Перед тем как налетит гроза, обычно наступает полный штиль, так называемое затишье перед бурей. Когда в воздухе висит напряжение, на небе черные тучи, где-то вдалеке гремит гром… те самые мгновения полной тишины и покоя, когда даже птицы замолкают, а вездесущие насекомые прячутся по щелям.

А потом как начнется…

Вот сейчас я чувствовал себя именно так. В таверне звучал смех, с грохотом сдвигались кружки с пенными напитками, громкие разговоры доносились от каждого стола. Пахло едой и выпивкой. Обычный вечер в питейном заведении небольшой деревни, где все друг друга знают, где все друг другу друзья и приятели…

Мимики не нападали, напротив засели с приятелями и беседовали совершенно по-человечески. Хрен ты догадаешься, что это не живые люди, а мертвяки.

Тот, который так подозрительно смотрел на меня, тоже отошел от двери и теперь сидел где-то в углу зала вместе с двумя товарищами-людьми и спокойненько потягивал из кружки кислое вино.

Ну, и ладно. Убить никого не пытаются же.

Интересно, почему в человеческой культуре так популярно число «три»? Наравне с семеркой оно считается волшебным и магическим. Вот откуда это повелось? Рук и ног у человека по две, глаз и ушей тоже пара. Времен года четыре. Пальцев десять…

С чего вдруг пошло мистическое отношение к тройке? Причем это во всех культурах так — три богатыря, три поросенка, три желания, триединый Бог…

Может быть, дело в стремлении стабилизировать жизнь. Система из двух компонентов нестабильна, всегда нужен третий, как ось опоры. Три — это число души: у человека есть тело и разум, но они часто не могут ужиться. Тело требует одного, разум другого — вот и понадобился третий элемент, душа, отсюда все и пошло.

Три богатыря: Илья Муромец — олицетворение тела: сильный, могучий, бесстрашный. Добрыня Никитич — разум, рассудительный, спокойный, знающий. И Алеша Попович — тут даже по прозвищу понятно, что он олицетворяет. Кстати, та же штука и с тремя поросятами, только более прямолинейная. Волк, как олицетворение внешних угроз, легко разрушает и разум, и тело (то есть домики первых двух хрюшек), но душу уничтожить не способен.Да, и три желания от джинна — первое продиктовано желанием плотских утех, второе рациональным разумом, но счастье герою приносит лишь третье, которое идет от души.

Тройка и правда сакральное число для человечества. Причем не только для живых, но и для мертвяков. Даже мимики тройками ходят. Хотя это могли заложить в них создатели… но если они этого захотели, это тоже может быть связано с почитанием тройки.

Так вот, что теперь будет делать третий мимик? Свалит из деревни в поисках сородичей? Или притаится в каком-нибудь доме, выжидая удобного случая сбежать?

По большому счету, мне это уже и неважно. В одиночку мимик не нападет, можно не переживать.

Спускаюсь на первый этаж. В животе после вчерашних передряг урчит так, что крыша в номере подрагивает.

— Зорья, завтрак, — говорю девушке, которая теперь смотрит на меня с большим уважением.

Оно и понятно, слухи о моем бое с мимиком уже по всей деревне разлетелись.

Сижу за столом, потягиваю кислый морс, и тут Зорья ставит передо мной тарелку с запеченным картофелем.

О боги! Что за аромат! Картошка молодая, запеченная в мундире, со сметаной и зеленью и местной острой травкой.

Набрасываюсь на еду…

Кстати, у Антуана в лавке картофеля не было. Я бы заметил…

Расправившись с завтраком, направляюсь к стойке.

— Надо картошки… много, — говорю трактирщику.

— Не наелся, что ли? — удивленно смотрит он на уносящую пустую тарелку Зорью.

— Надо сырой… с собой… — подбираю я слова.

Трактирщик соображает несколько мгновений, затем кивает и с улыбкой исчезает за дверью кладовой.

Вот это будет отлично. Такой запас прямо-таки душу греет. Хотя какой там запас — сколько тут в таверне, три кило этой картошки? Так я ее слопаю за два вечера.

Пыхтящий, как паровоз, трактирщик спиной выходит из кладовки и, крякнув, перекидывает через стойку три здоровых мешка с картошкой.

Елки-палки…

— Это что такое? Куда мне… три?

Трактирщик с усмешкой пожимает плечами — мол, сам просил много.

Если так рассуждать, то он прав. Тем более что мне не самому это тащить… да и запас, как известно, карман не тянет. А трактирщику прямая выгода: денежки, вырученные за картошку, нести легче, чем ее саму.

Аккуратно расплачиваюсь, выходит довольно скромная сумма. Довольный, затаскиваю три мешка к себе в номер. Такой ценный ресурс (для меня, местные без пиетета к картошке относятся), надо сразу в башню тащить. Поразмыслив, решаю оставить в комнате часть вещей — там ничего ценного. Заодно проверю, насколько местный люд порядочен.

Закинув на плечи два мешка, спускаюсь вниз. На выходе из таверны встречаю двух молодых стражников, тех самых, что ночью видел.

— Картошку несешь? — с усмешкой спрашивает меня один.

Второй тычет его кулаком в бок, мол, забыл, с кем разговариваешь, это ж тот таинственный рыцарь, которого мы на стене встретили…

Делаю многозначительное лицо, взглядом показывая юнцам, что их не касается, что я несу в мешках.

Те с пониманием отступают в сторону. За спиной слышно, как они переговариваются. Мне некогда слушать их болтовню, лишь обрывки фраз долетают:

— … на склад идет… богатая добыча… зачем рюкзаки трепать?… в мешках удобнее… меньше вопросов… вот это он добыл всего…

Усмехнувшись, покидаю таверну и топаю к воротам. Знакомые стражники приветственно кивают, что-то говорят, одобрительно усмехаясь.

Видать, решили, что у меня тут неподалеку охотничьи угодья, или как назвать места, куда авантюристы за добычей ходят. То есть теперь деревня их неподалеку от мест, где я достаю артефакты и прочие штуки.

Оказавшись вне зоны видимости для деревенских жителей, призываю двух скелетов.

— Все, самое трудное я сделал — нашел еду, дальше давайте сами. Тащите все к башне.

Два скелета с мешками идут чуть впереди, дальше я налегке и в арьергарде еще один мертвяк — для защиты.

По дороге к башне натыкаюсь на группу зомбарей. Эти движутся к деревне — медленно, неспешно.

Всего двадцать голов, можно бы оставить их для стражи Ядреня — справятся без проблем.

Но я не хочу рисковать. Вдруг эти твари передумают или сейчас по дороге к ним прибьются еще мертвяки? Да и с мечом попрактиковаться не помешает.

Приказав скелетам аккуратно сложить мешки неподалеку, закладываю болт в арбалет…

Первым же выстрелом сношу половину черепа ближайшему мертвяку. В бой бросаются мои скелеты.

Продолжаю стрелять — не собираюсь я лезть в ближний бой, тем более что боеприпасов достаточно…

Мои костяные воины дерутся умело и жестко…

— Моя школа, — констатирую я, когда один из скелетов мощным взмахом меча сносит голову бросившемуся на него зомбарю.

Интересное, кстати, наблюдение, сперва я поднимал скелетов, и сражались они примерно так же, как любая нежить, то есть довольно хаотично пытались прикончить врага. Однако с ростом моего уровня и навыка владения оружием и скелеты прокачались… Хрен знает, дело ли тут в моих приказах, ведь я теперь могу более точно командовать мертвякам, что и как им делать… Или причина в общем поднятии уровня? То есть я прокачаюсь и не только смогу поднимать более сильную нежить вроде мимиков, но и буду управлять скелетами мощнее обычных?

Два десятка зомбарей мы уничтожили за несколько минут.

— Вы двое, хватайте мешки с картошкой, — приказываю я, — а ты пособирай болты из мертвяков, сумки всякие поснимай с них…

Болтами я, конечно, закупился, но транжирить их не дело. Экономия должна быть экономной, тем более цены на болты кусаются.

Подхожу к башне. Тут вроде бы все спокойно — дверь заперта, на пороге никаких следов взлома и чего бы то ни было. Царапины на двери пропали…

— Уф, аж от души отлегло, — с улыбкой поглаживаю дверь, — я уж думал, отметины эти навсегда останутся. А на фига Белле эти шрамы? Шрамы только мужчин украшают…

Прежде чем зайти внутрь, обхожу башню. Дверь восстановилась, и это хорошо, но надо проверить весь периметр — мало ли что.

С восточной стороны замечаю новые повреждения — тут будто кто-то старался прогрызть или процарапать стену — на камне глубокие борозды, один из камней треснул, крошится. Под стеной земля рыхлая, без травянистого покрова…

— Вот же зараза, — нервно оглядываюсь в поисках врага, — не получилось в дверь войти, так решили стену пробить или подкопаться под нее…

А тварь настойчива, не отстает, — возвращаюсь ко входу в башню, — придется в деревне еще задержаться… Лишь бы она меня не унесла потом от родимой Беллы.

Оказавшись в башне и приказав скелетам скинуть мешки, обращаюсь к Белле:

— Белла, Я тут продуктов всяких принес, боюсь, на жаре испортятся. Нужно место для хранения…

Где-то наверху с силой хлопает дверь…

— О, психуешь? Думаешь, я обнаглел, что мне всего мало? Ну, это я понимаю, иногда надо и характер показать… Давай я тоже дверью жахну?

Я уже схватился за ручку входной двери, но вовремя спохватился:

— Да ладно, шучу я, не буду я ничем хлопать. Не хотел тебя обидеть. А то реально выгонишь меня на мороз…

Однако вопрос с холодильной камерой оставался актуален.

— Белл, ну пойми — я тут набрал всякой всячины. Обидно будет, если все испортится…

Я продолжаю говорить с башней, приводя аргументы в пользу создания морозильника. Двери на верхних этажах продолжают хлопать

— Ладно, фиг с тобой, — мне надоелоупрашивать строптивое строение, — не можешь — не делай.

Зря я так…

Острая боль пронзила голову от затылка до макушки, в виски словно кто-то начал вкручивать здоровенные шурупы, челюсти так свело, что затрещали зубы…

Упав на колени, я схватился за голову, чтобы ее не разорвало от боли…

В сознании замелькали странные образы. Мужик какой-то в плаще и с капюшоном дотрагивается до голубого кристалла, кристалл сразу же промораживают руку незнакомца до локтя, мужик орет… затем ледяная стрела вонзается в тело зомби, замораживая труп от пяток до макушки.

Кто-то отстреливается от толпы мертвецов — одного зомби заморозил, второго пронзил ледяным шипом… только все зря — мага смяли числом, на заледенелый пол хлынула горячая красная кровь. Маг последним усилием активировал заклинание, и все зомби в округе превратились в куски льда…

«Это ж все здесь происходило… — корчась от боли, все же подметил я, — тогда еще тут никакой двери не было».

В следующем видении очередной волшебник сражается с мертвецами — в мертвяков летят ледяные иглы и стрелы, из пола вырываются ледяные шипы, насаживая мертвецов, как мух на булавки. Зомбарей много, они уже несколько раз ранили волшебника. Он, понимая, что положение отчаянное, использует артефакт, что висел у него на груди. Лед окутывает его, защищая от атак. Ледяная броня отталкивает мертвецов в стороны, пронзает шипами. Под конец лед светится голубым, поток холода замораживает все вокруг. Зомби застывают на месте, превращаясь в ледяные статуи, но и статуи не стоят долго — от холода они трескаются и рассыпаются в ледяную пыль.

Когда с толпой мертвецов было покончено, волшебник, припадая на одну ногу и держась рукой за кровоточащий бок, выскочил из башни…

Видения закончились…

Пришел в себя я на полу второго этажа, в луже крови, моей крови. Провел ладонью по лицу — на лице тоже кровавые разводы. Кровь шла из носа, ушей, даже из глаз…

Хорошо, что на поясе зелье исцеления. Быстро принимаю лекарство, а затем, достав фляжку, жадно пью. Зелья зельями, но баланс жидкости в организме надо восстановить…

[Системное оповещение: уровень вашего развития не предполагает таких манипуляций. Пожалуйста не повторяйте данный запрос во избежание критических повреждений.]

Ничего себе за хлебушком сходил, как говорится. Откуда ж я знал, что такие вещи, как холодильник, нельзя просить? Холодильник хотел: получай. А Белла же предупреждала, он ж дверями тебе, дураку, хлопала, не лезь, мол, будет хуже… но нет, пристал как банный лист к известному месту.

Видимо, башне для создания таких сложных конструктов нужна основа. Не зря же она мне показала артефакт льда. Значит, для создания морозильной камеры нужен замораживающий артефакт, заклинание какое-то….

Ну, это, кстати, можно устроить со временем, найду или куплю артефакт, и будет тут шикарно. Может, она и не ругалась со мной вовсе, просто хотела объяснить, но не учла мой уровень. И да, судя по предупреждению Системы, выходит, что мы с башней как-то связаны и постройки зависят от моего развития.

Поел плотно, в особенности налегая на скоропортящиеся продукты и сладости. Силы восстановились, не полностью, но достаточно, чтобы не падать после каждого шага.

Картошку оставил на первом этаже, как раз Белла за мое отсутствие сделала типа короба для хранения. Раз с холодильником пока сложности, пусть там лежит.

Потом, поразмыслив, спрашиваю Беллу:

— А если я тебе дам что-то подходящее, чтобы ты благоустроила первый этаж, ты справишься? Вот, например, те кристаллы в металлических держателях, что я принес из охотничьего домика, можешь прикрепить на стены, чтобы они светили… или зачем они нужны?

Белла не отзывается.

Ладно, значит, надо попробовать сообразить самому. Беру один кристалл, оцениваю, выясняю, что они действительно используются как светильники. Держатели нужны для их работы. Они впитывают свет, который падает на стены, а потом переводят его непосредственно к кристаллам. Те предусматривают разные режимы освещения, и, самый большой плюс, они сверхпрочные.

Раз так, можно аккуратно и безбоязненно покидать их в подвал, что я и делаю.

На улице осматриваю принесенные зомби артефакты, сумки, все вещи. Никаких морозных стрел не нахожу, что печально.

Несколько ядовитых болтов из прикупленных у Антуана закидываю в бункер для переработки. Мало ли что из них сумеет Белла сварганить…

Пора в деревню возвращаться. Я бы, конечно, с радостью проторчал в башне еще часика два, отдохнул бы и поспал, но беда в том, что деревня может пропасть, а я еще не все купил и не все изучил. Да и в башне сейчас ночевать рискованно. Кто бы ни скребся в дверь и ни ломал стену башни — явно не с хорошими намерениями пришел… Мы с Беллой пока не готовы к встрече с таким врагом.

— Товарищи. Дела партии снова зовут меня в путь. — трое моих зомбарей внимательно слушают, даже не моргая. — Ваша же задача остается неизменной — собирать в округе все, что может пригодиться: палки, камни, бревна, куски железа. Если находите сумки с артефактами или оружие — точно так же, тащите к башне. После возвращения разберусь со всем. Ударники труда будут отмечены поощрением, те же, кто ленился и филонил, получат строгий выговор с занесением в грудную клетку.

Камни и палки они натаскают. Хотя за столько дней могли уже все перетаскать. Может, пусть носят песок? Ведра им для этой цели сварганить… Хотя что с этим песком делать? Гигантские куличики? Пляж на третьем этаже устроить? Неизвестно даже, что сможет сделать Белла с песком — если она превратит его в камень, то, скорее всего, получится мягкий песчаник.

Если уж эта неизвестная тварь умудрилась хорошие булыжники поцарапать и расколоть, то мягкие породы для нее будут все равно что бумага. Так что нефиг забивать голову себе и скелетам всякими фантазиями. У них есть четкое задание — таскать камни, бревна и железо. Пускай и таскают. А я займусь своими делами.

Возвращаюсь в деревню. Дорога уже привычная, без происшествий. На воротах знакомые лица. Издали узнали, улыбаются…

— Ну что, всю картошку спрятал? — смеется кто-то из воинов, не зло, не с подозрением, а по-дружески.

В ответ лишь улыбаюсь…

— Да ты не обижайся, — выступает вперед пожилой охранник с лихо закрученными усами, — помог ты ночью… силен, один на один с мимиком выскочил и убил гада.

Язык я понимаю все лучше, во фразе лишь несколько слов непонятны, а так я уже ого-го, скоро, может, и сам отшучиваться начну…

В таверне поднимаюсь в свою комнату: мешок картошки на месте, все мои вещи тоже. Значит, местные порядочные люди, а может, после моей вчерашней стычки с мимиком решили, что лучше к такому человеку не соваться — покрошит на жаркое и не заметит. На самом деле оба варианта меня устраивают.

Закинув за спину последний мешок и повесив на плечо сумку с остальными вещами, снова топаю к воротам.

Пока есть время, надо максимально часто бегать от башни к деревне и обратно…

Мое появление снова вызывает смех у стражи.

Кричат что-то, что я частично понимаю, частично угадываю. Типа… Опять картошка? Может, звать тебя картофельным рыцарем? Ты не забыл, что она портится? Или ты уже все съел? С чем ты быстрее справляешься с картошкой или с мертвяками? Куда столько картошки — сгниет ведь!

В ответ на эти вопросы достаю из кармана амулет. Он практически бесполезный, снял с одного скелета — артефакт замедляет рост волос… в носу. Я даже не представляю, на фига кому-то может понадобиться этот амулет, а главное, какой мастер артефактов станет тратить время на создание такой ерунды. Но факт остается фактом — вот он, у меня в руках.

Показываю амулет стражникам:

— Это поможет не испортиться картошке… — с запинкой и улыбкой проговариваю я.

На лицах стражников выражение озорного веселья сменяется уважительными взглядами.

— Артефакт сохранения, — полушепотом говорит кто-то, — это мощно… редко… Сразу видно, успешный церторий.

С удивлением смотрю на вояк.

Цреторий?

Это что такое?

[Словарь аларийского языка

Цреторий (креторий) — устаревшее название людей , посвятивших жизнь поиском артефактов в Мертвых пустошах . Чаще их называют авантюристами, искателями и т. п. — цретории — это те искатели, что сумели раздобыть действительно мощные или дорогие вещи. Кретории — самая почитаемая часть искателей сокровищ. У них нет гильдии или отличительных знаков, нельзя подать про ш ение и стать креторием. Этот титул присваивается неофициально.]

Хм, ладно, креторий так креторий. Пусть хоть горшком называют, главное, чтобы в печку не ставили.

Возвращаюсь в башню с мешком и сумкой.

Так, если с холодильной камерой все сложно, надо позаботиться о сохранности припасов.

— Белла, я надеюсь, мышей ты, как все женщины, не любишь? Их тут нету? — Башня хранит молчание. — Будем считать, что нету. Значит, грызуны не проблема. Но овощи надо разложить, чтобы не гнили.

Скелеты уже принесли к башне несколько досок — более или менее целых. Откуда оторвали — фиг знает, может, забор неподалеку разобрали.

Доски беру, тащу на второй этаж. Так, а еще у меня несколько гвоздей, тех, что я нашел в охотничьей хижине. Эх, молоток бы еще, но чего нет, того нет.

С помощью досок, гвоздей, увесистого камня и чертовой матери мне удалось соорудить нечто вроде ящика для хранения овощей. Туда я, собственно, всю картошку и высыпал.

— Отлично — сверху продует, снизу тоже — так картошечка пару недель точно пролежит… а если начнет прорастать, так я ее посажу. Скелеты ее окучивать будут потом, вредителей собирать, воды натаскают для полива.А я из окна башни на это смотреть буду да указы раздавать… А потом усы отпущу, и пусть батькой меня называют…

Стоп, это меня уже понесло. Картошка есть, и хорошо. Да, среди крупных клубней обнаружилась здоровенная морковка толщиной в половину моей руки… тоже надолго хватит.

Надо скорее закупиться всем, укрепить башню и разобраться с этой странной ночной тварью. Чего уж отрицать, эта башня уже родная. Не представляю, как без нее жить…

Снова деревня Ядрень встречает меня усмешками стражников.

— Если ты снова за картошкой, то я тебя не пущу! — со смехом говорит один из охранников.

— А если не за картошкой, то я тебя не пущу! — подхватывает второй.

Вопросительно перевожу взгляд с одного на другого.

— Проблема? — спрашиваю.

Странно они себя ведут, может, солнце шлемы напекло?

— Не переживай, парень, — подходит усатый страж, — они поспорили, за чем ты снова придешь, за картошкой или нет, вот и морочат тебе голову.

Так, картошки мне уже достаточно.

— Картошка… хватит, — говорю я.

Правый от меня стражник чертыхается и бросает монетку левому, сияющему от радости.

— Вот… выпей за мою удачу, — бросаю серебряную монету правому стражнику я.

Тот ловит серебро на лету, и лицо его сияет от радости:

— Это мы завсегда, мил человек, это мы с радостью.

Ну, а что? Мне деньги сейчас не так нужны. В том смысле, что жизнь дороже серебра или даже золота, поэтому отданные деньги — это не расточительство, а вложение в лояльность.

Просто стражники уже считают меня великим воином и этим самым креторием, но у меня нет уверенности, что, если им взбредет в голову напасть, то я справлюсь с ними тремя. Стражники тренируются постоянно, родились, считай, с оружием в руках. Был бы у меня пистолет, тогда я бы их легко уделал… Если бы они без артефактов защитных были.

В таверне усаживаюсь за свободный стол. Зорья сразу приносит кувшин с морсом и несколько кусков пирога. Начинка внутри мясная, вкусная, но как будто у кусочков разная текстура, наверное, из остатков пекли. Бывает сборная солянка, а мне достались сборные пироги. Сижу отдыхаю, наслаждаюсь обществом, словарный запас пополняю, культурно обогащаюсь, пока время есть, а остается его, как догадываюсь, немного.

Со второго этажа спускается парень, весь в синяках и ссадинах, верхняя часть туловища перемотана бинтами, сквозь которые кое-где проступает кровь.

Парень присел в углу и принялся за принесенную Зорьей кашу. К нему то и дело подходили искатели — кто кружку с пивом на стол поставит, кто полоски мяса, кто кусок сыра…

— Кто это? Что происходит? — ловлю пробегающую мимо Зорью за рукав.

— Рейд неудачный, — отвечает девушка, — еле дошел до нас. Не было б тут деревни — помер бы в лесах.

Из речи Зорьи понимаю, что этот парень вернулся из неудачной вылазки в пустоши. Вернулся чудом — был ранен, но на его счастье, тут Ядрень появилась и он сумел дойти до них. А авантюристы теперь помогают собрату — такая примета.

— Какая еще примета? — удивленно спрашиваю девушку.

— Ясно, ты одиночка, с обычаями авантюристов не знаком… — усмехается девушка, — Все ж знают, что если выжил кто-то в походе и вернулся, надо ему что-то от себя дать — чтобы его неудача на тебя не перекинулась.

Откупаются, значит. Так всегда было — от драконов принцессами откупались…

— Ага, а ты и не знал, потому что одиночкой ходишь, — улыбнулась Зорья, — и картошку таскаешь к себе в схрон….

Видимо на моем лице появилось и удивление, и злость.

Я посмотрел на девушку.

— Не-не-не, я ни при чем, делай что хочешь…

Зорья быстро растворилась среди гостей…

Так, трактирщик, значит, разболтал про мои дела, в частности про картошку. Мужик-то он неплохой, только держать язык за зубами не умеет.

Вот он, как раз за стойкой стоит. Как всегда, протирает ее от разводов и мокрых следов.

Вглядываюсь в мужика пристальнее…

— Гилмо Светов, чего еще ты скрываешь, помимо особой болтливости?

Оценка долго не выдает новой информации, либо действительно ничего нет на него, либо очень хорошо скрыто.

[ОЦЕНКА | ур. 12

Гилмо Светов

Основная черта характера: болтливость

Возможность покупки информации: есть

Судимости: есть

Характер преступления: убийство четырех человек

Место преступления: Дервинт

Срок давности: 17 лет

Прежнее имя: Этерин Газлоу

Примечание: Болтливость в стадии патологии. Если спрашивают о чем-то, то он выдает всю информацию , что ему доступна. Никакие зелья не действуют, заклинания не работают…

Примечание 2: Дело Газлоу — солдата аларийской гвардии, который пребывая в городе Дервинт, убил в стычке четыре человека. К сожалению, один из нападавших оказался сыном главы города. Этерину пришлось спешно бежать из города].

Открыто: 15/32]

Интересный тип. Тут хоть кино снимай. И про детство трактирщиц, которые видят всякое на работе…

Лезть к трактирщику с расспросами и претензиями нет желания. Лично мне он ничего не сделал плохого, людям вокруг, как я посмотрю, тоже, а за болтливость не убивать же его…

Беру пару фараха и подхожу к столу, где сидит раненый авантюрист.

— Тяжелый выдался денек, — с улыбкой обращаюсь я к раненому.

— Неделя… Неделя неудачная, — откликается тот. — Вылазка неудачно началась. Затем в руинах наткнулись на «костяной плетень».

Раненый приключенец поведал мне, что они с группой наткнулись на развалины, только хотели войти, как из дверей выскочили шестнадцать скелетов. Мертвяки сцепились руками, а ноги их двигались синхронно… Когда мертвые срастаются — это называется костяной плетень или костяной забор.

Напал этот плетень на группу, и перебили они почти всех, кроме этого парня. Все припасы и добычу пришлось бросить, а он сам хотел дойти до ближайшего поселения и подлечиться, только на месте, где стояла его деревня, теперь пусто. Оставаться среди руин и сходить потихоньку с ума в планы парня не входило, так что он пошел по тропе, надеясь, что наткнется на людей. Так и случилось, после сильной грозы он обнаружил в лесу группу людей явно не из этих мест. Сил идти дальше у него уже не было, и он потерял сознание. А очнулся тут уже, весь в бинтах, без денег, без провизии, без перспектив…

Несколько минут еще пообщался я с этим бедолагой, выслушивая его истории. Причем истории становились все трагичнее, по мере того как уменьшалось количество пива в кувшине.

Оставляю раненому несколько зелий исцеления и отправляюсь наверх, в комнате подбираю меч для бедолаги.

Спустившись, вручаю ему меч, несколько монет и небольшую сумку.

— Спасибо! — говорит парень, с восторгом осматривая богатства. — Я выпью за твою удачу! Пусть тебе попадаются только тупые и медленные мертвецы…

Ага, значит, и умные мертвецы тоже бывают. Хотя чего это я, вчера ж только одного такого умного еле уделал…

Выпив немного и поболтав, оставляю раненого в одиночестве.

Сам же направляюсь к выходу — пора посетить торговца…

было сложно выбрать, так что пусть тут будут два арта)

В лавке меня ждал сюрприз. Антуана за прилавком не было, стоял похожий на него мужик, только постарше

— Нужен Антуан… торговец, — говорю я, присматриваясь к новому лавочнику.

Тот смеется:

— Если нужен, то удачи тебе, парень!

— В смысле?

— Нету Антуана, уехал… теперь я за него… меня Жоржем звать… Жорж Гируэй, брательник Антуана, получается.

Дальше Жорж рассказывает, откуда он тут взялся, внимательно слушаю, киваю в нужных местах.

Все-таки я неплохо прокачал речь — больше половины понимаю… Вот что значит общение с носителями языка. Ты хоть целыми сутками можешь изучать учебники и всякие там аудиоуроки, но это все фигня без живого общения. А тут несколько дней — и я уже вполне прилично могу изъясняться и понимать местных.

Антуан вызвал брательника по артефакту связи (как я понял), рассказал что и как, велел брать наемников и тащиться сюда. Жорж прибыл, Антуан собрал караван и отправился товар вывозить. Вернется через несколько дней, а Жорж и наемники пока за лавкой присмотрят…

— Брать что-то будешь? Сейчас скидки, так что покупай, пока не разобрали. А пялиться — тут не музей, покупай либо проваливай…

— Присматриваюсь я, нужны кое-какие припасы, — не собираюсь я вестись на подначки этого бизнесмена из подворотни с манерами гопника.

Хожу по лавке, присматриваюсь к товарам. Странно, Антуан говорил, что собирается да уезжает, последнее распродает, а тут вроде вещей прибавилось. Вот например — стойка со странными шлемами, блестящими, только почему-то все с одним рогом и верхушка плоская, по такой меч не соскользнет…

— А это коллекция ночных горшков, — рассмеялся Жорж, заметив мой интерес, — редкие вещи, между прочим…

Вот же черт, только теперь понимаю, что это ни фига не шлемы… То, что я за рог принял, это просто ручка…

И зачем они в деревне то, где все удобства во дворе?

Жорж откровенно ржет…

[ОЦЕНКА | ур. 12

Жорж Гируэй

Профессия: торговец

Возраст: 69 лет

Основная черта характера: предприимчивость

Деловые качества: сильно завышает стоимость продаваемого товара, но при покупке предлагает честную цену .

Место работы: город Фронтьербург ,магазин «Жорж и ко»

Уровень интеллекта: выше среднего

Уровень красноречия: высокий

Образование: Аларийская Королевская Академия

Факультет: торговли

Принадлежность гильдии: Аларийская гильдия торговцев

Дети: Агнес и Майло

Супруга: Серафина Суэт

Братья: Антуан Гируэй

Магический потенциал: низкий

Характеристики: азартен, предан делу, пойдет на все ради семьи, торговец в третьем поколении, любит торговаться

Любимый напиток: темное пиво «Око сглаза»

Хобби: азартные игры (карты, кости, ставки на скачках)

Примечание: как старший сын , унаследовал дело от отца, вместе с крупной суммой денег, которую сумел приумножить. С детства в конкуренции с братом.]

М-да, много всякого ненужного, конечно, оценка выдает. Хотя, как сказать — не нужного. Все может пригодиться, главное знать, как использовать. Зато понятно, как работает Жорж — сначала ведь посетители магазина приходят продать добычу. Жорж дает за нее справедливую цену, посетитель расслабляется и потом нормально воспринимает высокую цену, когда хочет что-то купить…

— Слушай, я ж тебя знаю! — восклицает вдруг лавочник.

Вот это мне не нравится, откуда это он меня знает?

— Ты же вчера с мимиком сражался? Верно? То-то я думаю, похож на того, про кого слухи по деревне ходят… не трех метров роста, конечно, и молнии из глаз не пускаешь, но это уже выдумки… а еще брат рассказывал, что ты заходил, сказал, роешься в этом барахле.

Жорж кивнул на отстойник.

— Ройся на здоровье, Антуан сказал не мешать тебе, — улыбается Жорж.

Ох, знаю я таких улыбчивых, впарят какую-нибудь фигню, а потом с них и взятки гладки…но ладно, поиграем по его правилам.

Действительно начинаю копаться в сундуке с зельями. Там ничего нового и интересного, все, что можно, оценка показала, но для вида присматриваюсь к зельям, взбалтываю, смотрю на свет, с одного даже пробку скрутил, понюхал…

Жорж тем временем болтает без устали, мол, среди этих зелий попадаются настоящие сокровища, но это редко бывает, лично он бы не стал ставить на такой расклад.

— Но ты копайся, а когда надоест, подходи, покажу кое-что ценное, где можно рискнуть и стать победителем…

— Какой риск? — спрашиваю я.

— Я бы сказал, тридцать к семидесяти, в твою пользу, естественно, — ответил лавочник.

— Интересно, — говорю я, — показывай, что там у тебя.

Жорж выкладывает на прилавок несколько книг в черных обложках, на форзаце каждой слово «Гримуар».

— В курсе, что это? — прищурившись, смотрит на меня торговец.

— Догадываюсь, — уклончиво отвечаю я.

— Тут могут быть тайные знания, древние рецепты, карты или заклинания… а может, книга убьет тебя, когда ты ее откроешь — тут как повезет. — Жорж смеется.

— Да уж, интересный ты человек.

Три книги, на вид прямо-таки артефакты из фэнтези.

На обложках инкрустация из камней и металла, какие-то непонятные символы…

— Пять золотых за каждую, — объявляет цену Жорж и, увидев мое вытянутое лицо, добавляет: — А чего ты хочешь? Это ж тайные знания, они задарма не бывают…

Вот, зараза, и не поспоришь…

Повозиться с книгами пришлось довольно долго. Жорж уже зевать начал, пока я рассматривал фолианты и так, и эдак. Примечательно, что на каждой книге внизу обложки есть небольшая выемка с шипом. То есть для открытия требуется кровь. Прокалываешь себе палец шипом, и книжка открывается. Я, конечно, этого не делал.

Наконец оценка начала выдавать информацию.

Так, понятно, все три книги нельзя просто открывать — сразу ласты склеишь.

Первая книга — пустышка. В ней нет никаких заклинаний. Создал ее, но не пользовался адепт школы некромантии Базилиус Передин. Создал, наложил защитные убивающие чары, чтобы никто, кроме него, гримуар открыть не мог, а потом либо забросил книгу, либо потерял, либо сам помер… Короче, туфта. Только туфта опасная.

[Оценка | ур. 12

Гримуар Базилуса Предина

…

Количество заклинаний: 0

Защита от несанкционированного прочтения: да (смертельное проклятье)

Время срабатывания защиты: 15 минут

Попыток несанкционированного прочтения: 7

Дата последней попытки: 9 дней назад

Последняя жертва: Живан Ячменин ]

То есть хитрый лавочник, впархивает эту книжку за пять золотых, потом книга убивает покупателя, и Жорж просто забирает товар. И волки сыты и овцы целы. Надеюсь, он таким способом у себя промышлял, а не здесь. Иначе придется плохо подумать про Антуана. Хотя, успокоил я себя, если они с братом конкуренты, то, возможно, методы одного другому совсем не нравятся.

Отобрать бы у него эту книжку да по башке ей настучать, чтобы неповадно было людей гробить. С другой стороны, он же сразу предупреждает, что фолиант может убить, так что покупатель приобретает ее на свой страх и риск… И доказать его злой умысел нереально. Моя оценка тут явно не поможет.

Ладно, меня не касается, как они тут дела ведут. Главное самому не попасть в такой переплет.

Дальше второй гримуар.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Гримуар Кровавого жертвоприношения

Тип: книга

Класс: магический фолиант

Возраст: 666 лет

Владелец: Кровавый ковен (для использования необходима метка ковена)

Автор: Носферус Рато (магистр ковена)

Заклинание: Метка

Уровень заклинания: Высокий

Сведения о заклинании: Метка позволяет заклинателю чувствовать, где находится отмеченный человек.

Примечание: в зависимости от уровня магической силы птенцы ковена могли не только чувствовать где носитель метки, но и создавать карту для определения местоположения носителя.

Из-за сложности заклинания Носферус создал кодовое слово для птенцов.

Слово активации: Ностра ]

Так, а это уже интересно…

Третий гримуар вообще странный, оценка показывает, что никаких заклинаний там нет, книга предназначена для того, чтобы убивать и собирать энергию… и нафига она мне?

Хотя… Стоп! Собирать энергию? Так это то, что нужно! Есть у меня идея.

Десять золотых, черт, да за такие деньги Жорж мог бы всю деревню купить, еще и сдачи бы дали…

Пришлось продать ему все, что я с собой принес из башни, да еще сверху своих денег докинуть…

Конечно, не только книжки я взял, я ж не ботаник какой-то.

Продукты, все, что были, тоже забрал: мясо лишним не бывает, хлеб опять же. Отдельно порадовали засушенные овощи в мешочках. В кипятке потом размочить — и вот тебе хоть суп, хоть рагу — надо меню максимально разнообразить, а то привыкнет желудок к одной и той же пище и буду потом с несварением мучиться…

На стойке с доспехами присмотрел себе кожаный наруч. Вещь, кстати, очень полезная, особенно если щита нет. Наруч как влитой сел мне на предплечье. Теперь, если зомбаря придется на руку принять, он зубы обломает о защиту. Стальные доспехи я даже не рассматриваю — слишком тяжелые и громоздкие, это для настоящих воинов. Авантюристам и искателям сокровищ важнее мобильность, легкость и бесшумность, тут кожаные доспехи самое то.

Еще набрал всяких отваров — не магических, считай просто чай, а то утро без чая — это не утро… Кофе я тут так и не встретил.

Опять же копья, глефы, алебарды не беру — неудобно таскать с собой, да и навык обращения с ними нужен.

Набив рюкзак снедью и подхватив книги под мышку собираюсь уходить.

— Стой! — восклицает Жорж. — А ты тут книжки не попробуешь открыть?

— Зачем? — с подозрением смотрю на лавочника.

— Интересно же! — всплескивает руками лавочник. — Давай открывай, я, может, хочу стать свидетелем, как ты получишь огромное могущество.

— Ага, или помру тут, а ты все товары заберешь, — сквозь зубы отвечаю я, — нет уж, я книги открою, когда мне надо и где мне надо. А если будешь настаивать, посчитаю это за нападение. Мимика я вчера завалил, так что с тобой и твоими наемничками справлюсь… я понятно выразился?

— Ферто, ферто! — С лица Жоржа мгновенно слетела ухмылка и вся кровь схлынула куда-то в район пяток. — Ки пралисте, ти бабене ла титче.

«Конечно, конечно, — переводит мне фразу оценка, — кто купил, тот решает, как распоряжаться».

Вернувшись в свою комнату в таверне, продолжаю изучать гримуар, тот который дает заклинание.

Интересно, почему он называется «Кровавое жертвоприношение»?

Провозившись минут пятнадцать, выясняю почему. Заклинание не действует бесплатно — каждое применение требует миллилитров сто пятьдесят или двести крови. Кровь переходит в магическую энергию.

Ну, это нормально. Кровопускание даже полезно — клетки спинного мозга начинают вырабатывать новые кровяные тельца, это помогает обновлению организма…

Активирую гримуар:

— Ностра, — произношу я и прикладываю палец к шипу.

Почти не больно, по крайней мере не так, как с башней общаться.

Легкое головокружение, потом мельтешение каких-то темных образов в сознании: пещеры в свете факелов, длинные высокие фуры в черных плащах, бледные, словно обескровленные лица с ярко-красными губами и черными глазами…

Все. Больше никаких изменений. Сработало? Непонятно.

Вроде как я теперь знаю, как это заклинание использовать, но надо будет проверить… утром.

Спустившись в общий зал, сразу вижу израненного бедолагу. Выглядит получше — бинтов меньше, раны подзатянулись. Видать, зелье мое подействовало.

Беру кружку пива, миску с похлебкой и направляюсь к нему:

— Держи, друг, подкрепи силы. В город же собираешься? Так они тебе понадобятся…

Хлопаю парня по плечу и тут же активирую заклинание. На ладони появляется только мне видная руна. Сосредоточившись, напитываю ее силой, при этом голова слегка кружится — значит, кровь взята. Руна с ладони перебирается на плечо парня и остается там. Она отчетливо видна даже через бинты. Видна только мне, больше никто не обращает на метку внимание.

Снова поднимаюсь в комнату. Что дальше? Что-то я не ощущаю никаких изменений. Нет у меня знаний, где и кто сейчас находится.

Может, я слишком близко к метке? Или поспать надо?

Там говорилось о карте, которую вызывать можно… надо попробовать.

Поднимаю руку ладонью вверх, закрываю глаза…

Надо сосредоточиться, представить карту…

Перед внутренним зрением вспыхивает цепочка рун, некоторые горят ярко, другие еле различимы.

Так это ж типа головоломки, в которой надо проводки соединять или трубы. Мне такие попадались среди компьютерных игр. Вот тут надо руны чуть напитать силой, тут, наоборот, чуть забрать, здесь соединить, чтобы получился замкнутый контур. Хорошо, что у меня в школе по физике пятерка была, да и в институте я лекции по электротехнике не прогуливал…

Провозившись минут пятнадцать, я смог создать магическую цепь с замкнутым контуром и с самоподдерживающимся питанием.

— Есть! Получилось… — Открыв глаза, вижу на ладони миниатюрную карту.

В центре карты точка с цифрой «1» и стрелка, указывающая направление. Куда бы я ни отводил руку, стрелка показывает на человека…

— Шикарно!

Переночевал я в таверне, а утром вернулся в башню.

Осмотрелся, порадовался.

Кристаллы-светильники, которые я покидал в подвал, аккуратно размещены по стенам вместе с держателями и смотрятся не хуже факелов или канделябров. Сейчас они не горят, я вижу с помощью оценки, что при дневном свете они не работают, наверное, для экономии. Потом потренируюсь усиливать их мощность или, наоборот, гасить. А то кто знает местную нежить, может, она, как насекомые, на свет лезет.

— Белла, спасибо, ты меня тут не подвела, теперь у меня для тебя есть еще кое-что особенное. — Достаю из рюкзака гримуар для поглощения энергии и бросаю в подвал…

Стены башни заходили ходуном, пол под ногами задрожал. От вибрации я на ногах не устоял…

— Полегче, дорогая! Не нравится — выплюнь! Не надо тут помирать или на части разваливаться! Выплюнь эту дрянь, а я ее потом закопаю подальше или в речку выкину. Хотя нет, в речку не буду — мало ли, загажу водоем, и там трехглазые рыбы водиться начнут…

Вибрация прекратилась.

— Белла, ты больше меня так не пугай, — обращаюсь к башне, — а я больше в тебя такую дрянь запихивать не стану, по крайней мере без твоего разрешения.

Что же это за книга? А если б я ее действительно закопал? Она могла бы всю местность отравить? То есть я бы утром вышел на улицу воздухом подышать — а тут ни травы, ни деревьев?

Ладно, буду осторожнее. Главное, что с Беллой все в порядке…

Весь день занимаюсь бытовыми делами — зомбари натаскали к башне гору камней, веток и другого материала. Все это под моим чутким руководством они загружают в подвал башни. Была бы, что ли, формула, чтобы высчитывать количество материала, таблицы всякие, но чего нет того нет. Все только на опыте придется узнавать…

Вторую половину дня посвящаю записям. В черный блокнот вношу данные о товарах и ценах, обо всем, что узнал за эти дни… Так лучше запоминается, а зелье памяти активируется именно от интенсивной умственной работы— чем больше знаний воспринимаю, тем лучше запоминаю… Это и без магии действует, по большому счету.

Над блокнотом я просидел до самого вечера, столько было информации, я уснул, даже не заметив этого.

Проснулся среди ночи. Резко, будто кто-то в бок пихнул.

Снаружи снова слышится смех, звуки какие-то непонятные, то ли в дверь скребутся, то ли кто-то ржавый меч точит…

— Да ладно? Опять эта хрень? Не надоело?

Осторожно выглядываю из окна — как назло, ночь безлунная, звезды за облаками спрятались. Не видно ни зги.

— Да как же это задолбало уже!

Беру арбалет и выпускаю огненный болт к подножию башни, туда, где дверь.

Огненный гриб должны были видеть, наверное, даже в деревне. Меня отбрасывает от окна волной горячего воздуха.

Сквозь грохот слышу смех…

— Елки-палки, это ж чё за тварь ко мне ходить повадилась, что ей даже такие атаки нипочем?

Ночь прошла хреново — выспаться не получилось. С другой стороны, — не могу ж я в деревне жить? В конце концов, башня — это мой дом, и я сумею его защитить.

