наблюдая за тем, как бледнеет мое лицо. – Элли может неправильно расценить твое выражение.

– Нет. Самих щупалец нет. Это я образно выразила стремление Чужой Тьмы слиться с нашей энергией.

Я выдохнула. Все же Тьма – вещь серьезная. Это четко видно по тем ощущениям, что мне удалось испытать ночью. Такая, если захочет, раздавит без физической помощи своего хозяина, и останется от нас одно мокрое место.

– А как сеты берут у нас энергию?

– Посредством интимной связи!

– Но зачем она им?

– Чтобы жить долго и счастливо в полном удовлетворении и сытости. Помимо обычного голода, у взрослой Тени бывает еще энергетический. В чародейках столько пси-сил, что их хватает на трех мужских особей нашего вида. С одним-двумя сетами мы не чувствуем истощения и слабости. А вот с тремя становимся жутко уязвимыми, и только их спины и дар становятся нашей единственной защитой. Потому мало кто идет на тройственную связь. И все же такие семьи встречаются. Тебе Кассиль говорила про волю чародеек?

– Да, был разговор.

– Так вот, у нас есть случай в Самптане, где сильная чародейка намеренно обзавелась тремя сетами, чтобы побыть слабой и отдаться их заботе. По мне, так одного Тейлона уже много.

– Как все сложно у сарфирийцев, – покачала я головой. – У людей проще. Сошлись, пожили, поругались, разошлись.

– С Тенью так не пройдет, – фыркнула Вандет. – Связь с ним – это на всю жизнь.

Я лишь вздохнула тяжко.

– Может, съедим по порции Кафаре? – вдруг предложила Кассиль. – А то что-то есть захотелось.

– Тогда сначала по порции горячего, – настояла я. – Ужин пропустили.

– Ты вся в бабулю, правильная до безобразия. Можно я хотя бы здесь буду есть то, что захочу?

– Нет. А то исхудаешь, ни одна тень за тобой не спрячется, – хохотнула я в ответ.

– Это я должна за ними прятаться, а не они за мной, – фыркнула сестренка.

Вандет поддержала нашу компанию чисто символически. Она-то уже поела. Как оказалось, мы не единственные голодающие на этом корабле.

Чародейки застыли в проеме, и я уткнулась в их спины.

– Приятного аппетита, капитан Дантон, – хором выдали они, а я нервно сглотнула.

– Спасибо, – сухо ответил он.

– Садитесь, – помогла мне разместиться за соседним столом Кассиль. – Я сама наберу и горячее, и Кафаре. Ты какое будешь, Вандет?

– Пятое.

– Ладненько. Виль?

– Как прошлый раз.

– Я мигом.

Пока сестренка хлопотала у пищевого синтезатора, Вандет развлекала меня космическими байками. Я слушала в пол-уха, так как объект моего интереса тоже засуетился, но ненадолго, лишь для того чтобы взять доску и нож, приступая к нарезке чего-то съедобного.

Когда Кассиль присоединилась к нам, снова настала тишина, нарушаемая звоном наших столовых приборов. Почему не слышно капитана?

Разговор пошел вяло, с обменом малозначимых фраз. Как я переношу путешествие? Все ли меня устраивает в каюте? Не пришить ли пару кружавчиков на мой топ? За последнее предложение Кассиль чуть ли не схлопотала от меня по лбу ложкой. Сама будет виновата, если промахнусь, и поставлю ей фингал. Я до сих пор воспринимаю топ чуть серьезней, чем привычный на Земле бюстгальтер. А внеочередной намек на то, что я сейчас нахожусь в одной широкой полосочке ткани, да еще и при мужчине, меня вывел из себя.

Поворчав на нее немного, я зачерпнула первую ложку кафаре, взяла ее в рот и застыла. Так вот что резал Дантон Стронг. Ширасу. "Как в прошлый раз", – пронеслась в голове моя фраза. И, похоже, мне оказали маленький знак внимания.

– Спасибо большое, – обернулась я назад и улыбнулась.

– Пожалуйста, – ответил капитан и снова затих.

Присутствовал ли он в то время, когда мы расправились с мороженым, или тихо ушел, я уже не узнала, но перед тем как разойтись по каютам, все же спросила у Кассиль:

– Кась. А… моя энергия подходит дару капитана?

– Вопрос не ко мне. В отличие от Адалиса, Дантон умеет контролировать свои эмоции. Несмотря на это, они оба слишком хорошо маскируют свой дар. И если хочешь узнать его расположение к тебе, выяснять это придется самой. Иди, спи!

– Ага, – улыбнулась я и скрылась за своей дверью.

Эта ночь прошла без приключений. Жаль…

Максимально сосредоточившись, я метнула первый Данжен. Послышался четкий удар о деревянный щит, и кинжал прочно в нем засел.

– Шестьдесят, – озвучил Найтен результат озадаченно.

Весь вчерашний день мы с сестрой провели в зале и тренировались, пользуясь тем, что Найтен был на смене. Прежде чем начать, я примерно час вертела оружие в руках и привыкала к смещенному центру тяжести, подбрасывала немного, даже умудрилась слегка поранить палец, но это ерунда. Передо мной стояла важная задача – отстоять честь Кассиль. Это ж надо было, поспорить на поцелуй и заставить меня отдуваться?

Вчера утром сестренка все же просветила меня, почему эта ставка является таким важным выигрышем для навигатора. Поцелуй – это вариант интимной связи, о которой говорила вчера Вандет. И ровесник моей младшей выскочки собирался воспользоваться случаем немного «подпитаться» за ее счет. Их контакт принесет его дару крохи энергии, однако даже такой шанс для Тени не менее соблазнителен. В свое время Кассиль понимала, на что шла.

– Кась, – спросила я ее перед тем, как отправиться в тренировочный зал. – Как формируется… пожизненная связь между Чародейкой и Тенью?

– Мужчина должен спросить твоего согласия, при этом в просьбе должна звучать фраза «прими меня своим покровителем». После твоего положительного ответа немедленно надо… эм… как там грамотно, – задумчиво выдала она. – Должно свершиться половое сношение. Вот!

– То есть…

– Да! Брачный контракт закрепляется физически, и мужчина станет твоей Тенью. Будет зависеть только от тебя, хотеть тебя, защищать и заботиться только о тебе. Все пути к отступлению у него будут отрезаны.

– Вот как, – задумалась я. – Ну, раз существует такая весомая формальность, почему тогда опасно подпускать к себе заинтересованного в отношениях мужчину?

– Потому что ты и глазом моргнуть не успеешь, как в порыве страсти скажешь «Да»! – Ответ сестренки был жестким и раздраженным, напоминая мне о ее неудачном опыте. – Я едва устояла. Идя с Тенью в контакт, я просто не ожидала подобного предложения.

– И сбежала? – Вырвалась у меня догадка.

– Можно и так сказать.

С ее губ сорвался тяжелый вздох.

– Все так плохо?

– Не то чтобы… До совершеннолетия мне оставался год, парень мне нравился, но не настолько, чтобы связывать с ним большой остаток жизни. Уж очень сильным он оказался и почти связал нас. Я чуть голову не потерла.

– Выходит, ты сильная! – потрепала я ее по плечу ободряюще.

– Я трусиха.

– Придет время, и мы обзаведемся сильными защитниками, за спинами которых нам сам кхагарт будет не страшен.

Мы крепко обнялись и направились на мини-соревнование, результатов которого Кассиль ждала с большим предвкушением, задорно потирая руки. Мне уже жаль молодого навигатора. Пока готовилась к броскам, было о чем подумать. К такому событию, как «замужество» нужно быть морально подготовленной.

Встряхнув головой, гоня прочь ненужные мысли, я снова сосредоточилась на цели. Второй данжен вошел в щит.

– Двадцать, – тоскливо озвучила Кассиль.

Не страшно. Главное не промахнуться. Третий кинжал тоже нашел свою цель.

– Сорок.

Что ж так плохо-то? Подбросив в руке последний снаряд, я вдохнула поглубже, завела руку за спину и на выдохе резко бросила его вперед. Есть!

– Восемьдесят! – хором воскликнули спорщики.

– Ура! – Сестренка подпрыгнула на месте, захлопала в ладоши, после чего извлекла припрятанное заранее ведро с тряпками и протянула разочарованному проигрышем навигатору.

– Пошли! Уборка ждет. Я специально не активировала робота-уборщика ради такого случая. Элли, ты с нами?

– Нет. Я пока останусь здесь, – усмехнулась я в свою очередь.

– Ну, смотри сама. Если что, на панели у двери можешь активировать динамик и позвать кого-нибудь для сопровождения.

– Хорошо.

– Я пойду, проконтролирую! – Она чуть ли не пищала от восторга.

– Не перестарайся, – бросила я ей напоследок.

– Само собой!

Как только зал погрузился в тишину, я всецело отдалась процессу привычных разминок.

Вчера Адалис присоединялся к нам за столом, но мы с Кассиль были поглощены предстоящим соревнованием, и нам было не до него. К тому же я всерьез задумалась о том, чтобы держать его на чуть большем расстоянии, чем сейчас. Ведь по какой-то причине я не позволила себе образовать с ним связь в прошлом? А по его рассказам, знали мы друг друга достаточно долго. Думаю, стоит подождать с этим до "Колыбели жизни".

Только вот в одном я не уверена. Буду ли я непоколебима в этом вопросе, если выясню, что Тьма, так заинтересовавшая меня, принадлежит ему? Вряд ли.

Сегодня на обеде капитан озвучил подорвавшую всем умиротворение новость: «Завтра мы достигнем Черной Дыры. После специального сигнала весь экипаж без исключения должен занять свои места. Пассажиры – явиться в командный пункт, разместиться в креслах и закрепить ремни безопасности. Подниматься до завершения маневра запрещено».

Вспомнила об этом, и на лбу проступила испарина. Вот теперь неплохо было бы спрятаться за чьей-то широкой спиной, надежной и непоколебимой. Кассиль обещала, что все это время будет рядом со мной. Только, в отличие от нее, я не увижу того, что нас ждет, и искренне переживаю за ее эмоциональное состояние.

Добравшись осторожно до скамейки, я нашла на нем полотенце и промокнула пот. Нелегко было выполнить весь прежний комплекс упражнений. Сейчас схожу в душ, затем на ужин. Надеюсь, Кассиль уже освободится к тому времени. Приятно одерживать победу, а уж наблюдать за ползающим с тряпкой мужчиной, поди, вдвое приятней.

Покинув зал, дверь за мной закрылась. Перемещаясь вдоль переборки, которая на ощупь уже имела более пристойный вид, я добралась до лестницы. Вчера в первой половине дня случился обещанный сотряс стен и потолков. Потому все неровности были более-менее устранены. Уже преодолев последнюю ступеньку, я встретила бортового медика, которого я узнала сразу по легкой поступи.

– Эливэйн, что ж вы одна-то по палубам бегаете?

– Я возвращаюсь из зала. Мне уже несложно ориентироваться на корабле. Благо, пространство не сильно большое: три этажа, две лестницы. Одна общая развилка.

– И все же я вам рекомендую не ходить без сопровождения. Оступитесь и полетите кубарем.

– Да бросьте. Что может случиться-то?

И в этот момент, как по заказу, корабль резко вильнул в сторону, а искусственная гравитация оказалась не достаточно сильной для того, чтобы я смогла удержать равновесие. В итоге я пошатнулась и упала в объятия доктора Ногана.

Общий динамик включился, и голос капитана произнес:

«Пилотов прошу срочно подняться на капитанский мостик»!

– Похоже, мы уже достаточно близко подлетели к Черной Дыре.

– Но ведь капитан Дантон сказал, что мы достигнем ее завтра? – уточнила я изумленно, переходя в вертикальное положение.

– А вы представляете себе размеры этого коллапсара? Его притяжение уже давно сбивает траекторию корабля. Сейчас Вандет и Тейлон пройдут к приборной панели и проведут около нее следующую пару суток. Переходим на ручное управление. Как я понял, только что капитан и навигатор самостоятельно избежали столкновения с каким-то космическим телом, что было подхвачено притяжением черной дыры.

– Мы уже преодолели ее горизонт?

– Нет. Его преодолевать мы будем завтра. Горизонт – это та грань, из которой невозможно будет вырваться, даже с нашей способностью к перемещению со скоростью тридцатикратной скорости света.

– Ого!

– Вот вам и «ого»! Не ходите без сопровождения.

– Обещаю исправиться! – в шутку отсалютировала я в пространство.

Мистиф помог мне дойти до каюты и наказал одной в столовую не ходить. Я кивнула. Из-за двери напротив было слышно, как сестренка раздает указания несчастному Найтену. Мне его снова жаль.

Как выяснилось позже, она так разошлась в связи с тем, что все же подарила хитрому парню поцелуй, и выполнял он возложенные на него обязательства с двойным усердием.

Мне осталось лишь глаза закатить. На мое замечание, как бы к этому отнеслась бабушка Мирлинда, Кассиль хохотнула и ответила:

– Прибила бы! Слишком уж высокие моральные принципы у старшего поколения.

Весь оставшийся вечер корабль периодически плавно менял траекторию движения, лавировал, избегая столкновения с космическим «мусором», который дрейфовал почти в том же направлении, что и мы. На этот раз на ногах уверенно держалась даже я.

– Если бы не регулярные газовые и радиоактивные выбросы Дыры, сложно представить, сколько бы всякой гадости попало в ближайшее пространство от Гелеона. А так, большая часть всего этого мусора сгорает и расплющивается приливными силами.

– Как бы нас не расплющило.

В данный момент она смотрела в иллюминационное окно и наблюдала за хаосом снаружи, собирая вилкой остатки жареной сайфы у себя в тарелке. Мы специально сели в другом месте, чтобы она могла оценить масштаб ожидающего нас кошмара. Саму Дыру отсюда не видно потому, что обзор открывался с левой стороны от корабля, зато проплывающие мимо осколки бывших звезд она лицезрела отчетливо.

– Святая Солун! – ахнула она, когда выглянула впервые. – Не бойся, родная, я сама собираюсь проходить в "телепорт" в первый раз.

– Да уж, – хмыкнула я.

Теперь и я чувствую, что нас по большей степени несет по инерции. Часть двигателей временно заглохла. Навигаторы начали расчет свободного времени между лавовыми радиоактивными взрывами, иными словами, между концом первой вспышки и началом второй. Среднее арифметическое значение, которое будет вычислено к завтрашнему дню, и будет нашим периодом маневра. Проскочить тоннель нужно сразу, второй попытки не будет.

В столовой мы находились одни, от чего стало непривычно тихо. Весь экипаж был при деле, и у меня невольно напросился вопрос.

– Кась, ты одна единственная, не считая меня, бездельничаешь. Почему?

– Моей основной задачей была забота о спасенных. Я должна была вместе с Мистифом Ноганом следить за анабиозной функцией репарационных капсул и помогать ему при необходимости. Но так как ты у нас одна, я тебя и развлекаю.

– То есть ты хочешь стать медиком?

– Нет-нет. Я буду геологом. Незадолго до поисковой экспедиции я поступила в университет.

– Молодец. И где ты планируешь работать?

– Не знаю. Думаю, по большей части на Трамптане. Там сначала у нас будет практика, представится возможность оценить свои силы и стремления. Так как Трамптан – холодная планета, думаю, с нашим даром там мне будет относительно комфортно. Не то, чтобы я собираюсь щеголять без теплых вещей в девяностаградусный мороз, но вынести подобную температуру мне будет легче, чем кому-либо другому из студентов.

– Логично. Выходит, на Сарфире мы теплыми вещами пользуемся редко?

– Как и наши Тени.

– То есть папы и дедушка?

– Они самые. Ведь они полны энергии наших родительниц.

– Понятно.

Межзвездник опять вильнул в сторону. Металлическая посуда заскользила по столу, но Кассиль быстро ее перехватила.

– Ты доела?

– Да.

– Я тогда уберу со стола. А ты держись крепче. На всякий случай.

– Хорошо.

– Девушки? Вы еще здесь? – изумился Мистиф Ноган, по привычке заглянув в столовую, проходя мимо.

– Уже уходим, – шумнула ему сестренка от посудомоечной машины.

– Так, белокурые пташки. Завтра чтобы после завтрака из кают ни ногой!

– Я золотистая! – поправила медика Кассиль.

– Белокурая! – настоял он на своем мнении игриво и скрылся, прежде чем одна из нас высказала ответный комплимент в его адрес.

– Какой мужчина! Вежливый, образованный, и на лицо не урод. Но не в моем вкусе. И чего нам, женщинам, не хватает? – рассуждала вслух Кассиль.

Я чуть не споткнулась, пока она меня из-за стола выводила.

– Ты дорасти еще сначала! Только сотка стукнула, а уже о мужиках. Тоже мне, взрослая женщина! Ведешь себя как дитя! – возмутились во мне сестринские инстинкты.

– Когда это я вела себя так?

– А то не помнишь? А спорил на поцелуи кто, как девчонка пятиклассница?

– Ну… я, – протянула она.

– О том и разговор.

– А во сколько на Земле совершеннолетие наступает? – решила схитрить младшая родственница.

– Не имеет значения! Ты Чародейка.

– Ну и ладно. Зато так жить не скучно.

Тут уж у меня аргументы кончились. Кто на самом деле знает, чем можно заниматься полторы тысячи земных лет?!

– Кась, а сколько дней в году в Гелеоне?

– Пятьсот сорок семь.

– Какой кошмар. И правда, по Земному времени выходит, что живем полторы тысячи лет. Сарфира от перенаселения не страдает? – спросила я, заходя в свою каюту.

– Нет. Во-первых, она большая. В Солнечной системе, где мы тебя нашли, есть такая огромная планета с кольцами…

– Сатурн?! – у меня отпала челюсть.

– Не знаю. Вот Сарфира не меньше. Во-вторых, на охоте тоже, как и в космосе, погибает немало людей.

– А про космос, это ты Кхагартов имеешь в виду?

– И их тоже, и прыжки через коллапсары… И ряд других причин, о которых я мало имею понятия.

"Боже, упаси"! – мелькнула мысль в моей голове.

– Скорей бы высадиться на твердой сарфире.

Сказала бы земле, да буду не права. Может, так и звать по привычке? Поживем, увидим.

– Ты купаться будешь? – опять принялась терзать мою косу Кассиль.

– Нет, я перед ужином искупалась. Удобно. Фен не нужен, все необходимое в комплекте.

– Это что, – отмахнулась сестренка. – Дома тебя ждут магазины. А в них твои любимые средства для омовений: шампуни, пена, гели, скрабы. Вот как вернемся, сразу пополним запасы и вернем тебе прежний цветущий вид.

Мне осталось только руками развести. Чувствую, выспаться, отлежаться в тихой норке, прячась от окружающей меня действительности, мне не дадут. А сколько трудностей на меня свалилось? Приняла одну реальность, сменила на другую, ожидаю знакомства с родителями и новым фантастическим миром. Как еще с ума не сошла, не знаю.

– О чем задумалась?

– О глубокой теплой пещере с мягкой кроватью и пищевым синтезатором. И чтобы дорогу туда никто не знал.

– Элли, – опустилась рядом со мной Кассиль. – Если тебе понадобится покой и время, ты нам только скажи. И здесь, и дома мы дадим тебе все, что нужно. Никто не собирается сразу возлагать на тебя семейные обязанности, гнать на работу, спешно присматривать сета и рожать детей. Только не закрывайся в своем маленьком мирке. Вокруг тебя будет много удивительного, и скучать тебе точно не придется, обещаю.

– Ну, если ты даешь мне слово, то по этому поводу в депрессию я больше впадать не стану.

– Даю тебе слово! – твердо поручилась она, после чего мы засмеялись.

Очередное маневрирование заставило нас грохнуться с кровати, на которой мы так мило расселись.

Сразу после этого голос капитана принес свои извинения и рекомендовал пассажиркам разойтись по каютам.

– Спокойной ночи, – обняла меня сестра за плечи после того, как помогла удобно разместиться на койке. – Ложись, отсюда точно не упадешь.

– Сладких снов.

Дверь за ней закрылась, а я еще долго вслушивалась в пространство. Ничего необычного, а сон не шел. Где-то через час пустых мечтаний я стала считать овец, потом звезды, а затем и вовсе взялась напевать земную колыбельную. Некая нотка печали все же кольнула мое сердце. Никогда я не смогу забыть Землю. Хотя и были те приятные минуты с Люси Бастьен лишь профессиональной актерской игрой, но они были. И многие вещи достаточно прочно засели у меня в голове. Например, тот роман "Демон из преисподней", который последним мне прочитала земная родственница.

Вспоминая сюжет и приятные моменты книги, я, наконец, задремала. Но не успела провалиться в сон, как снова почувствовала чужое присутствие. Ни звука, ни колыхания воздуха… лишь ощущение знакомой Тьмы совсем рядом.

Я уже не ждала, ведь две предыдущие ночи гость не являлся. Последний его визит просто списала на доставку моей слезы, с непонятной целью. А теперь… Он снова здесь и смотрит на меня.

Я старалась не выдать свое состояние, что не сплю, а подслушиваю, не боясь, что мне причинят вред. Мое дыхание сбилось всего на мгновение и выровнялось вновь.

На этот раз гость подошел ближе. Могучая Тьма окутала меня невесомым покрывалом, даря заботу. Приятное чувство, немного чужого тепла и покровительства. Страхи ненадолго ушли, сменившись ожиданием чуда. И оно не заставило себя долго ждать.

Моего лица снова коснулись кончиками пальцев, заботливо убирая выбившийся локон за ушко. Они описали за ним круг и медленно спустились к шее, замерев на пульсе.

Здесь можно было безошибочно определить, что я давно уже не сплю, сердце просто бешено колотится, выдавая меня с головой! Остановись, мгновенье… Я хочу еще.

Словно услыхав мои мысли, ласковая дорожка продолжила путь вниз, ввергая меня в трепет, пробежалась по открытым ключицам и завершила путь у ложбинки меж грудей. Ловкие пальцы решительно подхватили край невесомой ткани пеньюара и замерли. Некоторое время ничего не происходило, а я забыла, что надо дышать…

Внезапно тишину рассек короткий недовольный рык. Желанная Тьма нехотя отпустила меня, и все исчезло… Разочарованный вздох сорвался с моих губ. У меня словно отняли что-то ценное, запавшее в самую душу! То, без чего я теперь точно не смогу спать.

– Я буду ждать тебя следующей ночью, – произнесла я вслух, в надежде быть услышанной. – Если мы переживем завтрашний день…

К утру я призналась сама себе, что у меня жуткий… гиповитаминоз. Вставать с постели не хотелось. Пусть вселенная катится к чертям, Верните мне того мужчину, что повадился ходить ко мне в гости по ночам. Запакуйте в сто оберток, и я буду медленно их срывать, чтобы он испытал все те мучения, что я перенесла после его поспешного ухода.

И ведь вроде ничего такого не свершилось: ну, пощупал немного, очаровал своим сильным и наглым (несомненно!) даром. Да, хочется большего. Но бушующие гормоны требуют добавки.

Несколько вопросов крутилось в голове, и ни на один я не могла найти ответ. Почему мой гость не откроется? Не уж то так сложно подойти и сказать: «Вот он я! Возьми меня?» Может, он боится быть отвергнутым? Тогда я его понимаю. У девки (меня) и так мозги набекрень, так еще воспримет шокирующую новость неадекватно.

Кто же это? Ох, как мне хочется, чтобы это был Он! Нужно срочно Его обнять! Хотя… Единственная трезвая мысль снова выдернула меня из розовых облаков. Сегодня не получится. Ведь, возможно, именно сегодняшняя дата будет красоваться на нашем общем обелиске.

Черная Дыра – чтоб ее сорок раз переколбасило! После нашего успешного перелета, разумеется.

В дверь нещадно ломилась сестра, кроя меня благим матом, а я все не нахожу сил подняться.

– Элли! Если ты сейчас же не откроешь мне дверь, я позову капитана, чтобы он снес тебе магнитный замок к кхагарту! – глухо раздался раздраженный вопль Кассиль из-за переборки.

Хватило пяти секунд для того чтобы вскочить и добраться до дверной панели, еще трех, чтобы нажать на нужную кнопку, и в тот момент, когда дверь вжикнула, отъезжая в сторону, раздался изумленный голос Дантона Стронга:

– Что-то случилось?

Я так и застыла, в прозрачной сорочке, с рукой на панели, босиком, напротив возмущенной Кассиль и проходившего мимо капитана.

Воцарилась длинная неловкая тишина, после которой Дантон Стронг молча отступил и поспешно продолжил свой путь, я спряталась за переборкой своей каюты, а Кассиль привычно обронила свое "Ой!".

– Иногда мне кажется, что вся твоя недолгая жизнь состоит из таких вот регулярных "Ой!" – зашипела я на сестру.

– Брось. Наш традиционный костюм куда откровенней твоей сетки.

– Я его не надену никогда!

– Ой, не зарекайся, – в голосе родственницы заискрило веселье!

– Опять ты… – начала я, но была перебита.

– Ой, все!

– Бесишь! Что так ломилась? – перешла я к делу.

– Нужно успеть перекусить прежде, чем будет совершен прыжок. Я и так вся на нервах, и еще ты не реагируешь.

– Вставать не хотела.

– Не спала всю ночь? – догадливо заметила Кассиль.

– Почти.

– Не дрейфь, сестренка, я с тобой!

Ага. Знала бы она причину моей бессонницы. Какая там Дыра? Нет, не слышала.

– Расчеши меня, горе луковое! Начинаю привыкать к твоей возне.

– Только быстро.

Приведя себя в порядок, я натянула чистые невесомые штанишки и другой топ. На этот раз мягкую мантию я тоже надела. Чувствую себя голой! И все это из-за утреннего случая.

Перекус действительно был скорым, и, помня наказ Мистифа Ногана, мы разошлись по каютам. Я лежала и перебирала в руках бусы, ощупывая каждый камень, оценивала их неровности и пыталась представить лазурный цвет, коим они обладали. Извлекла из ящичка стола "слезу" и снова повертела ее в руках. Зачем мне ее вернули? Я себе таких за тысячу триста лет еще тележку наплачу, если, конечно найдется тот, кто подарит мне счастье.

Спустя полчаса, динамик оживился.

– Пассажиров прошу пройти в командный пункт. Всем членам экипажа занять рабочие места!

Ну, вот и началось. Выйдя в коридор, я была тут же подхвачена под локоток сестрой и сопровождена к штурманской рубке. Капитан встретил нас и разместил по креслам, помогая закрепить ремни безопасности и массивные ограничители. Теперь точно никуда не денемся.

– Кассиль? – окликнула я сестру, отметив, что она непривычно молчалива.

– Эливэйн… – откликнулась чародейка трагичным тоном. – Нам конец!

Я так понимаю, она увидела коллапсар, да?

– Кассиль! Не пугай сестру! Неизвестность, поверь мне, еще более ужасное чувство! – сделал ей замечание Дантон Стронг, очередной раз проверяя, надежно ли на мне закреплены ремни безопасности. – Так, красавицы, я поворачиваю вас спиной к экрану. Не высовываться, с мест не вставать, что бы вы ни услышали. Можете помолиться своей Солун, это будет очень кстати!

Лучше бы он не произносил последнее предложение, потому что я вдруг прислушалась к страшному грохоту, исходящему извне.

– Что это было? – хором спросили мы с сестрой, догадываясь об ответе.

– Не отвлекайте экипаж от работы. Все понятно? – добавил капитан.

– Да, – кивнула я уверенно, крепко впиваясь пальцами в подлокотники.

Ударная волна немного сотрясла межзвездник, заставив нас понервничать.

– Вот и умница, – мягко ответил Дантон, успокаивающе коснувшись моего плеча. – Положитесь на нас.

После этого он прошел к панели управления, где его приказы ждали пилоты и навигаторы. Мы слышали все, что творилось вокруг нас. Корабль потряхивало, приборы издавали разночастотные сигналы, предупреждая об опасности, что ждет впереди.

– Начинаем сразу после следующей вспышки! Адалис, следи по локатору, чтобы никакой объект нас не протаранил сзади и со стороны. Найтен, наблюдаешь только за целью и корректируешь траекторию полета.

– Капитан, необходимо подобраться чуть ближе к горизонту событий. Мы рискуем опоздать, – выдвинул заключение Тейлон невозмутимым тоном.

– Действуйте, – велел Дантон, после чего обратился к Вандет. – Уровень перегрузки?

– Сорок процентов.

– Пересчитать риск.

– Перерасчет запущен, – через две секунды раздался тонкий сигнал. – Риск – семьдесят процентов.

– Допустимо. Еще раз оценить максимальную мощность всех двигателей и проверить состояние гипердрайва.

– Процесс диагностики запущен, – и снова тонкий сигнал оповестил о готовом ответе. – Показатели без изменений. Гипердрайв готов к запуску.

– Уровень противорадиационной защиты?

– Девяносто семь процентов.

– Термоустойчивость?

– Семьдесят три. При успешном маневрировании восемьдесят.

– Капитан! – окликнул Дантона Адалис. – Шестой магнетрон вышел из строя! Электромагнитный фон слишком высок! Доплокатор перестал транслировать данные!

Сделав два широких шага, капитан нажал кнопку на панели и велел в микрофон механику срочно устранить возникшую неисправность.

Несколько минут ушло на починку, ситуация изрядно накалялась. Капитан продолжал проверять готовность других систем.

– Неисправность устранена! – оповестил всех Адалис и сразу воскликнул: – Приближается астероид, по левому флангу! До контакта – восемь, семь…

– Пилоты! Уйти от столкновения! – мгновенно последовал приказ.

Ситуация моментально вошла в оборот.

– Есть! – хором ответили Вандет и Тейлон, после чего корабль резко ушел вверх.

Последовал мощный удар, полностью избежать встречи с мчащимся к коллапсару астероидом не удалось. Со всех сторон запищали тревожные сигналы, корабль стало изрядно потряхивать. Мы с сестрой, кажется, закричали.

– Поврежден запасной грузовой отсек! Давление стремительно падает! – не переставая, докладывали навигаторы.

– Запечатать все двери! Полностью изолировать блок! Экипажу перебраться в приборно-агрегатный отсек. Все внимание на систему жизнеобеспечения и работу двигателей!

– Капитан, – Найтен Полз перенял внимание на себя. – Внутри объекта наблюдается начало высокоэнергитической реакции!

– Всем приготовиться к световой вспышке и ударной волне! Как только выброс газов и радиации сойдет на нет, двигатели врубаем на полную мощность и преодолеваем Границу событий.

– Так точно! – отозвались пилоты.

– Дантон! Нужно отменить прыжок. С пробоиной в грузовом отсеке нет гарантий выполнения маневра успешно! – попытался отговорить капитана Адалис.

– Отставить! Отсек надежно изолирован. Продолжаем операцию. Приготовиться к гиперпространственному прыжку!

– Идиот! Если мы сдохнем, я тебя и на том свете достану! – высказался в сердцах навигатор.

На глупые угрозы капитан не обратил должного внимания.

– Элли… – позвала меня сестра, всхлипывая от страха.

Моей руки коснулись ледяные тонкие пальцы, и мы крепко сцепили ладони. Сейчас я молилась всем богам разом, чтобы повреждение космического корабля не помешало совершить пространственный прыжок через этот смертельно опасный телепорт.

Где-то на грани слышимости все уловили, как трепетно Вандет обратилась к Тейлону с признанием в любви, на что получила не менее горячий ответ: "Только твой, всегда"!

Слезы полились градом. И черт с этим временем! Пусть бы добирались назад еще два года, но все были бы живы и счастливы! Хотя нет полной гарантии, что за это время не случится другая напасть.

Послышался взрыв, а за ним прошла ударная волна.

– Вперед! – отдал приказ капитан, и уже через полминуты мы преодолели горизонт.

Как я это поняла? Нас понесло куда-то с такой скоростью, что ремни от натяжения впивались мне в кожу, сквозь ткань, а еще через несколько минут пилоты стали упорно маневрировать среди всего того космического мусора, что тянула в себя Черная дыра гравитационным притяжением вместе с нами. Я очередной раз поразилась реакции и внимательности сарфирийцев.

Мне казалось, что прошла вечность, прежде чем Найтен с паникой в голосе заключил:

– Не успеваем!

– Выжать из корабля весь максимум! – велел Дантон.

– Достигнут максимальный предел! – отчиталась Вандет.

– Система охлаждения двигателей выходит из строя! – подтвердил ее слова Тейлон. – Термоустойчивость корабля снизилась до сорока процентов.

Внутри командного пункта мгновенно стало невыносимо жарко.

– Это конец… – сорвалось с уст Адалиса.

– Кассиль! Кася! – Пыталась я привести в чувство сестру, ударившуюся в панику. – Нам нужно использовать свой дар!

– Но… Как?

– У нас хватит сил продержать минусовую температуру на корабле всего пару минут?

– Да… – ответила она неуверенно, но потом твердо заявила, оценив мою идею. – Да! Вдвоем выйдет.

– Что надо делать?

– Просто поверить.

И я поверила… Потому что хотела жить, хотела видеть и помнить! Еще не полна та тележка моих слез, порожденных счастьем!

– Началась новая высокоэнергетическая реакция внутри объекта! Радиоактивный выброс идет к нам навстречу! – Найтен, кажется, сорвал голос, стараясь перекричать весь шум. – Нам бы только проскочить…

После его слов на капитанском мостике температура начала понижаться, ресницы охватил иней, а каждая клеточка моего тела испытала облегчение.

– Эливэйн?! – обеспокоенно и изумленно обернулись в нашу сторону Тени.

Холод, подчиняясь ментальному приказу двух чародеек, стремительно рванул во все стороны, охватил каждую трубу, каждый провод, все мельчайшие и крупные запчасти до единой. Казалось, что на мое лицо ложатся невесомые снежинки. Однако оценить всю гамму впечатлений не удалось. Корабль ворвался во встречное радиоактивное пламя, что старалось оставить от нас одно воспоминание.

Мы не справлялись. Горячо! Слишком горячо!

– Тейлон, бери управление на себя! – распорядилась Вандет, поднялась с места и стала собирать с пространства лишний жар, заполняя свой резерв до краев.

– Вандет, ты сгоришь! Остановись! – запаниковал ее сет.

– Элли… – простонала с другой стороны Кассиль, – Я… опустошена.

Зато я еще не чувствую слабости. Видимо, за восемь лет отсутствия должной практики у меня энергии накопилось достаточно много. Максимально сосредоточившись, я снова дала волю дару, и, первым делом, он поддержал распаленную Вандет. Та с тяжелым вздохом упала на колени, и, наконец, все закончилось.

Ход корабля выровнялся, мороз охватил его весь, я не успела деактивировать дар вовремя. В штурманской рубке стало невыносимо холодно, опора кресла, в котором я находилась, подломилась, ремни и ограничители осыпались ледяными осколками, не выдержав перепада температур. Я стала падать, не в состоянии даже сгруппироваться. Меня подхватили сильные руки и прижали к широкой груди. Знакомая Тьма охватила своего обладателя и его ношу, заключая в надежный кокон.

Прежде чем кануть в бессильное небытие, я успела услышать отчет Тейлона:

– Оцениваю обстановку. Нас выбросило совсем рядом с межгалактической траекторией полетов. Расчеты оказались верными. Мы преодолели телепорт. Задаю курс, корабль перевожу на автономное управление, – после этого он сорвался с места. – Вандет, детка! Держись…

Пробуждение было малоприятным. Нет, я не чувствовала себя выжатым лимоном, но голова раскалывалась страшно. Мой страдальческий стон разнесся по каюте, заставив Кассиль подорваться с места.

– Вилька!!! – на меня сверху бухнулось вопящее создание, лишь добавляя дискомфорт.

– Слезь с меня, садистка… – прохрипела я, пытаясь глотнуть спасительной порции воздуха.

– Ой! Прости, – тут же отстранилась она.

– "Ой!" нет тебе прощения! Дай воды, – переключилась я с замечания на насущную проблему. – И чего-нибудь от головы. Топор подойдет.

– Топора нет, только алебарда. Оно и к лучшему, отойду подальше, замахнусь повыше и даже не запачкаюсь!

– Сразу видно… родственницы. Мыслим в одном направлении, – буркнула я, ничуть не обидевшись.

– Не волнуйся, все уже здесь! Мы с Вандет позаботились об этом заранее.

– А, то есть и топор тоже…

Сначала Кассиль помогла занять полу сидячее положение, затем подала мне стакан воды и вложила в ладонь капсулу со спасительным лекарством.

– Глотай сразу, оболочка растворяется очень быстро.

Я без оговорок выполнила указание и сразу поинтересовалась.

– Как у нее дела?

– Она в полном порядке. Ты облегчила ее состояние, и сознания она не потеряла. Как только все улеглось, Тейлон унес ее в каюту и ополовинил ей энергетический резерв!

– Вот повезло. С таким мужчиной, в самом деле, второй сет не нужен.

– Да уж, – хмыкнула Кассиль, соглашаясь со мной.

Немного выдержав паузу, я спросила:

– Много повреждений у корабля?

– На удивление, нет. Пробита обшивка грузового отсека, но ее можно подлатать прямо в космосе. Кресло, на котором ты сидела, восстановлению не подлежит. Я даже предположить боюсь, какой была температура твоего тела в момент колдовства! – в ее голосе звучал неподдельный восторг.

– Я перестаралась?

– Совсем чуть-чуть. Сначала тебя перенесли в каюту с базиликтом. Там ты согрелась, но так и не проснулась. Затем Мистиф Ноган воспользовался репарационной капсулой и с изумлением заключил, что помощь тебе не требуется, и ты просто пребываешь в магическом истощении.

– Понятно.

– Так, сиди здесь, я тебя наряжу и быстренько схожу за горячим. Ты проспала два дня, – поднялась с койки Кассиль.

– С ума сойти!

Сестра подошла к переборке и активировала динамик.

– Капитан Дантон, Эливэйн пришла в себя.

– Замечательно. Мы скоро подойдем, – ответил ей мужчина, на мой взгляд, как-то отстраненно и безрадостно.

– Зачем? – спросила я взволнованно.

– Затем, чтобы поделиться с дальнейшими планами путешествия и справиться о твоем здоровье.

Сразу после этого на меня натянули… традиционный костюм!!!

– Кассиль!

– Извини, другого ничего нет. Мы забыли твои вещи в чистку загрузить, а предыдущая одежда рассыпалась.

У меня челюсть отпала. Это я что – перед всеми в неглиже присутствовала???

– Давай привыкай. Костюм у нас является повседневной одеждой, и наш дар на него не влияет. Комплектов у каждой чародейки достаточно много, разница лишь в цветовой гамме, количестве рюшек, камней и бантиков…

– Каких бантиков?!

– Это я образно.

– Куда тут цеплять бантики? На трусы? – не переставала я возмущаться.

– Эй! Это не трусы, а пояс. Причем, достаточно широкий и заниженный.

– Едва держится на бедрах.

– Не выдумывай. Он надежно сидит, – отмахнулась сестренка и принялась читать мне лекцию. – Пояс расшивается бисером, бусинами или пайетками, а его низ иногда украшается бахромой или монистами. Во время движений бедер бахрома и монисто ритмично колеблются и позвякивают, приковывая внимание мужчин.

– Мне это ни к чему сейчас!

– Эливэйн, спорим, когда к тебе вернется память, ты станешь полностью разделять мой вкус?