Утром проверяю дверь — цела, но перед входом приличная воронка от взрыва и больше ничего. Ни крови, ни когтей, ни чешуи, ни перьев… Оценка на следах в очередной раз не срабатывает.

Приказав скелетам забросать яму, поднимаюсь на третий этаж.

Там рядом с постаментом, над которым парит сфера энергии, теперь стоит еще один…

— Вот тебе и раз.

Над постаментом кружится в воздухе черная книга.

[ОЦЕНКА | ур. 12.

Книга поглощения

Тип: артефакт

Класс: магический

Вид: измененный

Назначение: сбор эманаций смерти

Возраст: 1 день

Примечание: эманации смерти получают все, кто отнимает жизни или работает с некроматериалом . Эманации пагубно влияют на живую материю. Накопление эманаций происходит , как правило , медленно. Обычный человек за всю жизнь даже не замечает этой энергии. К тому же первичные эманации могут быть сняты простейшими действиями — молитва, ритуал очищения, проточная вода. Однако для тех, кто постоянно работает с нежитью , накопление эманаций смерти губительно и может привести к разрушению тела, разума и души.

Способ активации: необходимо приложить руку к сборщику, чтобы передать эманации в накопитель.

Количество накопленной энергии: 10

Открыто: 7/18]

Прикладываю ладонь к книге.

— Елки-палки! — С руки в книгу и правда перетекает мерзкая темная жижа, будто нефть с вкраплениями красных точек.

Снова смотрю на книгу — теперь количество энергии — 60.

— Ни хрена себе, это я, получается, тут заражаюсь, а сам про это и не в курсе? Это что-то типа радиации?

Так вот о каком очищении болтали авантюристы в таверне! А я-то думал, чего это они все такие религиозные? А они просто практичные и знают, с чем дело имеют…

Если у меня есть теперь такая штука, значит, я вытянул золотой билет. Очищаться можно прямо на дому…

Теперь бы понять, чего с этой темной энергией делать. Хорошо бы ее направить на тварь, что повадилась ночами под дверью колобродить…

Деревня не вечно тут будет. Пора уже дать отпор незваному гостю… И я знаю, как поступлю.

* * *

Нельзя вечно сжимать пружину, рано или поздно она распрямится и так долбанет, что мало не покажется.

Так и с людьми: нельзя вечно давить на человека. Каким угодно способом… Как бы враг ни был уверен, что сломил его волю, — это иллюзия. Рано или поздно человек распрямит плечи и ударит в ответ.

Именно это и сделало человека главенствующим видом в моем мире. Не речь, не развитый мозг, не прямохождение, не труд… только уникальная способность распрямляться, даже под огромным давлением…

Сколько история знала подобных примеров? Иудеи сумели вырваться из египетского рабства, народы Европы поднимали кровавые революции против власти охреневших от безнаказанности дворян и тащили королей на плахи…

Крестьяне сжигали помещиков, рабы поднимали восстания, от которых содрогались империи.

Изможденные узники в лагерях голыми руками ломали заборы, уничтожали охрану, шли на огонь пулеметов и побеждали…

Человек не может жить в вечном страхе — он поднимет голову, и страх уйдет.

И мне тоже надоело трястись каждую ночь… Надо дать отпор неведомой твари, что повадилась мне гадить под дверью. В конце концов, это мой дом…

Естественно, я не буду бросаться очертя голову в ночной бой навстречу неведомому чуду-юду. Бесстрашие и безрассудство — это разные вещи.

Я дам отпор непрошеному гостю, но по плану. Первым делом следует подготовиться, закупить в лавке все необходимое, устроить твари теплый прием, а потом по заветам Кевина Маккалистера и Арнольда Шварценеггера устроить твари такую взбучку, чтобы неповадно было честных людей доставать…

Утром я уже в деревне. Сижу в таверне, завтракаю яичницей и местным хлебом. В комнате наверху три мешка с товарами на продажу. Сейчас незачем экономить, продам и скуплю все, что может пригодится. Тем более Жорж предлагает справедливую цену при покупке, а в деревне, судя по всему, скоро людей не останется.

Когда я вошел в Ядрень утром, то сразу заметил, что на воротах убавилось стражников, на улицах прохожих почти не видать, зато прибавилось пустых домов…

Другого шанса посетить торговца у меня, возможно, и не будет. Да и тварь с каждым разом становится умнее или наглее. Сначала в дверь ломилась, потом начала искать слабые места в стенах.

А вдруг она утром не свалит, а я дверь открою в одной пижаме с кружкой чая? Выйду на крыльцо, чтобы утреннюю газету взять, а тут мне раз — и голову откусят… Нет, я не согласен.

Глазок в двери сделать не получается — видимо, уровня моего недостаточно или Белле не хватает каких-то материалов — стекла возможно, хотя песок то я в нее засыпал… Есть, конечно, склянки от зелий, только они ведь не из того стекла, которое подходит для оптики.

Можно проделать смотровое окошко над дверью, конечно. Но этот вариант мне кажется уж совсем ненадежным. Дверь защищена магически или еще как, опять же там есть ручка… а вот сделаю я еще окно — это ж новый способ проникнуть в башню… нет, тоже не пойдет.

С завтраком я покончил, сижу, потягиваю кислючий напиток. Привык я к нему, уже даже вкусно… прикидываю, чего можно у Жоржа прикупить для обороны, для жизни, для комфорта.

Может, и правда ночную вазу взять? Канализацию в башню провести пока не получится…

Затем мысли снова перекидываются на деревню… с одной стороны, плохо, что она пустеет, но и в этом есть выгода. Брошенные дома, укрепления, мебель — куча ресурсов для Беллы. Сейчас моим зомбарям приходится рыскать по всей округе в поисках камней, дерева и железа, а когда в деревне никого не останется, можно будет ее всю перетаскать, по кирпичику, по досочке. Если телеги останутся, я мертвяков запрягу — не в руках же им таскать все…

От этих мыслей я приободрился — вот что значит практический подход. Там, где дурак видит препятствие, умный видит возможность…

С улицы раздается шум, крики, топот ног…

— Что там происходит? Опять атака мертвяков? — Я деловито встаю из-за стола и выхожу на улицу.

Местные жители бегут в сторону ворот.

Пойду погляжу, что там за мероприятие…

В ворота деревни, перекошенные и с дырами из-за атак зомби, врывается отряд всадников. Внушительный отряд — человек тридцать или даже сорок. Причем это явно не купцы, не остатки каравана. Всадники одеты в одинаковую броню, плащи на них одного цвета — сине-фиолетового, на щитах и плащах один и тот же герб — три звезды над восходящим солнцем. Явно же служат одному господину…

От увиденного я подохреневаю. За все время в этом мире я еще не видел столь крупного конного отряда. Даже возле храма квазаров были больше пешие воины, всадников и десятка не набралось. Оно и понятно — только очень богатые лорды могут себе позволить содержать большой конный отряд.

Из-за пыли, что подняли копыта всадников, из-за неожиданности их появления я не сразу замечаю, что отряд то не в лучшем состоянии. Кони явно уставшие, глаза бешеные от страха, с поводьев падает желтая пена. Да и сами воины — кто придерживает раненую руку, кого-то и вовсе к седлу привязали, чтобы не свалился, иные кони без седоков. В конце кавалькады двое воинов перекинуты через седла, как мешки с картошкой. Досталось им от кого-то…

Всадники галопом добираются до таверны и кружат на пятачке перед зданием, успокаивая коней.

Наконец пыль оседает, и воины начинают спешиваться, снимать шлемы с пыльными поломанными перьями на шлемах. Под шлемами усталые лица в синяках и кровоподтеках.

К таверне приводят старосту. Светольд выглядит еще более усталым и изможденным, чем когда я его видел в последний раз. Ходить самостоятельно он уже не может и стоит, опираясь на плечи двоих крепких парней.

— Кан кэр плесидо? — Высокий всадник приказным тоном обращается к старосте. — Тэу примарио? Вретио меле виллинтео?

«Что это за место? Ты главный? Откуда здесь деревня?» — быстро подсказывает оценка.

Светольд, мужик явно опытный в общении с подобными типами, понимает, что права сейчас качать не стоит.

Староста рассказывает вояке, что деревня называется Ядрень, переместилась недавно, а раньше располагалась неподалеку от города Дервинт.

— Ясно, — кивает всадник и наконец снимает шлем с высоким плюмажем.

По толпе деревенских женщин пробегает вздох. Оно и понятно, под шлемом настоящий красавец — золотые локоны падают на плечи, широкий мощный подбородок, голубые глаза, твердые губы, прямой нос. Прямо принц из сказки…

— Я сэр Пауль Шэймер, вассал барона Гастона Морнстара, — воин коротко отбрасывает со лба волосы, чем вызывает еще один вздох восхищения у женщин, — в этих местах мой отряд был по поручению барона, но мы столкнулись с превосходящими силами мертвецов. Нам нужны припасы, ночлег, помощь лекаря.

Светольд объясняет сэру Шэймеру, что в деревне есть лавка с товарами, таверна, припасов негусто, ведь многие уехали, но пока еще провизии хватает.

— Хорошо. — Рыцарь кивком головы приказывает своим людям занимать таверну. Всадники привязывают лошадей у коновязи и направляются в таверну. Из дверей выскакивают последние посетители…

Мест в таверне на всех не хватит, это очевидно. Значит, будет выселение, а у меня там, между прочим, ценные вещи.

Заселение отряда проходит не слишком быстро — все-таки многие всадники ранены, их приходится заносить на руках.

Вся эта суета занимает почти час, наконец все располагаются, значит пора зайти внутрь и узнать о судьбе моих пожитков.

— Ты уж извини, — трактирщик Гилмо виновато разводит толстыми волосатыми руками, — спорить тут не выйдет. Всех выселили… но ты не переживай, вещи твои никто не тронул. Они в чулане у меня за стойкой. Законы сейчас не особо действуют, даже законы гостеприимства, сам понимаешь, после перемещения выбор у нас невелик.

Понимающе киваю. Действительно, что могут сделать местные против отряда профессиональных военных? Даже если бы в деревне оставались все жители, сорок всадников могли бы вырезать всех и даже не запыхаться, что уж говорить о теперешнем положении — тут, наверное, и ста человек не наберется. Все понимаю, беспредел — он везде беспредел, что в рыцарские времена, которые не очень-то рыцарские по отношению к простым людям, что в двадцать первом веке…

Забираю добро из чулана и направляюсь в лавку. Мешки тяжелые и громоздкие, без скелетов несподручно их таскать, но ничего, радует, что за все это добро Жорж заплатит честной монетой.

В лавке ажиотаж — пятеро всадников в уже почищенных от пыли доспехах стоят у прилавка. В руке одного из них пергамент, видимо список покупок:

— Болты арбалетные — двести штук, — зачитывает пункты из списка боец, — простых, бронебойных, взрывных, ядовитых. Одеяла походные — пять штук, котлы, вертел и распорки к нему, десяток чаш для питья…

Да уж, неплохо им досталось. Видать, потеряли кого-то из отряда или в такой спешке драпали, что основное снаряжение бросить пришлось.

Жорж выглядит довольным. Еще бы, они с братом не ожидали, что после перемещения деревни у них бизнес попрет… сначала я им выручку делал, теперь военные, которые и платят полновесным золотом, и торговаться не будут.

Жорж называет цену, и боец, и правда не моргнув глазом, бросает на прилавок мешочек с монетами, который мгновенно исчезает в руках торговца.

Ох, Жорж, прожженный ты делец. Я заметил, что всадникам цену на некоторые вещи он назвал ниже, чем та, за которую продал их мне. Понимает, что с этими парнями лучше не играть в игры…

Вояки уходят, пора заняться делом.

Набираю зелий — лечебных, все, что есть, восстановительные, для защиты, амулеты тоже беру — их тут немного, но на безрыбье, как говорится… провизию, все, что осталось после всадников, тоже покупаю — они себе еще найдут, а у меня других магазинов рядом нет.

В полупустом шкафу обнаруживаю набор инструментов резчика по камню. Накупаю еще кучу барахла уже не для себя, а для башни. Это все не потому, что мне деньги ляжки жгут и не терпится их потратить. Нет, конечно, все это мне надо для моих планов.

Затем вываливаю на прилавок содержимое мешков — тут и предметы домашней утвари типа тарелок, вилок, ножей, и рукояти мечей, стальные украшения с окон и стен, несколько флюгеров с крыш зданий, камешки всякие цветные — вроде полудрагоценные, еще что-то старинное, но для меня бесполезное. Мечей охапка — тоже древние, но простенькие, без магии и особых свойств…

— Хлам… барахло… мусор, — Жорж перебирает лежащие перед ним предметы, — и сколько ты за этот мусор выручить хочешь? За то, чтобы я это забрал, тебе еще, может, доплатить придется…

— Не городи чушь, — спокойно отвечаю торговцу, — вот эта рукоять, ей шестьсот пятьдесят лет, одна стоит дороже чем вся твоя лавка…

— Не шестьсот пятьдесят, а всего двести, — отвечает лавочник

— Ну пусть двести, все равно она чего-то да стоит. — Я не собираюсь сдаваться, но и не напираю. Лавочник, вполне возможно, не пытается меня нагреть, а сам искренне заблуждается. В таком случае человека разубеждать — только ссориться. Ведь я не могу сослаться на свою оценку как на доказательство.

Жорж свою точку зрения тоже не доказывает и тоже не хочет уступать.

Торговались мы довольно долго. Торговец явно не ожидал от простого приключенца таких навыков. Обычно авантюристы долго не торгуются и принимают назначенную цену.

Не в этот раз, Жорж, не в этот раз. Я цену своих вещей знаю, и себе цену тоже знаю. Халявы не будет…

Наша с ним торговля достойна того, чтобы о ней слагали легенды, об этом акте коммерции менестрели должны песни петь…

В итоге Жорж прятал под стойку все, что я принес, а я собрал в кошель горку золотых монет.

Раскрасневшиеся, усталые, но вполне довольные друг другом и собой мы с торговцем распрощались на пороге лавки.

Теперь можно и в башню возвращаться. Сейчас выйду за ворота, свистну скелетов, кину на них мешки с покупками и домой. Надо заняться своими делами.

Резкий звон колокола вырвал меня из мыслей о противостоянии с неведомой тварью.

— Черт, что еще за напасть? — До таверны я не дошел всего десяток шагов.

На улицу повыскакивали жители деревни, из дверей и окон таверны высовывались головы воинов.

— К оружию! К оружию! — неслись крики от стены.

Народ, быстро вооружившись, бежал к стене. Всадники, надо отдать должное, тоже мчались к воротам, на ходу проверяя, легко ли вынимаются из ножен мечи, взводя арбалеты.

Понятно, уйти не получится. Ни дня без драки.

Хорошо, что до таверны недалеко, а то не хотелось бы в битву тащить золото и мешки с товарами.

Заскакиваю в таверну и быстро складываю мешки в чулан за стойкой, поколебавшись, оставляю там же кошелек с золотом. На шею цепляю защитные амулеты, только что купленные в лавке, и отправляюсь к воротам. На стенах уже все, кто может держать оружие.

Оказавшись на вершине, вижу, что все пространство перед воротами заполнено ордой оживших мертвецов. Тут и зомби, и скелеты — все разной степени свежести, вернее старости… С оружием и без, кто-то в старых латах, кто-то в простой крестьянской одежде. Доспехи, кстати, очень редко повторяются — либо мертвяки тут из разных краев, либо кто-то или что-то перебросило к стенам деревни кладбища из самых разных уголков этого мира.

— Не ваши преследователи? — обращается кто-то из стражников к командиру всадников.

Шэймер лишь досадливо дергает плечом.

— Занять оборону! — зычно командует всадник. — Арбалетчики, товьсь!

С таким голосом хрен поспоришь. Мне и самому захотелось вытянуться в струнку, взять под козырек и схватиться за арбалет. Потом ждать приказа и умереть за лидера…

Хренушки, помирать я не собираюсь, ни за Шэймера, ни за барона, ни за деревню, ни за кого бы то ни было. Но пострелять готов, тем более что мои навыки тоже неплохи.

Так что спокойно вскидываю арбалет и, не дожидаясь приказа рыцаря, начинаю методично всаживать болт за болтом в головы мертвяков.

С десяток я уложил. В это время арбалетчики под командованием Пауля произвели несколько залпов. Что и говорить, одновременный выстрел из двадцати или даже тридцати арбалетов производит впечатление. В рядах мертвецов будто просека возникает… Эффектно, но по эффективности без разницы — одновременно стрелять или вразнобой. Живых такая слаженность могла бы деморализовать, а мертвым все равно, они как перли на стену, так и прут. Сдержать эту лавину арбалетными болтами нет никакой надежды. Все решат мечи и магия.

Точно, чего это я простые болты использую? Сейчас действительно экономить нет смысла…

Взрывной болт срывается с ложа и влетает в голову зомбаря. Та вспухает огненным взрывом, раскидывая мертвяков в радиусе десяти метров.

— Вот это дело! — слышатся радостные вопли со стены. — Надо еще!

Шэймер приказывает использовать взрывные снаряды, и пространство за стенами окрашивается оранжевыми всполохами. Земля содрогается от взрывов, ошметки гнилой плоти и осколки костей летят в разные стороны.

Я продолжаю выпускать болты один за другим, рядом со мной встают знакомые стражники, тоже с арбалетами…

Спустившись на первый этаж, подхожу к двери. Слева от нее из стены торчит рычаг. Когда я засыпал, его не было… Отлично, получилось у нас с Беллой. Надо только надеяться теперь, что все сработает так, как я и задумал.

Дверь сотрясается от ударов.

Ладно, давай поиграем…

Начинаю колотить в дверь в ответ.

— Давай, это все, на что ты способно? — Бью ногой в дверь с расчетом взбесить тварь снаружи.

Получается: снаружи вместе со смехом раздается вой, визг, низкий рык, полный злобы и жажды убийства.

— Покричи мне еще! — рявкаю в ответ. — Что ты за тварь такая? Всего-то дверь, а ты ничего с ней не можешь сделать! Пекинес недоделанный!

Дверь трещит, еще несколько мгновений — и преграда между мной и неизвестным монстром будет разрушена.

Дергаю рычаг и сразу же бегу на второй этаж.

Несколько мгновений ничего не происходит, а затем…

Снаружи вспыхивает пламя, затем раздается оглушительный взрыв, сопровождаемый дикими воплями боли. Словно тысяча голосов одновременно закричали. Я даже уши зажимаю.

Затем второй взрыв, затем еще и еще. Просто канонада какая-то. За стенами башни бушует огненный шторм, всполохи пламени влетают в окна. В воздухе пахнет серой и еще чем-то неприятным. Жженой плотью. Отлично, если тварь может гореть, значит, и убить ее можно…

Черт, надо окна закрыть, а то сгорит тут все внутри или я надышусь газами…

Спешно закрываю окна одеялами, подушками, даже спальный мешок идет в дело.

Башню сотрясают взрывы, вопли твари снаружи звучат все громче. Даже через закрытые окна видно вспышки света, жар раскаляет камни второго этажа.

Твою мать, не запечься бы здесь, как в духовке…

Кутаюсь в оставшиеся одеяла, чтобы защититься хоть так. Волосы на голове и руках трещат от жара, хватаю флягу с водой и смачиваю ей край одеяла, через него дышать буду, чтобы легкие не обжечь.

Снаружи настоящий ад, словно все демоны преисподней вышли из-под земли и вступили в бой.

Взрывы не прекращаются еще минут пятнадцать. Дышать в башне нечем, у меня уже круги перед глазами, и тут все заканчивается… в звенящей тишине слышу, как бьется мое сердце…

Выждав еще немного, скидываю одеяло, добираюсь до окна и убираю спальный мешок, которым закрыл окно. Дышу по-прежнему через мокрый край одеяла: ночной воздух наполнен гарью и мало ли чем еще — после таких взрывов. Только после того, как открываю все окна и ночной воздух разгоняет отраву в воздухе, осторожно убираю одеяло от лица… Черт, как же приятно просто дышать.

Ловушка сработала даже лучше, чем я ожидал.

Пока спал, я попросил Беллу сделать желобки, по которым можно скатывать зелья к двери. Под ними небольшая решетка, о которую должны разбиваться пузырьки, чтобы их содержимое попадало на тех, кто стоит внизу. Зелья будут смешиваться, превращаясь в гремучую кислотно-взрывчатую смесь. Так и вышло. Единственное, эффект я не предвидел…

Хотя смесь зелий, как я помню по первому встреченному мной арбалетчику, непредсказуема. Именно от него мне и пришла эта идея. И вот результат, наглядное подтверждение. Правда, масштабы последствий, наверное, не смог бы описать даже самый лучший алхимик.

Ночь я снова провел без сна. Какой там сон, я даже присесть не мог…

На рассвете спускаюсь на первый этаж. Думал, от двери только угольки остались, но нет, дверь на месте, хоть и растрескалась.

Осторожно открываю створку:

— Ничего себе. Я, конечно, люблю запах напалма по утрам, но это уже перебор, — все пространство перед башней выжжено, причем пятна выжженной земли разного цвета: часть черная, обугленная, рядом все кислотно-зеленого цвета, дальше оранжевые пятна, розовые, красные, голубые.

— Как будто кислотная радуга взорвалась.

Пробую наступить на выжженное пятно.

Земля уже остыла, но она словно… умерла, что ли. Обычная почва полна жизни — в ней корни растений, насекомые и прочая ерунда. Тут же нет, это не земля, это… зола. При каждом шаге в воздух поднимается облачко дыма: черного, зеленого оранжевого…

— Сколько ж лет на такой почве расти ничего не будет? Это словно химический ожог земли.

Гринпис меня за такое проклянет, но главный вопрос — не зря ли все это? Сработала ли ловушка? С тварью покончено?

Ответ я нахожу метрах в пятидесяти от башни. Там, где земля уже в полном порядке, в невысокой траве лежит туша.

— Ну ты и урод, настоящий ублюдок, — медленно, с опаской приближаюсь к туше.

Огромное тело, метра три наверное, причем человеческое. Только из спины торчат крылья. Костяные, но на них остались обрывки ткани — то ли кожи, то ли перьев, то ли костяных пластин. Каждое крыло размером с парус небольшой яхты.

— Ни хрена себе самолет. Это ж какая силища нужна, чтобы такую тушу в воздух поднять?

Помимо крыльев тело снабжено шестью парами человеческих рук, оканчивающихся длинными, загнутыми, как у хищной птицы когтями.

[ОЦЕНКА | ур. 12

Костяной вестник смерти

имя : Вестник

Тип: нежить

Класс: высший

Возраст: 600 лет

Состояние: окончательная смерть

Открыто: 3/95]

Вот это ни фига себе. Высшая нежить… Вестник смерти от инфаркта. А еще вестник несварения от отвращения и страха. Какого черта ко мне эта тварь приперлась?

После сообщения об окончательной смерти рассматриваю тушу смелее: лицо у твари человеческое, только с длинным острым птичьим клювом. Сам клюв напоминает косу, в клюве три ряда тонких, словно иглы, зубов.

[ОЦЕНКА | ур. 12

Костяной вестник смерти

…

Подтип нежити: искусственно созданная

Создатель: Кретон Дракмур (высший некромант)

Примечание: После создания 400 лет находился на службе некромантов Черного ордена. После падения ордена 200 лет обитал в Мертвых пустошах .

Открыто: 6/95]

Вот спасибо, товарищ Дракмур, создал ты это страшилище, а потом что? Профукал и стал твой вестник кошмарить. Без поводка, так сказать, вырвался и стал беспредельничать. На фига такое создавать? Это как атомная бомба, блин. Ученые такие: а давайте создадим штуку, чтобы бахнуло — и целый город в пыль… Зачем? Да потому что можем…

Идиоты от науки, или от магии — самые опасные идиоты в мире.

[ОЦЕНКА | ур. 12

Костяной вестник смерти

…

Наличие зачатков разума: да

Цель создания: уничтожение высших магов

Количество использованных для создания тел: 66

Продолжительность функционирования: не ограничено

Потенциал роста: не ограничен

Невосприимчивость к стихийной магии: да

Невосприимчивость к рунной магии: да

Невосприимчивость к оружию: да

Наличие алхимических компонентов в теле: нет

Количество ассимилированных живых существ: 25

Дата последнего убийства: 7 дней назад

Примечание: изначально создан как слабая нежить с потенциалом развития. После убийства жертвы вбирает в себя энергию, части тела использует для перестройки и усовершенствования тела. За время функционирования эволюционировал до высшей формы.

Открыто: 17/95]

Охренеть… вот это тварь мне удалось завалить. По сравнению с этим чудищем даже тот гигантский медведь — просто пушистый щеночек. Вестник еще защиту имел почти от любого урона. Если бы он так яростно в дверь не ломился, ничего бы не вышло, а так зелья смешались и дали неожиданный эффект…

Результат неплохой — я же жив, так что все отлично.

Кстати о медведе, в его туше кристалл был, очень интересный, который потом пропал. Может, и в этой туше что-то есть?

Однако, сколько я ни бился, оценка больше не выдавала информации. Видимо, для более точной идентификации высшей нежити нужен и уровень навыка выше.

Провозившись почти час, решаю проверить опытным путем наличие скрытых артефактов внутри Вестника. Ударом меча раскалываю твари череп. Из дыры на землю выливается черная вонючая субстанция, больше всего напоминающая мазут.

Преодолевая отвращение, расширяю рану… жидкость выливается на землю, но больше внутри черепа ничего и нет…

Туша бесполезная. Только страху навел, а толку с тебя как с козла молока…

Хотя, надо закинуть его в башню, глядишь Белла, как настоящая женщина, приготовит из него что-то путнее.

Свищу Костику и Бориске, мол забирайте пациента.

Костя успевает первым и тянет к себе, Борис тоже не промах, наклоняется и…

…и из кармана его потрёпанной туники падает какая-то штукенция, похожая на линзу, прямо в черную мазутную жижу.

— Твою мать! — отшатываюсь я.

Черная жижа вспыхивает тут же, будто Боря окурок в бензин кинул.

— И огнетушителя-то у нас нету, — только и могу что сокрушаться я, стоя подальше и глядя как такой материал пропадает.

Борис и Костя с горя и стыда (или с того, что слишком близко стояли) самосожглись. Ну ничего, эти то у меня новые будут, а такая интересность как Вестник уже вряд ли. И все-таки, интересно, что это была за буря-искра-пожар? С моих взрывчатых коктейлей в теле Вестника ничего горящего не должно было остаться. Хотя, кто его знает, как там у этих тварей все работает.

Погрустив над остатками Вестника, возвращаюсь к башне.

— Ох ты ж, бедная Белла! — Смотрю на обугленную, потрескавшуюся дверь. — Тоже натерпелась от этой твари.

Надо срочно брать с собой скелетов и топать в лес — нужна древесина для восстановления двери. После ночного сражения тут не то что половина прочности слетела — процентов, наверное, девяносто…

Перед походом в лес приказываю поднятым скелетам скинуть тушу вестника в подвал — все равно ничего полезного я из нее не извлеку, так хоть материалом для перестройки башни послужит. С паршивой собаки хоть шерсти клок…

Все, скелеты готовы, пора в лес по дрова…

Стоп. А чего это я в лес решил идти? Тут неподалеку есть лекарь, который наплевал на клятву Гиппократа и чуть меня не угробил, а кучу людей действительно умертвил, причем, можно сказать, с особой жестокостью. Такое прощать нельзя. У лекаря этого должок передо мной, надо бы проверить, получится ли этот должок вернуть.

* * *

Месть — это блюдо, которое подают холодным…

Чтобы отомстить, нужно выждать, причем иногда довольно долго. Как граф Монте-Кристо — двадцать лет человек готовил месть, и все получилось круче некуда.

Вот и я не сразу кинулся к деревне, чтобы отомстить мерзкому чародею из отряда всадников. Немного выждал, восстановил силы, успокоил нервы…

Психологи советуют: чтобы успокоить нервы, нужно заняться привычным делом, то есть тем, что получается лучше всего. Они это называют заземлением. Кто-то спорт предпочитает, кто-то музыку слушает. Я же для успокоения занялся оценкой.

Арбалет, что я прикупил, нужно получше проверить. А то вопросов многовато. Как он работает? Для выстрела надо кодовое слово произнести? А если кто-то узнает это слово? А если что-то похожее сказать, тоже стрельнет? А в бою, когда кругом шумно, слово орать придется?

[Оценка | ур. 12

Именной арбалет

…

Механика активации: рука владельца на ложе арбалета + кодовое слово

Слово-активатор: Фандо

Перепривязка владельца: по кодовому слову (невозможна, если жив прежний владелец)

Количество оставшихся выстрелов: 1/9

Тип заряда: свежующий болт

Текущий владелец: Леонард Ларц

Открыто : 12/12]

Вот оно как. Получается, мсье Арно помер. Теперь я владелец этого оружия. Это приятно. Но что остался всего один выстрел, грустно. Их было всего девять? Смысл тогда в именном оружии? Хотя… Значит, выстрел такой, что слона завалит. Вот на лекаре и проверю. Только тип болта меня смущает… Ладно, проверю…

Приведя мысли и чувства в порядок, направляюсь к деревне.

И вот теперь стою дурак дураком и наблюдаю, как отряд всадников удаляется от деревни, мча во весь опор.

Иногда месть — это блюдо, которое лучше бы подавать горячим, с пылу с жару.

Отряд приближался к далекому лесу, я смотрел вслед всадникам и если бы я был менее уравновешенным, то бессильно бы сжимал кулаки и ругался. Впрочем, я так и делал, хоть и считаю себя достаточно спокойным человеком. Одно радовало — за отрядом мчалась толпа зомби и скелетов.

«Так вам и надо, — мелькнула мысль, — нечего людей гробить…»

Жалко, что не успел, конечно, поквитаться с мерзким старикашкой. Бежать за отрядом глупо — догнать конников пешком нереально, да и что бы я с ними делал? Стал бы размахивать мечом, требуя справедливости? Смешно… Пристрелили бы меня там, и все…

Изначально план был другим — засесть в засаде неподалеку от деревни, дорога тут одна, и пустить стрелу в голову чародею-убийце, а потом нестись со всех ног к башне. Уж там-то хрен кто меня достанет. Если уж этот Вестник, будь он неладен, не смог вломиться, то этим и подавно ни сил, ни ума не хватит…

Конечно, сейчас у двери осталось прочности примерно десять процентов, но, во-первых, Белла в мое отсутствие восстановит хоть сколько-то, а, во-вторых, и этих десяти процентов хватит, чтобы сдержать отряд бронированных рыцарей…

И вообще, как так-то? Жил, никого не трогал, деревне помогал по мере сил, а тут заявляется этот отряд, колдун… И меня же некротикой шарахают.

— Нет, я, конечно, все понимаю, свои дороже незнакомцев, особенно если свои рыцари, а чужие простолюдины, но перекидывать с больных на здоровых — это уже перебор… не спасать же одних ценой жизни других.

Видимо, этот доктор не давал клятву Гиппократа. В этом мире, интересно, есть кто-то типа Гиппократа? А может, здешний основатель медицины вообще не такой, как в моем мире был? Может, он тут кровожадный убийца и клятва у него соответствующая — гробь чужих, чтобы свои боялись, и все такое?

Ладно, не получилось отомстить — не знаю, как насчет этого мира, но земля круглая, а значит с этим волшебником я еще пересекусь, и вот тогда-то…

На том свете гад получит по заслугам…

Если уж я все равно рядом с деревней, стоит зайти.

Стража на воротах встречает меня как родного.

— За припасами? — слышатся веселые голоса. — Смотрите-ка, в этот раз не в лохмотьях и синяков не видно.

Киваю и улыбаюсь — но отвечать на дружеские подколки не собираюсь. А то ляпну что-нибудь, а они обидятся… Пока лучше молчать и больше слушать.

«Не всегда ж мне сюда избитым являться. Да и задача в этот раз другая…»

В таверну не захожу — некогда рассиживаться, сразу иду в лавку.

Жорж расплывается в широкой улыбке, смотрит, как выпивоха на бутылку хорошего коньяку.

Но мне не до любезностей. Сгребаю съестное с полок, бросаю на прилавок. Делаю акцент на крупы: зерно, гречку, ячмень… Крупы расфасованы по сто, двести или триста граммов. Причем они завернуты в зеленые листья и перевязаны длинными гибкими стеблями травы вроде тростника, но мягче.

Одно меня смущает — оценка показывает, что в каждом кульке меньше указанного веса, — где-то недовес десять граммов, где-то двадцать. Жорж уверяет, что все точно.

«Ага, конечно, вон и весы у тебя для виду стоят». Я сразу заметил медный прибор, стоящий на полке за прилавком.

Схема простая — одного обвесил на десять граммов, другого на двадцать — в итоге наколол десять-двадцать клиентов — уже сто граммов себе. Ничего личного, просто бизнес…

Так и я вел бизнес, только никого не обманывал. В моей профессии за обман убивали… меня все равно убили, но это уже другое, не за обман я пулю получил.

С другой стороны, я помер без мучений, а вот в Вознесенском жил один тип, большой профессионал, знаток Древнего Рима. Вещи той эпохи с одного взгляда определял, чуть ли не по запаху мог стоимость сказать. Да, любил он ту эпоху… А вот кислоту, которой его пытали в последние часы жизни, он, скорее всего, очень не любил… Это я к чему? Когда продаешь серьезным людям предметы искусства, да еще с черного рынка — надо понимать, какие могут быть последствия…

Жорж, судя по всему, с последствиями пока не сталкивался, а может, сталкивался, но его охрана оказалась мощнее… или он сам не так прост. В этом мире надо всегда и со всеми держать ухо востро. Черт с ним, пусть этими недовесами подавится.

Останавливаюсь у стойки с инструментами. Мысль меня посетила — чего это мои мертвяки ходят по лесам да валежник собирают? Надо им прикупить топоров, а то много ли Белле толку от всех этих веток? Из них ничего толком не сотворить. Башня у меня, конечно, замечательная, но надо и мне включаться в обустройство.

Раздам зомбарям и скелетам топоры, и будут они лес валить… в промышленных масштабах. К тому же топор — еще и оружие, пусть и не боевой, а обыкновенный, для дров или даже для мяса. Зомби или скелет и сами по себе страшны, а если с топором, так тихий ужас…

Беру десяток топоров и кладу на прилавок.

Жорж с ухмылкой принял деньги за слесарный инструмент:

— Тебе если топоры получше нужны, так у меня есть, — и выкладывает передо мной несколько топоров.

[Оценка | ур. 12

Топор универсальный

…

Износ: 78%

Повышенная прочность: да

Материал рукояти: мореный дуб

Зачарование: тройное: руна остроты 2-го уровня, руна прочности 1-го уровня, руна поиска — 2-го уровня.

Расход энергии: низкий

Возможность модернизации: да

Мастер-кузнец: Берд Айронфист

Мастер рун: Криков Стоунлид

Открыто: 8/10]

Жорж смотрит с наглой улыбкой.

Вот же хитрый гад, не мог сразу предложить товар получше. Понимает же, что от таких топоров я точно не откажусь… А обмена и возврата тут нет, я уже интересовался.

Дать бы ему по наглой роже…

С другой стороны — я ведь сам не спросил насчет инструментов получше.

А Жорж торговец, он выгоды не упустит. Жалко, что выгода у него за мой счет…

Выкладываю на прилавок еще монеты, которые быстро, словно по волшебству, скрываются в широких ладонях торговца.

Да уж, теперь у меня топоров на целый отряд лесорубов… может, попробовать научить мертвяков петь йодли? Жалко, что бороды у них не отрастут.

Закидываю на плечи рюкзаки с провиантом и топорами.

Жорж провожает меня, как дорогого гостя. Да еще бы, я ему сегодня недельную выручку обеспечил. Хотя, конечно, ему и так не на что жаловаться: то я, то отъезжающие, то отряд воинов.

Шагаю к воротам. Больше мне в деревне делать нечего, а ночевать не в башне неуютно.

В деревне людей совсем мало осталось — по пути к воротам я лишь двоих встретил, да и те торопились куда-то с мешками и ящиками — явно готовились к переезду.

В воротах меня ждет неприятный сюрприз — два всадника из отряда Шэймера въезжают в деревню.

Я же видел, как отряд выезжал! Какого черта они вернулись? Чего им тут понадобилось?

Вот же блин, средь шумного бала случайно, как говорится…

Не та встреча, которой я был бы рад.

Вроде не заметили пока. Быстро натягиваю на голову капюшон, делаю вид, что меня тут и нету. Надо проскользнуть в ворота так, чтобы всадники не заметили или хотя бы не узнали меня.

— Сегодня ты быстро! — с широкой наивной улыбкой окликает меня один из стражников. — Даже в таверну не зашел? Сегодня там пирог с ягодами, очень вкусный.

Молча качаю головой, стараясь прошмыгнуть мимо стражника.

Краем глаза замечаю заинтересованные лица всадников.

Лицо одного из них вытягивается от удивления, и он толкает локтем товарища — смотри, мол, кто тут ходит живой и здоровый.

Черт, они-то думали, что я сдох. Все, уйти не получится. Спалился…

Арбалет у меня с собой, можно сейчас, конечно, пальнуть одному в лицо, только вряд ли поможет. Да и к тому же у стражи сразу вопросы возникнут, скорее всего с проникновением в мое тело металлических предметов… И лекаря тут нету, а я только на него в обиде.

Нет, тут на всадников нападать нельзя…

Сохраняя видимость спокойствия, миную стражу, выхожу из деревни. Может, эти двое решат, что ошиблись?

Нет, не решили… Не настолько я везучий.

Всадники выезжают из деревни вслед за мной. Пока что держатся поодаль. Видимо, тоже не хотят устраивать разборки перед стражей…

Умно, сейчас подальше отойду, и прикончат они меня на дороге, где никто не видит. И вопросов ни у кого мое исчезновение не вызовет, стража решит, что приключенец ушел в рейд, может, Жорж погрустит —покупателя потерял. И Белла расстроится, уронит черепицу с крыши…

Стоп. А с чего это я помирать решил? Я этим двоим ничего не сделал, так что пусть сами будут готовы по башке получать.

Перехожу на бег — может, отстанут?

Позади топот копыт. Бросив взгляд за спину, понимаю — не зря я побежал. Всадники мчатся за мной: гривы коней развеваются на ветру, в глазах наездников жажда смерти.

Надо успеть добежать до башни.

Я думал, что быстрее бегать уже не могу, но нет, оказывается, есть еще запас — даже с учетом груза за плечами я сейчас развиваю скорость, которой бы любой спринтер позавидовал. Позади слышны удивленные крики всадников. Хотя, конечно, на лошадях они меня все равно догоняют…

Быстро поднимаю скелетов. Хорошо, что тут на обочинах до хрена костяков.

Скелеты, конечно, убить всадников не смогут, но у них и задача другая.

Мертвяки не пытаются атаковать людей, они бросаются наперерез лошадям, цепляясь за стремена и удила, тормозя животных.

Сработало. Пока всадники кромсали мечами скелетов, успеваю добраться до башни. Заскочив внутрь, разворачиваюсь.

Конные воины уже совсем рядом. Самое время захлопнуть дверь…

Хотя… есть другая мысль.

«И когда это я успел таким дерзким стать? Как будто зелья храбрости принял».

Держа арбалет в одной руке, делаю вид, что готов захлопнуть дверь перед носом всадников.

Те у самой двери. Скачущий первым вскакивает в седле и прыгает на ходу с лошади, выхватывая меч. Вот это ни фига себе, я таких трюков даже в кино не видел…

— Фандо! — произношу я кодовую фразу, и болт срывается с тетивы.

Вот сейчас проверю, как стреляет именной арбалет. Выстрел всего один, но всадник так близко, что промахнуться невозможно. Сейчас увижу, что там за эффект будет.

Болт врезается в грудь летящего на меня всадника. Мгновение как будто бы ничего и не происходит. Выстрел вроде и доспех толком не пробил…

И тут вся кожа с всадника слетает, словно кто-то одним движением сорвал ее с тела, будто кожуру с банана. Ошметки кожи отлетают в сторону, падая на траву отвратительным плащом. Всадник секунду стоит и смотрит на меня глазами без век. Выглядит тошнотворно. А затем башню сотрясает ужасающий крик боли.

Как говорил ослик Иа — душераздирающее зрелище. Хотя тут скорее кожесдирающее.

Вид человека без кожи на миг вгоняет меня в ступор. Стоило догадаться, как эта штука работает. С другой стороны — этот вояка же не с букетом цветов на меня прыгал, хотя я и такое не приветствую, а с мечом и явно хотел убить, так что сам виноват.

Вот тебе и свежующий болт. Просто охренеть — за раз с живого человека всю кожу содрать…

За те мгновения, что я смотрел на освежеванного заживо всадника, к башне подлетел его напарник. Дверь захлопнуть я уже не успею.

Черт, отскакиваю вглубь башни, в то место, где я только что стоял, вонзается тяжелый метательный нож.

Ах ты ж сволочь…

Бегу по лестнице на второй этаж, там тоже дверь. Захлопываю створку перед носом врага.

Так, вот сейчас попадос. Свидетелей оставлять нельзя. Оставлю я этого типа в живых. Приведет он сюда весь отряд, и будут они у меня под стенами лагерем стоять. Оно мне надо?

Припасов у меня достаточно, но не хотелось бы торчать все время в башне, опасаясь, что их маг найдет заклятие и меня прихлопнет или они башню разнесут на кусочки.

Всадник уже у двери. Тарабанит со всей дури. Ногами, руками, мечом даже.

Дверь на второй этаж, конечно, добротная, но не чета входной. Долго не выдержит… Быстро перебираю зелья и оружие… Чего я паникую? Он тут всего один, а я? А вот я не один…

— Белла, запирай дверь! — кричу башне. — У нас незваные гости! Надо их принять как следует! Гуляем на всю катушку! Поднимай гвардию!

Слышу, как внизу с громким хлопком закрывается дверь.

Всадник ничего не слышит — еще бы, от грохота его ударов стены сотрясаются.

Ничего, сейчас он получит, хулиган этакий.

Над дверью маленькое, забранное частой сеткой (даже арбалетный болт не просунешь) окошко. Через него наблюдаю, как воин пытается выломать мою дверь.

Лицо его перекошено от злости, в глазах бешенство.

Эй, да я ж тебя знаю! Сталкивались в лазарете.

[Оценка — ур. 12

Кейн Балдмар

…

Число жертв: 58

Расстройство психики: маниакально-садистическое

Примечание: получает удовольствие от мучений своих жертв. Жажда убийства, маниакальные наклонности.

…]

Та еще сволочь. Такого и жалеть нечего. Сейчас мои мертвяки с ним разберутся…

Он настолько увлекся штурмом, что не заметил, как по лестнице стали подниматься скелеты.

Первая пара мертвяков приблизилась к воину на расстояние вытянутой руки.

Воин наконец отвлекается от двери, выхватывает меч и бросается на мертвяков.

Надо отдать должное — дерется он отлично. Клинок с быстротой молнии описывает дугу и сносит голову первому скелету. Куча костей катится с лестницы на первый этаж. Такая же участь ожидает и второго скелета.

«Ладно, гад, — думаю я, прильнув к решетке, — это только начало!»

Вторая пара скелетов уже на подходе. Солдат понимает, что что-то тут не так, бросает взгляд на дверь из башни. Та заперта…

Ага, дошло, что зря ты сюда вломился так беспардонно? Это тебе не безмолвных крестьян запугивать, и по башке можно получить.

Со второй партией скелетов человек Шеймера расправляется так же быстро, как и с первой. Однако я замечаю, что руки подрагивают, удары уже не такие выверенные — нервничает он.

Скелеты продолжают подниматься по лестнице.

На десятом скелете воин начал тяжело дышать, меч все с большим трудом поднимался для новой атаки.

«Давай, Белла поднажми, — обращаюсь я к башне, — совсем немного осталось».

Четырнадцатый скелет ухитряется уклониться от удара мечом и вцепиться зубами в руку врага. На ступени падают капли крови…

Солдат с криком бьет скелета рукоятью меча в висок. Череп скелета раскалывается, и он оседает на ступени. Однако за ним уже следует новый костяной воин, а когда выбывает этот — еще один, и еще, и еще.

В отчаянной попытке спастись солдат решает прорваться к двери. Он совершает высокий прыжок с вершины лестницы к ее подножию. Однако вместо пути к спасению оказывается в окружении скелетов.

Мертвяки рвут солдата на части, кровь брызжет в разные стороны.

Даже смотреть неприятно, я-то не такой маньяк, как он. Отступаю от двери.

Когда крики боли и ужаса затихают, осторожно отпираю дверь и спускаюсь на первый этаж.

— Да уж, товарищи мертвяки, насвинячили вы тут, — пол первого этажа густо усеян костями, тут же валяются окровавленные куски тела второго всадника. — Чего вы тут поразложились? Надо уборкой заняться. В подвал все поскидывайте… Наши павшие воины еще могут послужить правому делу… Никакого отдыха после смерти!

Скелеты с философским молчанием собирают кости и скидывают их в люк.

Вернувшись на второй этаж, откупориваю бутылку вина, не так давно купленную…

— За такое грех не выпить, считай второй раз родился. Эти гады меня могли на шашлык порубить, так что имею полное право.

Наливаю в кружку и залпом выпиваю. Вино хорошее — в меру сладкое, в меру терпкое. Тепло разливается по телу, прогоняя дрожь в коленях и руках…

Спускаюсь вниз проверить, как там с уборкой.

— Ну вы и дубины костяные, — возмущаюсь я, — этого-то на фига в яму закинули? На нем доспехи были, кошелек, всякие побрякушки…

Скелеты равнодушно смотрят на меня, кажется, даже плечами пожимают.

— А, что с вас, безмозглых, взять, — машу я рукой, — только силы тратить.

Скелеты молча отправляются убирать оставшиеся после битвы кости.

Я же выхожу на улицу. Вокруг башни тихо, криков боли больше не слышно.

Тело воина, лишенного кожи, обнаруживаю шагах в тридцати от башни.

Надо же, он еще пытался отползти. Крепок оказался. На трупе не осталось ни кожи, ни одежды. Труп выглядит настолько отвратительно, а уцелевшие доспехи до того заляпаны кровью и ошметками кожи, что и думать не хочется о том, чтобы их отмывать. А на запах мертвой плоти зомбари и скелеты будут собираться, как мухи на… мед. Нафиг не надо мне это.

— Этого тоже в яму, — кричу я скелетам.

— Извиняться я не стану, — обращаюсь я к трупу, — помер ты, конечно, страшной смертью, но клинок первым обнажил не я, гнаться за мной вас никто не заставлял. Давай так: ты сдох, а моя совесть чиста…

Пока скелеты занимаются уборкой, размышляю:

— Нужен арсенал, комната с оружием. Чтобы не в куче оно лежало на третьем этаже, а аккуратненько по стенам висело, как в музее… только без стеклянных витрин.

Да, еще нужно пополнить запасы скелетов. А то после заварушки маловато их осталось. Вон они как пригодились — заскочил этот воин в башню, а я его скелетами уделал. Сам и руки не замарал… Некоторые ходят грибы-ягоды собирать, а я вот по мертвяков пойду.

Вооружившись, отправляюсь на поиски новых мертвяков.

Хорошо, что в этих местах такой богатый выбор мертвецов. Просто супермаркет.

Подчинив пару зомбарей, отправляю их к башне дожидаться меня…

В небольшом овраге обнаруживаю скелета. В ребрах его торчит посох. Это что-то новенькое. Не стрела, не копье и не меч, а именно что посох, длинное древко с витиеватым навершием.

— И как это тебя угораздило? — обращаюсь я к скелету. — Посохом ведь неудобно скелетов тыкать…

Подчинив себе скелета, вынимаю из его тела посох. Добротная вещь: древко удобно ложится в ладонь, дерево отполировано до блеска, резная верхушка выполнена в виде переплетенных человеческих ладоней.

— Сразу видно — искусный мастер работал.

[Оценка | ур. 12

Посох

Тип: артефакт

Класс: магический

Заклинание: скрыто

Возраст: 326 лет

Изготовитель: Ардагаст Синергин

Открыто: 5/15

Примечание: мастер Ардагаст Синергин прославился как искусный изготовитель магических посохов. Его изделия отличались не только магическими свойствами, но и изяществом исполнения. Некоторые богачи покупали посохи Ардагаста не в качестве оружия, а как предметы искусства.]

Вот это круто. Я теперь уже не собиратель хлама, а коллекционер, получается. Посох, естественно, забираю. Позже внимательнее изучу. Узнаю рано или поздно, что там за заклинание, и попробую применить. А то сейчас ткну им в землю, и откроется портал в ад или землетрясение начнется…

Пополнив отряд мертвецов, направляюсь за древесиной. Для починки двери, как я понимаю, веток недостаточно, нужно дерево срубить, причем крепкое, хорошее…

Есть у меня нужное деревце на примете. Пока тут прогуливался, заприметил, а сейчас план появился, как его срубить.

Со стороны дерево как дерево. Кора, листья, ветки, но тут все не то, чем кажется.

[Оценка | ур. 12

Дупложор

Тип: растение

Класс: хищное

Возраст: 57 лет

Радиус атаки: 15 метров

Пища: живая/мертвая плоть

Открыто:5/10

Примечание: атакует жертвы гибкими ветвями, оплетая, лишая возможности двигаться. Затем жертву затягивает в одно из десяти отверстий в стволе дерева, где она переваривается в течении 6–8 часов. У дупложора десяток пастей, столько же активных ветвей для захвата жертвы и десять желудков для переваривания. Особенностью данного растения является то, что, когда все десять желудков заняты переработкой пищи, дерево становится безопасным. Древесина дупложора прочна, устойчива к паразитам, не подвержена гниению.]

Именно то, что мне нужно. Осталось только занять это прожорливое растение… Хорошо, что оно мертвечиной не брезгует.

Жаль, конечно, что придется опять скелетами жертвовать, только ведь насобирал, но не самому же мне в дупло соваться. Скелеты и так мертвые, а себя мне жалко…

Десяток мертвяков один за другим подходят к дереву. Длинные ветви мгновенно опутывают их и затаскивают в дупла.

— Вот это подгон тебе, верно? — Наблюдаю, как комично из ствола торчат ноги скелетов. — Небось за всю жизнь у тебя такого пира не было…

После того, как все десять пастей хищного растения принимаются за переваривание мертвяков, вызываю бригаду лесорубов.

Вооруженные зачарованными топорами скелеты налетают на дерево. Стук слышится по всей округе, щепки летят в разные стороны.

Дерево невозмутимо продолжает переваривать добычу.

— Да уж, вот это аппетит у тебя…

Сам ствол не очень толстый, чуть больше обхвата, однако древесина прочная, вязкая. Топоры скелетов то и дело увязают в ней.

Будь у них простые топоры, копались бы до завтрашнего утра.

Спустя примерно час работы дерево удается свалить. Теперь новая проблема — разделать ствол. Это несколько дней долбежки.

— Бригада, теперь рубим ветки и таскаем их в башню, — приказываю скелетам, — а дальше потихоньку разделываем ствол. Бензопилу бы вам, но чего нет, того нет.

Осматриваю срубленный ствол. Древесина темно-шоколадного цвета — очень красивая, необычная. Очень интересное деревце.

Скелеты до самого заката возились с дупложором. Ствол обкорнали, ветки перетаскали в подвал, потом принялись за ствол. До ночи удалось разрубить неподатливое дерево на три здоровых куска и общими усилиями затащить их в башню и запихнуть в подвал.

— Прости, Белла, что кусками все закидываю, но оставлять его на улице не хочется. Мало ли кому еще дерево приглянется. Или, может, оно само решит ноги сделать?

Быстро поужинав, ложусь спать. Башня работает, пока я сплю или пока меня долго нет.

Сон снится максимально странный. Словно я мультик смотрю, который ребенок нарисовал. Все схематичное, немного корявое…

Вижу башню, в нее закидывают человечка в рыцарских доспехах. Человечек проваливается в яму в полу.

Рыцарь кричит, явно не от радости. Звука во сне нет, но по выражению лица понятно — хреново ему.

Потом изображение отдаляется. Над шпилем башни появляется череп со скрещенными костями.

Ага, отмучился бедолага…

Башню словно сотрясают судороги… или схватки… Точно, она как будто рожает…

— Фу, блин, приснится же такое, — поднимаюсь с кровати, протирая глаза, — может, у меня температура высокая и я бредил?

Так нет, чувствую себя отлично.

Быстро спустившись на первый этаж, осматриваю входную дверь. С ней все в порядке — ни царапин, ни сколов. Полностью восстановлена. Даже цвет изменился — теперь он темно-шоколадный с глянцем.

Оценка при этом показала, что материал двери обновлен, а прочность вчетверо повысилась.

— Зашибись! Теперь пусть хоть десяток Вестников является — хрен они прорвутся.

Ну нет, не надо мне такого счастья. Одного Вестника вполне хватило…

В приподнятом настроении направляюсь к лестнице — пора позавтракать. И тут замечаю в стене башни две новые двери.

— Чего? — таращусь на двери. — Это тут откуда? И зачем?

Открываю первую дверь. За ней небольшое помещение — метра два на два. На полу лежит одежда: штаны, рубаха, нижнее белье, носки какие-то, башмаки. Отдельно металлический нагрудник и кожаный подклад. И еще кошелек.

С минуту до меня не доходит, что все это означает, а потом…

— Белл, ты реально меня за дурачка держишь? Что я, без мультика не разобрался бы? По-другому показать не могла?

Где-то в башне хлопает дверь — могла, мол, но вот так.

Эх, Белла, что ж ты мне раньше это не дала понять. Или ты тоже развиваешься и только теперь этому научилась? Ну, уже неважно. Теперь можно закидывать в подвал трупешники в одежде. Башня переработает их, а потом вернет то, что мне пригодится. Доспехи вчерашнего всадника, вместе с кошельком и одежкой — вот они, тут лежат.

— Ничего себе, одежка словно из стирки, пахнет луговыми цветами, — осматриваю вещи, — радикальная химчистка. Это ж и свои вещи можно так стирать? Ура, у меня появилась прачечная. Больше не придется полоскаться без мыла.

Направляюсь ко второй комнате.

— На меня ж оттуда ничего не выпрыгнет? — со смешком спрашиваю у башни.

Нет, комната абсолютно пуста. Тоже небольшая, видимо у башни пока не хватает ресурсов. На стенах комнаты крюки, крепления.

— Да это ж арсенал, — улыбаюсь я, — то, о чем я вчера думал. Отлично. Теперь оружие не будет кучей валяться. Спасибо тебе, Белла, огромное.

Арсенал, конечно, маловат. Нужно будет вложиться в расширение, но он есть, и это уже хорошо.

Выхожу на улицу в отличном настроении. На душе спокойно, словно не в чужом мире я, а где-нибудь в родной деревне или на даче.

Жмурюсь от утреннего солнца, протираю глаза…

— Чего? — второй уже раз за утро удивленно восклицаю я.

Перед башней расположилась огромная статуя дракона.

Хорошо хоть статуя, только разборок с драконом мне сейчас не хватает. Сейчас мы ее оценим…

И тут меня словно иглой пронзает мысль.

— Это что, получается, местность опять изменилась? А где гроза, буря и прочие радости? Я что, все проспал?

Со всех ног мчусь к деревне.

— Твою за ногу, — деревни на месте нет,— а я рассчитывал поживиться в ней, когда люди уедут.

Да уж, теперь гонка на выживание продолжится. Запасов еды у меня достаточно. Картошка, крупы, хлебцы — этого вдоволь. Пока, по крайней мере… Но нужно и самому что-то добывать, и вообще как-то развиваться в эту сторону. Поле возделывать я, конечно, не буду, но было бы неплохо устроить какую-нибудь тепличку в башне, а может, и балкон с посадками, а может, и пристройку для курочек… Вряд ли мне еще раз так повезет с деревней. Хотя фермерской жилки у меня совсем нет, но, может, Белла подсобит.

Разочарованный подставой, направляюсь к башне и слышу стук копыт.

Да ладно, опять?

Стук слышится из-за рощи. Медленно, крадучись направляюсь в ту сторону. Надо посмотреть, что или кто топочет. Не хотелось бы обнаружить под башней отряд рыцарей или кого-то похуже.

За рощей расположен зеленый луг, по лугу мчатся костяные всадники на костяных лошадях. К крупам коней веревками привязаны тела, причем разной степени разложения — есть совсем свежие, есть и скелеты, пожелтевшие от времени…

Это ж сколько лет они катаются? Неделю? Год? Столетие?

Не буду отвлекать их. Видно же, что ребята делом заняты…

Осторожно отступаю вглубь рощи. Медленно, шаг за шагом…

Громкий хруст ветки заставляет меня вздрогнуть. Вот же черт, не заметил… Но, может, мертвяки не услышат? У них там кони топочут…

Ага, конечно, не услышат они. Кони как по команде разворачиваются в мою сторону и мчатся к роще.

Да как так-то? У них что, уши на живых настроены? Или нюх особый? Фу-фу-фу, человечьим духом пахнет?

Некогда размышлять, надо ноги уносить. Во весь опор мчусь к башне. Второй раз за два дня приходится в скорости с конями соревноваться, а я между прочим даже не игрок «Спартака».

Но жить хочется… Бегу так, что ветер в ушах свистит.

«Интересно, можно такую лошадь подчинить? Я бы не отказался от коня, который бы помогал передвигаться и при этом овса не просил».

Мимо моего уха пролетает копье. Все мысли из головы разом вылетают.

Остается одна — успеть добежать, только бы успеть добежать до башни.

Человек не может все время работать… То есть может, конечно, но ни к чему хорошему это не приводит. Профессиональное выгорание — это не выдумка психологов, а научный факт. Время от времени нужно давать передышку что телу, что разуму, в противном случае можно заработать какую-нибудь болячку, а то и вовсе ласты склеить.

В прошлом про это как-то не задумывались — не до того было. Мамонту или саблезубому тигру же не объяснить, что у тебя выходной. Дальше тоже люди были слишком заняты выживанием, чтобы обращать внимание на свое ментальное здоровье. Только в двадцать первом веке до человечества дошло, что здоровая психика — залог здорового тела. Хотя кое-что наши предки тоже понимали, потому и устраивали праздники, когда не работали, а гуляли и веселились.

А я устроил себе два дня детокса и прокрастинации, проще говоря, безделья. Никакой оценки, никаких вылазок, никаких мертвяков, сражений и прочей ерунды.

Требовался перерыв после Вестника, после беготни от толпы мертвых всадников. Еле ноги унес. В жизни так не бегал. Мертвецы на конях-скелетах кружили у башни несколько часов. Я ругал себя на чем свет стоит: надо было лезть к ним? Ну скакали они себе там — и фиг бы с ними. От досады я швырнул из окна камень в ближайшего скелета на лошади. Камень очень удачно попал в голову мертвяка. Череп слетел с плеч и весело покатился вниз по склону. К моему удивлению, вся кавалькада сорвалась с места и помчалась за черепом. Мчащийся впереди скелет вынул меч, перехватил его за лезвие и рукоятью ударил по черепу, ловко свесившись с седла. Удар получился отличный. Череп пролетел по воздуху метров десять и снова покатился по траве. За ним уже мчался второй костяной всадник. Скелеты, не прерывая движения, стали пасовать друг другу, используя череп в качестве мяча. Так и ускакали куда-то в поля. Обидно, такой матч по конному поло прошел без зрителей.

В общем, валялся я в кровати до полудня, ел от пуза, пялился в окно, попытался во сне объяснить Белле, что такое нарды, чтобы она их сотворила, но то ли я непонятно объяснял, то ли башня моя принципиально настольные игры не признает, ничего не вышло.

Вспомнил про местную игру, которая попалась мне еще в первые дни в этом мире. Порылся в куче на третьем этаже, нашел мешочек со стеклянными шариками. Однако для игры требовался партнер, а из скелетов соперники хреновые — то шарик уронит и тот закатится в самый дальний угол, то от усердия разобьет об пол ценный инвентарь, который заменить нечем, да и спорить со мной скелеты не могут, они ж у меня в подчинении.

Если человеку дать все необходимое, он захочет комфорта, если дать ему все для комфорта, он захочет богатства, если же получит богатство, то захочет роскоши…

Сколько бы благ ни получал человек он всегда будет хотеть больше. Даже Адам и Ева в раю, имея все для счастья, захотели большего, захотели познания… и были изгнаны из рая, но это уже нюансы.

Это я к тому, что именно неуемная жажда большего, постоянное стремление к чему-то, чего у тебя нет, именно эта жажда позволяет человечеству развиваться.

Вот я сейчас завалил некроманта — успех же, но успеха и победы мне мало. Надо эту победу превратить в триумф, в нечто грандиозное…

Решаю рискнуть.

Направляюсь к обелискам вместе со своими мертвяками. Скелеты так и стоят в оцеплении, пялясь в сторону леса.

Оценкой я их уже пробил, после повышения успел прочухаться. Стоят себе, подчиняясь последней команде. Только некромант, команду эту отдавший, уже недоступен. Вот и зависли его слуги…

Подойдя ближе, театральным жестом вздымаю правую руку — типа стоять приказываю. Понятно, что им до лампочки, но со стороны должно смотреться эффектно, как будто я взял воинство под контроль.

Подхожу к лежащему ничком некроманту.

Да уж, слабоват ты оказался, товарищ Пен Исов.

— Бывают же люди, книжку-другую прочли — и мнят себя чуть ли не повелителями тьмы. Красиво ты кичился несуществующей силой, а что в итоге? Лежишь теперь тут, как вялый… ну да ладно… По опыту знаю, чем громче лает собака, тем она трусливей и безобиднее. Волки нападают молча, они знают свою силу. Только шавки подзаборные поднимают шум, а толку от них маловато.

Вожу рукой над гримуаром — типа колдую…

— Кархакас, — произношу я кодовое слово, и книга раскрывается.

Со страниц льется черный свет. Не знаю, как такое возможно — свет может быть любой по окраске: белый, желтый или еще какой, но не черный…

Но опять же на публику делаю вид, что все так и задумано:

— Замечательно, — произношу я с театральным равнодушием, — еще и книга не запечатана. А этот деревенский дурачок открыть ее не смог… Что ж, в хозяйстве все пригодится…

Кто-то из пленников с шумом втягивает воздух.

Смотрю на привязанных к столбам людей, словно только что их заметил:

— Доброй ночи. А вы чего тут делаете? Можете идти, этот идиот больше вам не угрожает.

Пробегаюсь оценкой по пленникам, чтобы выяснить степень опасности. Нет, ничего особенного, авантюристы обычные. У девушки магические способности есть, но без атакующей магии. Мужик и парень тоже середнячки, не из знатных родов, и эти трое не родственники. Подробности выясним потом.

Пленники смотрят с ужасом. Еще бы, если этот некромант смог на них столько жути нагнать, то что ж они думают про меня, который мало того что его убил, так еще и с таким пренебрежением отзывается о мертвеце, словно он пыль под ногами. Наверное, решили, что я суперсильный колдун, повелитель смерти.

— Вам нравится висеть тут? — продолжаю я гнуть свою линию. — Может, домой пойдете? Ночью в лесу опасно… или у вас такой способ развлекаться? Знавал я таких людей, нравилось им, чтобы их привязывали, да еще и били по всяким интересным местам. Если так, то не буду вам мешать… мне это неинтересно. Или вы не можете уйти? Странно, вроде ж обычные веревки… разорвите их, сожгите… все просто. А я пошел.

Разворачиваюсь, чтобы уйти. Пленники дергаются в путах.

— Постойте! — слышу слабый женский крик.

Опять женщина говорит, то ли мужики тут измельчали, то ли она в троице главная.

— Господин, освободите нас, пожалуйста! Вы же видели, что этот колдун нас пленил, хотел ритуал провести…

— А зачем мне вас освобождать? — поворачиваюсь я к женщине. — Вы мне без надобности. Никаких ритуалов я проводить не собираюсь. Вернее, собираюсь, но вы для них не нужны. Я ж не мелкий деревенский знахарь, чтобы ритуалы с человеческими жертвоприношениями устраивать. Это, знаете ли, прошлый век. Прогресс на месте не стоит. До вашей глуши новые веяния еще не дошли, но в прогрессивных местах все уже давным-давно таким не занимаются.

На лицах пленников недоумение вперемешку со страхом. Боятся, видимо, что сейчас я рукой взмахну — и станут они зомбарями, послушными моей воле, или поубиваю их самым страшным способом. Прогрессивным… Этого слова в моем аларийском словаре нет, и, судя по лицам пленников, оно тут отсутствует в принципе. Для них оно звучит как нечто странное и страшное, может, даже магическое.

Вот так. Приятно оказаться по другую сторону языкового барьера. Раньше я стоял дурак дураком, не понимая, что мне говорят, а теперь настолько поднаторел, что могу земные словечки вставлять, для пущей важности и загадочности.

Пленники сейчас мучительно решают, так ли нужна им моя помощь, но и остаться посреди леса привязанными им неохота.

Что-то долго они соображают…

— Может, все же до утра повисите? — пожимаю я плечами, снова собираясь развернуться и уйти. — Прекрасная тихая ночь. Правда, звери какие-то в чаще воют, но тут эти скелеты стоят для охраны, может, и не пустят сюда хищников… Оставайтесь уж, раз у вас так мало силы, что сами выбраться не можете.

— Нет, пожалуйста, не бросайте нас тут! Освободите! — Теперь уже говорят все трое, видать сообразили, что оставаться тут — это приговор. Ну, то-то же…

— Мы все сделаем! Сможем договориться…

— Договориться? — Делаю вид, что задумался. — Хм, а ведь и правда, сможем. Я давно искал несколько человек для одного дела. Может, вы и подойдете…

Киваю своим скелетам. Те подходят и быстро перерубают веревки. Пленники со вздохами облегчения сбрасывают путы и растирают затекшие запястья.

Мои скелеты собирают шмотки некроманта, один из Костянов закидывает на плечо тело колдуна-неудачника. Не трогают они только вещи пленников — справедливости ради, там особо нечем поживиться. Три тощие котомки, даже не рюкзаки.

— Свои вещи забирайте, — говорю я освобожденным, — и идите за мной.

Оставаться здесь у меня никакого желания нет. Местечко неприятное само по себе, а теперь тут еще и мозги Пена раскиданы по траве, незачем тут торчать. Для разговора нужно место поспокойнее. Да и скелеты эти… Мало ли, сейчас команда спадет, и они набросятся, да и местность слишком открытая, мы тут будем как на ладони.

Прогулочным шагом покидаю поляну, внутри напряжен, готов ко всяким неожиданностям. Но троице показывать это нельзя. Для них я должен выглядеть невозмутимым, уверенным в собственной силе. Я ж капец какой могучий в их глазах…

Неподалеку от поляны есть дом. Качественный, толстостенный. Внутри пусто, ничего интересного. Надо будет, наверное, на бревна его раскатать — древесина добротная, башне очень пригодится… а пока пойдет для приватной беседы.

Внутри засвечиваю магический огонек, внимательно слежу за троицей, не выкинули бы чего, но те явно под впечатлением, так что даже не думают рыпнуться. Сгрудились в уголочке.

— Расклад такой — мне в город нельзя. Не люблю я, когда много людей вокруг, раздражаюсь сильно, а это ни к чему хорошему не приводит, понятно?

Троица нервно кивает, небось уже представили, как я в раздражении стираю город в пыль… пусть думают, мне это только на руку.

— Но дела у меня в городе есть, и для их выполнения нужны люди. Сразу говорю, ни с какими убийствами или криминалом это не связано. Я вообще законопослушный гражданин, если меня не трогать, белый и пушистый. — Эта идиома тоже непереводима, но пусть будет.

Пленники смотрят молча. Может, у них даже мелькает мысль напасть на меня, но, если что, отпор они получат. Некромант их измучил, мои мертвяки рядом, да и я сам уже далеко не слабак, с мечом управляюсь вполне на уровне. Сколько там осталось, интересно, до того, как мастерство квазаров в меня перейдет полностью?

— Я тут давно уже хожу. Всякого добра набрал, ценного и просто интересного, а вот чего тут не хватает — это благ цивилизации, — опять для удобства вставляю земное словечко и тут же поясняю, — пищи нормальной, мебели хорошей, всяких удобств…

Я делаю паузу.

— Вы же авантюристы? — В ответ получаю согласный кивок. — За добычей сюда ходите?

Очередной кивок

— Прекрасно…

Кто-то скребется в двери.

— Открыто, заходи уже, — спокойно говорю я, и в дом заваливается скелет.

Троица испуганно вжимается в угол.

Мысленно-то я отдаю скелету приказы. Но пленникам должно казаться, будто скелет соображает сам. Пусть думают, что я настолько мощный, что у меня даже скелеты не тупые, а профессора с дипломами.

Скелет приносит два мешка с добром. Те самые, что я собирал, чтобы в деревне продать.

Один мешок скелет бросает под ноги пленникам.

— Разбирайте, — приказываю им, — разбирайте и оцените.

Те сперва осторожно, с опаской приближаются к мешку, распускают завязки. По мере того как из мешка появляются вещи и слабенькие артефакты, пленники входят во вкус и уже с азартом разбирают мешок.

А там разное: кинжалы старенькие, посуда, ручки дверные старенькие, но резные, со всякими финтифлюшками, наконечники для копий, канделябр со сломанным рожком, кольца, цепочки, браслеты, амулет с портретом какой-то женщины. Мне она незнакома, поэтому интереса в ней для меня нет, главное продать выгодно.

По горящим глазам авантюристов понимаю, что они под впечатлением.

Пока они разбирают вещи, каждого проверяю оценкой.

Первым смотрю на бородатого мужика. Не старый, но по седым волосам в шевелюре и бороде, понятно, что жизнь его побила неслабо. Взгляд цепкий, с пониманием, чем-то на моего препода из универа похож.

[Оценка ур. 13

Жакоб Кусто

Род занятий: авантюрист

Профессия: учитель

Возраст: 46 лет

Семейное положение: женат

Дети: 2

Лет в браке: 28

Основные черты характера: честность, нетерпеливость

Открыто: 8/29

Примечание: большую часть денег отправляет семье, живущей в городе Лавиет. Долгое время работал учителем. Был наставником сына мэра Лавиета. Однако, будучи вольнодумцем, внушал своим подопечным мысли о свободе для всех, равенстве всех людей, что вызвало недовольство у знати. Был лишен лицензии учителя, остался без работы, семья оказалась на грани разорения и голода. От безысходности стал авантюристом. Обширные знания позволяют находить ценные предметы, а отличные ораторские способности помогают выгодно продавать найденные вещи. Среди бывших учеников пользуется авторитетом.]

Вот так. Мастерство, как говорится, не пропьешь. Я и безо всякой оценки угадал, что это за человек. Единственное, оценка указывает на нетерпеливость Жакоба, а он кажется самым спокойным из троицы. Смотрит смелее остальных, даже глаза не опускает, когда со мной взглядом встречается, не нервничает, не перебивает. Вот что значит правильно себя подать — образ всемогущего некроманта отлично сработал.

Дальше проверяю женщину.

[Оценка ур. 13

Лия Скаденс

Род занятий: авантюрист

Профессия: маг

Возраст: 27 лет

Специализация: маг-универсал поддержки

Время окончания обучения: 2 года назад

Учитель: Баррион Гиомед

Особое умение: магическое зрение (обнаружение ловушек, тайников, скрытых проходов)

Основные черты характера: мечтательность, деловая хватка

Примечание: После обучения некоторое время была на службе в администрации королевского учета артефактов. Ушла, так как не желала заниматься бумажными делами. Некоторое время совершала вылазки в пустоши самостоятельно, но после стычки с крупным отрядом зомби была ранена. Ее нашел и спас от смерти Жакоб Кусто. После этого Лия примкнула к отряду Жакоба.]

Ого, эта даже магией владеет. Пусть в основном и магией поддержки, но все же. Как это их угораздило в лапы Пена попасть? Судя по характеристикам, она засаду или ловушку должна за версту чуять… хотя хрен его знает, может, у нее насморк был магический и нюх не сработал? Или на каждого мага найдется маг сильнее, вот Пен ее и обманул?

Но тем не менее личность интересная. Опять же как в ней сочетаются мечтательность и деловая хватка? Ладно, это не так важно, главное, что для моего дела вполне подходит…

Третий — юноша, почти мальчик. Глаза большие, наивные, смотрит на меня пусть и с опаской, но больше с восторгом. Еще бы, такой я сильный в его глазах, чуть ли не супермен…

[Оценка ур. 13

Майло Симпл

Тип: человек

Род занятий: авантюрист

Возраст: 16 лет

Статус: сирота

Магические способности: отсутствуют

Основные черты характера: наивность, честность, трудолюбие

Примечание: высокие творческие способности, особая склонность к живописи. Перед сном любит рисовать картинки на тему собственного будущего, кем он станет или мог бы быть. Мечта: стать личным телохранителем аристократа. Вырос без родителей, долгое время бродяжничал. Был задержан отрядом королевской полиции и направлен в учреждение для беспризорников. Прожил там до совершеннолетия. Работал помощником кузнеца и мельника. Благодаря физической силе был на хорошем счету у работодателей. Однако мечта о богатстве заставила Майло бросить мирный труд и стать авантюристом.

Открыто: 8/29]

Да уж, дрим-тим елки-палки. Команда мечты. Правда, команда мне нахрен не сдалась, мне нужны толковые исполнители.

В прежнем мире у меня куча людей была на побегушках. Всякие мелкие поручения выполняли, чтобы я не разменивался. Как у Шерлока Холмса —толпа прикормленных беспризорников, которые ему информацию приносили, а уже мыслительной деятельностью занимался он сам. И у меня были всякие личности, что ошивались на барахолках и аукционах, черных рынках и в скупках. Искали редкие вещи, а я уже занимался оценкой…

Пока я, так сказать, знакомлюсь с резюме потенциальных помощников, троица заканчивает осмотр предметов из мешка.

— Закончили? Так вот, ваша задача простая — продать это все в городе. Справитесь?

Ответом мне служит напряженное молчание.

Они что, вопроса не поняли? Вроде я на аларийском спросил. Я, может быть, и с акцентом разговариваю, но раньше до всех доходило… эти после плена отупели, что ли?

Хотя их можно понять. Выглядит все максимально странно. Какой-то непонятный чувак с легкостью приканчивает некроманта, берет под контроль его мертвецов, затем освобождает пленных и приводит в заброшенный дом, где заставляет рассматривать находки, а потом говорит, что они должны это в городе продать… Звучит как бред сумасшедшего.

— Ладно, — со вздохом говорю пленникам, — идите за мной.

Выхожу из дома, троица позади, словно привязанные.

Ночь заканчивается, небо на востоке уже посерело, даже скорее поголубело, вот-вот из-за горизонта покажется край солнца…

— Вон там видите? — указываю в сторону башни, которую отсюда видно даже в предрассветных сумерках, — это место принадлежит мне. Место старое, сильное, помнит старые времена. Когда тут не было никаких пустошей. Однако сейчас там только башня. Ни магазинчиков, ни лавок, ни мастерских… А потому я предлагаю вам работать на меня.

Во время этой тирады смотрю больше на Лию, та вроде как обладает деловой хваткой, значит, должна понимать больше других. Должна уловить суть фразы «работать на меня», не служить мне, а именно что работать.

— У вас, как вы понимаете, выбора нет, — медленно и зловеще, для пущего эффекта, произношу я.

Троица кивает.

— Мы понимаем, — отвечает Лия, — мы согласны.

Троица стоит с понурым видом. Некромант их убить хотел, теперь я в рабство обращаю под страхом смерти. По крайней мере, они так думают.

— Не вешайте нос, — с усмешкой говорю я, — все ведь не так печально. Будете на меня работать. Сделаете одну ходку в город, продадите вещи из мешка, а потом решите, стоит ли на меня работать. Ах да, ваша доля будет тридцать процентов от проданного. То есть по десяти на нос.

У Лии сразу же глаза загорелись. Подсчитала примерно куш: неплохие деньги за работу простого курьера. Ни в какие опасные места лезть не надо, просто брать то что даю я, и продавать в городе. Нет, конечно, тут тоже есть риски: можно на банальных разбойников наткнуться по дороге или на скелетов, но все равно тропы в город более или менее известны, а значит, опасность угодить в неприятности минимальна.

— Как видите, добра у меня навалом. Хоть оно и не является моей целью. Спрашиваю еще раз: готовы на меня работать? Или считаете, что выбора нет, и согласны на все, лишь бы отсюда живыми уйти?

Для эффекта смеюсь. Судя по взглядам, я попал в точку: троица, натерпевшись страху, готова согласиться на все, лишь бы выжить, но во взглядах мелькает и заинтересованность в моем предложении о сотрудничестве.

Можно общаться дальше.

Вернувшись в башню, приваливаюсь к стене и медленно сползаю по ней прямо на каменный пол. Напряжение ночи отпускает, адреналин уже не кипит в крови, накатывает усталость.

Твою мать, ну и ночка. Эти трое ведь действительно могли на меня напасть и забить насмерть, если бы им повезло. Скелетоны мои бы где-то застряли, или у этих троих нашлись бы артефакты, неизвестные и мощные, которые я бы даже оценить не успел. Силы к ним начали уже возвращаться. Но запугал я их знатно, не пискнули даже…

И дело не в магической силе или владении мечом. У меня оно на уровень выше, чем у этих бедолаг. Просто я осознаю цену ошибки. Я и зомбарей кучу завалил, и Вестника, но это все ни фига не считается. Каждый день — это новый вызов, любая схватка может стать последней. Если расслабиться хоть на секунду — пиши пропало. Высокомерие — это прямой путь в могилу, а я в могилу не собираюсь. Так что к любой стычке я отношусь как к последней битве. Любой, даже самый, казалось бы, слабый человек может оказаться смертельно опасным противником. Все эти великие воины и волшебники тоже смертны, а со здешним уровнем медицины помереть можно от банальной занозы и заражения крови. Победа над этим некромантом и текущее проработка пленников — это действительно успех, потребовавший напряжения всех сил. Жизнь слишком хрупка, и слишком легко ее можно потерять… А я ее слишком ценю.

— Белл, ты не представляешь, какую я сегодня ночью авантюру провернул! Это был ход конем, закачаешься!

На третьем этаже хлопает дверь…

— Да я тебе говорю, это было грандиозно! Я, не имея практически никаких сил, убедил троих бывалых авантюристов, знающих эти места, что я чуть ли не второй темный властелин! Причем одна из них магичка была! И она тоже повелась! Даже не попробовала меня магией прощупать или атаковать! Может, мне мантию какую-то сварганишь? Черную, для пущей убедительности? Может, какой-то трон из черепов? Хотя на фиг, это неудобно…

Интересно, а в этом мире темные властелины были? Оценка выдавала инфу о некромантах прошлого, что войны велись с темными волшебниками, но вот про Саурона местного разлива что-то не припомню. Хотя сколько я уже с мертвяками вожусь, но злее, чем был, не стал. Нет, если ко мне лезут, то я даю отпор, причем на полную катушку, но не так чтобы я с отрядом скелетов шел поля жечь да деревни разорять. Зачем это мне? Да кому адекватному надо такое творить? Это ж ресурсы, зерно, камень, дерево, но самый главный ресурс — это люди. Которые и зерно посеют, и дом построят, и лес срубят. Людей беречь надо, особенно некромантам, которые, кроме как мертвецов поднимать, ничего не могут, а жрать хотят, будь они хоть какие темные властелины.

Надо пойти отдохнуть. Работа сегодня проделана большая, теперь остается ждать прибыли.

В принципе, я с этой троицей нормально договорился. Продадут они товары и должны будут явиться к башне и ждать. Я им сообщил, что на каждого метку поставил, буду видеть, что они делают и куда идут…

С первого этажа раздается грохот.

— А вот и некромант в подвал прилетел. Послужит хорошему делу, пусть и против воли.

Если я что-нибудь в людях понимаю, а я понимаю, без этого в моей профессии не выжить, то троица согласится на сделку. У каждого из них свой резон. Жакоб — человек уже немолодой, семейный, ему неохота головой рисковать в пустошах. Он бы предпочел заработать хорошенько, чтобы семью содержать, а рисковать меньше, чтобы вернуться живым и здоровым. Майло так вообще будет работать, чтобы на мечту денег скопить, в охране лорда работать. Тут не только боевой опыт нужен, но и снаряжение хорошее, деньги требуются. С Лией все интересно, она поняла, что сделка выгодная, риск меньше, а прибыль жирнее. Можно считать, работников я нанял…

Рисков никаких — тут забрали товар, в город отнесли, продали — и сюда, выручку делить. У них и стимул есть выгоднее продавать, они ж за процент работают.

А я получаю рынок сбыта и регулярные поставки. Можно будет не беспокоиться насчет еды. Проблема голода решена…

На первый раз заказов немного выдал. Провизию закупить. В Ядрене, к примеру, не было в продаже рыбы, а мне хочется. Эти сказали, что без проблем закупят.

Еще три замка амбарных заказал, встроенного типа, двери надо укреплять, а то с простыми засовами несолидно, да и не очень надежно. Защитных артефактов заказал, от разных угроз, как для башни, так и для себя лично. Еще всякого по мелочи. Для первого раза пойдет. Если троица покажет себя, то во втором заказе можно и более серьезные вещи закупить.

Конечно, я понимаю, что по пути с ними многое может случиться, пустоши — это не городской парк, где максимум опасности — в собачье дерьмо наступить. Тут места опасные, но и они не первый раз тут ходят, авантюристы опытные. Так что посмотрю, как себя проявят, а в дальнейшем и более серьезные вещи можно будет им доверить для продажи и покупки.

Все, пора спать. А дела пусть делаются — отличный принцип работы.

Завтра займусь изучением посоха и собственно некрономикона. Даже выходить никуда не стану — хватит пока приключений.

Кто бы мне месяц назад сказал, что я целого некроманта завалю, я бы не поверил. А теперь — свершившийся факт. Расту, развиваюсь… То ли еще будет…

Интерлюдия

Лия

Таверна «Приют авантюриста» располагалась совсем не на центральной улице Фронтьербурга. Скорее даже на отшибе, в бедном квартале. Тем не менее народу тут всегда было предостаточно. Отирались в таверне не только местные пьянчуги, но и успешные искатели и исследователи Мертвых пустошей.

Располагалась таверна в конце улочки Корявой, получившей название из-за кривизны. Никто уже не помнит, почему дома здесь строились настолько невпопад, что сама улица стала ломаной линией с кучей поворотов и зигзагов.

Таверна была одноэтажной: большой зал да кухня. Ни о каких гостевых комнатах и речи не шло.

В большом зале не протолкнуться. Как раз из пустошей вернулась большая партия авантюристов. Свои находки они уже продали и теперь с шумом и весельем пропивали, проедали и проигрывали заработанные деньги.

В дальнем углу большого зала за маленьким колченогим столиком сидела девушка. Коротко стриженные темно-каштановые волосы были спрятаны под заломленный набок зеленый берет с красным пером, кожаный жилет поверх холщовой рубахи, заправленной в шерстяные штаны тонкой выделки. Девушка задумчиво покачивала ногой в высоком сапоге на низком каблуке.

Она медленно потягивала темное аларийское вино из деревянной кружки.

Лия Скаденс два дня добиралась до города и теперь с удивлением вспоминала прошедшие три дня.

«Так не бывает», — говорила она себе.

Она давно ходила в пустоши, много чего повидала и еще больше наслушалась.

Да, удивительные истории случаются чуть ли не каждый день.

Недавно кто-то из подпивших посетителей таверны рассказывал о говорящем зомби, которого повстречал во время вылазки. Зомбарь по силе превосходил мощнейших боевых магов. Они ничего не могли с ним сделать. Все их заклинания отскакивали от мертвяка. А тот рыцарю в полном артефактном доспехе руки оторвал, словно жестокий ребенок — крылья бабочке. Естественно, слушатели задали вопрос, как выжил сам рассказчик? А оказалось, что разумный мертвяк пощадил большую часть отряда. Задал им несколько загадок и, когда они ответили, отпустил их.

Историй было множество, только Лия всегда думала, что они, если правдивы, случаются с особенными людьми, а себя она особенной не считала…

Хотя, получается, теперь и у нее, то есть про нее есть удивительная история. Как она попала в лапы сильного некроманта. А он был силен. Толпа мертвецов, что ему подчинялась, наглядно демонстрировала его мощь. Лия спаслась… Вернее, спас ее и товарищей другой некромант, еще более мощный.

Вот что вгоняло молодую магичку в ступор. Она могла чувствовать магию, видеть магический след. Этот молодой незнакомый темный волшебник магию почти не излучал. Если бы она его на улице встретила, то даже взглядом бы не зацепилась, настолько слаба была его магическая аура. То есть по логике, по всем правилам, что она узнала за время обучения — никаким некромантом он быть не мог в принципе. Работа с мертвой материей требовала огромных запасов силы, маны. Именно поэтому некромантов было не так много и они проигрывали в магических войнах, когда на них наваливались армии других волшебников. Некромантия — магия одиночек, любящих уединение…

Лия сделала глоток из кружки. Темное терпкое вино прошло по горлу и упало в желудок, прогоняя нервный холод из тела. Отличное вино, успокаивающее мысли.

Аура у незнакомца была слабой, но тем не менее ему подчинялись скелеты. Причем ему даже говорить с ними не требовалось, он повелевал мысленно. Девушка не понимала, как это возможно, но у нее появилось предположение.

Скорее всего, этот волшебник достиг такого уровня силы, что она теперь не выпирает из него, а фокусируется внутри. Он сам решает, кому показать свою мощь, а кому нет. Вот троице пленников и не показывал. Возможно, для того чтобы они от силы этой с ума не посходили. Они ведь были нужны некроманту…

— Чего-то еще желаете? — От мыслей Лию отвлекла разносчица. — может быть поесть?

— Да, тащи жаркое и еще кувшин вина, — ответила девушка, бросая на стол две серебряные монеты.

Разносчица ловко подхватила деньги и, кивнув, растворилась в толпе посетителей.

Двух монет хватило бы, чтобы полтаверны купить, однако Лия не жалела о деньгах. Она нервничала…

Потому что их троица некроманта кинула, обманула.