Мне осталось лишь застонать с досады. С ней спорить – себе дороже. Главное лиф надежно прикрыт, а уж чем он там расшит, меня сейчас мало волновало. Верхняя часть костюма имела невесомые прозрачные рукава, свободные, оканчивающиеся широкими манжетами, что плотно застегивались на запястьях. Я бы сравнила их с паутинкой, как и штанины, пошитые по тому же принципу. Картину довершали все те же балетки и длинная мантия.

– Она же при ходьбе мешается!

– Через предплечье ее перекидывай, если куда-то спешишь.

– Ну и дела!

– Хватит ныть!

– Цвет белый и синий?

– Да.

В каюту постучали, тут же стало не до нытья.

– Не успели косу заплести.

– Кхагарт с ней, с косой! Иди, открывай, – взялась я за заколку, нащупав ее в кучке того барахла, что разложила на столике сестренка.

Дверь отъехала в сторону, пропуская в каюту трех Теней.

– Пойду в столовую, за горячим, – произнесла Кассиль и выскочила в коридор, оставив меня один на один с сарфирийскими мужчинами.

Предательница! Вырядила и бросила. То, что третий из них Адалис – я не сомневалась. Уже достаточно быстро узнаю этих Теней по шагам и тяжелой поступи.

– Добрый день, леди! – радушно поприветствовал меня Мистиф Ноган. – Как ваше самочувствие?

– Спасибо, уже лучше. Поначалу головная боль беспокоила, но сейчас все в порядке, – ответила я, закрепляя волосы в хвост и надевая уже привычную ленту на глаза.

– Прекрасно. Если нет других жалоб, с вашего позволения, я вернусь в медицинский блок, – сразу откланялся медик.

Что-то он неожиданно быстро. Теперь я осталась в компании двух интересующих меня мужчин. Почти голышом! Земные понятия во мне еще пока сидят крепко.

– Леди, – с чувством начал капитан, набрав в грудь побольше воздуха. – Я приношу свои извинения за то, что рисковал вашими жизнями, отдав приказ на прыжок сквозь пространственный коридор.

В этот момент Дантон Стронг пал возле меня на одно колено, что я безошибочно определила на слух, я слегка вздрогнула от неожиданного и нежного прикосновения к моей ладони.

– Прошу простить меня. Впредь обещаю больше не принимать опрометчивых решений, грозящих вам и вашей сестре гибелью. Так же выражаю благодарность за спасение жизней всего экипажа.

Как тут не простить, когда так просят? Даже если бы он и виноват ни в чем не был.

– Проход по пространственному коридору нам был необходим, – ответила я, стараясь выглядеть убедительной. – Зла на вас не держу, капитан. Сложившиеся обстоятельства помогли мне снова обрести контроль над даром. Все что ни делается, все к лучшему.

– Благодарю, Эливэйн, – с большей уверенностью ответил Дантон, после чего кончиков моих пальцев коснулись его теплые губы, порождая одним таким невесомым касанием во мне яркий отклик.

Я безмолвно ахнула, что не укрылось от окружающих меня Теней. Оценив мою реакцию, Адалис неожиданно издал раздраженный ревнивый рык, но быстро взял себя в руки.

– Эливэйн, – подошел он ко мне чуть ближе, как только капитан поднялся. – Я безумно волновался! Когда ты упала, мы все думали, что потеряем тебя.

"Не может быть… Это не может быть он! Верно?" – проскочила у меня волнительная мысль. Руки сразу мелко задрожали, и я стала оседать там, где стояла. Сказала бы я, что в глазах потемнело, но там и так темно! Хоть глаз выколи!

– Эливэйн?! – хором воскликнули мужчины и подхватили меня под руки с двух сторон.

– Может, отнести тебя в медицинский блок? – предложил Адалис.

– Нет! – резко выказала я сопротивление и нашла оправдание. – Это… голод. Просто слабость накатила, вот и все.

– А вот и я, – раздался довольный голосок младшей родственницы, но быстро сменился настороженностью, как только она увидела меня снова бледную, какой я была когда-то на Земле.

– Элли? Тебе нехорошо?

– Мы оставим вас, – тут же выдвинул решение за двоих Дантон. – Идем, Адалис. Необходимо помочь инженерам завершить починку шестнадцатого охлаждающего конденсатора.

– Поправляйся, – торопливо поцеловал меня в щеку Адалис, от чего я чуть не подскочила.

На этот раз зарычал капитан, после чего оба мужчины вышли, и дверь за ними закрылась.

– Что произошло? – тут же затребовала подробностей Кассиль.

– Ты нарочно все это устроила! – начала я предъявлять ей претензии.

– Само собой, – хмыкнула она.

– Почему ты не сказала, что капитан будет падать передо мной на колени?

– Это бы что-то изменило?

– Я бы выпрыгнула в иллюминатор!

– От "счастья"? – хохотнула Кассиль.

– Мне было ужасно неловко, – принялась я комкать в руках мантию.

– Он должен был это сделать.

– Почему?

– Так принято! Видишь ли, наша бабушка – глава рода снежных чародеек. У нас есть свой титул и честь. Я бы не сказала, что на Сарфире жесткий матриархат, но в большей степени властью обладают женщины, в меньшей – Тени. У нас есть Королева и Чезар. Я уже упоминала о них. Риск быть уничтоженными во время прыжка был, но незначительный, за счет того что Капитан Дантон и наша команда имеет за плечами огромный опыт полетов. После повреждения межзвездника риск многократно возрос. Но Дантон Стронг закрыл на это глаза. Разумным было бы отступить.

– И дать задний ход? Навстречу всему тому космическому мусору, что следовал за нами весь путь в течение нескольких суток?

Кассиль задумалась над моим ответом, а я продолжила.

– Мало того, что нам пришлось бы одолевать притяжение Черной Дыры, так еще и уворачиваться от множественных столкновений.

– Засада, – выдала сестренка спустя минуту молчания.

– Давай поднос, – вздохнула я. – Остынет же все.

– За столик садись.

Какое-то время мы не разговаривали, я старалась есть как можно аккуратней, чтобы с непривычки не макнуть рукавами в суп или подливу. Мысли были заполнены яркими и противоречивыми эмоциями, что породили во мне Тени. Два легких поцелуя повергли меня в смятение и растерянность. А их реакция? Адалиса еще можно понять, он старается не упускать шанс провести со мной свободное время, используя при этом все свое обаяние. Но что побудило капитана выказать свое недовольство его вниманием к моей персоне? Неужели я подхожу его Дару Тьмы, и он в самом деле это надежно скрывает? Еще замечание Адалиса насчет моего падения после пространственного прыжка породило во мне массу подозрений.

Боже, как все запутано! Теперь мне страшно, не хочу, чтобы гость явился снова. Но я точно знаю, если он придет, я не буду против. Потому что скучаю.

– Что я успела пропустить за два дня? – подняла я тему, чтобы хоть как-то отогнать ворох непрошеных мыслей на задворки сознания.

– Пока корабль приводят в порядок, мы не спеша движемся на автопилоте к нашей галактике по относительно безопасному межгалактическому тракту, – начала отчет сестренка, тоже что-то жуя и гремя ложкой о металлическую чашку.

– Относительно безопасному? – пришлось ее перебить.

– Ну, помнишь, я тебе про пиратство говорила?

– Помню, – тяжелый вздох вырвался сам собой.

Час от часу не легче.

– Были приведены в порядок датчики и панель управления, частично вышедшие из строя, подправлены неполадки в системе жизнеобеспечения, и вот уже вторые сутки все дружно чинят систему охлаждения двигателей и меняют в них поизносившиеся детали.

– А на корабле есть запасные?

– Да, на основном складе. Завтра планируется починка обшивки наложением тугоплавких металлических пластов, что по идее хранятся как раз в дополнительном грузовом отсеке. Заглянуть туда сейчас возможности нет: ни камеры, ни свет там не работают. Блок изолирован, воздуха и гравитации нет.

– Если пробоина большая, есть вероятность, что пласты утеряны?

– Получается, что есть.

– Это сильно может помешать?

– Чтобы не рисковать, придется передвигаться с той же скоростью, что и сейчас, и выходит – путешествие наше увеличится вдвое.

Скорей бы уже долететь. Никаких нервов на все это не хватит.

– Кась, а когда резерв пуст или ополовинен, как я себя должна при этом чувствовать?

– Слабость в основном. При полном опустошении может возникнуть тошнота.

– Понятненько. Выходит, пока я спала, смогла восстановиться наполовину?

– Вроде того, – ответила она туманно и тут же предложила. – Не хочешь пройтись? Сегодня смена Найтена. Пока ты спала, он развлекал меня, как мог.

– Не таит ли он к тебе какой интерес? – все же поинтересовалась я.

– Нет. Нам просто скучно. Мы уже давно дрейфуем в космосе.

– Уверена?

– Абсолютно, – без сомнений ответила сестренка.

– Ладно, пройдемся. Только держи меня крепче. Мало ли что? Головная боль уже совсем прошла.

– Заодно и тарелки занесем на место.

В коридорах было пусто, периодически доносились звуки ремонтных работ с нижнего этажа, реплики мужчин, шум двигателя теперь прослушивался отчетливей. Видимо, прыжок действительно обошелся нам очень дорого. Если бы я чуть больше соображала сейчас в этом, то с уверенностью бы сказала, что от подобных и других случаев никто не застрахован. Полагаю, Черная Дыра оказалась слишком мощной и опасной для нашего мезжзвездного корабля.

Как, наверно, страшно наблюдать за клубящимся и скручивающимся в воронку пламенем с зияющим черным провалом. Такой объект затягивает в себя целые планеты, что уж говорить о космическом транспорте.

Через полчаса изучений коридоров и жилого отсека стало откровенно скучно. От Кассиль это не укрылось, и она решила ознакомить меня с расположением некоторых кают.

– Давай, на всякий случай я покажу, где кто обитает. Идем от твоей каюты вглубь жилого отсека.

Через восемь шагов она остановилась и велела мне протянуть руку к переборке.

– Это каюта капитана.

– За стеной от меня? – изумилась я.

– За переборкой. Да, вы соседи, – хихикнула сестренка. – Напротив него расположились Вандет и Тейлон.

После этого мы прошли еще восемь шагов.

– С капитаном соседствует Найтен, а с пилотами – Мистиф Ноган. Дальше расположились остальные члены экипажа. Адалис – сосед Найтена.

– Понятно. Я запомнила.

Позади нас раздались тяжелые шаги Теней и гораздо более легкие – Вандет.

– Девочки? – окликнула нас огневичка. – Как у вас дела? Как себя чувствует Элли?

Она крепко меня обняла, от чего мое тело слегка окутало тепло. Вот что значит противоположности – огонь и лед.

– Я в порядке. А ты как? Рядом с тобой воздух пышет жаром, – натянула я улыбку, растроганная проявлением ее чувств.

– Что со мной станется? Я же чародейка! – гордо заявила подруга, от чего Тейлон, в свою очередь, фыркнул.

– Вы закончили ремонт? – поинтересовалась Кассиль.

– Да. Идем купаться. Вся маслом пропахла. Встретимся на ужине?

– Да, конечно! – Я снова улыбнулась и нашла руку сестренки, чтобы пойти дальше.

Но не успели мы сделать и пары шагов, как…

– Изучаем жилой блок? – раздался голос Адалиса совсем рядом, словно гром среди ясного неба.

Опять подкрался, негодяй!

– Ты сделаешь меня заикой, – подскочила я от неожиданности.

– Прости, – весело извинился он, явно ничуть не сожалея. – Но твои щеки каждый раз так пылают, что я снова не удержался!

– Следующий раз гарантированно отреагирую неадекватно!

– Поцелуешь? – мурлыкнул Тень на ушко.

– Кулаком в зубы! – пришлось опасливо отстраниться.

– Посмотрим.

– Это что, вызов? – изумилась я его ответу. – Я ведь не промахнусь!

– Запомнила, где находится моя каюта? – ушел он от ответа.

– А что?

– Заглядывай в гости, – как можно более невинно пояснил он. – Всегда буду рад видеть!

От такого неоднозначного предложения у меня мурашки побежали. Впереди дважды вжикнула дверь, что предшествовала моей, и секундой позже раздался глухой грохот переборки.

– Не дождешься, – прошипела я, задумчиво сожалея, что в моих руках нет волшебной сковородки, которой героини многих прослушанных мной книг предпочитают воспитывать подобных ухажеров.

Адалис лишь весело хмыкнул, а Кассиль забурчала себе что-то под нос, но вмешиваться не спешила.

– Пойдем, – потянула я ее, одновременно подстраховывая свой путь рукой, чтобы не споткнуться.

– Наобщалась? – не удержалась от сарказма Кассиль.

– Стараюсь следовать твоему совету и держать мужчин на расстоянии.

– И правильно! Они все извращенцы. – Ее реплика позволила мне снисходительно ухмыльнуться.

– Говоришь, вещи мои в чистке?

– Да.

– Покажи, где это.

– На нижней палубе. Там сейчас холодно из-за пробоины в грузовом отсеке. Может, потом сходим?

– И это мне говорит снегурочка?

– Снежная чародейка, – поправила сестра. – Тебе не кажется, что "снегурочка" звучит слишком по-детски?

– Кажется. Но от этого не менее ласково. Веди.

По сравнению со средней палубой внизу в самом деле оказалось прохладней. Перекинув мантии через руки, мы спустились вниз.

– Как ты помнишь, тренировочный зал по левую сторону. Чистка находится с правой стороны от него.

– Прачечная, – назвала я ее привычным земным словом.

– Как тебе удобней, – отмахнулась Кассиль.

Войдя в помещение, она показала мне, как подойти к машинке, загрузить белье и запустить. Может, это и не пригодится, ведь во всем помогает Кассиль, но заниматься мне больше нечем.

– Что это Адалис так расхрабрился? – не удержалась я от вопроса.

– По всей видимости, он разглядел в капитане своего соперника.

– Не вижу поводов для ревности.

Сестренка весело хмыкнула.

– Что?

– Дантон Стронг сегодня не оказывал тебе ненароком какой-нибудь знак внимания?

– Руку поцеловал.

– И-и-и? – не унималась Кассиль, требуя деталей.

– И мне понравилось.

– Все это было при навигаторе?

– Разумеется, – я никак не могла понять, к чему она ведет.

– Видишь ли. Когда один сарфириец пытается понравиться чародейке, окружающие ее мужчины для него становятся соперниками. Все до единого! Ему начинает казаться, что на сокровище, предназначенное только ему, другие Тени тоже имеют виды. Тут просыпаются инстинкты собственника и хищника, что начинают всячески отстаивать свое право на желанную женщину. А теперь представь: перед Адалисом стоит мужчина, что целует твою руку, и ты от этого в восторге! Его самообладанию можно поставить памятник. Хотя… восемь лет назад он кидался с места, сломя голову!

– Что?! – воскликнула я.

– Ничего. Не моя тайна. – Тут же пошла сестра на попятную.

– Кассиль!

– Нет, Элли. Я и так сболтнула лишнее. Мои откровения никак не должны влиять на твою судьбу и личный выбор. Придет время – вспомнишь все сама. Если не выйдет – то решение в отношении Адалиса тоже придется принимать только тебе.

Я помолчала. Меня сейчас терзало жгучее любопытство, что же такого было в прошлом?

На ужине огневичка поделилась, как ей было страшно за себя, Тейлона, а потом уже за остальных. Ее слова снова заставили меня задуматься над тонкостями отношений в паре с мужчиной.

– Девочки, она просто огромна! – высказалась Вандет эмоционально.

– Я успела увидеть, – хмыкнула Кассиль и отчетливо передернула плечами, от чего легкая ткань рукавов зашелестела.

– Элли молодец! Я даже и не подумала активировать дар, пока вы им не воспользовались. Правда, Тейлон устроил мне взбучку и целый час читал проповеди на следующий день.

– Это он от нервов, – хором выдали мы с сестрой.

– Точно, – счастливо хихикнула Вандет. – Он еще ни разу не дал повода пожалеть о нашей связи. Мне кажется, быть с ним это и есть счастье.

Представляю, как сияет ее лицо сейчас. Голос подруги был полон любви и блаженства. Начинаю потихоньку завидовать.

– Ну, вы сидите, а я пойду в каюту. Отдохну, – вздохнула я и решила уединиться. – Кассиль, у нас есть, что почитать на корабле?

– Конечно! – воодушевилась она. – У меня в каюте есть киберблок. Подыскать что-нибудь и почитать?

– Да, но уже не сегодня, – поморщилась я. – До завтра.

– Элли, ты уверена, что перед сном мне не стоит заглянуть? – изумилась Кассиль.

– Уверена. Лягу пораньше. Общайтесь.

Оценив окружающее вокруг меня пространство, привычный резонанс корабля, я выстроила свой курс и направилась к выходу из столовой, страхуя свой путь на ощупь. И вот когда я уже занесла руку, чтобы дотянуться до ожидаемой переборки, ее, едва касаясь, перехватила массивная, немного шероховатая ладонь.

– Проводить вас, Эливэйн? – раздался вежливый голос капитана.

– Спасибо! Буду весьма благодарна.

Да! Конечно! Вот с кем я хочу пообщаться! С загадочным членом экипажа, единственным относительно сдержанным мужчиной, по крайней мере, в моем обществе, не считая Мистифа Ногана.

Мы вышли в коридор и, не торопясь, направились к каютам.

– Вы завтра будете заняты починкой обшивки? – решила я поднять первую попавшуюся тему.

– Да. Вам что-то требуется? – не совсем точно расценил мой вопрос капитан Дантон.

– Нет-нет. Просто интересуюсь, как будут проходить ремонтные работы.

– Я, Найтен, борт-инженер и механики выйдем в открытый космос в скафандрах, каждый подстрахованный фалом.

– Что это? – тут же уточнила я, не отходя от темы.

– Страховочный трос. Сначала оценим размер пробоины. Через нее мы планируем проникнуть в грузовой отсек и залатать корпус изнутри.

– Но для этого вам нужно будет отстегнуть эти фалы, верно?

– Один из нас останется снаружи и будет страхующим.

– И им будете вы?

– Разумеется, – с твердой ноткой в голосе ответил мужчина.

– Вы не боитесь остаться в космосе один? Вселенная необъятна. Наверное, это жутко страшно.

– Эливейн, – неожиданно мягко произнес капитан. – В жизни есть куда более страшные вещи, одну из которых мне уже удалось пережить. Как и вам.

В этот момент я снова вспомнила весть тот ужас, что лишил меня зрения и выбелил волосы.

– Да, наверное, вы правы.

Интересоваться, кого он надеялся спасти в этой экспедиции, я не рискнула, посчитав это невежливым. Попробую позже спросить у Кассиль.

– Но если вы действительно переживаете за нас, – задумчиво продолжил капитан оптимистичным тоном, – думаю, завтра вы можете посетить с сестрой капитанский мостик, где остальные члены экипажа будут наблюдать за проводимой работой через плазмовизор. Мы возьмем с собой две камеры, благодаря которым вы услышите всю нашу беседу, а Кассиль еще и поделится тем, что увидит.

– Я хотела бы поприсутствовать! – я тут же изъявила желание. – И скуку развею, и отчитываться вам потом не придется.

– Вот и хорошо. Мы пришли, – оповестил меня Дантон Стронг, и дверь моей каюты отъехала в сторону. – До завтра, Эливэйн.

– Да, спасибо, – улыбнулась я.

После этого мою ладонь приподняли, и прохладных пальчиков снова коснулись легким поцелуем, что и на этот раз вызвало во мне бурю положительных эмоций. Самое что удивительное, целовал он не запястье, и именно таким вот интимным жестом сейчас показал, что эти губы способны вскружить мне голову. Я не удержалась и подалась чуть ближе, на что Тьма капитана откликнулась довольным утробным урчанием, непроизвольно вырвавшимся из широкой груди. Еще немного, и я с ней познакомлюсь…

– Добрый вечер, – сквозь зубы произнес ужасно недовольный Адалис, явившийся из недр жилого блока.

Я тут же смущенно отстранилась от мужчины, и тот в свою очередь нехотя отпустил мою руку.

– Эливэйн, ты уже поужинала? – поинтересовался навигатор заботливо.

– Да, решила лечь сегодня пораньше.

– Жаль, не успел составить тебе компанию. Капитан Дантон, позвольте с вами побеседовать? – в его словах снова проскочили стальные нотки.

– Разумеется, – отстраненно ответил ему он. – Отдыхайте, леди.

– Сладких снов, Элли, – добавил Адалис.

Я зашла к себе в каюту и нажала на соответствующую кнопку на панели, закрывающую дверь. Она еще не успела закрыться, как Адалис несдержанно зашипел:

– Кто-то решил пойти наперекор данным себе же обещаниям?

Я застыла на месте и вся превратилась в «слух». Благо он у меня натренированный. Из-за двери глухо послышался ответ:

– Не зазнавайся, Адалис. У меня на нее прав не меньше, чем у тебя.

– Месяц, Дантон. До Сарфиры лететь еще месяц. Не думай, что сможешь все это время стоять у меня на пути!

Ответа я не услышала, но и одной реплики капитана было достаточно для того, чтобы непроизвольная улыбка твердо обосновалась на моем лице.

Я ему тоже нравлюсь? Мне не показалось? Какой… ужас! Я знаю о сарфирийцах не так давно, а уже радуюсь их вниманию, как девчонка-подросток. Более того, мне приятно осознавать, что мое зрительное увечье для них не является недостатком. По крайней мере, так кажется.

Я упала на койку, широко раскинув руки, и счастливо потянулась. И почему меня распирает сейчас гордость за саму себя? Может, именно так чувствуют себя чародейки, зная, что двое мужчин борются за место рядом с ней?

Помечтав еще минуту, я поднялась, безошибочно нашла нужную кнопку на переборке, пропускающую меня в ионный душ, и погрузилась в него для долгого приятного времяпровождения. Я даже запела земную веселую песенку. Так мне было хорошо сейчас. Осушив волосы полотенцем, без фена, я нашла расческу и ровно уложила их. Пока они не высохли, спать не легла. Хочется быть красивей и привлекательней, сиять и радовать окружающих… Теней.

Боги! Что со мной? Задумавшись над своим поведением и мыслями, я вдруг осознала, что сейчас совершенно не похожа на Ксению Бастьен, которой была целых два года. Я все время ворчала, мучилась от недосыпа, уставала на тренировках, выходила из себя при обследованиях в научно-исследовательском центре. От моих криков трескались стекла, от переживаний в руках гнулись ложки, от гнева рассыпались в щепки мишени. Ночами я тосковала и страдала от одиночества, мужчины не вызывали интереса, и вместо публичного "блеска" хотелось забиться в тихий, далекий от окружающего мира угол.

А сегодня все вмиг переменилось! Всего-то и надо было получить три невинных поцелуя от Теней за день. Похоже, я сдаю волевые позиции и таю в обществе сарфирийских мужчин. Но мне кажется, что осада Адалиса только началась. И это меня пугает.

Сон не шел, чернота перед глазами стала резко раздражать. Безумно хочется увидеть свет, увидеть сестру, дом. Лицезреть улыбки родных и восхищение в очах двух загадочных Теней.

Мои глаза наполнились слезами. Вот так всегда: начинаешь мечтать о хорошем, а заканчивается тоской и душевной болью.

Внезапно скатившуюся слезинку перехватила теплая рука, и в тоже мгновенье знакомая Тьма приняла меня в свои объятья. Он пришел! Ночной гость, загадочный и желанный…

Не знаю почему, но я разрыдалась еще хлеще, захотелось себя пожалеть, позволить себе быть слабой, пока рядом находится обладатель невероятно сильного дара.

Крепкие руки подхватили меня и пересадили удобно на колени их обладателя, надежно обхватив в кольцо и прижав к широкой груди. Теплые ладони оглаживали мои волосы и плечи, периодически смещаясь к лицу, чтобы смахнуть нежным касанием очередную горькую слезу. Аромат мужчины, свойственный только ему, прочно теперь засел в моей памяти. Виска нежно коснулись мягкие губы, переключая внимание на себя, а под моей ладонью, что удобно расположилась на груди Тени, звонко колотилось сердце.

Медленно, сместив руку вверх, я огладила массивные рельефные плечи, прикрытые тонкой рубашкой, мускулистую шею, пробежала кончиками пальцев по подбородку с небольшой ямочкой, покрытому короткой щетиной. Невесомым касанием огладила полноватые губы, что изогнулись в улыбке, поощряя мое любопытство. Широкие скулы, немного вытянутый абрис лица, густые брови и пушистые ресницы, нос с небольшой горбинкой. Мой гость прекрасен и мужественен! Довершением моего путешествия стали умеренно короткие волосы, которые послушно проходили меж моих пальцев.

Короткое и нетерпеливое рычание Тени подсказало мне, что я доигралась. Мужская ладонь приподняла мою голову за подбородок, и желанные губы чмокнули меня… в кончик носа!

Я так не играю! Я даже забыла, что плакала! Тем временем, гость сместился немного в сторону, мягко обхватил мочку уха губами и тут же ее укусил. Дрожь охватила все мое тело, но я захихикала и дернулась в сторону. Щекотно же! Крепкие руки стиснули меня, отрезав попытки к бегству. Я, в свою очередь, сжалась в комок, пытаясь защититься, но жаркое игривое дыхание у уха заставляло меня смеяться снова и снова. Наконец мне удалось выскользнуть из объятий нахального гостя, и я стала отползать от него по кровати на четвереньках. Здоровая рука перехватила меня поперек талии одним гребком, лишая возможности сопротивляться, а громоздкое тело нависло сверху, подавляя своей аурой. Я замерла, понимая, что из железной хватки мне не вырваться, да еще в таком опасном положении.

Оценив мое смирение, Тень медленно, оглаживающими движениями, сместил руку с талии на бедро и резко, с собственническим рыком, потянул меня на себя.

Мягкое место, что находится у меня аккурат пониже спины, тесно соприкоснулось с твердым достоинством обладателя безумно голодной Тьмы. Даже сквозь его плотные брюки я отчетливо ознакомилась со степенью возросшего в нем желания. Детские игры закончились, разум затопило трепетное волнение. Следующим приятным ходом оказался нежный поцелуй меж лопаток, не прикрытых пеньюаром. От неожиданности я прогнулась в спине, чем вызвала волну нового хриплого возгласа Тени. Он снова огладил рукой мое бедро и потянул на себя. Мой сладостный непроизвольный стон разнесся по каюте, вызывая ответный отклик «пытающего» меня ласками мужчины.

Жажду ли я нашего единения? Безумно! Буду ли я сопротивляться, что было бы весьма разумным? Нет!

Рука поднырнула под нижний край тонкой ткани и ягодицу охватила широкая мужская ладонь. Внезапно в коридорах жилого блока раздался стук, который отчетливо уловили мы оба. Тень раздраженно зарычал и неохотно отпустил желанную добычу, спешно поцеловав ее за ушком напоследок. Не успевшая насытиться, Тьма отделилась от моей энергетической ауры и снова исчезла, заставив меня раздосадовано рухнуть лицом в подушку.

Узнаю, кому по ночам не спится, настучу по шапке! Боги! Невыносимое томление, что охватило мое тело, не хотело исчезать, все еще надеясь на то, что хозяин опасной Тьмы вернется! А ведь мы так мило играли. Желанному мужчине удалось быстро меня заинтересовать, приободрить и возбудить. Он хотел меня и четко дал мне понять, как сильно сейчас нуждался в нашем единении. Десятки таких вот осторожных, будоражащих воображение прикосновений сейчас мне были дороже тысячи всех красивых слов, что я еще услышу в свой адрес.

В коридоре послышались поспешные шаги сразу нескольких Теней, что немного охладило мое распаленное состояние.

Что-то произошло?

Больше ничего подозрительного я не услышала, межзвездник все так же плавно летел по своему курсу, не сходя с заданной траектории. Провозившись в кровати еще какое-то время, я заснула, зажав одеяло меж ног.

Проснувшись утром, мысли сразу заполнили события прошлой ночи. Первые мои прикосновения, ощущение жесткой щетины на кончиках пальцев, игра стальных мышц, биение сердца под ладонью, горячее дыхание, мягкие поцелуи, обжигающие кожу, и объятия сильной всепоглощающей Тьмы. Мне не хватает ее, словно она является моей неотъемлемой частью, без которой я не чувствую себя теперь единым целым.

Помимо этого все мое состояние охватила тревога, пока еще незримая, но подгоняемая предчувствием чего-то неприятного.

– Ночью что-то случилось?

Найтен спешно завтракал, морально готовясь к предстоящим ремонтным работам: выходу в космос и починке корпуса.

– Ты о чем? – обернулась ко мне Кассиль, отрываясь от своей порции завтрака.

– Не спалось? – в свою очередь поинтересовался навигатор.

– Немного, – ответила я поспешно, переживая, не выдадут ли меня раскрасневшиеся щеки.

– Все в порядке, – попытался уйти он от ответа. – Ничего необычного.

– Найтен? – хмуро выдала Кассиль, немного наседая своим любопытством.

– Даже не пытайся, – весело отмахнулся он от нее. – Мне строго наказали ничего не рассказывать двум любопытным чародейкам.

– Найтен!

– Нет!

– А если поцелую? – тут же предложила она альтернативу.

– Кассиль! – одернула я ее. – Прекращай свои детские выходки! У Вандет спросим.

Навигатор страдальчески вздохнул, четко понимая, что огневичка от нас ничего скрывать не будет.

– Ну, ладно… – тихо начал парень. – На пути мы встретили дрейфующие обломки патрульного космического корабля.

– Его уничтожили? – охнула сестренка.

– Полагаем, что да. Мы решили начать ремонтные работы чуть раньше, но курс пока не менять. Кто знает, сколько времени прошло с момента нападения на патруль.

– И ты говоришь «ничего необычного»?!

– Это не может быть случайной аварией? Столкновение с каким-нибудь космическим телом, например? – выдвинула я версию, не желая верить в самое худшее.

– Нет. Подобные встречи можно отследить, просчитать и избежать, сменив траекторию движения. Для этого и нужны навигаторы, – отверг мои предположения Найтен. – А вот внезапно появившийся пиратский флот, что вышел из гиперпространственного прыжка в непосредственной близости от патрульного корабля – наиболее вероятен. Наш поисковый межзвездник в таком прыжке движется со скоростью тридцати кратной скорости света. И это не предел.

За нашим столом повисла тишина, нарушаемая стуком ложки Найтена.

"Мамой клянусь, что без особой надобности в космические путешествия больше никогда не выйду!" – дала я сама себе обещание.

Слишком уж рискованно все это. Черные Дыры, пираты, астероиды! Чем я думала, отправляясь в столь опасное путешествие к Земле? Неужели я была такой самоуверенной дурочкой, мечтательницей, живущей под лозунгом "Мир во всем мире, и звезды моё всё"?! Обратившись с этим вопросом к Кассиль, получила ответ:

– Да, так и было!

– Тогда я голосую за то, чтобы чародейкам срок совершеннолетия перенесли на двухсотлетие.

От такого заявления сестренка подавилась, а Найтен захохотал.

– Я «против»! – выдала она.

– Наблюдая за твоим поведением и анализируя мои ошибки, я пришла к выводу: мы безмозглые опрометчивые курицы, которые любят в этом возрасте бросаться во все тяжкие. За нами контроль нужен.

– Нужен, – хмыкнул согласно навигатор и игриво добавил: – Кассиль, за язычок тебя никто не тянул. Я событиями поделился, с тебя обещанный поцелуй.

– Нахал! Ты выдал нам все под угрозой.

– Буду ждать после починки обшивки, – пропустил он ее возмущение мимо ушей и резво поднялся, подхватывая свою посуду.

Вслед ему полетела ложка, которая угодила в чей-то затылок, судя по первому глухому звону и изумленному мужскому возгласу.

– Ой! – выдавила из себя сестрица и стала скромно оправдываться. – Это предназначалось не вам. Простите, пожалуйста!

Уже в проеме дверей раздался хохот Найтена, а я сидела и давилась смешком. Если бы я все это могла увидеть, тоже бы, наверное, залилась смехом. Но опасливая мысль снова пронзила голову, возвращая развеселившемуся рассудку ясность.

– Кась, – окликнула я родственницу, ползающую под столом (в традиционном наряде!). – А что, если те, кто уничтожил патрульный корабль, еще не ушли далеко? Мы же можем на них наткнуться?

– Сплюнь тридцать раз, – выбралась она на звездный свет с легким кряхтением. – Можем.

– Кхагартова бездна! Хоть бы мужчины справились с пробоиной в рекордные сроки.

На это Кассиль ответить было нечего.

– Не накручивай ни себя, ни меня. Пойду за киберблоком схожу. Тут почитаем или в каюте?

– Нет, давай здесь. Если сидеть там вечно, то вскоре стены начнут давить. То есть переборки.

– Ладно, – направилась она на выход. – Скоро вернусь.

Я сидела и тарабанила пальцами по металлической крышке стола, не обращая внимания на беседу присутствующих в столовой Теней. Моя интуиция снова проснулась и принялась подавать мне тревожные сигналы. Почему-то хотелось встать и побежать. Вот только куда и зачем? К мужчине, чья аура тянет меня к себе словно магнитом?

– Простите, – обратилась я к двум инженерам, которые сразу затихли, обращая на меня внимание. – Прит и Нильс, кажется? Не подскажите мне, где экипаж сейчас экипируется для выхода на ремонтные работы?

– На нижней палубе за спортивным залом развилка, ведущая в два грузовых отсека и инвентарный блок.

– Спасибо! – Вот теперь можно "бежать", правда, в моем положении со скоростью улитки.

– Вас проводить? – вдруг предложил мне бортовой инженер, наблюдая за моим стартом.

– Нет. Я справлюсь.

Внизу гул двигателей прослушивается отчетливей, стоящий там шум поможет мне найти нужное направление. На первой развилке я спустилась вниз уже по изученным ступенькам, на которых меня и подхватил Мистиф Ноган в прошлый раз.

Идя вдоль тренировочного зала, постепенно добралась до второй развилки. Холодный воздух четко указал мне, в какой стороне находится поврежденный отсек. Эхо голосов доносилось как раз с противоположной, куда я и свернула. Найтен был уже здесь, как и капитан с частью команды.

– Рок, – раздался знакомый до дрожи голос. – Перепроверь еще раз терморегуляционную систему скафандра.

– Есть! – ответил Дантону Стронгу механик. – Других исправных костюмов нет, к сожалению.

– Значит, перенеси из негодных необходимые детали в этот.

– Капитан, – позвала я, не заходя внутрь незнакомого помещения.

– Эливэйн?

Вокруг воцарилась недоуменная тишина, а Дантон Стронг сразу подошел ко мне и подхватил обе мои ладони, что нервно теребили косу, своими. Вот этого точно делать не стоило, потому что я вдруг растерялась.

– Я…

Слова застряли в горле. Что я ему скажу? Что у меня разыгралась фантазия? Или что внутри меня с бешеной силой от двойного волнения бьется сердце, которое вот-вот выскочит из груди?

– Что-то произошло? – Мужчина заметно напрягся.

Пришлось себя одернуть и выпалить на одном дыхании, как есть.

– У меня нехорошее предчувствие! Я не нахожу себе места с самого утра. Может, стоит отложить ремонтные работы?

Тень тут же успокоился, от чего я решила, что мои волнения он посчитает глупыми и напрасными.

– Лично вам лишний раз беспокоиться не стоит. Но проигнорировать вашу заботу я не в праве, – в его голосе слышалась мягкая снисходительная улыбка, а одна из ладоней сместилась на мое плечо, успокаивающе его оглаживая. – Мы постараемся закончить работу побыстрее. Больше нельзя откладывать ремонт на потом.

– Но ведь мы находимся в такой опасной близости к обломкам патрульного корабля! Может, нам стоит сменить траекторию полета? – не уступала я.

– И кто из вас, олухов, меня ослушался и рассказал нашим девушкам о ночном происшествии? – гораздо громче обратился капитан к членам экипажа.

– Меня пытали, и я поддался! – послышался не очень виноватый голос Найтена в ответ.

Его оправдание немного разрядило обстановку, и заставило Теней весело хмыкнуть. Все отлично понимали, что если бы он смолчал, мы бы спросили подругу.

Капитан нажал кнопку на панели переборки, и дверь за ним закрылась, отрезая нас от остальных, после чего он заговорил со мной снова, временно переходя на "ты".

– Не волнуйся, я уже связался по головизору с ближайшей космической автономной станцией и разъяснил ситуацию. Нам на встречу выслали два корабля. Один для расследования, второй для сопровождения. Как только обшивка будет снова цела, мы уйдем в гиперпространственный прыжок и пробудем в нем до самой ночи. Этого будет достаточно, чтобы оказаться далеко отсюда.

Это конечно хорошо, но на душе спокойней не стало. Я опустила голову и тяжело вздохнула.

– Элли, – вновь обратился ко мне Дантон, коснувшись кончиками пальцев моего подбородка, приподнимая мое лицо к себе.

Вместо глаз он видел перед собой ленту, которую с недавних пор я ношу постоянно.

– Теперь ты снова с нами. Обещаю, в момент угрожающей тебе опасности я всегда буду рядом.

– А кто будет рядом с… вами, когда опасность настигнет вас, капитан?

Затянувшаяся тишина дала мне однозначный ответ, что только прибавило моему состоянию нервозности.

– Рядом со мной всегда есть товарищи, – произнес он наконец. – Вернись на палубу, я продолжу проверку необходимого оборудования для ремонта.

Мягкие губы коснулись моего виска, тяжелая ладонь огладила седые волосы, а его аромат полосонул по нервам. Меня как током ударило! Рот раскрылся сам собой не в силах задать взволновавший меня вопрос не в тему. И ведь если спрошу и ошибусь, это будет позор! Хотя ошибка здесь маловероятна, я чувствую это как никогда!

– Дантон…

– Вернитесь в каюту, леди, – повторил он уже более серьезно, отстраняясь от меня немного раньше, чем я невольно подалась вперед. – Иначе я сам вас там запру.

В его голосе прозвучал задорный вызов, породивший во мне сотни мурашек. Командир! Ладно, ухожу, молча и красиво, сопровождаемая тяжелым взглядом капитана. Главное не споткнуться.

Вернулась я в столовую раньше Кассиль, в ней уже никого не было. По простому плазмовизору, что висел в углу, шла какая-то очередная запись. Скрестив руки на груди и разместившись за столом, я взволнованно перебирала беспокоящие меня факты в голове. Кажется, я догадываюсь, кто повадился навещать меня в ночное время.

– Смотри, – с порога запричитала сестренка, щелкая пальцами по сенсорному экрану. – У меня есть космооперы, современные любовные романы…

– Только не те, где много сетов.

– Есть с одним.

– Давай, – кивнула я без особого интереса.

Я честно старалась слушать Кассиль, не перебивая и не делая замечаний, но ее потуги в чтении вызвали мой смех. Монотонное бубнение сначала сбило меня с толку, через пятнадцать минут я свыклась, начала улавливать смысл сюжета, а она причиталась, и голос младшей чародейки, наконец, выровнялся. Спустя еще час нас пригласили в командный пункт. Адалис и Мистиф Ноган остались за старших. Первый отвечал за корабль, второй – за нас. Можно подумать, мы уподобляемся полчищу истеричек, которые падают обморок при воздействии любого внешнего раздражителя. Хотя не скажу, что чужая забота, пусть и излишняя, неприятна. Если подумать логически, то нас ценят.

– Добрый день, девушки, – поздоровался старший навигатор, не поднимаясь с места и продолжая следить за мониторами. – Как спалось? Не замерзли сегодня?

У меня под сердцем ёкнуло! О, да! Сегодня мне было жарко от колоссальной дозы нерастраченных гормонов, что наполнили меня, но так и не нашли выхода!

– Совсем нет, – ответила за обоих Кассиль, намекая на то, что роду Снежных Чародеек подобный холод не страшен.

– Будем надеяться, что сегодня проблема с корпусом будет решена, – позволил себе заметить Адалис, после чего игриво добавил: – В противном случае я был бы не против стать личной Тенью одной холодной леди, чей единственный сладкий поцелуй я помню по сей день!

– Адалис! – рыкнула сестра.

– Это он сейчас обо мне? – сорвалась догадка с моих губ.

– Не обращай внимания. Дело было очень давно. А ты, – обратилась она к навигатору, – прекращай пользоваться тем, что Элли ничего не помнит!

– Поддерживаю позицию Кассиль, – добавил свое мнение Мистиф Ноган суровым тоном. – Таким образом навязываться чародейке, находящейся в подобной ситуации, кране неразумно и бесчеловечно! Ты подумал, что будет с вашими отношениями в случае, если Эливэйн все вспомнит? Ей что-то может не понравиться в своем прошлом, и вы оба будете обречены страдать.

Послышался тяжелый вздох и недовольное ворчание Тени.

– Хорошо, но это не значит, что я не могу восхвалять ее прелести, от вида которых схожу с ума. А уж какая аппетитная у нее… энергетика!

– Адалис! – хором возмутились медик и Кассиль.

– Что? – Он весело хмыкнул, а я так и стояла в прострации, вообще не понимая, что сейчас происходит. – Я просто сделал комплимент. Ведь если мне удастся очаровать Элли, то, что было в прошлом, станет не таким важным.

На этот раз возражать ему не стали, но Кассиль отчетливо скрипнула зубами. В это же время плазмовизор включился, привлекая всеобщее внимание. Сестренка устроила меня в капитанском кресле (я так и привыкнуть могу!) и разместилась рядом.

– Выходим, – послышался голос капитана с экрана, которого я, к сожалению, а может и к счастью, видеть не могу.

Слышался грохот открываемых дверей в шлюзной камере.

– Фалы проверьте еще раз, – последовала его команда.

– Все фалы надежно закреплены, – отчитался механик.

– Берем установки и вперед.

В командном пункте стояла полная тишина, нарушаемая лишь отдельными репликами участвующих в ремонте сарфирийцев. Вандет и Тейлон управляли кораблем, отключив автопилот, Адалис следил за мониторами, предостерегая всех нас от неожиданностей извне.

– На экране два изображения, – шепнула мне Кассиль. – Одно поступает с камеры, что закреплена на шлеме скафандра у капитана, второе – от Найтена.

Я просто кивнула, продолжая напряженно слушать и надеяться, что интуиция меня подводит.

– Хорошо, что в открытом космосе оборудование парит свободно.

– Пыхтеть не надо, – усмехались механики.

– Вот она, – воскликнул Найтен первым, как только команда добралась до искомой пробоины.

– Слава богам, небольшая. Корпус помят значительно, но внутрь попасть через дыру труда не составит.

– Установки пройдут? – уточнил капитан.

– Да, впритык.

Что уж там за оборудование, спросить я не успела, меня обеспокоила следующая реплика Дантона Стронга.

– Найтен, ныряй с ребятами внутрь, и латайте обшивку. Нужный пласт в правом углу парит. Тросы отстегнете сразу. Я подстрахую, заодно проконтролирую снаружи, чтобы все дыры и швы загерметизировались.

– Есть!

– Как только закончите, подадите сигнал, и Нильс заполнит отсек газовой смесью. Не забудьте, что сразу после этого врубится гравитационное поле, и вы упадете. Ремонтные установки уберите подальше от себя. Пришибут.

– Так точно, – хмыкнули бодро мужчины.

Похоже, все идет гладко. Периодически слышалась ругань, особенно в момент проталкивания крупного сварочного оборудования, судя по скрежету. Я позволила себе весело усмехнуться, как часто все шишки сыпятся на кхагартов, вот и в этот раз пострадала их дальняя, и не очень, родня. Между делом прозвучал упрек капитана, мол, за нами наблюдают девушки, не теряйте свое лицо и не роняйте достоинство. Напряжение отступило. Работа закипела. Кассиль поясняла мне их действия, для меня все это было своеобразным кино: сначала были срезаны края корпуса, что безвозвратно потеряли форму при перепаде температур, затем подготовлен металлопласт необходимого размера, что послужит "заплаткой", и только после этого началась сварка.

Нам предлагали пойти отдохнуть, ведь работа это долгая и нудная, но мы с сестренкой предпочли остаться. Все равно лично мне делать нечего. С мраком перед глазами не больно-то много вариантов времяпровождений. Если только оригами складывать да камушки на ниточку нанизывать на ощупь, формируя бусы, о цвете которых только можно догадываться.

– Мы закончили, – оповестил всех Найтен спустя пару часов.

– Хорошо, проверяем края и всю пострадавшую от столкновения часть корпуса, – велел капитан.

В итоге была запаяна еще одна небольшая дыра.

– Закругляемся. Осмотрите последний сегмент.

В этот момент послышался щелчок, словно толстую натянутую металлическую проволоку перекусили. С уст капитана сорвался глухой мат, Кассиль испуганно охнула, а моя интуиция дала отклик бешеным сердечным ритмом!

"Вот оно!"

– Что происходит?! – подскочил Адалис на месте. – Дантон, тебя уносит в космос! Не шевелись.

– Шорхи! Мой фал отрезан. Ребята, отойдите от корпуса, Адалис – разряд по контуру пусти! – немедленно скомандовал капитан.

Послышались торопливые щелчки по панели управления, за ними с монитора раздался треск и предсмертный визг каких-то существ.

– Дантон… – Я едва смогла произнести его имя.

– Не двигайся! – повторил Адалис в динамик. – Я иду за тобой!

– Как ты за ним пойдешь, если больше нет ни одного целого скафандра?! – воскликнул доктор Ноган дрожащим от волнения голосом. – Через несколько секунд он будет уже для нас недосягаем.

– Остановить все двигатели! – зарычал навигатор. – Если надо будет, развернемся.

Я подскочила с места с намерением рвануть куда-то вниз. Паника накрыла меня с головой, капитан молчит, пугая тем самым еще больше. Пусть полечу кубарем с лестниц, но я не хочу оставлять его там! Этот мужчина стал частью меня и моей новой жизни…

– Эливэйн, стой! – Адалис перехватил меня за руки и остановил, повернув к себе.

Мое дыхание сбилось, тугой ком подступил к горлу, из глаз брызнули слезы.

– Я верну его! Слышишь? – пытался до меня докричаться Тень. – Верну! Прит, – обернулся он к бортовому инженеру. – Идешь со мной, достань фал, я перехожу в тень.

– Нет необходимости… – прошелестел знакомый голос за моей спиной, а на плечи опустились тяжелые ладони, вызывая мое облегчение.

Все пространство капитанского мостика тут же заполнило две разные, но безумно сильные Тьмы, чей холод и голод пронзили каждую клеточку моего тела.

– Дантон?! – спросила я, обернувшись назад.

Я не верила своим ушам! Вот именно сейчас не помешало бы прозреть для того, чтобы убедиться в том, что на порядок огрубевший голос принадлежит капитану, мужчине, к которому в последнее время я испытываю массу дополняющих друг друга чувств.

– Как ты..? Где..? Я думала… – продолжала я захлебываться слезами, пребывая в шоке.

– Тише, принцесса, – прервал мой бессвязный поток слов Дантон и огладил мое лицо ласковыми… языками прохладного пламени! – Я снова с вами.

Двое мужчин, пребывающих в боевой форме, продолжали держать меня, пока один из них пораженно не отступил, после чего холод ушел, а темный дар скрылся за аурой своих обладателей.

– Свяжись с ребятами, – обратился он к Адалису. – Скажи им, что со мной все в порядке, но одним исправным скафандром и камерой стало меньше. Возвращаться за ним не будем, нужно продолжать путь. Эливэйн, я закончу дела, и мы поговорим с тобой.

Кассиль забрала меня из рук капитана, что снова огладил мои выбеленные локоны, и попыталась добиться внимания.

– Элли! Все обошлось.

– Как он здесь оказался? – произнесла я тихо и медленно.

– Он же Тень, – ответила она туманно и, прежде чем я успела сформировать новую мысль и что-то уточнить, крепко обняла меня. – Я тоже безумно испугалась!

– Найтен, как у вас дела? – подошел Дантон к динамику.

– Все отлично. Можно восстановить гравитацию. Оборудование от себя убрали, – хмыкнул он весело.

Его вечно оптимистичный голос разрядил накалившуюся обстановку.

– Отлично. Нильс, активируй систему жизнеобеспечения на запасном складе.

– Есть! – ответил второй бортовой инженер ему с динамика.

– Эливэйн, – подошел ко мне доктор Ноган. – Как ваше самочувствие?

– Голова… раскалывается, – ответила я честно.

– Внутримозговое давление подскочило, по всей видимости. Пройдемте в медблок, – предложил медик задумчиво.

– А…

– С ним все в порядке, – уверил меня врач, мягко подталкивая в спину, а Кассиль крепко ухватилась за руку.

Уже спускаясь по ступенькам, я услышала хлопок ладоней, как при дружеском рукопожатии, а затем вопрос капитана.

– Как шорхи оказались на борту?

– Видимо, они облепили корабль еще во время прыжка через коллапсар, – выдвинул предположение Адалис.

– Прит, проверьте всю проводку. Диагностор в рабочем состоянии?

– Так точно…

Сидя в мягком кресле, я закрылась в своих мыслях. Мой разум заполнил туман, густой и вязкий. В голове вертелись десятки вопросов, и ни на один я не находила ответ, кроме одного!

Я узнала Его! Боги, я догадывалась, надеялась и ждала! Всего за несколько дней Тень смог сокрушить меня своим обаянием и мимолетным вниманием, разжечь жгучий интерес, заставил желать и ждать его очередного его явления передо мной. Он – сильнее меня! Сознание бьется в панике и радости, звоня колокольчиком и убежденно подбрасывая вывод, что другой мужчина мне не нужен. Лучшего спутника жизни мне не сыскать ни в одной галактике: сильного, притягательного, ласкового, сдержанного и… «голодного»! Осталось только дождаться от него большей решимости, контрудара в мое сердце… и моя воля будет повержена.

– Повышенное внутричерепное давление и выраженная тахикардия. Ну, предположим, с давлением мы сейчас разберемся, а успокоительные давать не буду. Нет необходимости.

– Спасибо, – кивнула я, принимая выданную капсулу и запивая ее водой.

– Элли, ты как? – обеспокоенно спросила сестренка.

– Нормально. Доктор Ноган, как капитан оказался позади меня? Ведь он был в космосе… один.

Бортовой медик тяжело вздохнул, а со стороны Кассиль послышалось какое-то копошение. Подозреваю, они переговариваются!

– Прекратите! – не сдержалась я. – Что за тайны? Они мне, знаете, как надоели?

– Эливэйн, дело в том, что некоторые Тени, имеющие определенный социальный статус, умеют перемещаться в пространстве, используя обычную тень живого существа. – Мистиф выпалил ответ на одном дыхании. – Но для «прыжка» есть ограничения, и прежде всего это расстояние. Перемещение, которое совершил капитан сегодня, требует малый расход энергии, чем расстояние больше, тем выше расход уровня энергии темного дара. Официально зарегистрирован максимально большой прыжок через расстояние в пять с половиной тысяч километров.

– Хотите сказать, что капитан использовал для возврата на корабль мою тень?

– Верно.

– И что, так меня шокировать может каждый второй сарфириец? – изумленно уточнила я.

– Не каждый. А лишь тот, кто имеет определенный социальный статус, – напомнил мне медик. – Расход энергии сопровождается физической утомляемостью, потому Тени используют эту способность крайне редко. Ведь с накоплением резерва у нас, мужчин, есть некоторые трудности.

– И что это за статус такой?

– А вот об этом вы узнаете только после посещения «Колыбели жизни»! – огорошил меня Мистиф Ноган. – Информация слишком сложная сейчас для восприятия и не столь важная.

– А вы, доктор, можете пользоваться «прыжком» в пространстве?

– Увы, нет. Я уже говорил вам, что дар Тьмы во мне слишком мал.

Было над чем подумать, но Кассиль потащила меня на поздний обед. Сколько можно лопать? Но это помогло, и я расслабилась.

– Кто такие Шорхи?

– Космические существа, питающиеся минералами и прочими неорганическими элементами: проводкой, сталью, даже базиликтом! Им не требуется кислород, они условно являются болезнью космических кораблей. Если такая тварь зацепится за их корпус, она меняет цвет, маскируясь на поверхности. Обнаружить шорхов сложно, ведь температура их тела соответствует температуре окружающей среды. В инфракрасном спектре их не видно.

За вечер мы преодолели треть выбранной книги, что меня немного порадовало. Конец узнать хочется, а монотонные потуги сестренки меня скоро доконают! Вандет, что составила нам компанию перед сном, тихо посмеивалась в сторонке.

– Следующий раз лучше дай мне шнурок и бисер! Я буду бусы собирать и разбирать. Моя выдержка иссякла.

– Так, раз все настолько плохо, сиди, собирай, а я все равно читать буду. Надо же как-то натренироваться. Может, петь потом лучше стану.

– Боюсь предположить, что из себя представляет твой вокал.

– Напой, – предложила Вандет. – А мы послушаем. Может, совет дадим.

– Из меня плохой советчик, – отступила я сразу.

– Не буду, – насупилась младшая чародейка. – Вы смеяться будете, а это в корень убьет мою самооценку.

– Постараемся держать себя в руках.

Кассиль сидела на стуле у столика, а я и Вандет, скрестив ноги, расположились на койке друг напротив друга.

– Ну ладно… Я попробую.

Мелодичный голос зазвучал плавно и размеренно, растягивая слова, выстраиваясь в потрясающий вокализ.

Утро я встретила одна, что сильно меня огорчило. Я понимаю, у капитана есть работа, и он тихо ушел, чтобы не разбудить меня. Но легкое волнение прочно засело в груди. Как мне дальше себя вести? Я не смогу скрывать всю ту нежность, что меня сейчас переполняет, боюсь сделать неверный шаг, который разорвет ниточку завязавшихся отношений.

Простыни вобрали в себя мужской аромат, если бы не пустующее место, можно было бы представить, что Тень находится совсем рядом и стережет мой сон. Всю ночь я пребывала в крепких объятиях, от чего слегка затекло тело. Тихо украдкой просыпалась, чтобы очередной раз огладить колючий подбородок, покрытый свежей щетиной, пробежать пальчиками по груди, пытаясь увериться, что мне не приснилась наша совместная ночь.

Ладно, будем вести себя в соответствии с ситуацией. Теперь надо решить следующий вопрос: как добраться до умывальника? Сил во мне с ночи так и не прибавилось. Чувствую себя замечательно, в животе порхают бабочки, но вот быть этой бабочкой мне совсем не улыбается. Быть хрупкой и беззащитной просто страшно.

Стоп! Что там говорила Вандет? Чародейка обзавелась тремя сетами, чтобы стать именно такой. Тремя! Мне и одного, как оказалось, много. Либо я такая немощная, либо сарфириец мне достался особенный.

Перемещаясь вдоль переборок, я посетила санузел, умылась, оделась в чистенькие топ и брючки (долой традиционный наряд!), после чего удобно устроилась на стуле за столиком и нашла в полке расческу. Подрагивающими руками я продирала смоченные пушистые волосы и шепотом ругалась. Сроду не было такого, чтобы мои послушные локоны так спутывались! Ну, может не от рождения, но последние два года точно.

За этим занятием меня и застала Кассиль. Она постучалась в переборку и нетерпеливо позвала.

– Элли! Сколько можно спать?

Я открыла дверь и изумленно спросила, глядя в вездесущий мрак перед собой.

– А который час?

– Полдень уже.

– Да ну? – мои брови изумленно взметнулись вверх.

– С утра приходила, стучала, стучала. Э-э-э..? – она вдруг запнулась, схватила меня за левую руку, и стала вертеть так, словно я деревянная марионетка.

– Ты мне ее сейчас оторвешь! Что случилось? – вывернулась я из захвата, после чего была осмотрена со всех сторон.

– Да, нет. Ничего. Показалось, – в ее голосе проскочили веселые нотки.

– Кассиль!

– Ты пастой перемазалась.

– Не ври!

– Мне показалось, что у тебя… синяк, – поправилась она, высказав более правдоподобную версию.

Я тяжело вздохнула, спалилась.

– Сильно заметно?

– Не очень, – еще раз повертела сестренка мою руку.

– Может, мантию надеть?

– Не стоит. Порадуй своего возлюбленного.

– Зас… Синяком? – я вовремя поправилась.

– Ага!

Кассиль не переставала веселиться, а я не понимала, что в нем такого особенного.

– Давай заплету, – тут же перевела она тему.

– Давай. Косу потуже сделай, я в тренировочный зал пойду.

– А завтрак? Вернее – обед?

– Позже. Нужно привести себя в форму. Я едва на ногах стою. Думаю, разминка мне не помешает. Он не занят?

– Нет, Тени там были с утра. Так что сейчас зал свободен.

– Вот и хорошо.

– Тогда я тебя провожу, а сама перекушу. – Сестренка ловко распутала все узелки и принялась плести косу, опять добавляя ниточки с драгоценными камушками.

– Тебе не кажется, что ты ешь слишком много?

– Я ем часто и по чуть-чуть. В основном, мороженое.

– Знаешь, что? Теперь на разминки ты будешь ходить со мной. А то стимулировать ты можешь, а сама, поди, не занимаешься физическими упражнениями.

– Не занудствуй! Мне командиров и в школе хватало. Базовый уровень я прошла и сдала на тройку. Этого вполне достаточно, чтобы защититься от мелких хищников.

– Но не от Норгана, Жиргога, Кхагарта и приставучего кавалера.

– А зачем мне это? – пожала она плечами, дернув нечаянно за косу. – Глубоко в леса я не суюсь, в горы без сопровождения не хожу, ухажеры по отношению к чародейкам крайне редко применяют физическую силу. А вот что касается кхагартов: во-первых, я их еще ни разу не видела; во-вторых, в рукопашной с ними по силе сравнятся только те Тени, что имеют мощный уровень темного дара.

– Не обсуждается. Будешь составлять мне компанию, чтобы мне не так скучно было.

– Ты ведь не отстанешь, да? – покривилась она.

– Нет.

– Чтоб тебя!

В итоге в зал пошли мы вдвоем. Там мне действительно стало лучше. Привычный комплекс упражнений придал мне сил и бодрости, Кассиль назвала это моей своеобразной медитацией.

– То, что тебя бодрит, способствует накоплению положительной энергии, часть которой пополняет магический резерв. Сон тоже является ее разновидностью.

– Понятно. Ты какое оружие предпочитаешь для охоты?

– Я? – Сестренка задумалась. – Не любитель я подобных развлечений, но лучше всего управляюсь с луком.

– На Земле он уже считается доисторическим оружием, – хмыкнула я в свою очередь. – У нас они делаются из металла и пластика, оперение искусственное. Больше в практике идут арбалеты, но скорее для развлечения и съемок фильмов, чем для реального использования.

– А какое оружие там еще есть? – поддержала тему чародейка.

– Страшное. Такое, что люди умирают миллионами. Ядерное, атомное, бактериологическое, климатическое…

– Зачем столько?

– Чтобы держать друг друга в страхе.

– У нас на Сарфире такого нет. На планете запрещено использование оружия массового поражения. Только лазерное. А вот космические корабли нафаршированы всем подряд. Никогда не знаешь, что можно встретить в открытом космосе.

– Да уж, – вздохнула я и после небольшой паузы велела. – Бери лук и развесь щиты, для себя и для меня.

Тренировки продолжились, свист стальных стрел и удары данженов о мишени грели душу. Какое-никакое, а все-таки умение. Я все удивлялась, почему от такого острого оружия, как данжен, щиты не разлетаются в щепки? Кассиль пояснила, что они сделаны из Дорамского дерева, очень смолистого. В итоге три лезвия входят в него почти как в пластилин. Для стрельбы сестренка тоже использовала такие мишени.

– Ты права, – вдруг произнесла она задумчиво спустя какое-то время. – Сноровку я потеряла. Нужно заниматься. Я уже и забыла, как это приятно – попадать в яблочко.

– Тебе, как минимум, надо в орех попасть, чтобы сразить Норгана.

– Как и тебе. Общий диаметр данжена в поперечном разрезе как раз равен дюйму.

Я задорно хмыкнула. Вот так, переговариваясь и меняясь колкими репликами, мы втянулись в процесс. Я на время забыла о ночном событии, которое перевернуло мою новую жизнь, и не замечала тихого наблюдателя, присутствие которого не выдала даже Кассиль.

– Слушай, ты как хочешь, а мне приспичило посетить дамскую комнату. Северный сбор требует выхода.

– Иди, я доберусь назад сама, – сжалилась я над ней, поправляя ленту на глазах.

Вот так хитрая сестричка и отвертелась спустя полчаса стрельбы. Я немного передохнула, промакнула проступившую влагу на лбу и подняла брошенный Кассиль на лавке лук и колчан, на которые случайно села. Надо будет сделать ей выговор! Вещи должны храниться в положенном им месте. Тем более оружие.

Хм, а это интересно. Я проверила место нахождения ближайшего щита, отошла на тринадцать шагов, повертела прочный лук из непонятного материала в руках и наложила стрелу.

Прежде чем сделать выстрел, помедлила и задержала дыхание. Сосчитав до трех, я ее выпустила. Короткий свист и четкий удар сказали мне, что я попала. После этого еще две стрелы нашли мишень без особого труда. Очень интересно! Если выяснится, что я умею фехтовать, то смело могу считать себя девой-воительницей.

Подойдя к стене, чтобы вытащить стрелы, даже не удивилась тому, что все они были близко к центру щита. За двести лет можно научиться многому. За восемь – как в той поговорке, талант не пропьешь, а в моем случае, не потеряешь. Неужели всему этому нас учат в школе и университете? Не только этике, теоретическим знаниям, дипломатии и ремеслу. Как я хочу все вспомнить…

Я вспомню, обязательно!

Убрав все оружие в нишу, что и являлась подсобкой, я подхватила полотенце, накинула его на шею и покинула тренировочный зал. Уже подходя к жилому блоку и не забывая прислушиваться к окружающему меня пространству, я пересеклась с Адалисом. Узнать навигатора по шагам не составило труда, что вызвало мою непроизвольную улыбку, на этот раз он не подкрадывается. Когда мы сблизились, стало сразу понятно, что мимо Тень не пройдет.

– Привет, – как и всегда добродушно поздоровался он, подойдя ближе. – От тебя исходит головокружительный аромат! Возвращаешься с утренней… разминки…?!

Последнее слово прозвучало как то уж очень тихо и нехорошо. Адалис невесомым касанием огладил мое левое плечо, как раз в том месте, где, по словам Кассиль, находится след бурно проведенной ночи.

– Ты… – все так же тихо произнес навигатор и шумно сглотнул, словно у него вмиг пересохло горло.

Настала безмолвная тишина, и вдруг…

"Бам!!!"

Я подскочила на месте от звука мощного удара Адалиса кулаком в переборку, но всего лишь обеспокоилась, а не испугалась. Пришла четкая уверенность, что он не причинит мне вреда, ни при каких обстоятельствах.

– Он приходил к тебе!

– Приходил, – не стала отрицать я, подтвердив его догадку настороженно.

– Элли… – Моей щеки коснулась теплая мужская ладонь, лицо Адалиса приблизилось ко мне вплотную, горячее сбившееся дыхание опалило мои губы. – Элли, почему?..

Я не знала, что ему ответить и пребывала в полной растерянности. В обрывочных словах Тени слышалось много боли и отчаяния, словно я только что убила чужой яркий внутренний мир.

– Прости, – вдруг произнес он. – Я не хотел тебя напугать.

Его лоб соприкоснулся с моим, длинный мягкий локон упал на мое плечо.

– Прости… – повторил Адалис и отступил.

В коридоре внезапно стало слишком тихо. В ушах бьется мой собственный пульс и звенит печальный голос мужчины, что ранее всегда лучился в моем присутствии довольством и счастьем. А теперь…

Что здесь только что произошло? Я еще долго стояла на одном месте и не могла уловить ни одной связанной мысли. В груди поселился неприятный осадок, но подозреваю, что исправить я уже ничего не смогу. Медленно перемещаясь вдоль переборок, я добралась до своей каюты. Мое настроение тоже испортилось, даже душ не помог прийти в себя. Всего два вопроса вертятся в голове:

"Что же было в моем прошлом? Как оно касается двух замечательных Теней?"

На обеде я вяло ковырялась ложкой в тарелке синтезированного супа, аппетит тоже пропал. Кассиль хотела было составить мне компанию, но я попросила оставить меня одну. Время перевалило далеко за полдень, и кроме меня в столовой никого не было.

Спустя какое-то время в зал заглянул Дантон и не спеша подошел ко мне со спины. Его ладони осторожно легли мне на плечи, а мягкие губы уже привычно коснулись виска. Такой знак внимания немного помог и снял сковывающее меня напряжение.

– Привет, принцесса, – обратился он ко мне с нежностью в голосе. – Кассиль сказала, ты не в настроении?

– Я… Адалис… – Никак не могла сформировать я свою мысль.

– Не волнуйся. Он успокоится, – присел передо мной на корточки капитан и огладил левое плечо. – Риша тебе идет. Под цвет твоих серебристых волос.

– Риша?

– Знак на руке. Он скажет многим, что у тебя есть ухажер. И не простой, – в голосе Дантона проскочили задорные нотки.

– Кассиль сказала, что у меня там… синяк.

– Она всегда была озорной болтушкой. Мне кажется, ничто ее не изменит, и это даже не плохо.

– Как выглядит Риша?

– Как белая татуировка, в виде короны обхватывающей руку.

– И что, она очень заметна?

– Уже хочешь от меня сбежать? – засмеялся капитан.

– Нет. Просто не хочу повторения ситуации с Адалисом, – повесила я нос.

– Все будет хорошо. Вот увидишь.

Мое лицо обхватили теплые ладони, и губы Тени затянули меня в долгий сладкий поцелуй. Заботливая Тьма, что теперь от меня не пряталась, ласково заигрывала с моей аурой, отчего ко мне вернулась легкая улыбка, как только поцелуй разорвался.

– Пообедаешь со мной? – спросил Дантон, легонько щелкнув меня по носу.

– Да. Только суп уже остыл.

– Сиди, я наберу тебе новый. Если все съешь, сделаю мороженое с кусочками Ширасу.

– Договорились, – хихикнула я.

Подкупил. Остаток дня Капитан везде держал меня при себе, не оставляя ни на минуту. Проходящий мимо Мистиф Ноган тоже заметил Ришу и весело поздравил нас с началом первых отношений.

– Какие вы, однако, быстрые! – позволил он себе заметить.

– То ли еще будет, – неоднозначно высказался Дантон, и понять, о чем он, я так и не смогла, но уверена, что только о хорошем.

Вечером Кассиль нашла нас на капитанском мостике.

– Как ты? – Она облокотилась на капитанское кресло, в котором я сидела и на этот раз.

– Нормально. Ты Адалиса не видела?

– Нет. Я читала роман и успела вздремнуть.

– Спасибо, что позвала Дантона.

– Я его в коридоре перехватила, он тебя искал.

– Кась, а как ты догадалась, что я провела ночь именно с ним?

– Тут нет ничего удивительного. Это единственный мужчина, которого ты не сторонилась все это время. А уж как ты с места вчера сорвалась, когда его трос был перерезан!

– И правда.

– Ладно, бывайте. Пойду и дочитаю роман, где героиня обзаводится двумя сетами. Чисто из интереса начала. Хочу понять, способна ли я на такие отношения или нет?

Она по привычке чмокнула меня в щеку, после чего ушла к себе. Дантон как раз закончил обсуждать что-то с Найтеном. Час назад они связывались по головизору с кораблями, что идут нам навстречу. По перерасчетам пересечемся мы с ними через пару дней.

– Ну, что? Сегодня ознакомимся с каютой капитана? – мурлыкнул Тень мне на ушко, помогая подняться.

– А я завтра утром встать смогу?

– Не переживай. Если что, я готов весь день носить тебя на руках.

– Дантон! Я серьезно! – стукнула я кулачком по широкой груди.

– Мой дар полон довольства и умиротворения. А вот я голоден и навряд ли смогу когда-нибудь насытиться в полной мере.

Жаркий шепот сбивал меня с толку и заставлял идти на поводу у его обладателя, а ловкие руки, будто невзначай, огладили мою грудь сквозь полоску ткани, что ее прикрывала.

– Дантон, мы еще не дошли…

– Никто не видит, а моему самообладанию приходит конец. Аппетитная, жаркая, очаровательная… – осыпал меня комплиментами Тень, подхватывая на руки и стремительно покидая капитанский мостик. – И вся моя!

Если он думает, что я запомнила обстановку каюты с первого раза, то ошибается. Все, что мы успели осмотреть, – это кровать, вдоль и поперек. На этот раз все радости достались мне, а я стала замечать, что могу быть и плохой девочкой, держать своего мужчину в напряжении, заставлять рычать от желания его и подвластную ему Тьму. Все-таки придется кому-то завтра таскать меня на руках.

– Куда?! – воскликнула я, как только дверь каюты вжикнула.

– Работать. Ты уже проснулась? – вернулся ко мне обладатель потрясающего тембра.

– Проснулась. В чем, скажи на милость, я выходить отсюда буду?

– А ты не выходи. Я скоро вернусь, – чмокнул Дантон меня в губы.

– Принеси мне другой топ с полки! – страдальчески застонала я.

– Нет! Отдыхай.

– Дантон!

– Ты повержена и в плену! Злой дядя не отпустит тебя из своего логова! – прогромыхал Тень, едва сдерживая смех.

Я лишь откинулась на подушки. Воспользуюсь рубашкой, как уйдет.

– Завтрак уже на столике, – произнес сарфириец, и дверь за ним закрылась.

Еще одной бурной пляски я не переживу, наверное.

Два следующих дня шли своей чередой. Капитан старался уделять мне все свободное время, обсуждал со мной интересы, знакомился ближе. А Адалис так и не показался мне на глаза. К концу второго дня я совсем обеспокоилась. Обратившись к Дантону с вопросом, тот ответил, что с ним все в порядке и свою смену он отдежурил спокойно.

– Виль, – сочувствующе обратилась ко мне Кассиль. – Ну, не переживай ты так. Что с ним станется? Смирится с фактом, придет в себя и снова бросится в осаду. Запомни мои слова.

– Не могу. У меня душа выворачивается наизнанку!

– Ладно. Я схожу к нему и поговорю с ним. Не накручивай.

– Хорошо.

Через час от волнений у меня разболелась голова. Этот сарфириец мне не безразличен, это точно. Но что меня с ним связывает помимо учебы в одном университете?

Подходя к медблоку за спасительным обезболивающим, я замерла чуть в стороне от открытых дверей. Когда Мистиф Ноган находится в кабинете, они всегда открыты, и в данный момент оттуда доносились сразу три голоса.

– Скажи мне, Мистиф, почему даже после потери памяти и зрения она снова выбрала его? Я старался быть рядом, уделять ей внимание…

– Может, потому что ты слишком напорист? – вмешалась Кассиль.

– Доля правды в ее словах есть. У тебя буйный темперамент, – поддержал мою сестренку медик.

– Даже если и так, то другим я быть не могу. Я не смогу носить "маску" целое тысячелетие… и тем самым ее обманывать.

– Адалис, – вздохнул доктор Ноган. – Твоя проблема в том, что ты замкнул свой мир на Эливэйн. Ты же знаешь, что она не единственная чародейка, которая может тебе походить по энергетическому аспекту. Попробуй переключиться на другую женщину, как только мы вернемся на Сарфиру. Вскоре еще и из союза сотни очаровательных туристок будут посещать нашу планету. Время у тебя еще есть. Много времени!

– Нет, док. Я никогда не смогу желать другую женщину. Пусть она хоть в триста раз "вкуснее" Эливэйн. В ней есть что-то предназначенное для меня лично. Моя Тьма чувствует это как единственный глоток свежего воздуха! И если мне не суждено стать ее официальным покровителем, я буду ее незримой Тенью… всю ее жизнь.

– Главное, чтобы эта твоя незримость не мешала ей жить счастливо, – сделала разумное замечание сестренка.

– Я понял тебя.

"Прости, Адалис. Я не могла дать тебе то, что ты ищешь тогда, не могу и сейчас", – пронеслась мысль в моей голове, а по щеке стекла слеза.

Я даже про головную боль забыла, вернулась в каюту и стала ждать Кассиль. Когда она зашла, просто встала молча позади меня и положила руки мне на плечи.

– Кась, скажи мне… Почему мне так больно, когда он страдает?

– У тебя на Сарфире всегда было много подруг, – начала она издалека. – Коллеги, однокурсницы, я в качестве вездесущего хвостика, но близкой не было.

На минуту воцарилось молчание.

– Зато был лучший друг.

– Я играла с его чувствами? – спросила я с замиранием.

– Никогда.

По каюте разнесся мой вздох облегчения. Следующую ночь я провела беспокойно в объятиях любимого мужчины, который все понимал и ни о чем не спрашивал.

– Раз, два… Три!

– А-а-а!!!

– Дурочка, – расхохоталась Кассиль. – Что ж ты так орешь? Я еще даже иголку не поднесла.

– Так ты же сказала "три", я морально подготовилась! Хватит надо мной издеваться. Прокалывай уже! – лично меня от страха бросило в пот, а ей весело.

– Сейчас! Ой, умора! Не могу остановиться.

Доктор Ноган тоже посмеивался в сторонке и терпеливо ждал, когда же можно будет обработать проколы в ушах антисептиком. Основную миссию я поручила сестренке, так как страх боли еще остался. Но лучше бы я доверилась медику. Так скончаться от разрыва сердца недолго.

– Начинаю отсчет заново. Готова? – успокоилась чародейка.

– Стой! Нет! – Я перевела дух, два раза глубоко вздохнула. – Все.

– Итак, раз…

– А-ай!

Ухо пронзила мгновенная острая боль, и взвыла я в основном от неожиданности. Кассиль схитрила.

– Ну, вот. Одна готова.

– И все? – мои брови изумленно поползли вверх.

– Все. Больше боялась.

Меня колотила мелкая дрожь. Мистиф тут же обработал ухо и вставил сережку, смоченную тем же раствором.

– Через полчаса ранки затянутся, а прокол останется, антисептик ускорит твою регенерацию. Сережку не вытаскивай! – наказал он.

Я сначала требовала обезболивания, на что медик хмыкнул и сказал:

– Ты же не хочешь вместо двух уколов получить сразу четыре?

– А как же глубокий сон?

– Эливэйн, – закатил он глаза. – Для прокола ушей в наркоз сарфирийцев не вводят!

А для меня могли бы сделать исключение. Ну, ладно. Все обошлось. Осталось домучить второе ухо.

Оказывается, орала я громко. На мой вопль прибежали сразу оба Тени.

– Что у вас тут случилось? – с порога поинтересовался капитан.

– Красота требует жертв, – непривычно весело произнес Адалис, что заявился чуть раньше и тихо стоял незамеченным мной в проеме дверей. – Наша малышка решила переступить через свои страхи, чтобы нравиться нам еще больше.

– Моя, – тихо рыкнула Тьма Дантона, в его голосе проскочили нотки раздражения.

– Я не теряю надежды, – отмахнулся от него Адалис.

– А давайте вы разбираться будете где-нибудь в другом месте?! – не выдержала я. – И так нервов нет, Кассиль убила последние! Еще вы тут…

– Да! – поддержала меня младшая выскочка. – Тренировочный зал к вашим услугам, стены ровные уже несколько дней. Непорядок.

Как только мы снова оказались втроем, Кассиль без отсчета сделала второй прокол, снова застав меня врасплох. Хороший метод. Отмучилась!

– Первый день походишь с гвоздиками, а потом можешь носить все, что понравится. У нас в моде преимущественно длинные серьги. Кольца продержались всего один сезон, и чародейки дружно решили, что они нам всем не идут. Если только маленькие.

Я кивнула и потянулась руками, чтобы потрогать, но получила шлепок по ладоням от Кассиль.

– Не трогай!

– Полчаса, Эливэйн, – напомнил медик сурово.

– Хорошо. Доктор, мне потом придется снова пройти сканирование в "репарационной капсуле"?

– Желательно, если не хотите еще раз прокалывать уши.

– Я загляну вечером, – однозначно не хочу!

– Отлично!

После этого сестренка вывела меня из медицинского кабинета.

– Ну, что? Чем займемся?

– Может, расскажешь мне, какие варианты развлечения есть на Сарфире помимо охоты?

– Можно! Давай разместимся в пищеблоке за столом.

– Только возьмем бумаги. Нарежешь мне прямоугольных листочков, попробую что-нибудь смастерить. Развеем немного скуку.

– Модули делать умеешь? – вдруг осенило ее.

– Доводилось.

– Тогда ты будешь делать бумажные модули, а я буду собирать из них вазу.

– Хорошо.

– Девушки? Вы закончили?

Голос Адалиса, идущего к нам навстречу, заставил меня немного вздрогнуть и расслабиться. Он быстро пришел в себя, не зря вчера Кассиль и Мистиф провели с ним беседу, парню необходимо было высказаться.

– Да, – более добродушно, чем обычно, ответила Кассиль.

– Как твое самочувствие? – подошел он ко мне.

– Уже лучше. Страхи не оправдались.

– Прости, что резко ушел прошлый раз. Мне нужно было все обдумать, – в голосе Тени проскочили виноватые нотки.

– Ничего, я понимаю, – опустила я голову.

– Эй, не вешай нос, – произнес он мягко, нежно огладив меня по щеке. – Я верю, однажды ты оправдаешь мои ожидания и надежды. Не важно, каким образом, но я готов ждать.

– Адалис, – крепко обняла я друга, впав в его объятия. – Это ты меня прости. Я не могу дать тебе никаких обещаний.

– Не говори ничего, – тихо оборвал меня Тень, уткнувшись лицом в мои волосы. – Пусть пока все остается как есть.

Он выпустил меня из своих рук и поинтересовался.

– Чем планируете заняться?

– А ты разве не должен был сегодня заступить на смену? – изумилась необычно терпеливая сестренка.

– Дантон дал мне дополнительный выходной.

– Смотрю, тебе он пошел на пользу, – хмыкнула она. – Мы собираемся складывать вазу из модулей и обсуждать варианты проведения досуга на Сарфире.

– Хорошая тема. Примете меня в свой круг?

– Конечно! – хором выдали мы свое согласие.

Раздобыв бумаги, мы с комфортом разместились в столовой, заняв самый большой стол. Все были при деле. Адалис и Кассиль вырезали прямоугольные заготовки, а я принялась их складывать так, как запомнила еще на Земле.