Он предложил им сделку, что уже было удивительно. И нужно быть дураками чтобы от нее отказаться. Сильный волшебник предлагал им долю от продажи артефактов. Причем им даже искать их бы не приходилось, просто таскать в город, продавать и возвращаться к нанимателю с купленными по списку товарами. За это они получали по десять процентов от сделки каждый. Даже те трофеи, что им отдал некромант для первого раза, были очень ценными, за такой куш любой из авантюристов удавился бы. А им предложили побыть курьерами, ходить туда-сюда, продавать артефакты, покупать провизию и всякие бытовые вещи. Тем более удивительно, что возникла мысль кинуть нанимателя.

Однако же Жакоб и Майло, когда оказались в городе, заявили Лии, что возвращаться к некроманту не собираются. Бывшие напарники заявили, что заберут свою часть трофеев (хотя ни шиша это не их трофеи) и свалят подальше. К чести их, они слово сдержали — ее доля трофеев осталась при ней.

— Нет, ребята, зря вы так поступили, — проговорила Лия, сделав очередной глоток, — если он действительно сильный некромант, то достанет вас, где бы вы ни спрятались. Найдет и убьет…

Да, эти двое решили завязать с походами в пустошь и отправиться подальше от этих мест. Только загвоздка в том, что от сильного некроманта невозможно скрыться. Мертвецы есть везде, и для такого волшебника каждый мертвец — это глаза и уши. Найти Жакоба и Майло не проблема.

Разносчица подает еду, и Лия с аппетитом уплетает жаркое с овощами. После хлебцев, сушеного мяса и прочего, что они ели во время похода — это пища богов.

— Не, ну не дураки они? — продолжает рассуждать магичка. — Сделка отличная. А ссориться с такими могущественными волшебниками — считай самоубийство. С такими дружить надо, тем более когда они сами предлагают сотрудничество. А и плевать на них. Решили обмануть этого колдуна — это их проблемы, их выбор, за который рано ил поздно придется ответить…

Лия, с одной стороны, понимает бывших товарищей. Жакоб из некогда обеспеченной семьи, у него жена и дети. Проданных артефактов достаточно, чтобы вернуть им положение в обществе и не думать о деньгах до конца жизни.

Майло вечно в метаниях пребывал, грезил о рыцарях и подвигах… Да и черт с ними.

Сама Лия из крестьянской семьи, и ей повезло, что ее магические способности заметил старый волшебник. Баррион Гиомед был уже очень стар, когда встретил Лию. Даже для волшебников двести лет — очень почтенный возраст.

Гиомед сначала сам обучал девочку, а затем по его протекции она поступила на учебу в магическую ассоциацию Фронтьербурга.

Старик часто говорил ей, что она похожа на его дочь, так что помог деньгами, которые ему уже, в силу возраста, были не особо и нужны. Гиомед готовился к смерти, а в молодости был очень мощным волшебником. Но с возрастом старые раны дали о себе знать…

Лию ни капельки не напрягает работа на некроманта. Тем более что он сам сказал, что никого убивать не надо, да и вообще ни о каких гадостях не просил. Отнести артефакты в одну сторону, принести товары и деньги ему…

Расправившись с едой и почти допив вино, Лия приняла решение. В банке Грегорот, что располагался здесь же в городе, у нее был открыт небольшой вклад. Денег оттуда должно хватить, чтобы покрыть убытки, после бегства Жакоба и Майло и выполнить заказ некроманта.

Единственная сложность: все заказанное волшебником она не сможет унести чисто физически…

«Нужна команда, — решает Лия, — не боевая. Сражаться ведь не придется, очень на это надеюсь. А сильная спина и быстрые ноги как раз необходимы сейчас».

Можно нанять работяг, их полно на улицах города. За пару серебряков они пойдут куда угодно и понесут любой груз, хоть клавесин, хоть мешок навоза.

Заплатит она сама.

Колени у девушки дрожали. И это не вино на нее действовало…

Было страшно идти на такой риск. Но какой-то голос внутри твердил ей, что она уже умерла. Умерла на поляне в лесу, привязанная к каменному столбу. И та смерть стала перерождением, началом новой жизни. Какой смысл держаться за прошлое, раз оно привело ее в лапы того безумца? Самое время теперь начать новое, рискнуть. В этом деле тоже можно погибнуть, но риск оправдан и сулит неимоверные богатства, а самое — главное опыт и магические артефакты. Лия осознавала свой магический потенциал, что Гиомед, что учителя в ассоциации отмечали ее исключительные способности, пророчили большое будущее. Может, это ее шанс стать более сильным магом, а потом и заявить о себе на весь мир. О ней даже песни будут слагать, или здесь в таверне, лет через тридцать кто-то поведает истории о великой волшебнице, что была рождена в семье простого крестьянина…

Смерть и успех всегда ходят рука об руку, без риска нет развития. Так что не стоит трусливо прятаться от возможности, которая выпадает раз в жизни. Да и получать в качестве врага такого сильного темного волшебника Лии совсем не с руки.

Дважды, как говорится, умереть еще никому не удавалось. Вот она и проверит…

«Терпение и труд все перетрут», «вода камень точит» и еще куча всяких скучных и неприятных, но правдивых пословиц крутились в моей голове, пока я корпел над некрономиконом. После длительного изучения оценка показала у книги целых сорок два пункта. Большинство не было открыто изначально, пришлось сидеть и изучать черный фолиант всю ночь и начало следующего дня.

Хотелось бы, чтобы все шло просто: глянуть на книжку — и все я про нее знаю. И чтобы так с любой вещью. Нет, я, конечно, понимаю, что моя способность и так позволяет изучать все с огромной скоростью. Бывший владелец некрономикона, наверное, кучу времени посвятил изучению темной магии, и то собирался открывать книгу с помощью идиотского ритуала с человеческими жертвами. Мне же оценка сразу показала, что так книгу использовать не получится…

Но все равно, открывать все пункты оценки по книге было мучительно трудно. Эти часы стали настоящим испытанием, но они того стоили.

[Оценка ур. 13

Некрономикон

…

Код полной активации: Ростедо

Примечание: Двухфазная активация книги. Использовалась для защиты особо опасных артефактов и магических книг. Первый этап активации подразумевает лишь частичное использование книги, сопряженное с рисками для владельца. Срок начальной активации некрономикона — 30 дневных циклов. Если владелец книги окажется недостаточно сильным магом для полной активации, то фолиант поглощает его душу. В течении 30 дней необходимо провести полную активацию, дабы не потерять душу. Вторая ступень активации позволяет владельцу полностью овладеть книгой без последствий и побочных эффектов.

Открыто: 42/42]

Я так и знал, что есть подвох. Чувствовал, что все слишком просто: говоришь слово — получаешь силу. С прежними вещами прокатывало. А тут… через месяц стал бы рабом книги…

Но что значит «заберет душу»? Куда заберет? Что будет потом? Душа окажется запертой в книге или отправится в ад? В этом мире есть ад? Скелетов и зомби я встречал, а чертей и демонов не пришлось. Равно как и ангелов. Концепция души — это ж основа религии, а тут я пока не замечал священнодействий. Древний храм видел, о каких-то культах в оценке мельком читал, у отшельников Пути меча даже кое-какие способности перенял. Но это все предания старины глубокой, а чтобы при мне, в современности люди в быту веру проявляли, я пока не заметил. Крестики не носят, не крестятся, ни в одном поселении церквей не встречал. Хотя мог встретить и не понять, что это церковь, мало ли какая здесь архитектура. И религия не обязательно христианская. Но магия здесь работает, то есть в потустороннее так или иначе люди должны верить. В том числе в существование души.

А может, под душой имеется в виду сознание? Типа книга поглотит разум незадачливого владельца и заставит творить гадости…

Непонятно… но отдавать «душу» что бы ни имелось в виду, я не собираюсь.

Хорошо еще, что не отложил оценку некрономикона в долгий ящик. Забросил бы (как и многое), забегался, и все, через месяц остался бы без души.

К активации некрономикона готовлюсь тщательно. Понятно, что книжка полна вредной энергии, значит, надо быть у сферы поглощения. Так что располагаюсь на третьем этаже, рядом с постаментом. К тому же оценка показала, что изначально книгой владел лич по имени Зел Даркрейн, а не мелкий некромантишка Пен Исов. Этот только хотел книгу присвоить, но не знал, как это сделать, и пошел по простому пути — ритуал и жертвоприношение…

Лич, насколько я помню, это некромант, который умер, но поднялся после смерти, сохранив разум и приумножив силы. Очень мощная нежить. В книге должно быть сосредоточено море темной энергии…

Дальше оттягивать нельзя. Раз уж книга у меня, да еще и слово полной активации мне уже известно…

— Ростедо… — произношу я, протянув руку над книгой.

Некрономикон подрагивает, затем его словно подхватывает незримый ветер. Фолиант поднимается в воздух на уровень моих глаз. Книга раскрывается, страницы с громким шелестом перелистываются. Я не могу пошевелиться, руки словно прилипли к телу, а ноги приросли к полу.

Со страниц книги начинает стекать темная субстанция, словно черный туман. Туман опускается к полу, тяжелый, как каша. Темные эманации окутывают мои ноги, ползут вверх по телу, словно змеи.

Черт, не нравится мне это. Хотя пока никаких болезненных ощущений нет. Темный туман добирается до моего лица, окутывает голову. Восприятие мира меняется, сквозь черную пелену вижу стены башни, камни… Странно, но в них различимы странные прожилки, словно стены пронизаны магическими нитями.

Туман втягивается в тело. Черные эманации проникают через кожу, вливаются в рот, глаза, уши. Это неприятно, зуд по всему телу и как будто внутри. И почесаться нельзя, я словно окаменел. Надеюсь, это скоро закончится…

Чернота со страниц полностью втягивается в меня. Пальцы покалывает, словно я долго сидел на них…

Так, теперь надо некроэнергию слить.

Прикасаюсь к сфере. Счетчик активируется.

— Елки-палки, как же я был прав. — Даже немного не по себе становится, когда счетчик некроэнергии переваливает за две тысячи единиц.

Голова кружится, по телу растекается слабость. Счетчик останавливается на отметке три с половиной тысячи.

В глазах темнеет…

— Ни фига себе книжечка, — открываю глаза я, лежа на полу третьего этажа. Шея затекла от долгого лежания на камне. — А был бы в своем прошлом теле — точно умер бы от перегрузки.

На пятидесятилетие подарили мне полет на истребителе. В качестве пассажира, естественно. Вот уж где перегрузки. Когда самолет набирал скорость, мне казалось, что меня просто раздавит. Я еще подумал, что тот, кто придумал мне это приключение, надеялся, что я тут в кресле и останусь. Но ничего, выжил…

Сейчас было гораздо хуже, раза в два, а то и в три. Даже молодое тело хрен бы выдержало, если бы не усиления, что я успел заполучить.

Медленно поднимаюсь с пола, смотрю на сферу поглощения. Интересно, какой максимальный заряд она может поглотить? И первый вопрос — что с этой энергией делать? Тратит ли ее башня на поднятие мертвяков? Или еще на что-то расходует…

Потом разберусь.

Спускаюсь на второй этаж, надо поесть — все эти активации сильно выматывают. Вода будет закипать долго, так что спускаюсь на первый этаж. Осматриваю оружейную комнату — вроде все по-прежнему. По стенам развешано оружие, в отдельных тубах арбалетные болты, два манекена в полном доспехе. Хорошая вещь, но лично мне броня не очень нужна. Защищает надежно, но двигаться крайне неудобно. Рыцарь в старину даже на лошадь без посторонней помощи не мог сесть. А мне важна мобильность, скорость, реакция. Нет, если вдруг придется в войнушке участвовать, чтобы армии сошлись в чистом поле, тогда да, можно и доспехи нацепить, взять двуручный меч и на полном скаку отправиться крошить врагов. А вот во время вылазок в пустоши, в поисках артефактов рыцарский доспех — помеха, хотя он и красивый.

Тут все идет как надо. В комнате накопления некроматериала тоже все в норме — на стенах скелеты висят, ждут своего часа. Зомбари снаружи башни занимаются привычным делом — таскают к двери камни и дерево. Тот дом, где я беседовал с пленниками, я решил пока не трогать. Пригодится для ведения переговоров, если его не унесет куда-нибудь. В конце концов, нанятой троице я пока не слишком доверяю. Буду общаться с ними там, так сказать в летней резиденции.

Я вернулся к котелку, вода как раз закипела, и я, заварив чаю, сижу у очага, приводя в порядок мысли и восстанавливая силы.

[Системное сообщение: Внимание! Заклинание «Призыв» эволюционировало!]

Ни хрена себе! Так не только по оценке предоставляется информация? Логично: оценка же системная способность, я достиг определенного уровня развития, и стали поступать новые данные… А может, это просто глюк. Неважно, главное, что заклинание эволюционировало… Значит, произошел не просто скачок магической или еще какой силы. Эволюция — это развитие постепенное. Заклинание развивалось после того как я начал его применять, а поглощение энергии некрономикона стало точкой перехода с одной стадии на другую…

Судя по данным оценки, в некрономиконе собраны заклинания по работе с нежитью, причем довольно сложные. То есть с ходу я использовать их не смогу. Тут нужны серьезные магические способности, знание магических принципов создания нежити, конструктов и закономерностей построения заклинаний. Это не арифметика, а высшая магическая математика…

Книга лежит рядом со мной. Снова просматриваю оценкой данные:

[…

Имя владельца: Зел Даркрейн

Тип владельца: Лич

Дата смерти: 1173 год Эпохи волка

Дата пробуждения: 1253 год Эпохи волка

Дата упокоения: 1384 год Эпохи волка

Так, что еще за Эпоха? Когда закончилась? Или еще идет? И почему именно волка? Почему не тигра, собаки, брюссельской капусты? Кто вообще придумывает эти названия…

Ладно, волка так волка. Мне какая разница? В моем мире тоже каждый год чей-нибудь: собаки, крысы, дракона… только разницы между ними нет, это просто названия, мишура для верящих в гороскопы. Хотя, с другой стороны, кто-то считает, что в мистику верят идиоты, а я вот верю, например. А насчет гороскопов, был у меня знакомый, в газете работал, он сам эти гороскопы и писал… Хотя не буду погружаться в воспоминания. Что там дальше?

…

Форма магических конструктов: некрожизнь

Тип конструктов: самоподдерживающиеся

Тип заклинаний: дифференцированные магические

Уровень магических способностей: высокий

Уровень накопления некротической энергии: высокий

…

Тип взаимосвязи с артефактом: двусторонний

…

Примечание: Зел Даркрейн был одним из предводителей армии мертвецов в Пятой Магической Войне. Служил под началом Сталиона Арахмеда — некроманта высшей категории, провозгласившего себя повелителем Аларии. Даркрейн пал в битве при Гетеполисе от рук светлого паладина Ригана Таунсенда.]

Опять куча непонятного. Что за тип взаимосвязи? Что за дифференцированные магические заклинания?

К оценке бы теперь еще пояснительную бригаду.

[Внимание! Уровень навыка повышен. Оценка уровень 15]

Ах ты ж черт!

Хватаюсь за глаз. Больно, словно иглу воткнули. Каждый раз такая фигня. Некоторое время сижу, держась за глаз рукой. В голове пульсирует боль, глаза горят огнем, мне кажется, что из них течет горящий бензин…

Да как же это бесит!

Боль постепенно отступает. Не пропадает полностью, просто прячется где-то в дальней части черепа.

Так, надо остановиться.

И так два уровня поднял в кратчайшие сроки. А незадолго до этого и еще один.

Бросаю взгляд на посох, что стоит в углу. Его я изучил еще до манипуляций с некрономиконом и поднял четырнадцатый уровень. Там повышение прошло чуть легче, хотя все равно около получаса я глаза открыть не мог и лежал на полу рядом с магическим оружием.

Да, посох оказался боевым. К нему было привязано несколько заклинаний: ледяная стрела, огненный шар, кислотное облако…

Ума не приложу, на фига он был нужен Пену Исову, он же был некромант, у них другие игрушки. Может, этот дурак и не понимал, что у него в руках. Узнал, что посох боевой, и решил, что сумеет им воспользоваться. Или он не только некромантией владел? Кто его знает, какие тут ограничения на магию.

У меня тоже несколько высших образований, одно другое не отменяет…

Возраст посоха — четыреста лет. Также оценка показала данные о прежнем владельце, некоем Генри Тристене. Он был магом на службе аларийской короны, участвовал в десятках битв с нежитью и междоусобных войнах. Прославился не только как маг, но и как воин, что с одним посохом выходил против отряда рыцарей и всех разматывал, даже не используя заклинания. Тоже мне Донателло, черепашка-ниндзя, одной палочкой всех раскидать может.

Получается, эту штуку товарищ Исов то ли украл, то ли нашел где-то… Даже жалко, что он помер. Расспросить бы его, где он такие артефакты раздобыл… но не получится уже. Даже если есть способы разговаривать с трупами, я их не знаю. Жаль, очень жаль…

Хотел я до кучи и посох Синегрина изучить, а то уже давно он у меня, да все руки не доходили, но после двух повышений уровня все же решаю не перегружать организм, не хотелось бы в магическую кому впасть или помереть.

Вымотанный, иду к постели. Нужен отдых, а то так и с истощением можно слечь, буду в постели валяться неделю, и скелеты меня станут бульоном отпаивать и в туалет носить… нет уж, нафиг мне такое надо. Учитывая, что команды отдавать будет тоже непросто.

Я смерти, может, и боюсь, но гораздо больше меня страшит беспомощность.

Прежде чем лечь отдыхать, спускаюсь на первый этаж и закидываю некрономикон в подвал.

Башня дрожит. На третьем этаже недовольно хлопает дверь.

— Бел, ну прости. Нужно потерпеть. Я понимаю, что это не фуа гра и переваривать такую мерзость не хочется, но воспринимай это как лекарство, что пойдет на пользу нам обоим… если ты, конечно, не развалишься и меня под камнями не погребешь. То, что нас не убивает, делает нас сильнее и все такое.

Вибрация в стенах успокаивается. Отлично, потолок не падает, стены не сыплются — значит, башня справится с переработкой книги.

Поднимаюсь наверх и заваливаюсь в кровать, все, меня не будить…

Сколько я проспал, непонятно. Когда засыпал, был день, и вот проснулся — за окном светит солнце. Пять минут или пять суток я был в отключке? Ладно, у меня же никаких дел не запланировано, так что могу себе позволить…

Глаза больше не болят, слабость прошла. Вскочив с кровати, быстро иду на третий этаж… Иду бодро, значит, все-таки сутки и более я тут не провалялся: иначе бы мышцы начали отвыкать от движения.

— Это что еще за приколы? — Недавно на постаментах было две книги: поглощения эманаций смерти и книга для работы с мертвецами… Теперь одна…

— Не понял, меня кинули? Было две книжки, теперь одна, я на такое не соглашался.

Смотрю на неизвестный фолиант.

[Некрономикон Повелителя мертвых

Уровень артефакта: магический конструкт

Способ применения: прикосновение

Безопасный доступ: владелец книги

Открыто: 4/250]

Вы серьезно? Больше двух сотен пунктов… это над ней неделю сидеть придется, что ли? А уровень сколько раз поднимется? Я же не выдержу.

Магический конструкт этот еще… и башня тоже магический конструкт, буду иметь в виду. Когда паспорт ей будем получать, так и укажу…

Использование для владельца вроде как безопасно. Только хрен знает, что это значит конкретно. Типа владелец не помрет, но руки ноги у него откажут? Или третий глаз откроется? Формулировки расплывчатые.

Конечно, подумать бы перед использованием книги раз десять, прикинуть все риски… ага, фиг там. Рука уже тянется. Любопытство в очередной раз взяло верх над осторожностью.

Ладонь моя касается обложки. Чувствую резкий рывок где-то в районе пупка. Кажется, меня, словно рыбу, подсекли и резким движением выдергивают то ли из башни, то ли из самого тела.

Сознание словно оказывается к каком-то круговороте, перед глазами мелькают разноцветные вспышки, искры какие-то летят в разные стороны. Затем появляются разноцветные круги, как при кислородном голодании, причем все это происходит в абсолютной тишине. Все трещит, взрывается и вспыхивает совершенно беззвучно…

Так, и куда это меня закинуло?

Какое-то странное место, ни стен, ни пола, ни потолка… просто пространство.

— Есть тут кто? — пытаюсь крикнуть я. Без толку. В голове у меня голос звучит, но изо рта звуки не выходят.

Пытаюсь идти, но тут непонятно, двигаюсь я или нет. Никаких ориентиров, не за что глазу зацепиться. Опускаю глаза — у меня и ног нет.

Я стал чем-то вроде духа. Или не стал, а просто мое сознание, бестелесная сущность куда-то переместились.

И тут у меня в голове появляются данные, как будто их туда кто-то загрузил. Я теперь знаю, сколько в моем распоряжении костей… Берцовых — 152, лучевых — 380, черепов — 249…

Список километровый. Причем у некоторых костей есть дополнительные характеристики. Типа руки с когтями, без когтей, с ядовитыми когтями, усиленные кости, хрупкие кости… Названия некоторых я впервые вижу — ладьевидная кость, полулунная кость…

— Да уж, надо было анатомию изучать, видимо. — Будь у меня голова, я бы сейчас затылок почесал…

Дальше — больше. Следом за перечнем костей идет список оружия и доспехов: мечи, копья, булавы, шестоперы, кистени, кинжалы, нагрудники, шлемы — неплохая бы вышла табличка в экселе. Но у меня все даже удобнее — я просто знаю, чего у сколько у меня есть. Это, насколько я понял, все, что было закинуто в подвал башни. Полная инвентаризация, так сказать. Номерки только не присвоены…

Это, конечно, замечательно. Плохо то, что ничего я с этим богатством сделать не смогу. Нужны какие-то соединения, еще материалы — короче, пока что не мой уровень…

Тут меня снова тянет куда-то, и я оказываюсь в другом месте, помещением это назвать сложно, стен у него нет…

В пространстве передо мной три скелета разного размера и калибра.

Усиленный скелет — это тоже все я знаю сразу, будто всегда эта информация со мной была, а сейчас разблокировалась. Сразу вооружен мечом и щитом. Кости выпирают, суставы крупнее, чем у обычного костяка, наросты на плечах, похожие на защитные пластины…

Дальше более тонкий скелет. Этот быстрый и ловкий. Прыгает, бегает. Атака когтями. Его фишка — это убийства в прыжке. Он может скакнуть метра на три и в полете снести голову врагу. Когти у него будь здоров — прямо Росомаха.

— Буду звать тебя Прыгун, — решаю я.

Третий скелет здоровяк, кости крупные, раз в пять толще обычного, рост больше двух метров, череп больше похож на череп гориллы, длинные руки свисают ниже колен, лобная кость такая, что тараном не пробить. Этот уже гораздо медленнее, чем Прыгун, зато защита надежная…

— Да уж, такого и из арбалета не пробить, — осматриваю я здоровяка, — тут баллиста только справится. Буду звать тебя Конг…

И все эти три мертвяка — низшая нежить, то есть по сути мелочь.

— Если это низшая, то кого я столько времени крошил? Обычные скелеты как классифицируются? Пыль под ногами? Вообще не заслуживают внимания? Хорошо, что такие товарищи мне в первый день не встретились.

Ладно, на экспонаты этой кунсткамеры я насмотрелся, а как обратно вернуться?

— А можно мне обратно? Или я тут навсегда застрял?

Мысленно отдаю приказ вернуть себя в башню — вдруг сработает?

Срабатывает, да еще как.

Меня швыряет обратно в тело, я падаю на каменный пол, ударившись пятой точкой.

— Эй, а полегче нельзя? Мне не двадцать пять! Хотя… пожалуй, двадцать пять, сколько там моему телу. Только для серьезных травм это значения не имеет. Сейчас перелом шейки бедра какой-нибудь заработаю, и все!

Поднимаюсь с пола, потирая ушибленное место. Хоть бы кресло подставили…

— Ладно, чего это я разбубнился, как старый дед? Мне всего-то под семьдесят было, а не сто… а в теле двадцатипятилетнего вообще нечего ныть, тем более, что и не больно почти.

Хрен с ним со всем. Скелеты, магия, артефакты — это все важно и нужно, но, как говорится, обед по расписанию…

Возвращаюсь на второй этаж. Поджариваю себе несколько кусочков хлеба, полоски мяса, завариваю чай… на болотной воде. Белла сварганила в стене первого этажа нишу с каменным желобом: сверху заливаешь жижу — снизу стекает чистая, хоть детям наливай. Очень напоминает рукомойник у бабушки в деревне, только вместо трех слоев марли — древняя магическая башня. Как все это устроено, не знаю и выяснять не собираюсь. Есть вещи, которые должны просто работать…

И с некролиском вопрос закрылся легче, чем я предполагал. Отправил на болота Костю, вручив ему посох с ледяной стрелой. У твари ко льду уязвимость — я запомнил.

В общем, красота. Мне бы кресло-качалку и плед, виноградники бы за окном… был бы чистый рантье. Костюмчик бы белый парусиновый…

— Да уж, это вам не Рио-де-Жанейро… Ладно, надо развеяться. Я вроде производство скелетов заказывал. Пора проверить…

Никаких скелетов не вижу. На первом этаже проверяю комнату некроматериала — никого. На всякий случай арсенал тоже осматриваю…

— М-да, видимо на одобрении? А может, производство таких скелетов требует больше времени? Инструкции нет, руководства пользователя нет, памятки по безопасности тоже. Как работать в таких условиях?

Позевывая, открываю дверь на улицу.

— О, а вы уже здесь? — широко зевая, смотрю на толпу скелетов у башни…

Стоп! Что? Мигом захлопываю дверь. Приоткрываю снова и сразу же захлопываю. Нет, не показалось. Все пространство вокруг башни заполнено скелетами и зомби. Поднявшись на второй этаж, осматриваюсь.

— Елки-палки, тут как будто рок-фестиваль проводят.

Мертвецы повсюду, вооруженные и с пустыми руками, в доспехах и без, целые беленькие и старые, на костях которых мох уже вырос…

— Че ж вам тут всем надо?

Хотя чего думать-то? Некрономикон… книга мертвых. Больше им тут торчать незачем. Видимо, его энергия притягивает мертвяков. Тогда же к поляне тоже шли скелеты и зомби… Я думал, это из-за некроманта и его ритуала, но нет. Дело в книге.

Если скелеты будут тут ошиваться толпами, то я могу и с голоду помереть. Придут скелеты, и я из башни не высунусь. А мои посыльные? Я жду доставку вообще-то. А если тут армия мертвых, то ни за какие деньги никто мне ничего не принесет… гадство.

Поспешил я с некрономиконом. Ошибся, и, может быть, даже фатально…

— Да уж, зашибись, — сижу у огня на втором этаже, в ладони меч, бесполезная сейчас железяка. Против такой толпы и сотни мечников маловато будет. Что я сделать могу, даже с учетом всех поднятых мной скелетов и тех, что может предоставить башня…

Хотя, как говорил один мой знакомый с Ближнего Востока, уныние — верный путь к поражению…

Умный был мужик. Звали его Мехмед Саллах. Во время революции в Иране лишился бизнеса, родители погибли, жена и дочь пропали во время волнений. Несколько месяцев провел в больнице. Пришел в себя, а вокруг уже все другое, правительство другое, жизнь другая… Он все начал с нуля. Снова работал, искал родных. Поднялся опять, сумел сблизиться с нужными влиятельными людьми. Оказалось, что жену и дочь его держат в тюрьме. Он продал все, что у него было, бизнес, дом. Машину, недвижимость… Восток — дело тонкое, особенно в отношении взяток. Сумел выкупить родных, и они втроем покинули страну. Без гроша в кармане они оказались в США. Мой знакомый нова принялся строить свое дело. Работал уборщиком, парковщиком, мыл посуду… Удача улыбается трудолюбивым. Снова появились деньги, деловая жилка позволила пробиться, уже близка была американская мечта… но тут грянуло одиннадцатое сентября. Отношение к людям с восточной внешностью резко поменялось, и в один ужасный вечер в окна их дома прилетела бутылка с зажигательной смесью…

В пожаре погибла жена, а сам он получил обширные ожоги…

Когда я встретил Мехмеда, он был уже очень пожилым человеком. Передвигался в инвалидном кресле и ежедневно должен был принимать кучу лекарств, однако он все так же сохранял бодрость духа, а его деловой хватке можно было только позавидовать… Дочь он воспитал в такой же крепости духа, да, думаю, и на внуков хватило.

Это я к чему: нечего тут сидеть и жалеть себя. Надо что-то делать. Если хорошенько подумать: книга стала причиной столпотворения мертвецов у меня на пороге, значит, в книге нужно искать и ответ, как их убрать отсюда к чертовой бабушке.

Поднявшись на третий этаж, принимаюсь за работу.

— Двести пятьдесят пунктов оценки, это ж офигеть можно, надеюсь, что среди них будет то, что мне нужно…

Возился я с книгой часов восемь, а то и больше, за окном уже утро наступило. Голова раскалывалась, во рту пересохло, а желудок требовал еды громким урчанием.

Зато я сумел открыть с десяток пунктов. И помимо бесполезной информации типа времени создания, периода активации и материала, из которого сделаны страницы, было и кое-что полезное.

[Некрономикон Повелителя мертвых

…

Выброс темной энергии: да

Мощность выбросов: первый самый мощный, остальные ослабевают по экспоненте.

Примечание: выброс — темные эманации, которые излучает книга. Эманации привлекают оживших мертвецов на большом расстоянии.

Причины активации первого выброса: привязка к новому владельцу, привязка к новому магическому конструкту, соприкосновение со святой магией, несанкционированный доступ к книге, последняя воля владельца.

…

Конструктор нежити: да]

Конструктор — это прекрасно.

Был у меня металлический конструктор на болтах собирался, а однажды попробовал «Лего» и весьма увлекся. Буду пользоваться.

[Сбор некротической энергии: да

Возможность создания высшей нежити: да

Способ создания конструкта: во сне

Источник питания: некротическая энергия

Открыто: 14/250]

Над книгой, если сосредоточиться, появляется шкала некротической энергии. Счетчик медленно сбрасывается…

— О, получается на создание скелетов тратится эта фигня, — впервые с прошлого дня я улыбаюсь, — замечательно. Как известно, нет в жизни ничего бесполезного, есть только нужные вещи в ненужном месте.

Пусть себе создается, а мне надо поспать. Причем не просто поспать. Тело пускай отдыхает, а мне надо еще кое-что сделать.

Ложусь на кровать и почти мгновенно засыпаю.

Во сне оказываюсь в башне. Вернее, в конструкторском бюро, так буду называть это состояние.

Надо подумать об обороне. Скелеты не самые сильные, стены им не пробить, дверь тоже выдержит. Мне надо как-то сокращать популяцию скелетов, для этого нужны бойницы на первом этаже.

— Только такие, чтобы рука скелета не пролезала, а болт выпустить изнутри или копьем ткнуть было бы в самый раз, понимаешь меня? — обращаюсь к башне. — Ну, думаю, понимаешь…

Я бы, конечно, еще балкон сделал, но это опасно. Тут и летучая нежить присутствует. В деревне еле отбился. Живые зловредные существа тоже по воздуху летают, помню, ко мне в гости как-то заглянула птичка, которая мозги ест. Разобраться с ней у меня сил хватило, но мало ли кто еще и в каком составе явится. Так что балкон пока откладывается. Как там еще замки обороняли? Котлы со смолой или кипятком, валуны со стен — не пойдет все, нет у нас с Беллой ни смолы, ни масла, даже воды в достаточном количестве. А все камни уходят на укрепление самой башни, ими раскидываться мы не можем.

А вообще пора об удобстве подумать уже. Джакузи, кухня хорошая, не только же укреплениями заниматься. Ортопедический матрас. Кондиционер, то есть климат-контроль… Что-то я замечтался.

— А по обороне — пока будем по старинке, тыкать скелетов копьями, мечами и обстреливать из арбалета… — подвожу я итог, — главное бойницы сделай как надо.

Все, пора просыпаться.

Стоило мне подумать об этом, как башня стала трястись.

— Да все, все, понял я, пора мне уходить.

Похоже, Белла намекает, что достаточно я тут указаний раздал, пора и честь знать.

Открываю глаза:

— Вроде все прошло успешно…

Бам!

Башня сотрясается, как от удара тараном…

— Это что еще такое? — вскакиваю с постели. — Белла, ты чего злишься? Я ж все, проснулся уже…

БАМ! — снова раздается грохот.

Нет, это не сама башня, это кто-то ломится снаружи…

Осторожно выглядываю из окна второго этажа.

Перед башней стоит рыцарь в черных доспехах, черный плащ за спиной развевается, хотя нету никакого ветра.

— Ты кто еще такой? — скрипнув зубами, бормочу я. — Что за манера у всех башенку мою ломать?

[Оценка ур. 15

Ульфрик Хаммертодд

Класс: темный паладин

Состояние: мертв

Тип вооружения: некромолот

Ранг: средний

Возраст: 573 года

Примечание: Темные паладины — измененные черной магией воины света. С помощью пыток, зелий и ритуалов воины света превращались некромантами в ужасных созданий, не ведающих жалости. Под ударами их молотов пали королевства: Пергион, Аламео и Ристлер. Вторжение Темных паладинов в Аларию было остановлено во время битвы на реке Брайслог, когда светлые паладины Саймон и Сильвестр пожертвовали собой, высвободив божественный свет, испепеливший армию тьмы. День этой великой битвы и великой жертвы считается в Аларии государственным праздником.

Открыто: 5/33]

Видимо, эти Саймон и Сильвестр не справились до конца. Теперь мне придется разбираться с их халатностью…

Темный паладин стоит шагах в двадцати от башни. С этого расстояния он швыряет молот прямо в стену…

Бам!

— Да что ж ты творишь, сволочь! — сжимаю я кулаки. — Бедная моя Белла!

Скелеты, штук десять, наверное, с трудом притаскивают молот обратно Ульрику и тот замахивается для очередного броска.

[Оценка ур. 15

Некромолот

Тип: оружие

Класс: магическое

Материал: мертвая сталь

Уровень подчинения: высший

Пояснение: любая нежить низкого или среднего уровня, прикоснувшись к молоту, переходит под власть паладина.

Уровень излучения некротической энергии: чрезвычайно высокий (смертельно для живых)

Примечание: смертельная доза некроэнергии зависит от сопротивляемости организма, его устойчивости, наличия защитных амулетов или усилений тела.

Примечание два: смерть наступает не сразу.

Открыто: 4/17]

Молот в очередной раз с грохотом врезается в стену.

Так, пора уже и ответить…

В оружейной хватаю арбалет и взрывные болты помощнее.

Белла, умница, сделала бойницы, в точности как я и просил. Взрывные снаряды вылетают из башни один за другим — нечего экономить. Пусть этого темного гада на молекулы распылит…

Теперь уже башня сотрясается от взрывов. Скелеты разлетаются в разные стороны, с неба сыплются кости… Когда дым от взрыва рассеивается, вижу, что Ульфрик стоит как ни в чем ни бывало.

— Вот же засада. Такое его не берет…

Молот снова врезается в стену первого этажа. Быстро спускаюсь вниз. Так и есть, то, чего я опасался — по камням пошли трещины…

Если в стене образуется брешь, то паладин станет не главной угрозой. Сюда хлынут мертвецы, и меня задавят числом…

— Белла, надо что-то делать! — кричу башне. — Есть идеи? Нам срочно нужна хорошая идея!

В ответ мне раздается хлопанье дверей.

— Понятно, — криво усмехаюсь я, — как свои порядки устанавливать, ты первая, а как предложить что-то дельное, так ты просто башня… Хотя ты права. В конце концов я ж мужик, защитник и все такое. Мое дело — защищать свой дом.

На этот раз дверь хлопает утвердительно.

— А, с этим ты согласна, — нервный смешок вырывается из моего рта.

Напряжение растет, кажется, даже Белла нервничает. Времени для разработки плана нет. Да и вообще простых вариантов я не вижу, как и безопасных способов разрулить ситуацию. Остались только рискованные и очень рискованные…

— Белла, ты можешь по моему приказу ослабить защиту на определенном участке стены? — кричу я, перекрывая грохот очередного удара.

Дверь хлопает утвердительно — это я уже начал понимать по интонации…

При стрессе мозг работает лучше, я быстро поднимаюсь на третий этаж, там в куче вещей лежит мел. Прикупил по случаю сам не помню когда, а случай и настал…

Хватаю мел и бегу вниз.

Так, ждем… К стене не подхожу — мало ли, сейчас молот прилетит, стену пробьет и меня заодно…

Очередной удар сотрясает стену. Трещины расходятся по кладке…

Так, пока скелеты возвращают молот у меня есть минута, может, чуть меньше.

На стене обвожу круг, как раз в том месте, где трещины.

— Когда он снова кинет, снимай защиту в этом радиусе, — кричу башне.

Двери возмущенно хлопают.

— Так надо, Белла, не спорь! — кричу я. — Если не хочешь, чтобы еще тысячу лет у тебя в гостях были только мертвяки, то делай, как я сказал!

Отступаю от стены. Мысленно отсчитываю секунды до удара. Почти наяву вижу, как темный паладин замахивается, как рукоять выскальзывает из его пальцев, как молот черным снарядом летит к стене…

От ужасного треска закладывает уши, весь первый этаж оказывается в облаке пыли и мелкой каменной крошки, осколки царапают мне щеку… пофиг, сейчас не до этого… В стене образуется дыра, камни стены осыпаются…

Когда пыль оседает, вижу черный молот, лежащий посреди осколков камней.

Отлично, как раз там, где нужно…

В пролом прут скелеты, однако дыра узкая, пролезть толком они не могут, толкаются на входе и мешают друг другу…

Из комнаты некроматериала появляются четверо моих скелетов, уже вооруженные мечами.

— Парни, держите вход. Всех впускать, никого не выпускать! В смысле наоборот! В смысле всем не нашим скелетам прописывайте мгновенное отсечение головы! Быстро!

Скелеты занимают позицию у пролома и бодро машут клинками. Черепа скелетов горохом сыплются внутрь башни.

— Белла, теперь делай что хочешь, любую энергию используй, но дыру закрывай! Как угодно!

Не слушая возмущённого грохота дверей, бросаюсь к молоту. От него исходят почти осязаемые волны злой энергии, энергии смерти. Хватаюсь за рукоять, тяну на себя… Надеюсь, моей сопротивляемости и усилений хватит, чтобы не помереть от одного прикосновения…

Да уж, жалко, что для этой работенки нельзя скелетов использовать. Чертов некромолот сразу их отдаст под командование Ульфрика. А тот вряд ли прикажет им отступить, скорее взять этот самый молот и меня им прихлопнуть…

Пальцы обжигает холодом, рука немеет до локтя, по коже сразу же расползается чернота, как будто чернила под кожей растекаются или происходит мгновенное отморожение с некрозом тканей…

— Сволочь, на каких ты стероидах, что такую тяжесть швырять умудряешься… Но хоть не помер сразу…

Тащу молот, превозмогая боль в руке. Чернота уже добралась до плеча. Грудь сковывает могильным холодом, сердце дает сбой…

Надеюсь, что все-таки успею выполнить задуманное и не окочуриться…

Швыряю молот в яму:

— Не знаю, Белл, что будет, но, надеюсь, ты справишься…

Молот исчезает в темноте подвала…

Башню ужасно трясет, кирпичи в стенах скачут в разные стороны, стены, кажется, вот-вот развалятся.

Меня ударяет волной какой-то энергии, швыряет на пол…

Я на мгновение теряю сознание, но это мгновенный обморок. То есть я сразу прихожу в себя и вскакиваю на ноги…

Так, мертвецы не лезут больше. Один из скелетов наполовину вмурован в стену.

— Будешь теперь работать вешалкой, — хрипло сообщаю я скелету.

Всматриваюсь в стену, не осталось ли трещин и слабых мест… Там, где был пролом, кладка изменилась… Оценка срабатывает тяжело. Я себя чувствую отвратительно, правая рука вообще не двигается…

[Оценка ур. 15

Стена

…

Дополнительное усиление: мертвая сталь

Открыто: 10/10]

Охренеть…

— Белла, ну ты, конечно, и хозяюшка… Взяла молот этого типа и заделала дыру…

Слова даются с трудом. Срочно наверх, к книге, надо слить всю эту темную дрянь, что я хапнул из молота. Не знаю, сколько у меня времени до того, как эта некротическая радиация меня прикончит.

Надо быстро добраться до третьего этажа, до книги… Черт, она стоит так высоко…

Даже когда я пребывал в теле пожилого мужчины, подъем на третий этаж не был столь долгим и мучительным. А самое главное, скелетов не получится призвать. Все костяки за стеной, комната некроматериала не отзывается, видимо Белла после перестройки молота взяла выходной… Та четверка рассыпалась в прах, когда Белла заделывала дыру.

Приходится тащиться наверх самостоятельно, с трудом преодолевая каждую ступень.

— Явно не стоило эту хрень руками брать, — сквозь зубы ругаюсь, преодолевая очередную ступеньку, — а с другой стороны, как иначе? Прихватки тут тоже не сработали бы, а телекинез я пока не освоил…

Все, добрался. Прикасаюсь к книге, и некроэнергия начинает перетекать в нее. Только успею ли я слить достаточно, пока сердце не остановится? И примет ли обновленная, гибридная книга энергию или нет?

Все, мне пора отдохнуть. Если в башню ворвется паладин этот, то хрен с ним, будем считать, что он победил. Сил у меня больше нет…

Сознание меркнет, последнее, что вижу, — книга в моей руке. Это хорошо, это правильно, всю дрянь надо слить…

Наткнулся я однажды на статью по литературе. Там описывалась интересная особенность молодых авторов. Почти каждый из начинающих писателей считал своим долгом вставить в книгу описание похмелья у главного героя. Я стал больше обращать внимания на такие вещи и действительно заметил: зачастую молодой писатель запихивает в свои книги сцены, где герой просыпается после веселой ночи и испытывает на себе все прелести абстинентного синдрома или алкогольной интоксикации.

Я не в книге, пил я в последний раз довольно давно, и не какую-то паленку, а хорошее вино, но ощущения именно такие. Как будто во времена студенческих гулянок вернулся. Учился я давно, но времена меняются, а студенческие попойки всегда примерно те же… Они, наверное, и в средние века были примерно такие же.

Но у меня-то гулянок не было, я не пил! А голова трещит так, будто я вчера мешал все подряд и не закусывал. Во рту сухо, как в пустыне, шершавый язык царапает небо, от каждого движения голову пронзает взрыв боли, глаза открыть я даже не пытаюсь — еще лопнут…

— Водички бы кто принес, — вместо привычной речи изо рта вырывается слабый хрип, — воды, или прибейте меня!

Яркий образ рыцаря в черных доспехах возникает в мозгу…

— Черт! Там же нападение! — Резко подскакиваю на ноги, от боли чуть не падаю обратно на пол, но все-таки стою, держась за стену. — С-сволочь паладин! Он же сейчас точно…

Стоп. А что точно? Прорвался? Прорвется? Стоит и ждет, когда ему молот отдадут?