– Сделаем поделку побольше, привезем ее на Сарфиру и оставим как память.

– На большую не один день уйдет, даже если делать ее будем втроем, – нахмурилась я, завершив первый модуль. – Правильно?

Кассиль взяла у меня первую деталь и осмотрела.

– Да, все верно.

– Ну, так куда можно сходить отдохнуть на Сарфире? – подняла я интересную тему.

– Разнообразие большое, – начала сестренка.

– В зависимости от того, что тебе предпочтительней, – дополнил Адалис. – Отдохнуть от шума и суеты или, наоборот, выжать из себя весь адреналин.

– Начните с первых.

– Это по моей части! На первом месте стоят всегда моря и пляжи! – принялась просвещать меня Кассиль. – Причем, пляжи бывают абсолютно разные: открытые и закрытые; голубые лагуны, красные, зеленые, бирюзовые. В прямой зависимости от цвета водорослей. Они сильно влияют на оттенок воды, при попадании на них лучей нашей звезды, Цереона, сквозь прозрачную воду. Морская живность не пугливая, так что любоваться ей можно вечность. На севере находятся льдистые озера! Мы… с тобой часто ездили туда и купались в холодной воде, – сообщила она с печальной заминкой. – На Ладоновом есть воздушный карман, куда мы ныряли, чтобы полюбоваться соляными сталактитами.

– Наверное, красиво! – мечтательно вздохнула я, пытаясь нарисовать их себе в воображении.

– Очень. Когда туда попадает свет, они переливаются бликами. Соль придала им граненую форму. Первый раз я приехала туда с тобой, как и второй, и третий. Последний раз мы там перекупались и впервые замерзли, несмотря на то что источник был одним из горячих.

– Ну, все-таки север.

– Да. В тот день был мороз около тридцати пяти. Мы просто решили не возвращаться. Добирались долго.

– Теперь, кода соберешься ездить туда со своими дочерьми, будешь знать, что в такой мороз нельзя купаться даже снежным чародейкам.

– Да уж.

– А где предпочитают отдыхать огневички?

– А мы любим экватор и палящие лучи Цереона! – послышался голос подоспевшей к нам Вандет. – Всем привет!

– Привет, – поздоровались мы хором с ней и Тейлоном, следующим за ней тенью.

– Скоро обед. А чем вы тут заняты? – высунулась она из-за моего плеча заинтересованно.

– Делаем поделку в память об этом путешествии.

– Я с вами!

Теперь о сарфирийских развлечениях говорили мы уже впятером.

– Тейлон любит посещать ежегодные гонки на скоростных аэроторах. Иногда даже не против в них поучаствовать лично! Но пускаю я его все реже, потому что технический прогресс растет и игры становятся все опаснее. Боюсь предположить, что там уже придумали за шесть лет нашего отсутствия.

– Я люблю лишь наблюдать за гонками, – поддержал тему огневички Адалис. – А отдыхать предпочитал в развлекательном клубе на Ночном проспекте.

– Я там была лишь однажды. Почти перед вылетом в космос! – похвалилась Кассиль голосом полным гордости и довольствия.

– Ты попала туда тайком. Тебе еще не было ста лет! – хихикнула Вандет.

– Главное, что бабушка Мирлинда об этом не узнает. А если уже узнала, то преступление пережило срок давности, – ухмыльнулась сестренка. – Кстати, у меня скоро день рождения! Сто пять стукнет! Будем надеяться, что достигнуть Сарфиры к этому времени мы успеем.

– Отметить очередной юбилей было бы приятней в полном кругу семьи, – заметил Тейлон с улыбкой в голосе.

– Шестьдесят второй! – протянула я сестренке модуль.

Такой компанией мы быстро наберем нужное количество деталек.

– Доброго всем дня, – прогрохотал тембр желанного мужчины.

Дантон обошел стол вокруг и разместился рядом со мной, не забыв нежно коснуться губами моего виска. Обожаю, когда он так делает!

Могучая Тьма капитана по-хозяйски окутала меня и замерла в таком положении. Через полчаса зал уже был полон народа, все дружно забыли, что пришли подкрепиться и коллективно обсуждали любимую и родную планету. Наверное, со стороны мы смотримся одной большой крепкой и веселой компанией, из которой раздаются мечтательные возгласы и счастливые смешки. Двумя драгоценными камнями в моей коллекции стало больше, и на этот раз их поймал мой капитан.

– Не реви, – прошептал он мне весело на ушко.

– Мне просто сейчас очень хорошо. – Я приподняла ленту и смахнула влагу с глаз.

– Люблю тебя, моя снежная чародейка… – произнес Дантон, побудив на мне волну мурашек. – Давно люблю.

Крепкие руки пересадили меня на свои колени и прижали к упругой груди. Все вокруг стало неважным, окружающий ропот почти не прослушивался сквозь пульс, что сейчас отплясывал бешеный ритм в такт с сердцем моей будущей тени.

В мыслях вдруг проскочил вопрос: почему Дантон не предлагает своего покровительства, но при этом упорно считает своей? Я понимаю, даже Мистиф Ноган заметил, что наши отношения переросли в близкие очень быстро. Торопиться в таком серьезном вопросе опасно… Но лично я уже давно признала свое поражение перед этим мужчиной.

Удариться в философствования я не успела. Очень неожиданно пространство, окружающее нашу компанию, всколыхнулось, что прочувствовал каждый из нас. В зале на пару секунд воцарилась полная тишина, даже лампы и плазмовизор гудеть перестали, что говорило о прекращении подачи электричества. Затем корабль содрогнулся, от чего мы чуть не попадали на пол, а динамик зазвенел голосом Найтена.

– Капитан! Чрезвычайное положение!!! Огромный неизвестный корабль выскочил из гиперпространства прямо перед нами! Нас захватило электромагнитным притяжением! Гипердрайв, основной блок питания и штатные двигатели полностью вышли из строя!

– Вандет! Кассиль! Берите Элли и укройтесь в нише тренажерного зала! Не высовывайтесь! – резко подскочил капитан, поставив меня на ноги, после чего спешно поцеловал и добавил: – Берегите себя!

– Тейлон, – воскликнула перепуганная огневичка. – Я же член экипажа! Я буду сражаться с вами, если потребуется!

– Нет, детка. Ты пойдешь с девочками! И не спорь! Люблю тебя!

После этого меня подхватили под руки с двух сторон и повели на выход из столовой. Поднялась суета, капитан раздавал команды.

– Тейлон, беги к панели управления. Попробуй вывести корабль из капкана, подключи аварийный источник питания. Адалис, Пирс, Рок, Нильс идут со мной к шлюзу! Найдите наших механиков. Всем перейти в тень и быть готовым к нападению!

Страх прочно пустил корни в моей душе… Корабль. Огромный. Если бы это была подмога, что шла нам навстречу, разве нас бы встретили так? Хотя я мало что понимаю сейчас в космических делах, но полагаю, именно так быть не должно.

– Быстрее, девушки! – догнал нас Мистиф Ноган. – Я заклиню дверь и постараюсь забаррикадировать ее снаружи, насколько успею! Надеюсь, ни у кого не хватит ума вас искать в тренажерке.

Ступеньки под нашими ногами закончились слишком быстро.

– Мистиф, ты тоже пойдешь в тень? – обеспокоилась Кассиль, высказав нашу общую мысль вслух.

При этом мы не забывали переставлять ногами.

– Разумеется, я же мужчина.

– Но…

– Выбор не велик. Все, мои дорогие, не забудьте Солун помолиться. Прошлый раз это очень помогло!

За нашими спинами закрылись двери, после чего был сломан магнитный замок.

– Скорее, – потащила нас дальше Вандет.

Мы забрались за тумбу, в которой хранились данжены, и сели на корточки, укрывшись за ней.

– Сидим, не высовываемся, дышим через раз, – продолжала нас наставлять огневичка с явно большим опытом. – Если это кхагарты, то мы крупно попали! Эти твари очень хорошо слышат в любой местности!

– Я… Мне страшно! – начала задыхаться в панике Кассиль.

– Будь сильной! – встряхнула Вандет ее за плечи. – У нас мало мужчин сейчас. И мы должны им помочь защитить нас. А помочь мы можем лишь нашим спокойствием и умением держать себя в руках. Понятное дело, что сердце биться тише не заставишь, но сдержать лишние слезы мы можем. Соберись!

– Хорошо, – твердо согласилась сестренка.

– Молодец. Элли, ты как?

– Нормально.

Настал момент полной тишины, после которого послышался четкий удар стыковочного агрегата. Вырваться из магнитного плена нашему межзвезднику не удалось…

За первым ударом последовало много хаотичных, предположительно со стороны шлюза. Пираты начали осаду. Корабль стал сотрясаться под мощным резонансом, и, по всей видимости, врубился свет от запасного источника питания.

– Ну, почему свет у аварийных лампочек всегда красный?! – высказалась Кассиль в сердцах.

– Чтобы сарфирийцы от страха драпали с корабля как можно быстрее, – пояснила ситуацию Вандет словами Теней.

Послышался первый боевой рев, шипение неизвестных существ, звон стали, топот десятков ног. Мимо зала проносилось все больше и больше налетчиков.

– Кхагарты! – шепотом заключила Вандет, прислушиваясь к шуму.

– Нам конец! – пискнула Кассиль.

– Подожди, тихо! – приложила я палец ко рту и навострила уши. – Почти два десятка поднялись на верхние палубы. Они что-то ищут? – прошелестела я одними губами.

– Или кого-то. Помнишь, я тебе говорила, что они берут пленных?

– Такое не забудешь.

«…! Мистиф! Мистиф, поднимайся и сдавай назад!» – тут же раздался вопль Адалиса за дверьми.

«Отступай!» – прохрипел в ответ медик, захлебываясь.

Кассиль заскулила от ужаса, мы с Вандет торопливо зажали ей рот, но слезы после услышанного сдержать было невозможно.

Еще несколько минут бой шел на верхних палубах, над нами отчетливо раздавался грохот тяжелых шагов, их обладатели тщательно осматривали каюты, одну за другой. Какой-то странный свист привлек мое внимание, я все никак не могла понять, что это. Вскоре стало не до размышлений.

– Адово пламя, они снова идут сюда, – ругнулась Вандет и открыла тумбу.

Звякнула сталь меча, я потянулась к знакомой полке и достала все четыре данжена. Как я буду их использовать, знает только Солун.

– Кассиль, бери лук, – всунула я ей в руку колчан и оружие.

– Я выстрелить не смогу, у меня руки трясутся.

– Бери, они уже почти внутри! Жить захочешь, сможешь, – продолжали мы высказываться очень тихо.

– Ладно.

– Бесполезно. Стрелы не пробьют их толстую кожу, – трагичным тоном огорошила нас огневичка.

– По крайней мере, выкажем хоть какое-то сопротивление, если нас заметят.

«Брать всссех шшывыми!» – прошипел в коридоре голос. – «Проверить всссе! Кашшдый угол!»

– Я… понимаю их! – поразилась я, открыв рот.

– Само собой, вспомни, где ты работала? В центре международных отношений!

«Ломай!» – велел все тот же голос.

В этот момент дверь тренировочного зала с грохотом отлетела, и мы все замерли, задержав дыхание.

Два громоздких создания не торопясь прошли к центру зала и замерли. Резонанс, что исходил от них при движении, дал мне много пугающей информации: они довольно крупные, хорошо развиты, в поступи так и распознавалось уверенность в действиях. Один из кхагартов хищно потянул ноздрями воздух, вбирая его в себя и подхватывая наш след.

– Они здесь, – спокойно и самодовольно заявил один из них после шумного выдоха. – Три самки!

В его голосе звучала ухмылка, решимость и предвкушение… чего-то неизбежного. Шипящий акцент лишь добавлял жути к выстраивающейся картине.

– Крошки, выходите. Мы знаем, что вы здесь.

Утробный жуткий смех второго кхагарта заставил нас вздрогнуть, но сдавать позиций мы даже и не думали.

– Ну же, райсаночки, смелей. Мы не причиним вам вреда… если не будете сопротивляться.

Кассиль крепче перехватила лук. Вот он, тот момент, когда страх перешел все границы и уступил место хладнокровию и ярости! Теперь-то ее рука не дрогнет.

– Ниша не защитит вас. Вы в ловушке, – продолжали наседать пираты.

Бой снаружи уже не привлекал нашего внимания. Каждая из нас сосредоточилась на голосах двух врагов, выбирая для себя мишень. Сидеть сложа руки больше нельзя. Кхагарты снова сдвинулись с места.

– Произнеси еще хоть слово, – прошептала я одними губами, и второй ящер меня услышал.

– И что тогда? – ответил он с диким интересом охотника.

Я стремительно поднялась и метнула данжен в источник звука. От нас такой прыти явно не ожидали, а потому кхагарт даже не подумал увернуться. Его предсмертный хрип стал для меня сладкой музыкой.

Кассиль тут же выпустила стрелу из лука, но она с жалким звоном отскочила от твердой кожи первого пирата. Я снова села на пол.

– Бьем в горло! – скомандовала Вандет. – Элли, ты попала!

– Ох, райсаночки, – зарычал ящер. – Я предупреждал!

Послышался свист, что привлек мое внимание в самом начале. Кассиль закричала и упала на пол. Это хвост! Он использовал его как кнут! Кхагарт резко потянул чародейку на себя и отбил первый прямой удар Вандет, что четко выдал звон стали. Больше он не произносил ни звука, а я сокрушалась, что в любом случае теперь опасно метать данжены наугад. Могу задеть девочек.

«Только бы с ними было все хорошо! Боги! Кассиль же еще только начинает жить!» – паника окутала мое сознание, но я быстро взяла себя в руки.

Вандет продолжала наседать на ящера, что не переставал удерживать в своем захвате Кассиль. До меня доносился ее боевой рев, огневичка прилагала все силы, пытаясь добраться до горла своего врага. Но безуспешно.

– Горячая! – хмыкнул ее противник. – Твой дар для нашей расы только бонус. Мы теплолюбивые!

– Ты, чудовище! – резко высказалась сестренка, после чего послышался болезненный вопль пирата, который оборвался булькающим звуком.

В зале настала звенящая тишина, нарушаемая лишь далекими выстрелами лазерного оружия и грохотом переборок, сминающихся под натиском сильнейших мужчин.

– Девчата! Вы как? – высунулась я из-за тумбы.

– Мы в порядке, – ответила за двоих огневичка. – Кассиль, ты просто умничка! Так вцепиться в глаза! Чародейки, я горжусь дружбой с вами!

Мы втроем слились в объятьях, дав волю второму страху. Мы живы! Пока что.

– Уходим отсюда. Здесь небезопасно уже.

– И куда мы пойдем? – спросила Кассиль, растирая бок, что пострадал от тисков чешуйчатого длинного хвоста.

– Верхние палубы уже проверены. Забьемся в какую-нибудь каюту.

– Вариантов больше нет. Идем к Адалису, – предложила я. – Она дальше всех, и в гости меня звали, и самками у него не пахнет.

– Чем мне нравятся Снежки, так это умением превратить любую трагедию в фарс, – усмехнулась Вандет. – Идем тихо и как можно более незаметно.

Как только мы вышли в коридор, Кассиль и Вандет хором ахнули в ужасе.

– Мистиф!!!

Сестренка сорвалась на рыдания и стала сползать на пол.

– Кася, нам надо укрыться, – с не меньшей горечью в голосе прошептала я, опускаясь на колени рядом с ней и перехватывая ее ладони с груди медика, найдя их на ощупь в окутывающем меня мраке. – Секунду!

Я вдруг замерла и снова коснулась груди Тени. Мне не показалось! Он еще жив! Дышит поверхностно, сердце отстукивало замедленный ритм.

– Меняем тактику, идем в медицинский кабинет! – распорядилась я.

– Элли, у нас нет времени…

– Мы идем в медкабинет! – резко оборвала огневичку сестра. – Мистиф Ноган – член нашей семьи!

– Тьма и бездна! Ладно, я с вами пойду. Вас уже ничем не переубедить.

Вандет и Кассиль подхватили медика под руки и поволокли по ступеням. Я пошла позади них, вдоль уцелевших стен, и прислушивалась к окружающему нас хаосу. Как долго сарфирийцы еще смогут сопротивляться? Живы ли наши Тени? Тейлон, Адалис, Найтен, … мой капитан?

Как по заказу, голос Найтена сорвался в яростный вопль, который не утихал до самого шлюза. Кассиль очередной раз всхлипнула от ужаса, она не могла не услышать. Ее друга взяли в плен!

В кабинете было пусто. Пока чародейки разоблачали доктора, добралась до «репарацинной капсулы», нашла на ней треугольную кнопку и нажала ее, как он учил. На счастье, оборудование отозвалось равномерным гудением, что породило во всех нас волну облегчения. Аварийный источник питания исправно подает электричество и сюда!

– Элли, помоги! Он безумно тяжелый.

Совместными усилиями мы подняли обнаженного мужчину на полметра над полом и успешно разместили его внутри капсулы. Вандет нажала круглую кнопку, после чего стеклянная крышка прочно загерметизировалась.

– Кассиль, в том шкафу есть красный антисептик! Брось халат на капсулу, я вылью.

Спустя полминуты чародейки удовлетворенно вздохнули и развернули меня на выход. Уже в проеме дверей мы поняли, что крупно попали!

Наша девичья компания столкнулась нос с носом с целой группой чешуйчатых мясоедов!

– Надо же! А мы их по всему кораблю ищем, – раздался очередной шипящий голос у меня над головой.

Грохнула молния, температура вокруг резко упала, Кассиль попыталась…

– Жалкие потуги, – невозмутимо произнес второй кхагарт.

Мою талию прочно обвил юркий хвост, запястья были перехвачены, и холодные браслеты издали звонкий щелчок… трижды.

– Глушилки! – простонала Вандет.

– Атас… – высказалась я в сердцах на земном, уже догадываясь, что это значит.

Радует одно: наш трюк с антисептиком удался!

Если кто-то полагает, что нас беспощадно конвоируют на другой корабль, тыча штык ножами в спину, не забывая дать хорошего пинка или подзатыльника, то грубо ошибается. Кхагарты взвалили меня и чародеек на могучие плечи, и, бережно придерживая нас своими лапищами за… ноги, стали практически беззвучно перемещаться к шлюзу. Рты нам заткнули какими-то тряпками, завязав концы на затылке. Наши сцепленные руки болтались за их спинами, я даже один раз стукнула своего похитителя от души по позвоночнику, тем самым вызвав его насмешливое фырканье.

Ящер, что отвечал за мою доставку, был высок и широк в плечах. Как и говорила Кассиль, облачен в какую-то форму, локтевые сгибы открыты, видимо, для удобства, чтобы произрастающие из них шипы можно было практично использовать.

Послышался мощный взрыв, от которого пошатнулись даже кхагарты. Мы с девчонками глухо запищали от страха, на что один из пиратов приложился к филейной части моей сестренки ладонью и ласково так прошипел:

– Не бойся, детка! Я с тобой!

В итоге мы оказались-таки на чужом корабле и вконец перепугались. Запахи сменились, гул боя становился все тише, чужие довольные смешки и замечания резали слух, все это смешалось в один ужасный хаос! Но самым страшным лично для меня оказался следующий шокирующий этап. Распределение!

После того как нас поставили на ноги, но все еще удерживали в плену юрких длинных хвостов, раздался скрипучий голос нового действующего лица.

– Сортируй самок.

"Нет, нет и нет!"

Мы дружно попытались вырваться, боясь быть разлученными. Только не отдельно! Только бы никто не тронул Кассиль! Голову охватила пульсирующая боль, а сердце сбилось с ритма. Остаться одной, без зрения и знаний, в неизвестности, без своих подруг и мужчины! Переживать за младшую сестру, ее судьбу и здоровье! Что может быть хуже всего этого? Познать ответ на этот вопрос я не хочу.

Мой пленитель выстроил нас в ряд и осмотрел каждую, не забывая хищно потягивать ноздрями воздух. Долго он не задерживался.

– Эта чиста, совсем юная еще, – замер он напротив Кассиль, после чего сместился к Вандет и повторил "знакомство". – В этой чужое семя дало всход.

Я вздрогнула! Это значит…

– Какой срок? – проскрипел другой, более зрелый на голос, кхагарт.

– Пятьдесят шесть дней.

Вандет ждет малыша?!

– Хм… – нехорошо выдал "старик". – Ладно. Подумаем.

Девчонок отчетливо стало потряхивать, что я ощутила и на себе. Настала моя очередь. Горячее дыхание опалило мою кожу у самой щеки. Ящер резко напрягся.

– Вот так сюрприз! – выдал он с довольством, растягивая шипящие звуки.

– Что там? – подался вперед его собеседник нетерпеливо.

– Избранница самого Чезара! – мою левую руку с ришей обхватила широкая лапа и потянула на себя вперед.

Кого?!

– Его семя присутствует, но пока ничего серьезного. Девушка незрячая. В остальном полностью здорова.

– Он на этом корабле… – задумчиво выдал пожилой кхагарт. – Найти! Взять в плен! Судьба сама подкинула его к нам в руки. Самок пока поместить всех вместе, в одну камеру. Условия содержания – оптимальные.

– Есть. Реван Рид? – вдруг обратился к главному пират.

– Что?

– Кому достанется избранная Чезара?

– Решим еще.

Святая Солун! Что тут вообще происходит?! То, что нам грозит участь рабынь, это я поняла. Но Вандет в положении, капитан является Чезаром, ректором Школы Теней и их официальным представителем. Сколько тайн еще передо мной не раскрыто? Что такой важный мужчина делает на таком маленьком межзвезднике?

Как только мы оказались в камере, с нас сняли кляпы, чему не могла не порадоваться. Срочно захотелось размять затекшую челюсть.

– Порубить бы вас всех на фарш! – зашипела я не хуже кхагартов на их языке.

Мое лицо тут же было крепко перехвачено широкой когтистой лапой, и ящер, которого я мысленно обозначила «сканером», вкрадчиво произнес:

– Будете вести себя тихо и ласково, ответим вам тем же. Станете буянить, не ждите нежного обращения. Все понятно?

– Понятно! Отпусти ее уже!

Вырвала меня сестренка из его захвата, притягивая к себе.

– Элли, – обратилась она ко мне подрагивающим от страха голосом. – Мы сейчас уязвимы. Не буди лихо.

– Да, ты права, – умерила я свой пыл. – Хорошо.

Обладатель тяжелых шагов неторопливо покинул место нашего заключения, и решетчатая дверь за ним закрылась.

– Имейте в виду, – бросил он напоследок, – сбежать вам самим отсюда не удастся. А если вдруг кого замечу в коридорах, наказывать буду лично!

– Девочки! – бросилась к нам огневичка, как только шаги пирата стихли.

Ее голос сорвался, и нас всех тут же охватили рыдания. Мы даже обняться сейчас не можем, руки по-прежнему скованы кандалами, поглощающими магию ничуть не хуже базиликта.

– Вандет, а Тейлон знает?

– Еще нет. Я думала сказать ему попозже, как только достигнем галактики и нам ничего не будет угрожать. Не хотела держать его на нервах. Даже Мистифу запретила говорить об этом.

– Будем надеяться, что наши мужчины целы и с ними все в порядке.

– Ждать от них помощи сейчас бесполезно, – заметила Кассиль трагичным тоном. – Их одиннадцать, один лежит в репарационной капсуле. Корабль кхагартов огромен и полон чешуйчатых уродов. Я никогда не забуду их клыкастые рожи и черную форму!

Мы пересели на одну из кушеток, к слову, с довольно мягким настилом. Вокруг было тепло, сыростью не пахло. Но это не отменяет того, что мы в плену. За то время, что мы здесь уже провели, обнаружили уборную, где смогли немного привести себя в порядок и справить нужду. Все чаще слышался рев Теней, сопротивляющихся из последних сил. Это пугало, но и радовало тем, что они все живы. В нас нарастала гордость за их стойкость. Несомненно, каждый из них положил много противников, прежде чем угодить в плен.

– Девчата, – позвала я. – Что это за приставка «реван»?

– Это обозначение семейного статуса. А «райсана», она же райсаночка, это… – запнулась Вандет. – У нас нет этого слова на сарфирийском.

– «Невеста», – ответила на земном Кассиль, от чего я вздрогнула!

– Получается, что всех женщин они берут в плен для связи? – высказала я предположение.

– Получается, что так.

– А где же их… самки? Не может быть, чтобы у такого огромного многочисленного вида не было своих женщин.

– Элли, мы ничего о них не знаем. Тысяча лет прошла с последнего цивилизованного общения с этой расой, – напомнила мне огневичка. – В университетских учебниках говорится о том, что еще в то время женщины у них точно были.

В один и тот же момент мы с Вандет вздрогнули от неожиданности. Знакомая Тьма жадно заключила меня в свои объятия, прочно сцепляясь с моей энергетической аурой, заставив вздохнуть с облегчением. Мой капитан жив! Но где же он? Его темная сила со мной, а любимого мужчины нет рядом.

– Ой! – пискнула огневичка обеспокоенно и в тоже время радостно. – Тейлон только что узнал, что он будет папой. И он в гневе…

Тьма Дантона пошла рябью, от чего я пришла к выводу, что они нас слышат.

– Капитан тоже теперь знает о твоем положении. Как он догадался?

– Мой сет сейчас в тени, моей тени.

Кассиль вздохнула с облегчением, основные страхи нас покинули, оставляя за собой легкое волнение.

Настал момент тишины, когда мы потеряли счет времени. Про нас, однако, вспомнили. В камеру зашло стразу два кхагарта, а Тьма, что все это время пребывала со мной и внушала надежду на лучшее, немного отступила, чтобы не засветиться раньше времени.

Перед нами с каким-то зловещим грохотом поставили стул, на который с комфортом разместился пират и замер в таком положении.

Что сейчас произошло, я не поняла, но мои подруги пораженно ахнули, а Кассиль на земном языке высказалась:

– Элли! Мы должны выжить и выбраться отсюда! Они оборотни! Совет непременно должен об этом узнать!

– Хватить переговариваться! – засипел реван Рид, но не так отчетливо, как пару часов назад.

Уж его-то голосок ни с чем не спутаешь.

– Что это был за язык? – тут же потребовал он у сестренки.

– Новый межгалактический, – вмешалась я, перенимая внимание на себя.

Соврать для меня сейчас раз плюнуть, ведь несмотря на пугающую ауру, собеседника я не видела.

– Выдаешь себя за старшую? – ухмыльнулся реван в ответ на мою резкость. – Тогда скажи мне, райсана, где твой Чезар и его напарник?

– Не понимаю, о чем речь, – зашипела я на его языке, отметив, как дрогнула Тьма позади меня.

Ага, капитан понял, что его статус мне случайно сдали.

– Обожаю вас за эту способность. Никакой Лингвотрансформатор не нужен. Экономия! Так, где Тени?

– Вам виднее. Вы нас выкрали во время нападения.

– Ответ не принимается. Мы нашли бортовой журнал. В нем указано, что на корабле находится двенадцать членов экипажа и две пассажирки. Один сарфириец был убит, одиннадцать из вас схвачены. Где еще двое?

– Как… убит? – произнесла Кассиль шокировано.

– Лазером. Ты это узнать хотела? – не сдержался второй присутствующий пират, с кличкой «сканер». – Лежит где-то среди тел наших земляков!

Нас накрыло облегчение, а уверенность вновь вернулась. Мистифа не нашли! Пока что.

– Где… ваши… мужчины?! – повысил голос реван Рид, делая акцент на каждом слове, от чего мурашки побежали.

– Мы не знаем! – ответила я холодно, с приличной дозой яда в голосе, как когда-то доктору Джонсону на Земле.

– Упертые, – хмыкнул кхагарт. – Что ж, пустая болтовня не мой метод. Посидите, подумайте. Как захотите кушать, позовете. А пока, побудьте-ка на голодной диете.

Ящеры поднялись и вышли, а чародейки начали вслух делиться со мной тем, что увидели.

– Элли! Они очень похожи на нас!

– До этого мы все считали, что они обычные ошибки природы! – принялись лепетать девчонки, перебивая друг дружку.

– А сейчас выходит, они очень схожи с Итарцами. Только те оборачиваются котами и кошками, а эти… ящерами!

– Глаза остаются прежними! С вертикальными зрачками. Кожа с полосами чешуи на скулах! И хвост! Он при обороте не исчез!

– А как же шипы на голове? И локтях? – спросила я заинтересованно.

– Как это ни прискорбно, – усмехнулась Кассиль, – но их сменила шикарная седая грива. А на локтях просто появилась та же чешуя.

– Вот дела!

– Осторожно! Я так и приревновать могу! – произнес до боли знакомый тембр совсем рядом.

– Дантон!

Крепкие руки сразу заключили меня в свои объятия, а губы моего мужчины нетерпеливо запечатлели на моих устах долгий страстный поцелуй. Тьма от наслаждения урчала, смущая сестренку. И не только моя.

– Боги! Как я боялся потерять тебя! – воскликнул Тень, лихорадочно оглаживая мое лицо руками.

– Я убью тебя! – зарычал Тейлон раздраженно.

– Ты хотел сказать «люблю»? – уточнила огневичка чуть виновато, но не менее игриво.

– Убью! Больше никаких тайн, Вандет. Обещай мне!

– Клянусь, мой единственный!

Пара снова увлеклась собой, стараясь сильно не шуметь.

– Насчет тайн, – тут же насупилась я. – Дорогой Чезар, не хочешь ли и ты мне дать подобное обещание? Сколько у тебя еще от меня секретов?

– Честное слово, – ухмыльнулся мой «жених» виновато, – еще два всего лишь.

– Не хочешь поделиться? – прижалась я к широкой груди, наслаждаясь ароматом любимой Тени и ее Тьмы.

– Нет, не хочу, – как-то резко сменился его тон. – Обещаю, ты все узнаешь в «Колыбели».

Я стукнула кулачками по нему, закованными в амагичные кандалы. Дантон тут же избавил меня от них, практически не приложив усилий, и помог Кассиль.

– Мне стоит настроиться на что-то нехорошее?

– Скорее, не очень приятное, – туманно ответил Дантон. – А уж хорошее или нет, решать тебе.

Я тяжело вздохнула, все равно от него сейчас ничего не добьешься.

– Девочка моя, – привлек мое внимание Чезар, снова заключив в объятия. – Хочу, чтобы ты знала: после посещения озера я больше тебя никогда никуда не отпущу. Я готов наступить на те же грабли, что и девять лет назад, но запомни, чародейка: ты моя!

– Я запомню! – натянула я улыбку. – Кхагарт с ними, с граблями.

– Я тебе верю.

– Все, конечно, хорошо, – напомнила о себе Кассиль. – Но в плен попала вся команда, межзвездник пришел в негодность, Мистиф лежит там, в «репарационной капсуле», и Кхагарты ищут тебя, Дантон.

– Что касается плена, вопрос почти решен, – отозвался Тейлон, прислушиваясь к пространству.

Тут же последовал мощный взрыв, за которым раздался наш визг. Это никогда не закончится! Я уже готова волком выть! Земным, естественно. Вражеский космический корабль взорвался воем системы оповещения.

– Союз пришел на помощь. Сюрприз, – хмыкнул капитан, прикрывая меня и Кассиль собой на случай, если что-то обрушится. – Девушки, сидите здесь! Мы за командой.

– Никакой самодеятельности, детка! – указал Тейлон огневичке. – Мы вернемся.

– Как вы выйдете отсюда? – изумилась я.

– А каким образом я приходил к тебе в гости, как ты думаешь? – дал мне намек капитан.

– Эливэйн, ты, кажется, забыла, что твой Чезар – один из самых сильных Теней в нашей галактике, – поддержала его Кассиль. – А что я тебе про них говорила?

– Ходят сквозь стены, – вспомнила я вслух.

– Верно. Не волнуйся. – Мягкие губы коснулись моего виска.

– Дантон! Будь осторожен, – выпустила я из объятий своего героя.

– Все кхагарты сейчас будут заняты обороной, им нет до нас дела.

Взрыв повторился, но где-то с другой стороны корабля. Через пару секунд решетчатая дверь снаружи открылась, на случай, если вдруг нам придется выбираться самим. Мы принялись ждать. Союзные корабли продолжали осаду, теперь поражая преимущественно верхние палубы. Минуты растянулись в вечность! Сколько мы уже пережили с подругами за это время? Не так много, но так эмоционально. Роднее нас теперь нет никого на свете! На том и на этом.

– Касси-и-иль! – Голос младшего навигатора пытался перекричать вой сирены.

– Найтен? – Сестренка сначала отозвалась не очень уверенно, но потом закричала. – Найтен, мы здесь!

Вскоре юная парочка обнималась и заливалась слезами.

– Ты цел!

– Как я рад! Подруга, клянусь вашей Солун, до самой Сарфиры я тебя ни на шаг от себя не отпущу!

– Найтен, где Адалис? – спросила я сразу, как только навигатор успокоился сам и привел в чувство сестренку.

– Капитан отправил его и Рока на наш межзвездник за доктором Ноганом.

Слава Богам! Он тоже не пострадал. Вскоре к свободному стыковочному агрегату пристал один из кораблей, и бой перешел в новый раунд. Найтен все время был с нами и присматривал за коридорами. Напрасно Дантон думал, что абсолютно все будут увлечены боем. Нас решил посетить один из недавних знакомых.

– Какого дьявола тут происходит!? – выдал он свое мнение, обнаружив дверь нашего заточения открытой.

Найтен, что прятался в тени за переборкой, резко подорвался вперед и сокрушил свой кулак на кхагарта. Послышался грохот огромного тела и последующий хруст шеи, что позволило мне сделать вывод: «сканер» безвозвратно вышел из строя. Даже жалко его стало немного.

Через несколько часов нас перевели в корабль Союза, где мы, к удивлению, узнали, что являемся не единственными пленницами.

– Вандет?! – воскликнула какая-то женщина совсем неподалеку от нас, как только мы миновали шлюз и оказались в полной безопасности. – Вандет!

– Марлен? – шокировано произнесла огневичка. – Как ты здесь оказалась?!

Две чародейки крепко обнялись. Я, Кассиль и Найтен, исправно выполняющий обещание перед моей сестренкой, пораженно замерли, прислушиваясь к окружающему нас пространству, а последняя пара еще принялась озираться по сторонам.

Всех пленных привели в один большой зал, где им оказывали первую помощь, поили водой, записывали их данные, составляя список спасенных.

– За шесть лет вашего отсутствия много чего изменилось, – ответила чародейка, как выяснилось позже, огненная. – Я уже два года служу на звездном флоте.

– Ты с патрульного корабля? Вас взяли совсем недавно?

– Да. Ты уже знаешь?

– Мы наткнулись на обломки пару дней назад. Ты не пострадала?

– Нет. Повезло!

– Сколько вас?

– Не поверишь, почти все выжили! Мы зачем-то им нужны живыми. Все мы, не только женщины.

– Мужчин продают в рабство, – произнес незнакомый рычащий голос совсем рядом. – Их меняют на женщин. Где-то есть космическая пиратская база, туда свозят всех пленных, пойманных не только на межгалактических кораблях, но и вывезенных с планетарных систем Гелеона. Меня зовут Трештет, торшредер.

В голове сразу проскочила информация, что не так давно была мной усвоена: умные, зеленая кожа, вытянутый череп, четырехпалые руки…

– На судне кхагартов я пробыл три месяца. К сожалению, успел узнать из обрывков фраз только это.

– И на этом вам спасибо, – прозвучал бас Адалиса совсем рядом. – Снежная Королева, как ты?

Мягкий усталый голос с привычными мурлыкающими нотками принес мне море облегчения. Мой друг здесь, он в безопасности. Я впала в крепкие объятия Тени и неожиданно поняла, что навигатор пребывает в боевой форме. Невидимые мной языки пламени окутали меня, как самое родное создание на свете. Тьма Адалиса была рада моему вниманию, но границы не переходила. Молодец! Я горжусь им.

– Со мной все хорошо. Ты не ранен?

– Совсем немного.

Тут меня осенило.

– Надо скопировать информацию с «репарационной капсулы» на нашем корабле! Ведь многие из вас пострадали!

– Я уже все сделал, – гордо выпятил он грудь. – Данные и нашего медика мы уже передали в руки Союзу.

– Молодец, товарищ, – хмыкнула одобрительно Кассиль. – Иди, и я тебя обниму. Спасибо!

Штурм вражеского корабля закончился не скоро. Мой капитан где-то там, продолжает осаду и спасает остальных пленных вместе с Тейлоном. Мы с огневичкой сидели как на иголках, вяло перекусили в огромной столовой, куда нас всех проводили. Я лишь успела поразиться, насколько большой корабль к нам пришел на помощь. Какой-то Итарец по очереди опросил всю нашу компанию, интересуясь последними произошедшими событиями. Торшредер Трештет поделился тем, что ему удалось узнать. К слову, он являлся научным сотрудником крупного исследовательского корабля. Мы же с чародейками рассказали о неожиданной способности кхагартов менять «лицо».

Разнообразие рас присутствующих на корабле потрясало! Даже при отсутствии зрения, на слух, благодаря окружающему шуму, я могла выстроить в своем воображении примерные черты того или иного представителя. Кассиль рассказывала мне обо всем, что меня интересовало. В говоре торшредеров, общающихся на межгалактическом, проскакивали рычащие и шипящие нотки. Говорили они вдумчиво, анализируя реакцию каждого собеседника на последующий ответ. В речи итарцев четко слышался мурлыкающий оттенок. Коты! И этим все сказано! Валорцы растягивали гласные, теодонийцы делали резкий акцент на каждом слове, немного путаясь с ударениями. Залы были полны чужих запахов, от которых у меня голова пошла кругом.

Окружающая суета стала жутко утомлять. Вскоре всех развели по каютам. На удивление – индивидуальных покоев хватило всем. Каюта была в полтора раза меньше, чем на нашем межзвезднике, но на это я не обратила никакого внимания. Я знала, что мой капитан – важное лицо в этой жизни, и он обязан сейчас участвовать в спасательной операции, присутствовать на допросе кхагартов, при беседе с особо важными свидетелями. Как непосредственному представителю Большого Совета, ему предстоит принять решение о дальнейших действиях, касаемых этого дела. Но как же хочется, чтобы сейчас он был рядом.

Все вокруг незнакомо, большие пространства пугают не меньше неизвестности, что ожидает меня впереди. Именно в такой вот момент я нуждаюсь в капитане, как никогда. Чтобы волноваться как можно меньше, я закуталась в предоставленное одеяло и попыталась заснуть.

Невесомое нежное касание заставило мое тело мягко вздрогнуть. Не от страха и неожиданности, а от волнения и стремления податься чуть ближе, испытать еще хоть немного дразнящей ласки. Обнаженное плечо неторопливо огладила шероховатая ладонь, задержалась на рише, пальцами обвела ее по контуру, заставив изголодавшуюся Тьму заурчать от предвкушения.

Желанные губы повторили их путь, обжигая кожу горячим дыханием и вынуждая меня проснуться. Мой Тень. Он пришел ко мне!

– Дантон… – позвала я тихо, перевернувшись на спину.

Капитан подался вперед и уткнулся лицом в ладони, которые я протянула ему навстречу, чтобы привлечь к себе. Мои уста попали в плен, Тьма снова окутала нас со всех сторон, надежно отрезая от окружающего пространства. Чезар навис надо мной, охваченный сильнейшим желанием и необходимостью в полном единении, подавляя своей властной аурой, покусывая мои губы, Сейчас мне стало четко понятно, кто из нас здесь главный. Поцелуй углублялся, становился более неистовым и прервался только от необходимости глотнуть побольше воздуха.

Широкие ладони стянули с меня одеяло и сразу обхватили упругую грудь, сжимая ее. Влажный язык поочередно коснулся розовых бугорков, вызывая мой трепетный стон и порождая жаркую волну, устремившуюся вниз по телу. Я подалась ему навстречу, Тень тут же обхватил одну из вершинок губами, после чего потянул ее осторожно на себя.

Очередной мой возглас спровоцировал его Тьму на ответное рычание. Своими руками я оглаживала мускулистую шею, квадратные плечи, пропускала короткие волосы сквозь пальцы. Возвращала его к себе, чтобы снова насладиться поцелуем, игрой языков, нетерпеливым натиском своего мужчины.

Ладони Дантона продолжали исследовать изгибы моего тела, дразнящими касаниями ласкали кожу, оглаживали бедра. Вскоре Тень прильнул ко мне и заполнил собой. На этот раз он был безумно нежен и не торопился, наслаждаясь каждым мгновением. Мучительно сладкая пытка продолжалась довольно долго, пока желанная грань не поддалась. Капитан подхватил губами свое имя, не позволяя мне привлечь ненужное внимание.

Тьма довольно урчала и требовала большего, она все еще голодна. Сегодня ее хозяин потратил много темных сил, и силы эти необходимо восполнить.

Прежде чем Тень снова занял доминирующее положение, я толкнула его в грудь, опрокидывая на спину. На секунду я снова пожалела, что не вижу ничего. Наблюдать, как мужчина наслаждается твоими ласками, полагаю, замечательное зрелище! Как напрягается каждый его мускул, как срывается с губ его хриплое дыхание, смотрят на тебя глаза, как он сгорает от желания поскорей слиться с тобой в одном водовороте ярких ощущений.

Напрасно я думала, что теперь моя очередь править Тенью. Я снова оказалась опустошена, Тьма – сытой, а Чезар – довольным. Несмотря на охватившую меня слабость, я была полностью удовлетворена, о чем позаботился мой мужчина. Сон снова подхватил меня, призывая как следует отдохнуть. Но даже сквозь сон я чувствовала, как раз за разом мягкие губы целуют меня в висок, а теплая ладонь оглаживает на руке ришу.

Суета в коридорах никак не мешала спокойно досматривать один из немногих снов. Видение озера снова явилось ко мне. Только на этот раз, помимо невозмутимых фиолетовых вод, мне удалось разглядеть в их толще проблеск силуэта, искрящегося фосфорным сиянием.

Солун?

Желтые глаза едва уловимо блеснули, прежде чем дух стремительно скрылся в глубине, заставив гладь водоема всколыхнуться расходящимися кругами. Сон меня немного взволновал, но оставил в душе приятный осадок. Страх, что ранее стоял на первом месте, отступил и уступил место новому…

– Дантон… – позвала я непроизвольно, свернувшись клубочком, все еще не открывая глаз. Да и зачем торопиться? Пока что все равно я увижу лишь беспросветный мрак.

Но это только пока.

Тень был здесь, и он меня услышал.

– Я рядом, милая, – в тоже мгновенье Чезар присел на край кровати и огладил ладонью мои седые волосы, мягкие губы коснулись пушистых ресниц, заставив меня расслабиться и улыбнуться.

Руками я обвила его за талию и прижалась теснее. Могучая Тьма подалась навстречу, проявляя одобрение и довольство своего хозяина.

– Ты давно проснулся? – спросила я, отметив, что он уже одет.

– Утром. Сейчас полдень.

– Почему ты не разбудил меня?

– Зачем? Сегодня у вас отсыпной день. После пережитых событий всем необходимо как следует отдохнуть.

– А тебе, значит, не спится? – изумилась я.

– Чародейка, – добродушно усмехнулся Дантон. – Я так насытился за ночь, что оставшегося на сон времени мне вполне хватило.

– Как дела? Спросила бы чуть раньше, но не до разговоров было.

– Точно. – В его ответе проскочила улыбка, но затем крепкое тело охватило напряжение, заставившее меня озадаченно нахмуриться. – Ревану Риду удалось бежать.

– Как? То есть, как это вышло?

– Он скрылся на аварийном шлюпе. Но проблема не в этом. С бортового журнала на нашем межзвезднике была снята копия, электронный носитель найти не удалось. Подозреваем, что он забрал его с собой.

– Это значит…? – перешла я в вертикальное положение.

– …что о существовании еще одной пригодной для жизни планеты кхагарты теперь тоже знают.

– Земля в опасности?

– Не думаю, что риск высок. Главе пиратского флота еще надо добраться живым и невредимым до своей звездной системы, а путешествие в аварийном шлюпе не рассчитано на большой временной промежуток.

– Если только его не перехватит другой пиратский космический корабль. Ведь аварийный сигнал у него есть?

– Разумеется.

– Вам нужно срочно собрать заседание Большого Совета, да? – Я печально вздохнула, не исключая варианта, что мне с капитаном придется расстаться на длительный срок.

– Мы уже провели его, – ошарашил меня Дантон. – Сегодня утром я связался в экстренном порядке по головизору с его представителями, и мы обсудили этот вопрос. Корабль Союза, на котором мы сейчас находимся, оснащен мощной системой связи, как я успел узнать, даже не самой последней модели. Я отправил им новые данные карты вселенной. Координаты звездной системы, в которой находится Земля, уже внесли в общую базу данных.

– И что вы решили?

– Космический патруль будет выставлен на двух новых точках: в предположительном радиусе выхода из телепорта, что нам удалось преодолеть несколько дней назад, и на пути к галактике, который изначально проложил… ваш корабль и закрепил наш.

– Это же огромные расстояния, – задумчиво протянула я.

– Да. Вероятность того, что мы можем что-то недоглядеть, высока.

Я обняла своего капитана со спины за плечи и прислонилась к нему щекой.

– Радует одно, – подала я голос спустя какое-то время молчания. – На Земле еще нет тех технологий, которые бы позволяли человечеству преодолевать расстояния дальше их собственной галактики.

– Недолго они будут отставать от нас в этом вопросе, – еще более хмуро опроверг мои надежды Дантон. – У них теперь есть прототип. Ваш корабль даст им возможность изобрести свой гипердрайв. Вскоре земляне смогут перемещаться по вселенной быстрее скорости света.

И таким образом сами отроют себе яму. А может, все обойдется? Хотя без поддержки Союза Межгалактических Республик первых проблем им не миновать, даже если принять в расчет их агрессию, с которой они встретили нас дважды.

– Как команда? – перевела я неприятную тему.

– Все в порядке. Мистиф Ноган в анабиозе. Думаю, процесс регенерации затянется еще на сутки. Меня уверили, что это немного. За время нашего отсутствия в медицине, биоинженерии и компьютерной технологии был сделан большой шаг.

– Когда мы его нашли, у меня не было шанса узнать, какие он получил раны. А у девочек уточнить не додумалась. Я была слишком взволнованна.

– Он получил два ранения: в бедро и в живот. Ему, в какой-то степени, повезло, что их нанесло лазерное оружие. Ожог приостановил обильное кровотечение и дал вам время.

– А можно я и дальше буду проходить осмотры у него, как только ему станет лучше? Мне бы не хотелось пока доверять свое здоровье другому врачу. Тем более зеленому четырехпалому.

Я передернула плечами, представив себе в воображении торшредера в белом халате. Еще не факт, что рисую я в своей голове его правильно, но уж как получилось. Дантон тихо засмеялся, но позволил себе заметить:

– Хорошо. Только не доверяйте слепо. Я ведь жуткий собственник, просто с недавних пор держу себя в руках.

– Почему?

– Не хочу давить на тебя, стараюсь уважать твои интересы.

Мягкие губы по-доброму поцеловали меня в лоб, после чего Тень встал с койки и помог подняться мне.

– Пойдем, я провожу тебя в душевую. Умоем тебя, приведем в порядок, приободрим.

– Может, я как-нибудь сама, на ощупь? – Я постаралась подавить в себе приступ мурашек.

– Откуда вдруг такая застенчивость? – прошептал Чезар мне на ухо, слегка подталкивая в спину, заставляя сделать шаг.

– Ну, мы еще не были в душе вместе… – меня безжалостно перебили.

– Поверь мне, были.

– А…?

– Да. Там тоже было.

– Что?!

– Идем, малышка. Иначе я снова буду грубым и несдержанным!

Тьма Дантона уже прочно впилась в мою ауру, предвкушая получить новую порцию сладкого. Боги! На моем теле осталось хоть одно место, где не были его руки? В конечном итоге, несдержанность и грубость проявили мы оба, и никакое отсутствие зрения тому не было помехой.

– Эливэйн, – прошептал Тень в порыве страсти. – Обещай быть моей!

– Обещаю.

– Скажи мне, милая. Скажи то, что я хочу слышать…

– Люблю тебя, Дантон.

– Элли, – прохрипел Чезар, делая глубокий толчок.

– Мой единственный… – произнесла я одними губами, прежде чем нас обоих подхватила волна удовольствия.

– Надеюсь, так и будет… всегда!

Его ответ твердо уверил меня в том, что только так и будет. По его воле, или моей, но другому варианту быть между нами не суждено.

Уже позже я поинтересовалась, не останутся ли на мне синяки? В этот раз мы не следили за своими порывами.

– Синяков точно не будет. Вернее, будут, но не совсем они.

– Дантон! – возмутилась в ответ на его веселость. – Тебе хорошо. Надел рубашку, застегнулся повыше и все дела. А я? Ведь я всегда ношу относительно открытый гардероб.

– Теперь не будешь, до самой Сарфиры!

Тьма Чезара грозно рыкнула, но мгновенно успокоилась, подчиняясь приказу своего обладателя.

– Прости, – тут же заключил Тень меня в свои объятия, сгоняя с меня непрошеную дрожь. – Я принес тебе мантию. Застегни ее повыше… пожалуйста. Мне так будет немного спокойней. Здесь слишком много свободных мужчин, а ты уязвима.

– Я смогу выстоять перед любым соблазном, – попыталась уверить я его.

– Нет, Элли, не сможешь. Побереги себя… для меня.

Я приняла из его рук сверток и вздохнула.

– Хорошо. Честно говоря, я даже рада, что на меня будут меньше обращать внимания.

– И я этому буду безумно рад.

Пока капитан помогал мне одеваться, заставляя все мое тело трепетно вздрагивать от ласковых прикосновений, я спросила:

– Дантон, почему такое важное лицо, как ты, оказалось без достойного сопровождения?

– Королева Мидара не позволила мне взять на ваши поиски большую команду.

– Почему?

– Не подумай, что это ее каприз или прихоть, неуважение. – С уст Тени сорвался тяжелый вздох. – Она мыслила трезво. Добираться до чужой неизвестной галактики, где вы пропали, предстояло слишком долго, не менее двух лет. За это время вся ваша группа могла погибнуть, следы исчезнуть, и мы бы просто не успели прийти вам на помощь. Все поиски оказались бы напрасными, и полезные Союзу сарфирийцы просто потратили годы впустую. Плюс к тому, неизвестно, что стало причиной вашего исчезновения, она не исключала риск и для поисковой команды. Как вариант, примером служит стычка с кхагартами. Будь нас больше, расклад бы вышел совсем другой, и без жертв с нашей стороны точно бы не обошлось.

– Но ведь вы, и правда, могли не успеть. Мне крупно повезло, что я всего лишь стала инвалидом, а не скончалась на том стуле…

– Ты не инвалид! И я тебя нашел, – положил он тяжелые ладони на мои плечи, губами невесомо касаясь виска.

Догадка стремительно влетела мне в голову, и я озвучила вслух.

– Ты ослушался королеву и собрал собственную экспедицию без ее согласия?!

– Не то что бы без согласия. Скорее, поставил ее перед фактом, заставив смириться.

– И это на планете, где царит матриархат?

– Я не зря занимаю пост Чезара, девочка моя, – вполне себе серьезным тоном напомнил мне Дантон свой статус. – В некоторых решениях мне даже Королева не указ, особенно если эти решения касаются моей личной жизни!

– Ты в этой экспедиции искал…

– Господин Чезар! Срочно просим пройти вас в командный пункт! – прервал мою речь незнакомый бас из динамика.

Как не вовремя! Стоп! Откуда они знают, что он в этой каюте? Нас, что, разместили вместе с самого начала? Но как они узнали? Неужели моя Риша настолько особенная?

– Так, – спохватился Дантон. – С волосами разберетесь позже, вместе с Кассиль. Сейчас мы с тобой идем в рубку.

– Не думаю, что мое присутствие там необходимо. Дело может быть чрезвычайно важным.

Я честно попыталась отпереться, предполагая, что взволнованный голос из динамика поведает моему капитану не очень добрые вести.

– Теперь, малышка, ты будешь присутствовать на всех официальных собраниях, приемах и совещаниях вместе со мной. – Тень вывел меня в шумный коридор, надежно держа под руку и помогая перемещаться в незнакомом пространстве. – Это на нашем межзвезднике, в кругу своих, ты могла отдыхать и ни о чем не думать, а здесь ты важная персона: Избранная Чезара и старшая представительница рода Снежных Чародеек.

– Какая, к кхагарту, представительница? – ошалела я. – Я ж не помню ничего.

– Самая настоящая. А отсутствие памяти не означает "отсутствие статуса".

– И всех твоих деловых встреч в будущем, как я полагаю, избежать будет нельзя ни при каких обстоятельствах?

– Почему же, есть одна уважительная причина прогула, – произнес Дантон с игривой улыбкой в голосе.

– Какая? – схватилась за нее.

– Беременность… – мурлыкнул он мне на ушко.

У меня в груди все перевернулось. О ней я еще как-то не думала. Так, мельком, когда "сканер" вокруг нас с девочками кружился.

– А, – начала я и запнулась, стараясь сформулировать мысль. – Когда ко мне вернется память и зрение, моя официальная работа может тоже как-то послужить уважительной причиной…

– Нет!

Кисть Дантона резко сжала мое предплечье, а сам он застыл в коридоре вместе со мной, напугав резким рыком окружающих. Он снова сорвался, как несколько минут назад, в каюте. Что с ним? Я еще не… слышала его таким.

Подойдя к своему мужчине чуть ближе, я положила руку на широкую грудь и ощутила под ладонью мощное биение его сердца. Чезар борется с собой и своей Тьмой? Почему он молчит?

– Да, – тихо выдал он другой ответ, чем меня удивил.

Я ничего не соображаю.

– Что такое? Расскажи. Может, я пойму?

– Элли, у нас с тобой две сложные и важные профессии. Обе они требуют большого внимания. Если каждый из нас будет уделять работе должное количество времени, мы просто не сможем видеться. У нас не будет личной жизни, между нами всегда будет расстояние.

Я задумалась. Получается, что кто-то из нас должен расстаться с любимым делом? Всего-то?

– Значит ли это, что твое "Да" сейчас было шагом на уступку? – спросила я голосом полным оптимизма.

– Да. – Он колебался.

– И ты готов отказаться от поста Чезара ради меня?

– Да! – на этот раз согласие прозвучало уверенно. – Я хочу быть рядом с тобой.

– Дантон, – улыбнулась я, обнимая своего капитана. – Спасибо! Ты самый лучший.

Своей аурой мне удалось ощутить, как тоскливо приуныла его сильная Тьма.

– Но кто-то же должен "кормить" семью, обеспечивать меня платьями, косметикой и прочей ерундой. Дарить цветы и приносить домой вкусняшки детям? Не сама же я буду все это тащить на себе?

С каждым моим словом, темный дар набирался большей уверенности и крепче впивался в мою ауру.

– Я один не справлюсь, – голос Чезара был полон облегчения.

– Так и быть, шопинги я беру на себя!

Коридор заполнил наш смех.

– Ты изменилась, чародейка, – огладил мои губы Дантон большим пальцем. – Сильно изменилась.

– Надеюсь, это не скажется на наших дальнейших отношениях? – нахмурилась я притворно.

– Что и может сказаться, так это твои воспоминания. Надеюсь, моя покладистость мне зачтется.

– Несомненно, – потянулась я вперед, напрашиваясь на поцелуй. – Ведь я пообещала быть твоей.

И я его получила, крепкий, искренний и благодарный. Нам было все равно, смотрят на нас или нет, а вот про вызов в командный пункт мы чуть не забыли, и добирались в рубку чуть ли не бегом.

Сегодняшняя беседа дала мне пищу для новых размышлений. Сдается мне, что с моим характером в прошлом было не все так гладко. Пусть, я не понимаю, в полной мере, от чего отказываюсь, но пережив мое страшное приключение, думаю, каждая чародейка сделала бы выбор в пользу своего мужчины.

Явившись в командный пункт, я испытала четкое ощущение дежавю. Подкожными рефлексами чувствовала на себе как минимум десяток изучающих взглядов. И снова тишина.

– Чезар, – обратился к Дантону кто-то из мужчин с легким рычащим акцентом. – Позволите?

– Конечно, – ответил тот учтиво, подтолкнув меня немного вперед, при этом смещаясь за мою спину.

Его напряженная позиция "одно ваше лишнее телодвижение, порву!" придала мне чуть-чуть храбрости перед незнакомцем.

– Леди Эливэйн Снежная, – продолжил, как я догадалась на слух, итарец. – Приветствуем вас! Безумно рады встрече! Межгалактическое Сообщество уже не надеялось встретить хоть кого-то из пропавших без вести, участвовавших в дипломатической экспедиции. Я – Роен Макалев, командор автономной космической станции "Апал".

– Вы назвали станцию в честь спутника нашей планеты? – изумилась я поначалу, но потом быстро взяла себя в руки. – Простите. Здравствуйте!

– Верно, – добродушно заметил оборотень. – Сарфирийская держава на данный момент самая мощная и, к слову, богатая. По ее инициативе и началось образование межрасовых отношений. Я просто тем самым отдал дань за возможность управлять столь крупным объектом. Как вы себя чувствуете? Все ли вас пока устраивает?

– Да, спасибо. Все прекрасно! – попыталась я ответить любезностью на любезность.

– Надеемся, что в кратчайшие сроки мы справимся с воцарившимся хаосом, и условия пребывания для пассажиров станут более комфортабельными. Перейдем к делу?

Вопрос был адресован моему капитану, на что тот отреагировал согласием и помог мне разместиться за стеклянным (по крайней мере, так кажется) столом. Сам он садиться не стал и просто зашел за спинку кресла, на котором сидела я. Не пойму, так положено? Мне было бы куда приятней, если бы он составил мне компанию по соседству. Хотя ощущение присутствия сильного мужчины и его Тьмы позади тоже вызывает легкую эйфорию.

Со мной дружно поздоровались остальные присутствующие, в их числе оказалась и Марлен, огневичка, что спаслась вместе с нами. Как только все стихло, Роен Макалев выступил первым.

– Час назад двое из пяти выживших кхагартов вырвались из заточения.

Я ахнула! Их же было довольно много!

– Осталось всего пять?! – произнесла я лишь одними губами, содрогнувшись от ужаса.

В то же мгновение на мои плечи легли две ладони, уже привычные своей тяжестью. Дантон Стронг успокаивающе их огладил и немного сжал после следующей фразы.

– Семь наших сотрудников были мгновенно убиты. В результате ликвидирован еще один пленный, оставшихся четырех снова заключили под стражу, но уже на нашем корабле. Как ты и предполагал, Чезар, они слишком хорошо знали устройство своего космического корабля и быстро нашли лазейку в системе охраны, не покидая мест заключения. Идея сдержать кхагартов снова оказалось провальной. Допросы не принесли результатов, а жертвы появились, как и всегда. Мы рискуем, сохраняя им жизнь. Эта раса никогда не сдается. До станции добираться еще ровно двое суток, учитывая, что у нас на буксире находится их корабль. Судьба экипажа под угрозой, пока пираты присутствуют на борту. Необходимо срочно принять какое-то решение.

Боги! И на такие собрания я тоже должна являться? Надеюсь, хотя бы на Сарфире эта участь принадлежит бабушке Мирлинде, как самой старшей Снежной Чародейке.

– Вы не пробовали поместить их в анабиозные капсулы? – смело выдвинула предложение Марлен.

– Леди, вы на собственном опыте видели этих монстров в деле, – хмуро перенял на себя ответ незнакомый торшредер. – Зафиксировать и спокойно уложить в капсулу такую здоровую тушу невозможно. Наши седативные средства их не берут. Магия и другие способы физического воздействия не способны повредить их кожный покров. Им даже базиликт значительно уступает по свойствам! У нас нет средств борьбы с ними, кроме как ликвидировать, используя их единственное слабое место – горло! Трехдюймовый участок, который поддается лишь прочной стали.

По крайней мере, теперь ясно, почему они предстают перед врагами всегда во второй ипостаси. В ящерообразном облике они неуязвимы. Почти. Лишь поэтому об их способности к трансформации мы узнали только сейчас. Они впервые ошиблись, считая, что вся опасность их миновала, ведь сам Чезар попал к ним в руки.

В большом пространстве настала звенящая тишина. Похоже, никто здесь не видит других вариантов, кроме как…

– Поднимаем вопрос на голосование, – вдруг произнес мой Чезар ледяным тоном. – Кто поддерживает Положение, установленное Большим Советом и внесенное в Закон об Охране граждан Союзных Межгалактических Республик?

В тоже мгновенье итарец снова выступил первым:

– Я, Роен Макалев, командор автономной космической станции «Апал», младший помощник представителя Большого Совета и глава Рода Макалев голосую за исполнение Положения Закона об Охране Граждан.

– Я, Марлен Огненная, старший лейтенант патрульного корабля «Армеда», младшая представительница Рода Огненных дев голосую за исполнение Положения.

– Я, Ташкрат Шакрас, младший научный сотрудник автономной космической станции «Апал», младший представитель Рода Шакрас голосую за исполнение Положения Закона.

И так каждый, один за одним, на что-то соглашался. Когда тишина настала снова, я четко осознала, что пришла наша очередь с Чезаром давать какой-то ответ.

– Дантон, – мой взволнованный шепот раздался как гром в пустом пространстве. – Что прописано в этом Положении?

– «Представитель разумного вида, несущий прямую неизбежную опасность экипажу и пассажирам космического флота, подлежит казни».

Что?!

У меня внутри будто все оборвалось, на лбу проступила испарина, руки мелко задрожали. Вот так, просто, все сейчас согласились на убийство четырех кхагартов? В голове пронеслась вся информация, что я о них слышала, собственные впечатления, показания товарищей по несчастью.

Я крепко сжала кулаки, встала и твердо заявила.

– Нет!

В зале поднялся ропот, у кого-то сорвался недоуменный возглас.

– Я, Эливэйн Снежная, старшая представительница рода Снежных дев, дипломат, состоящий на службе у Межгалактического Союза, против исполнения данного Положения!

Ладони Дантона, что все это время поддерживали меня за плечи, одобрительно их огладили, от чего я почувствовала себя увереннее.

– Поясните, леди, вашу позицию, – обратился он ко мне громко, соблюдая правила приличия.

– Кхагарты, как прописано в Законе, являются представителями разумного вида. Пусть они хищники, природу очень сложно изменить даже за тысячелетие. Но живут и поддерживают они свою расу по тем же принципам, что и мы. Они ищут себе пары!

В зале снова поднялся гул десятка голосов.

– Как вы можете быть уверены в том, что они не причиняют физического вреда похищенным женщинам? Чем вы можете доказать, что ищут они себе официальную пару, а не наложницу?

Ташкрат Шанкрас весьма напорист. Его голос может любого вывести из равновесия, но не меня. Уже нет.

– Ничем. Я сужу лишь по собственному опыту общения с их расой и знаниям, что успели мне вновь преподнести. – Отвечала я честно и позиции сдавать не собиралась. – По всем отчетам, собранным за последнее тысячелетие, видно, что ни одной представительницы женского пола среди экипажа кхагартов не встречалось. Это не доказывает нам того, что женщин у них вовсе нет. Возможно, они у них просто не покидают галактику. Но по какой-то причине пираты все же стали похищать наших женщин. Скажите, вы хоть одну нашли? Я ведь правильно понимаю, что не только с космических кораблей и Сарфиры попадают представительницы прекрасного пола?

– Не только, – согласился с моей догадкой Роен Макалев. – Ни одну девушку, пропавшую без вести при неясных обстоятельствах и захваченную в плен во время нападения на патрульные и транспортные корабли, не нашли.

– Когда нас с чародейками переместили на вражеский корабль в момент его нападения, с нами обращались максимально бережно. Даже несмотря на царивший вокруг хаос, нас распределяли в пары.

От воспоминаний по телу пробежали мурашки. Чужое дыхание, заявление о положении Вандет, все это шокировало меня на тот момент.

– Зато вашим Теням значительно не повезло. Их они не щадили, – продолжал наседать торшредер.

– Наши Тени не умеют, простите, вынашивать детей. Вы не пробовали сравнить наши геномы? Произвести тест на совместимость?

Настала звенящая тишина.

– А вот они, видимо, додумались это сделать.

– Допустим, мы пощадим четырех кхагартов. Подарим им свободу и опять останемся с носом. Женщины и мужчины будут пропадать и дальше, – внесла свое слово Марлен.

– А вот тут уже должен работать Совет, – Дантон решил поддержать мою позицию. – Мы отпустим четырех пленных, это уже будет большой шаг в отношениях с их расой. Новость разлетится быстро, и, возможно, пусть и не сразу, но они выйдут с нами на связь. Если потребуется, мы помилуем и следующих пленных. Они обратят на это внимание и, в конце концов, вступят в переговоры. Пора уже решить тысячелетние разногласия! Дело приняло не шуточный оборот. Что касается похищения женщин, у леди Эливэйн есть предложение, как узаконить межрасовые отношения.

– Брачная связь с Кхагартами?! – прыснула Марлен с ложечкой яда в голосе.

– Этот вопрос будет обсуждаться в Большом Совете. А уж потом мы предоставим его решение вам, – сухо высказался Чезар, не посвящая никого в подробности.

– Хорошо, – принял нашу позицию командор Макалев. – Но раз идея с помилованием принадлежит вам, разговаривать с ними будете сами. Хватит жертв на сегодня.

– Подготовьте четыре шлюпа, снабдив их качественной провизией, – распорядился Дантон. – Отправим их вслед за своим капитаном, реваном Ридом. Их судьбу будет решать космос, а не мы. Запись заседания отправить в архив Центра Межгалактического урегулирования конфликтов.

Я вздохнула свободней и опустила голову, которую все это время держала гордо, возможно, даже задирая нос, в прямом смысле. Шея затекла, тело словно свинцом налилось. Надо присесть. Присутствующие члены собрания стали расходиться, задумчиво обсуждая результаты заседания.

– Ты умница, – присел на корточки передо мной Чезар. – Боевой дух твой с годами не упал, а мировоззрение в корне изменилось.

Он огладил ладонями мои колени, что открылись ему, когда он слегка распахнул мою мантию.

– Я просто смогла понять их. Там, на Земле, я была безумно одинока. Но уже на межзвезднике, когда я узнала, что меня окружают двое Теней с намерением разделить мою бесконечно долгую жизнь в паре, я испытала гордость за себя, самооценка возросла, а душа разрывалась от счастья. Ваше внимание стало для меня самым дорогим. Думаю, именно этого чувства не хватает кхагартам. Чувства, что в тебе кто-то нуждается. Этим кто-то может оказаться не только женщина, но и дети. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я?

– Как никогда, моя принцесса. – Его широкие ладони перехватили мои, а мягкие губы коснулись их пальчиков. – Думаю, ты права. Я провожу тебя к Кассиль, а затем займусь кхагартами.

– Дантон. Я догадываюсь, что раньше я была менее покладистой и таковой быть снова не хочу. Но сейчас упрямо тебе заявляю: говорить с ними буду я!

– Нет!

Тень аж подскочил и нервно заметался по залу.

– Любимый, если моя версия верна, они не причинят мне вреда, – поднялась я со своего места.

– Нет!

– А на твое явление они явно среагируют неадекватно.

– Я отправлю Адалиса.

– Я заварила эту кашу, и мне ее расхлебывать, – использовала я земную поговорку. – И не позволю подвергать риску моего лучшего друга!

– Кассиль рассказала?! Давно пора сделать ей выговор! – рычал Тень, и ему вторила могучая Тьма.

– Дантон! – притопнула я ногой, от чего мужчина замер. – Доверься мне. Я тоже не хочу рисковать вами.

– Ты не понимаешь, чего просишь. – Он подошел ко мне и принялся взволнованно оглаживать мое лицо руками. – Я едва смог стерпеть присутствие ревана Рида подле тебя!

– Я справлюсь. Только скажу ему пару слов. Поверь мне, после этого даже конвоя большого не потребуется.

Тишина вокруг давила, Чезар размышлял. Внезапно его губы завладели моими и утянули в долгий сладкий поцелуй.

– Я верю тебе. Но клянусь твоей дражайшей Солун, что в подобных вопросах уступок с моей стороны тебе больше не будет!

«Ага, как же!» – мелькнула в голове мысль, кажется, не совсем моя, от чего я улыбнулась и обняла своего мужчину.

Полчаса спустя я зашла в камеру к тому самому кхагарту, что совсем недавно вырвался из первого места заточения.

– Потрясающе! Прислали для допроса слепую самку, да еще и без охраны, – прошипел ящер с иронией в голосе. – Они там совсем уже страх потеряли?

– Я не допрашивать тебя пришла, и это было мое решение.

Приходилось прислушиваться ко всему: его дыханию, сердцебиению, ноткам, отражающим эмоции в голосе, даже к его хвосту, что раздраженно метался из стороны в сторону. Его тембр пробирал до мурашек, а шестое чувство выдавало мне в нем первоклассного война. Наверное, именно потому он является одним из немногих, кто выжил этой ночью.

– Хочешь посмеяться над зверем в клетке?

– Ты не знаешь меня, я не знаю тебя, – оперлась я спиной о стену, скрестив руки перед собой. – Так давай не будем судить друг друга по себе.

– Что тебе нужно?

– Сказать, что дарю вам свободу.

– С чего вдруг такая милость? – зарычал он раздраженно.

– Предпочитаешь казнь?

– В ста процентах случаев именно такой исход и ждет нашу расу!

– Теперь все будет иначе. Вас проводят на ваш корабль и посадят в аварийные шлюпы, оснащенные всем необходимым, чтобы протянуть в них какое-то время.

– Что, вот так, просто, одна чародейка взяла и пожалела кхагарта?

– Хочешь сказать, другие чародейки не жалеют вас? – вздернула я бровь иронично.

– Все-таки это допрос, – хмыкнул кхагарт.

– Можешь не отвечать, ответ мне не требуется. Ну, так что, идем на выход? Не будем тянуть время.

– Не боишься, что наброшусь? – в его шипении прозвучала ложная угроза.

– Жить хочешь? – Ответа я не услышала. – Вот и договорились.

Весь путь до аварийного отсека чужого корабля я следовала со всей группой сопровождения. Рядом были Дантон и Адалис. Все-таки он позвал его на случай, если пираты надумают что-нибудь выкинуть напоследок. Но все прошло гладко, лишь перед самой отправкой я снова обратилась к тому же кхагарту.

– Я – Эливэйн Снежная. Назови мне свое имя.

Этой мудрости научил меня Дантон перед самым допросом. С его слов, если у кхагарта есть честь, он не увернется от такой уловки.

– Зачем оно тебе?

– Чтобы помнить, кто числится у меня в должниках.

– Райсан Диар, единственный представитель своего рода, – неохотно отозвался тот. – Надеюсь, больше не свидимся.

Я лишь пожала плечами, мол, и так ничего не вижу. После того как решение было приведено в исполнение, я позволила себе расслабиться. Осталось только добраться до автономной космической станции «Апал», пересесть на другой корабль и вернуться… домой!

– Так, повторим заново! – Кассиль села напротив меня и взяла мои ладони в свои руки. – Когда мы окажемся у родительского порога, сразу позвоним в арофон и отойдем на три шага. Как только мама откроет дверь, мы с тобой припадем на одно колено, вытянем руки с Латанами вперед и склоним головы.

– Почему «мы»? – изумилась я ее поправке.

– Меня ведь тоже дома несколько лет не было.

– Ну, если так. А как мы можем быть уверены, что застанем ее дома?

– Дантон Стронг уже связался с родителями и сообщил дату нашего прибытия.

– Эм… – подскочила я на месте взволнованно. – Они уже знают, что я лечу домой?

– Что ты жива, пострадала, но возвращаешься? Да.

У меня сердце задалось бешеным ритмом, в горле застрял ком, от чего дышать стало тяжелее. Я скоро встречусь с мамой! Моей мамой! С папой и вторым папой! А потом и с бабушкой!

– Как думаешь, они ждут меня? – Мой голос прозвучал неуверенно и тихо.

– Разумеется! Элли, – приобняла меня сестренка. – Тебе нечего бояться. Легкое волнение это нормально. Я сама сейчас немного переживаю, но в целом, все будет хорошо.

– Ладно, – сделала я сильный выдох и передернула плечами, сбрасывая с себя напряжение. – Продолжим.

– Можем произнести речь вместе или по отдельности.

– Нет, давай вместе.

– Хорошо. Итак…

Мы уже третий раз повторяем заунывное стихотворное обращение к главе рода, передаваемое чародейками из поколения в поколение. Содержание пробивало слезу и полностью соответствовало моему положению. Это откровенно раздражало.

В какой-то момент я не выдержала.

– Кась, я не смогу произнести это в Антелоне. Мне кажется, когда я действительно там окажусь, застыну столбом и не смогу сказать ни слова. И тем более, я уже далеко не та чародейка, что покинула Сарфиру восемь лет назад. Для меня это жутко унизительно! С ваших слов, все чародейки должны обладать сильной волей! Латан я преподнесу, а говорить буду то, что посчитаю нужным.

– При маме, может, и прокатит, – задумчиво произнесла она. – А вот при бабуле… Ты знаешь, у нее такая мощная энергетическая аура, что в ее присутствии даже Королева морщится!

– Ничего. Мы тоже не так просты, как кажемся.

– Говори за себя. – С ее стороны послышалось досадливое фырканье.

Динамик на дверной панели запищал, и из него раздался голос Адалиса:

– Элли, это я! Мистиф Ноган зовет тебя в медицинский блок на последний осмотр перед приземлением на Сарфиру.

Мы с сестренкой поднялись со своих мест и отворили дверь.

– Здравствуй, – поздоровалась я с ним, натянув мягкую улыбку.

– Новая лента? Безумно тебе идет! – выдал он весело первое, что пришло ему в голову.

– Прекращай паясничать! Я с ней неделю уже хожу! – поправила я украшение, прикрывающее мои глаза.

– Я не мог не попытаться! Ты всегда выглядишь привлекательно! А вот у Кассиль скоро морщины появятся, – обернулся к ней Тень.

– Адалис! – возмутилась сестра.

– Она уже… раз, два, три… – принялся загибать он пальцы. – Три с половиной месяца хмурится и куксится в моем присутствии!

– Это потому, что ты жутко несносный!

– Эй-эй! Брейк! – прервала я их перепалку. – Не начинайте все заново! Вы как две склочницы на базаре. Прости, Адалис, но ваше шипение раздражает меня уже полтора месяца хлеще акцента торшредеров!

– Понял! Исправлюсь. Пусть она шипит сама с собой.

Сразу стало слышно, как Кассиль раздраженно забарабанила пальцами по переборке.

– Ну, что? Идем? – поторопил нас навигатор.

– Веди, – протянула я ему ладонь.

– Это что такое?! – воскликнул Тень изумленно. – У тебя исколоты все пальцы.

– Это она так Латан шила. Сам понимаешь, иглой с темнотой перед глазами не больно повышиваешь.

– Могли бы меня позвать. Я бы вам организовал швейную мастерскую на выезде.

– До сих пор не могу себе представить мужчину за рукоделием, – хохотнула я.

– Каждый настоящий мужчина должен уметь качественно пришивать лычки и пуговицы на кители, латать дыры в карманах и носках… – просвещал нас Адалис, направляясь в медицинский отсек. – Не думаю, что ваш бисер стал бы для меня проблемой. Конечно, вам бы пришлось потерпеть мое общество…

– Достанется же кому-то такой чудесный мужчина, – хмыкнула я.

– Кроме тебя, никому.

Навигатор резко посерьезнел и крепче сжал мою ладонь.

– Адалис, мы же… – начала, было, я.

– Вопрос обсуждению не подлежит!

– Да что с тобой?! – взъелась Кассиль. – Ты последнюю неделю сам не свой! То веселишься, как заправский клоун! То ворчишь, как дряхлый дед. Все свободное время стараешься провести рядом с Элли! Ты обещал нам, что «твоя незримость не будет мешать ей жить счастливо». Тебе мало было вчерашнего случая? У Дантона уже зубы скрипят!

Что правда, то правда. Мой Тень перестал спать по ночам. Он старался не выпускать меня из рук, рычал на каждого мужчину, что позволяет вольности в моем присутствии. Его либидо резко возросло! За эту неделю все более или менее скрытые от глаз места на корабле не остались без нашего внимания.

Добродушный Адалис стал безумно раздражителен. Его могло вывести из себя абсолютно все. В отсутствие Дантона он старался держаться рядом, с трудом сдерживая порывы к заигрываниям, которые я не поощряю.

Самым неожиданным стал вчерашний инцидент. Ко мне пытался подбить клинья один из пассажиров транспортного космического корабля, на котором мы продолжали свой путь. Точнее сказать, этот валорец пытался прощупать почву на предмет возможных отношений, кратковременных. По просьбе Дантона я продолжала носить мантию. Ришу на мне чувствовали все Тени и Итарцы, без исключения. А вот валорцы, теодонийцы и торшредеры подобным чутьем не обладают. Это и сыграло злую шутку с краснокожим (насколько я помню из рассказов сестренки) мужчиной.

Адалис воплотился между мной и этим парнем будто из воздуха, отчего Кассиль икнула! Его Тьма чуть не сделала из парня инвалида. А затем… в медблок провожали уже Его самого. Всего секундой позже явился Дантон, и то, что он увидел, ему жутко не понравилось!

– Как ты смог воспользоваться ее тенью?!

Он так орал, что помещение очистилось от посторонних в ту же секунду!

– Я… – прохрипел навигатор, пытаясь вырваться из его хватки. – Сам не понял, как это вышло.

– Проваливай! Чтобы до самой Сарфиры я тебя рядом с ней не видел!!!

Он отшвырнул Адалиса от себя с такой силой, что переборка дала трещину.

– Дантон! Что ты творишь?!

Я безумно испугалась за друга, не понимая, что происходит. Интуитивно мы с Кассиль бросились к Адалису, но тот с небольшим трудом поднялся сам.

– Элли? – тихо, голосом, полным боли, позвал Чезар, заставив меня замешкаться.

– Зачем ты так поступил? Он всего лишь попытался пресечь излишнее внимание незнакомого мужчины!

– Я…

Мой капитан запнулся, тихо выругался, взъерошил короткие волосы на голове и попятился назад с намерением покинуть нас.