Сколько я в отключке пролежал? Надеюсь, не слишком долго, пару минут, час максимум…

Спускаюсь на первый этаж. Осматриваю местность вокруг башни, в очередной раз нахваливая Беллу за сделанные бойницы…

Вокруг башни по-прежнему толпа скелетов, их как будто даже прибавилось. А самое главное — снаружи ночь. Если бы не яркая луна, что висит в темном небе, да не улучшенное зрение, хрен бы я вообще что-то разглядел…

— Получается, провалялся я не меньше десяти часов, когда вырубался, светло было, едва за полдень…

А где ж паладин? Что-то не видать…

На всякий случай оглядываюсь, вдруг он у меня за спиной стоит?

Нет, никого нет в башне — и слава богу.

— Неужели свалил? А казался настырным малым. Чего ж это он решил оставить меня в покое? Просто так? Я сейчас любую боль готов вытерпеть, лишь бы узнать…

Всматриваюсь в ночь, разыскивая паладина…

— Белл, может, ты хоть намекнешь, куда этот гад делся? Под дверью не стоит он случайно, не ждет, пока я высунусь?

Черт, погорячился я насчет боли…

Хватаюсь за голову, зубы сжимаю до хруста. В мозгу возникают картинки, видения…

Паладин без молота стоит на холме неподалеку от башни. Правая рука вытянута вперед — это он молот швырнул.

Затем доспехи трясутся, из сочленений вырывается то ли пар, то ли дым…

Это, видимо, когда я молот в подвал закинул.

Паладин трясся некоторое время. Затем вытянулся в струну, кажется даже на цыпочки поднялся, руки и ноги расставлены, словно его одновременно тянуло во все стороны.

Я уж думал, сейчас паладина разорвет на части, но нет. Он постоял минуту, затем вздрогнул еще раз, замер, опустив руки, ссутулив плечи, вроде даже ростом меньше стал…

А потом Темный паладин развернулся и побрел прочь от башни, загребая ногами и опустив плечи…

— Получается, в молоте вся сила была? А разговоров-то было! Тоже мне Темный паладин, просто приложение к магическому оружию… Или у него вся цель жизни была заключена в молоте? Тогда хреновые он себе цели ставил, раз молот им командовал…

Все эти магические артефакты: кольца, мечи, молоты — не должны быть определяющими волшебника или воина предметами. В первую очередь сила должна зависеть от ума, воли и решительности. А все остальное — это так, усилители, мишура… А то возникнет вопрос, кто ты без крутого костюма, и не все смогут ответить что они гении, филантропы, и так далее, и тому подобное.

Ладно, свалил — и слава здешним богам, если они тут есть…

— Белла, спасибо тебе, что дыру заделала, а то прорвались бы сюда мертвяки, и все. Стало бы их на одного больше. — После перенесенного лучше быть поучтивее с моей подругой, а то снова обидится.

Подхожу к месту бывшего пролома, снова осматриваю кирпичи из мертвого металла. Осторожно касаюсь кончиками пальцев — надеюсь, не опасно же? Некроэнергии вроде не ощущается. Башня поглотила и переработала или книга, но теперь это место защищено и безопасно.

Опасен для меня голод. Я конечно, молодец, что закупил провизии в деревне, но запасы не бесконечны, Белла их создавать не способна, а при таком количестве мертвяков снаружи ни я выйти не могу, ни ко мне никто не пройдет… кстати, интересно, а моя троица доставщиков как там? До города добрались? А может, хотели вернуться, наткнулись на эту ораву, да и повернули обратно. Страху я на них нагнал, и перспективы работы со мной их вроде соблазнили, но когда сталкиваешься с угрозой жестокой смерти, то выбираешь себя… Черт, это, конечно, обидно будет, если они свалили, но вполне логично, я бы тоже так поступил, сто процентов понимания, ноль процентов осуждения…

Но буду надеяться, что они не возвращались пока, а когда вернутся, надо проблему с осадой решить… Как-то…

Слабость до сих пор не отпустила, колени дрожат, руки трясутся…

— Надо поесть, надо попить. На голодный желудок думается плохо, — поднимаюсь на второй этаж.

Готовить мне лень, да и долго. Закидываю в рот хлебцы и вяленое мясо, все это исчезает во мне с ужасающей скоростью. Обильно запиваю поздний ужин водой.

Еда и питье действуют как настоящее зелье жизни. Шум в голове пропадает, руки и ноги перестают дрожать — прихожу в себя.

— Сейчас бы еще умыться, взбодриться, но тратить воду в условиях осады на умывание глупо. Потом мне этих двух кружек, что я сейчас израсходую, не хватит, чтобы лишний день продержаться. Лучше уж с неумытой рожей ходить, но живым, чем быть чистеньким, но мертвеньким…

После еды настроение мое улучшилось, я стал прикидывать, как все-таки разбираться с нашествием…

— Белл, а мы не можем сделать какую-нибудь турель автоматическую? Чтобы всех вокруг башни расстреливала? Рельсы по периметру крыши, лафет на шарнирах, автоматическая подача снарядов? Даже лучше парочку таких агрегатов… и двух скелетов приставить, чтобы боезапас вовремя пополняли? И еще бы системы распознавания «свой-чужой» прицепить, чтобы своих мертвяков не стреляли, а чужих и на километр не подпускали?

Голову разрывает новым приступом боли.

Ой, дурак! Сам виноват! Сморозил фигню… сам же знаю ответ… вот теперь за свою глупость расплачиваться буду.

Ладно, хоть в этот раз не так жестко.

В голове снова картинки, будто ребенок рисовал.

Башенка нарисована, дверка открытая, в дверку залетают квадратики — типа ресурсы, ну или как в данном случае — ресурсики. И много их залетает, разных. Тут и камни, и древесина, артефакты непонятного мне пока назначения, вроде как даже души какие-то, темные квадратики — то ли нефть, то ли набившая оскомину некротическая энергия. Эта вереница ресурсиков тянется и тянется… А над башенкой то солнце восходит, то луна. Быстро-быстро, словно много дней проходит, долгий процесс, перемотка… Зато на башенке появляются баллисты, они начинают стрелять в нарисованных скелетиков и зомби, что подходят к башенке. А у самих баллист стоят другие скелетики, с нарисованными над головами сердечками, они заряжают баллисты…

— Все, Белла, хватит, я понял, — голова лопается от боли, — усвоил я урок. Извини, сморозил фигню… Больше не буду всякие глупости спрашивать.

Слышу удовлетворенный удар двери о косяк…

— Да-да, урок усвоен, собачка обучаема… — Потираю виски, приходя в себя.

Получается, автоматические турели или баллисты все же можно сделать. Только нужно очень много ресурсов и времени. И вопрос, ресурсы эти нужны одномоментно? Или есть какой-то хаб, куда можно помещать ресурсы, необходимые для усиления? В смысле, решим мы с Беллой зафигачить баллисты, закину я в подвал все необходимое, а тут лестница прохудится и надо будет ступени менять или стену подновить, и тогда как? Придется новые ресурсы закидывать? Или башня просто из запаса на баллисты их возьмет, а сроки установки сдвинутся?

Помнится, когда я только еще осваивал работу с башней в осознанном сне, я заказал себе баллисту. Больше шутки ради или скорее для проверки возможностей. Ну и проверил: основание Белла мне построила, а дальше ни тпру ни ну. Не хватало ни ресурсов у нее, ни знаний у меня. Потом я мимо этого основания ходил, строил догадки, что с ним делать, а еще позже мои мертвяки его разобрали. Я это даже за хлопотами не сразу заметил, а когда заметил, обидно стало: и Белле лишнюю работу задал, и им.

Чтобы такого не было, думать полагается, планировать, а для строительных работ прораб нужен или архитектор какой-нибудь… Надо осторожненько у Беллы разузнать про это…

Но опять же, это все в далекой перспективе. А решать проблему с толпой скелетов надо сейчас, моя еда рано или поздно закончится, пересидеть скелетов не получится, им жрать не надо, у них как бы времени в запасе целая вечность…

Начинаю с очевидного. Вооружившись арбалетом и охапкой болтов, расстреливаю скелетов через бойницы. Сперва дело идет весело. Скелетов много, болтов с запасом, стреляю я даже по меркам этого мира вполне себе прилично. Каждый болт находит цель. Скелеты падают, черепа раскалываются. Только все это бесполезно.

— Черт, все равно что бросать камешки в море в надежде остановить прилив…

Простые болты не очень показали себя. Но у меня есть и не простые.

Взрывной болт срабатывает отлично, разнося на кусочки штук двадцать мертвяков. Взрыв такой мощный, что языки пламени даже в бойницу проникают, я еле отскочить успел, а то без бровей бы остался.

— Понятно, тут в упор стрелять не надо, может самого зацепить…

Дальше действую умнее, стреляю поверх голов ближних зомби, чтобы в дальние ряды попасть и там шороху навести…

Веселее, конечно, но все равно слабовато.

— Сколько ж их здесь? — В темноте не видно конца-края этой толпе. — На пляже в Сочи в разгар сезона и то народу меньше!

Взрывные болты у меня не бесконечные, тратить их тоже нет смысла. Как и другие — толку, допустим, от замораживающего болта? Замерзнет с десяток скелетов, потом оттают и снова полезут в атаку, кислотные еще могут сработать, но их у меня раз-два и обчелся. Есть и совсем уж нетривиальный болт, который создает при попадании область вакуума, но против мертвецов бесполезно, не нужен им воздух…

Устал я стрелять…

— Стоп, есть идея…

В оружейной снимаю со стены несколько копий, не слишком длинных, но сойдут. Из комнаты некроматериала вызываю троих усиленных скелетов. Они готовы… самое время.

Вручаю своим воинам оружие:

— Ну, что, вы теперь не просто скелеты, а настоящие гоплиты! Так что вперед! Задача у вас простая — тыкать копьями врагов. Желательно попадать в голову, желательно отрывать ее ударом к чертовой матери и желательно оружие беречь и не вышвырнуть на фиг из бойницы. Все ясно?

Скелеты топают к бойницам и начинают тыкать копьями наружу.

М-да, эффект не то чтобы суперский. Копье в принципе против нежити не лучшее оружие. Толку от того, что ткнешь скелета в бок или грудь? Ему пофиг. А чтобы череп ударом копья пробить, нужна сноровка, руку набить и все такое.

Вот мои гоплиты пока не набили… Один тычет копьем в бойницу, вижу, что копье попадает в череп, но проходит по касательной, не причинив особого ущерба. Второй скелет вообще в ребро врагу втыкает оружие, кость сломал только, хорошо, хоть копье не упустил.

Ну и фиг с ним. Это тот редкий случай, когда количество важнее качества. Мои скелеты тоже не устают и могут тыкать копьем сутки напролет, семь дней в неделю… То есть по теории вероятности рано или поздно они все таки будут попадать в головы врагов так, как нужно… и будь у них бесконечное количество времени они всю эту орду уничтожили бы. Проблема в том, что бесконечного времени нет у меня…

Снова заряжаю арбалет и расстреливаю скелетов, как в тире: один болт — один разнесенный на кусочки череп.

Стреляю, пока руки не устают.

— Это бесполезно, — качаю я головой, как в том анекдоте про «до фига»— это идти и считать шпалы на железной дороге, когда дойдешь до «ну его нафиг», это будет половина…

Все. Больше из арбалета стрелять смысла нет, только болты тратить, армии мертвецов ущерба как слону от водяного пистолета.

Нужно что-то другое…

Через бойницу вижу двух зомбарей.

Вот и другой вариант…

Быстро беру мертвяков под контроль, приказываю рвать скелетов.

Зомбари резво принимаются выполнять приказ. Черепа летят в разные стороны, как брызги молочного коктейля из блендера.

Я понимаю: сработал эффект неожиданности, скелеты, что окружили башню, не ожидали такой подставы. Однако их замешательство длится недолго, и вскоре на моих зомби прыгает скелет…

Этого резвого товарища я тоже беру под контроль.

— Три мушкетера, вперед, пора показать этим гвардейцам кардинала, где раки зимуют! Вперед, тысяча чертей!

На подмогу завербованной троице направляю еще одного мертвеца, за ним еще и еще…

— Стоп! Не до фига ли я их поднял? Вроде раньше больше трех не получалось?

Но сейчас под моим контролем шестеро.

— Это так заклинание эволюционировало или сработало то, что я поднял оценку?

Нет, все-таки, видимо, эволюция…

Раньше захват и подчинение мертвяка требовали контроля. Как будто я старался провести прямую линию от руки. Требовалось сосредоточиться, напрячься. Теперь же мне будто линейку дали, подчинение не требует таких усилий, сосредоточенности и напряжения…

Мой отряд занимает круговую оборону и принимается методично уничтожать армию скелетов. Я помогаю, как могу. В окно швыряю оружие: мечи, булавы, только не копья. Копьями работают мертвецы, которых создает Белла.

Шестерка мертвяков расхватывает клинки, и начинается настоящая потеха. Мои бравые, пусть и мертвые воины, размахивая клинками, отбивают волну за волной набегающих на них врагов. Скелеты падают с размозжёнными черепами или вообще без них. Как и в случае с копейщиками — скелеты машут мечами без устали, не требуя ни отдыха, ни перерыва на обед. Значит, отряд уничтожит всех скелетов в округе… рано или поздно.

Отряд движется по периметру башни уничтожая скелетов.

— Уже веселее, каких-нибудь пара десятков лет, и я смогу покинуть башню…

Черный силуэт мелькает в лунном свете. В круг, образованный спинами моих скелетов, влетает существо, больше всего напоминающее помесь волка и какого-то представителя семейства кошачьих. В полете это существо умудряется снести голову одному из моих зомбарей…

— Так это еще кто?

[Костяная гончая] — оценка выдает наименование твари, готовящейся к новому прыжку.

Таким макаром она мне сейчас весь отряд уничтожит.

Вот же сволочь!

Гончая прыгает, а я со злостью приказываю ей:

— А ну стоять! — Приказ вышел что надо, где-то в далеком мире сейчас должен порадоваться ефрейтор Куренков, что таким же рыком будил по утрам новобранцев в удаленной армейской части, где я срочную службу проходил.

К моему удивлению, гончая замирает на месте, более того, я теперь вижу ее глазами! Собачье зрение — вещь довольно специфическая, мало того что на всех снизу вверх смотришь, так еще и цветов нет, лишь какие-то мелкие вкрапления синего и зеленого…

Оказывается, я теперь и так могу, это очень и очень занятно.

Отдаю приказ рвать скелетов и с минуту смотрю ее глазами. Гончая быстрыми прыжками налетает на мертвяков и ударами лап сносит черепа. Мощно, быстро… загляденье, а не собачка, и чего я так раньше их не любил… Приказываю гончей атаковать только тех мертвяков с кем может справится, сильных не стоит трогать, с ними как-нибудь разберемся после…

Правда, один скелет вышел у меня из-под контроля, но остальные пятеро быстренько ему объяснили, что бывает с дезертирами и перебежчиками. Вот он стоял — и рассыпался на косточки. А мои оставшиеся продолжают бой.

Пять мертвецов плюс гончая, неслабо навык прокачался, но я чувствую, что подступает слабость: лимит исчерпан и через пару часов я выдохнусь. Надо бы добавить сил отряду обороны.

Поднявшись на третий этаж, касаюсь книги повелителя мертвых. Снова рывок под ложечкой, и я оказываюсь в пространстве без пространства, в месте, где можно конструкты создавать. Инфу о количестве доступного материала пропускаю. Это сейчас неважно. Мне, как говорится, в Париж по делу срочно.

Мне нужны здоровенные скелеты, похожие на очень крупных горилл. Конги то есть, причем столько, сколько может предоставить книга.

Выдав заказ на нежить, спускаюсь на первый этаж. Из комнаты некроматериала как раз выходит первый Конг. Зараза, он вживую еще больше… тем лучше…

— Ты такой большой, потому что в детстве кушал «растишку», — хлопаю я скелета по локтю, до плеча не дотягиваюсь.

К первому скелету-гиганту присоединяются еще трое. Один из моих копейщиков рассыпается, но ничего, и двое справятся. Значит, теперь у Беллы тоже лимит равен шести мертвякам. Мы оба растем над собой, но об этом подумаем позже.

— Ребята, задача у вас элементарная — выходите и давите всех, кто на пути попадется. Все очень просто, даже вы справитесь.

Подхожу к двери. Черт, а они в нее пройдут? Ладно, рискну…

— Давайте с разбега! — командую конгам. — На счет «три»! Один. Два… три!

От топота толстенных ног пол башни содрогается, я распахиваю двери в последний момент. Мимо со скоростью болидов проносятся три огромных скелета. В дверь они прошли без проблем. И мне кажется, Белла специально на секунду расширила проем: не был он таким здоровым раньше…

Четверка конгов врывается в толпу скелетов, оставляя за собой просеку. Широкая полоса земли усеяна растоптанными и раздробленными в мелкую крошку костяками. Конги успевают пробежать метров двадцать, пока их не облепляют скелеты. Тем не менее мои бесстрашные здоровяки пачками укладывают врагов. Треск костей стоит, хоть уши затыкай… Надолго моих конгов не хватает, но я уже настроился на нужные действия.

Следующая партия наготове. Выпускаю их из башни тем же манером.

Снова топот, треск, мои скелеты разносят пришлых, расшвыривают в разные стороны, кости влетают в стены башни и рассыпаются с сухим треском.

Так продолжается, пока силы не иссякают. Снаружи до фига скелетов, от моих воинов остались рожки да ножки, только гончая еще мечется среди врагов, отрывая и откусывая головы. Вот уж неутомимый песик. А при его скорости ни один скелет ничего сделать с ней не может.

— Пусть развлекается, — устало произношу я, — все, Белла, запирай бойницы. Хватит на сегодня сражений. Пора поспать…

Поднимаюсь на второй этаж. Глаза слипаются, рот от зевоты рвется…

— Если так рот разинуть, можно и затылок прищемить…

Поужинав хлебом и мясом, ложусь спать.

Сил готовить не осталось…

— По законам военного времени, буду считать и это вкусной и здоровой пищей…

Так, судя по количеству мертвецов в окрестностях башни, и по тому, насколько эффективно я с ними расправляюсь, сидеть мне в осаде еще минимум дня два. Надеюсь, новые скелеты не подойдут…

С этими мыслями засыпаю. На этот раз без сновидений, осознанных или нет. Просто сплю. Могу же я себе позволить такую роскошь хоть иногда?

Утром просыпаюсь бодрым и отдохнувшим.

— Жизнь прекрасна и удивительна, если выспаться предварительно, — встаю с кровати и направляюсь к очагу готовить завтрак.

По пути смотрю в окно. Орда мертвецов так и топчется у башни. Но это уже привычно, почти норма жизни.

— Разберусь с вами. Только позавтракаю сначала, вы же никуда не торопитесь? Нет, если у вас есть дела, не стоит беспокоиться, идите себе, — обращаюсь я к скелетам за окном.

Те, естественно, мою вежливость игнорируют. Болваны неотесанные…

Подкрепив силы, продолжаю сводить к нулю популяцию скелетов. В ход идет вчерашняя тактика. Скелеты у бойниц с копьями тычут в головы, шестерка скелетов снаружи (это я уже новых резервировал), ну и конги продолжают выходить партиями из комнаты некроматериала и отправляются в самую гущу сражения.

Ах, да, еще псинка бегает снаружи, надеюсь, с ней все в порядке…

Надо бы назвать ее. А какие я клички собачьи знаю? Был у соседа пес, мастиф вроде, по кличке Джульбарс. Но это была мощная зверюга, а тут худосочненький собачий скелет, хоть и выглядит как сущий кошмар. Пусть будет Джулька…

Пока мертвецы воюют, занимаюсь бытом. Обед сварил, а то всухомятку питаться — прямой путь к гастриту и язве…

После обеда решаю провернуть новую комбинацию. Раз уж в моем распоряжении есть огромные скелеты, типа «танки», если воспользоваться игровыми терминами, значит, их надо попробовать использовать в соответствующем качестве.

Военная техника действует под прикрытием пехоты, в противном случае она уязвима в ближнем бою…

Выпускаю наружу очередного конга и приказываю мертвецам прикрывать его…

Эффект выше всяких ожиданий. Не думал, что тактика войн двадцатого века сработает так хорошо.

Конг, составляющий главную ударную силу, крушил черепа и швырялся скелетами. Мертвяки помельче защищали его от нападений с флангов и с тыла. Один отряд уложил не меньше сотни скелетов, оставив целое поле костей.

Я тоже постреливал из арбалета, теперь уже более экономно. Одиночными болтами бил особо ловких и быстрых мертвяков, а в крупные скопления посылал взрывные болты. Их осталось не так много, поэтому каждый такой выстрел приходилось выверять тщательно.

Один раз прибегала Джулька. Гончая что-то держит в пасти. Я выглядываю из окна второго этажа. Псина подпрыгивает, и к моим ногам падает череп.

— И зачем он мне? — Джулька только радостно виляет хвостом. — Что мне, в подвал его закинуть? Или тебя? Ну, нет, конечно, кто ж такого хорошего песика будет в подвал кидать? А может, ты хочешь, чтобы я тебе его кинул?

Джулька виляет хвостом и умильно открывает пасть, припадая на передние лапы.

— Давай, позже поиграем? Я тебе косточку дам, заслужила. Вон сколько их тут, выбирай любую…

Два дня проходят в такой рутине. Просыпаюсь утром, завтракаю, начинаю уничтожать скелетов… С каждым разом вылазки моих мертвяков все успешнее. Теперь уже высылаю две группы — в одной два конга, в другой три усиленных скелета, все вооружены мечами.

Эти расчеты успешно уничтожают толпы скелетов, оставляя груды костей.

Сам я тоже выбираюсь на вылазку — надо же размяться.

Меч с быстротой молнии рассекает воздух, сносит головы скелетам. От башни я не отхожу, чтобы при малейшей угрозе успеть юркнуть обратно. Штук двадцать завалил, подустал и вернулся под крышу, чтобы перекусить.

Так дня два и проходит. И толпа даже редеет…

Вот и отлично, значит орда не бесконечна, скоро я смогу покинуть башню… и ко мне доберутся мои курьеры. Осталось только немного подождать… Надеюсь, они живы и здоровы.

Интерлюдия

Лия

Карты в Пустошах не нужны. Из-за того, что магически шторма часто меняют ландшафт, а целые поселения могут переместиться всего за одну ночь, составить более или менее точную карту невозможно…

Другое дело направления: нужно точно знать, откуда ты заходишь в пустоши и как возвращаться. Внутренний компас — залог успешного похода.

Лия Скаденс шагала по широкой тропе, направляясь к башне, что ей показал загадочный молодой некромант.

Она знала, куда идти. Не видела дорогу или препятствия, которые могли бы встретиться на пути, а просто чувствовала направление. У нее в голове словно указатель возник.

Это был ее дар, ее специализация, как называл это маг Гиомед.

Лия не была боевым магом, она, конечно, могла сотворить и магический огонь, и ледяное копье, но не слишком хорошо… Ее учитель Баррион Гиомед творил боевые заклинания не задумываясь, словно это было для него естественно, как дыхание… Подобного уровня нельзя достичь только тренировками, тут требовался талант… Лучший пловец из людей никогда не сможет плавать так же легко и быстро, как самый ленивый дельфин.

А у Лии Скаденс лучше всего получались именно заклинания поиска и разведки. В начале обучения это ее сильно расстраивало, она мечтала о сражениях, как одним мановением руки она будет уничтожать целые армии тьмы… Однако мудрый наставник сумел найти подходящие слова и успокоить воинственную ученицу. Он сказал, что ее дар куда полезнее, чем бестолковое метание молний и огненных шаров. Она может находить пути, видеть скрытое, да ее любая партия авантюристов с руками оторвет… Так и случилось. Жакоб принял ее в отряд без лишних слов и проверок.

Да уж, Жакоб и Майло, дураки, сбежавшие с деньгами некроманта…

— Идиоты, — в который раз цедила Лия сквозь стиснутые зубы, — возвращайся теперь, объясняй, почему так мало выручки и где вы оба шляетесь?

Девушка немного нервничала перед встречей с заказчиком.

Во-первых, срок, назначенный для возвращения, давно истек, так что она могла нарваться на гнев волшебника… Во-вторых, две трети выручки забрали Жакоб и Майло…

Девушка нервно передернула плечами: за собой вины она не чувствовала, потому что свою часть сделки выполнила, но все равно страшновато… хотя она несла все, что заказал некромант, и даже еще больше… А самое главное, шла она не одна…

Когда Лия поняла, что все заказы некроманта ей не хватит сил унести… Она разместила на досках возле нескольких постоялых дворов объявления о работе разносчиков. Поспрашивала у знакомых…

Оплату она назначила хорошую, но много охотников на нее не нашлось. Все понимали, что такие деньги не станут платить за легкую увеселительную прогулку. А большинство из тех, кто жаждал попасть в отряд — не подходили Лии. Вот такой парадокс. Сразу понятно, что ждать от скалящегося алкаша, алчно смотрящего на ее декольте, да ведь? Да и другие подозрительные личности Лией сразу отметались.

Однако четверку готовых поработать людей Лии все же найти удалось.

Первой оказалась Кэт Даунтон. Высоченная и широкоплечая Кэт работала в порту грузчицей наравне с мужчинами и наравне с мужчинами участвовала в попойках и драках в портовых кабаках. Из-за мускулистой фигуры и коротко стриженных волос ее часто принимали за парня… В сезон штилей кораблей в порту было маловато и работы не хватало, так что Кэт сказала, что ей все равно куда идти и что тащить, лишь бы заплатили.

Вторым был тощий как палка парень Клиф Бжикс. Клиф готовился стать проповедником, но из-за вспыльчивого характера и неумения держать язык за зубами вылетел из семинарии. С тех пор он перебивался случайными заработками, которые, впрочем, могли приносить неплохой доход. Руки у Клифа были золотые, он мог починить что угодно, отремонтировать стену, поправить забор, навесить ворота, застеклить окно, подковать лошадь… список можно продолжать бесконечно. Единственное, что мешало Клифу жить припеваючи, это его неуемное желание высказывать свое мнение, когда его не спрашивают. Клифа Лии посоветовал один надежный знакомый, сказав, что парень согласен работать даже за плату меньшую, чем в объявлении…

Еще двое — семейная пара. Сэм и Сидни Лэй. Пожилые, но крепкие телом и духом крестьяне. Их ферма разорилась из-за прошлогодней засухи. Чета Лэй перебралась в город. Сэм работал фонарщиком, Сидни же устроилась в ткацкую артель. Они сразу сказали, что постоянная работа их не интересует, что денег, обещанных Лией им хватит, чтобы восстановить ферму… Что Сэм, что его супруга не из пугливых. Приходилось им отбивать ферму от нападения волков в голодную зиму, да и с мертвяками они бились, когда погост рядом с фермой пробудился…

Отряд получился разношерстным, но вполне способным отправиться в пустоши и вернуться обратно.

Так Лия, сама того не желая, стала предводительницей группы. Еще недели две назад она о таком и думать не могла, а теперь шагает впереди, указывая путь команде.

Четверка носильщиков поначалу шагала бодро, но чем глубже в пустоши они заходили, тем менее твердым становился их шаг, сильнее чувствовалась тревога.

Лия и сама побаивалась, но командиру отряда показывать слабость нельзя. Стоит запаниковать одному, и пустоши уничтожат весь отряд. Люди не были бывалыми авантюристами и шанс, что они решат разделаться с ней ради добычи — был минимальный. С большой вероятностью они бы не добрались обратно…

— Чего носы повесили? — бодро говорила девушка. — Скоро уже доберемся. Там сильный волшебник живет, будем в безопасности. Главное работу сделать четко и не лезть, куда не просят.

Ответом было гнетущее молчание…

Лия боялась, как бы этот самый волшебник в гневе не прихлопнул весь ее новый отряд, кто его знает, как он отнесется к тому, что его надули?

В конце первого дня пути Клиф заметил неподалеку от тропы одинокого мертвяка. Скелет стоял спиной к дороге и вовсе не обращал внимания на путников.

Клиф достал из-за пояса дубинку с металлическим навершием и хотел сойти с тропы…

— Стой, дурак! — Лия в одно мгновение оказалась рядом с Клифом.

— А чего такого-то? — спросил Клиф. — Он же там один. Кокнем его, будет хоть чем похвастаться, когда вернемся…

— Наше дело доставить груз, а не геройствовать, — прошипела Лия в ухо парню, — ты сейчас одного грохнешь, а из леса выскочит сотня…

Медленно пройдя мимо скелета, отряд Лии побрел дальше.

Ночь проходит нервно. Ночные шумы, крики птиц и рев зверей — малоприятные звуки, не способствующие здоровому сну.

К концу второго дня Лия стала узнавать местность. Значит, они не так далеко от башни.

— Веселей, народ, мы почти на месте. — Лия и правда ободрилась, и сил вроде тоже прибавляется…

Башня вот-вот покажется, пора командовать привал.

Четверка носильщиков располагается на длительную стоянку, активирует защитные артефакты, а Лия направляется к башне.

Поднявшись на очередной холм, девушка замирает от изумления. Все пространство перед башней усеяно костями. Такое ощущение, что вся земля засыпана.

— Что ж тут случилось-то? — шепчет Лия. — Не мог же один человек столько мертвяков уничтожить?

'Может быть, и мог, — мелькает мысль в голове девушки — Тут была серьезная битва. Только кто в ней победил?

«Надеюсь, с хозяином башни все в порядке… Хотя если нет, может, оно и к лучшему?»

Лия сразу отгоняет такие мысли, нет уж, пусть уж некромант будет жив. С такими людьми надо дружить, слишком уж заманчивые перспективы открывает подобная дружба…

Как прекрасно ощущать себя победителем, героем, способным уничтожать полчища врагов, всемогущим, мощным и несокрушимым.

Но герои никогда не разгребают последствия подвигов. Трупы не закапывают, кровь с доспехов не счищают, орудие затупленное править им тоже не приходится.

Короче, герой — это выпендрежник, совершающий один подвиг, а потом почивающий на лаврах.

Всегда мне не нравились герои, от них больше вреда, чем пользы.

Я себя героем не чувствую, после уничтожения армии скелетов нет у меня ни воодушевления, ни радости. Есть только понимание, что весь этот бардак надо убрать, что на всю эту возню я потратил дофига времени, сил и припасов. Болтов арбалетных ушло больше ста, наверное, а они не задарма мне достались.

А нервов сколько потрачено? Один черный паладин чего стоит… А между прочим, нервные клетки не восстанавливаются.

Ладно, закончилось нашествие, вернее, я его закончил, и хорошо. Теперь надо порядок навести.

Несколько поднятых мной скелетов снуют по окрестностям, собирая кости, что белым ковром покрыли все пространство. Кости летят в подвал башни. Это в моем прежнем мире человеческие останки в землю закапывают или сжигают, как мусор, а для меня кости и тела — ценный ресурс.

— Не нравится мне это, — недовольно говорю я скелетам, — чего вы по две косточки таскаете? Эдак вы до второго пришествия будете убираться.

Сходив на третий этаж, приношу скелетам здоровенный кусок плотной материи, раньше это был гобелен с батальной сценой… а теперь…

— Расстелили, накидали костей, взяли и притащили к подвалу, понятно?

Скелеты кивают.

— Все, вперед. Вам бы еще грабли, и совсем как школьники на субботнике будете…

Скелеты отправляются на уборочные работы. Я хожу вокруг башни, осматривая стены — мало ли где еще этот псих с молотом оставил повреждения?

Вроде все в порядке…

Однако замечаю одинокого человека на холме. Вот он шел и остановился.

И чего уставился? Как хочу, так и развлекаюсь…

Выхожу из-за башни, так, чтобы меня было отчетливо видно с холма. Стою у дверей, жду, пока Лия соберется с духом и приблизится. Идти навстречу я не собираюсь, не бывало такого, чтобы темный пластилин, в смысле властелин, выбегал к кому-то…

Лия сама должна подойти и отчитаться, а я должен холодно выслушивать ее доклад. Как настоящий сюзерен, как владетель этих земель.

— Вижу, ты пришла, но не вижу, что соблюдены договоренности. — В моем голосе холод и сталь, Лия переминается с ноги на ногу.

— Знаете ли, обстоятельства поменялись, Жакоб и Майло…

— Бросили тебя?

Лия виновато кивает.

— Они продали вещи, что вы нам дали, и сказали, что не собираются возвращаться. Мне же оставили мою долю.

Я задумчиво рассматриваю ее, и она совсем тушуется.

И что мне с ними делать? Убить? Вроде логично, метку я на каждого ставил, но не проверял, а потом развеял: тратит она энергию, а мне вся нужна здесь и сейчас. Но убить все равно можно, если постараться. Но надо ли? С одной стороны, они должны ощутить последствия своих действий, с другой стороны, важно держать лицо перед сотрудниками: обещал штраф — надо штрафовать, чтоб другим неповадно было…

Но милосердие вообще-то странная штука, иногда оно хуже смерти.

Действительно, эти двое теперь своей тени будут бояться до конца жизни. В моем мире такое случалось. К примеру, обещают грохнуть, а ничего не происходит. И жертва живет в страхе недели, месяцы, годы. От постоянного страха легко с катушек съехать или инсульт раньше времени заработать.

В девяностые бизнесмен Емельян Щукин перешел дорожку крупному криминальному авторитету по кличке Трубадур.

Это прозвище бандит получил не за вокальные способности, а потому что любил избивать врагов куском металлической трубы со всей дури…

Короче, что-то Щукин с Трубадуром не поделили, и бандюган пообещал убить бизнесмена.

Емельян, ясное дело, сразу же нанял лучших телохранителей, потратил прорву денег на защитные системы, бронированные автомобили и окна в доме. Старался особняк не покидать, забор поставил — не хуже крепостной стены…

Под конец развилась у Щукина паранойя, стал он опасаться, что собственная жена подослана Трубадуром, втерлась ему в доверие и вынашивает планы его убийства.

Жену бизнесмен выгнал, с охраной и прислугой общался исключительно по телефону… Восемь лет мужик с ума сходил от страха, пока не поехал кукухой окончательно.

Бизнес его, естественно, развалился, дом и тачки забрали в счет долгов, а самого Емельяна увезли в дом с мягкими стенами…

А Трубадур, по слухам, вовсе не собирался причинять физический вред Щукину. План был простой: довести человека до дурдома, и сработал. Жизнь Емельянова он не забрал, просто превратил ее в кошмар…

Вот и Жакоб с Майло теперь будут жить в постоянном страхе… Сами виноваты.

А насчет Лии — мне не нужно, чтоб со мной работали только из страха. Сотрудничество должно быть выгодным.

— А товар где? — спрашиваю я. — Или Жакоб с Майло и его продали?

— Нет, что вы. — Лия поднимает голову. — Товар при мне, по списку. Ну… почти весь… Только одной мне такой груз через пустоши было не дотащить, так что я наняла людей…

— И где они?

— В овражке за холмом, вместе с поклажей. — Она снова опускает глаза. — Я не знала, как вы к ним отнесетесь, поэтому решила сначала спросить.

— Правильно сделала, — говорю я все тем же холодным голосом. — Мне твои новые люди неинтересны и не нужны.

Лия бледнеет. Губы у нее дрожат, брови сходятся к переносице. Минуту назад она виновато переминалась с ноги на ногу, а сейчас стоит прямо и не отводит глаз. Похоже, мои слова она поняла по-своему: решила, что я собираюсь избавиться от ее людей, и готова за них заступиться. За тех, кого знает без году неделю. Интересно…

Оценка показала у Лии новый пункт

[Преданность делу, идеалам и принципам: 91%]

Как я и думал, девчонка честная и справедливая. С такими работать можно.

— Не переживай, — усмехаюсь я. — Убивать я никого не собираюсь. Мне все равно, кого ты берешь в команду, лишь бы товар доходил. Только к башне их не води. Помнишь домик, где мы с вами в первый раз беседовали? Вот там их и оставляй, и товар туда же складывай. А сюда приходи одна.

Лия торопливо кивает.

— Сейчас отправлю с тобой скелетов, — продолжаю я. — они подождут на пригорке. Перетаскаешь поклажу сама, а дальше они уже отнесут все в башню. Твоим людям на моих мертвяков смотреть незачем.

— Поняла, — торопливо разворачивается она. — Я быстро.

Обратно к холму Лия идет заметно бодрее, чем шла сюда. Я провожаю ее взглядом…

— Джулька! — зову я.

Костяная гончая появляется рядом со мной, словно телепортировалась.

— Фу, блин. Никак не привыкну к твоей скорости, — притворно ругаю я собачку. — Так, ставлю боевую задачу. Необходимо незаметно подобраться к лагерю новоприбывших, разузнать, чего у них на уме…

Гончая скрывается в траве. Я смотрю ее зрением…

Лия действительно не стала далеко уводить отряд. Привал они устроили в ближайшем овражке, сразу за холмом. Джулька держится позади девушки шагах в тридцати, в траве ее не видно. Лия спускается по склону, в овраге поднимаются ей навстречу люди, человека четыре…

Тут Лия достает что-то из-за пазухи. Что именно, оттуда, где притаилась Джулька, не видно. Яркая вспышка озаряет овраг, и все. Гончая пробует подобраться ближе, но у нее не получается. Я так думаю, Лия задействовала какой-то маскирующий амулет или что-то в этом роде, чтобы отряд не могли заметить.

Значит, о чем она говорит со своими людьми, я знать не буду. Ну что ж, это ее право. Людей я ей нанимать не запрещал, я только запретил приводить их к башне.

Тем временем мои скелеты выходят на пригорок между оврагом и башней и там останавливаются, как я и велел.

Минут через пятнадцать над краем оврага показывается Лия и вытаскивает наверх первую сумку. Она тащит поклажу волоком, сумку за сумкой, короб за коробом, и видно, что ей тяжело. Скелеты принимают груз на пригорке и относят в башню, а Лия возвращается за следующей партией. Помочь ей никто не выходит, своих людей она даже к краю оврага не подпускает. Договор соблюдает.

С последним коробом Лия в овраг уже не спускается, а идет следом за скелетами к башне. Гончая крадучись следует за ней… Идти недалеко, девушка беспечно шагает по тропинке, не глядя по сторонам. Она не то чтобы бежит вприпрыжку, но бдительность потеряла.

На тропинку выбирается одинокий скелет. Лия какое-то время смотрит на него, наверное, размышляет, мой это или свободный. Убедившись, что он намерен к ней пристать, достает меч и быстрым ударом сносит мертвяку голову…

Ты посмотри, и магичка, и воин, и командир отряда, прямо отличница, спортсменка, комсомолка и просто красавица…

Словом, Лия явно уверена, что ей ничего не угрожает.

Зато я напряженно вглядываюсь в траву позади девушки. Мне совсем не нравится, как она шевелится, совсем не вместе с порывами ветра…

В этом мире много хищных растений, но про эту траву я знаю, что она самая обыкновенная. Значит, кто-то или что-то скрывается в зарослях.

Приказываю Джульке быть наготове.

Лия уже недалеко от башни, буквально в сотне шагов. Позади нее поднимает голову костяной змей…

Вот же принесла нелегкая…

Змей свивается в кольцо, а затем, распрямившись, летит к ничего не подозревающей Лии. Девушка бы и пикнуть не успела, если бы бросок костяной твари достиг цели…

Но тут наперерез змею бросается Джулька. Гончая вцепляется в шею змеюке, и они, сплетаясь в один клубок, катятся по траве.

Лия подскакивает от неожиданности и смотрит на схватку костяных чудищ со страхом и интересом. Любопытная Варвара, бежала бы подальше, а то сейчас и за тебя примутся.

Я переживаю за нового питомца. Костяные гончие, даже в этом мире, наводненном живыми мертвяками, — редкость. Да и фиг знает, повезет ли мне при другой встрече подчинить костяную собаку.

— Давай, Джулечка, порви этого костяного червяка, — мысленно болею я за своего питомца.

Гончая выбирается из травы, в пасти у нее череп змея.

Все-таки классная у меня собачка. Джулька пробегает мимо обалдевшей Лии и бежит к башне, помахивая костяным хвостом…

Вскоре до башни добирается и Лия.

Жаль, что у меня нет веранды или беседки, где мы могли бы посидеть спокойно за кофе (которого у меня тоже нет). Впрочем, как я понял, территория вне башни Белле неподвластна. Видимо, ограждением территории придется заняться самому… А сейчас пора перейти к делу. Не будем располагаться на улице, тут опасно.

— Проходи, — пропускаю я девушку вперед.

Она с легкой опаской заходит внутрь.

Как приятно, живя за городом, вдали от суеты, проснуться ранним утром, пройтись по росистой траве, послушать пение птиц, насладиться первыми лучами солнца…

И очень хреново, если тебя среди ночи разбудил дракон и утром нужно высунуться из дома и обойти свою башню в поисках повреждений, то и дело глядя на небо, не возвращается ли эта сволочь…

Можно, конечно, в башне сидеть, дрожать от страха и думать, что будет если дракон решит обосноваться на крыше… можно, но толку? Приходится выбираться из зоны комфорта внутри стен, вооружаться и топать на улицу.

Визуально башня не пострадала, черепица не отвалилась, стены целы… Кстати, а почему я до сих пор на крышу не выбирался? Должен же быть ход. Чтобы крышу починить, снег зимой скинуть?

Хотя башня вроде сама восстанавливается, а значит, ремонт ей не нужен, тогда люк, получается, не предусмотрен.

Тогда надо Беллу попросить сделать люк. Только надежный, чтобы один я его открыть мог, а снаружи никто бы не пролез. Или чтобы по кодовому слову он открывался. Тут такая практика распространена повсеместно: книги по слову открываются, арбалеты по слову стреляют, может, даже горшки ночные по слову очищаются…

Погрузившись в свои мысли, я не заметил, как далековато отошел от башни — и нос к носу столкнулся с зомби.

Мертвяк быстро кинулся ко мне, клацая длинными зубами и размахивая когтистыми лапами. В первые дни пребывания в этом мире я бы, может, и запаниковал, рванул бы от него куда глаза глядят. Сейчас тело просто среагировало: меч плавным неуловимым движением оказался в моей руке, ноги чуть согнулись в коленях. Сердце мощными ударами погнало кровь по телу, голова была ясной. Словно весь адреналин перешел именно что в мышцы и сухожилия, не затуманивая мозг паникой, а обостряя чувства.

Когда зомбарь был рядом, так что я чувствовал запах гниющей плоти, я сделал небольшой шаг в сторону, пропуская врага мимо… развернулся на носках и быстрым движением снес голову зомбарю. Тот даже обернуться не успел. Тело пробежало еще шагов пять, а затем завалилось в траву, медленно истекая черной застоявшейся кровью. Голова, несколько раз перевернувшись, упала к моим ногам…

— Ни фига себе, — резким движением встряхиваю клинок, и темные капли слетают с полированного металла в траву, — я уже так могу? Как настоящий самурай?

Наверное, тренировочный меч квазаров меня прокачал. Прошло около месяца с тех пор как я побывал у храма.