– Дантон, не уходи! – испугалась я еще больше!

Адалис молчал, заботливо поддерживаемый Кассиль. Мой Тень мгновенно оказался рядом со мной и заключил в объятия.

– Я потерял контроль. Прости, милая.

Его руки хаотично гладили меня по спине и ниспадающим волосам. Всей грудью он вдыхал мой аромат, а бушующая Тьма успокаивалась.

– Что с тобой?

Ответил он не сразу.

– Сарфира… совсем близко.

– Подумаешь, – отмахнулась я, оглаживая его скулы пальчиками.

– Ты не изменишь своего обещания? – в его голосе звучал реальный страх.

– Нет.

– Люблю тебя, чародейка. И безумно боюсь потерять… снова.

Больше не говоря мне ни слова, он обратился сухо к Адалису.

– Как ты?

– В порядке. Ты заметил? – прохрипел тот в ответ, растирая рукой горло.

– Да.

– Заметил что? – вмешалась я, но меня проигнорировали.

Я понимаю, у мужчин стресс и все такое.

– Так и быть, приглядывай. Но любая твоя попытка откровенно соблазнить Эливэйн будет стоить тебе… жизни.

Я обомлела от подобного заявления.

– У меня еще есть понятие чести, Чезар!

– Пойдем, нужно отнести валорца в медблок.

После того как все улеглось и забытого несостоявшегося ухажера Тени вынесли вслед за собой, я постаралась допытаться у Кассиль, что все-таки произошло.

– Я не знаю. Понять не успела, – произнесла она шокировано.

И это было правдой, она не пыталась солгать или что-то скрыть от меня. Но раз мужчины решили умолчать о подробностях случившегося, значит, так надо.

Оторвавшись от воспоминаний, я решила сгладить воцарившееся напряжение.

– Как там тот валорец? Вы придумали, как будете с ним беседовать?

– Коротко и по существу, – мрачно ответил навигатор.

– А если он потребует вашего наказания за нанесение тяжких телесных повреждений?

– Ему повезло, он просто упал в обморок мгновеньем раньше и получил сотрясение. Видимо, этот валорец никогда не видел Тень в боевой форме. Такой инцидент замять будет несложно.

– Понятно.

– Мы пришли.

В то же мгновение двустворчатые двери перед нами вжикнули, и мы вошли в кабинет, что временно был выдан в распоряжение нашего бортового медика.

Месяц назад, после пробуждения, его встречала вся команда! Мы безумно переживали, несмотря на сто процентную гарантию эффекта лечения в усовершенствованной «репарационной капсуле».

Как Дантон и обещал, наблюдалась я только у него!

– Эливэйн! Здравствуй! – воскликнул Мистиф радушно, как только Адалис проводил меня внутрь помещения. – Как настроение?

– Прекрасное! А как ваше самочувствие?

На мой ответный вопрос Тень насмешливо фыркнул.

– Леди, уже месяц прошел с тех пор, как я был в шаге от порога Великих Врат. А вы все тревожитесь моим состоянием.

– Это вежливость, – отговорилась я.

– Или намек на старость? – продолжал веселиться медик, перехватив мою ладонь и подводя к многофункциональной кушетке.

– Ни в коем разе. А сколько вам лет?

Что-то еще не задавалась я этим вопросом.

– Четыреста восемнадцать. Почти полжизни за плечами.

За откровенным признанием последовал едва заметный тяжелый выдох.

– Не отчаивайтесь, доктор, – подбодрила его я. – Вам еще повезет встретить свою возлюбленную, что подарит вам столько лет жизни, сколько ей будет отпущено.

– Не о годах я тревожусь. А о том, чтобы будущая возлюбленная нашла во мне свою Тень.

– Терпенье и труд… Ждите!

– Всегда, – с тоскливой улыбкой заверил меня медик. – Мы отвлеклись. Адалис, можешь быть свободен. Составь Кассиль компанию.

– Но я хотела побыть с Элли, – запротестовала сестренка.

– Ты и так пребываешь в ее обществе круглыми сутками. Вам не помешает немного друг от друга отдохнуть.

– Мистиф, – окликнул его навигатор перед уходом. – У Эливэйн все руки исколоты швейной иглой.

– Я посмотрю. – После этого дверь за друзьями закрылась. – Так, леди, сейчас я осмотрю вас визуально, затем вы разместитесь в "репарационной капсуле", чтобы я мог провести ваше полное сканирование. Кто знает, готов ли ваш организм к новым условиям пребывания, спустя достаточно большой срок отсутствия в родной среде. Плюс к тому же неизвестно, когда мы еще сможем провести обследование. Лично я рекомендую не затягивать с походом в "Колыбель Жизни".

Я согласно кивнула и позволила себя осмотреть, полностью разоблачившись. Сейчас меня это не смущает, в подобном виде медик меня лицезрел за весь путь уже не раз.

– Ну, Дантон, – хмуро сделал выговор в пространство Мистиф Ноган. – Ему нужно быть осторожней и чуть более сдержанным, иначе мантию придется вам, леди, носить остаток долгой жизни.

– Он последнее время слишком напорист в интимной сфере, – поддержала я замечание Мистифа.

– Я побеседую с ним. Какие бы обстоятельства его ни беспокоили, а контролировать ситуацию необходимо всегда. Ничего, сейчас приведем вас в порядок и вернем вашей коже здоровый вид.

Огромный плюс капсулы – стопроцентная регенерация!

Свет снова не пробился сквозь мрак во время осмотра глазного дна. Слух не изменился, и остальное в целом осталось прежним. После того как я с комфортом разместилась внутри репарационного оборудования, крышка надо мной надежно закрылась. Сквозь нее во время сканирования я слышала, как комментирует увиденное медик. Глухо, правда, но что-то разобрать удалось.

– Структура коры и белого вещества головного мозга по-прежнему без изменений, внутримозговое давление в норме… Железы внешней, внутренней и смешанной секреции в норме… Так, – задумчиво задержался он. – Замечательно! Красавица! Вы перенесете посадку без особых проблем. Во время входа корабля в атмосферу возможно легкое головокружение. Несмотря на то, что все параметры жизнеобеспечения максимально приближены к норме, небольшой подъем атмосферного давления вы, все же, почувствуете. А теперь мы осторожно ликвидируем экхимозы и ранки на руках. Что меня радует, так это новая возможность капсулы: теперь медики могут контролировать, где и что нужно подлечить. Не нужно ожидать полного сканирования и посистемной проверки организма, если знаешь, что ищешь!

Я улыбалась. Он рассуждал о нововведениях еще некоторое время и все время с легким восторгом, что четко выдавало его огромную любовь к профессии.

Как только восстановительные процедуры прошли, я поднялась, облачилась в одежду и попрощалась с Мистифом до ужина.

– Не забудьте сегодня собрать вещи. И Кассиль напомни, завтра прибываем домой.

А за дверями, в коридоре, меня уже ждали!

– А, Дантон, загляни ко мне вечером, – попросил медик напоследок и сурово добавил. – Крепись!

– Разумеется. – Тембр, полный напряжения и озабоченности, заставил меня слегка вздрогнуть.

Крепкие руки обвили меня за талию и притянули к широкой груди. Как только дверь в медицинский кабинет закрылась, Тень завладел моими губами, а Тьма заключила нас в тесный кокон. На удивление, в мою ауру впиваться она не стала.

– Только… не в коридоре! – произнесла я взволнованно.

– Я справлюсь! – не сбавлял напора Чезар, буквально прорычав ответ.

– То же самое ты говорил вчера вечером в двух метрах от конференц-зала.

– Я себя контролирую!

Неравномерное глубокое дыхание у моего лица и уха заставило содрогнуться приятной дрожью. Руки капитана настойчиво оглаживали мою фигуру.

– Дантон! – От моего резкого возгласа капитан пришел в себя и замер. – Что все-таки с тобой происходит? Со всеми вами?

Он тряхнул головой, что было отчетливо слышно, потер лицо руками и произнес не то, что я хотела услышать.

– Элли, обещаю. До озера я больше не буду требовать от тебя близости.

– Что?!

– Ну, не то чтобы совсем, но я постараюсь воздержаться от излишних приставаний.

– А все это время, выходит, что ты требовал? Что-то я не заметила. Нет, конечно, напор был, но все происходило с моего согласия. Разве нет?

– Почти.

– Легкое сопротивление в общественных местах корабля не считается!

– Сдаюсь. Но все равно, моего обещания это уже не отменяет.

Я задумалась, а Дантон терпеливо ждал моей реакции.

– Что, даже если мне очень захочется, ты не одаришь меня своим вниманием и лаской? – Мой голос был до того невинным и вопрошающим, что могучая Тьма, кажется, заскулила.

– Желание моей женщины – закон! – выдал он с улыбкой.

– Вот и славно! Но с напором поосторожней. Я только-только привела себя в порядок.

Наша последняя ночь в космосе прошла прекрасно!

Как и обещал Мистиф Ноган, при входе в атмосферу планеты немного сменилось восприятие окружающего пространства. Я безумно волновалась. Начинается совершенно новая жизнь, в новом мире, на другой планете, с чистого листа…

Дантон все утро держал меня за руку, крепко сцепив наши ладони в замок. На все мои вопросы он отвечал одинаково: «Не переживай, ты дома!». Кассиль тоже держалась рядом. Адалис и медик следовали чуть позади, но тоже не оставляли нас без внимания. Вот такой компанией мы и сошли на Сарфиру.

С Вандет и ее сетом мы на время попрощались, она пожелала мне удачи и вознесла молитву Солун, искренне надеясь на ее помощь. Найтен направился к себе домой. Он честно выполнял свое обещание и частенько присутствовал в компании Кассиль, отпугивая от нее непрошеных ухажеров.

Воздух планеты заполнил легкие, и скромная улыбка озарила мое лицо. Погода стояла замечательная! Лучи яркой звезды ласкали кожу, теплый ветер заигрывал с моими белоснежными локонами, а живые звуки ласкали слух.

Я дома.

В космопорте Адалис отлучился в отдел связи и дозвонился до моих родителей.

– Они дома, ждут вас.

– Как скоро мы там окажемся? – комкая кончик полупрозрачной мантии, уточнила я.

– Через пару часов, – ответила Кассиль, на мой взгляд, как-то отстраненно.

– Ты не рада вернуться домой? – обратилась я к ней.

– Рада, конечно! Я просто думаю, не сильно ли я поленилась, расшивая Латан? Мне кажется, надо было выдумать узор попричудливей!

– Зачем?

– Приедем, узнаешь, – хмыкнул Чезар, с ноткой сарказма в голосе.

Опять тайны!

Добирались мы на аэроторе, о котором мне рассказывали члены экипажа. Летели с комфортом на практически бесшумном летательном аппарате, сидя в комфортных креслах. Для надежности Тень закрепил на мне ремень безопасности. Кассиль и Адалис наперебой рассказывали мне, что видно из окон служебного транспорта.

– Окна аэротора огромные, они открывают широкий обзор на окружающие пейзажи. Сейчас мы пролетели всю территорию космопорта, за ним следует город Самптана. Официально он является территорией огненных чародеек. Это последнее их поселение к северу от экватора. Условия проживания для них тут еще оптимальны. А дальше следует Антелона. В нем гораздо прохладней из-за океанского бриза и северного ветра, что охватывает его весь, спускаясь с Тирамских гор. Работать чародейки предпочитают на своей территории. Но есть и те, которые любят ломать стереотипы, находя комфорт там, где, по идее, работать сложно.

– Свободные Тени приспосабливаются к любым условиям, – включился в разговор навигатор. – Но после образования брачной связи, они стараются придерживаться тех же условий существования, что и их осетты. Если осеттой Тени является снежная чародейка, то их организм полностью перестраивается под энергетику своей половинки, и холода сету становятся нипочем.

– Здорово! – произнесла я с легким восторгом, отмечая, что Тьма Дантона по-прежнему не довольна вниманием Адалиса к моей персоне.

– Общественные аэроторы движутся по строго определенным путям! Владельцы частного транспорта тоже имеют отдельную траекторию полета, но разрешено движение и по собственному маршруту, при условии, что ответственность за возможные аварии водители берут на себя.

– Тут тоже есть страховые компании?

– А как же! – Кассиль продолжила, – в центре каждого крупного города есть административное здание. Оно самое высокое и оканчивается высоким шпилем, который видно даже с огромного расстояния. Кстати, Центр Межгалактических Отношений находится в Антелоне. Это место твоей работы.

– Бывшей работы, – поправила я.

– Почему – бывшей? – хором спросили друзья, вместе с доктором Ноганом.

Ладонь Чезара чуть крепче сжала мою руку, но в разговор Тень вмешиваться не стал.

– Мы поговорили с Дантоном и решили, что если хотим поддерживать наши отношения, то кому-то из нас придется отказаться от своей работы и всюду следовать за своей половинкой. Я решила, что от нее откажусь я.

– Но почему? – не унимался навигатор. – Обычно сет следует за своей осеттой.

– В нашей семье все будет по-другому. Пост Чезара для моего мужчины и его Тьмы очень важен. Без него Дантон падет духом, а я не желаю этого. Я хочу, чтобы он чувствовал себя именно мужчиной, а не домохозяйкой.

Мистиф Ноган одобрительно хмыкнул.

– Смелое решение для чародейки, – задумчиво выдал Адалис, после чего с горечью добавил, – тогда я понимаю, почему мне не повезло во второй раз.

Уточнять я ничего не стала, скоро все вспомню сама. Немного осталось. После моих слов Тьма капитана по-хозяйски окутала меня, выражая довольство, уважение и свою собственную любовь, а его мягкие губы коснулись моей ладони.

Антелоны наша компания достигла быстро, а после добралась до жилой зоны. Спустя какое-то время мы оказались на пороге родительского дома…

Я неуверенно переминалась с ноги на ногу, не решаясь нажать нужную кнопку, которую мне помогли найти. Кассиль держалась чуть позади меня, Адалис, Дантон и Мистиф Ноган стояли перед крыльцом и ждали моего решительного действия.

Какая она? Как она меня встретит? Что скажет?

Звоню!

Внутри дома раздалась трель звонка, что заставила душу свернуться в комок от переживаний и трепета. Сестренка подхватила меня под руку и помогла отойти назад на два шага. Она вложила мне в руки мой Латан, и мы стали ждать.

Латан выглядит как пояс, пошитый вручную: цвет ткани соответствовал родовому – синий, а бисер не ней – белый. Я весь месяц старалась вслепую выстроить на нем узор, который будет украшать в последующем стену родительского дома вместе с Латаном Кассиль.

Дверь перед нами открылась с легким скрипом, и через порог переступила обладательница невесомых, едва слышимых, шагов. Вышла к нам навстречу она неуверенно, затаив дыхание после короткого шокированного вздоха.

В тоже мгновенье мы с сестрой опустились на одно колено, вытянули руки вперед и синхронно стали приветствовать нашу родительницу.

– Мама, прими дочерей своих в крепкие объятья. Прости нас и возьми Латан, пошитый нами лично!

Дальше должна была последовать та самая стихотворная речь, которую я произнести была не в силах, но… она и не понадобилась! Женщина со слезами рухнула перед нами сразу на оба колена и притянула нас к себе!

– Девочки мои!!! Доченьки! Боги, как я за вас переживала! Вы дома! Наконец-то вы дома! Элли, звездочка моя! Я так рада снова видеть тебя, мой Лауровый цветочек! Я думала, что потеряла вас!

В груди что-то дрогнуло при упоминании необычного цветка, от чего я поняла, что это обращение мне знакомо!

– Мама!

Слезы трех чародеек смешались между собой. Присутствие шести Теней никого не волновало до тех пор, пока не раздался другой, пробирающий до дрожи женский голос.

– Эливэйн? Кассиль?

– Бабушка?! – икнула сестренка и спряталась за мою спину, отпрянув от матери, что успела перенять у нас Латаны.

– Негодница! – забурчала… бабушка Мирлинда суровым тоном. – Сбежала из дома накануне совершеннолетия, моталась бог знает где вместе с самоуверенной сестрицей! Наказать бы вас обоих!

Я поежилась, ожидая самого худшего от главы нашего Рода, но сразу приняла твердое решение, если бабуля, что по голосу является вполне молодой женщиной, перейдет рамки, в обиду я нас не дам! Тишина стала давить со всех сторон, от напряжения вокруг меня заискрился воздух.

– Кхагарт с вами! – высказалась бабуля в сердцах. – С возвращением, мои дорогие!

Как и обещала Кассиль, нас затискали! После старшей Чародейки мы попали в объятия к нашим папочкам! Вот это было для меня открытие! Столько родственников, дедушка, два папы, что не свойственно на Земле. Хоть и непривычно, но безумно приятно!

– Кхагарт с нами уже был, – между делом взболтнула Кассиль. – И повторной встречи я не жажду!

– Что?! – воскликнули обе старшие чародейки.

– Кхм, – послышалась заминка Чезара. – Вообще-то, я им еще не говорил про это космическое недоразумение.

– Идемте в дом! Там вы нам все-все расскажете, – поторопила нас Мирлинда, подталкивая осторожно в спину. – Шонар, сокровище мое, соберешь на стол чего-нибудь сладкого к Горному Сбору?

Деда она окликнула ласково, но с повелительной ноткой в голосе. Это позволило сделать мне некий вывод: своего единственного сета она уважает, но и не забывает напоминать, кто из них двоих главный!

– Дантон, Адалис, безумно рада вас видеть живыми и здоровыми! – продолжила она.

– Спасибо вам, что нашли нашу дочь и присмотрели за Кассиль, – запричитала мама. – Мы как узнали, что она сбежала, чуть умом не тронулись!

«Сбежала?» – переспросила я саму себя мысленно и обратилась к сестре.

– Ты же сказала, что полетела в качестве помощницы Мистифа Ногана.

– Э-э-э… Я ей уже стала в процессе поиска вашей группы! – пискнула она виновато.

– И что же тебя заставило покинуть Сарфиру?

Меня очень взволновал этот вопрос.

– Кайрин все пороги обил! – вмешалась мама. – Сейчас я понимаю тебя, девочка моя, но от мысли, что я чуть ли не потеряла вторую дочь, едва не отправилась к порогу Великих Врат!

– Иными словами, чуть не скончалась от сердечного приступа, – напомнил о себе наш медик, поясняя мне значение ее слов.

– И… когда он был здесь последний раз? – подрагивающим голосом спросила у нее Кассиль.

– Год назад. Мне кажется, что он успокоился.

– Какой ужас! Кошмар! – запричитала она, застыв на пути к гостиной.

– Что такое? – хором спросили мы с мамой, не обращая внимание на счастливых Теней, что делились последними новостями друг с другом.

– Он пять лет приходил сюда и искал меня?

– Ну, с каждым годом его явления происходили все реже.

– И слава Богу! Пусть катится!

– Он тебе, правда, настолько не по нраву? – заботливо уточнила Ливана.

– Правда, мам. Он слишком сильный мужчина. Я не хочу допустить ошибки и перегореть. Кайрин не понимает всю серьезность ситуации, им правит только Голод!

– Хорошо! Когда он снова замаячит на горизонте, я попрошу папу Кейдеона присмотреть за тобой.

– Спасибо, мам! – сестренка впала в ее объятия и спросила:

– Как думаешь, меня восстановят в институте? Я смогу учиться дальше?

– Куда они денутся! Попросим бабушку помочь, ее имя здесь Закон!

После этого мы весело захихикали и присоединились к остальным. Вскоре мы уже дружно попивали Сбор и рассказывали родственникам обо всем, что с нами успело произойти. Мою историю исчезновения родителям излагали Дантон и Мистиф Ноган. Кассиль и Адалис лишь изредка вставляли свои реплики.

Мама взволнованно ахала и охала, когда упоминался неудачный прыжок через телепорт Черной дыры, неприятность с Шорхами, нападение Кхагартов. При этом она с уважением отнеслась к моему решению дать свободу пиратам. Бабушка молчала и никак не комментировала данный вопрос.

Дантон до самого вечера был рядом со мной. Все время придерживал меня за руку или бесцеремонно сажал на колени. Поначалу мне было неловко, но потом, не услышав ни одного замечания со стороны моих родителей, я немного успокоилась. Хотя один вопрос мне в голову все же пришел. Может, они заметили мою Ришу? Я сейчас пребываю в традиционном бело-синем наряде, ее сложно не заметить. Тогда почему мне никто ничего не говорит по этому поводу? Например: «О-о-о! Доченька! С началом первых отношений», или, как это называется на Земле, «помолвкой»? То, что между нами с Дантоном в прошлом что-то было, я уже сообразила. Но что именно? Ох, кажется, я догадываюсь!

Когда день стал клониться к ночи, все начали расходиться по комнатам. Адалис не хотел покидать меня так рано и метался. Он просто не мог найти в себе силы уйти. Дантон ворчал по этому поводу, но против моего мнения не пошел.

– Оставайся, – обратилась к нему я, когда мы оказались с навигатором наедине. – Завтра я отправляюсь к Озеру, просить помощи у Солун. Если память ко мне вернется, мы поговорим с тобой. Если нет, то тоже все обсудим.

– Обсуждать уже нечего, – ответил он с грустью. – Ведь ты не изменишь своего решения относительно меня, верно?

– Нет, – не стала я уклоняться от ответа. – Я дала Дантону слово и не вижу рядом с собой другого мужчину.

Адалис досадливо хмыкнул.

– Да, Адалис. Ты – другой. И у тебя будет своя женщина, которая будет любить тебя больше, чем я.

– Элли, мне не нужна чужая любовь! Как ты не понимаешь?! Меня тянет к тебе с такой силой, что я готов отдать жизнь за тебя, если потребуется! Я столько лет мечтал о единении с тобой… – Его ладонь огладила мое лицо, но Тень отстранился. – С другой стороны, я понимаю вас и завидую Ему.

– Не стоит.

– Я дождусь, Эливэйн, – после недолгого молчания произнес Адалис. – Дождусь твоего прихода с Озера. Поговорим, и я уйду.

– Адалис…

– Я не могу быть рядом. Мне больно видеть вас вместе и оставаться в стороне. Последнюю неделю я не могу держать себя в руках. Мне надо уехать, хотя бы на какое-то время.

Мы стояли на открытой веранде, где сквозь охватившую нас тишину пробивался треск ночных насекомых и тоскливый вой ветра.

– Хорошо.

В холл я вернулась хмурая, оставив друга одного со своими мыслями. Меня перехватила мама, что специально поджидала меня для сопровождения. Обстановка большого дома мне непривычна, и я рисковала заблудиться.

– Я горжусь тобой, милая. Но хочу тебя предупредить, – огладила она мою ладонь своей. – Когда память к тебе вернется, не торопись делать какие-либо выводы. Обдумай все и не руби с плеча.

– Спасибо тебе, – вяло улыбнулась я. – С тех пор как я побывала в том Аду, в чужой галактике я стала куда умней. Можешь мне поверить.

– Я тебе верю, милая. А теперь иди, принимай водные процедуры и порадуй своего любимого. Ведь он у тебя молодец!

– Хорошо. – Настроение немного поднялось.

А в комнате меня ждал Дантон. Тень и его Тьма терпеливо ожидали моего прихода, и, как только я вошла в отведенную нам комнату, мой мужчина тут же подорвался ко мне.

Поблагодарив хозяйку дома, он плотно притворил дверь, закрывая ее на замок, что я определила по второму щелчку. Мои брови изумленно взметнулись вверх.

– Дом полон народа. Не хотелось бы, чтобы нашу первую ночь на Сарфире прервали.

Руки Чезара уже непроизвольно стали освобождать меня от одежды. В один момент он хотел оборвать сам себя, отметив, что снова проявляет настойчивость, но я его останавливать не стала. Дантон действительно замечательный ласковый мужчина, хотя и излишне напорист в последние дни. Но мне это не доставляет дискомфорта, наоборот, поднимает мою самооценку!

– Давай дойдем до ванны, и ты поможешь мне с выбором шампуня, – постаралась я удержать контроль над ситуацией.

– И шампуня, и мыла…

В эту ночь все было иначе: безумно нежно, трепетно, неторопливо. Его губы обжигали кожу, руки сводили с ума, а язык будоражил воображение. Тяжелое прерывистое дыхание, аромат мужского тела, объятия верной Тьмы… все это моё! Этот Тень был рожден для меня! Или я для него? Теперь уже неважно. Завтра я отправлюсь в Колыбель Жизни, чтобы поскорее все вспомнить, но не для того чтобы узнать, а поторопить время и убедить любимого, что мне нужен только он.

– Мой Тень… Люблю…

Утром меня провожала вся семья и Адалис. Мистиф Ноган наказал мне явиться к нему после возвращения.

– Доктор, ведь я, скорее всего, вернусь здоровой.

– Эливэйн, – вздохнул он по-доброму. – Это простая рядовая необходимость! Вскоре вы поймете, зачем она нужна.

– Мы будем молиться Солун и ждать вас, дети, – произнесла бабушка Мирлинда и поцеловала нас всех.

Кассиль и Адалис решили составить нам компанию. Весь путь до гор необходимо было преодолеть пешком, чтобы хоть немного заслужить уважения у Духа. Теплыми вещами снабдили только Теней, аргументируя это тем, что нам, как снежным чародейкам, горный ветер не страшен.

Дорога заняла у нас три дня. Мы питались тем, что отловили и собрали сами. Небольшую чащу пришлось преодолевать максимально тихо, чтобы не привлечь внимания хищников. Со слов Чезара, даже здесь есть риск повстречать Норгана.

– А Жиргога? – обернулась я к сестре, обращаясь полушепотом.

– Только в горах.

Дантон все время страховал мой путь, отводил ветви с дороги, помогал есть, нанизывая кусочки мяса на отдельный прут, умывал, согревал по ночам и учил слушать лес на коротких привалах.

Чем ближе мы продвигались на север, тем прохладней становилось вокруг. В самом деле, никакого дискомфорта от погодных условий я не испытывала! Наоборот, даже легче стало дышать, хотя, казалось, куда уж лучше! Легкий морозец стал щипать нос, иней ложился на ресницы, и отчетливо ощущался прилив сил. Странно. Обычно, идя по наклонной вверх, накатывает усталость, а здесь, наоборот, предвкушение чего-то невероятного и давно забытого подхлестывало стремление достичь цели. Тени временами переживали и предлагали отдохнуть, наперебой говоря что-то об адреналине!

Я знаю, мне нужно идти вперед. Меня там ждут! Желтые глаза, проявившиеся во мраке, что до недавнего времени был для меня беспросветным, манили. Завывания ветра кружили голову и заставляли душу откликаться.

«Песнь Ветра! Так вот она какая? Тоскливая и родная».

– Эливэйн, тебе надо отдохнуть! – повысив тон, окликнул меня Чезар, наверное, уже раз пятый.

Его рука плотнее обхватила мое плечо и остановила меня.

– Я не устала и могу продолжать путь.

– Детка, тебе необходим отдых. И Кассиль тоже. Ей такие кроссы еще не подвластны.

И правда, я прислушалась: с губ моей сестренки срывался хрип.

– Попить еще есть? – с мольбой в голосе простонала она, опираясь о ближайшее дерево.

– Держи, – протянул ей тару Адалис.

– Через час пути мы достигнем подножия горы. До геофронта около двух миль, а там расщелина, ведущая вниз, к озеру, – пояснил мне Дантон. – Мы окажемся в Колыбели уже сегодня.

– Там тепло, – произнесла я, вспомнив свои сны.

– Да, там крупный воздушный карман и потоки теплого воздуха идут из-под литосферных плит.

Посовещавшись, мы решили очередной раз перекусить, потому как далее нашей последней остановкой будет дно подземной пещеры.

– Сейчас еще утро. Думаю, в полдень мы достигнем цели. Цереон как раз осветит озеро. Это прекрасная возможность для нас полюбоваться его красотой.

– Интересно, увижу ли я его? – В душу закрались сомнения, вполне естественный страх.

– Конечно, – Дантон коснулся губами моего виска и привлек к себе.

Из уст Адалиса вырвался короткий, но сдержанный рык. Ему нелегко, и мы все это понимали. Недавно между мной и Дантоном состоялась беседа.

– Такая одержимость женщиной – крайне редкий случай. Обычно в жизни Тени встречается от пяти до пятнадцати подходящих по энергетике чародеек, чья аура тянет их к себе, словно магнит. В нашем с ним случае мы оба повстречали уникальную девушку, подходящую к нам идеально. Ты словно вторая половинка, что составит с одному из нас одно целое! И третьему в таком союзе быть не дано.

С недавних пор я стала его отчетливо понимать.

Пещеры мы достигли быстро и начали спуск. Никакой веревки нам не понадобилось, что вызвало у меня вздох облегчения. Так как чародейки приходили сюда регулярно для проведения обряда Солун, прямо в скале были вытесаны широкие ступени, крепкие и надежные. На таких даже слепой не поскользнется, однако, по правую сторону находился провал. Я опиралась о неровную стену левой рукой, а справа меня поддерживал Дантон.

На середине пути наши товарищи замерли. На мой недоуменный вопрос они ответили:

– Нам дальше сейчас нельзя. Дантон проводит тебя сам.

– Удачи, Эливэйн! – произнес навигатор с тоской и надеждой на лучшее.

После этого вокруг стало слишком тихо. Наше дыхание и шаги рассекали эту тишину. Спустя какое-то время воздух всколыхнулся теплым потоком, пробивающимся из-под земли. Капающая со стен вода разыгрывала свою нежную мелодию, шум листьев заставил меня взволнованно задержать дыхание.

Дошли!

Мы остановились, сойдя с твердых ступенек на мягкую почву, из которой произрастали растения, что снились мне во сне. А впереди, по всей видимости, расположилось фиолетовое озеро, чьи воды даже сейчас были невозмутимы, не издавая ни одного всплеска.

– Мы на месте?

– Да, мы в Колыбели. В двух шагах от тебя находится кромка воды.

Это не сон.

– Тебе нужно разоблачиться и войти в глубину.

– А как же ты? – обернулась я назад и обхватила лицо Чезара руками.

– Мне не дозволено касаться воды. Я – Тень. Не волнуйся, я буду ждать тебя здесь столько, сколько потребуется.

Он помог мне снять одежду, после чего завел в воду и неохотно отпустил мою ладонь.

Неторопливо зайдя по колено в теплое озеро, ступая по илистому дну, я остановилась, услышав тихое обращение Дантона.

– Элли…

– Да?

– Я люблю тебя.

– А я – тебя!

Его слова прибавили мне уверенности в себе, и в озеро я вошла уже без страха.

Вода сомкнулась над моей головой, полностью отрезая от окружающего мира и навевая моей душе покой. Первые секунды ничего не происходило. Затем, рассекая глубины водоема, раздался ласковый голос, что велел мне сделать вдох. Сначала я испугалась, но просьба повторилась. Боги! Я вам верю.

Сразу после этого давление вокруг отхлынуло, и я ощутила легкость, словно попала в невесомость.

Впервые за долгое время я увидела свет!!! Он был всюду и четко очерчивал изящную фигуру Солун, что приняла меня в своих владениях.

«Я рада снова видеть тебя, мое дитя!» – прошелестел голос в моей голове.

При этом тонкие губы даже не шелохнулись. Желтые глаза смотрели на меня с добротой и родительской заботой.

«Я помогу тебе все вспомнить, верну способность созерцать красоты окружающих тебя миров. Но седые пряди оставлю, чтобы ты помнила о том, что пережила! И не только ты…»

Сразу после этого перед глазами замелькали цветные картины в ярком водовороте! Сарфира, ее просторы, обитатели, города, океаны… Лица! Много лиц! Родных людей, коллег, друзей… Теней.

Я вспомнила! Вспомнила все. И даже узнала сверх того!

Почему они мне ничего не рассказали?!

Девять, почти десять, лет назад.

– Бедный парень! Мне его уже жалко. Столько стараний и все впустую? – вздохнула молодая с виду женщина с золотистыми волосами и пронзительно голубыми глазами.

– Бабуль! Только не начинай! – возвела я очи к небу, собираясь на работу. – Мы с тобой говорили об этом уже сотни раз. Не десятки, сотни!!!

– Смотри! Дотянешься и попадешь в ловкие сети сильного мужчины.

– Ба-бу-шка!

– Да что там. С тобой разговаривать, как со стенкой! Вся в маму пошла!

На это я отвечать больше ничего не стала. Скажешь «А», бабуля Мирлинда выдаст «Б», «В» и прочий алфавит!

Я подхватила сумку, поправила мантию и вышла на крыльцо.

– Прошу тебя, подумай на счет Адалиса. Парень обладает сильной Тьмой, он защитит тебя от нападок настырных ухажеров, проявит заботу и не станет возражать, если ты решишь обзавестись вторым сетом.

– Так, – не выдержала я. – Хватит! Вот скажи мне: почему ты не обзавелась вторым мужчиной?

Бабуля задумалась, потупив взгляд в пол.

– Не знаю. Люблю я Шонара. И его внимания мне вполне хватает.

– Вот и я хочу встретить такого, которого любить буду не как брата, и смотреть со снисхождением, а как мужчину! Сильного, нежного и ласкового!

– Они все такими становятся, как только получают разрешение на покровительство.

Я раздраженно зарычала.

– Ты пойми, – все удерживала она меня у порога. – Попадешься, как твоя мама, против воли, будешь потом плакать.

– Что-то я не видела еще ни одной горькой слезинки на ее лице. А ее личная «сокровищница» полна бриллиантовых слез счастья!

– Глупая ты еще.

– Ну, спасибо. – Я хлопнула дверью прямо у нее перед носом и покинула двор.

Чтобы я еще раз к ней на выходные с ночевкой пришла? Да никогда! Хотя сколько раз я давала себе это обещание?

Как обычно, в двух шагах от калитки меня ждал лучший друг, которого мне упорно навязывают в сеты!

– Доброе утро! – поприветствовал меня Адалис, лучезарно улыбнувшись.

Крепкий, хорошо слаженный мужчина со смуглой кожей, черными, как смоль, длинными волосами и такими же глазами, снова выглядел сногсшибательно! Красавец! Я горжусь им, но полюбить вот уже пять лет не могу!

Мы с ним учились вместе в институте, правда, на разных факультетах и курсах. Но первое наше столкновение в коридоре не завершилось руганью, а завязало начало потрясающих дружеских отношений! Что Адалис разглядел во мне «вкусную» чародейку понятно стало сразу. Нескончаемые букеты, комплименты, приглашения в кино, кафе, летние поездки не прекращали поступать в мой адрес. Поначалу я принимала и цветы и приглашения, но все время четко держала парня на расстоянии. Я не любила водить сарфирийцев за нос и многократно напоминала Адалису, что если и люблю его, то как старшего брата.

Однако парень надежды не терял и продолжал качественно настаивать на своем, при этом никаким боком не мешая нашей дружбе. Если мы и ругались, то лишь пару раз. Сейчас, как и каждый день, он заезжает за мной, провожая на работу. Сначала я возмущалась, что не неженка там какая-нибудь, а вполне себе крепкая чародейка! Потом махнула на все рукой. Такого, как он, не переубедить.

Спустя месяц после разговора с бабулей, у друга наступил день рождения!

Утром я не подала вида, что помню о нем, а после работы, прикупив тортик и подарок, сама зашла к нему в гости. В честь такого события ему дали на основной работе выходной.

– С днем Рождения! – прокричала я весело с порога, наблюдая за тем, как улыбка на его лице становится все шире.

– Ты не забыла?

– Конечно, нет! Ты же все-таки мой единственный лучший друг!

Мне казалось, что в моих словах нет ничего серьезного и обидного, однако лицо парня потускнело, и улыбка покинула его.

– Что? – испугалась я. – Что такое?

– Элли, неужели для меня совсем нет места в твоей жизни?

– Адалис, давай не будем портить твой праздник…

– Ответь мне. Пожалуйста.

Я тяжело вздохнула, прошла на кухню и поставила пакет с тортом на стол. Заведя руки за спину, прислонилась к стене и пояснила:

– Адалис, ты занимаешь огромное место в моей жизни, но образовать с тобой связь я не могу.

– Почему? – подошел он ко мне довольно близко.

В черных глазах отражалась его боль.

– Потому что я не вижу тебя рядом с собой в статусе сета. Я не смогу одарить тебя должным вниманием просто потому, что воспринимаю тебя как брата! Ты и твоя безумно сильная Тьма погибнете зря!

– Элли, просто хотя бы попробуй представить, какое будущее может перед нами открыться! Я буду лучшим сетом, нежным и заботливым.

– Прости. Мы с тобой уже говорили об этом.

Больше возразить ему было нечего. Все аргументы уже обговаривались нами не раз.

– Позволь обратиться к тебе с просьбой, – вдруг произнес Тень, после долгого молчания. – Поцелуй меня.

– Я не считаю, что это хорошая идея…

Моего лица коснулись кончики его пальцев, а полноватые губы осторожно приблизились к моим.

– Пусть это будет моим подарком и последним нашим испытанием на ближайшее время.

– Адалис…

– Молчи, – после этого наши уста сомкнулись в поцелуе, который, безусловно, был мне приятен, но чего-то в нем не хватало…

Чего? Что мне еще требуется? Я не могла найти ответ.

Как только он разорвался, мы замерли: Адалис был потрясен, и его Тьма излучала довольство, а я…

– Прости.

Я отвела глаза и стремительно покинула его дом.

Он все понял в тот день, но сдаваться не собирался.

Полгода спустя он пришел ко мне прямо в разгар рабочего дня с необычным предложением.

– Эливэйн! Мне нужна твоя помощь.

– Да, конечно, – по привычке ответила я, не ожидая подвоха.

– Завтра в Ночном Клубе на Проспекте будет банкет! Ровно десять лет назад я закончил школу Теней, и все выпускники встретятся под одной крышей. Клуб полностью арендован специально для участников торжества! Так как многие Тени придут со спутницами, я бы хотел попросить тебя составить мне компанию!

– И что я буду делать там одна, среди незнакомых мне сарфирийцев? – изумленно вытянулось мое лицо.

– Там будет Вандет и Тейлон! Скажу тебе по секрету, что Тейлон после банкета собирается сделать ей предложение о покровительстве!

– Правда? – восхитилась я. – Она этого, честно говоря, очень ждет! Я считаю, что им очень повезло.

– Ну? – протянул Адалис загадочно. – Так ты согласна?

– Ладно. Хорошо. Я схожу с тобой.

– Ты прелесть! – чмокнул меня друг в щеку.

– Адалис! – зашипела я.

– Все! Обещаю исправиться, – хохотнул он, уходя из моего кабинета.

Если бы я знала, что этот банкет перевернет всю мою жизнь, пошла бы я на него сейчас? Несомненно! До полета на Землю я бы взмолилась, но сейчас не сожалею ни о чем.

Мой образ был блестящим! Золотистые локоны струились по плечам, синее платье с белоснежным кружевом четко подчеркивало мою фигуру до пояса. Свободная юбка доходила до колен, позволяя стройным ножкам привлекать внимание окружающих. На шее красовалась ниточка бус, в ушах – длинные серьги с синими драгоценными камнями, а в руках я держала небольшую сумочку. Мои серые глаза обладали насыщенным оттенком, что приобрел еще более глубокий цвет, благодаря платью.

Войдя в Клуб под руку с Адалисом, я прошла проверку на выдержку. С нами здоровались абсолютно все! Чуть позже мы заприметили Вандет и Тейлона, мило беседующих в сторонке.

Огневичка обладала насыщенно каштановой густой шевелюрой, что была аккуратно уложена волнами. Красное платье подчеркивало ее карие глаза и светлый оттенок кожи. Тейлон, напротив, являлся блондином, под стать мне.

– Элли! Как я рада тебя видеть здесь! – обняла она меня, от чего меня слегка окутал ее жар. – Я уже не надеялась, встретить тут кого-либо знакомого. Тем более друзей из вуза.

– Честно говоря, я тоже волновалась об этом, но Адалис сказал, что вы будете здесь присутствовать, и лишь поэтому согласилась прийти!

– Простите, леди! – прервал нас Адалис. – Тейлон, ты уже приветствовал Чезара?

– Да, мы подходили.

– Элли, пройдешь со мной к барной стойке? – тут же попросил меня друг.

– Конечно. А где она здесь?

Адалис указал мне направление и… Я встретилась с пронзительным взглядом темно-серых глаз. Внутри меня все перевернулось! Он был откровенным, хищным и… одержимым.

«Безумно сильный Тень!!!» – забилось в панике все мое естество! Я даже второй шаг сделать смогла не сразу. Тем временем мы приближались к тому мужчине, чьи глаза продолжали изучать меня. Каждую мелочь, каждый дюйм.

– Господин Чезар, позвольте поприветствовать вас и представить мою спутницу, Эливэйн Снежную, представительницу старшего Рода Снежных Чародеек, – мы с Адалисом чуть склонились в почтении.

Когда я вновь подняла глаза на брюнета, с волнением перехватила его взгляд на моем обнаженном плече! Не заприметив на нем Риши, его губы растянулись в улыбке, и только после этого он ответил, мельком взглянув на Адалиса.

– Здравствуй, Адалис. Очень рад знакомству с леди, – произнес Чезар ответ голосом, пробравшим меня до мурашек. – Дантон Стронг.

Он подхватил мою ладонь и осторожно коснулся мягкими губами кончиков моих пальцев. Почему их? Ему удалось смутить меня! Во второй руке он держал фужер с напитком и немного нервно сжимал его основание.

Рядом с мужчиной находилось еще несколько преподавателей, что молча следили за порядком и выпускниками.

– Где, позвольте узнать, мой лучший ученик и помощник повстречал столь прекрасную деву?

Адалис заподозрил неладное, в то время я почувствовала подступ чужой невероятно опасной Тьмы к моей ауре. А он наглец! Обычно перед этим либо спрашивают разрешения, либо долго встречаются.

– Мы учились вместе в Космо-инженерном университете, на разных факультетах, – коротко пояснил мой друг и, подхватив меня под руку, вежливо откланялся. – Позвольте, мы пройдем отдыхать?

– Разумеется, – кивнул Чезар, делая большой глоток из фужера.

Стоит ли говорить, что весь оставшийся вечер глаза брюнета не упускали меня из вида?!

Час спустя на первый медленный танец меня пригласил Адалис, но совершенно внезапно перед нами возник его наставник, преграждая нам путь к танцевальной площадке.

– Позволите увести у вас партнершу?

Стало четко слышно, как у товарища заскрипели зубы, но отвечать отказом в такой ситуации Чезару было невежливо.

– Если леди не против, – произнес, наконец, он.

Ответить я ничего не успела, мою руку бережно подхватила широкая ладонь крупного мужчины, который увлек меня в центр зала. Разместив вторую ладонь на моей талии, Чезар подождал, пока я положу свою ему на плечо, и только после этого закружил со мной по залу. Движения высокого широкого в плечах мужчины были плавными, размеренными. Чувствовался немалый опыт, и обувь моя не страдала, а вот его…

– Волнуетесь? – спросил Дантон с легкой сногсшибательной улыбкой, не сводя с меня пронзительного взгляда.

– Немного, – я постаралась ответить честно.

– Что же вас так обеспокоило?

– Наше знакомство.

– Я сделал что-то не так? – в его голосе проскочила веселая нотка.

– Вы еще спрашиваете?

– Прошу прощения. Но, не будете же вы, в свою очередь, отрицать, что мой дар произвел на вас впечатление?

– Не буду, но… – попыталась, было, я напомнить Чезару о его статусе и должных манерах.

– Тогда, быть может, вы не откажете мне в первом свидании? – его голос прошелестел у самого моего уха, вызвав легкую трепетную дрожь.

– Нет! – попыталась я ответить отказом.

– Личной встрече?

– Нет!

– Случайной? – чем дальше заходил разговор, тем обворожительней звучал его голос.

– Случайной неслучайной?

– Разумеется.

– Не… стоит, – временно задержала я дыхание, отмечая, что Тень притянул меня к себе ближе.

Моя полноватая грудь, надежно прикрытая платьем, соприкоснулась с его серым кителем, что был, словно нарочно, немного распахнут сверху. Я тут же уловила новый для меня аромат, от которого голова слегка пошла кругом. Сильный, самоуверенный, "голодный"! Это уже опасно!

– Вы боитесь меня, леди?

Я, кажется, не сразу расслышала вопрос.

– …Да.

Могучая Тьма довольно заурчала. Ее хозяина оценили по достоинству.

– Совершенно напрасно. Я, как и любой здравомыслящий сарфириец, не причиню вам вреда.

– Откуда мне знать?

– Позвольте мне показать себя с другой стороны? Может, вам понравится мое общество.

– Как?

– Я найду вас. Вы не откажетесь пройтись со мной по улице завтра днем?

– Просто пройтись? – Почему же так хочется уступить?

– Не более.

– Хорошо. Я не против.

– Благодарю вас, леди Эливэйн.

Танец закончился, высокопоставленный сарфириец проводил меня к взволнованному Адалису.

Как только Дантон Стронг удалился, он обратился ко мне с расспросами:

– О чем вы беседовали?

– Об уличной прогулке.

Товарищ напрягся:

– Когда?

– Завтра. Потому, предупреждаю, с работы меня нарочно встречать не надо!

– Элли, он невероятно силен и себялюбив!

– Я это заметила. Не беспокойся.

На следующий день, возвращаясь домой после рабочего дня, у калитки своего собственного двора я встретила Дантона Стронга с букетом моих любимых цветов в руках. Признаюсь, этим он меня удивил.

Поприветствовав нового знакомого и приняв от него букет, я предложила занести его в дом, и только после этого отправиться на прогулку.

Мы знакомились. Каково же было мое удивление, когда я узнала, что Чезару семьсот двадцать четыре года! И до сих пор свободен?

Мне стало немного неловко. Подозревать в чем-то мужчину с таким статусом и зрелым возрастом просто смешно, однако…

После первой встречи последовала вторая, третья… пятая. Интерес друг к другу у нас развился стремительно. Каждый раз Дантон не стеснялся и подпускал свою Тьму ко мне, замечая, что это меня смущает.

Ласковые заигрывания его темного дара со мной покоряли меня, а если в этот момент Чезар еще и одаривал меня комплиментами и легкими прикосновениями, это, откровенно говоря, возбуждало!

Не сомневаюсь, что за столь большой период жизни, любовниц у него было много, и он знает, куда надо направить свое обаяние, чтобы меня сразить, но полностью утерять контроль над собой мне позволил разговор, который настал слишком быстро.

– А почему ты до сих пор не связал свою судьбу с чародейкой? – спросила я, пригласив Дантона к себе в дом уже второй раз.

В данный момент мы находились на кухне, и я накрывала на стол, нарезая кусочками Ширасу, которые, как оказалось, любим мы оба.

– Потому что ждал ту, которая будет меня уважать и не глядеть свысока, – ответил он мне довольно серьезным тоном. – Так уж сложилось, что главами семей являются женщины, а мужчины становятся от них зависимы. Когда-то я дал себе слово, что в моей семье все будет иначе. Я смогу продолжать заниматься своей работой, а осетта будет меня во всем поддерживать.

– Тогда… – запнулась я, – зачем ты приударил за мной?

Тень оказался за моей спиной и тихо стал изъясняться.

– Когда я увидел тебя на банкете, меня словно парализовало. Сначала я почувствовал присутствие «вкусной» чародейки, а затем увидел. И поверь мне, то, что отрылось моим глазам, мне безумно понравилось! – Руки Дантона опустились на мою талию. – Как я не овладел тобой еще там, я не знаю. Я едва нашел в себе силы открыто не заигрывать с тобой. За эти дни, Эливэйн, ты показала мне свой замечательный характер. Это заводит меня с большей силой, и я искренне надеюсь, что не ошибусь в тебе.

– А мне кажется, – сухо начала я, – что я ошибаюсь в тебе.

Тень отстранился и недоуменно взглянул мне в глаза.

– Ты говоришь об уважении. А как же мои интересы? Моя работа, привычный образ жизни? В конце концов, родственники меня прибьют за слабость перед мужчиной!

– Когда чародейки заводят со мной подобный разговор, обычно начинает звучать вопрос о возможности обзавестись вторым сетом. Эливэйн, если мы будем строить отношения, у тебя я буду единственным!

– Ты так ставишь условия, будто я уже принадлежу тебе.

– Еще пока нет. Но я бы очень этого хотел.

– А я бы хотела любви и понимания со стороны сета, не только твердости его характера.

– Я обещаю, принцесса, стать таким, каким захочешь увидеть меня ты, в ответ на твою поддержку.

Сейчас мне уже отвечала Тьма за своего хозяина, она ласкала слух, привлекала. Горячее дыхание у моего лица сбивало с толку, а могучая аура покоряла. Сильный Тень окончательно и бесповоротно сразил меня. А я взяла и поверила, подпустила ближе, разрешила впиться в мою ауру и сделать первый глоток наполняющей меня энергии.

Мужчина застонал и обвил меня руками, его губы впились в мою шею, заставив обронить столовые приборы на стол, отдаваясь лавине приятных ответных ощущений. Вдохнув мой аромат поглубже, Тень с огромным удивлением отметил:

– Боги! Ты еще невинна?! – Его голос сорвался на хрип, а ладони охватили мою грудь, настойчиво сминая ее вместе с тонким топом.

Посуда полетела на пол, освобождая стол, на который Чезар усадил меня, подхватив под бедра. Крепкое тело нависло надо мной, мягкие губы захватили в горячий плен мои уста, от чего я вся содрогнулась. Мне скоро двести лет! Теперь я понимаю, о чем говорили мне родители, имея в виду, что своим воздержанием я рою себе яму перед сильными обладателями Тьмы.

Я хотела этого мужчину! Хотела его настойчивости и решительных действий. Возможно, он вынудил меня желать его, четко зная, на какие рычаги надо давить, чтобы я растаяла в его руках. И пусть! Слишком долго я ждала сильного покровителя, чье присутствие будет вызывать мою дрожь и трепет, чей голос будет сводить с ума, а прикосновения лишать моего рассудка ясности.

Я смутно помню, как менялась вокруг нас обстановка, как сминались вокруг простыни, летели на пол подушки и покрывала. Время шло своим чередом, но мы не замечали ничего вокруг. Сейчас мы существовали лишь друг для друга.

– Элли, девочка моя! Я без ума от тебя, – произнес Тень, подводя меня к желанной грани своими ласками и ритмичным танцем двух пылающих тел.

– Дантон…

– Чародейка, прими меня своим покровителем… – в голосе Чезара звучало искреннее желание и настойчивость.

Из моих губ сорвался стон, эта фраза вызвала во мне новый прилив удовольствия.

– Прими меня, избранница…

– Да! Я принимаю тебя, Дантон, – не выдержала я накала охватившей нас страсти.

В то же мгновение весь мир для меня померк, я помню только хриплый стон мужчины и его Тьмы, после которого я потеряла сознание, отправляясь в блаженное небытие. Риша вступила в силу, а энергетический резерв полностью иссяк, формируя между нами связь… на всю жизнь!

Проснулась я уже осеттой в объятиях своего мужчины. У меня есть свой Тень, что отныне будет мне верен! Теперь он может пользоваться моей тенью для пространственного прыжка сквозь расстояние, разделяющее нас, правда, ограниченное парой тысяч миль. Дантон все еще мерно посапывал во сне, а меня разбудил звонок в арофон. Натянув чистый топ и брючки, вся лучась довольством и счастьем, я пошатывающейся от слабости походкой направилась к входной двери.

Тогда я еще не знала, что, открыв ее, моя жизнь на следующие полгода превратится в сущий кошмар! В любом случае, это рано или поздно бы произошло.

На пороге стоял обеспокоенный Адалис. Два дня пролетели словно во сне, оставив за собой приятный осадок. От меня не было вестей почти трое суток, в связи с чем лучший друг решил навестить меня лично. Когда в поле зрения Тени попала Риша, оформленная в виде белой короны на моем плече, лицо его побледнело, из груди вырвался разъяренный рев Тьмы, на который стремительно явился Дантон.

– Ты!!! Как ты мог?! – прокричал Адалис, обращаясь к нему. – Я семь лет был рядом с ней, заботился, оберегал, добивался ее внимания! А что сделал для нее ты?

– Я стал ее тенью, – ответил твердо Чезар, оттесняя своего бывшего ученика во двор. – И теперь ее безопасность и счастье – моя забота!

– Я убью тебя, Чезар!

– Это вызов? – как-то нехорошо спросил мой сет.

– Да! – не колеблясь, ответил Адалис.

– Нет-нет! Постойте! Одумайтесь, – запричитала я в ужасе.

– Принцесса, постой в сторонке. Это не займет много времени, – попросил Чезар, переходя в тень вместе с моим лучшим другом.

Я впервые увидела его во втором образе и замерла! От объятого зеленым пламенем мужчины исходила огромная мощь, которой однозначно уступает дар Адалиса! Но своего друга я недооценила. В ярости его Тьма набрала огромную силу, и две «смерти» сошлись в рукопашном поединке. Громоздкие темные сущности имели смазанные черты и четкий костяной остов. Зеленое пламя сливалось в один клубок, поднимая вокруг себя хаос.

Подобные столкновения в нашем городе происходи довольно часто, потому улицы предусмотрительно были широкими, заборы прочными, и приусадебные участки огромными. Но не мои…

Ограда быстро пришла в негодность, я обессилено опустилась на крыльцо и разревелась. Оба мужчины для меня дороги: один отныне мой спутник жизни, другой названый брат, который, в самом деле, проявил ко мне много заботы!

Вокруг меня пространство охватил дикий холод, искрясь напряжением, поднялся ветер, над домом собрались тучи, посыпающие зеленый газон белым пушистым снегом. Такую аномалию в разгар весны было трудно не заметить, и вскоре на помощь ко мне пришли родители. Мама заключила меня в свои объятия, стремясь успокоить, Папы и дед Шонар старались разнять двух распаленных схваткой Теней. И если Чезара, как более сдержанного, держал лишь один родитель, то Адалиса фиксировали два других!

Немного погодя к концу боя подоспела глава нашего Рода. Мирлинда осмотрелась по сторонам и, заприметив на моей руке брачный знак, шокировано охнула.

– Святая Солун! Когда?! Скажи мне, когда ты успела стать осеттой Чезара? Вы даже не были знакомы! – схватилась она за голову.

После моих сбивчивых объяснений она стала протаптывать в свежевыпавшем снегу дорожки.

– А я говорила! Говорила, что ты крупно попадешь!

– Мама, не начинай! – попыталась оборвать ее Ливана.

Но скандал нарастал! Досталось всем! И Адалису, и Дантону, и моей маме, которая, видите ли, смотрела не туда, куда надо.

– Леди Мирлинда, – обратился к ней Чезар. – Не горячитесь. Чем я плохая кандидатура для вашей внучки?

– Чем?! Я тебе скажу, чем! Ты отличный дипломат и ректор в своей школе, но плохой сет! Для тебя в первую очередь важны твои интересы, а не желания твоей чародейки, – ткнула она в меня пальцем. – Сейчас ты образовал связь, подавив ее волю, потом ты начнешь выдвигать ей свои условия, и, в конце концов, она перегорит и погибнет для всех нас!

– Этого не будет! – высказал он свое мнение о последнем.

– Поживем, увидим!

– Прекратите все! – не выдержала я. – Давайте расходиться.

Адалис, что с огромным трудом пришел в себя, подошел ко мне и тоскливо заглянул в мои глаза. Он протянул ко мне руку, но его порыв пресек Дантон, тем самым вызвав мое недовольство.

– Запомни, Адалис, – произнес он. – Увижу рядом, и сегодняшняя схватка покажется тебе легкими переговорами!

Следующие сутки я пыталась вразумить своего сета, что от его ученика мне ничто не угрожает.

– Я же семь лет противостояла его предложениям. Смогу поддерживать обычные дружеские отношения и дальше!

– Теперь предложений станет вдвое больше. Вот увидишь, он зачастит тебе с визитами. Элли, собирай вещи, мы переезжаем ко мне, – заявил он.

– А моего мнения ты спросил?

– В данный момент, мое решение разумно. Это немного оградит тебя от его напора.

– Если ему действительно приспичит со мной поговорить, он выловит меня на работе.

– Что касается твоей работы: как ты смотришь на то, чтобы уйти в отставку?

– Что? – я села там, где стояла.

– Я вполне могу обеспечивать нас обоих. Ты сможешь всюду сопровождать меня, моя должность это предусматривает.

– Нет.

– Элли!

– Нет, нет и нет! Я умру от тоски.

Подобные разговоры поднимались у нас часто, регулярно сменяясь приятными часами и минутами, проведенные вместе. Переехала я к нему сразу, соглашаясь с его доводом. Если бы только он не был столь упрям и ревнив, возможно, не случилось бы того, что уже не обернуть. А если бы и бабуля не наседала тем, что чародейка должна быть главной в отношениях, все вообще было бы хорошо!

Адалис часто выходил из себя, раз за разом проигрывая в поединках моему Чезару. Даже в тех, о которых я не знала. Со временем я просто стала безразлично отмахиваться рукой, наблюдая за их очередной дракой. Дантон не убьет своего ученика, а Адалис, ослепленный яростью, никогда не превзойдет своего учителя.

Я пыталась побеседовать с другом и попросила не портить мне жизнь, но его состояние удручало меня.

Однажды вечером после очередной попытки выставить Адалиса из дома я снова поскандалила со своим Чезаром, когда мы остались наедине.

– Он просто пришел в гости!

– Я знаю, зачем он пришел.

– Будь более сдержанным. Контролируй свои собственнические порывы!

– Его в нашем доме больше не будет.

– Я тебя ненавижу, – вырвалось у меня тихое замечание, отчего мой мужчина побледнел.

Я развернулась и молча ушла в спальню, разместившись в кровати и сдерживая слезы. Дантон подошел чуть позже, прилег рядом со мной поверх одеяла и крепко обнял.

– Элли. Прости меня… Я виноват. Милая, я обещаю исправиться.

Я ничего не отвечала, не находила сил.

– Меня вызывают на заседание Большого Совета. Ты полетишь со мной?

– Нет, – ответила я, не раздумывая, заставив Тень содрогнуться.

– Принцесса, обещай мне быть сильной в мое отсутствие, только не отстраняйся от меня. Я вернусь домой другим и сделаю тебя счастливой! Клянусь тебе.

– Спустя полгода противостояний я верю в твои слова с трудом.

Дантон молчал, оглаживая рукой мою Ришу. Так я и заснула, наконец, уняв свою обиду. А наутро я проснулась одна. На тумбе лежала записка с одним лишь единственным словом: «Люблю».

Я вздохнула чуть свободней. Нам действительно необходимо друг от друга немного отдохнуть, прийти в себя, собраться с мыслями, сделать вывод: чего мы хотим от отношений, как их поправить, ведь расстаться мы уже не сможем. Его отлет на несколько месяцев даст нам время обо всем этом подумать.

Но как оказалось, покой мне только снился! Адалис и бабушка никуда не делись! Я залила слезами все платья своей сестренки, которой до совершеннолетия еще два года.

– Их ворчание выводит меня из себя! Я так хочу оказаться где-нибудь подальше отсюда.

– Крепись, сестренка, – погладила меня красавица-Кассиль по плечу. – Мужики они такие.

Ее фраза вызвала мое веселое фырканье.

– И бабушки.

– И бабушки, – поддержала она мое мнение.

Случай скрыться от всех подальше подвернулся совершенно случайно! На работе ко мне подошел сотрудник отдела кадров и, заварив крепкий Сбор, пожаловался, что в дипломатическую экспедицию на новую планету в качестве посла некому лететь!

– Я полечу! – я аж чуть не подскочила! – Это та планета в новой галактике, где поисковый беспилотник исчез в непосредственной близости от объекта?

– Да, она самая. По последним полученным фото разумные существа на ней присутствуют. Но… как отнесется Чезар к твоему решению?

– Опять Чезар, – раздраженно поджала я губы. – У меня что, своего мнения нет?

– Но путь до той галактики займет два года!

Я задумалась, но почему-то во мне взыграла гордость и я выдала:

– Лечу!

Вот так я и сбежала, от всех. Однако покинув галактику с экспедиционной группой, я связалась со своим сетом посредством головизора. Сначала он был рад меня увидеть, но, оценив обстановку, что меня окружала, впал в недоумение, затем ярость, а при следующей связи на нем не было лица. Он был пьян!

– Дантон? – изумилась я, увидев его в таком состоянии впервые.

– Малышка, ты береги там себя, хорошо?

– Разумеется, – ответила я обеспокоенно.

В голову закрались мысли: какую глупость я совершила, оставив своего сета одного! Минимум на четыре года! Чем дальше мы удалялись к новой планете, тем сильнее зудела моя рука! Риша стала терять свой насыщенный цвет, и меня охватило невыносимое волнение. Что же я натворила? Уже на подлете к новой галактике она пропала со всем, а за ней пропала и моя надежда на счастливое будущее.

Наш корабль был сбит!

Помимо моих воспоминаний, Солун рассказала мне коротко еще о нескольких событиях, которые я упустила.

Мой… сет чуть не сошел с ума, когда связь с кораблем пропала. Мама долго проходила реабилитацию в медицинском центре. Ни один чудодейственный препарат ей не помогал. Как только она приходила в себя после всех восстановительных процедур, ее снова одолевало осознание того, что две ее дочери сбежали из дома из-за одних и тех же проблем!

Глава нашего рода, Мирлинда Снежная, не раз посещала владения Духа, моля о прощении и заботе о наших душах. Дантон два первых месяца поле спасательной экспедиции проводил все свободное время возле анабиозной капсулы, в которой находилась я. Он просил у меня прощения, а я не слышала этого. Как и того, что мой Тень дал Адалису шанс попытать со мной счастья снова. Но судьба по отношению к навигатору распорядилась иначе, вернув моему сету желание жить, а мне метку, укрепляющую наши отношения.

Я слушала все, глотая слезы. Но самой шокирующей новостью оказалась другая! Та, что позволила мне наплакать горку граненных каплевидных алмазов и преподнести их в дар Духу, вызвав нежный смех Солун. Поцеловав меня в лоб, покровительница Чародеек вытолкнула меня на поверхность воды, повелевая дышать!

Воздух! Теплый воздух пещеры! И свет!!! Я вернулась!

Я восторженно осматривалась по сторонам, с удовольствием созерцая яркие кроны деревьев и кустов, окружающих фиолетовое озеро, играющего бликами! От стен поземной пещеры исходил фосфорный свет, освещающий все пространство.

«Ночь? Уже глубокая ночь! Как же долго я была в недрах озера».

Со стороны берега послышался небольшой шорох, привлекающий мое внимание. Дантон! Мой Тень, очаровательный, невыносимо притягательный и… совершенно седой! От этого изменения у меня волосы чуть ли не встали дыбом! Богиня! На что же я его обрекла? Какая я дура! Гордая самоуверенная дура!

Добиралась я до него стремительно, мощными гребками рассекая живую воду. И вот уже через несколько минут я выходила на берег к своему мужчине, готовому ко всему: любому моему решению, любому повороту судьбы.

Я притворно нахмурилась и с возмущением произнесла:

– Почему ты не сказал, что я беременна???

– Хотел сделать для тебя эту новость сюрпризом!

Из серых глаз ушел страх, в них вновь поселилась нежность и прежняя уверенность, которой обладал Чезар из прошлого.

Я кинулась на шею своему Мужу и разревелась от счастья.

– Ты прилетел за мной! Ты искал меня…

– Я не мог тебя оставить! – опустился на колени вместе со мной Дантон, покрывая мое лицо поцелуями. – Я жить не могу без тебя, моя Королева!

– Уже не принцесса? – хохотнула я, уклоняясь от его колючей щетины.

– Формально и объективно уже нет.

– Люблю тебя, мой сет!

– Только твой, Чародейка…

Наплевав на приличия, Тень стал разоблачаться, а приглядывающая за нами Солун с озорным весельем скрылась в глубинах озера, чтобы не мешать двум истосковавшимся половинкам наслаждаться единением! В данный час словно не было этого путешествия, не было тех чувств, что мы успели испытать за это время, осталось только ощущение потерянного времени, долгой разлуки и мучительной тоски.

– Моя Элли! – повторял Тень снова и снова, одурманенный счастьем.

Спустя какое-то время мы, жутко счастливые и перемазанные соком сочной травы, покинули «Колыбель Жизни». Я окинула взглядом невозмутимую гладь озера еще раз и вознесла молитву благодарности Солун. В жизни есть место чуду, нужно только этого чуда добиться и сберечь.

– Ого! – хмыкнула Кассиль, как только мы вышли наружу. – Вами там что, газоны ровняли?

– Болтушка! – хором произнесли мы с Дантоном и засмеялись.

– С исцелением, радость моя! – Кинулась мне на шею сестренка. Ее золотые локоны переливались голубым сиянием под светом Апала, спутника Сарфиры.

Адалис прибывал во второй форме, как и Дантон, что вышел на ночной свет. Два невероятно сильных мужчины, которых мне удалось вспомнить, стояли сейчас передо мной объятые зеленым пламенем. Их вид на данный момент нагонял немного жути, но позволил мне заметить разницу, которая преобразила их спустя годы. Они окрепли и стали невозмутимы. Даже навигатор был на удивление сдержан, хоть и тосклив.

Я обняла друга, не боясь, что Дантон кинется нас разнимать. Ласковые языки пламени охватили меня, не обжигая, а даря нежное внимание.

– Я рад за тебя. С возвращением, – произнес он.

– Спасибо, – улыбнулась я ему в ответ и обратилась ко всем разом. – Почему вы скрыли, кем мне приходится Дантон?

– Это было необходимо, – потупилась сестренка немного виновато. – Представь, тебе говорят, что ты не землянка, а Снежная Чародейка из другой галактики. Что твоя бабушка тебе чужой человек, и все, что тебе говорили до этого, – ложь. После этого тебе навязывают новую информацию о твоем рождении, родителях, работе, мире, в конце концов. Помнишь свою реакцию? Ты не хотела верить. А что бы было, если бы тебя поставили перед фактом, что у тебя есть мужчина, которого ты не помнишь? Не простой, а сет, призванный следовать за тобой всю оставшуюся жизнь, перед которым у тебя есть супружеские обязательства?

– Я бы избегала его… – ответила я задумчиво, признавая их правоту.

– Вот видишь? – обнял меня Чезар. – Но знаешь, я не жалею о случившемся. Все это позволило начать нашу жизнь сначала, так, как это должно быть.

На это мне ответить было нечего. Я с ним полностью согласна, мы знакомились дважды, и оба раза были запоминающимися.

– Как так вышло, что и твои волосы побелели?

– Не знаю. Уже на пути к Земле, два года назад, я проснулся таким.

«И в этом тоже моя вина», – корила я себя в мыслях, потупив взгляд в землю перед собой.

– Пойдемте домой? – озвучила я вслух иную мысль, чтобы поскорей забыть обо всем.

– Я спать хочу, – возразила красавица блондинка с изящной фигуркой.

Ох, и настрадается еще она от излишнего мужского внимания.

– Согласен, – поддержал ее Дантон. – Отправимся с рассветом.

Найдя ближайшую нишу в склоне горы, мы в ней укрылись от ветра. Ведь Адалис у нас свободный Тень, замерзнет.

Примерно в полдень следующего дня мы уже вошли в лес, и передо мной, в двадцати метрах, застыла нешуточная опасность. Данжены мне незаметно в ладони вложил Дантон. Норган принюхивался, оценивая степень опасности перед собой. Кассиль и Адалис замерли позади меня, причем Тень прикрывал собой мою сестру.

И вот хищник сорвался с места, а я, закрыв глаза, прислушалась, после чего метнула нож.

– Эливэйн! – возмутился взволнованно Чезар, как только серый пушистый кошкообразный зверь рухнул к моим ногам. – Я думал, опять поседею! Ты зачем глаза закрыла?

– Мне так привычней, – пожала я плечами.

– Я уже думал прыгать наперерез, – тяжело выдохнул мой сет, наклоняясь над Норганом.

Через секунду он отпрянул в сторону.

– Ты его оглушила?! – у Кассиль изумленно расширились глаза, кода она высунулась из-за плеча навигатора.

– Да. Я подумала, зачем губить ценного зверя? Нам до дома еще два дня идти, не потащим же мы его на себе? И здесь не бросим.

– Я даже не заметил, когда ты перехватила Данжен за острый край. Молодец, – похвалил меня Адалис.

Его длинные черные локоны были не собраны и струились по плечам. Густые черные брови сошлись у переносицы, отчетливо говоря всем, что он прибывает в задумчивости.

Всю дорогу по пути назад я оглядывалась по сторонам, стараясь запечатлеть в своей памяти каждый цветок, листок, их яркость, окраску, форму! Радовалась синему небу, зеленому лесу, мрачным скалам и снежным горам! Дантон смотрел на меня с легким весельем и разделял весь мой восторг!

Когда вернулась домой, мне предстояла масса сложных разговоров. В первую очередь с бабушкой. Зрелая, очаровательная женщина с высокой золотистой прической смотрела на меня глазами, полными боли.

– Давай договоримся сразу, – начала я. – В нашу с Дантоном жизнь ты больше лезть не будешь. В нашей семье глава ОН! Я перехожу на работе на четверть ставки и всюду собираюсь следовать за ним. Если там, где будет пребывать мой сет, потребуются мои профессиональные навыки, я поработаю. В остальном же, я уступаю Чезару. Одно радует. У него в школе Теней есть масса заместителей, что помогут ему сократить объем работы. Но в командировки и на Собрания Большого Совета я буду летать с ним. Таким образом, и грезить звездами не придется, и времени на воспитание дочери у меня будет больше.

– Что?! – Воскликнули все мои родственники разом.

– Ваш статус скоро повысится! – заявила я бодро.

– Я буду бабушкой! – подскочила мама с места от восторга! – Это надо отметить!

А вот бабуля Мирлинда чуть не упала с кресла, узнав, какой статус теперь сулит ей.

Следующим этапом стал осмотр у Мистифа Ногана и новое сканирование.

– Малышка развивается замечательно! Сердечко бьется с хорошим ритмом! Поздравляю вас, родители, дальше все пойдет плавно и размеренно. Только не нервничайте излишне. Ни в коем случае! – погрозил мне пальцем золотистый блондин с коротким ежиком волос на голове.

На самом деле Мистиф довольно крупный, хорошо слаженный мужчина, что обладает весьма притягательным образом и очаровательной улыбкой. Почему ему так не повезло с даром, предположить трудно. Но Дантон, как ректор школы Теней, уверяет, что дар Тьмы можно развить. Нужен подходящий стрессовый толчок, на что наш товарищ был не согласен.

– Хватит с меня стрессов в последнем путешествии! Лучше уж так.

Мы немного посмеялись и покинули его кабинет.

Адалиса я нашла на террасе. Пустым взглядом он глядел вдаль и ждал нашей беседы. Я подошла к другу и протянула ему раскрытую ладонь, на которой лежала та самая слеза, что была получена благодаря его вниманию.

– Возвращаю ее тебе.

Тень недоуменно на нее посмотрел и бережно принял.

– Дантон не должен был забирать ее у тебя. Она твоя.

– Я сам виноват. Знал же, что он взбесится, и все равно пошел похвастаться, злоупотребляя его расположением.

Губы навигатора тронула грустная улыбка.

– Не передумал еще?

– Нет. Как и обещал, я уйду на некоторое время и постараюсь остыть.

Рукой он потянулся к правому карману и достал оттуда бумажный Модуль!

– Этот точно делала ты, – произнес он с веселой ноткой в голосе. – Я припрятал незаметно, пока общались о дарах природы.

Я трепетно приняла то, что должно было стать частью памятной бумажной вазы. Сберегу! Однозначно.

– Спасибо, что тоже отправился на мои поиски.

– Иначе я не мог. Будь счастлива, – заключил он меня в свои объятия. – Ты будешь замечательной матерью.

– По крайней мере, постараюсь!

Не произнося прощальных слов, навигатор пожал руку подошедшему Чезару и покинул наш двор, не оборачиваясь.

– Элли, – обратился ко мне Дантон ласково, кладя руки мне на плечи. – Все готово. Пойдем, отпразднуем твое возвращение и поедем в наш дом.

– С тобой хоть на другой конец вселенной, мой единственный.

– Знала бы ты, как мне приятно это слышать!

– Поверь мне, дорогой, знаю! Кстати, какую комнату мы отведем для Ксюши?

Шесть лет спустя…

– Да? – ответила я, приняв вызов на телефоне, одновременно стараясь удержать Ксюшу возле себя. – Стой, непоседа!

– Ну, где вы? – раздался раздраженный голос прабабушки Мирлинды в трубке.

– Сейчас заплетем золотые косы и подлетим. Я уже пятый раз берусь за них! Телефон разрывается! Дантон уже ждет нас в заведенном аэроторе.

– Поторопитесь. А то тетя улетит раньше и не успеет чмокнуть племянницу перед вылетом на Трамптан! Найтен даже прибыл, а вас все нет.

– Скоро будем, – бросила я последнее и нажала сброс.

– Обманывать нехорошо, – наиграно грозно произнес Чезар, подходя к нам. – Принцесса, – обратился он к дочери, – прекращай прыгать и вертеться. Ты должна быть неотразима, чтобы окружающие кавалеры сходили по тебе с ума! Мама тебе поможет в этом. Так что, замри!

Златокудрое папино сокровище застыло на месте, выпрямило осанку и позволило мне завершить укладку волос без каких-либо возражений.

«Умеет папа убедить!» – в который раз отметила я про себя с довольством.

За прошедшее время мы несколько раз летали всей семьей в командировки, посещали Большие Советы, где выдвинули свое предложение о новой форме межгалактических отношений, а именно о возможности образования смешанных браков. Только спустя три года, проведя ряд тестов на совместимость, множество совещаний по составлению договоров и законов об охране прав граждан той или иной расы, появились первые сдвиги. По всему Гелеону открылись многочисленные курортные объекты, заключились трудовые договора, появились первые смешанные браки. Вполне счастливые, на первых порах! Моя идея пошла в развитие!

На протяжении шести последних лет кхагартов, задержанных в битвах за свободу, отпускали, предоставляя возможность космосу решать их судьбы. Но пока никакого ответа с их стороны мы не получили. На контакт ящерообразная раса не шла. Плана своего Союз не менял. В конце концов, за эти годы было всего шестнадцать стычек с пиратами и лишь пяти десяткам из них подарили жизнь. Остальные яро сопротивлялись плену и допросам, доводя все до крайностей.

Почему они так агрессивны, мы точно не знаем, но большие умы предположили, что таким образом просто проявляется их дикий характер. Возможно, кхагарты еще не ступили на новую ступень эволюции и все у них впереди, однако похищение ими женщин все равно не прекращалось.

Год назад сестренка закончила геологический институт и уже третий раз летит на Трамптан заниматься полезным для нашего государства делом – добывать полезные ископаемые. Первый раз она оказалась там в качестве практикантки, но вот второй уже явилась на ледяную планету дипломированным специалистом.

За то время, что прошло с момента нашего опасного путешествия, Кассиль стала чуть более осмотрительней, вдумчивой и осторожной. А все это из-за Тени по имени Кайрин. К нашему великому сожалению, парень так и не обзавелся осеттой. Слухи о том, что Кассиль вернулась, расползлись быстро среди ее друзей. От них-то он и узнал, что «вкусная» для него чародейка вернулась. С тех пор моя сестричка замкнулась в себе и оборвала все связи, потеряв на время веру в дружбу. Спас ее из этого положения, как вы думаете, кто? Найтен.

Я связалась с младшим навигатором личной команды моего Чезара и пригласила его к нам погостить. Сказать, что сестренка была рада его видеть, не сказать ничего. Эти двое были безумно счастливы встретиться снова и закрепили они встречу дружеским поцелуем! Прямо при мне! Кхагарт с ними! Их по-прежнему связывали такие же дружеские отношения, как, в свое время, меня и Адалиса, только Найтен не стремился к единению.

Вспомнив о лучшем друге, я приуныла. Как он? Вернулся Тень из длительного отпуска два года назад, но так и не зашел ни разу, передавая лишь приветы через Дантона. Мой сет говорил, что ему по-прежнему страшно снова оказаться зависимым от моей энергии, что пробуждает в нем собственнические чувства. Радует, что хоть общаться они стали без скандалов, а вражда ушла на далекий задний план.

На космодроме было людно. А все почему? Потому что несколько Теней удерживали на расстоянии от моей сестры верзилу, настойчиво обещающего ей найти способ завладеть ею! Такое яростное проявление эмоций привлекло толпу зевак, наблюдающих то за Кайрином, то за Кассиль.

В разборку вмешался Чезар, нависнув горой над неудачливым ухажером.

– Если ты не свернешь свою нападническую позицию в отношении Кассиль Снежной, я буду вынужден привлечь тебя к суду!

Только после его слов Тень остыл, при этом полосонув гневным взглядом по моему сету. Найтен присматривал за Кассиль до самого отлета и сейчас уверенно прикрывал ее собой. Удивительно! Брат и сестра. Как он умудрился родиться в роду Огненных дев с таким сдержанным темпераментом? Обычно сыновья огневичек напористы, и примером тому являются Кайрин и Адалис.

Ксюша забралась на руки к тете, тем самым подняв ей настроение.

– А вот и моя племяшка! Дай потреплю за щечку?

– Не дам, – принялась заламывать руки наша юная чародейка. – Вдруг у меня щеки станут страшными? Папа сказал, что я должна быть неотразима, ведь я – принцесса!

– Верно папа говорит, – согласилась Кассиль. – Ты у них красавица!

Серые глазки Ксюши засияли, а милая улыбка озарила ее лицо. Вот ведь, вырастет из нее вторая Кассиль! Болтушка и любительница покрасоваться!

Обняв сестру, я пожелала ей удачи на новом трудовом рейде.

– Сколько вы там планируете пробыть?

– Около пяти месяцев. На этот раз министерство промышленности прислало приказ обследовать шестнадцатый квадрант. Якобы уловили они там излучение в зеленом спектре и надеются найти месторождение Фармотола.

– Здорово! Только, насколько я помню, этот квадрант находится далеко от освоенных территорий, и обследовался всего один раз.

– Да. Но новая станция уже построена и вырыты первые шахты, будем стараться избегать обвалов.

– Ну, с Богом!

На том мы и расстались. Служебный корабль улетел, а мы снова втянулись в привычные будни.