Поначалу изменения незаметны были, а теперь можно с уверенностью сказать — такие пируэты я раньше выполнять не умел… и кажется, это еще не предел…

— Значит, я наловчился владеть мечом, причем любым. Жалко, у меня двуручных нет, чтобы проверить, но это не страшно, рано или поздно попадутся.

Меч во время последней тренировки рассыпался прахом, вышел ему срок, и он мне все передал, что было возможно.

Меча нет, а руки, получается, все помнят.

Пора возвращаться — хоть я и знатный рубака, но добровольно искать приключений на мягкое место не собираюсь. Тем более если в округе появился дракон.

Снова смотрю на небо — слава местным богам, там нет ничего странного и страшного. Синяя высь да редкие облака.

Куда ж этот гад свалил? Жрать ему не надо, уставать он тоже не должен… Зачем прилетал? Архитектура понравилась? Или он принцессу ищет? Будет охранять деву, заточенную в башне.

— Хоть бы не так. За мной, если что, благородный рыцарь не приедет…

Уже по привычке возвращаюсь к башне не тем путем, которым уходил, изучаю местность…

На всякий случай призываю скелетов, чтобы не одному в неприятности вляпаться, а с группой поддержки.

В полукилометре от башни натыкаюсь на место побоища. Куски гнилой плоти разбросаны в радиусе метров ста. Ветер в спину, поэтому вонь я не почувствовал заранее. Теперь мой нос решительно протестует против такого амбре.

Растерзанное животное (а я надеюсь, что это именно животное, а не великан) было крупным, больше слона… куски тела и кости в ошметках плоти явно на это указывают. Видимо, дракон нашел себе добычу и сожрал… Или не сожрал, а просто на ней тренировался. Потому что я что-то не замечал, чтобы мои скелеты что-то ели. Но в любом случае, настроение от таких находок вконец портится.

— Черт, если он тут охотится, значит, и обитает где-то неподалеку…

Неприятно осознавать, что у меня такой сосед, но жутко интересно, где обитает дракон, откуда взялся, зачем прилетал.

В башню пока возвращаться не хочется, она резко превратилась из надежного убежища в довольно опасное место. Это все-таки дракон, даже Вестник по сравнению с такой угрозой просто мелкая неприятность.

Отойдя подальше от места драконьего пиршества или тренировки, сажусь на большой, нагретый солнцем камень. Скелетов расставляю по периметру в отдалении, чтобы в случае опасности успели прибежать, предупредить.

— Да уж, несколько часов бродил, а толку ноль. Надеюсь, Лия и ее люди успели свалить и не столкнулись с драконом. Хотя на носильщиков плевать по большому счету. Всегда можно других нанять. Судя по всему, людская жизнь в этом мире не особо ценится. Чем больше времени я тут провожу, тем больше в этом убеждаюсь.

Из кармана достаю очередное тому доказательство. Книга по алхимии, та самая, что принесла Лия.

Симпатичный томик в зеленой бархатной обложке с золотым тиснением. Выглядит презентабельно, не стыдно и подарить…

Ночью, когда уснуть не мог, изучал, листал…

[Алхимия для начинающих

Автор: Сердолик Агринский

Примечание: книга написана на заказ для барона Барнана Хроме. Сердолик получил за ее написание 2 золотые монеты. Книга предназначалась в подарок сыну барона — Бернану.

Пояснение: Сердолик Агринский — талантливый алхимик, автор рецептов множества зелий. К сожалению, имел пристрастие к крепким напиткам, обеднел и разорился. К концу жизни зарабатывал написанием книг по алхимии на заказ.

Издание: второе, дополненное

Количество копий: 1730

Типография: Арстер и сыновья

Цена: 3 золотых

Заказчик: Барнан Хроме

Получается, отец сыночке купил книжку в подарок, а ушлый отпрыск наделал копий и стал продавать.

Прибыль заказчика: 94,5 золотых.

Примечание: Бернан был средним сыном барона, прав на титул не имел. Сколотив состояние, уехал из замка Хроме и осел в городе Риглан. В дальнейшем открыл собственную типографию и занимался книгопечатанием.

Открыто: 7/10]

Молодец парень, не ждал от судьбы подачек, не ныл и, что самое удивительное, не попытался убить старшего брата. Вот что значит деловая жилка.

Первые страницы книги — это описание алхимических компонентов, которые ранжированы по редкости. Первая страница — самое простое, можно буквально под ногами найти. К примеру флорис белый — травка с мелкими белыми цветочками. Я сейчас сижу и вижу: рядом с камнем такая растет. Или костная мука — с учетом количества оживших мертвецов в этом мире такую муку очень просто достать или даже самому намолоть. Кстати, не указано, кости чьи должны быть. Сойдут и куриные…

Первые десять страниц посвящены описанию ингредиентов. В конце идут совсем редкие и непонятные вещи: кожа сарзака, крылья бумфетки, кристалл чретера. Автор не утруждал себя пояснением, где это все достать. Это понятно, книга все-таки в подарок, это не серьезная монография, скорее сборник рецептов…

Вторая часть книги — рецепты зелий с пошаговой инструкцией по приготовлению.

Первый раздел — это «Зелья для слуг». Он и стал подтверждением моей догадки о низкой ценности человеческой жизни в этом мире.

Примерно двадцать штук зелий описано: зелье, чтобы слуги не спали, чтобы быстрее двигались, чтобы сильнее были…

Ингредиенты самые простые — чуть ли не пыль под ногами нужна. Варить недолго — два дня.

Вот, казалось бы, отличные штуки, и хозяину выгодно — слуги больше работы могут выполнить, да и слугам легче… Но у всех зелий побочные эффекты: где-то потеря памяти, где-то паралич или смерть.

Причем все это проявляется через несколько лет. От трех до пяти, если быть точным.

— Получается, хозяин усиливает слуг на несколько лет, потом те приходят в негодность, а он новых набирает? Интересно, за такое на вилы не поднимут? С первой партией прокатит, со второй, а дальше? Люди не идиоты, заподозрят неладное. Бегал человек три года как молодой сайгак, а потом хлоп — и помер? В слуги дряхлых стариков не берут, это должны быть люди крепкие, внезапная смерть таких вызовет вопросы, тем более если это не единичный случай…

Автор прямо указывает, что такие зелья делаются из самых дешевых компонентов. Травы растут под заборами, а камнями улицы мостят. Травы, кстати, Сердолик предлагает выращивать самостоятельно, так как ухода они никакого не требуют.

Типа денег много на зелья тратить не надо.

Не понимаю, нафига заморачиваться? Ну, будет слуга двести килограмм поднимать, а зачем? Для бытовых нужд хватит и обычных сил. Да и менять прислугу каждые несколько лет — сомнительное удовольствие. Это найди людей, обучи их, если они при доме работают, а тем более в замке. И опять же слухи о том, что у тебя слуги мрут, поползут, и хрен к тебе кто работать пойдет. А если прямо говорить, что вам будут давать зелья усиления, вы поработаете, а потом помрете — бред же… Странно это все.

Дикий мир, дикие нравы.

Книга дает пояснения на этот счет.

[Примечание: использование целесообразно на рабах и каторжных, когда прибыток человеческого материала постоянный.]

Теперь понятно. Рабов не жалко, преступников на каторге тоже жалеть нечего. Этих как раз можно поить. Отработали ресурс — и в расход. Тут, понятно, и смертность легко объяснить работы-то опасные…

А о домашних слугах надо заботиться, а то плюнут в чай или устроят еще чего похуже.

Я даже своих скелетов стараюсь беречь…

Следующий раздел уже с зельями высокого качества.

Зелье заживления, к примеру, быстро сворачивает кровь и тем запечатывает раны, полученные в бою. Побочных эффектов не указано, кровь густеет в районе повреждения, при контакте с воздухом, не оказывая влияния на весь организм, тромбозов можно не бояться. Хорошее зелье.

Рецепт посложнее: тару необходимо промыть, компоненты редкие, не во всякой лавке можно найти…

Да уж, алхимия — это не так просто, как может показаться, тут нужна точность, внимательность, а то отрава получится…

Хотя я вряд ли стану заморачиваться приготовлением этих зелий. Слуги у меня бесплатные, их кормить не надо, а для себя, любимого, я лучше проверенные зелья куплю, рисковать не стану.

Тут даже пометка есть от автора — зелья всегда проверять надо, потому что даже малейшее отклонение от рецепта превращает его в яд.

Даже заклинание есть — «маркировка». Отмечает объекты цветом. Удобно…

Это я запоминаю. Оно простенькое, но полезное. Хорошо, что не требует особой силы, никаких скрытых активаторов.

Логично, книга писалась для сынка богатея, а тот не стал бы заморачиваться с заклинанием. Практично и полезно. Забираю…

От этих мыслей меня отвлекает гончая. Джулька носится по поляне, то и дело подпрыгивая, стараясь поймать пастью порхающую бабочку. В принципе ей это раз плюнуть, но я дал четкий приказ веселиться и никого не убивать, ни своих, ни чужих.

— Хорошая собачка, — хвалю гончую, — сказали никого не убивать, значит никого. Даже бабочек…

От сидения на камне затекла спина и то, что пониже.

— Все, пора домой, а то так и геморрой заработать можно…

Встаю на ноги. А чего это я сидел на камне?

Призываю скелетов, те прибегают и выстраиваются рядком.

— Итак, товарищи, мы тут столкнулись с вопиющим случаем производственной халатности. — Скелеты тупо пялятся на меня. — Я на чем сидел?

Скелеты молчат.

— Повторяю, на чем я сидел? — Я даже голос повысил, но скелеты на вопрос не отвечают, им нечем, да и ума не хватает. — На камне я сидел! Почему вы его до сих пор в башню не утащили? Судя по мху на нем, он тут давно лежит… Сачковали, что ли? Думали, я не найду его?

Скелеты продолжают пялиться.

— Толку с вами беседовать? Хватайте каменюку и пошли к башне…

Скелеты обступают валун и пытаются поднять. Камень не поддается, даже не шевелится.

— Это вы у меня слабенькие такие? Вам инструменты нужны? Так бегом в башню, я там кирки прикупил же…

Скелеты направляются к башне, и тут…

— Стоять! — рявкаю я, вглядываясь в камень…

На камне сработала оценка:

[Вход в подземную крипту

Наименование: крипта последнего покаяния

Тип захоронений: последователи культа бога Оломета

Открыто: 2/24]

То есть я просто посидел на камушке, который вовсе и не камушек. Удачное совпадение, я в совпадения не верю…

В крипте теоретически может быть что-то интересное. Только лезть туда надо осторожно… Жалко, что со мной обычные скелеты, не усиленные. Конги точно бы этот валун своротили бы на раз…

Только что прыгуны, что конги, что усиленные скелеты… надо, кстати, им название придумать, может, Лансами назвать, они ж вроде скелетов-рыцарей…

Так вот, они все больше охранники. Их создает башня, и далеко от нее они не отходят. Максимум метров сто.

А еще я впервые обнаружил упоминание местных богов. Интересно, тут правда есть некие божественные сущности, вроде греческих олимпийцев? Хотя если люди мало что понимают в магии, то для них любой сильный волшебник — бог. Пару трюков показал, и все, в его честь храмы строят. Магов, впрочем, тут много, и в основном обычные, в меру сильные. Черт его знает, короче…

Вопрос, что с этой криптой делать? Ясно, что сначала изучить…

А потом? Мало мне дракона, так теперь еще и крипта? Может, из нее ночами всякие твари лезут? Или она причина вообще всего, что тут творится, поднимает мертвых и прочее.

Хотя нет, так не бывает, чтобы из-за одной фигни все происходило. Это только в книжках есть всемогущие артефакты, которые нужно уничтожить, чтобы зло сгинуло.

Продолжаю изучать камень… хотя нет, такое даже в мыслях звучит по-идиотски. Изучаю я вход в крипту…

Еще вопрос, как оценка распознает характеристики предмета? Ведь вход в крипту — это просто огромный валун. Оценка способна выдать сведения по камню — породу, геологическую эпоху и тому подобное. Но если подходить с оценкой к камню именно как к части древнего сооружения, то все должно быть совсем иначе всякая дребедень типа названия породы не нужна. То есть субъектно-объектное восприятие должно быть…

Ладно, это все пустые теоретизирования, у меня сейчас практическая задача…

[Крипта последнего покаяния

Объект поклонения: бог Оломет

Пароль для входа: хом гос бом гус…

Елки-палки, это что еще за тарабарщина?

… грмхм зит карт горд хорл ладе пнир вур сох коррх бглр зерд кера датрракн…]

Для открытия крипты надо произнести около тридцати буквосочетаний. Словами это все назвать не получается, к примеру, как произнести нормально «грмхм» или «бглр»? Что это за язык такой, в котором гласные частично игнорируют?

Ладно, попробую…

Произношу пароль, медленно и тщательно выговаривая слово за словом. Под конец язык болит.

— … йренж бат дол! — заканчиваю я и перевожу дыхание.

Блин, надеюсь, я монстра не призвал?

Оглядываюсь с нервным смешком.

Вдалеке замечаю темное пятно, вроде облако, только прет оно против ветра… Стая птиц? Надеюсь. Выглядит опасно, в этом мире вообще все пытается тебя убить, надо держать ухо востро.

Камень дрогнул и поехал в сторону. Я отступил на несколько шагов. Там могли быть магические ловушки, да и от банального трупного газа тоже помереть нетрудно…

[Алтарь последнего покаяния

Примечание: алтарь — центральное место храма бога Оломета. Алтарь необходимо было окроплять кровью истинно уверовавших в бога, тех, кто добровольно решил отдать жизнь за него.

Храм разрушен во время Второй Магической войны последователями культа Дзирты.]

Ну вот, то ни одного бога не знал, то сразу двух изучил. Или Дзирта богиня, по форме имени и не скажешь. Надеюсь, кто бы эти боги ни были, они сгинули давным-давно и от них только камешки остались.

Камень наконец сдвинулся. Никаким огнем или ядом изнутри не пахнуло, но я на всякий случай направил вперед Константина…

Скелет начинает спускаться по огромным ступеням, судя по размерам, предназначенным не для человеческих ног.

Что примечательно, как только камень отошел в сторону, по обе стороны лестницы загорелись исполинские факелы.

— Спасибо, конечно, за освещение, но я не собирался лезть внутрь… — говорю с улыбкой, — а вот факелы — это прекрасно, это мне пригодится. На одном этаже у меня волшебные светильники уже есть, но нет предела совершенству.

[Факел магический

Тип: артефакт

Источник энергии: магическое место, магический накопитель

Возможность ручной зарядки: да

Время работы: скрыто

Срок годности: скрыто ]

Приказываю скелетам первые два факела отковырять. Скобы глубоко вбиты в камень, но Константины стараются, чего-чего, а усердия им не занимать.

Два факела лежат передо мной, но внутри крипты, дальше вниз по лестнице загораются новые огни…

И что делать? Спускаться? Снять факелы я всегда успею, а пока пускай светят…

Я прекрасно понимаю, что тот, кто не развивается, погибает, всегда надо идти открывать новое, но туда мне зачем?

Хотя опасным это место не выглядит. Оценка не обнаружила никаких ловушек…

Сразу вспомнилась сторожевая башня в лесу, где у порога было натыкано сразу несколько смертельных капканов, причем как на вход, так и на выход, а тут тишь да гладь… Может, там внутри скелеты будут, толку мне с них?

Это я додумываю, когда спускаюсь.

Один из скелетов стоит наверху у камня, бдит, чтобы никакая пакость со спины не атаковала. если что, через него увижу опасность и отправлю туда Джульку.

Ступенька за ступенькой, вроде ничего опасного.

— Ага, вот и оно! — Следующая ступень скрывает механизм, активирующий ловушку — небольшой взрыв, который должен не убить, а оглушить.

— Ага, отлично! Вот как раз и случай попробовать заклинание маркировки…

Вытягиваю руку над ступенькой:

— Армарант!

Из руки вырывается плотный дым и опускается на ступень. Камень окрашивается в красный цвет. Других красителей нет в моем распоряжении, только кровь.

Алхимик расписывал на десяти страницах, что важно маркировать зелья, а то можно перепутать и отравиться. Я еще думал, зачем заклинание, если краска есть, но там же был ответ — заклинание закрепляет краску на поверхности, так, что ее ничем не смыть. Там целая система маркировок, по цветам расписанная…

Это ж можно было сколько денег заработать, если бы он своим заклинанием татуировки делал? Никаких тебе игл и боли! В моем мире он бы миллионером стал.

А тут жил в бедности. Хотя, судя по записям, тот еще скупердяй был. Написал, что можно зелья и мягче сделать, не такие губительные, но тогда они станут процентов на пятнадцать-двадцать дороже, а это нерентабельно. А так берешь доходяг, поишь дешевыми зельями, они работают как волы, потом дохнут, а ты берешь новых — профит!

Так все, хватит про этого жмотяру думать. Мне нужно сосредоточиться, а то тут опасно.

Перепрыгнув красную ступень, спускаюсь ниже. Там уже ничего страшного нет, то было ловушкой для дураков… Зато когда наверх буду выбираться, сразу замечу промаркированную ступень. Скелетам, что спускаются за мной, тоже отдаю приказ перескочить ловушку.

На стене ниже с помощью маркировки пишу свое имя. Оказывается, заклинание и это позволяет.

«Здесь был Леонард Ларц», — красивыми буквами вывожу я, даже не касаясь стены.

Любуюсь, красота. Имя у меня редкое, ни с кем не спутаешь. Впрочем, было время, когда оно мне так не нравилось, что я всерьез думал его сменить. Например, в Леньку Ларцева. Когда вокруг одни Сашки, Сережки да Ваньки, на Леонарда смотрят косо. А внимание я не любил… И тогда отец поделился историей, что род у нас не простой.

Дальний наш предок приехал в страну из-за рубежа еще при какой-то из цариц, отец сам точно не помнил при которой. Звали его Леонард Лерц, и был он знатоком старинных вещей. Умел с одного взгляда отличить, где настоящая древность, а где подделка, и назвать, сколько что стоит. За этот глаз его и взяли ко двору, приставили к царскому собранию древностей. Он их разбирал, описывал и хранил, каждую вещь в своем ларце.

Писари тогда по-заморски мало разумели и фамилию ему в бумагах вывели как услышали: Ларец. Так и прижилось. Человек с ларцами ходит, ключи от ларцов на поясе носит, значит, Ларец и есть. Лет через сто буква из фамилии потерялась, и остались мы Ларцами. Старших сыновей с тех пор называли Леонардами, в память о первом.

Отец тогда сказал примерно так: фамилия у нас, считай, ларец. А Ларцы — это те, кто знает, что в ларце лежит и чего оно стоит. Так что нечего тебе в Леньки Ларцевы проситься. Конечно, у меня возникли вопросы, а если тот давний предок с царями водился, то почему сейчас у меня даже кровати собственной нет? Но оказалось, что это совсем другая история…

Имя с фамилией с тех пор ношу с гордостью. Может, потому и в оценщики пошел. Ларцу положено знать что почем. Отец еще шутил, что глаз у Ларцев наследственный. Я тогда посмеивался, а сейчас, с моей оценкой, посмеиваться неловко.

Так что надпись на стене — это, можно сказать, автограф хранителя древностей. Найдут через тысячу лет археологи, пусть разбираются, кто такой.

Лестница оказалась достаточно длинной. Окончилась она в просторном зале. Как только моя нога опустилась на пол, факелы на стенах начали зажигаться. Зрелище, конечно, потрясающее. Как будто во все стороны побежали огненные дорожки…

Зал размером, наверное, с футбольный стадион, от центрального зала в разные стороны вели боковые тоннели, в которых тоже зажигались факелы.

В стенах зала, в нишах, лежали тела. Понятно, усыпальница же. По залу бродили штук двадцать скелетов и зомби.

Быстрая оценка показывает, что слабенькие они. Угрозы не представляют…

«Дверь позади закрылась, — подумалось вдруг мне, — хотя нет, это просто мозг нагоняет тревожности…»

Оглядываюсь, смотрю наверх — нет, вход в крипту открыт, можно спокойно вернуться, выбраться наверх, дойти до башни, пообедать, чаю выпить…

Но закрылась другая дверь. Дверь внутри меня. Подкрался сейчас ко мне кое-кто не живой и не мертвый — жадность.

Лучше бы крипта и правда закрылась и пришлось бы прорываться, хоть к старому входу, хоть новый искать. У меня бы не было выбора, пришлось бы уничтожать мертвяков, попутно собирая ценности. А сейчас выбор есть. Можно и отступить, но на мертвяках столько побрякушек! Как можно развернуться и уйти? И не то чтобы мне нужны золото и драгоценности сами по себе, но необходимы для выживания. А с этих мертвяков можно получить неплохой улов при малых затратах сил. Золото можно продать, обменять на полезные вещи типа самовара!

Все, надоело прокручивать варианты в голове. Надо действовать. Обдумывание — это, конечно, полезно, но иногда надо просто действовать…

Вскидываю арбалет и выпускаю стрелу в голову ближайшего зомбаря. Выстрел получается отличный, гнилая черепушка разлетается на куски…

Остальные мертвяки поворачиваются ко мне. Все, понеслась… щас будет мясо!

Со мной спустились два скелета, одного пришлось оставить наверху. Приказываю мертвякам занять оборонительную позицию и отрывать головы тем врагам, что подойдут на расстояние удара. Сам же выпускаю болт за болтом. Джулька черной молнией мелькает среди мертвяков, зубами и когтями кроша кости и раскалывая черепа. Косточку бы ей сахарную дать… хотя она же есть не станет. Но поощрить собачку хочется,

Поднимаю еще скелетов. Получается пятерка моих мертвяков плюс гончая. Неплохая ударная группа. Тем более что мои скелеты не тупо идут на врагов, как обычные мертвяки: я мысленно отдаю им четкие приказы, координирую действия, сражаются они отлично, блокируя врагов и не подпуская их ко мне. Я же выкашиваю мертвяков выстрелами из арбалета.

Из боковых коридоров прут мертвые. Много, очень много. Хрен его знает сколько столетий, а может, и тысяч лет тут хоронили последователей культа.

Неважно. Под ногами моих мертвяков достаточно тел. Скинув с плеч сумку, принимаюсь обыскивать останки. Кольца, цепочки, браслеты, какие-то шейные украшения, диадемы даже…

Сумка быстро наполняется сокровищами.

— Люди, а вы в чем каялись-то? В бедности? В жадности? С чего вас так богато нарядили? Да у Тутанхамона золота в саркофаге было меньше!

Ответа на резонный вопрос я, естественно, не получаю. Скелетов в зале прибавляется. Они прут изо всех тоннелей, как народ в супермаркет во время «черной» пятницы.

Силы у меня на исходе. Моих скелетов тоже крошат периодически, против численного преимущества никакое командование не помогает. Я-то поднимаю новых, но начинаю выдыхаться.

Пора сваливать, потому что если дверь закроется, то это случится прямо сейчас, и надо успеть выскочить, пока створками не придавило… образно говоря.

— Внимание! Всем перегруппироваться! Держимся ближе ко мне, прикрываем!

Мои скелеты медленно отступают, сдерживая натиск обитателей крипты. Заряжаю арбалет болтом мороза. Огненный или взрывной тут использовать опасно — вдруг весь воздух выжжет…

Выстрел замораживает семь врагов разом. Другие напирают сзади, откалывая и откусывая куски от замёрзших товарищей.

Группой отступаем к лестнице, начинаем подниматься. Выпускаю еще два ледяных болта. Удачные попадания создают на пути врагов ледяные заторы в коридоре, что дает несколько секунд форы…

К ногам прижимается Джулька. Гончая в бою потеряла переднюю лапу… Будь у нее легкие, скулила бы сейчас…

— Когда это ты успела? — с тревогой смотрю на гончую, не хотелось бы, чтобы она погибла.

— Задержать их! Любой ценой! — кричу скелетам и, подхватив покалеченную гончую на руки, мчусь вверх по лестнице, прыгая через две ступеньки. Хорошо, что ступень-ловушку промаркировал, а то впопыхах мог забыть и попасться. А так перепрыгиваю красную полосу и мчу дальше.

Вылетаю из крипты и бегу к башне. Скелету, что стоял на страже у камня приказываю всех впускать и никого не выпускать.

Добра там еще, конечно, много осталось. Надо вернуться. Только не дуриком лезть, а с пониманием. Разведка боем прошла успешно, теперь будет планомерная осада и сражение.

— Сейчас, Джулька, тебя только отдыхать оставлю. Ты мой питомец, и я в ответе за тебя. Так что не боись…

В башне сразу отношу гончую в комнату некроматериала.

— Отдохни тут, — укладываю Джульку на пол, — я скоро вернусь.

Быстро поднимаюсь на второй этаж, скидываю мешок с сокровищами, накидываю на плечи новенький рюкзак.

Затем на третий этаж. Там тубы с болтами. Набираю и взрывных, и ледяных, и кислотных, хрен с ним, и вакуумный беру один, мало ли, пригодится…

Теперь допинг… Выпиваю зелье силы, потом скорости, потом еще, и еще, и еще. До фига всего в себя вливаю хорошего и разного.

В крипте я ощутил прилив адреналина. Место понятное, там никакой мертвый конь не выскочит и голову не откусит, крылатых тварей нет, драконов тоже. Простые, честные скелеты, с которыми понятно, как бороться… Держи оборону, поднимай скелетов, стреляй, сам отбивайся. Все просто.

Зарядившись зельями, пополнив запас болтов, спускаюсь вниз, где меня ждет сюрприз. Совершенно целая и бодрая Джулька прыгает, тычась костяной мордой мне в лицо — языка нету, а то облизала бы.

— Ты чего, сама себя починила? — радостно восклицаю я.

В ответ возмущенно хлопает дверь.

— Прошу прощения, это ты, Белла? Ты подлечила собачку? Спасибо тебе! Ты самое лучшее архитектурное сооружение, что мне доводилось видеть! Эйфелева башня по сравнению с тобой — просто сарай!

Жалко, что башенных стражей с собой взять не получится, ох бы они там пригодились. Придется работать с тем, что есть. У башни поднимаю шестерку скелетов, отправляю их в арсенал вооружаться.

— Другое дело! — Смотрю, как из башни выходят мои мертвяки, вооруженные мечами, со щитами, один даже шлем рогатый нахлобучил. — Только пафосной музыки не хватает! Или, может, вам бы рэп какой-нибудь подошел?

С новым отрядом быстро добираюсь до входа в крипту. Джулька, естественно, впереди всех, уже крутится у верхней ступеньки…

Снаружи мертвяков не видать…

— Ага, так вы не торопитесь? — заглядываю вниз.

Толпа мертвецов добралась только до середины лестницы.

В принципе можно подождать, пока они вылезут, но тут две проблемы — разбираться с ними придется долго, а когда ночь настанет, хрен его знает, какие еще твари нагрянут. И второе: если они разбредутся по округе, я задолбаюсь их отлавливать.

К тому же, согласно опыту одного любившего громкие крики царя Спарты, численное преимущество в узком проходе роли играть не будет. Тут важна выучка и снаряжение. А мои скелеты как раз лучше вооружены, более мотивированы, дисциплинированны и вообще круче, чем вареные яйца…

— Биться будем на ступенях! — командую я и направляю скелетов вниз.

Мои костяные воины сдвигают щиты, ставя преграду на пути прущих снизу мертвяков.

Щиты, кстати, неплохие, со всадников из отряда снял.

Мои воины теснят врагов, отрубая тянущиеся к ним руки, и головы. Под ногами хрустят черепа и кости. Каждый шаг дается с трудом, но все же двигаемся мы вниз, а не вверх…

Я выпускаю во врагов болт за болтом, прореживая вражеское воинство.

Можно бы и мечом поработать, но это только в фильмах каждый удар героя несет смерть врагу. Чуть дотронься клинком до черепушки, и она разлетается на мелкие кусочки. В жизни все не так просто. Мечом размахнуться надо, а в коридоре где пространство? Так что я занимаюсь своим делом. Пока что махать мечами будут мои скелеты. Хотя им тоже места мало, но выбирать не приходится.

Одного из моих воинов таки добили, и я беру под контроль скелета в задних рядах. Тогда там начинается настоящее месиво. Когда недавний союзник атакует, это вызывает сумятицу и неразбериху даже у безмозглой нежити. Тем более какой-никакой интеллект у них есть, я все больше убеждаюсь.

Так шаг за шагом добрались мы до большого зала. А там толпища мертвяков. Яблоку упасть негде.

Пора использовать взрывные болты. Несколько выстрелов расшвыривают мертвяков в стороны, сжигая и перемалывая кости. Воздух сразу становится сухим и горячим.

— Надо бы вас всех в одну кучу собрать, да и разом подорвать…

И тут меня осеняет.

— По моему сигналу всем вцепиться в стену или пол. Как хотите, мечами, когтями, зубами, главное держаться!

Заряжаю вакуумный болт и стреляю в центр большого зала.

Вакуум, образовавшийся в месте попадания, как пылесос, притягивает мертвяков. Моих бы тоже засосало, если бы не мой приказ держаться…

Эффект превзошел все ожидания. В центре зала образовалась огромная куча скелетов, хаотично сложенных в самых невероятных позах. Из кучи торчали вывернутые руки и ноги, черепа клацали, впиваясь то в собственные конечности, то в конечности других скелетов.

— Ну все. Капец вам!

У меня осталось всего три взрывных болта, и я их, не жалея, выпустил в эту гору мертвечины. Причем очень быстро, арбалет, конечно, не лук, но болты летели точно друг за другом. Тройной взрыв сотряс свод зала, от яркой вспышки я даже глаза прикрыл.

В итоге зал почти очищен от скелетов. Из боковых тоннелей прут, но уже меньше…

Болтов, конечно, жалко, денег на них ушло много, но на скелетах столько всего навешано, что выгода окупит все затраты с лихвой. Тут я видел и снаряжение, и даже зелья у некоторых скелетов, все целое, хорошее. Так что это не пустая трата болтов, а вложение в будущую прибыль.

Расчистив место в зале, набиваю рюкзак и отправляю одного из своих ребят отнести сумку в башню. Не бросать у выхода, а то знаю я местных, только оставь — появятся авантюристы, увидят мешок с добром, свистнут его и поминай как звали. Заглядывать в крипту, такие не станут, на фига, если добыча под носом? Свое добро я намерен беречь…

Короче, зомбарь мчится наверх с рюкзаком.

Сверху раздается стук копыт.

— Ну вот, только я подумал, что тут точно не будет всяких мертвых лошадей! — вскакиваю я с раздражением и смотрю наверх.

Точно, скачет вниз по ступеням зомби-лошадь. Глаза горят огнем, зубы в пасти длинные страшные…

Только не учла лошадка строение собственного тела. К примеру, корова может подняться по лестнице, а спуститься никак. Лошадка тоже не может спускаться. Она оступается и летит кубарем, ударяясь о каждую ступеньку. По итогу вниз прилетает не зомби-конь, а отбивная.

— Так тебе и надо, — говорю я останкам зомби-лошади, — нечего лезть в чужие дела.

Поток мертвецов из коридора редеет постепенно. Пока я нагружал очередную сумку, в зале опять образовалась неплохая толпа. Штук сто мертвяков, даже со спины ко мне подобраться успели.

Приходится помахать мечом. Благо тренировочный клинок квазаров передал мне достаточно умений. Влетаю в схватку, снося головы мертвякам. Тут не коридор и есть где размахнуться, где покрутить пируэты и все в духе высокой школы фехтования.

Даже несмотря на все мои умения и наличие отряда вооруженных скелетов, зачистка зала занимает еще часа два.

Последнего врага я укладываю красивым ударом в голову в прыжке.

— Фух, вроде все, — присаживаюсь на ступени, вытираю со лба пот. Руки дрожат от усталости, на ладонях мозоли от арбалета и меча.

В коридорах все еще кто-то копошится, но больше в зал не суется. Видимо, где-то на других уровнях крипты еще мертвяки тусуются.

Зал усеян костями, которые в принципе тоже пригодятся, но сначала все ценное надо забрать.

— Складываем в сумки все, что имеет ценность: украшения, оружие, монеты.

Скелеты собирают ресурсы, я же смотрю, что тут есть хорошего. У ног лежат несколько мечей и штук пять кинжалов. Кинжалы явно не боевые, церемониальные — может, удастся продать как древности и редкости.

— Ладно, загружайте сумки, я тоже посмотрю, что тут интересного есть…

Встаю и бреду по залу, пытаясь оценкой зацепить что-то достойное.

«Посмотри, посмотри. Я тоже посмотрю», — голос звучит у меня в голове!

Я быстро оглядываюсь, смотрю на своих скелетов

— Костян, это ты? В смысле кто-то из вас? До фига своих перебили и поумнели? Говорить выучились? — с крохотной искрой надежды спрашиваю я.

В голове раздается холодный смех. От него аж мурашки бегут.

«Обернись!» — приказывает голос.

Я, естественно, оборачиваюсь.

Прямо передо мной стоит скелет. Высокий, метра под два, кости толстые, череп в наростах, напоминающих не то корону, не то венок, тело закутано в черную мантию…

Древний лич

…

— По ходу, я в заднице…

Безвыходные ситуации — это ситуации, из которых есть как минимум два выхода… Чушь! Безвыходная ситуация на то и безвыходная, что выхода нет. По крайней мере который бы устраивал, а не так, что в твоем доме будет играть музыка, а ее не услышишь.

Вот я сейчас без выхода.

Стою, наставив на лича арбалет, понимая, что против него это все равно что игрушечная сабля против танка.

Тут, как и в прошлом моем мире, можно попытаться рыпнуться, даже какой-то урон нанести, но в итоге все равно полетишь с моста с привязанным к ногам камнем…

Теперь нужно найти мирное решение вопроса. Правильно подобрать слова и поговорить.

Так что сейчас придется задействовать все мое красноречие.

С другой стороны, лич заговорил первым. Не стал атаковать, а значит, либо не может, что сомнительно, либо ему что-то от меня нужно, что вероятнее.

В любом случае, будет разговор, а говорящий враг — это уже полврага.

Мои скелеты потихоньку приблизившись, берут меня в кольцо, прикрывая от лича.

В зале снова раздается смех мертвеца.

— Серьезно? Я Зул Арлфарад! Хранитель темной печати, лич, проводник культа, командор легионов мертвых… И ты пытаешься защититься от меня моими же слугами?

— Минуточку, уважаемый, — вкладываю в слово «уважаемый» побольше сарказма, — это вообще-то мои слуги…

— Я ближе к смерти, чем ты, — высокомерно отвечает лич, — любая нежить подчиняется мне.

— Поздравляю, — отвечаю я, — любая-любая? Даже костяной дракон?

— Так-так, — игнорируя мой вопрос, продолжает лич, — на тебе следы очень интересной книжки, очень древней, очень темной…

— Ну да, тебе ли не знать, — вставляю я во время паузы. — Эту книгу ведь тоже лич написал, Зел его звали. А тебя, значит, Зул? Родственник твой? Или ты сам писал, под псевдонимом? Тебе хоть заплатили? Если что, я знаю хорошего юриста по авторским правам. Отсудим кругленькую сумму, а если книжка стоящая, то там и до экранизации недалеко. Продадим права в Голливуд, там сейчас кризис идей, они все подряд скупают. Ты как относишься к блокбастерам? Что насчет переезда в солнечный Лос-Анджелес?

Словарный запас начинает подходить к концу. Я уже несу полную околесицу, параллельно лихорадочно пытаясь найти выход из ситуации…

Лич вроде молчит пока, не прерывает, напасть не пытается, такое ощущение, что просто ждет, пока я выдохнусь…

Если не разозлится, у меня будет еще немного времени, пока лич пустится в разговоры.

— Ты можешь думать что угодно, — наконец изрекает лич. — Что эта книга написана моим предком или потомком, что ее создал я, что это творение тех, кто были под этим солнцем за тысячелетия до тебя, до моего обращения или до рождения. Ты не найдешь точных сведений, да они тебе и не нужны. С тебя достаточно и того, чтобы научиться владеть своими силами, а они у тебя странные.

Так, кажется, я сказал что-то не то. Надеюсь, он не сделает опасных для меня выводов.

— Ты не некромант… не лич, не конструктор нежити и не некропроводник. Всерьез магию мертвых ты не практиковал, — спокойно продолжает Зул. — Видимо, нашел старое заклинание? Еще тех времен, когда магия на школы не делилась. Когда человек с даром волен был стать кем угодно. Мог быть одновременно магом огня, чтобы швыряться фаерболами, магом льда и замораживать все вокруг, магом смерти и поднимать скелетов. И никого это не смущало. Волшебник на то и волшебник, чтобы быть всемогущим, чтобы уметь все — и время остановить, и замок разрушить, и принцессу спасти, и дракону зубы повырывать.

— Вот про последнее можно подробнее? — спрашиваю я, заинтересовавшись. — Дракону зубы повырывать я бы не против.

Лич делает несколько шагов в мою сторону, со стороны кажется, будто он плывет по воздуху.

— Ты редкий экземпляр, видимо, можешь рассказать мне не одну занимательную историю.

— Да, знаете, не до того… Мне домой пора, у меня там кошки и собаки не кормлены. А они ждать не любят, сразу нервничают, если не покушают вовремя.

Короче, пойду я, наверное?

— Тут есть определенные правила, к примеру, если в дом проникает вор, хозяин вправе его убить. — останавливает меня лич.

— Да, да, конечно. Право на частную собственность священно, если только ты не сотрудник спецслужб… Но с другой стороны, я бы никогда так не поступил. Убивать человека, который просто кушать хотел? Или от непогоды прятался, или от преследователей…

— Очень интересный взгляд на законы гостеприимства, однако правила этого места писались не мной, не мне их и нарушать. Видишь ли, в эти залы спускались только те, кому было не суждено вернуться на поверхность. Эти залы, которые ты видишь, хранят чудную историю…

Я слушаю, радуясь, что он разболтался, как злодей из плохого фильма, а параллельно его оцениваю.

[Зул Арлфарад

Возраст: 1338

Состояние: мертвец

Вид некрожизни: лич древний]

Интересно, а древними личи у них тут считаются после тысячи лет? Или экзамен какой-то сдать надо, чтобы тебе бумагу официальную выдали, что ты древний лич…

— Большинство мертвых, что ты тут перебил, вовсе не были последователями культа. Им платили, чтобы они приносили сюда тела посвященных… и выбраться они не могли.

— То есть их обманывали? — Мне это безразлично, но надо задавать вопросы, тянуть время…

— Нет, — смеется Зул, — им платили, и очень щедро. Причем не только золотом, но и услугами или магией…

— Магией? Это как? Почем у вас был литр магии? Я вот знал раньше кое-кого, так они с помощью литра какой-то магии всего за час из людей в свиней превращались…

— Тут магия другого рода, — не понял моего сарказма лич, — если у старика есть дети, внуки и кто-то из них ловит смертельное проклятье, а денег на снятие нет…

— Ага, дед старый, все равно скоро помрет, так пусть напоследок пользу принесет? Это такое оправдание… и все-таки многовато народу тут скопилось. Не настолько часто подобное могло происходить…

— Разумеется, это скорее исключение из правил, — кивает лич, — в основном все соглашались из-за денег… Жаль, это место так свое предназначение и не выполнило…

— Что еще за предназначение? — сразу же настораживаюсь я.

— Тебе жизнь дорога? — поворачивает ко мне оскаленную голову лич.

— Конечно, — быстро отвечаю, — очень ценю и уважаю жизнь… и смерть тоже, просто пока с ней сталкиваться нет желания. И тех и этих ценю, уважаю, восхищаюсь. Ты не подумай… Или к вам на «вы» лучше обращаться? Как у вас или у тебя там принято?

— Мне без разницы, — скрипит лич, — столько лет прошло, что голоса живых для меня значат не больше, чем шелест листвы под ногами… А тебе не следовало бы лезть в тайны тех мест, что не хотят их открывать…

«Надеюсь, что этот товарищ мысли не читает. А то если б знал, сколько я уже выяснил об этом месте, что мне показала оценка, мне бы сразу писец настал…»

— Так, я понял, — вздыхаю, — то есть мне нужно попытаться спасти свою жизнь любым способом?

— Все верно, — подтверждает лич, — жизнь имеет значение только для живых. Для мертвых не имеет значения даже смерть…

— Давай цитаты для пафосных пабликов оставим, — морщусь я, — шансы у меня есть, хоть какие-то?

— Смотри сам.

Лич направляет посох на стену.

Часть скальной породы отъезжает в сторону, из открывшейся ниши появляются два воина-скелета.

И без оценки видать, что с такими мне не справится, даже если со мной будут все мои костяки, мертвецы из башни и Джулька… тут именно что костяной дракон нужен, да и то не факт, что справится.

[Воин-скелет

Тип: высшая нежить

Опасность: высокая

Возраст: 0]

В смысле ноль? Он их прямо сейчас создал? Махнул рукой — и два высших воина-скелета? Вот это мощь!

— Этот вариант вообще не вариант, — вздыхаю я.

— Я так и думал, — смеется лич, — видишь ли, смерть мне не страшна, а вот скука другое дело, ее ощущают даже такие, как я. Поэтому я хочу купить твои услуги…

— Это какие? — напрягаюсь я.

В крипте прохладно, даже ветерок гуляет, покачивая пламя факелов, но у меня по спине пот течет.

Нет, понятно, что придется соглашаться, иначе я отсюда не выберусь, но все равно не хочется вляпаться в историю…

— В общем-то, это место могут покинуть только члены культа…

— А если я просто разнорабочий, цветочки поливаю?

— Разнорабочие вот там в кучку сложены. — Незнакомое словцо лича не смутило, он посмеивается, и от его смеха совсем не по себе становится.

Причем не только мне. Даже костяная гончая дрожит, как самая обычная собака… Того гляди заскулит

— Понятно, — киваю я, — что мне в итоге делать?

— Я могу тебя в культ принять, но для этого нужно пройти испытание.

— Опять подвох… а просто подтвердить желание быть в культе нельзя? На словах там или бумагу какую-то подписать?

— Так не пойдет, — качает головой Зул, — испытание должно быть пройдено…

— И в чем суть этого испытания?

— Все просто, завтра ты вернешься сюда и расскажешь мне, что творится на поверхности, — отвечает мертвец.

— А нельзя просто прогуляться? Я все покажу… как говорится, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать…

— Я не могу покинуть это место, — резко обрывает меня лич, — думаешь, если бы мог, то сидел бы тут один?

— А давай я тебе сейчас все расскажу, а дальше мы разойдемся?

— Я сказал: ты уйдешь и вернешься.

Пламя факелов трусливо съеживается, зал погружается в полный мрак.

— Я так понимаю, выбора у меня нет?

— Есть, можешь с теми скелетами подраться. — Мертвяк ржет.

А огонь, словно чувствуя его хорошее настроение, разгорается жарче и ярче.

— Понятно, — отвечаю я…

Лич уже рядом со мной. На его пальце разгорается зеленый огонь. Цвет ядовитый, навевает мысли о смерти и разложении.

Палец касается моего плеча, куртка шипит, словно ее кислотой прожигает.

Твою мать, больно же! Зеленый огонек касается моего плеча и впивается в кожу, выжигая на ней какой-то рисунок… Я пытаюсь дернуться, но куда там — что-то меня держит, как в тисках.

— Перевернутый факел? — скрипнув зубами, удивляюсь я… — Не очень оригинально, символ смерти так символ смерти. Или, может, вы Митре поклоняетесь?

— Откуда тебе известно это имя? — В голосе лича слышится удивление.

— Книжки читал, — шиплю я, знак на плече жжется и болит. — А как-то менее болезненно нельзя было это все сделать?

— Хорошие книжки ты читаешь, немногим известные, — задумчиво произносит лич. — Но Митра был только представителем… Впрочем, все равно лишь единицы бы связали этот знак и культ. А без боли нельзя, боль напоминает о том, что ты пока что жив, а теперь и о том, что ты принадлежишь культу. Так что цени боль, потом у тебя такой роскоши не будет… Занимательный ты человек, про культ Митры не слышали больше тысячи лет. Даже не знаю, остались ли документальные подтверждения его существования? Простому человеку уж точно неоткуда узнать о нем…

— А я уникальный. — Слова с трудом проходят сквозь стиснутые зубы. — Мама мне всегда говорила, что я далеко пойду, только вот не уточняла, в каком направлении…

Оценкой быстро проверяю знак. Как будто ничего страшного. Да, высшая магия, но не некромантия. Двести пунктов по оценке, но нет опасности для жизни. Просто метка культа, с кучей каких-то свойств. Надеюсь, не получится как с книгой, которая могла бы забрать мою душу, если бы я не спохватился вовремя.

[Знак культа

Тип: метка магическая

Класс: магический конструкт высшего порядка

Идентификатор культа: да

Доступ к криптам и схронам: разблокирован

Идентификатор свой-чужой: активен

Примечание: перевернутый факел в древних ритуалах и книгах был символом смерти и погребения. Однако горящий перевернутый факел является также символом бессмертия человеческого духа или жизни после смерти. Покровительствует тем, кто не побоялся ступить за грань смерти и вернуться.

Открыто: 7/200]

Обещания нужно выполнять. Что делает мужчину настоящим мужчиной? Не размер мускулов или наличие бороды, не счет в банке и не крутая тачка… Мужчину делает мужчиной то, как он держит слово. Дав обещание, мы его исполняем. Пусть даже оно дано опрометчиво и, чтобы его сдержать, придется сильно напрячься.

Сдержанные обещания — основа общества, семейных и социальных взаимодействий. Звучит наукообразно, но, если разобраться, процветание и спокойствие в мире держатся на сдержанных обещаниях.

Вторая Мировая началась из-за несдержанных обещаний, а Карибский кризис удалось разрешить как раз потому, что обе стороны конфликта придерживались договоренностей…

Я не Хрущев или Кеннеди, и от того, сдержу ли я слово, не зависит судьба планеты. Только моя жизнь, но для меня она стоит целого мира.

Так что обещание, данное личу, я собираюсь выполнить в полном объеме. Да и что там ему рассказывать? За века в крипте вряд ли он избалован новостями…

Я лег пораньше, едва солнце скрылось за горизонтом.

Однако выспаться не удалось. Среди ночи разразилась очередная буря.

Башню снова сотрясали удары грома, молнии били как с неба, так и из земли. Иногда казалось, что весь мир накрыт огромной желтой сетью.

Ветер ревет снаружи, но в башне тепло, сухо и уютно. Только в безопасности я себя не чувствую.

Вдруг сейчас эта буря крипту переместит к черту на куличики, утром я не явлюсь к личу… Костяной решит, что я слово не сдержал. Может, он меня проклянет через метку или своих скелетов по следу пустит?

А ведь лич мог меня прихлопнуть на месте, но не стал… Может, репутацию бережет? Хотя какая репутация у ожившего мертвеца? В любом случае я жив и сплю в постели, а не заперт в крипте в компании скелетов.

Я жив и принят в культ. Метка на плече почему-то придает мне уверенности.

Утром, хлопнув чаю и перекусив мясом и сушеными фруктами, отправляюсь на разведку. После ночной бури надо проверить, что снаружи поменялось.

Как и всегда, после ненастья погода отличная. Солнце, ветерок — красота, хоть картину пиши.

На первый взгляд все по-старому. Хотя болото… Высохло, что ли? Река все так же неподалеку от башни.

Зато это внушает надежду, что и крипта на месте, так что я сумею выполнить данное личу обещание.

Интересно, старый скелет знал, что ночью будет буря? Испытание, про которое он мне говорил, может, в этом и заключается? Тут все поменяется, а я должен буду найти крипту, чтобы ему рассказать про это? Фиг его пойми, может, просто совпало…

Прогулявшись до крипты, убеждаюсь, что камень на месте, значит, лич ждет внизу…

— Подождет. Новости должны настояться. Он и так ждал тыщу лет, часом раньше, часом позже, какая разница…

Отправляюсь обратно в башню, надо подготовиться. Мало ли чего Зулу взбредет в пустую черепушку. Закинусь зельями, обвешаюсь амулетами, всеми, что есть, и пойду…

На подходе к башне чую неладное… Неприятный укол где-то в районе живота.

Осторожно приближаюсь…

— Да уж, хочешь насмешить бога — расскажи о своих планах…

Вокруг башни торчит толпа скелетов. Не орда, конечно, как пару дней назад, но все же внушительная…

Откуда они тут взялись? Я отошел на полчаса, может, на час. Приглядевшись понимаю, что попал я по-крупному. У башни тусуются не обычные скелеты, а совсем новые, невиданные.

[Скелет-костемет

Тип: нежить

Специализация: дальний бой

Пояснение: структура костей изменена, руки модифицированы в метательные устройства.

Тип снарядов: костяные болты

Радиус поражения: 50 метров]

Твою дивизию, только этого мне не хватало. Что это еще за мутанты?

И правда, у этих скелетов вместо рук странные раздвоенные кости, сухожилия изменены, они проходят через изгибы костей на манер тетивы, на запястья наложены костяные болты. Чуть короче, чем стандартные, зато потолще. Такие и доспех пробьют, и его владельца насквозь пронзят.

У башни стоит мои скелеты, башенные хранители.

Одному в голову летит костяной снаряд. Голова скелета-защитника разлетается на части, тело падает на землю.

— Твою мать, — выдыхаю я, — так просто? А я думал, защитники башни покрепче…

Хорошо, что у башни есть запас. Из двери выходит еще скелет. Арбалетчик снова поднимает руку для выстрела, но тут Белле надоедает терпеть. Защитники бросаются в атаку. Завязывается бой. Скелеты из башни азартно крошат нападающих мертвяков, те в ответ выпускают один костяной болт за другим.

Черт, таким макаром долго охрана башни не продержится. Надо бы помочь…

И тут на меня налетает еще скелет. Хорошо, что не стрелок, хотя тоже не подарок. У этого вместо руки длинный костяной клинок, которым он лихо орудует.

Не будь у меня усиленных рефлексов и закаленных связок, лежал бы я сейчас напополам разрубленный.

Ухожу от атаки, изогнувшись всем телом. Спина трещит, связки натянуты, как гитарная струна. Второй удар чуть не сносит мне голову, но я успеваю пригнуться и даже меч вытащить.

Следующий выпад мертвяка встречаю сталью. Костяной клинок отлетает в сторону. Если бы моим противником был человек, то от такого удара он бы точно выронил оружие. А скелету пофиг.

Скелет снова лезет в атаку. Пропустив его мимо себя, наношу удар по грудной клетке. С громким хрустом от скелета отваливается три или четыре ребра, Разворачиваюсь, так быстро, как мне позволяет организм. Вторым ударом сношу еще четыре ребра с другого бока скелета.

Ребра, конечно, не голова, но один фиг повреждения же, должно это как-то на его боевую пригодность повлиять?

Скелет снова готовится напасть, но тут в него врезается конг. Здоровенный скелет сносит мечника щитом размером с дверь.

Подлетаю к ошеломленному костяному мечнику и в прыжке сношу ему голову ударом меча.

Приземлившись, перекатываюсь через голову и вскакиваю на ноги.

Снова укол внутри — срабатывает чуйка. Поворачиваюсь к новой угрозе. Костемет уже поднял руку для выстрела.

Болт летит в мою сторону. Я быстро поднимаю перед собой раскрытую ладонь. Болт, как в замедленной съемке, замирает. Хватаю его и отбрасываю в сторону…

— Да чего вам всем от меня надо? — раздраженно спрашиваю скелета. — Не навык же квазарский помочь мне потренировать. Нет, за практику, конечно, спасибо, я тут недавно сокрушался, что отработать нет возможности. Досокрушался, получается…

Но проблему надо решать. Скелетов тут хоть отбавляй, надо уменьшать народонаселение.

Хорошо, что из башни взамен павших защитников выходят новые. Не зря я костикам приказал тогда все останки закидывать в подвал. Значит, материала для создания у Беллы пока хватит.

Бросаюсь на костемета, что в меня выстрелил. Он метрах в двадцати. В два прыжка оказываюсь рядом. В ближнем бою эти товарищи не очень хороши, так что уклоняюсь от удара костяным арбалетом и сношу скелету ребра… Того малость перекашивает, клонит в сторону. Тут в дело вступает бронированный конг. От удара его лапы голова костемета отлетает далеко в сторону…

— Вот это удар! Майк Тайсон обзавидовался бы! Торжественно переименовываю вас из конгов в тайсонов!

На пару с конгом-тайсоном уничтожаем еще с десяток скелетов. Со стрелками проще, тут главное под выстрел не попасть, а дальше дело техники… подобраться поближе, снести несколько ребер, а затем вступает здоровяк. Схема рабочая, я понижаю мобильность скелетов, тайсон крушит черепа.

Однако стрелков как-то слишком много, как-то они ухитрились отрезать меня от напарника и прижать к стене башни…

Столько стрел разом я точно не остановлю.

Тут из окна башни выскакивают два скелета, помельче, зато быстрые, резкие как пуля.

Двое прыгунов налетают на окруживших меня стрелков. В ход идут когти, отрубленные конечности летят в разные стороны. Прыгуны разбираются с отрядом врагов в считанные мгновения.

— Это было круто, — хвалю я прыгунов, — теперь с остальными надо разобраться.

Прыгуны бьют стрелков, я же атакую мечников. Эти сволочи отлично фехтуют. Даже мне со всеми умениями от меча квазаров, приходится нелегко. Тут настоящие дуэли. Один прыткий мечник умудрился меня в плечо ранить. Не сильно, по касательной, но все равно неприятно, а хуже всего то, что я, отпрыгивая от удара, умудрился ногу распороть о какую-то ветку, что на земле валялась. Просто ветка, но отростки у нее как бритва…

[Пилум

Тип: лиственное дерево

Прочность древесины: высокая

Сложность обработки: низкая

Примечание: древесину пилумов используют при изготовлении наконечников для хлыстов. Дерево легко рассекает кожу, оставляя глубокие порезы, которые очень плохо заживают. Пилум еще называют Деревом палачей, так как они используют древесину этого дерева для изготовления инструментов. Сок дерева препятствует затягиванию ран и вызывает сильные боли.]

Час от часу не легче… Хорошо еще, что ветка старая и сок давно высох, а то сейчас бы сражался, теряя сознание от боли…

А так норм, нога почти и не болит.

Все, хватит цацкаться. Врубаю владение мечом на полную мощность…

Оказывается, если голову отключить и довериться инстинктам квазаров, драться в разы проще…

Меч свистит, рассекая воздух. Клинок движется с такой скоростью, что вокруг меня образуется стена стали. Это вроде веерной защитой называется… Но одной защитой битву не выиграть, так что и атакую я быстро и смертоносно.

Ребра и прочие кости скелетов разлетаются в стороны, там, где не успеваю я, страхуют защитники башни.

Тайсоны крушат черепа, разрывают врагов пополам и топчут массивными лапами. Скелеты в броне — лансы — тоже не отстают, их мечи собирают обильную жатву с пришлых мертвецов. Фу-ты, на пафос меня пробило.

Но и враги не лыком шиты, так просто завалить их всех не получается. Бой длится часа три, наверное, наконец последний костяной мечник падает без головы…

— И надо было вам лезть сюда? — презрительно смотрю я на кучи костей возле башни, — теперь никто из вас не вернется к вашим костяным женам, не обнимете вы маленьких скелетят своих…

Не знаю почему, но эта фраза мне кажется очень остроумной. Адреналин схлынул, накатывает усталость, так что, я, проржавшись, обхожу поверженных врагов, собирая с них трофеи.

У одного массивное кольцо с пальца снял. Такая здоровенная печатка с гербом. Видать, скелет при жизни не самым простым человеком был. С остальных тоже снимаю все ценное — у кого-то цепь, у кого кулон или пояс с массивной бляхой…

— Все пригодится, тем более что теперь у меня есть человек, который сможет это все продать…

Оглядываю место битвы — ничего ценного я не упустил? Тут только замечаю, что за мной тянется кровавый след.

Осматриваю ногу.

— М-да уж, приятного мало. — Рана на ноге длинная и глубокая, из нее хлещет кровь. — Что ж это я, тоже в скелет превращусь? Хотя нет, так это не работает — меня же не скелет ранил, скорее всего, я деревом стану.

Но я пока не хочу ни в кого превращаться. Рановато мне помирать, у меня еще здесь дела есть.

Поднимаюсь на второй этаж. Горячка боя отступила окончательно. Теперь остаются лишь усталость и боль в ноге.

На втором этаже принимаю несколько зелий усиления. Беру зелье, повышающее регенерацию, как раз что я в деревне прикупил. Делаю глоток из склянки — до дна пить не буду, у меня всего-то царапина…

Рана кровоточит, под ногой уже приличная красная лужа натекла.

— Ни фига себе веточка, — морщусь от боли, — даже то зелье «хвост ящерицы» для повышения регенерации не сильно помогает, придется добавить… Кровь надо останавливать, а то уже перед глазами черные мушки.

— А что, если?.. — Капаю на рану зельем заживления. — Ах ты черт, как же больно!

Ногу словно тысячами иголок пронзает, у меня перед глазами уже не мушки, а черная пелена…

От раны идет то ли пар, то ли дым. Боль такая, что с ума сойти, но и эффект налицо, вернее на ногу. Края раны начинают сходиться, царапина закрывается, покрывается темно-бордовой коркой, а боль постепенно исчезает.

Перевязываю рану чистым куском материи и, выпив еще чая с куском медовых сот, собираюсь к крипте.

— Вот так-то лучше, — делаю несколько кругов по комнате, — не болит, и даже опираться можно…

— Нет, идти в крипту раненым рискованно… хотя там лич всем заправляет, без его команды никто нападать не будет, а так как на мне метка, то и мертвяки из ниш меня не тронут…

Да не, полный бред. Пока нога не заживет, надо бы сидеть в башне, соблюдать постельный режим…

Но не такой я человек. Мне же хочется и любопытство свое удовлетворить, и ценные безделушки забрать. Мертвым они ни к ему, а мне пригодятся…

Покончив с завтраком, беру кружку с водой, которую дает Белла, споласкиваю губы после меда, встаю, выхожу, направляюсь к крипте. Там все как и было, за исключением одного — камень задвинут на место, никаких тебе ступенек и магических факелов. Разумеется, их стало немножко меньше, мои скелеты умыкнули несколько штук.

— Это что, придется опять ту тарабарщину повторять? — подхожу ближе к камню. В прошлый раз я об заклятие входа язык сломал.

В этот момент камень сдвигается в сторону.

— Вот это другой разговор

С опаской смотрю на уходящие вниз ступени.

Может, я в глубине души и рассчитывал, что крипта пропадет, что не надо будет снова общаться с личем… а может, личом.

Хотел… но сейчас я тут, а внизу, видимо, поджидает меня Зул.

Интерлюдия

Лия

В воздухе витали запахи свежеиспеченного хлеба, конского пота, кислой капусты и всего того, что составляет настоящий аромат города.

Запах сообщил о приближении к цели раньше, чем зрение или слух.

Лия приободрившись прибавила шаг.

— Веселей, ребята, мы почти на месте, — с улыбкой сообщила она членам своего небольшого отряда.

Близость отдыха явно взбодрила всех. Так что до городских ворот добрались чуть ли не вприпрыжку, что, учитывая увесистые мешки за плечами, было удивительно.

— Удачная вылазка? — поприветствовал путников капитан стражи.

Мужик справедливый и честный. Никогда он с авантюристов мзду не требовал. Проверял все чин по чину…

— Удача — это костыль для слабаков, — усмехнулась Лия, — в пустошах на удачу нельзя надеяться.

— Это вам, приключенцам, — стражник улыбнулся в усы, — а мы люди простые, отстояли свое без происшествий, вот тебе и удача.

Капитан бегло осмотрел сумки и кивком указал Лии и остальным проходить.

Первым делом надо продать вещи некроманта. Для этого есть только одно место — квартал торговцев.

— Я сейчас пойду продавать добычу, а вы пока подкрепитесь и ждите меня на площади, — говорит Лия товарищам.

— А ты не сбежишь? — сразу же вступает в спор Бжикс. — Заберешь наши денежки и поминай как звали.

— Ты думай, что несешь. — Лия твердо смотрит в глаза парня. — Надо мне сейчас от вас убегать? Могла бы просто вас в пустоши бросить, и все дела.

— Ты бы помалкивал, умнее бы казался. — Грубый голос Кэт ставит точку в разговоре. — Давай, Лия, мы будем ждать.

Сэм и Сидни согласно кивают.

Лия же подхватывает сумки и направляется по узкой улочке в квартал торговцев.

Место шумное, людей много, и всегда надо быть начеку. Помимо честных покупателей снуют среди толпы и ловкие карманники. Чуть отвлечешься — полоснут по карману или рюкзаку, вытащат ценности, и только их и видели.

Так что Лия сейчас настороже, как и в пустошах, а может, и еще больше. Там проще: скелеты или зомби — это опасность, надо держаться подальше или бить наверняка. А среди людей как понять, не задумал ли кто злое? Над головами ж у них не горят надписи, кто этот человек и чего от него ждать…

Пробравшись через толпу, Лия заходит в лавку знакомого торговца. Свел их Жакоб, после первой совместной вылазки.

Торговца зовут Конрад Конкрейн. Сам он долгое время промышлял вылазками в пустоши, так что знает цену труду авантюриста и всегда честно платит за товары.

— Лия! Рад тебя видеть! — Сухой и длинный как жердь Конрад выскакивает из-за прилавка при виде Лии, на его полностью лишенном бровей ресниц и какого-либо намека на бороду лице расплывается улыбка.

— Я тоже рада тебя видеть, Конрад, как идут дела?

— Хвала богам, с прибытком. — Конкрейн три раза стучит по прилавку ладонью, защищаясь от сглаза. — Ты как? Удачная вылазка была?

— Это ты сам оцени. — Лия выставляет на прилавок сумки с добычей.

— Судя по объему, недурно. — Конрад ловко распускает завязки и чуть ли не с головой ныряет в сумку…

Пока торговец разбирается с артефактами, Лия осматривает лавку, примечая, что полезного можно будет прикупить для некроманта.

Он же человек сложный. Вон как он радовался сандартету, как будто это лучшая вещь в его жизни. И назвал так смешно — самовар. А книги заклинаний ему как будто и не особо-то нужны. А всякие штуки для обустройства типа чайника или матраса — прямо необходимы…

— Ну, Лия, действительно очень удачная вылазка у тебя была, говорит Конрад, — если еще раз такую добычу принесешь, то мне придется лавку продавать, чтобы с тобой рассчитаться…

— Ладно тебе, Конрад, — смеется Лия, — уж ты в накладе не останешься.

Конрад добродушно хохочет, выкладывая перед девушкой на прилавок увесистый мешочек с монетами:

— Можешь пересчитать

— Я тебе верю, — отвечает Лия, — но денежки счет любят…

Девушка пересчитывает деньги под пристальным взглядом Конрада.

Торговец не обманул, он давно знает Лию, так что все честно. Лия не стала тратить время на другие лавки. Там за что-то и больше можно было бы выручить, но за другое дали бы меньше. Лия рассудила, что лучше обращаться к тому, кого знает и кто не станет обманывать.

— Спасибо, Конрад, — благодарит торговца девушка.

— Заходи еще, — отвечает тот, — всегда рад…

Лия покидает лавку. Самое простое сделано, продать добычу несложно, тем более если каналы налажены. Теперь нужно деньги в банк отнести, но сначала позаботиться об отдыхе и оставить непроданные вещи в безопасном месте.

Да, часть полученных от некроманта вещей девушка Конраду не показала. Уж слишком подозрительным выглядело бы такое богатство. Конрад мужик хороший, но болтливый, а значит, новости о чрезвычайно удачной вылазке поползли бы по городу и привлекли бы к Лии и ее отряду ненужное внимание. А этого не хотелось ни самой Лии, ни ее нанимателю, который сильно печется об анонимности и уединенности.

Выйдя из лавки, Лия, миновав ряды лавок и магазинчиков, нырнула в переулок, затем после пары оживленных улиц свернула в неприметный тупик.

Она остановилась у высокого забора, отсчитала нужное количество досок от стены, нажала на ржавую шляпку гвоздя, и одна доска с легким щелчком отошла в сторону, открывая проход.

Девушка юркнула в щель, и проход закрылся за ее спиной.

Лия оказалась в квартале, который называли «Колодец» из-за того, что в просветах между крышами домов не было видно неба и здесь даже днем царил полумрак. Девушка подняла глаза. Над головой верхние этажи зданий почти соприкасались, оставляя видимой лишь узкую полоску неба.

Жители этих домов ходили друг к другу в гости не через улицу, зачастую залитую нечистотами, а через окна верхних этажей. Можно было шагнуть через подоконник и оказаться в соседнем здании.

Лия шла вперед, тщательно обходя лужи с застоявшейся, дурно пахнущей водой, кучи мусора, в которых копошились жирные крысы… Из окон доносились крики, ругань, песни — квартал жил своей жизнью.

Многочисленные прохожие на главной улице Колодца могли не опасаться испачкать ноги. улица была вымощена грубым серым камнем, по краям тянулись фонари, горящие даже днем.

Лия остановилась у таверны «Кинжал и свеча».

Казалось бы, у нее хватало денег, и она могла себе позволить остановиться в лучшем заведении, но девушка знала, что надежнее, чем «Кинжал и свеча», нет места во всем городе.

Владел таверной, равно как и всем кварталом Салазар Слаш, разбойник и деловой человек. Салазар потратил не один год жизни, чтобы подчинить банды города и наладить воровскую жизнь.

Лия вошла в таверну. В главном зале было светло и шумно.

— Миледи, чего изволите? — сразу же подскочил к ней парень с густой темной шевелюрой.

— Мне необходима комната с удобствами, — ответила девушка.

— Имеется, — с широкой улыбкой ответил слуга.

— Мальчик, мне нужны особые условия, — с нажимом повторила Лия.

Улыбка слетела с его лица.

— Понял, — серьезно кивнул он, — стандартный контракт?

— Да, — ответила Лия и сунула парню две монеты, — и побыстрее, я очень устала, а у меня еще куча дел.

— Не беспокойся, милашка, — с улыбкой сказал собеседник, — все устроим в два счета. Присаживайся пока…

Лия присела за ближайший свободный столик.

Да, именно это заведение, под завязку набитое головорезами и ворами разных мастей, было самым надежным местом во Фронтире, как сокращенно называли Фронтьербург.

Салазар заправлял всеми преступлениями в городе, ему докладывали о самой мелкой краже, что произошла на улице. Ну, и он, будучи человеком практичным, здраво рассудил, что люди будут готовы платить за возможность хранить свои вещи без риска, что их украдут.

Таким местом и стала эта таверна.

Логика простая — заплати преступникам за сохранность вещей и больше не беспокойся об этом.

Подписав контракт с Салазаром, можно было хоть посреди общего зала кинуть мешок золотых и уйти по своим делам. Вернувшись, обнаружишь все деньги на том же самом месте. Никто на них даже не глянет.

Добивался дисциплины Слаш несколько лет, причем очень жестокими методами. Воришек, что смели нарушить договор, он самолично мог пытать неделями, да так, чтобы их крики были слышны по всему Колодцу. А после их изуродованные трупы еще месяц висели на столбах в назидание и как напоминание другим лихим людям, что бывает с теми, кто идет против воли Салазара.

— Вот бумаги, — слуга вырос перед Лией словно из-под земли, — здесь и здесь нужна ваша подпись.

Он указал Лии места в контракте, где она должна расписаться. Девушка пробежалась глазами по тексту.

Стандартный контракт Салазара. Разбойник лично гарантировал сохранность всех вещей Лии, оставленных в таверне, на весь срок ее пребывания там.

— Отлично. — Девушка быстро поставила подписи в нужных местах.

— Комната тридцать шесть. — Парень положил перед девушкой массивный ключ. — Я распорядился насчет горячей воды и полотенец. Если хотите, пришлю к вам массажиста, или массажистку, или их обоих…

— Воды и полотенец будет достаточно… — холодно ответила девушка.

— Ваше дело, — пожал плечами слуга, — обычно авантюристы после вылазки хотят расслабиться и отдохнуть.

— Спасибо, но у меня еще дела, — мягче сказала Лия, — пойду в свою комнату.

Парень быстро собрал бумаги и принадлежности для письма, пересчитал брошенные на стол монеты и скрылся так же неуловимо, как и возник.

Лия прошла через зал, лавируя между подвыпившими людьми. Она поднялась на третий этаж и ключом отперла дверь в комнату.

Девушка умылась горячей водой из большого таза. Она бы с удовольствием приняла ванну, но дел было еще слишком много. Как минимум ее ждала четверка людей, которым она должна была передать плату.

Быстро приведя себя в порядок Лия вышла из таверны и, пройдя по кривым улочкам колодца, оказалась на главной улице Фронтира.

Королевский банк располагался рядом с резиденцией бургомистра.

Сложенное из массивных гранитных глыб здание резко выделялось из архитектурного ансамбля города. Лия знала, что это сделано намеренно. Королевский банк должен был выглядеть солидно и внушительно, чтобы у его посетителей не возникало и мысли о ненадежности этого учреждения. Помимо самого хранилища в банке были отдельные помещения для охраны и службы взыскания. Этих ребят боялись все, даже самые отъявленные отморозки. Хотя Лия всегда думала, что самые лютые головорезы как раз в банке и работают.

На входе девушку остановили два здоровенных мужика, с дубинками на плечах. Один из них держал в руках поисковый артефакт.

— Оружие и магические предметы оставлять здесь. — Охранник указал Лии на здоровенный ящик у двери.

Лия молча кивнула и скинула в короб меч и кинжал.

Амбал прошелся по телу девушки артефактом и кивнул напарнику: все в порядке, можешь пропускать.

Перед Лией распахнулась дверь главного зала банка.

Просторное помещение с высокими потолками было отлично освещено сотнями факелов, развешанных на стенах.

Сразу у входа располагалась стойка, за ней сидела миловидная девушка, перед которой лежал длинный пергамент с записями о посетителях, в руке девушка держала ядовито-оранжевое перо. Цвет этот был официальным цветом банка. Все сотрудники носили эмблемы такого оттенка, на стенах были развешаны гобелены оранжевого цвета с символом банка — горстью монет, накрытых короной.

— Доброго вам дня, — с улыбкой, в которой, впрочем, не было ничего приветливого, сказал девушка, — с какой целью посетили нас?

— Мне нужно открыть вклад, — ответила Лия, — и я хочу получить браслеты.

— Поняла. — Девушка застрочила пером по пергаменту.

Лия тут же почуяла магию. Текст с пергамента сразу передавался сотруднику банка, тот отмечал, что взял задачу в работу, и на пергаменте сразу появлялось сообщение.

— Ожидайте, через пять минут к вам подойдут, — все с той же мертвой, заученной улыбкой сказала девушка.

Лия отошла в сторону. Сейчас посетителей в банке было немного, десяток торговцев стояли рядом с нишами в стенах — там банк принимал деньги на хранение, в центре зала располагалась статуя: золотой телец с огромными рогами смотрел прямо на входящих…

— Добрый день, миледи. — К Лии подошел сутулый молодой человек в очках. — Вы хотели бы разместить деньги в нашем банке?

— Так и есть, — ответила девушка, — и кроме того, мне понадобится несколько браслетов.

— Конечно, все будет сделано как вам угодно, сейчас как раз можно получить браслеты со скидкой, всего за один золотой.

Ага, со скидкой, как же, усмехнулась про себя девушка. Цена на эти браслеты не менялась с основания банка.

Браслет позволял владельцу получать доступ к счету при помощи мысли, причем не покупался у банка, а брался в аренду. При сдаче его в банк золото возвращалось в полном объеме. Изначально за этими браслетами охотились бандиты, но не для доступа к счету. Добраться до чужого золота было невозможно — магический контракт с банком надежно защищал ценности владельца. Охотились за самими браслетами, которые стоили довольно дорого. Однако банк с таким усердием и жестокостью истреблял тех, кто присваивал себе чужие браслеты, что скоро даже до тугодумов дошло, что не стоит этим заниматься. С помощью браслета можно было всегда знать, какая сумма на счету, переводить деньги и расплачиваться ими, перевозить браслет из города в город тоже было можно. Браслеты связывались с банком через сеть башен, построенных по всему королевству. Магическая банковская паутина окутывала всю Аларию, за исключением Пустошей. Вот там браслеты носить строго запрещалось, потому что законы королевства в Пустошах не действовали, и лишиться браслета, а заодно и руки было проще простого.

Банковский клерк провел Лию через зал и остановился у ниши в стене.

— Положите деньги на весы, — сказал он, указывая девушке на медную чашу.

Лия опустила мешочек куда указали.

Весы качнулись, затем в стене открылось отверстие.

— Теперь туда, — подсказал сутулый парень.

Лия сделала, как он сказал. Мешочек исчез в нише.

— Сейчас ваши средства будут помещены в защищенную ячейку. После этого браслет активируется.

Лия поняла это и без подсказки. Перед ее мысленным взором возник баланс счета.

— Отлично, — кивнула она, — спасибо.

— Был рад помочь, — слегка склонил голову клерк. — Получить ваши деньги вы можете, обратившись к нам. Если нужны монеты, то через браслет их можно получить в палатках выдачи в городе.

Лия кивнула и направилась к выходу.

Снаружи ее снова проверили артефактом двое громил. Лия забрала оружие и направилась к месту встречи со своими работниками, благо площадь была совсем недалеко. Браслет на запястье приятно холодил кожу, внушая уверенность.

У нее был такой раньше, но потом дела пошли плохо, и пришлось его сдать обратно в банк. Сейчас девушку не покидало ощущение, что жизнь налаживается. И кто бы мог подумать, что причиной тому не добрый волшебник, а загадочный некромант из Пустоши! Судьба действительно умеет удивить…

Кэт, Клиф, Сэм и Сидни ждали ее в условленном месте. Под раскидистой яблоней, что росла на окраине площади, стояла скамья для отдыха, там и расположилась четверка.

Клиф дремлет, откинувшись на скамейке, Кэт стоит сложив на груди могучие руки, Сэм и Сидни беседуют, стоя в тени дерева.

— Я вернулась, — машет им Лия, — готовы получить что причитается?

— А то! — сразу просыпается Клиф.

Лия вручает им браслеты.

— О, вот это штуковина. — Клиф сразу же застегивает браслет на запястье. — Раньше я такие видел только издалека.

Кэт тоже надевает браслет. который еле налезает ей на руку.

А Сэм и Сидни вертят магические вещицы в руках и вопросительно смотрят на Лию.

— Что вас смущает? — спрашивает девушка. — Эти штуки позволят вам не переживать за сохранность ваших денег во время следующих походов.

— Ты, дочка, не обессудь, — смущенно говорит Сэм, — но с нас с моей старушкой довольно приключений. Ты нам честными монетами плату выдай, и мы вернемся к себе в деревню. Как раз нам хватит, чтобы с долгами рассчитаться и дожить помаленьку свой век. А опасные приключения — это все для вас, для молодых.

— Ну, хорошо, — вздыхает Лия, забирая браслеты у пожилой пары, — сейчас принесу вам монеты.

Неподалеку от скамьи как раз расположена точка королевского банка.

Приложив браслет к специальному кристаллу, Лия мысленно отсчитывает монеты. Тут важно сосредоточиться на сумме, браслет ошибок не терпит. Если кому-то по глупости или рассеянности перекинуть деньги, то вернуть их просто так не получится. Придется договариваться с получателем. Банк в такие дела не лезет…

— Всего вам хорошего, — Лия передает мешочек с деньгами Сэму, — берегите себя.

Сэм и Сидни с поклонами прощаются и уходят.

— А вы что скажете? Готовы к еще одному походу в пустоши?

— Ты сначала за прошлый рассчитайся, — усмехается Клиф.

— Точно! — Лия хлопает себя по лбу. Подносит свой браслет к браслету парня и мысленно указывает сумму для перевода.

— Вот это другой разговор. — Клиф счастливо улыбается. — Я готов, ходить туда хоть через день, если всегда так платить будешь…

Лия кивает: один согласен.

Молчаливая Кэт смотрит на Лию исподлобья.

— А ты что скажешь? — Лия быстро переводит девушке положенное золото. — Пойдешь еще раз в пустошь?

Кэт кивает.

— Сообщи, когда пойдем, — говорит она, — а пока мне надо по своим делам.

Кэт уходит, за ней увязывается Клиф.

Не так уж плохо. Половина команды осталась…

Лия отходит от скамейки и направляется к противоположному краю площади.

Свернув в неприметный проулок, девушка оказывается у небольшого здания с неприметной вывеской «Шлосс и Берг. Залог под проценты».

Лия толкает дверь и заходит внутрь.

— Чем могу помочь, уважаемая леди? — Из-за стойки, уставленной разного размера весами, появляется низенький темноволосый человечек с таким длинным носом, что непонятно, как он его не перевешивает?

— Я хочу выкупить свой кристалл жизни, — отвечает Лия, — оставляла в залог…

— Ах, да, да! — всплескивает руками носатый — Сейчас сверюсь с записями.

На прилавок он кладет огромную книгу в зеленом переплете, раскрывает ее и водит по строкам длинным узловатым пальцем.

— Лия Скаденс… Лия Скаденс… — бормочет ростовщик.

Лия рассматривает лавку. Собрание человеческих невзгод. Тут лежат вещи, которые закладывают не от хорошей жизни. В витрине лежат медальоны с портретами женщин и детей, на стенах висят картины, запечатлевающие всю семью, на полках прочие атрибуты семейной жизни. Конечно, большая часть залогов — это просто дорогие украшения, и все же за каждой вещью скрыта целая история.

Низенького носатого человечка на самом деле зовут Хёрст Шлоссберг (в названии конторы фамилия для солидности разбита на две), и он ростовщик. В Аларии данная деятельность официально запрещена, но Фронтьербург находится на границе с Пустошами, так что здесь законы королевства не всегда работают. Вернее, работают они тогда, когда выгодны…

— Нашел, — слышится голос Хёрста.

Лия подходит к прилавку.

— Вот такую сумму вы должны. — Палец ростовщика указывает на строку.

Лия молча выкладывает деньги на прилавок, Херст, несколько раз пересчитав, убирает монеты в сейф.

— Одну минуту, — говорит он и скрывается за дверью в задней стене.

Лия не беспокоится, что Шлоссберг ее обманет. У него безупречная репутация. Если сказал, что ее кристалл никому не отдаст, не продаст, то так и будет. Хёрст деловой человек, и ему репутация дороже денег…

— Вам по кристаллу проценты накапали. — Хёрст ставит перед девушкой голубоватый кристалл. — Все по-честному, тут в книге зафиксировано.

— Спасибо, — благодарит ростовщика Лия и, взяв кристалл, прижимает его к груди.

По телу разбегается блаженное тепло. Как же долго она, оказывается, жила с половиной жизненной энергии! Как же ей ее не хватало! Все это время как будто пеплом было подернуто — ни работать толком, ни отдыхать, ни есть, ни спать она не могла. Все будто вполсилы. Зато теперь в крови бурлила энергия. Ростовщик не обманул: кристалл отдал ей много больше, чем она оставляла в залог…

Она тогда отдала половину энергии, и первое время, пока не привыкла, по утрам ей казалось, что она с постели подняться не сможет…

Конечно, жизненная энергия восстанавливается, но этот процесс очень и очень долгий. Только могущественные маги могут восстановить ее за короткое время. Лия же хоть и была магичкой, но точно не сильной.

— Вот теперь заживу! — улыбается девушка. — Только сначала надо отдохнуть, поесть как следует…

Лия отправляется обратно в таверну.

В общем зале «Кинжала и свечи» как всегда шумно и людно. Лия присаживается за столик и жестом зовет подавальщика.

— Тащи еды побольше, мяса получше, да кувшин хорошего вина, — командует девушка.

Подавальщик кивает и убегает на кухню.

Через минуту он приносит ей запотевший кувшин и стакан.

— Еда будет готова через десять минут, — сообщает он и снова пропадает.

Лия наполняет стакан и с наслаждением выпивает темно-красную жидкость…

— О, Лия, привет! Из вылазки вернулась? Успешной, как я погляжу!

У столика стоит высокий смуглый парень с такой белоснежной улыбкой, что смотреть больно.

— Привет, Симон! — тепло приветствует приятеля Лия. — С чего ты взял, что она была успешной?

— Во-первых, ты жива и цела, а это в нашем деле уже успех, — смеется Симон, — улыбаешься, да и браслет на руке появился. У меня взгляд верный — вылазка точно была успешной.

— Ничего от тебя не скроешь. — Лия подает знак разносчику, и тот мигом ставит перед ней еще один стакан. — Давай выпьем с тобой за то, чтобы все вылазки были успешными.

— Это я с радостью. — Симон наполняет стакан и залпом опрокидывает…

В номере Лия оказывается глубоко за полночь.

— Все, теперь точно можно отдохнуть. — Девушка растягивается на кровати.

Однако долго отдыхать не получилось.

— Постой-ка! Лия Скаденс, соберись! Тебе еще по списку все купить надо и крепких работяг найти, чтобы матрас дотащить до башни.

Лия лежит уставившись в потолок. В голове куча мыслей и сомнений.

Как угодить некроманту? Он довольно-таки странный. Так радоваться простым бытовым предметам… Хотя если он и дальше будет то мечтать, то вздыхать, и ждать не стоит…

Почему при таком могуществе он сидит в пустоши, один в башне, может даже крысами питается?

Нужно понять его мышление, тогда станет понятно, чего он хочет… Он ведь оставил Лии часть денег, именно для такого — удивительного. Хотя непонятно, то, что Лии кажется самым простым, у некроманта вызывает неподдельный интерес…

Загадка для Лии Скаденс — как понять эксцентричного волшебника? Догадаться, что ему нужно? При этом сильно не лезть в его дела. Потому что с помощью этого некроманта можно наладить свою жизнь…

Было бы здорово прикупить тут домик, проплатить разбойникам и страже, чтобы ее не трогали. Встать на ноги, заняться магией, изучить ее как следует, потому что нынешних знаний и умений явно недостаточно.

Некромант выдал список того, что ему нужно, но, как говорил отец Лии, судьба не любит тех, кто лезет вперед.

Лия уверена, что придумает, как ей удивить и поразить некроманта, стать ему полезной. Возможно, она сможет почерпнуть у него какие-то новые знания… Хотя он же некромант, вряд ли он сможет ее учить.

— Об этом надо подумать завтра, — бормочет Лия в полудреме.

Усталость все же берет свое, и девушка засыпает.

* * *

Медленно, на всякий случай проверяя каждую ступеньку, спускаюсь в крипту. Вроде все чисто, никаких ловушек. Зачем они нужны, если главная опасность внизу?

Лич стоит посреди зала, заложив руки за спину:

— Любопытно… ты, значит, вернулся?

— А у меня, что выбор был? — Медленно приближаюсь к мертвому магу.

— Был. Не возвращаться. — Лич очень по-живому хихикнул.

— Чего? — не выдерживаю я. — Я думал, последствия такого выбора были бы фатальными.

— По правде говоря, ты не должен был и из крипты выбраться.

Вот же старый мешок костей, издевается? Хотя, наверное, логично, испытание было не в том, чтобы вернуться, а в том, чтобы уйти… И вряд ли его кто-то проходил… В любом случае, он старый козел…

— Так что, испытание пройдено?

— Пройдено, — смеется лич, — носи свою метку с гордостью. Уверен, однажды она тебе очень пригодится. Только в другие крипты ходить не советую, у тамошних хранителей могут возникнуть вопросы, каким образом ты получил свой факел. Я такой добрый, а другие хранители совсем иначе себя ведут.

Тоже мне добряк нашелся…

— Идем за мной, — приказывает лич, направляясь вглубь крипты.

Иду за ним, оглядывая зал в поисках своей собаки. Джульки нигде не видно. Разупокоил ее лич, что ли? Печально, я уже к ней привязался…

Лич проводит меня через зал к проему в стене. Там ступени вниз.

Стены туннеля украшают факелы, только пламя в них не обычное оранжевое, а какое-то бледное, словно мертвые огни…

«И куда меня этот Пенивайз ведет? Точно, факелы, может, надо бы вернуть их на место? А то как-то неудобно получается… Ладно я те светильники из шахты под домиком охотников утащил, там они без надобности, а тут по делу висели».

По итогу лич приводит меня в зал, поменьше, чем наверху, но все равно внушительный. Тут в стенах не просто углубления для тел, а целые усыпальницы, выбитые в скальной породе, над порталами входов надписи на незнакомом языке, барельефы, видимо изображавшие прижизненные подвиги тех, кто там покоится…

И по всему залу бродят мертвяки… Только не как те, с поверхности, что шатаются неприкаянные. У этих движение более упорядоченное, что ли… Как будто у каждого скелета свое дело…

Это зал лич тоже минует, не задерживаясь. Я-то верчу головой, рассматривая рисунки на стенах, а он на все это смотрел сотни лет.

Зул приводит меня в небольшую комнатку.

Кажется, тут он и обитает. Интерьер под стать владельцу — костяной стол, камин тоже из костей, белое мертвое пламя пляшет внутри. У стен полки с книгами, которые я даже оценивать не буду, чтобы от зависти не сдохнуть…

Из дальней стены бьет что-то вроде ключа… Оценка сразу выдает информацию.

[Источник мертвой энергии]

— Оу, — невольно вырывается у меня.

— Интересуешься? — сразу спрашивает лич. — Попробуешь?

Лич наполняет из источника кубок, сделанный из человеческого черепа:

— Отведаешь?

— Я после этого здесь навечно останусь?

— Естественно, — снова хихикает лич, — выпьешь — и путь наверх заказан.

— Заманчиво, конечно, но я откажусь. У меня наверху дела. Цветочки не полил…

— Как хочешь. — Лич опрокидывает в себя содержимое кубка.

Ну, понятно, откуда у этого типа столько энергии и как он ее поддерживает. Непонятно только, откуда эта энергия тогда берется. Магия магией, а закон сохранения должен работать тут…

— Присаживайся. — Лич кивает мне на стул, тоже из костей сделанный. — Угостить тебя мне нечем… Разве что…

Зул щелкает пальцами, и на столе появляется пыльная бутылка вина.