Наша с Дантоном жизнь наладилась и шла по-новому. Мой сет действительно стал таким, каким хотела видеть его я: мужественным, решительным, стойким и при этом хорошим семьянином. Нередко в свободное время он баловал меня своей стряпней и заботой, позволяя иногда отдыхать от домашней суеты и чувствовать себя настоящей Королевой.

Три месяца спустя в дверь раздался звонок, и мы, наперегонки с Ксенией, бросились встречать неизвестных гостей. Арофон настойчиво трезвонил, заставив меня слегка насторожиться. Дверь открыла Ксюша, опередив меня, а на пороге стоял… Адалис.

Лучший друг был взволнован, чем-то обеспокоен, но, завидев малышку, замер и уставился на юную чародейку во все глаза.

– Мама, а кто это? – спросила она.

– Это дядя Адалис, папин ученик, – представила я ей мужчину.

Тень по-прежнему пораженно смотрел на мою дочь. Такое его поведение показалось мне странным, однако я встряхнула головой и обратилась к нему.

– Здравствуй! Давно ты к нам не заглядывал.

– Очень давно… – произнес он, наконец, переведя на меня ошеломленный взгляд. – Это Ксюша?

– Да, она самая! Ксения, пригласи гостя в дом.

– Пойдем, кавалер! Ты к нам надолго?

От такого обращения у меня чуть ли не отпала челюсть, а губы друга тронула знакомая счастливая улыбка. Вот так папа! Научил!

О-о-о! Святая Солун! Это то, о чем я думаю?! Продолжая наблюдать, как очарованный моей дочерью Адалис, следует за ней, держа настойчивую леди за ручку, я пыталась понять, что только что тут произошло?!

– Адалис, – позвала я спустя некоторое время, наблюдая за тем, как навигатор старается не упустить ни одно слово юной чародейки.

Меня он будто не замечал. В голове, не без помощи высших сил, всплыл отрезочек воспоминаний, в котором звучала речь Адалиса, обращенная к нашему медику.

«Нет, док. Я никогда не смогу желать другую женщину. Пусть она хоть в триста раз "вкуснее" Эливэйн. В ней есть что-то предназначенное для меня лично. Моя Тьма чувствует это, как единственный глоток свежего воздуха!»

Похоже, наш Тень дождался-таки рождения этого самого «глоточка воздуха». Но разве такое возможно? Боги! Как на это отреагирует Дантон?! Чувствую, Адалис вскоре снова начнет обивать наши пороги.

Внезапно навигатор пришел в себя и подскочил на месте.

– Боги! Я… чуть не забыл, зачем явился! Элли, – я перехватила взгляд встревоженных черных глаз. – Кассиль пропала!

– Как пропала?

Меня охватила паника, сердце тревожно сбилось с ритма, подсказывая, что навигатор знает, о чем говорит!

– Час назад с аварийным центром связалась ее команда! Сигнал был слабый. Все, что они успели передать, это информацию о какой-то аварии и количестве пропавших сарфирийцев. Их трое, и одна из них Кассиль. Тела не нашли, станция в шестнадцатом квадранте ждет помощи.

Глаза застелил туман, воздух поступал в грудь рывками, я стала оседать на пол. В тоже мгновенье аромат любимой Тьмы окутал меня, а заботливые руки сета вовремя подхватили, не позволив мне упасть. Дантон почувствовал упадок моих сил и ужас, что затопил мой разум. Он совершил прыжок, воспользовавшись моей тенью.

Адалис пересказал Чезару наш разговор, подхватив на руки Ксюшу, что испугалась моей реакции на новость. В его объятьях доченька быстро успокоилась и спросила у него:

– Почему мама плачет?

– Все в порядке, малышка. Маме уже лучше, ведь рядом с ней папа.

– Дантон! Мы должны найти ее! Должны сами собраться и найти! – заглядывала я в глаза любимому, ища его поддержки.

– Не волнуйся. Я соберу команду, и мы отправимся на Трамптан! Поможем спасательной группе вести поиски, – Дантон обернулся к Адалису. – Ты с нами?

– Разумеется!

– Главное, чтобы она смогла там выжить! Если с ней все в порядке, ей придется охотиться на крупных хищников! Это даст нам время.

– Впервые я жалею о том, что у нее нет своего сета, – всхлипнула я. – Его способность к прыжку значительно бы облегчила наши поиски. Ничего пока не сообщайте родителям! Не хватало довести маму до сумасшествия. Нужно придумать какую-нибудь туристическую поездку.

Вскоре весь экипаж был в сборе, но с пополнением. Вандет и Тейлон не захотели оставлять своего сына без присмотра и взяли его с собой, как и мы Ксению. Всех нас радовало лишь одно – Трамптан находится в нашей Звездной системе и мы еще могли успеть…

Смотря в иллюминационное окно на звезды, я думала о том, какая жизнь была у меня в прошлом и какой она стала. Я счастлива! Только без Кассиль мир уже будет не тот.

«Веселая наивная болтушка. Как мне не хватает твоего смеха».

– Милая, – обратился ко мне Дантон хмуро, отрывая меня от мрачных мыслей. – Я никак не пойму, почему Адалис практически не спускает с рук нашу дочь?

Ой!

Чтобы чуть-чуть подготовить сета к шокирующей новости, я его сладко поцеловала.

– Шпаргалки: карманы – правый, левый. Заколка…

Я хлопала по себе руками, проверяя, на месте ли мои мини-конспекты. Университетская белоснежная форма способна скрыть любые мелочи от окружающих, но не от наметанных глаз профессорского состава. Самые бесценные ответы я спрятала под невидимкой в своих золотистых волосах.

Да, я не отличница и, к сожалению, за последние пять лет ей не стала, несмотря на нагоняй старшей сестры.

После того как к Эливэйн вернулась память, она провела со мной беседу: нравоучительную, поучительную… В общем, лекцию о том, что все знания нужны и очень важны. Я добросовестно училась в меру своих сил, но зубрилой так и не стала.

Однако спокойно получать образование с некоторых пор мне ничего не мешало. Почти… Сейчас, стоя у зеркала и смотря в отражение своих голубых глаз, я на время забыла о предстоящем государственном экзамене и вспомнила все то, что изменило мой привычный быт.

Я Кассиль, младшая представительница рода Снежных дев, попросту – чародеек. Девять лет назад я сбежала из дома.

Причин на то было две. Моя старшая сестра пропала без вести во время межгалактической дипломатической экспедиции. Без нее мы с мамой не могли найти себе места. Я привыкла к ее покровительству, наставничеству и вдруг осталась одна. Мы с ее сетомcontentnotes0.html#n_1, Чезаром Дантоном Стронгомcontentnotes0.html#n_2, собрали свой личный поисковый отряд и, несмотря на запрет Королевы и мой относительно юный возраст, отправились на ее поиски. Вылет с нашей планеты Сарфиры помог мне временно укрыться от второй причины!

Мне было девяносто девять гелеонских лет. Совершеннолетие у нас наступает в сто, но до тех пор я успела побывать в серьезных клубах, обзавестись широким кругом друзей… с которыми теперь связей не поддерживаю вообще. А все почему? Потому что, несмотря на мою просьбу и весь шум, который поднялся в связи с моим побегом, друзья сдали одному негодяю, что я нашла сестру и вернулась на родную Сарфиру спустя четыре с лишним года! Этого негодяя зовут Кайрин, и именно от него я сбежала кхагарт знает куда, побывала на новой планете под названием Земля и вернулась с надеждой, что этот кретин меня забыл!

Какое там! Кайрин – один из безумно сильных Теней, чей темный дар регулярно выходит из-под контроля, лишь только дай повод ему понервничать. Этот себялюбивый сарфириец всегда считается только со своим мнением и руководствуется энергетическим голодом.

Никакой довод о том, что насильно образованная связь между Чародейкой и Тенью приведет к выгоранию и гибели обоих, его не волнует. Он считает, что все ему по жизни обязаны, и я в том числе лишь потому, что мой снежный дар пахнет вкусно!

Сначала я шла ему навстречу, несмотря на свои неполные сто лет, надеялась на лучшее, должное внимание и уважение, любовь, в конце концов. Но как выяснилось чуть позже, Кайрина не интересовало ничего, кроме моей энергии. И выяснилось это в ту единственную ночь, что мы провели вместе. Моя воля дрогнула, почти сдалась под его напором, но я струсила. Я не хотела связывать судьбу с эгоистом, чьи интересы стоят впереди моих. И дело не в том, что на Сарфире царит матриархат. Эливэйн уступила главенство в семье своему сету, и ничего. Но с этим мужчиной моя жизнь грозила обратиться в Ад.

Звонок в арофон привел меня в чувство, и я оторвалась от тоскливого созерцания своего отражения, уверенно спускаясь вниз уже при полном параде.

На пороге моего дома стоял Найтен. Единственный друг и названый брат, которому я смело могу доверять. С этим парнем нас объединила дружба, которая возникла между нами во время полета к чужой галактике. На поисковом корабле он был младшим навигатором. Когда я разочаровалась в друзьях, его пригласила к нам Эливэйн. Знала бы она, как я ей благодарна! Найтен регулярно огораживает меня от нападок Кайрина, везде меня сопровождает в свое свободное время.

Сегодня Тень провожает меня на экзамен, для моральной поддержки и как личный защитник. Настоящий мужчина, но, увы, наши магические ауры не испытывают друг к другу интереса.

– Доброе утро! – воскликнул добродушно мой товарищ. – Как твои дела? Подготовилась основательно?

– Привет. Если ты про вооружение многочисленными бумажными лентами полными ненужной информации, то да! Я готова.

Найтен весело хмыкнул, в голубых глазах проскочили привычные мне смешинки.

– Опять…

– Снова, – поправила я, покидая двор и направляясь к его аэро-торуcontentnotes0.html#n_3.

– Кассиль, это Государственный экзамен! На этот раз пересдач не будет. Провал для тебя закончится получением справки о прослушанных лекциях, и все – прощай, диплом.

– Ты зря разводишь панику. По своей профессии я знаю все. По общеобразовательным вопросам достаточно. А вот с международным укладом у меня в самом деле проблемы. Но на этот случай я сделала шпаргалки.

– Ты же знаешь, что вопрос о межрасовых отношениях в числе обязательных, – вздохнул Тень, садясь с водительской стороны.

– Я не виновата, что ввели новую дисциплину только на последнем курсе, и проходили мы ее по ускоренной программе.

– Уж извини, что новая идея о выгодных взаимосвязях пришла в голову твоей сестре так поздно, – в голосе друга проскочил сарказм.

– Извиню, когда сдам.

– Летим?

– Да!

Университетское здание встречало своих выпускников сегодня яркими световыми бликами. Огромные окна отражают жаркие лучи Цереона, заставляя прохожих невольно щуриться, герб вуза привычно украшает шпиль, а высокая лестница полна народа, снующего туда-сюда.

Прежде чем я на нее взошла, Найтен потрепал мою шевелюру, вызвав тем самым бурчание с моей стороны, и пожелал удачи.

– Ни пуха!

– К кхагарту!

Да! Мы с сестрой перефразировали земную поговорку, и нас это немного забавляет. У нас чертей нет, только духи. Темных в нашей религии множество, и нам они не так страшны, как представители расы Кхагартов, единственной, не вошедшей в межгалактический союз (Ну и Земная еще пока под вопросом). Из светлых – у Чародеек числится покровительницей Солун, которой я сейчас упорно молилась, проходя парадные двери учебного заведения.

Оказавшись в фойе, невольно приостановилась, окидывая взглядом шумное помещение. Сессия в самом разгаре. Сокурсники сбиты в стайки, из которых слышны были громкие споры, досадливые всхлипывания и монотонный зубреж. Каждый встречает экзаменационный день по-своему. Я, в свою очередь, хмуро и безрадостно. Нет, я, несомненно, довольна тем, что покидаю ставшие такими родными стены, но сегодня передо мной снова будут мельтешить лица бывших товарищей. Не всех, конечно, но некоторых точно.

– Ка-а-ассиль, – подошла ко мне со стороны темноволосая огневичка Лирта. – Доброго тебе утра.

Пожелала, как выплюнула. При этом не забыла осмотреть меня с ног до головы и нахмуриться.

– И тебе не подавиться.

– Чем? – не ожидала от меня подобной реплики темноволосая девушка.

– Слюной.

– Кому ты сдалась?!

Комментировать ее возмущение я не стала, мы обе знали ответ на этот вопрос. Только вот Лирта была бы не прочь занять мое место и связать свою судьбу с Кайрином. И я для нее бесспорное мировое зло, несмотря на весь мой негатив к сложившимся обстоятельствам! Только я не виновата, что все его поклонницы для него "не вкусные", к моему глубокому разочарованию. Но кто бы вошел в мое положение?

Поддерживать разгорающийся скандал я не стала и прошла мимо, к лифту. Сколько еще этот Тень будет портить мне жизнь? Святая Солун, помоги мне сдать государственный экзамен и слинять подальше отсюда! Желательно на Трамптан, коим я грежу уже и во снах.

Я отдавала себе отчет, что веду себя вольно, обращаясь к Озерному Духу со своими просьбами раз за разом. Но надежной защиты, хоть какой-нибудь, хотелось безумно! А что может быть надежней расстояния? Перед Найтеном уже неловко. Ему бы свою личную жизнь строить, а он со мной нянчится.

Лифт тоненько звякнул и распахнул свои двери на нужном мне этаже. Последний экзамен начнется уже минут через пятнадцать. Стоит ли лезть за киберблоком, как все окружающие меня выпускники, чтобы повторить материл? Думаю, нет. Перед смертью не надышишься.

Дверь в большую аудиторию открылась, и из нее показалась председатель приемной комиссии.

– Первые пять студентов! Просим пройти в зал!

Народ тут же отхлынул от нее на три гигантских шага, выстраиваясь полукругом, а я так и стояла, все еще погруженная в свои мрачные мысли и молитвы покровительнице.

– Давайте! – махнула мне рукой чародейка. – Не задерживайте профессоров.

Пришлось заходить первой. «Пять студентов» она сказала. А профессоров десять. Они что, по двое принимают?

– Тяните билет, садитесь за первый стол. У вас пять минут на ознакомление с вопросами.

– Вы издеваетесь… – произнесла я шепотом, смотря на преподавателей, к которым попала.

Разумеется, за первым столом сидит ректор и пару ему составляет декан. А где стандартное время для подготовки? Я что, зря бумагу чиркала и заколкой на себе волосы рвала, пока закрепляла ее?

– Присаживайтесь, – велели мне мужчины, как только я подошла к столу.

Вид у Теней был такой, будто они уже обмыли наши дипломы, а сейчас сидят и страдают с перепоя. В общем, суровы, хмуры, раздражительны. Вот так попала!

Пробежавшись глазами по вопросам, я мало чем стала от них отличаться. Первый, Бог с ним, расскажу. Второй и третий – тоже. Но почему, скажите на милость, по межгалактической реформе у меня целых два вопроса?!

Подтасовали, не иначе! В этом вузе все знают, что моя сестра основатель нового направления межгалактических отношений и преподавания сего предмета во всех учебных заведениях.

– Итак, приступим.

Пять минут, как же! Я едва прочитать успела!

– Какой ваш первый вопрос? – без интереса обратился ко мне мой декан, зная, что с геологией у меня проблем не возникнет.

Еще бы! Я к нему на курсы ходила, как в ювелирный магазин: часто и много! Сколько видов пород отложилось у меня в голове? Тысячи! А его личную коллекцию я знаю всю вдоль и поперек.

– …Фарматол, – перешла я к очередному чрезвычайно интересному ископаемому минут через десять. – Абсолютно новое горнохимическое сырье, изучаемое в двух отраслях: медицинской промышленности и военно-индустриальной сфере. Галактическое министерство обороны держит многие его свойства под строгой секретностью. Впервые был обнаружен на Маллоне три года назад. Других месторождений не выявлено. Выглядит как угольно-черная порода, консистенцией сходная с загустевшей смолой. Производит излучение в зеленом спектре; по первым результатам исследования, что были переданы огласке – безвредное и абсолютно безопасное. Все свойства вещества еще не изучены. При нагревании фарматол приобретает жидкое агрегатное состояние, при этом формируя еще большее излучение.

– Процентное соотношение, – потребовал от меня профессор конкретных данных.

– На сто семьдесят пять процентов, плюс-минус два.

– Дальше.

– В медицине жидкая форма сохраняется при взаимодействии с концентратом Торхолом и активно изучается в биоинженерии. Излучение поглощает третий адсорбирующий компонент. В военной промышленности, по доступным данным, излучение исследуют в комбинации с лазерным и как самостоятельную единицу. Особых успехов пока не наблюдается. К фарматолу относятся бережно, зарождение небольшое. В противном случае ископаемым бы охотно занялись и другие промышленные отрасли. Особого оснащения для его добычи не требуется.

– Достаточно, – оборвал меня ректор и пропустил второй и третий вопросы, сразу переходя на два последних. – Поведайте нам содержание нового Положения Закона "О поддержании межгалактических отношений и защите прав иномирных граждан".

Я обреченно закатила глаза и принялась излагать так, как запомнила. В общем, ни разу не ошиблась, местами мне шепотом подсказывал декан, наводя на нужную мысль, от чего получал неодобрительные взгляды ректора. Суть ответа сводилась к следующему: что подразумевает под собой закон в целом, что оговорено в требуемом Положении, какие нарушения закон предусматривает как наказуемые.

Иными словами, уважай представителя разумного вида и принимай его традиции и физические особенности как данность. Не нарушай границ личного пространства, не переходи на личности без индивидуального дозволения иномирца и все такое прочее.

– В новом Положении прописаны: особенности трудоустройства иномирных граждан на территориях планет, входящих в Союз; особенности заключения браков между представителями разумного вида разных рас. Все нюансы, права и традиции. С недавних пор, после исследования биологической совместимости, каждый разумный сарфириец (и не только) обязан знать последовательность проведения брачных обрядов с тем или иным иномирцем. Этот пункт наиболее важен в качестве защиты индивидуальных прав; как случайно не стать чьей-то парой на всю жизнь.

– А если вдруг стали? – оживился декан.

– Можно обратиться с прошением на рассмотрение дела в Большой Совет. Но в большинстве случаев иски заведомо проигрышные.

– Поподробней, пожалуйста.

– Некоторые браки неразрывны. Например, в случае брачной связи с сарфирийцами разводы невозможны.

– Стоп, – вмешался ректор. – А вот пока мы от темы не отошли, приступите сразу к последнему вопросу.

Я еще раз заглянула в билет и обомлела.

– Что, все разбирать? – мой взор сместился на мрачную физиономию Тени.

– Все, – кивнул тот с надменным и непробиваемым видом.

Осталось только мысленно ругнуться. Я же не помню половину.

– Валорцы, – начала я с краснокожих союзников. – Эта раса отличается стойким равноправием и особого акцента в отношениях не выделяется. В брак вступают один раз. Многомужства и многоженства не приемлют. Тэодонийцы, – вскользь упомянула я чернокожих представителей. – Та же ситуация, но с особым почитанием своей пары. Я бы сказала, боготворением.

Ректор нахмурился. В целом он был со мной согласен. Но полагаю, ему не понравилось отсутствие терминов в моем ответе?

– Торшредеры несовместимы с другими видами разумных существ по анатомическим причинам.

Ага, с этими безумно умными, но не менее страшными, иномирцами совместимы только их же представительницы. Одна вытянутая лысая голова, четыре острые нижние конечности и четырехпалые руки чего стоят.

– Кхагарты, – в этом месте я передернула плечами.

Свежо еще воспоминание последней встречи. Шипастые головы, длинные юркие хвосты, желтые глаза, непробиваемый кожно-чещуйчатый покров, крепкие массивные фигуры, облаченные в черную форму… Бр-р-р!

– Достоверно неизвестно, но анатомическое совпадение присутствует. Скорее всего и на генном уровне совместимость тоже не исключена, поскольку их пиратские рейды до сих пор направлены исключительно на похищения женщин.

Я поспешила перейти дальше, но застопорилась.

– Итарцы. Оборотни семейства кошачьих. На планете и вне ее пределов четко соблюдают патриархальный строй. Один мужчина может связать свою судьбу с несколькими избранницами, формируя вполне естественный для котов прайд. Ну и, наконец, сарфирийцы. Делятся на Чародеек и Теней. Раса поддерживает матриархат, относительный… – последнее слово я буркнула себе под нос. – Одна чародейка (огненная она или снежная) может образовать от одной до трех связей с Тенями. При гибели осетты за ней к Великим Вратам отправляются и ее сеты. При гибели сета Чародейка продолжает жить, но переносит потерю половинки болезненно, поскольку Чародеек и Теней связывает между собой энергетическая аура. Именно по ней Тени и выбирают, с какой осеттой они бы хотели провести всю свою жизнь. Потому разводы не возможны в такой связи.

Сейчас я сижу и думаю, какая я умница! Но…

– Студентка Кассиль Снежная, – хмуро обратился ко мне ректор. – "Два" в кавычках.

Кажется, я подавилась воздухом. И как это понимать?

– В вопросе вас просят детально рассмотреть процессы заключения брачных связей. А не поверхностное их обоснование.

Я потупила взгляд в стол, нервно растирая ладони под его крышкой.

– Итак. Раз вы не знаете, – минуту спустя снова подал голос первый профессор вуза. – Я расскажу себе сам. И вам, Кассиль, в первую очередь! Валорцы формируют связь посредством испития крови своей пары. Оба избранника пьют кровь своей будущей половины, излитую из запястья. А это значит, если даже с голоду помирать будете и, кроме валорца никого не окажется рядом, не пейте его крови. Даже у однополого существа! Согласитесь, важную деталь вы упустили.

Надеюсь, с голоду помирать рядом с валорцем мне не придется.

– Это я про однополого представителя, – поправился ректор, наблюдая за сменой эмоций на моем лице. – Пары носят золоченые браслеты из особого сплава. Переходим к следующим: Теодонийцы. То же самое, как вы сказали, но кровь пускают обязательно с помощью ритуального стилета. Весьма просто определить статус теодонийцев. Свободные особи всегда укладывают свои волосы в хвосты или держат их распущенными. Представители, состоящие в паре, заплетают косы. Потому у этой расы белые локоны всегда достигают земли. Если вы встретите теодонийца с обрезанными волосами, это вдовец или вдова. Торшредеры скрепляют браки простым половым актом. Потому они все до образования связи девственны. Запомните это! Вдруг пригодится.

Боже упаси!

– Вопрос с Кхагартами открыт. По первым генетическим исследованиям, совместимость женщин Союза с ними стоит под сомнением. Земляне не имеют строгих правил. Их браки могут разрываться. Но в случае образования связи с Тенью научное сообщество на сто процентов уверено, что это приведет к тем же последствиям, что и с остальными иномирцами. Неизбежная привязка и полная зависимость сарфирийца от своей женщины.

Да, что-то такое мы с сестрой обсуждали.

– Итарцы-самцы образуют связь в кругу своего вида чаще принудительным образом, оставляя след укуса на шее избранницы, нанесенный в процессе соития. Если самец возжелал объединиться с итаркой, то ее мнение в расчет берется крайне редко. В Положении закона, о котором вы нам рассказывали, прописано, что иномирным женщинам запрещено навязывать брак подобным образом. Как известно, насильственный брак убивает чародейку после длительного ее выгорания. Это касается всех возможных связей.

– Получается, сарфирийские женщины по-прежнему имеют в Союзе больше прав, нежели остальные?

– Получается. Не только наше экономическое положение держит нас на ведущей позиции в Союзе, но отныне и подобные связи. Это вы должны были мне рассказать, а не я. – Ректор вздохнул. – Расскажите хоть, как образуется брачная связь между сарфирийцами.

– В процессе сношения мужчина должен попросить у избранницы дозволения к покровительству. В положительном результате у женщины на левой руке формируется знак-тату Риша.

– Как вы думаете, на других эта особенность будет распространяться?

– Думаю, да.

– А надо знать. Вы свободны. Результат экзамена узнаете в полдень.

Момент, а два других вопроса? Я вообще сдала?

Минутой позже я покинула аудиторию, охваченная негодованием и страхом. Говорил мне Найтен, учи последний раздел, а я отмахнулась. Кхагартова бездна! Чувствую, вручат мне справку, и буду я лектором в этом же универе. Ага, если не поломойкой!

Выпускники вокруг меня были невозмутимы и с облегчением делились косяками в ответах и реакцией экзаменаторов. Два часа спустя я уже готова была на стену лезть, через три грызть ее. Пребывание в нервном напряжении способствует большему расходу энергии, голод наступил довольно быстро, навевая мысли о сладком горячем Сборе и булочке к нему. Лучше бы сходила в столовую сразу, чем занималась пустым самобичиванием.

Ноги устали, хотелось разуться и избавиться от проклятущих босоножек, скинуть форму и облачиться в любимый традиционный наряд с легким лифом, невесомыми прозрачными рукавами, тонкой мантией и широким поясом на бедрах, прикрывающим самое сокровенное. Было бы не так жарко. Эливэйн до сих пор смотрит на костюм косо. Пребывание на Земле сильно повлияло на ее мировоззрение. А я, как и каждая Чародейка, не стеснялась открытой одежды. Наши фигуры должны радовать мужской глаз, по крайней мере, до тех пор, пока ты свободна и не обзавелась сетом.

Мысли сменяли одна другую, ни одна из них меня не радовала. Страх провала сменился ужасом ожидающего меня положения. Если диплома не будет, не покину Сарфиру. Не улечу, буду и дальше подвергаться давлению…

– Здравствуй, моя дорогая!

Я застыла, услышав будоражащий бас за спиной. Святая Солун, выпрыгнула бы в форточку, да больно высоко падать!

– Я не твоя, – выдала я, чеканя каждое слово.

– А чья? Что-то я не вижу другого кандидата, – ответил Кайрин с усмешкой в голосе. – Может, это наша судьба? Я буду твоим единственным сетом, любящим и заботливым.

– Ты? Любящим?

Я обернулась, встречая холодные голубые глаза, в которых не было и капли теплых эмоций. Лишь голод, дикий и беспросветный. По возрасту Тень превосходил меня в пять раз. Одичал к пятисотлетию, не иначе.

– Если бы это было так, то я бы не искала пятый угол в надежде скрыться от тебя.

Вместо ответа мне грубо всунули в руки букет алых перелеток, источающих головокружительный аромат.

– С выпуском тебя, милая. Совсем взрослая стала. Призываю одуматься и обрести свой угол в моем доме!

– Кахагарта тебе в пару! – фыркнула я и постаралась обойти здорового верзилу.

Наше шипение привлекло много любопытных взглядов. Подобных представлений курс насмотрелся много и ждет с нетерпением следующие, как в любимом сериале. Кайрин преградил мне путь, обхватив массивными ладонями мою талию.

– Меня заводит твое мяуканье.

– Отпусти, шорховскоеcontentnotes0.html#n_4 отродье! – стукнула я кулаком по его плечу, процедив высказывание сквозь зубы.

– Умных слов набралась, я смотрю? – перехватил он мое запястье. – Не подаришь своему герою поцелуй?

Вместо этого он получил "веником" по физиономии. Цветы жалко, они не виноваты, но на щеке Кайрина проступили алые капли из царапин, что оставили шипы.

– Ты не герой!

– Ну почему же? – стер он одну и посмотрел на нее без каких-либо эмоций. – Я так долго за тобой бегаю, дождался твоего возвращения из длительного путешествия, продолжаю одаривать вниманием. В конце концов, именно я получил самое дорогое, что у тебя было.

– Обманом! Игрой на моем доверии и зародившихся чувствах.

– Я помню, как твое юное тело попало в мою власть. Как давно я жажду повторения, такого аппетитного…

В голосе Тени снова проскочили нотки одержимости, а его Тьма потянулась к моей ауре в надежде упиться глотком живительной для нее энергии. Боги! Пошлите мне чудо, иначе меня возьмут прямо в коридоре!

На мое счастье дверь в аудиторию распахнулась, всех выпускников попросили пройти внутрь и занять свободные места.

Выскользнув из-под руки застывшего ухажера, я затерялась среди остальных. Как я выходить отсюда буду, не имею понятия. Может отписаться Найтену? Он на работе. Тогда папе Кейдеону. Второй мой отец тоже на данный момент занят. К слову, у нас мама образовала связь с двумя сетами. А я теперь думаю, что мне и одного много. Лучше прохожу так и умру в одиночестве, но счастливая и свободная! Пока все размещались, я набрала быстро сообщение на киберблоке и отправила его.

– Итак, – начал свою речь ректор. – Вручаем дипломы и даем вам советы на будущее. Замечаний масса. У профессоров сложилось четкое впечатление, что все пять лет вы прогуливали лекции и спали на занятиях. Оставить бы вас на повторное обучение, да нервы жаль.

После этого началось индивидуальное вручение дипломов и… справок. К сожалению, двое бывших студентов не сдали экзамен, что меня сильно встревожило. Как бы не пополнить их ряды.

– Кассиль Снежная, – наконец прозвучало мое имя. – Вручаем вам диплом…

Ура! Я чуть не сорвалась с места от счастья! От нетерпения получить корочку в руки я заерзала на месте.

– Замечания, которые мы не оставили без внимания касаются всех, не только вашу сокурсницу. Новый предмет был введен не по простой прихоти. Межрасовые отношения перешли на новую ступень развития, решая множество проблем. Например, слабоодаренных Теней, которым не посчастливилось встретить пару среди своего вида. Вас убедительно просят внимательней относиться к традициям других народов. Прежде чем вступать с их представителями в брачную связь, взвесте с избранниками все нюансы, чтобы положение полностью вас устраивало. Кассиль, – обернулся вновь ко мне ректор. – Мы знаем, что вы превосходно освоили свою будущую профессию. Практика на Трамптане дала отличный результат, ваши кураторы прислали нам хвалебную характеристику. Лишь потому, что вы потенциально хороший работник, мы выдаем вам диплом. Еще раз повторюсь, не выучили предмет по межрасовому укладу – это ваша личная проблема. За свою жизнь вы сами в ответе. Всех предупреждали не раз, что вопрос новый, актуальный и еще непривычный для общества. Следующему поколению будет гораздо легче, оно вырастет уже в устоявшихся мирах с их нормами, традициями и правилами.

Щеки мои слегка порозовели от стыда. Все же акцент в большей степени был сделан на мне.

– Благодаря вашим практическим заслугам на Трамптане и рекомендации Декана, ответственного за практическую работу студентов, мы даем вам шанс устроиться на работу по распределению. Как вы на это смотрите?

– А куда? – протянула я задумчиво с немалой долей волнения в голосе.

– На Трамптан, – пояснил ректор так, будто это было самим собой разумеющимся.

"Есть!"

По залу распространились легкие завистливые шепотки. Не каждому новичку без опыта работы удается попасть в бригаду профессиональных геологов с большим стажем, к тому же на планету, богатую полезными ископаемыми. Можно подумать, покровительница Чародеек воплотила мои мольбы в реальность?

– Я явлюсь в штаб на распределение завтра же!

– Похвальное рвение. Посмотрим на вашу пунктуальность с утра, после грядущего выпускного вечера.

А кто сказал, что я туда пойду?

После меня дипломы были вручены еще нескольким выпускникам. Пока звучала торжественная речь, я сидела и не могла нарадоваться! В нашей звездной системе вокруг Цереона вращаются три планеты: Маллон, (чудо-планета, фруктовый рай), Сарфира, на которой проживаем мы, Чародейки и Тени, и Трамптан – Ледяная планета, полная богатств, благодаря которым наша раса держит первенство в Союзе. С выручки, что дают нам редкие полезные породы и ископаемые, мы обеспечиваем не только сарфирийцев, но и Союз (спонсирования военных и научно-исследовательских технологий, импорт строительных материалов, универсального топлива, биохимических синтетических матриц и прочего).

Но, несмотря на перспективу труда на ледяной планете, есть много огромных минусов. И прежде всего это жуткий холод, который способен выносить не каждый, и работа в естественных тоннелях и искусственно прорытых шахтах. Трамптан унизан бесконечными ходами, выстраивающимися в опасные лабиринты. Если предстоит рыхлить неимоверно толстый слой льда, то аккуратно, когда дело доходит до тоннелей, крайне осторожно, чтобы не допустить обвалов и тем самым не усложнить себе задачу по добыче ценного материала. По всему этому меня натаскали на практике в летний сезон. На ту пору морозы не преодолевали пятидесятиградусной планки.

Одну волнительную мысль сменила другая. Завтра я предстану перед начальством. А когда я отправлюсь в первый рейд? Поскорее бы. Конечно, мама, сестра и бабушка в восторг не придут от новости, что я так быстро и так далеко улетаю работать. Они снова сочтут мое рвение побегом. И пусть! В конце концов, это правда. Вот наработаю стаж, обеспечу себе долгое безбедное существование, может, и Кайрин отцепится к тому времени.

Кстати, о нем. Народ стал расходиться, а я застыла у кафедры, за которой выступал уважаемый Тень, прижимая диплом к груди. Мой взгляд был прикован к выходу, заставляя гадать, успел ли явиться за мной родитель к этому времени?

Покидала я аудиторию последней, и папа Кейдеон ждал меня снаружи. Мрачный ухажер находился поодаль, в дальнем конце коридора, и метал молнии своим гневным взглядом. Да-да! Я нажаловалась. Вокруг него вертелась Лирта, что-то ему втолковывая с умным видом, но вряд ли Тень уловил хоть одно ее слово.

– Привет, дочурка! – обнял меня отец, потрепав мою золотистую шевелюру.

Мне вот интересно, у всех Теней такая привычка?

– Как прошел экзамен? Тебя можно поздравить?

– Да! Причем дважды! Меня распределили на Трамптан! – Мой голос звучал гордо и твердо.

Насмешливые голубые глаза родного мужчины заставили меня расслабиться и немного отрешиться от реальности. Я безумно люблю всю свою семью.

– Умница! Я тобой горжусь. Едем домой? Тебе, наверное, надо готовиться к выпускному вечеру?

– Разумеется! – ответила я громко, ни на секунду не сомневаясь, что Кайрин нас слышит.

Но как только мы оказались с родителем в аэро-торе, я с облегчением вздохнула и призналась папе, что никуда не пойду, а этот Жиргог пусть теперь меня там караулит. Хоть до утра!

Старший Тень покачал головой и понимающе улыбнулся.

– Я бы на твоем месте не стал пропускать такой вечер. Пригласила бы Найтена…

– Нет, папуль. Найтен сегодня на смене и вернется только завтра во второй половине дня. Эливэйн и Дантон тоже заняты. Я лучше племянницу лишний раз за щечки потреплю и соберу с ней очередной пазл.

Пока я делилась планами на вечер, вытащила из подпорченной прически одну из шпаргалок.

– Кассиль! Что за безобразие?

– Это? – повертела я в руках бумажную гармошку. – Бесполезная ерундовина. Так и не пригодилась. Опозорилась на весь курс! По межгалактическому укладу только я не подготовилась основательно… Ну, и еще пара сарфирийцев.

– Серьезный раздел, между прочим! Даже я его уже освоил, – сурово заявил отец, трогая аэро-тор с места.

– А тебе зачем? Ты же у нас уже связанный брачными узами и на работе тебе иномирцы вряд ли встретятся.

– Никогда не знаешь, что может пригодиться.

Тут он прав.

Любимая племяшка гостевала у бабули, пока сестра и ее сет были заняты делами. Эливэйн время от времени проводила курсы земного языка с Тенями. Чародейкам усвоить его было не сложно. Магия! А вот у мужчин дело обстоит сложнее. Будем надеяться, что в Союзе вскоре новый лингвотрансформатор изобретут. Как только я перешла порог, пятилетнее златокудрое чудо вынырнуло из недр дома и запрыгнуло ко мне на руки.

– Ксюшенька! Ты ведь уже не пушинка. Тетя рискует схлопотать радикулит или сколиоз! – наиграно прокряхтела я.

– Молода еще жаловаться! – навстречу нам вышел Мистиф Ноган, наш семейный врач. – А вот вашей прабабушке снова пришлось прописать спа-процедуры и акупунктуру. Несмотря на ее довольно молодой возраст, так носиться на работе ей уже противопоказано!

Мистиф довольно миловидный светловолосый мужчина, но, увы, дар Тьмы в нем развит очень плохо, и никакие стимулы ему не помогают нарастить силу. Это обстоятельство делает его неприметным среди представительниц прекрасного пола. Чародейки уделяют внимание в большей степени сильным теням. У них и харизма ярче, и дар Тьмы мощнее. Вот для кого новое Положение Закона может сослужить хорошую службу.

– Здравствуй! – улыбнулась я ему в ответ.

– Кася, – потрепала меня за плечи самая младшая чародейка в нашем роду, переключая мое внимание на себя. – А я печенье с дедулей Кейдеоном утром лепила! Бабушка сказала вкусно! А ты попробуешь?

Голубые глазки заглядывали в мои, ожидая ответа.

– Конечно, но только если они уже испеклись! Я, знаешь ли, не любитель сырого теста.

– Конечно, испеклись. Ну ты как глупенькая! – с возмущением стала причитать малышка, надув щечки.

– Ты же сказала "лепили", а не пекли.

– Пойдем уже! Я соберу тебе свой Сбор, – соскочила Ксюша с моих рук и потащила меня за собой, не оставляя шансов на сопротивление.

– А он не горький?

– Ты же такая взрослая, а задаешь глупые вопросы. Добавь сахара побольше и будет сладкий.

Мне нравится над ней подшучивать. Когда из племянницы льется возмущение, она становится похожей на отца, Чезара Дантона Стронга. Чезар – ректор школы теней. Важное лицо на Сарфире. И если маму Ксюша слушает через раз, то к наказам отца относится со всей серьезностью. Папина Дочка!

Несмотря на это похожа она была больше на Эливэйн. Все снежные чародейки блондинки. Цвет волос варьирует от платинового до золотого, и эта внешняя особенность, как и цвет глаз, стабильно передается дочерям. А вот с мальчиками (Тенями) как повезет. Дар чародеек передается по женской линии, сила Тьмы – по мужской.

Вечер я провела в кругу семьи. Мы устроили скромное торжество, и наутро я проснулась счастливая, выспавшаяся и довольная открывающимися передо мной перспективами.

У самого порога меня перехватила мама Ливана и с какой-то затаенной тревогой пожелала мне удачи.

– Мам, все будет хорошо, – уверенно обняла я ее.

– Я не сомневаюсь, девочка моя. Просто это старый страх, снова потерять моих маленьких девочек. Несмотря на то, что вы уже взрослые и впереди вас ждет долгая жизнь, полная загадок и приключений, вы для меня всегда будете малышками. Люблю вас, – пустила она печальную слезу.

– И мы тебя любим, мама.

Эливэйн подошла к нам и обняла обоих. Ее седой локон защекотал мне нос, от чего я чихнула и вызвала веселый смех чародеек.

– Ну, я пошла.

Встретили меня радушно, сразу вручили необходимые документы, заключили договор, присвоили персональный номер и распределили в бригаду, которая должна была отправиться в рейд уже через три дня.

Первый полет прошел блестяще. Ледяные скалы Трамптана вновь предстали предо мной, но на этот раз как перед дипломированным специалистом. На устоявшейся базе, в надежных укрепленных шахтах мы проработали три месяца, после чего вернулись домой и отпраздновали с первой командой мой первый трудовой рейд.

Жизнь начала налаживаться… Но так только казалось…