[Мидоу гелос

Тип: красное вино

Выдержка: 2000 лет

Пояснение: Мидоу гелос — сорт винограда и название вина из него. Виноград выращивался при помощи магии. Заклинания повышали содержание сахара и снижали содержание сивушных масел в конечном продукте. Вино настаивалось в дубовых бочках до сотни лет. Замедление ферментации при помощи заклинаний позволяло вину не превращаться в уксус. Рецепт изготовления утерян.

Стоимость бутылки: скрыто]

Обалдеть, вот уж действительно нет цены этому напитку…

Лич разливает вино по кубкам.

Делаю глоток. Елки-палки, такого вкусного вина я никогда не пробовал. Куда там земным Шато Марго и прочим, по сравнению с этим все элитные вина земли просто помои.

— Я думал, такого не бывает, — смакую я напиток.

— Не бывает, но бывало в старину, — соглашается лич, потягивая напиток.

Интересно, а он вкус чувствует?

— Чувствую, — смеется лич, — да не удивляйся. Не читаю я твои мысли. У тебя на лице все написано, никакой магии не надо. Раньше умели делать такие вина, что даже мертвец может оценить. Впрочем, сейчас я узнаю, что там творится на поверхности, может, что-то более интересное придумали?

Пора рассказывать историю…

— Насколько мне известно, по поверхности вовсю ходят мертвецы, — начинаю я.

— Насколько вовсю? — перебивает лич.

— Фиг его знает, — пожимаю плечами, — но, кажется, огромная территория заселена мертвяками. Вокруг этих земель расположены королевства.

— Любопытно, — бормочет лич.

— Самое интересное, что земли эти неспокойные, что территории перемещаются…

— А это печально, значит, мудрый король проиграл…

«Король? Что за король?»

— Ну да, — соглашаюсь я на всякий случай, — что еще тебя интересует?

— Да все. Расскажи, что с тобой приключилось?

— Недавно ночью на мою башню опустился костяной дракон. Было не по себе, — рассказываю я, — думал, он гнездо свить хочет.

— Ну ты даешь, — хохочет лич, — всем же известно, что они в норах живут…

Я несколько мгновений смотрю на лича, не мигая, потом только доходит, что он шутит. Не знаю, что там за вино, но такое ощущение, что Зул уже навеселе. Бутылка почти опустела, а я всего глоток сделал.

— Ты не понял, расскажи мне о своем мире, своей планете, — лич наклоняется ко мне, — что там делается?

Похоже, не такой уж я крутой конспиролог. Зул догадался, что я не из этого мира… Хотя, может, он это знал с самого начала? Мало ли, вдруг на мне какой-то след, метка чужака…

— Если я расскажу, мне это не повредит?

— Если бы я хотел тебе навредить, ты был бы уже мертв, — отвечает лич спокойно, — испытание ты прошел. Прежде чем ты начнешь рассказ, учти, те, кто сотрудничают с культом, получают не только боль и страдания, коих множество. Правила культа указывают не бояться смерти, принимать ее, но не стремиться к ней намеренно.

Это надо запомнить, может пригодиться…

Тут из соседнего помещения входит костяная гончая.

— Джулька? — радостно восклицаю я. — Это и правда ты?

Гончая приветливо машет хвостом.

— Ты какая-то другая…

[Модифицированная костяная гончая

Тип модификации: костяная броня/усиленные кости

Увеличенные параметры: скорость, сила, сопротивляемость физическому и магическому воздействию]

Да уж, работа мастера.

— Пришлось заменить ей все кости. — В голосе лича проскакивают горделивые нотки. — Тот, кто ее создавал, понимал в некроконструкциях не больше твоего.

— Я владею несколькими заклинаниями

— Вот именно, владеешь заклинаниями. То есть тебе они достались готовыми. Ты их не изучал, не разобрал, не постиг сути. Маленький ребенок может схватить меч и ткнуть кого-то. Будет больно, будет кровь, но это не значит, что он стал мастером клинка, верно? Это не путь истинной силы — просто подбирать чужое…

Лич замолкает, задумчиво глядя в потолок:

— Хотя, может, для этого мира и достаточно…

— Это да, — киваю я, — у них тут некоторое, я бы сказал, запустение, упадок…

— После больших войн так всегда и происходит, — Зул допивает вино, — правда, этот период, может, и не закончился, большая война еще длится, просто не так явно.

Лич разражается смехом…

— Но гончая не главный мой подарок. Раз ж ты так любишь присваивать чужое, не разбираясь в тонкостях…

Лич протягивает руку, и с полки слетает свиток, опускаясь на стол передо мной.

— Это выведет гончую из категории просто подчиненной нежити. Она станет мертвым фамильяром.

Просматриваю свиток, там это и написано…

— У тебя проблемы? Язык неведом тебе? — иронично и с ноткой превосходства интересуется лич.

Что-то меня такое отношение подзадолбало. Прибедняться — это, конечно, хорошая тактика, но до поры до времени. Иногда можно и показать, на что способен…

Просматриваю свиток оценкой до конца. Непонятные письмена начинают складываться в слова.

«Ак талкаш жерн калито шерас…» — мысленно произношу я слова активации.

Свиток поднимается над столом, рассыпается в воздухе пеплом и втягивается в меня.

Плечо неистово жжет, словно тавро приложили…

Черт, зря я ту метку до конца не изучил, но и времени толком не было…

Жжение усиливается, а потом в мозг начинают лезть знания. Голову от боли распирает… А лич распинался, что мне все на халяву достается, ага, попробовал бы сам…

Ладно, и не такое выдерживал. Надо просто знания упорядочить и разложить все…

Да, так легче. Боль отступает. Смотрю на плечо, а там над знаком факела появилось изображение звезды…

Это я что теперь, младший лейтенант? Мальчик молодой?

Видимо, отметка фамильяра…

— Занимательно, — говорит лич, — у тебя свои секреты. Хорошо, что я тебя не убил сразу, славного собеседника бы лишился…

Да уж, лучше живой занимательный собеседник, чем мертвый…

Голова почти пришла в норму…

— Ты хочешь историй? Их есть у меня

Лич с сомнением качает головой, сомневается, сволочь. Или, может, мой странный оборот речи ему не по нраву.

— Что ты знаешь о мобильной связи и кремах для похудения?

— Да пожалуй, что и ничего не знаю, — усмехается лич, — думал, ты и просветишь.

Скелет-слуга приносит еще одну бутылку вина. Личу надоело выпендриваться…

Судя по всему, Зул соскучился по болтовне, у меня тут тоже собеседников почти не было, крипту он никогда не покинет, так что можно выдавать все, как на духу. А уж болтать я умею. Голову даю на отсечение, он охренеет, когда я начну рассказывать про интернет, гей-парады и соревнования по метанию коровьих лепешек…

— Повтори еще раз! — Требовательный голос лича отражается от стен комнаты.

— Я же сто раз объяснял! — Я устало откидываюсь на спинку стула.

Лич тарабанит пальцами по крышке стола, ерзает, словно ему иголка впилась пониже спины.

— Повтори еще раз, — снова говорит он.

— Может, тебе лучше нарисовать?

— Нарисуй. — Лич вскакивает с места и нетерпеливо ходит по комнате.

В дверь протискиваются два скелета. У одного в руках сундук, второй несет шкатулку.

Лич быстро открывает сундук, затем переворачивает его, и на пол сыплется труха.

— Вот же незадача, — лич аж зубами скрипнул, — истлела вся бумага. А ну-ка дай сюда.

Он выхватывает у второго слуги шкатулку.

— И чернила давно засохли. — Зул разочарованно швыряет шкатулку скелету. — Тащите другие, да получше. В дальней комнате…

Скелеты опрометью бросаются исполнять приказ господина, едва не столкнувшись лбами в дверном проеме.

Возвращаются скелеты быстро, я даже подумал, уж не телепортировал ли их лич в нужное место, чтобы время не тратить.

Передо мной на стол ложится лист желтоватой бумаги, рядом с ним чернильница.

— Рисуй. — Зул вручает мне длинное гусиное перо.

— Слушай, а чего ты мою память просто не прочитаешь? — спрашиваю я, обмакивая перо в чернила. — Ты ж узнал, что я не из этого мира.

— Понять, что ты не местный, дело пустяковое, — небрежно отмахивается Арлфарад. — Всякое существо несет в себе энергию мира, где рождено, так как является частью этого самого мира, а в тебе этого нет. Магия просто течет через тебя, ты можешь ее использовать, но порождать самостоятельно — нет.

— Я что-то вроде нулевого проводника?

— Не знаю, что это значит, — качает головой лич. — Через тебя может пройти колоссальный заряд магии, который уничтожил бы любого другого. А ты его не замечаешь. Ты для магии как призрак. Не знаю, как лучше объяснить. Не отвлекайся, рисуй!

Ничего себе пустая болтовня. Для него, возможно, а для меня это краеугольный камень, основа и причина, по которой я здесь еще не помер. Тут же важно понимать, что я могу, а что мне недоступно, базовые принципы выживания. Пример с призраком мне тоже не понравился, больше на вампиризм похоже…

Потом обдумаю слова лича, сейчас надо нарисовать то, что он требует, а то еще разозлится да прибьет…

— Знаешь, а тебе ведь здорово повезло, что я рисовать умею. На прошлой работе часто приходилось, поднаторел я в этом.

Лич пропускает мои слова мимо ушей, или что там у него, ушных отверстий?

Вздохнув, принимаюсь за художества. Поначалу выходит кривовато, но руки помнят… Хотя руки как раз и не мои, но навык сохранился.

— Держи, — протягиваю личу лист с рисунком.

Тот жадно хватает его и смотрит несколько мгновений молча, а затем разражается счастливым смехом. Не думал, что мертвецы способны на такой восторг.

— Замечательно, просто замечательно! — Лич вертит пергамент в руках, то приближая его плотную к глазам, то рассматривая на расстоянии вытянутой руки.

— Да так, ничего ж особенного. — Меня смущает реакция.

— Тебе не понять, — отвечает Зул.

— Возможно, — киваю я. Чего спорить?

— Повтори еще раз, как это называется?

— Мотоцикл «Харли Дэвидсон», — кажется, в сотый раз говорю я, — отличный байк и, наверное, самый популярный мотоцикл в моем мире. Про него даже кино сняли…

— Харли… Дэвидсон… мотоцикл… занимательно. — Лич делает паузу после каждого слова, словно смакуя их.

Странный мертвяк, я ему столько рассказал: и про полеты в космос, и про ядерную бомбу, и про интернет, лазеры всякие, мобильную связь, а ему мотоцикл в душу запал.

Может, и правда история такая увлекательная?

Зулу я поведал про байкеров из клуба «Белые волки».

Их лидер, Игорь Ташевский по кличке Таш, несколько раз обращался ко мне с работой. То установить подлинность некоторых деталей старого чоппера времен Второй Мировой, то подобрать покупателя для раритетного байка… Заказы я выполнил, честь по чести, указал Ташу, что его обдурить хотят, и вывел на надежных продавцов.

В благодарность лидер «Белых волков» назначил меня почетным членом их клуба и настойчиво зазывал покататься по ночной Москве. Я тактично отказывался. Не лежала меня душа к покатушкам на ревущем байке на бешеной скорости.

Но суть не в этом. На районе, где тусовались «Волки», объявилась банда. Изначально простые гопники, они быстро набирали силу, начали кошмарить торговцев, задирать на улицах мужчин и приставать к женщинам.

Времена лихие, середина девяностых. Милиция старалась не соваться, предпочитая отписываться начальству, что все в порядке.

Но порядком там и не пахло…

Таш и его товарищи по клубу решили взять все в свои руки и приструнить бандюганов.

Стычка получилась знатная. Началось все с банальной стрелки на пустыре перед клубом. Таш и главарь банды Гвоздь пытались договориться, но что-то пошло не так. По слухам, Гвоздь первым выхватил пистолет, и тут понеслось. Началась перестрелка, как в голливудских боевиках. Все гремело, горело и взрывалось. Как рассказывали очевидцы, байкеров было меньше, но драться они умели по-настоящему, а братки, привыкшие иметь дело с мирными лавочниками да интеллигентами, только на понты и надеялись, а когда получили отпор, сразу присели на задницы.

Таш дрался с Гвоздем и почти придушил его мотоциклетной цепью, но главарь банды ухитрился полоснуть байкера заточкой по лицу и, схватив ближайший байк, задал деру. Взбешенный Таш с окровавленным лицом мчался за ним следом.

Погоня вышла эпичная, за Гвоздем и Ташем увязались менты. Два мотоцикла под вой сирен мчались по улицам города, распугивая прохожих. В итоге Гвоздь не справился с управлением и, перелетев ограждение моста, свалился в реку… Тело его потом вытащили, как оказалось, он при падении в воду умудрился себе шею свернуть.

Таша в итоге арестовали, но вскоре отпустили. За лидера байкеров вписались не только члены клуба, но и весь район, натерпевшийся от бандитов. Под давлением «храбрая» милиция спасовала и от греха подальше отпустила его.

Я раз, наверное, двадцать рассказал эту историю личу, язык стер себе, а ему все мало было. Он меня слушал, как ребенок любимую сказку.

Зул прямо прикипел к мотоциклам, выспрашивал подробности, а теперь даже нарисовать попросил.

На фига это ему? Может, решит сварганить байк из костей? Это было бы эпично: лич на костяном мотоцикле, мчащийся среди ночи через пустоши, тоже мне Призрачный гонщик. Правда, непонятно, на чем он ездить будет, где топливо возьмет? Алхимией наварит?

Я с трудом подавляю зевоту, устал языком чесать. С другой стороны, лучше так, чем если бы разочарованный лич начал бы в меня смертельными заклинаниями пулять… Ладно уж, потерплю.

— Ты тут посиди пока, я скоро вернусь. — Лич направляется к дверям, неся мой рисунок на вытянутых руках, бережно, словно хрустальный.

Оставшись один, от нечего делать, проверяю оценкой чернила и бумагу:

— Ни хрена ж себе.

[Чернила

Состав: вода, экстракт из зародыша драконита

Срок годности: скрыт

Устойчивость: влага, выцветание, механическое воздействие

Цена: 1000 золотых за флакон

Пояснение: Дракониты — драконоподобные существа, обитающие в горах южной Аларии. В отличии от обычных драконов дракониты не умеют летать в прямо смысле. Кожистые перепонки на передних конечностях позволяют им лишь планировать на большие расстояния. Голова драконита усажена длинными рогами (у самок каждый третий рог ядовит). Дракониты откладывают яйца в глубоких пещерах, и достать даже одно яйцо считается великой удачей. Экстракт для чернил и других алхимических составов получают из зародышей на определенной стадии развития — 13 недель. Экстракт является величайшей редкостью и стоит огромных денег.]

Мало в этом мире опасных тварей? Оказывается, помимо драконов тут еще какие-то дракониты есть. Они откуда взялись? Плод запретной любви дракона и носорога, если у них рога есть… А вот насчет экстракта интересно. Если такой раздобыть, озолотиться можно! Только надо переться в горы, искать логово этих тварей… Как по мне, слишком уж сложна схема. Хотя понятно, что за просто так никто больших денег не дает.

Теперь пергамент. Тоже штука с интересностями…

[Пергамент вечный

Материал: дерево эль инфит

Район добычи: нагорье Бан Гродот (нагорье огненных вихрей)

Срок годности: скрыт

Пояснение: дерево эль инфит, также известное как древо огня, произрастает лишь в одном месте. Нагорье Бан Гродот расположено неподалеку от вулкана Пертелькатль. Земля там покрыта глубокими трещинами, из которых периодически вырываются струи подземного огня. До конца не ясно, каким образом древо огня выживает в этой местности. Древесину эль инфит используют в строительстве как огнеупорный материал, к тому же впитывающий дым и ядовитые газы. Бумага из этой породы древесины не подвержена разрушению и не горит.]

Это ж насколько Зулу понравился мотоцикл, что он решил потратить на его изображение такие редкие и дорогие ингредиенты? Даже рисунки Леонардо да Винчи столько не стоят, как этот листок бумаги!

Лич возвращается явно в хорошем настроении, кажется еще чуть-чуть и напевать начнет себе под отсутствующий нос.

— Я, наверное, пойду? — задаю осторожный вопрос.

— Иди, но не забудь вернуться, — с усмешкой отвечает Арлфарад.

— Я так понимаю, что я вроде заложника? — Я сразу насторожился. — Мне что, теперь постоянно придется сюда возвращаться?

— Все мы заложники своих желаний, — усмехается лич, повернувшись ко мне спиной и уставившись в камин, — если не хочешь, то можешь не возвращаться… Только ты же умный человек, а что важнее, человек чующий, где есть выгода…

— Это да, с этим не поспоришь.

— Тогда точно вернешься, — снова смеется Зул.

— Вернусь, — я решаю играть в открытую, — тут же можно получить и узнать что-то действительно важное и интересное.

— Может, да, а может, и нет, — отвечает лич, — смерть холодна и постоянна, а жизнь непредсказуема. Кто знает, что будет завтра? Самые сильные маги пытались знать ответ на этот вопрос, и знаешь к чему их это привело?

«К тому же, что и тебя», — чуть не ляпнул я, но вовремя прикусил язык. Мало ли, еще обидится…

Лич поворачивается и смотрит мне в глаза. Не могу отделаться от чувства, что он читает мои мысли, а может, действительно у меня на лице все написано…

— До скорой встречи, — наконец произносит лич, — тебя проводят.

— Джулька, к ноге, — командую я, и гончая с готовностью занимает указанное место. — Все, домой идем.

У двери появляется скелет. С первого взгляда обычный, только кости чуть толще обычных, но в целом не гигант.

Я и сам дорогу помню, но раз уж приставили провожатого, отказываться не буду…

На обратном пути старательно верчу головой, гляжу на залы. Во второй раз больше деталей можно заметить. Например, натертый до блеска пол в зале с усыпальницами — и где они воду берут, чтобы все в чистоте содержать?

И изображения на стенах можно рассмотреть чуть лучше. На одном изображен бородатый мужик в короне, сражающийся с огромным скелетом в черном балахоне. Скелет обрушивает на бородача черный посох, но его противник подставляет под удар меч. Судя по рисунку, атака была мощнейшей, вокруг изображены поваленные деревья и разрушенные дома.

Может, это тот самый король, которого лич упоминал? Тот, что проиграл?

Рассмотреть изображение повнимательнее не получилось, провожавший скелет настойчиво подталкивает меня к выходу.

В большом зале пусто. Ни скелетов, ни зомби, только факелы на стенах…

Ступеньки проверяю оценкой по привычке. Ловушек нет, я спокойно поднимаюсь.

Солнечный свет уже совсем близко, и тут на лестницу выскакивает неизвестная мне зверюга, размером с крупного быка.

Существо злобно рычит и скребет черными когтями пол.

Тварь костяная, очередной оживший некромантический конструкт? Вот же заняться было нечем этим некромантам. Создавали бы из костей что-то хорошее, доброе. В моем мире изготавливают же картины из семян или даже волос. Так и эти волшебники, делали бы костяные шкатулки для безделушек, или трости, оправы для очков. В крайнем случае домашних любимцев вроде моей Джульки или исполнительных неутомимых слуг, если уж так хотелось чего-то живого, то есть немертвого. Да вариантов множество, но некроманты создавали жутких тварей, с которыми мне теперь приходится разбираться.

Зверь вытягивает шею, увенчанную длинномордой головой, и издает мерзкий вопль. Затем пасть твари раскрывается на манер цветочного бутона. То есть у нее не банальные две челюсти, как у волка. Здесь другая анатомия, если можно так выразиться.

Пасть твари раскрывается на четыре стороны. Каждый из сегментов оснащен двумя рядами длинных острых зубов, в глубине красной пасти извивается раздвоенный змеиный язык…

— Ох и урод же ты, — невольно вырывается у меня.

Готовлюсь натравить на чудище Джульку. Вот и боевое крещение получится для модифицированной гончей.

Но не успел я слова сказать своей собачке, как мимо моего плеча что-то пролетает с громким свистом. Скорость такая, что у меня аж волосы зашевелились.

Снаряд попадает в чудище и разносит его на куски. Черт, да я и оценить его не успел…

Оборачиваюсь в поисках того, кто уничтожил монстра. Скелет, которого ко мне приставил лич, смотрит на меня. У него не хватает плечевой кости.

— Это ты его? — удивленно спрашиваю у скелета, но тот молчит. — Спасибо тебе и все такое. Мы, пожалуй, пойдем, пока еще какие-нибудь зверюшки сюда не явились. А ты давай тоже топай обратно.

Наконец выбираемся с Джулькой на поверхность. Тут покойно, тихо, только вдалеке несколько скелетов бродят.

— Джулька, разберись с ними, — кивком указываю гончей на мертвяков.

Джулька пулей срывается с места. Только что сидела рядом, а в следующее мгновение напрыгивает со спины на первого скелета.

Да уж, не соврал лич, действительно прокачал мне песика. Пока Джулька рвет на части второго скелета, к ней подбегает третий мертвяк и бьет в бок. Джулька на удар не реагирует — усиленная броня полностью поглощает удар. Только расправившись со второй жертвой, моя гончая обращает внимание на третьего врага.

— На твоем месте я бы бежал со всех ног, — кричу я скелету.

Тот словно понимает меня и разворачивается, стараясь отойти подальше от Джульки. Поздно…

Гончая одним прыжком оказывается на плечах скелета и отгрызает ему голову.

— А я предупреждал… Джулька, хватит играться, пошли домой.

Под ногами замечаю кость скелета-провожатого.

И что с ней делать? Обратно в крипту кинуть? Как-то невежливо, мертвяк мне жизнь спас.

— Ладно, завтра верну, — поднимаю кость с земли, иду к башне.

Дел там невпроворот. Нужно бригаду поднимать.

Как раз неподалеку бесхозные скелеты торчат.

— Непорядок, — качаю головой, — тунеядцы, получается. Надо их к делу пристроить.

Захватываю мертвяков, сначала парочку, затем еще четверых. Пока это мой предел. Гончая в лимит не идет, она ж теперь не подчиненная нежить, а полноправный фамильяр, хоть и мертвый.

— Товарищи Константины, фронт работ видите? — Широким жестом обвожу пространство вокруг башни. — Надо тут пособирать все и перенести в подвал башни. Сами в подвал не прыгаете, а то были у нас прецеденты. Хорошо еще, что вы про профсоюзы не знаете и сорокачасовую рабочую неделю. Приступайте к работе. Отсюда и до обеда, то есть до темноты.

Осматривая окрестности, замечаю раскидистое дерево.

— О как, новые зеленые насаждения, — не знаю с чего, но вдруг перешел на какой-то казенный язык, взыграл во мне дух хозяйственника.

Дерево красивое — гладкий ствол, кора коричнево-розового, благородного оттенка, резные листья.

[Клен Кейса Бауэра

Тип: растение

Класс: лиственное

Так, это неинтересно.

Селекционер: Кейс Бауэр

Возраст дерева: 78 лет

Примечание: данный вид был выведен королевским садовником Кейсом Бауэром как подарок принцессе Агвине в честь ее помолвки с герцогом Донте. Древесина клена прочна и легка в обработке. Вымоченная в особом составе, а затем медленно просушенная, древесина клена Бауэра приобретает цвет розового мрамора, сохраняя при этом теплоту живого материала. Панели из обработанного клена используются в отделке богатых домов и считаются признаком знатности рода.]

— Вот это мне надо, чем я не граф? В этих местах других землевладельцев нету, и титул мой никто оспаривать не будет? Буду тогда граф пустоши. Мне такое дерево очень даже полагается. Да и Беллу не помешает порадовать красивой вещицей.

Быстро сбегав в башню, выношу топоры и вручаю Костянам:

— Дуйте к дереву и атакуйте, в смысле срубите его. Дальше по стандартной схеме — на куски порубить, в подвал опустить, именно в таком порядке, а то знаю я вас, безмозглых.

Скелеты-дровосеки бодро рысят к дереву.

— Остальные — продолжаем работать.

Скелеты собирают в округе камни, ветки и тащат в подвал. Один собирает камешки в старую сумку, что висит у него на плече.

Тележку бы им. Толку, что они по одному-два камешка таскают? А так хоть сумку можно нагружать. Кстати, тележка — это хорошо, но можно и корзины сплести. Из веток того клена. Надо будет Беллу попросить. А сейчас хорошо бы сходить за тем гобеленом, на котором они в прошлый раз кости носили, но… что-то я подустал с этажа на этаж шататься, а лестницы в башне немаленькие.

Пока я отдыхаю, то есть ленюсь, скелеты работают. Им хорошо, они не устают, не слабеют. Это у меня после сотого наклона за камнем уже бы спина отваливалась, а им хоть бы хны.

Самое трудное сделано — розданы задачи, а значит, мне пора и отдохнуть.

В башне поднимаюсь на второй этаж. Кость со мной…

— Не хватало еще, чтобы Джулька ее сгрызла. Потом с личом объясняться, как такое вышло.

Кость ставлю у изголовья кровати.

— Джулька, нельзя, понятно? — Гончая, что крутится у моих ног преданно виляет хвостом. — Это нельзя!

Гончая обиженно клацает зубами и отправляется на первый этаж, в комнату некроматериала, там теперь ее будка.

— Белла, я не знаю, можешь ты такое или нет, но на всякий случай прошу — вот эту кость не трогай, пожалуйста. А то мне один древний лич глаз натянет на интересное место. Понимаешь?

Хлопает дверь — поняла, мол.

— Вот и отлично. Спать…

Пока занимался делами, я и не понимал, насколько утомился. Теперь же усталость навалилась на плечи, слипались глаза. Сил не осталось даже поесть.

Скинув сапоги, заваливаюсь на кровать.

— Завтра, когда пойду к личу, надо еды с собой взять, а то пить вино на пустой желудок — верный путь к гастриту… Да и с лестницы можно свалиться под хмельком.

Веки становятся тяжелыми, будто на них гири повесили…

— Все, меня нет ни для кого, — бормочу я в полудреме, а затем вырубаюсь окончательно.

Я уже привык просыпаться среди ночи. В этом мире самая лютая дичь происходит как раз под покровом темноты.

Не знаю, сколько я проспал, но отдохнул хорошо. Ничего не болит, голова ясная…

— Вот что значит крепкий и здоровый сон.

С улицы доносятся крики, слышен лязг оружия, стандартный звуковой фон здешней ночи.

Взяв в руки арбалет, тихонечко выглядываю из окна и присматриваюсь.

Вроде никого нет, ночь тиха, прямо как у Лермонтова.

Вдруг вдалеке замечаю пару светящихся точек, может, это всего лишь светлячки, а может, и нет. По спине пробегают ледяные мурашки…

Снова всматриваюсь в темноту — ничего не вижу. Абсолютно ничего…

— Я же точно видел два глаза в той стороне.

Продолжаю всматриваться в ночь…

[Уровень навыка повышен, оценка: уровень 16]

[Уровень навыка повышен, оценка: уровень 17]

Как говорил один очень умный медведь: «Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро». Сейчас далеко не утро, но идти к личу надо. Не пойти будет немудро. Даже глупо, я бы сказал. Несмотря на опасность, что исходит от Зула, он мужик ничего себе, хоть оживший мертвец.

Да и не собираюсь я судить людей, пусть и мертвых, по их прошлому. Лич и лич, что тут особенного? Может, он в прошлом и творил жуткие непотребства, но вдруг он после тысячелетий в крипте что-то осознал? Решил встать на путь истинный? Причинять добро и радость наносить?

Мало, что ли, я примеров видел? Вон половина бандитов, что в девяностые творили жесть, потом ударились в религию, и не напоказ, а искренне уверовали, некоторые все имущество продали и ушли в монастырь.

У нас на районе был один.

Пикой звали. Носил с собой короткий выкидной нож — «пику» на жаргоне. В одной группировке он был штатным мокрушником, убийцей то есть. Народу поубивал много и не особо чтил человеческую жизнь.

На вершине своей страшной карьеры получил он задание от боссов какого-то ученого пришить. Чем уж им не угодил работник НИИ, неизвестно, может, не поздоровался при встрече, а может, квартира его глянулась кому-то, а он съезжать не хотел. Тогда и за меньшее убивали…

Пика чин по чину отправился на дело. Только у этого ученого дочка была лет шести. Мать их то ли бросила, то ли умерла… Пролез Пика в квартиру и стал поджидать. Ученый домой вернулся, а тут Пика ему нож в сердце и всадил, прямо на пороге. Собирался уходить, но тут свет в прихожей включился — и перед бандитом оказалась шестилетняя девочка.

И все. Впервые в жизни Пика ощутил укол совести. Да такой, что прямо там чуть замертво не рухнул.

А девочка стояла и смотрела на него… молча. Не кричала, на помощь не звала, просто смотрела…

Пика обошел ее и отправился с докладом к начальству, понимая, что больше к своему ремеслу не вернется.

Босс его, конечно, в восторге от такой работы не был и приказал Пике убрать свидетельницу.

А дальше сюжет разворачивался как в американском боевике. Пика босса послал подальше. Тот психанул, схватился за ствол, но убийца со стажем оказался быстрее.

Пика дочку ученого потом нашел. За той уже братки выдвинулись…

В итоге случилась жуткая резня. Пика всю банду выкосил, но девочку спас. Отвел, считай на руках отнес в какую-то церквушку на отшибе и передал батюшке.

А сам отправился к остаткам банды…

Газеты трубили о разборке почти месяц. Убийцу не нашли, но мне знакомые рассказывали, что Пика, расправившись со старыми работодателями, уехал из города, нашел приют в монастыре и принял постриг. Стал монахом, да еще обет дал ничего острого в руки не брать…

Вот и Зул, может, и был убийцей когда-то, но со мной вроде по-людски общается.

Не прикончил на месте, вином угощал, Джульку прокачал.

Я себя ощущаю Иваном-царевичем, что попал к Бабе Яге, а та не только не сожрала его, но еще и в бане искупала, накормила, плюшек всяких надавала…

Лич, конечно, не Баба Яга, если что ему не понравится — прихлопнет, но, пока я ему интересен, надо пользоваться.

Быстренько делаю себе несколько бутербродов из хлебцев и вяленого мяса.

— Да уж, а запасы-то на исходе, — озабоченно осматриваю остатки, — надеюсь, Лия скоро появится… Можно, конечно, снова за охоту взяться, но это рискованно, когда местность то и дело меняется… Хороший охотник хорош на своей территории, там, где он знает и животных, и их повадки и тропы. А для меня это нереально. Оценка — это, конечно, большой плюс, поможет, но все-таки слишком много неучтенных факторов. Взять, к примеру, вчерашнего монстра, я ведь даже не узнал, что это и кто это.

Нарвусь на какую-нибудь животину, решу, что это дичь, а дичь окажется крайне опасной и голодной, и сразу же я стану добычей. Нет уж, спасибо. Лучше чуть пояс затянуть и ждать, пока девчонка вернется с припасами…

Беру с собой плечевую кость скелета-провожатого, закидываю еду и флягу с водой в рюкзак и выхожу из башни.

— Костики, задача прежняя — таскаем к башне все, что можете, и складываем у дверей. Вернусь — разберу…

Свистнув Джульку, отправляюсь к крипте. Гончая носится вокруг меня, то и дело отвлекаясь чтобы погоняться за бабочками или спугнуть стаю птиц, притаившихся в траве.

Если не брать в расчет, что Джулька — оживший скелет, то ведет она себя как обычная собачка.

Дорога проходит без неожиданностей, что не может не настораживать. Я привык, что тут что ни день, то новое приключение на мягкое место. Однако все тихо и спокойно, единственная странность — где-то в полукилометре от тропинки, где я иду, нарисовался песчаный бархан.

Я приостановился.

— Это что еще за пробник Сахары? — всматриваюсь в желтый холм посреди лесов и полей.

Мне, естественно, невтерпеж подойти ближе, рассмотреть, изучить, но нельзя. Сначала к личу, потом все остальное…

— Опять что-то интересное упускаю, — качаю я головой, — с другой стороны, тут столько всего, что я и половины не изучил, а на все жизни не хватит. У меня на третьем этаже посохи валяются, я их принес и вообще не занимался…

Займусь еще… Времени на все не хватает, а этот мир каждый день подкидывает новые интересности.

Может, под барханом скрыта усыпальница местных фараонов? Или сокровищница древних?

Приходится пройти мимо и топать на аудиенцию к личу… Даже оценить некогда, а то, если я найду что-то действительно интересное, точно не выдержу и останусь изучать. И будут мне большие неприятности от Зула.

Пройдя примерно половину пути, замираю на месте. Хорошо, что зрение через фамильяров вернулось.

Взгляд одного из костяков, что работают у башни, показывает приближение большой группы скелетов… и не только человеческих. Здоровенные костяные твари, смахивающие на минотавров, тяжелой поступью приближаются к моему дому.

Визит к личу придется отложить…

Бегу к башне, не опрометью, а осторожно приближаясь по широкой дуге — вдруг засада.

Вокруг башни опять полно нежити…

— Так и знал, что все слишком гладко идет.

И все-таки интересно — это башня притягивает мертвяков или работают волны некрономикона?

В любом случае, надо опять уничтожать гостей. Ладно, с мелкими скелетами справиться не проблема. Сколько их уже под башней полегло? А вот здоровяки могут представлять реальную угрозу. Это, конечно, не темный паладин и не Вестник, но все равно.

Рассматриваю крупных скелетов. То, что я изначально принял за рогатые головы, оказывается шлемами.

— Хорошо, что не минотавры. Не хватало тут еще устроить филиал греческого мифа…

Костяны честно пытались дать отпор, но слабоваты, да и всего вшестером, их быстро расколошматили.

Белла, умница, потихоньку выпускает защитников. Прыгуны расправляются с обычными скелетами, конги и лансы сражаются со здоровяками. Но и защитников слишком мало, чтобы противостоять армии мертвецов…

[Ларгбон

Тип: нежить

Класс: некроконструкт

Опасность: средняя

Возраст: 671 год

Примечание: Ларгбоны — созданная некромантом нежить. Создается данный вид из нескольких обычных скелетов. Опытный некромант способен создать ларгбона ростом до трех метров.

Уязвимости: шейный отдел позвоночника, коленные суставы]

То есть в голову стрелять им бесполезно? Надо целить в шею и колени. С этим уже можно работать.

Приблизившись на расстояние выстрела, снимаю простыми болтами скелетов, что уже добрались до двери.

Путь расчищен, надо быстро попасть внутрь, и хрен они мне что сделают.

Нет, можно все же отправиться к личу. Эти ходячие мешки костей вряд ли ворвутся в башню. Кишка тонка… Но я ж не знаю, сколько пробуду в гостях у Зула, а эти товарищи могут торчать неделями и месяцами. Еще и новые придут, я тогда к родной Белле не пробьюсь.

Дождавшись, когда из дверей башни появится конг, бросаюсь вперед. Передо мной встает первый добравшийся до башни ларгбон, на ходу выхватив меч, уклоняюсь от удара здоровенной лапы и, перекатившись через плечо, наношу удар точно в колено здоровяку. Раздается треск костей, нога ларгбона подкашивается, он падает навзничь. Рядом с ним сразу же оказывается конг и ударом ноги крошит череп противника.

— Защитники башни — один, тупые ларгбоны — ноль!

Быстро вскочив на ноги, бегу к двери.

Второй ларгбон встает на моем пути. От удара увернуться я не успеваю, и огромная рука скелета швыряет меня о стенку. Всем телом ударяюсь о камни, кости трещат, в глазах темнеет, в ушах звон. Но сознание я не теряю, вскакиваю на ноги, влетаю в башню и захлопываю двери.

Ого, вот это ударчик. Как это я цел остался? Ах да, я ж зелье пил для укрепления костей и связок. Работают усиления. Простого человека такой удар по стенке бы размазал, а я вроде в порядке. По крайней мере на ногах стою уверенно и голова не кружится.

Отлично, из укрытия можно приступать к методичному уничтожению противника. Да, это не так зрелищно и эффектно, как сражение в чистом поле, но мне плевать на красоту и эстетику, да и на кодекс чести. Я не рыцарь в сияющих доспехах и даже не спортсмен, который должен побеждать красиво и по правилам. Я выжить хочу, а для этого все средства хороши. Надо будет со спины бить — буду, самый эффективный удар в драке — удар ниже пояса.

Поднявшись на второй этаж, методично отстреливаю скелетов. Защитников пока не выпускаю, оказавшись в башне, сразу получил информацию от книги, что энергия просела, да и костей в запасе процентов двадцать пять осталось… Смысл теперь выпускать своих бойцов, если их встречает толпа? Только зря материал расходовать…

Снаружи носится Джулька, уничтожая скелетов одного за другим, однако я не даю ей долго гулять. Еще нарвется на кого-то посильнее. Я пока гончей рисковать не собираюсь. Так что Джулька вскоре оказывается в башне и отправляется в комнату некроматериала отдыхать.

Лучше переждать. Один раз тут тоже толпа мертвяков под стенами терлась, а потом кони мертвые проскакали и скелеты за ними в погоню бросились. Черт их знает почему. Может, покататься хотели, а может, кони — их заклятые враги…

Надеюсь, лич не обидится, что я к нему не пришел. С другой стороны, в этот раз же о точных сроках разговора не было. Лич сказал, что я вернусь, и я согласился. Я ж не сказал, что приду с первыми лучами солнца, так что формально обещания не нарушил.

Пока жду, надо бы заняться инвентаризацией. У меня еще посохи не изучены. Может, среди них есть мегаартефакт для укрощения нежити? Или еще какая-то сильная штуковина.

Посох Синергина. Хорошая вещь сама по себе. Это не посох, а произведение искусства, особенно навершие в виде переплетенных ладоней, выполнено тщательно и красиво.

[Посох

Класс: магический

Владелец: Ардагаст Синергин

Заклинание: помрачение разума, боевое безумие, печать страха, берсерк

Примечание: данный посох сделан мастером Синергином на закате жизни. Один из последних посохов, что он изготовил. В силу возраста маг не мог биться в первых рядах, и последние его посохи служили в качестве вспомогательных артефактов. Война с нежитью в то время утихла, и на первый план вышли конфликты с соседними государствами и междоусобные стычки.]

«Понятно, это посох поддержки, причем против живой силы. Против нежити бесполезен. Скелетам нельзя помрачить разум, у них его нет. Отложу до нужного случая».

Теперь посох Пена. Я мельком провел оценку, узнал, что в нем три заклинания, что владел им некий Генри Тристен…

[Боевой посох

Класс: магический

Тип заряда: мультизаклятье

Заклинания: ледяная стрела, огненный шар, кислотное облако

Заряд: 85%

Возможность перезарядки: да

Владелец: Генри Тристен

Примечание: Генри Тристен служил в армии Аларии 400 лет назад. Начинал оруженосцем графа Лидена. Однако в одной из битв Генри проявил магические способности, заметивший это граф отдал мальчишку в обучение к придворному магу Кетелю Цикалису. Генри обучился и вернулся в армию, спустя десять лет в качестве боевого мага. В первом же бою с нежитью на реке Гивиндин Генри уничтожил орды нежити, за что получил повышение и уважение солдат. Узнав о мощи молодого мага, за ним прибыл гонец из дворца, предлагая ему служить там. Генри отказался, не желая творить магию на потеху дворян. Этот отказ впоследствии мешал Генри в карьере, так как королевский дом затаил на молодого мага обиду. Генри Тристен прослужил в армии Аларии до глубокой старости и погиб в бою с ордой нежити, вырвавшейся из усыпальницы Малека — древнего темного волшебника.]

Да уж, занятная штуковина. Интересно, где Пен его откопал? Вряд ли такая штука на дороге валялась…

Хотя тут целые деревни ветром приносит и уносит, почему бы и посоху не появиться. Гораздо интереснее другое: Пен был в курсе, что у него в руках? Или просто решил: посох и посох, буду таскать с собой для солидности.

Третий посох — посох Оберона.

[Класс: магический

Состояние: разряжен

Тип: незаряжаемый

Возможность смены заклинания: скрыто]

Фиг с ними, с посохами… надо заняться более важными делами.

Вот зелья из крипты. Тоже руки не доходили до них.

Тут более или менее просто — в основном зелья исцеления разной степени паршивости. Слабенькие и средние. Ни одного зелья мгновенного исцеления, к примеру, нет.

Отдельно проверяю бутылочку толстого стекла.

[Гремучий состав

Тип: алхимическая жидкость

Опасно! Состав при соприкосновении с воздухом взрывается, емкость создана из магического стекла, во избежание несчастных случаев на каждый пузырек накладывается заклинание прочности, чтобы состав не взорвался из-за неосторожности.

Слово для снятия прочности: Кардах]

Эта штука хоть и полезная, но опасная. Знать бы, какой мощности будет взрыв, если я этот пузырек брошу в скелетов снаружи. Заманчиво, но вдруг там такой ба-бах будет, что снесет башню к чертовой бабушке…

[Уровень навыка повышен. Оценка: уровень 18]

Снова боль пронзает голову. Глаза закрываются, на этот раз оба…

— Да твою ж дивизию! Вот же глупость несусветная. Для оценки нужно зрение, а каждое повышение уровня меня его практически лишает…

Кое-как спускаюсь вниз и закидываю посох с ледяной стрелой в подвал башни.

Держась за стену, поднимаюсь на второй этаж.

— Нужен отдых. — На всякий случай выпиваю три пузырька с легкими зельями лечения и ложусь в кровать.

— Белл, я там тебе посох закинул с заклинанием ледяной стрелы. Можешь из него морозилку сделать? Или погреб-ле́дник, хоть что-то, чтобы было холодно, продукты не портились…

Я не слышу, хлопает дверь один раз или два. Усталость и боль берут свое, и я засыпаю почти мгновенно. Или сознание теряю? Не успел сообразить.

Во сне я снова в мастерской башни.

— Так что насчет холодильника?

В ответ передо мной появляется три видения.

Первое — это небольшой шкафчик в нише. На нижнем этаже появляется узкая дверь. За дверью такое же узкое помещение, больше ничего. Второй вариант — яма в полу. Круглое углубление, в котором будет прохладно, но доставать нужное неудобно.

Наконец, третий вариант — полноценная комната, беда только в том, что холодно будет только на одной полке…

— А можно будет всю комнату такую, а не одну полочку?

Белла показывает, что для полноценной холодильной комнаты ей нужны еще артефакты, материалы для создания теплоизоляции. Посохи, волшебные кристаллы, медальоны, артефакты, куски дерева и камня…

— Понял, нужно тебе еще кучу всего. Артефакты будут…

Проснувшись утром, первым делом проверяю наличие скелетов под окнами.

— Вы тут еще? Шли б вы отсюда, — сквозь зубы цежу я, наливая себе чаю, — что за радость у закрытой двери торчать?

Спускаюсь на первый этаж. Там новая дверь.

— Неужто получилось? — Распахиваю дверь и оказываюсь в небольшой комнате, там прохладно, но не так, как я рассчитывал, всего градуса на два ниже, чем снаружи.

— Дурак, материалы потратил, посох угробил, а толку чуть.

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту, например, через Amnezia VPN: -15% на Premium, но также есть Free.